Схейбал Юлия Александровна : другие произведения.

Иллюзия жизни или последняя надежда Альдазара

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


Оценка: 7.27*36  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Агитки - Статусы для произведений
    Что выбрать? Когда на одной чаше весов твое обеспеченное будущее и интересная работа, а на второй - счастье родных.
    Какую выбрать жизнь? Спокойную и размеренную, где главное не задумываясь следовать системе, в которой ты - маленький винтик, ни на что не влияющий. Привычную, ту к которой стремилась еще совсем недавно. Или тяжелую, неизвестную, полную опасностей, в новой колонии, где ты равноправный член общества и от твоего решения зависят жизни других?
    Огромная благодарность за исправление ошибок Поспелову Владимиру (volodya 50).
    Автор обложки Кристина Доломанова
    Произведение законченно. Оставлен ознакомительный фрагмент.

  

Пролог

   Земля. 24 марта 2742 год. Новости.
   Добрый вечер. В эфире телевизионная служба новостей. В студии Наталья Рак. Главные события к этому часу. Завершился тестовый полет космического корабля 'Кейрос'. Все системы звездолета в норме и он готов для длительного путешествия. Как только судно загрузят всем необходимым для колонистов, на него смогут подняться все выигравшие в лотерее 'Новая жизнь'. Розыгрыш первых двух тысяч мест произойдет сегодня, в прямом эфире в конце передачи 'Герои нашего времени' в 22.00. Сейчас судно находится на орбите Эриды. Откуда стартует 3 мая этого года в сторону созвездия Лебедя...
   Через несколько часов большинство жителей Земли сидели около галаэкранов. Начиналась судьбоносная, для многих, передача.
   - Всем привет. Наконец-то. Наконец-то это случилось. Надеюсь, вы ждали этот эфир с таким же нетерпением, как и я. Хотите - верьте, хотите - нет, но сегодняшняя программа 'Герои нашего времени', пройдет на борту новенького, оснащенного по последнему слову техники, космического звездолета 'Кейрос'. Моим экскурсоводом по этому чуду будет капитан корабля Ворохов Виктор Олегович.
   Миловидная девушка в воздушном платье солнечного желтого цвета беззаботно улыбалась зрителям. Увидев ее, нельзя не улыбнуться в ответ, что и сделало большинство. Если многие зрители до появления ведущей сидели в напряжении, то сейчас они успокоившись откинулись на спинки своих диванов, стульев или кресел. Напряжение спало. Возможно не полностью, но народ расслабился.
   - Виктор, вы же разрешите мне так вас называть? - ведущая дотронулась кончиками своих тоненьких пальчиков до лацкана рукава форменного кителя стоящего рядом с ней мужчины, пробуждая его от задумчивости. Он и не заметил, как включилась камера и началась съемка. Моргнув, капитан посмотрел на девушку и стряхнув, охватившее было его оцепенение, улыбнулся ей в ответ.
   - Конечно, Ирина.
   Поцеловав ладошку ведущей, он согнул свою руку в локте, предлагая девушке облокотиться на него. Чем та тут же и воспользовалась.
   - Вот и замечательно. А сейчас и я, и наши зрители с нетерпением ждем экскурсии по вашим владениям. Надеюсь вы не только покажите что здесь и как, но и расскажите, что ждет пассажиров на борту этого чудесного звездолета.
   - Даже если бы здесь все было под грифом секретно, такой девушке как вы отказать невозможно. Но, я бы все же не называл корабль моими владениями,- поддержал легкомысленный и слегка свободный стиль разговора временный гид.
   - Ну как же? Разве не вы капитан корабля? Кстати, это правда, что и вы, и команда первые жители будущей колонии?
   - Правда. Первыми участвуют в розыгрыше билетов капитан корабля и члены экипажа. Нам необходимо освоиться и почувствовать звездолет заранее. До того как будет нужно осуществить основной полет. Во избежание каких-либо эксцессов в будущем. Это необходимо, чтобы все могли долететь до конечной цели целыми и невредимыми.
   - Повезло вам, - говоря это девушка огорченно вздохнула, вроде как сожалея, что не ей первой выпал билет в счастливое и светлое будущее. Но тут же вновь на ее губах расцвела радостная улыбка. А вот капитан, услышав слова ведущей, поджал губы, всего на секунду, но несколько зрителей это увидело. Реакция у них была разная. Кто-то нахмурился, кто-то задумался, несколько человек возмутились про себя, парочка позлорадствовала. Две женщины, одна из которых была в возрасте, а вторая еще вполне молодая обнялись и расплакались. Но все же большинство ничего не заметило, так как все их внимание занимала весело щебечущая ведущая. - Завидую вам. Новая планета, новые возможности и перспективы. А самое главное там для всех будет место, все будут востребованы. А еще природа, чистая атмосфера, натуральные продукты. Никаких талонов на еду и воду. Никаких ограничений. В колониях люди не ютятся в маленьких квартирках. Каждая семья имеет отдельный дом. Да и семьи там большие. Чтобы иметь деток не нужно разрешение. Главное чтобы здоровья хватило за всеми присматривать.
   Девушка воодушевленно перечисляла то, насколько прекраснее и легче станет жизнь счастливчиков выигравших билет в новую жизнь. При этом ее глаза горели азартом и детской непосредственностью, а на губах играла мечтательная улыбка. Многие из зрителей оглянулись вокруг себя, посмотрели на свои маленькие квартиры-клетушки. Оценили свою жизнь и возможности, и поняли, что они хотят выиграть. Хотят попасть в ту райскую жизнь. Они готовы рискнуть, так как здесь им ловить нечего. Здесь нет шансов чего-то добиться. Здесь, человек один из сорока восьми миллиардов. Здесь он никому не нужен. А там ... там каждый будет необходим. Там есть шанс на лучшую жизнь. Главное чтобы повезло выиграть. Двадцать тысяч мест. Если ты молод и полон сил, если твоя профессия востребована при строительстве новой общины, то попадаешь в число тех, кто участвует в розыгрыше. Зрители с замирающим сердцем следили за ведущей и ее гидом. Капитан в течение часа водил девушку по кораблю показывая разные отсеки, рассказывая о современной оснастке, двигателе, скорости которую развивает звездолет. Убеждая всех, что доставит своих пассажиров до нового места их обитания легко, быстро и с полным комфортом. О безопасности полета и немного о новом мире.
   Зрителям показали пятиминутный ролик, заснятый исследовательским зондом. Планета, сестра-близнец Земли, в системе Лебедя медленно увеличивалась на экранах, позволяя рассмотреть себя со всех сторон. Такой же голубой шарик. Разве что немного меньше размером. Огромные океаны, песчаные берега, бескрайние фиолетово-синие леса. И ничего что не зеленое. Все такое родное и недостижимое для многих здесь, может стать обыденностью жизни там. Главное чтобы компьютер выбрал твой идентификационный код. Многие теперь с завистью смотрели на капитана и иногда появляющихся на экране членов экипажа.
   И вот настал долгожданный момент. Ведущая нажимает на кнопку старт на борту 'Кейроса'. Сейчас корабль подключен к базе данных жителей Земли. На экранах появились номера и имена первых вытянувших счастливый билет. Их судьба решена, а так же их вторых половинок и детей, если таковые есть. Семьи не разбивались. Не зря же во время свадебных церемоний давалось обещание быть до конца живни вместе. И в горе и в радости. Конфедерация не вправе разделять любящие сердца. Поэтому шанс на новую жизнь выпадал не одному человеку, а всей его семье.
   Ворохов вернулся домой поздно. Хотя... какой домой?! Его дом на Земле. Сейчас же он с женой, дочерью и матерью жили в одном из корпусов под куполом на Эриде, на орбите которой находился его корабль. Эрида - один из наибольших планетоидов пояса Копейра на границе солнечной системы. Отсюда они и стартуют в новую жизнь. Это будет рейс в один конец. Обе женщины не спали. А мужчина на это так надеялся. Значит, тяжелого разговора не избежать. Он все равно должен был бы состояться, рано или поздно. Но Ворохов оттягивал его как можно дольше. Не хотел, чтобы его беременная жена нервничала. Но дальше оттягивать некуда.
   - Ты говорил, у нас есть шанс остаться, - голос жена был полон грусти, но хорошо, что не обиды.
   - Шанса не было. Разве что если бы мы избавились от ребенка.
   По щеке женщины побежала слеза. Судя по покрасневшим глазам, не первая за сегодня. Мужчина обнял жену и вытер мокрую дорожку нежным движением, потом погладил довольно большой живот.
   - Прорвемся, родная, все у нас будет хорошо. Веришь мне?
   - Верю. Главное чтобы мы были вместе.
   - А что со мной? - пожилая женщина задала волнующий ее вопрос. Сын и его семья - это единственное, что было у нее в этой жизни. Это единственное, что ее связывало с этой жизнью.
   - Извини мам. Мне отказали.
   В глазах женщины появилась боль. Одна. Она остается одна. Совсем одна. Но она не стала, ни плакать, ни жалеть себя. Зачем? Сейчас главное поддержать Олю. Ей скоро рожать. Главное, чтобы это произошло до отлета. По срокам должна успеть. Так что, улыбнувшись, она обняла своих родных.
   - Ничего. Не получилось, так не получилось. Я пойду, проверю как там Маша и спать. А то моим косточкам тяжело даются ночные посиделки.
   Заглянув в спальню к внучке и поправив на ней одеяльце, женщина отправилась к себе. Там она еще долго, лежа в постели, вспоминала свою жизнь и мысленно разговаривала с покойным мужем. ' Увижу внучка, отправлю деток в путь и приду к тебе. Осталось совсем немного, и мы встретимся дорогой. Как же я соскучилась по тебе'.
  

* * *

   Выпуск 3279 года.
   - Для меня честь быть сегодня с вами и вручать дипломы лучшим выпускникам Высшего Профессионального Университета Земной конфедерации.
   Вы -наша элита и наша надежда. От вас зависит как, где и в каких условиях будет жить человечество. Каких высот оно достигнет. Какие планеты и миры откроет. Вас ждут великие достижения! Я в это верю. Нет, я это знаю! И ни в одном из вас не сомневаюсь и доли секунды.
   Вы - достойные наследники и хранители наших традиций. Знаю! Вы будете выдающимися учёными, исследователями, военными, врачами, экономистами и дипломатами. Лучшими, в той профессии, которую выбрали...
   Речь президента и главнокомандующего конфедерации длилась минут пятнадцать. Все выпускники и преподаватели слушали её стоя, выражая этим свое уважение и почтение. А как же иначе? Это человек, который заботится о благополучии людей не только на Земле, но ещё на двенадцати планетах-колониях. Не верится, что когда - то он, так же как и я, учился в этом университете. И смог достичь вершины иерархии человеческого общества своими силами, знаниями и умом. Это прекрасный пример для подражания.
   Моё сердце было преисполнено гордости, когда этот великий человек вручал мне диплом.
   - Поздравляю вас, Александра. Вы очень похожи на свою бабушку. И, как я понял, не только внешне. Вы же выбрали ту же специализацию, что и Мария Николаевна, и продолжаете её исследования?
   В ответ смогла только кивнуть головой. Голос не подчинялся. Сердце стучало со скоростью барабанной дроби. Со мной заговорил президент. Внутри все ликовало. Не зря прошли годы бессонных ночей над учебниками! Не зря все старания и труды! Этот миг стоит всех затраченных усилий и времени. Он запомнится на всю жизнь. И будет стимулировать ещё больше работать чтобы оправдать, оказанное мне, доверие.
   - Очень рад. За вами оставлено место в её лаборатории. Можете завтра же приступать к работе.
   - Спасибо. Я вас не подведу, - наконец-то удалось из себя что-то выдавить. Не хватало ещё опозориться, не высказав свою благодарность.
   - Знаю.
   Пожав мне руку, президент пошел дальше.
   Я была удивлена и ошеломлена. Неужели этот великий человек, знает обо всех всё?!
   Моя бабушка была генетиком и я пошла по её стопам. Правда вначале хотела стать врачом. И даже первых три курса проучилась по этой специальности. Но, проведя одни каникулы с бабушкой в её исследовательском центре, поняла- за генетикой будущее! Переведясь, я всё свободное время проводила в лаборатории.
   С бабушкой мы всегда были очень близки. Гораздо ближе, чем с матерью или сестрой. Ведь именно ей и её работе, я обязана своей жизнью. А когда перешла учиться на факультет генной инженерии, вообще перестали расставаться. Я даже жить переехала к ней.
   Бабушка искала ген, отвечающий за уровень интеллекта и предрасположенность к выбору профессии. Это ей не удалось. Хотя она уже достаточно близко подобралась к решению данной задачи. Я это точно знаю, потому что последние её годы жизни провела вместе с ней в лаборатории. Зато, ещё до моего рождения, она смогла выделить ген, отвечающий за психотип человека. За что и была вознаграждена возможностью родить второго ребёнка и увеличением продолжительности жизни. Возможность родить ещё раз, отдала своей невестке. Так я и появилась.
   Земля перенаселена последнюю тысячу лет. И, если раньше, численность населения кое-как регулировалась войнами и болезнями, то со времени объединения всех наций под одно руководство и продления человеческой жизни до ста двадцати лет( а для избранных и ста пятидесяти!), проблема перенаселения стала номер один. Поэтому численность населения начали регулировать рождаемостью. У одной женщины могла быть только одна беременность, и только с разрешения Центра Планирования Семьи. После генного анализа, женщине вводили эмбрион, созданный из её яйцеклетки и сперматозоида её мужа. Но только в том случае, если они генетически подходили друг другу, и не было возможности мутации, или нежелательных врождённых дефектов у будущего ребенка. С тех пор, как это начали делать, больше не рождалось инвалидов. А также больных физически или психологически. Хотя были и исключения. Некоторые глупцы кричали, что человечество вырождается и надо немедленно отказаться от искусственного оплодотворения. Дети, зачатые по старинке, хоть и с разрешением и проверками, обычно не блистали способностями выше среднего уровня. И именно у них бывают психологические срывы и неадекватные поступки. В этом я убедилась на примере своей сестры.
   Мама, получив разрешение на рождение первого ребенка, не воспользовалась услугами искусственного оплодотворения в центре семейного планирования. Из-за чего моя сестра, актриса ролей второго плана, вечно недовольна жизнью. Считает, что её талант не оценён и бьётся дома в истериках, жалуясь всем родственникам. Мама же, будучи музыкантом, часто её поддерживает и жалеет, упрекая меня в чёрствости и бесчувственности. Кстати, мужа сестра подобрала себе под стать, непризнанного художника. Хорошо хоть на заказ рисовал нормально, благодаря чему, они не влачат нищенское существование.
   В творческой атмосфере, царящей у нас дома, ни учиться, ни работать, невозможно. Поэтому и воспользовалась предложением бабушки, переехать к ней. С дедом, на тот момент, мы уже десять лет как попрощались. Поэтому жила она одна в трехкомнатной квартире. Ей оставили это жильё за заслуги в науке перед человечеством и конфедерацией. Хотя для неё оно было большое. Использовать такую площадь для проживания одного человека, было не рационально. Но для меня это оказалось большой удачей.
   Полгода назад бабушка нас покинула. Ей можно было ещё шесть лет прожить, но она сказала, что устала. Что её время прошло и выше головы не прыгнуть. Что прожила она свои сто сорок четыре года не зря, теперь же, дело за молодыми. Тем более что преемника идей и продолжателя своих работ, она воспитала. Мне было тяжело с ней прощаться. Мы действительно были очень близки. Поэтому именно я держала её за руку, когда она засыпала вечным сном.
   Хорошо, что современный человек знает точно день своего ухода. Он предрасположен с момента рождения. Отодвинуть его можно только за заслуги перед конфедерацией. Несчастные случаи бывают, но очень редко. Поэтому перед тем как заснуть вечным сном, все могут закончить свои дела и попрощаться с родными. Это абсолютно безболезненная процедура.
   Как только бабушка ушла, мне пришлось вернуться в квартиру родителей. Это не обрадовало ни меня, ни моих родных. Если бы я не была похожа на отца, то мама засомневалась бы, что я их дочь. На столько я на неё не похожа, в отличии от моей сестры.
   Отец... В своё время он хотел сына. Уже давно научились заранее планировать пол будущего ребёнка. Но в первый раз, из-за решения матери отказаться от искусственного оплодотворения, им пришлось положиться на природу. А во второй же, им сообщили, что ребёнок женского пола, с их генами, будет более одарён и полезен для общества. Так что мечте отца не суждено было исполниться. Он нас любил, по-своему. Но всё же больше, он любил свою работу. И пропадал месяцами на ней, разрабатывая очередную иридиевую шахту, на какой-нибудь удалённой планете или астероиде. Благодаря его работе, наша семья считалась довольно обеспеченной. Кроме бабушки, отец единственный, кто из родных мыслил рационально и действовал без эмоциональных всплесков. И на данный момент только он смог бы оценить по достоинству то, что сегодня произошло. Но его нет. И не будет еще два месяца. Но это же не повод не отметить моё удачное вхождение во взрослую жизнь?
   Будущее меня ждало перспективное. Интересная, высокооплачиваемая работа, в одном из лучших исследовательских центров Земной конфедерации. Многие туда десятилетиями не могли попасть. Хотя, если смотреть на это реально, то я там уже несколько лет работаю. Просто пока это было бесплатно, в виде практики. Но мой потенциал рассмотрели, так же, как и наработки.
   Довольная я зашла в магазин и купила небольшой тортик. Друзей, с которыми можно отметить окончание учёбы и получение диплома, у меня нет. На них просто не было времени. Но, возможно, мама с сестрой съедят по кусочку и поздравят меня? Чего в жизни не бывает.
   Я как раз рассчитывалась за покупки, когда услышала гимн конфедерации, звучащий с улицы. Это значит, что сейчас будет всенародное обращение президента. Редко, но такое случается, после какого-нибудь неприятного инцидента. А это значит, ничего хорошего ждать не приходится. Нахмурившись, быстро вышла из магазина вслед за другими покупателями. Оглянулась по сторонам. Люди, живыми ручьями, вытекали со всех зданий, поворачивая обеспокоенные лица к рекламным экранам, на которых, вместо обычных взору товаров, сейчас была картинка флага конфедерации. Но вот она сменилась знакомым лицом президента. Я его видела чуть больше часа назад, но по его виду казалось, что прошло никак не меньше суток. И всё это время он работал без перерыва на отдых и сон. Уставший, даже какой-то изможденный и печальный взгляд, которым он задумчиво смотрел вдаль, заставлял напрячься в ожидании плохих новостей.
   - Граждане Земной Конфедерации, сегодня, на одной из наших планет-колоний, произошли беспорядки. Из-за чего погибло триста сорок два человека. Это были ни в чем не повинные молодые люди, находящиеся под влиянием Петра Барийского и его пагубного желания власти. Он находил тех, кто не окреп духом и имел нестабильную психику. Под его давлением они попытались захватить власть на Тиворе. Все члены совета колонии были убиты. Так же погибли глава верховного суда, прокурор, главнокомандующий Тиворской армии, а также те, кто по долгу службы их охранял. Прошу почтить минутой молчания этих героев.
   Как такое могло произойти? Последний раз беспорядки были более шестисот лет назад, ещё до периода колонизации планет за границей солнечной системы.
   В колониях людей живёт гораздо меньше, чем на Земле. Там нет такого перенаселения. Не надо полжизни работать, чтобы заслужить разрешение на рождение ребёнка, или чтобы получить отдельные несколько квадратных метров жилья. В некоторых колониях, люди живут в отдельных домах, а не маленьких квартирках, и им разрешено иметь по несколько детей. Да, конечно, у них условия жизни несколько похуже, поэтому туда переселяться не особо-то и торопятся, но кто им мешает больше работать и улучшать их? Я была в растерянности. Как можно забрать чужую жизнь? Столько жертв, столько смертей и всё ради амбиций и желаний одного человека. И как службы контроля пропустили столь сильное психологическое отклонение? Я была в шоке. И окружающие меня люди тоже. Все молчали и ждали продолжения речи.
   - Я скорблю о каждой ушедшей жизни. Всем, выполнившим свой долг перед конфедерацией, будет присвоена медаль героя, а члены их семей получат материальную компенсацию по утере кормильца.
   Заметила, как окружающие меня люди соглашаются с решением президента и восхищаются смелостью и отвагой погибших, выполняющих свой долг до конца. Смертельного конца! Но меня сейчас больше волновало, чем всё закончилось на Тиворе. И закончилось ли. Потому что если нет, то жертв может стать больше. Гораздо больше! Поэтому всё моё внимание вновь вернулось к ближайшему экрану. Президент тем временем продолжал вещать.
   - Спешу всех успокоить! Порядок на Тиворе восстановлен. Все виновники конфликта взяты под стражу и сейчас находятся в лечебнице, под медицинским контролем. Проведён первичный осмотр участников произошедшего инцидента. У всех оказалось сильное психологическое расстройство. Поэтому их придётся стерилизовать, чтобы болезнь не передалась по наследству следующим поколениям. Очень надеюсь, что врачи смогут помочь этим людям, и они вернуться к нам здоровыми членами общества. Барийский, когда понял, что не получилось захватить власть, застрелился. Что так же показывает невменяемость его состояния. Именно в этой колонии, за последнее столетие, было самое большое количество беременностей природным путем. Что и привело к столь печальному результату. Это мой недосмотр! Поэтому я считаю себя так же виновным в произошедшей трагедии. И чтобы не допустить в дальнейшем таких случаев, с этой минуты входит в силу указ, о том, что каждая беременность должна осуществляться только с разрешения центра планирования семьи. Только после полной проверки будущих родителей, и только путём искусственного оплодотворения. Так мы минимизируем возможность рождения детей с психологическими или физическими нарушениями. Вечная память героям! Мы вас никогда не забудем.
   На этом речь президента закончилась и на экраны вернулась реклама. Люди начали расходиться по своим делам. Мне, в общем-то, тут тоже делать было больше нечего. Поэтому я отправилась домой. По дороге всё время думала о произошедшем и об указе. Я считаю, что его давно уже надо было ввести. Природное оплодотворение -полнейшая глупость и анахронизм! Люди когда-то в пещерах жили. Это же не значит, что и мы должны поступать так же. Человечество движется вперед, развиваясь, усовершенствываясь, прогрессируя и стремясь к лучшему! А некоторые индивидуумы пытаются затормозить этот процесс, и тянут нас в прошлое. Например такие, как моя мама. Да и сестра тоже. Только и могут что вздыхать, как хорошо было раньше, какие были талантливые писатели, а сейчас для них всё не так и не то. Всё искусственное.
   Тряхнув головой, отогнала от себя грустные мысли. Сегодня у меня праздник! Около меня остановилась кабина скайтрана. Сев в неё, указала координаты дома, и, откинувшись на спинку сидения, расслабилась. Всё! Больше никаких пар, контрольных, экзаменов и защит! С завтрашнего дня можно полностью отдаться работе. Работе, которая мне очень нравится. О которой я мечтала. Которая приносит радость, чувство самоудовлетворения и полноты жизни. Работе, которой могу отдаться без остатка. Интересной и перспективной. Той, которой я добивалась все годы учебы. Той, ради которой не спала ночами, просиживая над учебниками, не ходила на танцы, гулянки, вечеринки и свидания. О чём абсолютно не жалею. Я её заслужила! Я её достойна! Я счастлива!!!
  

* * *

   - Мама, Аля, я дома, - крикнула, заходя в квартиру. Правда не особо рассчитывая на ответную реплику. - Можете меня поздравить.
   Последние слова произнесла совсем тихо. Бессмысленные они были. Так на вскидку и не вспомню, когда слышала поздравление от моего семейства с чем-либо важным для меня. Любое моё достижение было само собой разумеющееся событие. Другого от меня и не ждут. Никаких неожиданностей, всё предсказуемо, как и вся моя жизнь. Во всяком случае так считает и мама, и сестра. Я давно на это перестала обижаться. У нас слишком разные взгляды и ценности.
   Как и ожидалось, никто мне ничего не ответил на моё приветствие. Почему так случилось, как всегда было две версии. Первая- дома могло, просто на просто, никого не быть. Маловероятно, но всё же иногда и такое бывает. Вторая - мои родственницы опять заняты обсуждением очередной вселенской проблемы в их такой нелёгкой богемной жизни и меня элементарно не услышали. Оставив торт на кухонном столе, пошла в гостиную. Только открыв дверь, сразу же увидела знакомую картину. Мама сидит вместе с Алиной на диване, в обнимку и они дружно ревут. Тут же закрыла дверь, от греха подальше. Выслушивать, как же жизнь несправедлива, и какой неоценённый талант проживает со мной в одной квартире, не хотелось.
   Вроде бы не заметили. Вполне возможно меня сегодня пронесёт. Отправившись на кухню отрезала себе кусок торта, налила чашку кофе и тихонько проскользнула к себе в комнату.
   Завтра, при оформлении на работу, нужно обязательно договориться о предоставлении мне блока для проживания на территории исследовательского цента. Во-первых, тогда я смогу больше времени уделять работе, а не тратить на проезд. А во-вторых, не буду портить нервы домашними душещипательными сценами. Да и жить среди тех, с кем у тебя одни интересы, стремления и темы для разговоров, приятнее. С такими мыслями включила компьютер, чтобы ещё раз пробежаться по цепочке схем. Меня не удовлетворили результаты последнего опыта. Точнее результат был не тот что я ожидала, хотя тоже неплохой. Один из генов мутировал, и я никак не могла понять причину и как это исключить в будущем.
   На улице уже стемнело, когда мама постучала и попросила зайти в гостиную. Тяжело вздохнув, оторвала взгляд от монитора, закрыв на несколько секунд глаза. Похоже мне всё же придется поучаствовать в семейной драме. Буду надеяться, большая часть слез уже выплакана, да и грело сознание, что в последний раз предстоит выслушивать их бред. А вдруг они всё же решили поздравить меня с получением диплома? Ну да, ну да. В чудеса я перестала верить ещё лет в пять!
   В гостиной была всё та же скорбная обстановка. Разве что мама с сестрой сейчас не обнимались и не плакали, а только сидели с опухшими от слез лицами, держась за руки. Денис, муж Алины, мерил шагами комнату и, по-моему, тихо ругался. Похоже в этот раз произошло действительно что-то серьезное. Хотя, положа руку на сердце, мне было безразлично, что именно у них случилось. Всё, чего хотелось сейчас, это чтобы они от меня отстали и отпустили назад к компу. По-моему, я нашла ошибку и для проверки надо прогнать программу ещё раз. И если всё подтвердится, тогда завтра с утра, смогу сразу же приступить к опытам. Но мои желания здесь мало кого интересовали.
   Моё семейство сидело тихо и понуро, никто ничего не рассказывал. По правилам жанра я должна поинтересоваться причиной данного собрания. Так было всегда. Ну что же, раньше начну, быстрее освобожусь. Постаравшись изобразить обеспокоенность, сделала то что от меня ждут.
   - Мама, Аля, что стряслось?
   Выдержав несколько секунд паузы, для накала страстей. Потом скорбный вздох. Взгляд полный слез. И наконец-то мама все же начала рассказывать. Не ту она профессию выбрала. Ей надо было актрисой стать.
   - Алекса, ты слышала о новом указе президента?
   Я не совсем поняла, к чему затеяна эта тема, поэтому маска обеспокоенности у меня сменилась вполне природным удивлением. Но перед тем как задать вопрос, как всегда, возмутилась.
   - Мама, я Александра, а не Алекса. Хочешь укоротить, называй Сашей. Но никак не Алекса. Сколько раз можно просить? Зачем было вообще называть своего ребёнка именем, которое тебе не нравится.
   Мама театрально подняла руку вверх, при этом закрыв глаза и отвернувшись. Типа хватит доця, не об этом сейчас речь. Как же мне эти спектакли надоели. Последний вечер и всё! Потом будем видеться только по большим праздникам. А пока придётся играть по их сценарию.
   - Слышала. А к чему этот вопрос?
   - Алина беременна.
   Ответ мама выдохнула и тут же села на диван, рядом с сестрой. Даже скорее упала. Сестра закрыла лицо руками и опять расплакалась. Денис зло выругался и вышел из гостиной. Что-то мне это всё совершенно не нравиться. Нехорошее предчувствие заскреблось в груди.
   - Поздравляю, - мой голос звучал холодно и безэмоционально, но на это никто не обратил внимание. Что напрягло еще больше. Обычно, если я, так разговариваю с родными, меня обвиняют во всех смертных грехах. -Как я понимаю, вы не воспользовались центром планирования семьи, для искусственного оплодотворения.
   Мою догадку сестра подтвердила кивком головы. В этот момент её муж зашел в комнату со стаканом воды. Выхватив его, тут же выпила и вернула назад пустым. Денис опять вышел. В голове мысли закружились с бешенной скоростью. Сегодняшний указ запретил природное оплодотворение. Скорее всего, всем забеременевшим этим путем, прикажут сделать аборт. Чтобы в будущем не повторилось то, что произошло на Тиворе. Но за женщинами останется право на ещё одну беременность. Можно конечно предположить, что сестра не хочет терять этого ребёнка. Но что-то мне подсказывает, что не всё так просто. Все молчали. В первый раз в своей жизни мне приходится вытягивать информацию из родственников по крупице. Обычно их не заткнуть. Решила озвучить самую худшую из своих догадок.
   - Вы не получили разрешение на рождение ребёнка, - это не был вопрос, это было утверждение. И, судя по реакции сестры, я угадала с первого раза.
   - Идиоты.
   Хотелось высказаться грубее. Но природная выдержка не дала. Да и смысла в этом не было. Они сами себя наказали. Дойдя до ближайшего стула, села на него, закрыв глаза. Чем их поступок может нам грозить? И что можно сделать? В голове было пусто. Бабушка бы точно что-то придумала. Да и отец тоже. Но с ним не поговорить и не посоветоваться. Если засекут разговор, а его засекут, нам не поздоровится. В лучшем случае стерилизация. И мне, если не сообщу о сестре. В ближайшие лет двадцать я не собираюсь заводить семью. Но рано или поздно это случится. А остаться без ребёнка, из-за этих ... не хотелось бы.
   Что же делать? Что же делать? Вскочив, я начала шагами мерить гостиную. А потом, резко остановившись, задумалась. Возможно, всё так и должно было случиться? Вспомнились все домашние представления, истерики и скандалы. У сестры характер импульсивный и неуравновешенный. Она вечно всем недовольна. Безответственная. Бесхарактерная. Капризная. Стоит ли ей иметь детей? Скорее всего нет. Им всем надо успокоиться и самокритично посмотреть на сложившуюся, по их глупости ситуацию. Не маленькие дети. Они должны были отдавать себе отчет в происходящем. А теперь им придётся ответить за свои действия. Что они вообще собирались делать, даже если бы не был издан новый закон?!
   Последний вопрос задала вслух.
   - Мы надеялись улететь на Тивор. Там, в отношении беременностей и детей, была самая мягкая политика, - ответил Денис, так как Алина в этот момент пыталась сделать несколько глотков. Но зубы так стучали по бортику стакана, что даже я, сидя от неё на расстоянии трех метров, это слышала. Истерика, явно, не наигранная.
   - К чему привела эта мягкая политика, мы узнали сегодня.
   Никогда не думала, что в моём голосе может быть столько сарказма.
   - Какой срок?
   Бессмысленный вопрос, но мне почему-то захотелось узнать. Мама вышла за успокоительным. Алина все никак не могла успокоиться. Поэтому отвечал на мои вопросы её муж.
   - Четырнадцать недель.
   - Зачем же вы ждали так долго? Почему не улетели раньше? - моему удивлению не было придела. Для них всё могло бы сложиться иначе, если бы так долго не тянули с переселением.
   - Кто же знал, что оно вот так все сложится? До указа, если женщина не получила разрешение на рождение ребёнка, но всё равно забеременела, малыша можно было оставить, если вся семья переселяется в одну из малонаселённых колоний.
   - Понятно. Но всё же, почему не улетели сразу же, как узнали о ребёнке?
   - Аля готовила тебе сюрприз, в честь окончания учёбы. Вполне возможно, что вы бы больше никогда не увиделись. Рейс через четыре дня. Правда, теперь уже не имеет смысла куда-то лететь. Тем более на Тивор.
   - Отличный сюрприз, ничего не скажешь.
   Откинувшись на спинку стула, закрыла глаза. Сколько проблем из-за обычной человеческой глупости. Вот почему было не сделать всё по закону? Их же не просто так придумали! Жили бы себе и радовались своему малышу. А теперь...
   - Соболезную. Держитесь.
   Что сказать ещё, я просто не знала. Поэтому поднялась, чтобы уйти к себе. Но в этот момент в комнату зашла мама с успокоительным. Вколов его Алине, попросила Дениса уложить сестру спать. Я хотела выйти следом за ними, но услышав 'Саша, останься', замерла. Иногда мама называла меня Александрой, но Сашей, никогда! Во всяком случае я такого не помню. На память никогда не жаловалась. Она у меня очень хорошая.
   Почему-то захотелось убежать и спрятаться. О том, что от предстоящего разговора, ничего хорошего ждать не придётся, сразу же догадалась. А обернувшись и увидев мамино серьезное лицо, была уже уверена на все сто процентов. Никакой наигранности и театральности. Лицо уставшей женщины, сломленной горем. За сегодня она очень постарела. На свои девяносто семь ещё не выглядит, но всё равно. Захотелось подойти, обнять и поддержать. Возможно даже поплакать, или дать ей выплакаться. Первый раз со мной, а не Алей. Но мама, вроде бы как поняла мой порыв, прочитав на лице и сделала шаг назад, пресекая его. При этом прося меня присесть. Сама же осталась стоять.
   На несколько мгновений в комнате повисла тишина. Не театральная. Мама явно подбирала слова. Что же ещё такого она хотела мне сообщить? Неужели есть ещё новости, худшие чем уже озвучили? Я ждала молча. Не подгоняя и не задавая вопросов.
   - Саша, есть возможность сохранить ребенка Алине, - мама стояла передо мной, нервно теребя кончик наброшенной на плечи шали. Этому предмету гардероба, не пережить сегодняшний вечер. Он уже выглядит не лучшим образом. Еще несколько минут разговора и её можно будет выкинуть. Лезли какие-то глупые мысли в голову. Мамины слова проскальзывали мимо, не воспринимаясь сознанием. Она говорила и говорила, а я следила за, уже совсем измочаленным, кончиком шали, из которого торчало множество мелких ниточек. И абсолютно не могла понять причины, почему не могу оторвать взгляда, от нервно подрагивающих пальцев. Пришла в себя от вопроса. - Так ты согласна?
   - На что? - несколько растерянно переспросила я.
   - Алекса, ты меня вообще слушала?
   Не стала концентрировать внимание, на том, как меня назвала мама. Сейчас не время. Поэтому, собравшись, проговорила примирительно.
   - Извини. Устала. Сегодня был тяжёлый день и не менее тяжёлый вечер. Не могла бы ты повторить ещё раз? Если я правильно поняла, есть способ сохранить ребенка Алине?
   - Да, есть. Кто-то из семьи должен будет подписать контракт с военно-космическим департаментом и отработать, несколько лет, на благо конфедерации.
   Я удивлённо посмотрела на маму, не понимая при чем тут я.
   - Пойми, Саша! Ни меня, ни папу уже не возьмут, не тот возраст. Алина в положении. После того как родит, тоже не сможет уехать. Ребёнку нужна мать. И не только мать. Отец ему так же необходим. Заботиться о молодой семье кому-то надо. Аля сама ребёнка не потянет. Кроме того, у Дениса нет необходимой для космоса профессии. А это значит, что его засунут рядовым в какую-нибудь дыру. Лет на тридцать, если не больше. Когда же вернётся, если вернётся, ему будет не меньше ста лет. Ты же ещё совсем молодая. Да и работу тебе, скорее всего, предоставят по-твоему же профилю. Какая разница в какой лаборатории проводить исследования? Лет через десять уже сможешь вернуться. Десять лет не тридцать!
   Я начинала понимать, о чем говорит мама и злость, как цунами, стала набирать обороты в душе. Этого просто не может быть! Значит чужого мужика ей жалко, а вот родную дочь нет. Мы никогда особо не были близки. Но я, всё же, её ребёнок. За что же она так со мной?! Глаза защипало. Не плакать! Ты не размазня! Постаралась дышать ровно и успокоиться. Был бы здесь папа, он бы не допустил этого разговора. Или допустил? Я уже ни в чём не было уверена. Посчитала до десяти и абсолютно спокойно ответила.
   - Нет. Я не буду расплачиваться за ошибки других.
   - Сашенька, пожалуйста. Это же твой будущий племянник. Неужели ты дашь ему умереть и оставишь сестру без возможности иметь детей.
   - Не надо давить на жалость. Я не виновата в том, что случилось. Алина и Денис, в их-то возрасте, давно должны были научиться думать не только тем, что между ног. Тем более, отвечать за свои действия. У ребёнка есть отец. Если ему хочется, чтобы малыш родился, то должен сам постараться отработать его жизнь, раз не смог включить мозг в момент, когда работал над его созданием.
   Я всё ещё держалась. Хотя очень хотелось вспылить и начать орать. Считая разговор законченным встала, чтобы уйти к себе. Но мать не могла меня просто так отпустить. Она, как змея, начала шипеть.
   - Если бы Денис был более настойчив, они давно улетели бы. Так нет же поддался на просьбы Алины. А ей захотелось перед отъездом поздравить свою младшую сестричку. А ты вот чем ей отплатила!
   Всё! Терпение лопнуло! В этот момент я поняла, что действительно принадлежу этому семейству. Скандалы и крики, в этой квартире, частое явление. Вот и я до них докатилась. Мой голос зазвенел от несправедливых обвинений и охватившей меня ярости.
   - Не надо меня обвинять во всех ваших грехах и ошибках. Я не виновата в том, что Алина забеременела без разрешения. Что не пошла в центр планирования семьи. Что не улетела раньше. Ребенку нужна мать? Мне она, между прочим, тоже нужна была. И ничего, как видишь, и с бабушкой выросла. У этого ребёнка тоже есть бабушка, вроде как любящая. Или нет? Сестричка говоришь? Что-то я особо тёплых чувств раньше не замечала. Или они скрыты настолько глубоко в душе, что не докопаться?! Праздник говоришь? Спасибо! Отличный праздник вы мне устроили! Такой, чтобы до конца жизни больше ничего не хотелось. А я, между прочим, его заслужила. Получила диплом с отличием, из рук президента. А также работу в лучшем исследовательском центре конфедерации. Такое предложение бывает раз в жизни! И я его заслужила. Годами упорной учебы и труда. А теперь вы мне предлагаете от всего отказаться? И ради чего? Чтобы моя пустоголовая сестра родила непонятно кого? Какого-нибудь неуравновешенного психа, такого же, как она сама. Или такого как Барийский. Из-за которого погибли люди. Ты этого хочешь?
   Когда я закончила, мама скрючилась на диване, закрыв лицо руками, и плакала. А мне, наконец-то, стало легче. Я первый раз высказала всё что во мне накопилось и даже полегчало. Когда выходила из гостиной, меня никто не остановил и не окликнул. Зайдя к себе, выключила компьютер. Работать в таком состоянии бессмысленно. Достав сумки, начала в них складывать свои вещи. Утром уйду отсюда навсегда. Теперь, даже по праздникам вряд ли увидимся. Но оно и к лучшему.
  

* * *

   Я уже часа два крутилась и всё никак не могла уснуть, когда услышала, как кто-то скребётся ко мне в дверь. Замерла, притворившись спящей. Ни с кем из своего семейства общаться не хотелось.
   - Саша. Саша, ты спишь?
   Это была мама. А кто бы ещё пришёл? Алина спит под успокоительным, а Денис охраняет её сон. Удивилась сама себе. Так как поняла, что завидую им. Они любят друг друга. И мама их любит. Вон как защищает! А я совсем одна. По щекам потекли слёзы.
   Давненько такого не случалось. Мне было тринадцать или четырнадцать, когда одноклассник пригласил на вечеринку. Мне казалось я влюблена в него и что он мне отвечает взаимностью! Первый раз накрасилась, взяв без спроса косметику у сестры. И не только косметику, но и одежду с обувью. У меня ничего подходящего не было. Каково же было моё разочарование, когда узнала, что пригласил он меня на спор. Надо мной ещё долго смеялись. А, придя домой вся в слезах, получила ещё и от родных. С тех пор погрузилась полностью в науку и зареклась распускать сопли. Но вот, не выдержала. Продолжаю лежать тихо, не шевелясь. Не хочу, чтобы она увидела, что они смогли меня достать.
   Мама присела на краешек кровати и начала, через одеяло, гладить мои ноги.
   - Прости меня. Ты права. Во всем права. Но так уж случилось, и Алина забеременела. А ты- единственная, кто может спасти этого малыша, - захотелось закричать, что не единственная, а крайняя и никому не нужная. Та, кем можно пожертвовать. На которую всем наплевать. Но промолчала, продолжая неподвижно лежать и слушать. - Сашенька, я знаю, ты сделаешь правильный выбор. Ты очень похожа на Марию Константиновну. Подумай, как бы она поступила в этой ситуации? И извини меня, но я всегда чувствовала себя просто инкубатором, который по приказу выносил её ребенка. Смотря на тебя, я видела её и считала, что меня обманули. Извини. Я не думала, о там как тебе было тяжело. Прости, если сможешь.
   Дверь закрылась и я вздохнула. И только тогда поняла, что почти не дышала во время этой покаятельной речи. Неужели она думает, что скажет прости, и я всё брошу и потащусь на другой конец галактики, пока они тут будут развлекаться и радоваться жизни?!
   Потом мысли свернули на другую дорожку. Могла ли бабушка быть на самом деле быть моей мамой? Нет. Я в это не верю. Она бы меня не обманула. А сходство? Так я очень похожа на папу. А он, в свою очередь, на бабушку. Как бы я хотела, чтобы она оказалась сейчас рядом! Мне так плохо. Плохо и одиноко. За что они так со мной? Чем я заслужила такое отношение? Уткнувшись поплотнее в подушку, завыла, как раненное животное. Мне никогда не было так больно. Но меня никогда так и не обижали.
   Бабушка! Забери меня к себе. Я здесь никому не нужна.
   Моё тело содрогалось от беззвучного плача. В голове же всё раскладывалось по полочкам. Я знаю, как бабуля бы поступила. Знаю, как правильно. Но также знаю, что никогда себе не прощу, что могла спасти и ничего не сделала. У меня впереди ещё долгая жизнь и мучить себя следующие сто лет чувством вины, не хотелось. Уж лучше пусть они мучаются. А я? Я выживу, и всё у меня будет хорошо. Даже не так. У меня всё будет отлично!!!
   Приняв решение, я успокоилась и наконец-то смогла заснуть.
  

