# Структурное анатомирование избранных Бд-21 тушек

Аноним Леданика

По заявкам, выборочно, только для сюжетных рассказов.

В этом году анатомирование рассказов БД планируется:

1. Подробным

2. Структурным (с упором на композицию)

3. По заявкам

4. Выборочным

5. Традиционно недобрым

6. Только для сюжетных рассказов.


Для сюжетных рассказов открыт прием заявок.

Если заявка не будет принята для подробного разбора, кратко выскажу общее впечатление от рассказа в комментариях к обзору.


Саганенко Н. Четыре Нировульфа   7k


Название интересное, привлекает внимание.


Начало текста задает картинку (обшарпанный больничный коридор). Структурно можно считать экспозицией.


Дурацкий анекдот про Моню мне категорически не нравится. Зачем в начале текста, там, где нужно привлекать внимание читателя, заинтересовывать его, цитировать какие-то бородатые анекдоты? Зачем нагружать читателя каким-то 'левым' именем (Моня), которое потом никак не обыгрывается?


'Вольфи надеялся, что он выглядит лучше.' Смотрите, что получается. Вы говорите о том, что мимо героя провозили каких-то пациентов. Дальше рассказываете анекдот про 'противозачаточную' внешность. Еще дальше Вольфи надеется, что выглядит лучше. Но КАК именно выглядят те пациенты, я как читатель не знаю. 'Всего четыре ступни вместо одной'. А что тогда у тех пациентов? По три головы? Здесь как будто провал в картинке получается. Мол, читатель, додумай сам.


'Вольфи разглядел сначала огромный живот и только потом обладающего им человека'. Человек обладает животом... живот обладает кишечником... кишечник обладает... ну вы поняли. А потом вдруг - 'четыре живота в одном'. Так обладает животом или четырьмя животами? Картинка смазывается.


Структурно все еще продолжается экспозиция. Герой сидит, мимо него возят пациентов. По объему - уже на грани как для рассказа всего на 7к.


Дальше резкий переход на сцену-флэшбек. Может, отделить как-нибудь сцены друг от друга? А то у вас и в экспозиции прошедшее время, и во флэшбеке, понятно, тоже прошедшее. И как я должна понять, что это флэшбек? Правда, чуть дальше есть про 'сладостные воспоминания'.


Про любимый сериал нормально, обосновывает имя ГГ.


Дальше путаница. Идет фрагмент 'Он выходит из лимузина' (это часть флэшбека), дальше - 'ступни помещались одна в другой как в русской матрешке', но это уже не флэшбек, а возврат обратно в экспозицию. Такие прыжки путают, делают текст композиционно неряшливым. Сцена, по возможности, должна быть сценой. Одна сцена - одно время, определенные действующие лица и т. д. Если речь идет о сюжетном рассказе. Но в принципе привычка придерживаться структуры еще никому не мешала, как мне кажется.


'Я теперь настоящий Ниро Вульф' - это уже на грани, якобы слова героя, но уже скорее слова автора (видимо, с целью усиления привязки Нировульфа к Ниро Вульфу).


Дальше опять прыжки между экспозицией и флешбэками. Не скажу, что это критично, но в таком исполнении воспринимается неряшливо.


'Окунуться в бархатные кресла'? Ну да, типа метафора... но вот мне не заходит. Тем более что окунаются обычно с головой.


'Очаровательная официантка поднесла Вольфи воздушный пшеничный хлеб и взбитое чесночное сливочное масло. Для большей полноты ощущений он как бы случайно дотронулся до руки южной красавицы.' Вопрос. Если следовать логике русского языка, то КТО дотронулся до руки красавицы?


'Распахнутый взгляд' - анатомичкой какой-то повеяло.


Описания еды сами по себе сделаны неплохо. Но структурно они занимают ту часть, которая должна принадлежать развитию действия. Развивают ли эти описания действия и двигают ли куда-то рассказ? Не уверена. То есть центральная часть рассказа получается исключительно описательной.


Дальше еще интереснее с точки зрения структуры. Вдруг автор как будто спохватывается, что затянул описания и... продолжает экспозицию. Мимо героя провозят еще одну женщину. Следуют неприятные реплики врачей, которые, фактически являются... кульминацией рассказа (моментом наибольшего напряжения). То есть экспозиция вдруг переходит в кульминацию. В прыжке.


А тем временем герой... продолжает сидеть в том же коридоре, ему скучно (мне как читателю уже тоже) и разглядывает стены. Я все понимаю, автору нужна была стена, чтобы нарисовать на ней символический эпилог к рассказу. Стену к рассказу пришили, но нитки подкрасить забыли. Ну и мораль в эпилоге, куда ж без нее.


ИТОГО


Такое впечатление, что автор слегка потерялся между сюжетным и символическим планами рассказа. Точнее, прикрутил сюжетный как иллюстрацию символического... или символический чтобы 'углубить' сюжетный.

Вообще попытка сделать текст и символичным и сюжетным - это движение в интересном направлении. Но на практике получается не так просто, как кажется.


Вопрос выбора структуры текста. В самом начале я как читатель узнаю, что расчетверение привело к побочному эффекту. То, что могло бы стать кульминацией, автор подает в качестве экспозиции. Эффект теряется. Кульминация сводится к неаппетитным репликам врачей, а центральную часть занимает вместо развития действия процесс поглощения еды.


Что можно было бы сделать для выправления композиции (пишу не как рекомендацию, а исключительно для иллюстрации структурного подхода):

Экспозиция - герой сидит в больнице и боится-переживает, мимо него провозят всяких 'уродцев', но читатель пока не знает, что такое странное приключилось с ними и почему герой там сидит.

Флэшбек про ресторан (без стенаний по поводу побочного эффекта расчетверения) который будет исполнять роль завязки.

Развитие действия - герой ругается на стопу, которая отказывается возвращаться в нормальное состояние.

Кульминация - мимо провозят женщину например с четырьмя головами и разговор врачей о том, что ей они уже ничем помочь не смогут.

Развязка - врач сообщает, что герою еще можно помочь.

Эпилог - все эти ваши лестницы, но лучше без морали прямым текстом.


Адашов Ю. Ковешник   12k


Название - вполне. А вот первая фраза...

'Деревни быть не могло.' Мда. Явный претендент на победу в конкурсе наименее удачных первых фраз для рассказа. Из четырех слов - три служебных. Еще и странно-вычурная конструкция 'быть не могло'. И дальше - 'потому как' и, в пару к 'быть не могло' - 'не было'.

Понятно, что автор хотел сказать, но технически это очень спорно передано.


Дальше не понятно, что за штабные мониторы и карты, на которых виден 'толстый слой пепла'.


'По сути, деревни и вправду нет - лишь' Ну блин. Из семи слов - шесть служебных. И дальше 'но ведь раньше была'. И что интересно, дальше по тексту стиль резко меняется и становится отрывистым и резким. 'Старик. Смотрит прямо. Ждет'. Общее ощущение стилистической корявости в начале текста. Видимо, автор дальше 'расписался'. В таких случаях рекомендуют выбросить начало и переписать заново, исходя из стиля остальных частей рассказа.


Структурно все эти описания - экспозиция. Появление живых 'человека и зверя' структурно уже можно считать завязкой.


'Нужна информация. Вылезаю.' А логика? У них там война и все такое. ГГ один в танке или что оно там. Увидел подозрительного старика и вперед, с песней. Какая такая ему нужна информация? Сильно важно узнать название полностью разрушенной деревни? В общем, не верю. Но понимаю, что автору нужно было, чтобы герой вылез, иначе, если он просто уедет, рассказа просто не будет.


'Глаза - два красных уголька в мутной стылости роговицы.' Ну как-то уж слишком вычурно для разведчика, который должен быть настороже, собран, а тут вдруг - лирика.


'Подхожу неторопливо, говорю. Доброжелательно, спокойно.' Здесь имхо неудачно разбита фраза точкой.


'- Что за деревня тут была? - всё так же, спокойно.' Хорош разведчик. Даже не знает, какая тут была деревня, при всех своих мониторах и сканерах. Да, в начале написано про слой пепла. Но не очевидно, что этот слой пепла не остался от деревни. В общем, я бы с этой былой-небылой деревней как-то аккуратнее что ли разобралась бы.


' Капитан Ковешников, - представляюсь по привычке' Какой-то сатирический разведчик получается. Постороннему человеку звание называет. Я конечно не специалист в этих вопросах, но имхо так не принято... в разведке, в военных условиях. Это туда же: '- Можно Сергеем звать.' Можно предположить, что это старик так хитро колдует и язык развязывает 'гостю', но выглядит странно.


Завязка переходит в развитие действия, пока структурно все по классике.


'Старик меж тем продолжает, разливается соловьём' Слабо себе представляю, как этот 'мощный старик' разливается соловьем.


Тем временем композиционно действие продолжает развиваться. Момент, когда ГГ открывает черный ларец можно считать промежуточной или предварительной кульминацией. Но. Кульминация - это пик эмоционального накала конфликта. Чисто структурно кульминация здесь есть, а по сути - нет. Потому что конфликта нет. Открой ларец, мальчик. Ага, сейчас открою, дедушка. Практически, даже колебаний и выбора нет. Молодому герою как-то даже в голову не пришло, что бесплатный сыр только в мышеловке. Совсем глупый? Или просто так нужно по сюжету, потому что на какие-то переживания уже не осталось килобукв?


