# "Сын майора" или "Капитанская дочь"?

Angriff Russischer

При всех своих достоинствах, знаменитые и не очень писатели, когда описывают в своих произведениях близкие им по времени исторические события, стараются максимально правдиво описать их. Благодаря их стараниям, до читателей живущих в более поздние времена, доходит множество интересных деталей, характерных для того времени. Но как говорил мой наставник: "На "отлично" только жулики работают". Все мы не без греха. Не являются исключением из этого правила и классики. В их произведениях, рассчитанных на современников писателя, некоторые вещи, обыденные для его времени вообще не упоминаются или не поясняются. Логика писателя понятна. Зачем подробно расписывать то, "что и так все знают"? Как сказать. В эти времена действительно все знают, а в наши времена не всякий читатель улавливает разницу между "его превосходительством" и "его преосвященством". А если учесть, что не про все напишешь открытым текстом? Автор в этом случае конечно переходит на язык более или менее прозрачных намеков. Но вот беда, эти намеки понятные читателям прежних времен, ничего не говорят читателю более позднего времени. А если учесть, что в разные времена действуют разные литературные стандарты?

Взять ту же "Капитанскую дочку". Произведение написано страннейшим образом. Если взять за основу его название, то главным героем произведения должна быть сама Маша Миронова. Начинаем читать - все совершенно не так. Повествование ведется от имени Петруши Гринева и большая часть текста о его приключениях. Ну а Маша - блеклая тень нашего героя. Всегда в его тени. Но если так, то почему "Капитанская дочка", а не "Сын майора"? И вообще, о чем это писал А.С. Пушкин? То, что про Пугачевский бунт - это понятно. Естественно, что большая и чистая любовь тут тоже затесалась. И принятые для этого жанра литературные штампы вполне себе присутствуют. С розовыми соплями про "ее нежно затрепетавшую грудь", типичными для современных женских романов, тут тоже полный порядок. Наше нежное создание исправно краснеет, бледнеет, смущается, теряет сознание. Принято считать, что "Капитанская дочка" была задумана не как реалистическое произведение, а как современная (Пушкину) сказка - первое произведение в таком жанре. Поэтому в нем присутствует тьма счастливых обстоятельств, способствующих благополучному окончанию опасных приключений.

Как известно, удача сопутствует приуготовленным к ней людям. Ради того, чтобы добиться желаемого результата, люди прилагают тьму усилий. В "Капитанской дочке" достаточно подробно рассказано о том, что предпринял Петруша Гринев для того, чтобы добиться своего. И к чему привели все его усилия? Наш герой постоянно влипает в неприятности. До поры до времени ему везет, но он к этому везению имеет совсем малое отношение. А в итоге, ему не повезло по-крупному. И к тому, что удалось и из этой неприятности выкрутиться, он не имел ни малейшего отношения. Хлопоты наивной провинциальной дурочки и он получает помилование. Так выглядит на первый взгляд. Вы в реальность такого поверите? Вот и я не верю. А может все дело в ином? Может девочка не была ни наивной, ни дурочкой? Может она только притворялась такой? Давайте посмотрим на героиню именно с такой колокольни. Уверяю вас, с ней не так все просто, как это кажется на первый взгляд.


## На границу!


Главный герой произведения, Петруша Гринев - типичный недоросль того времени. Ничем не хуже знаменитого Митрофанушки. Облом здоровый, легкомысленный и невежественный. Что сильно напрягало его батюшку. Так напрягало, что он решил устроить сынуле "веселую жизнь". А начинается все так:


"Однажды осенью матушка варила в гостиной медовое варенье, а я, облизываясь, смотрел на кипучие пенки. Батюшка у окна читал Придворный календарь, ежегодно им получаемый. Эта книга имела всегда сильное на него влияние: никогда не перечитывал он ее без особенного участия, и чтение это производило в нем всегда удивительное волнение желчи. Матушка, знавшая наизусть все его свычаи и обычаи, всегда старалась засунуть несчастную книгу как можно подалее, и таким образом Придворный календарь не попадался ему на глаза иногда по целым месяцам. Зато, когда он случайно его находил, то, бывало, по целым часам не выпускал уж из своих рук. Итак, батюшка читал Придворный календарь, изредка пожимая плечами и повторяя вполголоса: "Генерал-поручик!.. Он у меня в роте был сержантом!.. Обоих российских орденов кавалер!.. А давно ли мы..." Наконец батюшка швырнул календарь на диван и погрузился в задумчивость, не предвещавшую ничего доброго".


На первый взгляд, кажется, что желчному отставнику просто моча в голову ни с того, ни с сего ударила. На самом деле, если глянуть в этот самый "Придворный календарь" за соответствующий год, то поймем, что так возбудило отставного премьер-майора Андрея Петровича Гринева. Кстати, а что такое "Придворный календарь"?


"Придворный календарь - ежегодное издание, регулярно выходившее с 1745 г. , в котором печатался список придворных служащих и лиц, награжденных орденами".


И что он там мог такое вычитать? Придворные чины его не очень то и интересовали, но вот сообщение про этого человека его заставило задуматься:


Рейнсдорп Иван Андреевич (1730-1782) - датчанин на русской службе, генерал-поручик, участник Семилетней войны, комендант Кенигсберга (май 1761 - август 1762). С 1768 года - губернатор Оренбургской губернии. В 1769 году награжден орденом Святой Анны. Руководил подавлением Яицкого казачьего восстания 1772 года.


Оренбургский губернатор Рейнсдорп И.А.


Из дальнейшего повествования мы узнаем, что губернатор Оренбургской губернии был сослуживцем Петрушиного отца. Да не просто сослуживцем, а еще добрым товарищем. Зная это, мы поймем те мотивы, которыми руководствовался Андрей Петрович.

