# Сага. История Марины. 4. Заключение.

Ирина Васильевна Абрамова

Заключение и дополнение в роману "Ждите ответа..." из саги "История Марины. 4.". Они не просто дополняют повествование, сколько шокируют и поражают...

ЖДИТЕ ОТВЕТА...


ЗАКЛЮЧЕНИЕ-1.

СМЕРТЬ АЛЕКСАНДРА.


Сон - дверь за грань бытия?


"Жара. Январь - макушка лета. Пекло нестерпимое! А какая сушь! Больше года не было ни капли дождя! Австралия, сэр. Всё вокруг окрасилось в красноватые тона. Пыль окутала всепроникающей плёнкой живое и неживое. Пейзаж стал напоминать марсианский - красно-коричневый, - престарелый мужчина с выправкой бывшего военного стоял на крытой веранде своего дома, смотря сквозь марево вдаль, куда-то поверх старых перечных деревьев. - Что ж, как ни противится душа, а ехать надо - партнёр будет ждать в ресторанчике городка. Опять работа, будь она неладна, - Александр Межерис вышел из-под навеса опоясывающей веранды и шагнул под нещадное январское солнце. Поднял лицо, подставил под раскалённые лучи. - Жарища! Да..., хорошо, что джип надёжный и крепкий, новый, с мощным кондиционером. Правда, это не совсем то, что заказывал на фирме, но, когда пришла машина, ругаться не стал, взял эту, тёмно-зелёную. Хотелось чёрную, ладно уж. Я многому научился в жизни, и терпимости тоже. И умению смиряться, - дрожь прокатилась по спине, немилосердная, железная рука сдавила измученное, изношенное сердце. Стиснув зубы, усилием воли остановил ранящие мысли, давая организму время справиться с панической, исступлённой атакой. - Давненько меня так не "накрывало". Пожалуй, лишь тогда, сразу по возвращении... Стоп! Остановись, Алекс. Думай о другом. Смирись! - смежил веки, тяжело вздохнул. - Да..., смирение, - распахнул взор, напрягся. - Может, не стоило тогда из Москвы уезжать, а остаться и добиться-таки положительного ответа от Марины? Почему так легко сдался!? Почему не настоял на продлении визита хоть на неделю? Может...? - привычная боль стянула грудную клетку семидесятивосьмилетнего мужчины обручем, на глаза навернулись слёзы. - Нет! Стоп!! Не вспоминать! Это пройденный этап! Пора забыть и... примириться с потерей окончательно. Столько лет прошло... Но почему же так больно до сих пор, Господи...!?? - громко застонав, сжал зубы до скрипа, опустил голову на грудь, постоял некоторое время, ослепнув от сумасшедшего, бешеного, обезумевшего солнца. Тяжело, тоскливо, скорбно, сиротливо вздохнул. - Сколько можно мучиться вечными, глупыми, опоздавшими, бесполезными "если бы...", "а, может...", "надо было...", "а вдруг..."? Девять безобразно долгих лет мучаюсь этими ранящими душу словами! Давно пора остановиться и сдаться! Признаться в поражении, в проигрыше по всем фронтам! Сознаться в полнейшем фиаско в душевной борьбе с очевидным, в бессмысленности войны с реальными фактами. А они безжалостны: всё потеряно безвозвратно. Она потеряна. Навсегда. Судьба. Счастье. Любовь. Сам смысл жизни, - зажмурился до красных "мушек" под веками, немилосердно задавил эмоции, еле затолкал разбухшие от страданий мысли на дальние полки сознания. Открыл почерневшие синие глаза с покрасневшими белками. - Ладно... Забыли... Время, г-н Межерис".


Пройдя на задний двор к гаражам, встретил старика Тома. Он молча протянул ключи от "Рейндж Ровера" и отступил от хозяина, не произнеся ни слова. Только кивнул, зашуршав старой соломенной шляпой без верхнего донца.