' ...открываю глаза. Чёрный ларец закрыт.' Здесь резкая смена фокального персонажа путает. В начале фрагмент ничто не указывает на эту смену.


И кульминация - сцена боя. И опять резкая смена фокального персонажа. Не то чтобы так нельзя, но выглядит неаккуратно, путает. Сам бой динамичный, не затянутый. В рамках кульминации - вполне. Но кульминация опять формальная. Что за танки? Чьи танки? Просто декорация. Нужно же было чем-то героя убить. Если бы он просто шел и споткнулся, было бы не так зрелищно.


Финальный фрагмент - развязка. Насколько я понимаю, 'ковешников сын' в итоге станет новым Кощеем.


ИТОГО


Композиционно рассказ сделан правильно. По стилю можно доработать. Образы героев в рамках сказочной условности, возможно, более глубокой проработки и не требуют.

Но больше всего смущает то, что рассказ психологически очень нейтральный. Старый герой занимается своими проблемами, молодой своими, на пересечении что-то происходит, и есть ощущение, что никакие действия героев на это не влияют. Все происходит так, как должно происходить. Даже молодой герой, когда получил деньги, не откупился от службы исключительно под влиянием внешней силы. Конечно, автор всегда может сказать 'я так и задумывал'. Но для рассказа это скорее минус. Эта внешняя сила в тексте никак не подана, разве что упоминается некими намеками. Но при этом оба героя - не более чем ее марионетки. Получается такой себе кукольный театр с кукловодом, который сидит за ширмой, что тоже неплохо в определенных рамках, но, наверное, для взрослых скучновато.


Зыков П. Ахинеев и жаба 12к


Название привлекает внимание и сразу настраивает на сатирический лад, что хорошо, если автор этого и добивался.


Первая фраза длинная, но читается и в рамках выбранного стиля вполне допустима. Структурно - классическая экспозиция (где, кто, что).


Сразу скажу, что в ятях никогда не разбиралась, поэтому буду считать, что автор разобрался и в курсе, где там что положено или не положено использовать.


Мне не нравится фамилия Припрукстен. Она очень тяжело читается, приходится чуть не по буквам разбирать. Такая стилизация, как в тексте, сама по себе 'притормаживает' читателя, а подобная фамилия вообще мощно 'спотыкает', причем чуть ли не каждый раз, когда встречается по тексту.


'ехал туда в коляске' - по тексту не понятно, 'туда' это, собственно, куда.


Таинственные послания с подписью ЖАБА - это уже завязка. Для такого небольшого по объему рассказа хорошо, что автор не затягивает экспозицию до половины текста.


Дальше поездка в уезд. Структурно - развитие действия. Автор четко движется по канонам классической композиции. Интересно, вытянет ли классическую кульминацию и развязку.


'Он за шиворот притянул мужичонку, тот снял шапку' Здесь не очень понятно, кто и с какой целью притянул этого мужичонку.


Поездка в пансион структурно тоже развивает действие, вполне последовательно. На моменте встречи в кабинете с 'железной мадам' наступает кульминация. В рамках сатирического стилизованного рассказа даже можно засчитать 'пик эмоционального накала конфликта'.


Возвращение героев - структурно развязка. Не обошлось без морали, но подана оная вполне аккуратно, в диалоге, без избыточного назидания.


ИТОГО


Стилизация в целом неплохая, текст читается. Разве что есть некоторая неровность - где-то стилизовано больше, где-то меньше... как будто автор временами увлекался сюжетом и забывал про стилизацию, а потом спохватывался и вспоминал. Достаточно распространенная проблема подобных текстов. Временами текст слегка веселит, но, к счастью, нет в нем натужного стремления шутить по всякому поводу и вовсе без повода. В меру.


Композиционно рассказ выполнен практически безупречно. Все структурные элементы на своих местах, и занимают ровно такую часть общего объема, как от них ожидается. Образы героев вполне классические - один 'умник', второй - 'силач'.


Самая большая проблема текста, увы, это вторичность. Сколько подобных историй уже было... Нет, это ни в коем случае не обвинение в плагиате или чем-то таком, но, увы, новизны в тексте тоже не особенно можно найти. При этом интересно, что центральную 'загадку' можно заменить на что угодно (равно как и мораль), и от этого ничего особенно не изменится. Есть сюжетная 'рама' - можно вставить любую картину.


Ремельгас С. Храмовый вор   12k


Название сразу намекает и на фэнтези, и на сюжет. Стандартное такое название, внимание не слишком привлекает.


Первая фраза сразу предлагает вместе с героем вспомнить его детство. Имхо, не самый удачный вариант для короткого рассказа. Так и ждешь, что сейчас будет какая-то 'байка за жизнь' в фантастической обертке. Структурно первый фрагмент скорее не экспозиция, а пролог.


'Каналов на эту тему было куда больше одного. И все-таки намного меньше, чем ребенку вроде меня бы хотелось'. Светлана, похоже, вы победили Адашова. Из 18 слов 14 можно считать служебными. Ого! Там еще дальше сразу же 'Все это, конечно, было'. Точно победили.


После пролога начинается экспозиция. Экспериментальный проект. Затянутое обсуждение 'кто не вернулся, а кто вернулся не до конца, работа не то чтобы трудная'. Все какое-то в стиле 'если бы', из-за чего текст откровенно вязнет.


Дальше автор вбрасывает 'эффект губки' и тут же начинает объяснять, что это за эффект. Структурно это даже не часть экспозиции, это какая-то описательная вставка, которая в начале текста вот никак не помогает большинству читателей этим самым текстом заинтересоваться.


На фразе 'оператор говорит что все готово' наконец-то начинается завязка. Очень поздно как для короткого рассказа. Но чуть завязалось какое-то действие - сразу опять пошли рефлексии героя: 'можешь - не можешь, хочешь - не хочешь, там - здесь' и т. д.


'Часть из нас не вернулась поэтому именно.' Ы?


В тексте очень много служебных. Больше даже выделять не буду такие фрагменты. Понятно, что вообще без них невозможно... но не настолько же? Из интереса можете в тексте выделить все служебные и посмотреть, где у них самые большие 'гнезда'...


Наконец-то начинается переход. Будем считать, что это уже развитие действия. И снова кусочек действия - и много-много рефлексии от имени героя. Причем некоторые мысли и чувства повторяются несколько раз. Дальше в рамках развития действия герой куда-то попадает и что-то там видит. Парадоксально, но структурно этот фрагмент может восприниматься как... новая экспозиция. Новое место действия, новая ситуация, и конфликт будет (если будет) проистекать именно из этой ситуации. Но тогда все, что было до этой новой экспозиции, нужно считать... очень затянутым прологом. В общем, многое решит кульминация и то, какой она будет.


А дальше - завязка (основанная на новой экспозиции), когда герои решают идти на поиски книги. Развитие действия (идут, стражи и все такое). А потом у автора, видимо, закончились килобуквы. Герой впал в азарт, решил не возвращаться и даже немного помочь аборигену, и то ли его уже убили то ли еще пока собираются. По сути, это очень с большой натяжкой можно считать кульминацией и развязкой в одном флаконе.


ИТОГО


Структурная проблема. Во-первых, две истории в одной (два места действия, два набора героев, два набора мотиваций). Это нормально для (почти) повести ли хотя бы для рассказа на 40к, но текст на 12к просто физически не тянет две экспозиции (или очень затянутый пролог, смотря как к этому относиться). Может ли потянуть? В теории - наверное. Но техника в таком случае понадобится филигранная.

Итого имеем ооочень затянутые пролог + экспозиция 1 + развитие действия 1 + экспозиция 2 + развитие действия 2 + совсем немного скомканной кульминации и неуверенной развязки. Плюс идея о том, что путешественнику в чужие тела лучше не увлекаться азартными переживаниями. А, и еще много рефлексий со стороны героя и служебных слов на десерт.


Честно говоря, даже не знаю, что бы я могла тут порекомендовать. Может, я просто 'не представитель ЦА' для этого рассказа. Может, я чего-то не понимаю. Но в моих глазах текст выглядит примерно как-то так.


Родионов М.В. Бд-21: Аптека [100000000100110000100]   12k


В названии все эти цифры кода выделяют рассказ и автора и настраивают на определенный стиль.

Первые поэтические фразы тоже настраивают. Структурно - такая вот поэтическая часть экспозиции. Дальше экспозиция продолжается пареньком, который 'устал и замерз'. Сразу подозрительно. Неужели вот так сразу слезу автор начинает из меня как из читателя выдавливать? А что же тогда дальше будет? А дальше 'ледяной ветер', в общем, кто еще не успел заплакать, автор настоятельно рекомендует. А тут еще и жар изнутри аптеки, но дверь закрыта, мальчика не пускают в тепло. Придется порыдать, похоже, без этого никак не получится перейти дальше по структуре.


'Запоздание реакции' - это мальчик запоздал или 'аптекарь'? Кому на кого предложили протокол составить? Не понятно.


Дальше мама, у которой жар и бред. Автор, я рискую такими темпами до конца рассказа вообще остаться без слез. Все вытекут. Кстати, структурно это уже завязка. Вполне своевременно.

Так. Скорая отказалась приезжать к маме. 'Аптекарь' говорит, что 'скорая помощь не предоставляется гражданам 17 категории'. Но дальше оказывается, что мать автора другой категории. Видимо, раз скорую вызвал мальчик 17 категории, то выезжать в любом случае не положено, даже если вызов на самом деле к маме, которая бредит и сама скорую вызвать не может.

