Katsurini : другие произведения.

Сиятельство 2

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


  • Аннотация:
    Каникулы у бабушки с дедушкой могут обернуться приключениями, а могут и переживаниями. Хорошо, если всё закончится хорошо, но так, как начинается, мне уже не нравится.
    Мiр "Сиятельства" через 15 лет(на начало книги).
    Начато 21.07.2014 Последнее обновление от 27.09.2014. Просьба, отписывайтесь, пожалуйста. Тапки приветствуются. ПРОЕКТ ЗАМОРОЖЕН НА НЕОПРЕДЕЛЁННЫЙ СРОК.

  
  Стоит сказать слово “лето”, и возникают ассоциации: море, тёплый ветер, жара, ходишь раздетый, купаешься! А если у тебя такое лето почти круглый год, ведь ты живёшь в Калифорнии? И тебя в Сибирь отправили на каникулы? Нет, не думайте, там не холодно, моря только нет, в остальном та же погода. А вот раздеться нельзя. Почему? Да потому что нравы не те - устаревшие. Когда девчата ходят в длинных вышитых сорочках в пол, носят лишь длинные волосы, заплетённые в одну косу, а замужние женщины ходят всегда с покрытой головой. А так — практически то же самое, разве что в Сибири технологии пошли по пути техномагии. И здесь не приходится скрывать свои способности, ими даже можно пользоваться.
  - Ну так что, внученька, у тебя уже есть жених? - прервала мои размышления родная старушка.
  - Нет, бабушка. Да и зачем он мне? У нас замуж выходят лет в тридцать.
  - А детей рожают после?
  - А кто как, кто после, а кто раньше залетит, то могут и замуж выйти, а могут и аборт сделать.
  - Ты странные слова говоришь, и чему тебя только родители учат? Зови мамку, буду с ней говорить о твоём воспитании!
  Естественно, маму я не позвала. И вовсе она меня такому не учит. А пояснить бабушке незнакомые слова пришлось. Она тут же схватилась за сердце. А кому звонить? В скорую? А где тут скорая? Какой номер, как звонить? И дедушка на работе.
  Пришлось вызывать маму, которая не заставила себя ждать. Явилась, в чём была одета - кремовом платье до колен на широких бретелях. И это ещё скромно по нашим меркам.
  Блин, ну и о чём я думала? У меня ведь мама целитель! Да только лечить бабулю она отказалась.
  - Мам, ты чего?
  - Ты ведь тоже должна на ком-то практиковаться. Вот тебе возможность, приступай.
  А ведь мама права, когда ещё представится такой случай. Свои способности мы старались не афишировать. Поэтому лечила я лишь в кругу семьи мелкие наружные повреждения. Да и не все болезни нужно исцелять нашим даром, многое лечится с помощью травок, если не вызывает непоправимых физических изменений.
  Я начала сканировать болячки. В реальности это было гораздо сложнее, нежели в виртуалке, где мы с мамой тренировались. Справившись с десятком мелких хворей, мамуля перехватила инициативу на себя и вылечила бабушке сердце. Мама контролировала весь процесс, поэтому тянула до последнего, чтобы вовремя вмешаться. Но как мне показалось, ничего непоправимого там и не было.
  Стоило сердцу прийти в норму, как мне было поручено всё остальное. Я следовала чётким маминым инструкциям, которые помнила с детства, когда и открылся мой дар, перешедший от неё по наследству. А папину способность пришлось развивать, но родителей я читать не могла, как ни старалась, если они сами того не хотели.
  Бабушка уже пришла в себя и всячески мешала лечению. Поэтому мама ей зубы заговаривала, пока я заканчивала.
  Я вытерла испарину со лба тыльной стороной ладони. Глаза просто слипались от усталости.
  - Мама, как тебе не стыдно! - услышала я мамин голос. - Она перепугалась не на шутку, а ты - играла!
  Мама отвела меня в свою детскую комнату, ныне мою, и погладила по голове, как в детстве.
  Вот, выросла вроде бы, а взрослеть не хочется. Когда ещё мама меня приголубит, обнимет? На ручках уже не подержит, я ведь её раздавлю. Завидую младшим сёстрам, они иногда до сих пор забираются к родителям на коленки. А скоро я выпорхну из их гнезда, перееду к мужу или в отдельную квартиру, и как часто мы сможем видеться? Расстояние, в принципе, не проблема со способностями моих родителей к мгновенному перемещению (телепортация, как сообщает современное кино, но там фантастика, а здесь — реальность).
  Очнулась я уже ближе к вечеру. Солнышко светило в мою комнату, расположенную с западной стороны, и ласкало своими лучиками мне лицо. Улыбка сама не заставила себя ждать.
  - Вижу, ты уже проснулась, малышка, - в комнату вошла мама. Правда, уже не в том коротком платье, а переоделась в длинную сорочку и сарафан, волосы подобрала под платок. И как ей не жарко?
  Я бабуле сразу сказала, что она может забыть о такой одежде. Буду носить то, что посчитаю нужным. Пришлось уступить в длине платья, но зато ношу красивые приталенные разноцветные платья, тоненькие и не жаркие, с коротенькими рукавчиками. Без оных вообще нельзя было, стыдно, мол, так ходить, пришлось довольствоваться малым.
  Мама присела ко мне на постель с другой стороны(а постель была широкая, супружеская), откинулась на подушку. Ждала пока я проснусь всё это время? На её лице играла довольная улыбка.
  - Мамочка, - осторожно начала я.
  - Да, солнышко?
  - А почему ты здесь?
  - Да так, наблюдаю за твоим состоянием. Всё же ты много энергии потратила, нельзя доводить себя до такого истощения. Почему не заряжалась?
  - Как-то не до того было... - сказала я. Мама грустно вздохнула. Да уж, я совсем забыла о побочных явлениях истощения. А ведь могла не только в кому впасть, но и на себя болячки перетягивать.
  - Ты вливала в меня силу?
  - Немного. Приходила каждый час, проверяла тебя. Папа не выдержал мою беготню туда-сюда и отослал сидеть и общаться с твоей бабушкой. А она мне весь мозг выела, - мама показала на свою одёжку. Я усмехнулась, наблюдая за ней. И не скажешь, что ей столько лет. Напоминает меня в подростковом возрасте.
  Я чувствовала себя отлично. Готова была покорять новые вершины.
  - А мне можно пойти гулять? Мы сегодня с Любой договорились побродить по окрестностям, - я взглянула на мамочку, немного притомившуюся, ворчливую, но такую счастливую.
  - Вижу, что ты уже в порядке. Конечно, иди!
  - А надеть шорты можно?
  Мама рассмеялась. Такой по-детски раскрепощённой я её ещё ни разу не видела. Сейчас я уже сомневалась, что ей сорок с гаком* лет. Да и выглядела она от силы на двадцать пять. К ней много мужчин постоянно клеится. Мама с ними флиртует, особенно если поблизости папу видит, а он злится - ревнует её. Правда, кавалеров своих мама сама отшивает, сообщая, что у неё пятеро по лавкам, а шестой — муж — уже идёт. Бросив быстрый взгляд на разминаемые папой кулаки, поклонников тут же ветром сдувает.
  - Надевай! Только учти, из передряг тебя вытаскивать не буду. Разве что папа захочет развлечься, - я согласно киваю и лезу в шкаф, переодеваться. - Надюш, ты уже выросла. Не за горами то время, когда ты замуж выскочишь. - я высунула нос и глянула на родительницу. - Будь осторожна. Ты девушка красивая, однозначно, а такое одеяние не соответствует скромной девице. Будь уверена, что молодёжь в курсе, откуда ты, и что у нас не хранят себя. Ребята могут захотеть поразвлечься.
  А ведь мама права. Но у нас в Восточной Руси за приставание на улице по судам затаскать можно. А здесь этого нет. Но одеваться как местные, мне не хотелось.
  - И что мне делать? - потерянно спросила я.
  - А, никого не слушай, делай так, как поступает сердце.
  В этом все мои родители. Слушают своё чутьё, а уже потом на обстоятельства смотрят.
  - Мам, а как вы с папой познакомились?
  - О, нам было по семь. Твои дедушки поехали на вече, и взяли с собой нас. А там ребята драчки устраивали. В тот раз я была единственной девочкой, вот они и стали биться за меня. А мне были не интересны эти здоровенные подростки. Я и ушла по-тихоньку, пока ребята разминали свои кости. И встретилась с твоим папой. Он был скучающим мальчиком моего возраста. Стал кадрить меня, предложил побить всех. А ещё сразу замуж позвал.
  - И что, ты согласилась? - удивилась я. Мама с папой не рассказывали эту историю.
  - Конечно, нет. Но согласилась на то, что если он всех побъёт, то я с ним сфотографируюсь.
  - Он ведь победил? - я уже подсела к маме, стала надевать шорты до колен, свободные, не облегающие, как хотела раньше.
  Мама кивнула. Потом поднялась, поцеловала на прощанье и, сказав, что у неё там ещё четверо по лавкам, а папа наверное уже с ними с ума сходит, исчезла у меня на глазах.
  Да, здорово иметь такую способность. Надеюсь, что и я научусь, как папа научился. Правда, обоим моим родителям уже было по двадцать один, когда впервые стали перемещаться. И папа позже мамы познал дар. Так что у меня всё ещё впереди.
  Постояв у зеркала и подобрав волосы в ракушку, я, удостоверившись, что выгляжу не слишком развратно, отворила окошко и выскользнула по подоконнику во двор. Как обезьянка спускалась по выпуклостям стены, пока очутилась на земле.
  Знала бы бабуля, в каком я виде, вновь бы инфаркт схлопотала.
  С Любкой я встретилась через пять минут, она как раз шла мне навстречу с каким-то парнем. Зачем своего ухажёра притащила? Парень выглядел как-то неправильно, выделяясь среди окружающих нас подростков-школьников в длинных штанах, но без футболок. Светлых волосы, лохмами торчащие в разные стороны, контрастировали со светло-карими глазами. Рубашка белая в вертикальную полоску, под нею белая футболка, бежевые шорты до колен, бежевые босоножки. Весь вид парня кричал, что он не такой, как все. Не местный? Хотя одно то, что очи были карими уже говорило о том, что он не житель Сибири.
  Нет, тут тоже попадались кареглазые, вот только волосы у них были тёмные, да и кожа чуть смугловата. А межэтнический союзы тут были не в почёте.
  Кто же ты? Очень похож на восточно-русых парней. Точно! И как я раньше не догадалась?
  - Привет! - закричала Любка на всю улицу, тут же привлекая к нам внимание.
  Я лишь помахала в ответ. А Люба была одета в вышитую голубую сорочку, и красный в белый горох сарафан. Образ довершал очельник* в виде красной ленты. И образ парня совершенно не гармонировал с нею. Подойдя, я поздоровалась с ребятами. Меня тут же познакомили с Крейгом.
  - О, какой стиль! Я думал, девчата здесь все по-монашески одеваются! - сказал парень. Люба хотела, видно, сказать, что я не здешняя, но получила тычок локтя под рёбра и прикусила язык.
  - Зачем ты притащила своего парня? - шепнула я ей, отведя в сторонку.
  - Он не мой парень. Всего лишь друг. Зато знаешь, как наши к нему липнут, мечтая выбраться с материка. Он и шарахается всех. А поскольку я его не воспринимаю как возможного жениха, то мы и подружились. Я ведь не свободна уже.
  - Правда? И когда? Поздравляю! - сумбурно выразилась я. Мы давненько с подругой не виделись, с прошлого лета.
  Оказалось, что сговор у Любы был давно, ещё лето назад. А свадьба уже не за горами. Осенью как раз и планируется. Жениху осталось сдать последнюю практику, и он может уже обеспечивать семью. А поскольку на всех летних каникулах учащиеся зарабатывают деньги, то могут содержать семью. Здесь редко кто из замужних девчат работает. В основном занимаются созданием домашнего уюта да детей растят.
  У нас же в стране мама работала всю беременность, вплоть до родов. И потом лишь два лета сидела дома, постоянно выделяя хоть пару часов в день на учительскую деятельность.
  Мы пошли за мой дом, за которым располагались спортивные школьные площадки. Хоть был вечер, но все места были забиты подростками.
  Любка просветила, что сегодня в здешней школе соревнования проходят. Поэтому так много народу.
  И тут гляжу, мяч летит прямо на меня. Мысленно достроила траекторию падения, отступила на шаг назад. Удар пришёлся как раз по мячу. Я продолжила путь, обратив внимание, что объект долетел до турника, ударился о него и по тому же пути вернулся обратно. На сей раз отбил мяч Крейг.
  Мальчишки тут же обратили на нас внимание, точнее на Крейга, потому как мы с Любой уже ушли вперёд, а вот парень вернулся ради удара.
  На юношу глядели неприязно. Я поманила его головой, и мы пошли дальше на пустырь, на который как раз собирались. Крейг догнал нас.
  - Вот забавно, какого б возраста мужик не был, а ему всё игрушки подавай, - подружка тут же кивнула, соглашаясь с моей мыслью. - Так и я такая же, стоит только увидеть мяч, так и хочется его отбить!
  Мы смеялись, потому что Крейг постоянно шутил. Говорил он без акцента, на чистом русском. Я уже даже стала сомневаться, что он с Восточной Руси. Но оказалось, что в тринадцать лет у него проснулись магические способности, которые он скрывал. А у них в школе была замечательная учительница — Яра Михайловна. Вот она-то и предложила ему перебраться через Дежнев* пролив, отделяющий Евразию от Восточной Руси*.
  Да, как тесен мир! Кто бы сомневался, что всё вертится вокруг моих родителей.
  Почему мы не живём здесь? Мама с папой жили до моего рождения. А потом тут заварушка произошла, маму пытались убить, отец не стал рисковать женой и дитям под сердцем, отправив их в Восточную Русь.
  Потом убили папиных родителей. Поэтому папа не может тут жить. Слишком сильны воспоминания.
  Мы живём под новыми именами, в другой стране. Для всех чужих мои родители погибли, а я выдаю себя за дочь маминого старшего брата Сварога. Родичи мамины, конечно, в курсе, но тайну мы храним очень бережно.
  И вот появился тот, кто знает мою маму. Это плохо, очень плохо.
  Даже Любка не знает мою тайну. А то, что я одеваюсь не по местному, так внутренний протест так проявляется. Плохо обманывать, но никто не должен знать, что мой настоящий отец жив и кто моя мама. Других деток родители сюда не приводят. Слишком малы ещё, чтобы не проболтаться. Дедушка с бабушкой иногда к нам являются в гости, поэтому хоть так, но общаются.
  Я вернулась с небес на землю, когда меня несколько раз окрикнули ребята. Мы стояли уже возле дома моих бабушки с дедушкой, было около полуночи. На небе светил полный Месяц и звёздочки моргали, словно отбивая ритм незнакомой мелодии.
  Я помахала друзьям рукой и вошла на участок. А когда ребята скрылись из виду, забралась по стене обратно в свою комнату.
  На следующий день мы уже гуляли вдвоём с подружкой, Крейга отослали на практику, без него было как-то тоскливо.
  А спустя несколько дней мы познакомились с парнями: Жданом, Богданом, Василем, Денисом. Каждый юноша был оригинален по-своему в причёске. У светло-русого Ждана была короткая стрижка с выбритыми зигзагами на висках, длинные усы. У рыжего Богдана был длинный чуб на манер казаков, вот только усов и бороды пока не было. Василь был темноволос, усат, с короткой бородкой и коротким хвостиком на затылке. Денис был блондином и выглядел младше всех с чистым детским личиком.
  Они за нами ухлёстывали. Договорились, что про учёбу говорить не будем, и так уже надоела. Просто общались. Все были на два лета старше нас, из одной группы, приехали вот после выпускной практики. Два месяца свободы перед вступлением в новую жизнь.
  Странно, но никто не подкалывал меня насчёт одежды, никто не распускал рук. И мальчишки защищали от пришлых ребят и их наездов.
  Мы весело проводили время. К концу сезона ребята предложили нам выбрать. Любка тогда и поведала о своём женихе. Вот тогда парни переключили всё внимание на меня.
  Выбери да выбери. Ну, я и решила проверку устроить. Свидание с каждым.
  С Денисом мы провели незабываемый вечер. Катались в парке развлечений. Визжали, смеялись.
  С Василем мы пошли в трактир, с самой вкусной стряпнёй. Нас обслужили по высшему разряду, кстати, кафе и рестораны дома не сравнятся со здешним общепитом. Тут было уютно, словно дома, очень вкусно, ненавязчиво. А ещё не было спиртного в меню. Зато были местные напитки - взвары, чаи, квас, соки и другие.
  В общем, мы здорово наобщались, и он провёл меня до дома.
  На этом свидания я решила больше не проводить. Не хотелось портить впечатления от прошлого, но и с выбором определиться я не решилась. Пообещав, что ещё подумаю над кандидатурой парня, мы остались с ребятами друзьями.
  
