# Блюз Слэба Сити: Баллада о плохом Джеке

Райан Энтони

Блюз Слэба Сити: Баллада о плохом Джеке


Автор Энтони Райан


***


Предисловие


"Баллада о плохом Джеке" - это новелла, составляющая четвертую историю из серии "Блюз Слэба Сити", начинающаяся через два месяца после событий, описанных в "Гимне давно умершим богам". Каждую историю можно читать отдельно. Бесплатные аудиоверсии первых двух рассказов серии, "Блюз Слэба Сити" и "Песня для мадам Чой", доступны на веб-сайте автора: http://anthonystuff.wordpress.com.


Я мог бы сказать, что он был хорош. Быстрый, чистый бросок между точками атаки, легкий в ударе, полностью использующий инерцию, сохраняющий медленное падение для максимального визуального обзора. Нежелание полагаться исключительно на технику свидетельствовало о старом ветеране hard vac, хотя его костюм был по последнему слову техники: Mark VI Lockheed Pendragon, оснащенный головокружительным набором защитного оборудования. Он двигался пассивно, без лидара или сканирования узким лучом, оставаясь незаметным. В десяти километрах от него произошла плазменная вспышка, когда корабль, сбросивший его, начал свой обратный путь, оставив его совсем одного в мягко дрейфующем океане камней.


Когда люди визуализируют пояс астероидов, они обычно представляют себе плотные поля вращающихся валунов, врезающихся друг в друга в бесконечном хаотичном танце. В действительности пояс представляет собой в основном пустое пространство, каждый астероид отделен от соседнего на тысячу километров или более. Однако начало крупномасштабных горных работ превратило некоторые регионы пояса в нечто, напоминающее популярное воображение. Когда большие камни раскалываются на части, они оставляют плотные облака обломков, которым суждено висеть несколько тысяч столетий, пока гравитация снова не соберет их вместе. Облака тщательно нанесены на карту и отмечены как опасные для навигации, приливное завихрение горных пород предсказывается и учитывается даже недорогой навигационной программой basement. У человека в "Пендрагоне", конечно, была навигационная система, которая была чем угодно, только не дешевым фундаментом, и она легко вела его между скалами к назначенному месту встречи на краю поля. Он выключил двигатель и ждал, чуть более чем в сотне метров от моей позиции.


Достоверная информация. Один балл в пользу дознавателей полковника.


Как я уже говорил, "Марк VI Пендрагон" был по последнему слову техники, но ему не хватало кое-чего лишнего, что техники полковника добавили к моему.


Я выбросил небольшое количество сока, CO2 вместо плазмы, небольшой всплеск энергии, который его датчики, вероятно, списали бы на незначительное столкновение с астероидом. Я приблизился сверху, вне поля его зрения, хотя он в любом случае не смог бы меня увидеть. Я выпустил заряд в тридцати сантиметрах от его плазменного баллона, бронированного, как и весь скафандр, но на таком расстоянии это не имело бы никакого значения. Я отклонился и выпустил односекундную струю плазмы, чтобы уменьшить радиус взрыва.


И тут он увидел меня, в моих ушах зазвучали предупреждения, когда его скафандр привел себя в полную готовность, дымка значков заплясала на информационном дисплее, когда ожили его системы вооружения и активные сенсоры. Его наведение сбилось из-за модификаций моего костюма, лидар соскользнул с покрытия, в то время как узкие лучи исправляли его лишь с перерывами. Я мог видеть его замешательство по легкому сдвигу шлема, по тому, как глаза искали угрозу, которую не могли обнаружить его сенсоры. Но сегодня они ему не помогут.


Упаковка взорвалась, термит прожег броню топливного бака и выпустил плазму в виде яркого вторичного взрыва. "Пендрагон" развалился на четыре части, закручиваясь спиралью шаровидно-красного цвета. Шлем пролетел мимо меня, и на мгновение я смог разглядеть лицо человека внутри: худощавое, с высокими скулами и выступающим лбом. Мне показалось, что в глазах мелькнула искорка жизни, в мозгу осталось ровно столько кислорода, чтобы хватило еще на несколько секунд восприятия. Если это так, то у него, возможно, были причины удивиться при виде его собственного лица, проступающего из темноты, когда я деактивировал невидимую оболочку.


Шлем исчез в одно мгновение, тусклая точка света вскоре растворилась в черноте. Хьюэлл Ксавьер Мэддукс, трижды награжденный ветеран Корпуса морской пехоты Коалиции автономных орбитальных государств, беглый убийца, вооруженный грабитель и наемник. Я приветствую вас.


***


Корабль прибыл час спустя, грузовое судно класса "Террапин", которому было около двадцати лет, настолько сильно модифицированное, что его было почти неузнаваемо. Она ощетинилась датчиками и тем, что казалось внешними захватами и топливными баками, но на самом деле было замаскированным вооружением. Маскировка была хорошей, достаточной, чтобы превзойти сканирование с патрульного корабля службы безопасности CAOS, но на моем "Пендрагоне" было такое снаряжение, которое делало большую часть камуфляжа излишней.


Из-за торможения корабль оказался в сотне метров от моей позиции, и на экране замелькали значки, когда различные сканеры прошлись по внешней части скафандра. На нем горели основные огни, но я смог разобрать слова "Мертвая расплата", нанесенные трафаретом на корпус. Я не из тех, кто подвержен чрезмерным приступам беспокойства, но тот факт, что полковник не отправил меня на охоту на бекаса, придавал этому событию определенный колкий оттенок.


Сканирование закончилось, и огни "Мертвой расплаты" вспыхнули один раз, прежде чем она включила левое подруливающее устройство и развернулась, открыв задний воздушный шлюз. Когда двигатели CO2 подвели меня ближе, я заметил множество предупреждающих значков, мерцающих красным на экране. Четыре различные системы вооружения были включены и готовы к стрельбе, если я дернусь не в ту сторону.


“Достаточно близко, Джед”, - произнес женский голос в моих наушниках. "Пендрагон" не улавливал никаких радиоизлучений, так что это должно было поступать через коммуникационный лазер, невосприимчивый к прослушиванию и, в отличие от радио, не уходящий в эфир, чтобы его засекли станции наблюдения службы безопасности CAOS. “Отключите все, кроме систем жизнеобеспечения”.


Стал бы Мэддукс возражать? Это было возможно, поскольку его психологический профиль говорил о человеке, балансирующем на зыбкой грани между параноидальным социопатом и профессиональным наемником. Я решил, что это единственный случай, когда профессионализм победит. Он ни за что не упустил бы шанс поработать с Плохим Джеком, не после того, как зашел так далеко.


Я отключил оружие и сканирующую матрицу и стал ждать, когда предупреждение исчезло, оставив меня голым.


По коммуникатору раздался другой голос, на этот раз мужской, постарше. “Какого цвета глаза у Шадрака?”


“Новые или старые?” Ответил я. “До войны они были коричневыми. Сейчас они что-то вроде красновато-серого. Думаю, этого хватит для фосфора”.


Пять секунд тишины. Я считал.


“Только движение”, - сказал мужской голос. “Все остальное отключи”.


Я пропустил немного CO2 через двигатели и скользнул в воздушный шлюз, магнитными зажимами прикрепив скафандр к палубе. Интерьер представлял собой голый металлический куб, где мне пришлось подождать еще пять минут, пока атмосфера стабилизируется.


“Выключите питание и выйдите из костюма”, - сказал женский голос. “Убедитесь, что ваши руки пусты”.


Я нажал на остановку, Пендрагон раскололся от промежности до шеи, и когда я расстегнул ремни и выплыл на свободу. Через несколько секунд внутренняя дверь открылась, явив мужчину такого крупного и мускулистого, что я сначала принял его за сплайса. В одной руке, похожей на окорок, он держал старинный, но вполне исправный помповый обрез "Итака", другой упирался в переборку. Его угловатое лицо с широкой челюстью смотрело на меня лишь со слабым подозрением, очевидно, не ощущая особой угрозы. Рядом с ним свободно парила девушка лет семнадцати, светлые волосы были заплетены сзади в тугую косу. Она была безоружна, но прихватила с собой небольшой портативный сканер.


“Не двигайся”, - сказала она мне, поднимая устройство. Почти невидимый луч скользил по мне меньше секунды, прежде чем сканер издал тихий звуковой сигнал. “Биометрические данные совпадают”, - сказала девушка в микрофон. “Никаких следов не обнаружено”.


Она прислушалась к неслышимому голосу в своем ухе и кивнула. “Следуй за мной”, - сказала она. “Ульстан следует за тобой. Любой блуждающий взгляд, руки или что-нибудь еще, и в его насосчике достаточно мерзкого дерьма, чтобы разрезать тебя пополам. ”


Мэддукс ничего бы не сказал, поэтому я тоже промолчал.


Девушка двигалась с неосознанной грацией человека, который большую часть своей юной жизни прожил в условиях микрогравитации, хотя ее привлекательные атлетические пропорции говорили мне, что она тоже не новичок в гравитационном колодце, или кто-то потратился на дорогостоящие улучшения выделения кальция и белка.


Я последовал за ней по туннелю к сферическому командному центру, где ждали еще три члена экипажа, женщина и двое мужчин. Хотя сходства в лице не было, цвет волос был практически идентичным, и я уловил напряжение между матерью и дочерью в том, как девушка подплыла поближе к женщине и, слегка хмурясь, протянула сканер. “Я же говорила тебе, что он подходит”, - пробормотала она, пока женщина перепроверяла результаты.


Мужчина, плывущий рядом с женщиной, был высоким и худощавым, с впалыми скулами и неестественно длинными конечностями. Все в нем, казалось, было растянуто, от узкого, вытянутого лица до паукообразных пальцев. Поясник, решил я. Выращен с рождения без учета силы тяжести. Никаких добавок белка или кальция для него. Это была квазирелигиозная идея некоторых командных кланов Пояса, желание принять дары пустоты и оставить позади груз земной коррупции. Они также были миролюбивы и законопослушны, но его присутствие в этой веселой группе говорило мне, что он, скорее всего, был исключением из правил.


В центре ядра парил коренастый мужчина с непослушной гривой черных волос, парящий в воздухе, когда он медленно поворачивался ко мне лицом. Его лицо было морщинистым и старше, чем ожидалось. Разведка КОАСА определила его возраст в сорок восемь лет, но я бы предположил, что ему около шестидесяти, несмотря на очевидную силу его телосложения. Он не был особенно крупным, но в нем чувствовалась сила, мускулы были отточены для боя, а не для показухи. Его правый глаз рассматривал меня с подозрением, но без особых признаков беспокойства, левый вообще не выдавал никаких эмоций, поскольку состоял из составного гидролокатора и инфракрасного сканера, черного углубления рядом с красной точкой в конфигурации двойного зрачка. Профиль полковника, основанный на многочисленных, но скудных отчетах humint, гласил, что его глаз был не наследием старой военной раны, а сознательным выбором. Плохой Джек был известен своей скрупулезной осторожностью, среди многих других менее пикантных черт характера.


“Мэддокс”, - сказал он.


“Это я”, - ответил я. “Ты был бы Джеком”.


“Такой я и есть. Как Шадрак?”


“Благодарен за новую печень. Просил передать, что он выпьет за твой счет, когда док оправдает его.” На самом деле, Шадрак Молоски был мертв, похищен со своей дерьмовой орбиты и выведен из секретов группой допроса полковника, прежде чем его смыло через воздушный шлюз. Сжигание при возвращении сделало утилизацию трупов такой легкой задачей.


Это миф, - сказал полковник на станции Рэд, пристально глядя холодными голубыми глазами мне в лицо, пока я наблюдал за слабым оранжевым мерцанием тела Шадрака, скользящего по атмосфере через обзорное окно. По его тону я поняла, что на моем новом лице отразилось некоторое неодобрение.


Миф? Спросил я.


Что это когда-нибудь закончилось. Лучше переключитесь в режим войны, капитан.


“Обозначение вашего подразделения на войне”, - сказал Джек. Мне показалось, что красная точка в его глазу засветилась немного ярче.


“Третий батальон морской пехоты”.


“Ваше звание и порядковый номер”.


“Капрал, пока меня не арестовали. Серийные номера появились только в последние два месяца войны, и к тому времени я был в самоволке”.


“Командующий офицер”.


“Майор Маркус Оуэн...”


“Неправильно!”


Раздался щелчок, когда "Итака" Улстана поравнялась с моим виском. Я был раздражен, что он подошел так близко, а я и не заметил. Боевой режим, капитан.


“Майор Оуэн был уволен через месяц после вступления в командование”, - сказал Джек со слабой усмешкой. “Согласно моим документам”.


“Тогда ваши файлы неверны”.


“Как скажешь”. Джек махнул рукой Ульстану и отвернулся. “Он растение. Не пачкай терминалы”.


Я не двигался, когда "Итака" вдавилась в мою кожу. После длительных уговоров Шадрак предоставил четкое описание методов проверки сотрудников Джека; подвергать новобранцев неминуемой угрозе смерти после того, как они были уличены во лжи, было надежным методом выявления спрятанного оружия или средств связи.


“Майор Оуэн умер в тот день, когда я ушел в самоволку”, - сказал я. “Я должен знать, я убил его”.


Джек сделал паузу, скрестив руки на груди, и повернулся ко мне лицом. Блондинка снова провела по мне сканером. “Никаких признаков подкожных образований”, - сказала она. “Частота сердечных сокращений всего на два удара выше нормы”.


Джек уставился на меня еще на мгновение, затем хмыкнул. “Мы прибудем на Селестию через двенадцать часов. Ты можешь начать зарабатывать себе на жизнь там, тебе нужно немного присмотреться для пополнения запасов”. Он кивнул Ульстану. “ Покажи ему его койку.


***


“Знаешь, просто бизнес”, - сказал Улстан, ведя меня к каютам экипажа. У него был мягкий голос, окрашенный слабым акцентом, который я не могла определить, что означало, что он, вероятно, был из Низов. “Поверь, в нем нет обиды”.


“Бизнес есть бизнес”, - сказал я. “Это когда-нибудь срабатывает? Его маленький трюк?”


“Пока что дважды. Многие люди хотят дружить с Джеком”.


Я последовал за его скольжением в цилиндрическое помещение, разделенное на десять жилых отсеков, кровати выстроены вдоль изогнутой стены рядом с умывальниками и стандартными туалетами. “Гравитационная камера?” Я спросил Ульстана.


Он кивнул. “Только в нерабочее время, чтобы экономить электроэнергию. Скорость вращения достаточна для двух третей земной стандартной. Марков единственный из нас может спать в микро ”.


“Марков - Поясник?”


“Они называют себя Рожденными в Пустоте”. Он указал на пустую капсулу в середине зала. “Это твое. Пакеты с едой ждут, если ты голоден, а центр развлечений, в некотором роде, работает”. Он повернулся к выходу.


“Не останешься стоять на страже?” Спросил я.


“Ты сдал вступительный экзамен. Кроме того, здесь нет критически важных систем, которые можно было бы вывести из строя”.


В капсуле не было никаких украшений, кроме старого 2D-изображения, прикрепленного скотчем к стене, молодая пара, улыбающаяся в камеру, какая-то разрушенная достопримечательность Даунсайда на заднем плане. Ни одно лицо не было знакомо. Бывшая команда? Мне стало интересно, что заставило меня задуматься о политике Джека по увольнению сотрудников.


Я включил старый развлекательный центр и просмотрел память, обнаружив, что самая последняя загрузка была новостной лентой Orbital Networks двухмесячной давности: “Тем временем в Лоренцо-Сити продолжаются последствия того, что быстро стало известно как Резня на Оси. Начальник полиции Арно, который продолжает отрицать какую-либо ответственность за произошедшее, начал сегодня свою предвыборную кампанию на пост мэра с попытки использовать не самые лучшие отношения своего оппонента с лобби ветеранов. Сегодня утром на пресс-конференции шеф полиции пообещал провести полное независимое расследование трагедии. Он не стал бы отвечать на вопросы о местонахождении главного инспектора ...


“Ты заходишь или как?” Спросил я, выключив трансляцию и взглянув на вход в капсулу.


Голова блондинки появилась в дверном проеме, вращаясь против часовой стрелки. “ Ты не похож на героя войны.


“Это потому, что я не такой”.


Она поколебалась, затем втащила себя в комнату, оглядывая меня с головы до ног с откровенной оценкой.


“Я не хочу никаких неприятностей с твоим отцом”, - сказал я.


“Приемный отец”, - ответила она. “Десять лет назад вытащил меня и маму с затонувшего лайнера. Думаю, он чувствовал себя виноватым с тех пор, как разбил его. Не должна была перевозить пассажиров, понимаете?


“Человек совести. Я впечатлен”.


“Не бойся. Он оставил команду умирать в hard vac”. Она наклонила голову, вызывая воспоминания о Джанет и ее кошачьем восприятии. Я отогнал этот образ, недоумевая, как можно скучать по человеку, которого знаешь всего несколько дней. Режим войны.


“Ты не такой, как другие”, - сказала девушка.


Я кивнул на 2D на стене. “Мои предшественники?”


“Не, это было там, когда мы захватили этот корабль. Так и не выяснил, кто они такие. Я имел в виду других наемников, которых он нанимает на специальную работу. Они не видят, не так, как ты. И твое сердцебиение едва ускорилось, когда Ульстан собирался разнести тебе голову. Будь осторожен, герой войны. Это заставит его нервничать.”


Мэддокс попробовал бы это, я знал. Схвати ее, притяни ближе, укради поцелуй или пощупай. Рассмеялся, когда она пригрозила рассказать отцу. Сексуальное насилие было одним из многих пороков человека, носившего это лицо. “У тебя есть имя?” Я спросил.


“Люси”.


“Чего ты хочешь, Люси?”


Она улыбнулась, мило и непритворно. “Я хочу прокатиться на твоем ”Пендрагоне"".


“Это не игрушка”.


“И я не ребенок. Кто, по-твоему, управляет этим ведром? Занимаюсь этим с тех пор, как старый добрый папочка усадил меня в кресло пилота, когда мне было восемь. Говорит, что я прирожденный пилот. Удачливые нейроны, я полагаю.”


Лучше вернуться к роли, решил я. Мэддокс ни за что не подпустил бы ее к этому. “Костюм мой”, - сказала я, поворачиваясь к микроволновке и доставая пакет с едой с липкой полки. “Попроси папу купить тебе такой, когда работа будет сделана”.


Она раздраженно фыркнула. - С тобой неинтересно, ” пробормотала она.


Я позволил себе взглянуть, как она выбиралась из капсулы, ее атлетическая фигура изогнулась, когда она потянулась за ручку, пытаясь, но безуспешно, найти утешение в том факте, что ее неминуемая смерть будет настолько быстрой, что она ничего не заметит.


