# Фанфик по аниме "Крестик и вампир"

Александр Олегович Курзанцев

11.09.14

Медальон Вампира.


Тьма без звука. Почему я не вижу, где я, почему я ничего не чувствую, мысли бились, как волны, накатывая, грозя затопить рассудок, снести последние преграды на пути безумия.

Вдруг вспышка словно током пронзила обнаженный разум, разорвала, отправляя в омут беспамятства...


- Аааргх! - С моих губ сорвался звериный рык, ярость поглощала меня, заставляя судорожно сжиматься кулаки. Одна мысль билась, не моя, я почему-то это понял сразу, чужая, но, однако наполнявшая меня едкой ненавистью:

"Не пустить, убить, убить того, кто посмел ей причинить боль!"

Подняв взгляд, я уперся глазами в злобно кривляющегося, заходящегося в истошном хохоте оранжевокожего урода, с гипертрофированными мышцами и торчащими изо рта клыками. Он нависал над сжавшейся девушкой, с волосами нежно розового цвета. Выбор был несложен, я сразу понял что о ней была та неистовая мысль.

Ярость переполняла, мощью наливая мышцы, одном прыжком преодолев расстояние до монстра (5 метров?!!!), я воткнул стопу, прямым с поворота ударом, со всей разгонной инерцией прыжка, тому в брюшину, отбрасывая, заставляя спиной впечататься в выщербленную стену.

Отлепившись от стены урод, оскалил кривые зубы:

- Даже со всей своей силой гуля, тебе со мной не справится.

"Гуля?" Мысль удивленно проскочила, в зашоренный яростью разум. Но монстр не дал времени на раздумья, налетел неистовым вихрем, заставляя уклонятся, уходить с линии атаки. Мои контрудары, приносили не много пользы, впечатление было, что бью в, огромной толщины, макивару, удары гасли, не причиняя серьезного вреда.

- Цу... Цукуне... Цукуне... - Начал пробиваться в сознание отчаянный зов, и от голоса этого начала стихать ярость, разум словно пробуждался. Бросив мимолетный взгляд, я понял, что зовет меня та девушка с розовыми волосами.

На место неуправляемой ненависти, пришел холодный расчет, удалось провести круговой в голову, снизу вверх под 45 градусов, что заставило монстра, на долю секунды потерять координацию. Используя полученное время, я бросился к девушке.

"Мока!" - Вдруг всплыла в памяти снова не моя мысль. Ее имя.

- Цукуне, медальон, сними медальон быстрее. - В ее глазах бился страх, но страх не за себя, как я понял мгновением позже, а за меня!

Не раздумывая, я одним движением рванул массивный крест у нее с груди, только звенья цепи брызнули в разные стороны. Словно взрывом, огромной мощи аура раскидала нас в стороны. Приподнявшись на локте, я не поверил глазам, насколько разительно изменилась Мока. Пепельно-белые волосы, красные глаза с вертикальными зрачками, жесткий, пристальный взгляд, ни капли страха, уверенные движения. Сердце екнуло, в такую, пожалуй, можно было и влюбиться.

- Урод! - Он шла к оранжевокожему, презрительно растягивая слова:

- Ты посмел, напасть на меня!

- Вампир?! - Монстр, тряхнул головой, оскалился:

- Я убью и тебя!

- Знай свое место! - Настоящая Мока, нанесла свой коронный моваши в челюсть, запуская монстра под потолок, отвернулась, направляясь ко мне.

- Не так быстро.

Я пораженно взглянул на, казалось, бездыханно валяющегося монстра. Тот снова осклабившись, вставал с пола.

- Девочка, таким как ты меня просто так не свалить. -

Глаза Моки полыхнули недобрым, словно вихрь, она налетела, нанося беспощадные удары, натолкнувшиеся, впрочем, на грамотную защиту. Изловчившись, монстр в жесткий захвате заблокировал ее стопу:

- Попалась, девочка!

Тут меня словно подбросило, ярость накатила, в долю секунды оттолкнувшись, я обеими ногами ударил в грудь оранжевокожего, отбрасывая. Упал, вскочил, обернувшись к Моке, схватил за талию, притягивая к себе.

- Вместе! - Ярость сквозила в моем голосе:

- Вместе, мы уничтожим его!

Она кивнула, я почувствовал как она чуть обмякла в моих руках, улыбнулся ей в ответ и, отпустив талию, обернулся к монстру.

- Теперь ты умрешь! Хаджиме!!!

Вместе с Мокой мы обрушили шквал ударов, раз за разом пробивая защиту противника. Вот он взвыл первый раз, когда Мока перебила ему мышцы правой руки, второй раз, когда она разорвала ему сухожилия на ноге, третий - от моего удара раздробившего ему локоть.

Ярость достигла предела.

- Умри! - Наращивая скорость, с зашагом, я нанес страшный йоко-гери пяткой, от которого хрустнула, вминаясь, грудная клетка монстра, его бросило назад, протащило по полу, оставляя кровавый след, бесформенным мешком, вряд ли он уже мог после такого восстановиться.

- Мока. - Я обернулся к ней, молча стоявшей и смотревшей на меня, только сейчас я заметил, что по пояс обнажен. Вздувшиеся мышцы перекатывались по телу, запоздало бросило в жар.

- Мока. - подойдя, я дернул ее на себя прижимая, обхватывая руками.

Ее глаза полыхнули:

- Что ты себе позволяешь! - Оттолкнув меня, она залепила ногой мне в челюсть, вернее попыталась это сделать. Перехватив ногу у основания стопы, я медленно отвел ее от лица.

- Я не тот Цукуне, которого ты знала. - Я смотрел прямо ей в глаза. Отбросив ее ногу, повторил:

- Далеко не тот.

Тут вдруг сознание отбросило, как будто со стороны, я почувствовал только что принадлежавшее мне тело, и голос, принадлежавший мне, зазвучал словно издалека.

- Ох, что со мной? - Тело на подогнувшихся ногах опустилось на пол.

- Мока...

Та ничего не ответив, молча отвернулась и, подобрав с пола крестик, нацепила на грудь, со вздохом становясь прежней Мокой, с розовыми волосами.


Новое положение заставило многое переосмыслить. Одно было ясно, мое сознание подселилось в тело молодого человека 17 лет, Цукуне Аоно, словно бы застолбило себе участок мозга. Я мог видеть его глазами, пусть с небольшим напряжением, но мог подключатся к его памяти, причем, по видимому, сам Цукуне подобных вторжений, да и вообще самого моего присутствия не ощущал. Единственное к чему у меня не было доступа, это управление телом, сознание Цукуне прочно держало над ним контроль, однако в моменты большого психического напряжения, сознание парня отключалось, тело неуловимо менялось, наполняясь мощью и непонятной силой, и управление переходило мне.

Размышляя об этом, а что мне еще оставалось, я потихоньку подключался к памяти Аоно, наблюдал за повседневным бытом, изучая окружение своего носителя, взаимоотношения с другими, "людьми". Которые, в общем-то, людьми не являлись. Суккуб, снежная фея, высших вампиров аж две штуки, ведьм тоже две, и все пылали яркой страстью к Цукуне, хотя нет, сестричка Моки, пожалуй, желала стереть Аоно в могильную пыль, лишь бы Мока стала прежней. Хотя должен признаться, что меня лично истинная Акасия - Уру, волновала много больше, чем ее слабохарактерное подобие Омоте. И шанс снова встретиться с ней выпал на удивление скоро.