  Как-то раз ребята уговорили нас пойти на недострой. Мол, его давно забросили. Полазить там, в прятки поиграть.
  Я с сомнением поглядела на них: сколько им лет, чтоб в прятки играть? Как я поняла, по двадцать три. Уже устроились на работу, только после высшего училища им дают два месяца каникул. Ведь пока учатся, в свободное от занятий время у них практика.
  Ну ладно, я не против, можно и детство вспомнить, в прятки поиграть.
  Когда перелезли забор , я запоздало обратила внимание на табличку "Вход воспрещён. Опасная зона". Ведь если вешают предупреждающие знаки, объект должен охраняться.
  Я по-новому взглянула на забор и сердце ушло в пятки. Ничему-то меня жизнь не научила! Так, спокойствие, только спокойствие! Не буду пугать ребят. Нам только паники не хватало! Может, всё ещё обойдётся.
  - Поговаривают, тут призраки водятся! - начал тихо Денис.
  Значит, мы сюда не играть полезли, а нервишки пощекотать. А я, дура, купилась!
  Было неприятно. Но свои чувства я оставила при себе, молча следуя за остальными.
  У Любы горели глаза от возбуждения. Понятно, значит, она тоже была в курсе. Вот от её поступка защипали глаза от обиды.
  Шли мы тёмными коридорами, осторожно перебираясь по стенам нижестоящих уровней, потому что лестницы или перекрытия зачастую вовсе отсутствовали.
  Ребятам стало скучно в сумерках, они стали шуметь и пытаться растревожить потусторонние силы.
  Но ведь с Навью не шутят. А судя по всему, объект недаром магическим куполом накрыт.
  Уже совсем стемнело. Василь со Жданом помогли Любе взобраться на следующий ярус, всё же мальчишки сильнее и подтянуться на руках для них труда не составило. Мне же решили помочь Дэн с Богданом. Но я не дала им руку.
  - Значит, в прятки поиграть пришли сюда? - только бы голос не дрогнул, не хочу показывать свою слабость.
  - Ну прости, ты бы не пошла, если бы про призраков узнала, - начал оправдываться Дэн.
  - Да, не пошла бы, и это правильно.
  - Ты трусиха! - подколол Дэн. А ведь я поводов не давала так думать. То, что я не поддерживаю все их безумные идеи говорит лишь о моей рассудительности.
  Я закрыла глаза, считая про себя до десяти, стараясь успокоиться. Не нужно с ними ссориться, и на провокацию не поддамся.
  - Пока-пока, я пошла на выход! - сказала им и развернулась.
  Во след мне слышалось: "Трусиха-трусиха!"
  На выход я не пошла. То поле, что нас впустило, не выпустит. Нужно искать того, кто это поле поддерживает.
  Я включила магическое зрение и стала осматриваться. Обзор никакой, придётся карабракаться повыше.
  Ребята уже ушли, а я разбежалась и взобралась по стене, быстро перебирая ногами, ухватилась за перекрытие второго этажа и подтянулась.
  Парням же стараюсь не показывать силу и ловкость, незачем выставлять их в невыгодном свете. Пусть думают, что они сильные. Особенно здешние мужики, они мне нравятся больше, чем наши, у нас уже мужчины не пытаются доказать женщине, что могут её защитить. Ухаживать - да. Но борьба за равные права с мужчинами, позволила женщинам реализовывать себя в опасных профессиях, что с одной стороны дало свободу и независимость, а с другой - смело разницу между полами.
  У меня папа до сих пор иногда спорит с мамой по поводу её работы. Ну, не то, чтобы запрещает ей работать, просто не понимает этого в её беременность. А мама просто не хочет выделяться.
  Я услышала визги ребят и пошла на звук. Заметила какое-то голубоватое свечение впереди. Выглянув из-за поворота, увидела каких-то существ, парящих в воздухе. Ребята больше не кричали, а безмолвно глядели на свет.
  Я спряталась за стену.
  "Она видела нас! Нужно её устранить," - в голове раздалась многоголосая речь .
  Сердце ушло в пятки. Что мне делать? Бежать? Эти существа, выглядящие как маленькие шарики, с ладонь в диаметре, какой вред могут нанести? Они разумны, и как-то влияют на людей. Прямой контакт через глаза им нужен или что?
  "Жених! Займись своей женщиной!" - вновь эта раздражающая речь.
  Жених? Чей? Мой? Так нет у меня его. Или есть?
  Ребята остались стоять на месте.
  Я осторожно выглянула, стараясь не смотреть вверх. Что же делать? Позвать на помощь? Кого? Мага? Выбраться отсюда не могу. Интересно, а связь здесь работает?
  Я на кристалле вызвала образ мамы.
  - Да, Надюш?
  - Мам, у меня всё в порядке, ты только не волнуйся, - мамочка вздохнула. - Я просто хотела оставить свои координаты, на всякий случай. И я не хочу, чтобы вы с папой вмешивались.
  Мама улыбнулась.
  - Хорошо, только не геройствуй и не рискуй зря. Маячок я поставила, тебе надо будет мысленно меня позвать или папу.
  - Благодарю, - мама улыбнулась, и, кивнув, отключилась.
  Родители всегда давали мне много свободы и без крайней нужды не вмешивались. Порой я влипала в передряги, но они выпутывали меня, не читая морали. Лишь иногда рассказывали про свои приключения молодости, свои ошибки. И я делала выводы, сама. Понимала, что все ошибаются. Иногда мы ссорились с родителями, когда не смотря на их объяснения, я всё равно поступала по-своему, но такое было редко, и обычно после родители просили прощение, что были не правы. При том, я уже уверялась на собственном опыте, что это я ошибалась. Важно потом попросить прощение.
  Но сообщать, где меня искать - это было правильно. Ведь порою лишние мгновения промедления в поисках человека могут стоить жизни. И я убедилась в этом на собственном опыте, когда неудачно упала на штыри, и тогда каждое мгновение было на счету.
  Мамины маячки отслеживали моё физическое состояние с той поры. А то, мало ли, буду я без сознания и не смогу позвать сама на помощь.
  Я стянула с себя рубашку, которую носила поверх топа. Просто здесь не принято обнажаться при людях, а у нас в топе ходить можно, это ведь не нижнее бельё. Рубашкой накрыла голову, чтобы даже краем глаза не видеть существ. Выскочила из-за угла, схватила Любу за рукав и потянула за собой. Теперь бы найти способ выбраться с территории недостроя.
  Подруга переставляла ноги, но глаза не отслеживали реальность, продолжали глядеть в одну точку. Я помогла Любе спуститься на нижний этаж, теперь она сама не заберётся, а я пойду вытаскивать ребят.
  С мальчишками было сложнее, они начинали тянуть руки, куда не положено. А стоило мне спустить их, как пытались забраться обратно.
  Существа остались в том же помещении и не пытались преследовать, но продолжали переговариваться за моей спиной.
  Вытащив последним Дениса, я спрыгнула к остальным и соединив их руки паровозиком, увлекла за собой к тому месту, где мы входили.
  Глаза ребят прояснились лишь у защитного купола, но Денис схватил меня за запястья и прижал к забору. От прикосновения с полем боли не было, но руки оставляли синяки на моих руках.
  - Дэн, что ты делаешь?
  - А на что это похоже? - глаза парня были странными, глядящими на меня, но при этом я не была уверена, что он в себе.
  - Отпусти!
  Но Денис жёстко впился в мои губы. А я не испытывала ничего, кроме омерзения. Если до этого я к Денису относилась как к другу и он мне даже немного нравился как парень, то сейчас я испытывала страх. Как далеко он может применить силу?
  Я не хотела провоцировать его, оставив попытки к сопротивлению. Не хотелось драться. Хоть отец с детства занимался со мной борьбой и я могла постоять за себя.
  - Что здесь происходит? - раздался знакомый голос. Я испытала облегчение и надежда затеплилась в моём сердце.
  Денис разорвал поцелуй и отпустил меня.
  А я, вместо того, чтобы отскочить от забора, ощутила слабость в ногах. Хотелось расплакаться от только что совершённого насилия. Родители никогда не наказывали меня физически, и никто против моей воли не прикасался ко мне так жестоко. Обида и отчаяние накатывало с новой силой.
  - Мне повторить свой вопрос? - голос мага больно жалил уязвлённое самолюбие. Я сквозь слёзы взглянула в сейчас кажущиеся почти чёрными глаза Крейга.
  Ребята переглянулись, скрестили руки на груди и с вызовом уставились на мага в длинном тёмном плаще.
  Он подошёл ближе, что-то шепча себе под нос.
  И от его раскинутых в разные стороны рук появились едва заметные тонкие нити, которые удлинялись, словно щупальца и расползались в разные стороны, окружая нас со всех сторон.
  Какое наказание нас ждёт? Паутинки окутали моих друзей, но даже не приблизились ко мне. А ребята словно окаменели.
  - Что нас ожидает? - нарушила я угнетающую тишину. И как я раньше не заметила, что внутри купола отсутствуют звуки природы - стрекотание кузнечиков, шелест листочков от дуновения ветерка. Тут жизнь словно замерла в одно мгновение, превратившись в мёртвую, но реалистичную картину без звука.
  - А с тобой мы ещё поговорим! - процедил маг сквозь зубы. И что я ему сделала? Где тот шутник Крейг, с которым я раз гуляла?
  В следующее мгновение путы на ребятах засветились, а потом всё вновь погрузилось в ночную тьму. Я пыталась проморгаться, чтобы глаза привыкли ко тьме. Но ничего не помогало. Ребят видно не было.
  Я обернулась к магу, но на его месте было пусто.
  В следующее мгновение я увидела дверь в куполе, которая словно звала к себе.
  Бросив взгляд в сторону недостроя и рассудив, что ничем не смогу ребятам помочь, я воспользовалась приглашением.
  Домой я пришла с повинной головой. Дедушка с бабушкой ожидали меня на первом ярусе.
  - И как это понимать? - дедушка поправил очки и внимательно на меня посмотрел.
  Откуда они узнали? Неужели мама просила приглядеть?
  А на меня разом нахлынули чувства безысходности, что теперь делать? Я расплакалась. Меня обняли, усадив на диван и, дождавшись, когда поток слёз закончится, принялись расспрашивать о случившемся.
  Я поведала всё, и про незаконную вылазку в окно, и про светящиеся шарики и Крейга. Не сказала лишь про слова, звучащие в моей голове и про жениха. Мне казалось сейчас это неважным.
  Дедушка сделал несколько звонков, после чего сказал, что с ребятами всё в порядке, но они изолированы. Воздействие этих существ нужно полностью исключить.
  Крейг получил из-за нас наказание, кстати, про моё участие заявлено не было.
  Дедушка ругался долго, вызвав моих родителей, и высказав им всё, что думает о воспитании своей дочери - моей мамы.
  В итоге закончилось тем, что, перенервничав, он стал оседать на пол.
  Ну вот, теперь ещё и деда. На сей раз я с лечением управилась быстрее, а мамино вмешательство не потребовалось.
  Родители забрали меня с собой. А дома потребовали пересказать всё, что со мной случилось. На месте с женихом я запнулась, раздумывая, говорить или нет. Сказала. Заодно и выяснила, что с женихом ой как всё не просто.
  В детстве был один мальчик, с которым я играла в жениха и невесту, но мама не смогла припомнить, как он выглядел или как его звать. Было это здесь, в Восточной Руси.
  Что до родителей, то никаких сговоров они не совершали, считая, что с суженым я и сама разберусь, без их вмешательства. А было ли что ещё без их участия, они не знают. Что до Дэна, то его поведение было скорее помешательством. Возможно, что приказ в его голове звучал как «Парень. Займись ею», если я уверена, что до того с Дэном на свидании не целовалась и за руки не держалась и никаких обрядов не проводила.
  Наказанием было то, что меня забрали от дедушки с бабушкой.
  Правда, они не выдержали и навестили нас пару раз.
  Остаток каникул я провела за учебниками. Гулять не хотелось, хотя мне не запрещали, но настроения развлекаться не было.
  А потом начался последний учебный год в университете.
  Я практически не возвращалась мыслями к тому случаю на недострое, погружённая в учёбу и научные изыскания. Приходилось много времени проводить в библиотеке. Преподаватели распределили нагрузку нам по месяцам, отдав материал на самостоятельное изучение, раз в месяц принимая зачёт. Практику мы проходили здесь же, в стенах университета, задарма работая на кафедрах, в научных центрах, отдаваясь исследовательской деятельности.
  Студенты совершали многие открытия, которым, правда, присваивался лишь номер и год, лишая молодых специалистов известности.
  Может, это было правильным. Мы не стремились к популярности, но было интересно трудиться ради самого процесса.
  В моей группе разработок была моя лучшая подруга Вероника и два парня с потока Майкл и Ник. Мы сдружились, часами в лаборатории проводили исследования по антиматерии.
  Я видела то, что не фиксировали приборы: взаимодействие энергий магического уровня. Свои соображения я держала при себе, стараясь найти своим открытиям научное подтверждение и если это не удавалось, то оставляла при себе сложившееся мнение. А вот с отцом мы по этому поводу иногда спорили. Ему не нравились моя деятельность, ведь это было опасно.
  Ну так всё в нашем мире в малых количествах приносит пользу, а вот вред бывает всегда, правда, не для всех. И то, что для одного хорошо, для другого может быть смертельно.
  Ник всё время заигрывал со мной, подкалывал, но я не видела в нём своего суженого. Мы постоянно препирались, на этом общение и заканчилось.
  Раз мы допоздна засиделись с с Ником в библиотеке. Майкл с Вероникой уже ушли, а мы искали ответы на интересовавший нас вопрос.
  Я читала увлечённо книгу, когда на плечи опустились чьи-то руки и начали массировать руки, шею, ключицы. Я поддалась мимолётному наслаждению, ведь шея от долгого сидения затекла.
  Массаж закончился так же быстро как и начался, а дальше я ощутила поцелуи.
  - Ник, что ты себе позволяешь?
  - Да ладно, не строй из себя недотрогу, - прошептал уже не казавшийся привлекательным голос Ника.
  У меня внутри всё похолодело. Неужели всё повторяется, как с Дэном? Неужели Ник мой жених?
  Ник опустил руку мне в блузку, под топ и принялся мять грудь, а я из-под низу засунула свою кисть и положила поверх его.
  Ник остановился на миг, сказал что, мол, нам хорошо будет вместе.
  А в следующий миг вскрикнул.
  Я ведь не успела ещё ничего сделать. Руку парень всё-таки убрал. Раздались звуки борьбы. Я поправила блузку и встала, с грохотом отодвигая старинный стул.
  На полу сцепились два молодых человека. И мотузили они друг друга по-настоящему. Разобрать в сумерках, кто мой избавитель, я не смогла, поэтому решила не рисковать и убраться подальше, пока представилась такая возможность. Собрала книги стопочкой, взяла свою сумочку, и пошла относить редкие экземпляры на место.
  Библиотека давно уже была электронной, но редкие книги скачивать было нельзя. Зато их можно было брать в бумажном варианте и листать в самой библиотеке. Я бережно поставила книги на место и пошла на выход.
  Показав пустую сумочку библиотекарю, выбежала на улицу.
  Кто же мой спаситель? Просто поздний посетитель? Отстаиватель нравов?
  И почему он вмешался? Ведь со стороны не казалось, что мне это не нравится.
  Я не кричала и не пыталась вырываться. Тогда кто этот незнакомец и почему он не остался равнодушным?
  Дома ужинать не стала, родители играли с младшими в настольные игры. А я, поздоровавшись, проскользнула в свою комнату практически незамеченной. На двери перевернула табличку надписью "Не входить, не беспокоить" вверх. Пошла в собственный душ и там просидела долгое время, стараясь разобраться в ситуации, отрешившись от внешнего мира стеной водяных струй.
  Как же мне вести себя с Ником теперь? Попросить перевести меня в другую группу? Но куратор вряд ли пойдёт на это. Если только по обоюдному согласию. Или изображать, что этой сцены не было?
  Ни к какому выводу не прийдя, я помылась, вытерлась и выбралась из ванной комнаты, прошла голышом по ковру, влезла в чистую белоснежную постельку.
  Ко мне запрыгнула на постель Мурка. С улицы пришла?
  Я прогнала кошку на пол, напомнив, что лапы нужно мыть до постели. Она с важным видом принялась умываться. Когда она закончила, я натянула повыше одеяло, а то она своими коготками как начинает утаптывать место словно у мамы сисю сосёт, больно... Забралась кисюля мне на грудь, мурлыча и получая свою порцию ласк.
  А я пожаловалась кошке какие мне мужики нехорошие попадаются. Она довольно жмурила глазки и убаюкивала меня своим довольным урчанием, заставляя оставить все неприятности позади.
  На утро я встала до будильника, позавтракала вместе с мамой и папой, который повёз меня на машине в университет. Мама же забрала с собой младшеньких, ведь учились они в той же школе.
  - Надюш, а скажи-ка мне одну вещь, - осторожно начал папа, пока мы выруливали на основную трассу.
  - Какую?
  - Как твои способности к перемещению? - я пожала плечами. - Понятно. Значит, могут пробудиться в любое мгновение. Может, устроим тебе испытание? Всё же безвыходная ситуация заставляет активировать скрытые системы организма.
  - Не знаю, мне всё равно.
  - Как ты относишься к парням? - я непонимающе поглядела на папу. Это он о чём? - Только честно, что испытываешь, глядя на особь мужского пола? Вот, гляди, парень идёт.
  Я бросила взгляд на высокого блондина, садящегося в машину. И оценивать стала его физическую силу. Смогу ли я выкрутиться, если он меня зажмёт в угол. Высокий, руки сильные, ноги тоже. Воображение ярко рисовало картинки из вчерашнего вечера. Мне стало не по себе и сердце учащённо забилось от страха.
  - Всё с тобой понятно. - хмыкнул папа. - А давай преодолеем твою боязнь?
  Я неохотно кивнула, а отец довольно прищурился. Его ухмылка не сулила ничего доброго. Что он задумал?
  Мы подъехали к моему университетсткому корпусу. И я увидела очередь. Что-то мне это не нравится.
  Девчата из групп поддержки на разные лады кричали, привлекая к себе внимания.
  Папа поставил машину на стоянку и пошёл вместе со мной. Мы шли мимо очереди, в которую становились парни. Девчата же подходили к импровизированной сцене. Некоторые юноши были среди охочих поглазеть зрелище. Какое интересно?
  Папа протиснулся сквозь толпу девиц, они недовольно ворчали, но когда видели его, тут же, улыбаясь, расступались.
  Ему на сцене передали микрофон, а он поманил меня рукой.
  - Здравствуйте! Сегодня мы собрались здесь чтобы показать, насколько важны навыки самообороны девушкам. Мы вам продемонстрируем ситуации, в которых на первый взгляд нет выхода. Желающих принять участие, я смотрю, много.
  Я догадалась, что папа задумал. Неужели он читает меня как открытую книгу? Все мои мысли?
  Папа усадил меня на стул, а сам положил руки мне на ключицы, наклонился к самому уху. Внутри у меня всё сжалось в тугой узел. Отогнала гнетущие мысли. Я спокойна, очень спокойна. Папа ведь с нами занимался, правда всегда порывы свои сдерживал. Все тренировки проходили в режиме - не навреди девочке. Зря, наверное. Я не испытывала боли, не была в синяках, меня никто не бил и не обижал по-настоящему. И умом ведь понимаю, что нужно быть спокойной, но душа не на месте.
  - Малышка, ты отчего напряглась? - шепнул он. Погладил меня по плечам. Потом шепнул: - Значит, начнём именно с этой позы.
  - Стол! - отдал приказ отец. Передо мной два юноши поставили этот предмет мебели. Папа вновь переместил свои руки на мои ключицы. - Казалось бы, девушке деться некуда. Её вдавливают в стул. Но это не так. Во-первых, в этой ситуации изнасилованы бы быть не можете. Да, возможно, прикосновения вам будут неприятны, но придётся потерпеть и дождаться более выгодной для злодея ситуации. Поэтому спокойствие и холодный расчёт вам в помощь. Нервничать сейчас не стоит.
  Отец надавил мне на плечи, не больно, но не позволяя мне двинуться.
  Вспомнились наставления папы, с детства вдалбливаемые в меня. Мы ведь гибки, как трава. Я попробовала двинуться вперёд, но у меня не вышло. Движение назад - тоже. Вверх - не выходит. А как насчёт низа?
  Он ведь давит на меня, значит, сопротивления не будет.
  И я ссутулилась, одновременно воспользовавшись секундным замешательством и ослабевшей хваткой отца, проскакивая под стол, позволяя телу соскользнуть по сиденью стула.
  - Пожалуй, я отойду от дел, давайте, продолжим с более молодыми представителями нашей аудитории, - продолжил папа.
  - Я могу выбраться? - сказала я довольно громко, чтобы отец услышал.
  - Нет.
  - Но почему?
  - Потому что я хочу развлечься! - сказал незнакомый юноша, заглядывая под стол. - Иди сюда, кис-кис.
  "Папа, ты зачем меня мучишь!" - написала я ему на его устройство связи.
  "А чему я тебя учил? Страхи на пустом месте не берутся," - ответил он.
  "Я маме пожалуюсь!"
  "Давай-давай, думаю, она меня поддержит!"
  "Она тебе вновь воздержание устроит, мало тебе было двух лет?"
  "Вижу, наша малышка разозлилась!" - а у меня в душе уже кипела, не обида на папу, а злость на ситуацию в целом. Он прав, мне это нужно преодолеть.
  Я попыталась проскользнуть по-быстрому, но бег на коленках был слишком болезненным и медленным. И как малыши так быстро передвигаются этим способом? Мой противник оказался шустрее.
  Как там папа сказал, в такой позе изнасиловать меня не смогут, тогда надо дождаться подходящего положения тела.
  И я поддалась, позволила себя вытащить из-под стола. Заваливание меня на него, удар по ступне в болевую точку меж большим и указательным пальцем. Переворот лицом к противнику, замах ногами, пока он медленно двигается, и делаю кувырок через спину. Секунда, и я на ногах на столе.
   Мне апплодировали.
  - Следующий! - сказал папа.
  И начался нескончаемый поток желающих получить острые ощущения. Неужели в обществе столько извращенцев, охочих до боли?
  "Пап, ты меня подставляешь. Они ведь видели меня, думаешь, не захотят отомстить?"
  "Во-первых, они не запомнят тебя. А во-вторых, они больше никогда не применят силу для таких целей. Где твой обидчик?"
  Я окинула толпу желающих и не нашла его взглядом.
  "Его здесь нет."
  "Я скликал всех парней твоего возраста и старше, кто учится в этих стенах. Придут даже те, кто болеет."
  "Благодарю!"
  Спустя полчаса в толпе зевак я увидела Ника. Рука у него была в гипсе, на перевязи. Лицо разбито и отекло.
  "Он пришёл."
  "Не мог не прийти," - папа улыбнулся.
  Я сглотнула. Неужели это после вчерашнего Ник в таком состоянии? В очередь он не стал, значит, ещё одну травму получить не желает. Пока.
  "Это ты его?" - спросил папа.
  "Нет."
  "Хочешь, ещё получит?"
  "Пусть лучше больше никогда..."
  "Я понял. Всё сделал. А теперь марш на занятия!"
  "Пап, а ты можешь узнать, кто его так?"
  
  С папой не забалуешь. Он у меня добрый и очень нас любит, особенно дочек - меня, Дею и Нраву, но и строгий, особенно если дело доходит до безопасности кого-то из детей. С мальчишками Яриком и Славкой отец вообще не церемонится, гоняет их так, что искры во все стороны летят, ведь тренировки проходят не только в рукопашную, но и с бутафорским оружием.
  И когда он всё успевает?
  Глядя на родителей, создаётся впечатление, что в сутках вовсе не двадцать четыре часа, во всяком случае у них. Они умудряются и работать и со всеми нами общаться, и отец находит время тренировать школьников и нас - своих детей. При этом папа, как мне кажется, с каждым днём молодеет. Морщины постепенно разглаживаются, а волосы чернеют. Выглядит не так молодо, как мама, но от силы тридцать с копейками дать можно.
  Теперь остаётся выяснить у него, кто же так моего обидчика потрепал?
  В лаборатории встретилась с Вероникой(или попросту Никой) и Майклом(сокращённо от Микаэль, Михаил, почему-то наши имена с каждым годом начинают произносить на свой манер). Ника(Николая, Николаса) не было. Я когда уходила с папиной тренировки, он ещё держал зрителей около себя, показывал некоторые навыки девочкам, естественно, что подопытными кроликами были те ребята, которые стояли в очереди. Интересно, какой именно призыв папа использовал? Судя по лицам нападавших на меня на этом показе, у них всех были склонности к насилию.
  Отринула лишние мысли и сосредоточилась на исследованиях. Лаборатория была белой, стерильной. Приходилось проходить специальную обработку и надевать форму. Да и доступ сюда был ограничен. Поэтому только материя, компьютеры, стеклянный защитный экран, через который я наблюдала процессы вживую. Ребята же отслеживали динамику на мониторах и всегда поражались тому, как я вовремя успеваю среагировать, если что-то идёт не так, ведь сигнал на отслеживающие системы шёл с задержкой, пусть всего в пару секунд, но для тёмной материи этого много.
  Спустя час пришёл Ник. Вид у него был ещё потрёпанее, нежели раньше. Ни с кем не поздоровался, сел на своё рабочее место. А на выпад Ники, мол, поставит ему опоздание, ответил, что ему без разницы. Неужели папа руку приложил к его нынешнему состоянию? Физически он не стал бы над ним издеваться или я ошибаюсь?
  В перерыве решила получить ответы на некоторые вопросы.
  «Папа!» - написала ему на устройство связи.
  «Надюш? Слушай, малышка, поговорим по дороге домой, я сейчас занят, дел накопилось...»
  А ведь и правда, он мне всё утро уделил, и ушёл позже меня. Для него опоздание не проблема, и не потому, что он может людьми управлять, он без особой необходимости своими способностями не пользуется, а потому что бизнес у него свой, и он сам себе начальник. Но работу его ведь никто за него не сделает, если не успеет за рабочий день, придётся засиживаться допоздна. Бедная мама! Ведь время тренировок ребят с отцом нужно будет ей взять на себя. У нас, в принципе, разделены обязанности по дому, составлен график: кто сегодня готовит, кто стирку запускает, кто пылесос. Техника значительно упрощает жизнь, но её тоже запустить надо и некоторые вещи не научились ещё делать роботы. Порядок приходится поддерживать вручную - вещи за собой складывать, постель застилать, бельё в шкафы убирать.
  Одно радует, что мама, придя из школы, не занимается рабочими обязанностями, целиком управляясь в учебное время, а посвящает себя исследованиям с кристаллами или занимается с детками.
  А ведь Дея и Нрава — наши близняшки, в этом году в первый класс пошли, и пусть мама с ними с детства занимается, и они опережают своих сверстников в готовности к школе, но приходится много времени уделять их домашним урокам и другим увлечениям. Ведь то, что дают сейчас в школе - настолько узконаправленное развитие, что человек дальше своего носа ничего не видит. Только благодаря маме с папой мы много чего знаем, правда, своими знаниями с окружающими не делимся, чтобы не выделяться, но глядишь на сверстников и диву даёшься, какие же люди глупые и насколько мало используют свои возможности, не говоря уж о магии, которая есть в каждом человеке. Но детям с детства вдалбливается, что это всего лишь сказки, плод воображения, этого нет на самом деле. И с летами мы перестаём верить в чудеса и собственные силы. А если что-то такое случается, то сразу списывается на божественное вмешательство.
  Перерыв закончился, за который я успела пообедать домашней едой, следует возвращаться в лабораторию.
  После трудного дня рассматривала окрестности, потихоньку выходя на трассу и размышляя о ребятах из Сибири. Интересно, как они там? Стоит позвонить Любе.
  Пока шла навстречу папе, он меня забирает домой, набрала сибирской подруге. Она ответила сразу же.
  Всё время забываю, что наши телефоны и их устройства связи не сравнятся. Недаром мама покопалась в моём телефоне, совместив оба прибора в одном. И я могу разговаривать мысленно, не озвучивая окружающим ту информацию, которую хочу поведать.
  - Привет, Любаш!
  - Здорова будь, Надюш!
  - Как вы там? Слышала вас изолировали.
  - Хорошо. Благодарю, что не бросила нас там, подмогу вызвала. - Я? подмогу? Это она о маге? - Ты более сообразительная, а мы тебя обманом туда затащили да чуть не погибли.
  - Да? - интересно, что она помнит о той ночи и что ей сказали?
  - Да, если бы вовремя нас не блокировали, вирус бы проник безвозвратно, - вирус? Странно. - Дэн просил прощение за своё поведение. Хочет с тобой как-нибудь встретиться.
  - Как он там?
  - Ты знаешь, что он влюблён в тебя? Постоянно мне названивает, просит твой номер. Я обещала у тебя сперва спросить разрешения дать ему.
  Я прикинула, надо ли мне такое счастье. И решила, что встретиться можно, дабы преодолеть очередной страх, но не хочется, чтобы он меня преследовал, названивал.
  - Надюш, не стоит ему давать мой номер. Но если он хочет встретиться, я могу выбраться в выходные. Попрошу папу, он подбросит в какое-нибудь общественное место.
  - Отлично, я ему передам. А что ты вообще думаешь, насчёт него? - Люба ждала ответа.
  - Ну, хочу чтобы мы остались друзьями, но не более.
  - Понятно, сам виноват.
  - Ну, не то, чтобы сам, но вряд ли я смогу теперь не ожидать от него насилия, понимаешь? - я сглотнула возникший комок в горле. Ведь воспоминания никуда не делись. А отца просить покопаться у себя в сознании я не буду.
  В общем, договорились с Любой, что ближе к выходным свяжемся с нею, планы строить я на них не буду.
  С папой я всё же поговорила насчёт гипотетического стирания воспоминаний. Он меня раскусил тут же. Сказал, что не будет этого делать. И дело вовсе не в побочных явлениях, просто дело в СИЛЕ. Не все люди поддаются вмешательству. А магически одарённым даже пытаться не стоит взламывать сознание, потому как в лучшем случае можно убить внутренний стержень, а в худшем - они свихнутся. И папино вмешательство обычно направлено на определённых людей и вряд ли эта способность вообще передастся по наследству. На незаданный вопрос “почему”, папа ответил туманно: он для этого был создан. Не хочет об этом говорить, ладно.
  Мне стало интересно, почему отец тратит время на перемещения на автомобиле. Только чтобы не привлекать внимание?
  - Это тоже, но время в машине не бесполезно проводится. Я общаюсь с тобою.
  - Пап, ты узнал что-то про того, кто Ника так оприходовал?
  - Забавно, но он совершенно не запомнил того, кто это сделал.
  - Как?
  - Не думаю, что с его воспоминаниями поработали, но вполне возможно, что заклинание отвода глаз было наложено. Ты вроде и дерёшься с человеком, но стоит ему отойти от тебя, и ты уже не помнишь, как он выглядел.
  Это меня озадачило. Как же так? Значит, тот, кто защитил меня имеет магические способности. Здесь?
  - Папа, а ты его можешь вычислить, если он в моём университете? Ну, того, кто обладает способностями.
  - А оно надо? Я-то могу, но если я его обнаружу, он меня тоже может заметить. И поверь, заклинание отвода глаз в данном случае уже не поможет.
  А ведь отец прав. Рисковать нашей семьёй не стоит. То, что парень помог, а в его мужском поле я не сомневалась, нет ничего странного, но как он отнесётся к другим магам? Ведь если его обнаружат, это может подставить и его под удар, а значит, он может сделать первый шаг, чтобы себя обезопасить.
  Говорят, что магически одарённых людей берёт правительство под контроль, используя в своих целях. И соскочить с крючка вряд ли удастся.
  Дома вечер папа всё же провёл с нами. Вот странно, как же он умудрился поспеть всё за сокращённый рабочий день?
  Время бежало быстро. Не успела я оглянуться, как седмица* уже прошла. Календарь тут отличался от нашего. Названия месяцев совпадали, а вот дни седмицы* отличались.
  Так понедельник на Руси означает "после недели", а здесь он стал лунным днём, вторник - второй день седмицы - был посвящён земле* Орею*, среда - середина седмицы - земле Хорса, четверг - четвёртый день - земле Перуна*, пятница - пятый день - Заре-Мерцане*, шестица - шестой день - земле Стрибога, ну а неделя* - день отдыха - Яриле солнцу*.
  
  
  Оделась я в простую одежду, не нарядную: рубаху, даже не вышитую, и сарафан, стараясь подчеркнуть, что я в невесты уж никак не гожусь. Надо с волосами что-то придумать.
  Мама словно почувствовала, что я в ней нуждаюсь. Постучала в приоткрытую комнату.
  - Можно? - я кивнула ей.
  - Мам, скажи, ты читаешь меня? Ну, мысли, в смысли?
  - Нет. Но порою мы с папой ощущаем, что вы чувствуете, когда вам нужна поддержка. И мы знаем язык тел, когда ты нервничаешь, то начинаешь облизывать губы. А Дея теребит косу. Ну, много есть скрытых знаков, мы просто наблюдательны. А читать мысли - я не умею, к сожалению. Вот с папой мы долгое время переписывались сообщениями. А потом в какой-то момент техника уже не понадобилась. Он, правда, не общался со мной почти шесть лет. Никак. И после этого мы два лета учились заново жить вместе. И лишь когда Ярик родился, вновь стали слышать друг друга. Знаешь, это сложно, начинать всё заново.
  - А почему ты его всё же простила? - спросила я её. Мама села на кровать, взор помутнел , а глаза заволокло блестящей плёнкой.
  - Я его люблю больше жизни, малышка, потому и простила. Я хотела, чтобы он ощутил хотя бы часть моей боли, а он терпел, молча сносил мои измывания над ним. Знаешь, я не знала, что он чувствует, я была на него очень сердита. А потом однажды я проснулась от жуткой боли, которая сдавливала грудь настолько сильно, что вдохнуть просто не было сил. Это была его боль. Папа всё это время ощущал её. И молча терпел, считая, что заслужил. И если к этому ещё добавить мою боль, я не знаю, как папа вообще жил. - По щекам мамы текли слёзы. Она сделала паузу, а потом продолжила. - Тогда впервые мы поговорили, изливая накопившееся, плача и прощая друг друга, прощая себя. Я жестока. Как можно заставлять любимого человека переживать это в одиночку, не давая ему любви и поддержки?
  Я села рядом, приобнимая её за плечи. Не могу просто спросить, что же тогда произошло. Я знаю, погибли бабушка с дедушкой, но ведь просто от смерти такого не бывает. Мы ведь отпускаем ушедших с улыбкой, веря в то, что они перерождаются, что их ждёт новая жизнь.
  Я помню, как папа впервые появился, спасая меня от гибели. Как они с мамой после общались, а я наблюдала издалека, давая им возможность поговорить. Видела их грустные лица, боль в очах, мамины слёзы. Как я могу вновь потревожить эти воспоминания?
  Значит, мама не устраивала папе воздержания, она просто не могла простить. Они много общались, учились заново доверять друг другу.
  Я сглотнула. А я папе такое сказала на днях. Мне так стыдно. Как я могла? Надеюсь, он меня простит.
  - Мамочка, помоги мне с причёской, - попросила я, сглатывая непролитые слёзы.
  Мама окинула меня прояснившимся взглядом, встала с постели.
  - Снимай эти лохмотья.
  - Но я хочу наоборот, отвадить ухажёра.
  - Снимай. Я сейчас, - и мама выскользнула из комнаты. Через пару минут вернулась, неся вышитую сорочку и сарафан необыкновенной красоты, с вшитыми самоцветами.
  - Мам, но это ведь слишком нарядно. Как я могу это надеть?
  - Вот именно. Пусть поймёт, что вы не пара. Негоже княжеской дочери выходить замуж за обычного парня.
  Княжеской? Я не ошиблась? Я переоделась, а мама расчесала мои чёрные как смоль волосы и заплела в косу, достающую до середины бедра.
  - Красавица.
  - Мам, а это правда, что я княжеского роду?
  - Папа твой князь, а, значит, и ты княжна.
  - Мамочка, а это правда, что я замуж могу только за князя выйти?
  - Пусть все так думают до поры до времени. Я тоже княжеская дочка. Правда, узнала об этом уже после того, как мы сюда перебрались. До того считая себя обычной девушкой - не ровней твоему папе. А папа распустил слух, что может жениться лишь на княжне и у него есть невеста. Поэтому я его даже не оценивала как возможного жениха.
  - Папа меня перенесёт?
  - Я перенесу.
  - А папа?
  - Нет. Значит, набережная, да?
  - Да, Севастополь, - мама переменилась в лице. Мне показалось, или там промелькнула тревога?
  - Не хочу спрашивать, что твой ухажёр забыл в военном граде.
  - Мам, просто перенеси, ладно?
  Мамуля не стала больше ничего говорить. А передо мной открылся голографический вид Севастополя. Но ведь если это военный город, как же тогда мама смогла раздобыть его карту?
  Здания увеличивались в размерах, приобретая реальные очертания.
  А потом всё пропало.
  - Мама?
  - Нет, я тебя не перенесу туда, малышка. Для этого нужен высший доступ. Ты знаешь, что он закрыт для телепортации? Это ловушка. Ты с этим парнишкой больше не встречаешься, поняла?
  Мне было с одной стороны обидно, а с другой я понимала, что мама права. Ведь если мы там явимся, значит, у нас есть доступ к объекту. Но ведь у дяди Сварога такого доступа не было. Он не военный. Да и у родителей быть не может. Или может? Я по-новому посмотрела на маму. Про эту тайну они не говорят, но я знаю, что там не всё чисто.
  С какой целью меня Дэн позвал в это место? Проверял, смогу ли перенестись? Или знает что-то о моих родителях? А сам откуда имеет такой доступ?
  Стало обидно, не на маму, а на Дэна. Влюблённый, значит.
  Мама меня обняла. И сказала, что, пожалуй, костюмчик стоит ей забрать, и никому знать о моём происхождении не стоит. Она дождалась, когда я переоденусь в домашнюю одежду и забрала наряд, оставляя меня наедине со своими переживаниями.
  А после был семейный совет. Контакты с родственниками мы исключали. Никаких гулянок. Учеба и сразу домой. Папа потом сказал, что территория моего университета под его контролем. А мамина территория - школа. И это было важно, на кону были наши жизни.
  