"Спасибо. Понял, что мне не до разговоров. Так на душе тяжело и муторно! Не ехать, что ли? - Алекс усмехнулся, покачав абсолютно седой головой. - Старею, не иначе, - машина покинула хоздвор и резво поскакала по камням предгорья. - Нет, всё-таки так сегодня жарко! Ох, побыстрее бы покончить с делами и домой, в прохладу толстых кирпичных стен, под несколько накатов крыши - единственное спасение от пекла. И ледяной чай. Хорошо... - продолжал автоматически управлять джипом и размышлял, думал, наблюдал. - Дорога езжена-переезжена тысячи раз за полвека. Сколько ж миль и километров намотал за жизнь? Наверное, не раз можно обогнуть земной шар, - засмеялся в голос. - Помотала судьба и служба. В космос с таким километражем лететь! - покачал головой, смеясь над собой. - Точно - старость приходит: всё чаще оглядываюсь, вспоминаю. И пытаюсь хоть в мыслях всё изменить, - радость смыло грустью, улыбка померкла, вздох вырвался из побледневших губ. - Хотя бы в мыслях... Хоть что-то изменить..."

Проехав развилку двух дорог, напрягся, вспомнив её. Ледяная игла пронзила сердце. "Марина. Мариночка. Моя гордая полячка. Боль и крест души. "Пропала без вести". Что может быть страшнее, чем неизвестность? Почему так сложилось...? - едва подумав, замотал головой в непреодолимой душевной муке. - Господи, за что...!??" С трудом взял себя в руки.

Нечаянно отвёл глаза на убегающую в сторону старого карьера дорогу... В ужасе застыл, нога автоматически надавила на тормоз, рука суетливо нажала на кнопку, открывая боковое окно.


По уходящей влево старой дороге на город, проходящей через заброшенный меловой карьер, ехал такой же внедорожник. Алекс ошалело протёр глаза, но видение никуда не ушло: тёмно-зелёный "Рейндж Ровер" ехал в сторону карьера. "Наша усадьба единственная в этих местах на многие километры, все машины знаю наперечёт - такая только у меня! Новинка! Только с конвейера! Не может быть второй подобной здесь! Да что такое? Кто? Откуда? Как попал?" Не медля ни минуты, закрыл окно, резко развернул джип и поехал за чужаком, намереваясь выяснить, кто по его угодьям разъезжает в похожей машине? Догнать удалось быстро, но то, что открылось изумлённым глазам хозяина земель, ужаснуло до предела!

За рулём впереди идущей машины сидела молоденькая, худенькая, светловолосая женщина в слетающей соломенной шляпке, с которой то и дело сражалась. На задних сиденьях открытого джипа не было видно пассажиров, но там явно кто-то сидел: незнакомка часто смотрела в зеркало заднего обзора и громко хохотала! Прислушавшись, Алекс уловил чутким ухом... детские голоса! Уже там, на подступах сознания, понял, что видит перед собой, но никак не хотел допустить эту мысль в голову, страшась и осознав ясно: "Как только её раскрою - сойду с ума!" Но профессиональный военный разум взял верх над трусливыми недалёкими мозгами обывателя, и мысль оформилась окончательно, чётко, лаконично: "Проплывает хронометраж: Марина и дети. Едут в городок. Кадры за несколько минут до их гибели".

Похолодел душой: "Как могло случиться: спустя девять лет, я вижу их собственными глазами? Смог увидеть наяву то, что могло бы быть, если бы она вышла за меня тогда замуж!? С ума сойти! Видеть то, что могло бы быть! Мистика... - потряс головой, но картина не исчезла: машина подъезжала к нагорью. Охнул, вцепился крепче в руль, вжимая педаль газа в пол до упора. - Нет! Дальше нельзя! После горки у них выйдут из строя тормоза, и сломается стойка руля!"

Сквозь вой мотора ясно слышал смех его детей, озорной хохот обожаемой жены Марины! Что-то вспыхнуло в голове, и он окончательно потерял связь с реальностью.


