# Грязные пытки

Ти Моник

Аня очнулась голой в сером коридоре и не знает, как туда попала. С одной стороны коридора была вывеска "туалет", а с другой стороны ― выход на лестничную площадку. Сразу же Аня почувствовала желание сходить в туалет, и было ясно, куда она пойдёт. Но Аня не знала, что в туалете её ожидает жестокий мучитель со странными извращёнными желаниями. И чем дольше Аня находится в этом месте, тем сильнее над ней издеваются.

Примечания: произведение на любителя, здесь описывается много жестокости, издевательства, копрофагия


## Глава 1. По губам


Аня очнулась на полу полностью обнажённая. Неприятный холодок заставил её вздрогнуть. Она оглянулась по сторонам и поняла, что находится в сером коридоре. С одной стороны вывеска "туалет", а с другой ― выход на лестничную площадку. Откуда-то она знает, что находится в школе, хотя школьницей давно уже не является... возможно, это какая-то школя для взрослых.

Аня встала и подошла к зеркалу, которое висело на серой стене. Его будто специально повесили туда, чтобы она взглянула на себя.

― Красивая, ― пробормотала Аня себе под нос. У неё были чёрные распущенные волосы до плеч, которые имели естественную волну. В последний раз Аня жила обычной жизнью, но всегда ходила блондинкой.

Новая внешность Аню вполне устроила, а вот чёрные волосы и нагота ― смущали.

― Почему на мне нет одежды? ― подумала Аня. Последнее, что она помнит, как сидела за компьютером и выбирала чьи-то анкеты, будто на свидание собиралась. Потом боль, и она очнулась здесь. Аня только сейчас поняла, что сильно хочет в туалет. Мочевой пузырь переполнен, и понятно, куда нужно идти...

Аня вздохнула и зашагала в сторону вывески "туалет". Она уже заранее начала беспокоиться, что её кто-то увидит голой, но деваться было некуда. А ещё она надеялась, что ей дадут одежду.

Аня дошла до двери и увидела, что на кресле за овальным столом сидит парень, на вид лет 23-25. Он сразу же её заметил и с довольной улыбкой сказал:

― О, новенькая. Иди сюда.

Парень подозвал её пальчиками и оглядел с ног до головы.

― Ой, ― вскрикнула Аня и мигом скрестила руки перед собой

― Не "ой", а иди сюда, ― деловито повторил парень, ― тут тебе не нужно смущаться.

― Я пойду, поищу другой туалет, извините, ― сказала Аня и мигом вышла обратно. Она ещё не успела закрыть за собой дверь. Парень громко сказал:

― Других туалетов здесь нет!

― Почему Вы сидите в женском туалете? ― спросила Аня.

― Я здесь работаю. Иди сюда, познакомимся.

― Но я голая, ― возмутилась Аня.

― Тем лучше. Я люблю голеньких, ― игриво сказал парень.

― А если я не пойду к Вам? Что тогда? ― спросила Аня. Она проснулась со странным убеждением, что должна подчиняться всем и везде, и неважно, о чём её попросят. От этого ей было жутко.

― Если написаешь на пол, тебе сильно достанется. Голой по школе ходить тоже запрещено.

― А почему я в школе? ― спросила Аня. ― Я не школьница, я старше.

В последнем Аня была уверена, потому что уже увидела себя в зеркале. Отражение говорило само за себя, она явно была старше любой школьницы. На вид она себе дала бы лет 20-22. И это её вполне устраивало.

― Можешь считать себя студенткой, но это неважно. Это место называется школой, и она совсем особенная...

― Какая особенная? ― спросила Аня.

― Иди сюда, я не собираюсь разговаривать с тобой через дверь, ― с недовольством попрекнул её парень.

― Но я голая, а Вы мужчина. Вы не должны меня видеть голой.

― Толи ещё будет! ― усмехнулся парень.

― Вы к чему это?

― Не знаешь, зачем ты пришла сюда? ― спросил парень.

― Кажется, я должна пройти какое-то испытание. Мне будто сказали, что я должна всех слушаться... так странно.

― Вот и слушайся, ― с ухмылкой сказал парень, ― иди сюда и не заставляй вставать.

― Ну, пожалуйста, я не могу так...

― Если встану, тебе достанется, ― пригрозил парень.

― Как достанется? Что Вы задумали? ― взволнованно спросила Аня. Умом она понимала, что не должна слышать то, что ей говорят. Но если так рассуждать, в этом месте и в этом теле она тоже не должна находиться.

― Пока ничего не задумал, но если сейчас же не подойдёшь ко мне, задумаю.

Аня неохотно отварила дверь и прошла внутрь. Парень сразу же кинул на неё внимательный взгляд, Аня засмущалась и снова скрестила руки, прикрывая свои груди.

― Иди сюда, ― сказал парень и пошевелил указательным пальчиком.

― Вы дадите мне одежду? ― спросила Аня.

― Может быть, и дам, ели будешь паинькой девочкой.

Аня неохотно зашагала в его сторону. Она дошла до его стола и встала.

― Обойди стол и подойди ближе, ― приказал парень. Аня тяжело вздохнула, но чувствовала, что деваться некуда. Она обошла стол и встала перед ним, парень сразу же направил указательный палец к полу.

― Что? ― спросила Аня.

― На колени.

― Что? ― переспросила Аня с недоверчивой ухмылкой. Она не верила тому, что слышит.

― Ты не ослышалась, живо на колени, ― строго повторил парень, ― или тебя нужно проучить, как следует?

― Куда я попала? Кто я? ― спросила Аня, нахмурив брови. Парень обеими руками схватил её за талию и начал придавливать вниз.

― Опускайся.

― Нет, не надо... ― запищала Аня.

― Опускайся или вызову охрану, ― пригрозил парень.

― Какую охрану?

― Которая схватит тебя, а потом...

― Что потом? ― взволнованно спросила Аня. Она посмотрела парню в глаза, а он придавил на её талию ещё сильнее, строго повторил:

― Опускайся.

― Где я? ― снова спросила Аня и всё же опустилась на колени. Парень сразу же вытянул выдвижной ящик из-под стола и вытащил ремешок на деревянной рукоятке. Потом неожиданно схватил её за волосы и заставил откинуть голову назад.

― Там, где и должна быть, ― ответил парень и неожиданно ударил её по губам.

― А-а-а... ― вскрикнула Аня, исказив лицо в болезненной гримасе. Её волосы потянулись и стали вырываться в произвольных местах. А он продолжал крепко сжимать её волосы и бил по губам.

― Это за то, что много говоришь, ― сказал парень и ещё раз её ударил, ― здесь не говорят, а только слушаются.

― А-а-а... ― протяжно вскрикнула Аня.

― Поняла меня или нет ещё?

Он снова её безжалостно ударил по губам, прилагая максимум усилий. Её нежные губы сразу же засаднили, каждый удар отдавался неприятной обжигающей болью.

― А-а-а... ― продолжала Аня кричать.

― Рот закрой, ― приказал парень и снова её ударил. Но Аня продолжала кричать с открытым ртом:

― А-а-а...

― Я буду бить, пока не закроешь рот, а потом ещё столько же, ― грубо сказал парень и наградил её очередным ударом.

― Не надо, за что? ― пискляво спросила Аня.

― Будешь подчиняться или нет?

― Буду, буду,― запищала Аня.

― Рот закрой, ― грубо повторил парень и снова её ударил.

― М-м-м... ― замычала Аня, зажимая губы. Парень ударил её снова, а потом снова и снова.

― Так-то другое дело, ― довольным голосом сказал парень.

Он отпустил её волосы, а ремешок убрал в сторонку. Аня закрыла глаза и захныкала:

― Эхе... эхе...

В следующее мгновение она почувствовала, как его рука тянется к её груди.

― Убери ручки.

― Не надо... ― запищала Аня с низко опущенной головой. Она боялась и стыдилась смотреть на него.

― Что ты сказала? ― грубо переспросил парень. Аня ничего не ответила и продолжила хныкать:

― Эхе... эхе...

Парень схватил её за руку и заставил убрать ладонь с груди. Аня не сопротивлялась, потому что боялась это делать. Знала, что в противном случае он продолжит её бить. И возможно, будет бить не только по губам. А если вызовет охрану, что случится тогда? Аня боялась даже мысленно отвечать на все эти вопросы. Но продолжала чувствовать, что обязана подчиняться.

― Замечательные округлости, ― сказал парень, одной рукой поглаживая её грудь.

― Зачем вы это делаете? ― пискляво спросила Аня.

― Что я делаю?

Он приложил несколько пальчиков к её подбородку и заставил поднять голову.

― Смотри мне в глаза, когда мы разговариваем, ― требовательно сказал парень. Аня неохотно открыла глаза.

― Я хочу уйти отсюда, дайте мне одежду, ― сказала Аня.

― Разве ты не хочешь в туалет? ― спросил парень.

― Очень хочу, ― ответила Аня.

― Давай для начала договоримся, что ты не будешь прикрывать красоту, ― сказал парень и заставил вторую руку убрать с груди, ― ручки держи внизу и смотри на меня.

Аня затаила дыхание и почувствовала дикое унижение, захотела убежать.

― А теперь давай познакомимся, ― сказал парень.

― Я Аня.

― А я Кир.

― Дайте мне одежду, пожалуйста, ― попросила Аня и закрыла глаза. Она уже не могла смотреть на него.

― Для начала я накажу твои ручки за непослушание, ― сказал Кирилл и снова вытянул ящик.

― Нет, ― вскрикнула Аня и тихо добавила: ― не надо.

― А вот это уже мне решать, милочка.

Кирилл вернул обратно в ящик ремень с деревянной рукоятью и вытащил гибкую пластиковую указку. Как только Аня это увидела, сразу же испугалась.

― Нет, не надо меня бить,― жалобно взмолилась Аня. По её жилам пробежался холодок, а дышать стало тяжело.

― Ручки вытягивай, Аня, ― сказал Кирилл и подвигал пальчиками, ― и отойди чуть назад.

― Ну, почему?

― Снова хочешь получить по губам? ― грубо спросил Кирилл и подвигал указкой. ― Если ударю этим, мало не покажется.

― Эхе... эхе... ― захныкала Аня и низко опустила голову, начала медленно отстраняться. Но убегать она не собиралась, просто подчинялась его приказу чуток отойти.

― Плакаться потом будешь, когда я тебя бить начну, ― сказал Кирилл. Аня закрыла глаза и вытянула свои руки, но Кирилл не был этим доволен.

― Встань боком, ― грубо приказал Кирилл, ― как я, по-твоему, бить тебя должен?

― Не надо... ― пискляво произнесла Аня, но сама встала боком и вытянула руки. Первый удар не заставил долго ждать. Кирилл сразу же замахнулся указкой и с треском ударил по её пальчикам.

― А-а-а... ― вскрикнула Аня и зажмурила глаза.

― И ещё, ― сказал Кирилл и снова её ударил. Аня старалась правильно держать руки, но и сама не понимала, почему позволяет себя бить? Только потому, что он грубо кричит на неё и хочет этого?

― Это за то, что прикрывала сиськи, ― сказал Кирилл и снова ударил её пальчики указкой.

― А... ― вскрикивала Аня после каждого удара.

― Будешь ещё прикрываться? ― спросил Кирилл и наградил её очередным ударом.

― А-а-а... нет, пожалуйста, не бейте меня больше, ― пискляво попросила Аня. Она нахмурила брови и смотрела куда-то вниз.

― Ты думаешь, что уже достаточно получила?

Кирилл снова её ударил, и Аня вскрикнула:

― А... достаточно, прошу.

Её пальцы уже до жути болели и пощипывали в самых разнообразных местах.

― Ну, хорошо, хватит для начала, ― сказал Кирилл, но сам ударил её ещё раз. И только после этого убрал указку обратно в выдвижной ящик.

― Эхе... эхе... ― захныкала Аня, закрыв свои глаза.

― В следующий раз я зажму твои пальчики прищепками, ― пригрозил Кирилл, ― и ты ещё не знаешь, какие у нас прищепки.

― Я больше не буду прикрываться, ― обещала Аня. Но она сразу же подумала, что его прищепки слишком сильно прижимают...

― Пошли, я дам тебе одежду, ― сказал Кирилл. Он неожиданно встал со своего места и обошёл её, направился к единственному шкафу, который стоял в углу комнаты. Марина тоже попыталась встать, но он тут же сказал:

― Не вставай.

― Как не вставать? ― спросила Аня.

― Иди за мной на четвереньках.

Аню кольнуло очередное унижение, но она ничего не сказала против. Обратно опустилась на колени, а потом на четвереньках последовала за ним.


## Глава 2. Плата за туалет


Кирилл открыл двери шкафа и вытащил стопку белья. Дал ей белую блузку, короткую юбочку в клетку и трусики.

― Надевай вот это, сейчас посмотрю обувь.

― Обувь? ― удивилась Марина. Мысленно она молилась, чтобы он не вытащил ей шпильки.

Кирилл пригнулся и потянулся к самой нижней полке шкафа. Марина взглянула туда и увидела множество белых туфель на толстой и широкой подошве. Это её чуток успокоило.

― У нас не принято ходить босиком, ― сказал Кирилл.

― А почему я голой очутилась в коридоре?

― Только возродилась потому что, ― ответил Кирилл и взглянул на её ножки, ― какой у тебя размер?

Аня повернула голову назад и посмотрела на свои ножки.

― Кажется, 37 или 38.

Кирилл снова полез в шкаф и уже вытащил для неё туфельки.

― Вот 37. Вставай на ноги и примеряй.

― Хорошо, ― ответила Аня. Она присела на свои пяточки, а потом аккуратно поднялась. На одной руке продолжала держать одежду, которую он ей дал.

― Ну, ― поторопил её Кирилл.

― Да, сейчас, ― взволнованно ответила Аня и пригнулась к туфелькам уже после того, как встала. Чтобы надеть их, ей нужно было отсоединить ремешок. Она справилась с одной рукой и вскоре просунула ножку в туфельку. Поняла, что они ей малы.

― Это не мой размер, ― пожаловалась Аня.

― Надевай, ― грубо потребовал Кирилл.

― Не могу, они малы...

― Проталкивай ногу как следует, ― сказал Кирилл, ― или тебе показать, как это делается?

Кирилл неожиданно схватил её за волосы и заставил откинуть голову назад.

― Ладно, я попробую надеть, ― взволнованно сказала Аня. Он отпустил её волосы, и она надела туфельки.

― Вот видишь, можешь же, если хочешь!

― Но они сильно жмут, ― пожаловалась Аня.

― Ничего, привыкнешь, ― насмешливо протянул Кирилл.

― Эхе... эхе... ― захныкала Аня и надела вторые туфельки. Её ноги сразу же заболели сильнее.

― А теперь надевай трусики, ― сказал Кирилл и забрал у неё одежду, отделил трусики и дал ей.

― А можно я в укромном месте переоденусь? ― спросила Аня.

― Нельзя, живо одевайся.

― Ладно, ― ответила Аня и нахмурила брови, потом посмотрела вниз, на свою обувь. Не понимала, почему он не велел ей надеть трусики до того, как она обулась.

― Туфельки не помешают надеть трусики, не медли, ― с недовольством сказал Кирилл. Аня взволнованно вздохнула и подняла одну ногу, просунула в трусики. В этот момент её правая нога, на которую пришлась вся нагрузка, заболела ещё сильнее из-за тесной обуви.

― А...а... ― тихо простонала Аня. Вскоре она встала на левую ногу, а правую приподняла, просунула в трусики.

― Теперь юбочку, ― сказал Кирилл и вручил ей мини-юбку.

― Она совсем короткая, ― пожаловалась Аня.

― Чтобы легче было поднять и показать задницу.

Аня молча проглотила это обидное высказывание и забрала у него юбку, расстегнула молнию на ней и принялась надевать через голову. Она порадовалась тому, что хотя бы юбочка пришлась ей в пору и не придавливала живот. Молнию и пуговицу юбочки она застегнула без проблем.

― Сейчас наденешь блузку и пойдёшь в туалет, ― сказал Кирилл. В этот момент он протянул ей белую блузку на пуговицах.

― Хорошо, ― взволнованно ответила Аня и принялась надевать блузку. И чем дольше она стояла, тем сильнее у неё болели ноги. Она не представляла, как будет ходить в этих туфельках...

