Сиверцев Павел : другие произведения.

Перед Крахом или Путевые Заметки

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Путевые заметки 1989-1990 гг. референта ПЕРЕВОДА Павла Сиверцева - это олириченная попытка понять "Почему ТАК получилось?", - как могла в одночасье рухнуть империя с таким прельстительным набором "морковок-на-удочке" (социализм, коммунизм, демократия, свобода, равенство, социальная справедливость и - Зияющие Вершины)?! - Неужели 19 млн членов правящей (!) партии и 300 млн совков догадались, что главный принцип коммунизма - "работать по способности, получать по потребности" - туфта и липа?! Сборник предназначен для любителей поэзии, для изучающих человековедение, историю Родины, проблемы "любви".


П. СИВЕРЦЕВ

ПЕРЕД КРАХОМ, или ПУТЕВЫЕ ЗАМЕТКИ.

1989 - 1990 гг.

  

От автора

   Я путешествую по времени,
   Оно трагично и смешно.
   В кухонных и научных терминах
   Ума и смысла лишено.
   Нам ложь и глупость - руль и двигатель.
   Куда, зачем стремимся мы?
   И на воде кривыми вилами
   Маршрут от "печки" до Стены.
   Путевые заметки этого Путешествия-во-Времени я предлагаю читателю. Оглянемся, как же всё это - То, что Произошло с нами - получилось? Почему все "наилучшие-и-наиблагороднейшие" (на словах) начинания кончались на деле крахом? И почему снова и снова "зреют гроздья народного гнева"? Когда это кончится, и чем?!
  
   Всегда было, что что-нибудь да было... , но всегда ли будет, чтобы что-нибудь да будет?

Что-тобудет...

   Я жду, когда прихлопнут гласность.
   Газеты будем нечитать.
   Молчать красноречиво-страстно.
   И громко - про себя - кричать.
   Я жду, когда фонтан свободы
   Заткнут. И будем неболтать.
   Молчать, как Новгорода своды.
   Шипеть: "на троне сволота..."
   Я жду...
   Когда наступит вечер -
   Заката
   Черные
   Огни -
   В последний раз наденут плечи
   Накидку "были эти дни"...
  

-""-

  
   Мы умеем всем гордиться:
   Испоганенной водицей,
   И затурканной вдовицей,
   И прибитой молодицей,
   Разорённою станицей,
   Развращённою столицей,
   Что забыли как креститься,
   Что умеем (!) вдрызг упиться,
   Что не смеем шевелиться...
   - Ах, как любим мы гордиться!
  
  
   Вечное: - Почему?
   Ты - прекрасна.
   Вся твоя повадка -
   Русский Венус: сытость и покой.
   Для приманки есть одна загадка,
   Прикрываешь ты её рукой...
  
   Ты - прекрасен.
   Все твои повадки -
   Мужика, охотника, бойца.
   На уме (в душе) - одни загадки
   Украшают мужа и отца.
  
   Отчего же вместе - некрасивы?
   Нос разбит, заплаканы глаза,
   Расцарапан лоб, и - гули-сливы -
   Синяки... как будто кто "разА"...
   Почему не видите друг друга?
   Не поймёте: другу вы - судьба?
   Почему висит над вами ругань?
   Чтобы - преждевременно - "дуба"?!
  
  
   Из газет
  
   "От жалости, от обиды
   Разрывается сердце:
   Ни колбас, ни сыров, ни рыбы
   Мои не видели
   Дети и внуки.
   Да и сейчас не видят.
   Сразу даже не верится,
   Что в конце Двадцатого века,
   Когда творческие силы -
   Разум, воля и труд человека
   Создали, казалось бы,
   Общество Права-и-Изобилия,
   Мы всё ещё где-то,
   Ой, где-то...
   На задворках топчемся.
   Семьдесят лет строили, строили,
   И всё еще продолжаем
   Строить
   Какое-то Новое Общество", -
   Громче и чаще эти вопли
   Раздаются в чаще
   - толпы, очередей, автобусов
   и на вокзалах,
   на страницах газет и журналов.
   "Разве, - говорят, - вам времени было мало:
   Столько времени по указке невежд и обманщиков
   "Двигаться" неизвестно куда и зачем?"
   ... Слушать такое - страшно нам.
   Мы к таким разговорам непривычны.
   Не решаемся повторять:
   А вдруг скомандуют -
   - мы привыкли к командам,
   у нас начальники - "умный",
   прочие - "дурак", -
   "По кОням!".
   - Снова: "По кОням!"
   И снова начнут строить
   Мелкими (да и крупными) человечками,
   Словно бессловесными,
   Какие мы и есть на самом деле -
   овечками.
   Дрожим, читаем, спотыкаемся
   На каждом - буквально - слове.
   ... - а вдруг... Ведь и конь спотыкается...
   ... - а вдруг она лопнет - Воля...
  
   -""-
  
   Глупым я был. Чрезвычайно глупым.
   Всего, что отпущено мне, не ценил.
   Носом вертел и соплями хлюпал.
   Кучи бумаги, потоки чернил...
  
   Всё это - чушь. Чепуха и мусор.
   Ценность - умение "жить-для-себя".
   Смело идти эгоизма курсом,
   Прихотью сердце своё веселя.
  
   Ну-т-к, а сегодня: стал я умнее?
   Как бы не так... я по-прежнему глуп.
   Не приобрёл я счастья-уменья
   Быть главначпупсом в своём углу.
  
   Куча бумаг. Стихи и поэмы.
   Потоки чернил. И всё - для других.
   И что же себе? - Вопросы, проблемы...
   Некто в Венце идёт из пурги...
  
   -""-
  
   ни бог,
   ни цезарь,
   и даже ни герой...
  
   Боль и пламень обжигают
   Сердце тихого певца.
   Струны-нервы не рыдают,
   Истрепались до конца.
   Бог и царь нас не услышит,
   И герои не в удел...
   А вчера над нашей крышей
   Тихий ангел пролетел.
  
   Исповедь совка
  
   Я не знаю, что такое совесть.
   Я не знаю, что такое стыд.
   Я об этом думаю с тоскою:
   Неужели совесть не простит?
   Неужели стыд мне щёки не окрасит?
   Так и буду - навсегда и впредь -
   Ковылять по жизни - битой трассе,
   Не желая под ноги смотреть?!
   Научите совестью кичиться,
   Со стыдом как перейти на "ты"?
   Чтобы быть свободным, словно птица,
   От стыда и совести святых...
   Научите думать не с тоскою,
   Что опять запачканы листы...
   Я не знаю, что такое совесть,
   Я не знаю, что такое стыд.
  
   -""-
  
   Экстремисты кучкуются слева.
   Экстремисты кучкуются справа.
   Вавилонская башня из мела.
   Вавилонская башня из вара.
  
   -""-
  
   Из газет
  
   "Не выпускать евреев из России!" -
   Постановили "Память" и "Единство". -
   "Мы
   им
   досИ
   "иуду" не простили!
   Мы припасли хорошева гостинца!"...
  
   И вдруг уедут... Это же - конфуз.
   Без "дела" остаются патриоты.
   Так далеки теперь и немец и француз...
   И даже на манси не надо квоты...
  
   "Ну, что ж... мы вцепимся тогда
   Друг другу в холки, поневоле.
   Об этом ли мечтали
   мы
   года,
   Прошедшие в подсталинской неволе?"
  
   -""-
  
   Ныне во сне приходил
   А. Вертинский.
  
   Жаждут прихода Всевышнего
   Все, кто обижен и сир.
   Счастья не видим мы лишнего
   Ни в облацех, ни в грязи.
  
   Боже, прими упование:
   Кто их ещё приютит!
   Верим.
   А ты не обманывай.
   И "под ответ" не крути
  
   -""-
  
   Когда кувыркаются боги,
   Слетая
   С пьедесталов,
   Мир подводит итоги:
   Плохое настало...
   Мир закатывает глаза,
   Удивляясь себе,
   И ноя:
   Да разве ж я против? Я - за.
   И всё остальное.
   Больное...
   Не верит миру никто в этом мире:
   Брешет,
   Собака.
   Разуверился в очередном командире -
   С ног до головы
   Обкакал.
   А надо бы по-хорошему:
   Парламентское - "иди ты на х..."
   Такое вот духовно-идейное богатство-крошево.
   Никшни.
   Не ахай.
   А то, ка-ак ахну в тебя - ИТОГИ!
   Плохое время настало.
   Слетают с пьедесталов
   Очередные ложные боги.
   А - жалко.
  
   -""-
  
   Ступени к Будущему
   по Чернышевскому
  
   Сначала: кушали отдельно.
   Отдельно пили, ели, спали.
   А вот работали - артельно.
   Всеобщно.
   Словно мы украли
   и завладели сообща.
  
   Потом: все вместе на работу,
   Одновременно все - к столу.
   Никто не меньше - равнопотно!
   Но и не больше: ишь, скакун,
   побольше хочет взять борща
  
   И, наконец, всё стало общим:
   Гастритик лопает бурду,
   Что и дистрофику не проще,
   И диабетик как в чаду...
   И никому нельзя прощать
   Тарелку лишнего борь-ща.
   Бить будем тоже сообща.
  
   -""-
  
   Печаль. Привычная печаль.
   Мир вызывает страх и жалость.
   Сосна и солнце - лишь Свеча.
   И сердце снова жалью сжало...
  
   Печаль. Обычная печаль.
   Все вызывают злость и жалость:
   Читаешь с каждого чела
   Тоску-заботу, но не шалость...
  
   Давно покинула людей
   Беспечность -
   Голубая Роза.
   Судьба! Так быстро не скудей,
   Швырни пригоршню сладкой прозы.
  
   Нельзя судье судить людей...
  
   Должно быть больно сознавать
   Свою никчёмность.
   Что наработал - все свершенья -
   та-а-кие пустяки...
   Не оправдать себя масштабами.
   Системой.
   Всё не с руки.
   Вот, право слово, не с руки.
  
   -""-
  
   Должно быть страшно сознавать
   Свою ненужность.
   Такое маленькое
   мелкое
   дрянцо.
   Ты поминутно и стремглав
   Приходишь в ужас.
   И так же скоро пьёшь фиал надежды:
   - Нужен-с!
   Винцо. Но слабое винцо.
  