Мальчик готов заплатить, но ужасная наценка и недостаток денег... 'парнишку словно подкосили'. А рыдать уже нечем. Печаль.


К чему 'Очнись, сынок!' - не поняла. Но дальше вдруг появилась некая Анна и девушка с фиолетовыми волосами. Или это одна и та же девушка? И еще какой-то 'я', который тоже непонятно кто. В общем, структурно - новая экспозиция, причем запутанная. Вот еще парень какой-то. Я в этом фрагменте даже героев не могу посчитать, не то что понять кто из них кто и зачем.

В монологе парня слишком много авторских объяснялок спряталось.


Дальше - повзрослевшая Анна. Ага, то есть до этого фрагмент был не экспозицией, а вставкой-приквелом с функцией объяснялки. А теперь началась экспозиция линии Анны.


'Стройная фигура, всё такие же фиолетовые волосы, но они больше не блестят. Словно темнота собралась из окружающего мира и впиталась в них. Некоторая часть их словно перешла на лицо, превратившись в зачатки морщинок.' В них - в волосы. Тогда получается, что некоторая часть волос перешла на лицо, превратившись в зачатки морщинок? Сижу перевариваю. Очень нестандартный образ.


Анну увольняют. То есть это завязка по экспозиции линии Анны. Дальше Анна беседует со своим созданием-искином и хлопает дверью. Сразу и развитие действия, и кульминация? Или это кульминация только для этой сцены? Посмотрим.


Очередная экспозиция. На этот раз дождь и туман, мальчик и женщина. Ага, автор намекает, что женщина и есть Анна. Анна предлагает мальчику постоять на стреме. Что ж, очередная завязка. Дальше Анна в ритме вальса пересказывает мне как читателю события предыдущих лет, но упорно делает вид, что разговаривает с автоматом-искином и пафосным стишком активирует, видимо, резервную копию этого самого искина.


Дальше еще одна экспозиция. Какая-то камера (которую автор нам дотошно описывает, гораздо подробнее, чем героев кстати) что-то показывает. Комната в коммуналке. Тщательное перечисление мебели. Почему-то 'камера показывает' в настоящем времени, а 'женщина лежала' вдруг в прошедшем.


Потом видимо автор возвращает нас все-таки в самую первую сцену, с мальчиком которому холодно и который просит лекарства для мамы. Но мы понимаем, что уже поздно. Структурно - кульминация к самой первой сцене, а развязка была чуть раньше. Все остальные сцены наверное можно определить как развитие действия? Но в них далеко не всегда понятно, какое действие куда развивается, и все же они больше похожи то на вставки, то на новые экспозиции.


ИТОГО


С точки зрения структуры... интересно, есть такая структура - 'винегрет'? Прыжки по экспозициям, по героям. Да, следует признать, что к финалу все эти экспозиции худо-бедно автором приводятся к скоростной кульминации и развязке. Автор очень предусмотрительно наделил героиню фиолетовыми волосами, по крайней мере ее хоть идентифицировать можно было по тексту. Из-за всех этих прыжков экспозиции, приквелов и объяснялок проникнуться финальной кульминацией не получается. Единственное чувство к финалу - фух, вроде разобрались, что к чему и кто куда. Для математической задачки приятное чувство, для литературного произведения - не очень. Именно поэтому (а не потому что это заговор) считается, что желательно следовать правилам композиции. Эти правила не просто так, они позволяют 'погрузить' читателя в текст. Ну если конечно автору хочется чтобы читатель проникся и сопереживал героям, а не просто разгадывал текст как задачку.


По смыслу осталось неясным, что такое активировала Анна своим пафосным стишком. Похоже, что-то пошло не так, и искин ей помочь не успел, но зато в финале проявил жалость к ее сыну.


Не понятно, для чего нужно было с такой силой в начале текста давить на жалость. Если это предполагался стеб над рассказами про 'аднаногих сабачек', то не получилось. Хороший стеб должен быстро опознаваться как стеб, иначе все время будет оставаться подозрение, что автор на полном серьезе пытался выдавливать из читателя слезы литрами.


Ковалевская А.В. Бд-21: Отдать нани


Название мне не слишком нравится. По сути, это пересказ сути рассказа (тавтология, ага) - акцент на том, как важно-сложно отдавать эти самые нани. И, к сожалению, намного менее важно, что за герои их туда-сюда кому отдавали.


Про первую фразу текста не высказался наверное только ленивый. Слово 'проводник' - неоднозначное. Сразу, сходу понять что 'проводник' в этом случае - человек, очень сложно. Тем более слово начинает фразу, и большая буква тоже не помогает. Плюс слово 'разметался'. Про человека наверное чаще говорят 'разметался' когда он раскинулся на кровати или что-то типа того. Дальше, если нам все-таки удалось сообразить, что Проводник - это человек, возникает другая проблема. Этот человек разметался под водой, судя по 'донному песку' и 'столбам водорослей'. Так может, все же не человек? Потому что если он лежит на дне под водой, тогда уже будет 'тело Проводника', а не сам Проводник. Но вдруг рядом - парнишка, вроде вполне живой. То есть они оба живы на дне морском? Но в скафандрах. Но скафандры - это обычно в космосе, а не под водой. Картинка не складывается категорически, доверие к тексту и автору уходит за нулевую отметку прямо с первого абзаца.


'Ладонь спаяна с ладонью пострадавшего' - картинка опять меняется. Они что, роботы? Было бы 'ладонь тесно прижата к ладони' - одно дело, но когда 'спаяна' волей-неволей возникают мысли по поводу какой-то сварки. Дальше вопрос: а почему переходной вентиль на ладони находится? Это не логично, на ладони он скорее всего будет мешать.

Структурно - это все экспозиция, но уж больно сложная не столько для понимания, сколько для представления.


Дальше - завязка. Пришел Урсуляк и ругается на стажера, который отдает свои нани пострадавшему. Поскольку я как читатель еще не знаю, что это за нани, мое восприятие этой сцены зависит от догадливости. То есть опять нужна некоторая расшифровка и определенное усилие со стороны читателя.


Хм. Дальше Урсуляк обращается к какому-то напарнику, а напарник отвечает про пацанчика (стажера) и проводника (который раненый). То есть получается, что на месте действия находятся (как минимум) четверо персонажей, но кто кому кем приходится и в каких они отношениях пока совершенно не ясно. Вот это 'повтори как договаривались' звучит как разговор с... умственно отсталым человеком. Разговаривать так с напарником, с которым пошел на серьезное дело? Очень спорно. Очевидно, что фраза предназначена для читателя в попытке автора объяснить, что происходит.


Внезапно. Появляется еще один персонаж: 'Дядя, старший из работяг'. То есть всего их там в этой начальной сцене не четверо, а уже пятеро. Как говорится, ничто не предвещало. И, кстати, если это группа, и если ее куда-то ведет проводник, то почему как минимум двое из участников этой группы не особенно скрываясь замышляют что-то явно плохое против остальных? Сюжетно это должно быть развитие действия, но, поскольку экспозиция не вполне понятна, есть ощущение, что экспозиция все еще продолжается.


'Бод понял, какая беда ходит рядом' - что-то понял, но что именно и из чего? Видимо, я где-то пропустила момент когда Бод заподозрил Урса. Вернулась перечитала. Ага, это тот фрагмент, где нам вдруг сообщили, что Проводник всех прослушивает, а через него подслушал Урса Бод, но тогда получается что Проводник тоже знал про планы Урса, а Урс такой глупый, что считает, что на закрытом канале их никто не может подслушать? Даже сейчас об этом знают продвинутые школьники...


'Аккуратно отвинтил вентиль, вовремя: последний большой нани не успел выскользнуть в чужой скафандр.' На этой фразе нани представляются размерами с небольшого жучка, потому что тогда я не понимаю, как люди чувствуют, куда они там выскальзывают и какого они размера.

' вырвался только один пузырь воздуха, раздробился на несколько шариков, и всё это ушло вверх, к солнцу, просвечивающему сквозь золотой бульон Мелководья' - то есть они все-таки под водой находятся? Час от часу не легче.


А дальше еще и хвосты вдруг объявились. Как будто автор нарочно не дает построить хоть какую-то картинку происходящего.


'И такие же хищные - они не поделились с проводником своими нани, и это неприятно и больно уязвило стажера.' Тут мораль прямым текстом, хотя весь рассказ в принципе об этом - но вдруг читатель сам не догадается.


'а первую в жизни трудовую неделю привык к вахтовикам, привык считать дядек чуть ли не семьёй' - имхо недели вряд ли достаточно, чтобы прямо-таки 'считать семьей'.


Структурно это все представляет собой развитие действия.


' И тут Бод совершенно отчётливо вспомнил, что видел посторонний движ. Течение ни при чём, кто-то ударил Глеба!' Этот момент воспринимается неестественно. Вот прямо только сейчас вспомнил. Скорее похоже на то, что автор решил оживить действие, которое уже начало пробуксовывать.


' - Что ты, что ты! - загалдели во все микрофоны. - Нани быстро уходили?' Работяги? В такой ситуации? 'Загалдели'? Да никогда в жизни. Это ж не тетушки на базаре. Ах, ах, что ты, что ты...


'- Значит, скоро... это... станут негодные. Короче, не жилец наш проводник.' С чего такой вывод? Почему станут негодные? Почему не жилец?


' верхний, спинной, резервуар, протёк, и его вода просачивается в сложный раствор Мелководья. Бод ужаснулся коварству Урса' А как Урс это сделал? Перечитала фрагмент два раза - по спине не хлопал, ничего подозрительного не делал.