  Следующие месяцы тянулись медленно. Нам не просто не дозволялись контакты вне стен учебного заведения, но и общение с родичами запрещались и друзьями из Сибири. Причём, мало того, мама как-то так сделала, что я не могла связаться ни с кем, кроме родителей и братьев-сестёр.
  Младшие бесились, не понимая этого. Перестав общаться со сверстниками, они чуть ли не изгоями в классе сделались. В принципе, на учебе это не запрещалось, но друзья не понимали, почему моим братьям и сёстрам родители не разрешают гулять, почему нельзя хотя бы по телефону поболтать.
  В итоге напряжение росло и одними тренировками не снималось.
  Учебный год закончился, и мы немного выдохнули спокойно. Для меня это был последнее лето* в университете.
  Папа предложил мне работу в своей фирме. С одной стороны, раньше я мечтала об этом. Но сейчас, после полугода затворничества, я злилась на родителей и ничего не могла с собой поделать. Это просто накопилось во всех нас.
  Когда мы сидели все вместе за ужином, я встала и сказала, что больше так не могу. Младшие поддержали моё отстаивание прав.
  В следующий миг родители притронулись к каждому из нас и обстановка вокруг поменялась.
  Это был искусственно созданный мiр*, вселенная моих родителей.
  - Пожалуй, следует поведать то, что мы скрывали всё это время. Вы уже достаточно большие, а тайны, выложенные тут, выйти за пределы этого мiра не могут, - начал папа. Мы, как сидели на стульях, так и остались сидеть за столом, и лишь я и мама с папой стояли.
  - Всё началось в тот момент, когда нам было по четырнадцать лет, - продолжила мама. - На вашего папу постоянно покушались. Его еду травили. По стечению обстоятельств, рядом с ним всё время оказывалась девушка, чующая яды.
  - Этой девушкой была ваша мама. Она не один раз спасала меня от отравленной еды.
  Когда нам было по двадцать два, меня собирались забрать в армию. Всё бы ничего, я был готов к этому, но было одно "но". Девушка с белоснежными волосами так и не знала о моих чувствах, она не ждала бы меня. Я всю свою сознательную жизнь любил её и не мог вот так потерять. Я пришёл к её родителям, прося благословения на союз. Они его дали. Потом я спросил своих родителей, они тоже были не против. Как вы знаете, благословение родителей очень важно, даже не столько для самой пары, сколько для их деток. Я был готов бороться за своё счастье, если бы всё не прошло гладко. Но трудности возникли с вашей мамой.
  - Она была против вашего брака?
  - Союза, - поправила мама.
  - Да, она ответила отказом.
  - А разве нужно было благословение нашей мамы, если ты хотел жениться на другой? - спросила Нрава.
  - Ни на какой другой я не хотел жениться. Я с первой встречи любил вашу маму, поняв сразу, что она моя суженая. Мама мне и отказала. Она сказала, что не достойна меня, что я княжич, а она простолюдинка.
  - И ты сдался? - это уже Ярик.
  - Нет. Я спросил у отца совета. На что он сказал, что насильно мил не будешь. Но обмолвился об одном древнем обряде, призывающим силу Богов быть свидетелями союза. Достаточно было желания мамы, не решения, а именно желания. Чтобы она хотела этого союза, чтобы она поцеловала меня на моё предложение быть её мужем.
  - И ты пошёл на обман?
  - Ну, это была маленькая хитрость. Я предложил ей в очередной раз выйти за меня. Если она не хочет по-настоящему, то хотя бы понарошку. Чтобы мы могли общаться, потому как мы скрывали свои отношения от окружающих. Согласие должно было быть в виде поцелуя.
  - И что? Она согласилась? - встрял Славик.
  - Ваш папа был единственным парнем, которого я замечала. Он выделялся среди остальных. Но я слышала, что княжич может жениться лишь на княжне. Потому я считала себя недостойной даже думать о каких-то отношениях с вашим папой. Да и другие ребята сторонились меня. А потом он делает мне предложение. Я была в шоке. Ведь у него была невеста. Как он может с ней так поступить?
  Папа подошёл к маме сзади и обнял.
  - Я был дураком. Не сказал ей о своих чувствах. Что невестой была она, точнее я её записал в свои невесты, чтобы отвадить от себя девчат. Они мне проходу не давали, в то время, как я мечтал лишь об одной девушке в мiре.
  - Я отказала ему. А он был настойчивым. Сказал, что ему плевать, что о нас подумают. Если я не соглашусь, то он будет предлагать снова и снова, придумывая новые аргументы. А потом Боги решили за нас. Накрутив меня перед тем с отравлением Мира, а потом он просто утащил меня в коридор и это все видели. Я пыталась отказать ему, но папа был настойчив. Он встал на колено, а я заставила его подняться.
  - “Нет,” - сказала ваша мама. Но я не хотел слышать отказ. Я попросил её не говорить ничего, просто поцеловать в знак согласия.
  - Нас видели, и выход был только один, ваш папа всё просчитал. И кто-то шёл. И я поддалась, согласилась, считая, что это всего лишь игра, рассчитанная на зрителя, - продолжила мама.
  - В тот миг и призвана была сила Богов. Я утащил вашу маму в класс и просто не мог остановиться. Её близость так пьянила. Я ведь так долго об этом мечтал. Чтобы завершить обряд нужен был телесный контакт двух любящих тел. Я едва себя сдержал, чтобы не перейти грань. Но мама ведь считала это игрой. Пришлось подыграть ей, - папа вздохнул, крепче сжал стан своей возлюбленной. - А когда я шёл коридорами, мне люди кланялись в пол. Я не мог понять, что происходит, пока не пришёл в столовую и не увидел свою жену. Тогда захотелось, чтобы все убрались прочь. И все и правда разбежались.
  - Что ты увидел? - подала голосок Дея.
  - Ваша мама сияла.
  - Это как? - в этот раз я перебила папу.
  - Минуточку, - папа нехотя выпустил маму из объятий и ушёл в огромный шатёр, что был на берегу реки.
  Когда он вернулся, в его руках была шапка, украшенная самоцветами. Папа надел её. И поляна сразу стала ярче, а мы зажмурили глаза.
  - Сними, - сказала Нрава, жмурясь от яркого света, сияющего вокруг головы папы. Такой рисуют на иконах в некоторых храмах.
  Папа послушно снял.
  - Значит, мама вот так сияла? - Ярик подошёл к папе, трогая княжескую шапку. - Дело в шапке?
  - Нет. Мы с мамой засияли одновременно, но не сразу после обряда. А лишь тогда, когда умер Великий Князь.
  - Хочешь сказать... - начала я.
  - Да, я стал Великим Князем. А дальше начался кошмар. Покушения, попытки убить мою жену. Я разгребал гадюшник, оставленный мне предыдущим правителем империи. И если бы не поддержка вашей мамы, я бы сломался сразу как заступил на пост. Вы бы видели, во что превратилась Русь, точнее западная её часть. И только разгребём одно, как второе наваливается. А мы ведь всего лишь молодые специалисты, которые даже на момент сияния не окончили учёбу, не имели опыта.
  - А армия? - подал голос Воислав.
  - Мне дали возможность служить не отрываясь от дел государственной важности. Выполнять свою работу, иногда совершая вылазки на поле брани. Меня учил сам хан, желая, чтобы я занял его место.
  - Хан - это ведь верховный главнокомандующий армии? - показал свою осведомлённость Славик.
  Папа подтвердил. Они с мамой всё говорили и говорили, пока не дошли до момента с вычислением злодея и очередным похищением мамы. Тогда и поведал он о гибели бабушки с дедушкой. Во всех подробностях.
  - Это жутко, - сказала Нрава, бледная, как мел.
  - А преступников ты покарал? - спросил Ярик.
  - Казнил, каждого, кто состоял в группе. Я не мог нормально жить, зная что эта мразь может прийти за моей женой или ребёнком. - Я взглянула на папу. Мне кажется, или он вновь постарел? Осунулся, волосы вновь побелели. Прости, папочка, я не хотела бередить твои раны. Хотела подойти и обнять, но мама опередила. - Смысл в том, что всё это случилось не потому, что я был Великим Князем, а потому что мой род знает секрет ядерного оружия. Как уничтожить землю нашу и всё живое. Есть алчные люди, которым плевать на планету, другие жизни. Они ни перед чем не остановятся, чтобы добыть секрет.
  - Но зачем хранить эту тайну, не проще избавиться от неё? - и это маленькая Нрава пришла к такому выводу.
  - Это злодеев не остановит. Они всё равно будут пытать каждого члена моего рода, одних шантажируя жизнями дорогих людей, а других - пытаясь вытянуть из них формулу. Даже если тайны не будет. Но есть ещё одна вещь, которую вы должны знать. Некоторые люди пытаются заново создать оружие такой мощи, используя пытливые умы учёных. Поэтому я и контролирую все разработки по всему мiру.
  Всё было спокойно, пока полгода назад вашу сестру пригласил парень из Сибири на свидание. Она не знала, что есть закрытые города. Одно название их скрывается. Их нет ни на одной карте. Это стратегически важные места. Они скрыты куполом и простые люди их даже не замечают. Лишь высшие военные имеют туда доступ. Они раскиданы по всему миру и до сих пор под властью Руси находятся.
  Поэтому одно то, что её пригласили в один из таких городов говорит о том, что парень не мог иметь к нему доступ. Не говоря уж, что называть имя объекта не имел права посторонним. А это значит, что он не один. С какой целью они проверяли вашу сестру - ещё предстоит выяснить.
  - Значит, вы всё ещё первые люди государства? Ваш доступ по-прежнему так же высок, как и раньше? - задала я мучающий меня вопрос. Ведь мама тогда развернула карту Севастополя. Карту, которой нет, да ещё и в реальном времени.
  - Я сложил полномочия, сиять мы перестали. Но силы наши никуда не делись. Сейчас на Руси каждые пять лет народ избирает правителя, судя его по поступкам. - Папа иногда сжимал тихонько маму, что говорило о том, что он нервничает. Что бы он ни говорил, но он по-прежнему Великий Князь. - Но это обычный человек, - продолжил он, - любящий свой народ. Он многое делает для страны, а я, находясь в тени, иногда вмешиваюсь, чтобы не допустить кровопролития или необратимых для Родины последствий. Теперь понимаете, для чего нужно было затворничество? Мои родственники проверяют причастность Дениса Климова ко всему этому.
  - А твои родственники кто? - поинтересовался Ярик.
  - Военные. У меня два брата служат в космическом ведомстве, двоюродный брат занимает высокий пост в армии.
  - Хочешь сказать, что люди научились летать в космос? Не на орбиту, а дальше? - подала я голос.
  - Да, уже давно летают, но технологии, как ты понимаешь, дальше этого ведомства не идут.
  А дальше папа с мамой провели голосование. Хотим ли мы и дальше быть затворниками или будем жить обычной жизнью. Ведь это наши жизни, бегать можно всю жизнь, боясь чего-то.
  И ребятам родители предложили решить, хотят ли они остаться в Восточной Руси или пойти учиться в высшие учебные заведения Сибири. Ведь если они изберут Родину наших родителей, уже должны поступать, что не составит для них трудности, ведь мама дала им разностороннее образование, развивала и магические способности, им по зубам даже лучшее училище Сибири.
  А почему мне такого не предложили в своё время? Обида захлестнула меня.
  Пока папа общался с сыновьями, мама ответа меня в сторонку. Попросила прощение как раз за то, что меня задело и пояснила о своём решении. Они раньше не рассматривали вообще возможность вернуться на Родину. Но училища - закрытые учебные заведения. Там безопасно, относительно, конечно. Это делается в виду последних событий. Ребят так же могут отдать в армию, как обоих, так и одного из них. В четырнадцать лет наступает пора вступления в зрелость. Когда осваивается основная профессия, когда детей уже считают взрослыми, отпуская от себя.
  - Ты тоже, малышка, должна решить. Можешь остаться с нами и работать с отцом, пока тебя не перехватили и не использовали в тёмных играх. А можешь пойти в Сибирь, работать на космическое ведомство, - мама вздохнула, поясняя это решение тем, что иначе меня захапает правительство Восточной Руси. Ведь талантами они не разбрасываются.
  - Я должна решить прямо сейчас?
  - У тебя есть время до завтра. Но ночевать мы будем тут. А с утра либо возвращаемся домой, либо разносим вас по учебным заведениям и работе.
  - А если я встречусь с Дэном?
  - Всегда можешь что-нибудь придумать. Ведь такого города не существует, так что ты его намёк поняла и ваши пути разошлись. Ещё можешь найти себе кого-нибудь - парня я имею в виду. Встречаться с ним.
  - И жить вместе? - неужели это говорит мама, которая воспитывала нас в традиции беречь себя для единственного.
  - Ну, это вряд ли. Общество это не одобрит. Только если вы будете женаты. Ты, как никто другой, должна понимать чреватость интимных отношений. Ты ведь видишь магию вокруг, взаимодействие её.
  Да, я видела тех девчат, которые уже не уберегли себя для единственного. С каждым следующим постельным кавалером они тускнели, насыщая себя чужеродными энергиями своих партнёров. Растрачивая свою силу на бестолковые связи, лишаясь своего внутреннего света. И видела тех, кто жили с единственным. Да, они тоже смешивались, но от этого их свет был только ярче, как и свет их мужчины. Их энергии циркулировали внутри, порождая СИЛУ. Как сказывается это всё на будущих детях, я не знала, но могла догадываться. Ведь видела, как папа подпитывал маму, когда она носила под сердцем наших близняшек. Их энергии начинали взаимодействовать, стоило папе очутиться вблизи мамы. Они словно ластились друг к другу. А вот стоило чужому мужчине прикоснуться к маме, как неосознанно он начинал тянуть её энергию, ничего не давая взамен.
  
  Спали мы в большом шатре по кругу, сложив в центре тёмные головы детей и светлые родителей, и общаясь, вот так, в темноте, глядя на почти чёрное звёздное небо, откинув в стороны подушки. Странно, но все дети унаследовали тёмно-русые волосы отца, в то же время мальчишки взяли голубые очи мамы, а девчата имели серые папины. Папа же вновь поседел, и волосы у них с мамой были белыми, лишь разных оттенков. У папы голубоватый, а мамы желтоватый.
  Взглянула на полог ещё раз. Интересно, это ткань у верха шатра с таким рисунком или всего лишь иллюзия? А может мы, правда, видим местные звёзды?
  Что это за место? Если судить по звёздам, то оно находится не на нашей планете. Астрономию мы проходили в университете, и я тщательно изучала звёздное небо обоих полушарий. Эти созвездия были мне незнакомы. Неужели родителям по силам преодолевать такое расстояние?
  Мальчишки уже сопели, поведав о своём решении. Они всё же собрались поступать в училище, но лето хотели провести в орде, если их возьмут.
  - Вы понимаете, что будете на тех же правах, что и остальные ребята вашего возраста? Никаких поблажек, повышенного внимания и прочего? - спросил папа. Ребята согласно закивали головами. У них разница в возрасте всего девять месяцев и учились они всегда вместе и были не разлей вода. И скоро им предстоит разлучиться.
  Они должны будут скрывать своё происхождение. Один из них должен избрать путь воина. Из каждой семьи по сыну идёт в орду, как сказал отец. Вот ребята и решили понять, кому больше по душе армия.
  - А ты приняла решение? - спросила мама, уводя меня чуть дальше вверх по течению реки, пока папа давал наставления сыновьям, а сёстры плескались в чистейшей речке.
  - Скажи, почему вы сразу нам не поведали обо всём этом? Почему так долго молчали?
  Мама грустно вздохнула.
  - Думала, ты понимаешь, - я помотала головой. - Отцу очень больно об этом говорить. И эти сведения секретны, как ты понимаешь. И угрожают безопасности нашей семье. Нужно было обезопасить вас от считывания. Мы искали выход.
  - Но ведь папа мог бы установить блоки.
  - Вмешиваться в ваше сознание? - и тут я вспомнила разговор с отцом про нежелательность влезания в сознание мага. - Мы искали выход. И нашли его совсем недавно, случайно. - Мама опустила ноги в воду и болтала ими. - Когда с папиным братом Жаном пообщались здесь, причём часть информации не была секретной, а он потом не смог её выдать. Он осознавал её, но в тот момент, когда хотел передать, мысли терялись, и он забывал, что хотел сказать. Мы провели ещё несколько экспериментов с пробой прочитать мысли. Но ничего не выходило. Этих данных словно и не было никогда. Причём под каким бы углом не зашли, человек просто осознаёт что-то, но скорее как поведение, прописанное на уровне инстинсктов. Что ещё странно, человек может об этом думать, но стоит кому-то случайно или специально попытаться считать, как забывает.
  - И когда вы хотели поведать нам? - обиды уже не было, но я хотела прояснить всё до конца.
  - Вчера мы пришли к выводу, что пора. Ну а потом работа и дела. А вечером собирались поговорить сразу после ужина.
  
  Какое-то время мы молчали, потом я разделась донага и пошла купаться.
  Мы не стеснялись друг друга, мама могла запросто переодеваться при мальчишках. Ведь нет ничего противоестественного в наготе. Другая сторона дела, если это не твои братья или сыновья, а мужчины, чужие, которые могут меня расценивать как женщину. Но даже в этом случае, я могла опять же подать в суд, если к себе заметила б повышенное внимание. Всё же женщины в Восточной Руси добились многих прав и свобод. Но в то же время, случались и всякие извращенцы, типа того же Ника, которым законы не писаны или моча в голову ударит.
  А вот на Руси с этим было сложнее. С одеждой за последние лета многое поменялось, девчата носили уже брюки или шорты. Но такая одежда не одобрялась старшим поколением. Они почему-то считали, что за этим последует легкодоступность девчат, которые попрут устои и перестанут беречь себя для единственного. В чём-то они были правы. И я это заметила, когда тем летом гуляла с ребятами. Если бы не друзья, пришлось бы самой отбиваться от толп парней. Всё же ошибкой было такое поведение.
  
  Я решила, что судьбу свою строить буду в Сибири. Расставаться с родителями грустно, но я из-под их контроля так никогда не выберусь. Хотелось самой принимать решения, не оглядываясь на то, чтобы на это мама или папа сказали. Если раньше мне нравились их внимание и забота, то после затворничества я хотела свободы. Пусть это будет всего лишь мираж, но мне это нужно.
  Нет, в Омске, где есть дедушка и бабушка, не хотелось быть, ведь там я познакомилась с Дэном.
  Плеск воды заглушал все посторонние звуки. Я просто полежала на воде, глядя на темнеющее небо, слушая в ушах движение речки.
  Воздух был свежим и чистым. Тут не было городских запахов, пахло еловым лесом, полевыми цветами. Стоило мне выбраться на берег, как тёплый ветерок тут же меня просушил, словно заигрывая со мной. Воздух был наполнен божественным ароматом - жареного мяса. Мамы на берегу уже не было, она что-то забрасывала в котелок на костре возле шатра, а папа жарил шашлыки. И откуда они уже набрали еду? Мы сытно поужинали, запивая восхитительным чаем, который и готовила мама, наслаждаясь этими семейными мгновениями. Когда мы ещё вот так соберёмся?
  Папа рассказывал смешные моменты из своей юношеской жизни. Мама лишь грустно улыбалась, глядя на всех нас. Уже тоскует, как и я.
  Я сообщила о своём намерении родителям, как только мы собрались спать.
  Папа дал мне на выбор два закрытых города. Да-да, именно тех самых, с которых и начались ограничения в свободе.
  Ну а наши близняшки оставались с родителями. Мы лежали вот так, все вместе, а я ощущала уже тоску, сдавливающую грудь. Младшие уже спали, когда я ощутила с двух сторон объятия родителей.
  - Ты выросла, настала пора выпорхнуть тебе из гнезда, - прошептал папа, гладя меня по волосам.
  - Пообещай, что позовёшь, что бы ни случилось. Даже если на тебе не будет устройств связи, мы услышим, - сказала мама.
  - Что до того парня, что напал на Ника, я кое-что узнал, - папа вздохнул. - Ты правда хочешь знать?
  - Да, не томи, - сердце усиленно застучало. Надеюсь, что это не Дэн.
  - Он имеет запах особый - свежескошенной травы, - сказал папа, а я выпустила облегчённый вздох. Не он. Хвала небесам!
  - Это всё? - решила я уточнить.
  - Да, малышка. И ещё такой момент. Не знаю, как сложится твоя судьба, но мало ли... Мы не обидимся, если у тебя свадьбы не будет. Что до благословения, считай оно у тебя есть, если ты будешь уверена, что он - твой единственный. Но если он тебя хоть раз обидит физически, будет иметь дело со мной. И лучше ему этого не делать, - папа был серьёзен, как никогда.
  А я улыбнулась. Мне было очень приятно, что я всё равно навсегда останусь в их жизни малышкой, которую нужно оберегать и защищать.
  - Но я ведь уезжаю… - возразила я. Он ведь был в Восточной Руси, когда спас меня. Суженый ли он? Почему-то казалось, что да. И о нём ли говорил папа? Если у них с мамой такие силы, значит, не просто так этот разговор.
  - И что? Для любви нет преград. Когда придёт время, вы вновь встретитесь, - подбодрила мама, намекая на того парня. Значит, она уверена, что именно он - мой жених.
  
