Шенсон Юлия Randis : другие произведения.

Colours of a Shade

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Небольшой рассказ, написаный от нечего делать к Хэллоуину 2008 года. Место действия - Румыния, традиционная родина нечисти. В рассказе присутствует Дракула, но отнюдь не в том виде, к которому все привыкли. Всякое сходство с реально существующими людьми случайно, все несоответствия - наоборот.


Colours of a Shade

   I read the sings without surprise
   Somehow, they knew it well
   But in the mirror still I see
   A man, who came from hell (1)
   Пригород Чермея (2) давно остался позади. Грунтовка покорно стелилась под колёса подержаной серой "Ауди", но водитель знал, что уже через полчаса она сменится раскисшей просёлочной дорогой. Дворники без устали сгоняли воду с лобового стекла, а дождь всё лил и лил, как и положено в середине октября.
   "There is a feeling I get, when I look to the west, and my spirit is crying for leaving... (3)" - негромко раздавалось в салоне.
   - Мой дух тоже рвётся прочь, - пробормотал водитель, щёлкая зажигалкой. - И чем дальше, тем лучше.
   Поскольку свет в салоне не горел, огонёк на несколько секунд выхватил из мрака довольно красивое лицо с прямым носом и высокими скулами. Прикурив, он сунул зажигалку в карман пиджака и снова сосредоточился на дороге, тем более что грунтовка закончилась. Началась раскисшая от дождя земля.
   Зачем, вот зачем я сюда поехал? - недоумевал про себя Дьердь Фаркаш, инспектор полиции города Чермея. Он даже не помнил точно, как называлась деревенька как раз между Чермеем и Салонтой (4), куда его отправили на расследование. Забытая Богом дыра, где даже полицейского участка нет, зато есть труп. И преступник быть должен.
   Отчего ему не сиделось в родном Капошваре (5)? Отчего он со своим английским не поехал учиться в Будапешт? Какого лешего его, ещё школьника, понесло именно на родину Влада Дракулы по прозвищу Цепеш? Культурный обмен или способ сбежать из дома, где от него ждали карьерных свершений? Дальше всё шло как по нотам - отличные результаты почти на всех экзаменах, двойное гражданство, академия и - вот, извольте видеть - работа поближе к венгерской границе, где востребованы оба языка - родной и выученный. Кому тут нужны его немерянные лингвистические способности?
   Да и хрен с ними.
   Дьердь усмехнулся и раздавил окурок в пепельнице.
   За "Stairway to Heaven" последовала "Misty Mountain Hop" (6), наполовину облетевшие деревья вдоль дороги сменились растрёпанными кустами, а затем из темноты вынырнули перила моста через Кришул-Негру (7). Так, уже близко. В деревне на берегу реки не было ни одного представителя правоохранительных органов, так что полицейское начальство двух соседних городов, как всегда не найдя общего языка, приняло самое идиотское, на взгляд Фаркаша, решение - направить на место преступления по одному сотруднику от каждого города.
   Сквозь завесу дождя пробились размытые пятна света - это светились окна домов. В деревне, которая, как выяснилось после взгляда на указатель, называлась Скорнешть, было только две улицы: одна шла с востока на запад, другая с севера на юг. Ни номеров домов, ни уличного освещения не наблюдалось. Ах, старая добрая румынская глубинка! Будто со времён Влада III ничего и не изменилось. Даже сейчас Дьердь ехал не к "главе администрации Скорнешти", а попросту к старосте.
   На перекрёстке двух улиц стояли четыре главных деревнеских здания: школа, больница, продуктовый магазин и административное здание, оно же дом старосты. И в этом двухэтажном кирпичном доме горел свет. К счастью для чермеевского полицейского, ночь и дождь разогнали местных жителей по домам, так что он избежал любопытных взглядов.
   Припарковавшись неподалёку от крыльца, Дьердь влез в рукава куртки и постарался как можно быстрее преодолеть расстояние от машины до входной двери. Дверь отворилась прежде, чем он успел найти звонок - его ждали, да и шум мотора при желании можно было услышать даже сквозь дождь. Перед Фаркашем стояла плотная женщина средних лет - вероятно, жена стар... главы администрации.
   - Вы из Чермея? - спросила она.
   - Да, - кивнул он, откинув капюшон и пригладив пятернёй чёрные волосы.
   - Вешалка у стены, - Фаркаш заметил, что женщина уделяет больше внимания не гостю, а тому, чтобы покрепче задвинуть засов. - Проходите в кабинет, я принесу чаю. Можете не разуваться.
   Опровергая утверждение о полном отсуствии совести у полицейских, Дьердь, прежде чем войти, вытер ботинки о коврик у порога. Обстановка на первом этаже была вполне казёной, из чего Фаркаш заключил, что жилые комнаты располагаются наверху.
   В кабинете пили чай и говорили ни о чём коренастый седоусый дядька, в котором только слепой не распознал бы старосту, и следователь из Салонты. Вернее, следовательница - круглолицая, коротко стриженая девушка в джинсах и свитере. На её вздёрнутом носу сидели очки в тонкой оправе. Беседа как раз подошла к той черте, когда старший собеседник начал в подробностях рассказывать младшей о временах Чаушеску.