Итак, бывший подчиненный и товарищ по полку сумел сделать неплохую карьеру, выйдя аж в генералы и отмечен орденами. Это не паркетный генерал. Он из настоящих, из боевых. Судя по всему, пользуется благосклонностью столичного начальства. Награждение орденами говорит о том, что в Оренбург его послали не в знак немилости, а потому что верят в способности Ивана Андреевича. Обстановка в губернии непростая и не всякий справится с возложенным на него поручением. Что можно из этого полезного извлечь? Во-первых, для Петруши полезней будет не столичное баловство, а настоящая служба на границе.


"- Записан! А мне какое дело, что он записан? Петруша в Петербург не поедет. Чему научится он, служа в Петербурге? мотать да повесничать? Нет, пускай послужит он в армии, да потянет лямку, да понюхает пороху, да будет солдат, а не шаматон".


Во-вторых, надеяться на действенность столичных связей не приходится. В свое время засветился в "политике" и попал в немилость. Зато суровый Рейнсдорп и баловству потакать не станет, и пропасть не даст. Глядишь, под таким началом и толк из сына выйдет, и карьера с таким покровителем будет успешной.

То что отец не ошибся в своем товарище, ясно показала первая же встреча главного героя с генералом Рейнсдорпом (в произведении он обозначен как Иван Карлович). Старый товарищ дорожил дружбой и согласился оказать покровительство карьере молодого человека. При этом, понимание того, что портить сына своего друга излишними вольностями не стоит, у генерала было. Поэтому назначение не в теплый кабинет, а в глухой гарнизон.


" ... ты будешь офицером переведен в *** полк, и, чтоб тебе времени не терять, то завтра же поезжай в Белогорскую крепость, где ты будешь в команде капитана Миронова, доброго и честного человека. Там ты будешь на службе настоящей, научишься дисциплине. В Оренбурге делать тебе нечего; рассеяние вредно молодому человеку".


Юноша конечно не понял своего счастья и потому приуныл. Но вообще то назначение это было не простое. Белогорская крепость - укрепленного поселения с таким названием не было. Прототипом этой "фортеции" для автора послужила Татищевская крепость - главное укрепление Нижне-Яицкой дистанции. Во времена Пушкина еще живы были участники описанных в произведении событий. Лично для них Пугачевский бунт был не романтической сказкой, а пережитой трагедией. Не все и не всем приятно было вспоминать о прошедшем. Именно поэтому, чтобы не бередить людские раны, Александр Сергеевич использует условные имена и фамилии для своих героев. А герои его не так просты, как кажется по первому впечатлению.

Возьмем капитана Миронова. Ведь не производит он впечатление сурового отца-командира, у которого все ходят по струнке. Этакий увалень-подкаблучник, относящийся к службе спустя рукава. Только не стоит доверять первому впечатлению. Миронов начальствует в крепости целых двадцать два года. И не все эти годы были спокойными. Войны с башкирами и казахами, недавний казачий бунт. Видимо неплохо он себя показал в деле, коль губернатор, сам из боевых генералов, неплохого мнения о капитане. Ну а то, что не изнуряет солдат ни смотрами, ни учениями, ни караулами, имеет свою причину. В те времена денег на содержание армии хронически не хватало. Собственно говоря, построенные при Екатерине шедевры архитектуры, да приобретенные в Европе картины знаменитых мастеров, были возможны за счет разного рода хитрых "экономий". В число таких "экономий" входило сокращение расходов на содержание войск. При этом численность самих войск не сокращалась. Экономили даже на тех войсках, что вели активные боевые действия во время войн. А что тут говорить о гарнизонах в глубоком захолустье.


Нищета русского воина была настолько привычна современникам, что воспринималась как дело само собой разумеющееся. Выживала армия за счет не предусмотренной никакими наставлениями и уставами хозяйственной деятельности. Каждая рота имела свою рабочую артель, которая брала частные подряды на стороне. Треть заработка шла самим артельщикам, вторая треть - тем, кто во время шабашки отдувался за них на службе, ну а оставшаяся треть - на улучшение питания личного состава роты. Последнее служило дополнительным источником дохода для ротного командира и обращение с этими общественными суммами было зачастую весьма вольным. Поэтому не стоит удивляться тому, что прусские уставные порядки туго приживались в русской армии. Заставить армию того времени служить согласно требованиям уставов - значит обречь ее на вымирание от голода. Например, попытка генерала П.Х. Витгенштейна, ставшего после смерти М.И. Кутузова в 1813 году, главнокомандующим русско-прусскими войсками, избавить войсковые обозы от телег с ротным рабочим имуществом, едва не привела к бунту армии в разгар Заграничного похода.

Но это боевые части. А в захолустных гарнизонах дела обстояли еще хуже. Личный состав таких гарнизонов состоял из солдат, уже не пригодных для полевых сражений, но еще годных для защиты укрепленных позиций. Чтобы лучше представить, что это были за люди, начну с того, что в отличии от дворян, выходцы из простонародья призывались в возрасте 21 год и обязаны были тянуть армейскую лямку до 46 лет. В ходе службы, наиболее "изношенные" в плане здоровья солдаты как раз и дослуживали свой срок в составе гарнизонов. Возраст этих инвалидов составлял как правило от 38 до 46 лет. Исключения были, но именно это была в гарнизонах самая распространенная возрастная группа для нижних чинов. Физически они были еще крепки но выдержать бивуачную жизнь в течении длительного срока уже не могли. Болезни и ранения свое дело делали и перейти Альпы с таким личным составом было трудновато. Впрочем, участие в полевых сражениях с них как правило никто не требовал. Главная функция таких частей - осуществление военного контроля территории и охрана границ. Будучи привязаны к одному месту, они со временем женились и обрастали детьми. Учитывая, что деньги на содержание гарнизонов имели свойство волшебным образом испаряться , были эти гарнизоны фактически на полном самообеспечении. В отличии от солдат полевых частей, гарнизонным солдатам приходилось содержать не только себя, но и свои семьи. А раз места службы были такими, что о развитом рынке товаров и услуг мечтать даже не приходилось, то единственным способом выживания было ведение натурального хозяйства. Со всеми сопутствующими "прелестями" данного способа производства. То есть, жизнь и служба этих солдат напоминала жизнь и службу упраздненных при Петре стрельцов. Это отнимало у нижних чинов столько сил, что на муштру их уже не оставалось. Вот потому капитан Миронов, будучи разумным человеком, лишней мороки подчиненным не создавал. Тем не менее, служба была службой. И не просто так губернатор отправляет в его подчинение Петрушу. Хорошо изучивший находящихся в его подчинении людей, Рейнсдорп считает, что именно Миронов не даст испортиться сыну своего друга.