   Должно быть жутко сознавать.
   А что - неважно.
   Любое осознанье порождает скорбь.
   ... Мои стихи! -
   Мембрана, щит бумажный.
  
  
   -""-
  
  
   Чем себя утешить, сердце успокоить?
   Разве старой сказкой, новою обновой?..
   Может сервелатом или ананасом
   Со стола начальства и лихих торговцев?
  
   На прилавках - пусто,
   Под прилавком - гадко...
   Трудятся заводы,
   А плодов не видно.
   На полях бескрайних
   Тракторов - бессчётно...
   Где уж там "сто тысяч" -
   И "коммуна будет",
   Как сулил нам Ленин.
   Эвон, миллионы,
   А коммуна - там же...
  
   И всё меньше проку, хуже - туже, гаже.
   - Это пресса наша выставляет в саже
   наши достиженья, подвиги, успехи -
   нет на них "жванецких"! - Утопили б в смехе
   как котят ненужных!
   ...хуже, хуже, хуже...
  
   -""-
  
   Попробуйте рассыпаться каскадом метафор.
   Попробуйте, я посмотрю: получится конфуз -
   Несладкий псевдосахар.
   Не издеваюсь я и не острю,
   Но только констати-
   ру-
   ю:
   Поэзия! А-уу!..
   Ты обратилась в пуб-ли-ци-сти-ку.
   Ку-ку.
   Ку-ку.
   Ку-ку, ку-ку, ку-ку.
  
   -""-
  
   Неужели настанет время...
   Неужели наступит день:
   Каждый стих - гуттаперчевый кремень,
   Каждый - радостный писк детей.
   Будут снова читать о звёздах,
   О прибое и одуванчиках.
   Каждый стих - в оазисе отдых,
   Каждый - словно победа в "альчиках".
   О, боюсь, что всё это - в прошлом.
   Ой, боюсь, побеждает "рок-музыка".
   Ой, давно уже жребий брошен,
   И отправлена к чёрту кузовом
   Вся поэзия - писк на лужайке.
   Все оазисы, равно и альчики...
   Каждый стих - в гимнастёрке, не в майке.
   Каждый: - Ну чего, ну чего вы плачете?
  
   -""-
  
   ...эти жалкие бумажки,
   Этот мусор барахляный,
   Этот сор мы оставляем
   В:
   - назидание потомкам?
   - украшение квартиры?
   - сотрясение Вселенной?
   - потребленье и на пользу?
   - заполненье некой Ниши?
   Величайшие...
   Тпру! Стой-ка:
   Это кто тут "величайший"?
   Ну, а кто его побольше?
   Кто - поменьше?
   Кто - пигмеем по сравненью
   с Величайшим?
   Величайшие поэты
   Даже в юности беспечной
   Распрекрасно понимали,
   Сколь они ничтожно мАлы и малЫ.
  
   МалЫ? Ничтожны?
   Ну-т-ко, стой-кось, разберёмся...
   И так далее.
   Понятно, что
   в объятиях сомнений
   Ни одно простое слово
   Не позволит утвержденья.
   Отчего же вновь и снова
   Мы бросаемся к перу.
   Отчего перо - к чернилам,
   А чернила - на бумагу?
   Так и просятся слова...
   Умножаем хлама груды,
   Размножаем разный мусор...
   Эка, глянь, планету скоро
   Превратим в большую Свалку,
   Где ногой ступить по лугу,
   По зелёному раздолью,
   По траве волшебно-свежей,
   По тропе в толпе ромашек,
   Подорожников и мяты
   Скоро будет невозможно.
  
   О, как горько, как тревожно!
   Не умея дать рецепта,
   Я слезами обливаюсь
   И ломаю тщетно руки -
   ЧТО
   пытаюсь удержать?...
  

-""-

  
   Я чувствую свою вину,
   Когда в глазах прохожих вижу
   Ожесточенную войну
   Добра и зла полкОв и книжек.
  
   Я чувствую свою вину,
   Когда гляжу в глаза прохожих,
   За лицемерья тишину,
   За жизнь, что с жизнью и не схожа.
  
   Я чувствую свою вину
   За искалеченную совесть,
   За невозможность улизнуть
   В "нас утешающую" повесть.
  
   Я чувствую свою вину
   За коррупантовы барьеры,
   Что развалили всю страну
   Во имя призрачной карьеры...
  
   Я чувствую свою вину...
  
   -""-
  
   Я искренне завидую весёлым.
   Смеясь, бегу за смехом по пятам.
   Как только выбегаю на просёлок,
   Я тотчас вижу: ой, не то, не там...
  
   Я искренне завидую богатым.
   Над бедностью завис пароль во ржи.
   А где-то есть топазы и агаты,
   А мне бы только как-нибудь прожить.
  
   Я искренне завидую счастливым.
   Бывает же!
   - Вот это поворот!
   Мечтаю: мне бы так бы улестили б...
   Не надо было б ни сарказмов, ни острот.
  
   О, как бы я хотел: всегда - весёлый!
   О, как бы я хотел: всегда - богатый!
   О, как бы я хотел: всегда - счастливый...
   Кто мне судьбу такую подберёт...
   Кто сделает такие мне затраты...
   Кто веселится сразу от отёла...
  
   -""-
  
   Бесполезно ругаться и спорить,
   Говорить "как же так", "боже мой",
   Заходиться радостью в ссоре,
   И от гнева - в досаде пустой.
  
   Ничему некого не научит
   Опыт прожитых кем-то тревог.
   Фаэтону бы - опытный кучер.
   Вообще не ходить за порог.
  
   -""-
  
   Непрочные нити
   Нас держат на поле,
   Которое жизнью зовём.
   Нам хочется выйти
   Побегать
   на воле,
   А поле... - и так перейдём.
   Непрочные нити
   Нас вяжут друг к другу,
   Мы это любовью зовём.
   И хочется выпить
   Весь кубок по кругу,
   А поле... - и так перейдём.
   Пугали: по жизни
   Пройти - не по полю.
   Мол, как это трудно - пройти...
   Нужны пропуска и товарные визы,
   И надобно сковывать вольную волю,
   И нету же, нету пути
   Тому, кто захочет - вдвоём...
   А поле... - и так перейдём.
  
   -""-
  
   Что ещё держит меня над водой
   И не даёт захлебнуться?
   Право общаться с твоей красотой,
   Муза Искусства.
  
   Что поощряет продолжить бега
   По надоевшему кругу? -
   Счастье сказаться через века
   Вечному Другу.
  
   Если ж отнимут Музу и Друга,
   Нам остаются Пиво и Ругань.
  
   -""-
  
   Только тот, кто обижен судьбой,
   Позволяет себе Пониманье.
   Остальные - дубое дубьё -
   Люди, разве что только названьем.
  
   Только тот, кто судьбою учён,
   Поднимается до Состраданья.
   Остальные - тупое тупьё -
   Люди, разве что только названьем.
  
   - Ты считаешь себя, что - поэт.
   Но "поэта" в тебе лишь названье.
   Ведь в стихах твоих этого нет -
   Состраданья и Пониманья.
  
   -""-
  
   Счастливым быть, и этого не знать -
   Удел наивных, юных и влюбленных.
   Не радоваться пляске голубых, зелёных,
   При углубленьи в истину - зевать,
   И на полёты духа - без вниманья -
   Так просто!
   Подожди, и ты поймёшь,
   Что истина сегодня - это ложь
   Вчерашняя...
   Что толку в этом знанье?
  
   -""-
  
   У нас был хитрый Ферапонт.
   Просил послать его на фронт.
   Сообразил, хоть и малец,
   Что там сподбит его венец:
   Вернётся - грудь его в крестах,
   Тогда забудет липкий страх
   Перед начальством.
   Сей просчёт
   Наш Ферапонт уж не прочтёт...
  
   -""-
  
   ...и снова карабкаться вверх по уступам,
   ногти ломать и кровавить колени,
   цепляясь за каждую кочку и кустик,
   сквозь заросли глупости, страха и лени...
  
   О, Род мой!
   О, бедные люди земные...
   Ничто вас не учит,
   никто вам не пастырь.
   И в прошлом, и в будущем - присно и ныне
   Над вами невежество, жадность и распри.
  
   -""-
  
   Ученье - свет.
   Но какой же он горький...
  

II. Это было, было, было

   -""-
  
   насилие - повивальная бабка
   Маркс.
  
   Ничто не ново под луной,
   Пора бы знать.
   И если кто-то ноет вновь -
   Знать лезет в нову знать.
   Насилье - в бабки записали.
   С какой бы стати?
   Чтоб оправдать резню восстаний
   В честь Новой Знати?
   Подъявший меч, мечём погибнет.
   Пора бы знать.
   Призывы, лозунги и гимны -
   - пора признать -
   Не заменяют
   Истины и Знанья,
   Но только сотрясают мирозданье,
   И ложным призывам - нет оправданья.
  
   -""-
  
   Расстрел Романовых со слугами - официальное объявление правового беспредела в молодой советской республике 17 июня 1918 года - официально объявили...
  
   Как понимать этот "приговор" дикий,
   Что до сих пор над притихшей Россией?
   Боткина, фрейлин, повара свиты
   Вместе с царём? - За царя? - Не простили?
   Что не простили врачу? Курс леченья?
   Многие знанья? Премногие лЕта?
   Знак эскулапа? Его изреченья?
   И гиппократово "смертности - вето!" - ?
   Что не простили прислуге - служенье?
   Чистые простыни? Свежие платья?
   Факта - орбитного трону служенья?
   Или защиты кисейные латы?
   Что не простили лейб-повару? Супа?
   Рябчиков? Трюфелей? Или рагу?
   То, что в столовую шастал без стука
   И на компоты пускал курагу?
   ...Даже французы казнили Капета,
   Не обвиняя служанок, лакеев
   В чем-то виновными вместе за Это,
   Нерасшифрованное ...Околеет...
   Как понимать этот приговор страшный?
   Вот он висит над поникшей Россией.
   Если бессудно казнён Самый Старший, -
   Младшим - дрожать. Чтобы вмиг не скосили.
  
