Федорец Григорий Григорьевич : другие произведения.

Сирийский марафон. Книга 2. Часть 1. Глава 8 и 9

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Вторая книга романа "Сирийский марафон" перед Вами. 2016 и 2017. Террористы, спецслужбы НАТО. Сирия, Венесуэла и Египет. Здесь развернуться основные события. Подполковник Кайда и его боевые товарищи защищают Родину на дальних рубежах.

  Глава 8. "Разговоры по душам"
  Триполи. Ливан. Июнь 2016.
   Карабас в этот раз выглядел менее импозантно. Ни тебе дорогого костюма с белоснежной сорочкой, ни тебе массивного перстня из золота. Да, и штиблеты не крайний писк моды. Но, и бомжом не прикидывался. На первый взгляд бизнесмен средней руки. Толи инженер строительной компании, толи совладелец аптеки. Пиджак цвета белый навахо, брюки того же колера. Мягкие мокасины из кожи хорошей выделки. Неброско, но добротно.
   Такси укатило, оставив его на полупустом паркинге перед мечетью Аль-Джами. Храм знаменитый не только по местным меркам. Белый камень стен; зубчатый парапет башен, переходов и веранд; сахарные купола с полумесяцем на шпиле. Есть чем любоваться. Появление мусульманина абсолютно мотивировано. Как-же, быть в Триполи и не посетить Аль-Джами?
   Турок в восхищении замер метрах в сорока перед входом. Темные очки снимать не стал. Солнце хоть уже и ползло на покой, но ещё крепко хлестало, усиливаясь в яркой белизне сооружений.
   Тарахтение приблизилось и Карабас обернулся с недовольной миной на физиономии. В трех метрах замер обыкновенный байк. В седле, упираясь одной ногой в асфальт, сидел парень в закрытом мотошлеме. Серый лонгслив, джинсы с вытертыми до дыр коленями, черные кроссовки. Турок внутренне напрягся. Молодежные банды на мотоциклах известный бич здешних мест. Байкер, сбросив обороты, откинул защитное стекло антрацитного цвета своего фулл-фейса:
  - Мое почтение, эфенди Алтамиш!
  - Алекс? - обомлел Карабас. - Вы, как всегда, меня поражаете!
  Кайда широко улыбнулся:
  - Работа такой. Прокатимся недалече?
  Турок усмехнулся:
  - С ветерком! Так у вас говорят?
  - А, как же. Надевайте шлем и ..., - подполковник кивнул на место за собой.
  - Те двое на байке, - Карабас, устроившись на заднее сиденье, одел такой же шлем, - часом не ваши?
  - Эскорт, само собой. В знак уважения и вообще ..., - Александр убрал подножку и плавно тронулся с места. - Вы в добрых и надежных руках!
   Подполковник первое время катил в пределах правил. Хотя, если честно, тянуло прибавить оборотов и рвануть. Благо покрытие дороги позволяло. Аккуратно перестраиваясь из ряда в ряд, в зеркале заднего вида он заметил "Мазду". Серая "Тройка" в точности повторяла маневры. Трафик был не так уж плотным. Байк Чупа-Чупса и Ляха легко обогнал их. Сидящий сзади Варшавин, едва они поравнялись, откинул защитное стекло шлема:
  - Командир! "Мазда-три". Отрываемся. Делай как я.
  Кайда, кивнув, полуобернулся:
  - Дружище! Начинаем маневрировать. Сделайте одолжение, прижмитесь плотнее. Не сочтите за намек на бисексуальность. Чистый практицизм. Как вы знаете, в нашей стране цветовая гамма сексуальной ориентации весьма скудна.
  - Радует. В этом взгляды наших народов схожи. Толерантностью не заморочены, - из-под шлема голос турка звучал глухо. - В части взаимоотношению полов особой разболтанности не приветствуются. Даже среди либеральной интеллигенции. Традиции чтим, хвала Всевышнему.