"Опять нападение!", я почти почувствовал то ожесточение с каким эта мысль пронеслась в голове Цукуне, положа руку на сердце, я с ним был полностью согласен, эти регулярные побоища могли надоесть кому угодно. Мой выход не заставил себя ждать, получив пару крайне чувствительный ударов, Цукуне ожидаемо впал в неконтролируемую ярость, и мощное тело гуля перешло мне под полный контроль.

Смачно, с хрустом, потянувшись, я недобро оглядел пространство. С десяток уродов из секции карате пытались глумиться над Мокой и ее сестрой.

-Ребятки, вы попутали немного.

Я размеренно подходил к ублюдкам. Каратисты оскалились, они чувствовали свое превосходство, как же их десять, а я один. Они не учли одного, гуль десять лет занимавшийся боевым самбо, это большая проблема, очень большая.

Первого, решившего без изысков рубануть меня маваши, я поймал в начале замаха на ножницы, жестко уронил, выкручивая стопу и от души впечатал каблуком в пах. Глядя на катающееся, вопящее и стремительно теряющее человеческий облик тело, банда немедленно озверела, неорганизованной толпой кидаясь ко мне. На ближайшем, увернувшись от йоко-гери, я провел прием с очень образным названием - огнетушитель, переворачивая и впечатывая головой в землю, после такого уже не встают. Второму, уходя с линии атаки от прямого удара рукой, рубанул отбивом в локоть распрямленной руки выбивая из сустава, и наступив на стопу выставленной вперед ноги, не давая противнику уйти от удара назад, провел свирепую серию, двойка прямыми в лицо, третий "лапа тигра" по уху цепляя пальцами за ушной хрящ, дернув на себя впечатал другой рукой с локтя в лоб и перехватив голову уже двумя руками, в прыжке коленом провел добивающий.

Резко, кувырком назад, разорвал дистанцию. Огляделся, все было не так плохо, минус три, итого семь. Однако эти семеро нападать не спешат, поняли что нахрапом меня не возьмешь, подбирают тактику.

Но ждать их я не стал, в кувырке уходя в сторону я подкатился к Моке и резко сдернул с нее крестик высвобождая Уру. Дальнейшее было закономерно.

Последнего стоявшего на ногах я уложил, резко рубанув "летящим крылом" в голову, когда услышал негромкие хлопки.

Оглянувшись, увидел неторопливо хлопающую Уру:

- Неплохо, Цукуне Аоно, неплохо.

- Уру. - Я видел ее, такую желанную, такую манящую, пепельно-белые волосы струились по плечам, благородное лицо, с четко очерченным профилем, она смотрела на меня, и в глазах ее я видел то, чего так добивался - уважения.

- Не убегай от меня так быстро. - Я чувствовал, что сейчас могу удерживать личность Аоно запертой, по крайней мере еще некоторое время.

- В этой ипостаси ты нравишься мне больше.

Она в ответ вздернула бровь:

- А как же милая Омоте? Я не она, я не умею красиво рисовать, я не много знаю о том как писать интересные статьи, я хорошо разбираюсь в оружие, тактике боя, боевых искусствах. - Она крутанулась, нанося удары ногами

- Маваши, уро-маваши, маваши-гери. Вот это я знаю и умею!

Я улыбнулся:

- Но и я не тот Цукуне, мои навыки ты уже видела...

Подойдя, я сделал то на что слабохарактерный Аоно Цукуне, не решился бы никогда, я взял Уру за талию и притянув к себе запечатал ее чуть приоткрытые губы поцелуем. Она не сопротивлялась, мне даже на секунду показалось, что она сама потянулась мне на встречу. Оторватся от Моки меня заставил только протяжный визг. Визжала ее сестрица Кокоа, размахивая здоровенным молотом:

- А ну отцепись от моей любимой сестрички, живо, грязный человечишка!

Тут меня снова отбросило, личность Аоно стремительно оттесняла меня от управления телом.

- Что, где?? - Я скривился, этот слабак опять выглядел как полное чмо.

Уру, только тяжело вздохнула и вновь повесила крестик на шею, становясь Омоте...


От нечего делать я много думал, рылся в себе, в памяти Цукуне, искал выход из сложившейся ситуации. Быть подсаженным паразитом в теле Аоно, выходящим только по особому приглашению, не хотелось. Уничтожать личность Цукуне, становясь единственным владельцем тела? Весьма сомнительный вариант, может статься, что личность моя связана именно с ипостасью гуля, а уничтожение личности Аоно когда он в человеческой форме может и не дать мне контроля над ним, и тело просто физический умрет. Опять же и этическая сторона вопроса, ведь это я непрошенный гость, а не он... В общем я искал варианты.

И в какой-то момент память Цукуне дала ответ - идеальный в нашем случае вариант - зеркало Лилит. Помнится, в случае с Мокой, зеркало не просто высвободило Уру, а разделило их на две обособленные личности, и был большой шанс что и в нашем случае, это сработает, разделив человеческую и вампирскую ипостаси.

Осталось это зеркало найти.

Самое тяжелое это вынужденное бездействие, когда решение найдено. Дни затишья, в которые я вынужден был только наблюдать, бесили неимоверно.

Что бы хоть как-то скоротать время, принялся структурировать знания о новом мире.

Итак, что же я выяснил за время пребывания здесь.

Во первых, тело, в которое меня забросило. Семнадцатилетний ученик школы "Екай" Цукуне Аоно, человек... был, когда-то. По глупости, вместо человеческой школы, попал в иной мир в академию монстров. Чудом скрыл свою человеческую сущность, потом встрял в нехилые местные разборки, был убит, но оживлен добровольно данной кровью вампира - Акасии Моки. Сейчас вроде как гуль, иначе - вурдалак. Однако эта вурдолачья сущность в настоящий момент запечатана цепью с амулетом, на подобии того что у Моки.

Прибамбас этот я разглядывал со всей тщательностью, правда, особого знания это мне не принесло. Удивительно было другое, что амулет этот, сдерживая сущность гуля в обычном состоянии, выпускал ее в моменты когда Цукуне терял над собой контроль, и вот тут у меня родилась одна теория.

Я сделал простое допущение, что вампирская кровь, формирует, в теле человека новую сущность, не несущую души, а обладающую только лишь первичными рефлексами убивать и пожирать все живое, и амулет-то как раз и настраивался на защиту от воздействия на человеческую часть обладающую разумом и душой этой слепой звериной сущности.

И тут появляюсь я. Со своей душой и разумом. Честно говоря, о том как душа переходит из одного тела в другое, не имею никакого представления, однако была догадка, что как раз, из-за отсутствия души в ипостаси гуля, моя и заполнила вакантное пространство, а значит амулет уже мог не рассматривать сущность гуля как опасную для носителя, ведь она стала обладать душой и сознанием. Наоборот, мне кажется, что именно амулет, в моменты, когда личность Аоно отключалась, и переключал нас с ним, отдавая управление в мои руки и высвобождая вампирские силы.