Структурно, видимо, этот фрагмент можно считать началом кульминации, которая растянута на несколько фрагментов.


' хотя кое-что нани делали даже без внешнего руководства' Кое-что? А в остальном люди ими руководят что ли? До сих пор это было не очевидно.


' Счётчик нанитов менял цифры' Вдруг, в конце рассказа, оказывается что еще и счетчик есть! А почему тогда раньше по тексту 'работяги галдели' и спрашивали, как быстро нани уходили и сколько их ушло? Спросили бы, 'сколько там на счетчике у тебя', да и все.


Развязку автор оставила на откуп читателю, может, найдут вертолетчики героев, а может и нет.


ИТОГО


В этом рассказе можно проследить, насколько важна для всей структуры качественная и понятная экспозиция. Да, можно какие-то факты 'приберечь' по сюжету, но в целом (особенно в коротком рассказе) читателю должно быть понятно, где происходит действие и с кем. Это в романе можно постепенно разворачивать экспозицию. Но если в рассказе она, по сути, растягивается на весь текст, то сам сюжет, завязка и кульминация отодвигаются на задний план.


Герои рассказа очень сильно поляризованы. Абсолютное злоЪ в виде Урсуляка и абсолютное поющее добро в виде Бода. Разве что Проводник в конце немного засомневался, может ему взять все нани, чтобы выжить и изобличить Урсуляка. Читателю остается разве что послушно ждать финала, чтобы узнать, победит ли добро или не успеет и героически погибнет.


Отдать нани - хорошо и правильно, хотя и рискованно. Отобрать чужие нани - плохо и подло, разве что ради Очень Правого Дела. Сами по себе эти нани - интересная фантастическая идея, но почему-то сыграть органично вместе с сюжетом ей не удалось.


Орехов Е. Бд-21: Немного верности   12k


Название скромное во всех отношениях.


Первая фраза - сильная. 'Возница погиб молча'. Сразу понятно, что автор не будет громоздить прологи на приквелы, а возьмется сразу за действие уверенной рукой.

Структурно первый абзац - это в определенной мере и экспозиция, а завязка. Правда, экспозиция скромная: можно понять, что имеется некий обоз из повозок и на него напали оборотни. Но, в принципе, на первых порах этого достаточно.


Дальше автор не мешкая развивает действие - охранники отбиваются от оборотней.

В описании схватки наблюдаются некоторые странности, картинка не очень складывается.

'Одно чудовище лежало с отрубленной башкой', 'второе, насаженное на рогатины, с оглушительным рёвом молотило когтистыми лапами', а дальше 'Мечи и секиры рубили косматую тушу'. Такое впечатление, что зачем-то рубили тушу того, кто с отрубленной башкой (из-за слова 'туша', посмотрите значение в словаре). Дальше 'тщательно выцеливая бешено вертящегося оборотня' - того же самого, которого рубили? 'Сейчас рогатины переломятся, или из леса выскочит оборотень' - так уже их выскочило... а кстати, сколько? Раньше звучало слово 'стая', но сколько это и что тогда изменит еще один оборотень? 'Оборотень пропал и через мгновение обнаружился в гуще схватки. Промчался мимо и скрылся в лесу.' А этот оборотень - это еще один или все тот же? 'волколак медленно заваливался на бок' - а это который?

Видимо, автор хотел показать, что оборотней было много и они по-разному себя вели, но тогда очень желательно каждому оборотню, о котором пишете отдельно, дать какой-то отличительный признак: 'хромой оборотень', 'длинноухий', 'косматый'... да мало ли еще какие, но чтобы было понятно, куда конкретно и на кого в данный момент смотрит фокальный персонаж.

Финал схватки тоже не поняла: 'Оставив двоих в дозоре, он погнал остальных на работу.' На какую работу? Они вроде куда-то ехали, обозом, разве нет? Чего они там работают такое? Ага, подводы толкают. Ну ладно, 'работа' объяснилась, хотя все равно немного коряво.


'по дороге меж раскатившихся подвод носились лошади, волоча сломанные оглобли...' здесь у меня тоже картинка не складывается. С чего это они туда-сюда носились меж подвод? Если ничего не путаю, то испуганная лошадь скачет куда глаза глядят и куда-нибудь подальше, а не туда-сюда.


Слова про 'Волчьего пастыря', в принципе, можно структурно считать очередной, вполне уместной 'ступенькой' в развитии действия, а также элементом саспенса. Мол, бойтесь, дальше будет еще страшнее.


"Десятник назвал их Правый и Левый". Ага, здесь автор сам догадался, что нужно как-то различить оборотней в глазах читателя. Что ж, можно и так :)

'Старый знакомый! Это же он завалил того оборотня!' А здесь опять отсылка на 'того оборотня' - какого? Вряд ли кто-то из читателей к этому моменту в подробностях вспомнит содержание предыдущей битвы. 'Загадочный оборотень убил собратьев по стае и ушёл.' То есть оборотень сражался на стороне защитников обоза? Убил одного в предыдущей битве и одного сейчас?


Понятно, что здесь я уже очень придираюсь, но есть ощущение, что автор вполне может все эти детали привести в порядок. Мелкие-то они мелкие, но у читателя картинка складывается именно из них.


'Он тоже... среди мёртвых тел, и в его неподвижных глазах отражается небо, заслоняемое вековыми соснами. Зря они это затеяли. Один против целой стаи...' Тут совсем непонятно. Что? К чему? Почему? Дальше обнаруживается какая-то Сельма и обещанный Волчий Пастырь. Но ГДЕ они находятся? Рядом с обозом? Где-то еще? Картинка не складывается. 'На краю поляны стоял оборотень.' - что за поляна? Где это? Пришел Рагнар? Тот оборотень, который убил других оборотней, воскрес и пришел? То есть догадаться можно, но приходится именно что догадываться, с определенным усилием. И даже не говорите, что чтение в принципе требует усилий. Это смотря что читать. Если речь идет о фэнтези рассказе про оборотней, то 'грузить' читателя нужно в меру.


Противостояние Сельмы и Пастыря - это, видимо, кульминация. Жаль, что я как читатель ничего не знаю про эту самую Сельму. Все, что мне сообщили, что Сельма - целительница и, видимо, она 'за хороших', а Пастырь, вероятно, 'за плохих'. То есть кульминация в виде противостояния абстрактного добра и чуть менее абстрактного зла (по крайней мере, известно, что Пастыря боялись защитники обоза).


'- Моя... Просто не знала, как по-другому спасти обозников.' Зачем ей было спасать обозников? Кто она такая и какое к ним имеет отношение?

Эти все беседы под лечебное зелье - структурно развязка. Затянутая, как на мой вкус.

'Если бы стая тебя убила? Если бы Пастырь оказался сильнее?' Вот именно. Опасное предприятие. Но мы до сих пор не знаем, зачем ей это вообще было нужно. Зато знаем, чем именно собрались заняться за кулисами неизвестная Сельма и подлеченный Рагнар.


ИТОГО


Мда. Главное, что интересно - писать автор явно умеет. Но с этим конкретным текстом кое-что конкретно не так. Причем структура более-менее правильно выстроена. Есть бодрая экспозиция-битва, действие развивается, оборотень который убивает других оборотней, намек на Пастыря, появляется Сельма. Дальше кульминация-противостояние, победа добра и развязка.

НО. Вот это добро, которое Сельма, оно абсолютно совершенно абстрактное и сферическое добро. Ну просто шла мимо и решила спасти обозников. Почему бы не сделать до завтрака какое-нибудь хорошее дело? Причем про самих обозников к развязке автор вообще забыл, они не более чем повод для хорошего дела.

То есть все элементы структуры формально на месте, но по сути экспозиция и завязка касаются обоза, в развитие действия впрыгивают (как чертики из коробочки) Пастор и Сельма. Экспозиции по ним автор никакой не дает, а сразу заставляет их бодро друг другу противостоять.


То есть, ключевая ошибка этого текста, имхо, - это экспозиция, поданная через обоз, который к развязке растворился в тумане. Экспозицию нужно было подавать через Сельму с Рагнаром. При этом не обязательно сразу уточнять, что Рагнар - оборотень. Можно упомянуть про пастыря. Дальше - завязка. На обоз нападают, и Сельма с Рагнаром решают (почему?) вмешаться. Вот теперь можно переключиться на фокал предводителя обоза и дать картинку битвы с фокусом именно на странного оборотня, который убивает других оборотней. И Сельму тоже показать глазами предводителя, мол тетка какая-то маячит, вроде у нас в обозе таких не было. И дальше, со сцены где Сельма переживает что Рагнар вероятно погиб, уже можно продолжать так, как есть в тексте. По крайней мере, не будет ощущения, что Сельма вскочила в текст из коробочки, да так и осталась абстрактным (но очень сердечным) добром.


Реут А. Бд-21: Инанна спускается в ад 6к


Ах, какое название! Завлекает, запоминается... скрещиваю пальцы, чтобы рассказ оказался не хуже.


Начало... ну, в рамках экспозиции нормально. Представили героиню, объяснили почему ее так называют. Конечно, хотелось (особенно с учетом небольшого размера текста) что-то более яркое, ну да ладно. А вот по поводу 'Астарты' мне уже не нравится. Это не часть экспозиции, это такая авторская шутка. В самом начале текста, имхо, не очень уместная.