OceanofPDF.com


Станция Celestia размером примерно в треть от плиты - вращающаяся трубка из стареющего металла, от края до края увешанная сетями связи, что придает ей вид покрытой коркой трубы от давно не используемого водяного насоса. Единственный жилой комплекс в Поясе, способный вместить более ста тысяч человек, он был государством-членом CAOS со времен войны, с избранным правительством провинции и полными правами торговли. Фактически, задолго до этого здесь было эффективное самоуправление, нейтральная территория для конкурирующих горнодобывающих корпораций, которым нужно было где-то обменять рабочую силу и оборудование вне любопытных глаз нижестоящих регулирующих органов. Благодаря спокойному отношению местных властей к полному соблюдению Юридического кодекса CAOS, он также печально известен как убежище для преступного братства Upside. Я мог вспомнить не менее трех подозреваемых, с которыми мне все еще очень хотелось поговорить, которые, как сообщается, сейчас проживают на станции Селестия, и мне потребовалась некоторая сила воли, чтобы не придумать предлог отлучиться для какой-нибудь внерабочей слежки.


Режим войны, напомнил я себе. Больше не полиция. Не здесь.


“Оружие запрещено дословно”, - сказал мне Джек в воздушном шлюзе, передавая шестидюймовый металлический прут. “Это один из немногих правил, которые они здесь соблюдают. Если что-то случится, это будет рукопашная. Предположим, тебя это устраивает. ”


Я посмотрел на стержень в своей руке, нажимая большим пальцем на штифт сбоку, чтобы превратить его в стальную телескопическую дубинку длиной в ярд. “Йо-хо, капитан”.


Он прищурился на меня своим красным глазом. “И держи рот зажатым. Любые слова исходят от меня или Мины, вы с Ульстаном смотрите и реагируете соответственно ”.


Мина, мать Люси и кажущаяся жена Джека, похоже, играла роль корабельного аналитика. Она стояла рядом с Джеком, пристально глядя на экран своего смартфона. “Марков взломал защищенную сеть связи”, - сообщила она. “Мы свободны от какого-либо контроля со стороны местных правоохранительных органов”.


“Хорошо”. Джек поднял взгляд к камере на потолке. “Люси, ты знаешь правила игры. Если что-то пойдет не так, подожди ровно двенадцать минут, а потом все прояснится”.


“Ты знаешь, я скорее умру, чем оставлю тебя”, - ответила она совершенно искренне, за чем тут же последовало озорное хихиканье.


“Пожалей розгу”, - пробормотал Джек, не обращая внимания на укоризненный взгляд жены.


Я втянул дубинку до прежней длины и убрал ее в карман. Раздалось шипение, когда открылся воздушный шлюз, и мы прошли во внутренний шлюз, который открылся после стандартного тридцатисекундного сканирования на наличие загрязняющих веществ и оружия. Нас встретила смесь запахов и шума, которые казались одновременно знакомыми и чужеродными, густая пахучая какофония, по сравнению с которой самые переполненные уровни Slab кажутся безмятежными.


Я заметил слабое подергивание чего-то, что могло быть улыбкой на губах Джека, когда он рассматривал уличную сцену за окном, возможно, ностальгический огонек в его человеческих глазах. Он здесь родился? Мне стало интересно. Мы так мало знали о нем, все записи относятся только ко второму году войны, когда он начал свою карьеру в качестве капера, санкционированного CAOS. Все, что было до этого, было всего лишь нагромождением догадок и зловещих легенд.


Население Селестии было более разнообразным, чем я привык, больше различий в цвете кожи и большее преобладание Сплайсов среди толкающихся людей, хотя местные жители, казалось, предпочитали изменения, которые были скорее функциональными, чем косметическими, среди них не было вампиров или оборотней. Некоторые напоминали Маркова с удлиненными конечностями, приспособленными для работы в условиях микрогравитации, другие - неповоротливых грузчиков с такими мускулами, о которых только мечтают бодибилдеры из Низов. То тут, то там я видел адаптированные к различным спектрам змеиные глаза, выглядывающие из неизмененных в остальном лиц .


На уровне причала было полно киосков с едой и разносчиков, воздух был насыщен ароматами сотни или более различных кухонь, перекрывающими гул смешанных акцентов и диалектов. Улстан шел впереди, без особых колебаний расталкивая людей с разной степенью силы, и те, кто был достаточно неразумен, чтобы возражать, вскоре опускали глаза и отходили, шаркая ногами, когда замечали Джека. Они знают, кто он такой, предположил я, удивляясь, почему он бродит по переполненному жилому блоку без всякой маскировки, невосприимчивый к угрозе предательства, несмотря на постоянно растущую награду за его голову.


Я получил частичный ответ, когда мы проходили мимо единственного полицейского в форме, которого я увидел за все время визита, одинокого Демона в бронежилете, сидящего на возвышении, со штурмовым карабином на груди и сканирующей установкой, прикрепленной к шлему. Он внимательно оглядывал кишащую толпу, двигая головой медленными отработанными движениями, остановившись только один раз, когда его взгляд остановился на Джеке. Пауза длилась целых две секунды, пока я видел, как губы полицейского шевелятся под козырьком. Легкий кивок, затем он возобновил сканирование, повернувшись спиной, чтобы осмотреть другой конец улицы.


Позволено приходить и уходить, и ему это нравится, решил я. Должно быть, местный закон предусматривает предварительный гонорар. Такая наглая коррупция задела мои чувства полицейского. Ни один Демон из Сляба никогда не брал взятки, отчасти благодаря базовому уровню профессиональной преданности, который поддерживал Департамент в условиях низкой заработной платы и изобилия соблазнов послевоенных лет, но также во многом благодаря постоянному финансовому мониторингу и обязательным двухлетним сеансам нейронного детектора лжи.


Мы подошли к дверям магазина, витрины которого были увешаны старыми 2D-плакатами, образующими плотный коллаж из лиц и имен давно минувших времен, некоторые из которых были смутно знакомы мне по нечастому просмотру музыкальных каналов. Внутри стояли несколько покупателей, перебирая ряд за рядом обернутые в тонкий пластик квадратики, на лицах у каждого было выражение практической сосредоточенности, свойственное преданному делу коллекционеру. Я остановился при виде одного из экспонатов на витрине, узнав светловолосого персонажа, стоящего в центре картин с героями и злодеями, подняв световой меч. "Звездные войны: оригинальный саундтрек к фильму‘, гласило название, частично скрытое ценником, который составлял примерно половину моей зарплаты за предыдущий год. Я взял книгу с полки, с любопытством разглядывая края.


“Никогда раньше не видели виниловых дисков?” - Спросил Улстан.


Я покачал головой. “Они все такие дорогие?”


“Некоторые больше, чем другие. Давай.” Он дернул головой. “Он разозлится, если ты начнешь ходить по магазинам”.


Я последовал за ним в заднюю часть магазина с диском в руке, где Джек обменивался официальным рукопожатием с пожилым мужчиной с кожей цвета красного дерева, его морщины были частично скрыты впечатляющими серыми дредами до плеч. “Новая кровь?” спросил он, глядя на меня.


“Это Мэддукс”, - представил меня Джек. “Он на испытательном сроке. Мэддукс, это мистер Голд. Поставщик практически всего”.


Я поднял диск. “Эта цена договорная?”


Мистер Голд обнажил в улыбке сверкающие желтые зубы. “Конечно. Для любого, кто поторгуется, цена вырастет на десять процентов”.


“Отложи это для меня, ладно?” Попросил я, передавая его. “Я готов забрать”.


“Ты закончила?” Спросил Джек менее терпеливым тоном, пристально глядя на меня, пока я не сделала ожидаемого и не отвела взгляд.


“Зацени, Джек”, - говорил мистер Голд, кладя мою покупку за прилавок и извлекая диск из футляра поменьше. Монохромное изображение на рукаве изображало широколицего мужчину с густыми бровями, на плече которого покоилась гитара. Мистер Голд поместил диск на странное приспособление, состоящее из поворотного столика и какой-то сенсорной арматуры. Он крутанул поворотный столик и осторожно положил сенсор на край диска, и вскоре из встроенных динамиков зазвучала тихая мелодичная песня. Музыка была безошибочно старинной, незнакомой, но притягательной. Какое-то скорбное предупреждение об экологическом коллапсе, судя по тексту.


Я отметил выражение лица Джека, когда он слушал, отражающее сосредоточенность, очевидную у других посетителей. “Кто-нибудь сказал вам, что это оригинально?” - спросил он через мгновение.


“Переиздание восьмидесятых”, - сказал мистер Голд.


“Они солгали. Она никогда не переиздавалась”. Джек указал на диск. “И грув слишком правильный”.


Мистер Голд рассмеялся и хлопнул ладонью по столу, отчего в песне пропало несколько аккордов. “Тебя никогда не проведешь, Джек”.


“Нет”, - согласился Джек. “Ты никогда не сможешь. Я так понимаю, это означает, что ты подтвердил наши разведданные”.


“Это у меня есть”. Мистер Голд вытащил смарт из кармана и большим пальцем вызвал голограмму. На нем было изображено что-то вроде аукциона: молодая женщина на подиуме принимала заявки от большой толпы, табличка позади нее гласила ‘Christies’.


“Двенадцать лет назад она стоила двадцать миллионов долларов”, - сказал мистер Голд. “Это одна из инвестиций Exocore в сектор коллекционирования, более безопасная, чем фондовый рынок, и ее стоимость постоянно растет. Они распределяют их по своим различным перспективным активам. Если подумать, это имеет смысл - постоянно мобильное и надежно защищенное хранилище ”.


Голограмма сменилась схемой корабля, какого-то шахтерского судна, но большего, чем любое из виденных мной ранее, корпус представлял собой длинную прямоугольную трубу, выступающую из блочного жилого модуля и грузового кластера, примерно эквивалентного по размеру элитному жилому орбитальному.


“Большая старая сука, не так ли?” - заметил мистер Голд. “Ты действительно уверен насчет этой, Джек?”


Джек проигнорировал вопрос. “ Ты нашел контакт с оборудованием, которое я запрашивал?


Мистер Голд слегка поморщился. “Manahi.”


Улстан громко заурчал от беспокойства, и взгляд Джека сузился. “Он не мой любимый поставщик”, - сказал он мистеру Голду. “И он, вероятно, затаил обиду на моего здешнего коллегу”.


“Никто другой не смог бы раздобыть то, что ты хотел”, - сказал мистер Голд. “Он наверняка прижмет тебя. Но положи на стол достаточно зелени, и он скоро забудет о том времени, проведенном в traction”.


Я вопросительно взглянул на Ульстана. “Сломал ему позвоночник”, - сказал он, пожав плечами. “Бой в клетке немного вышел из-под контроля, когда один из его братьев бросил в него нож”.


“Где?” Джек спросил мистера Голда.


Мистер Голд поднял свой смарт, на экране высветился идентификатор портового склада. “Встреча назначена на один час”.


“Так скоро?”


“Я позвонил, как только ты приехал. Все на Селестии не могут добиться от Джека достаточного количества заказов. Знаешь, тебе действительно стоит баллотироваться в мэры. В любом случае, практически владей этим местом ”.


***


Причал Селестии был очень похож на Сляб, ничем не примечательная функциональная архитектура и в основном пустынные проспекты. Он также был тускло освещен; нет смысла тратить энергию на уровни, практически безлюдные. По бокам от входа в хранилище стояли двое худощавых мужчин с одинаковыми татуировками на лице и в деловых костюмах достаточно свободного покроя, чтобы скрыть оружие. Маркировка была знакомой, напоминающей мотивы, излюбленные одной из наиболее амбициозных банд маори из племени мидьян, но не настолько похожей, чтобы подтвердить какую-либо ассоциацию. Они сузили глаза, когда Джек приблизился, уперев руки в бока в готовности, но не сделали ни малейшего движения, чтобы остановить его, когда он вошел внутрь, не задержавшись, чтобы обменяться парой слов, сопровождаемый столь же необщительными Миной и Ульстаном. Я помедлил перед входом, приветливо кивнув охраннику слева. Он смотрел на меня, прищурившись, без всякого выражения, если не считать небольшого подергивания под глазом. Это было непроизвольное мышечное трепетание, и, как я знал по опыту, оно могло быть довольно болезненным, пока не пройдет.


“Давно здесь работаешь?” - Спросил я.


Он отошел от стены и мотнул головой в сторону дверного проема, глаз все еще подергивался. Я пожал плечами и вошел внутрь, обнаружив Джека перед хорошо сложенным мужчиной с таким же украшением на лице, но гораздо более обширным и искусно нанесенным. Он был одет в элегантный темно-синий костюм и нес алюминиевый кейс. Еще двое охранников в костюмах с татуировками стояли по углам позади него, молчаливые и настороженные.


“Джек”, - сказал человек с кейсом, на лице которого не было ни малейшей привязанности.


“Манахи”, - кивнул Джек. “Как задняя часть?”


Взгляд Манахи переместился на Ульстана, губы слегка скривились. “Починили. Это заняло много времени и кучу денег”.


“Мужчина не должен жаловаться на справедливое наказание”, - сказал ему Джек. “Но, чтобы продемонстрировать мою добрую волю, ты можешь добавить к цене свой счет за лекарства. При условии, что у тебя есть оборудование, которое я просил”.


Манахи поставил алюминиевый кейс на пол, наклонился, чтобы набрать цифры на кодовом замке и поднять крышку, повернул ее и отступил назад. В футляре находились четыре предмета - неотражающие черные цилиндры, напоминающие 20-мм пушечные снаряды.


Джек кивнул Мине, которая подняла свой смарт, просматривая содержимое кейса. “Марков”, - сказала она в наушник. “Это работает?”


Это было едва заметно, легкое выпрямление спины Манахи, когда Мина говорила, но это отразили оба охранника ... и плоть под глазом Манахи начала подергиваться.


Я повернулась к Ульстану и смотрела на него, пока он не встретился со мной взглядом. Я моргнула и перевела взгляд на дверь. В ответ он слегка наморщил лоб, и я едва заметно кивнула.


“Проверено”, - донесся голос Маркова через смарт Мины. “Сигнатура уровня Rad совпадает”.


“Пятьсот тысяч”, - сказал Манахи. “Медицинские счета составляют еще двести”.


“Нет”, - сказал я со смехом. “Это будет нечто большее”.


Он нахмурился, подергивание все еще трепетало, затем полез в карман. Я прыгнул и ударил его ногой в лицо, сильно ударив носком ботинка в нервный узел под носом, откинув его голову назад и отправив без сознания на пол. Я сбил с ног охранника слева, когда он сунул руку под куртку, приблизился с дубинкой, нажал большим пальцем кнопку и ударил вытянутым стержнем по его руке, заставив ее выпустить приклад наполовину разряженного электрошокера. Я развернул его, когда электрошокер его коллеги освободился, позволив ему упасть, когда залп дротиков попал ему в грудь. Я ответил единственным выстрелом, дротик попал точно в центр спиральной татуировки на лбу охранника номер два, оставив у него простату и судороги.


Улстан уже двинулся к двери, его дубинка выбила ноги из-под первого ворвавшегося охранника, Джек шагнул вперед, чтобы нанести удар ногой в висок, когда тот растянулся на полу. Улстан схватился за электрошокер последнего стражника, когда тот последовал за ним, дротики вонзились в потолок, пока они боролись. Джек закончил это ударом копны сена по затылку охранника, подхватил упавший электрошокер и развернулся ко мне, наставив ствол.


“Только что это стоило мне большого местного бизнеса”, - сказал он. “Надеюсь, это будет вкусно”.


Я оторвал Манахи от пола, запрокидывая его голову и указывая на подергивающийся участок плоти под глазом. “Мышечное сокращение круговой мышцы. Побочный эффект недавней смены лица, по-моему, не более трех дней назад. Настоящий Манахи, вероятно, томится где-нибудь в камере предварительного заключения.” Я позволил ему упасть на пол и поднял электрошокер, который отобрал у охранника. “Станнер Madoc Industries L-модели, используется исключительно правоохранительными органами CAOS. Нам нужно переезжать, они уже поймут, что все пошло наперекосяк ”.


“Марков”, - сказала Мина. “Ты понял это?”


“Сейчас доступ к экологическим системам”, - ответил Поясник, когда снаружи завыла предупреждающая сирена, перемежаемая успокаивающим женским голосом.


“Вниманию граждан Селестии. На этом уровне обнаружен пожар. Пожалуйста, сохраняйте спокойствие. Используется глушитель. Причин для паники нет. Пожалуйста, сохраняйте спокойствие ”.


Джек подождал у двери, пока туманно-серый глушитель не скрыл внешний вид. “Мы в пути”, - сказал он. “Помни о обратном отсчете”.


“Уже бегу, папочка”, - весело ответила Люси.


Улстан забрал чемодан и пошел первым, за ним быстро последовали Джек и Мина. Снаружи все было окутано клубящимся туманом, тушащие огонь химикаты жгли глаза и горло, пока я бежал. Впереди я услышал серию выстрелов из электрошокера, за которыми последовали характерные хрюканье и хруст рукопашной схватки, когда Улстан и Джек пробивались через периметр. Я увернулся от залпа дротиков и столкнулся лицом к лицу с женщиной-агентом в бронежилете, тазер у ее плеча целился в мою центральную часть тела. Я опустился ниже ее поля зрения и оттолкнул ее ноги, прыгнув, когда она падала, зажав тазер между нами, когда она взбрыкнула, резко наклонив голову вперед от болезненного удара прикладом в нос.


“Черт!” Я с силой швырнул ее на пол, кровь закапала ей на лицо, когда я приблизился, шипя код распознавания действующего агента тайных операций. “Черный волк. Кто ты, черт возьми, такой?”


Она перестала сопротивляться, первоначальное замешательство сменилось негодованием. “Артемида”, - прошипела она свой собственный код: Подразделение Коалиции по поиску беглецов. “И ты срываешь нашу операцию”.


“У нас приоритет при любых обстоятельствах, и ты это знаешь. Теперь позвони тому, кто отвечает за это чертово скопление, и отключи его. Никакого преследования, когда мы стартуем ”.


Я отпустил ее, вскочил на ноги и рванул на газу, преодолевая препятствия на пути Джека и Ульстана. Я догнал их, когда они закрывали двери воздушного шлюза, совершив в последнюю секунду прыжок через сужающуюся диафрагму. Я сильно ударился об пол, крича от боли и хлюпая кровью.


Джек разговаривал по коммуникатору, приказывая Люси включить питание на максимальную мощность. Мина стояла в стороне, рассматривая меня с выражением, полностью лишенным какой-либо благодарности или признательности, глаза потемнели от недоверия и пристального изучения. Я заметил, что у нее дрожат руки.


“Хорошие глаза, чувак”, - с усмешкой сказал Улстан, наклоняясь, чтобы протянуть похожую на лопату руку. Я ухватился за нее, и он поднял меня на ноги.