   - Добрый вечер, - привлёк их внимание Дьердь, доставая из внутреннего кармана удостоверение. - Инспектор Дьердь Фаркаш, из чермеевского управления.
   - А, только вас и ждали, - староста обогнул стол, придирчиво изучил удостоверение приезжего и, удовлетворившись осмотром, протянул ему руку. - Михай Петряну.
   - Очень приятно.
   - Следователь Симона Дракул, - приветливо улыбнувшись, девушка тоже поднялась навстречу коллеге.
   "Эта пигалица что, поклонница Цепеша? (8)" - подумал Фаркаш, пожав маленькую ладонь. - "Следователь... Ей хоть двадцать пять есть? Господи, ну я попал."
   От необходимости выдумывать для следовательницы комплимент его избавила жена Михая Петряну. Женщина принесла чай и молча удалилась, но её молчание оказалось равносильно фразе: "Хоть бы какой толк был от ваших посиделок." Впрочем, опустившись на видевший лучшие времена стул и глотнув крепкого чаю, Дьердь почувствовал, что приближается к состоянию, похожему на блаженство - госпожа Петряну плеснула в чай вишнёвой настойки.
   - Короче, - Михай глянул на показывающие полдвенадцатого часы и могуче выхлебнул из своей чашки весь оставшийся чай. - Я уже всё сказал госпоже Дракул, так что остаётся только повторить. Сильвию нашли сегодня утром. Последний раз её видела половина Скорнешти две недели назад, когда она уезжала к сестре в Салонту. Она часто туда ездила на день-другой, а иногда и на неделю-другую, так что никто не удивился, пока её в реке не выловили. Вот и всё.
   - Вы видели тело? - Фаркаш обратился к Симоне.
   - Нет, я два часа как приехала и решила дождаться вас, - следовательница поправила очки.
   - Можете хоть сейчас увидеть, если есть охота. У Алекса всё равно бессонница.
   - У кого, простите?
   - У Александра Биешу, нашего врача, - пояснил Петряну.
   - В таком случае, не вижу смысла откладывать это на завтра, - Дьердь допил чай и поднялся. - Тем более что до завтра осталось совсем недолго.
   Симона с готовностью вскочила, и Фаркаш, наконец, понял, почему прислали именно её. Убийство - дело серьёзное, но в такой дыре как Скорнешть это дело почти невозможно запороть. В деревне, где все знают всех, мудрено не найти убийцу. Инспектор почувствовал лёгкий укол зависти. Симону Дракул, которой повезло с начальством, отправили набраться опыта, потому что силу, в случае чего, применит чермеевский коллега, а Дьердя Фаркаша, которого начальство не жаловало, отправили просто-напросто разгребать то, что может сделать любой новичок.
   По дороге к больнице Симона передала Дьердю маленькую баночку, от которой сильно пахло мятой.
   - Что это?
   - Что-то вроде вазилина. Стащила у нашего поталогоанатома, - девушка блестнула очками из-под капюшона. - Намажьте под носом, а то знаете... трупы...
   - Понял, спасибо, - улыбнулся Фаркаш.
   Запасливая девушка эта Дракул. Трупы, которые по долгу службы приходится осматривать, действительно не всегда бывают... обнаружены сразу. Сам Дьердь смрад разложения терпеть не мог, но его хотя бы никогда не тошнило. У Симоны же, судя по голосу, отношения с этим запахом сложились несколько хуже, чем у него.
   Дверь им открыл сухопарый седеющий мужчина. Судя по тёмным кругам под глазами и запаху валерьянки, он действительно страдал бессонницей. После краткого взаимного приветствия и знакомства, Александр Биешу провёл полицейских вместе со старостой в мертвецкую. Не то, чтобы деревенской больнице это помещение было особенно нужно, но ведь ни один врач не знает наперёд, когда придётся имень дело с покойником и сколько придётся ждать городского паталогоанатома.
   - Вот, смотрите, - бесцветным голосом произнёс врач, поднимая белую ткань.
   - Ой, - Симона тихонько выдохнула облачко пара - температура в мертвецкой была ниже, чем на улице.
   Дьердь мысленно согласился с коллегой - действительно, "ой". Лежавшее на столе тело принадлежало женщине лет тридцати, темноволосой и, весьма вероятно, симпатичной. По крайней мере, она была симпатичной до того, как провела неделю в реке. Причина смерти была очевидна - глубокая рваная рана на шее. Чем и как она была нанесена, Фаркаш не брался с ходу определить, так как над трупом успели поработать вода и речная живность. Впрочем, преступление и без того подходило под категорию убийства с особой жестокостью.
   - Скажите, доктор Биешу, - инспектор принял у Александра тонкую папку с отчётом об осмотре тела, но заглядывать туда не спешил. - Было ли обнаружено что-нибудь под ногтями убитой?
   - Было, - кивнул врач. - Волчья шерсть.
  

***

   Итак, что мы имеем?