   Чупа-Чупс, не утруждая себя включением поворотника, подстегнул железного коня. Байк рванул и, рискованно подрезав неспешно катящий впереди "Ниссан-Патрол", в один прием перескочил через две полосы. Иллюминация на корме джипа грозно заполыхала красным, а визг тормозов слился с воплем матюгов клаксонов. Поток машин залихорадило, чем не преминул воспользоваться Александр. Не без лихачества он, крутнув ручку газа до упора, проскочил перед носом "Патрола". На удивление легкий мотоцикл, отягощенный двумя седоками, резво ускорился. Хай клаксонов за спиной подтвердил, что и им удалось внести свою лепту в бардак на дороге.
  Кайда мчал, словно нитка за иголкой, повторяя маневры Чупа-Чупса. Горячий поток воздуха, словно в аэродинамической трубе, несся на встречу, обжигая тело.
  - Хорошо лобовое стекло приличных размеров, а то бы и перчатки не спасли,
  - недовольно ворчал подполковник, прячась под защиту прозрачного пластика. - Ещё не известно, что веселее: осенний морозец Подмосковья или раскаленная сковородка Ливийской пустыни.
   Спустя три минуты бешеной гонки Чупа-Чупс стал сбрасывать скорость. Александр поочередно скосил взгляд в боковые зеркало. Слежку, будто корова языком слизнула. Он обернувшись крикнул:
  - Ну, как? Получилось с ветерком? Часом не укачало?!
  - Не дождетесь! - тут же получил ответ Карабаса.
   Подгадав под зеленый, байк Чупа-Чупса свернул влево и прибавил обороты. На сей раз без откровенного хулиганства. А, как только впереди замаячила зелень парка, вообще покатил паинькой, строго соблюдая скоростной режим.
  
  - Приехали, сударь, - Кайда подрулил вслед за Чупа-Чупсом на парковку у парка. - Гляньте какой оазис тишины и благолепия. Кислорода завались, хоть в кадушку наливай.
  - Благодать, - подошел Лях. - Командир, вы пока гуляете, мы покатаемся по периметру. Гуд?
  - Валяй. Я сегодня добрый, - подполковник дождался, когда Карабас покинул седло байка. - Про эфир не забудьте.
   Не дожидаясь пока мотоциклы разъедутся, он приглашающе кивнул в сторону деревьев:
  - Не будем терять время. Опять-же моцион какой-никакой.
  Турок согласно кивнул и первым двинулся по аллеи. Кайда поспешил следом, оставляя на припыленном асфальте рыхлые следы:
  - Месье Алтамиш, как-то скучно смотритесь. В образе студента-неудачника или ...?
  - А, с какого ... веселиться? - огрызнулся Карабас. - Или у вас на Родине к предателям относятся с почтением?
  - К предателям? С почтением? - подполковник поравнялся с турком. - Нет, конечно. Хотя прецеденты бывали. Слыл человек в Иудах, а по прошествии времени оказывалось ровно наоборот.
  - Как это? - Карабас даже с шага сбился.
  - О "кембриджской пятерке" полагаю знаете? Кто они с позиции бриттов? Правильно, предатели, - Александр вышагивал прогулочным шагом, рассеяно поглядывая по сторонам. - С точки зрения СССР герои, соответственно. Так?
  - И, что? Они же были гражданами Великобритании, - Алтамиш недоуменно взглянул исподлобья. - Причем тут СССР?
  - Ну, а с позиции сегодняшнего дня? С точки зрения человечества?
  - Человечества? Намекаете на засветку "Манхэттенского проекта" американцев?
  - Хотя бы его, почему нет, - Кайда кивнул в сторону одинокой скамьи в окружении трех пальм. - Присядем. Монопольное владение ядерным оружием чревато.
  - Полагаете янки устроили бы атомную бомбардировку городов Советского союза? - Карабас свернул за Александром на тропинку.
  - Однозначно, - подполковник, опустившись на скамью, с удовольствием вытянул ноги. - Хиросима и Нагасаки тому в пример. Знали, что ответки не будет. Кстати, в списке целей атаки фигурировали и Ереван, и Баку. Турция рядом. Радиация сто пудово доползла бы.
  - Наверняка. Хмм, вынужден признать, есть доля истины в ваших словах, - рядом устроился Алтамиш. - Если честно, я не сторонник конфликта моей Родины с Россией. На какой банан? Зачем? Геополитика? Не уверен.