Дальнейшее описание событий показывает, что генерал не ошибался в своих расчетах.


## Планы и расчеты


Главный герой, в силу своей молодости и неопытности, попав в Белогорскую крепость, не понимает того, что в отношении его судьбы строит далеко идущие планы не только родной батюшка. Капитан Миронов и его супруга тоже неравнодушны к нему. Поэтому излишне баловать его они не будут и испортить карьеру дурным поступком они ему не дадут. Тут все определяется просто. Гарнизонная жизнь одинакова во все времена. Соответственно логика людей в сходных обстоятельствах будет сходной. Как и мотивы их поступков. Прибытие Петруши Гринева в гарнизон было подарком судьбы для Ивана Кузьмича и Василисы Егоровны.


Иван Кузмич и Василисса Егоровна


" Василиса Егоровна не умолкала ни на минуту и осыпала меня вопросами: кто мои родители, живы ли они, где живут и каково их состояние? Услыша, что у батюшки триста душ крестьян, "легко ли! - сказала она, - ведь есть же на свете богатые люди! А у нас, мой батюшка, всего-то душ одна девка Палашка; да слава богу, живем помаленьку. Одна беда: Маша; девка на выданье, а какое у ней приданое? частый гребень, да веник, да алтын денег (прости бог!), с чем в баню сходить. Хорошо, коли найдется добрый человек; а то сиди себе в девках вековечной невестою".


Как все это знакомо! И тщательный сбор сведений о новоприбывшем, и родительские заботы. Главнейшая из забот - устроить судьбу дочери. Тут уж Василиса Егоровна не зевает! Еще бы! Молодой человек не беден, за ним не числится дурных историй, глуповат конечно, но с возрастом это пройдет, ему покровительствует сам губернатор... Ну чем не жених для Маши? Всяко лучше Швабрина. Тот с точки зрения Василисы Егоровны не очень надежный вариант. Зато Петруша! И пошел охмуреж! Без всякого гадания можно сказать, что дочка была должным образом проинструктирована. Любит она Петрушу или нет, для родителей неважно. Главное - для Машы это шанс! Поэтому все внимание на молодого дурачка! Поведение показывать самое примерное. И побольше романтичности! С этого момента за судьбу главного героя можно было не волноваться. Ему не дадут пропасть! За ним присмотрят! И присматривают. Аж в четыре глаза.


Мария Ивановна Миронова


"В доме коменданта был я принят как родной"

"Марья Ивановна скоро перестала со мною дичиться. Мы познакомились. Я в ней нашел благоразумную и чувствительную девушку. Незаметным образом я привязался к доброму семейству"


Правда, есть один неприятный для Петруши момент. Помимо него в крепости есть еще один претендент на достоинства Маши - Швабрин. Естественно, что со временем наш герой видит в нем соперника. Но это из-за того, что мал его жизненный опыт. Не забываем, что хотя Маша по молодости лет и стеснительная девушка, но как сказано в тексте - благоразумна. А значит к тому, что скажет матушка, относится серьезно. Поселилась великая любовь в ее сердце или нет, но приветлива она будет с тем, на кого матушка укажет. С точки зрения Василисы Егоровны, Швабрин плох тем, что неуправляем и непостоянен, а значит загнать его под венец будет трудно. Если конечно вообще получится. Зато Петруша хорош во всех отношениях. В меру глуповат, наивен и привязчив. Вывод - то, что нашей Маше и нужно. Правда, у Петруши тертый жизнью отец, который даже на расстоянии правильно воспринимает возникшую ситуацию. Брак сына с какой то голодранкой ему совершенно не нужен. Впрочем сын и сам это понимает.

"Я задумался. В нежности матушкиной я не сомневался, но, зная нрав и образ мыслей отца, я чувствовал, что любовь моя не слишком его тронет и что он будет на нее смотреть как на блажь молодого человека".


Как в воду глядел:


"Сын мой Петр! Письмо твое, в котором просишь ты нас о родительском нашем благословении и согласии на брак с Марьей Ивановой дочерью Мироновой, мы получили 15-го сего месяца, и не только ни моего благословения, ни моего согласия дать я тебе не намерен, но еще и собираюсь до тебя добраться да за проказы твои проучить тебя путем как мальчишку, несмотря на твой офицерской чин..."