Теперь был лишь обезумевшим мужем, видящим, что с семьёй вот-вот случиться непоправимая беда! Решил остановить жену, спасти её и крошек от смерти. Стал сильнее выжимать акселератор, в попытке перегнать впереди идущий джип, преградить дорогу, не позволить перевалить за перевал, где всё станет непоправимым. Как ни старался, не смог догнать. Их машина скрылась за валунами. Алекс открыл окно, высунулся и истошно закричал во весь голос, стараясь им привлечь внимание Мари! Тщетно.

Его внедорожник тоже преодолел крутую гору и понёсся вниз с нарастающей скоростью. Мужчина видел, как их джип начал вилять, став неуправляемым, как жена безуспешно пыталась встать с места в последней попытке спасти хотя бы детей... Не успела: "Ровер" вдруг резко кинуло на скалу, отбросило, перевернуло и перекинуло через ограждение дороги и камни. Дико крича, обезумевший муж направил летящую машину прямо на отбойник...

Время замедлило свой бег. Звуки пропали. Мёртвая и странно дрожащая тишина заполнила пространство. Ни гула машин, ни скрежета металла, ни криков, ни свиста ветра в ушах - ничего.


Удивившись, Алекс наблюдал отрешённо, будто со стороны: удар, высокий подскок, переворот. Вот и его автомобиль летит на дно карьера. Очнувшись на миг, похолодел душой: "Что это? Впереди никого! Нет похожего джипа с женой и детьми! Я лечу в пропасть один! Где они? Я же видел!" Высунувшись в окно, в недоумении повернул голову назад и вверх, посмотрев на нависающую скалу обрыва, и увидел на ней... всех: Марину, дочь Стейси и сына Майкла. Дети сидели на руках матери и смотрели на него с такой любовью!

Он ясно разглядел своих любимых: молодая, зеленоглазая красавица-жена смотрела и шептала с укором: "Как же долго мы тебя тут ждали!", омывая душу и сердце чудесными, изумрудными глазами, лаская ими и любя. Дети протягивали к нему ручки, и отец впервые увидел их: синеглазые, рослые, красивые и... породистые, в его родню пошли! "Так вот, какими бы вы были..." - подумал за секунду до того, как машина рухнула на дно карьера колёсами вверх, задымилась и тут же взорвалась, вспыхнув мощным, гудящим, погребальным, огненным факелом.


А на скале уже стояли четверо: статный, зрелый, седовласый мужчина-военный в парадной форме при всех регалиях, его белокурая чаровница-жена в роскошном изумрудном вечернем платье в пол, и их двое детишек: мальчик четырёх и девочка пяти лет в нарядных праздничных одеждах - смокинге и бальном платьице с пышной юбочкой принцессы. Все обнимались и целовались, счастливо смеясь, и не смотрели на то, что осталось от бренного тела и машины там, на грешной и такой неласковой земле.

Это было для них не важным. Теперь они были вместе. Наконец. Навеки. Отныне. Вместе.


КОНЕЦ.


Апрель, 2013 г.


ДОПОЛНЕНИЕ.


Из дневниковых записей Марины Риманс.


Сны - игры разума или...?


СМЕРТЬ АЛЕКСАНДРА-2.

ПРОЛОГ.


"...Где-то прочитала недавно, что наша Вселенная не одинока в море эфира, и там, в Космосе, есть бесчисленное количество копий Земли, где протекает такая же жизнь, только в "запасных" вариантах развития событий. Они проистекают одинаково до определённого момента, до той "точки невозврата", когда мы делаем в жизни трудный выбор. С того мгновения, с этой точки и начинается новая полоса истории, идущая в параллельной Вселенной своей дорогой, проживая подчас ситуацию с точностью наоборот.

В зеркальном же мире проживаем другой путь, который не выбрали, тот, который мог бы стать для нас жизнеопределяющим и в корне поменять судьбу здесь, на Земле. Но в той точке "невозврата" пошли другой дорогой и обрекли себя на проживание жизни по собственному выбору.

Другой же вариант стал существовать в параллельном мире, на зеркальной Земле-2, живя и развиваясь по-иному. Там всё иначе. Там осуществляется другая версия истории - что мы не смогли, не решились или не сумели сделать. Как в игре: "Если я сделаю так...?" И начинается магия. А когда результат не удовлетворяет, мысленно возвращаемся к исходной точке и решаем вновь переиграть спектакль, наивно полагая: "Теперь сделаю так..." И так до бесконечности. А любая бесконечность имеет начало - точка выбора, точка зеро, поворотная точка судьбы.