  - Разделяй и властвуй, - вздохнул Александр. - Старо, но работает.
  - Уныло десятилетиями таскать каштаны из огня для Запада. Перспектива тухлая, не греет, - турок стряхнул с брюк слабый налет песчаной пыли. - Ладно. Берем паузу для размышления. Теперь к нашим делам.
  - Паузу так паузу. Извольте, - улыбнулся Кайда. Слабый ветерок скользнул по листве пальм и те, вздрогнув, недовольно зашелестели, будто железо на ветхой крыше.
  - Тут штука такая ..., - Карабас замялся. - Похоже у нас намечается государственный переворот. Военный, само собой. Другие варианты не пляшут.
  - Эрдогана снимут?
  - Скорее ликвидируют. Не тот персонаж, чтобы тихо спровадить на пенсию, - Алтамиш поднял глаза на русского. - Как вариант? Радует?
  - Причин для радости не вижу, - дернул плечами подполковник. - Если вы про месть за сбитый штурмовик, так у нас нет уверенности в прямом приказе Эрдогана.
  - А, его и не было. Авторитетно заявляю, - Карабас поднялся со скамьи. - Приятель служит в управлении кадров ВВС. Своими глазами видел приказ по итогам операции. Черным по белому о неполном служебном соответствии для командующего базой Инджирлик и двух генералов из штаба.
  - Спасибо, учтем, когда будем предъявлять счет за сожранные бублики, - Александр нехотя покинул скамью. - Пора? А, заговорщики часом не из летунов?
  - В большей части, полагаю. Эрдоган сильно поджал генералов от ВВС, - турок неспешно двинулся к выходу из парка. - Расследование о финансовых злоупотреблениях идет полным ходом. Болтают, присядут старцы. Отставка не прокатит.
  - Жадность - порок древний. Что мало зарабатывают?
  В ответ Алтамиш только фыркнул.
  - Да, хотел спросить между дело, - задумчиво спросил Кайда. - Мы в Алеппо мореманов споймали. Все как на подбор, натовцы. Есть мысли по поводу?
  - Моряки? В Алеппо? Странно, - Карабас смешно сморщил нос. - "Тюлени"?
  - Типа.
  - Гмм. Весьма странно. Хотя постой, постой, - замедлил он шаг. - В прошлые выходные я с однокашниками по АНБ встречался.
  - Академия национальной безопасности?
  - Угу. Коллеги, как понимаете, народ не болтливый. Даже в крепком подпитии и среди своих. Но..., - турок остановился напротив полуразбитой урны, - был в компании один приглашенный. Подводник. По званию вашему капитану третьего ранга чета. Парняга молодой и для солидности, а может под "градусом" начал плести, что мол на днях участвует в спецоперации против русских в Тартус. Будто бы группу подводных диверсантов доставлять будет.
  - Любопытно. И ..., - Александр внутренне напрягся.
  - И, все. Сосед по столику шикнул на болтуна. Свели к пьяной похвальбе и только, - Алтамиш двинулся дальше. - У каждого своих секретов хоть ...
  
   Публика в автобусе присутствовала в пропорции: совсем бедные и не очень.
  Пришлось гардероб привести в соответствие. Стоптанные кроссовки, рубахи на выпуск, замызганные джинсы. Все местного разлива.
  "Не фирма", - выразился Лях, когда они покинули барахолку рядом с автостанцией. Чупа-Чупс по обыкновению что-то мурлыкал под нос.
  - Что музицируем, трубадур? - не выспавшись Кайда пребывал не в лучшем расположении. Морозов не обиделся:
  - А, вот. Угадаете?
  - На пустой желудок только загадки твои разгадывать.
  - Да, пусть. Может взбодрит, - вступился Лях. - Давай, Андрюха.
  - И, лампа не горит, и врут календари.
  И, если ты давно хотела что-то мне сказать, то говори, - осторожно запел Морозов, косясь на товарищей. Те шагали молча, и он продолжил уверенней:
  - Любой обманчив звук. Страшнее тишина, когда в самый разгар веселья падает из рук бокал вина.