  
  
  
   -""-
  
   Пусть сильнее грянет буря.
   Горький
  
   Вот - исполнилось желанье:
   В дикой злобе на устои
   Навалились хулиганы -
   Анархисты и матросы,
   Бесполезные трещётки -
   Стаи лживых краснобаев.
   И рассыпались опоры,
   Покачнулся сам фундамент -
   Частной собственности правда,
   Вытесняемая бредом
   Коммунального владенья.
   Безудержною лавиной
   Покатились по равнинам
   Орды пингвинов и чаек,
   Альбатросов, свиристелок,
   Неоглядно обнаглевших
   И умеющих лишь грабить.
   "Грабь!" - стоит над бывшей Русью.
   Клич известный и приятный.
   Он не требует раздумий,
   Моментально нам понятный.
   "Грабь!" - и счастье тем добудешь! -
   Повторяют многократно
   Те, кто в кожаные куртки
   Спрятал тощенькие души,
   Истомленные изгнаньем.
   Прискакал и Буревестник.
   Поначалу восторгнулся,
   А затем, как огляделся,
   Провалился в Новый Ужас:
   - Ой, об этом ли мечталось?
   - Ой, да разве ж Это - Буря?
   Своевременные мысли,
   Стали вдруг не современны...
   - Буря, буря. - Отвечают. -
   Просто ты отстал от жизни,
   В гимназистика играешь,
   Хочешь с чистыми руками
   Посреди дерьма остаться,
   Чистеньким опять считаться.
   Ты ведь сам мечтал о буре.
   Получай её сполна.
   - Стонет, мечется пред бурей
   Бывший "гордый и свободный".
   Он и за руки хватает
   (Палачей и прочих,"к буре"
   пристающих по дороге),
   И лепечет: "что ж такое..."
   И клянётся, что
   Не скроют
   Тучи
   Солнца!
   Нет, не скроют!
   Между тем, давно закрыли
   Тучи
   солнце тех мечтаний,
   Что когда-то помогали
   Дуракам-интеллигентам
   Кликать сдуру
   Шторм и бурю...
   - Ничего не помогает!
   Муть и мусор дна морского
   По поверхности несутся
   (Значит: кто-то их сподобил?
   Значит, это было нужно?)
   - Мы таперя всех дороже,
   Всех умнее и прекрасней!
   Ты нас, глупый, к жизни вызвал,
   Нам вручил и кнут и стрелы
   Самых чёрных метких молний!
   Мы теперь и меч и щит
   Для тебя, наш буревестник!
   Отойди теперь в сторонку,
   Не мешайся под ногами
   Ты, ненужный нам попутчик.
   Сами!
   Сами!
   Сами!
   Сами!
   Мы сумеем остальное...
   Доразрушить. А затем...
   Затем - посмотрим.
   Упоенье битвой жизни
   Нам "пондравилось".
   Продолжим-с.
   А потом... Потом - посмотрим-с...
  
   -""-
  
   Империя умерла в зловонии.
   Революция утонула в крови и грязи.
   Г. Федоров
  
   Ка-а-кие были идеалы:
   Все расцветают, всё - цветёт.
   А дело было лишь за малым -
   Лишь бы поверил идиот
   И в Даль поплёлся. По указке
   Того, Кто Знает Наперёд
   Во что поверить - в мифы, в сказки -
   Согласен славный наш народ
   "Вот этого народ не примет.
   А это - то, что по нему.
   "Народ-т" не хочет, чтобы - в гриме.
   Без маски встречу - прокляну!
   И так, и далее всё так же:
   Быстрей!
   И - дальше...
   дальше...дальше...
  
   -""-
  
   от литургии - к работе, от
   безопасности - к ответственности,
   от монополии - к конкуренции, от должности - к человеку...
   Л. Гозман, А. Эткинд
  
   - Но за что же тогда мы боролись?
   Кровь мешками - за что проливали?
   Пусть народ - не подопытный кролик,
   Но и мы ведь - не "трали", не "вали"...
  
   - Так зачем же тогда мы прогнали
   Рябушинских и прочих "керЕнских"?
   Дураки, что нам власть проиграли,
   Засмеют нас в тратториях венских.
  
   - Власть, оно ведь сладка пирогами,
   Ощущением превосходства.
   Как обутыми в шины ногами
   И квартирой дворцового сходства.
  
   Власть приятна, как плата за муки
   Созидания Светлого Рода
   Исключенья из общества скуки -
   Перестройкой Родимого Края!
  
   -""-
  
   Бешено бьются за привилегии
   Те, кто их - для других - отменил.
   Смысл нашей жизни - убогой калеки -
   Выбраться из тени.
  
   Только на солнышке, там - "под лучами" -
   Что-то ещё - "в том и расчет" - обломится.
   Знать понапрасну ушами стучала
   Красная конница.
  
  
   Без привилегий, чинов и званий,
   Без орденов, медалей и титулов? -
   Что мне в самом пышном названии,
   Если при нём нет выкупа?!

-""-

   Я - жил
   Сийэс
  
   Что ты делал в годы террора?
   Ты страдал, ты боролся? - Я - жил.
   Как циничен! Ведь крейсер "Аврора"...
   - Я увидел: подъяты ножи,
   Я услышал: потеряны звуки,
   Догадался: на троне - обман.
   И не нужно заламывать руки:
   Жизнь - не только дешёвый роман,
   Но ещё и широкое поле,
   Голубые столбы и мираж...
   - Но ведь, если ты прожил на воле,
   - Значит - вместе со всеми - вираж?
   - Да, вираж. Да, крутые ступени.
   Да, позорно и дурно... Всё - так.
   И не души, но рабские тени.
   Не история - черный бардак.
   Что ж, прикажете лезть на Голгофу?
   Стенку лбом попытаться пробить?
   Бесполезно. Во всех лимитрофах
   Как известно, царили гробы.
  
   -""-
  
   ... но мне, пожалуй, после смерти
   в спину осинового не воткнут кола...
   А. Клещенко
   Кошмар веков истории российской -
   Во всех Сияющих Гробах - колы.
   Не переплыл ещё Любимый Стикса,
   А труп его - под слоем кала и золы.
   Ату его! - вопиют правдолюбцы,
   Чуть только он к праотцам угодил.
   Менялись только лики "ррреволюций",
   Но дух всё тем же калом духовит...
   Чем "выше" пост, захваченный при жизни,
   Тем выше гнева страстная волна: -
   "Ну почему такой ничтожный шибздик
   Вертел страной?" - шипит вослед молва.
   - Какой позор! О собственном ничтожье
   Никто ни слова. Только -о "вождях".
   И сладострастье на похабной роже -
   Лягать творца кровавого дождя.
   Сегодня кол осиновый вбиваешь
   В очередной "Большого Света" гроб...
   А где ты был - в Духовном Заовражье? -
   Когда страну поганил сей микроб?
   Кошмар веков истории российской -
   Ограда из осиновых колов
   На месте Пантеона. Жить без риска -
   У нас таких не сыщется голов.
  
   -""-
  
   Возлюбите ближнего.
   Христос

III. Ненависть - опора?

   -""-
   Буревестник революций
   Максим Горький
   "Кто не с нами, тот против нас!" -
   невозможно не с нами быть.
   Мы, единая в целом страна,
   Будем счастье
   для всех
   лепить.
   И силком тащить на Парнас,
   На Олимп!
   И в Эдем, и в Рай!
   А не хочешь - так подыхай!
   Во какие у нас мечты -
   Осчастливить!
   Из-за черты
   Одиночества
   Вырвать всех!
   И тогда - над планетой - Смех!
   И тогда над планетой - высь!
   Заниматься сменой вех!
   Сомневаешься? -
   Так заткнись.
  
  
   -""-
  
   Я б хату покинул,
   Пошел воевать.
   М. Светлов
  
   И ныне и присно:
   - Хочу воевать!
   Чтоб лишнюю хату
   Найти и взломать.
   Да как ж ета можна? -
   Не наче -
   кулак.
   А мы яво - в крошево,
   Семейку -
   в ГУЛАГ...
   О, как их поносит
   Словами борьбы:
   Война,
   окруженье,
   Буржуи,
   рабы,
   АгЕнты и Агенты.
   Всюду - враги.
   Поэты - насильники?!
   Только моргни...
  
   -""-
  
   Эта ночь беспощадна,
   как подпись твоя
   М. Светлов
   Если он скажет: "Убей!" - убей.
   Э. Багрицкий
  
   От Гомера и Овидия
   До Шекспира и Верлена -
   Все поэты в жизни видели
   Дар желанный и бесценный.
   Но явилось Нововременье,
   И поэты озверели:
   Разрешаются от бремени
   Славословием расстрела.
   Ни стыда, ни капли совести
   В лихорадочном припадке...
   Поэтические "новости" -
   Безоглядные нападки
   На мораль, на человечество,
   Не желающее смерти...
   И никто из них не лечится,
   Никому судьба не претит.
   Кто же сдвинул все понятия?
   Кто бессовестность упрочил?
   - День безумья? Водосвятия?
   Или размышлений ночи?
  
   -""-
  
   Милость к падшим -
   Лист пропавший...
  
   -""-
  
   Будь, ненависть, опорой
   П. Антокольский, 1938
   Милость к падшим
   А. Пушкин, 1836
  
   Как ненависти быть опорой? -
   Никак нельзя: она пуста,
   И порождает только горе,
   И дёгтем мажет нам уста.
   ... Он позабыл, что в это время
   Другой поклонник силы зла
   Готовил также юных племя,
   Которых ни одна слеза
   Не отшатнёт потом от битвы,
   От Пронесения Знамён
   Сквозь пыль Европы, и молитвы
   Такие же вбивал и он...
   Нет, не забыл, но страха полный
   Поэт под молотом судьбы
   Не менее, чем все, безвольный,
   Соперников хотел сгубить...:
   "Чтобы пришел художник в школу
   Суда и следствия, и вник
   В простую правду протокола,
   В прямую речь прямых улик"
   - Не могут следствие и школа
   Быть под эгидою одной.
   "Простая" правда протокола
   Кровавой пишется "водой".
   ред. 0210031339
  
   -""-
  
   Ещё не пойман, но - "шпион" он,
   Ещё не назван, но "ату!" -
   Весь строй Поэзии изломан,
   И брошен под ноги скоту...
   Поэт. А кровожадней ката.
   Поэт. А ненавистью сгнил.
   Во имя лживого плаката
   Труда не жалко и чернил,
   Не жалко бывшего таланта,
   Бумаги, сил... Страна Добра...
   Им солнце заменяет лампа,
   Всю совесть страх в себя вобрал.
   И - пишут.
   Пишут - выполняют
   Свой "долг" по креслам и постам.
   Хвостом - пером своим виляют
   Перед Хранителем Поста.
   Кто Пост захватит - тот и Умный
   И самый правильный из всех.
   ... В Двадцатом веке духа гунны
   Справляют новый свой успех.
  