Честно говоря, на месте Андрея Петровича я тоже не дал бы своего согласия на брак. Ведь яснее ясного видно, что хитрые бабы охмуряют глупого телка. И не стоит заблуждаться насчет скромности и робости Маши. Любой, повидавший гарнизонную жизнь служака вам скажет, что все это ненадолго. Я немало повидал в наших гарнизонах офицерских семей. Есть конечно и такие жены, от которых мужьям следует избавляться как можно скорей. Но таких меньшинство. А большинство из них, это достойные женщины. Много раз приходилось видеть в момент, когда они приезжают с мужем в самый первый в их жизни гарнизон. Тихие, скромные, застенчивые и очень домашние. Но это до первого выхода мужа на службу. А дальше ее вгоняют в шок реалии этой службы. Очень быстро до них доходит, что у мужа на службе столько забот и проблем, что на семью у него просто не хватает времени. А бытовые проблемы как то нужно решать. А кроме нее решать их некому. И она решает их как умеет. Проходит год и от робости и застенчивости не остается ни малейшего следа. Перед вами хваткая и напористая хозяйка, закаленная выпавшими на ее долю невзгодами. Ее трудно удивить или смутить чем-либо. Какая там робость? Забудьте о ней! Она уже умеет строить и равнять людей ничуть не хуже мужа. К концу службы из нее получается настоящий аналог Василисы Егоровны. Это Петруше еще непонятно, какое счастье на самом деле ему привалило, а опытный человек глянув на Машу, поймет, какой была ее матушка до замужества. А присмотревшись к матушке, будет знать, какой станет Маша спустя не столь длительное время.


Ни мать, ни ее дочь не смущены возникшими сложностями. То, что поставленной цели не получится добиться с первой попытки, они наверняка понимали, а потому, не впадая в отчаяние, приступили к правильной осаде. Кто его знает, чем бы эта осада кончилась, но жизнь распорядилась по-своему. Начался Пугачевский бунт.


## "О ней только и слышно, что она бледна"


Этими словами Марины Цветаевой давно принято характеризовать нашу героиню. На первый взгляд она права. Во всех эпизодах Маша только и делает, что краснеет, бледнеет, или в обморок падает. Прям образцовая героиня сентиментальных романов того времени, о которой действительно мало что можно сказать. И опять скажу: это то, что лежит на поверхности. Не забывайте, что иногда смотреть нужно не на самого человека, а на его отражение в зеркале. В данном случае, дочка и мама - это взаимное отражение в зеркале.

Смотрим:


" - Привычка, мой батюшка, - отвечала она. - Тому лет двадцать как нас из полка перевели сюда, и не приведи господи, как я боялась проклятых этих нехристей! Как завижу, бывало, рысьи шапки, да как заслышу их визг, веришь ли, отец мой, сердце так и замрет!"


Это Василиса Егоровна в молодости такой была. А что Маша?


"- Смела ли Маша? - отвечала ее мать. - Нет, Маша трусиха. До сих пор не может слышать выстрела из ружья: так и затрепещется. А как тому два года Иван Кузмич выдумал в мои именины палить из нашей пушки, так она, моя голубушка, чуть со страха на тот свет не отправилась. С тех пор уж и не палим из проклятой пушки".


Вам не кажется, что в одинаковом возрасте, героини реагируют на опасность одинаково? Родителям свойственно как преувеличивать, так и преуменьшать достоинства своих детей. В данном случае, Василиса Егоровна недооценивает свою дочь. Не верит в то, что она способна быть храброй и решительной. А ведь не лишне оглянуться на себя и сравнить: какой она сама была и какой стала.


"- А теперь так привыкла, что и с места не тронусь, как придут нам сказать, что злодеи около крепости рыщут".

- Василиса Егоровна прехрабрая дама, - заметил важно Швабрин. - Иван Кузмич может это засвидетельствовать.

- Да, слышь ты, - сказал Иван Кузмич, - баба-то не робкого десятка".


Как видите, мнения людей, хорошо знающих Машину мать, совершенно не расходятся. А вскоре Петруша и сам увидел, как она ведет себя в опасной ситуации.


"- Добро, - сказала комендантша, - так и быть, отправим Машу. А меня и во сне не проси: не поеду. Нечего мне под старость лет расставаться с тобою да искать одинокой могилы на чужой сторонке. Вместе жить, вместе и умирать".


И ведь это не просто были слова. Все так и произошло: жили долго и счастливо и умерли в один день. И смерть их не назовешь поганой. Иван Кузьмич до последнего подавал подчиненным пример храбрости и верности воинскому долгу, что в бою, что в плену. Ну а Василиса Егоровна показала себя истинной боевой подругой:


"Батюшки мои! - кричала бедная старушка. - Отпустите душу на покаяние. Отцы родные, отведите меня к Ивану Кузмичу". Вдруг она взглянула на виселицу и узнала своего мужа. "Злодеи! - закричала она в исступлении. - Что это вы с ним сделали? Свет ты мой, Иван Кузмич, удалая солдатская головушка! не тронули тебя ни штыки прусские, ни пули турецкие; не в честном бою положил ты свой живот, а сгинул от беглого каторжника!" - "Унять старую ведьму!" - сказал Пугачев. Тут молодой казак ударил ее саблею по голове, и она упала мертвая на ступени крыльца".


Но то закаленные трудностями и лишениями военной жизни родители. Им то чего? Они свое пожили! Но и Маша недалеко ушла от них.


"Тут явилась на валу Василиса Егоровна и с нею Маша, не хотевшая отстать от нее. "Ну, что? - сказала комендантша. - Каково идет баталья? Где же неприятель?" - "Неприятель недалече, - отвечал Иван Кузмич. - Бог даст, все будет ладно. Что, Маша, страшно тебе?" - "Нет, папенька, - отвечала Марья Ивановна, - дома одной страшнее".


Получается, что не такая уж и робкая наша Маша. Ей под вражескими пулями спокойней, чем в укрытии. А если учесть, для чего она под эти самые пули явилась? За отцовским благословением! Помните что заметил в ней Петруша? Благоразумие! Вот и тут она его не теряет. Прекрасно понимая, что отца она может больше не увидеть живым, она не теряя даром времени стремится сделать все честь по чести. Она поставила перед собой цель и идет к ней последовательно, не теряя при этом разума и пренебрегая опасностью для себя. Вся в мамочку! Ну а то, что на происходящие в ней изменения никто не обратил внимания ... Так людям не до этого, а сама она живет не на показ.