* * *

   Я проспала. За все годы учебы такого не было ни разу. Было бы очень обидно потерять работу в первый же день, из-за опоздания. Но так как я туда уже не собираюсь, то и терять мне нечего.
   Потянувшись, вскочила с кровати и, как была в пижаме, отправилась умываться, а потом на кухню. Там меня ждала картинка счастливого семейного завтрака. Аля и Денис кормили друг друга с ложечки моим тортом. Мама же умильно наблюдала за этой идеалистической картинкой. А потом они заметили меня в проеме двери и тут же их счастливые лица вмиг померкли. Я же молча налила себе чашку кофе и, взяв последний кусочек торта, как ни в чём не бывало, села за стол. Семейство следило за каждым моим движением, как кролик за удавом. В каждом их взгляде читались беспокойство, паника и вопрос. Но я не собиралась их удовлетворять. Хотят узнать какое я приняла решение, пусть спросят.
   Я закончила завтрак, а они всё не решились задать так интересующий их вопрос. Хотят помучиться от неизвестности дольше? Так это их личное дело. Уже в коридоре услышала тихое.
   - Алекса?
   Повторять одно и тоже в сотый раз не стала, обернувшись, взглянула на мать, вопросительно приподняв бровь.
   - Извини.
   Это всё, на что её хватило. Опустив взгляд, она вернулась на кухню, а я пошла к себе в комнату. Я уже почти оделась, когда услышала неуверенный стук в дверь. Открыла. Там стояла моя сестричка, прижавшись к своему ненаглядному и смотрела на меня глазами побитой собаки. Как меня от всего этого тошнит! От них всех тошнит!!
   - Что?
   Получилось несколько грубее, чем хотелось.
   - Мама плачет, - тихо проскулила Аля. Они что, опять пытаются давить на жалость?
   - Хочешь сказать, что из-за меня? - спросила зло в ответ. На что сестра расплакалась и убежала в глубь квартиры. М-да и это взрослая женщина, которая собирается стать матерью. А ее муженёк остался и сверлит меня злым взглядом. В отличие от кисейных дам, проживающих в этой квартире, на меня он не действует. Да и сама умею это делать ничуть не хуже. Посмотрим кого из нас на дольше хватит.
   Как я и думала, он первый опустил взгляд. Тряпка. Тряпка и подкаблучник.
   - Зачем ты так?
   Вопрос у меня вызвал только улыбку.
   - Как так?
   - Ты же не такая?
   Улыбка сползла с моих губ. Он что, хочет сказать знает какая я? Или мама? Или сестра? Хоть один из них знает какая я на самом деле?! Хоть один из них интересовался этим? Да им всем было наплевать на меня всё время, пока не поджало! А теперь я не такая. Но говорить ничего не стала. Просто захлопнула дверь перед его носом. И что дальше? Ничего. Он молча проглотил это и ушёл. Говорю же, тряпка. Окинула взглядом комнату. Что мне может понадобиться, если, всё же, придётся уехать? Хотя почему если? Скорее, когда! Вот бы ещё знать куда. Но предположим самый худший вариант. Закинут меня в самое дальнее захолустье, что мне понадобиться? Полезла в компьютер. Надо скинуть на хрон как можно больше информации. На десять дет мне её не хватит, но это лучше, чем ничего.
   Моему семейству понадобился час, чтобы набраться храбрости и вновь постучаться ко мне в комнату. В этот раз они решили, что их сила в единстве, поэтому пришли втроём. Я села в кресле у компа. Терять время не хотелось, нужно было по максимуму загрузить информации. Они же расположились на моей кровати. Сидят ровненько, глаза в пол, мнутся. Что-то раньше за ними нерешительности или стеснительности не замечала. Повернувшись к ним спиной, продолжила свое занятие.
   Минут через десять у мамы всё же сдали нервы.
   - Александра! Мы хотели бы узнать, какое решение ты приняла, чтобы думать, что нам делать дальше. Тянуть больше нельзя.
   Ого, как официально! Повернувшись, посмотрела в глаза каждому из них. Неужели ни у кого ничего не шевельнётся в отношении меня? Задержала взгляд на Денисе. Всё же это его ребенок. Неужели ему абсолютно не стыдно, что отвечать и отрабатывать их ошибку буду я? Опустил взгляд. Возможно и стыдно, но менять он ничего не будет. Интересно, а если я откажусь, он отправиться служить, или откажется от ребенка? Откинулась на спинку кресла и сцепила руки перед собой, продолжая смотреть на свое 'любящее' семейство. Возможно, будь тут отец, он бы что-то придумал. Но мама права, времени у нас нет. Срок уже довольно большой и, если кто-то увидит интересное положение Алины, она потеряет ребёнка. И хорошо если отделается только стерилизацией. После событий на Тиворе, могут вообще сослать пожизненно, лишив всего. На этом фоне мои десять лет смотрятся как полевая практика. Тяжело вздохнув, решила больше не тянуть.
   - Я согласна.
   Мама с сестрой обнялись и опять расплакались. Денис продолжал сидеть, не отрывая взгляда от пола. Чтобы прекратить потоп в своей комнате, резко бросила:
   - Собирайтесь идите. Сегодня же сходим и оформим всё. Мало ли что может произойти завтра.
   - Да, да, Сашенька, ты права. Мы сейчас быстренько.
   На удивление, они действительно собрались быстро. Я надеялась у меня есть не меньше двух часов. Ошиблась. Минут через тридцать мы уже выходили из квартиры.
  * * *

   Чуть больше шести часов назад мы пришли в центр планирования семьи и сообщили о беременности Алины. Я сразу же написала заявление о своем желании отработать, на благо конфедерации, за разрешение на рождение её ребенка. Нас с сестрой развели по разным комнатам. Мама с Денисом остались ждать результатов. Для начала врачи должны проверить как развивается беременность и нет ли какой-либо патологии у плода. Потом проверить состояние здоровья того, кто согласился на отработку. И только если в обоих случаях будет положительный результат, центр планирования семьи даст разрешение на рождение, а меня отправят куда-нибудь далеко и надолго.
   Первые три часа проверяли состояние моего здоровья, брали анализы, осматривали, ощупывали и тестировали на разных тренажёрах. Это было неприятно, но терпимо. А вот следующие четыре меня мучили тестами и разговорами, для проверки психологического состояния и стрессоустойчивости. И от этого не отвертеться, так как мой поступок не вписывался в нормы среднестатистического логического поведения и мог быть следствием давления, стресса или нарушения работы головного мозга. Первые два часа, вариации повторяющихся вопросов, вызывали только раздражение. К концу третьего- бешенство. Сейчас же моё сознание впало в прострацию и перестало реагировать на внешние раздражители. Мне в очередной раз напомнили, что в любой момент могу прекратить тестирование. И это была правда. Вот только тогда, я автоматически отказываюсь от своего заявления. Понимаю, что именно этого они и добиваются, но, честно говоря, уже была на грани. Хотелось на все наплевать и уйти. Я не понимаю, почему должна терпеть это издевательство! Одно дело отработка и совсем другое психологический прессинг.
   Наконец-то отпустили. Алина освободилась гораздо раньше. Но моё семейство не ушло. Все остались ждать меня и результатов тестирования. Но, к всеобщему огорчению, сообщили что их нам озвучат только завтра, в десять утра. В десять, так в десять. Всё что могла - сделала. Больше от меня ничего не зависит. Сейчас же хочу доползти до кровати и завалиться спать. Сказывается весёлая ночь и напряжённый день. Никто из родных меня ни о чём не спрашивал. И это было правильно на их месте. Я, как бомба замедленного действия, могла взорваться от любого некорректного действия или слова.
   В десять, мы сидели в кабинете профессора Самойленко. Начал он с того, что долго и нудно читал нотации Алине и Денису. О недопустимости незапланированной беременности. Об ответственности граждан перед конфедерацией. Рассказывал для чего создан центр планирования семьи. О безответственности некоторых индивидуумов перед обществом и будущими поколениями. Хоть это и были прописные истины, известные всем чуть ли не с пеленок, но моим родственничкам не помешает их послушать ещё пару раз. А то до них всё ещё не доходит. Если судить по их действиям. Но мне-то зачем все это выслушивать? Я и так со всем вышесказанным согласна! Не могли им вчера мозги промыть?
   Откинувшись на спинку кожаного кресла, прикрыла глаза и, под монотонное гундение, задремала. Поняла это только когда Алина толкнула меня локтем в бок. Чувствительно так.
   - Александра, вы уверены в своем решении? Надеюсь понимаете, что отказываетесь от перспективной работы в лучшем исследовательском институте конфедерации? Многие мечтают получить там место. Вам невероятно повезло и второго шанса получить такую работу не будет.
   Он повторял все мои мысли и слова, которые всего два дня назад высказывала маме. И одно дело, когда я их произносила сама, и другое, когда они звучат со стороны. В душе поднялась волна протеста. Ради чего отказываюсь от всего? Посмотрела на сестру. В ее глазах испуг. Боится, что передумаю? Правильно боится. Искушение отказаться от своего решения очень большое. Вот если бы пришлось отказаться от всего ради бабушки, я бы, не задумываясь, это сделала. Знаю, что и она бы так поступила. Ради любого из нас. Но вот пошевелился бы кто-то, из сидящих тут, ради меня или моих проблем? В этом я не уверена.
   Из вихря тяжёлых мыслей меня выдернула рука, которая легла на плечо. От неожиданности вздрогнула и посмотрела назад. Мама. В глазах печаль, на губах улыбка.
   - Мы примем любое твоё решение.
   Примут. Как же. Так я и поверила. Да меня до конца жизни клевать будут, если откажусь. И про долг перед семьёй вспомнят и про то, как бы поступила бабушка. Всю жизнь будут попрекать. Но это всё ничто. Вполне можно пережить. А вот смогу ли я себя простить сама, если не помогу? Пусть и ценой своей карьеры. Вряд ли.
   - Да, уверена.
   С двух сторон сразу же раздались облегченные вздохи.
   - А вот я не уверен, что смогу себе простить, если позволю талантливому молодому ученому загубить свою жизнь, - мы все уставились на профессора. Честно говоря, внутри затрепетала надежда. А вдруг... Пусть он мне не разрешит это сделать. Тогда меня никто ни в чем не сможет попрекнуть, и я продолжу любимое дело. - Вы ещё очень молоды, поэтому действуете на эмоциях. Я этой ночью познакомился с вашими исследованиями. Великолепные результаты! Вы многого достигли, для своего возраста.
   - Спасибо, - было очень приятно. Улыбнулась. Не так часто меня хвалят. А про то, что это никогда не делает семья, вообще молчу. Но нельзя всю славу забирать себе. Всё же я её ещё не заслужила. В чём честно призналась. - Это не только моя заслуга, даже не столько моя заслуга, как моей бабушки. Это её разработки. Я же только продолжатель её идей.
   - И, судя по всему, у вас отлично получается. Плод внутри вашей сестры здоров. Но, результаты генетического тестирования показали, что родится среднестатистическая посредственность. Ожидать рождения талантливого ребенка, у актрисы второго плана и художника-неудачника, - говоря всё это, профессор брезгливо посмотрел на будущих родителей, - которые даже не удосужились воспользоваться достижениями человечества для перспективного будущего своего ребенка, не приходится. Поэтому ...
   Профессора прервал стук в дверь. Секретарша заглянула в кабинет виновато произнеся.
   - Борис Петрович, тут к вам пришли.
   - Пусть подождут несколько минут, - недовольно бросил профессор. - Я скоро освобожусь.
   - Извините, - дверь открылась шире, и в кабинет зашел мужчина лет пятидесяти в форме военно-космического флота. - Но я не могу ждать.
   Профессор несколько секунд смотрел на вошедшего, после чего они вместе покинули кабинет. Аля тут же закрыла лицо руками и разревелась. Денис её обнял и что-то зашептал на ухо, пытаясь успокоить. Мама осталась сидеть неподвижно, уставившись невидящим взглядом в картину на стене. Я же пыталась сдержать довольную улыбку. Похоже мне всё же не придётся никуда ехать. Надеюсь в исследовательском центре примут мои объяснения, почему я не пришла с документами ещё два дня назад.
   Минут через пять профессор вернулся в кабинет. Бросив на стол какие-то бумаги, он повернулся к Алине и зло, сквозь зубы, прошипел.
   - Расписывайтесь.
   Сестра, размазывая слезы по щекам, медленно подошла к столу и быстро пробежала глазами по лежащим там бумагам. После чего схватила ручку и расписалась. К нам она повернулась, счастливо улыбаясь. Не поняла. Вопросительно посмотрела на профессора.
   - Извини девочка, тебя ждут в приемной. Ты сама выбрала свою судьбу. Я пытался помочь, но... - и он развел руками, тяжело опускаясь в кресло. Поднявшись, на негнущихся ногах вышла из кабинета. Кроме секретаря и того самого военного, который прервал наш разговор, там больше никого не было. И кто же меня ждёт?
   - Фролова Александра Павловна?
   На лице мужчины не было никаких эмоций. Уточняя моё имя, он смотрел на меня неприятным, безразличным, ничего не выражающим взглядом. Как на пустое место.
   - Да, это я.
   Выдавив из себя ответ, поняла- это всё. Конец моей мечты. Плечи поникли.
   - Следуйте за мной.
   Развернувшись, мужчина пошел на выход, держа в руках одну из папок, лежащих на столе профессора. Я и не заметила, когда её забрали из кабинета.
   На улице мы сели в скайтран с затемненными окнами. Мне никто ничего не объяснял, а сама спросить не решалась. Сложив руки на коленях стала выглядывать в окно, пытаясь понять куда меня везут.
   Нас высадили на крыше одного из правительственных зданий. Охрана, увидев моего сопровождающего, вытянулась по стойке смирно, отдавая честь. Получается, не простого посыльного за мной направили. Это напрягло, так как не обещало ничего хорошего. Опустившись на несколько этажей в лифте и пройдя по пустому коридору, мы вошли в одну из приемных. Секретарша, сидевшая там, бросила на нас недовольный взгляд и, ни слова не сказав, вернулась к своей работе. А мы, всё так же молча, прошли в кабинет. Сопровождающий кивнул мне на один из стульев, типа не стесняйся присаживайся, а сам подошел к столу, за которым восседал хозяин кабинета, уже довольно пожилой мужчина. Бросил перед ним папку с моим делом, схватил ближайший стул и развернув его, сел, положив на высокую спинку руки, упершись в них подбородком, при этом прожигая недовольным взглядом старика.
   - Посмотрим, кого ты ко мне привел, - хозяин кабинета тут же оторвался от своих бумаг и потянулся к, появившейся на его столе, папке. Несколько минут он рассматривал её молча, после чего на его лице появилась довольная улыбка, а вот сопровождающий меня, ещё больше нахмурился. - Генетик. Молодец, Семёныч. Всё можешь, когда прижмёт.
   На меня никто не обращал внимание. Вроде как меня тут и нет. Как будто ещё один предмет мебели! С одной стороны, я, вроде как и не против, но чувствую, простым просиживанием мягкого места, не обойдется. Стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, вся обратилась в слух. Вдруг получится что-то понять. Например, зачем им нужен генетик.
   - Борис Владимирович, вы знаете моё отношение к этому делу. Я по-прежнему не вижу смысла в происходящем. Только лишние расходы времени и ресурсов. Почему не сделать всё как обычно, тихо, быстро и без шума.
   - Не та ситуация, Семёныч. Не та ситуация. Да и отдел расследования по колониальной эмиграции мне в шею дышит. Так что никак нельзя действовать твоим методом. Разве что в крайнем случае. И то, только после того ... - и тут взгляды обоих мужчин уперлись в скоромно сидящую меня. В кабинете повисла гнетущая тишина. То, что разговор не предназначался для моих ушей и ослу понятно. Но я сюда пришла не по собственной воле. Поэтому смело посмотрела в ответ.
   Старик нажал на кнопку на коммуникаторе и, не отрывая от меня взгляда, произнес.
   - Людочка, принесите мне документы по трудоустройству на имя Фроловой Александры Павловны.
   В течении всего времени, пока секретарша принесла всё требуемое, мы опять сидели в тишине. Я всё же не выдержала и опустила взгляд на свои руки и только тогда заметила, что они подрагивают. Нервничаю? А то! Не понимаю, ни куда привели, ни что от меня хотят. Единственное что понятно, это что ничего хорошего ждать не приходится. По-моему, я вляпалась по самое не могу. Как только девушка закрыла дверь, раздался приказ.
   - Подойдите и подпишите бумаги.
   Поднявшись, не спеша подошла к столу, посмотрела на лежащие бумаги, как на кобру, готовую броситься на меня в любую секунду. Не удержавшись, поинтересовалась.
   - Что это?
   - Стандартный договор по трудоустройству, а так же неразглашению всего того что вы увидите, узнаете или услышите в период его действия.
   Взяв бумаги, углубилась в их изучение. И чем больше читала, тем больше осознавала, писец подкрался незаметно, хоть виден был из далека. Вот чувствовала, что не стоило соглашаться и прикрывать сестру. Знала же, что ничего хорошего из этого не будет. Но о том, во что я вляпалась даже не могла предположить в самом жутком кошмаре. Посмотрела на мужчин. Они довольные откинулись на спинки своих стульев. Знают, что я попала и отступить возможности нет. Как таковой здесь не нужна была даже моя подпись! Я все подписала раньше. Передо мной, скорее, лежала ознакомительная инструкция, которая вступает в силу с момента, когда я к ней прикоснулась. Теперь я состою штатным сотрудником на службе в военно-космических силах Земной конфедерации и всё, что увижу или услышу, содержится под грифом совершенно секретно. Разглашение приравнивается к измене конфедерации и карается смертной казнью. Из-за дрожащих рук бумаги рассыпались по полу. Нагнулась и начала быстро подбирать, одновременно пытаясь успокоиться.
   - Ну что же вы, милочка, так нервничаете?
   Старик, не взирая на свой возраст, довольно проворно выскочил из-за стола и начал мне помогать. После чего, по-отечески, погладил по голове и предложил стакан воды.
   - Не переживай. Расписывайся и обговорим, что тебя ждёт в ближайшее время.
   Более-менее успокоившись, расписалась, всё равно выбора у меня не было. И посмотрела на хозяина кабинета, демонстрируя готовность слушать.
   - Александра Павловна, что вы знаете о времени большой колонизации?
   На прыгающее, от вы, к ты, обращение хозяина кабинета, не обращала внимание. Не до того сейчас. А вот вопрос меня удивил. Он абсолютно не касался моей профессиональной деятельности. Порывшись в памяти попыталась выудить оттуда, то что учили в школе на уроках истории.
   - Тысячу лет назад человечество, чтобы решить демографическую проблему с перенаселением Земли, начало колонизацию планет и спутников солнечной системы.
   - Не то, - перебил меня Георгий Владимирович, - я имел в виду колонизацию планет вне солнечной системы.
   Никогда особо историей не интересовалась, да и по школьной программе этот материал давался вскользь. Но пришлось опять поднапрячь мозги выуживая из них нужную информацию.
   -На протяжении чуть больше ста лет, между двадцать седьмым и двадцать девятым веками, было отправлено на освоение новых планет семь кораблей с колонистами, которым повезло выиграть в лотерее ' Новая жизнь'. Все корабли благополучно достигли своей цели и человечество, на этих планетах-колониях, получило возможность развиваться и процветать в составе конфедерации.
   Всё. На этом мои знания о колонизации заканчивались. Да и происходило это пятьсот лет назад. Зачем вообще вспоминать то, что давно общеизвестно! Пока человечество не может себе позволить взяться за освоение новых планет. Если людского ресурса в избытке, то вот всего остального не хватает. Я вообще не знаю, как в те давние времена смогли организовать столько экспедиций. Это же сначала надо было найти подходящий мир, потом изучить его на пригодность к проживанию, а в конце ещё и построить огромный корабль, снабдив всем, что понадобиться колонистам для строительства нового мира. Правда, тогда проблема с перенаселением неимоверно зашкаливала. Сорок семь миллиардов, это не теперешние восемнадцать. Поэтому, скорее всего, выгоднее было найти необходимые ресурсы для организации колоний, где люди смогут жить, да ещё и помогая Земле, чем всем ютиться на одной планете. Сейчас же нам надо разобраться с тем что уже есть. Наладить бесперебойное сообщение, и поднять уровень жизни до земного. Если со всеми планетами и спутниками солнечной системы уже никаких проблем нет, мы взаимодействуем как хорошо отлаженный организм, то вот с удалёнными колониями, время от времени случаются сбои и проблемы. Последние события это более - чем наглядно продемонстрировали. Да и уровень жизни там оставляет желать лучшего. Поэтому многие предпочитают ютиться в маленьких квартирках, но в комфорте на Земле, чем существовать в полудиком состоянии в колониях, без элементарных удобств.
   - Вы правы. Почти, - прервал мои размышления старик. - Кораблей с колонистами было несколько больше и не всем повезло достичь конечного пункта назначения. Тогда космическое кораблестроение было ещё не так хорошо развито, как сейчас. Двигатели были не так быстры, поэтому использовалась только точечная переброска в пространстве, а она была не очень-то точной. Но иначе и за несколько поколений, колонистам было не долететь до новых планет. Человечество нуждалось, при том очень срочно, в новых землях, во-первых, для расселения, а во-вторых, для получения ресурсов. Земля-то истощена. Некоторые корабли были утеряны. Но мы продолжаем их искать, в надежде, что люди не погибли, а смогли найти и организовать себе новый дом. Время от времени мы находим остатки от тех экспедиций.
   Сказать, что я была в шоке- это ничего не сказать. На каждом корабле было около двадцати тысяч человек. Колонистов отправляли целыми семьями. Летели как взрослые, так и дети. Потеря даже одного корабля, это огромная трагедия. А оказывается их было много. Получается общеизвестно только о тех экспедициях, которые удачно достигли своей цели. О погибших же история умалчивает. Сколько их было на самом деле? Этот вопрос я и озвучила, боясь услышать ответ. Хоть и давно это было, но всё равно страшно.
   - Это закрытая информация, - зло кинул, приведший меня сюда. Тут же перевела на него взгляд. Я и не заметила, когда он успел встать и переместиться к окну. Хотелось спросить, зачем вы тогда мне всё это вообще рассказываете. Но решила промолчать. Хозяин кабинета, тем временем, продолжил.
   - Да, да. Это уже не важно. Всё, что можно, мы делаем, чтобы исправить ошибки прошлого и найти все экспедиции или их потомков. Но большинство наших попыток не увенчались успехом. Хоть мы и знаем приблизительные районы для поисков, но, в масштабах космоса, площади очень большие. Но...
   Старик замолчал выдерживая торжественную паузу, а потом, улыбнувшись продолжил.
   - Нам повезло. Недавно, на одной из планет, удалось найти потомков тех самых колонистов. Правда, они немного изменились под влиянием окружающей среды. И слегка остановились в развитии. Я бы даже сказал, несколько деградировали.
   - Называй всё своими словами, - Семёныч перебил хозяина кабинета и, сложив руки на груди, зло выплевывал каждое слово. - Они мутанты и дикари. И им уже ничего не поможет.
   - Не кипятись. Основной задачей колонистов было выжить и укрепиться на новых территориях. Ее они выполнили. Наша же задача, разобраться, как им это удалось и продолжить их успех в освоении планеты.
   - Что значит, как им удалось?
   Все же не сдержала удивленное восклицание. На кораблях было все необходимое, чтобы люди могли построить себе новый дом. Никаких особо проблем не должно было возникнуть. Понятно, из-за того что они были отрезаны от основной цивилизации, в колониях не могли развиваться теми же темпами что и на Земле. Но хотя бы сберечь те знания, что уже были, и применять их к новым реалиям жизни можно было? С этим не должно было возникнуть проблем. На кораблях были специалисты ото всех основных отраслей. Экипаж подбирался с учетом того чтобы колония могла быстро укрепиться на новом месте и начать помогать своей праматери. А тут сообщают, что люди непонятно как выжили, да еще и деградировали.
   - Оказалось, планета не совсем приспособлена для проживания людей. Это удалось определить после серии несчастных случаев, произведя более тщательный химический анализ воды, воздуха и почвы. Во времена большой колонизации еще не было технологий позволяющих это сделать на должном уровне. Иначе бы туда людей не отправили. Но это не меняет того факта, что колонистам самостоятельно удалось не только выжить, но и акклиматизироваться, подстроившись под окружающий новый мир. Ваша задача понять не только, как и насколько они изменились, но также разработать программу по адаптации новых жителей, при этом, чтобы их не постигла судьба предшественников.
   То, что мне ответили, оказалось большой неожиданностью. Но радости от этого я не испытала, так как информация была из разряда закрытых. О том, что будет со мной после окончания срока договора, не хотелось думать. С этим разберусь позже.
   - Держите, - Борис Владимирович протягивал мне хрон. - Здесь данные по объекту АРН 3265. Сейчас вас проводят в комнату, где сможете отдохнуть и просмотреть все имеющиеся данные. Завтра в восемь утра за вами зайдут, в девять вылет. Ваши вещи уже на корабле. С семьей можете не прощаться. Их уведомили, что вы отбыли на задание. Вас проводят. Свободны.
   Вот и все. Назад, даже если захочу, дороги нет. Попрощавшись, вышла из кабинета. В приемной ожидал парень в форме. Новый сопровождающий поприветствовал меня кивком головы и попросил следовать за ним. На лифте опустились на несколько уровней вниз. Один из подземных этажей оказался жилым блоком. Пройдя по длинному коридору, остановились у двери. Охранник открыл ее с помощью карточки. Вошла. Помещение было небольшое. Из мебели: узкая кровать, небольшой шкаф, стол на котором стоял компьютер и один стул. Аскетично. Но для временного жилья большего и не требуется.
   - Располагайтесь. Обед и ужин вам принесут. Если что-то понадобиться используйте сигнал вызова, - рассказывая, сопровождающий сразу же показал кнопку на стене возле двери. - Самостоятельно, без пропуска с доступом, по объекту передвигаться запрещено. Всего хорошего.
   Дверь за парнем закрылась. Карточку, при помощи которой ее открыли, мне не дали. Дернула за ручку. Заперта. Почему-то этому совершенно не удивилась. Вздохнув, подошла ко второй двери. Она вела в санблок. Унитаз, душевая кабина, умывальник. Над последним, полка с новыми, еще запечатанными предметами гигиены и зеркало. Вернулась в комнату. Пора заглянуть в хрон.
   Объект АРН 3265 - вторая планета системы красного карлика Фрослер - 729 в созвездии Лебедя. Расстояние от Солнца - 98 парсек. Спектральный класс звезды - М2V. Радиус объекта 0.8, масса 1.24 Земли. Период транзита - 29 дней. Из-за приливного воздействия планета вращается вокруг оси синхронно с периодом обращения вокруг звезды. Смены дня и ночи нет, так же как и смены времен года. Температурный режим- от -33 на теневой стороне, до +167 на солнечной. Объект обладает плотной атмосферой и твердой поверхностью по составу сходной с Землей. На ней в значительном количестве есть вода и лед. Имеется пять материков. Два больших и три малых. Самый большой материк, Тандер, находится на солнечной стороне, из-за высокой температуры жизнь на нем отсутствует. Второй по величине, Атана, расположен на теневой стороне и покрыт льдом. Жизнь отсутствует. Три малых материка Данан, Сарон и Делия находятся на границе полушарий в сумеречной зоне. На этих трех материках, а также островах расположенных между ними подходящие условия для проживания людей. Высадка корабля с колонистами была произведена на Делии, но люди оставили этот материк и перебрались на Сарон. Причины миграции изучаются. Состав атмосферы, воды, земли. Отметила большое количество залежей тяжелых металлов. Быстрым взглядом пробежала по цифрам и сухим данным. Все это конечно интересно, но не касалось моего рода деятельности.
   Как только появились первые фотографии планеты, ее флоры и фауны я перестала существовать для внешнего мира. Растительный мир был синих и фиолетовых оттенков, ближе к теневой стороне переходящих почти в абсолютно черный цвет. На фоне оранжевого Фрослера, картинки были необычные и умопомрачительные. Великолепное зрелище. Сразу же захотелось увидеть всю эту красоту вживую. Просматривая дальнейшую информацию, я уже была там. Услышав стук в дверь, бросила взгляд на вошедшую девушку. В проеме остался охранник. Кивком головы показала, чтобы поднос с едой оставила на кровати и продолжила изучение информации.
   Растительный мир планеты был очень разнообразен, а вот животный бедненький. Скорее всего, жизнь на планете зародилась не так давно. Мир принадлежал червям и членистоногим, большая часть которых обитала в водоемах. Под конец пошла информация о колонистах. Но ее было мало. Катастрофически мало. А как для меня, то и вообще не было.
   Общее количество населения чуть больше шести тысяч человек. Так мало? В кораблях, к новым планетам, отправлялось двадцать тысяч будущих колонистов, возможно чуть больше, за полтысячелетия их должно было стать минимум тысяч сто. И это по неблагоприятным прогнозам. По-хорошему же, их должно было быть еще больше, так как контроля за рождаемостью нет. Они что, вырождаются? Почему? Из-за тяжелых условий жизни? Решила не гадать, а продолжить изучать предоставленный мне материал.
   Селятся в пещерах, обустраивая их под себя. Иногда создают строения из деревьев, но это временные небольшие жилища. Разделены на несколько групп, но все подчиняются одному человеку. Тип организации общества - натуральное хозяйство. Орудия труда - примитивные, изготовленные из местных материалов. К тексту прилагались фотографии, как люди охотятся с копьями и луками, как обрабатывают землю, как собирают урожай, даже как занимаются выпасом каких-то жуков. Но все это было ничто, пока не появились фотографии колонистов вблизи. Теперь я поняла, почему Семеныч назвал их мутантами. С одной стороны, у них, как и у нас, две руки две ноги, одна голова, издалека и не отличишь от обычного человека, но вот с другой... Достаточно взглянуть в лицо и все становится понятно. У всех большие миндалевидные глаза насыщенного фиолетового цвета, они казались перламутровыми, но не это больше всего поражало. Глаза были разделены посередине более темной, чем основной цвет глаза горизонтальной линией, миллиметра два толщиной. Получалось - глаз делится на три сегмента. Я не могла оторвать взгляд от фотографии. Как такое могло случиться? У меня в голове не укладывалось. Тех нескольких сот лет, что люди провели на планете недостаточно, чтобы произошла такая мутация. А если произошла, то с чем она связана? Что к ней подтолкнуло? Или это единичный случай? В срочном порядке начала просматривать все фотографии, увеличивая их, чтобы можно было рассмотреть лица. Второй, третий, десятый. Такие глаза у всех. Меня охватил азарт. А какие глаза у местной фауны? Мое предположение подтвердилось. Количество глаз и месторасположение у представителей живого мира планеты разное, но цвет и строение одинаковое. Мне нужно больше данных. Нужны анализы и тела для изучения. Лихорадочно выискивая хоть что-то из нужного мне, и злилась. Какой идиот занимался сбором информации? Прервал меня очередной стук в дверь. Что за проходной двор?
   - Александра Павловна,- в дверях стоял парень, который привел меня сюда. Он неодобрительно посмотрел на два подноса полных едой, на кровати. Я и не заметила когда принесли второй. Да что там второй. Я не заметила, как пробежал вчерашний вечер и ночь. Вот это я даю. Хотя не первый раз. Когда меня захватывает новый проект, все остальное теряет свое значение. - Вы готовы на выход?
   Оглянулась. Вынула хрон из компьютера, взяла сумку, которую вчера так и не разобрала.
   - Готова.
   Опять лифт. Полет в космопорт. Отдельный вход. Меня подвели к группе людей с красными воспаленными глазами. Они явно, как и я, всю ночь пялились в монитор, вместо того чтобы спать. Улыбнулась. Все ученые одинаковые.
   На корабле всех встречал Семыныч. На нас он смотрел с явным неудовольствием. Военным штатские всегда мешают. Но мы-то не напрашивались к нему, так что мог бы лицо сделать и попроще.
   - Прошу несколько минут внимания. Я - Захаров Анатолий Семенович, полковник космического флота Земной конфедерации. Я главный в этом полете, а так же на базе, организованной на изучаемом объекте. Если хотите выжить и продуктивно работать, вы все должны мне подчиняться и слушать мои приказы. От этого зависит не только ваше благополучие, но так же колонии и всей конфедерации в целом. Так как мы с вами одно целое и служим одной цели. Каждый из вас получил свое задание. В случае обнаружения новой информации, именно я должен быть тем, кто ее узнает первый. Со всеми своими предположениями, так же идете ко мне, а не обсуждаете между собой. Уровень конфиденциальности полученных данных определяю опять же я. Надеюсь, всем все понятно?
   Разделение на 'я' и 'вы' раздражало. Работать, имея этого солдафона за спиной в виде надзирателя, будет очень тяжело. Но выбора нет. И это понимала не только я но и окружающие меня собратья по несчастью. Из- подо лба мы уставились на него. Наш угнетенный и расстроенный вид его порадовал. На губах промелькнуло подобие довольной улыбки.
   - На время полета, во избежание неприятных случайностей, вы все будете погружены в анабиоз. Более полный инструктаж получите на базе. А сейчас всем приятного сна. Тем более вам он необходим, так как ни один не удосужился отдохнуть ночью.
   А так хотелось посмотреть через иллюминатор на открытый космос. Все же первый раз покидаю Землю. Не дано. Жаль. Возможно, на обратном пути. Если нашим командиром будет не этот тип с диктаторскими наклонностями. Делать нечего. Пришлось складывать вещи в ячейку и ложится в кокон. Зато полет пройдет быстро и незаметно. Да и спать действительно хочется. Правда, кушать хочется еще больше. Но перед анабиозом никто не даст. Так что спать.
  

* * *

   Объект АРН 3265. 3279 год
   Если судить по организации защиты исследовательской базы и размещенным везде камерам слежения, военных вывели из анабиоза значительно раньше, ученых. В личных комнатах следящие устройства были замаскированы. Я у себя на них и не обратила внимания, да и в дальнейшем не заметила бы, если бы нас сразу не собрали на инструктаж. Его провели раньше, чем накормили голодных работников умственного труда. Но для кое-кого важнее порядок, чем люди, и я знаю одного такого типа! Но делать нечего. Контракт подписан. Значит, надо подчиняться правилам и требованиям.
   Научных сотрудников было не очень много, поэтому нас собрали в малом конференц-зале. И до того как полковник начал грузить новыми правилами, один из биохимиков поинтересовался, на основании чего его комната напичкана видеокамерами. Еще несколько человек его поддержало в этом вопросе. Остальные догадались, что у них наверняка также стоят следящие устройства и поднялся возмущенный шум. Присоединяться к нему посчитала лишним, а вот присмотреться к тем, с кем предстоит работать, не помешает. Но присмотреться мне не дали.
   - Привет. Меня Дмитрием звать, я зоолог.
   Ко мне подсел молодой человек. Дождавшись моего приветственного кивка, перевел серьезный взгляд на галдящих людей.
   - Саша. Генетик.
   Парень, продолжая наблюдать за беспорядком вокруг, наклонился ближе и шепотом поинтересовался.
   - По контракту или отработка?
   Перевела вопросительный взгляд на зоолога. Ему-то что?
   - Я на отработке, так же как и те шестеро с кем уже познакомился.
   Вроде бы то, как я поступила на службу, не является секретной информацией, поэтому решила ответить. Тем более надо наводить мосты с другими сотрудниками, если не хочу следующие несколько лет просидеть в одиночестве, у себя в комнате.
   - Отработка.
   - Что-то мне подсказывает, что все научные сотрудники здесь по отработке?
   - Какая разница на основании чего работать?
   - Не скажи. Разница огромная. Работай ты по договорному контракту, во-первых, могла бы регулировать такие моменты, как с камерой сейчас. А это, гарантирую, не единственный сюрприз, что нас ждет. А во-вторых, в случае если тебе что-то не понравилось, можно было бы разорвать контракт и уехать восвояси. Мы же почти как рабы, не имеем никаких прав. Будем делать то, что прикажут, если не хотим навредить родным, или тем за кого отрабатываем. Да и отказаться от работы и уехать, также не можем. Так что, как видишь, разница огромная.
   С доводами Дмитрия не поспоришь. Настроение и до этого оставляло желать лучшего, сейчас же оно валялось на полу, распластавшись и готовясь зарываться глубоко и надолго.
   - Хватит.
   А у Захарова громкий хорошо поставленный командный голос. До костей пробирает. Хотя, другого и ждать не приходится. Натренировался на солдатиках. В комнате повисла звенящая тишина. Полковник добился своего. Внимание всех в зале принадлежало только ему.
   - Сейчас вы посмотрите небольшой, но очень интересный и поучительный фильм, о том, что случилось с вашими предшественниками. После чего проведу инструктаж, регламентирующий ваши действия на базе. А вот когда я закончу, сможете задать вопросы, если они возникнут. До тех пор, хочу, чтобы в конференц-зале было тихо. Надеюсь, все меня поняли?
   Ответом была гробовая тишина. Пройдясь по нам удовлетворенным взглядом, Семеныч кивнул кому-то за нашими спинами. В зале тут же погас свет. Видео было фрагментарное, леденящее душу и поучительное. Его собрали из разных кусочков. Никаких субтитров и объяснений не надо было. Все и так ясно. Первый кусочек о прибытии группы исследователей. Базу разбили около остатков корабля колонистов. Потом несколько кусочков из ежедневной жизни. А потом первый несчастный случай. Поздним вечером пара пошла прогуляться. Парень, сорвав с дерева цветок, подает девушке. Она цепляет его на волосы. Прогуливаются. В какой-то момент молодой человек начинает тереть руки, чуть позже девушка с криком выдергивает цветок из волос и продолжает кричать. Звук нам не уменьшают. Девушка кричит, вырывает волосы клочьями, падает на землю и стучится головой. Парень пытается ей помочь. Из корпусов бегут люди на помощь. Следующий кусочек - кремация этой девушки, парень стоит рядом с телом, у него ампутированы кисти рук.
   Лаборатория. Ученый изучает какой-то плод. Через какое-то время отрезает кусочек и дает его на пробу крысам. Те съели. Через время мужчина пробует сам, улыбается. Ему явно понравилось. В лабораторию входят двое, предлагает им попробовать, съедая с ними еще один плод. Столовая. Трое мужчин синеют, падают, изо рта идет пена. Спасти их не удалось. А вот крысы отлично себя чувствуют.
   Опять лаборатория. Работник достает из холодильника представителя местной фауны. Начинает изучать. В быстром режиме нам проматывают пятнадцать минут съемок. Опять нормальный режим показа. Ученый берет скальпель и собирается препарировать насекомое похожее на смесь мокрицы и многоножки. Но не успевает он до нее дотронуться острым предметом, как насекомое сворачивается в шар. Невероятно. Его же всего несколько минут назад достали из морозильной камеры. Мужчина также удивлен. Он аккуратно дотрагивается скальпелем до пластины экзоскелета насекомого. Откладывает инструмент. До этого ученый работал в тонких перчатках. Сейчас одевает защитные. Берет насекомое в руки. Плотный шарик сантиметров десяти в диаметре неподвижен. Возможно, это была остаточная нервная реакция? Работник пытается развернуть его. И тот поддаётся. Приняв первоначальное положение, насекомое чем-то брызгает мужчине в лицо. Крик. Кожа на лице деформируется и стекает как горячий воск. Включается сирена. Но поздно. Насекомое убежало из лаборатории. Через какое-то время показывают как оно пробирается в жилой отсек. Видеокамер в комнатах нет, только в коридоре. Крик. Одна из дверей открывается и выбегает девушка. Не видно кожи ни на лице, ни на трущих его кистях рук. Она падает в коридоре, душераздирающий крик прекращают конвульсии.
   Нам показали еще несколько таких фрагментов, а потом включился свет. Научные работники все подавлены. Несколько девушек плачут, закрыв лица руками. Я же досмотрела все до конца. Не знаю как, но досмотрела. Перевела взгляд с уже пустого экрана на полковника. Он стоял как изваяние. Холодный, отстраненный, равнодушный. Такое ощущение, что его не тронуло видео. Хотя... он его наверняка уже видел и не один раз. Как бы я к нему ни относилась, но сейчас была рада, что нам вначале показали это, а не отправили в столовую. В зале стояла тишина. Как-то всем перехотелось спорить по поводу камер в номере. Мало ли какая гадость проберется в комнаты. Хочется надеяться на лучшее, но в жизни всякое бывает и показанный материал свидетельство тому. Не хотелось бы становиться предупреждением для следующей группы.
   Выдержав небольшую паузу, что бы все переварили увиденное, Захаров принялся выдавать инструкции.
   - Работать в защитных костюмах. Выходить за купол только с моего разрешения, в маске и с охраной. Ничего из местного не есть и не пить, голыми руками не трогать. Без разрешения и предварительной проверки ничего не тащить...
   Казалось, он разговаривает с малыми детьми. После просмотра, все это и так понятно. Но никто не возмущался. Все, молча, слушали. Через несколько минут инструктаж закончился.
   - Все свободны. На сегодня ваша задача: разместиться и осмотреть свои лаборатории. Завтра по одному ко мне, со списками необходимых материалов для исследований и работы.
   На выходе из зала каждого из нас ждал сопровождающий. Первым делом забрала чемоданы и отнесла в свою комнату. Сопровождающий оказался охранником, а не носильщиком. Ну и ладно, не очень-то и нужна его помощь.
   Разложив вещи, пошла ополоснуться. После душа стало легче, вроде как очистила не только тело, но и душу. Попросила показать, где моя лаборатория. Идя по коридорам, непроизвольно шарила глазами по потолку и всем углам. Вот к чему приводит просмотр ужастиков. К моему немалому удивлению, лаборатория хоть и была небольшой, но все необходимое оборудование имелось в наличии. Так что и не придраться. А вот материала не было. Никакого. Сев за стол, первым делом начала прикидывать и составлять список всего, что мне понадобится на первое время. Ушло на это занятие не меньше часа. Охранник, все это время стоял по струнке смирно в дверях, не выказывая никакого неудовольствия. Интересно он только на сегодня ко мне приставлен, или теперь самостоятельно нельзя будет сделать ни единого шага? Поинтересовалась. Не знает. Получен приказ сопровождать сегодня. Ладно, скоро узнаю.
   Умственный труд возродил умерший во время просмотра видео голод. Пора бы в столовую наведаться. Мой секьюрити ничего против этой мысли не имел. О чем я говорю? Какой против?! У него вообще не было ни желания, ни своего мнения, о чем-либо. Только приказы. Этот качок больше похож на робота, чем на человека. Ни возмущений, ни желаний, постное лицо и отсутствие ума во взгляде. Молчит и идет туда, куда мне надо, в пределах границ разрешенных начальством. Надеюсь, завтра его не увижу. И никого другого тоже. Очень напрягает меня эта охрана!
   С такими веселыми мыслями дошла до пункта назначения. Еще на подходе почувствовала аромат еды и ускорила шаг. Взяв поднос, оглянулась по сторонам. Народ разделился на два лагеря. В одном - военные и охрана, второй - более малочисленный, научные сотрудники. Последние сдвинули несколько столов и сидели вместе. К ним-то я и направилась. Местечко нашлось сразу же. Познакомилась. Невзирая на запрет обсуждения, разговор был об увиденном в конференц-зале, а также все делились сведениями которые узнали тем, или иным способом. Мне сказать было нечего, поэтому приходилось только слушать. Я только за! А то тяжело разговаривать, с полным ртом. Голод же меня сейчас волновал гораздо больше, чем возможность поболтать.
   - Привет еще раз, - на стол рядом со мной опустился поднос. Подняла глаза чтобы увидеть говорившего. Дмитрий. - Ты же не против?
   Улыбнулась, кивнув на свободное место рядом. Парень тут же сел, поздоровавшись с остальными.
   - Как дела?
   Неуверенно пожала плечами. Какие уж тут дела?
   - Народ, - шепотом обратился мой знакомый ко всем,- вы знаете, что окружающая среда около предыдущей базы изменилась и стала более агрессивной. И это касается не только фауны, но и флоры. По этой причине наш купол установили на материке, на котором обитают местные.
   - На сколько, агрессивной?
   Кто переспросил, не обратила внимание. Да и какая разница. Сейчас важнее услышать ответ. Навострила ушки, и вся превратилась в слух. Даже жевать прекратила.
   - За несколько месяцев от пластика совсем ничего не останется. А металлические конструкции превратятся в ржавое решето по типу того, что осталось от корабля колонистов.
   - Откуда знаешь? - еще один вопрошающий шепот.
   - Неужели думаете, что на прошлой базе все погибли? Да и неважно, откуда знаю, главное, что инфа стопроцентная, наша задача сделать правильные выводы.
   Больше Димка ничего сказать не успел. К нашему столу подошел один из солдат.
   - Дмитрий Сергеевич, полковник просит вас подойти к нему.
   Получается, за нами не только следят, но еще и прослушивают. Весело. Быстро закончив обед, отправилась к себе в номер. Разговаривать что-то перехотелось. Сев на кровать подкорректировала список в соответствии с новыми данными. И что делать дальше? До вечера далеко. Спать не хочется. Наружу не выпустят, да и не очень хочется, еще свежо в преданиях, увиденное с утра. Работать еще не с чем. Подойдя к окну, выглянула наружу. Все живое на километр от купола было сожжено. Сумерки и специфический свет от Фрослера не позволяли рассмотреть предметы на удаленном расстоянии. Да и глаза уставали от местного освещения. Если подумать, то повод и основания измениться именно глазам были. В спектральном свете, излучаемом красным карликом, человеку будет плохо видно окружающую среду, и есть большой шанс вообще ослепнуть. Но столь кардинальные изменения за пятьсот лет, без постороннего вмешательства, произойти не могли. Значит надо искать то, что повлияло на людей. Интересно, изменилось только зрение? Взяв ручку начала строить схемы и версии возможных событий. Достав хрон, решила просмотреть еще раз имеющуюся информацию.
   Когда оторвалась от монитора и взглянула на часы, уже было начало двенадцатого. Посмотрела в окно. На улице все та же картинка. Те же красноватые сумерки. Опустив жалюзи, отправилась спать. Надо хорошо отдохнуть, завтра предстоял разговор с Захаровым. И легким он вряд ли будет.
   Всегда, когда просыпаюсь, первым делом смотрю в окно, чтобы определить приблизительно который час. Придется отвыкать, здесь так не выйдет. За окном одна картинка- солнце медленно плывет над горизонтом, но не прячется.
   Не успела умыться, как пришел вызов по коммуникатору, что закреплен на стене возле выхода.
   - Полковник ждет вас через десять минут.
   У них там что, круглосуточное наблюдение? Хотя ... скорее всего так и есть. Нервно передернула плечами. Надеюсь, хоть в душевой они не поставили камеры. Понятно, ничего нового никто не увидит, но все равно неприятно. Собравшись и схватив составленный вчера список, направилась в кабинет начальства.
   Постучалась. Зашла. Захаров не удосужился даже повернуться ко мне, продолжая высматривать что-то за окном. Пришлось поприветствовать его спину и сесть на ближайший стул, не дожидаясь приглашения. Все же я не солдат, так что стоять по стойке смирно, в ожидание пока 'его величество' разрешит расслабиться, не должна. Ожидание и тишина тяготили. Хотелось встать и уйти. Возможно это такой психологический ход? Вздохнула погромче, в надежде привлечь к себе внимание. Нулевая реакция. Жду дальше. Еще несколько минут ничего не происходит. Возможно, он надеется, что положу список на стол и уйду? Присмотрелась к вещам, уже лежавшим там. На углу заметила несколько исписанных листков. Как ни напрягала зрение, рассмотреть что там написано, не могла. Хотелось бы почитать, что заказали другие, но не настолько сильно, чтобы рисковать нарваться на неприятности. Продолжаем, кто сидеть, а кто стоять, в тишине. Я решила еще раз пробежать взглядом по своему листку, вдруг что-то забыла. Так углубилась в это занятие, что не заметила как мужчина подошел ко мне и сердито рявкнул. Да так что я вздрогнула. Ему что, нравится издеваться над людьми? Что за глупые вопросы? Конечно, нравится!
   - Давайте сюда свою бумажку.
   Протянула. Полковник быстро пробежал по ней взглядом и нахмурился.
   - Зачем вам судовой журнал и останки с захоронений?
   Вздохнув поглубже, быстро выдала ответ.
   - Столь сильная мутация, какую можно наблюдать у местного населения, поголовная между прочим, не происходит ни за пятьсот, ни даже за пять тысяч лет. Я конечно еще не имела возможности изучить, насколько кардинальные изменения произошли у них в организмах. Затронули они только глаза или еще что-то. Но даже внешние призраки наталкивают на мысль об искусственном происхождении этого видоизменения. Вполне возможно, что начало заложено было первыми переселенцами, тогда должны быть записи в корабельном компьютере. И даже если сама машина давно сломана, хроны обязаны были сохраниться. А останки мне нужны, чтобы найти, когда именно произошел переломный момент. Это все поможет определить силу мутации, и возможность ее реверса. А также поможет в адаптации новых колонистов к условиям окружающей среды.
   Захаров сел в свое кресло и задумчиво посмотрел на меня.
   - По-хорошему, мне надо только знать, можно ли местным вернуть нормальный вид, или они и их возможные потомки навсегда останутся такими. Мне безразлично, когда именно произошла мутация и как.
   Даже так? Вопросительно приподняв бровь, переспросила.
   - А вы всех новых колонистов, так же как и нас, собираетесь прятать под куполом, выжигая на несколько километров всю территорию вокруг? Как и чем тогда они помогут Земле?
   Полковник опять задумался.
   - Сегодня вам доставят нескольких представителей местной фауны. Записи с корабля также в ближайшее время будут у вас. На поиски захоронений надо время. Придется немного подождать. А вот с возможностью исследовать живого представителя местного населения пока придется повременить. Они не очень-то идут на контакт.
   Кивнула головой что поняла. Для начала хорошо получить хоть что-то.
   - А как насчет тела для исследований? Население здесь живет в тяжелых условиях, думаю, несчастные случаи не редки. Мне бы хотелось получить тело молодого здорового человека. Желательно не сильно поврежденное. Но для начала подошел бы труп двух - трехдневной давности (не более, здесь довольно жаркий климат) старика, умершего своей смертью.
   - Я подумаю, что с этим можно сделать. Рад, что вы взялись за работу с таким энтузиазмом. Надеюсь, результаты не заставят себя долго ждать. Только помните про конфиденциальность.
   - Кстати, насчет последнего. Я бы хотела обговорить с вами эту тему, - полковник чуть заметно скривился. Не обращая внимания на его недовольство, ринулась в бой. - Поймите меня правильно. Здесь собралось много хороших ученых, делясь между собой информацией, мы будем иметь более полную картину этого мира. Вполне возможно один из нас что-то будет упускать из-за нехватки знаний, другой же сможет подсказать, взглянув на проблему со стороны. Не зря же говорят, что одна голова хорошо, а две лучше. Возможно, стоит разрешить научным сотрудникам обсуждать между собой темы исследований. Так вы быстрее получите результаты. В одиночку работать очень тяжело. Вы набрали хоть и хороших ученых разных профессий, но по одному. Этим лишили нас возможности консультироваться как между собой, так и с кем-либо со стороны.
   - Я подумаю над этим вопросом.
   'Подумаю, подумаю'... Бурча про себя все что думаю, но не решаясь высказать вслух про узколобых солдафонов, направилась в лабораторию. Мало ли. Вдруг уже что-то доставили. Да и идти больше некуда. Не в комнате же опять сидеть.
  