   -""-
  
   К чему стадам
   Дары свободы?
   Пушкин
  
   По что ж вы вырвали из рук,
   Коль понимали: плуг привычный?
   Без всякой подготовки,
   вдруг
   Вложили меч, топор, отмычки...
   Что ж ожидать? - Неровен час
   Всё то обрушится на вас.
   Но спровоцировав народы
   На грязный непонятный "труд"
   Во имя липовой свободы,
   Вы сами - где?
   Где праздных круг?
   Итак: расхлёбывать причуды
   Вы, хуже, хуже чем иуды,
   Понудили совсем других -
   Всё тот же "скот", как малых сих...
  

-""-

   Пунин и Валеев - о Татлине
   и Малевиче между Интой
   и Воркутой.
   С. Михайловский
  
   О, как ненавидел их Сталин...
   Какие ж мерзавцы они!
   Казалось бы - в угол загнали,
   Казалось: погасли огни...-
   Так нет же! Презрели запреты,
   Талдычат о чём-то своём.
   Рискуя, рисуют портреты
   Не-сталиных. - Ну, не зверьё?
   Какие же подлые люди! -
   А кто их до счастья поднял?
   А кто их поднял до "иуды"? -
   В конце концов - в лагерь загнал?
   Так нет же! О Татлине бают,
   Малевича вспомнили... - Бред.
   Как будто по небу летают,
   Как будто по-прежнему вред
   Пытаются социализму
   Нанесть,
   Принести и впаять!
   Не выйдет! -
   Им пышную тризну
   Никто
   не позволит
   справлять!

-""-

   После ареста убийц
   в белых халатах
   она уснула, наконец, спокойно
   Из газет
  
   Бедная врач Тимощук, -
   Сколько бессонных ночей!
   ... Не подфартило врачу:
   Поздно! - Пресветлых очей
   Не удостоилась врач.
   Ей бы - пораньше, пораньше.
   Смотришь денисов калач
   Ей бы достался. При шансе...
   Словно Лысенко - вперёд!
   К славе, почёту, и -
   в Знать бы!
   Кто там про совесть орёт?
   Справить кровавые свадьбы
   Может не только поэт.
   Вот - агроному удача.
   Вовремя был бы навет -
   Тут и машина, и дача.
   Бедная, бедная врач
   Л. Тимащук. - Не успела!
   Время - суровый палач
   Светлого честного дела,
  
   Славно - по трупам шагать.
   Мягко, спокойно.
   Словно хорошая гать,
   Если, конечно, не больно.
   Но и на том хорошо,
   Что орденок отхватила.
   Справила новый горшок.
   Сон сохранила
  
   -""-

V. Поэты - о времени и о себе

   Я и эпоха,
   Я и я,
   Я и поэзия моя.
   А. Архангельский
  
   1.
   Воеводину-Бродскому венок
   Талант измеряется только народным признаньем.
   Признанье народа - начальством, отпущенным званьем.
   Есть табель о рангах - в работе, в науке, в искусстве:
   Чем выше поэт, тем он в деле интриги искусней.
   Тем выше добытые с бою им титулы-званья.
   Тем шире и крепче народов Союза признанье.
  

2.

   Поэта Бродского - не существует.
   Влиянье Бродского - тлетворно.
   Я от союза "пррротестую"
   Упоминать его. Позорно
   Такое имя ставить рядом
   С моим.
   Стихи его коварны,
   Они полны сарказма-яда,
   Похабны и высокопарны.
   Народ его не понимает.
   Он весь оторван от народа.
   Не пишет од Навстречу Маю.
   Да и вообще урод уродом.
   ... Прошли года. В изгнанье Бродский
   Стал нобелевским лауреатом.
   А Воеводин, Куклин, Лернер? -
   Всё там же - у истоков благ,
   Где гонорары раздают им,
   Защитникам Великой Правды,
   Защитникам народа от
   Таких,
   Как Бродский.
   Кто же прав?

3.

   - Бродского надо заставить трудиться насильно.
   Он - тунеядец, хам, прощелыга. -
   Грозно с трибуны гремит обличитель Сорокин Василий,
   Всё понимающий с хода, хотя и не вяжущий лыка.
  
   - Надо проверить всех тех, кто его защищает.
   Это мокрицы, жучки, прощелыги.
   Жаль, что закон мне избить их сейчас запрещает.
   Ну, подождём,
   Нам бы только отседова выйтить...
  

4.

   Из справки видно: не поэт! -
   Нам всё из справок видно!
   Превыше Справки в мире нет
   Буквально ничего. Обидно,
   Когда без справки запоёт,
   Станцует, нарисует...
   Но горше - пишет!! И - своё!!! -
   Такой
   собой
   рискует.

5.

   в такие минуты начинаешь
   понимать Веру Засулич...
  
   Нам всем показали, что мы
   Бесправны и беззащитны.
   Великие знанья, умы
   Перед хамством не знают защиты.
  
   Невежество крепнет собой.
   Собою хиреет Величье.
   Ведётся духовный разбой,
   Раздача срокОв и кличек.
  

6.

   не расправа с Бродским, но вспышка ненависти ко всему подлинно
   свободному их - морально глухих и бесплодных
   Не согласен:
   Это - сильные духом и телом люди:
   Ничего не боятся они.
   Разве слабые так вот будут
   Отвергать Обученья Огни?!
   Призрак гнева и возмущенья,
   Что когда-то-сь падёт на них,
   Что Засулич грозит отомщеньем, -
   Неужели к себе манит?
   Нет! Но хочется быть при власти.
   И сполна насладиться ею...
   Пусть когда-то-сь придут напасти,
   Но сегодня... Миро и елеем
   Мы подмажем свои короны,
   Мы упьёмся своею силой! -
   ... Опадает деревьев крона,
   Приютит тогда нас Россия -
   Персональные пенсии сладки,
   И другого тогда-сь не надо.
   Подымайте же кверху лапки:
   Вам - история будет наградой,
   Нам - история - нуль без палочки.
   Мы её и в упор-то не видим.
   Нам бы нонеча печки-лавочки.
   Мы ведь будущее-т
   ненавидим.
  
   -""-
   ...оправдан будет каждый час...
   Анна Ахматова
  
   Надменность вас остановила,
   Связала, гордых, по рукам.
   Для-ради Родины немилой
   Вас приравняла к дуракам.
   О, да...
   При позднем оправданье
   Для вас наступит Светлый Час.
   Как будто возводили зданье
   Вы по заданью Ильича.
   ... Что знаешь ты, о, донна Анна,
   О горечи чужих хлебов?
   России галечная манна -
   Вторая, третья ли любовь?
   Изгнанники ушли в пещеры.
   Унесен, но с охраной, свет.
   Всё остальное - ложь, химеры,
   Мифологический ответ.
   Да, для России - вклад великий.
   Великий... Слово-то... того...
   Как будто Радонежья лики,
   Как будто - не ступить ногой.
   Но это - ложь. Все наши вирши
   Россия видит лишь в гробу.
   Без белых тапочек, как рикши:
   Рабы покорные рабу.
   Великий вклад?
   - Смешно подумать,
   Что кто-то в Тотьме и Орле
   (Потомок финна, руми, гунна)
   Тебя раскроет оробев...
   Великий вклад... - Блаженны духом
   Те, кто себя надменно нёс.
   Да будет вам лебяжьим пухом
   Земля,
   солёная от слёз.
  
   -""-
  
   ...а мы всё сидим, как сидели...
   М. Рахлин, 1976
  
   Нам всё не досуг. До всего - неохота.
   Ни печь истопить, ни золу разгрести.
   Весь мир - на моторах. А наша пехота
   Хоть тысячу вёрст согласна ползти
   На брюхе. Согласна. Согласно. Согласны
   Заранее. Заранее все и во всём
   Согласны, что худо, ведь это - безгластность,
   Но гластность пугает. И - снова ползём.
   "Любезная жизнь! Ненаглядные чада!
   Бесценные клетки! Родные гроши!
   И нету искусства - и ладно, не надо,
   И нету души - проживём без души!"
   - К чему б нам душа-то? одно огорченье:
   И это - не то, да и эдак - не так!
   И важно трактуют поэты о черни,
   И прочно стоим на "народства" китах.
   А то, что киты на плотичку похожи:
   Миру - изменили,
   на веру - плевать,
   Отечеству корчат пьяные рожи,
   Себя называют: - "А я вот левак!" -
   Так это кого обуздает сегодня?
   Когда "доказали", что нету души? -
   И тихо надежды уходят по сходням
   На берег пустынный. В пустыню ушли...
  
   "И много нас, много, о боже как, много!
   Как долго, как сладостно наше житье!
   И нет у нас Бога - не надо нам Бога!
   И нету любви - проживем без нее".
   И правда - прожили. Бесплодные годы
   Безвинные вины несли на себе.
   О чем толковали: капризы погоды,
   "Спартак" и "Динамо" - вершина бесед.
  
   "Пейзаж моей родины неувядаем:
   Багровое знамя, да пламя, да дым...
   А мы все сидим, все сидим и гадаем -
   Что завтра отнимут. А мы - отдадим".
   Мы всё постепенно с себя поснимали:
   И верхнее платье, и совесть, и честь,
   И груз исторических лжеаномалий,
   И пьяную удаль, и светлую весть, -
   И даже возможность стыда потеряли...
   О, как повезло нам за тысячу лет!
   О борт броненосца ударился ялик
   И выскользнул в воду туристский буклет...
  

-""-

   Галич - больная совесть
   больного народа
   Больная совесть народа
   Пугает себя химерами.
   Народ сторонится урода,
   Рожденного чьей- то верою,
   Что все не проходит даром нам,
   Икнётся и даже аукнется,
   Что наглая жирная барыня
   Под гнетом стыда забудется.
   И враз оборвет хватание,
   И будет биться за равенство...
   - Химеры песчаное здание
   На облачном хлипком фундаменте,
   Где рядом бушует Баренца
   Холодное море... сварится...
  