'Крупной, улыбчивой' - ну такое. Не слишком художественное описание. 'На четыре-пять лет меня старше'... это может быть и 25 и 65. А девушками у нас нынче кличут всех, кому до 70.


'Все равно бы не подошел мрачный готический имидж' - зачем говорить о том, чего нет? Все эти рассуждения вязнут, замедляют текст.


'Собрались на чьей-то даче' это продолжение экспозиции. До этого автор представлял нам героиню, теперь представляет место действия. И не забывает перечислить, что на столе стояло. В таком коротком рассказе - ЗАЧЕМ? А про то, что желудок людей плохо переносит холодные закуски - зачем? Я понимаю, что как бы от первого лица и все такое, но эти вставки никак не оживляют текст. Они не смешные, это какие-то истины, изрекаемые персонажем с непонятной целью. И опять 'сидели, ели, пили'... а еще даже завязка не наступила. Лень измерять в процентах от текста, но экспозиция заметно затянута. Но нет. Продолжаем 'высасывать мясной сок из хинкаля'.


Бинго! 'Так Инанна же умерла' - наконец-то завязка. И дальше - стремительное развитие действия, потому что 'Инанна резала кулебяку'. Увы, автор сам не понял, что дальше делать с этим действием, поэтому решил, что герой будет просто 'вести себя как все' и пускай он... допустим, предложит Инанне встречаться и попробует выяснить, как оно там, после смерти.


Кульминацией, наверное, можно считать момент, когда герой встал и ушел. Не самая яркая из кульминаций, честно скажу.

Дальше - развязка. 'С тех пор прошло несколько лет. Но я так и не смог понять, что всё это значило'. Плюс некая толика не самой оригинальной морали в стиле 'все там будем'.


ИТОГО


Структурно: скучная экспозиция, какие-то отступления, описания, хинкали... Все для того, чтобы вбросить неожиданную завязку, чуть развить даже не действие, а диалог (причем вторая его часть весьма спорная с точки зрения интереса)... и вывести героя за калитку, чтобы в развязке немного порассуждать.

Из всего этого хороша только часть от слов 'Слушай, я могу чего-то путать' и до слов 'до того самого проклятого лета'. Это абсурдно, неожиданно, интересно, но... автору не удалось превратить эту завязку в интересную кульминацию и развязку.

Такое бывает - приходит какая-то интересная фраза или целый фрагмент, но ему нужно дать 'дорасти', развиться во что-то интересное. Все равно что мастерскую зарисовку именитого художника поместить в рамку, которую ребенок обклеил ракушками и блестками.

Могу предложить, что автор планировал создать некий контраст между бытовой картинкой встречи компании старых друзей и мертвой-живой девушкой, которую все приняли с бытовым же спокойствием. Но это все настолько недотянуто и слабо технически, что контраста в результате не получается.


Шэд П. Бд-21: Всё ради...   10k


Название мне не нравится совершенно. Два служебных слова и многоточие. Плюс сразу понятно, что речь пойдет о какой-то жертве. Таким словосочетанием даже на текущем конкурсе можно десяток рассказов назвать.


По поводу первой фразы было мощное разбирательство (в оффтопике, кажется). Меня 'картинка' этой фразы тоже смущает, но повторять все аргументы, которые уже высказывались в дискуссии, не буду. Из хорошего: в рамках экспозиции первая фраза дает информацию о том, что у мастера когти (то есть скорее всего мастер - не человек) и эта мастер что-то замышляет, а иначе зачем бы ей прятать что-то в потайной кармашек. Но - важный момент - если первая фраза показывает табличку, то эта табличка обязательно должна дальше сыграть заметную роль по сюжету, раз на ней сделали акцент и выделили ей место в первой, самой 'ударной' фразе короткого рассказа.


'Было тихо' - ГДЕ? Это ошибка экспозиции. Сидит мастер, водит когтем по табличке. Где сидит? А там где тихо, там и сидит.


'Сначала ее ученицы заняли' - это начало нового абзаца. Кого 'ее' понять можно, но все равно это не слишком аккуратно технически.


С точки зрения экспозиции автор вскользь представил место действия (таверна), хотя где сидела Мастер в первом абзаце все равно не понятно, но будем считать что тоже в таверне. Саму Мастера автор представил еще менее определенно - кошка, у нее есть боевитые ученицы. И сразу представляет следующего героя - наемника. И сразу за ним - 'кроху Лору' и до кучи 'няньку Фаби'. Почему нянька юная? В явно какой-то ответственный поход не могли постарше кого-то взять?

Экспозиция - штука такая, и затягивать нельзя, но и быстро по списку представить всех героев - тоже не лучший выход.

На случай, если кому-то из читателей действующих лиц не хватило, автор еще и про великую ведьму вспомнил.

И быстро вернулся к наемнику, решил все же представить главного героя получше. Что значит 'неприятное лицо'? Это не описание. Кому-то может неприятное, а кому-то вполне нормальное или даже приятное. Нос длинный? Глаза навыкате?


Диалог мастера с наемником - нормально. По сути, завязка. Куда-то нужно идти, это опасно. Пока не сказали, куда и зачем, но может еще скажут.


'Сверкающие голубенькие глазки'? Во-первых, просто штамп, а во-вторых, если она их терла и зевала, то они никакие не сверкающие, а сонные. Где вы видели сверкающие сонные глазки? (upd) Ага, почитала дальше. Это автору нужны были сверкающие глазки под фразу про ребенка с глазами из тысячи звезд. Но все равно сверкающие и сонные как-то не очень сочетается.


'Ее дело, ее наследие. То, что могло остаться от ее имени.' Тут коряво и слишком много служебных.


Дальше автор, видимо, пропускает большой кусок событий и представляет читателю что-то путаное. Фаби - понятно, это 'юная нянька'. 'Все отвлеклись, наемник ушел проверить дорогу'... и что? Мастер на коленях, какую-то Тею тошнит, кто-то у кого-то забрал силы? Фаби? Фаби что-то не успела. Лора куда-то пыталась убежать. В общем, не складываются события в понятную картинку, сколько ни читай. (upd) Дочитала до конца, но эта сцена сильно понятнее не стала.


'Ее слова ударили по ушам, словно гром.' Кого ударили? Всех? Кто здесь вообще фокальный персонаж? Не понятно, но Тею отбросило, Лора упала, наемник спрятал...

Похоже, здесь всеведущий автор, который подает сцену 'с высоты птичьего полета'.

'лицо становилось яростным как у матери, когда та бросилась ее защищать. Ее и сестру, дикую, черную, как пантера. Но на сестру рука уже не поднялась.' Гррр... какая мать? Какая сестра? Автор, вам на 10к правда еще недостаточно персонажей? Прямо жадность какая-то... еще, еще, и сестру, и мать! А-а-а... отца потеряли!


Формально весь этот запутанный в собственной динамике фрагмент - это развитие действия. Понять бы еще, куда конкретно оно развивается. И, кстати, где именно все это происходит.

Дальше - приквел. Шли-шли, все погибли, до храма еще далеко.


А тем временем автор продолжает странные фокусы с фокалом. 'Следующим вечером крошка Лора шепотом назвала его папой. Не объяснить... А наследие мастера - верные ученицы, погибали одна за другой. Ее боевые тигрицы...' Это фразы, которые стоят подряд. 'Его папой, не объяснить' - фокал наемника. 'Ее боевые тигрицы' - фокал мастера. Так чей там все-таки фокал и зачем автор махнул рукой на этот важный с точки зрения композиции момент?


Что такое 'провал леса'? Куда он, интересно, проваливается?


'И тут же отряд настиг колдун.' Ишь, как удачно. Шайтан, однако. Ни сталь не помогла, ни стрелы. Раз такой великий колдун, то как они вообще до храма добрались? Порешил бы их всех прямо в таверне своей стихией...

'Глядя на обгоревшие руки, мастер думала, сколько ей осталось.' Угу, лежала на поле битвы и философствовала. Не верю.


'Это кровь Теи, лучшая и последняя из учениц.' Только меня смущает грамматическая логика этой фразы?


Но в этой финальной сцене (которая кстати и кульминация и развязка) хотя бы фокал более-менее от лица мастера.


'- Из-за тебя, колдун, я нарушил клятву наемника. Говори теперь.' Какую именно клятву? Чем нарушил?


'- Спокойно, спокойно. Я всего лишь хотел вырвать наследницу из рук мастера. Девочка должна жить.' Автор встаньте, выйдите на середину комнаты. Вообразите, что вы - великий колдун. А теперь вслух произнесите эту фразу от имени великого колдуна. Неужто получилось?


' У нас был уговор, но ты, я вижу, не склонен его выполнять?' Уговор какой-то... наемник был в сговоре с колдуном, и тем самым нарушил клятву наемника? Тогда тем более непонятно, зачем было огород городить. Все вопросы прекрасно можно было решить прямо в таверне, а потом наемник с колдуном бодрым маршем доставили бы девочку куда там колдуну нужно. Ага, зачем-то якобы к храму нужно было привести мастера. Автор сам увидел логический провал и решил таким образом его прикрыть? Потому что в общем так и не ясно, зачем было приводить туда мастера.


Какие-то Хранители, о которых раньше речи не было. ' - Что-то я не понял тебя, колдун. Ты говорил о спасении, а не конце мира.' Наемник, не переживай, не только ты не понял.


'А чуть позже, через короткую тишину' это как-то вообще не очень по-русски.


Ага, теперь еще оказывается, что мастер все так и задумывала. Не утихомирить Хранителей кровью девочки, а выпустить их на свободу.

