# Крылья над Инсбруком

Роман Винокур

Рассказ участвовал в конкурсе ВНЛ-2021.

Важный инженерный проект был успешно завершён в конце лета, а в сентябре Марк полетел в Австрию для участия в очередном научном конгрессе. Так его наградили за хорошо сделанную работу, не ожидая особой выгоды от этой командировки: опытные бизнесмены снисходительно относились к научным теориям и рассматривали такие поездки как международный туризм за счёт фирмы.

После пересадки во Франкфурте Марк добирался в Инсбрук на сравнительно небольшом самолёте компании "Tirolian". Полёт длился около часа и выглядел, как небесная экскурсия в Альпы: из иллюминатора хорошо просматривались высокие горные вершины, покрытые снегом. Понравились ему и очаровательные золотоволосые стюардессы в красной форменной одежде. Вспомнилась сказка о Златовласке. Казалось, что таких нарядных красавиц в Инсбруке будет много, но местные девушки и молодые женщины выглядели в общей массе не столь впечатляюще и одевались скромно.


- У нас в городе ценятся не те, кто модно одеваются, - объяснила по-английски пожилая австрийка Анна, организовавшая для участников конгресса экскурсию в Альпы, - а хорошие спортсмены. Я с детства привыкла кататься на горных лыжах, и со своим будущим мужем познакомилась на таких соревнованиях. Потом мы стали встречаться и через два года поженились. По его словам, он в меня влюбился сразу, да и мне он очень понравился, но мы решили не торопиться, чтобы проверить наши чувства... А лучше всех в городе катался на лыжах мой дядя Карл, он меня и научил.

В высокогорной деревне экскурсантов угостили шнапсом, который показался Марку очень похожим на хорошую водку. Он задумчиво опрокинул свою чарку, едва закусив бутербродом, и увидел, что на него с восхищённым удивлением смотрит соседка слева по столу, привлекательная женщина-профессор из Китая.

- Как это у вас легко получилось! - улыбнулась она. - В Китае так не делают, у китайцев - слабый иммунитет к алкоголю. Кто выпьет, у того сразу краснеют щёки и нос. Вот как у меня сейчас, а я только слегка пригубила.

Румянец ей шёл. Они уже познакомились раньше, обсуждая доклад её аспиранта. Юноша не справился с волнением и не смог связно изложить свои теоретические выкладки, поэтому пришлось вмешаться его научной руководительнице. Она выглядела настолько молодо, что поначалу Марк принял её за аспирантку и разговаривал несколько снисходительно, хотя и доброжелательно...


- Так пьют русские, - заметила сидящая справа Анна. - Вы, наверное, - из России? И акцент очень похож.

- Я из США, - объяснил Марк, - но до этого долго жил в России, в Москве.

- Мой дядя Карл очень уважал русских, - сказала Анна, - хотя ему пришлось воевать с ними в Кавказских горах. Мы боялись, что он не вернётся живым с той войны, но ему повезло: он был только ранен. Дядя Карл служил в горно-стрелковой дивизии, его взвод оборонял перевал, в нижней части которого засели упорные и обозлённые русские. Однажды их штурм был особенно опасным. Русские применили миномёты и огнемёты, а один из них (наверное, хороший альпинист) взобрался на вершину ущелья и сбросил оттуда несколько гранат. Многие горные стрелки были ранены и убиты, поэтому их взводу пришлось скрытно оставить перевал и отойти. Дядя Карл был тогда тяжело ранен и потом освобождён от дальнейшей службы в армии...

О весьма похожем бое за перевал Марку рассказывал его отец, воевавший на Северном Кавказе в 1942 году. *)

Совпадали все названные детали, но Марк дипломатично промолчал, чтобы не выглядеть сыном человека, чуть не убившего дядю Карла на войне.

- Вернувшись домой, - продолжила Анна, - дядя Карл признал, что с русскими воевать не надо было и что об этом уже давно предупреждал Бисмарк. Слава Богу, он не стал инвалидом, но уже никогда не смог кататься на горных лыжах так же хорошо, как раньше. Его приняли на работу в полицию по рекомендации уже служивших там друзей, тоже ветеранов. В конце войны над Инсбруком показались американские бомбардировщики. Далёкая прежде война пришла к нам уже не в виде похоронок и вернувшихся с фронта калек, а с рычанием летающих монстров, несущих смерть всем горожанам. Мне было тогда восемь лет, и я очень испугалась. Дядя Карл приказал нам спрятаться в подвале, а сам поспешил исполнять свой долг, загоняя в укрытия другие семьи и организуя пожарных. Мы ожидали худшего, но почти все бомбы взорвались в горах, а на город были сброшены тысячи листовок с требованием немедленной капитуляции. На следующее утро дядя Карл и его друзья арестовали и посадили в тюрьму нацистскую администрацию города. Новый бургомистр (из ветеранов) обратился к жителям с просьбой вывесить белые флаги над каждым домом. Война для нас закончилась, и, дай Бог, больше никогда не повторится. Очень хочется в это верить. К нам в город часто приезжают из других стран, и все они - хорошие люди...