Изучая приютившее меня тело, я с неудовольствием отметил его слабую физическую подготовленность. Ежу понятно, что чем подготовленней тело, тем эффективнее и воздействие на тело вампирской ауры. С этим надо было что-то делать, когда тебя постоянно пинают, надо учиться давать сдачи, а не прикрываться симпатишными вампирочками.

Вернувшись к ситуации с Цукуне в целом, я задумался о том зоопарке... пардон, гареме который крутился вокруг него.

Акасия Мока. Истинный вампир в двух ипостасях: Уру - жесткая и своенравная, с полностью развернутой аурой и активными способностями и Омоте - по сути фальш-личность, наложенная поверх Уру, для маскировки под человека и зафиксированная амулетом в виде креста. Как я понял, все это было сделано родителями Моки с целью спрятать дочь среди людей. Причин к сожалению не знаю, заметил только одно, Уру становится все сильнее, и вероятно довольно скоро сможет поглотить или разрушить Омоте. Этот момент настояшего Цукуне больше всего и тревожил, как и всякий истинноый японец, Уру - сильную и жесткую, он побаивался, его идеалом была мягкая и нежная Омоте.

Далее Куруму, - суккуб, демон соблазнения. Внешность развратной грудастой красотки, острые когти и опасная псевдолюбовная магия. Влюбилась, естественно, в самого везучего, ну или не везучего, тут как посмотреть, парня в этой Вселенной, Цукуне. За что - непонятно, но, с учетом что суккубы, как бэ, должны соблазнять человеков, думаю, она его инстинктивно почуяла, все же единственный на всю академию не монстр.

Юкари, человек. Ведьма лет тринадцати. Про мужиков - магов, ничего не известно, а ведьмы, вот они, пожалуйста. Странная девочка, и это еще мягко сказано. Гм, как бы это сказать помягче, в общем, она би. И это в таком нежном возрасте. Я, долго охреневал с такого открытия. Колдовать умеет, но, на ведьму, по моим представлениям, не тянет.

Кто еще... ах да. Мизори - снежная фея. Управление водой во всех агрегатных состояниях. В Цукуне, не то что бы влюблена, просто хочет от него ребенка. Проблема у снежных фей с этим, там лет до 25, что-ли, надо залететь, иначе все, труба. Цукуне пока отбивается, стеснительный шибко. Ну его понять можно, это как в песне: Я устал, хочу любви, Да так, чтоб на век, А ты хочешь секс...

Знаю, знаю, что попса - бе... Но как-то запомнилось. Цукуне наверное старомодный слишком. Опять же как в анекдоте: "Раньше мужчины предлагали девушке поговорить, когда хотели секса, а теперь предлагают секс, когда хотят поговорить". Тут, если грамотно все организовать, Куруму на секс развести, даже проще чем... даже не знаю чем что, как в объявлении при входе в клуб: "Секс не предлагать, сами предложат". Ну и Мизори на ура, главное прикрыться благородным поводом, помочь бедной девушке с детьми. А то время-то идет, утекает, так сказать.

Нет, я не циник, не бейте меня. Моя психика, взрослого человека, давно уже избавилась от подростковой гиперактивности. Да и когда он у тебя и так регулярно был, как-то спокойно к воздержанию относишься. Это так сказать чистый анализ, мысленный эксперимент. Внушать такие мысли я настоящему Цукуне не собирался.

Хотя вот насчет внушения, это мысль интересная. Прикинув расклад, я в любом случае ничего не теряю, решил поизображать из себя некое подсознание, внутренний голос, вдруг да получится внушить парочку императивов.

В общем дождался я ночи, во сне сознание Цукуне должно быть более пластичным и расслабленным и начал.

- Цукуне, ты меня слышишь?! - усиленно, мысленно завыл я. И вдруг неожиданно до меня донесся отголосок испуганной мысли:

- Кто, кто это?

- Это я, твое подсознание...! Га, га, га! - Не сдержался я. Ну как тут не заржать, комик группа блин. Нет, надо успокоится, а то клиент еще подумает, что у него по фазе сдвиг пошел.

- Кхым, в общем, подсознание я твое. - Еще раз объяснил я.

- И... что ты хочешь? - робко поинтересовался мой подопытный.

- Твою куртку, мобилу и деньги, блин. Ну или одежду и мотоцикл, на худой конец.

- Ээээ... - клиен завис. Я вздохнул:

- Блин, Цукуне, я ж твое подсознание, какая одежда, какие деньги. Поговорить я хочу.

- А о чем?

- Да вот, хочу объяснить тебе какой ты мудак!

- Почему мудак?! - Цукуне мгновенно обиделся, развеселив меня. Святая простота, так ловиться на подначки...

- Да потому. Долго будешь девчонками прикрываться? За крестик дергать? В следующий раз за пипиську себя подергай! - Я намеренно выводил его из равновесия, благо, что пацан семнадцати лет, кровь в голову ударит и его как телка слепого, можно будет в любую сторону повести.

- Да я... да я...

- Да я, да я... - Передразнил я его:

- Слабак ты.

- Но они монстры, а я человек!!! - Завопил обиженно, Цукуне.

- И что, что монстры, и что, что человек. Вспомни, Масутацу Ояма ломал ударом ладони булыжники, ударом кулака в лоб - убивал быка, рога отбивал ударами. Как думаешь, если монстру так звездануть, ему плохо не станет? Я думаю, станет.

- И что делать? - Растерялся клиент.

- Тренироваться. - Буркнул я:

- Кончай тормозить, включай мозг.

- Ээээ, мне в секцию карате записаться?

-Ага, в секцию. Дурак что-ли, мы их так отметелили, нас теперь и на порог не пустят. Нет, дружок, мы уж как-нибудь сами.

- Но я же не знаю как.

- Я зато, знаю. - Я мысленно похлопал Цукуне по плечу.

- Я ж подсознание. К космосу подключаюсь и все знаю.

- Все, все? - Непонятно чему обрадовался тот.

- Не все, все. Раскатал губу. Тебе губозакаточную машинку принести, или сам справишся? Кароче, я тебе план занятий сейчас обрисую на неделю, а там посмотрим на твои успехи и подкорректируем программу. Лады?

Цукуне не уверенно произнес:

- Ну... ладно, наверное...

- Слышь, никаких наверное, завтра приступаешь к тренировкам, и не вздумай филонить. Я ж, твое подсознание, я тебе житья не дам! - припугнул я его на последок.

- Ладно, ладно. А что за программа?

- Ща. - Я вспомнил первичный тренировочный комплекс по боевому самбо. Чем он хорош, так это тем, что разминка занимает 3/4 всего времени тренировки, полтора часа из двух. Самое то, для неокрепшего организма. Много бега, махов руками и ногами, отработка простейших ударов на ходу, кувырки, потом набивка поочередно, кулаков, внешнего и внутреннего ребер ладоней, основания ладоней, куча упражнений на отжимание, тест Купера, в общем, все, все, все призванное укрепить мышечный каркас развить гибкость и натренировать выносливость и скорость организма.

Скомпоновав все это в единую систему, скинул Цукуне.

- Ой, я же столько не запомню.