* * *

   Земля. 2742 год.
   Стоя на одной ноге, чтобы легче было поддерживать сумку в которой я уже минуты две ищу ключи, второй подпирала пакеты с продуктами, чтобы они не упали и не рассыпались по всей лестничной клетке. При этом ругалась. Где носит муженька? Он должен был быть , вместе с сыном , дома,но ни на звонок, ни на стук, никто не отозвался. Неужели потеряла? Раздражение, накапливающееся в течение целого дня, достигло своего апогея и я просто всё вытряхнула из сумки на пол. Ключей нет. Захотелось сесть на пол и разреветься. Все нормальные люди заказывают доставку продуктов домой. А мы, как последние нищие, не можем себе этого позволить. Моей зарплаты медсестры нам не хватало, Антон же, после того как потерял работу год назад, так и не смог найти другую. Так ... Перебивался случайными заработками. Устала. Кто же знал, что выходя замуж за виолончелиста с камерного оркестра, через шесть лет окажусь замужем за безработным. И всё из-за того, что неудачно упав на улице зимой, он сломал руку. Теперь , разве что , может преподавать. Но это же ниже его достоинства, возится с маленькими бездарностями! Ему гения подавай!! А где же его взять?! Да и какая разница кого учить? Главное, чтобы деньги платили. Менять же профессию на рабочую специальность не хочет. У него , видите ли , руки нежные. Ничего загрубеют. Мужик ты , в конце концов, или кто?
   Надоело всё. Разведусь. Мне легче будет тянуть сына одной, без взрослого дармоеда. Открылся лифт. Из него вышли те, о ком я думала всего секунду назад. Оба счастливые и довольные жизнью. У сына в руках связка шариков и новая машинка, у мужа коробка с тортом и букет цветов. И за какие это деньги они все это купили?
   - Мама, а ты чего на полу сидишь?
   - Дорогая, что-то случилось? Почему не заходишь в дом?
   Буравя мужа злым взглядом, медленно поднялась. Я значит, чтобы хоть немного сэкономить, тащу на себе кучу пакетов, а он торты и шарики покупает? А потом еще спрашивает, почему я уставшая, сижу под дверью? Держалась из последних сил. Не хотелось ругаться при ребенке. Да и для соседей устраивать бесплатный цирк также. Поэтому постаралась произнести как можно спокойнее.
   - Ключи потеряла.
   - Всякое в жизни бывает.
   Открывая дверь, безразлично бросил муженек и попытался проскользнуть в квартиру первым.
   - Пакеты.
   - Дашуль, пять сек. Только отнесу торт в холодильник и цветы в вазу поставлю.
   Перехватив перечисленные предметы и указав Антону взглядом на стоящие на полу продукты, взяла сына за руку и пошла на кухню.
   - Мам, это твои любимые цветы, а торт я с папой выбирал. Правда, мы молодцы?
   Лицо сына светилось счастьем. Он действительно был рад сделать мне приятно. Пригладив растрепавшиеся на ветру волосы, поцеловала в щечку. Счастье мое. В этот момент Антон появился в дверях.
   - Правда, дорогой. Иди, помой ручки и будем кушать. Только сначала положи на место машинку.
  - Сейчас, я быстренько.
   Быстренько - у Дани было довольно растяжимое понятие. Он наверняка застрянет около игрушек до тех пор, пока не позову. На это я и рассчитывала. Перегородив выход, поинтересовалась у мужа.
  - А теперь рассказывай, в честь чего у нас праздник? И на чьи деньги гуляем?
  - Дашуль, с сегодняшнего дня все наши беды позади. Считай , я вытянул джекпот. Не надо больше думать ни о кредитах, ни о выплатах.
   Внимательно смотря на Антона, я пыталась понять шутит он или говорит правду. Так и не прийдя ни к какому выводу, начала задавать наводящие вопросы.
   - Ты устроился на работу?
   - Нет. Лучше.
   - Выиграл миллион?
   - Что те деньги?! Сегодня есть, а завтра нет. Лучше. Гораздо лучше.
   Муж весь светился. То, что произошло, его явно радовало, но у меня идеи закончились. Поэтому попросила прямо.
   - Рассказывай.
   - Мы выиграли в лотерее 'Новая жизнь'.
   Уставший мозг не хотел включаться в работу и соображать о чем говорит Антон. Видя мою замедленную реакцию, он решил уточнить.
   - Мы выиграли места на 'Кейросе' и через месяц начинаем новую жизнь в колонии.
   Медленно, со скрипом, но шестеренки в голове закрутились. Я посмотрела на цветы и сообразила.
   - Ты снял деньги со счета?
   - Ну да. Теперь уже не надо беспокоиться о кредите. В банке, как только узнали о выигрыше, сразу его погасили. Мы больше никому ничего не должны. Я думаю, если сообщишь на работе о том, что мы улетаем, тебя отпустят без отработки. Тогда последний месяц на Земле сможешь нормально отдохнуть.
   Я смотрела на мужа и не верила в то , что он говорит. Этого не могло случиться со мной.
   - Кто именно из нас выиграл?
   Счастливый муж расплылся в довольной улыбке.
   - Я, - подойдя ко мне, попытался обнять. - Видишь, а ты жаловалась на судьбу, которая нас свела. Больше не жалеешь что мы вместе?
   Оттолкнув его, взглянула на часы. Семь. Центр работает до восьми. Успеем. Бросилась в комнату за документами.
   - Собирайся.
   Удивленный Антон следовал за мной по пятам, недоумевая, что это я задумала. Я же помалкивала, пока не положила все документы в сумку. Не хватало, чтобы начал мешать. Взгляд на часы. Прошло пять минут. На всякий случай вызываю скайтар, чтобы быстрее добраться до места. На это можно и потратиться.
   - Даш, что происходит? Куда ты собралась?
   - Не ты, а мы? Ну , так вот, мы разводимся. Если поторопимся, то сегодня всё успеем сделать.
   Ошарашенный муж несколько секунд то открывал, то закрывал рот. Нет слов? Вот и замечательно. Главное, чтобы не сопротивлялся. Позвав сына, стала быстро его обувать.
   - Даша, ты чего?
   Отошел. Я надеялась , обойдется без вопросов до скайтара. Он вот-вот должен подъехать.
  - Антошка, разведись со мной. Я буду тебе верной женой до самого вылета. А в колонии начни новую жизнь, без меня. Точнее, без нас. Даня останется здесь, на Земле.
   - Даш, это же такой шанс! Он раз в жизни выпадает. У нас будет все. Свой дом. Дом, а не маленькая клетка, в которой мы сейчас живем и за которую пришлось бы выплачивать до конца жизни. Чистый воздух, природа, натуральная еда. Ты же всегда хотела еще дочку. Там у тебя будет шанс ее родить. Никаких талонов, кредитов и долгов. Там можно будет жить, а не выживать. Дашуль, успокойся, хватит метаться. Я понимаю, ты испугалась. Это большие перемены. Но они же к лучшему! Дашуль...
   Муж, взяв меня за плечи, прижал к себе.
   - Даш, все хорошо, успокойся. Пошли на кухню. Сладкое - это именно то, что тебе сейчас надо.
   Развернулась и посмотрела Антону в глаза. Что я там искала? Да то, что давно не видела. Да и видела ли когда-то? Это вопрос. Серьезный вопрос. И на него мне нужен ответ. Сегодня. Сейчас.
   - Антон, а что ты будешь делать в колонии? Понимаешь, что там надо будет работать? Много работать. Руками. Там музыканты не нужны. Ты прав, у нас, возможно, будет дом, но его надо сначала построить. Сможешь? А еще нужно будет все по дому самому делать. Антон, ты помнишь, в какой общине я выросла?
   Муж отрицательно покачал головой. Оно и понятно. Я старалась не вспоминать свое детство и никому ничего не рассказывать. Иначе на меня смотрели бы в лучшем случае с жалостью, а вот в худшем ...
   - Я выросла в общине менонитов. И рада, что смогла выбраться оттуда. Я знаю, что такое жить в доме с отсутствующими благами цивилизации и иметь большую семью. Также знаю сколько надо приложить сил, чтобы там был порядок и все работало. Знаю сколько надо вкалывать на земле, чтобы есть натуральные продукты. И что-то мне не хочется возвращаться к старой жизни. Но я бы рискнула, если бы знала что рядом сильный любящий мужчина, на которого можно опереться. За кем можно спрятаться зная что он защитит, решит все проблемы, не даст в обиду. Ты так сможешь? Потому что я не потяну все сама.
   Заглядывая в глаза Антону, ждала ответ. Искала его. А вдруг? Чего в жизни не бывает? Но видела только растерянность.
   - Даша, о чем ты говоришь? Колонистов снабжают современной техникой и роботами. Наша задача будет за ними следить и отсылать на Землю продукцию.
   Он не понимает. А жаль. Нет, так нет.
   - Извини дорогой, если ты ко мне хоть немного питаешь теплых чувств, отпусти. Я не хочу жить в колонии. Прошу тебя.
   - Дашуль, солнце, это все нервы. Давай подождем до завтра. Ты все хорошенько обдумаешь и поймешь- твои страхи беспочвенны.
   Он непробиваем. Сев на пол расплакалась. Даня испугался, прижался ко мне и начал поскуливать. Малыш не понимал что происходит. А я не могла остановиться и успокоиться. В глазах мужа появилась паника.
   - Даш, Даша, не надо. Успокойся. Не хочешь лететь, не надо. Я согласен. Пошли, разведёмся. Только не плачь.
   Вот и отлично. Вскочив и размазывая слезы по щекам, бросилась к двери, пока Антон не передумал. Пока ехали, всхлипывала, чтобы его, не дай бог, не попустило. Пусть будет в тонусе думая, что в любой момент может продолжиться истерика. Полностью успокоилась только перед кабинетом регистратора. Поправив волосы и одежду, достала зеркальце из сумки и взглянула на себя. Вот это да. Хотя. Для подачи заявления на развод- то что надо. Постучав, и услышав в ответ разрешение войти, открыла дверь.
   В течение следующих десяти минут мы отвечали на вопросы регистратора, а она заносила данные в сеть. Enter. Остались последние секунды, и я свободна. Регистраторша нахмурилась.
   - Анатолий Вячеславович, известно ли вам, что вы выиграли в лотерее ' Новая жизнь'?
   - Да. А в чем дело?
   - А в том, что для вас, вашей жены и ребенка уже зарезервированы места на Кейросе. Но вы зря думаете, что сможете развестись, чтобы жениться на ком-то из своих знакомых и таким образом обеспечить им места в колонии. Вынуждена вас огорчить, ничего не получиться. Все возможные варианты обмана и подтасовок давно проработаны. Это просто возмутительно, - женщина распалялась не на шутку и уже почти кричала на нас, - в то время когда добропорядочные граждане остаются на Земле, такие ... такие ... получают билет в лучшую жизнь.
   - Извините, - попыталась успокоить разошедшуюся праведным гневом женщину, - а если я пообещаю не выходить замуж повторно и отдать своё и ребенка места кому-то более достойному, можно будет нас развести?
   Регистраторша на несколько секунд зависла. Похоже, до нее не сразу дошло, о чем это я. Но вот она села на свой стул, в неверии уставившись на меня.
   - Вы не хотите лететь?
   - Не хочу. Мне и тут хорошо. Так как насчет развода? Его можно организовать, если я подпишу отказ от билетов на космолет?
   - Не знаю. Сейчас проверю. Как-то не было у меня еще такого случая. Желающих срочно жениться, чтобы забрать девушку или парня с собой, множество. С вашей же ситуацией сталкиваюсь впервые.
   Несколько минут регистраторша что-то интенсивно печатала, потом вчитывалась в пришедший ответ. Скрестив пальцы на руках, я ждала результата. Пусть повезет, пусть повезет.
   - Извините, но ваше прошение о разводе отклонено, и отказаться от места на Кейросе нельзя.
   Всё! Это конец, и выхода нет. Поднявшись, на негнущихся ногах пошла к двери. Даня крепко держал меня за руку. Антон шел сзади. На улицу выйти не успели. Как только спустились на первый этаж, к нам подошел какой-то мужчина с двумя парнями из охраны.
   - Савельева Дарья Ивановна?
   - Да. А в чем дело?
   - Служба контроля, прошу пройти за мной.
   Я непонимающе посмотрела на мужчину. Что такое служба контроля отлично знала. Работая в больнице много чего можно увидеть. Но причем тут я?
   - Извините, но по какому поводу вы забираете мою жену?
   Заступничество мужа меня удивило. Возможно, не все еще потеряно.
   - Савельев Антон Вячеславович?
   - Да.
   - У вашей жены наблюдалось небольшое психологическое отклонение. Мы ее проверим, если понадобиться, подлечим и через неделю она будет дома. Так что не беспокойтесь, это для ее же блага.
   Следующая неделя была сущим кошмаром. Мне пришлось проходить огромное количество тестов и проверок. Ежедневные разговоры с психологом чуть не свели с ума. И все только потому, что не захотела прыгать от радости из-за выигрыша. Зато теперь и прыгала, и рыдала, и чуть ли не визжала, и заходилась взахлеб от счастья. Доказывала всеми возможными и невозможными способами, что развод и попытка отказаться от билетов это нервная реакция и испуг. А теперь я все осознала. Короче, делала все для того, чтобы ничем не накачали. Мне предстоит тяжелая жизнь в колонии. А для этого лучше будет, если я смогу нормально и логично соображать. Что будет сомнительно, если меня начнут лечить. А как лечат, я знаю. Видела. Спасибо. Что-то не хочется испытывать все прелести нашей медицины на своей головушке. Можно было бы конечно прикинуться неадекватной, на некоторое время, чтобы меня оставили на Земле, но Даню все равно отправят с отцом. А что я буду делать без моего солнышка. Да и не уверена, что муж сам справиться с малышом. Поэтому счастливо улыбаемся!
  

* * *

   Земля. 2742. Сибирский дальневосточный заповедник.
   Наблюдая за языками пламени, с жадностью пожиравшими подкинутые мной дрова, отдыхал душой. Как же хорошо в лесу, вдали от города, суеты и шума. Вдали от людей. Особенно не люблю последних. Впрочем, они отвечают мне взаимностью. Не складываются у нас отношения. Как-то с детства не складываются. Я несколько крупноват и больше похож на хозяина местных лесов, чем на цивилизованного человека. Надоели нападки и косые взгляды. Поэтому был очень счастлив, когда несколько лет назад смог получить место лесничего в заповеднике.
   Улыбнувшись, прислушался к звукам тайги, скрипу деревьев, шелесту листвы. Вдали послышался вой волков. Хищники вышли на охоту. Завтра надо будет проверить, сколько из них пережило зиму. Пролетела сова, возмущенно ухнув на огонь. Ночь - время охотников. И они ею пользуются на все сто. Заповедник живет своей жизнью - первобытной, дикой, для некоторых, довольно опасной. Для некоторых, но не для меня. Это один из немногих уголков природы на Земле, оставленных в первозданном виде. Моя задача проинспектировать, как он пережил очередную зиму.
   Хорошо-то как. Спокойно. Опять прислушался. Я уже несколько дней ищу толстопятую леди. Хотелось надеяться не одну. Прошлогодние отметины на деревьях говорили, что она здесь была, а вот свежих, всё еще не нашел. Ночные же голоса молчали об этом. Завтра надо будет сходить к реке.
   Уже начал дремать, когда очнулся от резкого звука прорезавшего тишину тайги. Стреляют? Но кто забрался так далеко от благ цивилизации? Туристические маршруты тут не проходят. Да и разрешения, насколько я знаю, никому не давали. Иначе меня бы предупредили. Иногда находились смельчаки, лезущие в заповедник на свой страх и риск. Живыми найти удаётся не всех, так как люди идут без маячков, не сообщив никому о желании посетить заповедник и своем маршруте. Вполне возможно мне "посчастливилось" обнаружить такую группу. И сейчас они от кого-то отстреливаются. Вполне возможно от стаи волков, которую я недавно слышал. Еще один выстрел. Затушив костер, вскочил на мотофлай и понёсся на звуки. Буду надеяться, эти олухи не убьют никого. Ну а если сами пострадают, ничего, это их проблемы. Надо было думать, перед тем как лезть в тайгу.
   Приближаясь, заметил большое количество как народа, так и элитных скайтаров. Люди не паникуют. Это явно не заблудившиеся туристы. Что же тогда они здесь делают? Развлекаются? Охотятся? Так для последнего еще не сезон. Если и дают разрешение, то не весной, когда самки молодняк водят.
   Оставив в кустах мотофлай, решил разузнать, что здесь происходит. Далеко идти не пришлось. Пропустить мертвую тушу медведицы было никак нельзя. Вот и нашел я свою леди толстопятую, жаль только не первый. Окинул взглядом местность в поисках ее детенышей. Рычание медвежат было отчетливо слышно. Скользя между деревьев, пробирался на звук. Малышей посадили в клетки. Все, что необходимо я увидел и снял. Пора отправлять данные и вызывать подмогу. Отойдя в сторону, послал вызов на коммуникатор егерю.
   - Николай?
   - Да Михалыч, извини что разбудил, но тут такое дело, браконьеры в заповеднике.
   - Уверен?
   - Да. Лови данные и высылай группу по задержанию.
   В ожидании ответа присел на мотофлай, внимательно осматриваясь по сторонам. Не хотелось бы, чтобы браконьеры заметили меня раньше времени и всполошились.
   - Николай.
   - Что Михалыч.
   - Ты все еще там?
   - Да, а что маячок не работает?
   - Работает. Извини парень.
   - За что?
   - А вот за это - последнее я услышал не по рации, а за спиной. Попытался обернуться, но не успел. Затылок взорвался ослепительной болью. В глазах потемнело.
   - Кто это? - над неподвижно лежащим телом мужчины стояло несколько человек.
   - Один из лесничих.
   - Откуда он тут взялся? Ты же говорил, никого поблизости не будет? Мне казалось, тебе заплатили достаточно, чтобы у нас не возникло никаких проблем.
   - Извините. Его и не должно было быть здесь. Маршрут Николая пролегает в стороне, но он мог следовать за какой-нибудь стаей, чтобы зафиксировать численность особей. Весной это норма.
   - Шеф, что будем с ним делать? - поинтересовался один из громил.
   - Добейте и прикопайте где-нибудь так, чтобы ближайшие два-три месяца, его не смогли найти, а если получится, так чтобы вообще не нашли.
   - Извините, но парень выполнял свою работу, - егерь не хотел быть замешан в убийстве. Одно дело подзаработать, разрешив подстрелить трофей, и совсем другое лишить человека жизни. Неплохого человека, которого знаешь несколько лет. С кем работаешь плечом к плечу и не раз, сидя у костра, ел с одного котелка, неповинного ни в чем. Только за то, что он оказался не в то время, не в том месте. Из- подо лба посмотрев на невысокого мужчину распоряжавшегося здесь всем, Михалыч продолжил, - Он ни в чем не виноват, оставьте его. Я сам с ним договорюсь.
   Мужчина, которого здесь называли шефом, несколько секунд рассматривал лежащее перед ним тело лесничего, взвешивая возможные варианты событий.
   - Ты прав, он не виноват. Но я не готов рисковать своей репутацией.
   - Если вы его убьете, маячок пошлет сигнал бедствия, после чего сюда прибудет столько народа, что репутация - это последнее о чём придется беспокоиться. Снять маячок также нельзя.
   Михалыч уже готов был незаметно нажать сигнал вызова, если все же не получится уговорить оставить в живых Николая. Грех на душу он брать не будет. Если всё получится как надо, то позже он что-нибудь придумает и договорится с парнем. Это будет тяжело. Не сговорчив уж больно последний. Но дураком лесничий не был, да и держать язык за зубами умел. Чуть что отдаст ему всю сумму, которую в этот раз ему заплатили. Приняв решение, егерь ждал, что решит шеф. Палец лежал на кнопке вызова.
   - Ты прав. Говоришь, сможешь с ним договориться?
   - Конечно. У вас не будет никаких проблем. Николай хороший лесничий и главное, молчаливый. В будущем же он нам будет помогать. Деньги всем нужны.
   Михалыч, поняв, что все обошлось, улыбнулся заискивающе. Нужно сгладить неприятное впечатление о себе и ситуации в целом. Такие клиенты редки. Не хотелось бы его из-за этого неприятного инцидента потерять. Шеф безразлично кивнул головой. Расслабившись, егерь пропустил удар. Теперь на земле лежало два неподвижных тела.
   - Обоих на Кейрос и так чтобы очнулись они только в колонии.
  

* * *

   Объект АРН 3265. 3279 год
   Обедая, окидывала столовую раздраженным взглядом. Кроме меня тут были только вояки. Редко кто из научных сотрудников приходил сюда днем. Все настолько погружались в работу, что им было не до обедов. Только к позднему ужину их и можно было оторвать. Да и то, не всех. Ну и соответственно, кое-кого встречала на столь же позднем завтраке. Управленцев это полностью устраивало, так как не сталкивало ученых и военных в одном месте в одно время. У последних был строгий распорядок дня, которому мы не подчинялись.
   Ковыряясь в своей тарелке, перевела взгляд в окно, смотреть было не на что. На расстоянии двух километров от базы выжженная пустыня. Эта дистанция была отмерена после исследований территории около первой станции. Природа очень сильно и, что самое неприятное агрессивно, изменяется около комплексов разбиваемых людьми. Нет, не местных, у тех по-видимому с этим все нормально, а недавно прибывших. Через небольшой промежуток времени, в пределах километра все становится до невозможности ядовитым и опасным. Это касается не только растений и насекомых (животных в нашем понимании тут нет), но и бактерий, и вирусов. Их атакам не может противостоять ни один материал. Ну, или, во всяком случае, надолго его не хватает.
   На расстоянии следующего полукилометра изменения сходили на нет. Захаров, чтобы избежать любых возможных неприятностей, приказал зачистить зону в два километра. Эта операция повторялась каждые три дня. При этом происходило постоянное тестирование воздуха и окружающей среды. С одной стороны это правильно. Вот только, если бы он зону зачистки немного уменьшил, мы могли бы изучать постепенные изменения в природе и, возможно, смогли бы понять, из-за чего они происходят. И главное, что именно влияет на местную среду. А вычислив причину, ее можно было бы попытаться устранить, тогда и проблем у будущих колонистов будет меньше. Сейчас же, пока она не обнаружится, ни о каких свободных поселениях не может быть и речи. Ни один из доводов не повлиял на решение солдафона. Он приказал сделать передвижную лабораторию и расположил ее недалеко от первой базы и корабля колонистов. Там, по очереди, ученые, под охраной, производили исследования. Вот только я не относилась к тем счастливчикам и торчала безвылазно на станции.
   В первые же дни мне принесли останки поселенцев, которые умерли около Кейроса. Судя по ним, люди погибли из-за изменений окружающей среды. Таких же, которые и сейчас происходят около первой станции. И погибло там очень много народа. Я бы даже сказала почти все. Теперь понятно, почему так малочисленно местное население. Я вообще удивлена как кому-то удалось выжить. Передо мной поставлена жизненно важная задача, узнать, как это у них получилось, да и самой интересно. Данные с корабля в этом нам бы могли помочь, вот только их там не было. Шансов что хроны уничтожили, нет. На кристаллы не действует даже агрессивная среда этой планеты. А необходимых технологий для этого действия колонистам не давали. Возможно, кто-то их спрятал. Тогда вопрос, где и зачем? Наши пытаются их найти, но пока безрезультатно.
   Кроме останков первых колонистов, которые абсолютно идентичны нам и не несут никаких изменений, больше не было обнаружено ни одного захоронения. Оказывается, местное население, своих умерших отдает воде. Вывозят на глубину на лодках и скидывают за борт. Даже не могу предположить, с чем это может быть связано. И все из-за того что они не хотят с нами ни сотрудничать, ни помогать. Никакие посылы, обещания помощи в развитии технологий и улучшений условий жизни на них не действуют. Они относятся к нам так же агрессивно, как и окружающая среда. Да, они помнят, что их предки прибыли сюда с Земли, но их это мало волнует. Рассказывать, как им удалось выжить, они не собираются. Возможно сами не знают. Их не волнуют ни наши проблемы, ни сложности их прародительницы. Помогать Земле они не хотят и не будут. Единственное их желание, чтобы мы убрались отсюда, вот только последнее невозможно. На этой планете оказались огромные залежи металла платиновой группы, в особенности иридия, ещё знаю, что обнаружен рутил и титан. Уже этого достаточно чтобы здесь построили добывающее производство, не обращая внимания на агрессивную среду. Рано или поздно, но мы найдем причину этого. А когда это произойдет, тут еще поставят и агрокомплексы. Думать, о том, что произойдет с местным населением, если они будут продолжать себя и дальше вести так же, не хотелось.
   Честно говоря, я не понимаю их. Я видела, как живут эти люди. Врагу не пожелаешь прозябать в таких условиях. Возможно, им просто не объяснили нормально, что они получат в обмен на добровольное сотрудничество. Хотя, если с ними разговаривал кто-то вроде Захарова, оно и понятно. Надо бы его попросить включить меня в следующую группу для переговоров. Все равно мне делать больше нечего. Полковник категоричен, на базу запрещено вносить образцы измененной флоры и фауны. Да и не по моей профессии все это. Поэтому пока другие проводят хоть какие-то исследования или обрабатывают результаты, полученные из передвижной лаборатории, я пялюсь в окно.
   Неожиданно подал признаки жизни наручный коммуникатор. Меня в мед блок просил прийти наш доктор. Полного медицинского образования у меня не было, но дать команду капсуле, обработать небольшую рану или сделать повязку все же могу. Да и подавать инструменты во время операции. Медсестра в штате не предусмотрена, вот и пользуется он тем, что я свободна. Ничего против этого не имею, вот только не люблю внештатных ситуаций, когда эта помощь нужна. Так как это означает одно - опять где-то что-то случилось.
   Увидев неподвижное тело на платформе, напряглась. То, что это труп поняла с первого взгляда. Мертвецов я не боялась, но вот осознание, что кто-то из наших погиб, было не самым приятным. Заметив меня, Павел Петрович кивнул в сторону передника. Вздохнув, скинула неприятное оцепенение и пошла одеваться.
   Подойдя к платформе, поняла, что с телом что-то не так. Не было на базе столь молодых людей. Там лежал парень, на первый взгляд лет пятнадцати-шестнадцати. Просто из-за хорошо развитой мускулатуры, это не сразу бросилось в глаза. Поняла только когда стала разглядывать лицо. Неужели местный? Вопросительно посмотрела на доктора. Он понял не заданный вопрос и кивком подтвердил мой вывод.
   Парня, конечно, жаль, но возможность начать исследования невероятно радовала. Труп был раздет и обмыт. Борисов ждал только меня, чтобы начать вскрытие. Значит, начальные исследования уже провел.
   - Причина смерти? - поинтересовалась, наблюдая за манипуляциями доктора.
   - Неудачное падение. Перелом шейного позвонка, - беря в руки скальпель, ответил Петр Петрович и тут же поинтересовался в ответ. - Надеюсь, ты не боишься трупов?
   - Не люблю, но и не боюсь, - слегка скривившись, наблюдала за быстрыми, профессиональными разрезами умелой руки. Я так никогда не смогу. Вроде как бы это труп, значит уже ничего не чувствует, но все равно неприятно. Правильно все же что не стала доктором, не мое это.
   - Я провел его через томограф. Никаких внутренних изменений или мутации на нем не заметил. Строение тела полностью соответствует человеческим стандартам. А сейчас посмотрим визуально, возможно, что-то заметим. Кроме того возьми ткани на анализы.
   Больше не задумываясь, принялась за работу. Все же интересно, только ли глаза у них поменялись? Как это произошло и что повлияло на данный процесс! И главное разобраться, что дает это изменение, насколько поменялось зрение и поменялось ли вообще!
   Мы уже часа два работали. Все органы оказались в норме. Можно сказать, подросток был почти полностью здоров. В наличии были только паразиты. Точнее один, но и этого достаточно чтобы были неприятности со здоровьем. Кинув брезгливый взгляд на белого червя сантиметров двадцать в длину и толщиной с мой палец, которого достали из кишечника парня, между прочим, еще живого. Вздрогнула. Ну и гадость. Вот к чему приводят антисанитарные условия жизни!
   Все органы, в том числе и червя, вырезав, поместили в отдельные контейнеры. Визуально они не изменены, но мало ли. Надо будет все тщательно изучить. Открывшаяся дверь в медблок прервала нашу работу. Вместе с доктором растерянно посмотрели на вошедшего Захарова. Он не имел привычки являться самостоятельно к подчиненным. В основном вызывал к себе. Рядом с ним стоял, если судить по одежде, представитель местного населения, и сверлил меня с доктором злым взглядом. И непросто злым. Он был в бешенстве. Возможно, парень его родственник, а увиденная им картина, из двух стоящих людей в окровавленных передниках и перчатках, рядом с распотрошенным телом близкого человека, не самая приятная. Так что я его вполне понимаю. Надеюсь это хотя бы не его сын. Присмотрелась к вошедшему. Нет не сын. Мужчине от силы лет тридцать. Парень мог быть его племянником или братом, но от этого ему наверняка не легче.
   Перевела взгляд на полковника. Зачем он вообще его сюда привел?
   - Позвольте представить, Наумов Николай Николаевич, глава местной общины. А это наш доктор Борисов Павел Петрович и генетик Фролова Александра Павловна.
   Глава? Типа местного правителя? Удивлена и раздосадована. Буду надеяться, что изучаемое нами тело все же не принадлежит его родственнику. Иначе наладить нормальные отношения будет еще труднее. Мы его не убивали, но неизвестно как он воспринимает наши действия в отношении мертвеца. Хотя, почему же неизвестно? На его лице написано все, что он о нас думает. Заглавными буквами причём! Перевела взгляд на сжатые в кулак руки. Была сильно удивлена его выдержке, ведь если судить по взгляду, он готов нас разделать так же как мы неизвестного парня. И такое ощущение, что готов приступить к этому пока мы еще будем живы. Сглотнув вставший посреди горла ком, отступила на шаг назад, предоставив мужчинам полную свободу действия. Не знаю, что здесь происходит, но участвовать в этом не хочу.
   - Нам придется вернуть тело родным.
   Удивленно посмотрела на полковника. Интересно, что он выторговал за это? То, что он не возвращает труп по доброте душевной, была уверена на все сто! Хотя бы потому, что у него ее нет. Я душу имею в виду.
   - Мы сейчас приведем его в порядок, - ни я, ни доктор не собирались обсуждать приказ. Хотя и жаль было лишаться такого чудесного образца для исследований. Павел Борисович взяв прибор чтобы скрепить края тканей чтобы зашить тело, но его остановил злой голос местного королька.
   - Все органы верните на место.
   Да, да. Доктор хотел схитрить и вернуть тело, оставив кое-что нам. Но делать нечего, пришлось освобождать контейнеры и все помешать в труп.
   - Саша помоги мне.
   Вздохнув, полезла в холодильник за уже сложенными там контейнерами. Взяв первый, поняла, что руки от страха дрожат. Закрыв глаза, посчитала про себя до десяти. Это же надо! Какой- то неизвестный, а нагнал на меня такого страха. Хотя, возможно это на меня так обстановка, в которой нас застали, подействовала. Раньше за собой такого не замечала. Но раньше я и не встречала никого в окровавленном переднике, напоминая собой больше мясника, чем ученого.
   Работали с доктором быстро и слажено. И десяти минут не прошло, когда тело было готово и завернуто в простыню. Где его одежда я не знала. Но Наумова это не интересовало. Он взял труп парня на руки, как будто тот ничего не весил, и пошел к выходу. Когда мы с Борисовым остались одни, оба сели на ближайшие стулья облегченно выдохнув.
   - Ты же взяла пробы тканей на анализы?
   В ответ довольно улыбнулась.
   - И крови так же.
   Но не успели мы порадоваться, как Наумов и Захаров вернулись назад. Я напряглась. Неужели сейчас потребует вернуть все? Мужчина окинул взглядом блок, цепляясь взглядом за все предметы в нем, и остановился на колбе с паразитом. Так как он был еще жив, в холодильник его прятать не стали.
   - Это так же отдайте.
   А червь-то ему зачем? Или вроде как он так же часть покойного? Ну да, в некотором роде так и есть. Посмотрела на Захарова, переспрашивая взглядом. Полковник кивнул головой, чтобы исполняла просьбу. Засовывать паразита внутрь тела не стала. Просто положила сверху на труп прямо в колбе. Мужчина посмотрел на меня ненавидящим взглядом, при этом сжав зубы. Он внушал страх. Но переборов свой испуг постаралась как можно внимательнее рассмотреть глаза, которые тот тут же в бешенстве прищурил. Думала, сейчас точно что-то скажет, но он так и не произнес ни слова. Резко развернувшись, пошел к выходу. Я же опять устало присела на стул. Надеюсь, они больше не вернутся.
   Посидели мы с доктором несколько минут, а потом, поднявшись, принялись наводить порядок. Делала все автоматически, вспоминая местного. Еще рассматривая фотографии и ролики, заметила, что внешне люди не изменились, сохранив индивидуальности своих рас на земле. Предки Наумова, судя по чертам лица, были европейцы. Темно-русые волосы, собранные в хвост, прямой нос, тонкие сжатые губы, высокий лоб, широкие скулы. Человек, как человек, если бы не глаза. Что-то мне эти глаза напоминали. Вот только что? Я уже не раз об этом задумывалась, но все не могла понять.
   Мы уже почти закончили с уборкой, когда дверь опять открылась. Я даже вздрогнула от этого, пусть хоть и тихого, звука. На входе опять стоял Захаров. Что ему еще надо?
   - Фролова, вы хотели получить хроны с корабля?
   В ответ только кивнула. Неужели нашли?
   - Сегодня вам предоставят копии.
   Удивление и радость от возможности получить дополнительную информацию вылились в счастливую улыбку. Но она тут же сошла, когда в голове появилось неожиданное предположение. Вопрос я задала раньше, чем полностью все осознала.
   - Вы обменяли? Вы обменяли труп на хроны?
   На миг уголок губ Захарова дернулся в подобии улыбки, или мне это показалось?
   - Надеюсь, вы додумались хоть что-то себе оставить?
   Кивнула синхронно с Борисовым.
   - Хорошо. Жду результатов.
   Развернувшись, полковник вышел. Мы же с доктором стояли и улыбались друг другу. Пора идти в лабораторию. Теперь и у меня появилась работка.
   Вечером, уставшая, но довольная, еле дотащилась до своей комнаты. Хотелось упасть на кровать и, с чувством выполненного долга, заснуть. Но взгляд упал на стол с компьютером. На нем лежали хроны. Сегодня мне сон не грозит. Сев в кресло, вставила первый кристалл в ячейку. Ну что, поехали?
  