Жизнь и дальше продолжает ее жестоко испытывать. Оставшись одна без родителей, да еще в логове врага, она и тут не пропадает. А что она может сделать для собственного спасения? Вообще то немного. Но она и этим не пренебрегает. Лучше использовать всякую малость, чем вообще ничего не предпринимать. А что конкретно тут можно сделать? Первый вариант спасения озвучивает Оренбургский губернатор:


"- Это еще не беда: лучше ей быть покамест женою Швабрина: он теперь может оказать ей протекцию; а когда его расстреляем, тогда, бог даст, сыщутся ей и женишки. Миленькие вдовушки в девках не сидят; то есть, хотел я сказать, что вдовушка скорее найдет себе мужа, нежели девица".


Все это выглядит разумно и наверняка такой вариант героиня рассматривала. И сочла его неподходящим. Чтобы понять почему, нужно вспомнить о том, что она писала в своем письме. А писала она о том, что в случае отказа, Швабрин ей устроит судьбу простой подстилки. Уж это яснее ясного говорит о том, что Швабрину она ничуть не дорога. Будет нужно - и предаст, и продаст, и даже просто выкинет ее прочь. Какая тут любовь? О чем вы? Любящий человек спасает предмет своей любви от неприятностей, а не устраивает их. В общем, права была маменька - не нужен он ей. А раз так, то действуем по варианту "Б". Срочно начинаем болеть и всячески тянуть время. Вы что думаете, болезнь просто так возникла? Да притворство это все бабье! А уж притвориться больной ей было несложно, ибо гибель родителей была для нее горем, которое стоило еще пережить. Отсюда и слабость и бледный вид. Но это внешне. Разум при этом больным не был. Тщательно все взвесив, Маша делает ставку на своего жениха. Побудить его действовать решительно, должно было жалостливое письмо. Изобразить себя страдающей и несчастной - женщине нетрудно.


Намного труднее передать это послание до адресата. А для этого нужно найти того, кто согласится такое исполнить. Уряднику Максимычу, который согласился пойти ей навстречу, для того чтобы вручить письмо Петруше, потребовалось много чего совершить.


- Выглядеть его в толпе врагов.

- Ввязаться в бой с вражеским отрядом, подвергая себя всем случайностям этого боя.

- Выманить Гринева в сторону от идущего боя.

- Назвать себя, не попав при этом под нанесенный сгоряча удар.


И только после этого вручить письмо.


Найти такого человека, который согласится рискнуть своей головой за бабьи сопли нелегко. Она ему вообще никто и жалостью его не пронять. Скорее всего был серьезный разговор, в котором пришлось нешуточно торговаться, что-то обещать, давать гарантии. И это в условиях, когда время ограничено. Она с этим справилась! Вот вам и бледная немочь! Как нам известно, все для нее окончилось благополучно. Ну а то, что все это время она искусно притворялась, говорит то, что при освобождении из плена, несчастная страдалица враз выздоровела и похорошела. И все вроде бы способствовало чудесному окончанию приключений. Всего то и делов - пережить войну да получить благословение Петрушиных родителей. Ан нет. Пасторали не вышло. Избавилась от беды девица, да вскорости милый друг в беду угодил. Да в такую, что прежние Машины беды пустяком оказались.


## Царская конспирология и "Маркиз де Пугачев"


Конспирология - это удел не только частных лиц. Государственные структуры иногда тоже ей балуются. Случившаяся в 1773 - 75 годах Крестьянская война под предводительством Емельяна Пугачева, породила конспирологическую версию о причинах ее возникновения не у праздных бездельников, а у лиц, причастных к управлению Российской Империей. Причем не у каких то там коллежских регистраторов (самый низший чин в табели о рангах), а у самой императрицы Екатерины Второй и у ближайшего ее окружения. А увлеклись эти люди конспирологией не от хорошей жизни. Этому были причины.

Не смотря на перепев нашими либералами европейских сказок о рабской сущности русского народа, безропотными страдальцами наши предки не были. Народные бунты те годы не являли собой отдельных эксцессов. Они были постоянной приметой русской жизни того времени. Стоило помещикам или властям перегнуть палку и мужик поднимал виновных на вилы. Причем хватался мужик за эти вилы чаще, чем Дартаньян за шпагу. К этому настолько привыкли, что участие в бунтах 900 тысяч человек в течении года не считалось чем то особым. Это обычный год мирного времени. Его можно было даже считать спокойным. Сколько при этом дворян преждевременно отправлялось на тот свет, вряд ли можно сказать. Правительство относилось к их смертям с философским спокойствием. А чего их считать? Дворянки новых угнетателей нарожают! Помимо русских мужиков, охотно бунтовали казаки и инородцы. Причины для бунта были всегда. Возможностей для этого тоже хватало. Самозванство тоже не было чем то необычным. Сколько власти выловили "чудесно спасшихся императоров", вряд ли поддается учету. Все это было и было по отдельности. Но Пугачевский бунт - это нечто особенное. Под знаменем самозванца сошлись все: казаки, инородцы, крепостные мужики, старообрядцы, беглые каторжники и солдаты пограничных гарнизонов. Это уже выбивалось из привычной картины. Необычна была и личность предводителя восстания. Емельян Пугачев на момент начала восстания пребывал в возрасте 31 года и до того, как ударился в бега, успел выслужить чин хорунжего (младший лейтенант на современные деньги)

Необычными были также организованность и воинское мастерство восставших. Ранее, чтобы подавить любой бунт, хватало второсортных воинских частей из заштатных гарнизонов. На этот раз, чтобы справиться с восставшими, потребовались значительные воинские силы, которые пришлось снимать с недавно действующего фронта Русско-турецкой войны. В отличии от прежних времен, восставшие располагали неплохой артиллерией, позволявшей им почти на равных вести полевые сражения с правительственными войсками, брать штурмом иные укрепленные пункты и даже немалые города.