“Да”, - согласился Джек, когда открылась внутренняя дверь, его взгляд был таким же подозрительным, как у Мины. “Очень хорошие глаза”.


OceanofPDF.com


“Экзокор Мальтус II”, - сказала Мина, схема корабля, которую предоставил мистер Голд, вращалась на центральном голографическом дисплее командного центра. “Автономное судно для глубокой переработки руды. Сейчас она немного продвигается, построена Exocore, когда война начала разгораться. Они беспокоились о будущем доступе к орбитальным станциям обработки данных. Полностью автоматизированная, как и следовало ожидать, команда из двадцати инженеров плюс десять охранников, я полагаю, из-за драгоценных металлов. Она способна обрабатывать тысячу астероидов м-типа в год.


“Здесь много металла”, - прокомментировал Марков. Он висел над голограммой, вцепившись руками и ногами в тот же насест, напоминая бледную бескрылую летучую мышь.


“По оценкам, она производит пять тонн драгоценных металлов в календарный год”, - подтвердила Мина. “Невозможно оценить ее, не зная состава, но ее последний зарегистрированный объем добычи составил более миллиарда долларов только золотом”.


“Громоздкий груз для перемещения”, - прокомментировал я. “У этой ванны достаточно мощности для этого?”


“Не имеет значения”, - сказал Джек. “Мы идем не за грузом”.


Мина нажала на иконку на своем смартфоне, и изображение сместилось, сосредоточившись на секции жилого кластера, на схеме которого был изображен просторный офис с маленькой красной рамкой, выделенной на стене. “Капитанские апартаменты”, - сказала Мина. “То, что нам нужно, находится в стенном сейфе”.


Джек повернул ко мне голову, ожидая вопроса. Я решил разочаровать его. “Уверен, что ты можешь доверять этим данным? На Селестии это был жестокий полицейский отряд CAOS. Откуда ты знаешь, что они не добрались и до мистера Голда, не испортили его каким-нибудь образом?”


“Это подтверждается”, - сказала Мина. У нее было осунувшееся лицо, на лбу были морщины, а скулы немного впалые, как будто она боролась с мигренью. “Подтверждается другими источниками во всех существенных деталях”.


“Это обнадеживает”.


“Она говорит, что это подтверждается”, - тихо сказал Джек. “Значит, это подтверждается. Она никогда не ошибается в разведданных, и ты должен уважать ее”.


Я развел руками, извиняясь. “Просто проявляю осторожность опытного человека. Вот почему я здесь, верно? Мой опыт. Напрашивается вопрос, зачем тебе это нужно?”


Голограмма расширилась, отодвинувшись, чтобы показать "Мальтус II", окруженный облаком маленьких пульсирующих световых пятнышек. “Защитная сеть”, - сказала Мина. “Ее постоянно прикрывают двести двадцать вооруженных ботов, полуавтономных и запрограммированных на совместный боевой алгоритм. Нам нужно, чтобы ты пробил дыру своим скафандром ”.


“Конкретика”, - сказал я.


Она увеличила изображение одного из ботов, показав насекомоподобного зверя, увешанного мини-пушками, ракетными установками и впечатляющим набором сенсоров. По скорости и маневренности он лишь немного уступал Pendragon, плюс у него было двести девятнадцать друзей, с которыми можно было играть. “Мой гонорар только что вырос”, - сказал я.


“Ты договорился о своем гонораре с Шадраком”, - тихо сказал Джек. “Полмиллиона зелеными. Не пытайся трахнуть меня, парень. Ты не в моем вкусе”.


“Вы наняли меня для борьбы с микрогравитацией, а не для самоубийственного бегства”.


“На самом деле”, - сказал Марков с характерной интонацией Рожденного в Пустоте. “У нас есть способ устранить фактор риска”. Он поднял свой собственный смарт, показывая прокручивающийся блок кода.


“Халтурщик?” Я спросил.


“Совершенно верно. Если мы заменим алгоритм сети на наш собственный, половина ботов будет воспринимать другую половину как вражескую силу. Разделяй и властвуй ”.


“Но ты должен подойти достаточно близко, чтобы загрузить это”, - добавила Мина. “Отсюда ты и твой костюм”. Она запустила симуляцию, светящиеся точки кружились вокруг, как разъяренные осы, когда "Мертвый расчет" сгорел, чтобы вцепиться в жилой кластер "Мальтуса II".


“Ульстан и я позаботимся о безопасности на борту”, - сказал Джек. “Отправляйся в каюту капитана и забери сейф. Люси выведет нас отсюда прежде, чем они успеют перенастроить своих ботов, а ближайшая эскадрилья службы безопасности CAOS находится в семидесяти двух часах езды на полной мощности.


Запишите еще один хит для полковника, - подумал я. Потребовались месяцы работы, чтобы передать информацию о содержимом сейфа нескольким избранным криминальным кругам таким образом, чтобы не вызвать подозрений, зная, что Джек не сможет этому сопротивляться. К сожалению, где-то на этом пути предприимчивая душа, очевидно, сочла нужным позволить беглецам вернуться к ней. Как и на войне, ничто никогда не идет так, как должно.


Я позволил своим глазам блуждать по "Мальтусу II", выбирая ретранслятор связи, расположенный примерно в трехстах метрах от предполагаемой точки входа в "Мертвый расчет", моей основной цели полета. “Полмиллиона”, - сказал я Джеку, решив, что полное безразличие было бы не в его характере. “Сущий пустяк по сравнению с тем, что находится в этом сейфе, верно? Аукционная цена двадцать миллионов двенадцать лет назад. Теперь, должно быть, стоит еще больше ”.


“Содержимое сейфа - не твоя забота”, - ответил он. “Делай хорошо свою работу, и я подумаю о том, чтобы назначить тебе гонорар. Но не испытывай меня дальше, мальчик”.


Я ухмыльнулся. “ Я всецело за работу, капитан.


***


Путь до точки перехвата занял сорок восемь часов. Большую часть времени я провел в грузовом отсеке Dead Reckoning, управляя боевыми симуляторами на единственной кушетке для погружения. При использовании стандартного снаряжения Пендрагона вероятность успеха была немногим выше пятидесяти процентов, но с улучшенным снаряжением невидимости шансы были заметно больше в мою пользу, хотя я и не ставил Джека или других в известность. Чем более рискованным казалось предложение, тем больше значения они придавали моему сохранению хорошего самочувствия.


“Кажется, ты часто умираешь”, - заметила Люси, когда я вернулся с очередного сеанса. Она проигрывала последнюю симуляцию на голограмме, явно не впечатленная моей боевой выучкой. По правде говоря, микрогравитационный бой никогда не был моей сильной стороной. Я делал это несколько раз на войне, но только в крайнем случае и только один раз в экзоскелете. Когда я вернулся на Красную станцию, полковник провел меня через интенсивный ускоренный курс в "Пендрагоне", но мои оценки были лишь немногим выше средних.


Тебе следовало бы найти для этого морского пехотинца, - сказал я ему.


Мы пытались. Ни один из них не соответствовал биометрическим данным Мэддукса достаточно близко или не имел вашего опыта работы такого рода. Это означает, что среди них не было бывших спецназовцев с проверенной способностью хладнокровно убивать. Такого рода работа.


“Всегда программируй своих симов сложнее, чем им нужно”, - сказал я Люси, освобождаясь от ремней безопасности и снимая наушники. “По сравнению с этим все проще”.


“Не возражаешь, если я попробую?” спросила она, направляясь к дивану. Мне удалось не пялиться, когда она, извиваясь, села на место.


“Угощайся сам”.


“Знаешь, он не уверен в тебе”, - сказала она, потянувшись за наушниками. “Слышала, как он рассказывал маме. То, что ты сделал на Селестии, слишком круто для наемных работников”.


“Моя карьера началась на Плите. Если ты не сможешь обнаружить Демона там, ты долго не проживешь”.


“Никогда там не был. То, как он говорит об этом, звучит как дерьмовая дыра”.


“Зависит от того, на какой половине ты живешь”. Я постучал по кнопкам управления на диване. “Какие предпочтения по уровню сложности?”


“Выкрути это на максимум, герой войны. Хочу хорошенько потренировать твой костюм”.


Я наблюдал за прокручивающейся статистикой во время бега персонажа, визуальная передача не оставляла у меня сомнений в ее навыках пилотирования, она носила костюм как вторую кожу, когда выполняла повороты на большой скорости и уничтожала ботов в грациозном танце экономичных ожогов и разумного прицеливания. Нейронам определенно повезло.


“Это твоя самая сложная постановка?” она усмехнулась, выходя. “Надо было быть с нами на работе в "Морнингстар" ...“


“Люси!” Мина парила возле входа, сильно нахмурившись. “Подготовка к торможению запоздала”.


Люси повернулась ко мне с комичным прищуром, а затем направилась к туннелю. “Иду, дорогая мама”.


Мина на мгновение задержалась, нахмурившись так же сильно. “Один неверный взгляд в ее сторону ...”


“... и я мертв”, - сказал я. “Да, я понял”.


Она моргнула и проглотила очередную угрозу. “ Сходи к Маркову, ” сказала она, отворачиваясь. “ Он расскажет тебе о способах загрузки.


***


“Похоже на гарпун”, - прокомментировал я, забирая устройство из тонкой руки Маркова. Его рабочее место представляло собой сферическую кабину рядом с моторным отсеком, стены которой были покрыты липучками для хранения тысячи или более инструментов, каждый из которых находился в пределах легкой досягаемости его вытянутых конечностей.


“На основе плазменного ”Шрайка" Марки Четыре", - сказал он мне, проведя длинным пальцем вдоль устройства к ячеистой секции сразу за боеголовкой, сделанной из одного из пушечных снарядов, поставляемых поддельным Манахи. Наконечник из обедненного урана пробивает броню, после чего роем появляются пятьсот микроботов. Нужен только один, чтобы найти узел данных и загрузить взлом. Как только она попадет в сеть, она распространится по всей сети.”


“Как долго?”


“Плюс-минус одна целая шесть десятых восьмой секунды”. Он потянулся к своему смартфону и вызвал голограмму бота службы безопасности. “Попадания в любое место в центральном корпусе должно хватить. Скорость вдвое меньше, чем у стандартного сорокопута, так что вам нужно подобраться поближе, трехсот метров должно хватить. У меня наготове четыре таких на случай, если первый заход окажется неудачным.”


“Мне понадобится только один, но спасибо”.


Он кивнул и повернулся к рабочему столу, вытянув ногу, чтобы сорвать со стены крошечный сварочный лазер нервирующе цепкими пальцами, его руки навели магнитную линзу на лоб, левый глаз выпучился, когда он уставился в стекло устройства, прикрепленного к столу. Это была своего рода звуковая решетка, узконаправленные усилители звука, расположенные в клетке, все направленные внутрь, чтобы направить концентрированный удар по всему, что будет находиться внутри. Взломщик сейфов, решил я. Одна из самых профессиональных бригад по вооруженным ограблениям банков на стороне Инь использовала нечто подобное, хотя и далеко не такое изощренное. Полезно, если вы хотите взломать сейф и сохранить то, что было внутри. Но Мэддукс этого не знал, и у него хватило ума не задавать этот вопрос, к тому же их ограбление не имело значения для моей миссии, и вероятность того, что они в любом случае насладятся плодами своего труда, была нулевой.


“Довольно впечатляющую хакерскую работу ты проделал на Селестии”, - сказал я.


“На самом деле нет, их меры предосторожности - устаревшая шутка. Прорваться прямо к мэйнфрейму с помощью старого алгоритма времен войны. Использовал его, чтобы взломать двери канонерской лодки ФРС на станции Рэнд ”.


Это было неожиданностью, большинство кланов экипажа остались в стороне от войны, стремясь подняться над мелочными заботами уроженцев Земли и тех, кто решил приковать себя к орбите. “Я был на станции Рэнд”, - сказал я, что было правдой. По счастливому стечению обстоятельств мы с Мэддоксом оказались в одной битве. В этом действительно не было ничего удивительного, поскольку атака на орбитальный финансовый центр ООН была делом, требующим максимальных усилий. В некотором роде мы победили, но количество жертв делало это единичным случаем. Этого также было достаточно, чтобы убедить бывшего капрала морской пехоты Мэддукса в том, что опыт ведения войны больше ничего не может предложить в плане долговечности или финансовой выгоды.


“Неплохая вечеринка”, - сказал Марков, не отрывая взгляда от верстака и проводя тонким, как волос, лучом лазера по стыку рамы.


“Я думал, что жители Пояса - пацифисты”, - прокомментировал я.


“Популярный миф. Мы просто чрезмерно вежливы, и некоторые из нас ценят преимущества приличной прибыли ”.


“В каком подразделении ты служил?”


“Официально мы были Вспомогательной боевой эскадрой, но на самом деле мы были каперами, внештатными экипажами, набранными на дальних торговых путях, плюс несколько Рожденных в Пустоте вроде меня. CAOS выплачивал нам призовые за каждое захваченное нами судно UNOIF, половину за любое уничтоженное. Там я присоединился к Джеку. Когда война закончилась, призовые, конечно, иссякли, но это не было поводом останавливаться.”


Фоновый гул плазменных реле изменился: Люси выключала термоядерный генератор, готовясь к торможению. Оставалось всего три часа.


“Я, пожалуй, проведу еще одну предполетную подготовку”, - сказал я, поворачиваясь к двери.


“Не забудь свое снаряжение”. Марков протянул мне подставку для моих новых ракет. “Понадобится помощь в загрузке, дай мне знать”.


“Спасибо”. Скоро ты превратишься в твердые частицы, мой поясной друг, подумал я, когда он вернулся к своей работе, магнитная линза вернулась на место, а его удлиненные черты лица стали восхищенными, полностью поглощенными. Еще одно следствие приличной нормы прибыли.


OceanofPDF.com


“Все готово?” - Спросила Мина в моих наушниках.


Я приложил нейронный интерфейс ко лбу, в последний раз проверил показания диагностики и согнул руки "Пендрагона". “Все табло горят зеленым”, - ответил я.


“Хорошо. В режиме ожидания, две минуты до запуска”.


Внутренняя связь корабля выдала мне видеозапись грузового отсека, где Джек и Ульстан проверяли свое оружие: приземистые карабины Ruger M-90, подходящие для ближнего боя. Улстан также носил свою "Итаку", привязанную к спине, в то время как Джек носил боевой нож размером с меч на бедре. Они были одеты в высококачественные бронежилеты и респираторы, план состоял в том, чтобы продвигаться за облаком слезоточивого газа, а тепловизоры обеспечивали преимущество в неразберихе.


“Не торчи там, когда боты начнут сражаться друг с другом”, - сказала мне Люси. Я мог видеть ее пристегнутой к посту пилота в ядре, нейронный интерфейс у нее на лбу, руки плавно двигаются над голографической панелью. “Не хотел бы оставлять тебя здесь”.


“Шестьдесят секунд”, - сказала Мина.


“Мэддокс”, - сказал Джек, глядя прямо в камеру и говоря медленно, нарочито тихо. “Не злоупотребляй моим доверием”.


“Все о работе, капитан. Привет и аваст”.


“Двадцать секунд...”


Мне оставалось проверить последний предмет - внутреннее дополнение к плазменной гондоле по правому борту, цилиндрической формы и длиной сорок сантиметров. Корпус изготовлен из свинцово-титанового композита, что означает, что его радиационная характеристика составляла лишь десятую часть от того, что должно было быть, любое превышение будет принято за слегка повышенные потери энергии, что вполне соответствует параметрам для костюма этой марки. Все показания вернулись в нормальное состояние, но я не мог сдержать легкого приступа дискомфорта, наблюдая, как они вращаются на дисплее.


“Пять, четыре, три, два...”


Я отсоединил магнитные зажимы, удерживающие скафандр на палубе, и в последнюю секунду парил на свободе, прежде чем двери воздушного шлюза открылись и декомпрессия вынесла меня наружу.


“Конфигурация сети соответствует ожидаемому шаблону”, - доложила Мина по лазерной связи. “Вы свободны для участия”.


Даже с расстояния в четыре километра Malthus II представлял собой впечатляющее зрелище, ярко освещенный от края до края, из массивной технологической трубы вырывалось тусклое оранжевое свечение, когда плавильный завод выполнял свою работу. Вокруг плавало несколько фрагментов астероида, но ничего такого, с чем навигатор "Пендрагона" не смог бы справиться. Я израсходовал около половины запаса CO2, чтобы приблизиться на расстояние удара, короткими очередями по нерегулярному вектору приближения, значки нацеливания постоянно появлялись на экране, по мере того как костюм обнаруживал все больше и больше ботов.


“Неопознанный корабль, это служба безопасности Exocore на борту "Мальтуса II". Назовите свое обозначение и цель”. Первый оклик с "Мальтуса II", переданный через лазер связи.


“Мальтус II, это аварийно-спасательное судно, находящееся в глубоководном поясе, ”Мертвый расчет"", - ответила Мина. “У нас есть лицензия на работу в этом районе. Сейчас я передаю наши идентификационные коды”.


“Подожди один, расплата окончена. Пожалуйста, включи полное торможение, пока мы проверяем это”.


“Да пошел ты”, - сказала Мина, как уставший от мира фрилансер. “У Exocore могут быть миллионы, чтобы тратить их на топливо, но у меня их нет. Наш вектор достаточно ясен для вашего неба, и вы это знаете.”


Последовала пауза, и на линии раздался другой голос, женский, с военной точностью, с легким западноафриканским акцентом. “ На мой взгляд, недостаточно ясно, по Крайней мере. Теперь гори до полной остановки. Это не предложение, и я напоминаю вам, что у нас есть полномочия применять смертоносную силу ”.


Это не взятый напрокат полицейский, решил я. Кто здесь на самом деле отвечает за безопасность?


“Мэддукс!” - Настойчиво сказала Мина, переключая частоты.


“Пятнадцать секунд до цели”, - ответил я, значок угрозы выбранного мной бота становился все больше в предупреждении.


“Подчиняйся сейчас же, или в тебя откроют огонь”, - заявила африканка.


“Хорошо, хорошо”, - ответила Мина. “Не собирай трусики в кучу, сестренка. Сейчас же отключаю вспомогательные двигатели”. Щелчок, когда она переключила частоты. “Джек, это начинает дурно пахнуть”.


Предупреждение в последнюю минуту. Нехорошо. “Десять секунд до цели”, - сказал я.


“Я почти уверена, что у нас нет десяти секунд”, - ответила Мина. “Джек, мы должны прервать...“


Дерьмо. Я включил плазменные двигатели и ускорился к целевому боту, беспорядочно распыляя лучи лидара, множественные предупреждающие сигналы слились в крик, когда предупреждение вспыхнуло красным и боты начали свой алгоритмический танец. Целевой бот теперь был полностью осведомлен о моем присутствии, так что о том, чтобы прикрепить сорокопута Маркова, не могло быть и речи. Я выстрелил в него из теплового самонаведения с шестисот метров, подавив его защитные сенсоры узконаправленным электромагнитным импульсом. Короткая желтая вспышка осветила кувыркающиеся обломки, и он исчез.