Кирилл внимательно следил за тем, как он пристёгивает пуговицы, ничего не говорил. Аня тем временем боялась смотреть ему в глаза и стояла с низко опущенной головой.

― И туфли надень, как следует. Ремешок почему не застегнула? ― с недовольством спросил Кирилл.

― Хорошо, сейчас, ― ответила Аня и мигом пригнулась. Её сердце забилось быстрее, а лёгким не хватало воздуха от волнения. Она и понятия не имела, что её ожидает дальше.

Несколько минут Аня возилась с ремешками, и Кирилл снова её не торопил. Но как только она застегнула оба ремешка, услышала строгое:

― Вставай.

Аня с усилием приподнялась и вскрикнула:

― А...а... мне так больно в них ходить. Можно мне другую обувь? ― жалобным голоском попросила Аня.

― Будет можно, если хорошо себя покажешь.

― Когда будет можно? ― спросила Аня.

― Завтра.

Аня нахмурила брови и посмотрела вниз.

― Живо вперёд, ― сказал Кирилл. Он приложил ладонь к её спине и толкнул её в сторону двери. ― Туалеты там.

― Хорошо, я поняла, ― ответила Аня и, похрамывая, зашагала внутрь другого помещения к кабинкам туалета. Мысленно она уже молилась за то, чтобы он не проследил за ней до кабинки. Аня никогда не умела писать, когда на неё смотрят. У неё это не получалось даже в те моменты, когда она очень сильно хочет.

Кирилл открыл дверь и сказал:

― Проходи. Можешь занять любую кабинку, но срать у нас нельзя.

― Как это? ― удивилась Аня.

― А так вот, срут у нас на особых условиях.

Аня продолжала смотреть на него с удивлением и явно в ожидании разъяснений.

― Тебе что, срать уже хочется? ― спросил Кирилл.

― Нет, пока нет, ― нерешительно ответила Аня. Кирилл снова приложил ладонь к её спине и толкнул.

― Тогда проходи, нечего искать неприятностей.

Но Аня не была уверена, что не захочет по-большому, когда начнёт писать. И что ей тогда делать?

Аня прошла внутрь и поняла, что туалет здесь напоминает общественный, примерно как в супермаркетах. Кабинки были выстроены в ряд и все имели индивидуальную дверь. Аня подошла к одной из кабинок, схватилась за ручку и спросила:

― А если я в процессе захочу какать?

Она не оборачивалась, чтобы не видеть злое лицо Кирилла. Уже заранее знала, что подобный вопрос может его разозлить.

― Подойдёшь ко мне, ― грубовато ответил Кирилл. После он сразу же ушёл, захлопнув за собой дверь. Аня же осталась с ещё одним вопросом в мыслях: откуда он узнает, если вдруг она посрёт? Неужели в туалетах камеры видеонаблюдения установлены?

Аня прошла в кабинку туалета и вместо унитаза увидела горшок. Да ещё нечистый горшок. Он был наполовину наполнен мочой и вонял.

― Вот мерзость, ― пробормотала Аня и нахмурила брови. Она покинула эту кабинку и прошла в другую, там ситуация была такая же. Правда, горшок был не синий, а зелёный. Ане оставалось только гадать, к чему эти цветовые отличия? Предположила, что, наверное, каждый цвет относится к определённой кабинке. Наверное, чтобы она не смогла отвертеться, сказав, что ей горшок подменили... или что-то в этом духе. Аня и понятия не имела, почему вдруг стала задаваться глупыми вопросами. У неё дико болели ноги. А когда она приседала, боль усиливалась двойне или даже втройне.

― А-а-а... ― тихо простонала Аня и села на корточки, приспустив трусики. Деваться было некуда. Она боялась делать это стоя, а снять на время туфельки не решилась. Боялась, что этот извращенец Кирилл наблюдает за ней через камеры видеонаблюдения. И тогда, когда она выйдет, он накажет её за хитрость. Аня не была готова к очередной порке. Впрочем, она не видела никаких камер...

Аня пригнулась и напрягалась почти целую минуту, прежде чем моча закапала на горшок. И когда момент облегчения наступил, она закрыла глаза и расслабилась. Из-за волнения и боли на ногах никакой сильной струйки у неё не было. Моча покидала её медленно, как вода из тонкой соломки без напора.

Аня сделала своё маленькое дельце, а потом встала и подняла свои трусики.

― О, Боже, я умру здесь, ― со вздохом сказала Аня и посмотрела на свои ножки. Чем дольше она ходила в этих туфельках, тем сильнее у неё болели ноги. Теперь Ане казалось, что неё болит не только плоть и кожа, но и кости её стоп. Ноющая боль не проходила ни на секунду.

Похрамывая, Аня вышла из кабинки туалета и направилась к выходу. Она надеялась без приключений покинуть туалет, и хотела пройтись по школе.

― Что-то ты долго, ― пожаловался Кирилл, как только её увидел.

― Мне сложно это делать, после перерыва, ― объяснилась Аня. Она мельком взглянула на него, а потом сразу же отвела взгляд, зашагала в сторону выхода.

― Иди сюда, ― повелительно произнёс Кирилл. Аня сразу же замерла и нахмурила брови.

― Зачем?

― Иди сюда, разъясню, что да как.

Аня неохотно последовала к нему.

― За то, что писаешь, у нас полагается плата, ― сразу же сказал Кирилл.

― Какая ещё плата? ― спросила Аня. Она всё же подняла свою голову и взглянула на него. Лишком странные вещи говорил Кирилл.

― Два наказания.

Он вытянул указательный и средний палец и начал потряхивать рукой. У Ани сразу же сжалось сердце от волнения. Раз речь идёт о наказании, это не может быть ничем хорошим.

― Какие наказания? ― спросила Аня.

― Это может быть порка, приседания. Я могу поставить тебя в угол, заставить выпить что-то, да много чего.

― Вы не говорили об этом, когда отправляли меня в туалет, ― пожаловалась Аня. Кирилл усмехнулся.

― И что бы это изменило? Ты бы передумала писать?

― Нет, не передумала бы, ― обиженно ответила Аня.

― Стало быть, ты заслужила наказание, ― сказал Кирилл.

― Не заслужила. Ходить в туалет ― это естественная потребность. За это не наказывают.

― У нас наказывают.

Аня зажала губы и предосудительно помотала головой. Она не знала, что сказать ещё, но понимала, что спорить бесполезно. Либо она замолчит, либо продолжит спорить и вместо двух наказаний получить три, а то и больше. Она здесь совсем недолго, но уже поняла, что этот Кирилл вытворяет черти что. И она даже не знает, насколько это правомерно...

Кирилл вытянул указательный палец и направил его к стене.

― Видишь того козла? Тащи его сюда, ― сказал Кирилл. Спортивных принадлежностей в комнате особо не было, за исключением "козла". Их было аж штучек семь, что Аню очень сильно удивило.

― Зачем? ― спросила Аня. ― И зачем их тут так много?

― Не вопросы задавай, а тащи сюда козла, ― требовательно повторил Кирилл. Аня подчинилась, и тогда он всё же разъяснил: ― нужны, чтобы вас наказывать. Ты же тут не одна такая писающая.

― Вы всех учащихся наказываете? ― спросила Аня.

― Конечно. Кого-то сильнее, а кого-то...

― Кого-то вообще не наказываете? ― предположила Аня. Она не перебивала его, но Кирилл вдруг сам замолчал на пол предложении.

― Нет, я всех наказываю, ― горделиво ответил Кирилл.

В скором времени Аня притащила "козла" и поставила перед ним.

― А теперь иди сюда и ляг на него животом, ― приказал Кирилл. У Ани сразу же быстрее забилось сердце. Она подумала, что он собирается разглядывать её попку. Но что ей делать? Если она не подчинится, пожалеет об этом.

Аня не понимала, почему подчиняется унизительным приказам этого мужчины? Иногда думала, а вдруг он здесь вообще случайно? Какой-то грабитель-извращенец решил поиздеваться над ученицей, а она и рада угодить. И когда Аня думала так, хотела начинать сопротивляться.


## Глава 3. Будет немного больно


Аня испугалась сопротивляться. Она переборола стыд и унижение и встала перед "козлом", аккуратно и медленно склонилась.

― Да, вот так вот, ― довольным голосом прокомментировал Кирилл, ― и руки вперёд убирай, пусть они не мешаются сзади.

― Хорошо, ― ответила Аня и вытянула руки вперёд.

― Если начнёшь мешаться ручками, я накажу твои пальчики, ― пригрозил Кирилл, ― ты ведь помнишь об этом?

― Да, помню, ― ответила Аня и тяжело вздохнула. В следующее мгновение она почувствовала, как он трогает её ягодицы, задирает юбочку.

― Видишь, как удобно, когда юбочка короткая, ― игриво сказал Кирилл, ― я могу легко сделать так.

Кирилл проскользнул ладонями выше и начал спускать с неё трусики.

― Что Вы собираетесь делать? ― взволнованно спросила Аня.

― Пусть это будет для тебя сюрприз, ― сказал Кирилл. Он спустил её трусики до колен и оставил висеть на ножках, юбку поднял выше и шлёпнул её попе.

― Я не люблю сюрпризы, ― пожаловалась Аня.

― Это твои проблемы, ― сказал Кирилл и ещё раз её шлёпнул. Аня закрыла глаза и тяжело вздохнула, ничего не говорила. Унижение за унижением, и она уже перестала чувствовать себя собой. Не понимала, почему не протестует против такого обращения? Но она просто боялась сопротивляться. Особенно сильно она испугалась, когда Кирилл сказал, что позовёт подмогу. Вдруг это реально сексуальный маньяк и пришёл сюда с друзьями? У неё холодело в груди от этих мыслей. Если всё именно так, лучше уж, если он будет один...

Аня с ужасом ожидала, что же будет дальше. Кирилл вытянул выдвижной ящик, и она сразу же попыталась повернуться и посмотреть, что же он делает?

― Убери отсюда любопытную моську, ― тут же сказал Кирилл.

― Ладно, я не буду смотреть, ― ответила Аня. Она слышала, как он чем-то громыхает за её спиной. Её сердце забилось быстрее.

― Давай сюда ручки, ― неожиданно сказал Кирилл. Аня сразу же протянула ладони назад. Он взял её за руки и приложил ладони к ягодицам.

― Раздвинь попку вот так, ― сказал Кирилл. Он приложил ладони поверх её рук, а потом её руками начал сам раздвигать её ягодицы.

― А-а-а... не так сильно, ― вскрикнула Аня. Он так сильно раздвинул её ягодицы, что ей уже стало больно, её анус сильно растянулся.

― Делай это сама, ― приказал Кирилл и отпустил её руки. Аня сразу же почувствовала облегчение, но раздвигать попу не перестала. Она решила подчиниться.

― Сейчас будет немного больно, ― сказал Остап и неожиданно что-то вставил в её анус.

― А-а-а... ― вскрикнула Аня в ужасе, ― что это? Зачем?

― Зачем? ― игриво повторил Кирилл. ― Это твоё наказание.

В следующее мгновение она почувствовала, как он что-то вводит в её анус.

― А... не надо, что Вы делаете? ― писклявым голоском спросила Аня. Она приподняла голову и попыталась посмотреть назад. Всё равно ничего не увидела.

― Заполняю твою дырочку, ― игривым и довольным голосом ответил Кирилл.

― Чем заполняете? ― спросила Аня. ― Не надо...

― Надо, конечно же, надо.

И Аня поняла, что он вставил в её анус какой-то шприц, на поршень которого давит и вводит в её анус нечто. Аня прямо чувствовала, как он давит...

― Нет, прошу... мне уже некомфортно.

― Это твоё наказание, ― игриво повторил Кирилл.

― Эхе... эхе... не надо.

― А я уже!

Странное вещество он вводил в неё медленно. Аня не видела, что именно он вводит в неё, но по консистенции это что-то казалось довольно-таки твёрдым, будто густая кашица.

― Мне тяжело... я будто хочу в туалет, ― пожаловалась Аня.

― Так и должно быть, деточка. Я часто делаю так, чтобы вы хотели какать.

― Ну, пожалуйста... зачем?

― Не всё сразу. Обо всём хорошем ты потом узнаешь, ― игриво сказал Кирилл, ― я сейчас вытяну шприц и смотри, не обосрись.

― Ладно, ― с недовольством ответила Аня.

― Если обосрёшься, этой попке сильно достанется, ― пригрозил Кирилл и легонько похлопал её по попе, ― и не только по попе достанется!

― Я не стану срать прямо здесь, не настолько хочу, ― с ещё большим недовольством ответила Аня. Само подозрение, что она может обосрать здесь всё, обижало её.

― Ну, смотри, я предупредил, ― сказал Кирилл и медленно вытянул инородный предмет из её ануса.

― А теперь я могу уйти? ― спросила Аня.

― Вставай. Уйти она спешит.

Аня встала и почувствовала, что снова хочет в туалет. Теперь уже какать.

― Зачем Вы это делаете? ― спросила Аня и посмотрела на него с осуждением. Кирилл улыбнулся и чуток выдвинул один из выдвижных ящиков. Отвечать на её вопрос не стал.

― Выбирай пробку.

― Какую пробку? Анальную что ли?

Аня нахмурила брови и посмотрела на содержимое ящика. Увидела плоские кружочки с продолжением в виде тонкого резинового фаллоса. Только вот насколько длинные эти продолжения она увидеть не могла. Толик вытянул ящик меньше, чем на 1/3.

― Не вагинальную уж точно, ― усмехнулся Кирилл.

― Но зачем? ― спросила Аня.

― Чтобы не высралась преждевременно.

― Вы не пустите меня в туалет? ― спросила Аня.

― Сейчас не пущу, а то слишком много наказаний заработаешь, ― пояснил Кирилл.

― А какая разница, сейчас или потом? Я всё равно захочу в туалет.

― Большая разница. Потом ты ещё пописить захочешь и сделаешь два дела сразу.

― Зачем эти сложности? И что Вы ввели туда? ― спросила Аня. Она начала оглядываться, но так и не поняла.

― Ничего такого, чего там быть не должно, ― с ухмылкой ответил Кирилл.

― Говно что ли? ― предположила Аня.

― Выбирай пробку, и нечего много болтать.

― Это омерзительно, ― сказала Аня, нахмурив брови. Ей было тошнотворно думать о том, что он затолкал в её анус чужое говно. Как вообще можно было придумать такое? И, главное, зачем? И как он смог наполнить шприц говном и не перепачкаться? Аня нигде не видел использованный шприц, но слабый запах говна в помещении присутствовал.

― Выбирай, ― уже более требовательно повторил Кирилл.

― Не хочу я никакую пробку, ― с недовольством сказала Аня.

― Тогда я выберу за тебя сам, потом не жалуйся, что она слишком длинная, ― сказал Кирилл и уже потянулся к пробкам.

― Нет, я сама, ― резко сказала Аня и тоже потянулась к открытому выдвижному ящику, ― а можно их как следует рассмотреть всех?

― Ты не в магазине, ― сказал Кирилл, ― выбирай на удачу.

Аня предосудительно помотала головой, а потом вытянула одну из пробок. Она поняла, что сопротивляться бессмысленно. И раз он хочет вставить в неё пробку, точно вставит. Наверное, боится, что она обосрётся по пути в класс.

― Повезло! ― весело протянул Кирилл, когда увидел, какую пробку она вытянула. Пробка была совсем недлинная, приблизительно 12-13 см, и диаметром была чуть меньше 2-ух см, без каких-либо утолщений.

― Почему Вы хотите вставить её в меня? ― спросила Аня.

― Чтобы не обосралась, ― с ухмылкой ответил Кирилл.

― А если я обещаю не делать этого?

― Всё равно вставлю, ― сказал Кирилл. Он откинул голову назад и посмотрел на неё с широкой улыбкой. Аня стояла перед ним ровно на ногах и была выше.

― Но почему? Вы хотите, чтобы я ходила с пробкой? ― спросила Аня.

― Да, именно так, ― ответил Кирилл, продолжая улыбаться. Потом он обхватил её за талию обеими руками и начал поворачивать спиной к себе, ― а теперь давай, становись, как следует.