   -""-
   О, если б знали, из какого сора
   Порой рождаются стихи...
   -""-
   ... не пикнет, не пискнет
   поэзии рать...
   Ахматова
  
   Годится - все.
   Любая мелочь - в дело.
   Любая гадость - новый поворот:
   "Родная Муза так, мол, повелела.
   Я не могу заткнуть ее прелестный рот".
   "Сердитый оклик, дёгтя запах свежий...
   Таинственная плесень на стене...
   И стих уже звучит, задорен, нежен,
   На радость вам и мне".
   Расстрелян муж.
   Сидит в тюрьме ребёнок.
   Друзья твои, собратья по перу
   Растёрты
   в прах. Свирепствует подонок.
   А ты - в восторге: Оду наберу!
   Состряпаю стишок! Другой и третий.
   На радость вам (сомнительно) и мне.
   ... Казалось бы - цинизм. И - претит.
   Но от чего же слёзы на кремне?!
   О, как мы мЕелки и ничтожны!
   О, как слабы и тУпы!
   ... Но мы стараемся умножить
   Высокопарности Ряды.
   Поэзии. Глухой старушки.
   Для мира - жалкие игрушки.
   Словес пустейших побрякушки.
   Правопреемники Ступы
   Для надорлиного Полёта.
   Отмыть насест бы от помёта.
   ...........................
   Что нас покорять? -
   Мы давно на коленях.
   Не пикнет, не пискнет
   Поэзии Рать.
   От страха и подлости,
   Рабства и лени
   Духовной -
   вас нету.
   И вас - покорять??
   -""-
   Галич - совесть и
   совесть - Галич
   Был вполне благополучный
   Галич - драмодел.
   Ну, кого-то Сталин мучил,
   Ну, Хрущев кого-то жучил,
   Ну, не та модель...
  
   Разве это - основанье,
   Чтоб ломать судьбу?
   Променять почёт и званье -
   Совесть-по-суду?
   Променял безгонорарный
   Менестрель и бард,
   На успех подпольный, нарный,
   Сходок тайных чад угарный,
   Родины бастард.
   Разве совесть - основанье...
  
   -""-

V. Всепроницающая ложь, 19...

   Похвала Глупости, 1512
   Эразм из Роттердама
  
   Я и обман - несовместимы.
   Мне тошно видеть мир во лжи.
   Н-но! ...прохожу тихонько мимо:
   Как трудно кое-как прожить!
  
   Я и обман - одно и то же.
   Приходится всё время лгать.
   И жизнь прожитую итожа,
   Лишь крошки со стола сметать.
  
   Так кто же я?
   - А, может, ЧТО я?
   Боюсь, всего лишь ложь во лжи.
   Всю жизнь!
   Пешком и пешехоня, -
   Во что я мог себя вложить?!
  
   -""-
   В каждом веке своя
   Гадость, но в ХХ-ом...
  
   Чем хуже этот век? -
   Феноменальной ложью.
   Всё пропитавшей,
   Ставшей
   Нашей Правдой.
   Лгал инка,
   лгал тольтек,
   Лгал, зная милость божью,
   Апостол Петр,
   судьбой пропахший...
   Но кто из них был
   этой ложью
   радый?!
   А мы,
   мы лгали, упиваясь
   Своей способностью
   колеса мазать.
   И в радости своей купаясь,
   Твердили мифы "чище" сказок.
  
   -""-
   Холодное лето - 53
   Кинолента
  
   Вот откуда у нас озверение:
   Всё - от правды. От истины чёрной.
   Как же правду совать да в прения?
   Лишь без истины в ангелы - чёрта
  
   Можно выбрать на выборах "наших".
   Не лишайте ж бесов преимущества.
   С каждом чёртом на троне мы краше,
   Нарастаем всё наше могущество.
  
   В статистических книгах примножится
   Замечательных цифр возрастание.
   Пусть правдисты под кустик скукожатся!
   Нет для правды у нас оправдания!
  
   -""-
   ... пытались искупить...
   В.Конецкий
  
   Да разве прошлое искупишь? -
   В нём ни словечка не сотрёшь.
   Ну, пусть - показывал ты кукиш
   (В кармане). Это ли не ложь?
  
   Я в покаяния не верю.
   Судьбу на правду не возьмёшь.
   Её взаправду не измерить.
   Знать, это всё и вправду ложь.
  
   Да разве прошлое исправишь?
   Былинку в нем не ворохнёшь.
   Как прежде, ты летишь на швабре,
   И в каждом слове снова ложь.
  
   -""-
   Улица правду скажет
  
   Коль на троне живоглот -
   "Недержатель акций" -
   Он - за "яблочко" - народ.
   Чтобы
   удержаться.
  
   Это только богачи
   Могут быть гуманными.
   Те, которые рвачи,
   Держатся
   обманами.
  
   -""-
   О Сахарове после его смерти
   Из газет
  
   Обнаружилось, что: все тебя любили.
   Все хотели радостно внимать
   Мыслям, что ходили в изобилье
   По твоим извилинам. Менять
   Эту дружбу-и-любовь на ругань
   Понуждали. Сверху, снизу, сбоку.
   Отшвырнули? - Ну, ей-ей, как друга.
   Прямо скажем - вовсе ненароком.
  
   -""-
   О, наши СМИ!
  
   Идёт гражданская война.
   Бунт. Взрыв. Мятеж. -
   Остервененье.
   В газетах:
   - легкая волна,
   - и незначительное тренье.
  
   Вот притомились.
   Тишина...
   Бороться, вроде б, перестали...
   В газетах - вопль:
   - идет война!
   И - по балету
   мы
   отстали!
  
   -""-
   ... а за светлую тихую грусть...
   А. Карпенко, поэт-афганец
  
   Кабы светлая, тихая... - Что ж,
   Я б для светлой себя позабыла...
   Но ведь это - убогая ложь:
   Грусть - убойная, чёрная сила.
  
   Кабы скорбь ...- Но ведь ярость и гнев!
   Кабы чистые скорбные ризы...
   - Нет. Обычный сейчас винегрет:
   Злоба,
   паника,
   зависть
   и кризис.
  
   -""-
   Фатум, судьба, рок...-
   Не верьте: всё это
   всего лишь ложь
  
   Примеров тьма: тиран, диктатор
   Уходят в ад под рёв толпы.
   Казалось бы - урок стократный
   Затвержен на зубок... - Увы! -
   Страсть пожирать неистребима -
   Так соблазнителен порок.
   И все уроки - мимо, мимо
   Рассудка власти. Что здесь - Рок?!
   Смешно винить Судьбу-злодейку,
   Когда вменяемый злодей
   Крадёт последнюю копейку
   У обездоленных людей.
   И не внимает тем урокам,
   Которых тьма во все века:
   - Во все века нет воли рока,
   А только глупость дурака.
   Закономерности? - Нелепость.
   Законность - только в мире сна.
   И всё, что есть - всего лишь слепок
   С твоей мечты, моя весна...
  
   -""-
  
   ... на первых порах выйдет ...
   А.Солженицын
   Никто из нас за первородство
   Не даст и ломаной копейки.
   Души завидное уродство -
   Глушить вино и звать: Не пейте!
   Мы так воспитаны судьбою:
   Себя угрюмо презирать.
   Кто хочет честным быть? - Не скрою,
   Меж нас такого не видать.
   Лазейка... Сотни их, лазеек,
   Мы наготовили за век:
   Хотя бы несколько копеек -
   И ты уже не человек.
   Не приплетайте к нам Иуду.
   То был весомый, знатный зверь.
   Врать не хочу. Да и не буду:
   Мы задом открываем дверь,
   Когда уходим...
  
   -""-
   Революция - очищающее
   пламя
   Арк. Аверченко
  
   Пламя не может быть очищающим.
   Пламя - всегда - пожирающее.
   И умилятся, по-детски прощающее,
   "Молнией", "бурей" - нельзя на пожарище.
   Интеллигентов наивное племя
   Носится дурнем с красивою торбою.
   Учат их, учат... Но - "мелет Емеля",
   И замещает гигантов микробами.
   Пламя - любое и буря - любая -
   Только страданья приносят народам.
   Если не каждого сразу опалит,
   Значит, швырнет послезавтра к уродам,
   Что обзывают его Очищающим...
   Пламя - всегда и везде - пожирающе.
   И умиляться, по-детски прощающее,
   Молнией-бурей
   нельзя.
   На пожарище.
  
   -""-
   Всё лучшее - детям.
   Из лозунгов
  
   Страна отдавала - действительно - детям.
   Но кто-то в пути перехватывал эти
   Куски, заменяя их грязным подвалом
   И корочкой чёрствой...
   - Ах, всё-то им мало !
  
   -""-
   Час мужества пробил
   Ахматова
  
   Час мужества бился - бесплодно - давно.
   Намекал,
   Что надо бы вспомнить:
   - Мужчины!
  
   Никто не спешил
   На Амур,
   на Байкал,
   Но каждый дрожал.
   На перине.
  
   Час мужества...
   - Это не с воплем "ура"
   Стремить
   на глазах
   у начальства
   Туда,
   Где синеет чужая гора
   И льются
   фокстроты и вальсы.
   Час мужества пробил.
   И явленный муж -
   превздорной,
   несчастною
   бабой...
   Микроб-завсегдатай
   написанных луж
   Без пива,
   без раков,
   без крабов.

Персоналии

   Некто-в-Венце. - Литературная традиция приписывает этот
   Художественный образ Блоку:
  
   В белом венчике из роз
   Впереди Исус Христос.
   ("Двенадцать")
   Я считаю, что такое толкование - сужение образа (а - не
   имени: "сузить" имя Иисуса - невозможно).
   Ведь не менее ярко прозвучали и такие строки:
  
   В терновом венце революции
   Грядет Шестнадцатый год.
   (Ошибка в один год - несущественная для литературы деталь,
   тем более, что в те годы революции сыпались, как из рога
   изобилия: мексиканская, турецкая, персидская...любая
   заварушка смело объявляла именно себя Революцией).
   А разве меньше впечатляют строки:
  
   Но иглы тайные сурово
   Язвили славное чело.-?
   Хотя, если честно, то тайными язвами Пушкина были всем
   известные льюис-венерин...
  
   Христос, Иисус Христос (иногда - Исус) - Учитель,
   проповедник и мыслитель (4г. до н.э. - 33 г. н.э.), основатель
   и первый великомученник Нового Вероучения.
  