Ближайшие боты устремились ко мне, оружие было активировано, в поле моего зрения плясали характерные желтые вспышки от нескольких запусков ракет. Я подождал, пока до столкновения оставалось шесть секунд, включил плазменные двигатели на максимум на целых две секунды, затем активировал скрытый режим. Трассы ракет пересеклись менее чем в пятидесяти метрах от меня, неконтактные взрыватели сработали долей секунды позже, импульс плазменного взрыва вынес меня за пределы радиуса поражения, но только на мгновение.


Я продолжал дрейфовать, наблюдая, как боты начинают свой поиск, ожидая, пока один из них не подойдет достаточно близко. Он затормозил менее чем в сотне метров от меня, поворачиваясь с включенными датчиками, вызвав электронное шипение у меня в ушах, когда лучи прошлись по невидимому панцирю "Пендрагона". Бот завершил сканирование и повернул для возвращения в отведенную ему зону патрулирования. Я отключил режим невидимости и выпустил "сорокопута Маркова". Сенсоры бота выдали предупреждение, но у него не было времени на ответные действия, наконечник из обедненного урана пробил бронированный сердечник и доставил свой груз. Я решил, что Марков был немного консервативен в своих оценках, судя по тому, как бот мгновенно развернулся и разнес своего ближайшего товарища на куски градом мини-пушечного огня. Вскоре пространство вокруг "Мальтуса II" осветилось множеством взрывов и полосующих ракет, когда защитная сеть включилась сама по себе.


“Сеть закрыта”, - доложил я Мертвецам. “Сейчас или никогда, капитан”.


“Люси, впусти нас”, - приказал Джек.


“Я все еще говорю, что мы должны прервать ...“ - начала Мина, но Люси уже включила вспомогательные двигатели "Мертвого расчета", и грузовое судно понеслось к "Мальтусу II" сквозь облако распавшихся ботов. Я следовал за ними на почтительном расстоянии, приказав навигатору "Пендрагона" рассчитать курс по системе связи.


“Приготовься к столкновению”, - сказала Люси за секунду до того, как "Мертвый расчет" развернулся на хвосте, открыв обратный огонь, и инерция сильно швырнула его в воздушный шлюз по правому борту жилого кластера.


“Переопределить бег”, - доложил Марков.


Пауза, затем Джек заговорил твердым от нетерпения голосом. “Должно быть, уже открыто”.


“Я знаю”, - ответил Марков. “Их коды безопасности немного более экзотические, чем ожидалось, вот и все. Здесь приходится взламывать на лету. Подожди-ка один.… Понял.”


“Мы в деле”, - сказал Джек секундой позже, услышав на заднем плане автоматную очередь. У меня была запись с камеры на его шлеме, и я мог разглядеть смутную фигуру Улстана, пробивающуюся сквозь пелену слезоточивого газа, освещаемую случайными вспышками, когда он безжалостно подавлял любое сопротивление.


“Немного больше, чем ожидалось, босс”, - сказал он, стреляя снова.


“Пора тебе отработать свое жалованье”. Карабин Джека поднялся, вспышка из дула на мгновение закрыла обзор, когда он выстрелил в тень в тумане. “Вот. Туннель слева.”


Какофония движущейся перестрелки продолжала звучать в моих ушах, пока я мчался к коммуникационному блоку, остановившись у края основного блюда. Я нашел узел доступа и сорвал обшивку с помощью силовой перчатки Пендрагона, вытащил зонд из отделения в рукаве скафандра и подключил его к порту передачи данных. У полковника были свои хакеры, некоторые из которых выставляли Маркова полным придурком. Взлом, который они спрятали в памяти "Пендрагона", быстро отключил брандмауэры "Мальтуса II", и вскоре я просматривал его навигационные журналы.


Работа выполнена, размышлял я, пока скафандр загружал данные. Пришло время спрятать мой маленький подарок и отправиться восвояси, хотя перспектива семидесятидвухчасового ожидания моей эвакуационной лодки вряд ли была поучительной… Я сделал паузу, когда в потоке данных появилось нечто неожиданное. Схема корабля незнакомой конструкции, зловещая в своей изящности, и прокручивающийся рядом с ней полный набор эксплуатационных параметров. Сказать, что они подействовали на отрезвляющее чтение, было бы преуменьшением, поскольку слова полковника звучали громко. То, что это когда-либо закончилось, - миф.


“Ублюдки!” Я прохрипел


“Повторить?” Спросила Мина.


“Ничего”. Я оставил зонд на месте и включил на полную мощность "Мертвый счет", вызывая тактические данные о внутренних помещениях "Мальтуса II" через информационный зонд.


“Мэддокс, что ты делаешь?” Спросила Мина.


“Ты был прав, хорошо? Тебе следовало сделать аборт, и старина Джек скоро узнает, почему ”.


Снова раздался голос Джека: “Мы в номере "Люкс". Придержи их, пока я запру сейф”.


“Здесь довольно жарко, босс”, - ответил Улстан. Через его камеру я мог видеть, что слезоточивый газ превратился в легкий туман, а в трубе за ним видны множественные вспышки выстрелов.


“Тридцать секунд”, - сказал Джек, когда электродрель покрывала порошком стену вокруг капитанского сейфа.


Я выключил плазму и затормозил под главным левым двигателем Dead Reckoning. На тактическом экране Джек и Ульстан были изображены в виде двух зеленых точек в центре скопления жилых модулей, окруженных со всех сторон по меньшей мере сотней красных, приближающихся с каждой секундой. Я выпустил оставшуюся плазму из гондолы правого борта и отсоединил ее от основного корпуса скафандра, силовыми перчатками вскрыв его, чтобы найти цилиндр внутри. Нет времени на утонченность. Я активировал магнитный зажим устройства и вставил его в обод двигателя, откинув назад и развернув под углом к корпусу "Мальтуса II". Быстрый просмотр тактической информации показал мне точку входа - выпускной люк в сорока метрах от главного воздушного шлюза.


“Забрали сейф”, - доложил Джек. “На обратном пути”.


Продолжай мечтать, Джек.


Я направился к выпускному отверстию для CO2, обнаружив, что оно закрыто прочным на вид люком.


“Для этого нужен взлом?” Спросил Марков, угадав вектор моего подхода.


“Я понял”. Я получил доступ к зонду и запустил аварийный взлом, который люди полковника предусмотрели на случай провала основной миссии. Сеть безопасности Malthus II рухнула под мощным потоком вирусного программного обеспечения, миллионы самовоспроизводящихся код-ботов преодолели брандмауэры менее чем за секунду, предоставив мне неограниченный доступ ко всем системам. Выхлопное отверстие должным образом открылось, и я направил "Пендрагон" внутрь.


“Черт возьми!” Джек выругался, стреляя холостыми разрядами из карабина, прежде чем бросился в укрытие, туннель позади ожил от трассирующего снаряда. “Заправь там побольше бензина”.


“ Пустая трата времени, ” посоветовал я, мчась по выхлопной трубе со скоростью пятьдесят километров в час. “Они одеты в полное боевое снаряжение, респираторы и броню. Будет лучше, если ты присядешь на минутку, Кэп.


“О чем ты говоришь?”


“Доверься мне. Просто сиди тихо”.


Я подключился к внутренней связи, и мой голос был передан на весь корабль. “Вниманию офицера, командующего "Мальтусом II". Это старший инспектор Алекс Маклеод, Департамент полиции города Лоренцо, действующий с полной властью Коалиции. Действия этого судна противоречат Дублинским соглашениям, что делает его подлежащим немедленному аресту. Всему персоналу покинуть пост и ожидать законного ареста или судебных действий. Это ваше единственное предупреждение. ”


Полусекундная пауза, пока я поворачивал скафандр, чтобы учесть изгиб выхлопной трубы, воздушные уплотнения открывались, чтобы пропустить воздух, пока я перепрограммировал внутренние подпрограммы, чтобы они распознали во мне робота-ремонтника.


“Нападение на гражданское судно”, - ответила африканка в моих наушниках. “Это также нарушение международного договора”.


“Как будто это гражданское судно, капитан”, - ответил я. “Или это адмирал? Я видел ваши журналы. Я знаю, что вы задумали. Вы были очень непослушным”.


“Тогда ты должен понимать, каковы шансы”, - ответила она. “И это коммандер. Ты понимаешь, что я не в том положении, чтобы брать тебя под стражу?”


“Кто тебя спрашивал? Кстати, тебе следует проверить состояние системы жизнеобеспечения. Я отключил систему десять секунд назад. На твоем месте я бы уже направлялся к спасательным шлюпкам ”.


Конечная точка трубы быстро приближалась, расширяясь на серию вентиляционных отверстий поменьше, слишком узких для "Пендрагона". Я проверил тактическую карту и подтвердил свое положение двумя палубами ниже Джека и Ульстана.


“Я также отключил систему сдерживания огня”, - сказал я командиру. “Просто чтобы ты знал”.


Я указал перчатками Пендрагона на потолок, гладкий металл раздвинулся, обнажив пушки. Трехсекундной очереди из 20-миллиметрового бронебойного снаряда высокой мощности было достаточно, чтобы пробить приличную дыру на следующей палубе. В подземном переходе меня встретил отряд Федеральной службы безопасности, пятеро из них двигались скоординированным боевым порядком в условиях микрогравитации, стреляя из карабинов в хорошо отработанной эстафете. Элитные войска, предположил я. Специальная разведка или штурмовые коммандос. Жесточайший из хардкорных.


Я сэкономил на боеприпасах и израсходовал их, нанося удары усиленными конечностями в заранее запрограммированном режиме боевых искусств, пули из карабина оставляли небольшие царапины на панцире Пендрагона, пока они сражались до конца. Коммандос, решил я, когда кулак скафандра размозжил череп последнему. У Разведчиков хватило бы мозгов отступить.


“Джек”, - сказал я, снова поднимая "перчатку". “Мне нужно, чтобы ты отошел влево примерно на десять метров”.


“Что, черт возьми, здесь происходит?” требовательно спросил он.


“Вы слышали мое объявление”, - ответил я, подтверждая тактику, что он выполнил мою просьбу.


“Да, большой плохой Демон с плиты. Я должен быть впечатлен? Я убивал и ел кое-что похуже тебя, парень”.


“Я раздавлен". Перчатки вспыхнули снова, секция туннеля распалась в облаке разорванного металла. Я пробился вперед, стреляя из пушки, разрывая на части еще один отряд коммандос, конечности и раздробленные туловища кружились в клубящемся дыму.


Джек скорчился за переборкой, рядом валялся пустой карабин, в руке он держал боевой нож, похожий на меч, глазной имплантат мерцал красным и вызывал ненависть. “Это твой единственный шанс”, - пообещал он сквозь стиснутые зубы.


“Как тебе благодарность? Где Ульстан?”


Джек кивнул на громоздкую фигуру, плавающую в нескольких футах перед его позицией, бронежилет свисал клочьями, капли крови оставались на поверхности от многочисленных ударов. Защитил своего капитана от взрыва. Верен до конца.


Новая очередь из карабинов с противоположных концов туннеля сообщила мне, что командир отдал приказ о новой атаке. “Нам нужно двигаться”.


Я прикрывал нас, пока мы продвигались к боковому туннелю. Джек подобрал "Итаку" Улстана и выместил свое разочарование быстрым залпом из двух пуль по преследующим коммандос. Совершенно бессмысленно, но, думаю, это заставило его почувствовать себя лучше. Выбравшись из главного туннеля, я добрался до управления дверью и опустил герметичные переборки по обе стороны от нашей позиции.


“Вам действительно следует направиться к спасательным шлюпкам”, - сказал я командиру. Я мог видеть ее на внутренней видеосвязи, стройную женщину лет под тридцать, с красивыми чертами черного дерева, строгими и решительными за забралом шлема. Она двигалась к нашей позиции в сопровождении отряда коммандос. Не из тех, кто остается на мосту, когда того требует бой.


“У меня есть приказ”, - заявила она.


“Да. Много чего такого ходит вокруг да около. Для протокола, мне жаль”.


Небольшая пауза, затем по всему кораблю зазвучали мягкие андрогинные сигналы автоматического предупреждения. “Запущена аварийная вентиляция. Декомпрессия жилого и рабочего отсеков произойдет в течение десяти секунд. Весь экипаж, пожалуйста, явитесь в отведенный вам пункт эвакуации. Начата последовательность аварийной декомпрессии ... ”


Я наблюдал за последними мгновениями коммандера, видел приступ ярости и разочарования перед последними секундами жесткого самоконтроля. “Маклеод?” - спросила она.


“Да, мэм?”


“Это не будет прощено”.


“Я знаю”.


“Тогда, черт возьми, ты...”


Оглушительный лязг, когда одновременно открылось более сотни уплотнений, вихрь обломков и выходящего газа заполнил видеоэкран, затем она исчезла. Я вызвал тактику и наблюдал, как гаснут красные точки. Я перестал считать на пятидесяти.


“Кстати”, - сказал я Джеку. “Ты арестован”.


OceanofPDF.com


Мина и Марков оба наставили на меня ручные пистолеты, когда я взломал "Пендрагон" в воздушном шлюзе "Мертвого расчета".


“ Не двигаться! - Приказала Мина, крепко сжимая старый кольт 45-го калибра. Ее голос слегка дрожал, но она была тверда, как скала. Люси парила на заднем плане, на ее лице была смесь озадаченности и радостного любопытства.


Я проигнорировал Мину и повернулся к Джеку. “Проверь датчики на корпусе”.


“За что?”


“Повышенный уровень радиации на левом подруливающем устройстве”. Я расстегнул ремни и выплыл из скафандра, выгибая спину и стараясь унять боль в конечностях.


“Я сказала, не двигаться!” Мина прицелилась мне в лоб, пот выступил у нее на коже.


“Ей нужно успокоиться”, - посоветовал я Джеку.


“Все в порядке”, - тихо сказал он Мине, положив руку на ее предплечье, ослабляя его. “Мы пока разыграем это”.


Мина издала взрывной вздох разочарования и опустила пистолет. Она развернулась и бросилась к ядру, сопровождаемая Джеком. Марков подождал мгновение, глядя на меня непроницаемым взглядом, затем прыгнул следом со своей непринужденной грацией, сгибая и разгибая конечности, как кальмар, поднимающийся из воды.


“После тебя”, - сказал я Люси, которая все еще демонстрировала ту же странную смесь озадаченного восторга.


“Наконец-то”, - сказала она тихим голосом. “Что-то новенькое”.


***


“Так что же это?” Спросил Джек. Мы были в центре, наблюдая, как на сканирующей консоли отображается изображение цилиндра, который я прикрепил к левому двигателю, рядом вращался красный предупреждающий значок.


“Ядерное устройство мощностью в одну килотонну”, - ответил я. “Оно предназначалось для "Мальтус II". Разведка CAOS подозревала, что она неофициально перерабатывала гелий-3 в нарушение договора с ООН. Если бы она взорвалась, в этом можно было бы обвинить опрометчивый рейд самого известного пирата системы, по крайней мере публично. В частном порядке правительства Нижней стороны поняли бы, что нарушение нашей монополии не окупается. Оказалось, что она замышляла что-то более серьезное, так что мне пришлось импровизировать ”.


Взгляд Джека был тверд, в нем не было страха, но гнев ясно читался в вздувшейся вене у него на лбу. “ А если мы убьем тебя, раздастся взрыв, верно?


“Это сработает через семьдесят два часа, убьешь ты меня или нет. Но у меня есть код деактивации”.


“Я ломал людей гораздо меньше, чем за семьдесят два часа”.


Я постучал по тонкой ленте, закрепленной у меня на лбу. “Нейронный интерфейс, доступный только через органы управления ”Пендрагона", которые биосвязаны с сигнатурой моих мозговых волн". Я улыбнулся. “Извините, ребята, но настоящим вы все назначаетесь оперативниками Коалиционной разведывательной службы. Зарплата паршивая, а привилегий вообще не существует, но ты действительно заслуживаешь теплое сияние, которое исходит от служения своей нации ”.


“Твоя нация, парень-демон”, - прорычал Джек. “Я попрощался со всем этим дерьмом с размахиванием флагами много лет назад”.


“Как прогрессивно с твоей стороны”. Я повернулся к Люси. “Рассчитай время полета ”Мальтуса II" до Цереры".


“Что на Церере?” Спросила Мина.


“Цель нашей новой миссии”.


“Сто двадцать два часа, стандартный расход топлива”, - доложила Люси с навигационной консоли. “Максимум шестьдесят восемь, но к нашему прибытию запас топлива сократится до пяти процентов”.


“Не проблема. Поставьте эту посудину в грузовой отсек и явитесь на мостик. Жизнеобеспечение должно быть полностью восстановлено через час ”. Я бросился к выходу. “Я пойду вздремну”.


“Что нам это даст?” Поинтересовался Марков.


Я сделал паузу. “Возможность не превратиться в космическую пыль”.


“Я хочу неприкосновенности”, - сказал он. “Полного прощения”.


Я вздохнула, сдерживая смех. “Вы все виновны в большем количестве преступлений, чем можно легко сосчитать. Надо было работать на Морнингстар, верно, Люси? Пятеро охранников были убиты, когда вы ворвались в тот круизный лайнер. Не сытые спецназовцы Sec, просто рабочие, мужчины и женщины с семьями. Я встретился взглядом с Марковым. “Любое ваше сотрудничество будет учтено на суде, и судья вынесет соответствующий приговор. Это избавит вас от смертной казни, возможно, даже даст шанс на условно-досрочное освобождение через несколько десятилетий ”.


“Это не слишком хороший стимул”, - заметила Мина. “И мне нужно подумать о дочери”.


“Она большая девочка, и это не игра”.


“Ядерная бомба на исходе”, - заметил Джек. “Что помешает нам просто взять "Мальтус”?"


Я снова нажал на нейронный интерфейс. “У меня единственный доступ к ее системе управления. Никто не может ни разу переключиться без моего разрешения, и после моей смерти она никого никуда не заберет”. Я направился к выходу. “Позвони мне, когда будешь готов отправиться на Цереру”.


***


“Там ничего нет, понимаешь?” Сказала Люси. Она была пристегнута ремнями к навигационной консоли на мостике "Мальтуса II", заключенная в кокон из голоэкранов, каждый из которых отображал ошеломляющий массив меняющихся данных. Казалось, ей не составило труда прочитать все с первого взгляда. В центре моста вращалась полупрозрачная проекция Цереры - бледно-желто-серый шар из пыльного льда.