― Не надо, пожалуйста, ― пропищала Аня, но сама поддалась его рукам. Повернулась к нему спиной и аккуратно легла животом на "козла".

― Вот так, правильно, а теперь раздвигай ягодицы, ― приказал Кирилл.

― А потом Вы меня отпустите? ― спросила Аня.

― Как только получишь второе наказание, сразу же отпущу, ― ответил Кирилл.

― Какое ещё второе наказание? ― спросила Аня. ― Это и есть второе...

― Нет уж, схитрить у меня не получится, ― игриво сказал Кирилл и медленно вставил кончик пробки в её анус.

― Вы наполнили мои кишки чужим говном, это отвратительно, ― нервно сказала Аня.

― Это и есть наказание, а вот это вытекающее, ― игриво сказал Кирилл и начал двигать пробку, заставляя скользить по её анусу.

― Хотя бы так не делайте, ― обиженно сказала Аня.

― А что такое? Ты у нас какая-то особенная?

― Вы всем мастурбируете и это нормально? ― возмутилась Аня. ― Я хочу уйти скорее.

― Если будешь задираться, не скоро уйдёшь, ― пригрозил Кирилл. ― Если захочу, я тебя вон, даже в угол могу поставить на часок другой.

― Нет, пожалуйста, ― уже другим голосом сказала Аня.

― Поняла, кто тут главный? ― с ухмылкой спросил Кирилл и снова подвигал пробку.

― Ладно, Вы, ― ответила Аня.

― То-то!

Кирилл ещё некоторое время подвигал анальную пробку, заставляя её скользить по её анусу, потом затолкал до ограничителя.

― Вот теперь твоя попка наказана, можешь убрать свои ладошки, ― игриво сказал Кирилл, а потом взял её за руки и заставил убрать ладони с попы.

― Можно мне встать теперь? ― с недовольством спросила Аня. Кирилл пощупал её ягодицы, а потом игриво сказал:

― Можно.

Аня встала и потянулась ладонями к попе.

― Трусики поднимай, а не щупай себя, ― сказал Кирилл.

Аня ничего не сказала, но подчинилась.

― А теперь пей вот это, ― приказал Кирилл и пододвинул ближе к ней бокал, который всё это время стоял на его столе. Аня думала, что это его чай, оказалось, нечто другое...

― Что это? ― спросила Аня. Она потянулась к бокалу и заглянула в содержимое.

― Теперь это твой ежедневный напиток, ― с ухмылкой сказал Кирилл, ― и не сомневайся, он каждый день будет в твоём рационе.

То, как он это сказал, уже не понравилось Ане. Но она ничему не стала возмущаться. Обеими руками подняла бокал и поднесла к губам, машинально принюхалась.

― Пахнет, будто... ― сказала Аня и внезапно замолчала, снова принюхалась.

― Чем пахнет? ― с ухмылкой спросил Кирилл.

― Будто мочой.

― Ну, наверное, потому, что это и есть моча, ― ответил Кирилл и собрал губы в ехидную ухмылку. Аня шумно вернула бока на стол.

― Издеваетесь? Да ни за что!

― Ни за что-то, а просто так, ― усмехнулся Кирилл.

― Сами пейте эту гадость.

― Ты прибыла сюда делать гадости, а не я, так что не выпендривайся, ― сказал Кирилл и пододвинул бокал ближе к краю стола и ближе к её руке, ― к тому же, это не стопроцентная моча.

― Я не стану это пить, и Вы меня не заставите, ― решительно сказала Аня и начала оглядываться по сторонам. Думала, а сможет ли она убежать отсюда? Та дверь, из которой она вошла сюда всё ещё была открытой...

― Убежать надеешься? ― спросил Кирилл. ― Такое здесь не прокатит. Не выпьешь 1 бокал, значит, выпьешь целый литр. И уж поверь, мы тут умеем заставлять.

― Кто мы? Я вижу только вас, ― сказала Аня и заметила, что Кирилл просовывает руку по стол.

― Хочешь убедиться в том, что я не один?

― У Вас там кнопочка сигнализации? ― предположила Аня. Она задала этот вопрос и ринулась со всех ног в сторону открытой двери.


## Глава 4. Напьёшься


Аня бежала, даже не думая о боли в ногах.

― Ошибочка, деточка, ошибочка, ― игриво произнёс Кирилл, но даже шагу не ступил, чтобы ей помешать. Когда Аня подошла к двери, она мигом захлопнулась и будто даже сама.

― Что? Что Вы сделали? ― взволнованно спросила Аня и начала изо всех сил толкать дверь, но она не открывалась.

― Можешь не стараться, дверь на магнитах и тебе её не открыть. Я только что активировал замок, ― спокойным, но довольным тоном объяснил Кирилл.

― Нет, пожалуйста... ― напугано проговорила Аня.

― Сейчас придёт подмога, и ты у нас напьёшься.

― Нет, пожалуйста, не надо...

― Не стоит повторяться и тратить силы, это не поможет, ― деловито посоветовал Кирилл. И в следующее мгновение дверь перед которой она стояла, внезапно открылась, и в комнату вошли троя мужчин в чёрных футболках.

― Нет, что вы задумали? ― испугано спросила Аня. Сначала она посмотрела на мужчин, а потом обернулась и посмотрела на Кирилла. Тот ехидно улыбался.

― Хватайте её, ― приказал Кирилл.

― Нет... прошу, ― запищала Аня и начала шагать назад.

― Под ноги смотри, сейчас грохнешься! ― вскрикнул Кирилл. И, действительно, вскоре Аня споткнулась на спортивного "козла", которые были выстроены вряд позади неё. А мужчины догнали её в считанные секунды и схватили за руки.

― А-а-а... ― истерично закричала Аня.

― Ведите её за мной, ― приказал Кирилл. Он встал и направился к двери, которая находилась рядом с его столом. Не к той, где находятся туалетные кабинки.

― Куда Вы меня ведёте? Нет...а... ― закричала Аня и начала вырываться. Но мужчины крепко её держали и не позволяли уйти.

Аню завели в комнату вслед за Кириллом, она продолжала кричать и вырываться:

― А-а-а... нет, не надо.

― Раздевайте её, ― приказал Кирилл, а потом взглянул на мужика, который шёл позади всех и сказал: ― и дверь запри на всякий случай.

― Нет, отпустите, ― закричала Аня и посмотрела в сторону двери.

― Нам велено это снять, ― сказал один из мужчин, который её держал, и начал одной рукой расстёгивать пуговицы её блузки. Аня начала вырываться ещё сильнее, истерично требовала:

― Отпустите, нет! Нет!

― Я сам это сделаю, только держите её покрепче, ― сказал Кирилл и подошёл к ней, обеими руками потянулся к пуговицам её блузки.

― Что Вы задумали? ― спросила Аня.

― А ты сама как думаешь? ― с ухмылкой спросил Кирилл. Он продолжал расстёгивать пуговицы её блузки одну за другой, но сам при этом смотрел ей в глаза. Будто любовался её страхом.

― Хотите изнасиловать? ― в ужасе спросила Аня. Кирилл игриво стукнул её по носику.

― Какая ты развратница.

― Тогда зачем раздеваете? Отпустите! ― потребовала Аня, и начала двигать попой и дёргаться. Один из мужчин, который отставал и запер дверь, присоединился ко всем. И пока Кирилл был занят её блузкой, он принялся расстёгивать пуговицу на юбочке Ани.

― Да, Стёпа, помоги снять с неё юбочку, ― довольным голосом сказал Кирилл.

― Нет, не надо... нет, ― пискляво завизжала Аня. Как бы она ни дёргалась, это не мешало мужчинам делать то, чего они хотят.

― Не переживай, трахать мы тебя не будем. Во всяком случае, не сейчас, ― сказал Кирилл с деловитым видом. Он как раз расстегнул последнюю пуговицу и спустил блузку с её плеч. Парни, которые её держат, сразу же отреагировали и помогли вытянуть с неё блузку. А Стёпа уже справился с её юбкой, она сползла к ногам Ани.

― Нет, пожалуйста... ― запищала Аня. Ей стало до жути стыдно и унизительно. Они почти полностью её раздели, разглядывали, трогали в разных местах. Впрочем, трогали они её не в эротическом смысле, а просто держали и не позволяли уйти. А испуганная Аня воображала чего-то другое...

― Это мы тоже снимем, ― сказал Кирилл и потянулся к её трусикам.

― Пожалуйста...

― Сколько раз ты уже сказала это слово? ― с ухмылкой спросил Кирилл и резко спустил с неё трусики.

― Зачем Вы это делаете?

― Сейчас будем тебя поить, ― с улыбкой сказал Кирилл, ― пригнись и сними с ног туфельки и трусики с юбкой.

― Нет, не надо... ― запищала Аня. Кирилл пошевелил пальчиком, и один из мужчин схватил её за подмышки и потянул назад. Аня упала на его руку и дико заорала: ― а-а-а...

Второй мужчина обнял её в области ягодиц и тоже начал поднимать. Третий, которого звали Стёпа, принялся снимать с неё туфельки. Аня начала толкаться ногами и всё также кричала:

― А-а-а...

― Не стоит так вести себя, ― сказал Кирилл. Он подошёл ближе и схватил её за челюсть, начал больно сжимать.

― М-м-м... ― замычала Аня. Теперь уже она не могла кричать, Кирилл слишком болезненно сжал её челюсть. От испуга она даже дёргаться перестала, и Стёпа сделал своё дело.

― Всё, опускайте, ― деловито сказал Стёпа. Марина ощутила в ногах облегчение, потому что теперь на ней не было тех ужасных туфель, которые сильно сжимали её ножки.

― Вот видишь, сопротивляться бессмысленно, ― сказал Кирилл, глядя в её глаза.

― Прошу, я хочу домой, ― запищала Аня и зажмурилась.

― Ты уже дома, деточка, ― насмешливо сказал Кирилл и похлопал её по щеке, ― так что расслабься и не рыпайся.

Аня низко опустила голову и попыталась увернуться от рук Кирилла. Но вместо того, чтобы разозлиться её попыткам капризничать, он внезапно куда-то отошёл. Двоя мужчин продолжали держать её за руки с двух сторон.

― Отпустите меня, пожалуйста... ― плаксиво захныкала Аня.

― Надо было добровольно попить водичку, и тогда бы мне не пришлось звать подмогу, ― напомнил Кирилл. Он подошёл к комоду, который стоял у стены в 2-ух метрах от них и принёс оттуда воронку на гибком прозрачном шланге.

― Что это? ― спросила Марина, нахмурив брови.

― Я вставлю это в твоё горлышко, а потом волью в тебя напиток, ― объяснил Кирилл и вручил воронку одному из мужчин.

― Нет, не надо, ― в ужасе попросила Аня и покосила взгляд на того мужчину, который забрал воронку.

― Пока не надо! ― согласился Кирилл и направился к выходу. ― Я скоро вернусь, когда приготовлю напиток.

― Нет... нет... эхе... эхе...― захныкала Аня, зажмурив глаза.

― Лучше не сопротивляйся, он тебя ещё жёстче может наказать, ― сказал Стёпа, когда Кирилл ушёл.

― Где я? Почему я здесь? ― в ужасе спросила Аня, глядя на него жалобными глазами.

― Ты в школе. Прибыла сюда для того, чтобы тебя наказывали, ― объяснил Стёпа, ― а вот почему, это уже второй вопрос. Наверное, ты сама сюда захотела.

― Нет, я не хотела, ― возразила Аня.

― Ты могла договор заключить перед возрождением, что после смерти попадёшь в эротический цикл. Иначе сюда без памяти не попадают.

― После смерти? Я умерла? ― в ещё большем ужасе спросила Аня.

― Что ты помнишь последним?

― Как меня увезли в больницу с высокой температурой, ― ответила Аня, стараясь вспомнить детали того дня.

― И что там случилось?

― Я почувствовала усталость и закрыла глаза. И мне показалось, что врачам не удалось снизить температуру... ― задумчиво объяснила Аня, ― они сделали мне какой-то укол, и я подумала, что это снотворное.

― Значит, ты потеряла сознание и позже умерла, ― сказал Стёпа.

― Нет... не может быть. И это Ад? Ад? ― истерично спросила Аня, нахмурив брови.

― Везде Ад, так что можешь так не волноваться, ― с ухмылкой сказал другой парень, один из тех, кто удерживал её за руку.

― Что значит везде Ад? ― спросила Аня. И как раз в этот момент в комнату вернулся Кирилл с литровой пластиковой бутылкой в руках. Бутылка явно была прозрачной, а содержимое Ане показалось мутным, даже не жёлтым.

― Это значит, что жизнь, из которого ты попала сюда, тоже был Ад, ― объяснил Стёпа, ― ты проходишь испытание, некую игру. Когда заработаешь нужное количество прощения, ты сможешь вернуться домой.

Аня мигом отвлеклась на Стёпу и посмотрела на него.

― И где мой дом? ― спросила Аня.

― Ну, этого я уже не знаю.

― Делишься секретами мироздания? ― усмехнулся Кирилл, а потом пошевелил пальчиком, как бы указывая на воронку: ― вставляй.

― Нет, не надо... прошу, ― испуганно взмолилась Аня. Кирилл сразу же схватил её за челюсть и крепко сжал.

― Больше без выкрутасов, ― сказал Кирилл и взглянул в её напуганные, широко открытые глаза.

― М-м-м... ― громко замычала Аня и попыталась отрицательно мотать головой. От воронки тянулся примерно 30-ти сантиметровый шланг. И она была уверена, что они будут вставлять её целиком в её горло. Марине было жутко даже представлять такое, не то, что испытать.

― Ты поняла, где ты находишься? ― спросил Кирилл, угрожающе глядя в её глаза.

― М-м-м... ― продолжила Аня мычать.

― Поняла, конечно же. Стёпа тебе не врал.

― Да, я не врал, ― подтвердил Стёпа, ― тут лучше слушаться, иначе хуже будет.

В этот момент другой мужчина подвёл шланг воронки к её губам.

― М-м-м... ― громко и протяжно взвыла Аня. Кирилл начал ещё сильнее сжимать её челюсть и заставил открыть рот.

― Вставляй, давай, ― приказал Кирилл. И тот мужчина начал заталкивать шланг воронки в её насильно открытый рот. Аня начала двигать головой и мычала:

― М-м-м...

― Стёпа, помоги. Чего без дела стоишь? ― с недовольством сказал Кирилл.

― Извините. Да.

И тогда Стёпа подошёл к Ане сзади и схватил её за волосы, заставил откинуть голову назад.

― Вот так-то, ― довольным голосом сказал Кирилл. В считанные секунды мужчина вогнал воронку в её горло, и Ане сделалось больно и страшно. Шланг не просто вошёл в её горло, но ещё и процарапал её гланды, язык и само горло.

― М-м-м... ― продолжала Аня кричать с широко открытыми глазами.

― Зря сопротивлялась, ― сказал Стёпа.

― Она ещё не поняла, куда попала, ― сказал Кирилл и принялся вливать в воронку содержимое бутылки.

― Пить самой тебе было бы легче, ― подметил Стёпа. Он был выше неё на голову и смотрел прямо в её открытые глаза. И Аня тоже на него смотрела. Ужас охватил всё её существо... и она с трудом верила, что всё это на самом деле происходит с ней. И как такое возможно? Судя потому, как ведут себя эти мужчины, они явно имеют право делать всё это с ней. Осознавать это было хуже всего.

― Тебе понравится этот напиток. Бульк-бульк, ― игриво сказал Кирилл. Аня пыталась дёргаться, но теперь уже делала это непроизвольно. Её дыхание полностью перекрыло, а вода по воронке стекала в её желудок.

― Крепче держи её, ― приказал один из мужчин, обращаясь к Стёпе.

― Я крепко держу.

Стёпа крепче сжал её волосы, причиняя ей больше боли.

― Уже почти, ― сказал Кирилл, доливая остатки воды в воронку. Аня в этот момент не могла даже мычать. Стояла с открытым ртом и откинутой назад головой.

― Всё, вытаскиваем, ― сказал Кирилл и неожиданно сам начал вынимать воронку из её рта.


## Глава 5. Выход


Аня чувствовала, что вода ещё не полностью вытекла в её горло, но воронку Кирилл всё же вынул. И она радовалась этому. Ане уже становилось плохо из-за недостатка кислорода.