  По утреннему времени прохожих не наблюдалось и Чупа-Чупс останавливаться не стал:
  - И черный кабинет, и ждет в стволе патрон. Так тихо, что я слышу, как идет на глубине вагон метро.
  В этот момент приблизились двое местных. Пришлось замолчать. Те, быстро прошли мимо. Морозов, оглянувшись, убедился, что аборигены далеко:
  - Узнали?
  - Знаешь, может тебе профессию сменить? - вздохнул Кайда. - А, что? Станешь, к примеру, песняка давить в ресторане или в ансамбле песни и пляски. У меня и знакомец есть, могу похлопотать.
  Морозов прибавил шаг, вырываясь вперед.
  - Извиняй, Андрюха! Не хотел обидеть. Бурчу с утра по-стариковски, - Александр, догнав, хлопнул по плечу офицера. - А, поешь, действительно классно.
  - Сплин? - и Лях, прибавив шаг, поравнялся. - Мировые стихи. Слова, что первые капли дождя. Каждая в точку.
  
  Среди пассажиров растворились, будто сахар в "Нескафе". Ещё крепенький "Икарус" со скоростью чуть шустрее верблюжьего каравана отмерял километр за километром, приближая к египетской границе. Встреча со старым знакомым, что глоток воды из забытого детства. Как пузырьки газировки через нос. Щекотно и бодрит. Александр, едва уселись, непроизвольно провел подушечкой большого пальца по старческим морщинам кожаного сидения, буркнув:
  - Да, были времена ...
  - Командир, какие времена? - уточнил Чупа-Чупс, затолкнув холщевый вещмешок под сидение.
  - Так, вообще ...
  - Ностальгия? - офицер кивнул на исцарапанный шильдик на стойки кузова. - Привет из советской Венгрии. Как бедолагу сюда занесло?
  - При Союзе с Каддафи дружили. Был период, - Кайда, широко зевая, посмотрел сквозь окно, покрытое толстым слоем пыли. Солнце, по утреннему обычаю спешащее в зенит, звенело в прозрачном без единого намека на облака, небе. Ночная прохлада сгинула давно, будто и не было. Прошлую ночь спасть пришлось по-спартански. Парковка рядом с морским портом как всегда оказалась забита грузовиками-длинномерами. Под тентом в кузове и устроили ночлег. Повезло, что в углу обнаружилась пара десятков картонных коробок из-под бананов. Раздербанив их, устроили сносное ложе.
  - Ночлежка на колесах для нищебродов, - резюмировал Чупа-Чупс, оглядев временное пристанище.
   Правда, с первыми лучами заунывно запели динамики с ближайшего минарета. Муэдзин взывал к молитве.
   Мятые костюмы и физиономии только дополнили образ. Соседи по "Икарусу" приняли за своих. Ляху, дебелая тетка, что примостилась с кузовками рядом, даже предложила отхлебнуть из початой бутылки. Жидкость по цвету напоминала ослиную мочу. Вполне возможно таковой и являлось. Шут его знает, чем местные бичи опохмеляются. Перехватив взгляды коллег, Варшавин благоразумно отказался. Тетка ничуть не обиделась. Отхлебнула изрядно и, звучно крякнув, принялась рыться в своих многочисленных котомках.
  - Командир, а классно мы с мотиками придумали? - Чупа-Чупс на удивление выглядел свежо.
  - Угу. Сам себя не похвалишь, весь день ходишь как оплеванный! - ухмыльнулся Александр, сквозь прикрытые веки наблюдая незатейливую жизнь попутчиков.
   Кто-то монотонно жевал пересохший лаваш. Другой дымил вонючей, будто из прошлогоднего кизяка, сигаретой. Парень через два ряда клеился к молодой девицы, нашептывая что-то на ухо. Судя по разгорающемуся румянцу у красотки явно не псалмы. Аксакал у дверей дремал, систематически стукаясь головой в тюрбане о стальную стойку. Та дребезжала каждый раз. Водитель настроил приемник на местную радиостанцию и динамики гнали тягучие, что сахарная вата, арабские мелодии.
  - Командир, - Чупа-Чупс коснулся локтя подполковника. - Поспите мало-мало. Дорога дальняя. Я на стреме. Чуть что, маякну.