  
  Новый город мне понравился. Там были не очень высокие дома, этажей в пять максимум. Зато каждое здание, казалось, дышало своим прошлым. Колонны, статуи, украшения на каждом здании - всё дышало античностью.
  Интересно, это такой древний город или под старину сделан?
  От красоты дух захватывало. Кругом были разводные мосты, днём опущенные, а ночью поднятые, ведь полагается спать, а не по городу шататься. Хотя гулять не запрещалось в любое время суток, разве что не разрешалось шуметь и дебоширить.
  Воздух был солёным, насыщенный влагой. Но стоило отойти от набережной, как тут же превращался в сухой.
  Обязательно осмотрю град, тут должно быть безопасно. Всё же мне Русь больше нравилась своей защищённостью. Тут было как-то тихо, спокойно, если не считать шебутных подростков, которых здесь пока видно не было. Интересно, ведь если тут живут семьями, значит, дети должны быть? Улочки были пустыми и тихими. Как такое может быть? Где все? Оказалось, что взрослые на работе, а детей многие родители на лето к бабушкам-дедушкам отправили.
  Произносить имя города, даже в мыслях, я не могла - присяга не позволяла.
  Доставил меня сюда дядя Жан, явился к назначенному времени прямо к нам домой. Обнялся с отцом и мамой, после чего забрал меня и перенёсся сюда.
  Я впервые видела этого родственника. Его тёмные волосы и серые очи чем-то напоминали отца, но все остальные черты были совершенно иными. Борода была густой и длинной, широкие густые кустистые брови, круглое лицо без морщин, тёмный загар всего тела. Было видно, что сей воин довольно много времени проводит под прямыми лучами солнца. Поверх мускулистого тела, в плечах раза в два превышающего папу, была надета праздничная чистая сорочка с вышивкою. Принарядился ради меня?
  Он был немногословен. Передал из рук в руки другому дяде - Владиславу Мечникову.
  Значит, я тоже Мечникова. Мотнула головой, отгоняя эти мысли. Про родителей думать нельзя. Все тут чужие для меня. Легенда была та же: являясь дочерью Сварога Волошина, я попала сюда по распределению благодаря исследованиям с тёмной материей. Училась я в закрытом корпусе Высшего Державного Училища, некогда бывшего имперским. Как мне объяснил дядя Жан, это учреждение было целиком во владении орды, подчинялось непосредственно ему и имена всех детей были скрыты, как и учились они, не общаясь друг с другом. Жили они за пределами Державного Училища и отметку об учёбе имели, но доступ к этим данным был не у всех. Поэтому опасаться, что меня не узнают, не стоило.
  Эту информацию поведал мне дядя Жан прямо на устройство связи, пока мы шли в здание, где я буду работать. Город весь просматривался службой безопасности и любое событие было доступно в любой момент времени. Защищены от подглядывания были лишь спальни, но если возникало подозрение в государственной измене, могли и до тех данных добраться.
  Весело. И зачем я согласилась? Хотя, это ведь дела государственной важности. Думаю, что в Восточной Руси такие же меры безопасности.
  Я взглянула на дядю Владислава, только обращаться следовало "князь Владислав". Почему не по имени-отчеству? Потому что князей не называют полными именами - слишком длинные. Да и сударем как-то называть неудобно, поэтому решили, что княжеское обращение будет в самый раз. Всех же остальных следовало называть так, как кто представится - сотрудники всё же, и начальство надеется, что мы подружимся. Причём, вовсе не обязательно полным именем называться. И никто не праве требовать называть свою фамилию. На устройстве, которое мне выдали взамен устройства связи, все данные были прописаны. И те, кто был вправе потребовать удостоверение моей личности, они могли считать с устройства всю паспортную информацию.
  - Что это? - спрашиваю, показывая на только что надетый браслет с плоским прозрачным камушком на правом запястье.
  - Устройство связи, - ответил дядя Владислав.
  - А мой телефон? Я могу забрать его?
  - Нет, ты не можешь светить таким устройством, ты ведь помнишь, что ты дочь Сварога?
  А ведь он прав. Никак нельзя выделяться ни культурой поведения, ни одеждой, ни чем другим, если я хочу поддерживать свою легенду.
  Бросила заинтересованный взгляд на родственника. Дядя был фигурой с папу, такие же серые очи, прямой нос, а вот волосы были светло-русые, остриженные до плеч, чуть вьющиеся. Борода была до середины груди, местами уже с сединою, правда слабо заметною. Одет он был в белоснежную рубаху с нашивками, заправленную в синие брюки.
  Сколько ж ему лет? Какая у них с папой разница в возрасте? Папа временами выглядел старше - все шестьдесят можно было дать. А иногда он молодел и казалось ему не больше сорока. Интересно, от чего это зависит? Пользуется чем-то омолаживающим? Папа же ходил с короткою ухоженной бородкой, чтобы не выделяться среди местных - длинные бороды никто не носил. Мама же заплетала вокруг головы косы, да укладывала так, что казалось, что волосы короткие, хотя это было не так.
  Так вот, дядя выглядел на пятьдесят лет. Он провел инструктаж, после чего лично прогулялся со мной вдоль набережной к дому, где я буду жить.
  Владислав был разговорчивее дяди Жана, поведал мне, что испытания с тёмной материей проводятся около воды, потому как нужно погасить выход энергии. Отдачу от взаимодействия энергии с водою преобразовывали в ток и пускали по проводам в разные города страны. Оказалось, что тут используется всё: ничего не пропадает даром, происходит круговорот не только воды, но и всего материального.
  Это было странно для страны с магией. Но она не использовалась для создания космических кораблей, всего лишь для управления ими. Как тонко они научились совмещать одно с другим.
  Мы остановились на берегу и какое-то время стояли молча.
  - Вы ведь что-то хотели спросить, - нарушила я молчание.
  - Да нет, просто задумался.
  "Как он там?" - пришло мне сообщение на устройство связи от дяди Владислава.
  "Держался. Даже волосы вновь стали чернеть, до вчера."
  "А что вчера было?"
  "Поведал правду о своём прошлом."
  "Передавай привет ему и скажи, что мы всегда ждём его в гости с семьёй," - дядя сохранял при этом прежнюю невозмутимость.
  - Пойдём, провожу тебя до дверей, - сказал он вслух.
  "Обязательно скажу," - написала дяде.
  Сама тут же отправила всю переписку отцу и тут же получила ответ: "Завтра, в десять утра."
  Передав сообщение дяде и получив подтверждение, я прошла вслед за родственником.
  Это было двухуровневое здание, в котором жили сотрудники моего отдела.
  Домик был из бревенчатого сруба, в то время как большинство зданий были каменными. Половицы крыльца скрипели под ногами, что было несколько непривычно. Запахи в воздухе близ дома витали очень вкусные, и я только сейчас поняла, как проголодалась.
  Дядя исчез прежде, чем на мой звонок открыли дверь, оставив появившиеся из ниоткуда сумки с моими вещами. Ещё до отъезда папа принёс мне их, сказав, что следует упаковать одежду именно в них. Никаких милых сердцу безделушек брать с собой не следует. Мы предварительно прошлись с мамой по сибирским магазинам и отоварились.
  Отогнала непрошенные воспоминания, возвращая себя в реальность.
  Хозяйка заведения - дородная тётка лет пятидесяти, в традиционных одеяниях - сказала, что жильцы все хорошие, и мы подружимся.
  - Ребята? - переспросила я намекая на мужской коллектив.
  - Тут живёт в основном холостая молодёжь. Правительство поощряет союзы между жителями сего града, выделяя образовавшимся семьям собственное жильё. А вот сторонние люди не приветствуются.
  - Неужели тут работают только те, у кого муж или жена отсюда?
  - Понимаешь, деточка, тут такое дело: безопасность превыше всего. Никто к союзу не принуждает, ты вольна выбирать, но присяга, что ты даёшь, не позволяет говорить о том, что здесь творится. Стоит хотя бы захотеть поведать и мозги начинают плавиться. Так что в этом плане безопасно, но такая клятва действует лишь на магов. Поэтому если ты замужем за человеком у которого магический резерв не развит, ему не дают доступ сюда. Можешь жить с ним во вне града, перемещаться - никто не запрещает. Я грустно вздохнула, сплошные ограничения. Вот тебе и свободы захотелось.
  Стены, обклеенные бумажными обоями, украшали разнообразные картины. На одной из стен я увидела огромное полотно с двумя людьми в княжеских одеждах. Мужчина был темноволос, с густой бородой, серыми очами, в шапке, которую нам показывал отец. Княгиня смотрела на меня голубыми очами, её голову украшал венец, с которого спускался белоснежный платок, украшенный вышивкой, целиком скрывающий волосы.
  Во внешности угадывались отдельные черты, но похожи на родителей эти люди не были.
  Хозяйка обратила внимание, куда направлен мой взгляд.
  - О, вижу вы любуетесь последним Великим Князем Мирославом и Великой Княгиней Ярославой.
  - Почему последним?
  - Перед своей смертью Князь сложил полномочия, с тех пор у нас власть избирательная, и Великих Князей больше нет. - женщина внимательно поглядела на меня, после чего посетовала: - И чему вас учат в училищах? - женщина вытерла руки о передник. Нервничает?
  - А зачем у же у вас висит их портрет?
  - Потому что эти люди оправдывают звание Великие. Они очень много сделали для своего народа за свой недолгий срок правления. Княгиня открыла много школ, учила большинство деток сама. А Князь поднял страну из руин, вернув нам процветание и спокойную жизнь без страха, возродил здравоохранение. Правительство стало жить для людей, чего уже давно не бывало. А разворованную страну отстраивал из своего кармана.
  Неужели это правда? Но откуда у отца такие средства?
  Женщина глядела на портрет с восхищением и было понятно, что родители сыграли не последнюю роль в её судьбе. Придётся держаться чуть в отдалении, чтобы она не заметила моего сходства с оригиналами.
  Мы поднялись на второй этаж по деревянным с металлической окантовкой ступеням, которые немного пружинили под ногами. Мне показали мою комнату: самую дальнюю на этаже, простенькую, с комодом, шкафом с зеркальными дверцами и кроватью. Туалет был отдельный, как и душевая. А ещё был у меня балкон, и которого открывался вид на море.
  - А кресло можно достать? - поинтересовалась я у домовладелицы.
  Получив утвердительный ответ, хозяйка Настасья предложила помощь в организации доставки мебели сегодня же. Я улыбнулась своим мыслям и кивнула. Она свахой заделалась, не стоит её разочаровывать.
  Столовая была общая. Готовила сама хозяйка завтрак и ужин и опаздывать было не желательно.
  Живот неприятно заболел, настойчиво требуя раздразнившей его ароматами еды.
  - Скажите, а я завтрак уже прозевала?
  - Да, - женщина обрушила все мои надежды. - Но в качестве исключения я приглашаю вас на обед.
  - Благодарю.
  Женщина вышла, дав мне десять минут на сборы.
  Я перебрала вещи, развешивая их в шкафу. Они тут же разглаживались, а я удивлённо смотрела на эту диковинку. Окинула магическим взглядом мебель, то тут то там были отпечатки магии. Как странно, быть в мире, где магия -дело привычное. Я сняла энергетический слепок со всей комнаты и отправила маме.
  Выбрав платье в моём любимом стиле: простенькое, при этом не бесформенное, я спустилась вниз и пошла на запах.
  На кухне, а это была именно она, хозяйка накрывала на небольшой круглый стол, за которым сидел парень. Увидев меня, он приподнялся с места, отодвинул стул и пригласил меня к столу.
  Я ощутила себя весьма неловко, похоже, тут семейный обед.
   - Здравствуйте, я Ольстин, а вы? - темноволосый молодой человек наклонился с намерением поцеловать мне руку, но я отпрыгнула раньше и стала в боевую стойку. Почему такая реакция? Парень широкоплеч, руки сильные, ноги тоже. Боюсь? Прикосновения? Похоже у меня уже психоз начался. Может к психологу сходить?
  Юноша поднялся и с недоумением воззрился на меня. На меня смотрели серые очи, изучающие, со смешинками. А он довольно симпатичен. Высокий лоб, небольшие морщинки на щеках и под глазами от улыбки. А вот нос закруглён, словно картошка. Кого-то он мне напоминает, вспомнить бы кого.
  - П-простите, - я решила спасать ситуацию, - не знаю, что на меня нашло, - лицо бросило в жар. Что со мною творится? Тело словно само по себе принимает решения. На какой-то миг я ощутила опасность, но потом всё пропало.
  Но этого мгновения оказалось достаточно, чтобы мозг на уровне инстинктов среагировал.
  Парень в ответ тепло улыбнулся, взялся за стул, приглашая меня сесть.
  Пока ухаживающий объект не передумал, я осторожно воспользовалась предложением.
  -Так как вас звать? - юноша настаивал. Его тёмные волосы были собраны в хвост сзади, достававший ему до пояса. Борода была довольно густая, но в то же время короткая.
  - Надя.
  - Очень приятно, - молодой человек вновь склонился, на сей раз в поклоне, а я опять отскочила. Да что со мной творится? - Какая вы интересная, может перейдём на ТЫ?
  Мгновение я размышляла, после чего всё же кивнула. Блин, с этими парнями, я теперь уже шарахаюсь каждого.
  Кушали мы вдвоём, хозяйка лишь иногда появлялась и подавала блюдо. Это что она свидание своему сыночку устроила? Я взглянула мельком на обоих, похожи они не были. Может он в отца пошёл, так что тут ничего необычного. В остальном же обед прошёл довольно мило. У меня сегодня был выходной, в виду переезда, а вот почему Ольвин или как его там не идёт на работу?
  Я проверила время и простилась. Юноша предложил мне погулять по городу. Пришлось отказаться. Всё же не планировала я сегодня быть в компании.
  Перед уходом из дома я поставила защиту на свой номер. У меня там не было ничего ценного, но не мешает быть осторожной. Защита отслеживала все передвижения в моём номере, а также блокировала то устройство, которое наблюдало за постояльцами, о котором упомянул какой-то из дядь.
  Накинула на плечи тоненький платок, которым я собиралась воспользоваться, если будет слишком голову припекать, и выскользнула незаметно из здания - не хотелось встретиться с кем-то из постояльцев или недавним знакомцем.
  Прошлась набережной, спустилась по каменистым ступеням к воде, села на бортик укреплённого берега, опустив босые ноги в воду.
  - Здравствуй, водичка! Как живёшь, как поживаешь? - спросила я жидкую стихию. Не знаю, почему, но тут дух природы совершенно иной. Дома как-то за заботами забываешь здороваться с солнышком, землёй-Матушкой, хотя родители помнят и каждый выход из дома приветствуют наше планету и то, что нас окружает, считая всё живым. А тут я чувствовала движение всего, может из-за окружающей меня магии.
  Прибой приятно ласкал ступни, словно нежные руки мамы, делающей массаж. На меня нахлынули образы военных испытаний, людей, которые в последнее время перестали почитать природу. Да, вроде бы не обижают, но и не здороваются, не общаются. А воде одиноко.
  Можно было б искупаться, да только есть ли место, где меня не увидят. Мне были показаны образы закутка, не просматриваемого из города и даже камер там не было. Отлично!
  Я пошла по бортику набережной, раскинув руки и держа равновесие. Ко мне словно коршун метнулся кто-то с берега. Пришлось притормозить, чтобы меня не сшибли в воду. Меня сгребли в охапку и крепко-крепко обняли. Неужели скучал? Я потрепала лохмы по голове.
  - Я скучал! - Крейг чуть отстранился заглядывая мне в глаза.
  - Не думала, что тебя тут встречу! - сказала я, любуясь на него. Светло-карие очи смеялись. Похоже, радость была искренняя. - Какими судьбами?
  - А ты? Не думал, что ты получишь сюда доступ.
  - Слышала ты прикрыл меня, благодарю.
  Он потупил взор, отвернулся. Одет он был в армейскую тёмно-синюю форму.
  - А ты разве военный? Почему в форме?
  - Так я на службе, при исполнении сейчас. Как учёбу завершил, так меня и перенаправили сюда. Мол, в прошлый раз справился хорошо с заданием. Ну, тем самым.
  - Ты знаешь, что тут всё просматривается? Наш разговор тоже записывается.
  Он кивнул. Я ополоснула ноги в воде и пошла вновь по бортику, потому что непричёсанный восточно-рус стащил меня вниз с бортика, чтобы мы не упали в воду, пока тискались.
  Мы общались, маг блокировал технику от записывания. Было интересно наблюдать за его действиями и учиться новым методам магии. Он проводил меня до моста, а дальше пришлось проститься - его патрулирование территории мостом и ограничивалось.
  Он дал мне свой номер, на этом и простились. Если честно, чувства у меня были разные. Однозначно, я была рада его видеть. Но так же были и другие смешанные ощущения, в которых я пока не могла разобраться. А ведь я его ни разу так и не вспомнила за время нашего расставания. Почему-то негативные воспоминания прочнее заседают в памяти, и всплывает чаще Дэн, Василь и другие.
  До места, показанного водой, я дошла спокойно, без приключений. Окружающее пространство и правда было защищено от постороннего вмешательства. Своего рода это был источник силы, и технические устройства тут не действовали. Ступила в эту зону, проверила её на людей, после чего разделась и вошла в воду. Вода была холоднее, нежели у нас, но двигаясь было хорошо. Зато я пообщалась мысленно с Дарующей всем нам Жизнь и зарядилась от источника энергией, которая теперь била через край. Куда бы её слить? У меня ведь не активная магия, если только целительством…
  День удался на славу, я прошлась по граду, причём никто не мешал и я могла не только наблюдать, но и исследовать, экспериментировать с магией, наблюдать за событиями на несколько веков назад. Город и правда древний, с две тясячи лет где-то. Но не везде, в основном только несколько зданий. Остальные были новоделом, под старину. Что же сделалось с остальными? К сожалению просмотреть, что было на месте новых домов не было возможности, только то, что видели стены и колонны старичков. Но и это было не мало. Я записывала все свои воспоминания в устройство связи, а также делала панорамы города во времени со снимков старичков, но его характеристик, к сожалению, не хватало, чтобы обработать все данные. Я отослала маме эту информацию, а сама продолжила достройку панорам. Надеюсь, мамочка сольёт данные на кристалл.
  Воротилась я в пансион, или как это заведение назвать, вечером. Ещё было светло, всё же тут, можно сказать, белые ночи. Встретила меня хозяйка недовольной миной. Я ведь не опоздала. Но она думала по иному. Мол, молодёжь пошла: ни уважения к старшим, ни почтения. Пашет она тут как ломовая лошадь и никакой благодарности. Блин, забыла закрыться. Пришлось щиты срочно натягивать, пока я тут с ума не сошла от мыслей местных постояльцев. Настасья, так звали хозяйку, слова не сказала вслух, но все эмоции были написаны на лице.
  Она и проводила меня в столовую, которая была почти полная. За большим круглым столом, накрытым белоснежной скатертью, уже сидела молодёжь. Лишь три стула пустовали. Я надеюсь, хозяйка с нами тоже будет ужинать. А третий для кого? На мой невысказанный вопрос ответила красивая светловолосая девушка с толстой косой. Невольно позавидовала ей, ведь у меня коса хоть и длинная, но всего с два перста толщиною.
  - На днях ожидается одна дама из Восточной Руси. Но добраться сюда трудно, поскольку граница перекрыта, а маги не переносят с других континентов. Да и люди, не видавшие магии, могут плохо себя чувствовать при переносе. Поэтому ей организована поездка на самолёте до границы, а дальше на машине, а через горы верхом, потом опять на машине до места переноса. Тут уж ничего не поделаешь, а придётся, в закрытый город попасть по-другому нельзя, - пояснила она.
  Здорово, что так детально.
  Я тут же заинтересовалась, что за место переноса, надо будет спросить у дядь или родителей. А то меня ведь переносили лишь родители да дядя Жан. Вслух свою неосведомлённость озвучивать не стала.
  Интересно, а как же восточно-рускую девушку взяли в закрытый город? Хотя тут же клятву дают, значит, она магичка… Встретилась взглядом с Крейгом. Его ведь моя мама отправила сюда учиться, а эта девушка получается не здесь образование получала. Как же она развивала свои способности?
  Я скользнула взглядом по троим парням, среди которых отметила двоих знакомых. Неужели Крейг тут живёт? Третий, совсем молоденький - во всяком случае бороды и усов у него не было, сидел с той девушкой и они уже о чём-то шептались. Он был светловолос и голубоглаз. Лицо, кстати, несуразное, непропорциональное какое-то, а вот волосы красивые, но как оборачивался, сразу я ощущала себя неловко, словно страшилище разглядываю, поэтому старалась тут же отвести взгляд.
  Оставшиеся парни активно ухаживали за мною. Мне кажется или у них негласная война?
  Мои ухажёры старались угодить: то наложат мне того, чего я не просила, то нальют. Причём, соперничество между собой ведут, а моего желания никто не спрашивает.
  - Ты оттуда, вот и бери себе девушку с Восточной Руси, нечего на наших девчат западать! - говорил Ольберт, или как его там, выхватывая мою тарелку. Не хочется переспрашивать имя. Решила про себя называть его Олем. Я попыталась возразить, но на меня оба наехали. Тут хозяйка со сковородкой пожаловала, ну я и огрела вначале Крейга, а потом и Оля. Они тут же одновременно утихомирились и сели, потирая головы. А вот женщина недобро зыркнула на меня. Ну да, сыночка её на место поставила! Похоже, пора отсюда перебираться, врагов я себе уже нажила.
  А вот парочка, сидящая напротив, расхохоталась. Ребята ж обиженно насупились.
  - Я не буду просить прощения, поделом вам. Воюйте в другом месте, а я не предмет и не выигрыш, за который можно сражаться.
  Тут же появился у меня в левой руке букет ромашек со стороны Крейга, ну, я ему и надела на голову, покрутив у виска.
  А ребята схватились за животы, на сей раз вместе с Олем.
  - Я, пожалуй, пойду, - встала из-за стола с намерением уйти в свою комнату.
  - Сядь, велела повариха! - да как она смеет мне приказывать, я подскочила, собираясь высказать ей всё, что думаю, но растеряла все свои мысли. Кто я тут? Просто постоялец... Я плюхнулась обратно. Кое-как запихала в себя еду, не ощущая её вкуса, и выбралась из столовой с грязной посудой, собираясь помыть её по старинке - ручками. Уж не знаю, какая здесь техника имеется. Сгрузила всё в пустую чистую раковину, намылила губку, и у меня её отняли.
  - Иди, я, сама справлюсь.
  - Простите, я не хотела... - начала я.
  - Ничего, им полезно будет. Два напыщенных петуха! - поддержала меня хозяйка и впервые искренне улыбнулась.
  - Вы не сердитесь?
  - Нет, - но лицо тут же стало серьёзным. - Только ты учти, шуры-муры крутить не позволю с Олем. Либо серьёзно, либо никак.
  - Знаете, мне сейчас не до парней вовсе, у меня на них... - я замолчала, подбирая синоним к слову аллергия, - ну, в общем, на меня дважды напали парни, пытались сначильничать. Теперь я сперва бью, потом разбираюсь.
  - У нас?
  - Ну, не в этом граде, - я не стала уточнять, где именно. Не рассказывать же ей, как мы пробрались на закрытый объект, нарушили кучу правил, подверглись действию непонятно кого. А то подумает ещё, что я бунтарка, испорчу себе репутацию.
  - Не хочешь поговорить об этом?
  - Да о чём говорить, уже пройденный этап. Просто теперь я больше не выжидаю подходящего… - чем же заменить слово момент? - Ну, в общем, вы поняли.
  Женщина позволила мне самой загрузить посуду в посудомойку. Стоило тарелке попасть в прямоугольничек, как она тут же становилась чистой, стоило моим рукам покинуть освещённое пространство.
  Я удивлённо присела рядом, наблюдая за процессом. Никакой магии.
  - Работает перемещатель, - пояснила Настасья. - Переносится всё, что не посуда в отдельную ёмкость на заводе по переработке отходов.
  Перемещатель! Точно! Может быть про такое устройство и говорили ребята!
  - Если хочешь, можешь сидеть между мною и Дашей, - внесла интересное предложение хозяйка, предлагая не принимать участие в поединке парней.
  - Да нет, пусть! Надо научить их вести себя как следует. К тому же, скоро ведь та девушка должна приехать, может быть они внимание на неё переключат.
  - Уверена, что не хочешь никого из них себе в женихи, а то ведь соперница скоро прибудет.
  Я помотала головой.
  - У меня есть жених. Я правда не помню, как он выглядет, была слишком мала. Но магический сговор никто не отменял. От судьбы, думаю, не уйдёшь…
  На этом мы простились. Голова шла кругом от всего нового. А ведь завтра понедельник, первый рабочий день. Так вот почему Оль не на работе сегодня был. А вот Крейг даже в выходные работает, получается.
  Поставила защиту на комнату - от проникновения любого чужого существа, с которым нет сильной кровной связи(родителей или братьев-сестёр).
  Связалась с родителями, они ещё были в постели.
  - О, я помешала! - мама была с распущенными волосами, да и папа тоже. Миловались? Блин! - Простите! - я тут же отрубилась.
  Через минутку мне родители перезвонили, мол, ничего страшного. Спросили, как я устроилась, как коллектив.
  - Познакомилась с парнем, сыном хозяйки Настасьи - не помню, как его зовут. Что-то с Олем связано. Ольвин, Ольберт или типа того.
  - Немец?
  - Не знаю, - я пожала плечами. Может и правда. - Он мне хотел руку поцеловать, а я отскочила да в боевую стойку стала.
  - Ну, значит, не будет лезть, - подытожил папа.
  - Я так всех женихов распугаю.
  - А они тебе нужны? Во всяком случае сейчас, - возразил отец.
  - Да нет. Ну так вот, а второй Крейг. Мы с ним в том году познакомились в Сибири.
  - Крейг? - переспросила мама. - Уж не Павлов?
  Да откуда ж я знаю. Хотя, если мама знает его фамилию, наверное, он. Он же говорил, что его отправила сюда мама.
  - Наверное. Ты же приложила руку к его учёбе здесь. К нам ещё какая-то девушка должна приехать тоже с Восточной Руси.
  - Да? - а это уже папа. - А как её звать?
  - Не знаю.
  - Что-то на закрытый город это не тянет. Немцы, восточно-русы, что там развелось у вас?
  - А я ведаю? Разбирайся со своими братьями.
  - Выясню, не сомневайся.
  - Как встреча прошла? - вспомнила я вовремя.
  - Хорошо пообщались. Но теперь вот ещё повод есть.
  - Ну ладно, у меня тут уже вечер. А я ночь не спала с переходом на новое время. Так что я баиньки.
  - Спокойной ночи, доченька! - мама послала мне воздушный поцелуй.
  После этого они отрубились. А глаза тут же слиплись.
  