― Кхе... кхе... ― закашляла Аня. Когда Кирилл вытянул воронку из её желудка, остатки воды попали в её рот, на язык и горло.

― Да, распробуй свою вкусняшку, ― насмешливо сказал Кирилл. Аня ощутила переполнение в желудке и рыгнула. Половина из того, что они в неё насильно влили, вылезло обратно. Её ноздри уловили запах говна, и Аню посетила страшная догадка: наверное, это была жидкость вперемежку с мочой и говном.

― А-а-а... ― в ужасе закричала Аня и продолжила рвать. Сама мысль о том, что её заставили проглотить чьё-то говно, заставляла её блевать и блевать.

― Если не прекратишь блевать, волью в тебя ещё бутылку, ― пригрозил Кирилл.

Аня повернулась в его сторону, приподняла голову и продолжила неистово кричать, теперь уже глядя ему в глаза.

― А-а-а...

― Всё парни, можете идти, ― неожиданно сказал Кирилл, поочерёдно кинув взгляд на всех присутствующих.

― Уверен? ― спросил Стёпа.

― Если что, всегда позову! ― довольным голосом сказал Кирилл.

Вскоре парни покинули эту комнату, но Аня продолжала в ужасе кричать:

― А-а-а...

Кирилл подошёл к ней, схватил за волосы и дал сильную пощёчину.

― Советую успокоиться, ― грубо сказал Кирилл.

― Это было говно... говно, ― истерично закричала Аня.

― Водичка с говном, ― подправил её Кирилл, ― и что с того?

В ответ Аня снова неистово закричала:

― А-а-а...

Кирилл тут же наградил её очередной пощёчиной.

― Я могу долго тебя бить, ― сказал Кирилл.

― За что?! ― запищала Аня и зажмурила глаза. Не хотела на него смотреть.

― За то, что не слушаешься.

― Я слушалась, Вы всё равно это делали... всё равно...

Кирилл за волосы оттащил её в сторонку, где заканчивалась плитка под ногами. Это была необычная душевая в составе комнаты, и полностью открытая. Когда парни её раздели, одежду бросили на диван.

― Живо одевайся, ― приказал Кирилл и толкнул её в сторону дивана.

― Пожалуйста... ― жалобно протянула Аня.

― Что? Уже не хочешь никуда? ― спросил Кирилл и добавил: ― я с радостью поставлю тебя в угол.

― Нет, я хочу уйти.

― Чтоб через три минуты вышла ко мне, ― сказал Кирилл и последовал к выходу из душевой. Аня уже знала, куда он. Идёт к своему столу...

Когда Аня осталась одна, она голой попой села на кожаный диван и горько разревелась. Она прикрывала ладонями лицо и ощущала запах говна. Но она не могла понять, откуда запах? Из её рук? Изо рта? Или же её ноздри заполнились чужим говном, пока она рвала?

Аня плакала и плакала, не могла остановиться. Она много вырвала, но всё равно ощущала переполненность желудка. И что самое ужасное, она понимала, что вся остальная жидкость, которую она не вырвала, останется в ней, переварится, как пища.

― А-а-а... ― неистово закричала Аня, думая: "куда же я попала". Это место и эти мужчины были просто ужасны. Не так она представляла Ад.

Кирилл, конечно же, услышал её крик, но возвращаться не стал. И дело даже не в том, что он не хотел вредничать, просто ленился. Будь он там, наехал бы по губам. Впрочем, он всё же решил наказать её за этот крик, но позже.

― Иди сюда и на колени, ― сказал Кирилл, как только Аня вышла из комнаты.

― Но Вы же разрешили мне уйти... ― напомнила Аня печальным голоском.

― А я разрешал тебе кричать?

― Мне было плохо...

― Я разрешал кричать? ― грубо переспросил Кирилл.

― Простите, я больше не буду, ― пискляво обещала Аня и низко опустила голову.

― Иди сюда, высеку твои губки, ― сказал Кирилл. Он приподнял руку и направил указательный палец вниз, начал им двигать, как бы указывая ей на пол.

― Нет, прошу...

― Просить ни о чём не нужно, только слушайся, ― строго сказал Кирилл.

― Эхе... эхе... ― захныкала Аня, низко опустив голову. И медленными шагами она направилась к нему.

― Да, вот так вот. А теперь опускайся на колени и шагай на четвереньках.

Аня нахмурила брови и подчинилась, ничего ему не ответив. Она понимала, что если начнёт спорить с ним, ей только сильнее достанется. Она уже попыталась возражать... но Аня не была уверена, что сожалеет. Она хотя бы сохранила в себе частичку гордости и не стала пить обоссанное говно без сопротивления. Но уже сейчас она чувствовала, что в будущем ей не удастся сопротивляться. Они её сломают. Полностью.

― Ближе иди, ― сказал Кирилл и выдвинул один из ящиков у себя под столом, вытащил оттуда пластиковую указку, ― мы, учителя, любим бить указкой.

Кирилл собрал губы в ехидную ухмылку и схватил её за волосы. Аня нахмурила брови и запищала:

― Нет, не надо...

― Уже чувствуешь, что будет больно? ― довольным голосом спросил Кирилл. Он крепко сжал её волосы, а потом заставил откинуть голову назад. Аня закричала от боли ещё до того, как он нанёс первый удар.

― А-а-а...

― Я отучу тебя кричать без дела, ― сказал Кирилл и замахнулся указкой. Из-за того, что она кричала с широко открытым ртом, удар пришёлся между её губами.

― Так я порву твои губки, ― сказал Кирилл и снова её ударил, ― лучше закрой свой ротик.

От второго удара ей сделалось ещё больнее.

― А-а-а... не надо... ― вскрикнула Аня и получила очередной удар.

― Закрой рот, ― более требовательно приказал Кирилл. Но он не стал ждать, пока она подчинится и снова её ударил. Аня торопливо подчинилась и зажала губы.

― М-м-м... ― замычала Аня. Её губы ощущали режущую боль и до жути саднили. К тому же, они итак у неё были травмированными. Он ведь уже во второй раз бьёт её по губам. Но ремень и указка разные вещи. Аня чувствовала, как эта указка сдавливает её губы при каждом ударе. Не только царапает её плоть, но ещё делает синяки.

― Думаю, хватит с тебя на сегодня, ― сказал Кирилл, но прежде чем отпустить её, он ещё раз замахнулся указкой и сильно ударил её по губам.

― Эхе... эхе... ― плаксиво захныкала Аня, закрыв глаза.

― Поплачь, милая. Будет тебе уроком на будущее, ― жестоко сказал Кирилл и бросил указку обратно в выдвижной ящик.

― Но я ничего не сделала, ― сказала Аня. Она лизнула верхнюю губу и ощутила металлический привкус крови, и вскоре сильное пощипывание.

― Все что-то сделали. Особенно ты, раз уж сюда попала.

― Теперь Вы всегда будете мучить меня... никогда не позволите нормально сходить в туалет.

Аня начинала верить в то, что попала в Ад. Даже и сама не поняла, почему. Возможно потому, что те мужчины не изнасиловали её...

Кирилл снова схватил её за волосы, заставил откинуть голову назад и начал хлопать её по щеке.

― Привыкнешь, ― довольным голосом протянул Кирилл.

― Пожалуйста, отпустите уже, ― взмолилась Аня. Она очень хотела выйти из этого туалета, ну хоть куда-нибудь. И она надеялась, что другом месте ей станет легче.

― Отпущу, конечно же, ― сказал Кирилл, продолжая хлопать её по щеке, ― но ты ещё вернёшься ко мне.

― Ладно, вернусь, ― пискляво проговорила Аня, закрыв свои глаза.

― И я буду наказывать тебя снова и снова.

В этот момент раздался громкий оглушающий звонок. Ане захотелось заткнуть свои уши.

― Что это такое?

― Звонок на урок, моя дорогая, ― игриво сказал Кирилл. Он схватил её за подборок и начал потряхивать, ― ты опоздала на урок, и за это тебя тоже накажут.

― Как накажут? Почему?

― Попку высекут, ― с ехидной улыбкой сказал Кирилл, ― придёшь ко мне с красной попкой.

Кирилл отпустил её, и Аня мигом отпрянула назад.

― Нет, ну почему?

― Здесь всегда наказывают непослушных девочек. Тебя будут наказывать учителя, официантки в столовой и даже случайные прохожие...

― Нет, я не хочу... не хочу... ― пискляво протянула Аня. Кирилл усмехнулся.

Аня теперь до жути боялась слова "наказание". И не думала, что здесь ей реально придётся учиться.

― Но я не виновата, что опоздала, почему меня накажут за это? ― обиженно спросила Аня, глядя ему в глаза. Кирилл усмехнулся.

― Это никого здесь не волнует. Я даже могу специально тебя задерживать, чтобы тебе досталось.

― Это несправедливо, ― сказала Аня, нахмурив брови.

― Ах, справедливости хочешь?! ― иронично протянул Кирилл. ― Здесь нет такого слова.

Аня закрыла глаза и начала тяжело и часто дышать. Кирилл выдержал некоторое молчание, а потом громко сказал:

― Живо вставай и бегом в класс.

― А какой у меня класс? ― спросила Аня.

― Заходи в любой,― ответил Кирилл и усмехнулся, ― на удачу!

Марина продолжила хмурить брови и медленно встала, столь же медленно зашагала в сторону двери. Теперь она не особо хотела уходить... во всяком случае, не хотела идти в класс, где её гарантированно накажут.

― Если не хочешь учиться, можешь постоять в углу, ― игриво предложил Кирилл.

― Нет, я уйду. Откройте, пожалуйста, дверь, ― попросила Аня. Кирилл нажал на нужную кнопочку и выпустил её.

Аня, похрамывая, покинула это помещение и зашагала вдоль знакомого коридора. Она вышла на лестничную площадку и примерно минуту постояла. Лестница вела вверх и вниз. И ей хотелось думать, что внизу выход на улицу. А вдруг это настоящая школа, а туалет захватил какой-то безумный маньяк?

Аня зашагала вниз, крепко хватаясь правой рукой за поручни. Тихо стонала от боли:

― О... о...

Кирилл так и не дал ей туфли подходящего размера, заставил пойти в тесной обуви. Но Аня была готова разуться в любую секунду, если увидит выход на улицу. Она уже всё спланировала. Спустится до конца, оглянется, а потом разуется и побежит к дверям. Если это обычная школа, она вполне сможет проскочить через турникет. Возможно, охранник не успеет её поймать, ведь они обычно сидят в отдельных кабинках отдельно от турникета. Во всяком случае, так было в её школе, где она училась.

Когда Аня спустилась на первый этаж, схватилась за сердце. У турникета стоял Стёпа и два его друга в чёрных футболках.

― Нет, ― испуганно произнесла Аня.

― Тебе на третий этаж, ― деловито сообщил один из мужчин.

― Не пытайся убежать, накажут же снова, ― сказал Стёпа своим сочувствующим и милым голосом.

― Пожалуйста, отпустите меня, ― попросила Аня, глядя ему в глаза.

― Ты должна пройти испытание, потом тебя отпустят. Возродишься где-нибудь ещё.

― Но когда это произойдёт?

― Обычно девочки на 7 дней сюда приходят, если не оговорено иное, ― объяснил Стёпа.

― И как мне узнать, что оговорено, а что нет?

― Это к директору вопросы, ― с улыбкой протянул Стёпа и вытянул указательный пальчик к потолку.

― Он наверху? На каком этаже?

― На четвёртом, 1-ый кабинет.

― 1-ый кабинет на четвёртом этаже? ― удивилась Аня. В её школе было не так. Да и вообще, в её мире было приняло нумеровать комнаты по цифре самого этаже. То есть на 4-ом этаже должны быть сороковые кабинеты.

― Это не твоя школа, нечего удивляться. Топай, давай, пока мы тебя к Кириллу не отвели, ― сказал другой охранник. Аня нахмурила брови и отвернулась, шагать в сторону лестничной площадки не спешила.


## Глава 6. Укол


Мысленно Аня уже решила, что должна пойти директору. Она надеялась получить ответы, хотела выбраться отсюда. И с трудом верила в то, что на самом деле находится в Аду.

― Иди в класс, не надо ходить к директору, ― посоветовал Стёпа.

― Почему?

― Пускай сходит! Новеньких иначе не успокоишь, ― игриво протянул другой охранник. Они не называли друг друга по именам, поэтому Аня не знала, как их зовут. Но этот злорадный и язвительный охранник был ниже всех по росту. И это именно он заталкивал шланг в её горло, когда её насильно спаивали омерзительной жидкостью. Из-за низкого роста ему было немного неудобно это делать. Но когда Кирилл протягивал шланг, он нервно его выхватил. Ему явно хотелось её помучить... Аня уже испытывала особую неприязнь к этому парню.

― Хорош подстрекать новеньких, ― с недовольством сказал Стёпа и обратился к Ане: ― если пойдёшь к директору, он не скоро тебя отпустит, будет до утра мучить.

Аня приложила ладонь к груди и тяжело воздохнула. Не оборачиваясь в их сторону, сказала:

― Я не пойду к директору.

Аня зашагала в сторону лестничной площадки и ощущала пристальные взгляды охранников. И она всё думала, как же отсюда выбраться? Решила спросить:

― А если я здесь на 7 дней, меня потом отпустят?

― Отпустят, ― ответил Стёпа. Аня вздохнула и чуток порадовалась, но теперь её волновал другой вопрос:

― Мне придётся жить прямо здесь, в этой школе?

― Тебе подберут хорошую постельку, не переживай, ― с ухмылкой сказал низкий охранник. Его Аня сразу же узнала по язвительному голосу, хотя и не стала оборачиваться.

Аня поднялась на третий этаж и подошла к одному из классов. Некоторое время она стояла у двери и не решалась войти. Думала, а стоит ли вообще это делать? Может, лучше постоять снаружи или даже погулять и осмотреться? И как только последняя мысль пробралась в её мысли, Аня увидела в конце коридора мужчину. Он шёл прямо к ней.

― Вот чёрт, он, наверное, ко мне... они, наверное, следят за мной.

Аня задрожала от страха и торопливо постучалась в дверь.

― Войдите, ― послышался мужской голос.

"О, нет, неужели здесь работают одни мужчины?" ― с испугом подумала Аня. По её телу пробежалась холодная дрожь, а мышцы ощутили слабость. Но, несмотря на это, Аня открыла дверь и вошла внутрь. А между тем шаги приближающегося охранника становились ближе, её страх возрастал.

Аня прошла в класс и надеялась, что тот охранник не последует за ней...

― Опоздание на 20 минут, ― сказал учитель, как только Аня вошла. В руке он держал гибкую пластиковую указку ярко салатового оттенка. Такую же, какая была у Кирилла. Аня сразу же вздрогнула и представила, как он бьёт её этой указкой.

― Извините, ― тихо сказала Аня и закрыла за собой дверь.

― Ничего не скажешь в своё оправдание? ― спросил учитель.

― Меня задержали в туалете, ― пожаловалась Аня. Она наивно рассчитывала на понимание со стороны странных учителей. Они же должны знать, что в их туалете наказывают и не позволяют своевременно уйти? Или они знают и пользуются этим, чтобы наказывать за опоздание? Холодок пробежался по её жилам.

― Возьми табуретку и ложись на живот, ― спокойным голосом сказал учитель, а сам направился к своему столу, присел и вытянул выдвижной ящик.

― Вы будете меня бить? ― взволнованно спросила Аня. Она оглянулась и посмотрела на остальных учащихся. Класс был полон молодыми девушками в одинаковых одеждах. Многие из них отрицательно мотали головой, некоторые прикладывали указательный палец к губам. Они как бы советовали ей молчать.

― Хорошо, я лягу, ― взволнованно сказала Аня и начала укладываться животом на табуретку. Кирилл ведь уже сказал, что её будут пороть по попе. И Аня полагала, что указкой...

Учитель какое-то время молчал и чем-то шебаршил за столом. Аня легла на живот, приложила ладони к полу и приподняла голову. Посмотрела на учителя. Аня заметила, что он вытащил гигантский шприц и наполняет его какой-то прозрачной коричневой жидкостью. По цвету жидкость напоминала коньяк, но была немного мутной.