   Неделю назад Сильвия Богнар возвращалась домой из Салонты, где гостила у сестры. Возвращалась поздно вечером, но услугами такси, как всегда, не воспользовалась, так как была женщиной спортивной и ездила на велосипеде. Далековато, но достаточно, чтобы поддерживать форму. В родных местах госпожа Богнар ничего не боялась даже ночью, тем более что имела разрешение на ношение оружия. Дамский револьвер ей не помог - неподалёку от деревни кто-то напал на Сильвию и разовал ей горло.
   Шерсть под ногтями давала основание полагать, что Сильвию загрызли волки. Но эту вероятность поставил под сомнение доктор Биешу, установив, что рана на шее женщины была нанесена когтями, что для волков не характерно. Против волчьего нападения говорило ещё два обстоятельства: во-первых, оголодавшие хищники нападают, как правило, зимой или ранней весной, а во-вторых, волки не стали бы отволакивать труп подальше от дороги, чтобы сбросить в реку. Оставалось только одно "но" - не преступник же выел у жертвы печень.
   - Инспектор Фаркаш, вы спите? - раздался шёпот от двери.
   - Нет, не сплю, - пробормотал Дьердь, на ощупь нашёл рубашку и порадовался тому, что улёгся, не снимая джинсов.
   В доме Михая Петряну имелась комната для гостей, но только одна, поэтому Фаркаш любезно избавил даму от своего общества, заночевав в гостинной.
   - Что, не спится? - хмыкнул он, когда Симона Дракул с виноватым видом проскользнула в комнату.
   - Не спится, - призналась девушка. - Госпожа Петряну сказала, что местные до сих пор верят в оборотней. Я к тому, что убийство Сильвии Богнар всем кажется странным. Господин Петряну ничего вам не сказал, чтобы вы его на смех не подняли.
   - Сам он утверждает, что убийца некий сумашедший Мирча, которому Богнар дала от ворот поворот.
   - А вы как считаете? Может маньяк?
   Дьердь приоткрыл окно, благо дождь прекратился, и закурил. Предложить следовательнице он не успел - та заранее покачала головой. Инспектор бросил пачку сигарет на диван, включил настенную лампу, чтобы не беседовать в полной темноте, и снова устроился у окна.
   - Маньяк сделал бы своё дело демонстративно, напоказ. Он не стал бы бросать труп в реку, наоборот - оставил бы на видном месте. Скорее всего, это месть, и скорее всего, это был кто-то, кого Богнар хорошо знала и не стала хвататься за оружие. Девять из десяти, что убийца местный. Кроме того, убийца хотел, чтобы в первую очередь подумали про волков. Когти ведь можно и железные сделать. И я не верю, что убийца съел её печень. Люди, госпожа Дракул, твари наредкость изобретательные.
   - Мне бы вашу уверенность, - вздохнула Симона. - Я раньше не занималась убийствами.
   Фаркаш щелчком отправил окурок в темноту за окном.
   - Можно личный вопрос?
   - Откуда у меня такая фамилия? - усмехнулась Дракул.
   - Именно.
   - Я сменила фамилию три года назад. Просто я всегда восхищалась Владом Дракулой. Великий был человек, хоть и жестокий. Он ведь почти выиграл войну с Османской империей.
   - Ну, он бы не победил такого монстра, - вспомнил уроки истории Фаркаш. - У султана было двести пятьдесят тысяч человек войска.
   - Победил бы! - упрямо заявила Симона. - Если бы Матяш Корвин его не предал.
   Её карие глаза сверкнули так, будто это он, Дьердь Фаркаш собственной персоной, присоветовал правившему Венгрией в XV веке королю Матяшу Корвину-Хуньяди предать господаря Валахии Влада Дракулу. Что ж, понятно, какой у неё в школе был любимый предмет.
   - Ладно-ладно, - примирительно поднял руку Дьердь. - Признаю, наш король был не сахар. Но прошло уже полтысячи лет, а нам завтра придётся опрашивать чёртову прорву народа. Вы не находите, госпожа Дракул, что неплохо было бы выспаться?
  

***

   С утра пораньше инспектор Фаркаш не только побрился, но ещё и галстук повязал, хотя в его табели о мерзости удавка на шее стояла сразу после трупного запаха. Однако чего не сделаешь по долгу службы, когда приходится опрашивать население. Многие люди отчего-то до сих пор считали галстук признаком солидности.
   К вечеру у Дьердя и Симоны имелись показания почти всех совершеннолетних жителей Скорнешти. На одних подействовало обаяние инспектора Фаркаша, на других - обаяние следовательницы Дракул, а на третьих - насупленные брови и удостоверения. Впрочем, больше половины этих показаний не имели ровным счётом никакой ценности или грешили избыточностью. Нет, всё-таки лучше работнику полиции не быть излишне обаятельным.