  Проснулась я от крика в голове. Сначала не могла сообразить, кто орёт и где. А когда до меня дошло, что это всего лишь звук в мыслях, поняла, что пространство начинает меняться, превращаясь в полоски, словно проходила его насквозь в другое место.
  Очутилась я в тёмном помещении, освещённом лишь уличными фонарями сквозь огромные окна. В нос ударил запах книжной пыли.
  Скользнула взглядом по цветку на подоконнике, статуэтке на столе возле него...
  Это была библиотека. Я шла мимо стеллажей, ориентируясь на усиление мысленной связи. Неужели я научилась перемещаться? Но как это происходит? По-моему, я этого не планировала. А значит, процесс контролировала вовсе не я. Тогда кто? Прокрутила момент переноса. Отчаянный зов от боли. Значит, это меня и перенесло.
  Чужие мысли полностью стихли. Блин. Неужели я опоздала? Душу обуревал страх за жизнь человека.
  Интуитивно пошла вперёд, ускорив шаг.
  На стене выделялось более тёмное пятно. Я подбежала, притронулась к телу. Руки погрузились во что-то липкое. По телу растягивал мерзкие щупальца ужас и холод, подкашивающий ноги.
  Блин! С трудом переборов его, я уложила человека, если быть точнее - мужчину не слишком крупного телосложения, но и не щуплого, на пол, разорвала рубашку, задрала футболку. Ох уж эти восточной-русы, только они так одеваются, неужели я перенеслась так далеко? Он был жив, правда дыхание было едва уловимое со свистом.
  Я принялась сканировать повреждения. Пулевых ранений было несколько. Задето правое лёгкое, селезёнка и левое плечо.
  Повернув больного на левый бок, прижала его колени к животу (вроде бы именно такая поза нужна при повреждениях селезёнки), ощупывая спину на предмет сквозных ран.
  Две пули вышли, значит, можно приступить к лечению.
  Мужчина закашлялся. А я начала исцелять, отринув все лишние мысли, стараясь наскрести в душе нежные чувства, ведь в этом деле допускается только любовь. Представила что вызывают во мне родители - душу защемило.
  Мужчина полностью пришёл в себя, но молчал. А я закрылась от его мыслей, не хочу сейчас ничего слышать, это будет отвлекать. Я же раздумывала, что делать с его рукой и третьей невынутой пулей. Активной магии у меня не было.
  - Тебе помочь? - шёпотом спросил он. Я так же тихо ответила, что не могу вытащить его пулю. Он задышал быстрее. Борется с болью? На руку мне хлынула тёплая жидкость. Бр... Постаралась не думать об этом. На пол упало что-то твёрдое, металлическое, судя по звуку. Пуля? Он - маг, раз смог не прикасаясь вытащить её? Вспомнила, как я очутилась тут. Связь? Не успев поддаться панике, я отринула мысли, погружаясь в лечение. Мужчина или парень не мешал ни словом, ни делом.
  При завершении исцеления он спросил шёпотом, кто я.
  Я не знала, что ответить.
  - Я явилась на зов, - прошептала пересохшими губами. Это ведь правда.
  - Суженая? - спросил он.
  Я не стала отвечать. Мне надо было уходить, пока я ещё в сознании, только как мне вернуться? Он протянул ко мне руку и притронулся к моему лицу, а я тут же перенеслась.
  - Свет! - сказала я вслух.
  Удостоверилась в том, что я в своём номере. Теперь нужно было восполнить энергию. Когда же я научусь совмещать лечение и подзарядку от нашей земли-Матушки?
  Сон одолевал тело, и я поддалась потребностям истощённого организма, ведь сон - лучшее лекарство, и энергию тело само восполняет.
  
  Утром за завтраком я была молчаливой. Требовалось многое обдумать. Это что же получается, вчера я к суженому явилась? Он ведь ранен был. Кто его так и за что? Да ещё и в библиотеке. Мало того, если брать в расчёт время суток, что и у меня и у него ночь, то получается разница во времени максимум часов шесть. Если брать огнестрелку, то это явно не Русь, хотя отрицать этого явно нельзя, ведь я мало что знаю о воинском деле и их современном оружии. Идём далее: стеллажи, пыль. Я как-то была в книгохранилище Сибири, там не было никакой пыли да и книги хранились не на открытых полках. Может, конечно, устаревшее что-то, вполне возможно, что оборудовали не все библиотеки.
  Итак, поиск можно сузить до -6-+6 часов. Это вся Евразия, по сути, исключая Дальний Восток. Если прикинуть время у нас в момент призыва - около четырёх утра, то +2 часа. Жених мой одевается как восточно-рус, что говорит либо о том, что живёт он там или привычка такая, а, значит, он оттуда.
  Я подняла голову на сидящего напротив Крейга, что-то тоже молчалив, глядит в свою тарелку. Кстати, а одет он в сорочку славянскую. Правда? Такое вообще бывает? Что-то в лесу сдохло? Вот хоть убейте, не помню, в чём вчера был. На службе у него форма, а вот за ужином...
  Я его слегка задела ногой и тут же отвела взгляд, переключив внимание на Оля и ребят. Все были молчаливы. Интересно, почему? Погода плохая? Или вчера поссорились после моего ухода? Встала из-за стола, громко отодвинув стул, решив исправлять ситуацию.
  - Крейг, Ольстин - простите меня за вчерашнее, - я склонилась в земном поклоне, - знаю, вы не хотели обидеть. Просто предыдущий опыт с парнями сказывается. Я хочу с вами дружить, но пока не более. И не потому, что вы мне не нравитесь, просто я пока не готова к отношениям. А вчера вы просто вели себя так, словно я вещь. Это недопустимо.
  Парни переглянулись и в ответ извинились за своё поведение.
  Молчанка закончилась, все вновь стали шутить, а хозяйка удовлетворённо кивнула.
  Вставая из-за стола, Крейг надел военный китель поверх сорочки. На этом все разошлись и выходили из дома уже по-отдельности.
  День я провела в работе, знакомстве с сотрудниками, начальством. Оказалось, что ребята - Даня с Леной работали в моём отделе.
  Мы наконец-то познакомились. Ребята были братом с сестрой, и, будучи погодками, всегда шли вместе.
  Я ощутила потребность пообщаться с братьями. Как они там? Не обижают ли их? В обеденный перерыв я позвонила.
  Ярик со Славкой были просто счастливы на новом месте. Им выделили место в кадетском корпусе, и они со всеми перезнакомились. Кормят отлично, кашей с мясом да овощами с фруктами. А ещё они сами уже чистили картошку. Мол, всякое пригодится, техники может и не оказаться на войне, надо уметь всё делать самому. Порадовавшись за ребят, я с ними простилась.
  Новое устройство связи (УС*) предполагало мысленное общение, не нужно было озвучивать всё во вне, что безмерно радовало. Со стороны казалось, что я просто молча кушала.
  Вскоре ко мне присоединились ребята. И мы общались и шутили. Даня оказался очень начитанным парнем и с ним было интересно обсудить текущие достижения. Оказалось, что выпускается довольно много вещей, о которых я и не знала, причём, почти все они уже когда-то были в прошлом у предков, о чём сохранились предания, сказки, сказы. Вот взять хотя бы сказку про Василису Прекрасную и куколку. А ведь куколку нужно было кормить едой - биологическим топливом, у неё светились глаза, когда она включалась и она переделывала кучу механической работы и довольно быстро, то есть была роботом. А у той же бабы Яги возле избушки стояли черепа на кольях с горящими глазами. А может, просто фонари? Да и руки, появляющиеся у старушки в доме напоминали механические. Ну а ступа скорее самолётом была, когда в небе белый хвост остаётся, а потом его словно помелом заметают, и он исчезает...
  В общем, незаметно пролетело время обеда, раздался звуковой сигнал, предупреждающий, что пора возвращаться на рабочие места, как мне пояснил Даня. Пока мы шли в рабочий кабинет, я думала, что неплохо бы выписать себе какой еженедельник технических достижений Руси. У кого бы узнать, как это делается?
  А вечером мы встретились с Крейгом. Он возвращался с работы. Ребята пошли вперёд, оставляя нас наедине.
  - Привет! Что-то на тебе лица нет, ты себя хорошо чувствуешь? - поинтересовалась я его бледным состоянием.
  - Прости, что заставляю беспокоиться. Как-то мне нехорошо.
  - Как давно? Какие симптомы?
  - С прошлого лета.
  Я сразу же насторожилась. Прошлым летом мы ведь в передрягу попали.
  - Давай, посмотрю.
  Он окинул меня внимательным взглядом и прошёл со мною до лавочки, которые стояли вдоль набережной.
  Мы сели рядом, и я прислонилась к нему, закрывая глаза и сосредоточиваясь на его состоянии. Физически он был полностью здоров.
  Я отстранилась.
  - Крейг, что именно тебя беспокоит? Никаких повреждений у тебя нет.
  - Правда? Этого я и боялся.
  - Чем тебе помочь?
  - Ты не сможешь. Не в обиду будет сказано. Но есть один человек, который сможет. Благодарю.
  Больше мы к этому вопросу не возвращались. Крейг вновь отшучивался, небольшой румянец появился на щеках. Может, у мамы спросить? С другой стороны, она ведь не сможет осмотреть его, не выдавая себя. Семья на первом месте. Подвергать родителей опасности нельзя.
  Мы прогулялись по берегу, и общались на разные темы, в том числе и на магические. С ним было очень легко.
  Возле дома встретили Оля и вместе отправились ужинать.
  
  Дни текли за днями. Приехала новая девушка Джейн, со светло-русой косой до пояса. Точнее не так, приехала она вообще с распущенными волосами, но хозяйка её поставила на место, принудив заплести косу. Девушка, стиснув зубы, выполнила требования, но от былой улыбчивой доброжелательности не осталось и следа. О, как я её понимаю. Столько ограничений сразу. Я-то жила в обеих странах и то, всё время нарушала обычаи. А каково ей?
  Но я, зная, что мне легче её понять, не могла сближаться с ней, ведь могла себя выдать.
  С Олем отношения тоже наладились, он не приставал, но всё равно был галантен. В общем, мы стали, можно сказать, семьёй, иногда играли в настольные игры дружной компанией, а Настасья присматривала за нами.
  Вскоре наступило Новолетие*, первое совместное.
  В закрытом городе праздновать не разрешалось, поэтому все желающие могли покинуть град и отправиться на ближайшее капище*, что не представляло проблемы, потому что большинство жителей умели перемещаться сами. Даня взял на себя Джейн, Лена взяла Ольстина, а Крейг предложил мне свои услуги.
  Ребята прыгали через костёр. А я отказалась.
  Я стояла в сторонке и наблюдала за довольным народом, когда ощутила мороз по коже и обернулась. На меня смотрели две пары глаз, ничем не отличающихся от остальных, но я чувствовала их нездешность.
  - Здравствуйте! - я чуть склонила голову.
  - Привет! - на меня смотрела сероглазая девушка.
  - Откуда вы?
  - Отсюда, - девушка улыбнулась. Первые ощущения настороженности прошли, это уже были обычные парень с девушкой. Я знала, что она обманывает, что из другого мiра. Но опасности я не ощущала, поэтому подозрения оставила при себе. - Мы просто гуляем. Нельзя?
  - Можно. Я - Надя.
  - Лютик, - представилась девушка, в то время, как темноволосый темноглазый парень с коротенькой бородкой настороженно глядел на меня.
  - Ма-кс, - парень замешкался на последнем слоге, что говорило о том, что он придумывал на ходу и его имя чуждо нашему звучанию. Он явно не знал как реагировать, поэтому ограничился кивком головы.
  - Идите, через костёр прыгайте, огонь помогает избавиться от всего плохого, что раньше было в жизни.
  - А ты? - Лютик, улыбаясь, протянула мне руку, как бы зовя с собой.
  - Я сегодня не буду.
  - Почему? - удивилась девушка с длинной толстой косой. - Это опасно?
  - Нет. Но сегодня не моё время, - ответила я, а мысленно добавила, не стоит рисковать и магичить.
  Пара новых знакомцев была связана невидимой нитью, я, это ощущая, улыбнулась про себя. Интересно поглядеть, правду ли про суженых говорят и можно ли определить их сейчас.
  Парочка прыгнула через огонь, держась за руки, и тот поднялся очень высоко, не задевая при этом ребят. Народ кричал про суженых, в моей душе разливалась радость за их счастье, они ведь нашли друг друга.
  - Пойдём, прыгнем? - из-за дерева вышел и протянул мне руку Крейг.
  - В другой раз. У меня сейчас нестабильна магия.
  Он глянул на меня, после чего кивнул. Сам прыгать тоже не пошёл.
  - А с Джейн чего не прыгнешь?
  - Не хочу. С тобой прыгнул бы.
  - Думаешь вспыхнет как у этих ребят? А если не вспыхнет?
  - Не хочу думать, пойдём, - и он взял меня за руку и потанул сквозь берёзовую рощицу молодняка.
  Вышли мы к роднику, порою перелезая через поваленные деревья. Так и не размыкая своих рук.
  - Искупаемся? Знаю, тут такое не принято... - начал он, а я уже раздевалась. - Э... - Крейг смутился и отвернулся.
  - Залезай! - я скрыла наготу под толщей прохладной жидкости. После жара костра и последних деньков бабьего лета хотелось немного остудиться. Но долго ведь нельзя сидеть в холодной воде.
  Странно, но я совершенно не стеснялась. Будь здесь Оль, я бы не разделась. А Крейга я воспринимала спокойно.
  Он разделся и скользнул в земляную чашу. Кто-то ведь вырыл её. Тут же увидела картинку, как идёт дедок с лопатою, а впереди бежит его верный четырёхлапый друг. Пёс убежал вперёд и принялся звать хозяина, указывая на это место. Дед принялся копать, а вырыв яму себе по горло, наткнулся на ключ. С тех пор и радует родник путников, вытекая небольшим ручейком отсюда.
  Вода внезапно забурлила и стала согреваться.
  - У нас такая ванна называется джакузи, - поведал Крейг. Знаю, но сказать ему об этом не могу.
  - Скучаешь по дому? - решила сменить тему.
  - Ты знаешь, нет. Мне здесь хорошо. Я раньше носил свои рубашки как напоминание, откуда я. Мне казалось, я предаю Отечество, мне Русь стала Родиной. Перешёл на сорочки. Знаешь, а ещё я мечтаю о свадебной рубахе, вышитой любимой. Пусть сейчас уже девчата не шьют себе приданое, но у меня здешний друг женился, так ему невеста подарила. А мне завидно.
  - Хочешь отсюда девчонку найти?
  - Не знаю, но хочу здесь жить, с нею.
  Была уже глубокая ночь, хотя народ ещё гулял, судя по песням да смеху. Месяц зашёл за тучку, погружая нас в темноту. А мне стало зябко, захотелось вдруг прижаться к нему.
  И я сделала шаг навстречу.
  - Нет.
  - Что нет? - я замерла, ожидая ответ.
  - Не подходи.
  - Почему?
  - Я боюсь, что не смогу сдержаться. У нас ведь не хранят себя до замужества, как у вас. Ты - девушка красивая и соблазнительная.
  И тут только до меня дошёл смысл сказанного. Боги! Да он ведь воспринимает меня девушкой и никак не сестрой. Я пулей выскочила из родника, схватила одежду и в кусты. Да только успокоиться я не смогла. Что со мной такое? Сердце стучит, словно отбойный молоток в ушах.
  Когда выглянул Месяц, поняла, что взяла его брюки и сорочку. Но возвращаться в обнажённом виде уже не хотелось. Натянула на себя лишь сорочку, прикрывающую меня до колена. Не знаю, что на меня нашло, но сейчас мне было стыдно за своё поведение. Лицо бросило в жар, как подумала о том, чем мы только что занимались. Вместе голяка принимали ванну! А ведь он мужчина, блин, совсем не думаю...
  - Отнеси меня домой, - попросила его, возвращаясь к роднику.
  Парень принялся одеваться, пока я стояла отвернувшись и краснея. Но надел лишь трусы, остальное сгрузив мне в руки. А в следующий момент он едва заметно прикоснулся к моей талии, и мы очутились в тёмном помещении.
  Те мгновения, пока он держал меня, было так тепло и уютно в этих объятиях. Что со мной творится?
  Зажёгся свет, и меня выставили за дверь с кучей одёжки, недавая опомниться.
  - Пусти, - шептала я. - Дай хоть одеться.
  - Брысь отсюда, - держал дверь Крейг.
  - А если меня хозяйка увидит? Пусти! - ведь слухи могут поползти. Я ведь не просто из его номера выхожу, а в мужской сорочке! О чём можно подумать, увидев меня в таком виде?
  Но он не открыл дверь. Но почему нельзя на минутку пустить, не нападёт же он на меня. Неужели так сильно возбудился? Внешне не было заметно: ни глубокого дыхания, ни внешних проявлений, ни изменившегося голоса или нервной реакции, правда взгляд он отводил, стараясь не глядеть на меня.
  Мне пришлось тихо и быстро пробираться самой в свой номер на противоположной стороне коридора. В душе полыхала обида на парня, даже не смотря на то, что часть меня его понимала.
  
  Не знаю, что на меня нашло, но с Крейгом я больше не разговаривала. Завидев его тут же замолкала, вспоминая об обиде. Настроение сразу портилось, а ещё было больно.
  - Что у вас стряслось? - отвела меня в сторону Лена, как только заметила напряжённость в наших отношениях.
  - Ни-че-го, - казала я по слогам.
  - А словно кошка пробежала, - Лена откинула косу назад.
  А мне внезапно захотелось отрезать свои волосы. Видела, как разок Крейг не без восхищения смотрел на них, пока я доплетала косу. Вот назло! И плевать на мнение других.
  Я переключилась на Оля, стала больше с ним общаться.
  Парень внимание оценил и теперь неумолкая мне что-то рассказывал. А я не могла даже слово вставить, когда слушала его речь.
  Постепенно я к нему привыкла, и он меня начал встречать с работы. Он был очень начитан и много знал. Ходячая энциклопедия, как я про себя его называла. Наши отношения были ровными и спокойными. Во всяком случае, пока.
  Месяц пролетел незаметно. Я старалась ни о чём не думать и в будущее не заглядывать. Во всяком случае, не так болезненно.
  Выпал первый снег, лёгким покрывалом накрывая мостовые. Морозный воздух, внезапно сменивший сухую погоду, наступившую после сезона дождей, пронизывал до костей. У нас такого не бывает да и у бабушки с дедушкой в Омске было не так холодно в виду удалённости от моря. А здесь высокая влажность давала о себе знать. Приходилось кутаться в тёплую куртку и шарф, варежки да сапоги. А вот головных уборов я не носила, пуская косу поверх верхней одежды.
  А ещё меня почему-то тянуло к Олю. Вот неудержимо. Словно зависимость какая. Я бы не назвала это любовью, но списывала на то, что возможно он - суженый. Причём, когда мы были порознь, я о нём даже не вспоминала.
  Спросить я не решалась. Мне хорошо и ладно.
  Мы частенько гуляли по заснеженному городу, катались на коньках на катке.
  Ольстин, поскольку жил тут дольше всех, знал много историй и был превосходных гидом. Большая часть информации не подтверждалась моим мысленным общением с самим городом, но рассказчиком Оль был превосходным. Сам придумывает, чтобы угодить мне?
  Сегодня он привёл меня на окраину, полностью засыпанного снегом здания.
  Посидели пару минут на выступе и решили спуститься в полуразрушенные этажи.
  Мне хотелось побыть самой, потому что я не могла никому поведать, что считываю мысли руин. Не то, чтобы это была секретная информация, просто я пока никому не доверяла настолько, чтобы открыться. А это был мой козырь. А просто помолчать и дать мне заняться любимым делом - этот вариант не про Ольстина. Я и предложила поиграть в прятки, вспомнив детство. Тогда единственная мысль была избавиться от сопровождения. Потому что я уже ощущала всю эту магию и мысли и боялась сказать или выдать себя. Поэтому я даже не позволила обсудить эту идею, сказав, что он вода и надо считать до ста, а сама улепетнула вниз.
  Меня вела сама постройка, и я нашла укромный уголок. Там было темно, но в моём сознании рисовалась картинка, и я спокойно перемещалась, не спотыкаясь, словно имея ночное видение.
  Ощутила, как в пространство вторглась тёмная тень. Испугаться я не успела, как рядом раздался шёпот.
  - Здравствуй, милая.
  Меня колотил озноб, пришлось сильнее закуталась в шарф, втягивая голову в плечи. Не от страха, от чего-то другого. Предчувствия плохого или хорошего? И не то, чтобы суженый внушал эту боязнь, просто плохое было с ним связано, как мне показалось.
  - Кто ты?
  Он был рядом, я хотела притронуться к нему, но он перехватил мою ладошку, сцепляя её в замок со своей стороны.
  От прикосновения меня бросило в жар, а потом приятные ощущения сменились острой нехваткой воздуха. Вдыхала полной грудью, но не могла надышаться. Что со мной такое? Едва ощутимо был запах свежескошенной травы. Интересно, это одеколон такой или что?
  - Прости, - он шептал мне в ухо.
  - Что с тобой? Тебе плохо?
  - Мне... - он задышал чаще, и я поняла, что дышу с ним одновременно, и грудь сдавливает, и вроде дышу, но задыхаюсь.
  - Скажи, чем тебе помочь? - свободной рукой я развязала шарф, но легче не становилось.
  Он был так рядом, что хотелось к нему притронуться. Я читала его мысли, и они меня не радовали.
  - Тебе станет легче, если я сделаешь это? - спросила осторожно.
  - Я не знаю...
  Было так тяжело осознавать, что я могу его вот так потерять, так и не познакомившись.
  - Поцелуй меня, - прошептала я, зная, что он исчезнет, стоит мне самой к нему притронуться, как тогда, в библиотеке, когда я перенеслась к нему. Почему же сейчас я не откликнулась на его зов, если ему так плохо?
  "Я сам тебя призвал, мне не угрожает смерть," - получила мысленный ответ на свой незаданный вопрос.
  Он читает мои мысли? Но в следующее мгновение я ощутила его дрожащие губы на своих, тиски, до того не дающие сделать вдох, отпустили грудь. И какое-то время мы дышали одним дыханием на двоих. Ему легче от поцелуя со мной?
  - Я не буду тебя просить, не могу просто. Позволь? - он перекинул мою косу вперёд и стал расплетать. По телу гуляли неведомые раньше ощущения. А в душе моей был трепет. Предвкушение? Чего?
  Как же хотелось самой отвечать на его ласки, как же тяжело сдерживать себя.
  Он ласкал мои распущенные волосы, водил по ним, гладил меня по голове, доставляя ни с чем не сравнимое удовольствие. "Ему нравятся мои длинные волосы," - отметила про себя.
  - Мне пора, - прошептал он, отдаляясь от меня, нехотя, но верно.
  - Не уходи, останься, - зачем ему куда-то идти, ведь мы можем быть вместе?
  - Я приду, завтра, - пообещал он.
  На прощанье он вновь поцеловал меня в губы, после чего отстранился и исчез.
  Слёзы наворачивались на глаза. Я вновь задыхалась, на сей раз подавляя рвущееся наружу рыдание.
  Но поддаться самоистязанию я не успела, увидев пришедшую от строения мысль: Оля, идущего ко мне.
  Волосы! Нужно срочно заплести косу! Может ли это быть он? Его рядом не было, так что - возможно. Как же мне проверить? Попросить поцелуй?
  Но не дам ли я этим ему надежду? А если это не он? Что тогда? Помню слова его матери, чтобы я не играла с её сыном. Но разве сейчас я не играю? Да, я ему ничего не обещала, но я вижу, каким взглядом он на меня смотрит.
  - На-дя, ты тут? - он тянул слова и голос его был низким и чуть хрипловатым. А вот это мне совсем не нравится.
  Я попробовала тихонько проскользнуть мимо него, замерла, потому что он повернулся.
  Казалось сердце готово выскочить из груди от страха, и он услышит его стук. Я даже не дышала, вжавшись в холодный тёмный гранит единственной полуразрушенной колонны в зале.
  - На-дю-шшш, - он, казалось, дышит мне в ухо, растягивая слова, словно змея.
  И я побежала, наплевав на звуки моих шагов, стремглав к выходу.
  Странно, что я не слышала мыслей Оля. Ни разу. Он ставит такую сильную защиту?
  Я летела не останавливаясь, в боку кололо, было жарко. Расстегнула куртку, впуская морозный ветер внутрь, охлаждая немного покрытое испариной тело. Пару раз меня заносило на поворотах, и я с размаху влетала в сугроб. Отряхивалась и бежала дальше. На улице уже стемнело, а я не могла остановиться. Казалось, за мною гонится не Оль, а тысяча дворовых злобных псов, от которых нельзя убегать, ведь инстинкт охотника у собак превыше всего, они будут догонять убегающего. Но разум выключается, поддаваясь страху.
  Передохнула я лишь дома, затворив дверь в свой номер и сползая по стене. Что со мной такое? Почему было так страшно?
  Боги, да что здесь творится?
  Чего я испугалась? Мужского возбуждения? Но ведь папа учил меня биться, защищаться, так чего же я боюсь? Неужели парень мог зайти так далеко, если бы я сказала "нет"?
  Я не знала, что думать и чего ожидать. А потом вспомнила встречу с суженым. Я ведь его не боялась, позволила ему ласкать себя. А если это Оль и был, вполне возможно, что он возбудился со мной. Отчего же я убежала?
  Не готова к этому? Но ведь я совсем не думала, когда суженый трогал меня. Просто поддавалась ощущениям.
  До сих пор на губах вспоминала его поцелуй.
  