   "Совок" (исповедь совка) - быстро исчезающее из обихода слово: со­ветский человек. Это обидно, так как "советский" по преимуществу мента­литет, образ мыслей, способ выживания (приспособленчество, как образ жизни, по Е. Евтушенко) еще долго будет оснащать собою наш быт, наше отношение друг к другу, к своим делам (работа не волк, в лес не убежит), обязанностям, к своему долгу, к своей чести, достоинству, стыду...
   История СССР сложилась так, что совок был вынуждаем всем окруже­нием, самою жизнью все время приспосабливаться: думать - одно, говорить - другое, делать - третье, зачастую не имевшее ничего общего с двумя пер­выми.
   Евтушенко - едва ли не самый несчастный из совковых поэтов: всех (последовательно) воспевал, ото всех (непоследовательно...) отрекался.
   А. Вертинский Александр Николаевич, 1889 - 1957 - поэт, композитор, певец, артист кабаре, эстрады, кино. От эпохи Предчувствий (10-ые) до эпохи Оттепели (вторая половина 50-ых гг.), сквозь две мировые и множе­ство гражданских войн умудрился пронести художественный образ Белого Пьеро, трогательно оплакивающего все эти глупости - войны, революции, наше убогое несовершенство.
   Всевышний. Здесь: Тот, кто знает, может и умеет, и даже иногда делает больше, чем все мы, взятые вместе. К сожалению, его поступки не прини­мают во внимание интересы человеков, ни по отдельности, ни вместе всех нас...
   Чернышевский Профессиональный подстрекатель (провокатор), при­зывал "к топору", возможно даже искренне полагая, что этим хирургическим "инструментом" можно сотворить что-то кроме нагнетания взаимоненависти и патологического страха, толкающего в свою очередь либо в мрачную тоску (терроризм), либо в розовую утопию (коммунизм). Оба направления сошлись в одном - обильном кровопускании.
   В этом отношении - близок идеям Маркса.
   Мембран - от "мембрана". Художественный образ щита Дона Кихане из Ламачи ("Дон Кихот" Сервантеса), изготовленного благородным идальго из медного тазика, в котором брадобрей взбивал мыльную пену. Крем для бритья был изобретен значительно позже.
   Ленин.. Политический деятель начала века, вождь российских больше­виков-коммунистов, председатель Совнаркома в 1917-22 гг. Утверждал: дайте крестьянину сто тысяч тракторов и он будет за коммунию. - Указан­ное мизерное число - следствие слабой подготовки по естественно-техниче­ским наукам. Он думал, что сто тысяч - это очень-очень много. За годы со­ветской власти (1917-91) крестьянами было дадено более 15 млн. тракторов, несметное количество комбайнов, самоходных сенокосилок, пресс-подбор­щиков, грузовых и легковых автомашин... Никакого проку! Так и не стал крестьянин "за коммунию".
   Объективность требует отметить: трактора выдавались не лично кре­стьянину в руки, а через МТС только и только для выполнения работ в кол­хозе. В остальное время вся эта техника обслуживала начальство и челядь, прислугу боссов, в том числе самих трактористов, шофёров, если они были достаточно ловкими для этого.
   Жванецкий - сатирик, юморист, артист эстрады в разговорном жанре. Последнее неверно, так как М.М. Жванецкий не выучивает тексты (как пола­галось бы артисту разговорного жанра), но читает их по рукописи. Как в своё время все партбоссы - они "озвучивали" с трибун тексты, которые для них составляли "серые кардиналы" - грамотные челядинцы из номенклатуры. Сами они не могли трёх строк написать грамотно. Естественно, что и эффек­тивность их "речей" была в лучшем случае равна нулю. Чаще же всего - от­рицательной.
   Фаэтон Сын Феба-Апполона; название планеты, когда-то располагав­шейся за орбитой Марса. Выпросил у отца колесницу ("фаэтон" - третье зна­чение этого слова), но не справился с управлением... Планета названа его именем, потому что также была разбита на кусочки неосторожным обраще­нием, либо космическим катаклизмом. Сегодня эти кусочки образуют Пояс Астероидов.
   Художественный образ незадачливого возницы, плохого кучера. Но лучше, конечно, вообще не ходить за порог.
   Ферапонт - "жертва" рифмы.
   Род. Род мой - наш человеческий род. Точнее, та его часть, которая обосновалась и расплодилась на Земле.
   Карл Маркс - "теоретик" ещё одной причины, провоцирующей новые - дополнительные к прежним - войны, противостояния, конфликты - классо­вой борьбы. Таким образом, к "борьбе" религий, наций, династий и пр. Маркс добавил ещё "необходимость" пролетариату взять на себя миссию мо­гильщика буржуазии (всё по тому же Марксу). "Теория" Маркса совпадает с призывом к отцеубийству.
   Сравни с "топором" Чернышевского.
   Стержень идеи Маркса - пролетарская революция, насилие - вот кто повиальная бабка "прогресса". Только через насилие рождаются "новые об­щественные строи". Но ни один "новый" строй ничем не отличается от "ста­рого". Кроме названий. Ради которых - по Марксу - и надобно насильничать. Как известно, поднявший меч от меча и погибнет. То есть насилие способно породить лишь насилие. Что мы и наблюдаем весь ХХ век.
   Впрочем и во все предыдущие века - то же самое.
   Романовы - царствовавшая с 1613 по 1917гг. российская царская, затем (от Петра 1) императорская династия.
   В ночь с 17 на 18 июля 1918 года царь Николай Второй с семьёй и при­слугой были расстреляны без суда и следствия в г. Екатеринбурге (затем г. Свердлов) по телеграфному распоряжению товарища Андрея (партийная кличка Якова Михайловича Свердлова, что, впрочем, тоже кличка председа­теля ВЦИК молодой советской республики).
   В составе царской семьи: Александра Фёдоровна, жена царя; сын - Алексей (14 лет); дочери - Анастасия, Ольга, Мария, Татьяна.
   Сверх семьи убиты вовсе ни в чём, даже в родстве, не повинные: врач Николай Петрович Боткин, камердинер, фрейлина, повар-француз и другая прислуга. По Марксу - "классовые друзья" убийц.
   Естественно, что в ответ на безумный, беспрецедентный расстрел Ро­мановых даже нейтральные граждане стали ограждать себя от правового бес­предела. Началась гражданская война, которая унесла более 10 млн. жизней, а правовой беспредел стал повседневностью молодой советской республики.
   Капет. Капетинги - короли Франции от Гуго Капета (с 987г.) до Людо­вика ХУ1 (казнён по приговору суда, пусть и трепетавшего перед якобин­цами, но всё-таки суда - с судьями, обвинителями, защитниками и в откры­том гласном судебном заседании, 1793 г.) В 1328г. на трон Франции пришла младшая ветвь Капетингов - Валуа. В 1589г. на трон пришла вторая младшая ветвь - Бурбоны. Бурбоны правили ещё в 1814-15 и в 1815-1830гг. С 1830г. на трон Франции пришла младшая ветвь Бурбонов - Орлеаны (по 1848г.).
   Максим Горький - Алексей Максимович Пешков, нижегородский ме­щанин, величайший пролетарский писатель, буревестник революции. В из­вестной "Песне о буревестнике" (1895) очень скорбел о том, что в мире тишь да гладь, да божья благодать. Очень ему это не нравилось, он страстно (и та­лантливо) призывал к буре: - Пусть, де, сильнее грянет буря!
   Сбылась мечта идиота: в феврале 1902г. буря непрерывных потрясений грянула - террор, необъявленная война между социалистами всех мастей и властями, крестьянские бунты, забастовки, стачки, стычки, 9 января, декабрь Красной Пресни, броненосец "Потёмкин" и крейсер "Очаков", Свеаборг... В феврале 1917 года Николай Второй отрёкся от престола, начали воевать ме­жду собою "счастливые" победителя царизма - Дума, Временное правитель­ство, Советы, Анархисты, просто распоясавшиеся уголовники ("криминаль­ные" элементы, как нынче их аттестуют). Горький издал свою газету (1917-18гг.), в которой каялся за юношеский романтизм, породивший (в купе с дру­гими экстремистами) эту бурю, в которой, оказывается, гибнут все корабли - и "хорошие" и "плохие". Писал разоблачения о зверствах революции - серия писем к обществу под общим названием "Несвоевременные мысли". По рас­поряжению Троцкого-Ленина газету Горького прихлопнули. А ну её, эту буржуазную свободу слова. Ещё через два года Горький по-просту удрал от накликанной им (и такими же придурками) бури на тихий-мирный остров Капри. Если учесть, что в Италии к тому времени пришли к власти фашисты, то обретение спокойной жизни величайшим пролетарским писателем под крылышком Муссолини выглядит по меньшей мере неприличным. Во всяком случае жертвами спровоцированной им (и К®) бури в несчастной России стал не буревестник революций, но совсем неповинные в ней (в буре) люди. Мил­лионы невинных. - Правда, справедливость восторжествовала: Сталину уда­лось выманить Горького с Капри и в 1936 году уничтожить буревестника: поднявший меч от меча и погибает.
   Г.И. Фёдоров (Георгий Павлович, 1886-1951) - историк, публицист.
   Л. Гозман, А. Эткинд. "Нева", 1989.
   Рябушинский - здесь: символ черносотенного царизма. крупный про­мышленник начала века.
   "Керенских". Керенский Александр Федорович. Поразительное поли­тическое ничтожество - безропотно отдал власть в Петрограде Троцкому и К® (25 - 26 октября 1917 г.)
   Троцкий Лев Давыдович, 1879 - 1940 - политический пахан, друг, по­дельщик (по некоторым "делам" Ленина. Организатор и руководитель зава­рушки 25 октября 1917 гг., настолько перепугавшей Керенского и К®, что те не оказали бандитам никакого сопротивления. Прогнав прапорщика Кры­ленко, Троцкий взял в свои руки вооруженные силы Республики, разгромил по частям всех между собой соперничавших "спасителей" России, вздорных недоумков, и создал Красную Армию, спокойно - в свою очередь- предав­шую его в 1924 - 29 гг., когда Сталин постепенно оттёр его от пирога, име­нуемого реальной властью, и наконец, изгнал из СССР.