Ага, и табличку автор не забыл в финале. Уже хорошо.


По итогам развязки весь рассказ оказался по сути эпилогом и завязкой для каких-то последующих событий.


ИТОГО


Рассказ начинается с фокала Мастера. Ценная девочка, куда-то нужно идти, опасно, берем наемника. Экспозиция в общих чертах понятная, стандартная для фэнтези. Бравые герои отправляются на подвиг.

Дальше - сцена обо всех и ни о ком конкретно, то от лица всеведущего автора, то подключаются вразнобой какие-то персонажи в качестве фокальных.

Финальная сцена опять от лица Мастера. В сцену впрыгивает великий колдун и оказывается, что у всех были какие-то свои интересы и даже Мастер, умирая, свою задачу якобы выполнила. НО. Эти все тайные задачи становятся понятными уже в развязке. До этого читатель просто следит за тем, как группа товарищей ведет куда-то девочку и гибнет по дороге. Не очень понятно, куда и зачем, но понятно, что девочку нужно пожалеть.


В общем, ошибка выбора фокального персонажа, имхо. Здесь фокалом однозначно должна быть девочка. А всю информацию давать через то, что она услышала, поняла, сделала выводы. И в таком случае можно было бы показать ее отношение и к наемнику, и к Мастеру (и не прыгать по фокалам), и дать через ее 'ведьминскую силу' намеки на то, что не все так просто, что у всех персонажей, которые ее окружают, есть двойное дно. Через ведущий фокал Мастера и даже через всеведущего автора показать это все гораздо сложнее.


Маруся О. А. Бд-21: Голландский гамбит


На всякий случай уточняю, что я (о чем сказано во вступлении к обзору) рассматриваю рассказы как сюжетные произведения: на уровне героев, конфликтов, сюжета и структуры. Разгадкой авторских загадок не занимаюсь, поскольку мне это в рамках данного обзора не интересно.


Название навевает ассоциации с 'модным' сериалом, который, кстати, не про шахматы вовсе, а про наркотики. Мда. Но это я так, к слову.


Первая фраза - вполне. 'С утренней почтой принесли посылку'. Складывается ощущение, что в этой посылке что-то важное и вокруг содержимого посылки будет построен сюжет.

Вторая фраза - увы, гораздо хуже. Она длинная, корявая и переполнена канцеляритами. 'Ничем существенным... доставляет ежедневно' - какой-то отчет о работе почтовой службы затесался в художественный текст.


Некто Крис берет посылку в руки, и сразу чувствует ее 'особую значимость'. Вполне логичный ход со стороны автора для того, чтобы еще больше заинтересовать читателя посылкой. Будем считать, что я как читатель заинтересована.


По поводу 'трещины на правом стекле'. Спорно. Читатель еще ничего не знает про этого Криса. Может, он вообще марсианин какой-то? Но нет! Он не просто марсианин, он - марсианин в треснувших очках. Своего рода ошибка экспозиции, треснувшие очки получаются важнее самого героя. Чуть дальше автор вбрасывает 'юный возраст' героя. Юный марсианин в треснувших очках. Ладно, читаю дальше. И что же делает этот оригинальный герой? Внимательно рассматривает посылку. Действие застопорилось и никуда не движется, экспозиция пока что очень спорная и про посылку пока тоже не ясно - является она завязкой сюжета или нет.


И что вы таки себе думаете? Думаете, что автор все же представит героя? Нет, вы таки не угадали. Автор представляет читателю... опять посылку. И описывает ее (в рассказе на 9к, ага) во всех (весьма скучных) подробностях. После чего на сцене возникает дядя-марсианин героя-марсианина (молодого и в треснувших очках). И герой-марсианин (а точнее - автор за него) считает необходимым сообщить, как именно умер означенный дядя (= объяснялка).

У героя-марсианина болит правая ступня, но он все равно упорно продолжает... изучать посылку. Честно говоря, я уже и надеялась, но герой посылку все же открыл. Правда, к этому моменту уже не очень интересно, что там внутри.


Дальше автор вкидывает какое-то ненашими буквами написанное название и тут же тщательно переводит нашими буквами.


'На следующий день после похорон' - это вообще когда? Когда пришла посылка? Когда умер дядя? Когда были похороны? На момент распаковки посылки герой жалуется на боль в ноге от ботинок, купленных для похорон. То есть на тот момент похороны уже состоялись? Экспозиция удручает. Герой-марсианин, где он находится - не известно, когда похороны - не понятно.


Все же Крис едет в город и это можно считать развитием действия. Его посылают 'в Англию'. А сейчас он все же ГДЕ? Плюс очень увлекательные размышления героя по поводу расписания паромов.


Некая вилла, некий толстяк. Действие развивается, но очень вяло как для короткого рассказа. Никакого конфликта пока и близко нет. Просто наследник (видимо, все же не марсианин) в треснувших очках перемещается по локациям за своим наследством.


'вы хотите знать, чем мы тут занимаемся и что вам делать с акциями вашего внезапно почившего дяди Отто?' Честно? Не очень. Но понятно, что автор расскажет. И тут на сцене появляется Вторая Жизнь, которую почивший дядя не успел получить, но ему все же ее могут дать 'но в каком обличии'.


Увы, поскольку про героя мы мало что знаем (а про дядю - еще меньше), сопереживать здесь некому и что там за хитрость придумал с акциями толстяк тоже не очень интересно. Ну придумал так и молодец. Дальше автор в темпе вальса обыгрывает суть названия, убивает толстяка, отправляет героя дальше по локациям и... все.


ИТОГО

С точки зрения сюжетного рассказа, в тексте нарушено практически все, что можно. Экспозиция туманная, про героя известно что он юн и в треснувших очках. Действие развивается через продвижение героя из точки в точку (да, шахматы и все такое, но читатель в чем провинился?), конфликт очень условный и возникает непосредственно в кульминации и тут же молниеносно герою задается новая локация.


Хочется раскрыть текстом метафору из названия? Да не вопрос. Герой - шахматная фигура? Да сколько угодно. Но это не означает, что в тексте можно перечеркнуть практически все элементы, которые создают структуру рассказа и делают его интересным для читателя.


Weiss T. Бд-21: Весёлый Молочник   8k


И еще раз на всякий случай предупреждаю, что в этом обзоре рассматриваю рассказы как сюжетные, с точки зрения структуры.


Название... задорное. Особенно изысканно смотрелся бы ужастик с таким названием.


И первое же слово рассказа - мое 'любимое' причастие ('изучающим'). Понятно, что совсем без них обойтись сложно, но хотя бы не прямо так сразу...


Дальше важный момент. Кто говорит слова 'Приторная, начиненная яркими осколками мармелада'? Это не слова героя, это из-за спины героя автор подсказывает читателю свое собственное отношение к этой шоколадке. То есть история еще не началась по сути, но автор уже успел выдать мне как читателю ломтик не слишком аппетитной морали.


Сценка с кассиршей неплоха. Автор дает понять, что герой чем-то расстроен.


'Покинул магазин'... покинул место происшествия... это ж литература а не рапорт.


Структурно, видимо, это все еще экспозиция. Хотя покупку шоколадки наверное можно считать уже завязкой.


'внося свою долю в общую какофонию' корявая фраза.


Дальше автор объясняет, кто герой и по какому поводу он грустит и злится. В принципе, экспозиция практически сложилась. Пора бы уже как-то активнее продвигать действие. Но пока герой вкусно кусает шоколадку, что тоже неплохо, но уже как-то затянуто по ощущениям.

Появление Молочника наконец-то начинает что-то куда-то продвигать.


'В каком смысле, - спросил Даня,' - вот эта вся реплика героя очень нарочитая получилась, неестественная. Ну и дальше диалог пошел 'рекламный', автор вырулил на финальную автостраду к своей идее и дальше уже, похоже, никуда сворачивать не будет. Сразу понятно, что в бидоне 'правильное' молоко и сейчас Молочник будет в этом героя убеждать.


'Или небесное молоко с его радостью и весельем - или засахаренная фальшивка.' Автор весьма настойчив в продвижении морали читателям.

Мальчик пожалел Молочника и испил натуральный продукт. Кульминация, она же развязка.


ИТОГО

Кажется, что рассказ сам в себе потерялся вместе с авторской идеей. Если идея в том, что натуральное лучше искусственного... то нужно ли было сочинять рассказ для иллюстрации этой не самой новой мысли? Мне кажется более перспективным вариант, который намечен в этой фразе: '- И как, утешает? - спросил усатый всё с той же трагичной интонацией.'

Потому что в таком случае поднимается вопрос, а как люди вообще привыкли 'утешать' себя и чем они пытаются 'забить' свои эмоции, чтобы их не чувствовать. Но, увы, этот психологический момент автор только наметил, при том что в финале тоже есть отсылки к чувствованию эмоций. Если доработать в этом направлении, имхо, будет более интересно.


С точки зрения структуры, бОльшую часть текста занимает затянутые экспозиция и завязка, при этом вместо развития действия автор предлагает не очень естественный диалог, а кульминация и счастливая развязка сливаются в едином но кратком порыве.


Честно говоря, по ощущениям, 4-5к для этого текста - верхний предел объема.


Ковешников С.В. Бд-21: Трудно быть багом


Название привлекает внимание. Считаю, что служебные слова в заглавии это не очень хорошо, но здесь такая отсылка, что не поспоришь :)

Опять-таки, рассматриваю исключительно с точки зрения структуры.