   По отметении всяческой шелухи оказалось, что Сильвию Богнар любили в деревне только школьники и их родители, которые не могли нарадоваться успехам чад. Прочие же жители Скорнешти не одобряли её слишком вольного, по деревенским меркам, образа жизни. Не будь Богнар преподавательницей от Бога, её давно бы вышвырнули с работы. Однако в деревенской начальной школе и так было всего три учительницы. Алиби на момент убийства не оказалось у троих человек. Первым в списке подозреваемых значился Мирча Биешу, двоюродный брат местного врача. Вопреки всеобщему мнению, он был не сумашедшим, а просто человеком с невероятно скверным характером и правом на ношение оружия. В деревне он подолгу не жил, постоянного места работы не имел, а от дачи показаний отказался в чрезвычайно резкой форме. На виновности Мирчи настаивал Михай Петряну, упирая на его вспыльчивость и на то, что незадолго до убийства между Мирчей и Сильвией случилось бурное выяснение отношений. Другими, не имеющими алиби, были коллеги убитой - две школьные учительницы, обе одинокие женщины. Одна из них - бабушка "божий одуванчик" Илона Ольт - утверждала, что лежала в постели с температурой, другая - ровесница убитой Ленута Ионеску - отказалась что-либо объяснять. Единственным, что Симона услышала от злюки Ионеску по поводу убийства Богнар, было: "Так ей, стерве, и надо!"
   - Без ордера нам его не арестовать, не допросить и не обыскать, - уныло подытожила Симона Дракул, глядя в опустевшую чашку кофе. - А показаний он не даст ни за что.
   Фаркаш прошёлся туда-сюда по оккупированной ими комнате в доме господина Петряну, достал и снова спрятал пачку сигарет и проглотил ругательство. На всём, что произошло в деревне Скорнешть, лежала печать знаменитого румынского разгильдяйства. У доктора Биешу не было необходимых оборудования и квалификации для доскональной медицинской экспертизы. Вместо того чтобы исправить ситуацию, начальство направило сюда двух человек в надежде, что они подедуктируют и раскроют дело. Это, конечно, проще и дешевле, но... но Дьердь ненавидел играть роль господина "вынь-да-положь".
   - Я бы на твоём месте не исключал виновности Ионеску, - он не помнил точно, когда они с Симоной сегодня перешли на "ты". - Хотя... - он вдруг бросил девушке куртку и подхватил свою. - Пошли!
   - Куда? - на ходу надевая куртку, Симона еле поспевала за его широким шагом.
   - На место преступления, - ответил Фаркаш коллеге, а заодно и выглянувшей на шум госпоже Петряну. - Там же только местные умельцы шерстили.
   Дорога, по которой последний раз в жизни ехала Сильвия Богнар, шла вдоль реки. Инспектор со следовательницей были на месте через четверть часа. Смеркалось, поэтому Дьердь достал из багажника пару фонарей.
   - Что ищем? - спросила Симона.
   - То, чего не искали местные следопыты, и чего не смыло за неделю.
   Они сошли с дороги там, где был найден велосипед Сильвии, и некоторое время двигались в сторону реки - Фаркаш полагал, что именно здесь труп тащили к воде. Он смутно представлял себе, что искать после недели затяжных дождей. Первое, что приходило ему в голову, это окурок, ведь из троих подозреваемых курил только Мирча.
   - Дьердь! Я кое-что нашла.
   Фаркаш поспешил к Симоне, но когда подошёл, понял, что ей сейчас не до находки. Девушка шарила фонарным лучом между деревьями и напряжённо прислушивалась.
   - Там кто-то есть, - прошептала она.
   Словно в ответ что-то хрустнуло и зашуршало в темноте. Возможно, это волк, лисица или другая неосторожная лесная живность, а возможно, и нет... Дьердь достал из кобуры пистолет и сделал несколько шагов на звук.
   - Кто здесь? - как можно требовательнее спросил он.
   Никто не откликнулся, зато метрах в ста от инспектора зажглось два зелёных глаза. Свет фонаря выхватил из тьмы грязносерую шерсть, а затем существо начало стремительно приближаться. Фаркаш выстрелил. Трижды. Кем бы ни был зеленоглазый зверь (а человеком он не был точно), он должен был получить три пули в грудь или шею. Однако это его не остановило, только разьярило.
   Пасть смертью храбрых от клыков взбесившейся зверюги отнюдь не входило в планы Дьердя Фаркаша. Ухватив Симону за рукав, он бросился вон из леса. По счастью, Дракул тоже бегала быстро и ни разу не оступилась.
   - В машину! - рявкнул Фаркаш, вылетев на дорогу.
   Он затылком чувствовал погоню. Резко развернувшись и направив в одну сторону и фонарь и пистолет, он расстрелял в косматую тень всю обойму. Свинец сбил существо с ног, но явно не убил.
   Тем временем Симона залезла в машину и распахнула дверь со стороны водителя. Пока непонятная тварь не очухалась, Дьердь прыгнул за руль, захлопнул дверь и бросил пистолет девушке на колени.
   - Обойма в бардачке! Перезаряди! - велел он, заводя мотор.