Каждому из нас доводилось не единожды стоять на таком жизненном перекрёстке и, как в сказке, читать знаменитые надписи на камне: "Направо пойдёшь..., налево пойдёшь..." Так и с жизнью получается: выбираешь лишь раз, а Космос "доигрывает" три оставшиеся варианта развития событий, отныне ставшей тебе чужой. Три версии судьбы с одними и теми же актёрами, только тексты сценария меняются.


Мне вспомнилась эта статья не просто так, к слову. Сны - не менее нас азартный игрок! Они тоже стараются переигрывать даже давние события снова и снова, меняя декорации и мизансцены, раздавая актёрам всё новые и новые реплики. И вот однажды во сне видишь обновлённую версию жизни. Он чёток и ясен до дрожи, повторяется, будто дразня, насмехаясь, изгаляясь над тобой: "Если бы ты сделал тогда так..."

И я однажды увидела сон, в котором разум почему-то вернулся к событиям, коим больше четверти века!* Мозг так и не смирился с реальными событиями тех лет и решил переиграть их на свой лад...


Часть 1.

СГОВОР.


- ...Дэн! Не будь малодушным идиотом! - Луиз с презрением посмотрела на младшего брата. - Не ты ли буквально на днях ныл, что кредиторы тебя уже за горло взяли?

Под её жёстким взглядом, так живо напомнившим покойную мать, Дэну стало не по себе. Тихо ругнувшись, беспомощно посмотрел на брата Юджина. Тот только передёрнул раздражённо плечами: "Отстань! Сам разбирайся, хлюпик!" Дени тяжело вздохнул: "Понятно. Луи и его достала до печёнок своим безумным предложением. Бог мой..., я не могу в этом участвовать! Да, деньги нужны позарез, но не таким жутким способом! Я не смогу..."

- Решайтесь, родные, - Луиза сбавила обороты, сойдя на тихий увещевающий тон. - Подумайте сами, прошу, - касалась руками матери их голов, смотрела её глазами в души, улыбалась её улыбкой - была точной копией покойницы. - Вы же понимаете, что тянуть больше не имеет смысла. Она всё взяла в свои тонкие, но цепкие ручки! Отец потерял голову окончательно! Если не принять меры - останемся ни с чем! Что я предлагаю - выход для всех нас... - обнимала братьев, шептала голосом любимой мамы, ласкалась, вползала змеёй в слабые души, оплетала смущением и искушением. - Это будет выглядеть, как несчастный случай. Никто не заподозрит неладного, - всё сильнее туманила мозги, улыбкой обволакивала волю и совесть. - Даже после всех вычетов нам перепадёт по два жирных куска... - нашёптывала, забивала цифрами остатки здравомыслия и порядочности. - Отец их не переживёт - сердце слабое. Знаю точно - звонила в клинику, спрашивала у врача...


Они сидели под раскидистым деревом вилги, "подстриженной" на высоту голов овец - объедали ветки дерева в засуху. Теперь оно напоминало гигантский раскрытый зонт и надёжно защищало от палящих лучей солнца. Тень только и спасала от изнуряющего зноя декабря. Попивая коктейли из термосов, родные люди прятали друг от друга глаза. И было отчего! Здесь и сейчас планировался самый древний грех в истории человечества - братоубийство. Вот и косились смущённо, страшась немедленно услышать Глас Небесный, вопрошающий их: "Где Авель, брат твой? Что ты сделал?"**

Юджин, старший сын в семье Межерис, пятидесятилетний полнеющий мужчина с проседью в редеющих волосах, с уставшими и просевшими глазами, поднял виноватый взгляд цвета моря на сестру, не веря себе: "Неужели это происходит со мной? С адвокатом! Как могло такое вообще случиться!? А всё они, деньги проклятые! Они мне тоже нужны! Дела в бюро идут всё хуже, если не обеспечить новыми финансовыми вливаниями бизнес - прогорю очень скоро. Чёрт, Луи, зачем ты вообще приехала именно сейчас, когда я так растерян и слаб? Специально выжидала, что ли? Похоже на то. С неё станется. Вся в мать! Коварна и безжалостна, - посмотрел искоса на Дэна. - Тоже поймала в те же силки. Понятно без слов: понурый и мрачный сидит - опять влип в неприятность! Сколько его родители вытаскивали с самой юности! Ничему жизнь так и не научила". Вздохнув, попытался восстать.

