# poeme d'amour

Вера Шеффер

Даже если сердце обожжено, оно ещё может цвести.

Весенние сумерки - время для падших ангелов.


В весенних сумерках


мы уйдём с тобой бродить, взявшись за руки:


свободные, словно дети.


По бульварам, ещё помнящим,


следы ног давно умерших любовников,


по мостовым ещё слышащим


эхо ушедшей любви.


Вечер полнится плеском воды,


криками чаек и запахом шоколада.


В складках моего платья


попрятались ночные ветерки.


Ты говоришь что не понимаешь,


как сумерки могут пахнуть шоколадом.


А я знаю, что за отворотом твоей рубашки


спрятался запах вина и ночных фиалок,


и ответ дрожит на кончике языка.


Где падшие ангелы прячут свои крылья?


Под твоей рубашкой свежей, но неглаженой,


под пальто,


небрежно на плечи накинутом,


твои лопатки саднят от ран.


Ты говоришь, что Истина больше ничего для тебя не значит -


ну так я солгу для тебя.


Я скажу, что ничего нет,


чтобы стать для тебя всем.


Я знаю, ты не хочешь больше друзей,


и нет ничего, чего хотело бы обожженное сердце.


Ну так я и не друг.


Подойди ко мне.


Здесь, на ступенях у городской реки,


где волны городского прибоя


лижут нашу обувь, израненную камнями*,


я поцелуями смою с тебя бремя


"чужих" ласк.


Больше не надо слёз.


Я заставлю тебя


- заставлю! -


забыть их всех -


тех, которых искал глазами в чужой толпе.


Прошлое ничего не значит


перед величием Времени.


Подойди ко мне.


В моих глазах протекает речная вода.


Ты знаешь,


вода имеет свойство уносить боль.


Твои губы - несочинённая поэзия.


Я - поэма, которую ты не читал.


Ты говоришь, что больше не доверяешь словам,


ну тогда я - отсутствие слов.


Твои волосы спутал ветер -


теперь я могу прикоснуться к ним.


Я прикасаюсь,


я прикасаюсь.


Мы спрячем нашу весну


под крыльями ангельских статуй в городских парках,


ещё помнящих


строки давно уничтоженных любовных писем.


А позже,


на ложе, утренним весенним солнцем согретом,


мы будем одеты в бархат, любовь моя,


мы будем одеты в бархат,


и Поэзия, заново сочиненная


после ночных приливов и бурь,


будет омывать тишину наших тел.


Где падшие ангелы прячут свои крылья?


Медленно, сантиметр за сантиметром открывая,


пространство твоего тела


- mia terra incognita, мой потерянный рай -


я ясно вижу:


твои лопатки ещё саднят


от заживающих ран.


Не надо стыда.


Пускай боги смеются над нами -


они всегда смеются.


Со всхлипом любви,


с вишнёво-красных губ срывая окрик дрожащий,


я прикасаюсь,


я прикасаюсь,


я прикасаюсь


******


Прим.:


И окруженный фантастичными тенями,


На обуви моей, израненной камнями,


Как струны лиры, я натягивал шнурки.


(c) Артюр Рембо


Où, rimant au milieu des ombres fantastiques,


Comme des lyres, je tirais les élastiques


De mes souliers blessés, un pied près de mon coeur !