  
  Разговор с родителями вышел тяжёлым, они категорически были против моей авантюры.
  - Нет. Ты не понимаешь с чем связываешься.
  - Так объясните мне да помогите. Это важно.
  - Ты ему веришь? Ты понимаешь, что это не просто слова, это обряд. Ну разорвёте вы ваши узы и что тогда? Как ты его вообще найдёшь?
  - Меня к одному парню неудержимо тянет.
  - Это ни о чём не говорит. Откуда ты знаешь, какая у него магия? - настаивала мама. - У нас была знакомая, которую притягивало к одному типу. Закончилось всё это плохо - матерью-одиночкой и смертью так называемого папашки.
  - Мам, здесь на каждом шагу растят детей с одним из родителей.
  - Я говорю не про Восточную Русь, а про магию.
  - Мама права, малышка. Там эту женщину использовали, чтобы добраться до нас. При том, что Рада была сильна духом, она не могла сопротивляться своему желанию, - вставил своё слово папа. - У неё был сын.
  - Папа, сейчас речь ведь не о нём, а о суженом.
  - Решать тебе. Мы обязательно поможем, - сказал папа мягко. - Слушай своё сердце, а не тягу. Вот сейчас ты ведь хочешь помочь суженому. Что ты к нему сейчас чувствуешь?
  Я задумалась. Грустно мне. Хочется встретиться с ним, а ещё щемит сердце, при воспоминании об этом парне.
  - А теперь подумай о том, к кому тебя неудержимо тянет, - послышался голос мамы.
  Ольстин. Сосредоточилась на своих чувствах. И - ничего. Пусто. Никакого отклика в сердце.
  - Думаю, что ты поняла, - мама погладила меня по голове.
  - Мы можем тебе предложить перенести вас в ночь сюда. Он не должен заметить изменения пространства, а вынести что-то отсюда без нашего желания будет невозможно, - внёс дельное предложение папа, вставая с кресла-качалки.
  -Ты думаешь, что поступаешь правильно? - спросила меня мама, что-то рисуя на невидимом экране.
  - Я не знаю, но сердце велит поступить именно так. Я не понимаю, как могу доверять ему...
  Такому незнакомому и далёкому. Как я тебя найду после разрыва связи?
  - Мам, ты мне поможешь скрыть результат?
  Она согласно кивнула, после чего меня перенесли в мою комнату, а мама продолжила свои пассы руками.
  - Мам, что ты делаешь?
  - Снимаю параметры с пространства, тебе ведь важно, чтобы он ничего не заметил.
  - Хочешь сказать, ты сголографируешь пространство?
  - Нет, я его создам.
  - Как это?
  - Тот мiр, я его создала. Папа потом тоже научился. Но тебе ведь важно не просто создать, а сдублировать. Вот я и сняла исходные данные того места, а теперь твоей комнаты. Я кивнула, получается, у них свой дом есть просто потому что они его создали? А я так могу?
  - Зови нас, как только он придёт, - сказал папа.
  На этом родители оставили меня наедине со своими думами.
  Интересно, доступ родители в град получили или они его с самого начала имели?
  Весь день я не знала, куда себя деть. Встречаться ни с кем не хотелось, поэтому сразу после завтрака, не обращая ни на кого внимания, я упорхнула в свой номер.
  Мне надо было себя чем-то занять.
  Не знаю, почему, но среди своих вещей нашла льняную белоснежную ткань, очень тонкую, но непрозрачную. Поискала в сети выкройки и занялась рукоделием. Раньше ведь приданое шили сами и вышивали. А сейчас самое время занять себя чем-то, где нужно считать стежки или петли.
  Целый день я потратила на вышивание. Нелёгкий сей труд. Вещь не была готова даже на треть. Хорошо, что мама в своё время научила шить да вышивать. Я тогда, не оценила. Зато сейчас навыки пригодились.
  Не заметила, как задремала. Проснулась от того, что по мне водили чем-то нежно. Вздрогнула, вскочила, роняя свою поделку.
  В комнате было темно, но мужской контур просматривался. Он встал вровень со мной, беря моё шить, и передавая мне в руки, поднимаясь с колен.
  Я с утра поставила защиту на свой номер - прийти могли лишь родители да тот, с кем связь была магическая.
  - Давно ты тут?
  - С час где-то. Не хотелось тебя будить, но время моё заканчивается. Я уже пойду. Разбудил, чтоб попрощаться. Я ведь обещал зайти.
  "Мама, папа!" - позвала мысленно. Ощутила, как проходят два тела сквозь магическую защиту.
  - Не уходи, - попросила я суженого.
  - Мне уже пора.
  - Я хочу помочь. Я готова разорвать связь.
  - Я не могу. Ты - самое важное, что есть у меня.
  - Так надо. Давай рискнём.
  Он подошёл совсем близко. Провёл тыльной стороной пальцев по моей левой щеке и стал расплетать мои волосы.
  - Ты знаешь...
  - Знаю.
  - Я тебя обязательно найду, что бы ни случилось.
  - Я буду ждать, - сказала я и решительно посмотрела туда, где должны быть его глаза.
  Он нежно провёл по волосам рукою, облегчая мою ношу.
  И я услышала звон лопнувшей нити.
  Ощутила едва заметное прикосновение мамы и переход в защищённую комнату.
  Мы вернулись ко мне.
  Он стоял рядом прижимая меня к себе за талию. А потом взял моё лицо в ладони и поцеловал. И стоило мне ответить, как он тут же исчез.
  Я безвольной куклой опустилась в кресло и разрыдалась, положив голову на колени. В душе было отчаяние, словно я потеряла самое ценное в своей жизни, сердце вырвали и оставили место незанятым.
  По голове скользили мамины утешающие руки, но облегчения они не приносили.
  Как же больно от этой давящей пустоты.
  
  За завтраком все взгляды были устремлены на Джейн. Стрижка чуть ниже плеч, топ, с открытым пупком, короткая юбка, едва прикрывающая интимное место. Бунт на корабле! Что ж Настасья скажет? Но она лишь поджала губы. Значит, не имеет права выгнать девушку. Это приятно - давало больше свободы.
  - Чего уставились? Надоело мне всё, - сказала сменившая имидж девушка. - Хотите одеваться как монахини - скатертью дорожка, - это камень в наш с Леной огород? Я могу и обидеться.
  Половину завтрака все молчали, так и наблюдая за нею, потом постепенно стали отводить взгляды.
  А вот Крейг выражал заинтересованность девушкой. Неужели соскучился по землячкам?
  Мне даже обидно стало, что не я являюсь центром внимания остальных.
  Оль меня при всех пригласил на свидание.
  Я хотела потеребить косу, но вспомнила про подобранные вверх волосы и сжала кулаки на коленях.
  Оль сделал ещё одну попытку. Но я его проигнорировала, взяла сумку и пошла на работу.
  В переулке меня перехватил парень, прижимая меня к стене дома. Я, среагировала мгновенно, заехав в самое болезненное мужское место. Оль меня тут же отпустил.
  - Не приближайся ко мне больше! - выплюнула ему в лицо.
  - Что на тебя нашло? То заигрываешь со мной, то бьёшь?
  - Когда я с тобой заигрывала? Не освежишь ли память?
  - А как гуляла, принимая ухаживания.
  - То, что ты провожал меня до дому, ещё ни о чём не говорит, кажется я предупреждала, что не готова к отношениям и могу предложить лишь дружбу.
  Я уже перешла на повышенные тона, никак не покидая общество ухажёра. Накипело, не могу больше держать в себе, надо слить негативчик!
  - Кого ты ждёшь? Принца на белом коне?
  А я замерла, услышав эту фразу. Что он только что сказал? Во рту всё пересохло. Пора валить отсюда, пока не поздно! В душе разливалась тоска. Вспомнила про Джейн. Только бы чего не случилось...
  И я развернулась и побежала в пансион. Надеюсь, он не ушёл.
  Но я опоздала. Крейга арестовали, при мне надев наручники, сковывающие магический резерв.
  
  Я влетела в кабинет начальника, требуя аудиенции князя Владислава.
  Но мне не дали. Пришлось вызванивать лично.
  - Ты не вовремя!
  - Мне надо с тобою поговорить. Это срочно!
  Дядя явился через минуту и недовольный забрал меня к себе в кабинет.
  - Отпусти Крейга!
  - Ты знаешь, что он убил двадцать человек?
  - Это не может быть правдой.
  - Он напал на Джейн, если б мы не поспели вовремя...
  - Бред!
  - Надя, держи свои эмоции при себе. Все улики подтверждают его причастность. Я сам видел.
  Это ведь не может быть правдой!
  Хотелось рыдать в голос. Неужели я так ошибалась в человеке?
  - Я должна с ним поговорить.
  - Это запрещено.
  - Уверен? - я приподняла бровь. О как заговорила! Аж самой стыдно! Но я не отступлюсь! Не сейчас!
  - Да. Попробуй, но они не вправе мне приказывать.
  Я стиснула зубы и покинула помещение.
  Общение с родителями ничего не дало.
  - Мама, он не виноват.
  - Рассказывай, - вмешался папа.
  - Это всё Оль. Ольстин. Или не он, не знаю...
  - С чего ты...
  А я принялась сбивчиво излагать свои мысли.
  - Ты уверена? - мама была спокойна. - Ты ведь понимаешь, что на основании этих сведений его не отпустят.
  - Так пусть используют магию, чтобы покопаться у него в голове.
  - Надь, ты ведь понимаешь, всю опасность...
  - Но ведь ему будет стоить это жизни... Риск оправдывается в данном случае.
  - Я поговорю с Жаном. Если он тебя проведёт, у тебя будет возможность поговорить.
  Я кивнула, поблагодарила родителей.
  А вечером за мной пришёл дядя.
  - У вас час, - сказал он, оставляя меня наедине с прикованным к стене парнем. Голова была опущена, волосы слиплись.
  - Крейг, - я подошла вплотную, потрогала его по щеке. Почему мне так спокойно рядом с ним, словно я дома?
  - Уходи, - голос его охрип.
  - Я не уйду. Знал бы ты, как пришлось попотеть, чтобы добиться свидания с тобой.
  - Я опасен, уходи.
  - И чем же ты опасен?
  Я расстегнула ворот его сорочки, засовывая руки под низ. Он вздрогнул. Почему мне хочется прикасаться к его телу? Я имею в виду не о влечение, а именно чувства. Вдохнула запах его пота, и чего-то ещё, смутно знакомого...
  - Крейг, расскажи мне.
  Почему меня так влечёт к нему? Это нечто неуловимое, родное, заставляющее сердце биться сильнее при одном упоминании об этом парне. Когда я успела влюбиться в него?
  - Надюш, не надо...
  - Крейг, - я тёрлась о его щёку. - Поцелуй меня...
  - Наденька, что ж ты со мной творишь?
  И он поцеловал, а я сдерживала все свои чувства, пока могла. Удостоверяясь в своих догадках.
  По щекам текли слёзы.
  - Не плачь, милая.
  - Откройся мне, - прошептала я, прислоняясь к нему лбом и потёршись о его нос. И он снял щиты, впуская меня в своё сознание.
  Было больно, но я выдержала весь поток информации, записывая всё на МАС*, предоставленный мне мамой.
  Прости, любимый, я тебя использовала, чтобы подобраться к твоим воспоминаниям. Но я не позволю никому навредить тебе.
  
  Отпущенное время закончилось, напоминая тихим покашливанием. Я потрепала Крейга по щеке, и отошла в тень к дяде.
  - Ты достала? - спросил он уже в моём номере, мгновенно перенесясь.
  - Да, - я протянула ему копию, которую успела слить на второй МАС, по виду похожий на устройство связи.
  - Благодарю. Ты очень помогла следствию.
  - Ты помнишь наш уговор?
  - Да, но он пробудет в темнице, пока мы не найдём убийцу, правда, его переведут в другую камеру.
  Я кивнула, уже зная, как мне поступить.
  
  Мы сидели за ужином почти полным составом. Отсутствовал лишь "преступник". Первое время молчали, а потом начался разговор. Слово за слово, выяснилось, что Крейг попытался взять легкодоступную, судя по её одежде, девушку Джейн, о чём он ей не преминул напомнить.
  - Хочешь сказать, что он сам пригласил тебя к себе? - я была спокойна, мне просто интересно.
  - Он предложил показать мне свои находки, - сказала она также спокойно.
  И ничего он не приглашал её, она сама напросилась в его комнату, стоя под дверью, прося помочь ему с исследованием по магии.
  - Показал? - не унималась я.
  - Нет, стоило мне войти, как я оказалась в ловушке.
  Ну да, сама закрыла дверь и стала его целовать. Вот только его переклинило, тело не подчинялось разуму, и он смог только нажать кнопку вызова стражи.
  - И он набросился на тебя как дикий зверь! - надеюсь, в моём голосе не было издевательства и пренебрежения. Естественно Джейн это не понравилось.
  - Не веришь? - она подскочила со своего места, и, оперев руки о стол, застыла напротив меня, готовая вцепиться мне в волосы. - Я могу доказать!
  Ага, именно поэтому у тебя всё время запись наготове. А может, даже МАС?
  Запись нам продемонстрировали. Но именно с момента поцелуя.
  Всё это время Оль сидел тише воды, ниже травы. Неужели совесть проснулась? Хотя, я предвзято отношусь к нему. Отринула чувства. Только холодный разум.
  Кто подмешал Крейгу запрещённый препарат? Доступ к еде ведь лишь у Настасьи да Ольстина. Хотя, судя по тому, что наркотик можно было достать за границей, по уверению дяди Жана, значит, под подозрением ещё и наша выскочка Джейн.
  В то же время, списывать со счетов всех остальных не стоит. Мотивы могли быть у каждого. Я в последнее время была увлечена Олем, а вот Лена строила Крейгу глазки. В принципе, могла подмешать для того, чтобы он её изнасиловал, а потом шантажировать или женись или в тюрьму. Не думала, что Лена такая, но уверенной быть невозможно. Плохо, что я мысли не могу читать. То ли защита какая стоит на здании, то ли на каждом человеке. Крейг открылся, значит, имел собственный щит. А остальные не маги, хотя и со способностями. Вот Оль имеет тоже собственную защиту. А остальных не мешало бы проверить. Поговорить с Леной по душам? Так же может быть виноват и её брат, допустим, не хотевший, чтобы сестра встречалась с Крейгом, или наоборот, решивший им помочь таким способом.
  Возникает ещё вопрос, зачем было сваливать на Крейга вину за убийства. Или случай представился, не мешало им воспользоваться?
  Два преступника или один, а может, действуют сообща?
  После ужина Ольстин подошёл извиниться.
  - Ты прости, я не сдержался, - отвёл он меня в сторону, держась на расстоянии.
  - Оль, давай проясним одну вещь. Садись, - я показала ему на диван. Он молча послушался, всем своим видом выражая вину. Неужели искренен? Может, я неправа? Вновь предвзятость от насилия. А было ли насилие? Вновь мои собственные заморочки? Я ведь тоже не пай-девочка, не мешало бы извиниться.
  - Ты хотела поговорить, - нарушил затянувшуюся тишину парень.
  - А, да. Помнишь, что я говорила сразу, как приехала? - получив утвердительный кивок, я продолжила: - Так вот, меня несколько раз домогались. Надеюсь, ты понимаешь значение этого слова, - и, дождавшись его удивлённой реакции, я принялась разъяснять подробно. Надеюсь, что на сей раз до него дойдёт. - Поэтому я почти все проявления действия со стороны мужчин расцениваю как попытку насильно меня взять. Понимаешь, о чём я?
  - Может стоит обратиться к целителю?
  - Они лечат физические повреждения...
  - Да, но есть исследования как раз по таким заболеваниям.
  - Нет.
  - Значит, связывать жизнь с мужчиной ты не планируешь?
  - Оль, всё сложно. Если ты рассчитываешь на что-то большее, чем дружба - я не могу этого дать.
  - А могу я надеяться?
  - Нет, - сказала, как отрезала.
  - Есть кто-то в твоём сердце? Принц?
  Я закатила глаза. Вот почему у мужиков всегда так, если ему отказывают, значит, у меня другой?
  - Да, у меня есть жених, - не буду переубеждать его в обратном. - Сговор заключили ещё в детстве.
  - И какой он? - парень не сдавался. Один ответ его не устроил.
  - Красивый, умный, - правду, только правду говорить.
  - А свадьба когда?
  - Пока не решили.
  - А как он относится к тому, что ты дружишь с другими мужчинами? - Оль теребил бороду. Нервничает?
  Я пожала плечами.
  - Я ему об этом не говорила.
  - Значит, не доверяешь ему. Получается, у меня есть возможность отбить тебя.
  - Оль, ты меня слышал?
  - Любую связь можно разорвать.
  - А если я скажу, что уже не девственна?
  - Маги могут это поправить, - сказал он ровным спокойным голосом.
  Ну да, за огромные деньги, ведь смывание энергетического отпечатка первого мужчины требует колоссальных затрат магических сил и лишает мага трёх лет жизни. На это не каждый волшебник пойдёт. И это говорит о щедрости Ольстина, но не более того. Ведь ещё можно смыть энергию другого мужчины искренней взаимной любовью.
  Непробивной парень. По-моему, разговор этот бесполезен.
  Единственное, чего удалось добиться, что торопить события не будем. Он согласен(!) вновь всего лишь гулять со мной, и будет ждать моего первого шага. Ну и даже при очень большом желании, готов спрашивать моего разрешения на поцелуй, объятия или что ещё.
  На том и разошлись по своим комнатам. Оль, как сын хозяйки, квартировался на первом этаже, что давало мне немного вздохнуть посвободнее. Этот парень душил меня своим вниманием.
  Поднимаясь по лестнице, пересеклась с растрёпанной Ленкой, снявшей с себя уже шапку, и расстёгивающей шубу.
  - Пойдём, поболтаем? - предложила ей, останавливая жестом её раздевание.
  Она согласно кивнула, подождала, пока я оденусь, и мы вышли на двор.
  Снежинки кружились в золотистом танце под светом фонарей. Было тихо и спокойно. Море было тёмным и угрожающе холодным. Я накинула капюшон и легла на пушистый мягкий ковёр обновлённого снега, раскинув руки в стороны, наблюдая, как на фоне чёрного небосвода мои ресницы становятся пушистыми от немного влажных снежинок.
  Холодно не было, пока. Лена прилегла рядом.
  - Я заметила, что тебе нравился Крейг. Поговорить об этом не хочешь?
  - Я у тебя должна была разрешение спрашивать?
  - Почему?
  - Вот и я думаю, почему? Я здесь раньше тебя и прав имею на него больше.
  Я возмущённо закашлялась. Крейг ведь не вещь. Как можно такие вопросы решать между нами, девочками? Но ответила я следующее:
  - Да мне всё равно. Я просто хотела узнать, как ты к нему относишься теперь? Ты же видела, что Джейн показала. Что ты об этом думаешь? Он правда виновен в том, в чём его обвинили?
  - Не знаю. Поговорить ведь с ним не дали. Я узнавала, его держат в камере для особо опасных преступников. Обычно после неё сразу же расстрел. Но и просто так обвинять его бы не стали.
  Только этого не хватало! Надо срочно вытаскивать его оттуда.
  - И? Ты его до сих пор расцениваешь как возможного парня?
  Девушка пожала плечами. А я попробовала прочитать её мысли.
  - Скажи, а если б на месте Джейн ты оказалась?
  - То я бы не стала поднимать тревогу. Ну переспал и ладно. До свадьбы или после - не важно. Парень хороший, чем не жених?
  - Да, но все думают, что он - убийца.
  - Ну убийца и что? Некоторые маньяки не трогают своих жён и являются отличными семьянинами, мужьями, отцами.
  Я села, глядя на водную гладь, подёрнутую тонкой плёночкой льда у берега. Стало одиноко и тоскливо.
  Крейг, как он там?
  В общем, я не смогла сломать её защиту. Уже начинаю разуверяться в своих силах.
  "Папа? - написала я на отцу. - Я не понимаю, то ли я слабею, то ли тут все поголовно с защитою ходят от чтения мыслей."
  Папа не заставил себя ждать.
  "Что скажешь?" - спросила, заметив его ауру поблизости.
  "Знаешь, странная защита. Но действенная. Интересно, этому в ВУЗах* учат?"
  А Крейг? Его тоже научили? Но озвучивать отцу своё беспокойство о преступнике, я не стала. Вряд ли папа предвзято относится, но наверняка посоветует пока следствие идёт - не приближаться к парню. Отец тут же исчез.
  Когда я собралась уходить, позвала подругу домой. Но она захотела ещё побыть на улице. Ну, я ей не указ.
  А ночью мне нестерпимо хотелось увидеть Крейга. Вновь чутьё даёт о себе знать. Как мне к нему попасть?
  Вспомнила камеру, где держали любимого. Все детали, что удалось запечатлеть. Запах плесени с усиленной влажностью, ощущение шершавости камня у входа, а затем Крейга рядом. Как сходила с ума от одного прикосновения к нему. Как мне хотелось трогать его вновь и вновь.
  Неожиданно я просто оказалось лежащей на нём.
  - Кто здесь? - парень напрягся.
  - Тс… ничего не говори, - и я поцеловала его. Представляя зелень вокруг, распускающиеся цветы, травы, бегущие по стенам... Воздух заметно посвежел.
  - Любимая, не надо, не так… - попытался он отстраниться и вразумить меня.
  - А как?
  - Я хочу чтобы это было красиво, по-настоящему. Начиналось с прошения твоей руки у родителей, потом у тебя, - говорил он, а голос меж тем становился прерывистым, пока я расшнуровывала его брюки.
  - Расскажи, я хочу знать… Словно это сейчас происходит...
  Он говорил, про то, как его оправдают, и он явится к моим родителям, скажет, что жить не может без меня. Я - его радость, надежда на счастье. Его любовь и вера во светлое будущее.
  Сорочка оказалась уже снята благодаря моим ловким пальчикам.
  - Милая, не надо… Я ведь не железный… В прошлый раз между нами была стена и дверь… А теперь ведь тонкая ткань твоей сорочки…
  Он распустил мои волосы, рассыпавшиеся по плечам.
  - Почему ты спрятала их? Я ведь ждал, что это ты. Ты не представляешь, как мне больно было, когда я увидел обрезанные волосы у другой… Я ведь думал, что это она… Но не верил в это…
  - Крейг…
  - Надежда, моя Надежда…
  - Твоя, твоя навсегда…
  - Только моя… А я твой.
  - Только мой… навеки вечные...
  Больно было лишь в первое мгновение… Мы сливались друг с другом, пока были силы это делать, покуда мы осознавали ещё себя, а потом просто были одним целым…
  
  А на утро явился дядя Жан, он нас и застукал. В глаза ударил свет. Дядя присвистнул, окинув окружающую камеру изучающим взглядом. И мы, проморгавшись, увидели изменившуюся обстановку, покрытую зелёными растениями. Помещение было три на три сажени. С небольшими слуховыми окошками, через которые проникал свет. На полу росла трава, а по стенам вился дикий виноград.
  - Значит, пробралась… - он почесал бороду, словно о чём-то думая. - Давно вы тут милуетесь?
  Я покраснела и отвела взгляд. Крейг прикрыл меня своим плащом, а лежали мы на ложе из цветов. Это я? Но ведь растениям нужен свет. Вместо лампочки на потолке засветило маленькое солнышко, меняя потолок на небо. Подул свежий ветерок. Дядя же спокойно реагировал, уже попривыкнув к зрелищу, а вот Крейг удивлённо взирал на окружающую обстановку.
  - Где-то с полуночи… - пришлось ответить. Стыдно было признаваться, но раз он задал этот вопрос, значит, это было важно.
  - Я могу тебя отпустить… Вот только стоит ли? - дядя обратился к моему … кому? Жениху? Любовнику? Парню?
  “Мужу...” - услышала я ответ в голове. Я резко повернулась к любимому. Правда слышит?
  “Слышу.”
  “”Давно?”
  “С обряда...”
  “Какого?”
  “Ну, я твоя навеки… А я твой… Супружеские клятвы...”
  - Наболтались уже? Надя, одевайся! - рявкнул дядя.
  - А отвернуться? - спросила я, не зная, как к родственнику обращаться при муже. Дядя закатил глаза и отвернулся.
  - А поздороваться? - задал встречный вопрос он.
  - Здравствуй…
  - Здравствуйте…
  Сказали мы одновременно с супругом.
  - Я отпускаю тебя, Крейг. А вот с тобой, Надежда, долгий разговор будет.
  - Без Нади я никуда…
  - Отлично! Значит, семейный разборки намечаются. Ну что ж! Готовы?
  Мы уже оделись, а дядя повернулся. А в следующий миг он оказался рядом, и пространство поехало… Интересно, я привыкну когда-то к этому или нет?
  