- Лу, послушай... - сам не знал, как остановить её, а надо! - Да, мы в трудном положении, но то, что ты предлагаешь... Это наши сестра и брат. Родные по крови. Единокровные! Это...

- Да, родные! - презрительно прервала. - Однако это не мешало отцу всё на них переписать ещё до их рождения! - возмущённо засопела, отворачивая некрасивое разгневанное лицо матери. - Словно у него не было ни нас, детей, ни внуков. Будто никого, кроме младших детей, в его жизни нет! Только вторая семья законна и любима! Отгородился стеной отчуждения!

- Лу, ты неправа, - отважился заступиться за новую семью отца Дэннис. - Марина хорошая. Она прилагала все усилия, чтобы подружиться с нами, - умоляюще посмотрел на брата, возопил безмолвно: "Да помоги ты!" Тот остался отстранённым. Рыкнув неприличное, продолжил уговаривать. - Сначала тебе она пришлась по нраву, вспомни. Вы же дружили! - осмелел, решил стать хоть на время мужчиной и человеком. - Луиз, послушай...

- Нет!! Это вы послушайте! - рявкнула, вскочила с раскладного кресла, нависла над столом, опершись на него кулаками. - Решайтесь: или принимаете участие, или всё достанется мне. Получится - не сомневайтесь. Хватит пустой болтовни! Полгода меня уговариваете на милосердие, - брезгливо покосилась на обоих. - А мне оно нужно? Нет! Мне нужны деньги. Дети растут. Муж алименты платит неисправно и мало. Выхода нет иного. В клинику нужны срочные вложения для модернизации, иначе я её потеряю - конкуренты не спят. Под угрозой моя независимость в профессии! Я в тупике. Всё. Решайтесь. Больше тянуть нельзя. Её дочь уехала в колледж. Время пришло. Удачный момент настал. Другого не представится.

Через час они сдались.

Судьба Марины и её малолетних детей была предрешена. Их приговорили.


* ...вернулся к событиям, которым больше четверти века, - история в романе "Ждите ответа".

** "И сказал Господи Каину: где Авель, брат твой?..." - Ветхий завет. Бытие 4:9.


Часть 2.

ДЫМ НАД КАРЬЕРОМ.


...Том Скиррет неспешно закрыл ворота, проводил глазами далёкую точку на дороге. "В такую жару повезла детей! Вот Марина упрямая! - усмехнулся и пошёл в дом. Напившись вдоволь чая со льдом, неожиданно поперхнулся кусочком лимона, заперхался, вскочил, колотя себя по спине. - Едва отдышался! Чёрт, чуть не задохнулся! О чём в ту секунду подумал, Томми? - подумал. - Так..., погоди-ка... Ну да, о хозяйке молодой и подумал: "Уж, не поехала ли через карьер?" - предчувствие тяжело ударило старика под рёбра, помутив на мгновенье свет в глазах. - Господи..., нет! - выскочил в кабинет хозяина, схватил мощный военный бинокль спецназначения, спрятанный от детей в верхнем отделении книжного шкафа. Выбежал на веранду и стал наводить визир на северо-восток. - Пока ничего подозрительного не замечаю. Верхушки скал, рыжее марево от жары, дрожащий раскалённый воздух... Стоп! Да это не воздух! Это... дым! - увеличил диоптрии, усилил увеличение объекта. - Так и есть - дым! - медленно опустил бинокль. - Нет, не может быть! Так, Том, спокойно. Давай думай..." Но, не начав даже размышлять, кинулся к телефону, набирая службу спасения.