Что-то можно объяснить тем, что в рядах восставших хватало опытных в военном деле людей. Тех же казаков. Но вот как объяснить то, что беглый казак сумел стать лидером всех категорий недовольных, которые раньше бунтовали врозь? С чего это вдруг сошлись под одним знаменем казаки и башкиры? Они ведь раньше спокойно друг-друга резали. Да и до мужицких печалей казакам ранее дела не было. Но это хотя бы все свои. Но как объяснить сотрудничество с восставшими сосланных польских конфедератов? Они то чего вдруг воспылали любовью к "москалям" и "хлопам"?

Логика царицы была проста и понятна: Чтобы хоть как то объединить вокруг себя столь разнородные элементы, одних призывов на площадях мало. Нужна еще тайная предварительная работа целой сети агитаторов. Емельке Пугачеву, который находился к тому времени в постоянных бегах, такое не потянуть. Кто его знает на том же Яике? Десяток человек? Для казачьей верхушки он по любому не авторитет. Чтобы она пошла за ним и уговорила прочих казаков на бунт, Емельке должен дать рекомендацию кто-то авторитетный. То же самое и с башкирами. У тех свои были цели. Посулы агитаторов из казаков или русских мужиков они и слушать не станут. Другое дело, если с ними будут говорить эмиссары турецкого султана. А поляки? Кто для них мог быть авторитетом? Тут либо своя высшая аристократия, недовольная правлением Екатерины воду мутит, либо старые союзники поляков - французы. Вот на последних, царица больше всего грешила и неспроста.

Самой действенной из тайных служб европейских государей, в то время был французский Рояль Секрет. На что способна эта организация, Екатерина прекрасно себе представляла. И если в 19 веке России "гадила англичанка", то в 18 веке до самого 1789 года тем же самым занимался француз. Французское правительство давно было недовольно правлением Екатерины Второй и неоднократно намекало на некую революцию, которая может случиться в России. Слова эти не были пустыми угрозами. Практически с самого начала своего правления, Екатерине пришлось иметь дело с заговорами, направленными против нее. Конечно, многое можно списать на козни высшей аристократии, да стремление части гвардейцев с помощью очередного переворота улучшить свое материальное положение и сделать карьеру. Вот только со времен Анны Иоанновны, руководством и финансированием заговоров практически открыто руководили иностранные посланники. И как раз Французский посол был наиболее активен. Но не только в столице крамола ковалась. Противодействие России могло принимать форму в виде поддержки восстаний и разжигания войн с соседями. В 1768 году, в результате французских интриг, для противодействия русскому влиянию в Польше, начала свою деятельность так называемая Барская конфедерация. То, что воюющих с русскими войсками конфедератов, всячески поддерживает Франция, даже не скрывалось. В помощь конфедератам был прислан один из лучших французских генералов - Шарль Франсуа Дюмурье. При этом он был не одинок. Вместе с ним были посланы воевать "воины-интернационалисты", замаскированные под дезертиров из европейских армий. "Дезертиры" эти тем не менее считались лучшими воинами Европы. К 1772 году основная часть конфедератов и "интернационалистов" была разгромлена войсками Суворова, причем для одержания победы над "интернационалистами" Дюмурье, хватило горстки русских воинов и отряда наспех вооруженных краковских евреев. Впрочем, когда операцией руководит А.В. Суворов, то и Мойша с Изей легко сойдут за чудо-богатырей. И все-таки возня с конфедератами затянулась до 1776 года. Но это не все. Почти одновременно, стараниями секретаря французского посла в Стамбуле Сен-При и двух особых агентов - барона Тотта в Крыму и Толея у конфедератов, удалось спровоцировать войну между Россией и Турцией.

Справедливости нужно сказать, что гадили французы не только России. Англия от них тоже не слабо огребала. Так называемая Война за независимость в английских североамериканских колониях, возникла благодаря интригам агентов Рояль Секрета. Все эти Вашингтоны да Джефферсоны работали на французов еще со времен Семилетней войны. И велась эта война на французские деньги, с участием сперва "воинов-интернационалистов" Лафайета из Европы, ну а затем уже при прямой поддержке французских войск. Правда это было уже после того, как казнили самого Пугачева.

Так что приметы французского вмешательства были Екатерине второй известны и поэтому она не верила, что это все беглый казак Емелька затеял. Слишком все это "вовремя" произошло, в самый разгар тяжелой войны с турками. Поэтому, участие в бунте французской, турецкой и польской агентуры предполагалось вполне серьезно. Как и участие в смуте влиятельных отечественных интриганов. Поэтому, когда армия Пугачева была разгромлена, а сам Пугачев попал в плен, немедленно началось следствие по его делу. Требование Екатерины было простым: "Ищите маркиза де Пугачева!" То есть "французский след".


"В милиции как водится,

Все факты четко сходятся,

Где ж вы мои тюремные года?"