- Запомнишь. - Зловеще пообещал я:

- Готовься, это ночка будет для тебя трудной! - Расхохотался голосом завзятого злодея, почувствовав страх клиента. Ну ничего, пока так, а потом втянется, будет уже не за страх, а за совесть заниматься.

На утро Цукуне вставал с тяжелой головой. Кое как приняв сидячее положение и свесив ноги, сгорбился, из груди вырвался тяжкий вздох.

- Не вздыхай. - Подумал я раздраженно.

Он меня вроде бы не услышал, но явственно вздрогнул. Впечатав ладонь в лицо, заплетающимся со сна, голосом, пробормотал:

- Что это было?

А потом вспомнил и вздрогнул снова, зябко поежившись.

- Бррр, что за ужасный сон. - Цукуне потирая плечи, ходил по комнате, нарезая круги, бормотал в полголоса:

- Или, не сон. Не пойму, и этот голос, он словно принадлежал не мне. Может это сущность гуля, которая запечатана во мне? - Он поднял правую руку, разглядывая амулет с цепочкой.

- Умный. - Хмыкнул я.

Грустно почесав репу, жертва психологической обработки, все же вынуждена была согласиться с моими ночными доводами, и тяжело вздохнув, поплелась в общую душевую - умываться.

Мылся Цукуне в гордом одиночестве. Да, забыл сказать, впаял я ему ночью одну маленькую установку, и теперь подъем у моего подопечного был строго в пять утра. Только он пока еще этого не понял.

Удивление еще в душе, отсутствию других студентов, после чистки зубов у умывальника, переросло в серьезные подозрения, что тут что-то не то. Почти бегом ворвавшись в комнату, Цукуне схватил часы.

- Пять, двадцать три?! - Горестный вопль сбил ворон с дерева неподалеку. Стеная, Аоно упал на колени, и в отчаянии принялся биться головой об пол. Его можно было понять. Занятия начинались в девять.

Хотелось мерзко захихикать. На следующее утро Цукуне будет ждать еще более пренеприятное открытие, что, что бы теперь он не делал, ровно в пять утра он будет просыпаться, и заснуть не сможет категорически, даже если съест вагон снотворного.

Вволю поплакавшись на судьбу-судьбинушку ввергнувшею его в пучину мрака и отчаянья, бедолага с мрачной решимостью полез в шкаф за спортивным костюмом.

Нет, я не зверь, пятнадцать минут мы потратили на утреннюю зарядку. Не кстати вспомнилась НТВшная зарядка с девушками в синих шортиках, да так вспомнилась, что покраснел даже Цукуне, видать его зацепило эхом.

Бочком выбравшись из комнаты, Аоно кубарем скатился по лестнице и выбежал в парк, а затем в мрачный лес, за пределами Академии.

Километр, ровно столько я определил ему на первый раз. Средним темпом, как раз промежуточным между аэробным и анаэробным режимами.

Цукуне бежал тяжело дыша, с шумом, резко выдыхая. Я отслеживал работу внутренних органов, все четче понимая, какой запущенный случай мне достался. Хорошо еще, что парню 17 лет, и необратимых последствий можно избежать. Самое главное, дать правильную нагрузку в равной мере тренирующую и сердце и мышцы.

Есть выражение, дышать как паровоз, так вот Цукуне дышал как стадо паровозов, давление подскочило до двухсот, пульс угрожающе бился где-то в пределах ста семидесяти. Споткнувшись о, не кстати, подвернувшийся корень, парень упал и остался лежать, с хрипом заглатывая воздух широко раскрытым ртом.

- Я ж тебя учил, нельзя останавливаться, медленно ходи, восстанавливай дыхание! - Урезонивал я Цукуне, отсчитывая минуту времени. Словно услышав меня, он поднялся, тяжело опираясь о ствол дерева, медленно переступая пошел вперед, пот обильно стекал по раскрасневшемуся лицу, волосы блестели от влаги.

После минутного ожидания, я сверил пульс, мысленно покачал головой, он не только не снизился, наоборот, поднялся на несколько пунктов.

- Да, как все запущено.

Обратно мы возвращались, кое как, переставляя ноги и это после какого-то километра, после которого прошло уже полчаса.

- Ой, Цукуне?! - Раздался удивленный вскрик слева.

Повернувшись, мы увидели Моку. Она стояла, открыв рот от удивления, разглядывая нас. То есть конечно видела она только Цукуне, но я уже как-то привык говорить о нас во множественном числе.

- А что ты так рано делаешь?

Аоно постарался придать белее мужественное выражение лицу. Кашлянув, ответил:

- Вот, Мока, решил физическую форму подтянуть, что бы лучше тебя защищать.

Она, в ответ, мило порозовела. Со смущением сказала:

- А я вот тоже, по утрам бегаю, а давай бегать вместе! - Тут только я заметил, что на ней, вместо школьной формы одет тренировочный костюм, между прочим марки Адидас.

- Гы, гопнег стайл! - Развеселился я. - Тебе, братан, тоже надо не в эту чухню одеваться, а в нормальный прикид.

Я во всю веселился, а Аоно, тем временем, с ужасом думал, как в такой бедной физической форме предстанет перед Акасией.

- Понимаешь, ээээ, Мока. Давай недели через две. Я... у меня... там, секретные тренировки в лесу. Вот - Вытер Цукуне, мгновенно вспотевший лоб.

- Конечно, Цукуне! Я подожду. - Она вдруг потупила глазки:

- А можно мне...

Он вздохнул, правильно понимая, чего всегда хочется вампиру, отогнул ворот, подставляя шею.

- Тююю. - Впилась, жадная до кровушки девчонка.

- Куда ты пьешь, куда ты пьешь, ссс.... Мока! - Возмутился я, когда количество выпитого явно превысило четыреста миллилитров.

- Ой прости, я увлеклась! - Она отскочила, от побледневшего и начавшего заваливаться Цукуне.

- Я не хотела. - Она заюлила, якобы в смущении, но я-то видел, как она с жадностью облизнула потеки крови на губах.

- Ниче, ниче. Мне было даже приятно. - Выдавил из себя Аоно.

- Ню, ню. - Вставил я свой критический комментарий.

- Ой, ну я побежала. - Она тут же свинтила, только мелькнул перед глазами хвост розовых волос.

- Вот. - Протянул я, глядя ей вслед. Ну не совсем в след. Цукуне, остановившимся взглядом, пялился на попку, аппетитно обтянутую тренировочными штанами.

- Тем, нас мужиков и ловят, все такие скромницы и умницы, а потом сосут кровь всю оставшуюся жизнь. Пошли уже.

Кое как справившись с головокружением и потемнением в глазах, мы пошли на местный стадион.

- А теперь учимся медленно отжиматься. - Комментировал я, жалкие потуги пациента.

- И, раз. И, два. - Цукуне медленно опускался, на трясущихся руках, застывал в нижней точке, почти касаясь носом пола, после чего медленно выпрямлял руки. На десятом разе, подняться он уже не смог, свалившись, тяжело дыша на газон стадиона.

- И на кой мне это надо? - Задал риторический вопрос, сам себе Аоно, и сам же на него ответил:

- Ради Моки, я стану сильным, и всех победю, или побежду, в общем урою.

После чего, с новыми силами направился к росшему неподалеку дереву, набивать руки.