Через пятнадцать минут его старенький пикап подъезжал к карьеру. Сомнения отпали: "Да, дым идёт из котлована. Уже тонкий, едва заметный. Посмотри я в бинокль немного позже - не заметил бы, - на ватных ногах едва вылез из кабины, понимая, что увидит, и зная, кто там, на дне. Старался держать эмоции в кулаке - было слышно, что по дальней объездной дороге несутся машины спасателей и пожарных. - Опоздали. Да и что они могли сделать, даже окажись в ту минуту рядом? Пропасть. Не зальёшь запросто горящую машину - высоко. Всё равно ждали б, пока погаснет сама".


- Хэлло, Том! - Патрик Хэнк, старшина пожарной команды, пожал руку старику. - Кто там? Чужак?

- Нет, Пэдди, - тихо проговорил бледный Том. - Хозяйка с детьми. Она повезла их в город... - не смог договорить, отвернулся от пожарника, отошёл в сторону, грустно наблюдая, как ребята разворачивают технику и оборудование: "Поздно".

- Вот чёрт! - Пэд присвистнул, почесал лоб под каской. - Ты хозяину звонил?

- Сообщил поверенному. Он всё взял в свои руки, - прохрипел и больше не разговаривал.

Через час искорёженная сгоревшая машина была извлечена наверх, погружена в трейлер, закрыта полотнищами и увезена в городок.


Часть 3.

СТРАШНЫЕ ВЕСТИ.


- Господин Межерис..., - тихий голос над ухом заставил слегка повернуть голову, едва в переговорах повисла минутная пауза. Молодой помощник стоял в полупоклоне и смотрел непонятно, насторожённо, - Вас просят пройти в соседний кабинет.

Александр встал и проследовал за парнем.


В просторной комнате отдыха было светло и прохладно - кондиционеры работали на полную мощность. Мужчина выдохнул безмолвно: "Ох, и жаркий этот год январь!"

У прозрачной стены небоскрёба увидел своего друга и консультанта, вечного поверенного в делах семьи, Джеффри Харпера. Несмотря на жару, на нём был строгий чёрный костюм. Что-то в его сгорбленной спине насторожило Алекса.

- Джефф? Какими судьбами ты здесь оказался? Как меня нашёл, плут? - рассмеялся, подавая руку. Но, как только друг повернул лицо, рука опустилась, горло перехватил спазм паники. - Что стряслось?

Такого лица не видел очень давно. Это было не лицо, а маска.

- Алекс, присядь, пожалуйста, - низкий и глухой голос не обещал ничего радостного.

Едва соображая, справляясь с резкой болью за грудиной, рухнул на кожаный диван возле стены. Обвёл тревожными глазами трёх мужчин, замерших возле него: Джефф - юрист, Эл - секретарь и незнакомец с суровым лицом.

- Это следователь из полицейского управления Олбери Джек Митти, - перехватив взгляд, Джефф пояснил. - У него есть пара вопросов к тебе.

- Господин Межерис, - начал Митти, - кем Вам доводится... Иветта Риманс? - прочёл по бумажке, с трудом прочитав запись. Поднял на мужчину вопросительный спокойный взгляд карих глаз. Лицо держал хорошо - не догадаешься, с чем прибыл из такой дали.

- Падчерица. Старшая дочь моей супруги Марины.

- Где она сейчас находится?

- В Олбери. В колледже.

- Всё сходится, - погрустнел Джек, беспомощно посмотрел на Джеффри, вздохнул. - Пять часов назад на выходе из колледжа она и её подруги попали в аварию. На них налетел грузовик, который не справился с управлением на перекрёстке рядом с заведением. Пострадавших пятеро. Погибших одна. Ваша падчерица. Мне жаль...

- Матери сообщили? - едва прошептал несчастный, с ужасом выслушав страшное известие.