  - Пожалуй. А, то в сон валит, удержу нет.
  - Хотя, конечно, духан в салоне ещё тот. Смесь дерьма с чесноком, - ухмыльнулся Морозов. - Бодрит не сказано.
  Кайда, не открывая глаз, отозвался:
  - Читал где-то по подобной ситуации. Типа "воздух был переполнен запахами активной жизнедеятельности человека".
  - Во-во. Гремучая смесь. Сплошные миазмы, а вы спать. Решпект.
  - Увы, дружище, противогаза нема, - последняя фраза сползла с губ, и он провалился в сон.
  
  Глава 9. "Маятник качнется-сердце замирает..."
  - Командир! Кипеш намечается, - шёпот змеюкой полз в ухо. Александр дернулся и ... проснулся. "Икарус" стоял, отстукивая дизелем моточасы жизни. Но, что-то было не так. Тишина. Полное отсутствие звуков. Как в лесу, когда мелкая живность замерла, чуя приближение крупных НЕПРИЯТНОСТЕЙ.
  - Командир! Очнулся? - Морозов смотрел куда-то вперед, в сторону водителя.
  - Что? - голос немного сипел после сна. Кайда, распрямляясь на сидении, промокнул рукавом испарину на лбу.
  - Мы в "серой зоне". Водила толи с дуру, толи спецом свернул с трассы на проселок. Тут же бандочка нарисовалась, - в голосе Чупа-Чупса сквозило напряжение. - Два пикапа. "Икарус" заблокировали. По стилю - "махновцы". Семь рыл. В стволах разносол. Три югославских "Калаша", две "помпы". У троих пистоли.
  - Оброк снимут и отпустят, - подполковник видел, что трое уже подошли к передней двери. - Что напрягает?
  - Аборигены крепко притихли. Походу не рутинный гоп-стоп, - Морозов, не меняя позы, переложил складной нож из заднего кармана штанов за пояс, под рубаху. Александр встретился глазами с Ляхом.
  - Танцуем по ходу дела. Гасим, если край, - по-русски прошептал Кайда. Варшавин кивнул и повторил манипуляции Чупа-Чупса с ножом.
  Дверь, пугливо вздохнув, распахнулась. Троица тут же поднялась в салон. Двое синхронно разошлись вправо-влево, взяв на мушку каждый свой сектор. Проход между рядами оставив свободным. Третий замыкал, задержавшись на входной площадке.
  - "Грамотно. У АК предохранители сняты. Директрисы друг другу не перекрывают. Прав Чупа-Чупс, грабежом не пахнет. Придется мочить сук" - мысли мелькнули и пропали. Включились наработанные годами и вбитые потом и кровью рефлексы. Подполковник сдвинул НР в глубь рукава, прижав кончиками пальцев. В проходе возник третий. Высокий, сухощавый. На араба и не сильно похож. Чернявый, загорелый. Опасный, как кобра. Вожак. Цепко оглядел притихший салон. На водителя даже не взглянул. Тот сидел полуобернувшись, вальяжно откинулся на спинку кресла.
  - "Точно в доле, гнида", - веселая злость разбегалась по венам, будоража.
  Вожак гонял взгляд по рядам, будто сканером тестируя. На поясе, под правой рукой покоился "Стечкин" в кобуре с расстёгнутым клапаном. Кайда опустил голову, стремясь ненароком не выдать себя. Главный двинулся по проходу. Шаг, второй, третий ... И, будто в стену уперся. Взгляд споткнулся на Ляхе. Варшавин хоть держал лицо расслабленным, но поза..., что боевая пружина на взводе. Сканер ещё бежал по рядам маркером отмечая Чупа-Чупса, Кайду, ... Стоп! Рука главаря дернулась к кобуре.
  - Бей! - гаркнул Александр по-русски и, наводя нож, нажал гашетку. Клинок, разорвав кадык бандита, пролетел насквозь, пронзив лобовое стекло.
  - На пол! - на английском рявкнул Лях, направляя казалось бы пустую руку в сторону второго автоматчика.