- Куда! - Осадил я, собравшегося уже влупить кулаком по дереву парня.

- Ах, да. - Хлопнул тот себя по лбу. Меняя удар кулаком на удар основанием ладони. Вспомнил, что я ему вдалбывал. По мягкому бей твердым, по твердому бей мягким.

- Ххха! - Шмяк.

- Ой, бля...!

- Дебил. - Сплюнул я, наблюдая за схватившемся за кисть Цукуне.

- Удар основанием ладони, наиболее оптимально наносить снизу вверх, согнув руку в локте, поднырнув с уходом в сторону, под прямой удар рукой противника. Цель удара - подбородок. А ты? Ударил прямо, чуть не вывернув кисть из сустава. - Менторским тоном прочел я нравоучение, надеясь, что хоть на подсознательном уровне что-то закрепится.

Вообще, конечно, повреждение кисти у новичков, при нанесении ударов кулаками, хотя бы по той же боксерской груше, очень распространено. Первое - надо сознательно, перед ударом напрягать кисть и только после этого наносить удар. Через некоторое время, кисть перед ударом начнет напрягаться рефлекторно, без участия сознания. И второе, при нанесении боковых ударов, кулак держать не параллельным полу, а перпендикулярным, то есть когда пальцы находятся строго вертикально друг над другом. Так, вероятность вывиха сводиться к нолю.

Помассировав руку Цукуне решил, от греха подальше, понабивать внешнее и внутреннее ребро ладоней. И закономерно отбил, сначало внешнее, нанеся удар, в карате известный как "Уракен", а затем внутреннее, ударом "Летящее крыло" из боевого самбо.

Вздохнув, я подумал, что следующей ночью, придется читать лекцию по технике безопасности, а то, с этой его решимостью, вдруг, махом, стать крутым рукопашником, я на выходе получу инвалида с множественными переломами, а то и со свернутой шеей. Ах да, и еще надо Аоно научить правильно падать.

За остальными извращениями в его исполнении я уже почти не наблюдал. Встрепенулся только, когда рядом вдруг материализовалось два посторонних тела.

Бы, да это же некто Куруму и некто Мизори. Две вечные и непримиримые соперницы за тело Цукуне, активно гнулись, изображая нечто вроде гимнастики напополам с стриптизом, только без раздевания. Хотя, те коротенькие обтягивающие шортики и спортивные топики собственно ничего особо и не скрывали.

Эти две, с позволения сказать, дамы. Еще и пихаться успевали, каждая старалась соперницу выпихнуть с поля зрения объекта страсти.

Парень поперхнулся.

- Цукуне! - Защебетали те хором:

- Я узнала, что ты теперь занимаешься спортом, можно я буду заниматься с тобой?

Тут они гневно посмотрели друг на друга и снова хором воскликнули:

- Сучка!

Я хрюкнул.

- Не надо ссориться, Куруму, Мизори. Давайте заниматься вместе, но только через пару недель. Хорошо? Там и Мока тоже будет с нами. - Решил примирить их Аоно.

- И Мока? - Разочаровано вздохнули те:

- Хорошо, Цукуне. - Они поплелись восвояси.

- А тебе, сучка, я еще покажу, как мою идею воровать. - Сверкнула, выдвинувшимися когтями суккуба.

Мизори ничего не сказала, упрямо вздернув подбородок, только левая рука незаметно наморозила прямо под Куруму льда.

- А... о... у... - Шлепнувшись прямо на задницу, суккуба зашипела:

- Убью, тварь!

Аоно философски вздохнул. Я хмыкнул. Ладно, пускай девчонки развлекаются.

- А теперь, в душ.

Потянулась череда дней, заполненных болью и страданием. Так, по крайней мере, считал Цукуне. Однако не сдавался, не филонил, и практически не ныл. Все-таки японцев с детства приучают, к ответственности, трудолюбию и усердию.

С другой стороны, парню необходимо было в кратчайшие сроки поднять собственную физику. Благо, попадала мне одна книжка, что-то вроде энциклопедии физической подготовки, выпущенная ограниченным тиражом, подготовленная офицерами Высшей школы КГБ СССР им. Дзержинского. Вот там были методики из серии как из гражданского экспресс методом сделать машину для убийства. Я, конечно, утрирую, но за месяц научить отжиматься сто раз и через три месяца пробегать без остановки десять километров, такие методики были.

Через неделю он втянулся. Прошли болевые ощущения, наметился прорыв в выносливости.

Через две недели, Цукуне уверенно средним темпом пробегал километр, не сбивая дыхания, с пульсом и давлением в пределах нормальных значений. Быстро восстанавливался, научился правильно дышать, используя весь объем легких. Споро дело пошло и с набивкой ударных поверхностей рук и ног. Легкая краснота на набиваемых участках быстро спадала, не оставляя синяков. Ах, да, теперь Аоно умел правильно падать, а заодно выучил несколько приемов высвобождения из захвата.

Я развлекался. А что, практически онлайн игра с опосредованным управлением. По ночам, мы разбирали успехи и неудачи, ироническими замечаниями я будил в Цукуне злость и желание развиваться дальше.

Как-то незаметно к нам присоединились девчонки. Пусть гордиться нам с Цукуне пока было особо нечем, но и в грязь лицом не ударили. Несколько раз я заметил, как на наши рукомашества с одобрением посматривала Мока. В такие моменты мне казалось, что за этой, чуть ироничной улыбкой стоит Уру.

Сильная, гордая, непреступная, таких эпитетов она заслуживала в полной мере. Все больше ее истинных черт проглядывало за образом скромной розоволосой девчонки. Полгода - год, я не знал, сколько еще амулет на ее шее сможет сдерживать истинную сущность, но было ясно, что этого времени осталось не так много. Возможно, это было приурочено к моменту достижения совершеннолетия, 21 года, но предыдущие события и частое высвобождение истинной силы Акасии, ослабили амулет.

Проникшись симпатией к пареньку, я чувствовал загоняемую им внутрь тоску, изменения в Моке он замечал не хуже меня, правда, заставлял себя не думать об этом. Надо было быстрее искать зеркало.

Но тут вмешалось одно событие которое круто поменяло расстановку сил - директор. Да, да, директор академии Екай, один из трех могучих, хрен пойми кого, отделивших мир монстров от мира людей.

Этот гадский дядя, вдруг ни с того, ни с сего, приперся на нашу с Цукуне тренировку. Парень как раз с остервенением лупасил по могучему, правда, засохшему дубу, только куски коры успевали отлетать.

- Хха! - Маваши левой, правой, потом супер пупер мега удар Крутого Уокера ногой с разворота, после которого отвалился целый пласт коры, обнажив потемневшую древесину и тут...

- Здраствуй, мальчик мой!

- Аааа! - Подпрыгнув от неожиданности, Аоно кувыркнулся вправо, разворачиваясь и вставая в боевую стойку.

- Тоже, мине Дамблдор! Старый хрен! Мальчик мой!.. - Передразнил я дядьку в балахоне:

- И этот туда же.

- Не бойся, Цукуне. Опасность тебе не угрожает, по крайней мере от меня. - Соловьем распелся, директор.