* * *

   2742 год. Созвездие Лебедя. На борту Кайсара.
   Капитан сидел у капсулы своей жены, мысленно разговаривая с ней. Он часто это делал, иначе от тоски и безнадежности сложившейся ситуации опускались руки. И только взглянув на родные лица, он находил в себе силы для борьбы. За их жизни. За их будущее, общее будущее. Иногда проводил пальцами по стеклу, в попытке дотронуться до любимого лица. Четыре месяца назад они сделали скачок. Это был риск. Именно капитан это понимал как никто другой. Они рискнули и проиграли. Да, точка выхода была в созвездии Лебедя, но в противоположной стороне от нужной планетной системы. Им не хватит ни топлива, ни ресурсов, ни времени, чтобы добраться до места. Это он понял сразу, как только они оказались в свободном космосе. Ворохов приказал тут же остановить все двигатели, младшему персоналу лечь в капсулы и выставил шкалу жизнеобеспечения корабля на минимум. На посту остались только он и несколько офицеров. Но даже такие меры не помогли бы им добраться до нужной планеты. Единственный выход - это найти новую систему пригодную для жизни людей. Сейчас их шанс выжить был еще меньше чем до прыжка. Тогда, по его предположениям было пятьдесят на пятьдесят. Нет, все же на победу человеческого ума над пространством и на свои умения он ставил больше. Пусть немного, но все же. Иначе не рискнул бы своей семьей. Не поддался бы на уговоры жены. Как бы ни хотелось подержать на руках сына. Сейчас же...
   Капитан опять провел рукой по стеклу, вспоминая какие на ощупь волосы у жены. Мягкие, шелковистые. Его взгляд переместился на спящих в соседних капсулах дочь и новорожденного сына. Он не сдастся! Резко поднявшись, Ворохов пошел в рубку сменить первого пилота.
   - Капитан на мосту!
   - Вольно. Денисов сдать пост.
   Сев в кресло, первым делом, пробежал по отчетам исследовательских зондов. Они удалялись от корабля все дальше и дальше, не принося жизненно необходимой информации. Ни одна близлежащая солнечная системы не подходила людям. Если в ближайшие месяц - два ничего не обнаружится, ему придется начинать отключать капсулы, в надежде хоть кого-то спасти. Переведя взгляд с холодных, безразличных цифр, на не менее безразличный экран монитора, показывающий темноту космоса окружающего их корабль, капитан вспоминал ласковые глаза жены, смех дочери, первый крик новорожденного сына. Неужели он всего этого больше не увидит, не почувствует, не услышит? Сжав подлокотники кресла, чтобы обуздать так некстати нахлынувшие воспоминания, Ворохов опять углубился в данные показывающие состояние корабля. Что еще можно отключить, так чтобы у людей было больше времени? Заодно пробегал взглядом по списку колонистов. Пусть он не бог, но именно ему, в случае необходимости, придется решать, кто умрет первым. Радовало только то, что никто из спящих этого не почувствует. Никто, кроме него.
   Ни один из подчиненных не видел обуреваемых капитана мыслей и чувств. Его лицо всегда было холодное и спокойное, внушающее уверенность в окружающих. Говорящее что все под контролем и ничего не поправимого не случилось.
   Неделю спустя один из зондов передал картинку второй планеты возле красного карлика. Все в командной рубке замерли. Неужели у них появился шанс? Планета, хоть и не выглядела очень уж дружелюбно (на ее теневой стороне все скованно льдом, а на солнечной - безжизненная пустыня, с постоянно бушующими ураганами и активно действующими вулканами, выплескивающими магму из недр на поверхность), но на ней все же было три небольших континента растянутых поясом по меридиану, на границе между мертвых зон, где условия были пусть и не идеальными, но вполне пригодными для жизни. Осталось дождаться результатов тестов воздуха, воды и грунта. Но подходящие природные условия был не единственный критерий. На планете не должно было быть высокоразвитой разумной жизни. Так как колонисты, в основном гражданские люди, среди которых много женщин и детей. Шансов победить в возможных стычках у них не будет.
   Собравшиеся в рубке внимательно изучали снимки неизвестной планеты. Этап развития на ней был приближен к Земному палеозойскому периоду. Поэтому все вздохнули с облегчением. Там не то, что высокоразвитой, разумной жизни не наблюдалось! Полностью дикий мир населенный гигантскими жуками и членистоногими. Через несколько часов пришли результаты тестов, и даже на лице капитана появилась улыбка. Джек Пот.
   - Все по местам. Запускаем двигатели.
   Космический корабль, взяв необходимый курс, набирал скорость и, рассекая пространство, понес людей к их новому дому. Через полтора месяца были разбужены первые колонисты.
   Последовательность организации строительства поселения на новой планете была разработана еще на Земле. Как только бортовой компьютер подобрал наилучшее место для основания первого поселения, а это оказалась подветренная сторона около горной гряды, были разбужены строители, а так же военные для их защиты. Первой задачей было поставить несколько блоков для проживания людей. Во второй волне разбуженных были ученые. Для нормального функционирования поселения нужна была пища. Вопрос состоял в том можно ли использовать местную, какую именно и как ее необходимо обрабатывать. Если ничего приемлемого для человеческого организма не найдется, придется зачищать территорию под посевы сельскохозяйственных культур привезенных с Земли. Это все равно придется рано или поздно делать, но первое время хотелось бы обойтись местными ресурсами.
   Огромные жуки оказались более чем съедобными, во всяком случае некоторые их части, также нашлось несколько видов растений вполне пригодных в пищу. По мере строительства жилищ, из анабиоза выводили все больше и больше людей.
   Через несколько месяцев лагерь стал напоминать муравейник полный снующих по делам жителей. Ворохов смотрел на экраны показывающие поселение с разных ракурсов и не мог не гордиться собой и человечеством. Люди быстро осваивают новый мир, подстраивая его под себя и свои нужны. Единственное что невозможно поменять - это светило. Новые жильцы этого мира не привыкли к тому, что нет смены дня и ночи, так же как и к постоянному полумраку. Второе поселение необходимо будет организовать ближе к солнечной стороне. Правда, там тоже будет свой минус. Красный карлик был гораздо ближе к планете, чем Солнце к Земле. Почти нависал над ней, освещая оранжевым светом, от которого уставали глаза, из-за чего у многих начиналась головная боль, слабость, усталость и нервные срывы. Зато круглосуточное освещение хорошо сказывалась на росте земных культур, что не могло не радовать.
   Все складывалось наилучшим образом. Значит, скоро можно будет будить женщин и детей. Капитан улыбнулся. Как же он соскучился и по Светлане, и по почемучке Машеньке! Для кого здесь будет раздолье, так это для детей.
   На коммуникаторе замигала кнопка вызова с корабля. Ворохов протянул руку, принимая вызов. На экране появились металлические стены лаборатории и лицо доктора Мельникова.
   - Капитан, у нас проблемы с двумя разбуженными.
   - В чем дело?
   - Они утверждают, что не выигрывали места на Кейросе.
   Капитан нахмурился, обдумывая возможные варианты случившегося.
   - Кто они? Профессии? Одни или с семьями?
   - Оба лесники. Если я правильно понял из их диалога, были знакомы на Земле и вместе работали. Старший Давыдов Николай Михайлович, сорок три года. Говорит на Земле остались жена и дочь, но у меня об этом нет сведений. Второй - Шилов Николай Васильевич, двадцать восемь лет, холост.
   - Я сейчас подойду.
   Отключившись, Ворохов тут же вышел из кабинета. Кейрос был поставлен на вечную стоянку немного в стороне от поселения. Туда-то он и направился. Вот и первые неприятности. А так все хорошо началось! Интересно, что эти двое задумали? Капитан не верил, что на борт мог попасть кто-то случайный. Все же лишних капсул для анабиоза не было. Все места были за кем-то закреплены. Да и врачи лично подключали каждого человека. Самостоятельно это сделать невозможно. Значит врут. Или не врут? Могла ли дать сбой аппаратура и как-то повлиять на мозг мужчин, стерев последнюю информацию? Двоим одновременно? Скептическая улыбка на мгновение искривила губы капитана. Не верит он ни в случайности, ни в сказки. Тогда зачем им это? И что с ними теперь делать?
   Быстро шагая по тропе ведущей от поселения к кораблю, капитан все никак не мог принять решение, что делать с разбуженными, оставляя его до того момента, как поговорит с ними. Не вовремя это. Колонии сейчас необходимо увеличивать добычу провианта, если хотим разбудить всех оставшихся. Именно лесники в этом могли бы помочь. Они привыкли иметь дело с природой и животными, читать по следам и выслеживать добычу. Городские жители, которые выросли среди стекла и бетона, для этого не имели ни знаний, ни тем более навыков.
   Объект АРН 3265. 3279 год
   Отрывая утром голову от стола и с трудом открывая глаза, поняла, заснула еще в начале просмотра информации с кристалла. В голове только запечалилось, что выбросило корабль не в точке назначения, но колонистам повезло обнаружить подходящую для жизни планету. И еще кое-какие данные об этой самой планете. С трудом разогнув затекшую от неудобной позы спину, потянулась и побежала умываться. Пора в лабораторию. Но сначала завтрак. На сегодня поставила цель вернуться к себе чуть раньше, чтобы поработать с хронами. Буду надеяться, у меня это получится. Так как когда я погружаюсь в работу, время не замечаю, пока не начинаю засыпать прямо на месте.
   - Саш, иди к нам, - не успела зайти в столовую, как Димка увидел меня и позвал к себе за столик. Ничего против его компании не имела. Набрав еды, подошла к нему.
   - Позвольте представить вам нашего генетика, Александру, - поднявшись, Дима освободил место около себя и помог мне удобно расположиться. - А это радиобиолог Гейбл и биофизик Бран.
   Кивнув всем в знак приветствия села и приступила к завтраку. И даже успела пару ложек каши положить в рот, когда все тот же Димка поинтересовался.
   - Говорят к тебе с доктором вчера гости приходили? - подняла удивленный взгляд на парней. О чем это они? - Неужели местные сдались и решили с нами сотрудничать?
   Теперь понятно.
   - Нет. Нам за пару часов до этого тело дали для исследования. Он за ним приходил.
   - Даже так?! И Захаров так просто отдал? - Бран успел первым спросить то, что интересовало всю тройку. Взяв чашку с кофе в руки, несколько секунд задумчиво смотрела на сгорающих от любопытства парней. Полковник отменил свой приказ, не делиться информацией между собой и не обсуждать ничего. Так что я могла спокойно все рассказать. Вот только забесплатно это делать не хотелось.
  - Хочу взглянуть на результаты из передвижной лаборатории. Меня интересует воздействие на биологическую среду.
   Не знаю насчет Гейбла и Брана, но Димка точно был среди тех кого выпускали на волю с базы. Хоть и под конвоем.
   - Не вопрос. Хоть сейчас, - глаза зоолога весело заблестели, а губы растянулись в задорной улыбке. Вскочив, он сделал шутовской поклон. - Мадмуазель, позвольте вас сопроводить в выделенные мне покои.
   Балагур. Димка оказался очень веселым и компанейским парнем. Он как магнит, притягивал к себе людей, собирая их вокруг себя, заставляя общаться между собой и взаимодействовать. И это у него получалось, как бы, между прочим, легко, не навязчиво, по ходу дела. Среди ученых еще не встречала таких. Обычно каждый занят своим исследованием, не стремясь расширять круг знакомств и общаться с кем-то не связанным со своей работой. При этом о том чтобы веселиться и шутить даже речи быть не могло. Обычно, научные сотрудники люди серьезные, слегка помешанные на своем деле. Я бы даже сказала не от мира сего. А тут совсем другой представитель нашей профессии. Я была рада, что такой человек оказался с нами на базе. Он сплотил наш коллектив, не дав разбрестись по своим норам.
   - А как же мы? Нам тоже интересно. Готов так же делиться информацией из первоисточника. Мадмуазель, просим вашей милости. Проявите сострадание к страждущим!
   Гейбл схватив за рукав рубахи своего друга, не вставая со стула, сразу же упал на колени у моих ног, потянув туда же Брана, при этом подмигивая мне.
  - Разрешите вашу ручку, о несравненная, - удерживая меня на месте, Гейбл одновременно отталкивал Димку. - А вы месье можете идти, вас никто не задерживает.
   - Ах ты злодей! Решил увести у меня прекрасную даму? Так не быть этому! Я вызываю вас на дуэль. Сейчас и здесь. Защищайтесь.
   Сделав серьезное лицо, Димка схватил ложку со стола и направил ее вперед, как оружие.
   - Я к вашим услугам, - недолго думая, Гейбл схватил второй прибор и, вскочив на ноги, скрестил свое импровизированное оружие с противником. Не выдержав, рассмеялась.
   - Хватит уже, садитесь. Сейчас расскажу все. Да там, в общем-то, и рассказывать особо нечего. Меня вызвал Борисов. У него на столе уже лежало тело. К моему приходу он успел сделать кое-какие обследования. Мы вместе произвели вскрытие. Внешне никаких изменений не выявили. Внутренние органы тоже не претерпели никаких мутаций. Все выглядит, на первый взгляд, так же как и у обычного человека.
   - А на второй?
   - Второй мы не успели сделать. Глава местной общины пришел и потребовал вернуть тело.
   - Один? Вот так, просто пришел и потребовал?
   - Ну почему же один? С Захаровым. Так что отказать ему возможности не было. Пришлось собирать парня в кучу и отдавать.
   - Полковник ничего просто так не делает. Интересно, что он получил взамен? - шутовское настроение со всех трех парней моментально слетело.
   - Знаю только про хроны с 'Кейроса'. Но, уверена, что это не все уступки, на которые пришлось идти местным. И знаете что? Я не понимаю, почему они на это пошли ради мертвеца. Одно дело ради спасения живого. А так... Разве что парень был родственником кого-то из верхушки. Тогда это объясняет все. А если нет?
   - Хотел бы я посмотреть информацию с корабля, - задумчиво протянул Бран. Остальные парни грустно вздохнули.
   - А в чем сложность? У меня она есть. Копия, - на меня уставилось три пары удивленных глаз, требующих объясниться. - Я на них дала запрос, когда составляли списки необходимого материала для работы.
  - И тебе вот так просто дали?
   Судя по голосу мне не совсем верили.
  - Да. Я обосновала, для чего она мне нужна.
  - Саш, а пригласи нас к себе в гости, вечером, на чаек. Обещаю придумать что-то к нему вкусненькое и, заодно, принесу результаты исследований с передвижной лаборатории.
   На меня смотрели с алчным, лихорадочным блеском в глазах. Не наблюдай время от времени у себя такого же, могла бы и испугаться. А так...
  - Тогда после ужина собираемся у меня.
   Вот именно о таком общении я всю жизнь мечтала. Жить в атмосфере общих интересов и поиска знаний, а не в театре одного актера, который вечно всем недоволен.
  - А какие они, местные? - из воспоминаний о родном семействе выдернул голос Димки. Посмотрела на него вопросительно, не совсем понимая вопроса. - В общении.
   Задумалась.
  - Общения не было. Только недовольный, злой взгляд и одна требовательная фраза, - разочаровала своих знакомых.
  - Ну а вообще, какое у тебя сложилось о нем впечатление? Саш, что из тебя все надо клещами вытягивать! - возмущение с нетерпением переплелись в голосе Дмитрия, при этом взгляд был как у обиженного ребенка. Вот как он может быть таким разным? - Я бы месячную зарплату отдал, чтобы только увидеть одного из них живьем, а полугодовалую, если дадут поговорить.
  - Говорю же, ничем кроме глаз они от нас не отличаются. Кстати, у меня постоянно в голове крутится мысль, что они мне что-то напоминают? А вот что именно, не могу сообразить. У вас такого нет?
  - А ты еще не поняла? Нет, что, действительно? - голос Димки звучал удивленно. Вроде как, я не знаю элементарного. Не люблю чувствовать себя глупой, не для того столько лет училась, но именно это сейчас и происходило. Насупилась, посмотрев на него из подо лба. - Саш, не обижайся, я просто не подумал. Это же не твой профиль. Их глаза очень схожи с глазами рака богомола. Схожее строение имеют почти все высокоразвитые организмы данного мира. И это неслучайно. Понимаешь, они обладают одновременно тремя видами зрения: инфракрасным, поляризованным и ультрафиолетовым. Невероятно, правда? Для фауны этой планеты это наилучший вариант. Заметила, как наши глаза быстро устают от местного светила? Так это мы в средней полосе. Отправься ближе к солнечной стороне и там, без оптики, вообще не откроешь глаз, а на теневой - ничего не увидишь. Поэтому именно такое строение глаза идеальное для данного мира. Вот только непонятно, как у людей, за такой короткий срок пребывания здесь, оно так кардинально изменилось. Хотел бы я иметь возможность их исследовать.
   Последнее предложение зоолог произнес мечтательно, при этом грустно вздыхая. Кто о чем. Но надо признаться себе честно, я тоже хочу получить в свое распоряжение живого представителя местного населения, на недельку- другую. И даже готова дать клятву, что верну его целым и невредимым! Разве что слегка помятым и обескровленным.
   Закончив завтрак, разошлись по своим рабочим местам. Мы с доктором засели за результаты уже готовых анализов. Особо ничего интересного не было, все соответствует норме. Получается, все же никаких внутренних изменений у колонистов нет. Затронуты только глаза. Правда, мы обнаружили несколько неизвестных ферментов в клетках. Но непонятно касаются ли они только этого индивидуума, или у остального населения есть такие же. Для чего, как действуют и с чем связано их появление. А так же являются ли они нормой или все же отклонением. Нам жизненно не хватает опытных образцов. Надо будет идти к Захарову. Мое пребывание здесь будет бессмысленным, если он не предоставит мне возможность брать анализы у живых людей.
  - Саша, к тебе делегация.
   От микроскопа меня оторвал недовольный голос Борисова. Обернувшись, увидела в дверях Димку. Меня уже ждали. Перевела взгляд на часы, было начало девятого. Опять не заметила, как время пролетело.
  - Ты же не забыла про вечер? В твоем распоряжении на сегодня, трое из умнейших представителей сильной половины человеческого общества данной базы.
  - Только на сегодня? - с улыбкой подхватила веселое настроение.
  - Не скажу как другие, но я в твоем распоряжении до конца жизни, пользуйся!
   На бахвальство биолога доктор только фыркнул и углубился в работу. Мы для него больше не существовали. Я бы, по-хорошему, то же еще хотя бы с часик посидела, но ведь действительно обещала. Да и сама сегодня утром хотела закончить чуть раньше, чтобы просмотреть хроны. Сняв халат, пошла к двери из лаборатории. Димка открыл ее передо мной, пропуская вперед.
  - Павел Петрович, до завтра.
   В ответ мне не оборачиваясь помахали рукой. Я же, как только за нами закрылась дверь, поинтересовалась.
  - А чего один?
  - Парни уже ждут в столовой.
   Быстро поужинав, всей компанией отправились ко мне. Не знаю, что там Димка пообещал повару, но у нас к чаю был пирог с яблоками. Очень вкусный!
   Как только мы оказались в моей комнате, все скинулись мне по кристаллу с информацией о своих исследованиях проведенных ими в передвижной лаборатории. Убрав все в стол, тут же включила хроны с Кейроса.
  