  - Дзиньк, - едва слышно сработал механизм ножа и стальное жало вонзилось в грудь стрелка. Отшатнувшись, тот секунду оторопело смотрел, как расцветает алый мак на груди. Молотилкой застучал затвор "Калашникова" и ствол пошел падающей дугой, выплевывая свинец. Потерянная секунда и спасла Ляха, нырнувшего под сидения в ноги соседки.
   Вожак, забыв про "Стечкин" в кобуре, рванул к двери.
  - Дзиньк, - сработал НР Чупа-Чупса, вгоняя в левую лопатку стальное лезвие. Главарь ещё делал шаги к спасительной двери. Ещё тянулись напряженные руки к стойке. Но..., ноги сломались в коленях, и он рухнул на площадку. Лязгнул последний раз затвор, стрелянная гильза звонко щелкнула о металл пола и, ... Автомат заткнулся, выпав из рук уже мертвого стрелка. Тишина, будто беруши в ушах, висела только миг. Не больше.
  - Работаем! -Кайда, отпихнув в сторону, заваливающегося соседа, прыгнул головой вперед в проход.
  Завертелось.
   Ужом по полу, перетекая через тела убитых или раненных. Кто ж разберет. Потом, потом. Отщелкнул магазин "Калаша". Норм, полный. Второй за поясом у "махновца". Слева на периферии мелькнул Лях. В руках автомат. Вопросительный кивок. Жестом: "Один". Мимо мышью шмыгнул на площадку Морозов. Опаньки, теперь и "Стечкин" у нас. Отлично! Уже не пустые. Будет вам, суки, панихида с танцами! Ветровое разнесли помповыми. Картечью лупят. Бой кучный. Третий "Калаш" объявился. Шмаляет длинными. Либо псих, либо салабон. Учтем. Быстро по-пластунски в конец салона. Мля, задняя дверь блокирована запаской. Вдвоём выдернем и в проход её. Хоть какая защита. Автомат прошивает насквозь. Шальную схватить не резон. Всё, дверь открыли. На выход, парни!
  
   Автоматчик с разбитой головой лежал уткнувшись в прострелянный скат у ближнего пикапа. Кайда зашел с боку и аккуратно заглянул в кузов. Помповый "Remington-870" целёхонький валялся в углу. Про хозяина сказать подобное язык не поворачивался. Вытаращив глаза, он сидел прислонившись к металлическому борту, зажимая двумя руками живот. От второго пикапа, будто молотком по железному корыту, стукнули два выстрела. Александр переместился за кабину, не забывая про "помповика". Бывали прецеденты, тяжелые "трехсотые" пакостить успевали на последок.
  - Лях! Что там?
  - Всё норм! Подчистил, - Варшавин откликнулся сразу. - Возвращаюсь.
  Офицер, держа АК на изготовку, вышел из-за пикапа. Дверь "Икаруса" тяжко выдохнула, закрываясь за Чупа-Чупсом. Морозов, покрутив головой по сторонам, подошел сзади.
  - Ну? - Кайда уперся цевьем в борт кузова, держа под прицелом "помповика". Морозов, глубоко вздохнув-выдохнув, угрюмо буркнул:
  - Голый вассер!
  - Зато этот, - подошел Варшавин, неся в одной руке "Калашников" в другой литровую бутылку воды, - Везунчик. Не гоже.
  - Надо уходить. Времени в обрез, - подполковник, щелкнув предохранителем, перекинул ремень автомата через голову. - Андрей! Наш сидор прихвати.
  - Ладно. Хотя в салоне крови по щиколотку, - Чупа-Чупс кивнул на кузов. - С этим ...? Допросить?
  - А, смысл? И, так всё ясно, - Александр взял протянутую Ляхом воду. - Взбаламутили западные либерасты страну. Превратили людей в нелюдей. Теперь хлебай дерьмо полным ковшом. Суки.
   Сделав большой глоток, он вернул бутылку Ляху:
  - Заканчивайте здесь. Уходим.
  
   По прикидкам до шоссе было километров семь. Или около того. Плёвое дело для опытного походника. Если не учитывать, что под ногами не асфальт или тропинка в сосновом лесу, а крошево природного щебня вперемешку с мелким, что пыль, песком.