   Он едва успел съехать с обочины, когда на дорогу выскочила по-прежнему живая и резвая тварь. Увидев её в свете фар, Симона взвизгнула, а Дьердь побелел как полотно. Волк, вставший на задние лапы и вымахавший с телёнка - вот что это напоминало. Впрочем, где в машине педаль газа, Фаркаш со страху не позабыл. Серая "Ауди", разбрызгивая грязь, рванула с места и сшибла косматую тушу. С полминуты Дьердь ещё видел тварь в зеркале заднего вида - та бежала за машиной, нелепо загребая в воздухе сломанной лапой... рукой...
   - Проклятие... - выдохнул Дьердь, одной рукой ослабив узел галстука.
   - Оборотень, - всхлипнула Симона. - Всё правда...
   Не может быть! - захотелось крикнуть Фаркашу, но он прикусил язык. Как иначе объяснить косматого гуманоида с волчьей башкой?!
  

***

   Когда перед больницей остановилась заляпаная грязью серая "Ауди", доктор Александр Биешу не спал. В последнее время он вообще мало спал. Повинуясь громкому и настойчивому стуку, врач открыл дверь чёрного хода, откуда было ближе до двух, обжитых доктором Биешу комнат.
   - У вас проблемы? - спросил он, хотя все признаки шока у его гостей и так были на лицо.
   - Целый вагон, - кивнул встрёпанный инспектор, пропустив свою коллегу вперёд и оглянувшись в темноту прежде чем переступить порог.
   - Я могу чем-нибудь помочь?
   - Для начала дайте, пожалуйста, что-нибудь от нервов, - Фаркаш задвинул засов, выглянул в окно, скинул куртку и только после этого повернулся к врачу. Доктор Биешу заметил, что всё это он проделал, не выпуская из правой руки пистолета.
   - От нервов, - хмыкнул Александр. - Садитесь, госпожа Дракул.
   Девушку била дрожь, и она не сразу сообразила, что обращаются к ней. Через минуту на столе стояло три стакана и бутылка сливовой паленки.
   - От нервов помогает очень хорошо, - пояснил врач, разливая.
   Дьердь одним духом махнул полстакана, Симона на такой подвиг не решилась, потягивая свою порцию "лекарства" мелкими глотками, а Александр к своему стакану почти не притронулся - он ждал вопросов. Инспектор не заставил себя долго ждать. Он положил на стол пистолет и пристально посмотрел врачу в глаза.
   - А теперь, доктор, расскажите, что тут у вас происходит.
   - У нас оборотень в деревне.
   - Это же антинаучно, - нервно усмехнулся Фаркаш, зажал губами сигарету, попытался прикурить и тут заметил, что руки у него дрожат. - Проклятие...
   - Похоже, вам нужно больше, чем вашей коллеге, - Биешу налил ему ещё паленки, в которой было градусов 50, не меньше. На Симону "лекарство" и вправду уже подействовало - дрожь прошла, на щеках заиграл румянец, но взгляд остался трезвым.
   - Ваша правда, - Дьердь опрокинул ещё полстакана, резко выдохнул и продолжил. - Должно же быть какое-то объяснение. Послушайте, а во времена Чаушеску... до развала Союза здесь не проводилось каких-нибудь испытаний?
   Самому инспектору Фаркашу на момент распада СССР было двенадцать, а на момент свержения Чаушеску и того меньше, так что он с трудом, но поверил бы в загадочные секретные исследования, потому что верить в оборотней... Невозможно! - кричал разум. Протри глаза, отвечал здравый смысл.
   - Никаких испытаний, никаких засекреченых объектов, - грустно покачал головой врач.
   В дверь снова постучали, и снова с чёрного хода. Александр пошёл открывать, а Дьердь, наконец, закурил и обернулся к притихшей Симоне.
   - У тебя оружие-то есть?
   Девушка кивнула. Вернулся врач, а с ним в комнату вошёл высокий, крепко сбитый бородатый мужик с карабином на плече, как заправский охотник.
   - А, ты ещё живой, полицай! - хмыкнул он, прислонив карабин к стене. - Видал зверушку? И как, не обделался со страху?
   - Так вы знали, господин Биешу, - Фаркаш смерил Мирчу ледяным взглядом.
   - Знал, - кивнул тот, присаживаясь к столу. - Я подумал, ты вроде парень шустрый, успеешь смотаться.
   - Со мной была госпожа Дракул. Вы поставили под угрозу жизнь женщины.
   - Прощения прошу, госпожа... Дракул, - в чёрной бороде прорезалась нагловатая улыбка. - Но, по-моему, если идёшь в полицию, нужно и риск осознавать.
   - Я и осознаю! - вскинулась девушка.
   - Безответственность, кажется, является в этой стране частью национального самосознания, - процедил Дьердь.
   - Слышь, полицай, засунь ты свой мадьярский гонор... сам знаешь куда! - хлопнул ладонью по столешнице Мирча.
   - Может, о деле поговорим? - спокойно предложил врач, ставя на стол червёртый стакан и снова разливая лекарство от нервов.
   - Но почему вы ничего нам не сказали? - спросила Симона, протирая очки. - Мы могли бы...