   Суматошное было время: все были "свои" - смертельные враги, клубок змей, банка с тарантулами, почему-то звавшими друг друга "товарищами". Ну, какие уж тут товарищи!...
   Сийес Эммануэль Жозеф, 1748-1836, аббат-растрига, абсолютно бес­принципная личность, составитель декларации Прав Человека, автор бро­шюры "Третье сословие", спровоцировавшей буржуа предать Капета.
   Вообще же создаётся впечатление, что предательства и провокации - основное профессиональное занятие так называемых политиков, "мыслите­лей".
   "Аврора"; Аврора - богиня утренней зари. Название крейсера, участ­вовавшего в Цусимском бою (13-15 мая 1905г.), затем в Октябрьском пере­вороте, когда матросы-анархисты пальнули из носового орудия по Эрмитажу (25 октября 1917г.). Сейчас - плавучий музей Великой Октябрьской социали­стической революции, на 75 лет отменивший богов и богинь. - Сколь пре­вратны судьбы и причудливы движения истории и имён!
   Голгофа - гора под Иерусалимом и художественный образ доброволь­ного предания себя в руки мучителей, добровольного самопожертвования-мученичества, освящённого именем Иисуса из Назарета.
   Клещенко А. "Юность" N8, 1989.
   Любимый - "Любимый" - общенародный любимец: вождь, друг и отец народа и народов, учитель и пр. От сельсоветовского до общесоюзного уровня. Главное стремление его: чтобы все кричали в честь его "ура" громко и искренне. Хотя бы при жизни, то есть когда в его руках реальная власть.
   Стикс - река в Подземном царстве, граница Ада, Тартара.
   Пантеон - общеуважаемая усыпальница, место захоронения лучших сынов народа (дочерям - не место!). В России Пантеона не было, нет и, ско­рее всего, не будет. Попытка превратить Мавзолей Ленина в Пантеон путём захоронения в Мавзолее также Сталина, верного ученика и продолжателя дела Ленина, не увенчалась успехом - уже через три года его перезахоронили (1956). Вишь ли, Хрущёв разоблачил "культ личности".
   Петропавловский собор - также не Пантеон, так как в нём захоронены лишь члены дома Романовых, это - семейная, а не общеуважаемая усыпаль­ница.
   Светлов Михаил Аркадьевич, 1903-64 - поэт, драматург, песенник. Его воистину бессмертная "Гренада" - образец поэтического соцреала и агрит­пропа, бешеная романтика, напрочь уничтожающая всякий смысл и логику. - Лучшее - "Черный крест на груди итальянца" и "Три цыплёнка".
   Багрицкий Эдуард Георгиевич (Дзюбан), 1895-1934 - поэт Агритпропа, пафосник до фанатизма. Впрочем, очень расчётливо.
   Гомер - аэд, странствующий певец Эллады Х-IХ вв. до нашей эры. Со слов Гомера записаны "Илиада" и "Одиссея" - поэмы, сохранившие Древние Знания в самом удобном для запоминания и художественно превосходном виде. - "Илиада" - поэма о разрушении Трои (Илиона) после 10 лет бессмыс­ленной (на 9 лет оставили героя Филоктета на острове Хрисе, в то время, как было ясно им сказано: без Филоктета не возьмёте Трою) Троянской войны. Описание забав, распрей и прочих прихотей-капризов вздорно самовлюблён­ных героев, богов и богинь составили 24 огромные Песни на 15,5 тысяч строк. Гомер донёс до нас множество Древних Знаний (мифов, легенд, сказа­ний, преданий), вкупе составивших основу Европейского Пути нашей Циви­лизации.
   "Одиссея" - продолжение "Илиады" - поэма о десятилетнем плавании Одиссея, царя Итаки, возвращавшегося из Трои домой. Плавания от Илиона (западный берег Малой Азии) до Греции - максимум двое суток. Поэтиче­ское мастерство Гомера превратило это плавание в грандиозный блистатель­ный эпос.
   Шекспир - актёр, режиссёр, поэт, драматург, декоратор, звукооформи­тель и вообще всё, что вам будет угодно. Англоязычники называют его кратко и мило - Бард, поэт на все времена. Тонкий наблюдатель, глубокий мыслитель, безалаберный делец (его театр "Глобус" несколько раз прогорал, разорялся). Поэтому его стихи приписываются: лордам Пемброку, Оксфорду, Стаффорду, виконту Верулам... и другим - "более достойным" особам (по мнению авторов этих версий). Лучшее - сонеты, драмы, трагедии, комедии - всё, что им создано для нас.
   Варлен Поль (1844-96) - поэт, когда-то очень популярный. О, сколь быстротечна ты, слава мирская! Сколь скоротечна сама Вечность, которую якобы сулили ему боги! - А вы думаете, что 400 лет славы Шекспира или 3000 лет славы Гомера - это много?! Особенно рядом с пятью миллиардами лет круженья Земли вокруг равнодушного (и слава богу) Солнца.
   Антокольский Павел Григорьевич 1896-1978 - поэт, переводчик, со­трудник Агритпропа.
   Пушкин - России первая любовь, искренняя и бескорыстная любовь.
   "иуды", Иуда (Искариот, Иуда из Кариот) - апостол, спутник и люби­мец Христа. По указанию Христа предал его в руки римских легионеров и толпы, дабы состоялось восхождение Христа на Голгофу. Не выдержав раз­луки с Учителем, повесился на осине.
   Пунин (погиб между 1937 и 45?гг.) - искусствовед, художник, зек, ко­чегар в лагерной котельной, а потому...
   Татлин Владимир Евграфович 1885-1935 - художник, скульптор, архи­тектор, а потому...
   Малевич Казимир Северинович, 1878-1935 - художник, декоратор, первый большевистский комиссар Кремля по памятникам культуры, отец су­прематизма, а потому , как это ни удивительно - "немецкий шпион".
   Сталин Иосиф Виссарионович Джугашвили 1879-1953 - боевик (по-нынешнему - террорист), снабжавший награбленным Ленина и К® ("эмиг­рантов") в 1900-10-е годы, член первого большевистского правительства, ге­неральный секретарь партии (с 1921г.), триумвир (в 1922-25 гг. с Зиновье­вым, Бухариным, затем с Каменевым, Рыковым - по 1928-29гг.), диктатор с 1929г. партии и СССР, генералиссимус, поэт, изгнанный разстрига, круп­нейший, нет, величайший вождь, учитель, брат, отец, полководец и учёный всех времён и народов, лучший друг советских физкультурников, пожарни­ков и прочее, и прочее, и прочее... - В ненависти ко всему живому оставил далеко позади всех чингисханов и тамерланов.
   Михайловский С. - "Нева" N6, 1989.
   "между Интой и Воркутой" - географические названия населённых зе­ками пунктов, концентрационные лагеря ГУЛАГ.
   Солженицын Александр Исаевич - офицер Красной Армии, зек, писа­тель, общественный деятель, Лауреат Нобелевской премии, автор повести "Один день (из жизни) Ивана Денисовича", которая ознаменовала собой вершину Оттепели 1956/57гг., периода краха сталинизма (как оказалось - ни­чего подобного), правда - частичного. - Но кто ж его знал?! Что "снова Брежнев над Россией прострёт совиные крыла" (почти по Блоку).
   Блок Александр Александрович 1880-1921 - поэт, драматург, искусст­вовед, литературовед. Лучшее - "Девочка пела в церковном хоре" и "По ве­черам над ресторанами". Создал художественный образ революции - бес­смысленной и беспощадной (по Пушкину) - поэма "Двенадцать" с вечно страдающим Христом, шагающим впереди озверелой толпы и тщетно пы­тающимся утихомирить резню и буйство демагогов.
   Тимощук Людмила - прославилась в 1953 году (январь). Кремлёвский врач, поздно догадавшаяся использовать доносы для карьеры (а, может быть, поздновато нанятая для этих целей Берией-Абакумовым, министрами внут­ренних дел и госбезопастности). Ей удалось полностью развалить медицин­скую службу Кремля, в результате чего безвременно скончался Сталин, ос­тавшийся без поддержки своего полностью разрушенного непрерывным пьянством здоровья настоящими врачами (во главе с академиками Вовси и Виноградовым - они были брошены по доносам Тимощук в тюрьмы). - Од­нако, кроме орденка ей ничего не перепало: убийц "в белых халатах" (офи­циальное название настоящих специалистов) уже в апреле того же 1953г. вы­пустили... это было кошмарное разочарование. Даже орденка не оставили, отобрали бессовестные.
   "дениски", Лысенко Трофим Денисович 1898-1976, народный акаде­мик, как ласково окрестил его несостоявшийся, но все-таки по сущности своей священнослужитель тов. Сталин, агроном, разгромивший наголову сельскохозяйственную науку Страны Советов, а также биологов, микробио­логов, физиологов, генетиков, вместе взятых. Энергично и небезуспешно внедрил передовую классово-пролетарскую науку, а также и самого себя: стал президентом ВАСХНИЛ, уничтожил Н.И. Вавилова и плеяду настоящих работников науки, стал академиком АН СССР, не создав ни одного научного труда. Своего рода рекорд в книгу Гиннеса. Добился решительного отстава­ния самой передовой советской науки в области биологических и сельскохо­зяйственных наук на 50-60 лет от отсталых буржуазных наук. Герой Соц­труда, лауреат множества научных и Сталинских премий. Разоблачил как буржуазные реакционные лженауки: генетику, молекулярную биологию, ци­тологию, клеточную теорию (совместно с другим сугубо пролетарским учё­ным - Ольгой Борисовной Лепешинской, 1871-1963). В полной мере вред Лысенко-Лепешинских, советский народ с удивлением обнаружил, когда вы­яснилось в 60-х годах, что Россия, всю историю кормившая Европу, закупает хлеб в Канаде, США, Аргентине..., далее - везде. Тем не менее, благодарная память о научной деятельности (истребления инакомыслящих) Сталина - Лысенко и К® по выкорчёвыванию Менделизма, Морганизма, Вейсманизма, и других настоящих наук и творчески полезных учёных, до сих пор сохраня­ется в благодарных сердцах настоящих патриотов: никого и ничего не жаль, не пугают никакие жертвы, - лишь бы очистить самую передовую и т.д. Мар­ксистско-Ленинскую науку от буржуазных лжеучёных и их прихвостней!