― Что это? Что Вы делаете? ― взволнованно спросила Аня. Её мышцы ощутили слабость, а сама она дико испугалась. Ещё до того, как учитель ответил ей, она догадалась, что он готовит ей укол.

― За опоздание полагается наказание, ― спокойным голосом сказал учитель. Жидкость в шприц он набирал с помощью иглы, и это происходило медленно и пугающе. Раньше Аня никогда не видела настолько огромный шприц. Жидкости он вмещал как минимум полбокала.

― Нет, только не делайте мне укол, ― жалобно попросила Аня. Учитель стрельнул пальчиком по иголочке, а потом чуть выпустил жижу. Аня испугалась ещё сильнее. Почувствовала неизбежность и захотела кричать, а учитель проигнорировал её писклявую просьбу. Он встал со своего места и подошёл к ней с готовым уколом.

― Задирай юбочку и спускай трусики.

― Нет, пожалуйста, ― пропищала Аня.

― Мне охрану вызвать? Отправят тебя потом на воспитательные мероприятия.

Аня ещё сильнее подняла голову и обернулась, посмотрела на учителя и страшный укол на его руке. Но его слова напугали её не меньше, чем этот укол.

― А это очень больно? ― взволнованно спросила Аня.

― Очень больно, ― ответил учитель, а потом пригнулся и сам задрал её юбочку.

― А со мной ничего не случится?

― Случится, если будешь сопротивляться, ― ответил учитель и попытался ухватиться за резинку её трусиков, ― живо спускай трусики.

― Я боюсь... ― жалобно протянула Аня, а сама дрожащей рукой начала тянуться ручками к попе, медленно приспустила трусики и захныкала: ― эхе... эхе...

В следующее мгновение она почувствовала, как он потирает её попу заспиртованной ваткой.

― Сейчас ты у нас не так запоёшь, ― угрожающе сказал учитель и вонзил иглу в её плоть.

― А... ― вскрикнула Аня, ещё до того, как он начал вводить состав. Одной рукой она схватилась за край стула, а вторую ладонь сжала в кулачок.

― Как тебе такое понравится? ― спросил учитель и начал потихонечку давить на поршень.

― А-а-а... ― закричала Аня. Дикая боль распространилась по всей её ноге, заставляя кричать и прижиматься к стулу. Она зажмурилась и начала стучать кулачком по стулу.

― Что? Хорошо стало? ― с ухмылкой спросил учитель. Он чуть сильнее надавил на поршень и состав быстрее проник в её плоть. И тогда её боль усилилась ещё.

― А... не надо, прошу, ― пискляво взмолилась Аня.

― Это ещё только начало, деточка. Я отучу тебя опаздывать на мои уроки.

Он продолжал давить на поршень, и состав плавно проникал в её ткани. Боль только усиливалась с каждой следующей секундой. И Аня хотела орать.

― А... не надо, так больно, ― с усилием произнесла Аня, затаив дыхание.

― Очень хорошо, раз больно.

― Простите, я больше не буду опаздывать, ― пискляво обещала Аня.

― Конечно, не будешь. Сейчас я проучу тебя хорошенько за это, и не будешь опаздывать.

― А-а-а... не надо.

Аня продолжала хныкать и сжимать кулачки, а он делал ей укол. И ей казалось, что это длится долго, ― бесконечно долго. Боль становилась невыносимой.

― Пожалуйста, хватит, ― пискляво попросила Аня.

― Хватит тогда, когда лекарство закончится, ― ответил учитель.

― Что это за лекарство? Что оно делает?

― Разве не чувствуешь, что оно делает? ― с ухмылкой спросил учитель. Он намеренно сильнее нажал на поршень, и дикая боль заставила её вскрикнуть с новой силой.

― А-а-а, ― протяжно вскрикнула Аня, ― оно делает больно... очень больно.

― Правильно, деточка, очень больно. А заживает попка не менее болезненно.

― Пожалуйста, хватит, умоляю.

И неожиданно в этот момент учитель принялся вытягивать иглу из её попки.

― Думаю, соглашусь, нельзя, чтобы только одна сторона у тебя болела, ― сказал учитель. С этими словами он принялся намазывать спиртовой ваткой её попку с другой стороны. Не успела Аня порадоваться, что боли конец, как вдруг этот сюрприз.

― Нет, пожалуйста, не надо больше, ― испуганно взмолилась Аня.

― Ещё как надо. Тебя видимо мало наказывали, раз позволяешь себе так опаздывать, ― сказал учитель. В следующее мгновение он вонзил иглу с правой стороны её попки. И дикая боль снова распространилась по всей её ноге, будто проникала до костей.

― А-а-а... я не могу это терпеть, ― завизжала Аня. Она крепко обхватила края стула обеими руками и сжимала их изо всех сил.

― А куда ты денешься? ― с ухмылкой спросил учитель и начал быстрее вводить в неё препарат, ― ты будешь терпеть, даже если я сделаю так.

― А-а-а... ― протяжно закричала Аня. Боль стала резкой и сильной. Она была готова свалиться со стула, но держалась из последних сил.

― Расслабься и наслаждайся ощущениями, ― насмешливо сказал учитель и похлопал её по попке рядом с тем местом, куда была вставлена игла от укола. Но Аня не могла расслабиться. Эта дикая боль заставляла её напрягаться сильнее.

― А... пожалуйста, а... ― кричала Аня.

― Тебе станет ещё лучше, когда ты узнаешь, что будет потом, ― игриво сказал учитель. Он продолжал плавно давить на поршень, но теперь уже делал это не так свирепо, как вначале.

― Что будет? ― взволнованно спросила Аня.

― Увидишь.

― Ну, скажите... ― пискляво протянула Аня, ― нет...

Ей показалось, что боль снова усиливается. Её ноги и попа болели так сильно, будто на время онемели. Ане было страшно шевелиться и даже страшно дышать. И она с трудом разговаривала.

В скором времени он перестал давить на поршень и вытянул иглу из её попки.

― Ну, всё, получила соточку, ― игриво сказал учитель, а потом приложил ватку к месту укола и принялся грубо массировать, ― а теперь сделаем так.

Он сильно давил на её плоть, заставляя Аню орать от боли.

― А-а-а... не надо, прошу.

― Надо, конечно же. Надо ещё сильнее массировать, чтобы синяков не было, ― насмешливо сказал учитель и продолжал грубо массировать её попку круговыми движение. Но он давил так, будто хотел сделал ей синяк.

― А-а-а... эхе... эхе... ― плаксиво хныкала Аня, но помешать ему испугалась. Она даже не тянулась к попке, потому что боялась дополнительных наказаний. Она надеялась, что сейчас он немного помучает её массажем, а потом позволит посидеть вместе с остальными. Ей хотелось немного покоя.

― А теперь другую сторону, ― сказал учитель и принялся массировать её попку с левой стороны. Туда он вколол кол первым. И Ане казалось, что эта сторона болит у неё сильнее. Возможно, именно потому, что он не помассировал её сразу.

― А-а-а... ― вскрикнула Аня, крепко сжимая кулачки.

― Я же говорил, что хорошо тебе, ― насмешливо напомнил учитель. Он ещё целую минуту грубо массировал её попу, а потом сказал: ― вставай и поднимай трусики.

Сам учитель зашагал в сторону своего стола, забрав огромный шприц. Аня плаксиво захныкала:

― Эхе... эхе...


## Глава 7. На уроке


Аня медленно приподняла трусики, а потом принялась вставать. Она до сих пор ощущала жуткую боль из-за его укола и ужаснейшего массажа. Ей казалось, что у неё болит не только плоть, но даже кости изнутри. Такого болезненного укола Аня в жизни никогда не переносила. Страх сковал её мысли и чувства. "Куда я попала? Почему?" ― мысленно произнесла Аня. Она хотела кричать и громко плакать, но сдерживала эмоции. Боялась дополнительных наказаний.

Когда Аня вставала, ощутила жуткую боль на пальцах ног. Туфли настолько сильно сдавили её стопы, что у неё уже начинали болеть кости.

― А...а... ― тихо простонала Аня, нахмурила брови и с трудом встала. Она чувствовала, что все на неё смотрят: весь класс и этот жестокий учитель. Но она ни на кого не смотрела. Стыдилась.

Аня встала на ноги и обернулась лицом к классу, стояла с низко опущенной головой. Учитель подошёл к ней и сказал:

― А теперь давай знакомиться.

Ей было неожиданно слышать это. Аня обиженно подумала, что знакомиться нужно было до того, как он жестоко её пытал. Тогда это выглядело бы нормальным...

― Представляю вам новую ученицу Аню Лапутину, ― немного игриво сказал учитель, водя возле себя раскрытую ладонь. Все ученицы дружно кивнули, но никто не издал даже тихий голосок.

Учитель посмотрел на Аню так, будто ожидает что-то услышать.

― А Вас как зовут? ― спросила Аня из вежливости.

― Фёдор Борисович, теперь я твой классный руководитель, ― деловито сообщил учитель.

― А почему Вы?

― Потому, что ты ко мне первой пришла, ― с ухмылкой ответил Фёдор.

― А если бы я в другой класс вошла? ― спросила Аня.

― Так ведь хорошо, что не зашла в другой класс. Кто бы тебя наказал так, как я? ― спросил Фёдор, а потом неожиданно схватил её за волосы и повёл за собой в угол класса недалеко от входа.

― А-а-а... пожалуйста, ― жалобно проговорила Аня, исказив лицо в болезненной гримасе.

― Иди, иди, ― повторил Фёдор. Одной рукой он продолжал сжимать её волосы, а второй толкал её в сторону угла.

― Куда Вы меня ведёте? ― взволнованно просила Аня.

― Твоя попка нуждается в массаже, ― иронично ответил Фёдор. И уже по тому, как это прозвучало, Аня сделала вывод, что ей будет плохо.

― В каком массаже? Нет...

Они как раз подошли в угол, а там было установлено какое-то глубокое сидение.

― Садись, ― требовательно протянул Фёдор. Он схватил её за плечо и принялся разворачивать, и при этом не отпускал её волосы. Аня почувствовала, как её волосы скручиваются и обрываются. В этот момент ей стало особенно больно, и поэтому она закричала:

― А-а-а, не надо...

Потянулась одной рукой к волосам, но ничего поделать не могла. Фёдор приложил ладонь к её груди и принялся толкать её на сидение, которое напоминало таз.

― Садись, ― повторил Фёдор строгим голосом.

― Ладно, ладно, я сяду, ― взволнованно пропищала Аня, а сама не устояла на ногах и плюхнулась на это сидение, потому что он её толкнул.

― А...а... ― в очередной раз вскрикнула Аня. Её попе сразу же сделалось больно, потому что сидение оказалось не слишком мягким. А ещё мешалась пробка в анусе... и также давали о себе знать чужие фекалии в её заднице. Аня почувствовала боль в животе и сильное желание посрать. И, конечно же, она осознала, что в туалет ей не скоро удастся попасть. От отчаяния она хотела кричать и плакать... всё, что угодно.

― Вот сейчас будет массаж, ― сказал Фёдор и нажал на какую-то кнопку в стене.

― Что? Что это было? ― истерично спросила Аня. Теперь она всего боялась. Обо всём хотела знать заранее.

― Это была полезная функция твоего стула, ― усмехнулся Фёдор. И в следующее мгновение Аня почувствовала, что сидение под ней уходит ещё глубже.

― Я проваливаюсь, ― сказала Аня, а потом неистово закричала: ― а-а-а...

Фёдор схватил её за волосы, заставил откинуть голову назад и дал сильную пощёчину.

― Ты на уроке находишься, здесь тихо себя ведут.

― Я проваливаюсь, проваливаюсь, ― пискляво повторила Аня, но кричать уже больше не стала. А вот Фёдор влепил ей ещё одну пощечину.

― Успокоилась?

― Но я проваливаюсь...

Аня до сих пор чувствовала, что её попа опускается всё ниже и ниже. Она уже чувствовала себя застрявшей в дырке. Вряд ли ей удастся выбраться без посторонней помощи. Именно это её пугало.

― Сейчас не будешь проваливаться, ― сказал Фёдор и снова нажал на кнопочку в стене. И как только он это сделал, она перестала проваливаться.

― Хорошо, спасибо, ― тихо сказала Аня и начала часто взволнованно дышать, закрыла глаза. Не успела она расслабиться, как под сидением возник какой-то странный грохот.

― Сейчас тебе станет ещё лучше, ― усмехнулся Фёдор.

― Что? Что вы сделали? ― взволнованно спросила Аня и нахмурила брови.

― Включил массажер, ― с ехидной ухмылкой ответил Фёдор. В следующее мгновение что-то будто ударило ей попу. Потом это произошло ещё и ещё.

― Это не массажёр, ― возразила Аня, глядя на него, ― это не массажёр... а....

Удары странного стула становились всё сильнее и чаще. И те точки, на которые он сделал укол, болели до жути сильно. Массажёр в основном бил туда... водил по её попе странными грубыми шариками.

― Ещё какой массажёр! Самый лучший, ― с ухмылкой сказал Фёдор. За её страданиями он наблюдал с довольным лицом. И это до жути её задевало.

― А-а-а... не надо... а... ― истерично и громко закричала Аня. Руками она схватилась за края своего странного сидения и попыталась встать.

― Я же ведь велел тебе не кричать, ― грубо напомнил Фёдор. Он схватил её за волосы на затылке, крепко сжал их и заставил её откинуть голову назад. Как и в прошлый раз, он сильно ударил Аню.

― А-а-а... ― продолжила Аня кричать.

― Тихо, а не то хуже будет, ― пригрозил Фёдор.

― Эхе... эхе... ― захныкала Аня. Остап снова безжалостно ударил её по щеке, а потом обхватил её запястья и начал поднимать руки вверх.

― А... что Вы делаете? ― с очередным писклявым криком спросила Аня. Она откинула голову назад в надежде получить ответы. Но Фёдор не смотрел на неё. В этот момент он уже приковывал её руки ремнями на липучках. Они были вбиты прямо в стену.

― Будешь у нас паинькой сидеть.

― А... больно, можно без массажа? ― спросила Аня, исказив лицо в болезненной гримасе. Фёдор схватил её за подбородок и заставил откинуть голову назад.

― Нельзя, конечно же.

Он смотрел в её глаза дерзко и угрожающе, а тем временем массажёр продолжал сдавливать её попу.

― А... больно, больно, ― пожаловалась Аня.

― У нас нельзя кричать, ― сказал Фёдор. Схватив за подбородок, он заставил её откинуть голову назад, а потом дал сильную пощёчину. Ане сделалось страшно. Её щеки саднили, а попа дико болела. И что самое ужасное, боль от попы будто переходила к кончикам её пальцев. На её ножка всё ещё были сильно давящие туфельки.

― А...а... ― тихо простонала Аня, но он всё равно ударил её ещё раз.

― Сейчас мы решим этот вопрос.

Фёдор отпустил её подбородок и последовал к своему учительскому столу. Аня испугалась этого и не переставала стонать от боли.

― А... вы куда? Что задумали? ― жалобно спросила Аня. Её новоиспечённые одноклассницы снова начали отрицательно кивать головами. Видимо, советовали ничего не говорить и не спрашивать. Но Аня не могла молчать. Ей было так больно...

― У нас здесь нельзя кричать, ― сказал Фёдор. Он подошёл к ней, а в правой руке нёс какое-то странное приспособление для рта.

― Что это?

― Открывай рот, ― приказал Фёдор. Он поднёс эту штуку к её губам с намерением затолкать в её рот. Аня заметила, что это приспособление имеет какие-то странные лопатки и явно предназначено для того, чтобы она не смогла закрыть рот. Аня испугалась ещё сильнее, по её жилам пробежалась холодная дрожь.

― Нет, пожалуйста, не надо, ― испуганно взмолилась Аня. Она смотрела на него жалобно, умоляюще, а он схватил её за волосы и заставил откинуть голову назад.

― Не усложняй ситуацию, ― сказал Фёдор.

― А-а-а... ― протяжно взвыла Аня. Она лишь немного приоткрыла рот, а он затолкал в неё это приспособление.

― Сейчас ты не сможешь кричать, ― сказал Фёдор. Это звучало угрожающе. Аня затаила дыхание и замычала от ужаса:

― М-м-м...