“Самый большой астероид в Солнечной системе”, - продолжила Люси. “На самом деле это карликовая планета. Это охраняемое место из-за того сложного гидроуглеродистого образования, которое они обнаружили во льду несколько лет назад. Вход в шахту запрещен, а туристам запрещено приближаться ближе, чем на сто тысяч километров.”


Я просмотрел записи службы безопасности, чтобы проверить других моих товарищей по команде. Джек и Мина предпочли заняться уборкой нескольких трупов, все еще плавающих внутри корабля. До сих пор наш путь к Церере был отмечен следом из выброшенных тел. Меня немного утешал тот факт, что ни один из них не оказался настоящими сотрудниками Exocore, всех оперативников Sec накормили.


Мне пришлось просмотреть довольно много видеозаписей с камер, прежде чем я обнаружил Маркова, рыскающего по техническим магазинам, с его плеча свисал большой шкаф, набитый раскрепощенными безделушками, пока он пробирался вдоль полок. Запасаюсь. Не планирую в ближайшее время попасть за решетку.


“Как думаешь, сколько времени пройдет до того, как твой отец попытается убить меня?” Я спросил Люси.


“Он, вероятно, подождет, пока мы не прибудем на Цереру. Он удивительно терпеливый человек. Эта твоя ловушка, возможно, и заманила его в ловушку на данный момент, но он будет постоянно искать способ отгрызть себе ногу. И когда он это сделает ... ”


Я неопределенно кивнул и вызвал схему энергетической системы "Мальтуса II". Фьюжн-ядро четвертого поколения Dynamic Industries с удручающе впечатляющим списком отказоустойчивых устройств, однако с резервным...


“Как ты выглядел раньше?” Спросила Люси, когда я запустил sims. “Я имею в виду, это не твое настоящее лицо, верно?”


“Уродина со множеством шрамов”. В миксе недостаточно расщепляющегося материала, размышлял я, когда симулятор заканчивался. Я проверил складские декларации, прокручивая списки различных металлов, пока не нашел это. Всего пятьдесят граммов, но этого должно хватить.


“Это была моя ошибка”, - сказала Люси.


“А?” Я запустил еще одного сима с новым ингредиентом, удовлетворенно хмыкнув от впечатляющего результата.


- “Утренняя звезда". Я неправильно рассчитал скорость приближения. Эти охранники погибли из-за меня.


“Не забудь изобразить раскаяние перед судьей, может, скостишь несколько лет”.


“Джек говорит, что тюрьма не так уж плоха. Сказал, что отсидел пять лет, когда был примерно моего возраста. Они подключают тебя к ускоренному погружению, верно? Десять лет во сне - это всего один год в реальности ”.


“Не питай никаких иллюзий. Десять лет - это десять лет, живешь ты ими или мечтаешь. И это не "Алиса в Стране чудес". Вам предлагают серию сценариев, призванных заставить вас признать свою вину, развить социальную совесть, чтобы, когда вы выйдете на свободу, вы были налогоплательщиком с фобией к насилию и обману.”


“Похоже, на Джека это не подействовало”.


“Социопаты, как правило, невосприимчивы”. Я приказал грузовому боту доставить выбранный материал. “Я буду в энергетическом ядре”.


Война научила меня находить изобретательные способы взрывать предметы, а курс переподготовки полковника добавил кое-что новое, но разрушительный потенциал, предлагаемый резервным источником питания "Мальтуса II", был другого порядка. Это был не самодельный пластик или перекись гирдогена, приклеенный скотчем к посту охраны ФРС, это был реактор ядерного деления с потенциальной мощностью в пять килотонн. Термоядерный синтез вытеснил деление в подавляющем большинстве орбитальных станций и межпланетных кораблей более десяти лет назад, но некоторые корабли глубокого пояса все еще использовали урановые реакторы для резервного питания на случай, если запасы дейтерия иссякнут. Это была устаревшая, но почти совершенная технология, недостатки старых реакторов двадцатого века были разработаны давным-давно и дополнены широким спектром самых современных протоколов безопасности. Даже имея неограниченный доступ к системам корабля, я был вынужден потратить несколько часов на обход или деактивацию множества программных и аппаратных средств, предназначенных для того, чтобы помешать мне делать именно это.


“Почему бы тебе просто не использовать ядерную бомбу, которую ты прикрепил к Dead Reckoning?” Марков стоял в дверном проеме, раскинув конечности, чтобы ухватиться за края, бледный четвероногий паук смотрел на меня, склонив голову набок.


“Недостаточно взрыва”, - ответил я, направляя бота с новым ингредиентом внутрь сферической активной зоны реактора и загружая команду в его память. Когда придет время, он просто откроет контейнер.


“Тогда наша цель должна быть значительной”, - сказал Марков.


“Довольно”. Я закрыл активную зону и перевел реактор в режим ожидания, готовый к быстрому включению.


“И хорошо защищенный”, - настаивал он.


“Я так и ожидал”.


“Мы ведь не переживем эту миссию, не так ли?”


“Я думал, что все жители Пояса готовы принять судьбу, предложенную пустотой”.


“Мое изгнание не было случайным. У меня проблемы со слепым приятием судьбы ”.


“Что ж, теперь у тебя есть шанс воссоединиться со своей верой. Удачи с этим”.


Он напрягся в дверях, мускулы напряглись на его тонких конечностях, лицо покраснело от гнева. “Я не буду принимать в этом участия. Какую бы миссию камикадзе ты ни выполнял, на меня не рассчитывай.”


“Тогда найди уголок, где можно спрятаться, и держись подальше от меня”.


“На борту есть спасательные шлюпки. Я прошу разрешения покинуть корабль”.


“Нет. Ты разыскиваемый преступник, тебя ждет суд и тюремный срок. В любом случае, служба безопасности ФРС может засечь твой маячок”.


“Шансы на это минимальны...”


“Недостаточно минимально. И не забывайте, что то, что осталось от защитной сетки, теперь находится под моим контролем, так что любые несанкционированные экскурсии будут очень короткими ”.


Его напряжение возросло на ступеньку, отчего у меня зачесались руки в поисках оружия. Я не был уверен в исходе прямой схватки с поясником в его родной среде, контроль, который я имел над этим кораблем, был моей единственной реальной защитой. Мне оставалось только надеяться, что его рациональность перевесит страх.


Длинное лицо Маркова дернулось, и он издал последний бессильный рык, прежде чем развернуться и помчаться по туннелю со своей обычной плавностью. Я вздохнула, глядя ему вслед и понимая, что стала слишком мягкой для такой работы. Если бы этот сценарий разыгрался во время войны, я бы последовал за ним, смастерил оружие из стеллажей с инструментами и убил его, когда уровень адреналина в крови спал. Но этого больше не было во мне, вид бестелесной головы Мэддокса слишком долго не исчезал. Командир и команда были другими, вражескими солдатами в пылу битвы, но, похоже, моя способность к прямому убийству уменьшилась в гражданской жизни. Слишком много лет Демон.


Я удовлетворился тем, что приказал "Мальтусу II" выбросить за борт все спасательные шлюпки, загрузив инструкции врезаться в первый попавшийся астероид. Тщательность окупается.


***


Несмотря на сравнительно роскошные условия, предлагаемые "Мальтусом II", Джек, Мина и Люси все еще спали на борту "Мертвого расчета", теперь уютно устроившегося в грузовом отсеке "Мальтуса II". Я полагаю, что фамильярность порождает ложное чувство безопасности.


Поскольку моя цель была занята, мне пришлось использовать маленького бота для обслуживания канала, чтобы получить доступ, немного больше мыши и напоминающего колибри с ножками. Я направил его по топливопроводам, в которых теперь не было плазмы, поскольку баки были полны, направляя его по внутреннему лабиринту клапанов и вентиляционных отверстий, пока он не вынырнул в центральном трубопроводе. Я ненадолго завис, пока по аудиоканалу передавались приглушенные звуки всхлипываний Мины. Я заметил, что она никогда не спала очень хорошо, ее мучили кошмары и бессознательный бред. Я слышал, как она с криком проснулась, крики стихли на фоне успокаивающего шепота Джека. Я подождал, пока восстановится тишина, затем направил бота в мастерскую Маркова.


Сейф находился в оснащенной на скорую руку звуковой системе "Пояса" без опознавательных знаков и повреждений, Джек, без сомнения, решил, что в данный момент у него есть другие, более неотложные дела. У меня было некоторое представление о том, как управлять хитроумным устройством Маркова, но поскольку я знал комбинацию, это не имело особого значения. Замок представлял собой комбинацию сканирования глазом и отпечатка руки, но, как и все системы безопасности, имел запасной выход в виде двенадцатизначного кода, известного только капитану "Мальтуса II" и старшим руководителям Exocore. Охрана сейфа обошлась недешево, и, к счастью, Федеральная служба безопасности не потрудилась поменять его, когда захватила корабль, также вполне возможно, что они даже не открывали сейф, поскольку то, что в нем находилось, не имело для них никакой ценности. Однако Джеку…


Дверца сейфа распахнулась, слегка скрипнув петлями. В аудиопотоке послышался всплеск, когда хныканье Мины на мгновение возобновилось, прежде чем снова погрузиться в прерывистый сон. Я не стал испытывать судьбу, приказав боту забрать содержимое и закрыть дверь. В сейфе лежал только один предмет - тонкий семидюймовый квадратик, завернутый в целлофан, который бот деликатно зажал клешнями, когда возвращал мне.


Рычаги воздействия, не раз говорил полковник. Рычагов воздействия никогда не бывает достаточно.


OceanofPDF.com


На "Мальтусе II" был впечатляющий зал для приема пищи и отдыха - вращающийся полый шар в центре жилого кластера, создающий силу тяжести в две трети стандартной земной. Джек, Мина и Люси сидели за завтраком рядом с каскадным фонтаном, капли которого падали плавными дугами в разноцветном световом массиве. Джек нахмурился, когда я села к ним, проигнорировав мое добродушное приветствие. Мина избегала смотреть ему в глаза и продолжала есть свои хлопья. Люси только ухмыльнулась с набитым яичницей беконом ртом.


“Еды в магазинах нам хватит на десятилетие или больше”, - прокомментировала она, выпятив щеки. “И никакой обезвоженной дряни. Похоже, ФРС знает, как накормить своих людей”.


“Цена свободы - паршивая кухня”, - ответил я, прежде чем повернуться к Мине. “Вы найдете всю информацию о цели, загруженную на аналитическую станцию на мостике. Мне нужно, чтобы ты представил полную разведывательную картину, наиболее благоприятные сценарии атаки. Ты ведь в этом хорош, верно?”


Джек напрягся. “ Вы ожидаете, что мы примем участие в этом фарсе?


“На тебя давили, капитан”. Я от души усмехнулся. “Лучше прими это и повернись спиной к текущей задаче, приятель, йо-хо и так далее. Думайте об этом как о погашении вашего значительного долга орбитальному сообществу. Пока миссис Джек занята на мостике, вы можете взглянуть на экзоскелеты. Среди них наверняка найдутся какие-нибудь боевые модели, которые могут пригодиться.”


Его руки, лежащие на столе, дернулись, и я заметил, что он все еще держит свой впечатляющий нож на ремне у бедра.


“Джек”, - тихо сказала Мина.


“Возвращаю свой долг, да?” Сказал Джек, поворачиваясь ко мне, в его глазах горела красная точка. “А как же твои долги, парень-демон? Я слышал о тебе, часто задавался вопросом, не тебя ли они пошлют. Не совсем работа для героя, верно? Если ты собираешься послать кого-то за мной, лучше бы им быть похуже.”


Я не мог придраться к его рассуждениям, но это не означало, что мне это должно было нравиться. “Как бы мне ни понравилась лекция о морали от огромного подонка, я думаю, я предпочел бы, чтобы ты заткнул свой рот и пошел делать, что тебе говорят”.


Я увидел, как по лицу Люси скользнула злая усмешка, когда Джек поднялся на ноги, тяжело дыша и подергивая руками. “С вами, людьми, всегда одно и то же. Вели войну за свободу, а затем превратили себя в то, против чего боролись. Пустота должна быть свободной, вне всех ваших налогов и правил, но вы хотите превратить ее в еще одну тюрьму. ”


“Пока ты хочешь использовать это как охотничьи угодья”, - ответил я, вставая из-за стола, отгоняя раздражающее осознание того, что я позволяю ему доставать меня, и все это измерение члена было серьезно неразумным. “Да, ты действительно свободен, свободен воровать и убивать, в то время как твои жертвы вольны задыхаться в жестком вакууме”.


“Джек”, - снова сказала Мина, когда его рука медленно потянулась к ножу.


“Нет, пожалуйста, не надо”, - сказал я, разводя руками. “Я счастлив продемонстрировать, насколько я хуже тебя”.


Его рот уже собирался оскалиться, когда по коридору разнесся пронзительный сигнал клаксона, за которым быстро последовали холодные сигналы автоматического предупреждения. “Обнаружен пожар на четвертой палубе технического обслуживания. Системы пожаротушения отключены. Запускаем аварийные протоколы. Обнаружен пожар на четвертой палубе технического обслуживания ... ”


“Марков!” Я зашипела, когда на соседнем узле передачи данных появилась голограмма: красное пятно огня, неуклонно растущее на палубе рядом с уровнями переработки руды, множество мигающих значков, указывающих на неисправность систем безопасности.


“Взломал протоколы безопасности”, - пробормотал я. “Тихо, чтобы я не заметил”. Должно быть, это началось до того, как он пришел просить спасательную шлюпку. Слишком мягкая.


“Мы не знали об этом”, - быстро сказала Мина.


Я взглянул на Джека, догадавшись по его явному гневу, что она говорит правду.


“Еще десять минут, и мы будем отрезаны от Мертвого Счета”, - сказала Люси, прочитав схему. “Думаю, он пытается ее украсть”.


“С ядерной бомбой на борту?” - Спросил Джек.


“Вероятно, надеялся выжечь максимум до ближайшего жилого модуля, прежде чем он взорвется”, - сказал я.


“Он, должно быть, в отчаянии”. Люси покачала головой с кривой улыбкой. “Нет ничего достаточно близкого”.


“Может быть, у него есть какая-то идея, как обезвредить его”, - сказал я. “Он умный парень”.


“И готовы оставить нас позади”, - сказала она. “А я думала, мы такая счастливая семья”.


Я перезагрузил протоколы безопасности, на поврежденной палубе заработали огнетушители, красное пятно потускнело, но не уменьшилось. “Там, внизу, слишком много топлива”, - сказал Джек. “Это прижилось”.


“Путь к Расплате за смерть все еще есть”. Палец Люси провел по голограмме. “Если мы сделаем крюк через медицинские учреждения и жилые помещения ...”


“Не стесняйся”, - сказал я, направляясь к выходу.


“Выключатель ядерной бомбы!” Мина крикнула мне вслед.


“Да, я солгал насчет этого”, - бросил я через плечо, прежде чем устремиться в невесомый коридор за ним. “Удачи, если ты выберешься”.


Я спрятал кое-какое оружие в разных местах, пока остальные спали. Если бы ситуация с Джеком продолжала обостряться, я бы потянулся за карабином, закрепленным за панелью доступа у входа в столовую; с такими, как он, нечестно дерутся. Это был стандартный 4-миллиметровый патрон без гильзы специальной конструкции Fed Sec, полностью безоткатный и предназначенный для ближнего боя в условиях микрогравитации. Вполне вероятно, что Марков нашел собственное оружие, если не смастерил его из различных штуковин, которые он стащил во время путешествия.


Автоматическое предупреждение переключилось с режима полной готовности на сценарий аварийного локализации, указывая на то, что пожар начинает утихать. Либо система пожаротушения работала успешно, либо, что более вероятно, просто закончилось топливо. В любом случае, главная палуба между мной и грузовым отсеком все еще была залита ядовитым дымом, и у меня не было времени найти респиратор.


Я остановился у информационного узла, чтобы оценить прогресс Маркова, красная капля его тепловой сигнатуры медленно приближалась к грузовому отсеку. Я отказался от предложенного Люси маршрута в пользу вентиляционной системы, задул люки и потащился вперед на четырех конечностях, крепко прижимая карабин к груди. Вентиляционные отверстия вывели меня в центральный туннель, схема вывела меня впереди Маркова. Оглядываясь назад, я, вероятно, должен был задаться вопросом, почему Поясник, казалось, двигался так медленно.


Я нашел укрытие за переборкой и ждал его появления, установив карабин на три патрона. Я не собирался давать ему шанс сдаться. Слабый металлический скрежет заставил карабин вскинуться, когда фигура завернула за угол, неуклюже шагая, как пьяная обезьяна, размахивая длинными металлическими конечностями, каждая из которых снабжена небольшим нагревательным устройством. Бот! Я понял, разворачиваясь. Умный ублюдок соорудил приманку.


Я опоздал, жгучая боль пронзила мою голову, конечности свело судорогой, а карабин выскользнул из внезапно ослабевшей хватки. Мое зрение расплылось в желтую дымку, изредка подсвечиваемую цветущими ветвящимися красными линиями. Я смутно осознавал, что соприкасаюсь со стеной туннеля, что с моих губ стекает слюна, и слабое ощущение того, что нейронный интерфейс выдернули из моей головы.


“Никогда раньше не взламывал мозги”, - услышал я слова Маркова. “Это будет интересно”.


***


Я пришел в себя от резкого запаха смазки и растворителя, ударившего мне в ноздри, веки скребли по сжатым векам, а в основание черепа вонзилось что-то похожее на топор войны. Жесткие ограничения не давали мне освободиться от какой-то каталки. Мое затуманенное зрение проследило за толстым пучком проводов, идущих от тродов, прикрепленных к моему лбу, к массиву датчиков, перед которыми Марков сгорбился, вытягивая длинную шею, переводя взгляд с одной голограммы на другую. Судя по тому, что я успел разглядеть вокруг, он отвел меня в давно заброшенный склад, расположенный недалеко от уровней переработки руды, судя по постоянному грохоту конвейеров и молотков для варки целлюлозы. Я закрыл глаза, заставляя свое учащенное сердцебиение биться в обычном ритме, прежде чем заговорить слабым хрипом. “ Здесь нет выключателя. Ты зря тратишь время.


“Я догадался об этом с первого взгляда на вашу ядерную бомбу”, - ответил Марков, не оборачиваясь. “Но, поскольку я вскоре получу командование "Мальтусом II", это действительно не имеет значения, не так ли?”


Я боролась с волной тошноты, впиваясь ногтями в ладони, чтобы не отключиться. “Чем ты меня ударил?”


Он указал рукой с длинными пальцами на хитроумное приспособление, прикрепленное к стене, маленькое устройство из пластика и стекла, напоминающее фонарик. “Глазной скремблер. Вызывает одну из форм эпилепсии. Надо было надеть козырек, инспектор.


“Старший инспектор”.


“Конечно. Я невнимателен, пожалуйста, прости меня”.