О том, что тогда произошло, Марк уже частично знал от своего первого американского нанимателя, профессионального механического инженера и владельца трёх заводов, выпускавших вентиляторы. Во время войны Оскар служил борт-инженером на 'летающей крепости', Воинге В-17.

- Это было трудное время, парень, - рассказал он однажды во время совместной командировки на завод в Техасе. - Мы бомбили немецкие города и заводы, выполняя приказ. Они палили в нас из зениток, а их Мессершмидты сбили немало моих товарищей. Ещё вечером мы говорили о девушках и младших братьях за ужином, а ночью я видел, как падали их горящие самолёты, иногда рассыпаясь на части в воздухе. Крыльев немцам хватало почти до самого конца войны, но когда мы полетели на Инсбрук, всего лишь несколько зениток бессильно прощёлкали снизу, как будто салютуя. Город под нами был красив и беззащитен. Мы сбросили бомбы в горах в качестве предупреждения, а над жилыми кварталами рассеяли листовки с ультиматумом. Когда мы прилетели на следующий день, на красных крышах всех домов развевались белые флаги, а горожане махали снизу руками, приветствуя нас.

- Эта бескровная победа, - помолчав, добавил Оскар, - понравилась всему экипажу. Мы устали от войны и смертей. Потом я вернулся домой и сдал экзамен на профессионального инженера, чтобы заменить отца в нашем семейном бизнесе. Это был завод, производивший оперение для бомб. После войны заказы от правительства сильно сократились, и пришлось уволить часть рабочих. Но я уже знал, что и как делать. Мы разработали новые модели вентиляторов и освоили их массовый выпуск. Почти та же аэродинамика, но в мирных целях. Я вернул всех старых рабочих и дал работу новым.

- Уже полвека в этом деле, порой тянет на покой, но не хочу подводить людей! - однажды признался он. - Многим из них будет нелегко найти новую работу, а мои сын и дочери вряд ли так же успешно справятся с бизнесом. Koнкуренция - жёсткая: китайцы завалили рынок дешёвой продукцией. Приходится снижать цены, но сохраняя лучшее качество. Пока удаётся. Здесь я надеюсь и на тебя. Ведь все инженеры из бывшего Советского Союза, которых я знал, умели работать по-настоящему.


Инсбрук был расположен в котловине, окружённой горами, а через центр города протекала достаточно широкая река Инн. Марку понравились чистые и уютные улицы, мосты (кстати, Инсбрук в переводе - мост через Инн) и вежливые прохожие, многие из которых могли изъясняться на английском языке.

Местные коллеги посоветовали ему посетить Музей Колоколов, что Марк с интересом и сделал. Теорией колокольного звона он интересовался давно и поэтому знал, почему звонят или не звонят колокола. Музей ему понравился. Там оказалось не только много самых разных колоколов, но и были наглядно показаны особенности их звучания и технология изготовления. Милая девушка-экскурсовод рассказала, что в старину люди верили, что колокола обладают чудодейственной силой, а некоторые считали их живыми существами. Например, в России один колокол, призвавший горожан к восстанию против правительства, был наказан как преступник: ему оторвали 'язык' и 'ухо' и прилюдно выпороли двенадцать раз плетью. При этом она была убеждена, что колокол пострадал невинно.

Эту историю (о трагической гибели царевича Димитрия, взбунтовавшемся городе Угличе и последующем наказании мятежников) Марк знал хорошо и рассказал после экскурсии по её просьбе. Конечно, он не смог точно перевести на английский язык прекрасную поэтическую версию Натальи Кончаловской: '... Шлёт отряды Годунов усмирять бунтовщиков... И с поникшими плечами шли к Тобольску угличане, шли в тайгу, страну снегов, с тёплых волжских берегов. С ними колокол опальный в этот долгий путь печальный по снегам отправлен был...' Однако девушке всё равно понравился его пересказ. Она решила, что больше прочтёт об этом интересном историческом событии и использует в своей работе...


Когда Марк снова летел над Альпами, направляясь домой, он думал о том, насколько тесен и прекрасен мир и как похожи люди разных стран, несмотря на то, что их разделяют расстояния, границы и языки. Когда-то, будучи студентом, Марк специализировался в физике высоких энергий, причём не только теоретически, но и экспериментально. Среди его наставников были те, кто создавали первую советскую атомную бомбу, но потом сосредоточились на мирном использовании физики вообще и атомной энергии в частности. Помимо науки, Марк увлекался поэзией и сам иногда писал стихи. Вот и сейчас в его воображении вдруг возникли красивые и тревожные, как колокольный звон, строки:


Мечтает о счастье любой человек,

Но призрачны райские кущи:

Закончится вдруг термоядерный век,

И каменный станет грядущим.


Впрочем, в глубине души он всегда верил, что такое никогда не случится, поэтому вскоре переключился на мысли о встрече с семьёй и новых инженерных проектах.


****************************************************************************************************************************

*) В моём стихотворном пересказе:

'В горах так близко до небес...'