   - Подумай головой, барышня, - засмеялся Мирча. - Кто бы мне поверил? Да вы арестовали бы меня через минуту, и я бы оказался не только убийцей с раздвоением личности, но ещё и психом, свихнувшимся на мистицизме. Петряну и так выпрыгивает из штанов, чтоб повесить на меня убийство Сильвии. И кстати, ничего вы не можете. Вот ты, мадьяр, можешь попробовать вызвать подкрепление, а я посмотрю, как тебя заберут санитары. Другими словами, госпожа Дракул, мы с вами, как говорят поляки, в полной дупе.
   Фаркаш раздавил окурок в пепельнице и полез за следующей сигаретой. Компанию ему составили все, кроме Симоны. Он не мог не признать доводы Мирчи разумными - он бы действительно счёл его параноиком и шизофреником одновременно, начни тот рассказывать об оборотнях. А им со следовательницей Дракул и вправду не остаётся ничего, кроме как отловить тварь своими силами.
   - Совсем забыла! - Дракул порылась в карманах и достала серебряный крест на порваной цепочке. - Я это в лесу нашла.
   - Крест Сильвии, - пробормотал Мирча. - Я эту сволочь убью, если сам не сдохну.
   - Могу я взглянуть? - Александр надел очки и взял у следовательницы цепочку. В месте разрыва серебро почернело. - Здесь между звеньями что-то вроде приварившейся кожи и опалённой шерсти.
   - То-то и оно, - кузен доктора Биешу прищёлкнул пальцами и взялся за стакан. - Этих тварей только серебро и берёт, хотя они дико живучие. Вы двое в него стреляли?
   - Высадил в него всю обойму, - хмуро ответил Дьердь. - Хоть бы что.
   - Ещё Дьердь ему вроде лапу сломал, когда сбил, - добавила Симона.
   - Свинец - ерунда, а вот кость он минимум полдня сращивать будет.
   - Откуда вы столько знаете об... этих существах? - спросила девушка.
   - Сталкивался, когда в армии служил. И потом, когда специально в Польшу ездил. Потом в Словакии, Западной Украине, России.
   Дьердь чуть не поперхнулся паленкой.
   - Вы... Ты хочешь сказать, что... это не единичная мутация?
   - Мутация? - осклабился Мирча. - Они везде, причём давно. Ты сказки читал? Наверное, даже в Новой Зеландии что-то подобное есть. А ты думал, человек - царь природы, вершина пищевой цепочки? Добро пожаловать в новый чудесный мир, мадьяр.
   Фаркаш некоторое время молчал, переваривая новость. Ведь если посмотреть статистику по пропавшим без вести, слова Мирчи Биешу очень... правдоподобны. Стоп! А как же западная Европа? Там просто так человека не сожрёшь. Правильно, приятель, ехидно заметил внутренний голос. Там просто так не жрут, там, наверняка, жрут цивилизованно.
   - Так, ладно, против фактов не попрёшь, - инспектор взял себя в руки. - Если это оборотень, днём он должен быть человеком. Как нам его выследить? Особые приметы есть?
   - В наших краях это первый случай, - взял слово Александр Биешу. - Для превращения в оборотня нужен месяц. Значит, это кто-то, кто месяц-полтора назад в деревне отсутствовал и притащил заразу сюда. У нас три кандидатуры: Михай Петряну, Ленута Ионеску и один пенсионер, которого все зовут дед Штефан.
   - Штефан отпадает, - махнул рукой Мирча. - У него обручальное кольцо серебряное.
   - А у Ионеску нет алиби, - Симона переглянулась с Дьердем.
   - Значит, я вот что предлагаю, - решил подвести черту Мирча. - С утра вы двое идёте ко мне, я вам сварганю патроны с серебряными пулями. Лить их я умею, оборудование есть. Потом проверим, придёт ли кто к Алексу руку лечить, а Ионеску днём никуда не денется.
  

***

   Словно подтверждая существование закона подлости, всё пошло далеко не так гладко, как было запланировано. Началось это с того, что у Мирчи что-то не заладилось с серебром, а кроме него никто лить пули не умел. Поэтому провозился он не до полудня, а почти до вечера.
   На закате Дьердь с Симоной, снабжённые обоймой с серебром на каждого и одним посеребряным стилетом на двоих, пошли, наконец, "брать" Ионеску. Мирча предусмотретильно остался караулить у чёрного хода. Предварительно Фаркаш связался с доктором Биешу - вот уж не ожидал, что в такой дыре как Скорнешть ему пригодится мобильный телефон. Оказалось, за день к врачу обращались дважды: госпожа Петряну заходила за лекарствами, а Ленута Ионеску пришла с серьёзным вывихом руки, якобы результатом неудачного падения со стремянки. Вывих - не перелом, но всё же...
   Статная смугловатая женщина хмуро смотрела на визитёров.
   - Мы хотели бы задать вам несколько вопросов.
   - Ну, проходите, - она кивком указала в сторону гостинной.
   Дьердь ненавязчиво старался держаться так, чтобы Симона всегда была у него за спиной - они договорились, что в ближний контакт с тварью, в случае чего, пойдёт он. Стилет он закрепил вдоль предплечья, а в памяти то и дело всплывали слова Мирчи: "Когти - ерунда, но если тварь тебя покусает, и ты выживешь, станешь через месяц таким же перевёртышем."