Я наблюдал, как он запускал какие-то алгоритмы, длинные строки кода прокручивались в тумане, вызывающем мигрень. “Квантовому компьютеру размером с планету потребовался бы год или больше, чтобы взломать систему разведки CAOS”, - сказал я ему. “Тик-так, Марков”.


“Не нужно ломать голову”. Он отодвинулся от своей консоли, вытягивая конечности, когда вращался надо мной, слабая улыбка сожаления появилась на его вытянутом лице, когда он надел нейронный интерфейс обратно мне на голову. “Только ты”.


Я немедленно попытался получить доступ к внутренней сети безопасности "Мальтуса II", надеясь выпустить воздух из этого отсека, но не получил никакого ответа. Я был полностью отрезан от корабля. Я заметил, что в другой руке у Маркова было что-то вроде пульта дистанционного управления - маленькая пластиковая коробочка из разнородных деталей, скрепленных клейкой лентой, с единственной красной кнопкой.


“Мой народ часто глубоко духовен, как вы знаете”, - сказал он. “Заимствую из различных систем верований, чем старше и менее иудео-христианский, тем лучше. Весь мой клан был приверженцем восточной философии, одна из которых гласит, что глаза - это окна в душу.”


Он достал что-то из пояса с инструментами, обвязанного вокруг его слишком тонкой талии, маленький флешку для сбора данных со странной присоской вместо обычного разъема. Он включил его и приложил к моей грудине, где он вызвал небольшой спазм, прежде чем вонзить что-то узкое и очень острое мне в грудь, пробив кость до нервного центра за ней. Вспышка агонии была только в пределах моего контроля, заставив меня дернуться, стиснуть зубы, когда я учащенно дышала, слюна маленькими белыми шариками стекала с моих пылающих губ.


“Любопытная вещь в нейронных интерфейсах”, - продолжил Марков. “Обратная связь. Сильные эмоциональные или физические реакции владельца создают своего рода нечеткость в сенсорных показаниях, можно сказать, шум в машине. Всего на долю секунды, но это открывает окно, все эти незнакомые импульсы, текущие через командный интерфейс, создают крошечный момент возможности. Боюсь, мне нужно продлить его. Итак, вы видите, мои родители и все те другие заблуждающиеся, ханжеские психи были неправы. Обнажение души - это не вопрос видения, это просто боль ”.


Он еще раз странно, с сожалением улыбнулся и нажал кнопку на пульте дистанционного управления.


До этого момента разнообразные пути моей жизни были склонны культивировать иллюзию, что боль терпима, что ничто не причиняет боли настолько сильной, что ты не можешь контролировать ее, сфокусировать, использовать для разжигания ненависти и ярости или сострадания и самопожертвования, если возникнет необходимость. Боль послужила толчком к моему вступлению в Сопротивление, а позже и в Тайные операции. Она также дала мне силы попрощаться с Консулой и стоять рядом, наблюдая за тем, как Чхве выпил яд. Я думал, что Боль - мой старый друг. Я ошибался.


Это было так, словно многопалая рука из раскаленного добела металла вскрыла мою грудь и начала рыться внутри. Первой вспышки этого было достаточно, чтобы я мгновенно покрылся потом, каждый мускул напрягся, зубы сжались так сильно, что я удивился, как они не сломались, слезы потекли из моих глаз, а опорожнение кишечника запятнало воздух. На секунду все ощущения ускользнули, и мое зрение затуманилось, оставив слабое и не совсем неприятное осознание того, что я вот-вот умру.


“Немного чересчур”, - услышал я очень далеко бормотание Маркова. Боль отступила, не очень сильно, но достаточно, чтобы прояснить мое зрение. Мне удалось повернуть сведенную судорогой шею достаточно, чтобы увидеть, как он внимательно изучает дисплеи, сосредоточенно прищурив глаза. Возможно, прошло не более нескольких секунд, но мне показалось, что прошло столетие. “Да”, - выдохнул он с легкой усмешкой. “Да, вот мы и на месте”.


Дисплей замерцал, затем загорелся ставшим уже знакомым интерфейсом: главным командным меню Malthus II. Немного размыто по краям, но все еще пригодно для использования. Марков надел нейронный интерфейс, созданный им самим, судя по отсутствию каких-либо уступок эргономике. Сквозь ручейки пота, заливавшие глаза, я сумел разглядеть, что он обращается к управлению ботом технического обслуживания.


“К счастью для тебя”, - бросил он через плечо, отходя, чтобы открыть ближайший шкафчик. “Это наше маленькое соглашение ненадолго. В конце концов, тело может выдержать не так уж много. Так что будьте уверены, у вас, вероятно, случится остановка сердца примерно через сорок пять минут, не то чтобы у вас было так много времени. ”


Он достал модифицированный костюм ЕВЫ из шкафчика и начал надевать его. Казалось, что стандартная модель не рассчитана на пропорции Пояса, поэтому он сшил вместе четыре отдельных костюма с явным отсутствием опыта пошива, что сделало его похожим на плохо сделанную тряпичную куклу к тому времени, как он защелкнул шлем на место. Я подавил крик боли и сосредоточился на командном дисплее, выбирая графику, показывающую обратный отсчет.


“Конечно, мне нужно будет задраить люки”, - сказал Марков через динамик шлема, подплывая ближе, чтобы посмотреть на меня сверху вниз. “Расчистите путь, чтобы избежать любых неловких столкновений с моими товарищами по команде. Но не волнуйся, в этом отсеке нет воздуха, нужно, чтобы ты держал окно открытым, пока я буду выбираться. Мы всего в двух австралийских долларах от торгового маршрута корабля клана. Когда бот, которого вы поместили в ядерный реактор, откроет свой контейнер… Что ж, взрыв такого размера обязательно привлечет аудиторию. Не должен болтаться больше дня или двух, прежде чем кто-нибудь приедет расследовать. Легкие времена для Рожденного в Пустоте.”


“Я...” - выдавила я сквозь облако слюны, дергаясь от усилия. “Я... Люси...“


“Извините. Место только для одного. И не поздновато ли для всех этих рыцарских забот?”


Мои глаза переключились на обратный отсчет - тридцать минут.


“Да”, - сказал Марков, проследив за моим взглядом. “Боюсь, это затруднительное положение продлится до тех пор, пока не взорвется реактор”.


Он направился к выходу, затем развернулся, раскинув свои слишком длинные руки в замысловатом прощальном жесте. “Я убил великого Демона Сляб-Сити. Жаль, что я никогда никому не смогу рассказать ...” Он замолчал, когда за его спиной открылся выход, и обернулся, чтобы посмотреть на фигуру, которая висела там, громоздкий силуэт с ножом с длинным лезвием в руке и единственной красной бусинкой, светящейся на его затененном лице.


Голова Маркова в шлеме повернулась к шифратору, все еще лежащему на липкой подставке, по крайней мере, в двух метрах от него. “Я… У меня есть способ обезвредить ядерную бомбу ...”


Нож Джека двигался слишком быстро, чтобы за ним можно было уследить, из чего бы он ни был сделан, он оказался тверже забрала шлема и пробил стекло, вызвав мгновенный багровый взрыв. Не будучи человеком, склонным к умеренности, Джек выхватил нож и сделал им удивительно элегантный пируэт, лезвие прорезало слои майлара и изоляции, чтобы отсечь Маркову голову. Шейный платок был снабжен герметичным механизмом, поэтому облако крови было не таким большим, как могло бы быть. Я мельком увидел лицо Поясника с разинутым ртом, когда шлем поднялся, столкнулся с потолком, отскочил и был выброшен ногой Джека в выход.


Он схватил в охапку просторный костюм Маркова и вытер им кровь со своего ножа, убирая его в ножны, когда подошел ближе, бесстрастным взглядом обследуя мое содрогающееся тело. “Мина ознакомилась с твоей тактикой”, - сказал он. “Создано для интересного чтения. Так что давай поговорим”.


OceanofPDF.com


“Очень мило”, - пробормотал Джек, водя толстым пальцем по гладкой схеме корабля, голограмма слегка мерцала от помех. Мы были в командном центре, я был завернут в одеяло из фольги и потягивал что-то теплое и сладкое из стакана, который протянула мне Люси. К моему удивлению, Джек вернул нейронный интерфейс, и я с облегчением обнаружил, что Марков не счел нужным добавлять еще какие-либо брандмауэры для своего взлома, так что отключить обратный отсчет не составило труда.


“Ударный корабль”, - предположила Люси, пока я медлил с ответом. Из-за ухода Маркова я немного лишился дара речи. “Видишь ракетные установки на носу и корме?” она продолжила. “Хотя, ничего подобного раньше не видела”.


“Они с-называют это штурмовым с-крейсером класса ”Рейф", - пробормотал я, вызывая спецификации.


“Вау”, - Люси тихо рассмеялась, вглядываясь в прокручивающиеся данные. “Вдвое больше полезной нагрузки любого военного корабля в космосе и вдвое быстрее в придачу. Я бы очень хотела такую на Рождество, папочка.”


“Полностью способен к скрытности”, - добавил я. “Может разнести орбитальный корабль на куски, прежде чем они узнают, что он там”.


Джек погладил подбородок, и я увидел, что его жадность к кораблю была, по крайней мере, такой же, как у Люси. “Так вот что они строят на Церере”.


“Не только один”, - сказала Мина, нажимая на иконку, чтобы расширить дисплей. “Согласно журналам, за последние четыре года "Мальтус II" доставил достаточно руды, чтобы построить по меньшей мере сотню таких кораблей. Все это в тени Цереры, куда никто никогда не ходит.”


“И они близятся к завершению”, - сказал я. “Ожидаю, что п-следующим шагом будет начать тайную переправку экипажей с Земли”.


“Все для того, чтобы они могли снова начать войну”. Мина покачала головой. “Разве им не хватило в первый раз?”


“С-начать и закончить”, - сказал я. “Посмотри на состав флота, все боевые корабли. Ни бронетранспортеров, ни спасательных или инженерных судов. Они планируют не войну, они планируют г-геноцид. Уничтожить орбитальные станции, положить конец CAOS, п-повернуть время вспять, к старым добрым временам.” Я посмотрел на Джека поверх края своего стакана, глотая еще теплого и чувствуя, что дрожь, наконец, начинает утихать. “Плохо для бизнеса, вы не находите, капитан? Все, что находится наверху и за его пределами, станет милитаризованной зоной. Вряд ли способствует пиратскому образу жизни ”.


“Ни то, ни другое не тюрьма”, - ответил он. “Мы сделаем это и получим полную неприкосновенность. Обсуждению не подлежит, парень-Демон”.


“У меня нет такой власти...”


“Чушь собачья. Ты можешь подвергнуть жесткой проверке целый батальон Sec ФРС по собственной инициативе, ты можешь заключить сделку для нас ”.


Все это досадная правда. Полковник дал мне карт-бланш на то, чтобы справиться с любой угрозой, исходящей от "Мальтуса II", но "стереть все с лица земли" ради кого-то вроде Джека все еще не давало мне покоя. Я знал, что здесь не замешаны патриотизм или альтруизм. Или даже его укоренившаяся ненависть ко всем формам власти. Он хочет, чтобы один из Призраков стал его собственным.


“Хорошо”, - сказал я, приложив небольшие усилия, чтобы скрыть нежелание в моем голосе. “Зависит от успешного исхода. Это проваливается, все сделки недействительны”.


“Если все пойдет наперекосяк, мы все станем недействительными”. Он указал на мой нейронный интерфейс. “И больше никаких тебе игр в капитана. Без обид, но на самом деле это не твоя сильная сторона. Маленький мятеж Маркова должен был подсказать тебе это. Я видел, о чем он думал с того момента, как эта идея пришла ему в голову. Как, по-твоему, я нашел вас двоих? Следил за ним с тех пор, как мы поднялись на борт. Теперь отдай это. ”


“Без гарантии, что ты не выкинешь меня через ближайший воздушный шлюз?”


“Я мог бы уже в воскресенье разрезать тебя на шесть частей, и ты это знаешь. Давай.”


Помните о своих козырях, капитан, раздался голос полковника. Он все еще не проверил сейф.


Я снял защитные блокировки с интерфейса и бросил его Джеку. Он приложил его ко лбу и вызвал мой сценарий атаки на Цереру, насмешливо морщась, когда он разыгрывался.


“Это твой ох-какой-хитрый план?” спросил он. “Просто ворваться туда и открыть канистру с плутонием в резервном реакторе? Великолепное путешествие в один конец к мгновенному забвению, да? Надеешься, что они поставят статую обратно на Плиту?”


“Личное выживание - второстепенная забота в сложившихся обстоятельствах”.


“Не для нас”, - сказала Мина жестким тоном, лицо ее потемнело от материнского гнева. “К счастью, у нас есть альтернатива”. Ее пальцы заплясали по тактическому интерфейсу, и мой сценарий превратился во что-то более элегантное, но в то же время сложное.


“Слишком много переменных”, - сказал я, когда все закончилось.


“Ты больше не командуешь”, - напомнил мне Джек, улыбаясь впервые с тех пор, как я встретил его, тускло поблескивая замаранной слоновой костью в кожаной маске. “И я не уверен, что ты вообще достоин звания третьего помощника в этой счастливой команде”.


***


“Так ты действительно собирался убить нас всех, да?” Хмурый взгляд Люси был едва виден за ее забралом, зеркальное отражение на стекле мешало мне понять, действительно ли она разозлилась или предается очередному подшучиванию.


“Это верно”. Я приложил метку к амортизирующей пластине на передней части моего костюма и прицелился в мягко вращающийся камень, выделенный на моем хедз-апе. Я оставил "Пендрагон" на "Мальтусе II", стандартный шахтерский костюм Exocore был лучшим выбором для этой работы, поскольку он был оснащен специальными датчиками. Метчик сильно толкнул меня в грудину, выпустив свой снаряд в облаке пара, маленький маркер с титановым наконечником, закрепившийся на троиде и подавший сигнал, по которому поисковые боты прибудут позже.


“ Без колебаний? - Настаивала Люси. “ Угрызения совести?


“Я солдат”.


“Это правда? Я думал, вы из полиции?”


Я ничего не сказал и двинулся вперед, сосредоточившись на предупреждении. Поле обломков было выделено как опасная зона в навигационных показаниях, покрывающих подходы к Церере. Сканирование со среднего расстояния подтвердило наличие необходимого материала. На данный момент мы нашли двадцать камней нужной плотности, по оценкам Мины, нам нужно не менее двухсот. Подтверждение из первых рук человеческими глазами было испытанным методом ускорения процесса.


“Твоя мама много знает о добыче полезных ископаемых”, - сказал я, когда Люси встала в очередь на другой камень.


“До войны она была инженером”, - ответила она, слегка хмыкнув, когда уволила своего таггера. “Когда дорогой старина папа нашел нас на том лайнере, мы направлялись на встречу с исследовательским судном, направлявшимся к поясу Койпера”.


“Выполнение долгосрочных контрактов занимает годы. Когда ты вернулся, тебе было бы за двадцать”.


“Всегда было ощущение, что мы не вернемся. Она не говорит о войне, но, должно быть, где-то научилась всему этому анализу разведданных, и ей постоянно снятся кошмары. У нее в голове полно дерьма, но я думаю, ты все об этом знаешь ”.


Когда мы доберемся до Цереры, ты заработаешь несколько своих собственных, - мысленно ответил я.


Мы отметили еще сорок камней к тому времени, когда голос Мины загудел у меня в ушах через лазер связи. “Контактное направление красное двадцать. Признаки двигателя указывают на гражданский буксир”.


“Не так близко к Церере”, - сказал Джек. “Надо покормить Сек.”


Несколькими секундами позже меня насторожил рывок - бледная точка в зеленой прицельной сетке, заставившая меня пожалеть, что я все-таки не остановил свой выбор на "Пендрагоне".


“Получаю зашифрованное сообщение”, - сообщила Мина. “Передаю его”.


Короткая вспышка помех, затем голос, мужской, с британским акцентом, такой же выверенный в военном отношении, как у покойного коммандера. “На сто часов раньше графика, Гертруда. В чем дело?”


Гертруда? Так ее звали?


“Командир в настоящее время отсутствует на мостике, сэр”, - ответила Мина. “Это младший лейтенант О'Киф. У нас небольшая проблема с переработчиками руды”.


Пауза, поскольку напряжение в моем визоре становилось все больше. “Сканирование показывает, что активировано только около двадцати пяти процентов вашей сети безопасности”, - заметил британец. “Там тоже проблемы?”


“Несколько часов назад мы столкнулись с более сильными, чем ожидалось, микроударами. Так близко к Церере, что командир счел безопасным начать ремонт поочередно ”.


“Вопреки протоколу. На нее это не похоже”.


Мина сменила тон, пытаясь изобразить веселую подчиненную роль. “ Что ж, это было долгое путешествие, сэр.


Еще одна пауза, затем ридикюль в моем справочнике загорелся красным. “Его оружие только что активировалось”, - сказал я.


“Я вижу это!” Огрызнулась Мина, медленно выдохнув, прежде чем снова обратиться к буксиру. “Что-нибудь не так, сэр?”


“Приказываю действовать, лейтенант. Приближающиеся суда, демонстрирующие нестандартное поведение, подлежат тщательному досмотру. Отключите сеть и откройте грузовой отсек. О, и будет лучше, если ты вытащишь Коммандера из постели, тебе не кажется?


“Да, сэр!” Подтвердила Мина, переключая каналы. “Люси, возвращайся на борт. Мы сгораем отсюда”.


“Нет”, - мягко сказал Джек. “Делай, как он говорит, Мина”.


“Джек...”


“Все будет хорошо. Поверь мне”.


Я обернулся и увидел, как отключается защитная сетка, упорядоченная матрица точек превращается в дрейфующие пятна света, как пыль в воде.


“Помаши!” Сказала Люси, размахивая своим флажком, как флагштоком. “Будь милой с нашими братьями по оружию”.


Я должным образом помахал буксиру, когда он проплывал мимо с выключенными главными двигателями. Это была хорошая копия рабочей лошадки класса "Скарабей", которую обычно называют "жук на плите", с выцветшей краской и незначительными повреждениями корпуса, но замаскированные оружейные отсеки были открыты, и набор ракет и электромагнитных излучателей был отчетливо виден. Она выстрелила из своего "ретроса" за двести метров до грузового отсека, когда двери скользнули в сторону, открывая чернильно-черный салон.


“Тоже проблема с системой освещения?” - поинтересовался капитан буксира.


“Нет”, - сказал Джек в открытую сеть, основные огни Dead Reckoning мигали, желтые тигриные глаза скрывались в тени. “Вообще никаких проблем”.