В следующее мгновение она почувствовала, что эта штука, которую он вставил в её рот, приподнимает её маленький язычок, прижимает к нёбу. И вскоре её звонкое "м" превратилось в какое-то сиплое шипение.

― Вот так уже лучше, ― довольным голосом сказал Фёдор. Он похлопал её по щеке, как бы давая мини пощёчины. Для Ани это показалось унизительным, насмешкой. Аня продолжила дёргаться и сипеть, но говорить уже не могла. И её рот не открывался, язык начал замерзать и просыхать.

― Что? Не получается кричать? ― с ухмылкой спросил Фёдор и сам же ответил на свой вопрос: ― не получается.

Его голос звучал издевательски. Неожиданно Фёдор повернулся лицом к своему классу и торжественно сказал:

― А теперь, девочки, мы можем начинать урок.

Дальше он вёл себя как самый обычный учитель. Объяснял правила поведения в Аду, что сильнее всего смутило Аню. "Зачем он рассказывает это? Зачем?" ― истерично думала Аня. Она продолжала надеяться в то, что школу захватили какие-то маньяки, которые теперь издеваются над девушками. И следующий её вопрос был: а куда подевались мальчики? И почему детей в школе нет? Всё было странно и пугающе. И Аня не переставала верить в то, что полиция ворвётся сюда и освободит её.

Аня сидела связанной и со странным кляпом во рту. А между тем массажёр продолжал больно сдавливать её попку в разных местах, набивая ей синяки. Аня хотела громко кричать, но могла только сипеть. Когда ей становилось особенно больно, она крепко сжимала кулачки и выпучивала глаза. Но этого никто не замечал. Все ученицы смотрели на Фёдора. Делили вид, что внимательно слушают то, что он рассказывает.

Аня была в ужасе от происходящего. Она смотрела на других учениц, и лишь изредка косила взгляд на Фёдора. Молилась, чтобы всё это поскорее закончилось.


В один из моментов прозвенел звонок на перемену. Фёдор восторженно хлопнул ладошками и сказал:

― А теперь, девочки, вы можете идти на перемену.

Все дружно встали и принялись собирать свои рюкзаки. Фёдор повернулся к Ане и с ухмылкой сказал:

― А ты, милая, остаёшься.

Аня начинала сипеть так громко, как только могла это делать. Дёргала руками и двигала ножками.

― Не получится убежать, ― игриво сказал Фёдор и похлопал её по щеке. Аня хотела знать, сколько ещё он собирается её мучить? Ей было страшно, и ей до жути хотелось покакать.


## Глава 8. Наказанные пальчики


Фёдор внимательно посмотрел на Аню и спросил:

― Ну что, успокоилась?

Аня не пыталась сипеть, но смотрела ему в глаза. Фёдор сразу же потянулся к приспособлению, которым он заткнул её рот.

― Тогда снимем это, раз успокоилась.

Вскоре Аня ощутила долгожданное освобождение ротика и, наконец-то, смочила пересохший язык. Она исказила выражение лица, сделала его плаксивым, а сама продолжала смотреть ему в глаза. Фёдор улыбнулся.

― Что такое? Хочешь закричать? ― игривым голоском спросил Фёдор.

― Пожалуйста, можно я пойду на перемену? ― с усилием проговорила Аня.

― Уйти нельзя, но я могу сделать так, ― ответил Фёдор и тут же нажал на кнопочку в стене, остановил массажёр. Аня закрыла глаза и захныкала:

― Эхе... эхе...

― Если начнёшь шуметь, верну всё обратно, ― пригрозил Федор и поводил приспособлением у её губ.

― Нет, прошу, я не буду кричать, ― взволнованно обещала Аня.

― Смотри, я предупредил, ― игриво сказал Фёдор. После этого он неожиданно зашагал в сторону своего учительского стола и спрятал странное приспособление в один из ящиков. Аня вздохнула с облегчением, но ей по-прежнему хотелось в туалет.

Аня ничего не говорила ровно до тех пор, пока Фёдор снова не вернулся к ней.

― Почему Вы не отпустили меня с остальными? ― обиженно спросила Аня.

― Потому что ты наказана, и потому что новенькая.

― Ну и что, что новенькая, ― ответила Аня. Она смотрела на него с ожиданием, мечтала, что он отпустит её.

― Новенькие всегда пытаются убегать. Зачем нам такие проблемы?

― Я бы не стала убегать, ― обещала Аня.

― Стала бы, ― возразил Фёдор, ― а потом тебя бы наказали другие.

― Но я очень хочу в туалет, ― пожаловалась Аня. Фёдор собрал губы в ехидную ухмылку и сказал:

― Я видел, что у тебя там в попке, напросилась уже?

― Я не напрашивалась, о чём Вы? ― спросила Аня, нахмурив брови.

― Напросилась, ― игриво повторил Фёдор и похлопал её по щеке. Её вопроса он будто не слышал.

Фёдор так и не отпустил Аню в туалет. Сказал, что она будет у него до конца следующего урока.

― Но это не скоро, я не выдержу столько, ― пожаловалась Аня. Фёдор усмехнулся.

― А куда ты денешься?

― Пожалуйста, не надо так, ― запищала Аня, закрыла глаза и захныкала: ― эхе.. эхе...

Она низко опустила голову, чтобы на него не смотреть. Фёдор приложил ладонь к её подбородку и заставил её поднять голову.

― Смотри на меня, ― приказал Фёдор. И тогда Аня неохотно открыла глаза и посмотрела на него.

― Всё будет так, как я сказал, ― особо важным тоном заявил Фёдор. Аня снова закрыла глаза и начала часто дышать, её бросило в жар. Аня поняла, что он точно не собирается её отпускать. И просить бессмысленно.

― Но у меня болит живот, ― пожаловалась Аня. Она хоть и понимала, что просить бессмысленно, но всё равно пыталась это делать. Организм требовал.

― Пускай поболит животик, ― игриво сказал Фёдор. Он прикусил край нижней губы и смотрел на неё довольными глазами.

Вскоре зазвенел звонок, и девочки заполнили класс. Фёдор сразу же отошёл к своему учительскому столу и наблюдал за тем, как они готовятся к уроку. К одной девочке он почему-то придрался:

― Люсия, что ты должна доставать из рюкзака первым? ― спросил Фёдор. Девочка сразу же встала ровнее и посмотрела на учителя, торопливо вернула книгу обратно в рюкзак. Это сделала даже не глядя вниз.

― Сначала нужно доставать поставку для книжки, потом учебник и всё остальное.

― Так почему же ты достаёшь сначала пенал? ― просил Фёдор.

"Дурдом, ― нервно подумала Аня, ― тут все мужчины чокнутые. Не знает уже, к чему придраться".

― Простите, впредь я буду правильно готовиться уроку, ― взволнованно обещала Люсия.

― Иди сюда, я накажу твои пальчики, ― сказал Фёдор. Он присел за свой стул и вытянул один из выдвижных ящиков, вытащил оттуда большой шприц.

"О, Боже, неужели он собирается делать ей укол на пальцы? ― в ужасе подумала Аня. ― Неужели, прямо на пальцы?"

Люсия нахмурила брови, но сама послушно последовала к учителю. Фёдор тем временем уже готовил ей укол, прикреплял иглу на шприц и заранее достал бутыль с коричневой жидкостью. Страшная догадка Ани подтвердилась.

― Сейчас я сделаю тебе укольчик на пальчики, чтобы ты лучше запомнила, что можно делать, а что нельзя, ― деловито сказал Фёдор. Он открыл бутыль и погрузил в неё иглу от шприца. Принялся заполнять шприц странным коричневым составом для причинения боли.

― Я всё запомню, ― взволнованно обещала девочка. Уже по тому, как Люсия отвечала, Аня поняла, что она боится сопротивляться. Видимо, ей уже сильно досталось за это. И, наверное, она уже здесь давно... Аня решила, что ей обязательно нужно поговорить с этой Люсией. Если она реально здесь давно, значит, сможет подсказать, как выбраться. И возможно ли это? Аня снова усомнилась в том, что школа захвачена маньяками. Вдруг она, действительно, в Аду?

― Какую ручку будем наказывать? ― игриво спросил Фёдор. Его явно не интересовали её обещания.

― Левую, ― ответила Люсия. Фёдор посмотрел на неё и начал дёргать бровями.

― А это левая ручка виновата?

― Я виновата.

― Ну, хорошо, давай левую ручку накажем, ― согласился Фёдор. Он уже полностью наполнил шприц коричневой микстурой и стрельнул по иголочке. Люсия и Аня тоже смотрели на шприц с содроганием. Аня радовалась, что укол на этот раз предназначается не ней, но в то же время очень жалела эту девочку. И что самое шокирующее в данной ситуации это то, что Фёдор придрался к ней на ровном месте. Она, как и все, просто готовилась к уроку. Другие девочки тоже вынимали из рюкзаков принадлежности в произвольно порядке, но придрался он именно к ней.

Люсия протянула раскрытую ладонь, а Фёдор принялся смачивать спиртом ватный диск. Потом приложил его к пальчику Люсии и начал грубовато потирать.

― Вот так вот, будет тебе уроком на будущее, ― довольным голосом сказал Фёдор. Он отложил ватный диск в сторонку и схватился за шприц, направил иглу на середину её указательного пальца. Аня прищурила глаза и внимательно смотрела на всё это. У неё замерло сердце от волнения. Настолько сильно она жалела эту девочку.

В скором времени Фёдор вонзил иглу в её маленький пальчик и принялся вводить препарат.

― А... ― тихо простонала Люсия и нахмурила брови. Она не кричала громко, но по ощущениям Ане казалось, что Люсия орёт во всё горло. Аня не забывала о том, что они все боятся кричать. И тихое "а" сравнимо с громким криком.

― О, хорошо пошло, ― довольным голосом сказал Фёдор, продолжая давить на поршень, ― кажется, твой пальчик даже опух.

Люсия правой рукой держала своё запястье и крепко сжимала. Со стороны Аня видела, что она вся искривилась от боли.

― А... а... ― продолжала стонать Люсия.

― Твоим пальчикам сейчас будет хорошо, ― насмешливо сказал Фёдор. Он продолжал давить на поршень и периодически поглядывал на лицо Люсии, наслаждался её мучениями.

― А-а-а... ― чуть громче вскрикнула Люсия. Она повернула голову на бок и приложилась щекой к своему плечу.

― Да, больно, ― игриво заключил Фёдор. Люсия зажала губы, запрещая себе кричать. Но Аня всё равно слышала её мык.

― Мм...

― Ну, вот, с этим пальчиком мы уже закончили, ― сказал Фёдор и медленно вытянул иглу из её пальчика, отложил укол на свой стол, ― иди сюда ближе, положи ручку на стол.

Люсия сразу же подчинилась и тыльную сторону ладони приложила к краю стола. Фёдор взял в руки ватный диск, смоченный в спиртовом растворе, и принялся протирать её пальчик, теперь уже средний.

― Не убирай ручку отсюда, так мне будет удобнее наказывать тебя, ― игриво сказал Фёдор и взялся за шприц. Он чуток выпустил из иглы раствор и вонзил иглу в её средний пальчик.

― А... ― еле слышно вскрикнула Люсия. Аня смотрела на неё, затаив дыхание. Всё ещё жалела эту девушку... а ведь он ни за что жестоко её наказывает. Делает это только потому, что сам хочет наказать. "Здесь точно творится полнейший произвол" ― с досадой подумала Аня.

Тем временем Фёдор продолжал давить на поршень, и коричневый состав медленно вливался в средний палец Люсии. Она снова схватила себя за запястье и принялась крепко сжимать. Возможно, так ей становилось немного легче. Или же она боялась, что иначе может убрать руку в неподходящий момент.

― Ты можешь красиво постонать, ― игриво сказал Фёдор. Люсия зажала губы и замычала:

― М-м-м...

Она мычала чуть громче обычного, ведь получила на это некое разрешение. Но делала она это от дикой боли.

― Да, вот так вот, ― довольным голосом сказал Фёдор. Он давил на поршень не спеша, и периодически поглядывал в её глаза. Люсия снова повернула голову на бок и приложилась щекой к плечу.

― Хочешь укусить себя? ― с хитрой улыбкой спросил Фёдор.

― Очень больно, ― шёпотом пожаловалась Люсия.

― Значит, теперь ты запомнишь, что сначала надо вытаскивать из рюкзака?

― Да, я запомню, ― тихо обещала Люсия.

― Засунь в ротик два пальчика и пососи их, ― неожиданно потребовал Федор. Люсия посмотрела ему в глаза, а потом подчинилась.

"Вот извращенец, ― нервно подумала Аня, ― да они все здесь больные". Она нахмурила брови и продолжала наблюдать за происходящим. Всё это казалось ужасным и нереальным. "Неужели Ад такой?" ― была её следующая мысль.

Люсия притянула к лицу правую руку и медленно просунула в рот указательный и средний пальцы.

― Мм... м... ― промычала Люсия, изображая удовольствие.

― Мм... ― игривым и довольным голосом повторил Фёдор. Он снова прикусил край нижней губы и воздержанно улыбнулся. ― Продолжай стонать, мне нравится.

― Мм... м... ― протяжно протянула Люсия. Она смотрела ему в глаза и доставляла удовольствие своим стоном. Аня даже не могла назвать этот стон наигранным. Он казался вполне реальным. Но мыкала Люсия отнюдь не от удовольствия, ― от дикой боли. И Ане уже довелось познать эту боль...

― Думаю, хорош этому пальчику, а-то остальным мало достанется, ― сказал Фёдор и принялся вынимать иглу из среднего пальчика Люсии. Аня закрыла глаза и тяжело вздохнула. А спустя несколько минут услышала, как стукнула склянка по столу. Это Фёдор смочил спиртом второй ватный диск. Когда Аня открыла глаза, он уже потирал безымянный пальчик Люсии.

"Какой ужас, какой ужас" ― думала Аня, и больше уже не хотела наблюдать за всем этим. Но приходилось это делать...

― Вот так вот, каждый твой пальчик будет наказан, ― игриво сказал Фёдор и медленно ввёл иглу в безымянный палец Люсии. Она исказила лицо в болезненно гримасе, а сама продолжала держать пальчики во рту.

― Прикуси свои пальчики, ― неожиданно сказал Фёдор. Аня не могла понять, насколько сильно Люсия прикусила свои пальцы, но она точно это сделала. А потом замычала, имитируя звуки удовольствия:

― Мм...м...

― А если я сделаю так? ― спросил Фёдор и принялся быстрее водить препарат в её пальчик.

― М-м-м... ― ещё громче замычала Люсия. Она выпучила глаза и смотрела только на свой пальчик и на толстую иглу от укола.

― Да, я умею делать больнее, когда мне хочется, ― игриво сказал Фёдор. Неожиданно он начал вынимать иглу из её пальчика, чем очень сильно удивил и Люсию, и Аню тоже. На остальные её пальцы он вводил больше препарата.

― Думаю, хорош на этот пальчик, а-то на большой не хватит, ― сказал Фёдор. Он взял использованный ватный диск и принялся потирать её мизинец. Делал это, не отпуская с рук укол, который был пустой примерно на 1/3.

― Так, а теперь накажем самый маленький пальчик, ― игриво сказал Фёдор и медленно вонзил иглу на её мизинец, принялся давить на поршень укола.

― М-м-м... ― взвыла Люсия, сильно зажмурив глаза. Увидев это, Аня тоже закрыла глаза. Сильно жалела эту Люсию и не могла спокойно наблюдать за происходящим.

― На твой большой пальчик я оставлю побольше, ― сообщил Фёдор, продолжая давить на поршень, ― он же у тебя большой и получить должен больше.

― М-м-м... ― всё также мычала Люсия и два пальчика держала во рту. Фёдор откинул голову назад и посмотрел в её глаза.

― Замечательная девушка, ― с улыбкой сказал Фёдор, ― послушная.

Он медленно вытянул иглу из её мизинца и сразу же сказал:

― А теперь давай сюда большой пальчик.

Люсия мигом подчинилась. Торопливо повернула ладонь и постаралась тыльной стороной большого пальца приложиться к его столу.

― Помогай второй ручкой, ― приказал Фёдор. И только тогда Люсия вытащила свои пальцы изо рта, чтобы удерживать правильно левую руку.