   2742 год. Колония.
   Пришел в себя как-то резко. Никакого постепенного выныривания из тумана сознания. Секунду назад меня кто-то ударил по голове и у меня даже есть предположение кто именно, а сейчас чувствую запах лекарств и слышу писк работающих приборов. Этот звук, скорее всего, и выдал меня. Точнее то, что z пришел в сознание.
   - Молодой человек, как вы себя чувствуете?
   Пришлось открыть глаза и осмотреться. Притворяться не имело смысла. Лежал я в открытой капсуле и это мне не понравилось. Предпочел бы простую кровать. Капсула - это неприятности. Неужели так сильно по голове прошлись? Разберемся. Рядом наблюдал еще несколько таких же. Металлические стены и потолок напрягли еще больше, я не мог понять, где нахожусь и что тут делаю. На больницу не похоже, даже если брать в расчет запах медикаментов и мужчину в белом комбинезоне стоящего около меня.
   Попытался ответить, но только захрипел.
   - Секундочку.
   Мне поднесли трубку к губам, чтобы смог промочить горло, но как только сделал первый глоток, тут же забрали.
   - Вам много пить нельзя. Организму необходимо некоторое время чтобы отойти от криогенного сна и начать нормально функционировать.
   Слова доктора меня еще больше запутали, вызвав новые вопросы. Пора попытаться на них получить ответы.
   - Где я? - мужчина нахмурился.
   - Что вы помните последним?
   Усмехнулся. Что я помню? Всё! Но стоит ли об этом говорить? В заповеднике явно были необычные браконьеры. Прищурившись, посмотрел на стоящего рядом врача, в ожидании ответа. В общем-то, я ни в чем не виноват, но тут же не в этом вопрос. Был бы человек, а обвинить его всегда найдется в чем. Несколько секунд колебаний и я все же решил рассказать то что знаю точно, без того о чем догадываюсь.
   - Заповедник. Я обнаружил группу браконьеров и вызвал бригаду для задержания. Удар по голове, - о последнем напоминала ноющая боль в затылке. Удивительно легко отделался. - Очнулся уже тут. Теперь надеюсь получить ответ на происходящее от вас.
   С нетерпением посмотрел на доктора. Очень хотелось знать, что же всё-таки происходит.
   - Вы на борту 'Кейроса'. Я доктор Луи-Натан Лабье. Разрешите осмотреть вашу голову?
   Кейрос, Кейрос... Что-то знакомое. Вроде бы это название мелькало в новостях. А, точно! Это корабль для основания новой колонии. Вот только я тут при чём? Насколько знаю, место там не выигрывал. Все это проносилось в голове, пока доктор осматривал затылок. Его легкие прикосновения, причиняли небольшую, но вполне терпимую боль. Так что можно не переживать, жить точно буду. Отойдя к шкафчику, врач взял какой-то прибор и тут же начал водить по моему затылку. Несколько минут манипуляций и не осталось даже тех неприятных ощущений что были.
   - Доктор, вы не подскажете, как я тут очутился, почему и сколько прошло времени?
   Раздавшийся сигнал от соседней капсулы отвлек врача.
   - Одевайтесь пока, - мне вручили новый серый комбинезон и пару таких же новых кожаных ботинок.
   - Как вы себя чувствуете? - похоже, это стандартная фраза ко всем очнувшимся. В ответ невнятный хрип. - Секундочку.
   - Где я? - не только вопросы доктора стандартные, но и ответы пациентов. Я бы даже улыбнулся этому факту, если бы голос спрашивающего не был до боли знакомым. Быстро одеваясь, смотрел в сторону доктора. Стенки капсулы пока скрывали лежащего в ней.
   - Разрешите осмотреть вашу голову, - так, кто-то опережает вопросы, к чему бы это?
   Пациент поднялся, и я сжал челюсти, так что заиграли желваки на скулах. Михалыч. А он-то что тут делает? Пока врач осматривал моего старого знакомого, тот обводил рассеянным взглядом помещение, но вот он заметил меня. Теперь его взгляд стал сосредоточенным.
   - Так, где я? - повторил вопрос лесничий, при этом продолжая сверлить меня напряженным взглядом.
   - На борту Кейроса.
   В отличие от меня Михалыч сразу понял о чем речь, это если судить по выражению лица, которое ничего хорошего нам не предвещало. Его взгляд испуганно заметался по помещению.
   - Где... где сейчас корабль? - в голосе проскользнули панические нотки, заставившие меня напрячься. Он знает что-то, чего не знаю я?
   - В колонии. Мы уже несколько месяцев как прибыли на новую планету.
   Такого поворота я не ожидал и даже не знал, как на это реагировать. А вот реакция бывшего сослуживца (сейчас уж точно бывшего) последовала незамедлительно.
   - Моя жена и ребенок, они тоже здесь?
   - Извините, но данных о вашей семье нет.
   Запустив пальцы в волосы Михалыч потянул их вниз завыв как раненный зверь. Доктор, схватив один из своих приборов, тут же вколол ему что-то. Несколько секунд и бывший лесничий повалился назад, а доктор перевел на меня обеспокоенный взгляд. Пожав плечами, спокойно нагнулся, застегивая ботинки. В отличие от моего уже бывшего хорошего знакомого, меня на Земле ничего не держало. Ни семья, ни дети. Если подумать, то здесь мне даже будет лучше. Нет того что я больше всего не любил, толпы людей и мегаполисов с их шумом и суетой.
   - Я могу получить более полную информацию об этом месте, а так же узнать, что меня ждет дальше?
   Местный эскулап, поняв, что я спокойно реагирую на его сообщение, вздохнув, отложил прибор и спокойно проговорил.
   - Это не в моей компетенции. Я вызову капитана.
   Пока ждал уполномоченное лицо, осматривался по сторонам. Ничего интересного и ничего чтобы подсказало, какое меня может ждать будущее. Взгляд остановился на капсуле, где спал Михалыч. Судьба его наказала жестоко, а я? Буду ли я его наказывать за предательство и подставу? Никогда бы не подумал, что он может привести браконьеров. Вспомнил тушу медведицы и крики ее малыша. Тут же непроизвольно сжались кулаки. Такое просто так оставлять нельзя. Но что с ним будет, если я расскажу всю историю? Поверят ли? Доказательств-то нет. Мало ли что произошло там на Земле. Здесь другая жизнь. Вот бы ещё узнать, какая? Никогда не стремился покинуть родину. Работа в заповеднике меня более чем устраивала, так же как и размеренный уклад жизни. Что меня ждет теперь? Мои мысли прервал звук открывающейся двери. Он был хоть и негромкий, но на фоне тишины в медблоке, все же заставил вздрогнуть от неожиданности. В том, кто пришел, сомневаться не приходилось. Форма, армейская выправка, властный строгий взгляд, не терпящий возражений. Этот человек явно привык командовать. Только проблема в том, что я не привык подчиняться. Передо мной ставили определенные задачи, а как их выполнять решал всегда сам. Никогда не любил работать на кого-то. А еще не люблю, если стоят над душой следя за правильной последовательностью исполнения приказа. Мое бывшее начальство это быстро поняло, после чего их интересовал только результат моей работы. Этот же, судя по его виду, от всех требует полного подчинения с быстрым и четким выполнением его распоряжений. Надо будет подыскивать работку подальше от командования.
   - Докладывай.
   Так как приказ был адресован не мне, остался сидеть на месте продолжая внимательно рассматривать вошедшего.
   - Двое мужчин непонятно как попавших на корабль. У обоих на затылках следы от сильного удара. Скорее всего, их уложили в капсулы в бессознательном состоянии. Утверждают, что не выигрывали в лотерее. Точнее это говорит один, второму пришлось вколоть успокоительное. На Земле осталась его семья.
   - Рассказывай, - а это уже мне.
   - Особо рассказывать нечего. Работаю... Работал лесником в Сибирском дальневосточном заповеднике. Проводил инспекцию территории. Ночью услышал звуки выстрелов. Проверил. Это оказалась большая группа браконьеров. Сообщил на базу и стал ждать группу по задержанию. Не заметил, как ко мне кто-то подкрался. Почувствовал сильный удар по голове. Очнулся уже тут.
   - С чего вы взяли, что это были браконьеры?
   - Увидел убитую медведицу, ее малыш сидел в клетке.
   - Вы знакомы с Давыдовым Константином Михайловичем?
   - Да. Мы вместе работали.
   - У него действительно есть семья?
   - Да.
   - Он говорит правду? - этот вопрос был адресован не мне. Перевел удивленный взгляд на сидящего около одного из множеств экранов находящихся здесь, доктора.
   - Да. На все вопросы.
   Это они меня еще и на детекторе проверили?! Не предупредив и без согласия? Это же нарушение моих прав! В душе поднялось раздражение от сложившейся ситуации в целом и от конкретных действий одного зарвавшегося капитана в частности. Во-первых, я не его подчиненный, во-вторых, не преступник, чтобы со мной так поступать. Захотелось высказаться, но сдержался. Не время. Сначала надо разобраться во всем.
   - Хорошо. Следуй за мной.
   Короткий приказ, на меня даже не смотрят и не проверяют, иду ли я сзади. Быстрым шагом капитан пошел по кораблю. Особо выбора не было, поэтому последовал за ним. Когда мы вышли наружу я опешил. Если до этого все же были сомнения в правдивости слов доктора, сейчас они отпали. Это была не Земля. Большой оранжевый диск местного светила висел над горизонтом. Вокруг странные растения фиолетового цвета. И даже виднеющиеся недалеко строения вполне узнаваемой формы, а так же снующие между ними люди, не меняли восприятия всего окружающего как чего-то нереального и фантастического.
   - Шилов!
   Голос капитана вывел меня из ступора. Дальше я уже старался не отставать от него, при этом вертел головой во все стороны, пытаясь рассмотреть все и сразу. Мы слишком быстро, как по мне, оказались в поселении. Толком я так ничего и не увидел. А хотелось не только посмотреть, но еще и потрогать своими руками.
   Капитан постучал в дверь одного из множества недавно выстроенных бунгал. Как только открывший увидел кто пришел, тут же вытянулся в струнку, отдавая честь.
   - Сержант Карл Герц. Жду приказа.
   - Вольно сержант. В ваше распоряжение поступает гражданский Шилов Николай Васильевич. На Земле он был лесничим. Устрой его и введи в курс дел.
   И все. Не говоря больше ни слова и не прощаясь, капитан ушел. Не то чтобы я чего-то ждал, но блин, сейчас почувствовал себя щенком, которого перебрасывают из рук в руки! Доктор капитану, капитан сержанту. На последнего уже смотрел с закипающей злостью. Если и этот меня перекинет кому-то дальше по цепочке ничего не объяснив, сорвусь!
   - Тебя только что разбудили?
   Как будто это не понятно. Чтобы не сказать то, о чем потом пожалею, сжал челюсти так, что почувствовал как заиграли желваки на скулах. Глупые вопросы, и соответственно люди их задающие, меня всегда раздражали. Посмотрев на Герца из-подо лба, чтобы удержаться от всплеска ненужных эмоций спрятал руки в карманы, где и принялся незаметно сжимать и разжимать кулаки. Отвечать на очевидное не собирался. Поэтому стоял молча, ожидая продолжения. Начало разговора не улучшило мое настроение, посмотрим что дальше будет. Сержант сделал вид, что ничего не заметил, открыл дверь, пропуская меня внутрь помещения. Я же стоял не двигаясь, сверля взглядом вояку, и ждал когда он зайдет первый. Мои габариты не позволяли это сделать, пока в проеме стоит еще кто-то. На то чтобы сообразить, в чем дело, ему понадобилось несколько секунд. Я вообще удивлен, как в колонии на меня нашлась одежда по размеру? Хотя, в компьютер, по идее, после того как меня уложили в капсулу, должны были быть занесены мои параметры.
   - Так, где именно ты работал?
   - В Сибирском Дальневосточном, - прочистив горло, постарался как можно спокойнее ответить, а не процедить слова сквозь сжатые зубы. При этом продолжая недовольно буравить мужика взглядом. Он же, не обращая на мое состояние внимания, или делая вид, кивнул на один из двух стульев в комнате. Сам же сел за стол у компьютера, спиной ко мне.
   - Долго?
   - Несколько лет.
   - Это хорошо. Я тебе на планшет скину информацию о флоре и фауне этой планеты. Ознакомишься, пока я рапорт допишу. После чего проведу небольшую экскурсию, и сходим на корабль за твоими вещами. Так же покажу твое новое место жительства. Даю два дня, на то чтобы осмотреться, послезавтра отправляемся в первый рейд.
   - Что за рейд? - вот теперь мне стало интересно. Раздражение все еще клокотало внутри, а злость, которая всего пару минут назад пыталась вырваться наружу, поутихла. Ее вытеснило возвращающееся любопытство от окружающего мира и исследовательский интерес. Все же я на новой планете.
   - Здесь тебе придется слегка переквалифицироваться. Извини, но защищать местную природу ты не будешь. Тут скорее людей от нее надо защищать, мы в значительном меньшинстве. Нам нужны охотники, чтобы прокормить колонистов. У тебя есть опыт выслеживания, ведь правильно понимаю? - в ответ я кивнул. - Первое время походишь наблюдателем, разберешься что к чему. А там, со временем, дам тебе отряд. Охотников, так же как и разведчиков, у меня нет. А простые солдаты годятся только на исполнение приказа без проявления инициативы. Тем более среди них нет отборных войск. Так, бывшая охрана да пушечное мясо.
   - А как вы до этого справлялись?
   - Первое время местная фауна нас не боялась, так что хоть руками собирай всякую живность. Потом немного поумнела, правда не сильно. Недавно они стали агрессивными и начали не только лезть на периметр, но и нападать на людей, вышедших за него. Похоже, мозг у них напрочь отсутствует, так как не учатся на ошибках сородичей. А на своих - не успевают, - сержант хохотнул понятной только ему шутке. - Так что нам остается ходить вдоль границы территорий и собирать тушки.
   - Что за периметр? - вычленил из речи сержанта первый, заинтересовавший меня факт.
   - Поселение окружают охранные вышки, между ними проходят силовые поля. На людей они не реагируют, а вот остальных парализуют. До этого нам вполне хватало того что собирали проходя вдоль них. Вот только начальство уже хочет вывести из анабиоза остальных колонистов. Это ему психолог посоветовал. Многие мужики начали скучать по семьям. Они впадают в депрессию, от чего снижается их производительность. Парни часами крутятся возле капсул с родными, вместо отдыха, в результате чего становятся невнимательными, а это приводит к очередному несчастному случаю.
   Рассказывая о семьях Герц и сам погрустнел. Печальный взгляд устремился в окно, задумчиво изучая горизонт. Неужели он один из тех, у кого началась депрессия? Сколько же они тут? Неожиданно сержант резко встряхнул головой и продолжил.
   - Чтобы прокормить всех, необходимо увеличить запасы и добычу продовольствия. Пока приходится рассчитывать только на собирательство и охоту. Уже расчистили и засеяли несколько полей, но когда они еще дадут первый урожай. Правда надо признать, здесь все растет быстрее, чем на Земле. Возможно, за счет постоянного тепла и круглосуточного освещения. Кстати, насчет освещения. На планете нет смены дня и ночи, поэтому всегда носи меником*(наручный компьютер). Будем забирать твои вещи, получишь его. Так, вроде бы все. Держи.
   Сержант протянул мне планшет.
   - Изучай данные, а я рапортом займусь.
   - У вас что-то произошло или его приходится писать после сдачи каждой смены?
   Терпеть не могу бюрократию. Хотелось бы надеяться, в колонии даже вышестоящему начальству есть чем заняться, а не только требовать от подчиненных объяснительные, доклады и рапорты. Тяжело отчитываться перед тем, кто ни в чем не разбирается, но при этом пытается делать умный вид. Обычно именно такие, любят тыкать носом в нарушение какого-либо правила или инструкции, требуя неукоснительного их исполнения, невзирая на сложившиеся обстоятельства или внештатную ситуацию. Надо же создать видимость своей работы. По этой причине и люблю лес. Там никто не выносит мозг, во всяком случае, морально. Физически конечно могут и не обязательно это будут звери. Рука сама потянулась к затылку. Вроде бы и не болит, но чувство неудовлетворенности от незавершенного дела осталось. Не стоит откладывать разговор с Михалычем. В лесничестве, только при экстренных случаях устраивали разбор причинно-следственных связей произошедшего, с поэтапным описанием событий. Хотелось бы надеяться, что здесь будет так же. Все же я не военный. Да и работенка у меня тут будет тихая. Светиться перед глазами у народа не придется. А мне другого и не надо. Погулять по лесу, да принести местного мамонта, ну или кто у них тут обитает, уж как-нибудь смогу.
   - Писать приходится всем. Хотя бы несколько коротких предложений о сделанном и увиденном за день. Все это вносится в бортовой хрон. Мало ли какие данные понадобятся в будущем. Да и это, как-никак, история освоения нового мира! Будут потом рассказывать о нас потомкам. Но в данный момент, отчитываюсь о произошедшем на смене, - сержант нахмурился, ему явно не нравилось что-то. - Знаешь, это уже не первый случай нападения жуков на человека. Пока еще никто не погиб, хотя серьезные травмы имели место быть. Уверен, если мужики не станут внимательнее, ждать несчастного случая с летальным исходом осталось недолго. Все нападения разные. Никогда не повторяются. Даже если живность одного вида. Такое ощущение, что к нам подбирают ключ.
   - На планете есть разумная жизнь? - удивительно, если это так. Не слышал, чтобы колонистов отправляли на заселенные планеты. Это ведет за собой дополнительные расходы и откладывает получение Землей продукции от колоний, на неопределенное время.
   - В том то и дело что нет. Но ... не знаю даже как описать. Вроде как кто-то планомерно стал натравливать на людей всю эту ползающую и летающую гадость. Мое мнение пока никто не поддерживает. Говорят я параноик, даже к лекарю на душещипательную беседу отправляли. Вроде как на меня планета так влияет. Не могу перестроиться к отсутствию смены дня и ночи и надо бы мне отдохнуть и расслабиться. Вот только заменить меня не кем. Так что об отдыхе даже мечтать не приходится. Да и как тут отдыхать? В четырех стенах сидеть, да в потолок плевать? Так недолго и крыше поехать! Вот и приходится ходить к мозгоправу, расслабляться. Хотя я бы выбрал другой метод и не с мужиком. Ты же понимаешь?
   По-видимому он хотел в очередной раз пошутить, вот только опять не получилось. Об этом говорила печальная улыбка искривившая уголки его губ. Кроме того сержант неосознанно начал крутить обручальное кольцо на пальце. Устал мужик. Я бы тоже посоветовал ему или отдохнуть, или сменить обстановку. На крайний случай жену разбудить, чтобы сняла напряжение.
   - Скучаешь по семье? Возможно, стоит попросить, чтобы твоих разбудили одними из первых?
   Я не любитель душещипательных бесед, особенно с мужиками, но Герцу она была необходима. Один раз можно и послушать. Главное не брать это за правило. Сержант посмотрел на меня с тоской.
   - Мертвых нельзя разбудить, - такого ответа я никак не ожидал. Как, в общем-то, и объяснений. Сам спрашивать не буду, а замолчавший и отвернувшийся от меня мужик явственно показал нежелание продолжать этот разговор. Я несколько секунд крутил в руках планшет, а когда собрался его включить, тишину разорвал надтреснутый голос. - Сын погиб два года назад. Несчастный случай. Я надеялся добиться разрешения на второго ребенка, подавал прошения перевести меня во все горячие точки, на самые опасные места, в надежде заслужить это право. Но не успел. Жена протянула полгода. Я видел что ей плохо, и делал все возможное, но этого оказалось недостаточно. Однажды, вернувшись домой, застал ее спящей в кресле. Хотел перенести в кровать, но она уже была холодной. Упаковка снотворного сделала свое дело. Не знаю, как не сошел с ума. Пропал весь смысл жизни. А ведь ей нужно было потерпеть всего ничего. Но кто же знал, что я выиграю билет.
   Не зная что на это сказать, стал рассматривать комнату. Вот не зря, не зря не люблю такие разговоры! Я не психолог, твою мать! Сказать что сочувствую - тупо. А других слов подобрать не могу. Не умею я говорить красиво.
   - Что-то я совсем расклеился. Давай, изучай инфу, а я допишу рапорт.
   Облегченно вздохнув, тут же ухватился за предложение и включил планшет. Правда, глаза по-прежнему продолжали изучать обстановку. Не то чтобы тут много чего было, просто необычно смотрелись, как темно-фиолетовые, почти черные стены, так и мебель такого же цвета. Не удержавшись, провел рукой по стулу, на котором сидел. Необычный какой-то. И на пластик не похож.
   - Из чего он? - поинтересовался, не отрывая взгляда от странной поверхности. Никогда ничего похожего не видел.
   - Из местного растения. Стволы деревьев растущих поблизости не очень походят для строительства, но после переработки получается отличный материал. А так как пришлось зачищать довольно большие территории для поселения и под посевы, материала этого у нас более чем достаточно. Вот и делают из него почти всё, что необходимо поселенцам.
   Удовлетворившись ответом сел за планшет. Первые данные были о звездной системе и планете. Много цифр ничего мне не говоривших. Поэтому по этой информации пробежался быстро, задержав взгляд на несколько секунд только на виде из космоса моего нового дома. На родной голубой шарик он не очень похож. Но тут уж ничего не поделаешь. Придется приспосабливаться к тому, что есть.
   Следующими пошли данные о колонии. Она занимала довольно обширную площадь. Если на прародительнице, из-за дороговизны земли все здания росли или вверх или вниз, то здесь народ отрывался вширь. Небольшие однотипные одно - двухэтажные блоки - бунгало, вытянулись ровными рядами. С одной стороны поселение прикрывали горы, что спасало людей от довольно сильных ветров бушующих здесь. Со второй стороны рос густой лес предоставляющих колонистам пропитание. Поля с посевами разбили в двух километрах от колонии. Недалеко от них протекала река. Это правильно. Неизвестно как часто здесь бывают дожди. Судя по довольно густому лесу, местным растениям влаги хватало, но будет ли хватать земным еще неизвестно. Так, дальше пошли фотографии растений с кратким описанием. Сосредоточил свое внимание на флоре только одного континента, на котором построили свое поселение люди. Остальное изучу позже.
   Хотя мир и не тронутый, но ни вековых дубов, ни баобабов здесь не было. Преобладали травянистые растения разной величины. Некоторые могли поспорить высотой с секвойями. У них имелась отдаленная схожесть с древовидным папоротником и даже с пальмами. Перебегая взглядом с картинки на картинку, искал что-то родное, за что мог зацепиться и отдохнуть взгляд. Что можно было идентифицировать с тем, что знал или видел в течение своей жизни. Тщетно. Ну да ладно, не о том думаю. Сосредоточился на свойствах растительного мира окружающего колонию. Постарался сразу же запомнить все особо ядовитое и опасное для человека. Во всяком случае, то, что люди уже обнаружили. Так как наверняка придется уходить на несколько дней из поселения, в те же рейды, чтобы не нести на себе большое количество припасов, просмотрел так же все что можно использовать в пищу, не опасаясь последствий для своего здоровья.
   - Я все. Можем идти на экскурсию.
   Оторвавшись от экрана планшета посмотрел на поднимающегося из-за стола сержанта. По-хорошему, я бы предпочел сначала просмотреть и по возможности запомнить всю имеющуюся информацию для того, чтобы во время прогулки по колонии знать, на что обращать внимание и сравнивать свои впечатления с уже имеющимися данными и, возможно, дополнять их, делая выводы и пометки. Ладно. Займусь этим позже. Поднявшись, всем своим видом показал готовность следовать за своим провожатым.
   Мы пошли по территории. Герц показал общую столовую, рассказал распорядок ее работы. Знакомил со всеми кого мы встречали по дороге. Праздношатающихся не было. Все спешили по своим делам. Поэтому каждая встреча сводилась к рукопожатию с представлением по имени, и сообщением, какую именно работу каждый выполняет в колонии. Сержант показал несколько рабочих помещений, ангар, лабораторию, медблок. Я часто останавливался, чтобы осмотреть очередное растение. Он не торопил меня, рассказывая обо всем, чем я заинтересуюсь, то что сам знает. Сведений мне не хватало. Герц все же военный. Его сфера деятельности пролегает несколько в другой плоскости, далекой от растительного мира.
   Медленно, но уверено мы дошли до одной из вышек. В глаза сразу же бросились лежащие по периметру насекомые и членистоногие размером от полуметра до двух. Впечатление от неподвижных тел, вытянувшихся вдоль невидимой границы, было неприятное. Осознание что они живы, а скорее всего даже в сознании, просто не могут двигаться, не добавляло радости. Неправильно это как по мне, негуманно. Все же, они живые существа, хоть и неразумные. Одно дело победить противника и быстро убить, а не так вот... Не хотел бы я оказаться на их месте. Около нескольких тел присел, чтобы рассмотреть их получше. Толстые панцири и пластины, прикрывающие тела, жвала, клешни и лапы с острыми зазубринами, рассказали мне, что эта живность довольно опасная. Представленные особи местной фауны не были похожи ни на что, с чем мне приходилось сталкиваться в заповеднике.
   - А животные в нашем понимании, здесь водятся, или только такие? - поинтересовался, подходя к очередной многоножке, с сегментным панцирем на спине и несколькими клешнями, помимо большого количества лапок. Обратил особое внимание на острые жвала, на которых проступила странная, вязкая на вид, слизь. Трогать руками ее не решился
   - Мы пока не встречали.
   - Интересные у них глаза, что-то они мне напоминают, - рассматривая очередное насекомое, не мог отделаться от чувства, что за мной следят. Как за жертвой, которую присмотрел охотник, готовясь напасть. От неприятного ощущения зачесалось между лопаток. Постарался незаметно оглядеться вокруг, как бы невзначай делая несколько шагов назад от периметра. Открытое пространство, на котором рос разве что невысокий кустарник, не позволяло спрятаться крупному хищнику. Но это не успокаивало. Так же как и отсутствие оружия для защиты и отражения нападения, если такое случиться.
   Меня отвлек шум приближающейся платформы. Она остановилась недалеко от нас. Четверо парней в рабочих комбинезонах спрыгнув на землю, принялись шустро закидывать неподвижные тушки в пластиковые ящики. Они работали быстро и слажено. Видно, не в первый раз этим занимаются.
   Боковым зрением заметил еле уловимое движение только потому, что был наготове. Ощущение что за нами следят не проходило. А я никогда не игнорирую свои чувства. Особенно если это чувство опасности. В работающих рядом людей, полетела струя непонятного вещества от кого-то, засевшего в кустах. Кувырок и я ухожу из зоны поражения, всматриваясь в обманчиво спокойную растительность. Один из парней закричав, повалился на траву, и принялся кататься по ней, сдирая с себя одежду вместе с кожей. Его друзья бросились к нему, чтобы помочь. Еще одна струя и вот истошно орут уже двое. Остальные, и я в том числе, тут же отскочили назад, не пытаясь помочь пострадавшим. Сержант, выхватив оружие, несколько раз прошелся лазером по кустам, сжигая там все живое. И только когда на земле появилось выжженное пятно диаметром метра три, он остановился и начал вызывать помощь.
   Прошло не больше пяти минут когда подлетела вторая платформа. В этот раз с военными в защитных костюмах и знакомым мне врачом. На тот момент оба пострадавших парня уже затихли. Судя по их состоянию, навсегда. Выглядели они, будто их облили кислотой. Герц не разрешил ни мне, ни двум оставшимся рабочим подойти ни к ним, ни к границе периметра.
   - Что это было? - поинтересовался у своего сопровождающего, как только обе платформы направились в центр поселения.
   - Не знаю, - сержант нахмурился. - Раньше такого не было. Все же я оказался прав. На сегодня придется закончить экскурсию.
   Поднеся руку с меникомом ко рту, он начал отдавать распоряжения. Если я правильно понял, людей предупредили об опасности и приказали выжечь все на расстоянии сотни метров от границы колонии. А так же отдан приказ запрограммировать вышки на поражение всех целей на расстоянии десяти метров от периметра, кроме человека. Я себе так же поставил на заметку: добиться разрешения на ношение оружия и не покидать без него территорию.
   - Все, пошли назад. Покажу, где ты будешь жить. За вещами на корабль пойдешь сам. Кроме того, тебе, так же как и мне, придется написать рапорт о случившемся.
   Неприятно, но от этого никуда не деться. Бросив последний взгляд на лежащие неподвижные тела, понял, они гораздо опаснее, чем я думал в начале. Сегодня же надо будет изучить всю имеющуюся информацию по обитателям этого мира.
   Мы ещё не дошли до жилищ, как в небе появилось несколько скайтаров. Военные полетели зачищать территорию. Я никогда не думал, что в колониях жить легко, но все оказалось еще менее радужно, чем предполагалось. Сержант довел меня до одного из блоков, вручил ключ, показав на мою дверь. Кроме того сообщил, что рапорт ждут от меня в течении часа. Вечером, возможно, вызовут для беседы. Кроме того, он напомнил о том, что послезавтра в восемь утра я должен быть у него. И чтобы не опаздывал! Вот и все, дальше придется осваиваться самостоятельно. А я и не против, но первым делом осмотрю жилье.
   Комната оказалась полной копией виденной ранее у сержанта. Я вообще-то не очень привередливый, но то, что санузел один на несколько человек и расположен в отдельно стоящем помещении где-то на территории, неприятно поразило. Ну да ладно. Люди и не к такому привыкают. Оставив планшет в номере, пошел на корабль забрать свои вещи и получить все, что мне причитается. А это оказалась моя одежда, не подходящая к местным условиям жизни. Все же в заповеднике была ранняя весна. Довольно холодно. Здесь же больше двадцати градусов тепла. В связи с этим мне вручили еще одну пару обуви, два таких же комбинезона как на мне, три пары носок и столько же нижнего белья. А еще средства для личной гигиены и меником. Капитан у них оказывается головастый мужик. Заранее отдал все необходимые распоряжения в отношении меня и, пока сержант показывал мне местные достопримечательности, на корабле все подготовили.
   Вернувшись к себе первым делом сделал самое неприятное, написал отчет о случившемся отослав его центральному компьютеру на корабле. Потом полез в меником проверить что именно мне в него загрузили? Карта местности, компас, часы, короткий справочник правил и номера вызова помощи в случае экстренной ситуации. На первое время пойдет. А теперь пора познакомиться с живностью. Взяв планшет, погрузился в изучение данных о планете.
   Объект АРН 3265. 3279 год
   Ближе к двенадцати ночи парни ушли к себе. За это время нам удалось просмотреть только малую часть информации о колонии. Не знаю, кому в те времена пришла идея записывать всем переселенцам свои впечатления за день, но она великолепна. Благодаря этим записям мы окунулись в жизнь первых колонистов. Это было невероятно. Вроде как лично знакомишься с каждым из них. Некоторых уже узнаешь и даже ждешь, когда именно они будут рассказывать, как провели день. Переживаешь за них. И, кажется, уже что было это не полтысячелетия назад, а вчера. И не верится, что они давно мертвы. Правда, из-за всех этих разговоров, информации на кристалле много, при этом не вся она очень уж и нужная. Но ничего. Зато мы точно видим что тогда происходило и в какой последовательности. У нас есть время. Мы обязательно разберемся, когда произошел переломный момент и, возможно, поймем, в чем была ошибка колонистов. От этой мысли непроизвольная улыбка растянула губы. Ближайшие вечера скучать в одиночестве не придется! Лежа в кровати, мысленно раскладывала все, что узнала за сегодняшний вечер по полочкам. В отличие от исследовательского центра, люди, прибывшие на Кейросе, некоторое время жили спокойно. Только спустя несколько месяцев местные организмы начали агрессивно реагировать на пришельцев. Почему так получилось? Что повлияло на это? Количество народа? Так сейчас нас здесь гораздо меньше. А нападать на базу начали, буквально спустя несколько дней как ее построили. Зачистка территории и ареала проживания? Тогда почему не сразу атаковали? И главное! Первые атаки для людей, в общем-то, были неопасные. Настоящие неприятности начались гораздо позже. Значит, приноравливались, экспериментировали и искали новые методы воздействия. И как это понимать? Если бы нападал один вид, можно было бы предположить наличие у него разума, но агрессивно вело себя все живое, вплоть до растений и только вблизи поселений людей. На удалении, все сходило на нет. Кроме того, из разговоров парней поняла, что как только переездная лаборатория меняла место дислокации, на том месте, где она была раньше, все вновь возвращалось к обычному образу жизни. Надо будет просмотреть данные из лаборатории.
   Не заметила как уснула. Когда проснулась, все мысли вернулись к вчерашнему вопросу. Почему местные организмы начали нападать на людей не сразу? Искали действенные методы или раздражитель появился позже? И что это за раздражитель? Ведь при любом раскладе он есть. Вопросов много и ни одного ответа или более-менее жизнеспособной версии. И если судить по печально-задумчивым лицам моих знакомых сидящих за столом, они в таком же тупике, как и я. Завтракали мы молча. Каждый думал о своем, медленно ковыряясь в тарелке. Писк наручных коммуникаторов прервал наше 'веселое' совместное времяпровождение. Меня вызывал Захаров. Ничего хорошего от этого ждать не приходиться. Вздохнув, посмотрела на других. Их выражения лиц было зеркальным отражением друг друга. Удивление, недовольство и обреченность. Мои губы искривила печальная улыбка. Какие мы дружные. Зашибись! Хоть стой, хоть падай! Хоть смейся, хоть плач. Тут же поинтересовалась у общего собрания.
   - Вам приглашение от полковника пришло? - В ответ три горестных вздоха. - Тогда заканчиваем и пойдёмте. Все же в компании не так страшно.
   - Как думаете, по какому поводу он нас вызывает? - Поинтересовался Гейбл, нервно щелкая суставами пальцев, пока мы шли по коридору.
   - Я не заметил, чтобы сообщение пришло кому-то еще в столовой, а там сейчас большая часть научных сотрудников. Это значит, разговор касается только нас. А что мы делали вместе? - Димка подталкивал нас к выводу, при этом хмуро оглядываясь по сторонам.
   Кроме того что ели вместе, мы еще смотрели у меня хроны по первым колонистам. Неужели поделиться информацией была не самая хорошая идея? Но мне никто не говорил, что их показывать нельзя! Испуганно посмотрела на Дмитрия. Он, в знак поддержки, сильнее сжал руку. Я и не заметила, что он меня держит. Выдергивать не стала, только озадаченно улыбнулась. К этому времени мы как раз подошли к двери, за которой расположился тигр. Желания заходить в его клетку не было, так же как и возможности уклониться от этой встречи. Парни были напряжены, так же как и я. Самым храбрым из нас оказался Дмитрий. Он постучал, а мы все замерли, как кролики перед удавом в ожидании разрешения войти и оно нас не заставило ждать.
   - Ну что, великолепная четверка, есть идеи, почему я вас вызвал?
   Голос полковника был на удивление веселый. Правда, проскакивали в нем ехидные нотки. Не нравится мне все это. Не нравится и все!
   Ни один из нас не ответил. Мало того, не знаю как другие, но я не отрывала взгляда от носков своих туфель. Пальцы при этом неосознанно теребили уголок полы пиджака. Помнится, мама вела себя также, когда рассказывала, что я должна на себя взять обязательства сестры и ее мужа. Правда, тогда пострадала шаль, которых у нее множество, в отличие от количества моей одежды здесь. Все же у нас оказывается довольно много общего. Гораздо больше, чем мне хотелось бы.
   - Успокойтесь и садитесь, - это уже было сказано в обычной манере, не позволяющей игнорировать приказ. Вот только как ни старалась, успокоиться не получалось. Так что сев на край одного из стульев, сжала ладони между коленей, чтобы хоть немного унять их дрожь, а заодно не портили одежду. Здесь магазинов нет и обновить гардероб не получится. Это если я не хочу ходить в армейском комбинезоне. Этого добра тут навалом. На любой размер.
   - Как я понимаю, вы организовали свой маленький клуб интересов, где делитесь всеми знаниями и новостями. А раз так, то на следующее задание пойдете вместе. Разве что Борисова еще возьмете с собой.
   Мой взгляд моментально переместился на полковника. Неужели мне повезло, и меня выпустят с базы? Довольная улыбка начала растягивать мои губы, но я себя одернула. Еще неизвестно, что за задание собирается нам дать Захаров. Все вчетвером, затаив дыхание стали ждать дальнейших приказов, желательно с объяснениями.
   - Что, даже не поинтересуетесь, куда я вас посылаю?
   Что-то у него сегодня слишком веселое настроение, не к добру это.
   - И куда? - Димка все же выдавил из себя вопрос интересовавший всех нас.
   - В поселение туземцев. Они дали нам для исследования десять часов. Как себя, так и всего вокруг. Так что хорошенько подумайте, что вам понадобится. Через час жду список от каждого из вас. Через два, выезжаете.
   Так вот что выторговал полковник за труп. Силен! Теперь ничего не сдерживало моей счастливой улыбки.
   - Вы еще здесь? - вопросительно приподняв бровь, поинтересовалось у нас местное начальство.
   - Уже нет.
   Вскочив мы бросились из кабинета. То, что парни устроили в коридоре нельзя назвать иначе, чем сумасшествие. Да и я от них не отставала. Мы прыгали, потрясая руками, обнимались и поздравляли друг друга. И все это в полнейшей тишине, чтобы не привлечь к себе ненужного внимания. Вот это удача! И я ее не упущу. Да! Да! Да!!!
   Закончив, мы разбежались по своим рабочим местам. Перед тем как начать составлять список необходимой мне аппаратуры, заскочила к доктору. Даже этот выдержанный мужчина не удержался от радостного возгласа.
   Так, а теперь успокоиться и за список. Вдох, выдох. Ещё раз. Ещё. Поехали!
   Со слов парней знала, к каждому ученому отправляющемуся на исследования в передвижной лаборатории всегда приставлялся один охранник, который за него отвечал головой. Сейчас рассчитывала на то же, но ошиблась, к каждому из нас приставили двоих военных, огромных, здоровенных. Понимаю - безопасность, прежде всего, но сколько шансов что кто-то сможет в присутствии вооруженных людей расположить к себе хотя бы одного из аборигенов и вытянуть его на откровенную беседу. Как по мне - ноль. Эх! Это еще полбеды! Возможно, совместными усилиями и смогли бы что-то придумать, как например, избавить одного из нас от неуместного сопровождения, но с нами полетел Захаров, личной персоной. Пресекая одним своим присутствием любую инициативу не соответствующую выданной заранее инструкции. И если кто-то рассчитывал, пока долетим до поселения местных жителей перекинуться парой слов с друзьями и разработать общий план действия, чтобы успеть в выделенный нам короткий период времени собрать как можно больше информации, данных и материала для исследования, то он сильно расстроился (я так точно). Всему виной был полковник. В его присутствии все были напряжены, сидели тихо, смотря себе под ноги, не желая лишним движением или звуком привлечь внимание грозного начальства.
   Мне повезло, мое место было не только далеко от него, так еще и у окна. Благодаря чему имела возможность отвлечься на простирающийся под нами пейзаж. Хотя мы летели достаточно высоко, и я не могла рассмотреть местность в деталях, но все же это моя первая вылазка на этой планете и возможность что-то увидеть своими глазами, помимо обычного уже пейзажа за окном в виде выжженной пустыни. Поэтому своим взглядом пыталась охватить всю картину необычной природы, так сильно отличающейся от родной, привычной с детства, жадно запоминая все. И иссиня-черные джунгли, и ярко-оранжевую реку змеей извивающуюся по плато, и стаю огромных жуков взлетевшую над деревьями от шума наших двигателей. Насекомые попытались догнать хеликоид. Это вызвало у меня улыбку. С такого расстояния даже не верится, что вся природа внизу агрессивно настроена по отношению к человеку и очень опасна.
   Через полчаса впереди показались белые пики гор. При нашем подлете люди начали разбегаться, прячась внутри своих жилищ как в норах. Правда, все это делалось не сумбурно и в панике, а вполне слажено. Стада... домашних насекомых, были отогнаны в сторону, одиночных особей загнали вглубь пещер у подножия горы. Заметила, что это делали в основном подростки, в то время как взрослые мужчины рассредоточились по селению и внимательно следили как за действиями детей, так и за нашим хеликоидом. Их напряженные фигуры замерли изваяниями, держа в руках свое доисторическое оружие. Как будто оно могло им чем-то помочь. Женщины и девочки постарше похватав маленьких детей играющих на улице, кого на руки, кого за руку и также увели их в пещеры, но на верхние уровни. Все это мы наблюдали, не выходя из аппарата.
   Первое что меня удивило, так это вид детей. Как так можно?! Для жителей Земли, каждый ребенок - драгоценность! Его не оставят без присмотра и он не будет предоставлен сам себе на улице. Пока мы не появились, мне показалось, что за малышами не особо-то и смотрели. Взрослые занимались своими делами, а не детьми. Малыши играли непонятно чем, сидя или ползая по голой земле в пыли. Даже отсюда было видно, что дети грязные и в каких-то оборванных одежках. А как же санитария и гигиена? Неудивительно, что местное население так медленно растет в своей численности. Интересно, какая у них смертность при родах у новорожденных и их матерей, а также детей лет до пяти-шести?
   Еще мне не понравилось что подростки присматривают за малышами. По-хорошему, они должны быть на занятиях. Надеюсь, у них есть школы. Не могли же они настолько опуститься в развитии, чтобы совсем все забыть и действительно вести полудикий образ жизни. Перевела взгляд на гору. Большим количеством дыр-входов она чем-то напоминала муравейник или пчелиные соты. Чем больше наблюдала, тем тяжелее становилось на душе. Всего-то пятьсот лет прошло. Если бы на Земле, в таких условиях как здесь, у кого-то жил ребенок, его бы уже давно забрали и передали другой семье под опеку. Даже десятой доли из того что увидела, было бы достаточно. Это невиданно! И поселенцы еще отказываются от нашей помощи? Непроизвольно нахмурилась. Да только чтобы улучшить жизнь своих детей, они должны были бы на все согласиться. Молчу про то, что и им самим будет намного проще и комфортнее жить тогда. И это я еще не видела, что у них внутри жилищ делается!
   Когда все женщины и дети ушли, трое мужчин из аборигенов пошли в сторону хеликоида, остановившись от него метрах в десяти. Полковник тут же отдал приказ, чтобы пилот открыл дверь, выпуская его самого и двоих из нашей охраны, после чего ее тут же закрыли, отрезая нас от внешнего мира. Пилот был готов взлететь по сигналу Захарова, не задерживаясь ни на секунду и не выпуская никого для попытки спасать вышедших. Внутри все затаили дыхание, припав к окнам и следя за происходящим снаружи. Я внимательно рассматривала подошедших местных, одним из которых был недавний знакомый.
   - Видите того что стоит в середине? - обратила на него внимание парней. - Это глава аборигенов Наумов Николай Николаевич.
   - Это он за телом приходил? - тут же сообразил что к чему Димка.
   -Да.
   Мы опять притихли, внимательно следя за происходящим. Пилот включил громкую связь, чтобы все могли не только видеть, но и слышать, что происходит снаружи.
   - Наумов, вы готовы выполнить свое обещание? - задавая вопрос, Захаров внимательно осматривал поселение. Казалось, от его взгляда ничего не может укрыться. При этом его фигура была расслаблена, вроде как пришел в гости к друзьям, а не к агрессивно настроенным аборигенам, готовым в любой момент на него наброситься. И чем большее вооруженных мужчин он замечал, тем шире становилась его улыбка. Никогда не видела полковника таким довольным. Для собственного спокойствия хотелось бы узнать причину его хорошего настроения. Оглянулась на парней, возможно, они что-то понимают. Но на их лицах, так же, как, наверняка, и на моем, было написано удивление. Ну да, улыбающийся Захаров это нонсенс. Хотя... чего в жизни не бывает. Но, не видела бы своими глазами, не поверила бы.
   - Так же, как и вы свое, полковник.
   Перевела взгляд на стоящих около хеликоида мужчин. А они в свою очередь оценивающе рассматривали друг друга. От напряжения, витавшего в воздухе, казалось, искры во все стороны полетят.
   - Вы же понимаете, если пострадает хоть один из моих людей, от вашего поселения ничего не останется. Надеюсь, Наумов, вы предупредили об этом всех своих.
   На лице местного вожака, вместо испуга, мелькнула кривая усмешка. Видно, что он все понимает, но также заметно, что его не страшат угрозы Захарова. Неужели он настолько глуп, или не догадывается, какой силой обладает Земная конфедерация?
   - Поэтому, во избежание случайностей и недоразумений, женщины и дети ушли в жилища. А ваших ученых и вас в том числе, пока вы находитесь у нас в гостях, будут сопровождать, охранять и в случае непредвиденных обстоятельств защищать мои воины.
   Вот после этих слов улыбка с губ Захарова исчезла и мы опять имеем возможность наблюдать хорошо знакомого, жесткого полковника, от одного взгляда которого, хотелось если и не убежать, то хотя бы стать невидимым. Но на главу аборигенов его вид не произвел никакого впечатления, как, впрочем, и приказ, которым его попытались поставить на место.
   - Ученых будут сопровождать, охранять и защищать мои люди. И это не обсуждается.
   - Нет, - тихий, но уверенный голос Наумова полоснул по нервам как ножом. Оказывается, местное начальство может быть не менее жёсткое и грозное чем наше. - Договор касается только ученых. Или так, или можете возвращаться, мы не будем ни помогать, ни сотрудничать. Вы прекрасно должны понимать, чем это для ваших людей закончится.
   Судя по взгляду полковника, он был зол. Очень зол. Неужели Наумов не понимает, кому он пытается противостоять? Что может сделать горстка дикарей с луками, против современного оружия? Неужели ему не жалко своих людей? И бог с ним и с воинами, пострадать же могут женщины и дети! Захаров глазами буравил своего противника, пытаясь заставить его отвести взгляд. Мог бы, наверняка и убил бы уже, или отдал приказ сделать это кому-то из своей охраны, но почему-то медлит. Почему? Что они могут противопоставить нам? Не верю, что полковник сдерживается из-за человеколюбия. Аборигенов он терпеть не может. Считает их мутантами. Уничтожить их для него проблем не составляет, тем более он этого хочет. Хочет, но молчит и позволяет при своих подчиненных, кому-то давить на себя. И не только давить, но и ставить условия, а также говорить, что делать. Я ничего не понимала, и от этого становилось не по себе. Все, рядом стоящие со мной, затаили дыхание в ожидании ответа.
   - Хорошо. Но помни, чтобы ни один волос, иначе...
   Он согласился?! Полковник согласился с требованиями Наумова?! В шоке уставилась на Захарова. Этого не может быть, потому что не может быть в принципе! В чем-то должен быть подвох.
   - Раз мы пришли к соглашению, можете звать ученых, - как ни в чем не бывало, глава аборигенов повернулся к своим людям в центре селения, кивком головы подзывая к себе. Полковник отдал распоряжение, и двери хеликоида открылись. Оба сопровождающих Захарова солдата вернулись вовнутрь, а вот нам пришло время, выйти наружу. Как стайка испуганных овец перед забоем мы сбились в кучу за спиной полковника, испугано наблюдая за приближением воинов. Последние, уверенной походкой подошли к своему главе брезгливо окидывая нас взглядом. Вроде как это они, а не мы, стоят на несколько ступеней развития выше. Вот сейчас мне стало страшно. Я даже оглянулась назад на хеликоид и нашу бывшую охрану. Если еще совсем недавно думала о том, как от них избавиться, чтобы иметь возможность свободно общаться с местными, то сейчас, когда вроде как случилось именно то, что хотела, захотелось вернуться в аппарат. И непросто вернуться, а спрятаться там и не высовываться. Непроизвольно даже сделала несколько шагов назад. Остановил меня окрик полковника.
   - Фролова, вы, насколько помню, больше всех требовали предоставить вам возможность поработать с местным населением. Подойдите.
   Сглотнув ставший посредине горла ком сделала несколько шагов вперед на подгибающихся от страха ногах. Когда проходила мимо Дмитрия, он схватил мою руку и сжал ее слегка, в знак поддержки и ободрения, быстро зашептав на ухо.
  - Саш, успокойся. Все нормально. Это то, чего ты хотела. Тебе, как и всем нам, ничего не угрожает. Вспомни о работе.
   Посмотрела на парня. Он мне подбадривающе улыбался. Оглянулась на остальных. Похоже, боюсь здесь только я, и парни и доктор в предвкушении смотрят по сторонам. Глубокий вздох. Благодарно улыбнувшись другу, повернулась к полковнику, последние шаги сделала более уверенно. А действительно, чего испугалась? Это же именно то, чего хотела!
   - Питер, Лин отвечаете за Фролову Александру Павловну.
   Удивленно посмотрела на Наумова. Он запомнил мое имя? Хорошо это или плохо? Мой любопытный взгляд встретился с его, злым. По спине пробежал холодок и тут же вспотели ладони. Неприятно. Захотелось их обо что-то вытереть. Например, об штаны. Но я только спрятала руки в карманы, сжав их в кулаки. Страх вновь вернулся. Скорее всего, плохо.
   - Прошу, - мне указали на двух подошедших мужчин, - у вас десять часов и ни минутой больше. Время пошло.
   Пока составляла список всего того, что мне понадобится в процессе исследования и взятия проб, казалось точно знала с чего начну и что буду делать по прибытии на место. Но когда сказали приступать, растерялась. Стою между двух аборигенов, наблюдая за распределением ребят, и не зная за что хвататься.
   - Александра, у нас мало времени, - подойдя ко мне, раздраженно бросил Павел Петрович, - веди своих на обследование.
   Точно. Главное начать, а дальше все пойдет как по накатанной плоскости. Тряхнув головой, постаралась скинуть паутину неуверенности, окутавшую меня, и хмуро посмотрела на приставленных ко мне мужчин. Это же отличные образчики местных жителей. Оба аборигена стояли холодными изваяниями, не обращая на меня внимания только осматриваясь по сторонам. Задержала взгляд на их глазах. Наконец-то у меня будет возможность их изучить. По телу пробежал мандраж. Так всегда бывает, когда мне предстоит интересная и увлекательная работа. Губы растянулись в довольной улыбке.
   - Девушка, умерьте свой пыл. Мои люди не безголосые твари и тем более не трупы. Они, после общения с вами, должны остаться не только живыми, но и целыми. Если вы в своих исследованиях перегнете палку, больше ни о каком сотрудничестве не будет и речи. Если кто-то из парней пострадает, вы ответите по нашим законам. А от нашего правосудия вас не спасут ни полковник, ни солдаты, ни стены базы.
   Моя улыбка тут же растаяла. Наумов нависал надо мной, зло прищурив глаза и пренебрежительно скривив губы. Я ему точно не понравилась. Забывать нашу первую встречу местный глава явно не намерен. Он что не понимает, это была моя работа?! Я же не убила того парня! Ну проводили мы исследования, ну вскрыли труп, ну и что? Он же уже ничего не чувствовал. Спасти его мы не могли. Зато с помощью полученных данных есть шанс помочь теперешним и будущим колонистам. А в то, что своими действиями мы нанесли душевную рану этому дикарю, не поверю. Для этого надо иметь эту самую душу. Возможно, даже скорее всего, мы проявили неуважение. Но это же не смертельно?! Теперь же он будет при каждом удобном случае вспоминать мне тот инцидент. Как не неприятно об этом думать, но скорее всего так и получится. Мой тяжелый безысходный вздох не остался незамеченным и вызвал новую волну бешенства, с прожиганием во мне дыры. Или это он просто переживает за своих людей? Вдруг перестараюсь и препарирую их в стремлении узнать как можно больше, вместо того чтобы взять обычные анализы. Мысленно усмехнувшись, посмотрела на своих охранников. Как же, перестараешься с такими. Они сами кого хочешь и препарируют, и разберут на кусочки, а потом скажут, что так и было.
   Оглянулась по сторонам. Наши уже все разбрелись по селению, выполняя свою работу. Мне также пора, хватит прохлаждаться.
   - Не переживайте, верну я их вам в целости и сохранности. Разве что крови сцежу немного.
   Оба охранника неуверенно взглянув на меня, дружно сделали шаг в сторону. Я же, повернувшись спиной к Наумову, пошла к хеликоиду. Там осталось все необходимое мне для работы. Подойдя к двери, оглянулась, воины стояли в шаге от меня. Брезгливость брезгливостью, а работу надо выполнять. Ну что голубчики, попали вы. Следующие два часа я их обоих мучила с чистым сердцем, прогоняя через все аппараты что удалось взять с собой, беря всевозможные анализы, изучала и проверяла работу всех органов и желез, делая особый упор на зрение. Должна признать, к условиям жизни на этой планеты, их глаза приспособлены наилучшим образом. От строения сетчатки человека не осталось ничего. Я не понимаю, как такие изменения могли произойти настолько быстро и столь кардинально, за такое короткое время. Пятьсот лет для эволюции или мутации, ничтожно мало. Возможно, разберусь, когда буду на базе просматривать результаты сегодняшних исследований. Хотелось бы на это надеяться.