  Очутились мы у меня дома. Сёстры бегали в разные стороны, не замечая нас какое-то время.
  - Мама, у нас гости! - сказали они хором, неожиданно затормозив и разом повернувшись к нам. Тёмные волосы у обеих были распущены, до лопаток, а вот короткие завитушки обрамляли лицо.
  Мама выглянула со второго этажа. А потом так же неожиданно скрылась. Интересно, только я её заметила?
  - Здравствуйте! - поздоровался Крейг с негостеприимными хозяевами. Девчата тут же раз-улыбались. Они были воспитаны так, что если кто-то из наших приходит с чужими людьми, они обращаются со всеми как с незнакомцами.
  - Приветствуем! Просим прощения,
   родители сейчас будут!
  За те несколько месяцев, что я не была дома, тут, казалось, ничего не изменилось. Тот же паркет на полу, выложенный замысловатым узором. А ведь я никогда не задумывалась о рисунке. Да, какие-то завитушки, цветочки. Но сейчас я видела карту всего мира. Она не была в привычной форме с континентами, океанами. Это были скорее магические взаимосвязи, места силы, отмеченные на едином слитном материке. И только сейчас, имея подключенный к моему сознанию МАС, я это заметила. Как расходятся континенты, отмечаются на современной карте нужные точки. Получается, эта карта для посвящённых? Или высших чинов власти?
  Девочки выдали нам тапочки, заставив переобуться. Мне достались мои собственные.
  Гости у нас были постоянно, мама частенько занималась с детьми, особенно, пока не работала, часто к ней обращались за помощью, при том, мама никогда не брала денег за обучение. Да, на работе ей платили оклад, но, как я понимала, это было чисто символически.
  Кстати, дорогой ремонт дома мы сделали не сразу, а лишь когда папин бизнес пошёл в гору.
  Так вот, к моим друзьям приходишь в гости и, не разуваясь, шествуешь по всему дому, разнося грязь, и чуть ли не спишь в обуви. У нас же так не принято было с самого начала, ну а после сделанного паркета появился предлог переобуваться в мягкую домашнюю обувь.
  Спустя пару минут вышла мама, уже с первого этажа, переодевшаяся из домашнего платья в праздничное элегантное.
  Если на Руси сейчас было утро, то тут уже вечер наступил. В огромной прихожей горел свет тридцати лампочек хрустальной люстры. Всё познаётся в сравнении, и, пожив, в скромной комнатке, домашняя обстановка теперь кажется просто гигантской.
  - Здравствуйте! Проходите, - мама повела нас в кухню, приглашая к чаю. Крейг глядел во все глаза и явно растерялся.
  "Милая, это ведь не то, о чём я догадываюсь," - его голос даже в моём сознании был встревоженным. Его так мама выбила из колеи?
  Я же сжала его руку. Слегка.
  "Всё будет хорошо."
  "А отец у тебя есть?"
  "Конечно."
  "Он же меня убьёт!"
  - И за что же я должен тебя убить? - папа сидел за столом и пил чай, не поднимая головы и глядя куда-то на стол. Я успела заметить, как его глаза бегали, получается, что-то читал.
  Но при нашем появлении папа встал и пожал руку своему брату, после чего поздоровался так же с Крейгом. Муж малость побледнел.
  "Сдаёшь позиции?" - спросила я его.
  "Ни за что!"
  Крейг поднял голову, бросив взглядом папе вызов.
  Отец вновь изменился. Волосы теперь были абсолютно тёмными, я бы даже сказала чёрными, без единого светлого волоса. Морщинки практически исчезли. Сейчас отцу не дашь больше двадцати пяти-двадцати семи.
  Помню раньше меня в школе дразнили, что мой отец красится да подтяжки делает, мол, куда мир катится, что теперь мужики следят за собой не хуже дамочек? И это при том, что его уважали, он ведь в школе курсы самообороны вёл. Я и сама не раз задавалась этим вопросом, но так и не осмелилась спросить. Хотя, судя по тому, что я видела недавно, когда в момент разговора отец враз постарел и поседел, это как-то связано с его магией. Может быть положительные эмоции омолаживают, а отрицательные старят?
  - Здравствуйте! Я - Крейг Павлов! И я прошу руки вашей дочери! - любимый-таки осмелился заговорить.
  - А не поздно ли ты спохватился? - спросил папа.
  - Лучше поздно, чем никогда! - решительный ответ, молодец!
  Я взглянула на отца, ища во взгляде одобрение или наоборот. Но глаза отца смеялись, в то время, как лицо отражало саму серьёзность.
  - Пойдём, поговорим, сынок, кстати, я Слава Николаевич Булатов, - папа вывел из кухни своего зятя.
  "Не переживай, я его немного помучаю."
  "Не переусердствуй! Не хочу иметь рано поседевшего мужа!" - написала ему ответ на устройство связи. Или у него всё же МАС?
  Полчаса их не было, а мы в это время пили с мамой и дядей чай.
  Никогда не видела, чтобы мама с кем-то так непринуждённо общалась. Со стороны можно было б подумать, что они друг другу нравятся. Потом дядя ушёл к моим мужчинам, а мы с мамой остались одни.
  - Мам, а ругать не будешь?
  - Надюш, это твоя жизнь. Ты у нас девочка уже большая, совершеннолетняя. Не нам указывать, как тебе жить.
  - А свадьбу?
  - Если тебе хочется, можем сделать. Но на самом деле, важны лишь клятвы друг другу. И даже благословение не столь важно. Наше ты уже получила. А вот его родителей одобрение - это вы как-нибудь сами.
  - Мам, так было нужно.
  - Доча, никогда не оправдывайся!
  - А как же другие? Что скажут...
  - А им нужно знать? - мама была спокойна. - Главное, чтобы ты не жалела о своём решении. Ты скажи мне вот что, ему помогло твоё пожертвование?
  А правда, помогло ли?
  "Да, но не мешало бы, чтобы меня проверил кто-то", - ответил Крейг мысленно.
  И я попросила маму о помощи. Она же передала просьбу отцу, объяснив это тем, что если моё сканирование ничего не выявило, то вряд ли она что обнаружит.
  Мужчины запропали куда-то, поэтому мы отправились их искать. Обнаружили в цокольном зале для тренировок, укрытым специальным прорезиненным покрытием. Все трое сидели на полу, скрестив ноги, с закрытыми глазами. Медитируют?
  Ждать пришлось долго. Мама уже ушла, как она выразилась, не мешало бы приготовить покушать на всю эту ораву. А я осталась ждать. Наблюдая за магией, взаимодействующей между собой.
  "Присоединяйся!" - позвал меня муж.
  Мне было интересно, что они делают. О чём я и спросила. Выяснилось, что просматривают моего мужа на предмет вмешательств на всех уровнях, до куда могут дотянуться.
  Постороннее существо-таки нашли. Что странно, так то, что оно взаимодействует не одно. Мало того, защита, что была в темнице на Крейге была не эффективна. И это существо собиралось выбраться. И в данном случае помогли лишь чувства Крейга ко мне. Поскольку я была рядом, то ему удалось подавить воздействие на себя, отключаясь от всего остального.
  В общем, Крейга прочистили полностью и помогли поставить защиту на него и меня.
  Когда мы завершили, отец заговорил о свадьбе.
  Но ведь мама говорила о другом.
  - Дело не в общественном мнении или ещё чём-то. Я хочу, чтобы мою дочку не ущемлял никто. Хочу быть уверенным за её будущее. Поэтому расписаться вы обязаны по закону. И чем скорее, тем лучше.
  - Если мы подадим заявление, то не раньше, чем через месяц только брак заключат.
  - Если вы готовы, то можно хоть сегодня. Мы с мамой всё устроим. Но может ты Надюшку хотя бы с родителями познакомишь?
  Крейг сник. Что его мучает?
  "Милый? Плохая идея? Они меня не примут?"
  "Давай вначале распишемся? Просто зная мою маму, не хочется проблем."
  - Пап, давай сегодня распишемся. Это будет законно? Оспорить брак можно будет?
  - Давай, да, нет.
  - А по-русски?
  - Я всё устрою, никто не вправе будет вам мешать.
  Мы сидели за столом и общались, все вместе. Мама наготовила кучу яств и когда успела? Или в кафе заказала?
  "Надь, ты же знаешь, мы не питаемся в общепите! - возмутилась мама. - Мы втроём с твоими сёстрами быстро управились."
  Получается, мама ждала гостей, раз у неё все продукты были в наличие, что они за три часа нашей медитации управились.
  А потом дядя встал и распрощался, мол, служба зовёт. Сказал, что меня сегодня на допрос вызовет, так что до вечера у меня ещё есть время. После чего мне самой решать, как быть дальше. Крейга могут как отпустить за недостаточностью улик, так может он и сбежать. А я должна вернуться, если собираюсь и дальше жить на Руси. Либо начинать стоить своё будущее здесь.
  
  Было уже поздно, пусть у нас ещё и день и время наше не вышло, а следовало прощаться.
  - Мам, мы пойдём уже.
  - Куда?
  - Обратно.
  - Э, нет, - сказал папа. - Вначале распишетесь.
  Отец вышел в гостинную, а мы вслед за ним. Включил компьютер, представляющий собой тонкий экран толщиною меньше миллиметра, что-то набрал на экране. Как я догадалась, он вошёл на сайт регистрации браков. Сейчас упростили до невозможности процедуру. Подтвердить личность можно было за секунду, да и оформление отношений, если без торжества, занимало пару минут. Единственное ограничение - подача заявки. Месяц давался на подготовку к торжеству, если желаем, и возможность передумать. Потому что развестись можно было не раньше, чем через три года.
  Такой закон ввели после практически полного уничтожения класса семьи, когда рождаемость упала, 90% семей распадались в первый год супружества и обычно после рождения малыша. Тогда-то и сделали время для раздумий и ограничение на развод. При том, ежели отношения всё равно были обречены на провал, измены наказывались весьма сурово - отхождение всего имущества обиженному супругу, даже если оно было нажито до брака, и в случае, если были дети, то содержание бывшей жены и детей в течение двадцати лет. Это естественно, по закону. В принципе, можно было договориться с супругом относительно свободных отношений по обоюдному желанию, с подписанием бумаг. Тогда поход налево не считался изменой.
  На экране заморгала страничка с нашими данными.
  -Крейг, подтверди свою личность, - заговорил папа. Парень молча подошёл к экрану, прислонился к нему часами со встроенным чипом со всеми биометрическими данными. Проверка завершилась быстро, после чего настала моя очередь. Быстро справившись с задачей, мы с мужем присели на кожаный диван, в котором можно было утонуть, но сейчас он был почти твёрдым, потому что осанка у нас была жёсткой, а не расслабленной.
  Заиграл свадебный марш, и мягкий голос женщины предложил соединить нас узами брака. После церемонии наши чипы были перепрограммированы, у Крейга появилась запись о женитьбе на мне, а у меня изменилась фамилия на Павлову.
  Робот поздравил нас с замужеством и предложил поцеловаться. Всё! Муж прикоснулся ко мне рукою, по телу тут же разлился жар. Вспомнила, что мы не одни, засмущалась, опустила взгляд. Муж слегка чмокнул меня в губы, и мысленно прошептал, что любит меня.
  - Все свободны! - нарушил неловкий момент папа. - Твоя комната не занята, можете провести ночь там. Поздравляю вас обоих с ... - он замялся, - официальным оформлением отношений и замужеством! Будь счастливы! - папа обнял меня, потом пожал руку Крейга и притянул к себе, однимая его как сына. - Добро пожаловать в семью!
  Мама тоже пожелала любви и счастья со всеми нежностями, после чего родители покинули нас. А у меня все мысли были о том, как папа обошёл ограничение в месяц? Взломал систему?
  Крейг взглянул на меня, отвёл смущёный взгляд, подошёл к книжному шкафу. А я ведь ловлю каждую его мысль. Растерян, стесняется, не знает, как себя вести в чужом доме, да ещё и доме его заветной мечты. Глаза разбегаются от всего великолепия, которое он себе напридумывал. И он боится проявить чувства, всё же дом моих родителей. А потому цепляется за обстановку.
  - Можно? - повернулся ко мне. Я кивнула. Эти книги давно были в электронном виде, но мама любит бумажные, поэтому библиотека домашняя у нас огромна, просто на виду очень мало литературы стоит.
  Муж достал азбуку, красочную. Эту книгу написала мама, специально для маленьких деток. А вот разрисовывал её папа, он в подростковом возрасте на разные кружки ходил и скрывал в себе множество талантов. А вот раскрашивали мы все вместе, в смысле дети занимали себя, старательно подходя к оформлению семейной реликвии.
  Крейг сел обратно на диван, разложив на придвинутом мною журнальном столике книгу. Слежу за его детским восторгом.
  Пока супруг бережно листал плотные страницы, покрытые тонким прозрачным напылением, защищающим от порчи, я откровенно скучала. Ну вот, первая брачная ночь, а он не мною увлечён.
  Крейг поднял на меня глаза. Слышал мои мысли, точно знаю.
  - Ты знаешь, как долго я мечтал побывать в этом доме? Говорят, ни одну книгу отсюда вынести нельзя. Книги, бумажные. Сейчас только в редком фонде их можно почитать. А твоя мама ведь была моей учительницей. Она рассказывала про книги много интересного, хотелось окунуться в этот мiр. И раз я всё-таки побывал здесь. Это было перед моим отъездом в Сибирь. Да только у вас тогда ремонт был. Рабочие суетились, поэтому Яра Михайловна меня быстро отпустила, мне не удалось даже глазом взглянуть на книги. И тебя дома не было.
  - Это было восемь лет назад? Летом? - решила уточнить я. Получив подтверждение, я продолжила: - Я всегда лето проводила у бабушки с дедушкой в Сибири.
  - Твоя мама никогда меня не приглашала к себе. Некоторые особо наглые детки сами напрашивались. А я намекал всячески, но мама твоя не понимала.
  - Уж поверь, всё она понимала, но хотела, чтобы ты преодолел свою застенчивость.
  - Правда?
  - Ведь в последний раз ты сам напросился, разве нет?
  - Ты права, сам. После этого я понял, что может быть слишком поздно долго находиться в нерешительности.
  Улыбнулась, я таким Крейга не знала. Он всегда был первым, сам заговаривал, увлекал своим разговором, побуждая к диалогу. Кто бы мог подумать, что в детстве он был тихоней.
  Я подошла к шкафу потянулась на верхнюю полку, но не смогла достать книгу. Неожиданно книга сама выплыла мне в руки. Это был альбом с моими фотографиями. Правда, чтобы его посмотреть, требовалось быть членом семьи.
  "Благодарю," - прошептала я мысленно.
  Неожиданно мою талию обвили любящие руки, он уткнулся в мои волосы, слегка опускающиеся ниже плеч, так и не заплетённые, откинул прядь назад, целуя шейку и за ушком. Книга из рук выпала. Я охнула, ведь книги ронять нельзя. Но она не упала, чуточку не долетев, замерла, потом проплыла по воздуху и легла на столик возле дивана.
  - Ты уже который раз мне помогаешь. Как мне отблагодарить тебя?
  - Можешь поцелуями. За каждую благодарность десять поцелуев.
  - Не много ли? - усмехнулась я.
  Он задумался на пару секунд, после чего развернул меня к себе лицом.
  Какое-то время мы неотрывно глядели в душу друг друга, после чего коснулись лбами, носами потёрлись и лишь затем поцеловались.
  - Так, ребятня, а ну марш отсюда в свою комнату, - сказала сурово мама. - У нас между прочим малолетние дети в доме! И книги на место уберите! - узнаю в ней учительницу.
  Фотоальбом и азбука тут же поднялись и полетели обратно.
  После чего я схватила Крейга за руку и потянула его вверх по лестнице.
  Мы прошли мимо стеллажей с книгами, муж вновь отвлёкся. Мимолётно, но взгляд зацепился за книги, а я ведь всё считываю. Уж не закрыться ли?
  - Крейг! - возмущённо сказала я шёпотом.
  - Прости, я не нарочно.
  - Я так тоже не могу. Давай ты удовлетворишь свой интерес, даю тебе полчаса. После чего жду тебя в своей комнате. Она находится прямо по коридору до упора.
  И я ушла, отпустив руку мужа. А он растерянно глядел мне вслед, думая, какой дурак, и не решаясь повернуться к стеллажу. Потом всё ж принял решение, что я права, и он лишь одним глазком глянет... Ох уж эти мужчины...
  Приняв душ, я надела полупрозрачное красное бельё, которое как-то с мамой купили, на будущее, так сказать.
  Взглянула на время, что ж с мужем-то делать? Обижаться я на него не буду, хотя и имею полное право. Я его очень даже понимаю, видела блеск в его глазах, когда он увидел книги. Крейг словно в древнюю сокровищницу попал.
  У мамы тут мало книг, большую часть она хранит в своём мире. Но всё же бумажные носители сейчас не пользуются спросом. Мама печатала книги своими средствами, получая специальные разрешения в Восточной Руси. В Сибири такой проблемы не было, все электронные книги были бесплатны, а печать не возбранялась, ведь нарушения авторских прав не было, мама ведь не присваивала авторство себе. А живых писателей государство само финансировало, распространение книг наоборот поощрялось, если автор пользуется спросом, значит, будет получать премиальные.
  Но у нас в стране другие законы, тут авторство выкупают компании-копирайты, они делают на продажах книг себе состояние, поэтому распространять без разрешения такого учреждения запрещено законодательством. Мама, правда, не распространяет, но каждый экземпляр приходилось ей приобретать отдельно, получая специальное разрешение распечатать копию. В нашем домашнем книгохранилище были некоторые книги прошлых веков, в основном по точным наукам: математике, физике и химии. Была и художественная литература. А вот в родительском собственном мире были распечатаны книги по знаниям, которые не должны были покидать стены ВУЗов или специальных хранилищ Руси, на них были особые пометки. Увидев в первый раз, я подивилась, где их достали, но мама предупредила заранее, что на некоторые вопросы не сможет дать ответа. Но теперь понимаю.
  Я когда в тот мiр попала, словно в сокровищницу забралась. Меня заинтересовали книги по магии и тёмной материи, тогда я и погрузилась в исследования, а потом продолжила их в университете. Но знания Руси превосходили здешние во много раз, дополняя картину.
  Муж тихонько проскользнул внутрь комнаты, выдёргивая меня в реальность.
  - Надюшка, ты ещё не спишь? - голос такой виноватый...
  Я молчала, обдумывая, что ему сказать.
  - Прости, любимая, - прошептал он, целуя меня в губы. - Я правда не хотел, чтоб так вышло. Просто никак не ожидал, что мы окажемся в этом доме. Он для меня - место, где я хотел побывать больше всего. Прикоснуться к прошлому... Сейчас, конечно, не так уже, после того, как я побывал в Сибири. Но детское любопытство никуда не делось. Мы ведь не известно, когда ещё тут будем, и возможно вновь не будет времени посмотреть книги... - его голос стал хриплым. - Я благодарен тебе, что ты разрешила мне побыть наедине с книгами. Обещаю, больше не буду отвлекаться.
  - Да я не сержусь на тебя. Просто время не подходящее... - мужнины поцелуи отвлекали меня от мыслей, поэтому, пока я ещё соображала, загнала Крейга в душ, после чего он был всецело мой. Уж я оторвалась.
  Помню, как в школе, а потом в университете все только и твердили о парнях: ах, как бы я хотела переспать с ним, а вот с этим не хотела, опыт у него слишком большой, боюсь разочаровать и так далее. Но свою личную жизнь я не обсуждала. Это отталкивало девчат, ведь перемыть косточки было некому, поэтому я избрала тактику: интересоваться парнями, встречаться, обсуждать, не говоря о постельных утехах. Но обычно дальше трёх свиданий дело не заходило. А подружки думали иначе, намекая на интим. Разуверять я их не планировала. Чтение мыслей позволяло знать, о чём ухажёры думают, их предыдущий опыт, страхи или желания. Вот этим-то я и делилась с девчатами. К окончанию университета старых подруг не осталось поблизости, все разъехались по разным городам, мы встречались лишь раз в год в какой-нибудь кофейне, хотя девчата и предпочитали напитки покрепче. Ну, да речь не об этом. Я всё ждала своего единственного.
  Так вот, теперь можно было исследовать тело мужа без зазрения совести. Да только он в долгу не остался. Он ведь по сути жил по устоям Руси с подросткового возраста, а в домики разврата ходить было стыдно да и некогда. Парень пытался наверстать упущенное в школьные годы, вот и учился днём и ночью.
  На комнату Крейг поставил звукоизоляцию, позволяя мне не сдерживать себя, исследуя каждую частичку моего тела, ловя каждую мою мысль и не позволяя отвлекаться.
  
  Будильник МАСа сообщил, что наше время вышло, следовало переноситься в пансион. Я растолкала задремавшего после бурной ночки супруга, мол, пора.
  Мы оба решили, что возвращаемся. Крейга отпускали за недостаточностью улик. Будем ждать ответного хода преступника, поглядим, попробует ли он подставить моего мужа вновь, то есть Крейг был случайной жертвой или нет. Ну и отношения свои мы решили скрывать, мол, так больше шансов выманить злодея. Я буду гулять с Олем, а Крейг поглядит по обстоятельствам, кто будет на него вешаться. Ну а ночи будем вместе.
  Любимый помог подобрать мне волосы, скрывая обрезанную косу. И мы перенеслись в запретный город.
  Встретил Крейга дядя Жан. Им ещё предстояло обсудить детали, да и вместе не следовало нас видеть. В державе есть тайная сыскная служба, руководит которой сам хан. Но поскольку сейчас дело было государственной важности и замешивало мою семью, то дядя не позволил передать дело в третьи руки.
  В пансион я пришла сонная и уставшая. Пусть по времени ещё рано спать, но бурный день или ночь давали о себе знать.
  - Привет! Где ты была? - спросил Ольстин, ожидая меня недалеко от входа. Он был немного потрёпан, одежда замялась, что противоречило его всегда отутюженной натуре и прилизанным волосам. Чего так?
  - С женихом встречалась, - ответила на заданный вопрос. Всё же МАС облегчает существенно жизнь, помогая без проблем найти нить повествования.
  - Да? И как он тебе?
  - Милый парень.
  - Но со мной не сравнится!
  А с чего такие выводы? Оль красавчик с чёрными волосами и серыми очами, но как их можно сравнивать с Крейгом? Они ведь совершенно разные. Каждый по-своему обаятелен.
  - Точно, не сравнится! - подтвердила я, а парень от моих слов выпятил грудь. Хвалько!
  - И где ж вы встречались?
  - За пределами града.
  - Значит, он не имеет магических сил! - сделал выводы Оль. Ладно, разубеждать не буду. - И как же ты перенеслась к нему, помнится, способностей к этому у тебя нет.
  Хотелось стукнуть его чем-нибудь тяжёлым. Почему я должна перед ним отчитываться.
  - Оль, ты совсем того? Ты мне не отец и не муж, чтобы отчитываться!
  - Прости, - враз потупил глазки и стал сама скромность.
  - Я нанимала мага, - решила я всё же прояснить сей момент, чтобы больше мы не возвращались к этой теме.
  
  За ужином Крейга не было, я уж начала беспокоиться. От нечего делать разглядывала обстановку, к которой уже успела привыкнуть, но теперь она резала глаз. Вместо стареньких обоев стены украшала роспись. И всё бы ничего, но это были портреты князя и княгини. Бр, такое ощущение, что они повсюду, наблюдают за мной и грозят пальцем. Пригляделась внимательнее к рисункам. Вот, блин!
  Рисунки были на двух уровнях: физическом и магическом. И на физическом всё нормально, стоят и смотрят. А лица такие грустные-прегрустные, совсем не вписываются в образ. А вот на магическом они были суровые, грозящие пальцем. Причём на магическом уровне в руках князя был посох, закрученный сверху в спираль. А в руках княгини вместо книги(что на физическом уровне) был крест. Я передёрнула головой, сгоняя с себя наваждение и ставя блоки на своё сознание от магического воздействия.
  
  Разговоры за столом не внушали оптимизма. Оказалось, что с утра по-раньше всех по очереди вызывали на допрос. Меня тоже искали военные, но в своей комнате меня не оказалось. Поэтому все искренне забеспокоились, ведь ночью было совершено ещё нападение - нашли изнасилованную, ничего не помнящую девушку. Что с одной стороны оправдывало Крейга, но с другой - не известно ведь, в каких условиях держался заключённый, ведь с его способностями переноситься стены темницы не могли его удержать. А всё ли предусмотрело подразделение внутренних дел или нет, Ольстин не знал, но очень сильно сомневался в умственных способностях военных.
  Я недоверчиво покосилась на говорившего и с трудом промолчала. Уж кто бы сомневался в дедуктивных способностях хозяйкиного сына. Интересно, он такой в отца пошёл? Потому что за Настасьей я бахвальства и самовлюблённости не замечала.
  Я почти ничего не ела, ковыряясь в тарелке. Кусок вгорло не лез, то ли из-за глядящих на нас князей, то ли мысли о Крейге не давали покоя.
  
  Десерт был нарушен явлением Крейга прямо в столовой: лохмаче, чем обычно, кстати, волосы у него заметно отросли и рябая шевелюра, местами выгоревшая на солнце, торчала во все стороны, словно он подвергся электрическому воздействию. Его что, пытали? С трудом подавила своё беспокойство. Облокотившись о стол и положив на руки голову, я прикрыла глаза. Постаравшись отогнать тревожные мысли и думая о хорошем, я всем видом изображала полудрёму.
  
  Лена бросилась Крейгу на шею. Ольстин огрызнулся, мол, как его могли отпустить! А судя по документам, которые предъявил бывший заключённый, его оправдали полностью и принесли извинения. Оль потребовал подробностей. Но Крейг его просто проигнорировал, отстраняясь от хотевшей поцеловать его девушки и садясь на своё место напротив меня за стол. Я же сидела рядом с Ольстином и Джейн. Девушка при появлении Крейга заметно напряглась, взор потупила, сжала конец скатерти. Что её так беспокоит? Боится, что Крейг обвинит в клевете? Или совесть замучила?
  Настасья тут же принесла тарелку с приборами и принялась накладывать моему мужу еды.
  "Надюшка, как ты тут?"
  "Да я-то нормально, а тебя долго не было. Что с твоими волосами."
  "Новые обстоятельства, меня вводили в курс дела. А волосы - результат мнимого электрошока. Есть магическое заклинание, вызывающее наэлектризованность. Любимая?"
  "Не смотри на меня так! Все ведь заметят..." - я боялась выдать свои чувства, а он не отводил взгляда, столько нежности в нём, словно соскучился после долгой разлуки. Стоп. А ведь и правда, по официальной версии мы давно не виделись, целые сутки или чуть больше... С этими скачками в Восточную Русь я сбилась со времени.
  Лена щебетала рядом с моим мужем, меня отвлекал разговорами Оль, а я откровенно уже по-настоящему зевала, прикрывая рот ладошкой. Даня чувствовал себя неуверенно во всей этой обстановке. Что с ним? Я попробовала дотянуться до его мыслей, но натолкнулась на стену. Если попытаюсь пробиться, он почувствует. Джэйн, сославшись на головную боль, удалилась. Настасья молчала. О чём думает?
  Я поблагодарила за вкусный ужин и отнесла грязную посуду в кухню. Очистив посуду, убрала её в шкафчик со стеклянными дверцами и, устало вздохнув, собралась идти наверх, но напоролась на хозяйку.
  - Прошу прощения, - я попыталась выскользнуть, но грузное тело вновь преградило мне проход. Подняла недоумённый взгляд. - Вы что-то хотели?
  - Зачем играешь с Олем? Я ведь тебя предупреждала.
  У женщины выбились пряди волос из платка. Выглядела она разъярённой львицей.
  - Вы правы, мы встречались. Но я не играла с ним.
  - Значит, у вас всё серьёзно?
  - Он меня обидел, так что вряд ли.
  - Он, тебя? Да ты сама дразнишься постоянно. Одеваешься как!
  - Как это я одеваюсь?
  - Развратно!
  - По последней моде!
  - Вот-вот, мода! Так только женщины лёгкого поведения одеваются, - она уже кричала.
  - Ничего подобного! Вы не видели, как они одеваются! - я откровенно возмущалась, перейдя тоже на повышенные тона. Я ношу все эти длинные платья, чтоб не выбиваться из местной жизни, никаких шорт, штанов, не говоря о юбках до колен, что в моей стране уже считается чуть ли не монашеством, во всяком случае у молодёжи. И мне заявляют, что я развратно выгляжу. Слёзы сами брызнули из глаз.
  - Я уезжаю отсюда, надоело. катитесь вы со своим сынком подальше.
  - Ты никуда не поедешь!
  - Вы меня не удержите!
  - Уверена?
  Глаза женщины засветились странным зелёным светом. А я отошла на пару шагов, натягивая на себя щит.
  - Мама! Ты что творишь? - подскочил Ольстин, загораживая меня от Настасьи.
  Крейг, видно явившийся на наши разборки, накрыл неадекватную женщину, уже без платка и с развевающимися волосами, куполом, а я безвольной куклой опустилась на пол и разрыдалась.
  Ольстин попробовал меня успокоить, но после всего у меня наружу рвалась неконтролируемая ярость.
  - Прочь! - Оль отлетел к стене от вырвавшегося из меня шарика энергии. Душа болела. Как же всё достало!
  - Успокойся, Надюшка! - услышала голос любимого.
  - Не лезь! - зло прошипела я.
  Я выбежала из дома через чёрный ход. Как же всё приелось! Сколько можно! Хотелось что-нибудь разрушить, взгляд задержался на поднятом мосту, освещённом разноцветными огоньками.
  Внезапно меня нежно схватили сзади, разворачивая к себе. Не знаю, почему я не ответила ещё одним сгустком силы.
  - Надюш, если хочешь, сливай силу, на меня, - его голос был таким мягким. - Хочешь, уедем отсюда, - он нежно гладил меня по голове, а я успокаивалась.
  И я по-настоящему разревелась. Ну почему всех козлов просто магнитом ко мне притягивает?
  Сила и правда начала выливаться с моими слезами, но впитывалась в мужа. В тот момент мне было уже безразлично, о когда поток солёной жидкости кончился, я встревоженно подняла взгляд на любимого.
  "Я в порядке, твоя сила мне вреда не приносит, только теперь нужно поделиться своей."
  - Пойдём, прогуляемся? - сказал он вслух, отстраняясь от меня, но оттопыривая локоть, предлагая за него ухватиться.
  "За нами наблюдают слишком много людей," - сказал он телепатически.
  Я неуверенно положила руку на его предплечье.
  - Благодарю, ты настоящий друг! - и это была правда, подтвердила это по нашей связи.
  "Всего лишь друг?"
  "Друг милый! Как у Пушкина, помнишь?"
  "Возлюбленная подруга?" - процитировал он того же великого писателя и поэта, вызывая мою улыбку.
  Мы шли по набережной, где волны ударялись о берег, я ощущала эту вибрацию, столкновение энергий. Но на самом деле, они словно целовались на миг, обнимались, и вновь отдалялись. Это словно такая любовная игра.
  Мы сидели на берегу и молчали, Крейг укутал меня тёплым воздухом. И я только сейчас, глядя на корочку льда, вспомнила, что не лето на дворе, холодно, а я раздетая...
  Почему же я не ощутила морозного воздуха и снега под ногами, когда выбежала на улицу? Хотя, мне тогда было так плохо да и сила рвалась наружу.
  - Крейг? - я повернулась к нему, а ведь он тоже раздетый. Всё в той же одежде, в которой его арестовали. За всеми хлопотами ему даже не дали переодеться. Он молчал, повернувшись ко мне. - Прости, я всё испортила. Ты только вернулся, а я...
  - Надюш, это нормально, поверь. И не стоит извиняться. Тебе нужна была поддержка, а ещё недавно ты сама мне её оказывала. Это естественно.
  Я прислушалась к чувствам. Он прав, я не чувствую себя виноватой, и мне очень приятно, что он оказался рядом, не отвернулся. В то же время в физическом плане я почувствовала дикую усталость. Положила голову ему на плечо, а он меня обнял, поглаживая. Как же хочется спать...
   Сквозь сон ощущала, как меня несут. Ещё подумалось, почему он просто не перенесётся в мою или его комнату.
  