   - Хотите чаю? - не слишком настойчиво предложила Ленута.
   - Нет, спасибо. Мы совсем ненадолго. Скажите, вам знакома эта вещь? - с этими словами инспектор вынул из кармана маленький пластиковый мешочек и достал оттуда серебряную цепочку.
   Вот он - момент истины! Фаркаш был готов к тому, что Ионеску выпустит когти сию же минуту, но...
   - Да, это цепочка и крест Сильвии, - Ленута взяла покалеченное украшение в руки и даже не поморщилась. И тут до Дьердя дошло, что у неё перевязана правая рука, хотя он точно помнил, что сломал оборотню левую. - Это всё, что вы хотели узнать? - спросила учительница, позвращая цепочку.
   - Не совсем... - инспектор старался не показать, насколько сбит с толку.
   - У вас нет алиби, госпожа Ионеску, - положение спасла Симона. - Учитывая ваши высказывания в адрес убитой... Не могли бы вы сказать, что вы делали в ночь на девятое октября?
   - Да я... Ох, не надо было мне так о мёртвой говорить, - вздохнула женщина. - С Лучаном я была в ту ночь. Вы у него спросите, он подтвердит, только... не спрашивайте при жене.
   - Всё понятно. Спасибо за содействие следствию, госпожа Ионеску. Всего наилучшего.
   Едва сойдя с крыльца, Фаркаш позвонил Мирче. Чувствовал он себя скверно, сказывались напряжение и бессонная ночь. Хорошо Симоне - она проспала до утра как сурок, а его даже после паленки в сон не клонило.
   - Отбой, Мирча. Это не она.
   - А, чтоб вас разорвало! - рявкнул на другой стороне Биешу. - Двигайте ко мне. Плевать, кто оборотень! Мы эту тварь сегодня выследим.
   Дьердь посмотрел на алую полосу догоравшего заката. Солнце ушло, теперь все козыри у волколака.
   - Иди к нему, я догоню.
   Когда Симона ушла, он снова попытался собраться с мыслями. У пенсионера Штефана было алиби, у Михая Петряну тоже... Стоп! Дьердь быстро набрал номер Александра Биешу.
   - Доктор, это Фаркаш.
   - Что у вас? - обеспокоенно спросил врач.
   - Ионеску чиста. Скажите, что брала у вас госпожа Петряну?
   - Снотворное, антибиотик и ортопедический бинт.
   - Она страдает бессонницей?
   - Да, снотворное она принимает регулярно, - голос Александра становился всё более удивлённым.
   - Спасибо, доктор, и... не выходите этой ночью из больницы.
   Едва Дьердь закончил разговор, как его мобильник разразился пронзительным звоном. Это была Симона.
   - Дьердь! Он его убил!
   - Оставайся на месте! - велел Фаркаш уже на бегу.
   Дом Мирчи Биешу стоял буквально в двух шагах от больницы. Не знай Дьердь, чем этот человек занимался на самом деле, он принял бы его жилище за логово террориста, подрабатывающего контрабандой драгметаллов, а именно - серебра. Инспектор был на месте минуты через две. На крыльце сидела позеленевшая Дракул с мобильным телефоном в одной руке и с пистолетом в другой. Без лишних слов Фаркаш заглянул внутрь. В нос ему мигом ударил тяжёлый запах крови.
   - Пропал наш Ван Хельсинг, - он отвернулся от истерзанного трупа и оторваной головы. Карабином охотник на оборотней воспользоваться не успел.
   - Я вызвала подкрепление, - сказала Симона. - И не сказала про оборотня. Они будут здесь через полтора-два часа.
   - Слишком долго, - от досады Дьердь треснул кулаком дверной косяк. - Он успеет удрать. Пошли!
   Следовательница поспешила за коллегой. На обеих улицах с наступлением темноты стало тихо и пусто. Видно, жители Скорнешти и вправду верили в оборотня и надеялись то ли на удачу, то ли на таких отчаянных людей как покойный Мирча.
   - Это Михай, - бросил по дороге Фаркаш.
   - У него же алиби.
   - Нет у него алиби. Его жена принимает снотворное, то есть ночью её пушками не разбудишь. Сегодня утром она брала у врача ортопедический бинт - наверняка, у Михая уже всё срослось.
   Дверь в дом Михая Петряну оказалась незаперта. Дьердь бросил куртку у порога, чтобы в случае чего не стесняла движений, и велел Симоне держаться позади. У входа в кабинет лежала в луже крови госпожа Петряну. У женщины была перекушена сонная артерия. Значит, оборотень решил, как говорится, рвать когти и не оставлять при этом свидетелей. Тогда он, возможно, ещё здесь.
   - Последи за выходом и спуском в подвал, а я гляну, что там наверху, - Фаркаш указал следовательнице на стратегическую точку между дверью и лестницей. - Если что, не геройствуй и ныряй в кладовку. Дверь вроде крепкая.