   Когда я попросила у парней взять анализ крови, слюны, соскоб с кожи, ногти и несколько прядей волос, они пусть и были недовольны, но отреагировали на это нормально. Но вот когда я им вручила несколько контейнеров и попросила наполнить, их лица вытянулись, а ошеломленный взгляд стал метаться по сторонам. Как раз в этот момент в хеликоид входили оба парня из охраны Борисова, с такими же контейнерами как я дала, вот только те уже были заполнены. Встретившись взглядами, четверо мужчин покраснели. Еле сдерживая улыбку, посмотрела на нашего доктора, он в ответ подмигнул мне, забирая свою добычу.
   Питер с Лином, выскочив из хеликоида, помчались к своему начальству, возмущаясь и потрясая перед его носом пустыми посудинами. Не выдержав, мои губы все же растянулись в улыбке. Первый раз наблюдаю столь бурную реакцию, тем более у взрослых мужчин. Для жителей Земли в сдаче анализов не было ничего необычного. А здесь почти истерика. Парни держались довольно хорошо, стараясь не показывать своего неудовольствия (хотя нет, именно это они демонстрировали своим брезгливым и пренебрежительным выражением лица), страха или испуга (все же им первый раз приходится быть и внутри хеликоида и подвергаться обследованию) не было. Я видела как они косо смотрят на аппаратуру, но при этом не сопротивлялись, выполняя все мои требования и ни словом, ни действием не демонстрировали что для них это в новинку.
   Невзирая на все возмущения, Наумов их отправил выполнять мою просьбу, вот только вернулись они не заполнив по одному контейнеру.
   - В чем проблема?- нахмурившись, поинтересовалась у своих охранников, при этом стараясь не смотреть на их лица. Оба мужчины чувствовали себя неловко.
   - Мы не хотим.
   - Что не хотите? - сдав все остальное, отказываться именно от этого анализа. Я не понимала в чем проблема.
   - У воинов организм подчинен определенному режиму испражнения. Мы физически не можем выдавить из себя этот анализ, - отвечая, Лин смотрел в сторону. При этом мышцы на руках у обоих играли перекатываясь. Не нравится им ситуация в которой они оказались. Мне вот интересно, свое задание парни получили как одни из достойнейших, тем, кому больше всего доверяют или в виде наказания? Что-то мне подсказывает, что скорее последнее. Думаю это отличный урок для всех людей Наумова. Теперь они будут из кожи вон лезть, только чтобы в будущем не попасть в такую же ситуацию. Ладно, это все отступление, но мне нужен анализ кала. Перевела взгляд на Давыдова, он тоже недоволен. Его парни, как и мои, не смогли ничего из себя выдавить.
   - А когда у вас обычно это происходит?
   - На рассвете.
   Меня это абсолютно не устраивает. На тот момент нас здесь уже не будет. Предложить им занести позже на базу или самим прийти туда и все сделать на месте? Нет. Сомневаюсь, что они на это пойдут.
   - У вас есть продукт, который может ускорить процесс испражнения?
   Давать что-то из земных препаратов не хотелось бы, так как это может нарушить их микрофлору.
   - Есть.
   - Вот и замечательно. Не могли бы вы тогда это съесть, чтобы пока мы здесь я могла получить от вас все, что мне необходимо? Да, и еще через какой период времени я смогу получить результат?
   Оба мужика нависали надо мной красные как вареные раки, при этом смотрели на меня из-подо лба с ненавистью, в бешенстве сжимая руки в кулаки. Ну чего они так переживают? Ничего сверхъестественного я у них не спрашиваю. Себя поймала на мысли что хоть они сейчас и выглядят более устрашающе, чем в начале нашего знакомства, мне абсолютно не страшно. Я уже поняла, несмотря на весь их грозный вид и злость, они не то что пальцем до меня не дотронутся, даже дышать в мою сторону не будут. Вот и замечательно. Моя охрана, неожиданно громко сопя и топая, удалилась выполнять мою просьбу. Кстати, надо бы узнать, что это на них так благотворно влияет, да и вообще не помешает узнать рацион местных жителей.
   Выйдя на улицу задумчиво осмотрелась. Первые колонисты, насколько я помню, засеяли несколько полей земными культурами, интересно прижились они? Возможно, изменились, подстроившись под местные условия. И теперь чувствуют себя не хуже выживших людей. Используют ли их в пищу? Или они погибли? Взгляд остановился на Наумове. Вот сейчас и узнаю, пока моя охрана пошла перекусить.
   Как только сделала шаг из хеликоида, один из приставленных к доктору воинов встал у меня за спиной. А что я думала, меня оставят одну без присмотра? С сомнением посмотрела на главу местных, переведя задумчивый взгляд на стоящего за мной мужчину. Проще ему задать вопросы. Вот только... (вздохнув, посмотрела на жилища в горе, где спрятались остальные жители) мне бы получить разрешение изучить хотя бы пару пещер. Посмотреть на обстановку внутри. И главное, хотелось бы обследовать и взять анализы у женщин, а также посмотреть поближе на детей. Да и пообщаться с ними не мешало бы. А то у нас, получается, есть только данные по мужской части населения, да и все те у кого их взяли приблизительно одного возраста. Так что делать нечего. Держа спину ровно, пошла вперед.
   - Добрый день, еще раз. Можно вам задать парочку вопросов? - как я не пыталась придать своему голосу уверенность, которой у меня не было и в помине, особенно рядом с этим типом, под конец он подвел, сходя почти до шепота. Наумов посмотрел на меня как на мелкую букашку, копошащуюся в чем-то нехорошем, при этом недовольно скривил губы ничего не ответив, только вопросительно приподнял левую бровь. Будем считать, что он готов меня слушать. Решила начать с главного.
   - Скажите, я могу исследовать несколько жилищ и пообщаться с вашими женщинами?
   - Нет, - резкий короткий отказ без объяснений, после чего Наумов повернулся ко мне спиной и начал быстро удаляться. Пришлось бежать за ним, в надежде добиться разрешения.
   - Почему? Ваши воины прошли все исследования и могут подтвердить, что в процессе не было ничего опасного или болезненного. Вашим женщинам ничего не угрожает. Кроме того я хотела бы с ними поговорить про женские особенности организма. Про то, как протекает их беременность, когда приходят первые месячные, как и с какой цикличностью проходят. Меня интересует, изменилось ли что-то за пять столетий. Или вы сами можете ответить на эти вопросы?
   Последний вопрос задала, зная как мужчинам неприятен этот разговор, в надежде на то, что он захочет от меня избавятся, отослав к первоисточнику. Но не на того попала.
   - К жилищам, к женщинам и тем более к детям подходить запрещаю. Увижу, и сразу же отправитесь на базу. У вас есть окружающая поселение территория и несколько воинов для обследований. Это все. Если что-то не устраивает, можете подать жалобу своему полковнику.
   Остановилась. Бежать дальше и на чем-то настаивать или спрашивать не имело смысла. Местное население настроено отрицательно к землянам. Они не хотят ни сотрудничать, ни идти на сближение, ни находить какие-либо компромиссы. Единственное их желание, судя по поведению, чтобы все их оставили в покое, а еще лучше, покинули планету. Но они должны понимать, что это невозможно. И вместо того чтобы с выгодой для себя нам помогать, уперлись и ничего не хотят ни видеть, ни слышать. Наумов, вместо того чтобы оценить расстановку сил и приоритетов, погряз в каждодневной рутине по выживанию своего общества. А ведь все можно изменить к лучшему. Видно же, что не дураки здесь живут. Могли бы заметить, насколько они деградировали в сравнении не то, что с нами, даже с первыми поселенцами прибывшими сюда! Буду надеяться, со временем, до них это дойдет. Главное, чтобы не очень поздно.
   Жаль что нельзя пообщаться с другими жителями. Значит, придется выдавливать все что возможно из тех, кого нам столь щедро предоставил глава аборигенов. Повернулась, чтобы оценивающе посмотреть на своего сопровождающего. Мужчина под моим изучающим взглядом сделал шаг назад, оглядываясь по сторонам. Когда его взгляд зацепился за приближающихся Лина и Питера, то я услышала вздох облегчения. Не говоря ни слова, он им кивнул, развернулся и ушел в хеликоид. Ну и ладно. Взглянув на подошедших воинов, поинтересовалась.
   - Ну как, перекусили?
   В ответ два слаженных кивка головой.
   - Пока будем ждать результата, предлагаю пообщаться. Для начала расскажите, что входит в ваш обычный рацион? И если есть такая возможность, покажите что из окружающего, вы используете в пищу.
   На базе, мы в основном питаемся земными продуктами. Захаров не хочет, во всяком случае, пока, использовать продукты, выросшие на этой планете, даже те которые можно добыть в безопасных районах. Перестраховщик. Правда, надо отдать ему должное, ни один челок на базе не умер от отравления или атак местной флоры и фауны. Если и были несчастные случаи, то только с теми, кто отправлялся в экспедиции или по другой причине покидал территорию базы.
   Не успели мы сделать несколько шагов в сторону границы селения как меня остановил Захаров. Называется, вспомни... оно сразу и появится.
   - Фролова, вы куда?
   - Изучать близлежащие с местом проживания туземцев территории. Возможно, найду что-то интересное. Возьму несколько образцов на исследования. Раз в жилища не пускают.
   - Выходить на связь каждые полчаса. Далеко не отходить. В случае приказа, вернуться немедленно к хеликоиду. Вы меня услышали?
   Что тут скажешь, прямо заботливый папочка. Пришлось кивнуть в знак того что услышала.
   - А вы, - на данный момент полковник обратился к моей охране, - отвечаете за нее. Помните, что грозит всем жителям, если она пострадает? Кроме того, в случае опасности или если я выдам приказ о возвращении, а она не захочет отрываться от какой-то находки, притащите ее, невзирая на желание или нежелание девушки, или её сопротивление, но так чтобы она не пострадала.
   Оба воина мазнули безразличным взглядом по Захарову, не удосужившись даже кивнуть ему. Это они тут что, все о себе очень высокого мнения? Похоже на то. Ну да ладно, главное идут за мной, показывают то, что прошу, отвечают на вопросы и не мешают брать образцы на анализы.
   Так пролетело почти все время из отмерянного нам. Осталось меньше двух часов. Я облазила на коленях чуть ли не всю близлежащую с поселением территорию и ни одно растение, ни одно из живых существ на меня не напало. Вот почему? Почему здесь все спокойно, а там, где основывают свои базы недавно прибывшие земляне, идет борьба на выживание? Выживания нас с территорий и планеты. Чем это вызвано? Буду надеяться после того, как разберусь с результатами сегодняшних исследований, получу ответ. Изучая растения, получала безумное удовольствие. До этого видела их только на экране. Сейчас же могла пощупать, рассмотреть, запустить в анализатор, вплоть до того чтобы могла даже попробовать, тем более что сопровождающие рассказывали что из встреченного съедобное. Но все же решила не рисковать, несмотря на то, что оба воина смело клали сочные кусочки плодов себе в рот.
   - Питер, - заметив, что Лин почему-то более раздражительный, старалась к нему лишний раз не обращаться. Мне иногда даже казалось, он с трудом сдерживается, чтобы не стукнуть меня после очередного вопроса. Или не прибить на месте. Во всяком случае, рук с оружия он не снимал, а иногда доставал подобие ножа, крутил его в руках и все время косо на меня посматривал. Или это я просто мнительная стала от усталости? - нет ли поблизости какого-то захоронения, можно и не очень свежего?
   Помнится мне рассказывали, что они своих покойников не хоронят, а топят, но мало ли, вдруг раньше у них была другая практика. Мужчина нахмурился, на лице опять брезгливость. Молчит, окидывая меня уничижительным взглядом. Вроде как я больна чем-то мерзким и жутко неприятным, а он боится заразиться. Уже думала так и не ответит. Но нет.
   - Мы не закапываем умерших. Их отдают воде.
   - Возможно раньше ваши предки хоронили людей? - я все еще надеялась получить положительный результат.
   - Нет. Первые же поселенцы, стали отдавать тела воде.
   - Но почему? Откуда эта традиция? - я не могла придумать причину для такого поступка.
   - Человек на две трети состоит из воды. Мы ей возвращаем, то, что ее.
   Удивлена. Они все же не полностью одичали, забыв все знания предков. Но решила все же уточнить. Не верю что это единственная причина.
   - И все? Только из-за этого?
   Мужчина посмотрел на меня пристально. Как же тяжело выдержать прямой взгляд этих необычных глаз. Я ждала, а он просто отвернулся, отказываясь продолжать разговор. Жаль.
   - Вы готовы наполнить последний контейнер?
   Напомнила об еще одном не очень приятном для них моменте. И услышала в ответ дружное и злое - Нет! - Это никуда не годится. Мне нужен этот анализ. Когда проводили исследование того мертвого парня, обнаружила в его организме несколько неизвестных ферментов. Да и наличие паразитов надо проверить. Мне необходимо добыть экскременты местных жителей. Вопрос только как. Времени осталось совсем мало.
   - Слушайте, а куда вы ходите опорожняться? - уверена, канализации у них нет. Пока обследовала территорию ни разу не наткнулась на следы жизнедеятельности людей, значит они это делают не под каждым деревом. Тогда где?
   - Вы что, собираетесь копаться в общем дерме? - неужели Лин решил снизойти до разговора со мной? Лучше бы и дальше молчал, так как вопрос был задан очень оскорбительным тоном. Если бы меня это могло задеть, то наверняка обиделась бы, но я отлично понимаю, связанно это с нехваткой знаний. Да и наплевать мне, что они думают по этому поводу. Главное, чтобы отвели туда куда надо. Поэтому решила ответить, в надежде, что они поймут хоть что-то.
   - Я ученый. Мне нужен материал для исследований, благодаря которым я смогу помочь другим людям освоиться на этой планете. И если для этого мне придется, как вы выразились, ковыряться в дерме, я это сделаю! И ничего зазорного в этом нет.
   В ответ на мою речь оба воина брезгливо сплюнули. Непробиваемые, закостенелые в своем невежестве дикари. Ну да ладно.
   - Отведете?
   - Пошли быстрее, у тебя мало времени осталось.
   Вот и замечательно. Вначале нам пришлось пробираться сквозь густой кустарник, пока мы не вышли на хорошо утоптанную дорожку. Видно не день и даже не месяц по ней ходят. Минут через двадцать почувствовала неприятный аммиачный запах. Еще и ветер дул в нашу сторону. Чтобы я там ни говорила, про то, что мне безразлично, в чем капаться, но это не значит, что мне этот процесс доставляет удовольствие. И вот я уже стараюсь рукавом прикрывать нос, а мои сопровождающие смотрят на меня косо и усмехаются. Неужели нельзя было подойти с подветренной стороны? Радовало только то, что ела я давно.
   Неожиданно резко моя охрана остановилась, и начала к чему-то настороженно прислушиваться. Усмешки пропали. На лице появилась обеспокоенность. Неужели нам что-то угрожает? Переводя испуганный взгляд с парней на окружающую нас чащу тут же вспомнила показанное в начале нашего прибытия видео и постаралась не только услышать то, что обеспокоило парней, но и разглядеть опасность. Вроде бы ничего не изменилось. Все выглядит, так же как и несколько часов назад.
   - Питер, отвечаешь за нее.
   Лин сорвался с места и исчез в кустарнике. Оставшийся охранник раздраженно посмотрел на меня, как на помеху. Ему хотелось броситься вслед за своим напарником, но мое присутствие не позволяло это сделать.
   - Возвращаемся.
   Меня не устраивал такой поворот событий. О чем не преминула тут же оповестить воина.
   - Мне нужен материал для исследования. Судя по запаху, мы уже недалеко. Я не собираюсь возвращаться с пустыми руками.
   Я собиралась сопротивляться до последнего. Приказа о возвращении не было, так же как и времени на второй поход, если сейчас поверну назад.
   - Женщина, на споры нет времени. Или ты идешь сама или я тебя несу.
   - Нам что-то угрожает? - перед тем как начать сопротивляться, надо узнать что происходит.
   Вместо ответа вдали услышала крик. Судя по голосу, это был ребенок. Не задавая вопросов и не спрашивая разрешения, бросилась сквозь деревья на звук. Питер не стал меня останавливать, а побежал рядом, умудряясь на ходу отводить ветки в сторону, чтобы я не травмировалась. Несколько минут, и мы выскочили на открытое место. Множество насекомых бегали из стороны в сторону, пытаясь спастись от летающих над ними чудовищ. Посреди этого кошмара стоял Лин, орудуя длинной палкой, которой сбивал агрессивных тварей нападающих на него. Внизу, вцепившись в его ногу обеими руками, сидел ребенок. Вскрикивая, когда ему становилось совсем страшно. Мальчик это или девочка не разобрать. От испуга тело одеревенело и не слушалось, а взгляд метался из стороны в сторону. Что делать? Как помочь? Воин долго не продержится. Насекомых очень много и подлетают новые. Надо вызвать подмогу. Да, именно так. Не отрывая взгляда от перепуганного и плачущего ребенка, поднесла руку с коммуникатором ко рту, но не успела нажать кнопку вызова, как Питер остановил меня.
   - Не надо, они не успеют, сами справимся. Твоя задача держать ребенка и не мешать нам. Готова?
   К чему готова? Я не понимаю, что он от меня хочет. Как мы справимся? Эти летающие монстры нас сожрут! Вопросительно посмотрела на стоящего рядом Питера, он пускал стрелу за стрелой, сбивая особо настырных тварей, стремящихся достать людей в центре поляны.
   - Готова? Или уходим?
   Уходить я точно не собиралась. Как можно оставить людей в беде, тем более ребенка. Они же наверняка тогда погибнут.
   - Готова, - скорее прохрипела, чем ответила. От испуга пересохло в горле, а руки мелко дрожали. - Что делать?
   - Сейчас идешь впереди меня. Дилхов не бойся. Они безобидные, мальчишка их выпасал. Асыры охотятся на них, а не на нас. Нам нужно просто уйти и не мешать им. Наша задача дойти до Лина. Как только окажемся рядом, отцепишь ребенка от него и возьмешь на руки. Лин не может из-за него сдвинуться с места. Потом держишься между нами, и все дружно отходим назад. Ничего сложного, правда? Справишься?
   Действительно, ничего сложного. Ничего. Ничего. Мы справимся. Взгляд метался, выхватывая картины как эти самые асыры, размером с волка, похожие на гибрида богомола, стрекозы и скорпиона, опускаются на спины пятнистых дилхов которые в попытке спастись сразу же сворачивались в шары, но их панцири с жутким скрежетом разрывали жвала хищников, после чего в тело вгонялось жало. Вдох - выдох. Ничего страшного. Мы им не нужны! Они охотятся не на нас!.. Не действует. Рядом с Лином падает туша сбитого им насекомого и ребенок от страха начинает кричать захлебываясь слезами. Воин отфутболивает свободной ногой асыра в сторону и малыш затихает. Дольше ждать нельзя.
   - Да!
   Питер, выпустив еще несколько стрел, закинул лук за спину и взял в руки длинную палку-шест.
   - Тогда вперед, я тебя прикрываю.
   Стараясь не смотреть по сторонам, а только на ребенка, втянув голову в плечи, ринулась вперед. Расстояние небольшое, от силы метров двадцать, возможно чуть больше. Несколько секунд и я падаю на колени у ног Лина пытаясь разжать пальцы ребенка.
   - Иди ко мне малыш. Давай. Не мешай дяде Лину.
   Мальчик испуганно смотрит на меня, но судя по панике плещущейся в его глазах, он не понимает, что я ему говорю и вместо того чтобы отпустить воина еще крепче цепляясь за его ноги.
   - Александра Павловна, быстрее.
   - Я стараюсь, - огрызнувшись в ответ, взяла ладонями лицо ребенка, заставляя посмотреть на меня, при этом закрывая собой кошмар происходящий рядом. - Малыш, слышишь меня. Иди сюда. Ты же хочешь уйти? Давай, я тебя вынесу. Давай, мой хороший.
   И вот ребенок уже повис на мне, вцепившись мертвой хваткой. С трудом поднялась с дополнительной ношей.
   - Отходим.
   Зажав меня с мальчишкой на руках между своими спинами моя охрана, медленно, шаг за шагом, начала отступать к краю поляны. Их шесты со свистом рассекали воздух, вновь и вновь поражая новую цель и тут же откидывая ее в сторону, чтобы туши не мешали нашему передвижению. Мы уже были на краю поляны, здесь количество насекомых уменьшилось, все же основная часть дилхов была ближе к центру и соответственно охотники на них там же, когда Лин спотыкается и падает, заваливаясь набок. Несколько асыров набрасываются на нас сверху. Питер не справляется. В попытке оградить ребенка падаю на колени, прижимая его к земле и прикрывая собой от атакующих насекомых. Спину тут же пронзила жгучая боль, в глазах на секунду потемнело, но почти сразу же все прошло. Остался легкий зуд. Приподняла голову, чтобы понять что происходит. Лин уже на ногах и они с Питером отогнали всех летающих гадов.
   - Ты как? Подняться можешь?
   Попробовала шевельнуть ногами и руками, вроде бы все работает.
   - Да.
   Встав на одно колено, выбросила свое тело вверх. От резкого подъема закружилась голова, и картинка перед глазами поплыла. Мальчишка повис на мне, крепко держась руками и ногами. Расставив ноги чтобы удержать равновесие, заставила остановиться карусель перед глазами. И вот уже все приобрело четкие очертания.
   - Я в норме, пойдемте отсюда.
   Второй раз мужчинам повторять не пришлось. Сквозь лес мы двигались без остановки минут пять, не больше, но у меня от усталости начали подгибаться ноги. Во-первых, я не привыкла к физическим нагрузкам, все же большую часть своего времени, да что там большую, все свое время, провожу или в лаборатории, или за столом. Во-вторых, мальчик был хоть и не сильно большой, но свой вес имел. В-третьих, сказались переживания, да и адреналин, на котором держалась, отступил. Опустившись на землю, легла на спину пытаясь выровнять дыхание и успокоить выскакивающее из груди сердце.
   Оба моих охранника расположились рядом. Через минут пятнадцать-двадцать, когда меня отпустило, поинтересовалась.
   - И как часто у вас случаются такие нападения?
   - Редко.
   Упс, а этот откуда взялся? Приподняв голову, посмотрела на подошедшего к нам Наумова.
   - Что здесь произошло? Яков, почему стадо было так близко от гнезда арсов в период кладки и где твой брат?
   Мальчишка, до этого лежавший на мне крепко вцепившись в одежду, в последний раз шмыгнув носом, поднялся и виновато из-подо лба посмотрел на вопрошающего.
   - Амир захотел посмотреть на чужаков, а я не заметил, как стадо свернуло.
   Мало того что у них дети бегают без присмотра, так они еще и работают! Моему возмущению не было предела. Сев, подтянула к груди ноги, обхватив их руками, и уставилась на свои колени, пытаясь успокоиться. Если посмотрю на Наумова, он точно поймет всё, что думаю как о нем в частности, так и об укладе их жизни в целом.
   - С братом твоим разберемся позже. Теперь вы. Что. Она. Тут. Делает? - Глава с силой выплевывал каждое слово вопроса, разделяя и выделяя каждое, и все это пренебрежительно-недовольным тоном. Мне стало очень неприятно как от интонации которой был задан вопрос, так и от того как обо мне говорят специально игнорируя. Вроде как меня здесь нет или я неодушевленный предмет. Встав, сердито посмотрела на мужчину, он же, не обращая на меня внимания, продолжил отчитывать своих людей. - Вы разве не знаете, что грозит поселению, если бы с ней (делая акцент на моей персоне, Наумов не оборачиваясь, ткнул в меня пальцем) что-то случится?
   Оба моих охранника замялись виновато опустив головы и переминаясь с ноги на ногу.
   - Не слышу ответа. Кому из вас пришла в голову гениальная идея тащить ее с собой?
   - Ну... это...
   - Вообще-то, это было мое решение, - решила взять всю вину на себя, тем более я не врала. Да, парни могли меня остановить, удержать, в конце концов, увести силой. И я им благодарна, что они так не поступили, а взяли меня в команду и мы вместе смогли спасти ребенка. - Услышав крик, я бросилась на звук. А тут такое. Как вы можете детей заставлять выполнять опасную работу, да и вообще рисковать жизнью?
   Не выдержав, все таки высказала свое возмущение. Мужчина, прищурившись, стал прожигать меня злым взглядом.
   - Не вам решать, как нам жить!
  - А зря, - буркнула тихо в ответ и скривилась, так как меня услышали. Желваки на скулах мужчины заиграли. От страха я вжала голову в плечи, ругая свою глупость. Вот что мне мешало держать язык за зубами?
   - Скажите, вы готовы повесить на себя вину за смерть нескольких тысяч человек?
   Не понимая к чему вопрос, удивленно посмотрела на нависающего надо мной Наумова. Он в ответ устало вздохнул, запустив пальцы в свои волосы.
   - С одной стороны я вам благодарен за помощь в спасении Якова, а вот с другой стороны - представьте, что было бы со всеми жителя селения, если бы вы пострадали?
   Представила, и мне стало нехорошо. В тот момент я действительно не думала о последствиях. Захарову дай только повод зачистить от аборигенов территорию. Он им тут же воспользовался бы. И ему было бы все равно, виноваты люди, или нет в случившемся. Что это мое решение. Заметив испуг на моем лице, и поняв, что до меня дошло безрассудство моего поступка, мужчина отошел в сторону. Мне даже дышать стало легче.
   - Я надеюсь, это останется между нами пятью. Яков, забудь что видел эту женщину и не смей никому рассказывать о ней. Это важно для безопасности нашего селения.
   Мальчик тут же закивал головой в знак того что понял.
   - Вы двое ответите за сегодняшнее когда чужаки покинут территорию. А сейчас возвращаемся.
   О том что мне нужен материал для исследования даже не заикнулась. Обойдусь. Буду работать с тем, что есть. Развернувшись, пошла за идущим впереди Питером. Лин чуть сбоку вел Якова за руку, замыкал нашу группу Наумов. От его взгляда прожигающего меня сзади зачесалась спина. Сначала я терпела, пытаясь держать себя в руках. В конечном счете, не выдержав, обернулась, постаравшись всем своим видом показать насколько мне неприятно столь пристальное внимание. Вроде бы понял и отвел взгляд в сторону. Я тут же постаралась незаметно для окружающих, как бы между прочим отряхивая от налипшего мусора одежду, почесать спину. Не получилось.
   - Что у вас там?
   - Где? - раздраженно переспросила, недовольно скосив взгляд на главу местных.
   - На спине.
   Уточнив, Наумов с каждым мгновением хмурясь все больше. И чего пристал? Ну почесалась. Нет, чтобы сделать вид что не заметил, так он еще и акцентирует на этом внимание других.
   - Ничего. Просто одежду отряхивала от земли и листьев, - соврав, точнее недоговорив, почувствовала, как жар опаляет щеки. Чтобы этого не заметили, отвернулась, ускорив шаг.
   - Покажите.
   - Что? - обернувшись, удивленно переспросила идущего за мной мужчину.
   - Спину. Быстро.
   Меня не просили, приказывали. Мало того, еще и в грубой форме. Подчиняться, тем более этому дикарю, я не собиралась. Не видела в этом необходимости. Спорить так же. Отвернувшись, ускорила шаг, чтобы поравняться с Питером. Около него чувствовала себя поспокойнее. Каково же было мое удивление, когда почувствовала как меня схватили, прижав руки к телу и грубо нагнув вперед вытащили рубашку из пояса брюк оголяя спину. Не успела озвучить всё, что думаю по поводу этого грубого произвола, как услышала ругательство, после которого последовал резкий обвинительный вопрос.
   - Вы почему не сказали, что вас ужалил асыр?
   А вот теперь я испугалась на самом деле.
   - Что там? - чуть слышно поинтересовалась у Наумова, пытаясь приподнять голову, вдруг удастся рассмотреть спину. Если судить по ощущениям, то ничего страшного, чешется немного и все. А вот если по реакции окружающих, то все очень плачевно. Отвечать мне никто не стал. Быстро положив лицом вниз на землю и придавив к ней, глава приказал.
   - Лин, держи ее за ноги, Питер за плечи и руки, да так чтобы не дернулась и не мешала.
   Мужчины тут же навалились на меня всем своим весом, да так, что не то что пошевелиться, дышать удавалось через раз. Повернув голову набок, в попытке хоть что-то понять, увидела блеснувший в руке главы нож и испугалась. Что он задумал? Неужели отомстить хочет? Или кардинально решить проблему сохранения в тайне сегодняшнего происшествия?
   - Нет! Пустите! - Я начала орать и дергаться в попытке вырваться. - Пожалуйста, не надо. Я ничего никому не скажу.
   - Крепче держите.
   Голос отдающего приказ, был резкий, холодный и безразличный. Он меня сейчас зарежет, безэмоциональная скотина, а я ничего и сделать не смогу. Набрав побольше воздуха в легкие, заорала во все горло.
   - Аааа, помогите!
   Мы далеко зашли от поселения и места стоянки хеликоида. Вряд ли кто-то меня услышит на таком расстоянии, но вдруг нашелся в группе еще один такой же безумец, который решил забраться в дебри.
   Почувствовала как меня ножом полоснули по спине. Побоку тут же потекла теплая кровь. Моя кровь! Удивилась тому факту, что не почувствовала боли. Совсем. Да я ощущала, как кто-то раздвигает края раны, по-видимому глубокой, и ковыряется в ней пальцами. Но боли-то нет! Надеюсь, жизненно важные органы не задеты.
   - Нашел! Держите ее крепче.
   Меня еще сильнее придавили к земле. Но я уже и сама не дергалась, понимая, что что-то не так. Несколько секунд манипуляции в моей ране и вот перед моим лицом появляется окровавленная рука, в которой зажат полупрозрачный мягкий мешочек сантиметров пять в диаметре.
   - Смотри.
   В метре от меня мешочек опускают на землю и ножом разрывают оболочку. Изнутри тут же вытекла мутная жидкость с копошащимися в ней белыми червями.
   - Больше кричать не хочется?
   Перевела потрясенный взгляд с извивающегося перед моим носом клубка на стоящего надо мной мужчину. И это было во мне? Поняв, что я все внимательно рассмотрела, Наумов наступил на червей сапогом, раздавив их.
   - В скором времени оболочка должна была разорваться и тогда вас уже ничего бы не спасло.
   Упершись лбом в землю и прикрыв глаза переваривала услышанное соотнося его с увиденным. Я всегда смотрела реально на жизнь и сейчас понимала, что меня спасли только быстрые действия идущего позади мужчины. Не обрати он внимание на мое движение, не пойми он причину, начни он мне объяснять ... дальше думать не хотелось. Во рту тут же пересохло, а слюна стала вязкой. Кое-как проглотив ее, приподняла голову и с благодарностью посмотрела на, по-прежнему нависающего надо мной, главу аборигенов.
   - Спасибо.
   - Надеюсь, я об этом не пожалею.
   Оглянувшись по сторонам, он отошел немного в сторону и срубив одну из лиан вернулся к нам. Меня по-прежнему держали крепко придавив к земле и не позволяя шевелиться. Повернув голову, стала наблюдать за действиями мужчины. Присев около меня он свел края раны и выдавил на нее сок из растения. Я все еще ничего не ощущала, хотя понимала, боль должна быть неимоверная. В скором времени сок высох, заклеив рану и остановив кровотечение. Думать о том, что спасшись от одной заразы, могу погибнуть от другой, не хотелось. А ведь я абсолютно не знаю, как подействует на мой организм это доморощенное лечение. Нож, уверена на сто процентов, не был стерильным, про воздействие растения вообще думать не хотелось. Уже заранее было страшно. Мне срочно нужно попасть на базу, или хотя бы добраться до моего оборудования.
   Неожиданно ожил и подал сигнал вызова мой коммуникатор. Вопросительно посмотрела на Наумова.
   - Отпустите ее.
   Моя охрана тут же исполнила приказ. Как только села перед глазами все поплыло. Так, надо собраться и ответить. Опустив взгляд вниз попыталась сосредоточиться на одной точке, чтобы унять головокружение и тут же нажала кнопку принятия вызова.
   - Фролова, почему так долго не отвечаете? - голос полковника был злой и раздраженный, впрочем, как и его лицо на экране. Ничего нового. - У вас все нормально?
   Посмотрела снизу вверх на стоящих рядом мужчин. Все трое выжидательно - напряжённо смотрели на меня, слушая что я отвечу.
   - У меня все хорошо. А в чем дело? - зная, что Захаров сейчас внимательно сканирует меня, постаралась ничем не выдать своего состояния. Из-за потери крови, мне было нехорошо. Судя по пятну на земле, потеряла я ее достаточно много.
   - Вы не вышли на связь в положенное время. Так, почему такая бледная? Что там у вас происходит?
   Казалось от взгляда полковника ничего не укроется. Но я не имею право подставлять местных. Наумов прав, полковнику только дай повод и от селения ничего не останется, а я не готова взять на себя вину за смерть стольких людей из-за глупого недоразумения.
   - Заработалась, проголодалась, да и устала с непривычки. Все же работа в полевых условиях, для меня в новинку. Вот и не рассчитала силы.
   Захаров, прищурившись, продолжал сканировать меня холодным недоверчивым взглядом.
   - Ладно, возвращайтесь. Выделенное нам время подходит к концу.
   - Сообщите ему, что я вам разрешил продолжить исследования еще на десять часов, - непроизвольно вздрогнула от раздавшегося над ухом шепота. - Вы не можете в таком состоянии возвращаться. Если конечно не хотите нас всех подставить.
   Неуверенно посмотрела на Наумова. Хочу ли я здесь остаться еще на несколько часов? Одна, среди местных. Исследования это конечно хорошо, вот только как я их буду осуществлять в теперешнем состоянии? Да и элементарно страшно. Наши-то все улетят. Взгляд упал на Якова. Мальчишка с любопытством и опаской смотрел на меня. Выбора нет.
   - Полковник, мне глава местных разрешил остаться еще на десять часов и продолжить исследования.
   Захаров нахмурившись, посмотрел на Наумова, присевшего за моей спиной. Думать о том как буду притворяться, если не получу разрешения, что со мной все нормально и я просто устала, пока не доберемся до базы, не хотелось. Актриса я не очень хорошая. Это, мягко говоря. Наверняка проколюсь. Оказавшись у хеликоида, можно будет вколоть себе что-то из стимуляторов. Но я все равно не уверена что смогу хорошо притворяться. И вряд ли удастся списать мое состояние на голод и усталость, особенно если полковник потребует врача меня продиагностировать. Поэтому его надо срочно убедить, что мне лучше остаться. Да и с Наумова за сотрудничество не мешает несколько бонусов получить. С одной стороны он меня спас, но и я помогаю. Мне всего-то надо добавить парочку дополнительных пунктов к доступным объектам для исследований.
   - Полковник, мне разрешили побывать в жилищах, а так же пообщаться с женщинами и детьми.
   Во взгляде Захарова проскользнуло удивление и недоверие.
   - Вы уверенны?
   Подозвала к себе Якова, так чтобы он попал в поле зрения начальства. Увидев ребенка, полковник удовлетворенно кивнул.
   - Хорошо, тогда мы вас не ждем. Ваше оборудование остаётся в селении. Связь поддерживаем по-прежнему каждые полчаса. И не заставляйте меня нервничать. Это может плохо сказаться как на вас, так и на местных.
   Экран коммуникатора погас, и я на несколько секунд прикрыла глаза. С одним разобралась. Теперь надо со вторым. Неизвестно как он отреагировал на мой 'мягкий' намек о снятии некоторых запретов. Хотелось бы надеяться на поблажку, ну и на то, что действительно разрешит как побывать в их жилищах, так и пообщаться с женщинами. А если позволит взять у них несколько анализов, я ему вообще буду безмерно благодарна. Вот только почему так страшно на него смотреть? Ладно. Тянуть время нечего. Вздохнув, открыла глаза и посмотрела на Наумова в ожидании его реакции на сказанное мной полковнику.
   А они с моим начальством очень похожи. Сейчас меня опять прожигали раздраженным холодным взглядом.
   - Я как чувствовал, что именно от вас будут одни неприятности. О жилищах и женщинах забудьте, к ним я вас не подпущу.
   Сказал, как отрезал, таким тоном что понятно сразу, спорить бесполезно.
   Желая хоть на ком-то отыграться зло посмотрела на моих охранников.
   - Раз я остаюсь, то вполне смогу дождаться от вас последнего анализа. Так ведь?
   Оба мужчины недовольно скривились, но все же кивнули в знак согласия. А нечего мне здесь. В душе неприятно заскребло. Не привыкла я так с людьми, а тут... Они же не виноваты, что их глава такой упертый. Вздохнув, поднялась. Хватит рассиживаться, мне еще надо разобраться с последствиями экстремального лечения. Меня спасает только то, что в этой местности природа, пока, не реагирует агрессивно на нас. Теперь главное не терять надежду что успею вернуться на базу до того как начнет. Или не начнет? Как бы там ни было, но аборигены тоже люди. Есть ли шанс что пребывание около них, благотворно скажется на мне?
   Как только поднялась, меня сразу же повело в сторону. Благо, Наумов стоящий непосредственно за спиной успел поддержать, не дав упасть.
   - Лин, отведи Якова домой. Питер неси ее к квииде.
   - К какой квииде?- возмущенно пискнула, когда меня подхватили на руки. - Мне надо к своей аппаратуре.
   - Успокойтесь, - безапелляционно прервал меня глава. - Никому не нужна ваша аппаратура. Никто из селения до нее не дотронется. А квииде вас быстро на ноги поставит.
   - Другим она возможно и не нужна, в отличие от меня. Мне необходимо протестировать рану, подлечиться и устранить все последствия сегодняшнего происшествия. Да и восстановиться самостоятельно, без приема препаратов, я не успею. Все же потеряла довольно много крови.
   - Стоять, - от резкого приказа внутри все сжалось. Все же местные мне внушают подсознательный иррациональный страх, особенно Наумов. Но при этом не удержала вздоха облегчения. Думать, что помимо того что меня разрезали грязным ножом в антисанитарных условиях, а потом лазили в ране, столь же грязными пальцами, молчу что заклеили ее непонятно чем, еще и подвергаться лечению какой-то знахарки, не хотелось. Нет уж. Это был перебор. Очень рада, что здравый смысл подсказал мужчине правильное решение.
   - На вашей аппаратуре фиксируется информация, кто лечился и что именно с ним делали?
   С одной стороны я поняла к чему ведет глава, но врать не приучена. Обман- это неприемлемое поведение для индивидуума. Поэтому и сейчас отвечала правдиво.
   - Фиксирует.
   - Вы ее сможете удалить после лечения?
   - Нет. Во всяком случае, не я.
   - Тогда забудьте. Мы идем к квииде.
   Мои доводы и возражения никто больше не слушал. И Питер, и Наумов меня просто игнорировали, быстро удаляясь от поселения и унося меня неизвестно куда. В конечном счете, поняв, что на меня все равно не обращают внимания, успокоилась, перестала дергаться и начала оглядываться по сторонам. Лучше бы я этого не делала! Нас окружали зловещие сине-фиолетовые джунгли, закрывающие густой кроной небо, сквозь которую никак не мог пробиться нормальный свет. Поэтому внизу было сумрачно. Как-то сразу стало неуютно и страшно. Мне абсолютно не нравилось, что меня несут в непроходимые дебри. Назад самой выбраться шансов не будет. Я все время крутила головой в разные стороны, пытаясь если и не запомнить дорогу, то хотя бы разглядеть представителей местной фауны, которых, если судить по звукам, здесь было множество. Мне хватило одного нападения, не хотелось бы подвергнуться второму. Вокруг же так темно и толком ничего не разглядеть, а за любым кустом, веткой или стволом дерева мог прятаться хищник, выжидающий свою жертву. И ею вполне могли оказаться мы. Ну, или я.
   - Хватит дергаться, - раздраженно прошептал на ухо Питер. А он мне до этого казался вполне терпеливым и спокойным. Впереди идущий Наумов только зло зыркнул на меня, но промолчал и на том спасибо. Сжавшись, перестала крутиться. Все равно ничего нормально рассмотреть не могу, а от напряжения и ожидания нападения к слабости и головокружению добавилась тошнота. От кровопотери ли это, или от усталости, а возможно вообще от голода, все же ела нормально я давно. Во время исследований, пока лазила по лесу только и смогла, что парой энергетических батончиков перекусить. Запас-то еды с собой не выдавался. Надолго никто не рассчитывал оставаться у аборигенов. Возможно, в селении мне что-то оставили. Вот только идем мы сейчас не туда.
   Прошло не меньше получаса (я бы даже сказала что больше, так как один раз коммуникатор подал сигнал о том что пора связаться с начальством и обрадовать их что я все еще жива), когда мы вышли на небольшую закрытую поляну посреди которой стоял домик из светлого камня. Это они что, от самых гор сюда булыжники тащили, чтобы кому-то дом построить? И это же все вручную! Техники- то у них, у местных, нет. Нахмурившись, начала вспоминать информацию об этой планете. Там нигде не было указано, что аборигены строят дома. Нет, были картинки временных деревянных сооружений, но это же - капитальный крепкий дом. Если они умеют такие строить, то почему живут в пещерах? Я ничего не понимаю. Надеюсь, сейчас удастся хоть что-то узнать. Так как глава как раз подошел ко входу и постучался. Дверь открыла пожилая женщина и обеспокоенно поинтересовалась.
   - Николай, что-то с Элей?
   - С ней все нормально. Тут нужна твоя помощь.
   Сделав шаг в сторону Наумов указал на нас. Как я понимаю это и есть квииде. Ничего сверхъестественного или бросающегося в глаза в женщине не было. Выглядела она, так же как и большинство представительниц этой планеты. Ничего примечательного, помимо глаз, смотрящих на меня с неприкрытым недовольством. Среднего роста, слегка полноватая, морщинистое от старости лицо, седые волосы собраны в косу. Разве что одета она помимо рубахи в свободные штаны. На большинстве женщин, что видела до этого, были или юбки или платья. Еще меня удивил кожаный фартук в пятнах. Ни на одном фото не видела, чтобы аборигены их носили. Возможно, они одевают их в своих жилищах при выполнении определенных работ. Во мне опять проснулся исследователь. Я поняла, что не все так плохо как думала. Во-первых, это все-таки женщина пусть и пожилая, так что у меня есть возможность получить ответы на некоторые свои вопросы, а возможно даже анализы. Во-вторых, она явно имеет какой-то особый статус. Значит, у меня появился шанс разобраться в построении, организации и иерархии жизни местного населения. От азарта и предвкушения чуть ручки не потёрла.
   - Мне казалось, мы чужакам не помогаем. Ты о чем думал, когда тащил ее сюда? Забыл, что я единственная квииде на несколько селений и у меня нет преемника.
   - Так кто же виноват, что ты до сих пор не выбрала его себе? Все тебе не подходят.
   - В первую очередь - ты виноват. Как иарум, давно должен был позаботиться, чтобы родился следующий квииде, а лучше парочка. Население увеличивается, одна уже не справляюсь.
   - Они и рождаются.
   - Ага, только уходят к другим. А для родного селения поднапрячься, не хочешь?
   Затаив дыхание прислушивалась к спору, абсолютно не понимая о чем он. Как глава мог поспособствовать рождению квииде? Кто это вообще? Ими становятся дети главы? Только ли девочки или и мальчики тоже? И кто такой иарум? Опять куча вопросов. Где бы узнать на них ответы?
   Как и большинство жителей эта женщина не горела желанием с нами общаться, молчу про то чтобы помогать. Чего же они все такие агрессивные? Мы же вроде бы им ничего не сделали.
   - Ее ужалил асыр.
   - Ну и замечательно! Значит на одного захватчика будет меньше.
   Развернувшись, женщина готова была скрыться в доме, но глава положил ей на плечо руку останавливая.
   - Я успел удалить личинок. Мне надо чтобы ты привела ее в порядок и поставила на ноги, до того как за ней прилетят.
   - Зачем?
   Это мне только так кажется, или эта особа, в отличие от воинов, не очень-то слушает своего главу? Он так точно ей не приказывает, а скорее просит оказать услугу. Чем дальше, тем интереснее.
   - Для нас важно, чтобы она вернулась к своим живая и здоровая.
   Женщина несколько секунд смотрела в глаза Наумову, а потом, тяжело вздохнув, распахнула дверь, пропуская нас в дом. Удивительно, но внутри так же все было каменное. Во всяком случае, в первой комнате, которая начиналась сразу же за порогом. Около широкого окна, затянутого каким-то странным почти прозрачным материалом, но точно не стеклом и не тканью, стоял большой стол, если вытесанную из камня плиту на четырех колоннах из того же материала можно так назвать. Я еще могу понять как сюда принесли все, что необходимо для строительства дома, но эта плита весит не меньше тонны, ее- то как дотащили? Кстати, на него-то меня и посадили. Мои глаза сразу же замерли на, то ли камине, то ли печи. Я, такое, видела только на картинках. Жаль огонь в нем не горел, потому что несмотря на то, что на улице тепло, меня начинало морозить. Это плохо. Почему я не взяла с собой никаких лекарств, только контейнеры для сбора материала? Еще в комнате заметила несколько, опять же из камня, низких цилиндров с накинутыми на них кусками кожи. Если правильно понимаю, это аналог стульев. Стены были голые, ничем не покрытые. На полу разбросали сухую траву, благодаря которой в воздухе витал довольно приятный аромат. Так вот как они обустраивают свои жилища. Хотелось посмотреть, что находится в других комнатах. То, что есть еще хотя бы одна, знала точно, так как видела ведущую куда-то арку.
   - В какое место он ее ужалил?
   - Спину.
   Опять обо мне в моем присутствии разговаривали в третьем лице! Воспитание у них на высшем уровне. Теперь уже я на окружающих смотрела, не скрывая своего недовольства и раздражения. Но на это, как и ранее, никто не обращал внимание.
   - Ложись на живот и покажи спину.
   Вот теперь и со мной заговорили, но таким тоном что могли бы и не обращаться. Нахмурившись, посмотрела на женщину. Отдавать себя в руки этой квииде не хотелось. Что она может знать о лечении? А именно для этого меня сюда принесли. По телу прошла дрожь, и меня бросило в холодный пот. Нет не от страха. По-видимому, мне все же занесли какую-то заразу. Асыр ли или глава неизвестно, но уже все равно кто. Мне нужно нормальное лечение.
   - Извините, я благодарна всем за попытку помочь вашими методами, но мне надо срочно к своей аппаратуре, а еще лучше на базу. Судя по ощущениям, у меня началось заражение. Полковнику я все объясню и скажу, что вашей вины в случившемся не было, это только мой недосмотр.
   Я начинала нервничать. Пока меня несли, как-то не замечала, что мне чем дальше, тем все хуже становится. Сейчас же перед глазами все понемногу начало плыть.
   - Положите ее на живот. Быстрее. У меня и без вас много дел.
   Не обращая внимание ни на мои слова, ни на мое вялое сопротивление, мужчины перевернули мою тушку на живот, удерживая за руки и ноги в натянутом как струна состоянии. Женщина сама оголила мне спину и выругалась.
   - У нее действительно началось заражение. Уверен, что она тебе нужна?
   - Без вариантов. Справишься?
   - А у меня есть выбор? Ты хочешь, чтобы я ей даровала?
   - Нет. Есть возможность справиться без этого?
   - Можно рискнуть. Во всяком случае, попробую, все же неизвестно как сатэйра влияет на чужих.
   - В крайнем случае, даруешь ей. Она не должна умереть. Во всяком случае, у нас. С последствиями разберемся.
   - Насколько быстро она тебе нужна?
   - Через девять часов ее забирают.
   Моему возмущению не было предела, я попыталась вырваться и сесть. По-видимому, меня не собираются вводить в курс происходящего, спрашивать моего разрешения на лечения или интересоваться моим мнением. Да даже рассказывают, что они хотят со мной делать! Нашли себе зверушку подопытную.
   - Если вы не заметили, я нахожусь здесь, возле вас и все прекрасно слышу. Не потерплю, чтобы обо мне как о вещи разговаривали. Помогите добраться до селения или я вызову помощь с базы сюда.
   Я не хочу, чтобы люди, живущие здесь, пострадали. Но и умирать не хотелось. А то, что местная целительница сможет помочь мне с заражением не верила. Чересчур сильно их общество деградировало. Шансов что они антибиотики изготавливают, нет, а без них не справиться. Так как надо чистить уже не только рану, но и кровь. Неожиданно меня отпустили, и я чуть не упала со стола на пол, так сильно дернулась чтобы освободиться. Посмотрев недовольно на Наумова, сердито сжала губы, чтобы не сказать всё, что думаю по поводу их поведения, села.
   - Приношу свои извинения. Вы правы.
   Оба мужчины отступили от меня на несколько шагов, а женщина фыркнув вообще вышла из комнаты. Возможно, для них это нормальное поведение между собой или с женщинами. Мне же было достаточно просто сказать, что оно неприемлемо в отношении меня? Наумов и до этого всем приказывал. Или это угроза вызвать сюда помощь так подействовала? Вполне возможно. Даже, скорее всего.
   - Я рада, что это недоразумение разрешилось. А теперь помогите мне слезть со стола и добраться до селения.
   Наумов самолично подошел ко мне и взял на руки. Удивленно посмотрела на него. Чего это он вдруг?
   - Питер устал. Вы же хотите как можно быстрее добраться до своих лекарств?
   - Да- а, - неуверенно протянув, посмотрела на своего охранника. С одной стороны он довольно долго меня нес, а со второй - уставшим не выглядел. Все же предпочла бы, чтобы он мне помогал. У него на руках себя как-то спокойнее чувствовала. Но возмущаться или требовать передать меня другому мужчине, посчитала неуместным.
   - У вас жар.
   - Повышенная температура один из признаков заражения крови, - не удержалась от нотации.
   - При повышенной температуре помогает обильное питье. Не желаете?
   Квииде вернулась в комнату, неся глиняную кружку чем-то заполненную. Она права. Пить я действительно хотела. Вот только вспомнилось предупреждение Захарова, чтобы мы ничего не пробовали из местного. Не хватало для полного счастья к заражению, еще и отравление заработать. Да, я не доверяла им! Нет, не то чтобы думала, что они смерти моей хотят, но подсунуть свое лекарство могут. А оно, как правильно сказала женщина, неизвестно как подействует. Лучше не рисковать. Тем более в моем состоянии.
   - Спасибо. Но я воздержусь.
   - Раз так, то отправляемся, - Наумов повернулся и даже сделал несколько шагов в сторону выхода. - Вот только, вам с каждой минутой все хуже становится. Возможно, стоит связаться с базой сейчас и сказать что вы, например, решили отдохнуть и пару часов из-за этого не сможете выходить на связь. Если сейчас еще есть шанс притвориться что у вас все хорошо, то через следующие полчаса не уверен, что у вас это получится.
   Осознавая что глава аборигенов прав, я все же тянула со связью. Меня настораживал вдруг ставший покладистым Наумов. Но мне действительно с каждой минутой становилось все хуже. Меня, то в жар бросало, то по телу озноб пробегал. Даже сейчас не уверена, что внимательный Захаров ничего не заподозрит. Понимая что тянуть нельзя, если не хочу неприятностей, как на свою голову, так и на головы поселенцев, включила коммуникатор.
   - Это Фролова.
   - Да. Как у вас дела? - как же я была рада, что на связь вышел не полковник, а кто-то из его помощников.
   - Все отлично, только я устала очень, мне нужно отдохнуть несколько часов. Так что на связь некоторое время выходить не буду.
   - Понял вас. Как проснетесь - отзвонитесь. Конец связи.
   Все прошло гораздо удачнее чем я думала. Расслабившись, прикрыла глаза. Мне на самом деле не помешает отдохнуть.
   - А теперь выпейте, пожалуйста, то, что вам предлагает квииде, это облегчит ваше состояние.
   - Я не знаю что это, а так же как на напиток отреагирует мой организм. Ему и так сейчас тяжело. Поэтому рисковать не буду. Предлагаю не тянуть время и быстрее возвращаться в селение.
   - Насчет тянуть- она права, заканчивайте с ней играться. Николай садись и держи ее крепче. Питер, запрокидывай голову.
   - Извините, но так надо.
   Я и пикнуть не успела, как Наумов сел на пол откинувшись на один из цилиндров. Ногами зажал мои ноги, а руками прижал руки к телу так, что я получилась спеленатая им без возможности шевельнуться. Питер, тут же запрокинув мою голову назад, стал удерживать ее. Испуганными глазами смотрела на приближающуюся женщину, сжав челюсти. Они тут что, совсем с ума сошли?!
   - Пей или я сама волью.
   Открывать рот чтобы ответить побоялась и просто отрицательно замычала пытаясь вырваться. Но мужчины очень крепко меня держали. Квииде недолго думая надавила на щеки и мне в рот полилась противная, тягучая масса. И никакие попытки выплюнуть не помогали.
   - Не сопротивляйся. Это для твоего же блага. Прямо как дитя малое.
   Мне казалось, я сейчас захлебнусь. А она все лила и лила. Часть попадала в рот, часть в нос, кое-что стекала по шее на одежду. Я уже ничего толком не видела из-за слез. За что? Что я им сделала? Несмотря ни на что, я пыталась выгибаться мыча и дергаясь. Дикари! Сволочи! Бабушка- а- а!!!
   Наконец-то кружка опустела, но меня не отпускали, продолжая по-прежнему крепко удерживать нашептывая на ухо что уже скоро все закончится и мне полегчает. В желудке комом встало то, что в меня влили, готовясь в любой момент выплеснуться наружу. Как только мне дадут нагнуться, так это и случится. С ненавистью оглядываясь, думала что прав Захаров- нелюди это.
   - Сейчас она заснет, тогда отнесешь ее в спальню.
   - Через сколько можно будет понять, действует ли сатейра?
   - Думаю, часа через два-три поймем. Если да, то часов через шесть она будет в норме. Ну а если нет...
   Что будет если нет, она не договорила. А возможно и договорила, просто я не услышала, так как сознание отключилось, как-то сразу, в один миг.
  