  
  Очнулась я среди ночи, от того, что кто-то в дверь скрёбся. Вроде бы животных ни у кого нет, хотя правилами общежития это не возбраняется. Кто бы это мог быть? Неужели у кого-то появился питомец? Всегда мечтала о кошке или собаке, но мама с папой не разрешили. Просто потому, что нужно было специальное разрешение, а без оного можно было схлопотать проблем полон воз. Я разок притащила котёнка, мама видела, но ни слова не сказала, лишь закатила глаза. А весь её вид говорил - учись на своих ошибках. Продержался Барсик у нас ровно неделю. Мы хоть и жили в отдалении, но мимо всё равно народ проезжал. Видно кто-то увидел котика на подоконнике и настучали властям. На мамино заявление о том, что домашних животных у нас нет (тараканы не в счёт), полиция решила произвести обыск. Найти они никого не нашли, но папе пришлось копаться в их голове, чтобы стереть то, что они видели: технику, которой не должно быть и прочее. После этого я три дня плакала, а мама со мной сутки не разговаривала, хотя и обнимала. Я боялась, что с котёнком что-то случилось, но обнаружила животное у бабушки с дедушкой. Они были недовольны таким положением дел, ведь у них уже была кошка, которая приняла его как собственного ребёнка. Но я слышала, как маме её родители устроили взбучку, правда она ни словом, ни делом не перенесла это на нас. А на мой вопрос, сказала, что к бабушке больше не сможет пристроить животных и придётся их просто выкинуть на улицу. Поэтому я ограничивалась тем, что кормила кошек и собак на улице, всегда таская с собой угощение.
  Я попыталась встать, но только сейчас заметила, что лежу не одна, а в объятиях супруга. Судя по всему, это не моя комната, значит, притащил в свою. Вспомнила, что на моей стоит защита, значит, пробиться не смог или не стал.
  "Крейг," - позвала мысленно. Супруг заворочался в постели, положив руку на грудь.
  Скрёб повторился. Крейг сел в постели, протирая глаза.
  - Кого нечистый принёс? - выругался муж.
  - Может, ты откроешь? - внесла я предложение. - Хотя, я могу и сама.
  Он подумал с пару секунд, после чего надел рубаху и пошёл открывать.
  А я стала ощупывать себя на предмет одежды. Блин! Натянув одеяло до ушей, я замерла. Авось не заметят. Номера имели вид небольшого коридора, который изгибался Глаголем*, позволяя несколько отделить пространство прихожей и спальни, а место изгиба занимала ванная и нужник. У нас с Крейгом были угловые комнаты симметрично глядевшие в разные стороны. Как располагались комнаты у других постояльцев, я не ведала.
  Прислушавшись к происходящему за углом, я всё же не вытерпела и подошла поближе.
  - Джейн, что ты здесь забыла?
  - Я пришла извиниться.
  - Правда? Интересно за что?
  - Ну, за то, что сама к тебе пришла, а потом тебя арестовали.
  - А знаешь, почему меня арестовали? Кто-то вызвал властей.
  - Да? Это не я, честное слово.
  - Правда?
  - Я не хотела чтоб так вышло. Думала просто развлечься.
  - Ага, поэтому ты оклеветала меня, сказав, что я напал, хотя до того откровенно меня соблазняла. Я уж не говорю о наркотиках, которые были на твоих губах. Джейн, этот разговор ни о чём. Извинения приняты. Свободна. Зачем только надо было приходить среди ночи?
  - Прости. Может, повторим? Попробуем сначала? Только не чистый секс, а с отношениями? - это она так пытается загладить свою вину? Или разузнать побольше, не выдал ли он её с наркотиками?
  Я не удержалась, решив обозначить, что этот мужчина уже занят.
  - Извините, а я вам не мешаю? - я завернулась в покрывало с головой, чтобы не светить своими обрезанными волосами, понимая, что терпеть это безобразие не собираюсь. Девушка переменилась в лице, а я прошла мимо неё по коридору к себе. Плевать, что обо мне подумают другие. После всего, что было, меня меньше всего волнует общественное мнение, особенно когда так недвузначно тянут руки к моему мужчине.
  Если смотреть правде в лицо, то я ведь спала с Крейгом, и отмазываться от этих отношений не намерена.
  - Надюш, постой, - я обернулась к мужу. Джейн вся в слезах побежала в свою комнату, а Крейг шёл ко мне.
  Ждать его не стала, всё же играть на публику не собираюсь.
  У самой двери Крейг нагнал меня.
  - Спокойной ночи, - сказала я, закрывая дверь.
  "Иди, любимый к себе. Считай, что это был дружеский секс, ты меня утешил. Уж не знаю, сколько свидетелей у нас было. Но если я тебя пущу, мы вряд ли проспим остаток ночи."
  Крейг опустил голову, признавая поражение.
  Что, так просто сдался? Я уже готова была расстроиться, когда он сказал:
  "Ты ведь не терпишь насилия. А как расценишь если я ворвусь в твой номер? - он встретился со мною грустным взглядом. Внезапно лицо стало решительным. - Хотя я готов дать слово, что дам тебе возможность поспать, но хочу быть с тобой."
  Я отпустила дверь, чем и воспользовался муж, протискиваясь внутрь и закрывая её на замок.
  - А твой номер по-прежнему открыт? - спросила я, забираясь в постель. Муж, раздевшись, присоседился рядом.
  - Уже нет, - сказал он, обнимая меня. Я положила голову на его горячую грудь, трогая волоски и слышая равномерный стук его сердца.
  Ну вот, я хочу тоже так уметь! Двигать предметы силой мысли. Маги, правда бывают разные. Просто если дар достаточно сильный, то можно учиться одной лишь магии.
  "Нет, Надюш, ты заблуждаешься. Просто основные уроки у нас по разным видам магии в первой половине дня. Во второй же мы изучаем дополнительные предметы, к которым есть склонности. Всякое ведь бывает, некоторые могут со временем перегореть в магическом плане, тогда на помощь и приходит второе образование."
  Как интересно! И какое оно у моего муженька?
  "А ты что, блоки сняла? Почему я слышу твои мысли?"
  "Нет, не снимала. Так какое?"
  "Математик, могу преподавать в любых учреждениях. Но первичнее для меня магия. Только здесь я живу. Ты не представляешь, как сложно жить в мире, где отсутствует магия, где всё время нужно скрывать свои способности."
  "Крейг, ты со мной вообще говоришь? Я не представляю?"
  И любимый рассмеялся так звонко: "Прости, твой папа блоков наставил: стоит лишь подумать о твоём детстве, как мысли сбиваются, - тут он посерьёзнел. - Наденька, хватит болтать, давай спать, остался час до будильника."
  Ещё бы заснуть. Но муж сказал, что с этим трудностей никаких. Просто дунул на меня и меня тут же унесло в сон.
  
  
  
  Приснилось мне, как любимый целует меня, а потом уходит. С утра встала по будильнику, но его рядом не обнаружила.
  "Крейг! Ты где?" - если честно, меня накрывала паника. Неужто он к Джейн ушёл?
  "Надюш, как ты могла подумать?"
  "А что я должна думать, если вчера такое представление разыграно было, а с утра тебя нет рядом?" - у меня даже слёзы на глаза навернулись.
  "Любимая, я на работе. Меня вызвали в пять утра. И до вечера меня не будет."
  Да? Я немного успокоилась. А потом сопоставила данные. За все месяцы моей жизни здесь он ведь всегда вставал со всеми, кроме того раза, когда был в темнице.
  Я теперь ощущала небольшую растерянность. Он ни разу не дал повод в себе усомниться, поэтому доверюсь. Но это значит, что случилось что-то непредвиденное.
  "Крейг?"
  "Заболел мой напарник. Поэтому мне надо дежурить в его смену тоже. Наденька, прошу, не отвлекай. Мне очень приятно с тобой общаться, но сейчас не время. Целую."
  Я встала, застелила постель и, умывшись, принялась расчёсывать запутавшиеся волосы. В зеркале отражалась взъерошенная ведьма. Почему такие ассоциации с волосами в разные стороны с нею? Потому что это слово обозначает всего лишь ведающую мать. Хотя, если рассуждать логически, то женщина, когда призывает силу Земли-матушки или других стихий, или ей нужна сильная взаимосвязь с природой, ребёнок, к примеру, заболел, то распускает волосы и они разлетаются в разные стороны, отдавая свою силу планете и соприкасаются с окружающими энергиями. Но это действительно ведающий человек может делать.
  Переплела волосы корзинкой, не позволяя прядкам торчать. По идее, мне надо бы голову покрывать, но это когда официально с мужем объявим о своих отношениях, может даже съедем отсюда. Потому что если трезво оценить всех, гадюшник тот ещё. Лена пыталась Крейга соблазнить, Джейн с наркотиками завязана. Даня тот сидит тише воды, ниже травы, а в тихом омуте черти водятся. Ольстин имеет ненормальную мамашу, встревающую не в своё дело. Понимаю, она хочет,защитить своего сынка, но он вовсе не смахивает на маменькиного. Скорее, она пляшет под его дудку. Ольстин же ведёт себя нормально, даже слишком. Может, у меня уже паранойя? Сходить к психологу? Но в Восточной Руси ведь не поделишься всеми своими переживаниями.
  А тут не уверена, что есть кто-то подобный. Скорее на меня начнут воздействовать, чтоб это исправить.
  Я спустилась к завтраку. Хотя, его ведь может не быть, кто ж его готовить-то будет? Вряд ли Настастья в состоянии будет. Выйдя из номера, тут же учуяла вкусные запахи. Ну вот, сразу слюна выделяется.
  Нас даже покормят? А что же с Настасьей сделали? Неужто просто отпустили. Помнится, Крейг накинул а неё какой-то купол.
  Придя в столовую, встретилась взглядом с картинами.
  Разложила слои на составляющие и проверила с помощью МАСа, пока народ не отвлекает.
  Так, а если подправить магический образ? Незначительно. Итак, князь у нас превращается в деда Мороза, с длинной седою бородою. Кстати, никогда не думала, что князь мог носить платье. а тут не рубаха, а почти до пят синее платье. Отлично, теперь это шуба. Посох подправим. С княгинею сложнее, но и это поправимо. Крест меняем совсем чуточку на измерительный прибор, добавив ещё одну поперечину. Будем наклон солнца считать. Так вот, княгиня вытаскивает из мешка этот крест, мол, подарочек от Деда Мороза.
  Как раз к Коляде*!
  И наложила защиту, чтоб подправить больше не смогли, да и картинка лишь на подкорку записывается.
  Своей работой осталась довольна.
  Тут стал появляться народ и садиться за ещё пустой стол.
  - А где наши мужчины? - спросила,Лена, входя в столовую.
  Я пожала плечами. Ну, если Джейн не проболтается о ночных похождениях, и других свидетелей моего шествования в свой номер не было, значит, остальные не в курсе.
  За завтраком появились Ольстин и Даня. Наша выскочка не пришла. Обиделась? Не было и Настасьи.
  - Ольстин, как она? - спросила напрямую, как только пересеклись взглядами.
  - Пока лежит. Я лекаря вызвал, после обеда должен прийти.
  Мимолётная мысль возникла предложить свои услуги, но в психических расстройствах я мало что понимаю. Тут целительство мало чем поможет. Я б посоветовала к психологу обратиться, но думаю, что Оль и без меня разберётся.
  Остальной завтрак проходил в молчании.
  - А кто готовил блюда? - поинтересовалась напоследок у того, кто теперь тут за главного.
  - Он перед тобой, - на этот раз прозвучало слишком скромно. Он не выпячил вперёд грудь?
  Завидный жених. Но вслух сказала другое:
  - Повезёт твоей жене. Благодарю, всё было очень вкусно, - и не позволила никому за собой поухаживать.
  Все, кроме Ольстина вышли вместе на работу, он же сказал, что отпросился. Будет ждать врача.
  Ну, не моё это дело.
  Мы с ребятами шли в гробовом молчании. Я рассматривала людей, спешащих по своим делам. В целом, на лицах были улыбки. Улочки были прибраны, но притоптанный слог снега всё же лежал даже на мостовых. Он не скользил благодаря какому-то магическому заклинанию, катки не в счёт. Солнышко светило ярко, от чего снег искрился и переливался, но, на удивление, не резал глаза. Всё было чистенько и укрыто белым снегом.
  Вспомнился дом, наш город... У нас там и снега вовсе не бывает, но на севере мне как-то довелось побывать. Мы в школе ездили на Рождественские каникулы. И хоть давно автомобили перешли на электрическое или водное топливо, а всё равно снег посыпали песком, потому как солью разъедает не только снег, но и обувь портит и резину на колёсах машин. Поэтому в целях сохранения экологии, посыпали дорожки песком, от чего всё казалось грязным. Да и с тротуаров убирали снегоуборщиками на газоны, от этого снег уже не был белым и пушистым, а каким-то серым.
  А тут всё выглядело так, как укрыла сама природа, разве что на дорогах отличался. Пешеходных дорожек здесь не было, точнее не так: тут были дороги, и все для людей, в виду отсутствия транспорта.
  День прошёл обычно. Я проводила свои собственные исследования в первой половине дня, а во второй мы совмещали все наработки в общий проект, вначале проводя собрание и обсуждая, что да как должно проходить и вычисляя теоретически возможные последствия. В следующий понедельник были назначены полевые испытания. Для подстраховки возьмут сильных магов, среди которых числился и мой супруг.
  Формулы я очень любила, а МАС значительно ускорял работу. Сейчас я понимала, почему родители много всего успевали и без всяких способностей.
  Но мама предупредила сразу, что МАС - засекреченные разработки для первых лиц государства, и то, что мне доверили, уже о многом говорит.
  Вечером у выхода с предприятия меня встречал Крейг.
  - Хочешь, тебя "обрадую"?
  - Нет, но говори.
  - В понедельник будешь одним из магов, которые будут страховать наши испытания.
  - Ты уверена, что тебе стоит там быть?
  - Ты о чём?
  - Ну, о твоих новых способностях.
  - Ну так я магию применять не буду, наверное.
  - Да? Сомневаюсь...
  Нас окликнули Лена с Даней. И шли мы вместе. Девушка вся так и подхватила Крейга под руку, но он отцепил её руки от себя.
  - Извини, Лена, но я занят.
  Девушка проигнорировала его слова, на что Крейг взял меня за руку.
  "Побежали? Или можем перенестись, " - хотелось решить вопрос раз и навсегда с Леной. Обижать не хотелось, с другой стороны раскрывать свои отношения тоже. Если ещё не все знают, это можно использовать.
  - Побежали! - и мы припустили в сторону дома.
  Ребята восприняли как игру и стали догонять. Потом был бой на снежках, причём Лена хотела быть в команде Крейга, да мы не спрашивали. Открыли просто огонь, что им пришлось обороняться. Потом в ход пошла тяжёлая артиллерия. Из снега смастерили орудия и с помощью магии давали залпы.
  Было весело. Победила дружба.
  - Лен, отстань, я тебе серьёзно говорю, - без тени улыбки сказал муж. - У нас не может быть будущего, у меня уже есть суженая. Найди себе другой объект. Мало разве парней? В нашем доме есть Ольстин, не думаю, что он занят.
  - Так с Ольстином Надя встречается.
  - Уже нет, - ответила я. - Он абсолютно свободен.
  Блондинка приуныла, а потом вновь подхватила Крейга под локоть.
  - Рассказывай, какая она, твоя суженая!
  - Самая лучшая, созданная для меня!
  
  
  Настроение было замечательным. Мы успели оторваться от ребят и, войдя в раж, едва сдерживали смех, чтобы не выдать себя. Когда же сдерживаться уже было невозможно, муж просто создал вокруг нас стену, блокирующую звуки, и мы рассмеялись.
  Домой вовсе не хотелось. Ну, я имею в виду в пансион.
  - Меня сегодня друг в гости позвал. Я сказал, что возможно приду, но не один, - заговорил Крейг, когда мы малость передохнули, спрятавшись под одним из мостов.
  - А твой друг кто будет?
  - Он тоже маг. Мы учились вместе и по распределению сюда вдвоём попали.
  - А пригласил он тебя сегодня?
  - Да. Через полчасика где-то. Пойдём?
  - Надо подумать, - я сняла шапку и расплела волосы. Они немного беспорядочными прядями рассыпались по плечам. Так непривычно иметь короткие волосы, но хотелось их распустить. При муже ведь можно, когда переплетаются две энергии любящих существ. Раньше на Руси, да и сейчас тоже, распускали девушки волосы либо при колдовстве, когда нужно было взаимодействовать с тонкими материями, либо наедине с супругом. А вот в Восточной Руси эти традиции попрали, девушки и женщины стригли волосы, своего рода антенны для притягивания энергии космоса, и ходили с распущенными волосами. Да, красиво, но распущенные волосы не накапливают энергию, а наоборот отдают.
  - Скажи, что тогда случилось? Ну, ты себя ведь плохо чувствовал, - начала я осторожно разговор. В прошлый раз я так и не узнала всех деталей.
  - Это началось сразу после нашего знакомства. Я получил первое серьёзное задание на том объекте, куда ты с ребятами потом забрались.
  Крейг обнял меня, зарываясь носом в мои волосы и дыханием своим щекоча мне шею. Но я не перебивала. Мне было тепло и приятно. Было так уютно, и я ощущала себя защищённой в его объятиях.
  Мы сидели на берегу, в тени одной из опор моста, муж только саму бетонную опору сделал тёплой, чтоб мы не простудились. Но магия была таким тонким слоем, что распространялась лишь на наш контакт, а всё остальное было холодным.
  Крейг поведал, что охраняемый объект(не территория, а, как я поняла, те светящиеся шарики - он не мог называть вещи своими именами и то, что говорил, тоже подпадало под государственную тайну, но мысленно иносказательно вышло объяснить хоть немного, что произошло) попытался проникнуть в его сознание, но сработал один из врождённых блоков. Причём другим ломали сознание за пять минут. А когда ничего не вышло и спустя час, то на него наложили проклятье. Само по себе оно не действовало, а вот через невесту, которую удалось выцепить из его сознания можно было попробовать. Всё же она имела особый канал связи.
  - Хочешь сказать, что в тот день они проникли в тебя?
  - Нет, иначе я бы знал, что это ты. Но, видно, им стало известно, что ты - именно та, кого они искали. А спустя неделю меня начало колбасить. Я безумно хотел на кого-то наброситься и с трудом удавалось обуздать свои желания. От неудовлетворённости меня скручивало жутко. Это происходило не всегда, а лишь вечерами и самоудовлетворение не помогало. Я даже не знаю, как описать. Когда тебя тошнит и рвота подкатывает, а вырвать не можешь. И тебе плохо и улучшить состояние не получается. И помочь может лишь время, когда приступ пройдёт.
  - А почему тогда ты, ну, с первой встречной…
  Он ведь восточнорус, а там беспорядочные связи наоборот поощряются обществом и издеваются над теми, кто до сих пор девственен.
  Крейг посмотрел так осуждающе.
  - А потом жениться на ней? Тут же не те нравы.
  - А перенестись в Восточную Русь.
  - Надь, если б я это сделал, я б поддался на провокацию. И при любом исходе, они бы проникли в моё сознание. Да и не хотел я так, желание ведь испытывало лишь тело.
  - И поэтому ты хотел разорвать нашу связь?
  - Да, это был шанс обрезать этот канал. Тогда я подумал, что лучше лишиться невесты, которую я не знаю, ведь любил я уже другую. - на миг я замерла от страха. Неужели я всё испортила и он не хотел наших отношений. Крейг обнял ещё крепче и сказал: - Надежду Волошину.
  От сердца отлегло, но я теперь дрожала. Муж укутал плащом, шепча слова любви. Страшно было спросить, удалась ли супругу его авантюра. Не хотелось думать, что всё напрасно. Но если с Джейн почти получилось разрушить защиту, значит, не сработало.
  - А что было с Джейн? Ну, я видела, но почему ты включился после её поцелуя.
  - Наркотик. Он тоже ослабляет защиту ненадолго. А у меня снесло крышу, я уже не мог сопротивляться. Ну а дальше ты знаешь.
  "Получается, всё напрасно?"
  - Нет, с Джейн сработало остаточное заклинание после обрезанной связи. А когда меня насильно оттащили от неё, проверив на наркотики и прочистив мой организм, всё закончилось. А потом пришла ты… Ты бы видела, что было после твоего ухода, я повредил себе руки, пытаясь вырваться из пут. Пришлось вызывать целителя.
  - Я не понимаю. Зачем? - я повернулась лицом к любимому.
  - Ты меня поцеловала, я знаю, копалась в моей голове, не суть, но связь восстановилась. И когда ты ушла, я не мог тебя отпустить просто так…
  Ну и любимого выпустили бы на основании моих показаний, и мы могли быть вместе.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Примечания:
  Дежнев пролив* - Берингов пролив. Дежнев в своём плавании открыл пролив, отделяющий Азию от Америки, доказав, что они не соединяются по суше, в 1648 году.
  Восточная Русь* - Северная Америка.
  Русь* - огромная страна, занимающая всю Азию и часть Европы по Скандинавию и ниже, захватывая Прибалтику, Польшу, Чехию, Словакию, бывшую Югославию, спускаясь к Чёрмному* морю. Не вошли лишь европейские страны, некогда принадлежащие империи, и захотевшие строить свою независимость, такие как: Германия, Бельгия и Нидерланды, Дания, Швейцария, Италия, Франция, Испания, Португалия и Великобритания.
  Чёрмное* море — Красивое море, Руское море, Чёрное море.
  Очельник* - лента, повязанная вокруг чела(лба).
  гак* - крюк. Тут в переносном смысле "с небольшим".
  
  Седмица* - семь дней, неделя.
  Неделя* - седьмой день недели, воскресенье, от слов "нет дела", т.е. выходной.
  земля* - небесное тело, вращающееся вокруг звезды - планета.
  Sunday - sun - солнце, day - день.
  Monday - moon(луна) - день луны.
  Tuesday - Тиу(марс) - день Марса.
  wednesday - Водан(меркурий) - день Меркурия
  thursday -тор (юпитер) - день Юпитера
  friday - богиня любви и плодородия Фрая - венера - День Венеры
  saturday - день Сатурна
  земля Орея* - планета Марс
  земля Хорса* - планета Меркурий
  земля Перуна* - планета Юпитер
  земля Зари-Мерцаны* - планета Венера
  Ярило-солнце* - солнце нашей звёздной системы.
  
  
  мiр* - вселенная, мир - состояние без войны, мЇр - общество.
  лето* - в значение 365 дней, период обращения земли вокруг солнца, год.
  
  УС* - устройство связи. Аналога современного нет. Выглядит как кристал, который может быть вмонтирован в одежду, серьгу, браслет часов, кольцо. Связывается напрямую с мозгом, не вынося разговор во вне. Выполняет простые функции звонка, чтения книг, слушание музыки и просмотра видео. Может так же записывать мысли в файлики, делать простые расчёты.
   Новолетие* - празднование Нового года. Отмечался в день осеннего равноденствия в ночь с 22 на 23 сентября, т.е. 23 сентября - это был уже следующий год.
   Капище* - языческий храм, место силы, идолище (по Далю), куда приносились требы и праздновались великие праздники, особенно те четыре, что отвечали за Солнышко - дни весеннего и осеннего равноденствия, дни зимнего и летнего солнцестояния (Новолетие, Коляда, Масленница, Купала).
  
  МАС* - маленький АС. Вычислительная система, которая помещается на одном кристалле - алмазе.
  АС - автоматическая система, слово аса. Слово Бога. сродни современным вычислительным системам, занимающим пространство письменного стола.
   ВУЗ* - Высшее учебное заведение
  

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"