   Наивысшим достижением Лысенко является: межвидовое превращение овсюга в овёс и липы в берёзу. Эти опыты (к сожалению, не удавшиеся, но это не важно) доказали всему миру превосходство Советской биологической науки над всеми другими науками, а так же ещё и ещё раз подтвердили пра­воту Дарвиновской теории происхождения видов: все виды произошли или по, или от Дарвина!
   Воеводин - член Союза писателей (ниже СП), главный обвинитель-ра­зоблачитель неудачников Иосифа Бродского. Прозорливости Воеводина по­неволе позавидуешь: через несколько лет (после выселения Бродского, как тунеядца в Архангельскую область из Ленинграда и принудтруда на полез­ных работах) Бродский получит Нобелевскую премию по литературе, а Вое­водин - новую расширенную жилплощадь. Каждому Иуде - да воздастся по заслугам его перед партией и государством!
   Бродский Иосиф - поэт.
   Куклин и Лернер - члены СП, клятвенно на суде подтвердили и, даже, предоставили суду Справку, что Бродский - не член СП, и по этому не может быть поэтом. Этот довод оказался решающим, чтобы выселить Бродского из Ленинграда, как заведомого тунеядца.
   Сорокин Василий - общественный обвинитель Бродского, который ни­где не трудился, а писал стихи, мерзавец. Будучи профессиональным тунеяд­цем-пустослужащим, В. Сорокин убедил самый справедливый и гуманный в мире Советский Суд в том, чтобы заставить Бродского не писать никому не нужные стихи, а - трудиться, трудиться, трудиться.
   Засулич Вера Ивановна 1849-1919 - фанатичка терроризма, стреляла в санкт-петербургского градоначальника Ф.Ф. Трепова. По тогдашним звер­ским законам царизма была оправдана зверским царским судом. Продолжала рубить сук, на котором держалась держава и сама Засулич. Когда ей и К® это (отрубка сука) удалась, была страшно удивлена результатам - ужаснулась, но было поздно.
   Ахматова Анна Андреевна (Галенко) 1889-1966 - поэтесса, почита­тельница Пушкина и Царского Села, вдова невинно убиенного Гумилёва (Николай Степанович, 1886-1921, офицер, путешественник и поэт, за что и расстрелен Зиновьевым и К®).
   Зиновьев Григорий Евсеевич - кристальный большевик - ленинец, по­велитель Петрограда-Ленинграда в 1918-25гг., за что и расстрелян Сталиным в 1937г. Как же все они ненавидели своих ближайших друзей - верных ле­нинцев, то есть друг друга! - Просто удивительно, откуда столько ненависти.
   Ильич - см. Ленин.
   М. Рахлин - "Новый мир" N6, 1989.
   Бог - здесь: Верховное Существо - всеблагое, всеведающее, всемогу­щее, всемилостивейшее, вездесущее... - честный настоящий бог без -хитростного человека: простота, как известно, хуже воровства.
   Спартак - предводитель шайки гладиаторов и примкнувших к ним ра­бов, стремившихся к свободе, что можно только приветствовать. Увы! На практике же они несколько лет бродили по Италии, даже не думая о том, чтобы вырваться на столь желанную свободу (69-72гг. до нашей эры). Так и не выбрались в "свободную" от рабства зону.
   "Спартак", "Динамо" - названия футбольных команд (клубов). Футбол - самое благодатная (безопасная, ну, тоже, знаете ли, не очень безопасная, но, во всяком случае, безопаснее других) тема для разговоров в 1928-1991гг. ведь людям так хочется пообщаться! - на перерывах-перекурах, на лоне природы, и, даже, в семье, а тут, как на грех, каждый третий - сту­кач...
   Галич Александр - поэт, бард, драматург. Сбежал от заслуженного возмездия широких трудящихся масс (то есть узких специалистов по вопро­сам государственной безопасности).
   Химера, химеры - продукты созиданий творческой личности, не угод­ной кому-либо из начальства.
   Баренц Виллем 1550-97, сподвижник Петра I, мореплаватель, географ и путешественник.
   Пётр Алексеевич Романов 1672-1725. Царь (с 1682) и император (с 1721г.) России, плотник, мореплаватель, бомбардир, токарь, кораблестрои­тель, полководец и флотоводец, кузнец и прочее и прочее и прочее...
   Хрущёв Никита Сергеевич 1894-1971, верный ученик Ленина-Сталина, ближайший сподвижник и друг, продолжатель дела Сталина в годы тоталь­ного террора против своего народа (1935-53), разоблачитель культа личности Сталина (1956), но не сразу после смерти страшного генералиссимуса, а после рас­правы с Берия и его К®.
   Берия Лаврентий Павлович - ближайший друг и сподвижник Сталина, приемник революционной эстафеты Крыленко-Урицкий-Дзержинский-Мен­жинский-Ягода-Ежов, истреблявший всех, на кого укажет товарищ Ленин, товарищ Троцкий, товарищ Зиновьев, Пятаков, Рыков, Свердлов или ленин­ское Политбюро в целом. Всего удалось истребить от 20 до 80 млн. (по раз­ным исследованиям) граждан молодой советской республики. Все истреблен­ные (а также многие из уцелевших, как показали события 1985-91 гг.) оказа­лись изменниками Родины, царскими сатрапами, акулами капитализма, их приспешниками, казаками (казачество надлежало, по решению Свердлова-Ленина, истребить как класс еще в 1918-21 гг.), кулаками (кулачество было почти поголовно истреблено "как класс" в 1921-24, 1928-36 гг.), троцки­стами, зиновьевцами, бухаринцами, монархистами, анархистами, эсерами, меньшевиками, наймитами иностранных разведок (только шпионов и дивер­сантов в 1929-41 гг. было выловлено около 10 млн.! Если каждый из них по­лучил за продажу родины по 10 000 долларов - за меньшую сумму стыдно родину продавать - то в страну влился поток в 100 миллиардов нигде не уч­тенных - кроме архивов НКВД - долларов. Забавно, что в 1939 году во всем мире столько не было валюты, сколько ее вручили нашим "врагам народа". Куда ж это всё подевалось? С 1939 года репрессиям удалось подвергнуть не отдельные личности, не какие-то группы, партии, сословия, но - целые на­роды. Все они оказались врагами народа: началось с поляков, немцев (По­волжья...), литовцев, латышей, эстонцев, финнов, затем плавно перешли к туркам (месхетинцам), грекам, чеченцам, ингушам, калмыкам... И всё это пошло-поехало за Становой и Яблоневый хребты. Им навстречу - корейцы, китайцы, буряты, монголы и другие "наймиты" японской разведки... Раз­меры этих репрессий до сих пор уточняются. Конца краю не видать. - Был выполнен - под мудрым руководством родной партии и такого же правительства огромный объем репрессионной работы. С горячим сердцем, холодным умом и чистыми по локоть чекистскими руками. - Н.С. Хрушев прославил себя разоблачительным докладом на XX съезде партии, кукурузой, кубинским кризисом и лихим бульдозерным нале­том на... собственных живописцев, поэтов и прочую художественную дрянь, как бы сказал величайший пролетарский поэт Маяковский. Тов. Хрущев живо и доходчиво (как гопак, которым он веселил тов. Сталина и пленил сердце Симоны Синьоре) объяснил тогда (1961 г.) творческим сила Советского Союза, что Оттепель - замёрзла. Снова торжествует народный академик Лысенко и высокие принципы соцреализма: "кто не с нами, то против нас", и вообще "если враг не сдается, его уничто­жают!".
   Петр - апостол, первый епископ римской христианской общины, перед тем трижды отрекшийся от Христа в ночь перед Страстной Пятницей. Ныне - главный сотрудник Пропускного Пункта в Рай, ключеносец Святых Врат. Неисповедимы пути Господни.
   "наши" - непереводимое понятие, совершенно недоступное переводу на понятийный общечеловеческий язык. Есть специалисты (например ТВ-журналист Саша Невзоров), которые обладают феноменальным талантом - сразу и безошибочно определять "наших" и "ненаших". В случае ошибки опять-таки безошибочно и почти мгновенно переопределяют "наших" на "ненаших" и наоборот. Особенно удачно у них получается наоборот.
   В. Конецкий - "Нева" N2, 1989.
   Сахаров Андрей Дмитревич 1921-90 - единственный порядочный че­ловек среди всяких верхов последних по времени десятилетий - в науке, по­литике, в правителях (был народным депутатом Верховного Совета СССР последнего созыва), в быту. Это сразу обнаружилось в почти единодушной ненависти остальных депутатов. Одна девушка из Средней Азии, другой ве­теран-инвалид Афгана прямо предложили выразить негодяю-непатриоту Са­харову всенародное презрение. У нас - среди "наших" - это вернейший признак, что человек он поря­дочный.
   А. Карпенко - "Молодая Гвардия" N10, 1989.
   Аверченко Аркадий Тимофеевич, 1881-1925, автор, редактор, издатель и творец "Сатирикона" - единственного издания, в котором решили писать историю так, как было на самом деле; журналист, писатель, делец, юморист-сатирик и трагик-эмигрант. Изобрел "ихневмонов" задолго до покаяния Пи­кассо и аналогичных саморазоблачений художественной халтуры в лице, как правило, самых преуспевающих художественных халтурщиков.
   Пикассо Руис Пабло 1881
   -1973 - один из самых ловких использовате­лей человеческой глупости, замешанной на искреннем душевном отчаянии и дешевки моды XX века. Намалевал более 12 тысяч "полотен" (многие - за 10-15 минут) и нарисовал 100 тысяч рисунков (талантом Бог не обидел: рабо­тоспособность - первый признак одарённости). Незадолго до кончины опуб­ликовал (кажется, в "Экип") открытое письмо, в котором чётко и недвусмыс­ленно назвал свое творчество одурачиванием легковерной публики. У нас это письмо не перепечатывалось, так как он был лауреатом нашей (см. выше) Премии Мира (1950) и Ленинской премии мира (1962), числился в первых рядах "борцов-за-мир" (кто это такие и что это такое так до сих пор никто и не знает...). Движение за мир как-то незаметно испарилось. А сколько было шума!
   "Емеля" - здесь: художественный образ умилительно глупых либе­ральствующих гуманистов-интеллигентов.
   Приглашаем на наш сайт www.ya-shestoi-6.narod.ru
  
  
  
   50
  
  
  
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"