- Алекс, это ещё не все вести. Крепись, друг, - Джефф подошёл ближе, смотря бездонными агатовыми глазами на клиента, давнего соратника и друга. - Нам только сегодня удалось разыскать тебя. Ваша конференция внезапно поменяла место переговоров. Пролетели за тобой полстраны. Ты готов меня выслушать спокойно? - испытующе посмотрел, метнув глаза на секретаря. Тот тут же выскочил из кабинета прочь. Увидев согласный кивок Александра, продолжил. - Вчера в районе часа дня твоя семья погибла в автокатастрофе в старом карьере. Машина вылетела за ограждение. Не выжил никто. Прости, что приходится говорить тебе такие страшные слова, но я юрист, прежде всего. Это моя профессия - говорить плохие вещи... - присмотревшись, понял, что он его не слышит, медленно заваливаясь на бок с открытыми, расширенными глазами. - Алекс! Врача!!

Вскоре вбежал врач с сумкой, рухнул на колени, стал оказывать экстренную помощь пациенту. Через десять минут поражённо встал на ноги.

- Я бессилен. Он умер мгновенно. Сердце не выдержало.

В гостиной повисла поражённая, гнетущая тишина.


Часть 4.

СТЕРВЯТНИКИ.


Их хоронили в один день, разместив в семейном склепе: пять мест сразу. Вся семья Межерис легла рядом. Навеки.

Следствие длилось год, но так и не было найдено никаких доказательств предумышленного убийства, как на этом настаивал старик Том Скиррет: "Меня не было в усадьбе три дня - ездил на семейное торжество. Только в эти дни в гараж мог проникнуть посторонний! Их убили, повредив тормоза машины!"

Дело вышло резонансным, но подозрения и домыслы к делу не подошьёшь. Так и списали всё на несчастный случай: Марина не справилась с управлением на крутом повороте заброшенного карьера. Единственное, что сделали - повесили запрещающий проезд знак там. И только.

Её дочь Иветта погибла из-за неисправных тормозов того грузовика. Водитель с места аварии скрылся, поиски результатов не дали. Видимо, нелегал подрабатывал незаконно.

Алекс умер от разрыва сердца. Давно хворал. Это лишь подтвердил его лечащий врач.

Всё выглядело трагическим стечением обстоятельств, которое унесло в течение суток жизнь целой семьи Межерис-Риманс.

Городок и округа долго были в шоке от такой чудовищной трагедии: "Никогда подобного ещё не случалось в нашем тихом крае! Кошмар! Какая трагедия! Невероятный случай!"


...Спустя полгода, уладив все формальности с наследством, с передачей прав управления фондами и вкладами, имущество было разделено детьми покойного от первого брака. После всех выплат по налогам они получили по два миллиона в долларовом эквиваленте. Усадьба вскоре была ими продана семье русских эмигрантов, недавно приехавших из России, за очень приличную сумму, на которую наследники даже не смели и надеяться! Радость от шальных денег вскружила им головы.

Старший сын Александра Межерис, Юджин, удачно вложил обретённые средства в свой бизнес и смог выстоять в искушении, и не влипнуть в мутные дела, на которые его подбивал Дэн, младший брат. Юджин сумел остаться несколько в стороне от всех дел, что творили сестра и брат, но то, что не остановил их, будет мучить всю жизнь неплохого в принципе человека, который в трудный час не устоял перед соблазном и перспективой получения больших денег. На похоронах он единственный не смог сдержать слёз, чем вызвал презрительную улыбку у сестры Луизы.

Луиза все деньги вложит в свою клинику, которую вскоре перепишет на имя нового возлюбленного, Эдварда МакГиллана. Он всё и спланировал, завуалировав преступления под вполне объяснимые трагедии. Подговорил к участию и любовницу, подтолкнув к нужным решениям и действиям. Ему нужна была эта клиника! Необходима! Сам прекрасный пластический хирург, Эд вечно нуждался в средствах. На одном из великосветских приёмов случайно нашёл Луиз, всё разузнал, расспросил и сообразил сразу, где и как их достать. Путь к этим средствам пришлось выстелить пятью телами - мелочи. Теперь у него была собственная клиника, неглупая покорная жена - квалифицированный врач, и её несносные детки от предыдущего брака. До них ещё руки не дошли. "Придёт и их время..." - частенько про себя говорил мерзавец.