   Стараясь не показывать страха, Дракул кивнула. Инспектор переложил пистолет в левую руку, достал стилет и поднялся на второй этаж. Он чувствовал, что оборотень ещё здесь, и не уберётся, пока не прикончит тех, кто ловил его за хвост. В конце концов, за время службы Фаркаш раскрыл два убийства и имел право доверять своему чутью. Однако жилые комнаты были пусты.
   - Дьердь?! Это ты?! - донеслось снизу, и он похолодел от этих слов.
   - Нет! Стреляй! - заорал он во всю глотку и бросился к лестнице.
   Внизу раздался выстрел, другой, третий, а затем вой, крик, грохот... и тишина.
   - Симона!!!
   Прыгая через три ступеньки, Фаркаш спустился в холл, но там было пусто. Только к спуску в подвал тянулся кровавый след - Дракул успела подстрелить тварь.
   - Я здесь! - голос девушки раздался из кладовки. - Он тебя услышал и сбежал. Я сейчас.
   Но Дьердь не позволил ей выйти. Стоявший у стены книжный шкаф, на который он приналёг плечом, с грохотом рухнул на пол и заблокировал дверь кладовки.
   - Ты что?! - вскрикнула Дракул.
   - Приедет подкрепление и вытащит тебя, - Фаркаш вытер лоб тыльной стороной ладони. - Береги себя, Симона.
   - Дьердь, ты что?! Выпусти меня!!! Ты один не справишься! Это ж здоровая зверюга! - кричала Симона, но он её уже не слушал.
   Инспектор помнил планировку дома - ею он поинтересовался, даже не подозревая Михая, а просто по привычке. Из подвала был второй выход - в гараж. Туда Дьердь и поспешил.
   Ты никак спятил, приятель? - ехидно заметил внутренний голос, выступавший на этот раз в роли здравого смысла и инстинкта самосохранения. Один ты не справишься. Может, и спятил, может, и не справлюсь, - мысленно огрызнулся Дьердь, - но жизнью Симоны я рисковать не стану. У неё плохая оперативная подготовка, и... И ты положил на неё глаз, мадьяр? Да какая теперь разница?! Я прокололся! Да, приятель, ты прокололся - первый раз в жизни, но по-крупному. Из-за тебя погибла жена Петряну, из-за тебя погиб Мирча - если бы ты пораньше включил мозги, а не страдал от недосыпа и похмелья, то вычислил бы Михая раньше. Ну что, готов платить по счетам?
   - Я-то готов, - тихо сказал Дьердь, шагнув в гараж. - А ты, Михай?
   Михай Петряну, а вернее существо, в которое он превратился, выползало из люка в полу. Увидев человека, оно зарычало и бросилось на него. Несмотря на повреждённую лапу, оно двигалось быстро, очень быстро. Дьердь успел выстрелить четырежды, прежде чем тварь сшибла его с ног и выбила пистолет из руки. Почти все приёмы рукопашного боя оказались бесполезны против оборотня, и единственное, что сумел сделать Фаркаш, так это уберечься от оскаленных клыков.
   Оборотень полосовал противника когтями, а тот никак не мог нанести ему смертельного удара. Даже тяжелораненый волколак был нечеловечески силён, а серебро бесило его всё сильнее и вызывало обратное превращение. Слишком медленное, чтобы дождаться, пока он снова станет уязвимым человеком. Скорее услышав, чем почувствовав, как одно за другим хрустнули два ребра, Фаркаш понял, что на адреналине долго не продержится. Болевой шок сделает своё дело, и оборотень его догрызёт. Он резко прекратил отбиваться, позволив твари вцепиться в него всеми когтями, высвободил правую руку и быстрым движением вогнал стилет оборотню под челюсть. Смерть мозга наступила мгновенно. Тварь дёрнулась и обмякла.
   Сил подняться на ноги уже не осталось. Зажимая рваную рану на боку и оставляя кровавый след, Дьердь просто отполз подальше от серой туши и привалился к стене гаража. Бедная Симона, подумал он, ей придётся объяснять всё это безобразие. Именно ей, потому что он истечёт кровью до того, как приедет подкрепление. Никто из местных ночью из дома не высунется, а доктора Биешу на помощь не позовёшь, ведь мобильный телефон остался в куртке. Дьердь Фаркаш вдруг понял, что ему всё равно.
   Снаружи снова начался дождь.
  
   Октябрь 2008
  
   1. Строки из песни "Colours of a Shade" Роберта Планта.
   2. Город в Румынии, прим. в 35-ти км от румынско-венгерской границы.
   3. Слова из песни "Stairway to Heaven" группы Led Zeppelin. Примерный перевод: "когда я смотрю на запад, мой дух рвётся прочь (туда, куда смотрю)".
   4. Город в Румынии, ещё ближе к границе с Венгрией, чем Чермей.
   5. Город в Венгрии.
   6. Песня группы Led Zeppelin.
   7. Река между Чермеем и Салонтой.
   8. Дракул - прозвище отца Влада Дракулы из-за его принадлежности к ордену Дракона.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"