* * *

   Просыпалась я медленно. Сознание еще витало во снах, когда слух уловил легкий шум ветра и приятный стрекот насекомых. Медленно потянувшись, почувствовала каждую мышцу в своем теле. Хорошо-то как. Улыбнувшись новому дню, открыла глаза и резко села. Воспоминания лавиной нахлынули, ввергая меня в панику. Дыхание моментально сбилось и я начала задыхаться. Нет, так не годиться. Закрыв лицо руками, постаралась успокоиться. Один, два ... глубокий вдох, выдох. Три, четыре... все хорошо, я жива. Пять, шесть... у меня ничего не болит. А действительно же не болит, и чувствую себя хорошо. Открыв во второй раз глаза, внимательно осмотрелась.
   В небольшой светлой комнате я была одна. По-видимому, это спальня хозяйки. Я сидела на возвышенности застеленной довольно грубым бельем. Меня окружали голые стены, напротив кровати было окно, открывающее вид на местные джунгли, в одной из стен была арка занавешенная куском ткани. Ни стульев, ни шкафов. И где мои вещи? То, что на мне надета длинная рубашка, и она не моя, увидела сразу. Задрав подол, попыталась рассмотреть как там моя спина. Ничего не видно. Пришлось действовать на ощупь. Удивительно, но судя по всему, на спине остался только небольшой рубец. Вообще-то, если бы дали добраться до моей аппаратуры и его бы не было, но... у местных же нет технологий, чтобы ускорить процесс заживления. Или есть, а мы просто не знаем? Так же как не знали, что они строят дома и перетаскивают на расстояние нескольких километров огромные плиты. Что-то, чем больше я о них узнаю, тем больше возникает вопросов. Пора попытаться получить на них ответы, как и потребовать объяснения по поводу произошедшего несколько часов назад.
   Поднявшись с кровати сделала несколько шагов по комнате оценивая свое состояние. Не тошнит, голова не кружится, никакой слабости не чувствую. Вроде как со мной ничего и не произошло. Но было же, я точно помню, и рубец это подтверждает. Новый вопрос, как знахарка смогла за такое короткое время справиться с заражением? Даже с антибиотиками, это было бы не так быстро и просто. То, что прошло всего несколько часов с моего появления в этом доме, была уверена. Иначе тут уже был бы Захаров с ротой своих солдат. Кстати, не помешало бы связаться с базой, вот только коммуникатора, как и моей одежды в комнате не наблюдается.
   Выглянув в окно замерла, заворожено рассматривая открывшуюся картину. Сквозь листву пробивались лучи оранжевого света. Они падали на стволы деревьев, кусты и траву, землю, переплетаясь между собой, скрещиваясь и создавая потрясающую картину. Только сейчас, расслабившись, смогла оглядеться спокойно, никуда не торопясь, ничего не выискивая и главное, не боясь окружающей природы. Действительно, страха не было. С чего бы это? Возможно, потому что находилась в доме с толстыми стенами? Подсознательно мозг воспринимает это место как убежище? Хотя, если вспомнить что здесь со мной делали... Но, страха все равно не было. Еще на мое спокойствие могло повлиять то, что на меня сейчас никто не охотился, над душой никто не стоял, ни к чему не принуждал. Я ни от кого не убегала и просто стояла, смотрела и слушала. Когда такое было в последний раз? Даже не знаю, было ли вообще.
   Джунгли казались живыми. Привыкшей к тишине лабораторий, мне было непривычно слышать все эти шорохи, постукивания, шелест, стрекот. Всего-то надо было остановиться и перестать суетиться, оглянуться и прислушаться. И тогда красота окружающего мира откроется. Я поняла, что не боюсь пролетающего мимо окна огромного жука, так же как и проползающей в метре от стены дома сороконожки с довольно большой парой клешней и шевелящимися на голове пятью стебельками-отростками с фиолетовыми шариками глаз.
   - Уже поднялась? Как самочувствие?
   - Хорошее, - обернувшись, посмотрела на вошедшую женщину. Злости на нее не было. Как и на тех, кто ей помогал. Хотя, по идее, должна была бы быть. У меня вообще, на удивление, было хорошее состояние. Что-то мне подсказывает что это побочный эффект от лечения. Судя по уставшему виду, не очень-то легко ей было привести меня в норму. Можно было бы поблагодарить, если бы не методы ее лечения и то, что могла бы и сама справится со своим здоровьем, если бы меня отнесли туда, куда попросила. Тогда и проблем было бы у них меньше.
   - Не расскажете, что вы со мной делали и чем лечили? - мало ли, а вдруг все же в виде извинения квииде исполнит мою просьбу. Хотя... мало верится. Ну а вдруг.
   - Нет, - что и требовалось доказать. Аборигены все свои знания берегут и не хотят с нами делиться.
   - А зачем было это делать таким... методом?
   - Ты отказывалась от лечения, а времени на уговоры не было.
   Скорее желания. Отвернувшись назад к окну, горько улыбнулась.
   - Что такое сатэйра тоже не скажете?
   Это было скорее утверждение чем вопрос. Женщина промолчала.
   - Где мои вещи?
   Как я ни старалась сдержаться, всё же в голосе проскользнули нотки обиды.
   - Сушатся. Они были грязные и в крови. Не могла же я разрешить положить тебя в таком виде к себе в кровать.
   Медленно развернувшись, посмотрела в глаза пожилой женщины. Она не силач, а я не пушинка. Вспомнила, как в меня заливали ту гадость, и пришла к неутешительному выводу: меня не только переодели, но и помыли.
   - Кто это делал?
   - А для тебя это важно? - возле глаз квииде появились морщинки, а уголки губ приподняла лукавая улыбка.
   - Нет. Просто неприятно.
   Произойди что-то подобное на Земле или даже на базе, мне было бы безразлично. Потому что это делали бы обученные люди, выполняя свою ежедневную работу. Сейчас же ... ну да ладно. Это уже неважно. Думаю, ничего нового они не увидели.
   - Мне надо связаться с базой. Где мой коммуникатор?
   Достав устройство из кармана передника женщина протянула его мне. Я тут же нацепила его на руку и нажала на вызов, отмечая, что проспала семь часов. Значит, до возвращения осталось два. Квииде не уходила. Подойдя к кровати, она стала ее заправлять, время от времени бросая на меня косые взгляды. Переживает, не доложу ли о них? Скорее всего. Но если я расскажу начальству о самоуправстве знахарки и главы, то пострадают не только они. А этого я не хотела.
   - Фролова? - прищуренный взгляд полковника впился в мое лицо, что-то выискивая там. Но по-видимому не нашел, так как недовольно сжав губы он резко поинтересовался. - В чем это вы?
   - Это местная одежда. Мне ее дали на время сна.
   Брови полковника удивленно поднялись вверх. Не ожидал. Если подумать, то получается, у меня состоялся самый близкий контакт с аборигенами. До этого, дело дальше разговоров ни у кого не заходило. Вот только я не была уверена, что мне нравится наше сотрудничество.
   - Даже так?! Когда вернетесь на базу, первым делом жду полного отчета. А сейчас работайте. Связь через полчаса.
   И все? Ни как ваше состояние, все ли хорошо, нужна ли помощь? Облегченно вздохнув, нажала отбой. Оно конечно же хорошо, вот только...
   - Смотрю, заботливый он у вас, - не скрывая ехидства в своем голосе, хозяйка озвучила мои мысли. Ее слова хоть и соответствовали истине, точнее то, что она хотела этим сказать, но все равно вызвали раздражение. Поэтому не удержалась от ответной реплики.
   - Такой же, как и ваш.
   По моему мнению и Захаров и Наумов одинаковые. Оба привыкли командовать. Оба считают, что их решение и выводы единственно верные и правильные. Мнения и желания окружающих их не интересуют. Да им, в общем-то, наплевать на этих других, если это не задевает их сферу интересов. Главное, только чтобы все вокруг беспрекословно слушались и не мешались под ногами, выполняя очередной приказ.
   - В этом ты неправа девочка. Твоего жизненного опыта не хватает, чтобы увидеть и понять различия между ними.
   - Возможно, спорить не буду. Вот только, если ваш такой заботливый, почему же не подпишет соглашение с Землей? Предпочитает держать своих людей в полудиком состоянии, только чтобы все подчинялись?
   - А зачем нам это? Всех вполне устраивает жизнь, которой мы живем.
   Знахарка смотрела на меня как на неразумное дитя. Снисходительно и даже с жалостью. Это меня разозлило. Да как же они не понимают?!
   - Что вас устраивает? То, что дети вместо того чтобы учиться работают? То, что мужчины бегают по лесу с луком, чтобы добыть пропитание, рискуя каждую минуту погибнуть. Вот я смотрю вы живете в доме, а остальные в пещерах, как звери! Все ходят грязные. Почему? Потому что нет элементарных условий для нормальной жизни. Таких, как водопровод и канализация. Вы же с каждым поколением деградируете, теряя знания которые человечество собирало на протяжении многих тысячелетий. Это я еще не знаю что у вас со смертностью от болезней. А ведь мы с этим всем можем помочь. Мы бы могли предоставить вам новейшие технологии. Люди давно освоили космос, а вы корешки выкапываете. Сегодня, если бы мы не проходили мимо, погиб бы Яков и, я подозреваю, такие несчастные случаи не редкость. Неужели вам не жаль своих людей и детей? Неужели не хочется жить лучше и знать больше?
   - Говоришь жить лучше? - квииде задумчиво посмотрела на меня. Возможно, мне удалось до нее достучаться? Хотелось бы надеяться. - Признаю, многие знания своих предков мы утеряли. Одни нам были бесполезны, другие... другие не подходили под условия жизни на Альдазаре, третьи не было возможности реализовать здесь. Но вот что сохранилось, так это воспоминания о, как ты говоришь, праматери. О той, которая выкинула наших предков из дома. Большинство из колонистов не имели навыков и знаний для выживания в условиях дикой неосвоенной планеты. Их отправили в космос, без необходимы умений, без возможности отказаться или вернуться, в случае ошибки в расчетах и невозможности выжить.
   Я бы и хотела возразить, да вот только нечего было. Сама об этом узнала не так давно. Правительство, в то время, кардинально решало проблему перенаселения. Предоставляя одним возможность выжить, за счет других. С возможностью использовать их дальше на благо Земли.
   - Остановишь меня, если я окажусь неправа. Возможно, за эти столетия что-то поменялось. Хотя, судя по вам - нет. Наша праматерь перенаселена и полностью истощена. Уничтожена природа. Жизнь ее жителей контролируют от момента зачатия и до времени смерти. Вы не решаете в своей жизни ничего, все только с разрешения вышестоящих органов. Живете по понятиям человек для общества, а не общество для человека. Ютитесь в маленьких клетушках, всю жизнь оплачивая их. Едите полусинтетическую еду, да и той не хватает. Чтобы создать полноценную семью должны у кого-то просить разрешения и не факт что позволят! Потому что кто-то решит, что ваши гены не подходят друг другу и конечный вариант не будет полезен для вашего общества. Все у вас привязано к деньгам, ради которых всю жизнь работаете с утра до вечера, так как если их не будет, то умрете с голоду на улице, и всем будет на это наплевать, так как в вашем мире каждый сам по себе.
   - Вы неправы, все не так, - я попыталась опровергнуть ее обвинения.
   - Да? И в чем же я неправа? Ты можешь себе позволить все что хочешь и у вас всё доступно всем?
   - Нет, конечно. Каждый получает только то, что заслужил, на что заработал и что ему необходимо.
   - Вот видишь? Одни всю жизнь работают с утра до вечера, но при этом все равно влачат нищенское существование, выживая на минимуме. Зато другие могут себе позволить все, потому что стоят на вершине власти. Хочешь сказать, что я ошибаюсь?
   Нахмурившись, я внимательно смотрела на женщину. Она все рисовала в темных красках. Да у нас были определенные правила, ограничения и законы. Но они необходимы чтобы не было анархии, чтобы люди могли спокойно жить, не боясь за себя, своих родных и близких каждую секунду. Им подчиняются все без исключения. За нарушение идет наказание. Они дают фундамент и уверенность в завтрашнем дне. Позволяют строить планы на будущее, выходя из реалий настоящего. Благодаря им, человечество выжило и развивается.
   - Ошибаетесь! Человек, у нас сам выбирает свой путь. А тот, кто приложил усилия и смог получить все необходимые знания во время обучения, получает более высокооплачиваемую работу. Благодаря которой имеет возможность приобретать все, что ему необходимо и расти по карьерной лестнице достигая ее вершин. И чем больших высот он достигнет на выбранном пути, тем лучше сможет обеспечить себя и своих родных. Так что все зависит от человека.
   - Допустим. Возьмем тебя. Ты хорошо училась?
   - Да, конечно. Я было одна из лучших.
   - А что тогда ты делаешь здесь? Мне кажется это место не предел твоих мечтаний.
   Недавнее воодушевление, с которым пыталась объяснить устои нашего мира, моментально прошло. Ну да, училась, стремилась. И все для чего? Чтобы оказаться на задворках вселенной, на затерянной в космосе планете? Одна и никому не нужная. Интересно, вспоминают ли обо мне родные? Понимают ли, чего лишили? Как папа отреагировал, когда узнал о случившемся? По-прежнему ли мама считает, что поступила правильно, отдав меня на откуп конфедерации, за ошибку Алины и Дениса? Что они сломали мне жизнь? Обидно что, скорее всего, они этого не оценят и посчитают, что все так и должно быть. Надеюсь, ребенок родится здоровый и главное здравомыслящий! Отвернувшись, сжала кулаки. А я? А я не сдамся! Пусть это и задворки, но здесь я столкнулась с невероятной интересной загадкой. У меня появились друзья. Здесь я приобрету навыки, которых никогда бы не получила сидя в лаборатории. Будет что вспомнить лет через пятьдесят. Если выживу. Все у меня еще будет. Все у меня получится и жизнь наладится! Что такое десять лет, если впереди еще почти сто?
   - Квииде, - мои мысли прервал крик Питера, - там срочно нужна помощь.
   Женщина выскочила из комнаты и я тут же рванула за ней. В комнате с камином стоял мужчина, держа на руках хнычущего ребенка. На меня он бросил мимолетный взгляд и тут же переключился на знахарку.
   - У Темы со вчерашнего дня живот болит. И чем дальше, тем сильнее. Ему даже разогнуться больно.
   - На стол его быстро. На спину. Освободить живот от одежды. Я буду дотрагиваться, а ты мне скажешь, где болит.
   Ребенок, испугавшись, заплакал еще больше.
   - Артем, ты ж парень. Что это за сырость и не стыдно тебе? Я не смогу тебе помочь, если ты будешь так себя вести. Когда он ел последний раз? -вопрос был предназначен отцу.
   - Вчера утром. Днем разболелся живот и после этого он отказывался от всего.
   Ребенок был очень бледным, все время пытался согнуть ноги в коленках и особенно громко вскрикивал, когда ему надавливали на правый бок, при этом говорил что болит весь животик. Малышу было лет пять. Я смотрела на него и слезы на глаза наворачивались. Если бы Наумов не был бы такой непробиваемый, ребенку не пришлось бы терпеть боль. Уже давно Борисов осмотрел бы его и оказал необходимую помощь. Судя по его реакции на пальпацию и напряженный живот, могу предположить, что у Артема аппендицит. Для нас это не представляет проблем. Простейшая операция. Как с этим справится знахарка, даже не представляю.
   Тем временем закончив с ощупыванием квииде, закрыв глаза, замерла у ребенка, вроде как прислушиваясь к чему-то. Потом начала водить над ним руками. А это еще что такое? Чего она тянет? Не выдержав, предложила.
   - Я могу вызвать хеликоид, и малыша отвезут на базу. Через несколько часов он будет здоров.
   Отец ребенка недовольно зыркнув на меня перевел взгляд на знахарку, которая по-прежнему стояла, не шевелясь с закрытыми глазами. Возможно, она просто не знает, что с мальчиком и тянет время? В комнате тихо, кроме всхлипывания ребенка, ничего не слышно. Все молчат. Минуту, вторую. Неожиданно ребенка начало рвать. Папа перевернул сына набок. Квииде продолжала стоять не шевелясь. Я уже готова была вызвать помощь, не спрашивая желания у аборигенов. Наблюдать за мучением ребенка было выше моих сил. Когда женщина резко открыла глаза и, посмотрев на меня, бросила.
   - Поможешь мне.
   В ответ неуверенно кивнула.
   - Питер ставь воду греть. Назар, возвращайся за сыном через два дня.
   Отец обеспокоенно посмотрел на ребенка.
   - Не переживай, все с ним будет хорошо.
   - Хорошо, квииде.
   Мужчина ушел, Питер вышел, а я по-прежнему растерянно стояла посередине комнаты с приподнятой рукой с коммуникатором, так и не успев послать вызов.
   - Присмотри за ним, пока я соберу все необходимое.
   И вот я уже осталась одна с больным плачущим ребенком. И что делать? Малыш лежал на боку, прижав колени к животу. Его больше не тошнило. Стол был большой. Поэтому первым делом передвинула мальчика подальше от рвотных масс. Встав на колени около него чтобы мое лицо было с его на одном уровне и начала гладить по голове. Убрала упавшие на лицо волосы. Аккуратно вытерла мокрое от слез личико. Артем продолжал скулить. От переживаний у меня побежали слезы по щекам. Я говорила малышу какой он молодец, что осталось потерпеть совсем немного, что скоро ему помогут. Мальчик схватил мою руку, и прижал ее к животику, жалуясь, что у него там очень болит, и он хочет к маме. В этот момент вернулись Питер и квииде. Мужчина убрал на полу и на столе, после чего разбросал новую порцию трав. Женщина принесла свернутый кусок ткани и положила его на дальний от мальчика край стола.
   - Пошли, поможешь мне, - взяв меня за руку, квииде потянула из комнаты. Но раньше, чем успела подняться, Артем вцепился во вторую руку и заплакал еще громче.
   - Не уходи, пожалуйста! Не оставляй меня! Пожалуйста...
   Растерянно посмотрела на пожилую женщину, не зная, что делать. Оставлять плачущего малыша не хотелось.
   - Тема, с тобой Питер побудет, - попыталась она уговорить его, отпустить меня. Но мальчик только сильнее сжал мою руку, постоянно повторяя 'Пожалуйста, не уходи'.
   - Ладно, оставайся с ним.
   Через несколько минут она вернулась с кружкой. Вручив ее мне, знахарка посмотрела на ребенка, строго проговорила.
   - Артем, ты должен это выпить иначе тетя уйдет.
   Малыш только шмыгнул носом, растирая слезы по лицу.
   - Саша, с ним на руках сядь на пол. Так тебе будет легче его поить, - тут же вспомнилось, как не столь давно меня поили здесь же, и так же. По-видимому, у них это обычная практика. - Проследи, чтобы выпил все.
   Аккуратно взяв мальчика на руки, села на пол. Питер подал мне глиняную кружку. Тема морщился от вкуса питья, смотрел на меня жалостливо, но делал то что ему сказали. В скором времени он заснул у меня на руках. Баюкая его, всматривалась в напряженное лицо малыша. Даже во сне боль не давала ему расслабиться. Маленький... Прижав его голову к себе поняла, что не жалею о своем поступке. Что такое десять лет по сравнению с новой зарождающейся жизнью?
   - Положи его на стол .
   Задумавшись, я не заметила как вернулась квииде. Она уже застелила стол странным материалом и развернула кусок ткани принесенный ранее. Положив ребенка, внимательно стала рассматривать странные предметы на ней. Они больше напоминали остатки от насекомых, чем инструменты для операции. Но, по-видимому, именно ими и были.
   - У меня в сумке есть кое-какие инструменты. Они изготовлены из лучших материалов и имеют молекулярную заточку. Их только надо простерилизовать.
   Нет, я не носила с собой хирургические приспособления, но ножницы, скальпель, пинцет и еще парочка инструментов, были. С их помощью я брала анализы и собирала материал на исследования.
   - Мне своими привычнее.
   Я начала сомневаться в положительном исходе происходящего и моем желании участвовать в этом.
   - Раздень ребенка и оботри его.
   Сглотнув подступивший к горлу ком сняла с малыша длинную рубашечку. Штанишек на нем не было. Скорее всего, не одели, чтобы не давили на животик. Питер тут же вручил мне миску с теплым отваром и кусочек белой ткани. Как только я обмыла мальчика, его ручки и ножки привязали к ножкам стола лентами. Смотреть на маленькое тельце, распростертое на огромном столе, было страшно. У нас так, давно не делают операций. Да у нас люди вообще их не делают, только управляют механизмами, занося необходимые параметры.
   - Мне нужно, чтобы кто-то стирал кровь. Сможешь?
   На меня смотрели серьезными глазами требуя ответа. Неуверенно кивнула в знак согласия. Мне тут же в руки сунули небольшого размера квадраты ткани.
   Все движения квииде были уверенными, четкими и быстрыми. Она точно знала что делает. К моему удивлению, инструменты, несмотря на их непрезентабельный вид, выполняли те функции, которые от них требовалось. Рассекали, зажимали, отрезами, зашивали. Никакой суеты. Сейчас я поверила, что не все знания утеряны. Я даже неуверенна, что те врачи, которых знаю, смогли бы здесь эту простейшую операцию руками. Настолько мы привыкли полагаться на механизмы. По требованию я стирала губкой кровь. Через минут двадцать Питер уже уносил прооперированного мальчика на кровать.
   Убирая инструменты знахарка посматривала на меня.
   - Ну как впечатления? - задавая вопрос, она улыбалась, при этом в ее глазах лучилось веселье. Только сейчас сообразила, а ведь после того как проснулась никто ко мне агрессивно не относился! С чего бы это?
   - Необычный опыт. У нас давно никто не делает операции вручную.
   - Знаю. Вы полностью доверяете технике. Для чего тогда нужен врач, непонятно. Смогут ли ваши эскулапы самостоятельно определить, что с больным, выбрать метод лечения. И главное, смогут ли сделать сами все, что необходимо для выздоровления? Я имею в виду не только операции, но и составление лекарств.
   Печально улыбнулась, признавая правдивость слов квииде. Даже подбор необходимых препаратов делает не врач, а диагностическая машина. Поэтому когда-то и ушла в генетику. Она интереснее. Там я сама ищу, делаю выводы, экспериментирую. Имей я возможность лично помогать людям, а не быть придатком аппаратуры, возможно и не сменила бы профессию. А так, как только поняла что к чему, а после еще и побывала в исследовательском центре бабушки, сделала свой окончательный выбор в пользу генетики.
   - Поэтому мы и не стремимся с вами сотрудничать. Вам нечему нас учить. Мы не хотим зависеть ни от вашей техники, ни от вас. Нас не устраивают ваши порядки и стиль жизни. Мы хотим быть свободными.
   Я начала понимать, зачем она позволила мне присутствовать на операции. Как я надеялась до нее достучаться, чтобы она объяснила положительные стороны сотрудничества аборигенов с людьми, так она и поступила. Вот только преследовала другие цели.
   - Вы должны понимать, как раньше уже не будет. Вы как-то правильно сказали, Земля истощена. Эта же планета полна полезных ископаемых. Редких полезных ископаемых. Вас не оставят в покое. Сейчас у Наумова еще есть возможность выдвинуть какие-то свои требования и выторговать условия получше. Если он будет тянуть, то все может измениться и не в лучшую сторону. Правительство Земли очень жесткое. Так же как и наши законы. Иначе не удержать правопорядок. И я неуверенна, что жителям этой планеты это понравится.
   - Не все так просто как вы думаете, - я не заметила, когда новый собеседник появился в доме. Глава местных задумчиво меня рассматривал. - Есть факторы, которых вы не знаете и соответственно не учитываете. На самом деле у нас нет выбора.
   - Почему? Возможно, если вы объясните причину, получится найти какой-то компромисс, который устраивал бы и вас и представителей Земли.
   - Вы в это верите? В то, что земляне пойдут на компромисс, - губы Наумова искривила скептическая улыбка. Верю ли я? Последнее время, точнее с момента как подписала соглашение в центре планирования семьи, начала сомневаться во многих вещах, которые раньше казались непоколебимыми постулатами. Уверять в том, в чем не уверенна сама я не собиралась. Наумов это понял, поэтому сменил тему разговора. - Как вы себя чувствуете?
   - Хорошо, и это несмотря на ваши методы лечения.
   - Тогда собирайтесь. Нам пора возвращаться.
   Квииде вернула мне мою одежду и я пошла переодеваться. Выходя из комнаты, уловила тихий вопрос.
   - Как долго продлится действие сатейры?
   - Дня через четыре эффект начнет ослабевать, после этого дня через два-три полностью выйдет из организма.
   Отлично, значит, у меня есть несколько дней, чтобы определить, что они со мной сделали. Как только я была готова, мы отправились в обратную дорогу. В этот раз я шла самостоятельно. Странное воздействие залитого в меня препарата почувствовала еще в доме. У меня явно изменилось восприятие окружающего. И зрение, и обоняние, и слух. С энтузиазмом оглядывалась по сторонам, подмечая то, чего раньше не замечала. Но главное, я не чувствовала агрессии от окружающей среды и страха перед ней. Осторожность и чувство самосохранения остались. Я понимала, что представители местной фауны опасны. Но не боялась необъяснимых нападений, которые случались с теми, кто живет и работает на базе.
   Закончив очередную связь с базой, я неожиданно вспомнила проскользнувшее в нашем в квииде разговоре слово.
   - Вы называете эту планету Альдазар?
   Идущий впереди Наумов резко остановился и, недовольно нахмурившись, посмотрел на меня.
   - Да, а что?
   - Ваша речь не изменилась со времени первой колонизации. Мы отлично понимаем друг друга. Вот только это слово новое. Нет, я понимаю, что вы могли назвать какими-то новыми именами растения и живность этого мира, но планете-то чего такое название дали? Оно же должно что-то означать? Вот только я не могу понять что. Не могу ни с чем его соотнести.
   Мужчина несколько минут внимательно смотрел на меня, а потом, отвернувшись, продолжил свой путь. Уже и не надеялась получить ответ на свой вопрос, когда прозвучало.
   - Два в одном.
   - Что? - не совсем поняла, о чем это он.
   - Название означает: два в одном, Аль - да- зар.
   Он произнес название по складам, разделяя их. Да я получила ответ, но он вызвал еще больше вопросов.
   - А на каком это языке? Я не могу вспомнить аналогов ему. И что оно значит? Ведь не просто так было дано именно это имя.
   Ответа на этот вопрос я так и не получила. Дальнейшее путешествие прошло в тишине. Когда прибыли в селение, там уже стоял хеликоид. Хотя отмеренные мне десять часов не прошли, меня все равно посадили в аппарат и отправили домой. Правда, перед этим я все же получила свои анализы от Лина и Питера. А что? Они думали, что я забуду? Нет! Такие вещи я не забываю. Я вообще мало что забываю, так как имею привычку записывать. Чем я и занялась, пока летела на базу.
   Встречал меня Захаров, собственной персоной и как всегда чем-то недовольный. Не успела я выйти из аппарата, как над головой раздалось.
   - Следуйте за мной!
   Не говоря больше ни слова полковник развернулся и быстрым шагом направился к выходу из ангара. Внутри меня поднялось непонятное раздражение. С трудом подавив его, побежала следом, растерянно спрашивая:
   - А как же моя аппаратура и материал для исследований?
   - Все доставят к вам в лабораторию, или вы сомневаетесь в компетентности моих людей?
   Выгрузкой и погрузкой всего на базе занимались солдаты. Нет, они не таскали технику в ручную, во всяком случае, не крупногабаритные предметы, но именно бойцы управляли грузоподъемниками, если надо было переместить что-то громоздкое и тяжелое. Научный персонал к тягачам не допускался. Захаров резко остановился, так что я не успела среагировать и с разбега врезалась в него. Обернувшись, он успел подхватить меня, предотвратив мое падение. Испугано сжавшись, посмотрела в нахмуренное лицо, пискнув.
   - Нет.
   - Что нет? - его брови сошлись на переносице еще сильнее. Да что ему от меня надо? Было неприятно от его близости и хотелось отстраниться, но меня держали крепко, не позволяя не только не упасть, но и сделать шаг назад.
   - Не сомневаюсь, - буркнула в ответ, поджав губы.
   - Отлично!
   Отпустив меня полковник продолжил в том же темпе свой путь, кивая попадающимся нам на пути людям. Военные отдавали честь, научные сотрудники просто застывали на месте, с облегчением и жалостью провожая меня взглядом. Общение с начальством никому не доставляло удовольствия.
   Несколько минут легкой пробежки (во всяком случае для меня) и мы уже в кабинете главы базы. Как только за мной закрылась дверь, Захаров, развернувшись, посмотрел на меня в упор, пронзая холодным взглядом насквозь и замораживая все внутри.
   - Рассказывайте.
   Я и так обычно чувствовала себя рядом с ним неуютно, сейчас же от переживания меня начало неприятно потряхивать. Хотелось как можно быстрее уйти отсюда. Но кто же меня отпустит?
   Всего рассказывать не хотелось. Во всяком случае, про то, что случилось именно со мной в доме знахарки, да и про нападение насекомого тоже. Не горю я желанием становиться подопытной мышкой! Знаю, к каким последствиям это может привести. Тем более что этот..., не остановится ни перед чем. Прикажет разобрать меня на мелкие кусочки и исследовать их. Но при этом понимаю, что не смогу соврать. Во-первых, не умею, во-вторых, он наверняка почувствует. Поэтому сглотнув ставший поперек горла неприятный ком, уточнила.
   - Что именно?
   Все же легче просто отвечать на заданные вопросы, чем на ходу сложить правдоподобный рассказ выкинув из него одну из главных составляющих.
   - Почему они предложили вам остаться? Вы сами их об этом попросили, или это было инициатива Наумова? Что вы делали и где были? Если судить по сигналу, то не в селении. Что получилось узнать? Я вас слушаю.
   - Возможно будет лучше, если я составлю подробный отчет? Мне так будет легче, и точно ничего не упущу.
   Я предприняла попытку выкрутиться из этой ситуации, а заодно сбежать из кабинета начальства.
   - Нет. Я хочу услышать всё, пока ваши впечатления свежи и вы не успели поделиться ими со своими друзьями и сделать какие-то свои умозаключения и выводы.
   По-видимому, выбора у меня не было. Неуверенно посмотрев на полковника, вытерла вспотевшие от переживания ладони об брюки и поинтересовалась.
   - Рассказывать все с момента нашего прибытия к местным?
   - Нет. Пока вы находились в лагере, я и так знаю что происходило. Меня интересуют события после того как ваша группа отправилась изучать местность вокруг поселения. Что именно послужило стимулом для принятия неожиданного решения оставить именно вас и почему получили разрешение только вы?
   Раздражение на полковника и ситуацию в целом опять попыталось поднять свою возмущенную голову, но я не могла себе это позволить. Я не должна выказывать какие-либо эмоции, если не хочу попасться. Поэтому, переведя взгляд на картину на стене изображающую космос, спокойно сообщила.
   - Я помогла спасти ребенка.
   Утаить всё у меня все равно не получится.
   - Поточнее, - глаза полковника хищно сузились, а сам он всем телом поддался вперед. В этот момент Захаров стал похож на зверя, напавшего на след своей жертвы. Испугавшись, неосознанно сделала шаг назад. Заметив мое движение, он усмехнувшись выпрямился. Ему что, очень нравится пугать людей? Что за вопрос? Конечно же, да! - Сядьте.
   Новый короткий приказ и я уже верчу головой в поисках стула, расположенного на наибольшем удалении от главы базы. На него я скорее упала, чем опустилась.
   - Ну, - нетерпеливо постукивая пальцами по столу, подогнали меня с рассказом.
   - Время пребывания у местных уже подходило к концу и охрана, приставленная ко мне, потребовала, чтобы мы возвращались. Я же надеялась успеть набрать еще кое-какой материал для исследований. Неожиданно Лин что-то услышал в чаще. Он приказал Питеру отвести меня в селение, а сам исчез среди густой растительности.
   - Вы что-то определенное искали? - поджав губы, я недовольно посмотрела на полковника. Тут и так тяжело собраться, а он еще и перебивает.
   - Да. Я хотела взять на анализ экскременты местных жителей, - после моего ответа на лице мужчины на секунду мелькнуло брезгливое выражение лица, но он тут же его убрал, надев маску безразличия.
   - Продолжайте.
  - Прислушавшись, я и сама услышала крик ребенка и бросилась на звук. На поляне стоял Лин. Он отбивался от насекомых, они их асырами называют. На земле, прижавшись к ногам мужчины и мешая ему передвигаться, сидел малыш. Мальчик ни на что не реагировал, плакал и не давал воину сдвинуться с места, чтобы увести его оттуда. Я у Питера потребовала, чтобы мы им помогли. Под его прикрытием мы дошли до Лина. Я отцепила ребенка, взяла на руки, после чего наша группа покинула поляну. По дороге в селение встретили Наумова. Сначала он нас накричал, а потом предложил мне продолжить исследования.
   Кажется у меня все получилось более-менее гладко. Я не врала, разве что недоговаривала. Полковник смотрел на меня, задумчиво поглаживая подбородок. Сейчас я не отказалась бы прочитать его мысли. Не то чтобы они мне интересны, но не помешало бы точно знать, как он воспринял мой рассказ. Так, для общего спокойствия.
   - Что было дальше?
   - Меня отвели в квииде. Она врач у аборигенов.
   Первый раз увидела удивление на лице Захарова. И ему получается ничто человеческое не чуждо. Меня даже слега отпустило.
   - Что вы там делали?
   - Так как на тот момент уже очень устала, то мне предложили отдохнуть.
   Ну правда же. Так предложили, что нельзя было отказаться. Полковник с подозрением смотрел на меня, при этом его пальцы продолжали нервно постукивать по столу.
   - Если судить по карте, в точке где вы были нет горного массива. Вас привели в одно из временных жилищ?
   - Нет. Местные для знахарки построили дом из камня.
   - Даже так, - обойдя стол, Захаров задумчиво сел в свое кресло. На несколько минут в кабинете повисла тишина. - Как интересно. Продолжай.
   - Да особо и продолжать нечего. Большую часть времени проспала.
   - Но не все же? - полковник хотя меня и слушал, но видно, его мысли заняты чем-то другим. - Что-то же интересное вы узнали у квииде? О чем с ней разговаривали? Возможно, поняли, какое место в их сообществе она занимает? Не думаю, что аборигены рядовому члену построили дом. Тем более у них это не практикуется.
   - Проснулась я за два часа до возращения. Но поговорить мы со знахаркой не успели. К ней принесли ребенка с болями в животе. У него воспалился аппендицит. Мне предложили ассистировать на операции. Отказаться от такой возможности я не могла. А когда мы закончили, пришло время возвращаться.
   - Неплохо, неплохо.
   Я растерянно посмотрела на Захарова. Такое ощущение, что он прослушал, о чем я говорила в конце. Возможно, лимит его удивления на ближайшее время исчерпан? Меня лично больше всего заинтересовала бы операция. Но это меня. Поднявшись, мужчина подошел к окну и долго смотрел вдаль, заложив руки за спину, больше не обращая на меня внимание. Не выдержав, поинтересовалась.
   - Я могу идти?
   - Да, Фролова, возвращайтесь на свое рабочее место. Жду от вас полного отчета со всеми выкладками. А также результаты обследований. Не затягивайте.
   Поднявшись, я выскользнула из кабинета и отправилась к себе. Все прошло не так плохо как думалось вначале. Можно сказать, отделалась легким испугом.
   Оказавшись в лаборатории первым делом провела тестирование своего организма и взяла у себя анализы. Хотелось понять, чем меня лечили, и как это повлияло на мой организм. То, что повлияло, я не сомневалась. При встрече с людьми на базе у меня зашкаливали эмоции, которых раньше не было. Отрицательные эмоции. И только оказавшись отгороженной от всех, смогла расслабиться.
   Полностью погрузившись в работу я не заметила как пролетело время. От работы меня отвлек стук в дверь. Не отрываясь от компьютера, поинтересовалась.
   - Кто там?
   - Сашка, заканчивай давай! Пошли ужинать.
   В дверь просунулась голова довольного Димки. Переведя взгляд от экрана с данными на коммуникатор. Начало десятого. Неплохо так поработала. Потянувшись, встала, окидывая взглядом оборудование. Результатов анализов ждать еще несколько часов. Так что можно смело идти ужинать и даже пару часов отдохнуть.
   - Пошли.
   Оказавшись в столовой поняла что погорячилась. Раздражение на окружающих поднялось с новой силой. И причиной могло быть не только непонятное лечение квииде, но и неуемное любопытство окружающих. Такое ощущение, что на базе все знают, что я провела несколько часов в селении местных, тесно общаясь с ними. И теперь они дружно хотели узнать подробности. Возможно не все, но многие. Возможности спокойно поужинать не было. Не выдержав, я просто сбежала к себе в номер и завалилась на кровать. Сколько там, говорила знахарка, будет действовать сатейра? Три-четыре дня? И это в лучшем случае! И как прикажете мне их пережить, если я шарахаюсь от всех людей? Надо быстрее понять, что со мной и по возможности нейтрализовать действие влитого в меня препарата.
   В дверь опять постучали. Тяжело вздохнула и, приподняв голову, поинтересовалась.
   - Кто там?
   - Саш, открой дверь, я с подносом.
   Подскочив бросилась исполнять просьбу.
   - Ты так и не поела.
   Открыв дверь пошире чтобы пропустить парня внутрь комнаты, выглянула в коридор. Нет ли там любопытствующих. К моему облегчению, никого не было. Димка пришел один, не взяв даже своих друзей. Закрыв дверь, обернулась.
   - Зачем же так много? Я столько не съем.
   Весь стол был заставлен тарелками. И как он только все это донес?!
   - Не переживай, я тебе помогу. Садись, давай. А то скоро тебя ветром сдувать будет.
   - На базе нет ветра, - смотреть на сервировавшего стол парня без улыбки не могла.
   - Так ты ж у нас больше на базе не сидишь, мало ли куда тебя завтра понесет?
   Хорошее настроение вмиг испарилось. Поджав недовольно губы, начала думать как бы побыстрее отправить парня восвояси. Даже не оборачиваясь, Дима понял, что перешел не на ту тему.
   - Саш, я не буду тебя ни о чем расспрашивать. Хотя, мне и очень интересно, что у тебя там произошло. Давай просто поужинаем и посмотрим хрон.
   Против этого я ничего не имела. Подключив кристалл, села за стол.
  
   2742 год. Колония
  
   Сознание включилось резко. Вроде как секунду назад мои веки опускались, как уже их кто-то открывает, подсвечивая глаза.
   - Как вы себя чувствуете?
   Оценила свое состояние. Вроде бы все нормально.
   - Хорошо. Мы уже прибыли?
   - Да.
   Мужчина стоящий рядом со мной, внимательно считывал информацию с датчиков капсулы, в которой я лежала. Не удержавшись, поинтересовалась.
   - Все хорошо?
   - Да, все показатели в норме. Пробуждение прошло успешно.
   - Я могу вставать?
   - Полежите еще немного. Сначала ответьте мне на несколько вопросов. Ваше полное имя?
   - Совельева Дарья Ивановна.
   - Ваш возраст?
   - Тридцать семь лет.
   - Вы помните, где вы и что здесь делаете?
   - Да. Мой муж Совельев Антон Вячеславович выиграл в лотерее 'Новая Жизнь' и мы с ним и нашим сыном Даней отправились на корабле Кейрос, в новую колонию.
   - Все правильно, вставайте, одевайтесь.
   Мужчина отвернулся, позволяя мне спокойно, не стесняясь, вылезти из капсулы и одеться. К моему немалому удивлению, одежда, которую дали, оказалась медицинским костюмом. Спорить не стала. Одеваясь, начала задавать вопросы.
   - Как давно корабль приземлился?
   - Полгода назад.
   - Так давно, - от удивления я на секунду замерла, - Почему нас не подняли раньше?
   - Все пошло не совсем так, как рассчитывали. У нас возникли сложности. Вы готовы?
   - Да. Где мой сын и муж?
   Я как раз обувала тапочки, когда мужчина повернулся, печально посмотрев на меня. Мне его взгляд не понравился. Вот совсем.
   - Детей еще не поднимали. Для них не создали условия, да и опасно это. А ваш муж... он один из пострадавших. Сейчас их везут сюда. Корабль лучше защищен, да и места для всех хватит. Я бужу тех, у кого есть медицинское образование. С теми человеческими ресурсами, что у меня сейчас, с наплывом раненых не справиться. Поэтому извиняюсь, но вам придется сразу же приступить к работе. Я главврач Луи-Натан Лобье.
   Я растерялась. Антон ранен? Опасно? Что у них здесь происходит?! Чтобы переварить неприятные сведения, закрыла лицо руками, отгораживаясь от реальности. Я знала, что ничего хорошего в колонии не придется ждать, но как-то не предполагала, что неприятности начнутся сразу же, как только меня поднимут.
   - С вами все в порядке? - обеспокоенный голос Луи-Натана вывел меня из состояния оцепенения.
   - Да, - убирая руки от лица, посмотрела в глаза врача. - Я готова приступить к выполнению своих обязанностей.
   - Уверенны? Если вам нехорошо, тогда лучше отдохните пару часов.
   - Нет. Все хорошо. Просто все это неожиданно как-то. Я ожидала совсем другого. Да и за мужа переживаю. Не скажете что с ним?
   - Нет. Мне только передали списки пострадавших. Сейчас за вами зайдут и отведут в мед блок.
   Отвернувшись от меня мужчина начал колдовать около следующей капсулы. А я отошла в сторону и села на стул, обдумывая то, что услышала. Возможных объяснений случившемуся было множество. Мне не хватало информации.
   - Что происходит в колонии? Как пострадали люди? На них кто-то напал?
   - Я сам всего не знаю, - Луи-Натан устало потер лоб. - Первые месяцы после того как корабль приземлился, были спокойные. Мы начали расстраиваться. Прогнозы были самые оптимистические. Возвели первый поселок, были расчищены и засеяны поля. Понемногу начала налаживаться жизнь. Уже был отдан приказ об увеличении запасов продовольствия, чтобы начать будить женщин, когда случилось первое нападение.
   - На планете есть разумная жизнь? - я никак не ожидала от нашего правительства такой подставы для поселенцев. Им это было по идее не выгодно. А вот на практике... кто его знает.
   - В том то и дело что нет. Никто не понимает что происходит, - тяжело вздохнув, доктор на несколько секунд замолчал. Я не стала сбивать его с мысли, тихо ожидая продолжения. - Неожиданно, еще недавно, вполне безобидные представители фауны, стали не только агрессивные, но они, как с цепи сорвавшись, начали нападать на людей и наши территории, уничтожая все наши труды. Вначале это смотрелось смешно. Ну что может жук, сделать против лазера, да и любого другого современного оружия? Как же мы ошиблись! Вскоре всем стало не до шуток.
   С шипением открылась капсула, данные которой проверял главврач.
   - Как вы себя чувствуете?
   Больше он не отвлекался на разговоры со мной. Меня это на данный момент устраивало. Я начала обдумывать услышанное. Действительно, что могут сделать насекомые? Покусать? Отравить? Ужалить? Какие они? Сколько должно быть этих летающее - ползающих гадов, чтобы пришлось срочно пробуждать дополнительный медицинский персонал для спасения пострадавших? Насколько они пострадали? И что с Антоном? О том, что совсем недавно хотела с ним развестись я уже и не вспоминала. Чтобы выжить в колонии нам лучше держаться друг за друга. От грустных мыслей меня отвлекла открывающаяся дверь.
   - Привет, я Сергей. По основной специальности неонатолог, сейчас же скорее хирург со специализацией 'пришей недостающую конечность'.
   Непонимающе уставилась на вошедшего усталого мужчину. Какое-то странное у него чувство юмора. Но на всякий случай кивнула в знак приветствия, представившись в ответ.
   - Даша, медсестра.
   - Надеюсь, умеешь отличать пульсар от скальпеля, а держатель от зажима? Или можешь только следить за цифрами на экране?
   - И то могу и другое, - нахмурившись, я все никак не могла понять, к чему ведет Сергей. - Не то чтобы часто приходилось участвовала в открытых операциях, но представление о том как выглядят мединструменты имею. А так же, для чего они нужны.
   Я сказала правду. Во время практики перед получением диплома все студенты обязаны были ассистировать на открытых операциях. Зачем, я тогда так и не поняла, если в жизни любое вмешательство в организм человека происходит в лечебных ботах. А врачи только следят за процессом на экране, контролируя действия роботов. Правда еще в детстве, живя в общине, я помогала отцу в больнице. Менониты старались придерживаться устоев предков. Современных аппаратов и оборудования у них не было. У них много чего не было. Когда я сбежала оттуда и попала в большой мир, для меня он стал потрясением! О возращении назад не могло быть и речи. Вот только жизнь решила иначе. Пусть колония - это не община, но здесь тоже жизнь будет не сахар и что хуже всего, назад в цивилизацию не сбежишь.
   - Тогда пошли, медсестра Даша, нас ждут великие дела!
   Но не успела я подняться как нас остановил главврач.
   - Сереж, подожди, заберешь сразу двоих.
   Мы оба обернулись на голос. Молодая женщина, немного старше меня, как раз уже обувалась. Когда на нее все посмотрели, она стеснительно опустила голову, стараясь ни на кого не смотреть. На ней была такая же одежда, как и на мне. Обувшись, она быстро подошла к нам и, не отрывая взгляда от пола, кивнула в знак приветствия головой.
   - Касуми, медсестра. Могу не только следить за показателями пациента на экране, но и ассистировать на операциях, а также принимать роды.
   Так как она стояла довольно близко ко мне, то я смогла увидеть как застенчивый румянец залил ее щеки. Получается, в то время, пока я про нее совсем забыла, она нас внимательно слушала. Завидую. В отличие от нее я очень рассеянная и вечно летаю в облаках. Вот и сейчас отвлеклась на свои мысли. А Сергей тем временем уже открыл дверь, пропуская нас вперед.
   - Последнее ваше умение, в ближайшее время нам вряд ли понадобится.
   Дальше мы шли молча, переходя с палубы на палубу. Корабль был очень большой. Капсулы со спящими пассажирами, располагались в центре 'Кейраса' чтобы в случае повреждения обшивки корабля у людей было больше шансов выжить.
   Мы спустились в нижний отсек, где раньше хранилась крупная техника. Это был большой ангар, на данный момент заставленный кроватями и лечебными ботами. Большинство кроватей были пусты, но даже те на которых лежали помтрадавште, заставили панически сбиться мое дыхание. Я такого никогда не видела! Обычно в больницах у каждого пациента свой отдельный бокс, где он подключен к аппаратам необходимым для его лечения. Я понимаю, что строение колониального космического корабля не предусматривает отдельные каюты для всех пассажиров, это просто невозможно, слишком нас много, но это... Я стояла на входе и не могла пошевелиться. Несколько рядов стонущих или спящих в искусственном сне поселенцев ввели меня в ступор. Именно сейчас до меня начали доходить слова врача об опасных условиях. И даже неуместная шутка Сергея начала приобретать смысл и уже не казалась шуткой. Это выглядело нереально, как в историческом фильме времен до космической эры.
   - Девочки, чего замерли? Пациенты вас ждут.
   Я перевела растерянный взгляд на неонатолога, не представляя, что надо делать. В ответ он печально улыбнулся, устало взъерошив свои волосы.
   - Нам не хватает медаппаратов, а боты используем только для тяжелых случаев. Ваша задача, пока не прибыла новая партия пострадавших, пройтись по рядам и проследить за состоянием пациентов, возможно, у кого-то уже закончило действовать обезболивающее или снотворное, кому-то придется поменять белье или помочь подняться. Так что осваивайтесь и желательно побыстрее. Потому что в скором времени здесь начнется настоящий ад.
   Все еще пребывая в шоковом состоянии от увиденного, я пошла вдоль рядов внимательно всматриваясь в загорелые, обветренные лица мужчин. Сразу же вспомнилось детство. Менониты много работали на открытом воздухе, поэтому выглядели так же. Это уже не холеные городские жители, разбалованные достижениями цивилизации. Новый мир за эти полгода их основательно потрепал.
   Я шла, поправляя покрывала, проверяя количество лекарства во флаконах капельниц, улыбаясь пациентам и заверяя их, что все будет хорошо. Когда мужчины увидели меня и Касуми, то многие из них приободрились, повеселели или начали шутить. Я уже немного освоилась, когда один мужчина схватил меня за руку и с силой потянул на себя. Испугаться я не успела.
   - Мои ноги? У меня есть ноги? Я их не чувствую.
   Посмотрев ему в лицо я с трудом удержала восклицание. Одна половина была обветренной, а на второй не так давно нарастили новую кожу. И не только кожу. По-видимому, ему и глаз восстанавливали. Контраст был очень заметен. Но это сейчас. Пройдет пара месяцев и ничего видно не будет. Отодвинув часть покрывала, я увидела закрепленные в скобах ноги, с кожей, по детски нежно- розового цвета. Скорее всего, еще идет их восстановление. И чтобы не нарушилось лечение из-за движения, конечности закрепили.
   - Успокойтесь, ваши ноги на месте. Просто их закрепили на время восстановления.
   - Спасибо!
   Мужчина расслабился, откинувшись на подушку, и даже улыбнулся. А я пошла дальше. Прошло чуть больше часа, когда ко мне подошла Касуми.
   - Прибыли первые пострадавшие, нас просят пройти в операционную.
   Мне показалось, что я уже более-менее освоилась. Но это чувство было только до того времени пока не увидела вновь прибывших. Грязные, в окровавленной одежде, с наложенными временными заплатами на обрубленные конечности. Одни стонали, другие подвывали от боли, некоторые тихо плакали, качаясь из стороны в сторону, были и те, кто без сознания. Встречал их на входе Луи - Натан. Одних отправлял в общий зал, выкрикивая имя врача который должен был их тут же посмотреть, других, отправлял в бокс или говорил в какую каюту отнести и подготовить к операции. Но были и те, кому он закрывал лица покрывалами и кивком головы показывал что всё. Я первый раз видела мертвецов. Нет, когда жила в общине у нас были похороны. Но тогда все выглядела как-то иначе. Другое восприятие. Сейчас же... на глаза набежали слезы. Я со страхом всматривалась в каждое лицо, страшась узнать в нем Антона.
   - Успокойся, им и так тяжело. Если же они будут видеть растерянность или страх медперсонала, то им станет еще хуже. Ну же, возьми себя в руки. И пошли, мне нужна помощь.
   Постаравшись незаметно вытереть слезы, я натянула улыбку на свое лицо. Им действительно гораздо страшнее меня. И страшнее, и больнее. Нельзя раскисать. Держалась улыбка у меня, пока не переступила порог каюты, в которой пациент ждал операцию. Хорошо, что он был или без сознания или под снотворным и не увидел моего лица при первом взгляде, брошенном на него. Помимо мужчины на операционном столе, здесь была еще одна медсестра. На вид женщине было лет пятьдесят, возможно чуть больше. Ловкими движениями она уже почти полностью срезала всю одежду с пострадавшего и нашему взгляду открылась резано-рваная рана на животе, через которую вываливались внутренности прямо на стол. Желудок сжало в неприятном спазме. Хорошо, что он был пустой.
   - Если мы не поторопимся, он умрет. Так что пошли руки мыть, пора его собрать в кучу и заштопать.
   Я перевела испуганно-вопросительный взгляд на главврача, удивляясь и тому, что мужчина еще жив с такой-то травмой и тому, что Луи-Натан решился зашить его вручную? Если получится, то это будет невероятно.
   - Не лучше ли его поместить в бот? - задала вполне резонный вопрос после увиденного.
   - Лучше, но свободных нет. В них пациенты с еще более тяжелыми травмами. Ты с нами?
   На секунду закрыв глаза я глубоко вздохнула.
   - Да.
   Больше лишних разговоров не было. Первая операция длилась больше двух часов. Но прошла успешно и это главное. На ней я больше следила за показателями данных и пульсом пациента, а также за работой второй медсестры, чем помогала.
   Не успели мы закончить, как место первого раненного занял второй. У этого было раздроблено бедро. Кость пришлось собирать по кусочкам. В этот раз уже ассистировала я. Ажара только страховала меня. Поняв что я справляюсь, она ушла. Следующие шесть часов мы работали вдвоем с Луи - Натаном. Раненые шли непрекращающимся потоком. Я уже не отличала одного от другого. Слушала только короткие реплики врача, подавала необходимые инструменты, отсасывала или промокала кровь, держала зажимы, запаивала или зашивала раны в конце. Одного, второго, третьего.
   Когда унесли очередного пациента и у нас появился небольшой перерыв, прислонившись к стене опустилась медленно на пол. Устала. Положив голову на колени, закрыла глаза. Мне надо отдохнуть, хотя бы немного.
   - Даш...
   - Что?
   Шевелиться сил не было, поэтому задала вопрос не поднимая головы. И так по голосу узнала Сергея.
   - Там твоего мужа привезли.
   Резко вскинувшись, вопросительно посмотрела на неонатолога. В ответ встретила извиняющийся взгляд. Неужели он ... он... Спрашивать было страшно. Поэтому я просто смотрела. Смотрела и ждала.
   - Он жив, но ему недолго осталось. Он сильно пострадал.
   - Я могу его увидеть?
   Задавая вопрос я перевела вопросительный взгляд на Луи- Натана.
   - Конечно. Тем более тебе все равно надо отдохнуть.
   С трудом поднявшись, я на негнущихся ногах пошла за Сергеем. В голове было пусто и только набатом звучало 'ему недолго осталось'. Старалась сдерживать слезы. Он не должен видеть меня плачущей. Это мне удавалось плохо. Сказывались потрясения сегодняшнего дня и усталость. Последняя новость меня добила окончательно, и слезы потекли по щекам. Как же так? Нам обещали новую счастливую жизнь в колонии и где она? Что здесь вообще происходит? Идей, откуда взялись или кто и чем нанес те ужасные раны, с которыми мне сегодня пришлось иметь, не было. Это не были ни ножевые ранения, ни пулевые, ни тем более лазерные. Непонятные химические ожоги, раздробленные кости, разорванные ткани, мышцы и сухожилия. Кто или что могло их наносить?
   - Даша, он не знает что умирает. Дай ему спокойно уйти.
   Мы стояли перед дверью в какой-то отсек. Здесь я еще не была. Значит, обреченных держат отдельно от раненых. Скорее всего, это правильно.
   - Если хочешь, я дам тебе успокоительное, или можешь вообще туда не идти. Он выглядит не лучшим образом.
   - Нет, не хочу быть заторможенной. Подожди минутку. Сейчас я успокоюсь.
   В очередной раз размазав слезы по лицу уперлась лбом в холодную металлическую стену. Вдох, выдох, еще раз, глубже, спокойнее. Мне понадобилось немного больше минуты, но я все же успокоилась.
   - Что с ним?
   Хотелось заранее знать, к чему готовиться.
   - У него нет рук, разворочена грудная клетка, оторвана нога, большая кровопотеря, - нахмурившись, слушала Сергея, пока он перечислял повреждения мужа. Вроде бы ничего смертельного. С этим всем сможет справиться бот, восстановив все. - Но хуже всего, что в его кровь попал яд, с которым мы не можем справиться. У нас нет антидота. От него внутренние органы начинают гнить и быстро разлагаться, превращаясь в кашу.
   Значит все же нет ни единого шанса.
   - Кто это с ними делает? Кто нападает?
   Задавая вопрос я посмотрела в глаза стоящему рядом мужчине.
   - Все живое вокруг.
   - Как это? - непонимающе нахмурилась. Такого ответа я точно не ждала.
   - Мы сами не понимаем как. Первые пару месяцев все было спокойно. Поселение разрасталось. Все шло по плану. Мы подумали, что вытянули джекпот. Но не долго длилась общая радость. Первые нападения представителей местной фауны были безобидные. Тупые насекомые лезли на периметр и погибали партиями. Нас это устраивало. Не надо было далеко ходить за продовольствием, оно само шло к нам. Но вскоре появились первые смертельные случаи с нашей стороны. Они нас не насторожили. Но на всякий случай, капитан приказал усилить охрану и перенастроить напряжение периметров с обездвиживания на смертоносное. Вскоре пропала целая группа охотников. Поисковая бригада обнаружила только сломанные остатки снаряжения и кровавые пятна рядом. Чем дальше, тем чаще случались нападения со смертельным исходом. Что самое непонятное, нападали не только на людей, но и на технику, и на роботов, на все принадлежащее или сделанное нами. А также уничтожались наши посевы. Вскоре к фауне присоединилась и флора. Те растения, которые мы еще недавно использовали как для строительного материала, так и в пищу, стали ядовитыми. Пришлось вернуть все разведывательные и геологические экспедиции. Они нам поведали, что природа агрессивно ведет себя только около поселений или лагерей разбитых на длительное время. Уступать отвоеванное, или перемещаться на другое место и начинать все с начала, никто не собирался. Тем более смысла в этом не было. Не можем же мы бегать с места на место?! Так же как и покинуть планету. Поэтому было решено зачистить территории вокруг поселений и полей на километр. До сегодняшнего дня все думали что это удачное решение и мы нашли выход из сложившейся ситуации. Если до этого нападения были точечные и вразброс, то в этот раз они напали на близлежащее поле и когда туда были отосланы резервы на помощь, случилось нападение на поселение у корабля. А после на все дальние поля. Им мы не смогли оказать помощь, так как были заняты здесь. Там все погибли, а те, кто выжил, в состоянии не намного лучше твоего мужа. Выкарабкаться нет шансов ни у кого. Помимо этого, все посевы уничтожены. Продовольствие осталось только то, что в хранилище этого карыта. И теперь не понятно как добывать новое, не подвергая людей опасности. И при всем при этом разумной жизни на планете мы не обнаружили.
   Я слушала, но не верила. Разве такое может быть, чтобы растения и животные вдруг начали нападать и убивать? И не ради пропитания, а просто так, без видимой причины. Это просто невозможно. Этому нет логического объяснения. Есть причина или нет, но факт остается фактом, мой муж умирает, так же как и десятки других мужчин. Это если не считать тех, кто уже умер. И если судить по сегодняшнему дню, погибших очень много.
   - И что теперь будет? - я растерянно посмотрела на неонатолога, надеясь, что он скажет, что все будет хорошо. Даже пусть это неправда. Я согласна и на ложь!
   - Не знаю, - мужчина пожал плечами. Обманывать или успокаивать он не собирался. - Так ты идешь к мужу?
   Обхватив свои плечи руками чтобы успокоить дрожь сотрясающую мое тело после рассказа Сергея, кивнула чтобы он открывал дверь.
   Переступив порог каюты увидела бледного Антона лежащего на кровати. Для меня мы виделись вчера, когда прибыли на Кейрос. А вот для него прошло полгода. За это время он очень изменился, похудел. Я рада, что кроме лица все остальное закрыто покрывалом, и я не вижу его изувеченного тела. Только родное лицо. Не удержавшись, провела пальцем по дуге бровей. И вздрогнула, так как Антон тут же открыл глаза затуманенные лекарствами.
   - Даша. Дашенька, родная моя. Как же я по тебе соскучился. Спасибо что хоть в бреду пришла. Я уже и не надеялся. Не уходи только, побудь со мной немного.
   - Антоша, я не уйду. Не переживай.
   Наклонившись поцеловала его в лоб. И незаметно вытерла побежавшую по щеке одинокую слезу.
   - Даша, они тебя разбудили? Ты пришла на самом деле? - его глаза прояснились, и сначала в них мелькнула радость, а потом испуг. - Нет! Даша, скажи, пусть тебя вернут в капсулу. Сейчас еще слишком опасно здесь. Уходи. Быстрее. Скажи им. Опасно. Очень опасно.
   - Шиии, не переживай. Меня разбудили потому, что много пострадавших. Нужна была моя помощь. Потом я вернусь назад в капсулу.
   Я попыталась успокоить мужа.
   - Конечно, ты же, как всегда, думаешь о других. Знаешь, Даш, а я больше не смогу играть. Этот гад откусил своими клешнями мне обе руки. И даже после того как их восстановят я все равно не смогу больше играть. Пальцы не будут такими чувствительными как надо.
   Господи, он умирает и все равно думает о своей музыке.
   - После того как нас разбудили я ни разу не взял инструмент в руки. Знаешь почему?
   - Почему? - сев на стул рядом с Антоном, я перебирала его слипшиеся от грязи и крови волосы.
   - Потому что тебя не было рядом! Я не мог и не хотел играть без тебя. Ты моя муза! Прости меня.
   - За что?
   Неожиданно Антон закашлялся. На губах появилась пена, и тоненькая струйка крови побежала из уголка его рта. По моей щеке потекла еще одна слеза.
   - За все это! Ты оказалась права. Вам с Даней здесь делать нечего. Если бы я мог что-то исправить, вернуть время назад!...
   - Это не твоя вина, ты ничего не мог сделать. Нам просто не повезло.
   Слезы уже полностью застилали мои глаза. Остановить их не могла, а вытирать не имело смысла. Да и прятать тоже, так как Антон закрыл глаза.
   - Ничего. Мы справимся. Мы же вместе! Помнишь, когда я сообщил тебе что выиграл билеты, ты у меня спросила, смогу ли я заботиться о вас, построить дом и все в нем делать? Тогда я не понимал о чем ты. Сейчас понимаю. Хочешь услышать мой ответ?
   - Хочу.
   - Тогда спроси меня еще раз.
   Антон закашлял. На губах опять появилась кровавая пена. Говорить мне было тяжело, но он же просит.
   - Антон, ты сможешь стать нам с Дениской защитой и опорой в этом новом мире? Я смогу положиться на тебя?
   Ответа так и не услышала. И тогда я поняла, что могу больше не сдерживаться. Не надо уже. Не для кого. Упав на колени перед кроватью, завыла белугой. Оплакивая и прошлое, и настоящее и смерть родного человека. А когда немного успокоилась, легла на пол, скрутившись и поджав колени к груди. Что с нами будет? Что будет с Даней? Что мне дальше делать? Как выжить и не дать чтобы с сыном случилось тоже самое что и с его отцом?
  