Вот и у Петруши Гринева все факты странным образом сошлись не в его пользу. В громких политических процессах такое вполне возможно. Все дело в том, что весьма часто следователь делает не то, что от него требовало начальство. Что требовалось царице? ПРОВЕРИТЬ возникшую версию. При этом ей нужны были четкие доказательства своей правоты или не правоты. То есть, ей нужна была правда, а не "липа". Но дело в том, что когда дав задание следователям, озвучили при этом ПОДОЗРЕНИЯ начальства, то в большинстве случаев следствие не станет проверять должным образом все имеющиеся версии, а начнет искать доказательства верности начальственного мнения. А значит, тем показаниям, которые противоречат высочайше одобренной версии, придавать значения не будут. Тем более что:


"Пытка в старину так была укоренена в обычаях судопроизводства, что благодетельный указ, уничтоживший оную, долго оставался безо всякого действия. Думали, что собственное признание преступника необходимо было для его полного обличения, - мысль не только неосновательная, но даже и совершенно противная здравому юридическому смыслу: ибо, если отрицание подсудимого не приемлется в доказательство его невинности, то признание его и того менее должно быть доказательством его виновности".


Получается, что отрицая желаемое начальству, ты сам себя обвиняешь. Гринев-младший в этом быстро убедился. И все-таки, год на войне чему то его научил. Сообразив, что чем больше назовешь при даче показаний фамилий, тем больше людей угодит под следствие, он не стал плодить ряды несчастных. Отвечая на вопросы следствия, он ни разу не упомянул Машу. Потому, что прекрасно понимал, что для следователя без разницы, кого подвергнуть пытке. Что им бедная сирота? При нужде у них и Рюриковичи обоего пола попадали на пыточный станок. Княжна Екатерина Долгорукова про это много чего могла поведать. Но с чего бы это следователи так в Петрушу вцепились? Какое он имеет отношение к "Маркизу де Пугачеву"? А такое! Многие его поступки выглядят очень странно. Настолько странно, что привлекли внимание весьма непростых персон:


"За столом, покрытым бумагами, сидели два человека: пожилой генерал, виду строгого и холодного, и молодой гвардейский капитан, лет двадцати осьми, очень приятной наружности, ловкий и свободный в обращении"


Потемкин П.С


Кто это такие? Знакомьтесь: пожилой генерал был не таким уж и пожилым. В 1774 году ему было всего лишь тридцать лет, как и помогавшему ему капитану. Допрашивали Гринева генерал-майор П.С Потемкин и капитан-поручик лейб-гвардии Семёновского полка Маврин С.И. Потемкин в это время руководил работой Казанской и Оренбургской секретных комиссий, а помогающий ему Маврин был первым, кому довелось допрашивать взятого в плен Пугачева. Так что не простые люди заинтересовались Петрушей. А что их в нем заинтересовало?


"- Каким же образом, - возразил мой допросчик, - дворянин и офицер один пощажен самозванцем, между тем как все его товарищи злодейски умерщвлены? Каким образом этот самый офицер и дворянин дружески пирует с бунтовщиками, принимает от главного злодея подарки, шубу, лошадь и полтину денег? Отчего произошла такая странная дружба и на чем она основана, если не на измене или по крайней мере на гнусном и преступном малодушии?"


Сберегая от неприятностей дорогого для себя человека, Гринев не упомянул в своих оправданиях столько подробностей, что следователи мгновенно поняли: даже если не врет, все-равно о многом умалчивает. А тут еще:


"На запрос вашего превосходительства касательно прапорщика Гринева, якобы замешанного в нынешнем смятении и вошедшего в сношения с злодеем, службою недозволенные и долгу присяги противные, объяснить имею честь: оный прапорщик Гринев находился на службе в Оренбурге от начала октября прошлого 1773 года до 24 февраля нынешнего года, в которое число он из города отлучился и с той поры уже в команду мою не являлся. А слышно от перебежчиков, что он был у Пугачева в слободе и с ним вместе ездил в Белогорскую крепость, в коей прежде находился он на службе; что касается до его поведения, то я могу..."


Это старый отцовский друг честно доложил про все, что знал. В общем, следователи решили: вот она ниточка между Емелькой Пугачевым и таинственным "Маркизом де Пугачевым". Кто там на самом деле шалил, французишки или свои вельможи, это еще предстоит выяснить. Главное - выявлен связной! А то, что он упорствует, не хочет правду сказывать, только утвердило их уверенность в том, что они "копают" в правильном направлении. А самое паршивое было то, что в это поверили многие, включая родного отца.


"Не казнь страшна: пращур мой умер на лобном месте, отстаивая то, что почитал святынею своей совести; отец мой пострадал вместе с Волынским и Хрущевым. Но дворянину изменить своей присяге, соединиться с разбойниками, с убийцами, с беглыми холопьями!.. Стыд и срам нашему роду!.."


И кто знает, чем бы все это закончилось, если бы за дело не взялась Маша.


## Женское оружие


Все таки Петр Гринев оказался на поверку тем еще кремешком. Образно говоря, погибая сам, он никого не стал тянуть за собой на погибель. На допросах говорил только за себя, не называя ничьих фамилий. В итоге, казнить его не стали, а приговорили к ссылке в Сибирь. И что делать в этой ситуации Маше?

Первый вариант - остаться приживалкой в доме Петрушиных родителей. Они уж точно не выгонят сиротинушку, а там, используя имеющиеся связи, со временем сумеют ее хорошо пристроить. Не дадут пропасть.

Второй вариант - отправиться с любимым в Сибирь. Особой разницы между степной и таежной глухомани для нее нет. Она не декабристка, чтобы считать такой поступок выдающимся подвигом. Суровая жизнь ее вряд ли страшила. В конце концов рай можно и шалаше устроить.

Третий вариант - бороться за свое счастье не смотря ни на что. Уныние тут не помощник. Значит, включаем голову и составляем план кампании. А составив, начать претворять его в жизнь.