Первые три фразы сразу заворачивают голову читателя в какую-то подозрительную сторону. Сначала - настоящее время, затем резкий переход в прошедшее. Кстати, без второй фразы имхо можно было бы вообще обойтись, тем более что там все мои любимые служебные слова собраны.


Так. Сема шлепает до туалета. Рассказчика подсознание 'сорвало с постели и выгнало из спальни'. Пока вроде все понятно, но дальше - 'Мы, два дурня, решили опорожнить мочевой пузырь'. То есть в этой сцене есть два дурня - и это, получается, не Сема и рассказчик, но пока не очень понятно, кто, и сколько их там вообще. Если еще подумать, то можно предположить, что подсознание постаралось, выгнало рассказчика из постели, но он все неправильно понял и вместе с Семой отправился в туалет. Тогда получается, что их там все же двое, но это нужно задумываться.


'прозвучали приказы: бегом-бегом' - их было слышно через двери, через коридоры? Что-то я сомневаюсь. Но может такой дом, слышимость очень хорошая.


'Это катится комом из жилища в жилище.' Эта фраза не очень подходит ко всему предыдущему динамичному и напряженному абзацу. Почему-то колобок вспоминается.


'Оглушающе зажжужал смартфон'. Здесь мне не нравится фонетика, и раньше вроде по тексту было слово 'звонилка'. Имхо, звонилка - это что-то вроде старой Нокии, не слышала чтобы так говорили про смартфон.


' У Семёна псих' - может, 'психи'? Я не слышала, чтобы в единственном числе говорили в этом контексте. В этом же фрагменте становится понятно, что герои могут быть как-то замешаны в этом нападении, что хорошо, поскольку выводит из из статистов событий в непосредственные участники.


' Потом поиск вслепую душевого шланга' - имхо, тут с избытком усложнил. Просто 'Ищем вслепую душевой шланг', тем более что дальше 'Краны горячей-холодной влево' вполне с таким вариантом сочетается.


Структурно экспозицию автор пролетел на бреющем, но все что нужно, в принципе, выдал. Дом, нападение, сообщение, двое в квартире. Тут же и завязка, и начало действия.


Не очень пока понятно, почему во все квартиры забежали, все двери выбили, а герои спокойно себе сами вышли. Но, в общем, этим подкрепляется подозрение, что герои особенные.


' Сёма задирает голову вверх - та же картина: опустошение' эээ... где? Опустошение? Где вверху опустошение и как оно выглядит? Если выйти из квартиры, спуститься по лестнице на пару ступенек и задрать голову вверх, то будет виден... пустой коридор. Не опустошенный, а просто пустой. Имхо, какой-то баг картинки.


Про мирное население, которое несет потери - не верю в этот весь фрагмент. Там напряженная ситуация, не пойми что происходит, а герой в философию ударился. Вот никогда вживую таких людей не встречала. А в рассказах - сколько угодно, автор поставил героя на паузу и решить немного пофилософствовать :( То, что герои вернулись в свою 'конуру' тоже немного странно, но тут автору виднее.


Картина 'ненормального мира' хорошо передает картину ненормального мира.


' Семён ему: ну слава богу, ты его видел? Нет, но он снизошёл на них, они покаялись' Здесь слишком много служебных, и местоимения путают, 'ты, его, он, них, они'...


Структурно фрагмент воспоминаний про эксперимент (в общем-то, по хорошему, объяснялка, но объяснять тоже иногда нужно) вполне на месте. Герои куда-то катят в автобусе, как раз можно задуматься над тем, что было 'до', особенно если у них, как мы знаем, уже есть подозрение, что все это как-то связано.


'...Ребята помнят, что смогли осознать. Я помню всё.' Это тоже коряво.

' раскидистые зонтичные деревья' а это как из учебника ботаники.

В общем, герои побывали в прекрасном мире (лирическая вставка имхо немного затянута), а потом с небес начали падать осы и превратили жителей прекрасного мира в своих клонов. Это понятно.


'Я так долго искал врага' - спорная фраза. Можно прочитать что, мол, скучно ему было жить, все хотелось какого-нибудь врага найти...

Про любовь, которая прошлась огнем, не вполне понятно (если не читать комментарии автора), но красиво.


' Семён тут же провоцирует картинкой' эта фраза весьма путает... если не знать сюжет. Про телепатию вроде речи не было. Может, хотя бы еще одну фразу вкинуть, что-то вроде 'иногда эта связь утомляет'.


'- Как объясните сей казус? - скрипуче интересуется Крюкова. - Чьи, откуда, почему?' Примерно на этом этапе логика отключается. Какой казус? Кто- чьи? И так далее... Уже очень ощущается, что на автора изо всех сил давят килобуквы. И здесь очень просится еще хотя бы пару фраз, которые можно было бы выкроить из лирического фрагмента.


' Крюкова наклоняется, смотрит, трогает своё лицо ладонью' Слишком резкий переход, только что куда-то летели, а теперь вдруг Крюкова. Она тоже летит или кто вообще где?


Финал примерно-условно понятен (если без комментариев автора), но тексту отчетливо тесно в 12к, при всех способностях автора без ущерба для текста обойтись без 'раскачивания', да в общем и без экспозиции с завязкой.


ИТОГО

Наверное, самый динамичный рассказ на конкурсе. Минимум 40к, почти вполне успешно утрамбованные в 12. Недаром понадобилось столько правок. Эмоция считывается, сюжет в целом тоже считывается. Детали доработать в объеме практически нереально.


Что касается структуры - хороший пример удачного 'размазывания' экспозиции. Информация подается тогда, когда нужна, уместными блоками. Четко понятно (кроме момента с Крюковой и первого абзаца про туалет) кто герои и где они находится. Я бы еще чуть доработала связку Степан-Приск, но это уже тоже вопрос объема. В таком темпе... пожалуй, нереально.


Развитие действия и флешбеки удачно чередуются. Кульминация несколько пострадала от острого дефицита килобукв. Зато в развязке даже нашлось место крупице позитива :)


Барцева А. Бд-21: Рецессивный ген  6k


Название серьезное, научное. Посмотрим, насколько научным окажется сам рассказ, тем более что в генетике я разбираюсь все же немного лучше, чем в вопросах космических перелетов.


Начало жесткое. Все вымерли - и рыжие, и блондинки, и зеленоглазые. Автор долго не раскачивается, сразу с места в карьер. Не поняла, что за проблема с ведьмами. Далеко не везде считается, что ведьмы обязательно имеют какие-то особенности фенотипа, а попросту - внешности. И черноволосая ведьма в наших краях, например, считается вполне себе нормальным явлением.


К рецессивным генам автор тут же добавляет роботизацию. На случай если генетических проблем для объема в 6к окажется недостаточно?


Далее следует некий сферический в вакууме диалог, который представляет читателю особенности жизни в придуманном автором мире. Сферический в вакууме потому, что неизвестно, где именно и между кем и кем он происходит. Диалога оказывается недостаточно, и дополнительные особенности автор попутно прописывает авторскими словами.


'Люди-жаворонки исчезли как плод диктата сельского хозяйства'... эээ... что? При чем тут диктат сельского хозяйства к людям-жаворонкам? Там в этом мире что, городов нет? Все в селах живут и сельским хозяйством занимаются?


Наконец-то автор прекращает забрасывать читателя отрывочными сведениями о мире своего рассказа и вводит в повествование героя, точнее, героиню. Пока что это некая абстрактная 'она', но ей плохо, и от нее недавно ушел муж. Уже хоть какая-то информация.


'Выставленная вперед ладонь скользнула по полотну.' По дверному полотну? Или что там за полотно? Картинка не складывается.


'Считав отпечатки пальцев, матовая плоскость скользнула вбок, и она почти выпала на интеллигентных, стоявших в коридоре.' По логике языка, 'она' - это 'матовая плоскость'. И как ГГ так сходу определила, что стоявшие в коридоре - интеллигентные?


Хм. Рассказ почти закончился, но пока ни экспозиции нормальной не было (обрывки сведений о мире и обрывки сведений о героине), ни завязки (если не считать завязкой тот интригующий факт, что в дверь героини постучали 'интеллигентные'). Но нет, все же некий конфликт завязывается, у 'пришедших' обнаружились по отношению к героине какие-то (пока туманные) претензии. Но (насколько я поняла) героиня каким-то образом выпроводила пришельцев. Все очень туманно.


'Пронося голову мимо комода'... эээ... можно прочитать, что это она чью-то постороннюю голову пронесла мимо.


Дальше мне как читателю наконец-то объясняют, о чем и к чему это все. Видимо, у героини родился ребенок-жаворонок, и это почему-то стало ужасной трагедией. Ладно, дочитаю, потом выскажусь отдельно на тему жаворонков и рецессивных генов.

Дочитала. Угу.


ИТОГО

А я-то надеялась на научно-медицинско-генетическую фантастику, а здесь получилась некая туманная (зато эмоциональная) страшилка. Подозреваю, что мамочки маленьких детей, которые встают каждое утро в пять утра как по будильнику хоть в будни, хоть в выходные, эмоциональным состоянием героини проникнутся. Впрочем, передача 'сонного' состояния героини - это то практически единственное, что есть хорошего в тексте.


Что касается рецессивных генов... я так и не поняла, куда они делись в мире рассказа.