Дэн Межерис не сможет трезво оценить возможности и ввяжется в такую скверную историю, что его семье с трудом удастся отсудить у нерадивого мужа и отца часть наследства. Жена с ним разведётся, в попытке сохранить покой и благосостояние детей. Сам же неудачник-аферист будет вскоре найден застреленным на задворках Аделаиды. Убийцу не найдут.


...Новые владельцы дома пытались уговорить старика Тома остаться в поместье, помочь в ведении хозяйства, и с детьми у него получалось ладить, но Скиррет отказался. Не мог видеть других людей там, где ещё недавно жили его хозяева и были так счастливы в браке, так любили друг друга и детей, что эта любовь до сих пор ощущалась в стенах старинной фамильной усадьбы, которую все вскоре стали называть "Межерис".

Том вернулся к своей престарелой сестре Агате и остался с ней навсегда. Там и нашёл последнее пристанище на тихом сельском кладбище, пережив хозяев лишь на год.


...Посреди гостиной на коврике стояла маленькая девочка и с удивлением рассматривала незнакомых людей, сидящих на большом кожаном диване возле камина. Они её не замечали. Она же видела их столь часто, что научилась различать голоса. Тогда и поняла, что это... призраки прежних хозяев её нового дома! Не испугалась - были добрыми.

С тех пор пятилетняя Юля, а теперь Джулия, стала подружкой их детям, Майклу и Стейси, и часто бегала за ними по комнатам, коридорам, верандам и чердаку, громко смеясь и окликая по именам.

Мать с тревогой наблюдала за странным поведением младшей дочери (двое старших жили в колледже), но супруг успокоил: "С маленькими детьми такое случается часто - выдумывают себе друзей. Подрастёт - забудет свои выдумки". Инна тяжело вздохнула, но спорить с Михаилом не стала. Она и сама часто ощущала присутствие кого-то постороннего в доме, но рассказать никому не решилась, страшась быть неправильно понятой. "Дом есть, крыша и пища тоже, с остальным мы справимся. И не такое повидали в России! Если погибшие хозяева не хотят "уходить" - их право. Теперь и в нашем доме есть приведения, как в каком-нибудь шотландском замке! Романтично и немного жутковато. Будет, о чём пошептаться с подругами и друзьями. Теперь есть, куда их пригласить. Можно подумать о воссоединении с нашими родными. Здесь славно и спокойно. Мы будем счастливы". Смирившись, приняла ситуацию, как есть.


ПОСЛЕСЛОВИЕ.


Вот такое видение неожиданно всплыло в моей голове однажды в предрассветных сумерках, когда находилась в полудрёме, скользя по тонкой бровке бодрствования. Нет сомнений, что мне удалось каким-то образом увидеть зеркальную действительность. Там и произошли события по "запасному" сценарию.

Там я вышла замуж за Александра и уехала с ним в Австралию. Прожила девять лет счастливо и радостно, не считая неприветливых детей супруга от первого брака. Именно там, на параллельной Земле, все нити сошлись в одну точку: тот день должен был стать концом новой семьи. Он им и стал. Но не на этой планете, а на "запасной", на Земле-2 или... -5?

А на этой же я смогла заставить себя пойти по другому пути, отказавшись рисковать детьми.* Мой поступок не дал повода старшим детям Александра совершить преступление. Не приехав, не спровоцировала их падения в тяжкий первородный грех.

Не знаю, как у них сложилась судьба. Надеюсь, Алекс послушал меня и помирился с родными, и закончил свою жизнь с миром в душе и семье.


Каждое наше решение имеет свои последствия и здесь, на грешной Земле, и там, на ментальном уровне. Жаль только одного, что мы не можем возвращаться в исходную точку бытия, где всё можно переиграть и поменять. Только, будет ли оно, то новое, лучше уже свершившегося? Нет и не будет ответа".


* ...отказавшись рисковать детьми, - история в романе "Ждите ответа".


КОНЕЦ.


Из записок и рассказов Марины Риманс.


Январь, 2014 г. - И. В. А.