На такой дистанции у буксира не было ни единого шанса, первый ракетный залп разнес вдребезги его носовую часть и разнес сенсорную решетку. Треск помех в моих наушниках подсказал мне, что Джек глушит любое предупреждение, которое в последнюю минуту может попытаться передать капитан буксира. "Скарабей" по спирали улетел от "Мальтуса II", оставляя за собой плазму и разорванный металл, отчаянно вращая ракетными установками, когда он пытался установить Точный счет, но слишком поздно. Джек доказал, что является таким же способным пилотом, как и Люси, умело удерживаясь на разрушенном борту буксира, поддерживая заградительный огонь, плазменные сорокопуты и снаряды с твердыми наконечниками превратили "скарабей" в обломки в ходе бесшумной демонстрации пиротехники. Тела вывалились наружу, когда надстройка развалилась на части, красноглазые, бледные как лед лица вырисовывались в моем визоре, когда я увеличивал изображение. Самоуверенный. Не подумал приодеться.


Джек уничтожил оставшийся кусок обломков последней пушечной очередью, прежде чем развернуть Dead Reckoning и направиться обратно в грузовой отсек. “Соберите беспорядок”, - сказал он мне и Люси. “Позже может появиться еще один корабль”.


***


Команда "Скарабея" насчитывала шесть человек, четырех мужчин и двух женщин, лица которых были слишком искажены декомпрессией и ожогами, чтобы определить их возраст, но я был бы удивлен, если бы кому-то из них было больше тридцати лет. Шестеро плюс команда "Мальтуса", плюс Мэддукс, плюс Марков... Я выбросил из головы мрачную арифметику, заталкивая последний из трупов в центр грузового отсека. Джек приказал бригаде роботов-ремонтников отвезти их на плавильный завод, нет смысла оставлять их в воздухе, чтобы обогатить атмосферу их неповторимым ароматом.


Я был удивлен, увидев, как Люси соскребает блевотину с внутренней стороны своего шлема, когда мы сняли скафандры, лицо у нее было бледное, а глаза немного увлажнились. Не совсем такие мозолистые, как я понял. В конце концов, он всего лишь ребенок.


“Перестань пялиться”, - сказала она мне тонким голоском.


“Извини”. Я сорвала одноразовую прокладку и потянулась за комбинезоном.


“Я бы действительно хотел сейчас заняться сексом”.


Я обернулся и увидел, что она сама снимает подводку, влажные глаза блестят, когда она плывет обнаженной, упругая, подтянутая плоть блестит от пота и заставляет меня подсчитать, сколько времени прошло с тех пор. Так было и с Консуэлой во время войны. Не всегда, просто иногда, когда случалось что-то действительно плохое, когда последнее предсмертное переживание или бешеная перестрелка заставляли нас дрожать и сворачиваться в клубок в темноте. Смерть - всегда самый мощный афродизиак.


“Я не могу тебе с этим помочь”, - сказал я, отворачиваясь и мысленно награждая себя медалью.


“Миссис Демон вернулась на работу?” - спросила она все еще тонким, лишенным эмоций голосом. Если отказ и обжег ее, она этого не показала. “Вот почему?”


Я подумал о Джанет и слабой надежде, что, возможно, увижу ее снова, когда все это закончится. Она поймет это в одно мгновение, я знал. Все эти тела, плавающие у меня в голове. Трахнуть семнадцатилетнюю девушку было бы наименьшим из моих преступлений. Больше никаких ночей, свернувшись калачиком на диване, за просмотром "Звездных войн".


“Я вижу, что есть”, - сказала Люси, прочитав выражение моего лица и выдавив улыбку. “Она старше, верно?”


“Значительно. Совсем как я”.


“Улстан был старше. Хотя все равно трахал меня. Джек не возражал, пока мы держали это в секрете. В конце концов, у девушки есть свои потребности ”. Ее голос слегка задрожал, и она обхватила себя руками, дрожа.


Я вздохнула, застегивая комбинезон и направляясь к выходу. “ У преступной жизни есть оборотная сторона, Джедетт, ” сказала я намеренно резким голосом. Доброта сейчас была бы жестокой. “Лучше избавься от этого, если хочешь пережить это”.


OceanofPDF.com


Я потратил еще четыре часа, помогая Мине с накопителем массы, похожей на каверну прямоугольной трубой, которая составляла основную часть Malthus II. Труба была длиной более километра и постоянно подвергалась воздействию жесткого вакуума, что означало множество сложных маневров между массивными торами, отслеживающими длину трубы от отверстия до плавильного цеха.


“Использование одного из них в качестве оружия строго незаконно”, - прокомментировал я. “На этот счет существует целая куча договоров”.


“Когда мы дойдем до суда, я скажу им, что ты принудил меня под дулом пистолета”. Она схватила ручку управления и нажала кнопку под выцветшей табличкой с надписью: ‘Массовый водитель Exocore Industries - класс Wotan’.


“Вотан”, - пробормотала она, качая головой. “Им действительно нравятся их мифические аллюзии. Это просто серия электромагнитов сверхвысокой мощности, старых, но надежных. Всасывает любой камень с высоким содержанием железа, вроде как гигантский пылесос. Она жестом пригласила меня посмотреть, пока набирала последовательность на панели управления. “К счастью, тот, кто это проектировал, также учел, что время от времени будет возникать необходимость как выдувать, так и всасывать. Нам просто нужно увеличить скорость. Ста километров в секунду должно хватить ”.


“У нас достаточно сил для этого?”


“Просто, если мы максимально задействуем оба реактора и отключим все остальные системы”. Она раздраженно вздохнула, когда панель загорелась множеством предупреждений, быстро нажимая на переопределения с привычной легкостью.


“Делал это раньше?” - Спросил я.


“Много чего делал раньше. Совсем как ты”.


“Ты был на войне”.


“Разве не все были такими?”


“То, как ты разговаривал с капитаном буксира, очень убедительно”.


“Есть что сказать, просто скажи это”.


“Тебя накормили секунду назад”.


Ее рука в перчатке замерла над клавиатурой, когда панель загорелась зеленым. “Несмотря на пропаганду, ваша революция не пользовалась всеобщей популярностью”, - сказала она. “Я был хорошо оплачиваемым горным инженером, у меня была маленькая дочь, о которой нужно было думать, и муж, который погиб, когда террорист из CAOS подложил бомбу на его завод по производству. Нам всем пришлось выбирать сторону, я выбрал свою ”.


“Итак, они сделали тебя специалистом по разведке. Насколько я слышал, эта роль потребовала хирургического вмешательства ”.


Она отвернулась и направилась к следующему тору.


“Увеличение памяти, верно?” Я настаивал, следуя за ним. “Мгновенное и полное восстановление всей накопленной информации. Должно быть, там слишком тесно”.


“Это микросхема размером с яблочную косточку, которая сидит у меня в мозжечке, и у нее есть выключатель”.


“Никаких плохих снов, а?”


“Думаю, не больше, чем ты”.


“Итак, когда война закончится, ты заберешь Люси и отправишься в пояс Койпера. Знаешь, тебе не нужно было убегать. Был Совет по примирению, полное прощение за все преступления, совершенные бывшими сотрудниками ФРС и Sec, за исключением, конечно, действительно отвратительных. Массовые убийства в жилых домах и тому подобное. Я имею в виду, я мог бы понять стремление к этому, если бы я был частью этого. Некоторые преступления нельзя простить. ”


Ее рука судорожно дернулась, прежде чем она добралась до панели. “Не хотела жить в твоем новом мире. Знала, что там не будет места для меня и Люси”.


“Правда? Что ж, вероятно, это правда. Список "Поиск беглецов" по-прежнему поддерживается. Он называется "Список предрассудков" - лица, которых следует преследовать независимо от стоимости или продолжительности. С каждым годом становится все короче. Тот захват на Селестии. Я думал, они охотились за Джеком, но то, как они отреагировали, когда услышали твой голос. Думаю, они передавали это совпадающему, и это попало. ”


Ее рука остановилась на середине последовательности, и я понял, что она прикидывает шансы вернуться к воздушному шлюзу, где она неразумно оставила свой .45.


“Так о котором из них?” Спросил я. “О Мерривейле? Казино Golden Bucket? Январские сады?” Я увидел, как она напряглась при этих словах. Январские сады. Худшее злодеяние войны. Лучший учебный модуль для орбитального представительского класса. Безопасное место для мамы и папы, где они могли бы оставить маленькую Брайони или Чеда, пока они целый год зарабатывали колоссальную премию, чтобы заплатить за все это. Более восьми тысяч детей погибли под градом плазменных сорокопутов. В то время пропаганда ФРС и Sec утверждала, что CAOS спрятала в жилом комплексе ОМУ, жуткие и неправдоподобные истории о биологическом оружии и высокомощных ядерных зарядах, нацеленных на Нью-Йорк и Дели. Даже сейчас ООН продолжает утверждать, что все это было выдумкой какой-то разведки, но вам пришлось бы долго искать кого-то среди населения CAOS, кто не поверил бы, что это преднамеренный террористический акт, последнее предупреждение: забудьте о своей революции и возвращайтесь к работе. Послушай, даже богатые детишки не защищены от нас.


“Я действительно удивлялся, почему у вас с Люси нет ни единой общей черты лица”, - сказал я. “Но даже с учетом изменения облика, Пояс Койпера был бы недостаточно далеко. Мы бы все равно нашли тебя. Нет, тебе пришлось полностью исчезнуть, став жертвой подлого нападения худшего пирата системы. Джек нашел твой корабль не случайно, верно?”


Она не смотрела на меня, профиль за забралом оставался неподвижным и странно безмятежным. “Не говори ей ...”


“Сказать ей что? Что мама - военная преступница, которая обрекла ее на пиратскую жизнь, потому что она не могла столкнуться с последствиями своих действий?”


“Это все было для нее. Какая жизнь была бы у нее?”


“Лучше, чем то, что ты сделал для нее. Теперь она убийца. Такая же, как ты”.


Она закрыла глаза, от дыхания ее визор на мгновение запотел. “Я не знала".… Я просто проверила информацию и сформулировала сценарии атаки. Я не знала, что они планируют.… Средства, подавляющие память, большую часть времени скрывают это, но все это есть в чипе, ждет своего часа каждый раз, когда я им пользуюсь… каждый раз, когда я вижу сны… Яркие и свежие, как будто я проживаю это заново. Хочешь отправить меня в ад, валяй. Но я живу там уже много лет. ”


Я предусмотрительно прикрепил к поясу с инструментами тепловое копье, поскольку опыт общения с Марковым научил меня держать какое-нибудь оружие под рукой. Быстрое включение, и ее козырек чернел и трескался, оставляя ее задыхаться в вакууме, совсем как всех тех детей в Январских садах.


Я оттолкнулся от нее, направляясь к следующему тору. “Время уходит”.


***


Главный дисплей командного центра показывал верфь Федеральной резервной системы в виде расплывчатой гексагональной черной матрицы на желто-сером фоне Цереры, удаленной теперь менее чем на сто тысяч щелчков мыши. “Статичное расположение, поэтому оно постоянно защищено от сканирования с Земли”, - сказала Мина. “Я насчитала еще двадцать таких поддельных жуков плюс сеть боевых ботов”.


“Мы разворошили настоящее осиное гнездо”, - заметила Люси. “Не похоже, что они будут просто сидеть сложа руки, когда мы доберемся до него”.


“Отсюда и отвлекающий маневр”, - сказал Джек, поворачиваясь ко мне. “Сто двадцать минут до того, как твоя крошечная ядерная бомба взорвется, верно?”


“Сто пятнадцать, но кто считает?”


“Ты уверен, что сможешь убраться вовремя?” Мина спросила Джека.


“Нашел на складе боевой костюм класса ”Галахад"", - ответил он. “Это не Пендрагон, но он достаточно быстр, чтобы вывести меня из радиуса поражения, пока наш повелитель Демонов снимает их бот-сеть”.


“Их алгоритмы безопасности здесь наверняка более изощренные”, - сказала Мина. “На крупных установках всегда были генеративные протоколы. Когда марковский хакерский шрайк заражает одно подразделение, брандмауэр адаптируется, чтобы предотвратить его распространение. Чтобы компенсировать это, я скорректировал базовый код для каждой боеголовки, что должно означать, что вы будете уничтожать около пяти процентов сети при каждом попадании. Но даже при самом благоприятном развитии событий все равно остается более шестидесяти ботов, с которыми приходится иметь дело стандартными боеприпасами.”


Я указал на тактическую голограмму, на которой запускался ускоренный симулятор, на аккуратную матрицу сети безопасности ФРС, перестраивающуюся на два крыла, на жуков, расставляющих приоритеты по главной угрозе и направляющихся к Джеку в расчете на смерть, на ботов, направляющихся ко мне. “Но мы все равно пробиваем достаточно большую брешь для основного шоу, независимо от того, как оно закончится, верно?”


“Это верно”.


“Тогда это единственный сценарий, который имеет значение”.


“Возможно, ты будешь счастлив пожертвовать собой”, - сказала Люси. “Но у меня на рассмотрении соглашение о неприкосновенности, а шестьдесят ботов по-прежнему представляют серьезную угрозу нашему плану побега. Не говоря уже о том, что их слишком много, чтобы справиться с ними в одиночку.”


“У меня будут наши собственные боты для прикрытия”.


“Этого будет недостаточно, и в магазинах появится еще один Галахад”.


“Абсолютно нет”, - заявила Мина.


“Забудь об этом, детка”, - добавил Джек.


“Да пошли вы оба”, - устало парировала Люси. “Подвергали меня опасности всю мою жизнь, а теперь вдруг это стало проблемой”.


“Это было по-другому...” - начала Мина, но Люси перебила ее.


“Как по-другому, мам? Потому что у нас был шанс выжить? Я не тупой, ясно? Я могу прочитать график вероятности. Рейтинг успеха составляет восемь процентов, так что, скорее всего, никто из нас не вернется на околоземную орбиту, чтобы наслаждаться жизнью без преступности. ”


“Со мной у тебя больше шансов”, - ответила Мина твердым голосом, в котором звучала неумолимая властность. “И я потратила последние десять лет на то, чтобы охранять тебя, не для того, чтобы смотреть, как ты умираешь на тактическом дисплее. Ты. Есть. Остаешься. Здесь!”


“Мне нужно, чтобы ты дистанционно управляла нашими ботами”, - сказал я Люси, нарушая последовавшее за этим холодное молчание. “Знаешь, дай мне преимущество”.


Выражение лица Мины немного смягчилось, и я увидела слабый блеск благодарности в ее глазах, прежде чем она отвернулась. Благодарна или нет, подумала я. Тебе все равно грозит трибунал по военным преступлениям, если мы доберемся домой.


Люси стиснула зубы, на мгновение сверкнув на меня глазами. “На "Пендраг" должна быть я”, - проскрежетала она, затем направилась к посту пилота. Она пристегнулась и ткнула в какие-то значки. “Тридцать минут до выхода в свет. Лучше надень скафандр”.


OceanofPDF.com


Джек стартовал первым, ведя счет вслепую с "Мальтусом II", пока Люси направляла его на уклончивый заход, а Мина передавала поток дерьма во все более нервничающий Центр управления Федеральной резервной системой.


“Неполадки в двигателях левого борта и рудоперерабатывающем оборудовании”, - сказал дежурный офицер C & C. Женский голос, на этот раз американский, с легким техасским акцентом. “Это было довольно неудачное путешествие со всех сторон, да?”


“Мы созданы”, - сказал я, сидя в "Пендрагоне", ожидая, когда откроется воздушный шлюз, и наблюдая, как сеть Федеральной резервной системы (Fed Sec) формируется в конфигурацию неминуемой угрозы. Флотилия Скарабеев уже выстраивалась по вектору перехвата. “Я мог бы предложить им шанс сдаться. Еще несколько секунд замешательства не повредят”.


“Забудь об этом”, - сказал Джек. “Удивлен, что они позволили нам подойти так близко. Начинаю пробежку. Люси, оставайся со своей матерью. Я серьезно ”.


В хедз-апе The Pendragon's было показано, что the Dead Reckoning представляет собой мигающий желтый значок, по дуге удаляющийся от Malthus II на полной мощности. Сеть связи озарилась тревожными сигналами и зловещими предупреждениями от C & C.


“Неопознанный корабль, немедленно отключите все питание! "Мальтус II", немедленно остановитесь, или по вам откроют огонь! Больше предупреждений не будет ...”


“О, оставь это в покое”, - вздохнула Мина, выключая передачу. “Люси, исправь позицию и включи основную тягу. Старший инспектор, ты встал”.


Двери воздушного шлюза открылись, и я выскользнул наружу, "Пендрагон" следовал заранее запрограммированным курсом к верфи, двадцать два оставшихся бота из охранной сети Мальтуса сомкнулись вокруг меня. В хедз-апе было указано, что до начала игры осталось шестьдесят секунд.


Взрыв помех и вспышка света в пятидесяти километрах за "Мальтусом II" подсказали мне, что Джек начал атаковать "Скарабеев", что подтвердил возросший уровень тревоги по сети.


“Браво-один ранен! Повторяю, Браво-один ранен!”


“Браво-два в бою! Фокс-два!”


Еще один взрыв помех, еще больше мигающих огней.


“Браво два! Вы слышите! Браво Два, прием!”


Тихий раскат смеха над сетью, следующие за ним интонации Джека трудно не заметить. “Без обид, но вы, мальчики и девочки, к сожалению, нуждаетесь в образовании”.


“Пять километров и приближаемся!” Сказала Люси в мои наушники. “Смотри, ожил, Джед”.


Я переключился в режим полной невидимости и отключил плазменные двигатели, импульс пронес меня сквозь первую волну ботов, ураган трассирующих пуль и ракет осветил вакуум вокруг меня, когда они вступили в бой со своими противниками из "Мальтуса". Я подбежал к ближайшему и включил питание, пустив в полет "хак-шрайк", наблюдал, как он попал точно в бронированный панцирь машины, после чего немедленно вернулся в режим невидимости. Бот дрейфовал несколько секунд, затем начал стрелять по своим соотечественникам, к нему присоединились еще пять ботов Fed Sec, прежде чем брандмауэр адаптировался и битва разгорелась по-настоящему. Меньше чем через минуту первая волна схлынула, остался только дрейфующий металл, оставляющий за собой искры и газ в пустоте.


“У нас осталось двенадцать ботов”, - доложила Люси. “Вторая волна в двадцати километрах и приближается”.


“Принимаю удары”, - доложил Джек. “Две минуты до того, как я должен буду взорвать люки”.


Люси сформировала ботов Мальтуса вокруг меня острием копья, и мы рванулись во весь опор к центру следующей волны. Мне удалось попасть в ведущего бота, когда он пролетал мимо, но эффект был менее драматичным, просто трое его приятелей перешли на другую сторону в последовавшей рукопашной схватке.


“Они слишком быстро приспосабливаются”, - сказал я, выпуская последний "хак-шрайк". Это было лишь незначительно успешно, но вместе с пушкой Пендрагона обеспечило достаточное преимущество, чтобы завершить уничтожение второй волны, хотя к тому времени, когда все закончилось, у меня оставался всего один союзник.