   Настроение держалось препоганешное. И, виной тому был не скоротечный бой с опытным противником. Случалось, и покруче. Кайда брел методично высматривая куда поставить ногу. Края многих камней что опасная бритва. Распластаешь ненароком ногу. Или змея где затаилась. Этого добра завались. Перед глазами раз за разом всплывала картина внутри салона "Икаруса". Заглянул туда ненароком. Он уже головой тряс, пытаясь сбросить увиденное. Не получалось.
  - Вот, суки. Всех, как на скотобойне. Ребятишек, женщин, стариков. Суки, суки, - бормотал Александр.
  - Лях, вода осталась? - Чупа-Чупс, шагавший первым в цепочке, полуобернулся.
  - С пол-литра, - Варшавин с хмурым лицом замыкал процессию. Морозов поднявшись на очередной бархан, остановился.
  - Чего видим, пилигрим? - подполковник, встав рядом, высыпал по очереди из кроссовок набравшийся песок.
  Андрей, взяв протянутую Ляхом бутылку, свинтил пробку:
  - Ещё пару км шкандыбать.
  - Пейзаж - полный отстой, - скривился Александр. - А, ты что мурлыкал?
  - Да ... Сплин. Романс, - Морозов вздохнул. - Водки бы ... На душе такое дерьмо ...
  - Дерьмо, - кисло сморщился Кайда. - Будет вам, парни, водка. Обещаю. Позже чуток. Двинули.
  
  Тартус. Сирия. Июнь 2016.
   За спиной в нитку превратились молы порта Тартус, лишь крыши несколько пятиэтажек просматривались сквозь дымку низких облаков. Чайки храбро пикировали у самого борта, выдергивая из волн зазевавшихся сардин. Корабль описывал плавную циркуляцию, отдаляясь от сирийского берега. Полотнище Андреевского флага реяло у верхушки фок-мачты. Слабый ветер с характерным запахом йода приятно холодил лицо и Кайда подставлял то одну, то другую щеку под лучи нескромного солнца. Неожиданно по-пистолетному сухо щелкнули динамики громкоговорителя и над водами Средиземного моря ...
  - Маятник качнется
  - сердце замирает.
  - Что кому зачтётся
  - Кто ж об этом знает? ...
  - Благодать! Всегда завидовал флотским, - подполковник надвинул козырек кепи до бровей. - Стоишь себе этаким альбатросом. Просторы обозреваешь. Музыка душевная льётся. Не то ли что в пехоте. Пешкодралишь сутками.
  - Кто кому по нраву,
  - Кто кого в опалу,
  - Что кому по праву
  - Выпало-попало ...,
  - звучал голос Градского.
  - Ага, альбатросом! Крутишься, что крыса в колесе, от вахты до вахты, да спишь в кубрике, - фыркнул Смоляк. - На "пассажире" у экипажа вся ж...па в мыле. Про боевой вообще молчу.
  - Что судьба нам, братцы,
  - К ночи напророчит?
  - Станет улыбаться,
  - Или не захочет? ...,
  - лилось из динамиков.
   Они стояли на верхней палубе корвета "Бойкий". Песня закончилась. Александр коротко вздохнул:
  - А, без нас, ребята, драка не начнется ... В точку. Будто про нас.
   На корме, притянутые тросами к взлетно-посадочной площадке, покачивал лопастями винта противолодочный Ка-27.
  - Майского жука перед взлетом напоминает, - кивнул на вертолет подполковник.
  - А, что? Похож, - хохотнул морпех. Он вообще, как узнал об операции на море, явно находился в приподнятом настроении. - У нашего жука в операции роль особая.
  - А, я, по сухопутной лапотности, полагал, что поиск подводной лодки чистая рутина, - Александр, развлекаясь, подзадоривал моряка. - Типа летим себе по небушку, внизу море волнуется "раз". Бац, на мониторе "yellow submarine". Свистать всех на верх!
  - Ага. Сверху на капроновом тросике блесну в волну плюх. Лови момент и подсекай, - заржал Смоляк. - А, там за жабры и об палубу хлобысть.
   Матрос появился, что чертик из коробочки. Не было и вот он. Одно слово, возник.
  - Товарищи офицеры! Командир просит на мостик, - четко козырнул флотский, встав по стойке "смирно".