- Не угрожать-то не угрожает. - Буркнул я, насупившись:

- Однако спиной и тем, что ниже лучше к тебе не поворачиваться, мало ли что.

- Извините меня, директор. - Влез со своей вежливостью парень, поклонившись:

- Я не думал, что кто-то захочет посмотреть на мои тренировки.

- Не беспокойся, я не буду мешать. Просто меня несколько тревожит изменение твоего поведения. Боюсь, не связано ли оно с этим. - Дирик, подойдя, коснулся пальчиками цепочки на руке.

- Это ты куда клонишь, старый пердун?! - Мгновенно разъярился я:

- Руки прочь, горбатый извращенец!

Не обращая внимания, на мою безмолвную ругань, директор тщательно ощупал цепочку, прислушиваясь к себе. Наконец поднял встревоженные глаза.

- Я так и думал, мой мальчик. Ночью защита ослабевает, и твоя звериная часть начинает влиять на тебя. С этим связаны и твоя повышенная агрессивность, и то, что ты до изнеможения и даже травм доводишь себя в тренировках. Боюсь, единственный способ уберечь тебя, это уничтожить ипостась гуля.

- Оба-на! Вот это номер! - Я аж сел... бы... если бы мог.

- От че, ты задумал... Убить меня, значит. Ссука! - Я заметался, в поисках выхода из патового положения. Что-то меня убеждало, что это существо под балахоном, вполне может, серьезно постаравшись, меня прихлопнуть. И это тогда, когда мир этот мне начал уже нравиться.

Цукуне тоже встревожился:

- Извините директор, а это точно можно сделать так, что я не пострадаю?

Почесав тыкву, по какому-то недоразумению называющуюся головой, директор хмыкнул.

- Сложно сказать. Надо проверить, насколько сильно гуль на физическом уровне смог в тебе закрепиться. Подожди.

Обойдя вокруг парня, делая пассы руками, он подходил то ближе, то дальше. Наконец, опустив руки, в сомнении помотал головой:

- Не могу понять. Амулет экранирует. Надо снимать. - Задумался.

Парень с подозрением наблюдал за его сплетающимися пальцами, было что-то хищное в этом движении.

Я же мог только молча смотреть, не в силах сейчас как-то повлиять на ситуацию.

- О, нашел! - Директор неимоверно взбодрился, лучась довольством от собственной гениальности.

- Я сейчас отделю, временно, психо-информационную матрицу гуля от тебя и тогда сниму амулет, тело, конечно, твое изменится, однако разум останется твой собственный, и ты не впадешь в жажду крови и звериную ярость. Нет. - Остановил он рвущийся у парня вопрос:

- Больше чем на несколько минут, этого сделать не получится. Матрица слишком тесно связана с сущностью гуля, даже мне, со всеми моими силами эту связь не разделить надолго.

- Понятно. - Как-то сразу загрустив, ответил парень:

- Ладно, действуйте, директор.

Тот потер руки:

- Нусс, приступим!

Взмах, и тут я, светло-серым облачком отделяюсь и отлетаю на пару метров. Не знаю, чем уж я могу видеть в данной ситуации, но, тем не менее, вижу, как не глядя в мою сторону, директор склонился над цепочкой и увлеченно ее разматывает.

Облачко-я, тем временем вытянулось в полупрозрачную светящуюся фигуру - копию Цукуне.

"О!" - Подумал я:

"Это, я, наверное, уже себя с ним так ассоциирую, что рефлекторно сформировал его образ!"

Охренение мое было настолько велико, от всего происходящего, что я, не сдержавшись, сматерился.

Дирик с Аоно синхронно вздрогнули и начали медленно поворачиваться в мою сторону. От панической мысли, что меня сейчас, как возьмет, да развеет, что и пыли не останется, я, не сдерживаясь, заорал, грозя кулаком вытаращившемуся на меня индивидууму:

- Ты че сделал, старый! А ну полож куда взял!

- Мда, такого в истории академии Екай еще не было... - Филосовский продекламировал директор, со всех сторон меня разглядывая.

- Так значит ты не жаждущее крови звериное воплощение вампирической сущности?..

- Слышь, не вернешь обратно, я им стану, этим воплощением. - С угрозой, набычившись, ответил я.

- И не надо хамить, молодой человек. - осек меня балахонистый.

- Извините. - Буркнул я.

- Вот, вот. - Директор еще раз полюбовался на просвет, моей тушкой, потыкал пальцем, после чего вздохнув, обратился к Цукуне:

- Мальчик мой, случай намного запущенней, чем я думал. Похоже, в тебе сейчас не зверь, а вторая личность, а это многое меняет. Держать ее вне тела мне уже не под силу, поэтому я сейчас верну ее обратно и сниму амулет, нас ждет серьезный разговор...


Минут через пятнадцать, я уже сидел на поваленном дереве, рассказывая свою короткую историю появления в этом мире.

- Вот такая фигня, деректор.

- Мда, запутанный и интересный случай. Значит, думаешь, что зеркало может помочь?

- Не уверен точно, но хуже, думаю, не будет.

Тэммэй Микогами - да, кстати, так зовут директора, присел рядом, обдумывая услышанное. Еще раз испытующе глянул в мои красные глаза с веритикальными зрачками. Все таки спокойно сидящий и здраво рассуждающий гуль был для него внове.

- Ладно. Попробуем использовать зеркало. Правда, сначала надо тщательно изучить, что в магическом плетении дало эффект разделения сущностей, может удастся это проделать и без него, не хотелось бы подвергать риску Цукуне.

- Да, кстати, господин Тэммэй. - Обратился я, вспомнив вдруг, один интересный факт:

- А с чего, вы собственно так заботитесь о парне?

- С чего? - Директор чуть отвернулся, задумчиво глядя куда-то в даль.

- А тебе не показалось странным, что он смог проехать тоннель между мирами и не погибнуть, хотя и был человеком?

- Ну, не знаю. - Я откинулся назад, запрокинув голову, подставляя лицо манящему свету луны.

- Может это брехня, что он убивает человека?

- Нет. - Отмел мои инсинуации Тэммэй. - Это правда, я один из тех кто ставил барьер, мне это известно абсолютно точно.

- Хм. Значит он какой-то особенный, и не совсем человек, хотя на первый взгляд это и не заметно.

- Вот именно. - Директор улыбнулся.

- А кто он?

- Этого я сказать не могу. Это не только моя тайна. - Со вздохом поднявшись, Тэммэй поправил рясу. Чуть звякнул массивный крест на груди - артефакт, залитый мощью под самую макушку, сейчас будучи гулем я ощущал это очень хорошо. Обернулся:

- Я сейчас одену амулет обратно, я его чуть перенастроил, теперь ты сможешь мысленно общаться с Цукуне в любое время, а ты сообщи ему, что я жду его завтра после занятий у себя, надо еще раз провести обследование, более тщательно.


Последняя прода от 11.09.2014


Белой тенью образ директора мелькнул и пропал, бесшумно, словно призрак. Меня отбросило назад, но словно перестал существовать какой-то барьер, намного четче стало чувствоваться тело Аоно, восприниматься органы чувств, хоть я по-прежнему ими не владел.

- Голова... - простонал несчастный носитель двух сущностей.

- Болит? - Участливо поинтересовался я.