“Отбой!” Сказал Джек. “Тридцать секунд до взрыва”.


До третьей и, надеюсь, последней волны оставалось еще сорок километров, так что у меня было время посмотреть шоу, пока таймер nuke отсчитывал время для предупреждения.


“Приготовьтесь к посадке”, - техасским голосом приказал C & C явно победившим Скарабеям. “Обеспечьте безопасность заключенных для допроса”.


Военный склад ума - опасная вещь, я вспомнил одну из многочисленных проповедей полковника. Укоренившиеся эффективность и дисциплина могут ослепить нас от угрозы, исходящей от иррационального разума.


Счетчик достиг нуля, и яркая, как солнце, вспышка вспыхнула за "Мальтусом II", бормотание Скарабеев по связи резко оборвалось. Короткая пауза, прежде чем C & C начали требовать ответов, на которые отвечали только помехи.


“Пока, старушка”, - тихо сказала Люси, когда ядерная ракета погасла. “Лучшая ванна, которую он когда-либо крал для меня”.


“Джек!” Мина позвала в пустоту. “Джек! Ты там?”


Двухсекундная пауза, затем хрюканье, болезненное из-за тяжелой Джи. “Да. Хотя не хочу думать о своем количестве радаров”.


“Тебе нужно скорректировать свой вектор”, - сказала она ему. “Ты отклонился на девяносто градусов”.


“Нет, я в порядке”.


“Но ты направляешься прямо к...”


“Я в порядке, Мина. Оставайся на задании”.


“Они идут!” - Предупредила Люси за секунду до того, как весь мой мир превратился в болото из сверкающих трассирующих пуль и беззвучных взрывов. Я входил и выходил из режима невидимости, оставаясь видимым ровно столько, чтобы включить двигатели и системы наведения, пушки и ракетные установки в автоматическом режиме. Ощущение времени ускользнуло от всего этого безумия, осталась только вибрация пушек и мерцающий танец хедз-апа, играющего над вращающимся фейерверком за стеклом.


“Трое на твою шестерку”, - предупредила Люси. “Стреляй задним ходом, и я сниму их, когда они замедлятся”.


Я нажал на ретро-командный переключатель, ремни врезались мне в плечи, мгновенный сильный удар по спине заставил меня учащенно дышать, слюна запачкала забрало, пока я боролся с коричнево-серым туманом, застилавшим мне зрение; явный признак отключения света.


Три бота промелькнули с обеих сторон, стреляя задним ходом, когда они развернулись, чтобы перенастроить свое оружие, затем взорвались градом пушек и ракет, дистанционно управляемый прокси Люси пролетел сквозь обломки. “Возьми себя в руки, парень-демон”, - сказала она. “Осталось всего двадцать”.


Я выстроился в самый плотный строй, выстрелил плазмой и вернулся в стелс-режим. Однако C & C, должно быть, запустили какую-то реактивную тактическую программу, потому что на этот раз они предвидели этот ход. Залп ракет по спирали вылетел из ботов и взорвался вокруг меня в заранее запрограммированной последовательности, окружающая пустота наполнилась неизбежным облаком шрапнели. Я почувствовал удар по правой ноге Пендрагона, выброс энергии, которого хватило, чтобы меня закружило, сообщения о повреждениях высветили предупреждение, поскольку предупреждающие сигналы сопровождались излишним аккомпанементом. Автоматический ремонт устранил возникшую утечку в течение нескольких секунд, но не раньше, чем тянущийся газовый шлейф дал ботам более чем достаточные доказательства моего местонахождения.


“Оставайся незаметным!” Скомандовала Люси. “Твой импульс иссяк”.


Я плыл по течению, не осмеливаясь прикоснуться ни к одному выключателю, затаив дыхание из-за инстинкта самосохранения, хотя мой рациональный ум понимал, что это бессмысленно. Дюжина оставшихся ботов Fed-Sec преследовали прокси Люси в течение похвальных десяти секунд, прежде чем она сдалась и превратила его в камикадзе в ближайшего противника. Выжившие выстроились в зачистку, начав поиск, который, я знал, найдет меня меньше чем за минуту.


“Вижу еще трех скарабеев на подходе”, - доложила Мина. “Должно быть, патрульный корабль на окраине отвечает на сигнал бедствия”.


“Проблема?” Поинтересовался Джек.


“Они все еще в пяти минутах езды”, - ответила она. “И идет дождь”.


По счастливой случайности я оказался менее чем в километре от верфи, и угол дрейфа позволял прекрасно наблюдать за разворачивающимся зрелищем. Я проследил за первым астероидом на всем пути от его высокоскоростного выхода из аккумулятора "Мальтуса II". Казалось, что он замедлился, когда пролетал мимо, его поверхность слегка поблескивала в отраженном свете Цереры. Затем все снова превратилось в размытое пятно, курсу не препятствовал заградительный огонь со всех сторон из стационарных пушек и ракетных установок, разбивавшийся о центральный лонжерон верфи, как град о паутину.


Огромная матрица прогнулась, когда целостность нарушилась, скручиваясь и напрягаясь, гроздья Призраков распускались, как цветы на залитом солнцем дереве.


“Запуск! Запуск!” - кричал C & C. “Протоколы эвакуации активированы! Всем судам стартовать!”


Несколько энергетических шлейфов осветили поле боя, когда некоторые из Призраков попытались включить питание, не подозревая о том, что эта буря только начинается.


Второй астероид разрушил и без того деформированный верхний правый сектор верфи, врезавшись в скопление Призраков. Некоторые из них, очевидно, находились в процессе заправки своих плазменных баков, судя по впечатляющему сине-зеленому взрыву, который пробил швартовочный лонжерон, оторвав его от основной конструкции, перерезав топливопроводы, извивающиеся, как обезглавленные змеи, и разбрызгивая плазму по окружающей массе ремонтных ботов. Мне показалось, что я также видел несколько скафандров ЕВЫ, поглощенных водоворотом.


Далее шли C & C, the Texas voice выкрикивали приказы до последней секунды. Осталась на своем посту, с невольным восхищением размышлял я, когда капсула C & C врезалась в камень среднего размера и разлетелась на части, как переваренное яйцо, выбросив атмосферу и тела в виде уродливого серо-черного облака.


Еще три камня, и дело было сделано, горящие топливопроводы купали окончательное разрушение в клубах пламени и плазмы. Последний астероид, пролетая сквозь него, смог лишь потревожить расширяющееся облако обломков, и то, что осталось от верфи, теперь по спирали падает к Церере, увлекая за собой немногих выживших Призраков. Я сомневался, что после удара что-то останется.


У меня над ухом взвизгнул предупреждающий сигнал, когда менее чем в десяти метрах от "Пендрагона" взорвалась сигнальная ракета. Устройство-невидимка искривляло результирующий свет, скрывая меня от визуального сканирования, но оно ничего не могло поделать с характерным воздействием искр на внешнюю оболочку, которое легко улавливали инфракрасные сканеры ботов Fed-Sec. Они мгновенно построились в атакующий строй и разогнались до скорости атаки.


“Ну что ж”, - вздохнул я, переключая переключатели на полную мощность и спуская системы наведения с поводка. “По крайней мере, это сработало”.


OceanofPDF.com


Я быстро сбил двоих подряд, хотя для этого мне пришлось израсходовать оставшиеся ракеты. Я искал убежища в образовавшемся облаке обломков, надеясь, что жар и мириады осколков металла скроют меня достаточно, чтобы бороться с инерцией на полной скорости. Естественно, это была глупая надежда.


Первая ракета взорвалась не более чем в пяти метрах передо мной, от удара я снова закружился, на этот раз не так легко управляемый. Хедз-ап изобиловал отчетами о повреждениях, представленными в виде приятной, легко читаемой графики, которая сообщала мне, что я выпускал газ из семи различных отверстий. Я вытянул обе руки в крестообразной позе и выстрелил из пушек, разбрызгивая трассирующие пули во все стороны, пока вращался, вознагражденный еще тремя подтвержденными попаданиями.


Это дало мне достаточно времени, чтобы остановить вращение, хотя плазменные двигатели были отключены, и любой шанс оторваться от моих преследователей теперь был потерян навсегда. "Пендрагон" содрогнулся от попадания множества пушечных снарядов, и мне удалось разнести атакующего бота на куски до того, как пушки замолчали и мне сообщили, что у меня закончились патроны.


Я мог только выжимать максимум CO2 через вторичные двигатели и наблюдать, как последние пять ботов приближаются для убийства. Возможно, это было мое разгоряченное воображение, но я почувствовал некое хищное предвкушение в том, как они образовали круговую зону поражения вокруг меня, словно львиный прайд, наслаждающийся последними секундами загнанной в угол газели.


Я хотел бы записать, что мои последние мысли состояли из трезвого размышления о многих неудачах и сожалениях в моей жизни, которые время от времени оживлялись яркими моментами радости и человечности. То, как выглядела Консула в тот первый раз, улыбка Джанет, дружба Шерри и Джо, изгнание бедного старого Урода... Но это было бы большой жирной ложью. Я чувствовал только страх и разочарование, превратил все это в твердый шар пылающей ярости и в двенадцать часов пристроился к боту с твердым намерением направить всю оставшуюся мощность на двигатели и протаранить его.


Со смесью удивления и разочарования я встретил зрелище взрыва прежде, чем смог начать свою заявку на славное забвение.


Скафандр класса "Галахад" промелькнул мимо моего визора на расстоянии не более вытянутой руки, пылающие пушки уничтожили еще двух ботов, в то время как его ракетная установка выплюнула "сорокопутов" в остальных. Короткий обмен трейсерами - и все было кончено, ни ботов, ни верфи больше не было.


"Галахад" вырисовывался черным силуэтом на фоне огромного диска Цереры по мере приближения, непрозрачное забрало исчезало, открывая пассажира. “Всегда делай своих симов круче настоящих, верно?” С усмешкой сказала Люси.


“Ты должен был остаться со своей матерью”, - ответил я.


“Расслабься”. Она слегка надулась. “Мама дала мне пропуск в зал”.


“Что?” Я перестроился, чтобы посмотреть на "Мальтус II", и обнаружил, что он начал менять курс. Он был уже в шестидесяти километрах от нас, расстояние увеличивалось с каждой секундой. Я мог видеть три растущие точки света по правому борту, голубое свечение плазменных двигателей, включенных на полную мощность. Скарабеи бегут в атаку.


“Мама?” - Спросила Люси слабым голосом.


“Ты обещал ей неприкосновенность”, - напомнила мне Мина, говоря по лазерной связи, чтобы Люси не услышала.


“Она все равно узнает”, - сказал я. “Однажды”.


“Я знаю. Когда она узнает... Скажи ей... Скажи ей, что если когда-нибудь начнется еще одна война, она должна очень быстро бежать в противоположном направлении ”.


“Что ты делаешь?” Спросила Люси, когда "Мальтус II" уменьшился еще больше. Я подумал о канистре с плутонием, которую поместил в резервный реактор, и понял, что так и не проверил, возвращен ли он на склады.


Я взглянул на Люси, увидел, как на ее лице появилось понимание, и понял, что ее мать разговаривает с ней по лазерной связи. Она закричала, когда вспыхнула вспышка на солнце, и ее забрало почернело от яркого света, экранируя волну фотонов, которая могла бы поджарить ее сетчатку.


Я обернулся, чтобы досмотреть до конца. Даже взрыва мощностью в пять килотонн было недостаточно, чтобы полностью уничтожить корабль размером с "Мальтус II", хотя он оказался более чем способен уничтожить атакующих скарабеев тремя короткими вспышками испаряющегося вещества. Жилой кластер исчез в расширяющемся шаре чистого белого огня вместе с половиной аккумулятора, оставшиеся обломки разделились на два быстро вращающихся куска, вскоре разнесенных взрывной волной. Поле обломков сплющилось, превратившись в тонкую реку, изгибающуюся вокруг нас по мере того, как усиливалась гравитация Цереры. Казалось, карликовой планете суждено было иметь свою собственную недолговечную кольцевую систему.


Я слышал, как плачет Люси, и обнаружил, что у меня нет ни единого слова утешения для нее. Вместо этого я проверил систему автоматического ремонта "Пендрагона", обнаружив, что все утечки устранены, но также осталось менее пяти процентов CO2. Плюс стелс-оборудование было разбито, а сканирующее устройство едва функционировало. С другой стороны, у меня все еще оставалось воздуха почти на семьдесят два часа.


Я дрейфовал, слушая плач Люси, наблюдая, как новая кольцевая система выстраивается в удивительно красивую двухдисковую композицию, реки-близнецы из сверкающих обломков ... потревоженные изящной формой одинокого Призрака, поднимающегося с Цереры.


“У тебя остались патроны?” Я спросил Люси.


“Хм?” - фыркнула она.


“Патроны. У тебя они есть?”


“Сто двадцать пушечных снарядов...” Она замолчала, увидев Призрака. “Именно такой красивый, как я и думала”.


Я должен был признать, что "Рейф" представлял собой прекрасное зрелище, когда приблизился на расстояние двухсот метров, режим невидимости был отключен, поэтому отраженный свет с Цереры поблескивал на гладких линиях корпуса, не испорченного никакими иллюминаторами или устройствами связи. Это была настоящая симфония инженерного искусства единственной цели. Смерть обрела плоть.


"Призрак" включил ретранслятор и остановился как вкопанный, послышался слабый треск помех, затем голос, тихий и тяжелый от горя. “Нравится мой новый корабль, инспектор?” - спросил Джек.


“Это старший инспектор”, - сказал я.


“Я уверен, они вспомнят, когда высекут твое имя на мемориале”.


“Должно быть, это была трудная кража”, - сказал я. “Даже для тебя”.


“Вы были бы удивлены, узнав, сколько путаницы вызовут термоядерный взрыв и астероидный шторм. Кроме того, Марков был достаточно любезен, чтобы завещать несколько полезных хаков, быстро починил уплотнения воздушного шлюза... И системы вооружения. В носу "Рейфа" появилось небольшое отверстие, черный круг внутри черного. “Люси, мы уходим”.


“Мамы больше нет”, - ответила она хриплым голосом.


“Я знаю, и у нас будет время погоревать позже. Но сейчас каждый катер Службы безопасности CAOS в этой половине Пояса только что зарегистрировал два ядерных взрыва на орбите Цереры. Мы должны идти.”


“Я сказала, мама ушла!” - огрызнулась она в ответ. “Она ушла. Ей нужно было спрятаться, поэтому я спряталась с ней. И я больше не буду прятаться, Джек”.


Тишина, огромная и холодная, как окружающая пустота, черный круг на носу "Рейфа" все еще открыт. “ Прежде чем я впущу тебя на свою лодку, ” сказал Джек, и я знала, что теперь все его внимание сосредоточено на мне. “У меня была команда и семья. Ты же не думаешь, что вернешься на Плиту, чтобы тебя встретили как героя, не так ли?”


“Оставь его в покое!” Люси включила двигатели "Галахада", встав между мной и Рейфом.


“Ты думаешь, этот кусок дерьма поможет тебе добиться иммунитета?” Джек был в ярости. “Я знаю таких, как он. Он выжмет тебя досуха и отправит в погружение на следующие десять лет”.


“Я так не думаю. В любом случае, десять лет погружения лучше, чем еще пять минут прикованности к тебе”.


“Уйди с дороги, Люси!”


“Привет, Джек”, - сказал я. “Ты взял сейф с собой, когда вылетел из "Мертвого расчета"? Держу пари, что взял. Уже заглянул внутрь?”


“Что?” - спросил он очень низким голосом.


Я разглядел название сквозь целлофан, старое, но все еще читаемое. “После золотой лихорадки”, - прочитал я. “И вот автограф. Кстати, кто такой Нил Янг? Шадрак сказал, что он - единственное, что тебя действительно волнует, не считая денег, конечно.”


Там висел Призрак, блестящая черная скульптура смерти, полная угрозы. Идеальное судно для идеального пирата.


“Ты сам это сказал”, - сказал я Джеку. “Часы тикают. По крайней мере, так у тебя есть шанс однажды украсть это снова. Или, может быть, ты ненавидишь меня настолько, что сожжешь ее вместе со мной и своей дочерью, конечно.”


“Я не его дочь!” Заявила Люси. “Я никогда не была”.


“Люси, пожалуйста...” - начал Джек.


“Хватит!” - прорычала она. “Убивай, если ты убиваешь, или уходи, если собираешься”.


Еще минута молчания, каждая секунда тянулась так медленно, что я подумала, не обладает ли Рейф какой-нибудь способностью замедлять время. Наконец, тихий сдавленный стон: “Я любил твою мать. И я люблю тебя.”


Люси ничего не сказала, и черный круг на носу Призрака исчез. Изящная фигура развернулась из конца в конец, включила дополнительные двигатели, чтобы убраться подальше, затем перешла в режим невидимости, ее траекторию выдавал только крутящийся вихрь обломков, оставленный после нее.


“ Жаль, что он не оставил одну из них для меня, ” пробормотала Люси через мгновение.


“Сейчас это было бы кстати”, - согласился я. Молчание затянулось.


“Ты знал, не так ли?” - спросила она. “От чего бежала моя мать”.


“Конечно”.


Более упругая тишина. “ Ну? ” требовательно спросила она.


Я по памяти восстановил реальную историю из жизни. “Это было крупнейшее мошенничество в истории орбитального корпоративного сектора. Произошло незадолго до войны, некоторые говорят, что это стало ее причиной, по крайней мере частично. Сорок миллиардов долларов, обеспеченных ничего не стоящими акциями горнодобывающей промышленности, и все это основано на ложных оценках прибыли, составленных заговором геологов и инженеров. Множество людей потеряли свои сбережения, самоубийства, банки-банкроты, вся эта кутерьма. Большую часть десятилетия экономика находилась на орбите. Большинство преступников были пойманы, каждый из них получил по тридцать лет реального времени. Думаю, твоя мама не хотела скучать по твоему взрослению.”


“О”, - сказала она. “Думаю, это довольно плохо”. Она повернулась обратно к Церере. Система колец уже начала распадаться, реки-близнецы распадались, когда планета-карлик прижимала мусор к своей груди. “Жаль, что это длилось недолго”.


“Да. Слушай, если у меня первым закончится воздух, я записал твою сделку о неприкосновенности в память Пендрагона. Когда прибудет служба безопасности CAOS, позывной - Белый волк ”.


“Белый волк”, - повторила она. “Что это значит?”


Я наблюдал, как распадается последнее из колец, Церера теперь показывает грязно-серую линию вокруг своего экватора. Я подумал, потрудится ли кто-нибудь убрать это. “Это значит, что я покончил с этим”, - сказал я. “И я иду домой”.


КОНЕЦ