У каждого человека есть два набора генов. Один набор человек получает от матери (из яйцеклетки), второй - от отца (из сперматозоида). Яйцеклетка и сперматозоид сливаются и далее происходит внутриутробное развитие будущего младенца. Так вот, рецессивный ген - это такой ген, который проявляется в фенотипе (во внешности в том числе) только в том случае, если он волею судьбы встретился с еще одним рецессивным геном. То есть и сперматозоид, и яйцеклетка должны содержать рецессивный ген... ну допустим, светлых волос. Если рецессивный ген попал в пару с доминантным, то признак, который кодирует рецессивный ген, не проявится, и у ребенка волосы будут темными (на самом деле все еще сложнее, ну да ладно).

И вот теперь я сижу и ломаю голову, куда могли деться рецессивные гены (если относиться к рассказу как к попытке нф, а не просто как к эмоциональной зарисовке). Так вот, вы не поверите, но рецессивные гены - они везде. Прячутся за доминантными. И проявляются только в паре с себе подобными. Если предположить, что по какой-то неведомой причине ВСЕ рецессивные гены куда-то подевались, то это привело бы к катастрофическим последствиям и вообще не известно, какой процент людей вообще смог бы выжить в такой передряге, потому что гены находятся в хромосомах, и одна хромосома содержит множество генов, как рецессивных, так и доминантных. И для того, чтобы исчезли все рецессивные гены, необходимо 'перекроить' все хромосомы и создать феерический бардак в генотипе. А поскольку (как вы, надеюсь, понимаете), ген не кодирует напрямую цвет волос, а кодирует синтез белка, который влияет в том числе (!) на цвет волос, то... размеры бардака приобретают космический масштаб, несовместимый с выживанием и человека, и, подозреваю, человечества.


Дальше. По поводу 'жаворонков'. В общем-то, это такое условно-медицинское понятие. Если цвет волос еще худо-бедно чем-то кодируется, то какой именно ген отвечает за 'жаворонковость'... есть, правда некие сообщения о том, что ученые что-то там выявили, какой-то поломанный ген, но, во-первых, это еще нужно источники проверять, что там за ученые (или копирайтеры), а во-вторых, о рецессивном гене даже в этих источниках речь не шла.


Вывод: найти в ситуации рассказа что-то научное, увы, мне не очень удалось. Но может это я не понимаю в науке.


Скорее всего, в рассказе нужно было дать просто ситуацию 'запрета жаворонков'. Ну вот запретили их, чтобы не мешали спать приличным 'совам'. Так было бы меньше вопросов, чем когда читаешь 'научное' название, а получаешь... то, что получаешь.


Что касается структуры, рассказ висит в воздухе. Отрывочные сведения о мире и героине не формируют внятную экспозицию. Завязка долго не наступает, зато потом кульминация и развязка происходят мгновенно (увы, как оказалось, проблема многих рассказов БД из обозренных).


Шевелев Д. Бд-21: Крысёныш   12k


Название заметное, запоминается.


Первая фраза с легким привкусом канцелярита, но зато сразу задает некую 'настороженность'. Вполне логично, что автор сразу решил начать с завязки и не тратить ценные килобуквы на 'раскачивание' текста.


Не очень понятно, как с одного взгляда на 'гору контейнеров' герой понял, что там есть кто-то живой, а не просто спрятан какой-нибудь неживой нелегальный груз. Плюс пока не очень понятно, чем крыса лучше чем крысёныш.

Структурно это действительно завязка, а отсутствие экспозиции, надеюсь, будет компенсировано дальше по тексту. Плюс автор вскользь 'показал' как выглядит 'крысёныш'. Жаль, не очень понятно, как выглядит Гленн (а в таком случае обычно читатель представляет себе антропоморфное существо) и какого размера этот крысёныш - почему-то складывается впечатление, что он должен быть больше обычного детеныша крысы, но прямых указаний от автора на размер пока нет, просто - 'маленький', но маленький в сравнении с кем или с чем?


Дальше - пояснительная вставка от автора. Крысёнышей вывели с помощью генетического вмешательства. ОК, происхождение примерно понятно и есть указание на антропоморфность.


'Как они умудрялись договариваться с кораблями и челноками - не знал никто.' Такие моменты у меня обычно вызывают подозрение, что автор просто решил не заморачиваться и не объяснять некий факт, который нужен по сюжету. Бластеры, космические корабли, а отследить крысёнышей не могут? Все же сомнительно. Гипотеза с 'генами для кораблей' в какой-то мере (в рамках фантастического мира) примиряет меня как читателя с этой 'непоняткой'.


' заставляли пассажиров переходить на неорганические суда.

Внешне они походили на людей'

Здесь ошибка. Местоимение 'они', по правилам, будет относиться даже не к пассажирам, а вообще к 'неорганическим судам', но точно не к крысёнышам, несмотря на то, что автор, скорее всего, подразумевает крысёнышей.


'Внешне они походили на людей'. Хм. А как же 'с прозрачными кварцевыми глазами и длинными серебристо-серыми лохмами "? Что-то не очень такое описание 'походит на людей'.

'Кто назвал их орками, осталось невыясненным. Но между собой люди называли их крысами.' Ну крысы и крысы, зачем еще про орков упоминать? Тем более 'на морду' как бы орк и крыса выглядят в традиционном представлении все же весьма по-разному. И дальше Гленн тоже зачем-то называет Крысёныша орком. Имхо, лишние сущности и путаница.


С чего вдруг Гленн решил 'усыновить' Крысёныша - не понятно. Исходя из того, что Гленн в начале текста, видимо, сразу догадался, что там за 'нелегальный пассажир', он с крысёнышами не в первый раз сталкивает. Но именно этого почему-то решил усыновить. Имхо, просто потому, что автору так нужно по сюжету, а в объеме 12к с мотивацией не разгуляешься. Капсула, которую не возвращают приюты... так что теперь, придется всех крысёнышей подбирать? Логичнее было бы разбираться с приютами и по какому праву они не возвращают капсулы.


' - Крыс жри, - разъяснил Гленн орчонку.

Крыс, в отличие от орков, с помощью той же генной инженерии пытались уничтожить.'

Здесь, имхо, путаница. Гленн предлагает орчонку (который Крысёныш), жрать крыс (которые просто крысы). Но каких крыс пытались уничтожить? Таких, как Крысёныш, или таких, как крысы, которых ему предлагают жрать? Видимо, тех, которых жрать.


' Гленн надеялся, что орк с ними справится, если жрать ему будет нечего. Нет, иногда он крысёныша подкармливал' И опять. Справится орк, подкармливал крысёныша. Опять путаница, и более того, картинка не складывается, до сих пор не получается понять, как выглядит приемыш? Все же больше похож на крысу или на орка?


'Он же вызвался нечисть крестить.' Очень вольная там у них религия... но - фантастический мир, может и правда у них там так можно.


'Однажды днём Гленн заметил мельтешение на мониторе.' Ой. Где в этот момент находится Гленн? Что за монитор? Куда направлена камера? Место действия для меня как читателя висит в вакууме.


Попытка пастора устыдить Гленна воспринимается немного неестественно.

И почему сельчане вдруг все решили выступить в поддержку Стива? Чем он такой популярный?


Структурно продолжается развитие действия.


' К двенадцати годам Дарк вымахал под два метра' Вообще-то чтобы так 'вымахать', нужно хорошо питаться. Если все время провел на рационе из бездомных собак и крыс... разве что списать на фантастически нетребовательный метаболизм. Впрочем, дальше по тексту обнаруживается, что Крысёныша подкармливал пастор.


' - Привет, Чильш, - подумал Дарк.' Здесь не очень понятно. Я думала, что Дарк пытается вернуться на ту планету, где был пастор и Гленн, но, похоже, это родная планета Крысёныша и его родной дом, который заняли какие-то 'новые хозяева'. Догадаться можно, но при чтении приходится тормозить и разбираться, что не есть хорошо.


Кульминация формально происходит на фрагменте 'предательства' родного дома. Но эмоционально этот фрагмент до кульминационного сюжетного накала не дотягивает. Дом не отказался новых хозяев бросать, герой развернулся и отбыл. Развязка - возвращение к Гленну. Позитивная.


ИТОГО

Структурно текст, имхо, недостаточно сбалансирован. Видимо, в угоду уменьшения объема, экспозиция редуцирована до минимума. По ходу текста самое необходимое о мире и героях понять можно, но не более того. 'Картинка' не складывается, кинематографичности не получается.

Самая динамичная часть структурно - это развитие действия. После того, как Крысёныш уходит в наемники, динамика снижается, и кульминация с развязкой гораздо менее эмоциональны.

Плюс еще проблема с конфликтом. Понятно, что Крысёныша обижают, заставляют есть крыс и бродячих собак. Но конфликта, в понимании эмоционально насыщенного противостояния, в тексте нет. И это одна из ключевых причин снижения динамики к финалу. Нет конфликта - нет яркой кульминации (как правило).


Свои личные несостыковки по ходу чтения отметила.


Из положительного - наличие героя и его эмоций. Увы, слишком во многих рассказах конкурса герой выступает в качестве не более чем функции или декорации. Жаль, что так и не удалось понять, как именно в глазах автора выглядит Крысёныш. Та информация, которая представлена в тексте, скорее еще больше запутывала. Лучше уж просто называть 'крысёнышем', указать на то, что антропоморфный и 'серебристый', не приплетая 'орков', а там уже читатели пускай сами воображают, если в тексте места на полноценное описание не хватило.


Идея вполне прослеживается, и она... как бы это сказать... 'социально приемлемая'.