- Да. Кто это? Или это ты, тот гуль, что во мне? - Морщась, сейчас я чувствовал даже такие реакции его тела, парень вспомнил события предшествующие моему разговору с директором.

- Я самый. Мы тут с господином Микогами многое обсудили, в том числе и о тебе. Есть вариант как нам с тобой начать жить поотдельности. - Я невесело усмехнулся:

- Нас двое, а тело одно, в один прекрасный момент это может привести к борьбе "за место под Солнцем", в ходе которой одна из личностей навсегда подавит и уничтожит другую, либо они обе самоуничтожатся. Не самый лучший вариант, сам понимаешь.

- Понимаю. - Вздохнул Цукуне:

- Да и мне, честно говоря, не по себе, от посторонних голосов в голове.

- Ну, хоть теперь знаешь, что не шизофреник. - С учетом того, что виделся впереди какой-никакой, а позитивчик, после разговора с директором, можно было уже иронизировать на это счет.

- Ладно, а теперь домой, завтра директор после занятий ждет нас у себя.

Занятия пролетели незаметно, рядом пищала что-то суккуба, иногда из какой-нибудь особо густой тени посверкивали голубые ледышки глаз Мизори, да смущенно поглядывала Мока. Цукуне рассеяно кивал, отвечал невпопад, умудрившись прослушать даже вопрос учителя адресованный конкретно ему. Он весь был в своих мыслях.

Наконец прозвенел последний звонок.

Подхватив портфель, парень извинился перед девушками, бросившимися наперебой предлагать варианты вечернего времяпровождения, один другого экстремальней.

Склонившись в символическом поклоне, отрицательно качнул головой:

- Нет. Извините, но меня ждет директор.

- А что, а зачем? - посыпались вопросы.

- Из-за этого. - Коротко ответил Аоно, ткнув в цепочку на запястье. Красавицы мигом приумолкли, сочувственно глядя на Цукуне.

Развернувшись, быстрым шагом мы покинули класс. И мне и ему не терпелось разрешить вопрос наш общий вопрос. Парню неуютно было со мной в одном теле, а мне хотелось свое собственное, в котором бы я не был все время сторонним зрителем.

- А вот и ты! - Воскликнул Микогами, узрев нас на пороге кабинета.

- Быстро, быстро! - Подхватив под локоть, он подвел нас к массивному шкафу, который, под чутким взглядом экзорциста отъехал в сторону, открывая проход вниз.

- У меня все готово! Зеркало уже прогнали через анализатор. Пока занимаются дешифровкой. А нам пока нужно еще раз изучить тебя, мой мальчик.

Хотелось вякнуть, что я уже не мальчик, но с другой стороны, для Тэммея, с его неизвестно каким, но явно очень долгим сроком жизни, я не то, что мальчик, скорее младенец, сосунок несмышленый, поэтому я сдержался.

А коридорчик-то любопытный, один в один, ход вырубленный в скале, мрачный, темный, с нависающим сводом. Явно не обошлось без вездесущей магии. Кабинет директора, как-никак, в самом центре здания Академии.

А затем, мы вышли в зал...

- Ну, круто! - Только и выдохнул я, оглядывая огромную пещеру, чей свод терялся в темноте, а стены плавно уходили вдаль.

- Моя лаборатория! - С гордостью в голосе, гостеприимно повел рукой директор.

- Ух ты! - Вслед за мной, восхитился Цукуне:

- И это возле Академии такое есть?!

- Ну не возле. - Скромно потупившись, уточнил Тэммей:

- Тоннель это межмировой портал, мы сейчас в другом измерении.

- Ух, ты. - Еще раз, воскликнул парень.

- Че разорался, как последняя малолетка! - Урезонил я, Цукуне:

- Забыл? Понт дороже денег. Делай вид, что видали мы таких лабораторий, пальцев на руках, сосчитать, не хватит.

- Но, я... - Парень впал в ступор. Смысла, для себя, в моих словах он не нашел.

- Все, проехали. - Махнул я рукой разочарованно. Больше, правда, на себя. Действительно, нашел кому объяснять, менталитет-с, система, как говорится, у пулемета не та.

Тэммей, меж тем подвел нас к отдельно стоящему креслу с какими-то приблудами в изголовье. Причем креслице мне напомнило чей-то гигантский вытянутый череп, со снятым верхом, в выемке которого и располагалось собственно ложе.

Аоно с любопытством оглядывался. Ага, еще и узорчик по полу, до боли похожий на пентаграмму, в центре которого кресло.

- Ложись, мой мальчик. - Подтолкнула ласково в спину мягкая, но властная ладонь.

Цукуне лег, куда деваться. Во первых это не просьба а приказ, во вторых слушать меня в своей голове, не самое полезное для психики занятие, не заметишь как шиза разовьется.

- Закрой глаза, Цукуне, я введу тебя в магическую кому, что бы эманации твоего сознания, не сбили настройки оборудования. - Тэммей глядел сочувственно, мелькнула мысль, что тот ничего не сказал о последствиях в случае неудачи эксперимента. Но дурные мысли я постарался от себя отогнать.

- Ты ничего не почувствуешь. - Продолжил директор: - Ты уснешь, а проснешься уже разделенный с твоей второй сущностью...

"Или не проснешься" - Додумал я его слова: "От того что твоя голова разлетится на мильен кровавых ошметков под влиянием какого-нибудь неучтенного фактора".

- Три, два, один...

Пустота, опять пустота. Я вспомнил, как был в такой же пустоте, до того как оказался в теле Цукуне. Вдруг нахлынули воспоминания, другие, не те, что я получил уже здесь, а другие, без оборотней, вампиров, без Академии Екай. И в какой-то момент я понял что это были мои воспоминания из той жизни. Это было безумно, захватывающе интересно, словно новую книгу, читать свои собственные воспоминания, калейдоскоп событий. Ведь разобравшись, я вспомню, кто я. И точно, я же...

Свет, режущий глаза яркий свет, пробивался даже сквозь закрытые веки. С тихим стоном, я помотал головой, разлепляя их. Приподнялся, силясь что-то разглядеть слезящимися глазами.

- Цукуне, как ты?

Я собрался было ответить, но вдруг понял, что обращаются не ко мне. Кое как проморгавшись, я увидел все тот же зал, исследовательскую лабораторию директора. Только лежал я теперь не в центре, а сбоку, у стены, в какой-то емкости, до краев заполненной жидкостью.

Тэммей суетился вокруг Цукуне, квохча словно наседка, а тот только держался за голову да стонал:

- Ох, моя башка!..

- Ну, зато мы живы! - Кое как выбравшись, на дрогнувших ногах я встал возле ванны, чуть ежась от холодного дуновения по мокрому телу.

- С тобой тоже все нормально! - Искренне обрадовался директор при виде моей говорящей тушки. От чего мои подозрения в опасности эксперимента только упрочились.

- Неплохо, неплохо. - Пробормотал он, внимательно меня оглядывая.

- Старый вуайерист! - Тихо прошипел я, оглядываясь в поисках чего-нибудь, прикрыть наготу. Не найдя ничего более подходящего, сорвал со стены прямоугольный кусок ткани размалеванный черными чернилами, быстро обернул вокруг бедер.