Собственно говоря, начинать она решила с подачи челобитной в царские руки. Подавать ее обычным путем не стоило. Пока ее прошение пройдет через все инстанции! А если учесть корыстолюбие чиновников да известную их привычку к волоките, то и связываться не стоило. Гарантировать, что с ее прошение когда-нибудь ознакомится царица, никто не мог. До и не устраивала ее тянучка. Следовало действовать быстро и со всей решительностью. Но это не значит, что бездумно, положившись на слепое счастье. Помимо быстроты, нужна и методичность. Именно так на войне и действуют хорошие командиры. И если смотреть дальше, то все совершаемые бедной сироткой действия, производят впечатление глубоко и заранее обдуманных.


"Марью Ивановну снарядили, и через несколько дней она отправилась в дорогу с верной Палашей и с верным Савельичем, который, насильственно разлученный со мною, утешался по крайней мере мыслию, что служит нареченной моей невесте".


Выбор спутников не случаен. Это те, кто способен в качестве свидетелей подтвердить под присягой все, что она скажет. А теперь смотрим эту сцену:


"Марья Ивановна пошла около прекрасного луга, где только что поставлен был памятник в честь недавних побед графа Петра Александровича Румянцева. Вдруг белая собачка английской породы залаяла и побежала ей навстречу. Марья Ивановна испугалась и остановилась. В эту самую минуту раздался приятный женский голос: "Не бойтесь, она не укусит". И Марья Ивановна увидела даму, сидевшую на скамейке противу памятника. Марья Ивановна села на другом конце скамейки. Дама пристально на нее смотрела; а Марья Ивановна, со своей стороны бросив несколько косвенных взглядов, успела рассмотреть ее с ног до головы. Она была в белом утреннем платье, в ночном чепце и в душегрейке. Ей казалось лет сорок. Лицо ее, полное и румяное, выражало важность и спокойствие, а голубые глаза и легкая улыбка имели прелесть неизъяснимую".


Потом мы узнаем о том, что эта дама чисто случайно оказалась самой царицей. А знала ли про то Маша? Прекрасно знала! Ее осведомленность выдала реакция на появление собаки. К счастью, царица не знала некоторых деталей провинциальной жизни, а то бы сразу заподозрила наглое притворство. Скажите на милость, каких собак могла видеть в Белогорской крепости наша девица? Да в основном пастушеских. Типа среднеазиатской овчарки. Вы когда-нибудь видели алабая?


Вот то то и оно! Страшная и свирепая конечно псина, но других в крепости просто не могло быть. И нигде не сказано, чтобы героиня их боялась. И что в сравнении с ними собачонка декоративной породы? Милая забавная зверушка! Такую точно не забоишься. Но слегка повизжать не мешает, чтобы привлечь к себе внимание. А с чего это я решил, что Маша знает, кто такая эта дама? Во первых, если бы не знала, то и визжать не стала. А во-вторых, по прибытии:


"Жена смотрителя тотчас с нею разговорилась, объявила, что она племянница придворного истопника, и посвятила ее во все таинства придворной жизни. Она рассказала, в котором часу государыня обыкновенно просыпалась, кушала кофей, прогуливалась; какие вельможи находились в то время при ней; что изволила она вчерашний день говорить у себя за столом, кого принимала вечером, - словом, разговор Анны Власьевны стоил нескольких страниц исторических записок и был бы драгоценен для потомства. Марья Ивановна слушала ее со вниманием".


Вот это я понимаю! Настоящая дочь офицера! Первым делом сбор сведений! Она их и получила. С этой самой минуты, она знала все необходимое о предмете своего интереса. Но этого мало:


"Они пошли в сад. Анна Власьевна рассказала историю каждой аллеи и каждого мостика, и, нагулявшись, они возвратились на станцию очень довольные друг другом".


Провести рекогносцировку местности - это строго по науке. Теперь она прекрасно знает, как выглядит место выбранное для засады и какие пути-дороги к ней подходят. Осталось только назначить время "Ч". Но имея представление о привычках царицы, это уже не сложно. Так, а еще не забыть прошение. И кстати, как вы думаете, могла Маша вручить его не зная кому? Ну и еще не забывать изображать дурочку. Но кроме прошения нужно и речь подготовить, да такую, чтобы царица слезу от умиления пустила. Это важно. Женщина может быть сколь угодно циничной и стервозной, но на сентиментальные истории все бабы падки. Результат?


"Дама выслушала ее со вниманием. "Где вы остановились?" - спросила она потом; и услыша, что у Анны Власьевны, примолвила с улыбкою: "А! знаю. Прощайте, не говорите никому о нашей встрече. Я надеюсь, что вы недолго будете ждать ответа на ваше письмо".


Клюнула рыбка! Значит расчет был верен! Теперь, главное не загубить наметившийся успех. Ни в коем разе не демонстрируем свою догадливость. Иначе, все можно испортить. Показываем и дальше, что она всего лишь юная наивная дурочка, не способная делать выводы. А потому делаем вид, что только сейчас поняла, с кем говорила в саду. Побольше слез умиления и дрожи в голосе!


В результате - победа!


"Я рада, что могла сдержать вам свое слово и исполнить вашу просьбу. Дело ваше кончено. Я убеждена в невинности вашего жениха. Вот письмо, которое сами потрудитесь отвезти к будущему свекру".


А еще честно заслуженная добыча!


"Знаю, что вы не богаты, - сказала она, - но я в долгу перед дочерью капитана Миронова. Не беспокойтесь о будущем. Я беру на себя устроить ваше состояние".


Вот так и нужно действовать! Отныне, она не только счастливая невеста, само-собой разумеется, что жених и его родители будут ей признательны за то, что она сделала для них. Она еще из нищей бесприданницы без всякого замужества скоро станет респектабельной помещицей. И всего этого она добилась своим умом и своею волей. Вот потому и "Капитанская дочка", а не "Сын майора"! Ну а пока, не тратя даром времени собираемся в дорогу.


"В тот же день Марья Ивановна, не полюбопытствовав взглянуть на Петербург, обратно поехала в деревню..."