  - Раз первый после Бога приглашает, то мы мигом, - хитровато прищурился подполковник. - Веди короткой дорогой.
  - Да, мы и сами с усами, - ухмыльнулся Смоляк. - Тропка известная, не заплутаем.
  
   Едва они попали на мостик, Кайду удивило обилие мониторов, экранов и пультов. Будто не боевой корабль, а диспетчерская электросетей. На худой случай атомной станции. Бывать доводилось. Четверо офицеров бдили на своих постах. Мысленно хмыкнув:
  - "Не какого романтизму", - он прошел в дальней сектор. Там широкоплечий "кап-три", поглаживая рукой подбородок, прижимал к уху черную трубку внутренней связи. Заметив офицеров, он прикрыл ладонью микрофон:
  - Момент.
  Александр понимающе кивнул и повернулся к стоящему рядом морпеху:
  - У тебя всё готово?
  - Так точно, товарищ подполковник. На борту штурмовая группа. Четыре комплекта подводного снаряжения. Два парных подводных носителя мокрого типа, - уверенно доложил Смоляк.
  - Хотел спросить ... Недавно в кадры вызывали. Про жизненные планы пытали. Не с вашей подачи?
  - Служба у них такая, - дернул плечами Кайда. - Раз такая тема ... В контору к нам пошёл бы?
  - А, флот?
  - Флот? Так под нами и флотские. Куда ж без них.
  - Пошел бы, - загорелся Смоляк, - а, можно.
  - Можно Маньку под ..., - укоризненно покрутил головой подполковник. - Поживем-увидим.
   Командир корвета, вернув трубку на место, поднялся с кресла:
  - Товарищ подполковник. Только что патрульным самолетом обнаружены две цели. Классифицированы как подводные лодки типа "Гюр". Идут в подводном положении. Взяты нами на сопровождение.
  - Где засекли? Покажи на карте, - Кайда покрутил головой в поисках таковой.
  - Зачем на карте? Выведу на монитор, - едва улыбнулся "кап-три". - Пойдемте.
   Вернувшись на свое место, он в две руки нащелкал на клавиатуре команду и на экране появилась морская карта с отметкой нахождения судна.
  - Так, вот смотрите. В этом квадрате заметили ДЭПЛ. Идут параллельным курсом в пяти милях от территориальных вод Сирии, - офицер джойстиком перевел крестовую отметку в нужный квадрат. - Расстояние между ними три кабельтовых.
  - Так. Две штуки значит. Одна на подстраховке? - Александр смешно подвигал носом. - Вторая в деле. Верно?
   Командир "Бойкого", размышляя, поцокал языком:
  - Полагаю, не совсем. Первая начнет активно маневрировать, отвлекая внимание.
  - На кой? - Кайда поднял глаза на моряка. - Я бы наоборот все делал. Тихой сапой.
  - Первая будет выманивать нас из этого района. А, вторая ... Видите темно-синяя полоса идет?
  - По форме напоминает русло реки, Изогнуто что турецкая сабля?
  - Во-во. Хвостом заходит в территориальные, а заканчивается в полумиле от нашего ПМТО. Вокруг глубины сорок -пятьдесят метров, в "сабле" до ста двенадцати.
  - Хочешь сказать ..., - подполковник прервал себя на полуслове.
  - Да. Вторая лодка нырнет в "русло" и поползет тихохонько к берегу, - "кап-три" вел отметку по электронной карте. - Подвсплывет метров до тридцати и выпустить боевых пловцов. Потом на грунт, ждать. Сколько полагаете их будет?
  - Думаю голов десять, не более.
  - Логично. Три "тройки". Как раз на каждый причал. Двое тянут "дуру" третий страхует. Туда-обратно плюс установка заряда. Минут тридцать-тридцать пять на круг.
  - Подводным буксировщиком пошустрее будет?
  - Нет. В таком деле скрытность важнее скорости, - уверенно сказал Смоляк. - Любой носитель сонаром засекается. А, три тем более. Пойдут на ластах.
  - Ну, что ж, нечто подобное мы и ждали, - подытожил подполковник. - Начинаем, помолясь. Давай отмашку, командир. Поехали.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"