- Эй, эй, это же полотно Дзеко Такуи, ему полторы тысячи лет! - Подскочил как ужаленный, экзорцист, вытаращившись на меня.

- Че, правда? - Я посмотрел вниз, пытаясь разглядеть хоть какой-то рисунок в хаотичных чернильных линиях.

- Это по твоему живопись? Ну извини. Но ты сам виноват. Я что угадывать должен. Смотрю висит какая-то тряпка, да еще возле ванной. - Я ткнул рукой в емкость за своей спиной.

- Откуда я знаю, чем вы тут вытираетесь. Ладно, думаю, если полотенца нормального не дождешься, воспользуюсь вашей тряпкой. А это оказывается картина такая. А почему тогда не в рамке, не за стеклом, где подпись, табличка в конце концов, "руками не трогать"?

Тэммей схватился за голову: - Какая ванна! Это инкубатор с биораствором! Твое тело было выращено там!

- Мда... - Я виновато посмотрел на промокшее произведение искусства на мне.

- А есть, что одеть?

- Вон там, комплект одежды. - Ткнул зло пальцем директор.

- Я быстро! - Пока Тэммей не растерял остатки терпения, я рванул в указанную сторону. Удачно, по дороге, попалось зеркало. Я чуть тормознул, разглядывая себя. Поцокал языком, а ничего так тело вышло, помускулистее чем у Цукуне, и повыше, вроде, да и в плечах пошире. Красные глаза, с вертикальным зрачком тоже ничего, добавляют этакий шарм. Воровато оглянувшись, размотал картину, рассматривая самую важную часть мужского организма. С неким трепетом, если честно, а то, знаете, у японцев с этим прибором неахти, мелковат-с, да. Но и тут было все ок. Надо бутылку директору поставить, не зажал, старый извращенец, вырастил прибор подстать телу, то-то девчонки обрадуются.

А вот с одеждой вышел облом. Мала, коротка, в общем по последней моде, бриджи, рукав три четверти, и рубашка не застегивается.

- А че, моего размера не было? - Задал я вопрос, представая перед директором и Цукуне, успевшем более-менее оклематься, в таком виде.

- Странно.- Поправил экзорцист очки, характерным движением.

- Должна была подойти, размер я снимал с Цукуне.

Тут подошел Аоно и я понял, что он значительно, на целых пол головы меня ниже.

- Интересно. - Глубокомысленно изрек Тэммей, разглядывая нас вместе: - Похоже твоя психоматрица слегка подкорректировала программу создания тела, подгоняя под более привычные для тебя стандарты.

- Круто! - С откровенной завистью протянул Цукуне, глядя на кубики пресса выглядывающие из распахнутой рубашки.

- Не завидуй. Будешь тренироваться такие же будут. Однако, директор... - Я присел на край ложа посреди пентаграммы, настраиваясь на серьезный разговор: - Пора, наверное, поговорить о легитимности моего нахождения здесь...

- Не вижу проблем. - Тэммей вальяжно махнул рукой: - Ты полноценный гуль, а значит тебе здесь самое место. Осталось придумать тебе биографию и объяснить твое сходство с Цукуне.

Да, забыл сказать, несмотря на разницу в телосложении, морды лица у нас были до неприличия схожи.

- Как вариант - старший брат. - Предложил я.

- Пожалуй. - Глубокомысленно покачав головой директор со мной согласился: - Маскирующую личину накладывать я тебя научу. Но, только вот от Акасии Моки правду скрыть не получится. - С сожалением закончил он.

- Почему?

Тэммей пожал плечами: - Все просто, она инициировала гуля в тебе - Цукуне. Сама суть гуля это влитая в тебя ее собственная вампирская кровь. А уж свою кровь она почувствует безошибочно. Поэтому, ей придется рассказать правду.

Мы переглянулись. Акасия Мока. Да, все сложно. Для Цукуне не секрет, что Уру мне тоже далеко не безразлична. Хоть ему по душе больше Омоте а не Уру, но девушка-то одна. Полный ревности взгляд ожег меня.

- Не смотри на меня так. - Зыркнул я в ответ. Мне, с одной стороны, было совестно, ведь я тут пришелец, а с другой...

Цукуне отвернулся, избавив меня от дальнейших раздумий.

- Цукуне, тебе пора на занятия, а мы пока подберем одежду твоему... старшему брату. - Чуть запнувшись, промычал директор.

Парень вышел и мы остались с Тэммеем одни.

- Мда, дела. - Задумчиво молвил экзорцист, усевшись рядом и подперев голову, он искоса поглядывал на молчащего меня.

- Вот об этом аспекте я и не подумал. Ну что вам сдалась непременно Акасия Мока? - С какой-то жалобностью в голосе заканючил он:

- Вокруг столько девушек вьется, все как на подбор одна лучше другой.

- А Акасия самая лучшая!

- Тьфу!. - Директор, поднявшись, прошелся по залу.

- Аааа... - Махнул он рукой: - Делайте что хотите, только не поубивайте друг друга.

Палец его, снова ткнул в направлении шкафа откуда я доставал одежду:

- Бери шмотки и выметайся, устал я от вас, что-то!

Услышав в голосе Тэмммея неприкрытое раздражение, я счел за благое, не спорить и побыстрому прошвырнулся до шкафа, доставая и прикидывая новые шмотки. Как уж они оказались там, не знаю, да и желания выяснять не было. Настолько мощные личности как директор, находясь не в духе, ну вот прям как сейчас, могут прихлопнуть и не заметить.

Так что из лаборатории я вылетел, скача на одной ноге, на ходу запихивая вторую в штанину. Уже в коридоре школы застегнул нормально рубашку, пригладил волосы, ну не пристало гулю ходить с всклокоченной шевелюрой как какому-нибудь недоделанному ОЯШу, и глубоко вздохнув, засунув руки в карманы, продефилировал в сторону класса в котором учились Цукуне с девчонками, пора было легализовываться в новом теле.

К классу я подходил, напевая блатной мотивчик:


- Фраерок ушастый, кепочку надвинув,

Дым от сигаретки, кольцами пускал...


Цыкнул на какую-то зеленую немочь, удивленно пялившуюся на меня с потолка. Прочистив горло, вежливо пустучал:

- Wir sind hier zu Gast...

Дверь открылась являя мне удивленное лицо преподавательницы-кошки, Сидзуки Никономэ. Увидев меня, ее глаза начали резко расширяться став не по-человечески огромными. Завопив, она, с грохотом, захлопнула дверь прямо передо мной.

- Das hat nicht geklappt...

Ругнулся я, разочарованно. Шуток моих здесь явно не поняли.

Постучал еще раз, открыл сам, заходя с поднятыми руками, что бы Никономэ, не начала кидаться с когтями с порога, произнес примирительно:

- Я, это, новый ученик, брат Цукуне Аоно, Алекс Аоно. Меня перевели к вам из... гм, в общем перевели.

- Ффух. - Выдохнула Сидзука:

- Я уж думала двойник пожаловал. - Она истерически захихикала:

- Вы так похожи с Цукуне, просто одно лицо.

- Ну, так братья же. - Я широко улыбнулся, глядя на перекошенное лицо названного брата и обалдевшие, и от этого особенно умилительные, мордочки девчонок.