― Вот так вот, молодец, ― довольным голосом похвалил её Фёдор и принялся потирать её большой палец ватным диском. Аня видела, что на его шприце ещё много препарата. Явно много для одного пальчика. Возможно, он хочет, чтобы напоследок ей было особенно больно. Аня затаила дыхание от ужаса.

― Сейчас твоему пальчику станет хорошо, ― игриво сказал Фёдор и вонзил иглу в её пальчик, принялся медленно давить на поршень.

― А... ― тихо простонала Люсия.

― Ты можешь кричать громче, ― неожиданно разрешил Фёдор. Когда он колол в неё укол, одной рукой удерживал шприц, а второй давил на поршень. Он не мог держать её за пальчики, и поэтому было нужно, чтобы она правильно держала руку. Люсия справлялась с этим на отлично, но её лицо уже казалось измученным, из-под глаз проступала влага. Но Аня не могла понять, Люсия плачет или же это пот? Издалека она плохо видела.

― А-а-а... так больно, ― пожаловалась Люсия, жалобно нахмурив брови.

― Я стараюсь, ― насмешливо протянул Фёдор. Он сильнее надавил на поршень, будто желая, чтобы Люсия вскрикнула ещё громче. И она вскрикнула:

― А...

― Больно? ― игриво спросил Фёдор. Конечно, этот вопрос звучал нелепо, ведь она только что сказала, что ей очень больно. Но этим вопросом он явно хотел унизить её ещё сильнее. Как бы говорил: вот я делаю тебе больно, а тебе придётся это терпеть. И спрашивал он с такой интонацией, будто она должна похвалить его за причинение боли.

― А... очень, ― с трудом проговаривая слова, ответила Люсия.

― Наслаждайся, я приберёг это для твоего большого пальчика.

Люсия зажмурила глаза и тихо прокричала:

― А-а-а...

― Да, ― довольным голосом протянул Фёдор. Он продолжал давить на поршень и наслаждался её болезненным стоном. Аня видела, что Фёдор делает Люсии укол, а сам наблюдает за выражением её лица. Ему нравится её боль. Понимать это было жутко.

Люсия корчилась от боли, а Фёдор продолжал давить на поршень. В скором времени весь препарат оказался в ней. И Ане показалось, что она видит припухлости пальчиков Люсии. Холодок пробежался по всему её телу. Аня тяжело вздохнула и оглянулась. Она будто только сейчас поняла, что в классе помимо них ещё есть и другие ученицы. И все они смотрели на то, как Фёдор пытает Люсию.

― Вот и всё, твои пальчики наказаны, ― игриво сказал Фёдор, вынимая иглу из пальчика Люсии.

― Спасибо, господин, ― произнесла Люсия, ― вы должны были меня наказать.

И Аня была в шоке, когда услышала это. "Неужели их учат так говорить? Но зачем? Этот извращенец получает от этого удовольствие?" Последнее казалось наиболее правдоподобным.

― Ты довольна своим наказанием? ― спросил Федор.

― Да, довольна, ― ответила Люсия.

― Тогда ты можешь присаживаться на своё место, и скоро мы начнём урок.

"Дикость какая-то, ― подумала Аня, нахмурив брови, ― зачем она так потакает этому извращенцу?" Но ответ на этот вопрос был очевиден: эту девушку долго и жестоко пытали, чтобы она так отвечала. И теперь она боится не угодить ему. Все здесь боятся его.

Аня уже много раз сожалела о том, что постучалась именно в этот кабинет, но не была уверена, что в других лучше. Если это на самом деле Ад, значит, здесь везде всех пытают. И везде делают это не по справедливости.

Люсия подошла к своей парте и принялась "по правилам" готовиться к уроку. Фёдор показательно похвалил её и восторженно сказал:

― Вот же, как замечательно, когда я вас наказываю. Сразу учитесь всё делать правильно.


## Глава 9. Новые туфельки


Как только прозвенел звонок, Фёдор торжественно хлопнул ладошкой и сказал:

― Всё девочки, на сегодня можете идти.

Ученицы дружно встали и начали собирать рюкзаки. Фёдор подошёл к Ане и улыбнулся.

― Хочешь уже уйти?

― В туалет хочу, ― ответила Аня с хмурым лицом.

― Как надо просить?

― Пожалуйста, отпустите, ― попросила Аня.

― Слышала, как Люсия ко мне обращалась? ― спросил Фёдор, а потом начал игриво дёргать бровями. Аня затаила дыхание, а в её груди сразу же потяжелело. Когда Люсия называла его господином, ей было унизительно вместо неё. И тогда она подумала, что никого никогда не станет так называть, и пусть даже её убьют... только вот не убивают её, а мучают. У Ани дико болел живот, и она уже не была уверена, что не станет звать его господином.

― Что-то не слышу ответа, ― пожаловался Фёдор, прерывая её размышления. Он схватил её за челюсть и заставил повернуть голову на бок.

― А если я правильно попрошу, Вы позволите мне сходить в туалет? ― спросила Аня.

― Конечно, позволю, ― игривым голоском ответил Фёдор. Аня не выдержала его пристальный взгляд и закрыла свои глаза, тяжело выдохнула и заставила себя произнести унизительные слова:

― Разрешите мне выйти, господин.

Потребность сходить в туалет возрастала и возрастала. Аня не могла это терпеть, не хотела... ведь она так давно уже мучается.

― Только глаза открой, когда говоришь, ― шёпотом сказал Фёдор. Он приблизился к её лицу настолько близко, что она ощущала его тёплое дыхание. От волнения её бросило в жар.

― Да, хорошо, ― взволнованно ответила Аня и открыла глаза.

― А теперь повтори, кто я?

― Господин, ― тихо произнесла Аня.

― Чей господин?

Аня посмотрела ему в глаза и затаила дыхание. Когда он так допрашивал и заставлял повторять это вновь и вновь, называть его господином казалось особенно унизительным.

― Зачем Вы это делаете? ― спросила Аня.

― Хочу узнать, кто твой господин, ― игриво сказал Фёдор и начал дёргать бровями.

― Вы мой господин, ― ответила Аня и на этот раз не отводила от него глаза. В какой-то степени она уже чувствовала себя покорённой и понимала, что сопротивляться бесполезно. Не унизиться не получится. Также было с Кириллом, точно также будет и с этим...

― Замечательно, главное, помни об этом, ― игриво сказал Фёдор и стукнул её по носику.

― Вы сказали, что отпустите меня, ― напомнила Аня.

― Конечно, отпущу, терпение!

Фёдор нажал на кнопочку в стене, которая была выше всех других кнопок. А их там было всего три. И тогда её стул начал подниматься.

― Спасибо, я очень хочу в туалет.

― Успеешь! ― весело протянул Фёдор. Аня очень боялась, что он ещё что-нибудь придумает, чтобы её задержать. Ей даже казалось, что он намекает об этом. И ей становилось страшно. Но спорить и жаловаться раньше времени она боялась.

Как только сидение подровнялось и превратилось в стул, Аня начала дёргать руками.

― Вы развяжете меня? ― спросила Аня.

― Конечно, деточка.

Буквально в одно движение он дёрнул за край липучки, и её руки стали свободными. Аня зажала пальчики ног и почувствовала боль, нахмурила брови. Она так давно ходит тесных туфельках... она была уверена, что это не только больно, но ещё и вредно для здоровья.

― Вставай, ― сказал Фёдор. Он схватил её за запястье и начал помогать встать. Это удивило Аню.

― Хорошо, спасибо, ― ответила Аня и боязливо наступила на ноги, скорщила лицо в болезненной гримасе и тихо вскрикнула:

― А...

― Ты что это, в тесной обуви? ― с ухмылкой спросил Фёдор.

― Да, мне отказываются дать другую обувь, ― пискляво пожаловалась Аня.

― Я могу дать, ― неожиданно сказал Фёдор.

― Дайте, пожалуйста, ― быстро сказала Аня и тут же повторила: ― пожалуйста.

― Пожалуйста, господин, ― важно пояснил Фёдор, вытянув указательный палец вверх.

Аня задержала взгляд на его лице, а потом сказала:

― Дайте, пожалуйста, господин.

Неожиданно она осознала, что унизиться не такая большая плата за то, чтобы он дал ей другую обувь.

― Ну, пойдём, дам тебе новую обувь, ― с довольной улыбкой сказал Фёдор и махнул головой подзывающим жестом. Он направился к задним партам, и она последовала за ним. И только в этот момент Аня заметила, что там располагается какая-то дверь.

― А что там за комната? ― спросила Аня.

― Моя комната, ― весело ответил Фёдор.

― В школах обычно не бывает комнат внутри класса.

― Это не обычная школа, ― пояснил Фёдор. В скором времени они добрались до двери. Аня похрамывала, но отставала несильно. И самое ужасно было то, что каждый шаг причинял ей боль. И болели у неё не только ноги, но и попа в местах уколов.

― Проходи первой,― приказал Фёдор. Он открыл дверь в эту комнату и ждал, когда она пройдёт первой. В этот момент у неё в голове промелькнуло: "а вдруг он не просто так меня зовёт в эту комнату?" На самом деле Аня воображала, что помимо ужасных наказаний, её начнут насиловать.

Аня вздрогнула от страха и недоверчиво прошла внутрь. Подумала, что стоило уйти, когда была возможность. А теперь уже назад дороги нет...

― Сейчас, дадим тебе новую обувь,― сказал Фёдор и последовал за ней, вскоре опередил её и подошёл к шкафу. Он стоял в углу и был единственный. Помимо шкафа, в комнате стояла огромная двуспальная кровать, телевизор, журнальный столик и отдельно ― компьютер на специальном столе особой формы. Всё это говорило о том, что это какая-то жилая комната. Возможно, его личная комната. Аню сильнее всего напугала кровать. Она поняла, что если он захочет, запросто может её изнасиловать. И для этого здесь есть все условия.

Фёдор заметил, что она со страхом разглядывает его комнату и спросил:

― На что смотришь?

Аня сразу же опустила голову и посмотрела вниз.

― Нет, ни на что.

― Да, это моя комната. Я здесь живу, ― сообщил Фёдор.

― Вы живёте в школе? ― удивилась Аня. В этот момент она приподняла голову и посмотрела ему в глаза. Было неприлично разговаривать с ним с низко опущенной головой.

― Конечно, мы все живём в школе. Отсюда нет выхода.

― Даже Вам нет выхода? ― с удивлением спросила Аня. Последние слова Фёдора особенно сильно её напугали, ведь она всё ещё надеялась выбраться из этого комара.

― Я здесь работаю. Будешь ходить на занятия, получишь все ответы, ― сказал Фёдор.

Аню успокоило то, что он не стал запирать дверь за собой. Это означало, что он не собирается насиловать её. Но Аня обратила внимание на то, что на двери установлен замок.

― Какой у тебя размер? ― спросил Фёдор, открыв двери шкафа. Аня заметила, что на нижней полке его шкафа сложены белые туфельки. И это было удивительно. По содержимому шкаф Фёдора нисколько не отличался от шкафа Кирилла. Ане показалось это зловещим.

― Вроде, был 37 размер, ― ответила Аня, ― но мне кажется, у меня теперь больше нога...

― Примерь 39, ― предложил Фёдор и шустро вытащил из шкафа белые туфельки на толстой широкой подошве. Они были такие же, какие на ней сейчас, но заметно больше.

― Спасибо, ― сказала Аня и с улыбкой забрала у него туфельки. Потом пригнулась и принялась торопливо расстёгивать ремешок. Когда Аня примерила туфельки, она поняла, что они ей велики. Причём значительно велики. А Фёдор забрал одну туфельку, которая до этого была на её ножке, и посмотрел на подошву.

― Ну, ещё бы они не сжимали, это 35-ый! ― сказал Фёдор.

― 35-ый? ― удивилась Аня и тоже посмотрела на подошву своей туфельки, которая ей была мала. ― Ужас...

― Кирюха любит, когда у девочек маленькие ножки, ― с ухмылкой сказал Фёдор.

― А можно я в больших туфельках пойду? ― спросила Аня и торопливо надела вторые туфельки, которые ей велики. Фёдор посмотрел на неё оценивающим взглядом и сказал:

― Нет, в этих не пойдёшь. Сейчас подберём тебе туфли по размеру.

Он сразу же обернулся к шкафу и вытащил для неё другие туфельки. Они были меньше предыдущих, и Аня уже начала бояться, что они тоже будут сжимать её ножки.

― Примерь эти, ― сказал Фёдор и протянул ей другие туфельки, ― если окажутся малы, дам 38-ые.

Аня забрала туфельки и сразу же посмотрела на подошву. Они были 37-ого размера. Когда Аня примерила их, поняла, что они нигде не жмут и комфортно сидят на её ножках.

― Да, это мой размер, ― с улыбкой сказала Аня.

― Ну, вот и хорошо.

Фёдор принялся убирать лишние туфельки обратно в шкаф. Аня не могла нарадоваться тому, что получила нормальные туфли. Её ножкам сразу же сделалось легче. И будто даже попа стала меньше болеть.

― До конца учебного дня ещё два урока, ― сообщил Фёдор, закрывая двери шкафа, ― до звонка ты должна успеть в класс.

― Я должна буду снова прийти к вам? ― спросила Аня. ― Или в другой класс?

Фёдор добродушно усмехнулся.

― Ну, это уже как захочешь!

― После звонка я могу заходить в любой класс? ― удивилась Аня. ― Тут нет расписания?

― Расписания нет, и, действительно, после звонка ты можешь заходить в любой класс, ― подтвердил Фёдор. Он подошёл к ней почти вплотную, а потом обнял одной рукой и повёл к выходу.

― Это очень странно, ― сказала Аня.

― Это не странно, а правильно, ― важно пояснил Фёдор, ― вы же здесь все взрослые. Вы сами должны оценивать свои знания и посещать те занятия, по которым отстаёте.

Фёдор шёл рядом с ней и смотрел не под ноги, а на её лицо. Аня засмущалась его близости.

― Хотите сказать, что это настоящая школа? ― с удивлением спросила Аня. Она уже перестала в это верить.

― Конечно, настоящая. Ты же видела, как я хорошо преподаю.

Фёдор высказался с гордостью о себе. И это заставило Аню улыбнуться.

― Да, мне понравилось, как Вы преподаёте. Вы хорошо рассказываете, ― сказала Аня. И сейчас она даже не врала. Ей, действительно, понравилось, как он подробно всё объяснял, приводил какие-то примеры относительно темы, что-то велел записать. На уроке он вёл себя, как самый настоящий опытный учитель.

― Если у тебя есть такое желание, ты можешь учиться исключительно у меня, ― с улыбкой предложил Фёдор, а потом начал игриво дёргать бровями. Аню снова бросило в жар. Он не попытался её изнасиловать, чего она сильнее всего боялась, но заигрывал с ней. Аня не знала, как себя правильно вести.

― А так можно? ― спросила Аня, глядя ему в глаза. Сейчас он не казался злым учителем, который всё время хочет делать уколы. Она даже подумала, что уже знает его, и было бы не плохо и в следующий раз прийти к нему. И раз уж он уже наказал её сегодня, возможно, больше не станет этого делать? Ну, хотя бы, сегодня...

― Конечно, можно. Ты можешь вообще не ходить в другие классы, но имей в виду, что в конце месяца вас ожидают экзамены, ― предупредил Фёдор.

― Какие экзамены? ― спросила Аня.

― Относительно пройдённых предметов. И когда я что-то рассказываю и говорю "это важно", это нужно запоминать и записывать.

― Это будет в экзаменах? ― спросила Аня. Они уже прошли в класс и подошли к его учительскому столу. Аня посмотрела в сторону двери, хотела уйти, но ответы на свои вопросы тоже хотела получить.

― Всё верно, это будет на экзаменах.

― А что случится, если я не сдам экзамены? ― спросила Аня. Фёдор посмотрел на неё и натянул губы в неестественную улыбку.

― За три провала тебя отправят на стену позора.

― Что за стена позора? ― спросила Аня.

― Когда выйдешь в коридор, приглядись на общий зал. Там есть стойкая, на которую привязывают наказанных.

― А зачем их привязывают?

Аня уже поняла, что такое наказание будет публичным и максимально унизительным. У неё замерло сердце от ужаса, только стоило представить такое.