   Объект АРН 3265. 3279 год
  
   Проснулась разбитая, вроде как и не отдыхала. Перед глазами до сих пор стояли картинки из прошлого. Последние данные, просмотренные на хроне, угнетали. Я даже не подозревала, что все было настолько плохо. Столько смертей! Нельзя допустить повторения того ужаса. Мы должны понять причину происходящего. Буду надеяться, результаты анализов дадут хоть какую-то зацепку.
   Вскочив я побежала в лабораторию. Есть не хотелось. Да и кусок в горло не полез бы. Первым делом просмотрела данные по своим анализам. Чувствовала я себя неплохо, но все же хотелось убедиться, что меня ничем не заразили.
   Первоначально, не поверила увиденному. Не могли же они меня стольким накачать. Успокаивало только то, что воспалительных процессов связанных с каким-либо заражением, в моем организме не было. Но вот всего остального... Сев за стол стала разбирать данные. Начала с проб тканей с раны на спине. Точнее с того что осталось от нее (я имею в виду рану). Заживление шло очень быстро. Судя по показаниям, мне вкололи лошадиную дозу обезболивающего. Теперь понятно почему и жжение после укуса асыра так быстро прошло и я ничего не чувствовала пока Наумов ковырялся в разрезе. По-видимому, насекомые, вводя личинки, также впрыскивают природный ингибитор циклооксигеназы. В свою очередь фармакологическое ингибирование циклооксигенеза ослабляет симптомы воспаления и боли. Значит... Это же... Мне нужен асыр на исследование! На Земле только у грифолы курчавой встречается природный ингибитор. Невероятно! И так быстро действует! Жертва ничего не чувствует пока личинки не распространятся по организму носителя.
   Проверяя и перепроверяя данные, я не заметила как пролетело несколько часов. Оторвал меня от этого занятия стук в дверь.
   - Сашка, ты что, решила назло Захарову от истощения умереть? Так поверь мне, ему на это наплевать.
   Непонимающе уставилась на Димку.
   - Ты не завтракала, поэтому я принес обед. Надеюсь, ничего против не имеешь?
   Конечно же ничего против я не имела. Поднимаясь, почувствовала, как жар опалил щеки. Такое дружеское внимание, да и любое другое, для меня было в новинку. Освобождая место для тарелок, не знала куда смотреть.
   - Хватит мельтешить, садись уже давай. А то я тоже еще ничего не ел. Пока нес сюда обед, думал, слюной захлебнусь.
   Разместив поднос на столе, он взял свободный стул и поставил его возле меня.
   - Как ты тут? Что-то интересное удалось обнаружить?
   Отправляя в рот очередной кусочек мяса, Димка начал рассматривать данные на экране и так и застыл.
   - Откуда это у тебя? - Его челюсти заработали быстрее, во взгляде загорелся огонек нетерпения. Вилка тут же была отложена в сторону. - Ну же, Сашка, колись давай!
   - Первые результаты анализов с вылазки, - я не смогла удержаться от улыбки.
   - Только не говори мне, что эти данные ты получила из материалов, взятых у поселенцев.
   - Хорошо, не буду.
   - Саша! - детское возмущение и обида в голосе Дмитрия меня позабавила. В общем-то, как и нетерпеливый взгляд, брошенный на меня из-подо лба. - Ну же!!!
   - Я тебе скажу, но ты пообещай, что попросишь взять меня в следующую вылазку в переездную лабораторию.
   - По рукам. Так чьи это данные?
   - Асыра.
   И я показала картинку насекомое напавшее на меня.
   - Они впрыскивают это вещество тем, кому подсаживают своих личинок. Я брала материал с жертвы, - о том кто был жертвой, решила не рассказывать даже ему. - Хочу также получить данные самого хозяина. Так что, поговоришь, чтобы меня взяли?
   - Невероятно, - Димка повторял мои слова, при этом его глаза бегали с одного столбика цифр к другому. При этом я для него перестала существовать. Было бы обидно, если бы сама не была такая же.
   - Ну же, Дим.
   - Конечно, мы как раз через три дня оправляемся. Ты же не против? - и вот он уже целиком завладел моим компом, отодвинув меня в сторонку. Все, человек пропал. Улыбаясь, пошла заниматься другими данными.
   Когда обнаружила в своих анализах анксиолитики, уже не удивилась. Этой гадостью меня напоила квииде. Чтобы я успокоилась и заснула. Благодаря их воздействию и мир стал казаться безопаснее и страх прошел. Вот только разложить их на составляющие у меня не получилось. А очень бы хотелось понять, из чего она изготовила тот напиток.
   Еще меня неприятно 'обрадовало' наличие в моих анализах тех же белковых молекул что и у подростка, некогда обследованного нами. Как только увидела это, первым делом бросилась проверять себя на наличие гельминтов. Не то чтобы это было смертельно, но все же неприятно думать, что у тебя внутри ползают паразиты. Вспомнился белый червь которого мы тогда извлекли из парня. Меня передернуло от одного воспоминания о нем.
   - Саш ты чего?
   Несмотря на занятость, Димка заметил мои переживания.
   - Ничего, просто кое-что вспомнила. Ты там как, обнаружил что-то интересное?
   - Да тут все интересное. Ты молодец, что додумалась собрать такой материал. Но данных не хватает. Нужен опытный образец.
   - Полностью с тобой согласна. Когда поговоришь о моем участии в экспедиции?
   - Сейчас пойду и поговорю, пока не укомплектовали команду. Ужинать будем у тебя или в столовую сходим?
   Сердце на секунду остановилось, а потом бросилось вскачь. Жар во второй раз за сегодня опалил мои щеки. И не только их. Уши тоже, кажется, горели. Я была рада, что стояла к Диме спиной, и он не видел моей растерянности. Парень так обыденно говорил о нашем совместном ужине, как будто, это происходит каждый день. Отказать ему или сказать не приходи, не могла. Да и не хотела. Так же как и появляться в столовой.
   - Лучше у меня. Мне не очень приятно общественное внимание.
   О том что по непонятным причинам скопления людей последнее время у меня вызывают раздражение, говорить не хотелось.
   - Хорошо, тогда не задерживайся. Давай к девяти у тебя. Поужинаем и разбежимся по кроватям. Сегодня хрон смотреть не будем. Иногда полезно и поспать. Ослабленных и истощенных, в передвижную лабораторию не пускают. Не веришь мне, спроси у Павла Петровича. Он перед вылетом проверяет все.
   Димка вышел из лаборатории, а я испугалась его последних слов. Проверка мне точно сейчас не нужна. Захотелось побежать за зоологом, остановить его, попросить забыть о моей просьбе. Сказать что не готова? Что лучше в следующий раз? Я даже сделала несколько шагов в направлении двери. Но потом остановилась. Мое нежелание, после того как сама же напрашивалась, может быть подозрительным. А внимание к себе привлекать не хочется. У меня есть три дня, чтобы вывести из себя все лишнее. Но для начала надо просмотреть результаты обследований аборигенов.
   Несколько следующих часов я не столько изучала все данные анализов Питера и Лина, сколько сравнивала структуру строения заинтересовавшего белка у парней и у меня. Да, они были очень схожи, но... вот это самое но, меня очень радовало. Последовательность альфа - аминокислот в пептидной связи не совпадала. А когда пришли результаты гельминтологического обследования, совсем попустила. Никаких паразитов у меня нет.
   Значит, надо вывести из организма только то, чем меня опоили. А это уже не так сложно. Это я смогу легко сделать.
   Вот только не все так легко оказалось как я думала. Тем же вечером Димка сообщил мне что Захаров одобрил мою кандидатуру и я включена в группу, выезжающую через три дня. Кстати, по поводу отчета, ко мне из-за него никаких претензий не было. Полковник его принял, не требуя дополнительных объяснений. Это было на него не похоже, но меня вполне устраивало.
   В течение рабочего дня я очищала свою кровь, к вечеру, перед едой принимала очередной составленный мною же препарат. Ужинали мы с Димкой у меня, обсуждая наши исследования и просто разговаривая. Как же это приятно, просто разговаривать! Знать, что твой собеседник тебя понимает, что у него такие же интересы. Меняться мнениями и спорить. Спорить с улыбкой на губах, а потом дурачиться как малые дети и смеяться. Уже ради этих вечеров стоило сюда приехать. Мне казалось, я такой счастливой не была никогда. Ближе к ночи мы разбегались. Утром следующего дня я шла на завтрак в столовую и понимала, что мои усилия были напрасны. На меня уже никто не обращал внимания, но моя нервозность и раздражение на окружающих не проходили.
   И вот уже утро нашего отправления. У Борисова в кабинете собралась вся команда. А это: я, Димка, энтомолог Ивлин, трое наших охранников и водитель Сантьяго. Ехали мы с одной целью - поймать асыра и изучить его на месте. На базу полковник так и не разрешает приносить даже мертвых представителей, как фауны, так и флоры.
   Солдаты уже прошли сканирование, показавшее, что они абсолютно здоровы и готовы нести свою службу там куда пошлют. Я же стала в конец очереди, с беспокойством наблюдая, как проверку проходит наш водитель. С одной стороны я здорова, вот только химический анализ моей крови не совсем соответствует показателям. Даже не надо смотреть развернутую формулу, чтобы заподозрить что-то неладное. Возможно, стоит сказать, что я себя не очень хорошо себя чувствую и не поеду. Тогда Павел Петрович точно возьмет меня в оборот. А если до Захарова дойдут результаты моих анализов, то все, пиши - пропало! И это с расчетом, что от укуса насекомого уже не осталось и следа и только тоненькая полоска шрама напоминает о манипуляциях Наумова. Действие сатейры, влитой в меня квииде, тоже стало ослабевать. Но кто ищет, тот всегда найдет. А Борисов очень дотошный. Шансов от него что-то скрыть, нет.
   Дверь в мед отсек открылась, когда врач закончил с Ивлином, и к нему уже направился Димка. Я должна была идти следующей и так ничего и не придумала. Чтобы меня добить окончательно, пришел Захаров. От страха начали дрожать руки, а сердце упало куда-то вниз. Теперь точно никак не выкрутиться и не сбежать.
   - Ну что, все готовы к отправке?
   - Да, осталось Фролову проверить и можно их грузить.
   - Кстати, а вы знаете, что именно она обнаружила в насекомых этот ваш ингибитор? Как я понимаю это довольно интересное открытие.
   - Интересное?! - мне показалось или Павел Петрович чуть не задохнулся от возмущения?- Вы не понимаете, это же...
   Дальше доктора понесло, а я попыталась успокоиться и взять себя в руки. Вот уже Дмитрий стоит одетый возле меня, и вроде как бы моя очередь проходить сканирование, но Борисов все еще лекторским тоном читает лекцию Захарову и, что удивительно, тот с серьезным выражением лица его слушает, кивая время от времени головой в знак согласия. Такое поведение доктора для меня не в новинку, но что-то раньше я не замечала интереса полковника к науке в целом или к медицине в частности. Ни прерывать их, ни обращать внимание на себя, не хотелось. Каждая оттянутая минута, была мне в радость.
   Дверь мед отсека опять открылась и в проеме появилась голова пилота, который должен был нас доставить к передвижной лаборатории.
   - Чего ждете? Пора отправляться. Мне помимо вас еще несколько групп надо развести. Полковник я их забираю.
   В ответ Захаров махнул рукой, типа забирай, не прерывая разговора с Павлом Петровичем. Неужели тема действительно так заинтересовала? Нет, я понимаю - для любого ученого, понимающего о чем разговор, так оно и было, но для военного...
   Пока мы шли к ангару, я все время ожидала окрика. Вот сейчас, именно сейчас меня вернут, напомнив, что я не прошла сканирование. Шаг, еще шаг. Меня все еще не останавливают. Вот мы уже сидим в хеликоиде.
   - Саш, ты чего такая напряженная? Вроде как не первый раз летишь.
   Сидящий рядом Дима с беспокойством посмотрел на меня, сжав в поддержке мою ладонь. Благодарно улыбнулась ему в ответ.
   - Ничего, все хорошо. Просто в этот раз мы вроде как уже не к людям летим, а в дикие джунгли, где будут и асыры и другие хищники, - глупая отмазка, но сейчас мне ничего другого в голову не приходило. Она звенела от пустоты. - Кстати, а сколько мы там пробудем?
   - Так как твое открытие очень важное не только и не столько для колонии, как для всего человечества в целом, нам дали неделю чтобы или опровергнуть или подтвердить твои данные. Но, больше трех дней лаборатория не стоит на одном месте. Обычно через сорок восемь часов ее перемещают на новое место в нескольких километрах от предыдущей стоянки. Так что будем ездить от одного гнезда асыров к следующему.
   С одной стороны, я рада тому что обнаружила, вот только для аборигенов это еще больше усложнит жизнь. Если раньше человечество интересовали в основном редкие металлы, которые можно добыть и на других планетах, то если мое открытие подтвердится, Альдазар (если правильно запомнила, то именно так назвали этот мир колонисты) никогда не оставят в покое.
   Альдазар - два в одном. Чтобы это могло означать? Возможно, если я пойму, почему местные так назвали этот мир, смогу разобраться и как им удалось выжить. Вот только, получится ли у меня это сделать одной? Перевела взгляд на Диму. Хотелось рассказать хотя бы ему о том, что произошло на самом деле. Вдруг у него появятся какие-то идеи. Только не здесь и не сейчас, когда нас окружает столько народа. Позже. Если удастся остаться одним.
   Переездной лабораторией оказался огромным бронированным монстром на воздушной подушке. Как только хеликоид подлетел к поляне, где он обосновался, из его чрева вышло семь человек. Поприветствовав друг друга, мы поменялись местами. Им пора возвращаться на базу, а нам приступать к работе. Вот только, мне почему-то не хотелось заходить вовнутрь моего временного убежища. Мне наоборот захотелось вздохнуть полной грудью свежий воздух и лечь на траву. Что я и сделала.
   - Э-э-э, вы чего?
   Приставленный ко мне охранник удивленно взирал на меня сверху, закрывая собой весь обзор.
   - Хорошо - то как... Устала я сидеть взаперти.
   Ответив вояке, я поняла что сказала чистую правду. Так и есть. Нервозность и раздражение прошли. Было приятное ощущение, вроде как я вернулась домой, когда еще жила с бабушкой. Губы растянула глупая улыбка. Но это не помешало мне заметить растерянный взгляд солдата. Он не знал, ни что со мной происходит, ни что ему делать. И спросить не у кого, все уже ушли осматривать свое временное жилище. А я от одной мысли, что мне придется неделю провести внутри этой передвижной крепости, у которой даже окон не было, недовольно скривилась.
   - Девушка, тут небезопасно, - попытался урезонить меня охранник.
   - Как твое имя? - прикрыв глаза чтобы не видеть нависающего надо мной мужчину, полностью расслабилась и стала впитывать тепло земли. Никогда не думала, что приятно вот так лежать на траве. Как же много простых радостей я упустила в погоне за... за чем? Местом в лучшей лаборатории? Знаниями? Мечтой о... о чём? Об открытиях? И к чему все это привело? Ничего, у меня еще много времени впереди.
   - Ник.
   - Ник, от базы мы далеко, лаборатория же сюда только сегодня приехала, так ведь? - не открывая глаз, почувствовала как мужчина кивнул в знак согласия.- Значит, здесь пока безопасно. Давайте пару минут послушаем тишину.
   Охранник на мое заявление только что-то буркнул себе под нос. Отойдя от меня на несколько метров, он напряженно замер настороженно оглядываясь по сторонам. Я же, открыв глаза, стала рассматривать верхушки деревьев колышущиеся от ветра. Красиво, спокойно, умиротворительно. Постепенно стали возвращаться звуки, притихшие при нашем появлении. Захотелось закрыть глаза и заснуть. Прямо здесь, на земле.
   - Сашка, ты чего развалилась?
   Вот почему не оставить девушку в покое? Нет, обязательно надо приставать со своими глупыми вопросами.
   - Отдыхаю я. Незаметно?
   - Завязывай, давай с отдыхом. Мы идем за асырами. Или ты остаешься?
   Делать нечего, придется подниматься. Тяжело вздохнув, встала и, закинув на плечо рюкзак со своими вещами, пошла смотреть где мне придется неделю жить и работать.
   Через несколько минут на трех скайтарах мы вылетели на поиски гнезда насекомых. Моя задача была подтвердить, что это именно та живность, что нам надо. И я подтвердила. Дальше работа была за мужчинами. Отделив несколько особей, они всадили в них транквилизатор и, подхватив силовыми полями, понесли к переездной лаборатории. От азарта и желания скорее заняться делом, у меня уже чесались руки. И не только у меня. Две оглушенные особи, оставили снаружи. Одну усыпили и понесли на разделочный стол. Мы несколько часов с ней работали. Исследуя строение асыра, каждую железу, воздействуя импульсами на нервные окончания. Нам не повезло. У этой особи не было мешочков с личинками, возможно поэтому и вещество, выделяемое им с жала, не обладало нужными нам качествами, хотя и было очень ядовитым. Но оно убивало жертву, а не обезболивало. Будем надеяться, со второй особью нам больше повезет.
   Мы сделали небольшой перерыв, в течение которого отослали полученные данные на базу и поставили анализатор.
   Выйдя из недр железной крепости на свежий воздух, с тихим стоном разогнула спину, после чего легла на траву и стала наблюдать за работой мужчин. Ивлин с Димкой крутились возле двух оставшихся особей с ручным сканером пытаясь определить, есть ли в одной из них личинки, постоянно о чем-то споря. Наша охрана загружала один из скайтеров останками уже исследованного асыра, чтобы вывести их подальше и выбросить. Солнышко светило, кузнечики, ну или их аналог, стрекотали. Хорошо, тепло и никто не стоит над душой.
   Скайтар улетел и вот около насекомых уже четверо мужиков крутится. Они прямо как дети малые около экрана со сладостями, не могут выбрать какую конфету взять первой. Их суета вызвала у меня улыбку. Наконец-то выбор был сделан. Особь усыплена и ее понесли в лабораторию. По-видимому, отдых подошел к концу. Поднявшись, отряхнула брюки и стала ждать мужчин у входа, когда заметила, как Димка присел, вроде как убирая что-то прилипшее к обуви, оглянулся и нырнул в ближайшие заросли. Да так удачно, что никто кроме меня этого и не заметил. Куда это он? Оба оставшихся солдата тащили асыра, энтомолог крутился возле них, больше мешая, чем помогая. Я пропустила их внутрь передвижной лаборатории, улыбнувшись своему охраннику и делая вид что иду за ними, но как только они переступили порог развернулась и бросилась к кустам, в которых исчез зоолог.
   Сделав несколько шагов вперед оглянулась пытаясь понять, куда он мог пойти. Прислушалась.
   - Да. Конечно. Все понял. До связи.
   В следующую секунду мы с Димкой столкнулись.
   - Саша?
   - Дим, а что это ты делаешь?
   - Саш, давай об этом позже поговорим. Сейчас надо успеть вернуться до того, как охрана начнет нас искать, - поджав недовольно губы, мой друг (хотя теперь у меня начали закрадываться сомнения по этому поводу) начал обеспокоенно озираться по сторонам.
   - Дим? - нахмурившись, я всем своим видом старалась показать, что не сдвинусь с места, пока он не объяснит что тут происходит и с кем он связывался.
   Позади меня раздались шаги. Димка, схватив меня одной рукой за волосы, чтобы не вырвалась, резко прислонил спиной к ближайшему дереву, вдавливая в него своим телом, и впился в мои губы поцелуем, так что я не могла и слова сказать. При этом второй рукой он обхватил меня со спины, прижимая к бокам обе мои руки, из-за чего я не могла ни пошевелить, ни оттолкнуть его. Не думала что зоолог такой сильный. Сейчас он не был похож на того добродушного парня которого я знала (или мне казалось что я знала). Испугано посмотрев в глаза зажавшего меня мужчине, в панике пыталась сообразить, что же мне делать. В ответ увидела сощуренный, холодный взгляд, предупреждающий, чтобы я не дергалась. Застыв изваянием, ждала что же будет дальше.
   - Что вы здесь делаете?! - недовольный приближающийся голос Ника, подтолкнул меня к сопротивлению. Я не понимаю, что происходит, но точно знала, не хочу быть участницей этого и тем более жертвой. Как только я попробовала пошевелиться и замычать, чтобы привлечь внимание своей же охраны, как меня сжали еще сильнее, так, что показалось, сейчас затрещат ребра. Чтобы иметь возможность хотя бы как-то дышать, тут же прекратила сопротивляться. В ответ захват чуть ослаб. - Заканчивайте давайте, на базе будете шашни крутить, а здесь нечего.
   Оторвавшись от моих губ, но по-прежнему предупреждающе смотря на меня, зоолог не поворачиваясь бросил.
   - Мы сейчас вернемся. Дай нам минуту.
   - Минуту, не больше. Я не собираюсь из-за ваших глупостей, отвечать своей головой.
   Бормоча себе что-то под нос охранник отошел в сторону. Мне же стало страшно. Захотелось крикнуть что-то, попросить помощи, остановить. Наверное, это отразилось на моем лице, так как меня тут же сжали чуть сильнее.
   - Саш, успокойся, я тебе ничего не сделаю.
   Захотелось поинтересоваться, сейчас или вообще. Но я молчала, ожидая дальнейших объяснений.
   - Сейчас я тебя медленно отпущу, а ты в ответ не будешь дергаться, а послушаешь меня. Хорошо? Если поняла, кивни.
   А у меня что есть выбор? Кивнула и тут же стало легче дышать. Дмитрий отпустил меня, при этом продолжая нависал надо мной, прижимая к дереву и не отступая ни на шаг назад. Руки его больше не сжимали меня, а упирались с двух сторон от моей головы в дерево, не позволяя мне сдвинуться с места и показывая границы моей свободы. Со стороны мы наверняка смотрелись как парочка воркующих голубков. А чтобы все выглядело еще более реалистично, мой недавний друг приблизил свои губы к моему уху и зашептал.
   - Успокойся. Я из отдела по расследованию правонарушений в отношении колонистов.
   Резко повернув голову, удивленно посмотрела на Диму.
   - Допустим, - зашептала в ответ, не то чтобы я сразу вот так вот и поверила, но все может быть.- Зачем тогда такая таинственность?
   - Неужели думаешь, Захаров предоставит нам достоверные сведения? Он уже несколько инспекторов, домой отправил с пустыми руками. Хотя нет, вру. Если делать выводы из данных, которыми он нас кормит, то в гибели работников предыдущей базы виноваты аборигены которых уже и людьми-то не назвать. Разве что мутантами. Они вроде как натравливают представителей местной фауны на прибывших с Земли людей. И договориться, с ними никак нельзя.
   - Но это же неправда!
   - Это знаю я, ты и еще несколько человек здесь. Но не на Земле. Так что местных в лучшем случае ждет поголовная стерилизация, в худшем - зачистка. Отгадай, на каком из двух вариантов он настаивает? Да и после случившегося на Тиворе и присланных отчетов, многие Захарова поддержат. Полковник не первый раз такого типа операцию проворачивает и если бы не наш отдел, то от потомков первых колонистов уже и воспоминаний не осталось бы, так как они не хоронят своих, значит, даже кладбищ у них нет. Попробуй докажи, что пятьсот лет назад погибли не все. Так поступить гораздо проще, чем разбираться, что и почему здесь произошло. Или считаешь, он прав и такие как они не имеют права на жизнь?
   Я тут же отрицательно закачала головой.
   - Когда я на базе, то передаю сведения через наших инспекторов, посылать сигнал оттуда невозможно, да и небезопасно. Все их блокируют. Сейчас же на базе инспекторов нет. Последнего, Захаров неделю назад отправил на Землю и пока у него получается не допускать прилета следующего. Мне же надо было передать данные после нашего визита в колонию и информацию с хрона Кейроса. Прости, но я снял копию, когда был у тебя. А сейчас мы вернемся на поляну и ты будешь застенчиво улыбаться. Извини, но о наших отношениях наверняка доложат. Надеюсь, ты не будешь против мне подыграть? Если против, то немного позже можно будет разыграть спектакль с разрывом. Но я честно признаюсь, мне нужны данные твоих исследований и я бы хотел, чтобы мы продолжили наше знакомство. Ты замечательная девушка и мне очень нравишься.
   Отодвинувшись, парень провел чуть дотрагиваясь костяшками пальцев по моей щеке вопросительно посмотрев на меня в ожидании ответа. А я... даже не знаю. Мне стало обидно от осознания, что меня использовали. Я-то думала мы друзья. Верила ли я Диме? Не знаю. Говорил он убедительно, да и смысл ему мне врать. Вот только... не хотела я в это все влезать. Я хорошо помню что бывает тому, кто сливает на сторону информацию. Меня за это по головке не погладят. Захаров, так это точно. Играть против него, даже если хочешь кому-то помочь, очень опасно. Смертельно опасно. Но и доносить на кого-либо я не собираюсь.
   - Я не буду сообщать ни про тебя, ни о произошедшем здесь, - тем более что я ничего не видела, только слышала, да и то под вопросом что именно. Мало ли, вдруг парень сам с собой разговаривал, - а вот насчет всего остального... неуверенна. Мне подумать надо.
   - Думай.
   Отстранившись зоолог выпустил меня из плена, но не успела я выйти из зарослей, как он тут же по-хозяйски положил свою руку мне на талию притягивая к себе. Ник увидев нас, похабненько усмехнулся. Хорошо хоть промолчал. Мне не пришлось играть смущение, и так себя неловко чувствовала только от одного осознания что он думает о нас, а точнее о том чем мы вроде как занимались, уединившись ото всех.
   Отпустило меня только когда мы приступили к препарированию асыра. Нам опять не повезло. Причин этому могло быть множество. Во-первых, я могла ошибиться. Задумавшись, отбросила эту возможность. Нет, не могла. Тогда, возможно, закончится период кладки, или эта особь самец, или у нее просто нет функции вынашивания. Неприятно, но и в третий раз нас постигла неудача. Уставшие и раздосадованные, молча проглотив свой паек, мы разбрелись кроватям.
   Лежа я не мигая смотрела на днище верхней постели, где спал мой охранник. Смотрела и думала. Отдельных, для каждого в группе, кают в передвижной лаборатории не было. Четыре двухэтажных кровати стояли в одном небольшом помещении. В первый раз, оказавшись на этой планете, я лежала почти в полной темноте, окон-то здесь нет. Тусклый свет от диода на выключателе не мог: ни разогнать темноту, ни позволить что-либо четко рассмотреть.
   Вздохнув, перевернулась набок, не прекращая вспоминать сегодняшнее происшествие. Дима так больше в течение дня ко мне и не подошел, не намекал ни на что и вообще, вел себя как обычно, вроде как ничего и не произошло. По идее так и надо делать. Только... мне от этого не легче. Я не знала как с ним вести себя дальше. Как раньше, уже не будет. Я больше не чувствовала себя рядом с парнем расслаблено. Наоборот, стоило ему оказаться рядом со мной, как я напрягалась. Заметив мою реакцию, зоолог только печально улыбался и отходил, стараясь, лишний раз ко мне не обращаться. Я же опускала взгляд. Как ни пыталась, но у меня не получалось вести себя непринужденно. Это заметили и остальные. Ник, окинув нас взглядом, только усмехался, подшучивая и бросая что-то типа: милые бранятся - только тешатся. За что схлопотал от Сантьяго по шее.
   Прокрутившись на кровати поняла: не могу заснуть. Душно мне здесь, несмотря на хорошее кондиционирование воздуха. Потихоньку встав, так чтобы никого не разбудить, хотела пробраться незаметно к выходу. Но не тут-то было.
   - Вернитесь в кровать, не усложняйте жизнь ни себе, ни мне.
   Голос Ника был слегка хрипловат со сна. И как он только услышал, я же вроде как не шумела. Кровать не скрипела, как и пол. Ну да ладно. В очередной раз тяжело вздохнув, вернулась на свое место и опять принялась пялиться в темноту. Расслабившись, постаралась выбросить все мысли из головы. Вдох - выдох. Раз, два, три... Медленно считая в уме, мне все же удалось погрузиться в дрему, а потом и заснуть.
  

* * *

   Утром, когда меня разбудили, поняла, что не выспалась. Еле разлепив глаза, пошла умываться. Бросив раздраженно 'доброе утро', села за общий стол и быстро проглотила свою порцию пайка. Сейчас здесь сидели все кроме водителя. Он, кстати, был главный в этой экспедиции. Куда ушел Сантьяга с утра пораньше непонятно.
   - Спать надо по ночам, а не томно вздыхать.
   Давящую тишину, нарушил вопросом с толстым намеком голос моего охранника. В ответ на подколку, его дружки-вояки заржали, что окончательно вывело меня из себя. Это что, из-за вчерашнего инцидента меня теперь будут обсуждать все кому не лень? Мой тяжелый взгляд переместился на зоолога, а потом вернулся к Нику.
   - У тебя какие-то проблемы?- мой голос звенел от напряжения, а кулаки сжались. Захотелось подойти и врезать. Со всей силы. Я понимала, что для меня это несвойственно, но сдержать не могла. Во всяком случае, свой язык.
   - У меня? - мужчина в ответ усмехнулся, сделав шаг в мою сторону. - Что ты! У меня как раз проблем нет. А вот тебе не мешало бы расслабиться. Если хочешь, могу помочь.
   Я понимала, что ничего этой горе мускул сделать не смогу, но кулаки чесались, чем дальше, тем сильнее. Охранник, не обращая внимания на мое состояние, продолжал широко улыбаться и сделал еще один шаг в моем направлении. Раздражение поднялось с новой силой, сжав покрепче зубы чтобы ничего не ляпнуть и не нарваться на неприятности, стояла, сверля взглядом из-подо лба, надвигающегося на меня мужчину. Желание ударить его нарастало с каждым мгновением.
   - Завидуй молча, - около нас появился Димка. - Возможно, именно тебе стоит расслабиться? Я даже готов помочь.
   Он спокойно встал передо мной, закрывая и ограждая меня. Я знаю, что время от времени на базе между научными сотрудниками и военными случались стычки. Солдаты никогда никого не калечили сильно. Во всяком случае, не слышала, чтобы хоть раз дело дошло до медицинского бота. При этом не думала, что хотя бы раз это произойдет из-за меня. Мне это не льстило. И если до этого страха в душе не было (уверена - на меня руку охранник не поднял бы, разве что отпустил бы пару похабных шуточек, да отстал), то сейчас он медленно стал заползать, заполняя все уголки. Не за себя, за зоолога. В передвижной лаборатории не было лечебного бота. А во время драки произойти может все что угодно. В отличие от нас, охрана, пока мы работали, скучала. Сейчас же они нашли способ развлечься.
   Ник приглашающе отвел руку в сторону, предлагая выйти на улицу, по-прежнему, широко улыбаясь. Я же испуганно вцепилась в руку Димы. Мягко отцепляя меня, парень, извиняющее улыбнувшись, попросил.
   - Посиди здесь. Мы скоро вернемся. Тем более, сейчас еще предстоит обсудить план работы на сегодня.
   Не успел он выйти за порог, как я бросилась к двери. Допускать разборки не собиралась. Но не успела я выйти, как раздался голос Сантьяго.
   - Вы что здесь устроили? - судя по проскользнувшему в глазах водителя бешенству, он был очень зол. - Мозги совсем растеряли? Так я помогу их вам вставить на место. Джеро, меняешься с Ником подопечными. Теперь ты отвечаешь за генетика. Ну а вы оба летите со мной, будем использовать избыток вашей энергии в полезных целях. Остальным сидеть и не высовываться. Увижу еще что-либо подобное, и следующая парочка отправится под трибунал.
   Стоя в дверном проеме я с беспокойством наблюдала за взлетающим скайтаром, а следующий час металась по лаборатории не находя себе места. Никто не знал куда полетели ребята, поэтому все сидели, насупившись по углам, в ожидании их возращения. Наружу никто из нас не выходил. Нарушать прямой приказ никто не рискнул. Поэтому все что мы могли, это наблюдать на экранах за обстановкой вокруг. Благодаря чему возвращающихся парней увидели сразу. Возвращались они не сами. Под брюхом скайтара в силовой сети висел, мирно покачиваясь, дилх. По-видимому, нужную нам для исследования особь решили ловить на живца. Так и получилось. Недалеко от гнезда асыров бедное насекомое было выпущено. Из-за небольшой дозы транквилизатора оно вяло двигалось, пару раз вскрикнув, замирало и ложилось на землю. Казалось, оно засыпало, но проходило несколько минут и дилх, пошатываясь, поднимался, пытаясь куда-то уползти.
   Долго ждать желающих подсадить в него личинок не пришлось. Прилетело несколько особей, и они даже устроили небольшую потасовку в стремлении обладать жертвой. Мы захватили двух асыров, до того как они избавились от своих личинок, ну и дилха прихватили назад. Хотелось понаблюдать как за самим насекомым, так и за этапами развития червей внутри него.
   Долететь назад мы не успели. Из-за дополнительного груза все три машины двигались гораздо медленнее, чем обычно и почти над самыми верхушками деревьев. Неприятностей мы не ждали. Все же всего вторые сутки пошли, как наша группа прибыла в это место. Тем неожиданнее была внезапно взлетевшая туча насекомых и облепившая наши скайтары, лишая нас возможности что-либо видеть. Из-за дополнительного веса машины стали гораздо тяжелее, что привело к резкому снижению аппаратов. Сжавшись в кресле, я со страхом прислушивалась к металлическому скрежету снаружи, в панике смотря на жвала, жала и лапы пытающиеся пробить окна. От Сантьяго пришел приказ выпустить из сетей добычу. Так как напали на нас именно асыры, он рассчитывал что, получив своих сородичей назад, они от нас или отстанут. Или машины, избавившись от дополнительного веса, смогут взлететь выше и набрав необходимую скорость уйти от напавших на нас насекомых.
   Именно наш скайтар нес дилха. Я надеялась, что хотя бы несколько асыров бросятся за добычей, когда мы его сбросим вниз. Не повезло. Возможно, кто-то и бросился, вот только нам от этого легче не стало. Нас кидало из стороны в сторону. Не представляю, как в этом переполохе Джеро удалось сохранить хладнокровие, и посадить аппарат не разбив его. Но мы именно сели, а не упали. Куда, не видно и непонятно. Что нас окружает, так же. Где находились другие машины, не знаем. Возможно совсем рядом, а возможно они отлетели дальше. Судя по переговорам, пока все еще целы. Но у них такая же ситуация как и у нас. Так что друг другу помочь мы ничем не могли. Самим бы выкрутиться и выжить. Неприятно то, что на внешней оболочке скайтаров нет никакого оружия. Поэтому отбиваться или отгонять нападающих нечем. Сигнал бедствия мы подали, теперь оставалось дождаться бригады спасения с базы. А это несколько часов. Я отлично помню во что превращались металлические конструкции, под действием внешних факторов. Судя по нашим исследованиям яд ясыр не токсичен, он опасен только для живых существ и не должен разъедать металлическую обшивку. Вот только, мне абсолютно не нравился раздающийся со всех сторон треск и скрежет. Яд возможно и не разъест металл, но выдержит ли он внешнее давление. Жвала этих насекомых предназначены для вскрытия твердых панцирей.
   Когда что-то дотронулось до моего плеча, я вскрикнув дернулась в сторону и упала на пол.
   - Тише, это пока всего лишь я, - рядом со мной стоял Джеро, поправляя свой пояс и проверяя запас заряда в пистолетах.- Если у тебя есть успокоительное, прими его.
   Я перевела непонимающий взгляд на мужчину. Он что, собрался выходить наружу? Это же самоубийство! Мучительное и болезненное самоубийство.
   - Зачем?
   Мой перепуганный голос напоминал писк комара. Я и сама-то себя еле услышала, не то чтобы это удалось собеседнику. Прочистив горло, хотела переспросить, но это не понадобилось.
   - Мы выходим. Если будешь меня слушаться и выполнять все мои приказы быстро и четко, не задавая лишних и ненужных вопросов, то у нас будет шанс выбраться из этой неприятности. Готова?
   Посмотрев испуганно в окно я встретилась взглядом с фиолетовым фасеточным глазом следившим за нами.
   - Их же там много. Нам не выжить.
   Меня начало трясти. Я не хочу выходить! Тут хоть какая-то видимость защиты.
   - Здесь нам так же не выжить. Скоро обшивка скайтара сдастся. Посмотри наверх.
   Я сделал то, что мне сказали. Потолок машины был уже довольно-таки сильно деформирован. Очередной удар по нему отдался набатом в моей душе и оставил новую вмятину в металле.
   - Нам же надо всего лишь продержаться пока не прибудет спасательная бригада.
   - Они нам не помогут. Судя по данным со спутника, сюда летит рой. И эта гадость будет около нас намного раньше спасателей с базы. Или выходим сейчас, или мы трупы минут через двадцать, возможно, полчаса.
   Я неверяще посмотрела на своего охранника.
   - Почему?
   Разведя руки в стороны он только усмехнулся.
   - Вопрос не по адресу. Но если очень хочется узнать, можете выйти поинтересоваться. Мало ли, вдруг они снизойдут до ответа.
   - Я не хочу, - во рту пересохло. Меня уже всю трясло от страха. Дышать получалось с трудом, казалось, грудь стянуло невидимыми тисками, которые с каждым мгновением сжимались все сильнее. Еще чуть-чуть и я совсем задохнусь.
   - Чего именно?
   - Выходить... и умирать.
   - Мы можем остаться. Тогда у нас точно нет ни единого шанса, а когда эти твари прорвутся, я постараюсь с одного выстрела избавить тебя от мучений, - сев на пол рядом со мной и положив пистолет себе на колени Джеро печально улыбнулся. Он не собирался меня уговаривать, принимая мое решение. Но я не хочу... не хочу сейчас... не хочу так... Слезы прорвали плотину и ринулись нескончаемым потоком по моим щекам. Дышать стало легче. Я опять посмотрела в окно.
   - А как... как выбраться отсюда?
   - Их не так много как кажется. Они просто облепили наш аппарат. Нам везет, что они довольно крупные, когда открою проем, в него пролезет одна, максимум две особи. Лазер я поставил на поражение. В обоих пистолетах заряд полный. Значит, есть шанс прорваться. Я буду зачищать проход, а ты беги. Нам главное уйти подальше от скайтара, а там, глядишь, через пару часов нас подберут. Так что, рискнем?
   Закрыв лицо ладонями, пальцами надавила на глаза чтобы остановить поток слез. Вслепую бежать не хочется. Да и вряд ли получится.
   - Решай быстрее, рой уже близко, - охранник подгонял меня с принятием решения, а мне было до ужаса страшно. Но жить очень хотелось. Очередной сильный удар по обшивке и раздавшийся неприятный треск, заставил меня открыть глаза. Возможно, мы даже роя не дождемся, эти сами справятся. Поднявшись на ноги, посмотрела на приготовившегося к бою Джеро.
   - Рискнем.
   - Успокоительное?
   Отрицательно качнула головой.
   - Нету. Придется справляться своими силами.
   Охранник протянул мне нож, или точнее сказать, целый тесак, но я качнула отрицательно головой. Я не умею им пользоваться, поэтому скорее сама покалечусь, чем смогу защититься или отразить нападение. Да и что я этим монстрам им сделаю? Пожав плечами он вернул его на место у себя на бедре.
   - Приготовились. Когда кивну, открываешь двери. Когда скажу ' беги', бросаешься вперед, не останавливаясь и не оборачиваясь. Я буду следовать сразу же за тобой. Поняла?
   Сжав дрожащие руки в кулаки, кивнула головой.
   Встав напротив входа расставив ноги на ширине плеч, Джеро направил на дверь дуло лазера и кивнул мне. Нажав на кнопку открытия двери на панели управления, затаив дыхание, стала следить, как дверь плавно отъезжает в сторону. В ту же секунду в нее просунулось две огромные головы, которые тут же защелкали жвалами стараясь протиснуться внутрь. Два выстрела - два трупа, и вот еще одна особь лезет к нам в гости и тут же падает сраженная охранником. И еще одна. Оттолкнув ногой завалившие проход трупы, Джеро выглядывает наружу и делает еще несколько выстрелов, после чего раздается приказ.
   - Беги.
   И я сорвалась с места. Бежала, спотыкалась, падала, поднималась и опять бежала, сквозь заросли и кустарники, не разбирая дороги, не обращая внимания на слезы застилающие глаза, на жгучую боль в руке которую кто-то ужалил, на порезы и ссадины! Вперед, как можно дальше от места, где приземлился скайтар, не смотря на боль в уставших ногах, на то, что в груди уже все горит от нехватки воздуха, на то что еле двигаюсь, на то что волосы цепляются за ветки и остаются висеть на них. Главное не останавливаться! Двигаться пока есть возможность и силы.
   Не знаю сколько времени это длилось, десять минут, час или два. В какой-то момент мое тело отказалось шевелиться и, упав в очередной раз, я не смогла подняться. Разве что перевернуться на спину и вперить ничего не видящий взгляд в небо. Все, больше не могу. Закрыв глаза, я отключилась. То ли заснула, то ли потеряла сознание. Через сколько пришла в себя, не знаю. Приподнявшись на локтях, оглянулась. Я была одна, на какой-то поляне, непонятно где. Джеро рядом не было. Рядом никого не было, во всяком случае, из людей. Не обращая внимания на боль во всем теле, поднялась и принялась осматривать себя. Одна рука распухла и неимоверно болела. Я ею толком и пошевелить не могла. Расстегнув комбинезон до пояса, попыталась ее вынуть, чтобы понять, что с ней. По-видимому, меня все же что-то ужалило или укусило. Из-за этого правая рука и распухла. Место укуса приобрело неприятный синий цвет, а от него уже шла краснота вверх и вниз. Она достигла пальцев и плеча, даже частично перешла на грудь. Накладывать жгут, чтобы не распространился яд, уже не имело смысла. Теперь единственное мое спасение - если меня вовремя найдут.
   Еще раз осмотрелась по сторонам. Я не знала, откуда пришла, а тем более, в какую сторону идти. Где мой охранник, отстал ли он или погиб? Я вообще ничего не знала. Ни куда идти, ни что делать, ни как позвать на помощь. Надо ли вообще идти или сидеть на месте и ждать когда спасут. Вот только спасут ли, найдут ли, ищут ли, успеют ли? Одни вопросы и ответить на них некому. Покричать? Позвать на помощь?
   - Джеро! Ник! Дима! Сантьяго! Есть здесь кто?!
   В ответ в чаще раздался тревожный шум. Нет, все же не стоит кричать. Этим я могу привлечь хищников.
   Оглянувшись вокруг еще раз, я побрела. Куда? А разве это имеет значение? Вперед. Сидеть на месте и ждать непонятно чего, не могла. И я брела. Падала, поднималась и опять шла вперед. У меня все болело. В голове стучали молоточки, повторяя ритм сердца, которое пыталось выскочить из груди. Я задыхалась. Перед глазами стоял туман. Меня медленно, но уверенно убивал яд. Обидно! Как же обидно, и как глупо умирать вот так... на непонятной планете, в каких-то джунглях, одной, ничего не сделав в этой жизни, ничего не добившись. Вспомнит ли обо мне кто-то? Узнают ли, что со мной случилось? Всплывет ли мое имя где-нибудь кроме отчета о погибших?
   Упав в очередной раз, я опять отключилась. Проснулась оттого, что спазмы сжимали мое горло. Говорить я не могла. Рука уже вся была синяя, а краснота покрывала не только плечо, но и почти всю грудь спускаясь на живот. Кое-как поднявшись, я опять побрела.
   Удивительно, я создаю столько шума, валялась вон без сознания, а меня до сих пор никто не попытался съесть. Ну, или хотя бы добить. Устала. Упав в очередной раз, закрыла глаза и понадеялась, что больше их не открою. Не нашли! Не успели!! Интересно, а другие спаслись? Хочется верить, что только я такая невезучая.
   Сквозь туман боли послышались знакомые голоса.
   - Квииде, ты можешь ей помочь?
   - Я? Нет. Яд сильно распространился по ее организму.
   - До базы она выдержит?
   - Нет ни единого шанса. Забудь об этом, потому что, даже если бы ты успел ее туда доставить живой, они не смогли бы ее спасти. И если ты не поторопишься с принятием решения, ей вскоре уже ничего не поможет.
   - Я не понимаю, как она сюда сама дошла. Остальных асыры разорвали на месте.
   - В ней еще достаточно много сатейры, поэтому ее и не тронули. Прошлись только вскользь, скорее всего, случайно задели, но и этого ей хватит, чтобы отправиться к предкам. Так что, относим подальше в лес, пусть свои находят и хоронят, или даруем ей мутуа?
   Значит остальные все же погибли. И Джеро рискуя своей жизнью. Он спас меня, прикрыл, дал возможность уйти. Или меня и так не тронули бы? А я так и не разобралась что это за сатейра? И Димка. Внутри что-то оборвалось. Умерло. Все же он был моим другом. Единственным близким другом в моей короткой жизни. Очередной приступ боли скрутил все внутренности в узел. Хотелось согнуться, поджать под себя ноги, чтобы хоть немного стало легче. Но я не могла пошевелить даже пальцем. Воздух с хрипом вырывался из моего горла. Хочу, чтобы это все закончилось. Не могу больше. Отпустите. Дайте умереть.
   - Было бы проще, чтобы она не дошла до нас. Я не знаю что эти... сделают, когда узнают и поймут. Стоит ли ее жизнь этого?
   - Ты же знаешь, жизнь бесценна. Любая жизнь.
   - Она - чужачка. Можем ли мы рисковать?
   - А ты сможешь потом спокойно жить, зная, что мог помочь и спасти, но не сделал этого, отвернулся? Да и мы все уже в такой ситуации, что возможно чужакам стоит узнать всё. Чтобы избежать жертв, как с нашей стороны, так и с их. Сами они не отступят и не оставят нас в покое. Как раньше больше не будет. Возможно, это наш единственный шанс достучаться до них, дать понять и ощутить, почему мы такие и именно так живем. Да и исследовать они потом будут свою, а не нас.
   - Хорошо. Посмотрим что из этого выйдет.
   - Тогда открой ей рот.
   Я вспомнила как в меня в прошлый раз вливали лекарство и внутри все тут же забастовало против очередного насилия. Не хочу! Не надо! Дайте спокойно умереть! Не мучайте меня! Но я не смогла ни пошевелиться, ни издать ни единого звука. Казалось, мое тело стало чужим, превратилось в камень и готово расплющить само себя. И только одинокая слеза, покатившаяся по моей щеке, показывала что я жива. Что перед ними лежит не бездыханный труп. Во всяком случае, пока.
   - Посмотри, она плачет, - квииде провела рукой по моей щеке, стирая мокрый след. - Потерпи девонька, скоро тебе полегчает. Иарум, сейчас важно каждое мгновение, не будем тратить зря время, открой ей рот и придави язык, чтобы не мешал.
   Я почувствовала, как на щеки нажали и мой рот открылся. Из последних сил я попыталась открыть глаза, чтобы видеть, что происходит, чтобы дать понять, что не хочу. Хотя... когда это их волновало или останавливало?
   Я не ошиблась. Надо мной склонился Наумов, одной рукой он не давал закрыться моему рту, пальцем другой руки прижимая язык к низу не давая ему запасть. Держать открытыми глаза было очень тяжело. Да и мало что это давало. Они почти сразу же начали слезиться, не позволяя рассмотреть ничего вокруг. Из последних сил я держалась, чтобы взглянуть на квииде. Понимала, сил на то чтобы открыть их во второй раз у меня не будет. И вот пожилая женщина появилась с каким-то небольшим кувшином в поле моего зрения. Если они в меня сейчас опять будут что-то заливать, я просто задохнусь. Возможно, так даже будет лучше. Во всяком случае, есть шанс быстрее отмучаться.
   Женщина опустила руку в кувшин и достала оттуда что-то белое. Из-за застилающих глаза слез, я все никак не могла понять, что же это, пока она не поднесла свою руку к моему лицу. В ее пальцах извивался червь. Такой же, как мы когда-то извлекли из парня. Толщиной в палец и длинной сантиметров двадцать. И сейчас эта гадость влезала мне в рот. Нет!!! У меня вырвался протестующий хрип. Но на него никто не обратил внимание. В глазах потемнело.

Поделиться с друзьями


Оценка: 7.27*36  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"