― Тех, кто не учится, раздевают до гола и привязывают на стойку. Потом любой может подойти и отшлёпать тебя, ― с ухмылкой объяснил Фёдор.

― Какой ужас, ― с волнением сказала Аня.

― Ты в Аду! ― весело пояснил Фёдор.

― В каком Аду?

Аня нахмурила брови и посмотрела ему в глаза.

― В эротическом, разумеется, ― с ухмылкой ответил Фёдор.

― В эротическом? Меня здесь могут изнасиловать? ― спросила Аня с ужасом.

― Могут, если захотят!

Аня ещё сильнее нахмурила брови и опустила голову. Потом тихо спросила:

― И часто хотят?

― Ну, если понравишься, захотят. Не понравишься, нет.

― Ясно, ― печально протянула Аня, не поднимая головы.

― Я не отвечаю за других и не слежу ни за кем, ― деловито сказал Фёдор, ― но могу обещать, что тебя не трону.

Аня сразу же подняла голову и посмотрела на него. Очень хотела спросить, почему он её не тронет, но не знала, как правильно сформулировать этот вопрос. Как-то стыдилась спрашивать напрямую, ведь это может прозвучать так, будто она этого хочет.

― Для меня секс ― это не способ наказания, ― объяснил Федор, ― и если между людьми происходит близость, это должно быть в удовольствие. Ты согласна со мной?

Аня сразу же улыбнулась и сказала:

― Да, я согласна.

― Иди в туалет, ― посоветовал Фёдор, ― а-то скоро звонок зазвенит, и я тебя никуда не отпущу.

― Тут нельзя выходить во время урока?

― Нельзя, ― быстро ответил Фёдор.

― А если сильно-сильно хочется? ― спросила Аня.

― Терпите либо гадите под себя, а потом получаете по полной программе.

― Ясно, ― протянула Аня и зашагала в сторону двери,― тогда я пойду.

― И не опаздывай к уроку, ― добавил Фёдор.

― А если опоздаю, Вы снова будете меня наказывать? ― спросила Аня. Для неё было важно получить ответ на этот вопрос. Но оборачиваться она не стала, стояла спиной к учителю.

― Накажу, ― ответил Фёдор и тут же оправдался: ― тут так положено, наказание за любое опоздание.

Аня всё же обернулась и посмотрела на учителя, а потом сказала:

― Я боюсь, что в туалете меня задержат.

― Конечно, задержат, ― уверенно сказал Фёдор, ― Кирюха в последнее время совсем разошёлся!

И Ане не нужно было пояснять, что это значит. Она до сих пор чувствовала в желудке дискомфорт оттого, что в неё насильно влили целый литр грязной воды.

― И что мне делать? ― спросила Аня, с надеждой глядя ему в глаза.

― Приходи ко мне, уколы больше делать не буду, ― обещал Фёдор.

― И в каждом кабинете наказывают? ― взволнованно спросила Аня.

― Конечно.

― Ясно...

Аня нахмурила брови, а потом отвернулась и последовала к выходу. Она только-только добралась до лестничной площадки, как друг прозвенел громкий оглушающий звонок.

― Да уж, я уже опоздала к уроку.

Аня заметила, что среди учениц возник некий кипеш. Все побежали в сторону классов. А когда она добралась до серого коридора, который ведёт к туалету, раздал ещё один звонок. И Аня поняла, что в этой школе целых два звонка к уроку. Видимо первый сообщает о том, что все должны пойти в класс, а второй ― уже начало урока. И когда звенит второй, она уже должна стоять за партой в своём классе.


## Глава 10. Открой рот


Аня подошла к двери туалета и затаила дыхание. После всего, что сделал с ней Кирилл, теперь она боялась идти к нему. Но что делать? Выбора другого у неё не было.

Аня набралась смелости и постучалась в закрытую дверь.

― Проходи, ― послышался знакомый голос Кирилла. Аня медленно отворила дверь и прошла внутрь, кинула на него пугливый взгляд.

― Можно мне сходить в туалет? ― спросила Аня.

― Можно, ― с хитрой улыбкой ответил Кирилл. Аня прошла внутрь и закрыла за собой дверь, потом нерешительными медленными гагами направилась к нему. Дверь в туалет располагалась рядом с его столом.

― Пописать хочешь или покакать? ― спросил Кирилл. Аня тяжело вздохнула, не поднимая головы, а потом тихо сказала:

― Покакать.

― Ну, давай, иди, покакай.

― Спасибо, ― сказала Аня и улыбнулась. Она не ожидала, что он так просто разрешит ей сходить в туалет. Думала, что станет придумывать наказания. Помучает, прежде чем разрешит облегчиться.

Аня сразу же ускорила шаги и вскоре скрылась за дверью комнаты. Она прошла в первую попавшую кабинку и порадовалась тому, что горшок оказался пустым. Когда срёшь в горшок поверх мочи, содержимое начинает плескаться. И когда чужая моча попадает в твою попку, это особенно неприятно. Аня всегда думала об этом, выбирая горшок.

Аня присела на корточки перед горшком и с отвращением вытянула пробку из своего ануса. Почти сразу же говно брызнуло из неё и потекло в горшок. Ане было сложно понять, это только её говно или то, чужое, которым он заполнил её анус?

― Какой кошмар... ― тихо проговорила Аня. Она высралась и встала на ноги, посмотрела на содержимое горшка. Оно было разноцветным. И Аня поняла, что более тёмное говно, ― это чужое, а светлое её. Оно смешалось и пахло омерзительно. И что самое ужасное, ― Ане было нечем подтереться. Она оглянулась по сторонам и увидела висящую на стене половую тряпку. Ей ничего другого на ум не приходило, кроме как подтереться этой тряпкой.

― Интересно, мне за это достанется? ― подумала Аня. Но сильнее её удерживало своё собственное отвращение. Половая тряпка была вонючая, серая и немного влажная.

― Но это лучше, чем пойти с грязной жопой, ― решила Аня. Она взяла в руку эту тряпочку, сморщила нос, а потом подвела к попе. Начала медленно подтираться. Она всё время мечтала только об одном, ― как бы поскорее выбраться из этого жуткого места.

Аня подтёрла попу, а потом повесила тряпку обратно на крючок. Когда вышла из кабинки, долго мыла руки хозяйственным мылом, и только после направилась к выходу. Аня подошла к двери и затаила дыхание, не спешила выходить к Кириллу. Она вспомнила, что он говорил ей про наказание за посещение туалета. У неё замерло сердце от волнения, а ноги не хотели идти дальше.

Аня постояла у двери несколько минут, а потом всё же вышла из этого помещения. Кирилл сидел на месте и явно ожидал её.

― Я уже собирался идти за тобой, ― сказал Кирилл, как только её увидел.

― Простите, я не смогла быстро, ― виновато сказала Аня и зашагала вперёд. И раз он не подозвал её к себе, она надеялась проскочить мимо него к выходу.

― Даже не мечтай уйти, не получив своё наказание, ― сказал Кирилл. Аня затаила дыхание и замерла на месте. Она уже успела пройти мимо его стола...

― Можно я пойду? Пожалуйста, ― жалобно попросила Аня.

― Получишь наказание, и пойдёшь.

― Но я не сделала ничего плохого.

― Ну-ка, иди сюда, ― строгим голосом сказал Кирилл. Он развернулся на своём кресле, сел боком и ожидал её. Аня нерешительными, пугливыми шагами направилась к нему.

― Что Вы хотите сделать? ― спросила Аня. Она нахмурила брови, и говорила плаксивым голосом.

― Для начала проверю твою попочку, ― сказал Кирилл и начал игриво шевелить указательным пальчиком, подзывая её к себе. Как только Аня подошла ближе, он деловито добавил: ― сразу становись попочкой ко мне.

Ане было унизительно слушаться, но она боялась возникать. Повернулась спиной к нему и сделала шаг назад, приблизилась к нему почти вплотную. Её волнение возросло, сердце забилось быстрее, а ещё она услышала дыхание Кирилла. Оно было тёплым, возбуждённым.

― Иди сюда, ― зачем-то повторил Кирилл. Он обхватил её обеими руками за талию и притянул ещё ближе к себе, начал поглаживать за бёдра. Аня нахмурила брови и очень хотела запретить ему трогать себя. Боялась.

― Сейчас проверим, всё ли тут на месте, ― игриво сказал Кирилл и принялся спускать с неё трусики.

― Что всё? Вы о чём? ― спросила Аня. Кирилл одной рукой обнял её за бёдра, а второй надавил на спину. Потом требовательно сказал:

― Пригнись.

Он уже спустил её трусики до колен и увидел попку, начал поглаживать.

― Мм, хорошо тебе досталось, ― с ухмылкой сказал Кирилл. Видимо, он понял, что ей сделали укол. Возможно, у неё уже проступил синяк, но проверить это она не имела возможности. Ане было неприятно выслушивать его замечания, но что-либо говорить она не стала. В следующий момент он обеими руками раздвинул её ягодицы.

― Где пробка? ― спросил Кирилл.

― Я её сняла, когда ходила в туалет, ― ответила Аня. Кирилл сразу же разозлился и начал сжимать её попку.

― Ау, что вы делаете? ― пискляво вскрикнула Аня, исказив лицо в болезненной гримасе.

― Разве я разрешал тебе убирать пробку? ― спросил Кирилл. Он продолжал сжимать её попку, а сам смотрел наверх, на её лицо.

― А... но я должна была её снять, вы же разрешили сходить в туалет, ― пискляво напомнила Аня.

― Верно, разрешил.

Он обхватил её за талию обеими руками и принялся давить вниз, заставляя опуститься на колени. И пока он не потребовал этого словами, Аня подчинилась. Кирилл сразу же схватил её за волосы и заставил откинуть голову назад.

― А-а-а.... что вы делаете? ― писклявым голоском спросила Аня.

― Если я что-то вставляю в тебя, я же это и убираю, ― разъяснил Кирилл, угрожающее глядя в её глаза.

― Но я не могла с пробкой покакать, ― пугливо оправдалась Аня.

― Тебя ещё учить, как вести себя? ― грубо спросил Кирилл. Он крепче сжал её волосы, и Аня взвыла ещё громче. От страха зажмурила глаза.

― А... не надо...

― Снимаешь пробку, чтобы покакать, а потом снова её вставляешь, ― разъяснил Кирилл и презрительно оттолкнул её от себя.

― Ладно, я так и сделаю в следующий раз, ― обещала Аня плаксивым голоском. Она уселась на полу и смотрела вниз, ладони тоже приложила к полу.

― Если не сделаешь, сильно пожалеешь, ― пригрозил Кирилл. Он вытянул один из выдвижных ящиков у себя под столом и принялся надевать резиновые медицинские перчатки. Это ещё больше напугало Аню.

― Что Вы делаете? ― спросила Аня и тут же покосила на него взгляд.

― Сейчас буду наказывать тебя, ― деловито ответил Кирилл. Он подправил латекс на пальчике и посмотрел на Аню.

― Как будете наказывать?

Голос Ани сразу же сделался пугливым. Кирилл схватил её за волосы той рукой, которая была без перчатки, и снова заставил откинуть голову назад.

― Ай, не надо, ― пискляво произнесла Аня. Она вынужденно посмотрела ему в глаза и затаила дыхание.

― Если укусишь меня, не скоро отсюда выйдешь, ― пригрозил Кирилл.

― Что Вы задумали? Не надо... ― испуганно произнесла Аня.

― Рот открывай,― приказал Кирилл.

― Пожалуйста, не надо, ― в очередной раз взмолилась Аня. Кириллу это не понравилось, ведь он ожидал немедленного подчинения. Он крепче сжал её волосы и грубо повторил:

― Рот открывай.

Аня закрыла глаза и захныкала:

― Эхе... эхе...

Вскоре она услышала звук открывающегося ящика, но глаза всё равно держала закрытыми.

― Либо ты сейчас же откроешь рот, либо я зову подмогу, и мы заставим это сделать,― пригрозил Кирилл. И Аня испугала. Она открыла рот, а после медленно глаза. Но к тому моменту, когда она открыла глаза, его пальчики в резиновых перчатках уже оказались у неё во рту, а её ноздри уловили омерзительный запах говна, язык ощутил горечь.

― А-а-а... ― протяжно взвыла Аня. Внезапно она осознала, что именно горькое попало в её рот. Это точно говно... что ещё может быть горьким? К тому же запах говна в комнате усиливался.

― Да, распробуй это, ― сказал Кирилл. Он водил пальчики по её языку, поглаживал её небо с разных сторон. В скором времени добрался и до гланды, и маленького язычка, тоже начал измазывать в говне. Аня была в ужасе, хотела отстраниться и закрыть рот, но не могла.

― А-а-а... ― продолжала Аня громко выть, а он всё также активно водил пальчиками по поверхности её рта.

― Думала, что чистенькой останешься? ― с ухмылкой спросил Кирилл.

― Кхе.. кхе... ― закашляла Аня. Он проник пальчиком за её маленький язычок и принялся поглаживать её горло в разных местах. Это вызвало у неё сильный рвотный рефлекс. Она бы не смогла не закашлять, даже если бы попыталась.

― Если блеванёшь, слизнёшь всё до последней капли, ― пригрозил Кирилл. Он подвёл пальчик к середине её ротика и просунул под язычок.

― А... ы... ― в ужасе продолжала Аня выть. Она попыталась дёрнуться, но он сильнее сжал её волосы.

― Даже не пытайся убежать, ― предупредил Кирилл. Наконец, он вытащил пальцы из её ротика и подвёл их к открытому выдвижному ящику. В этот момент он потянулся головой туда. Видимо, хотел разглядеть содержимое. Аню он продолжал держать за волосы левой рукой и потянул за собой.

― А-а-а... ― ещё громче вскрикнула Аня. Её волосы дёрнулись, и кожа головы заболела сильнее прежнего.

― Будешь открывать рот столько, сколько я тебе прикажу, ― грубо сказал Кирилл. Аня увидела, что он взял в руки достаточно большой кусок говна и подносит к её ротику.

― Нет, пожалуйста, ― испуганно взмолилась Аня. Она отпрянула назад, но лишь совсем немного. Кирилл продолжал крепко сжимать её волосы, заставил сильнее откинуть голову назад.

― Решила сопротивляться? ― грубо спросил Кирилл. Во взгляде его проглядывалась угроза и злость. Аня очень испугалась и жалобно повторила:

― Не надо...

― Живо открыла рот.

Он поднёс пальцы ко рту Ани и начал сдавливать её губы. У неё не было выбора. Аня подчинилась и открыла рот, а Кирилл принялся измазывать говном её язык со всех сторон. Прошёлся пальчиками под её губами вдоль дёсен.

― А...ы... ― тихо стонала Аня, с широко открытыми глазами.

― Я хорошенько измажу твой ротик, чтобы больше не осмелилась брезгать, ― жестоко сказал Кирилл. Он продолжал активно водить пальчиками по внутренней поверхности её ротика. Аня ощутила жуткую горечь во рту, часто и взволнованно дышала. И, конечно, она уже не пыталась закрыть рот. Он ведь уже сделал, что хотел, какой смысл теперь сопротивляться? Её рот всё равно не очистится...

Кирилл ещё какое-то время погладил её ротовую полость, а потом довольным голосом сказал:

― Вот так, дорогая, одно наказание ты уже получила.

Он отпустил её волосы, а потом стянул с себя латексные перчатки, вывернув их наизнанку. Он закинул их в тумбочку, которую незамедлительно закрыл.

― А-а-а... ― неистово закричала Аня, крепко сжимая кулачки. Она ощущала толстый слой говна на своём языке, испытывала дикий ужас и омерзение.

― Тебе стало так хорошо, что захотелось закричать? ― с ухмылкой спросил Кирилл.

― А-а-а... ― продолжила Аня кричать.

― Да, милая, покричи, ― игриво разрешил Кирилл. Он скрестил руки на животе и принялся деловито за ней наблюдать. Аня ещё какое-то время кричала, а потом плаксиво захныкала.

― Эхе... эхе...

Она в очередной раз подумала, что попала в жуткое место... и ей нужно найти отсюда выход. Нужно, иначе она сойдёт с ума.


Продолжение можно найти по ссылкам:


https://zelluloza.ru/books/12153-Gryaznye_pytki-Monik_Ti/

https://ridero.ru/books/gryaznye_pytki/