Сивоус Александр Михайлович : другие произведения.

Адагумский отряд

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Последние жестокие схватки в горах Кавказа. Впереди - много трудностей, крови и пота. Но война - заканчивается...

  - Стой! Хто идёт? - в темноте, окрик - как выстрел...
  У погасшего костра поднимаются сразу несколько всколоченных голов. Тихо звякает железо. Щелчок взводимого курка.
  - Не взводи, раньше дела! - хрипло, вполголоса говорит кто-то.
   - Стой, бисова душа, пока не рассадил, там - и стой! - кричит часовой...
  Со стороны тёмного, почти, чёрного леса идут несколько человек.
  В фортеции, от плетёнки под камышовой крышей отделяются несколько тёмных фигур, идут в сторону вышки. Кто-то грузно и мягко, прыгает с вышки, поленившись, видимо, нащупывать в темноте перекладины лестницы.
  Слышен приглушённый говор, негромкий смех, потом, громче, гортанные восклицания. У коновязи протяжно фыркает лошадь.
  - Сейран, что ли?
   Весь пост, давно уже, на ногах.
  - А ну, огня! - властный голос - Ефим, ты шо слез? Швыдче, на гору! Шо, армян не бачил? Та дывысь не сюды, на поляну дывысь! -
  Это Горбенко, сотник. С вечера, заехал на пост, ночевать решил. Правильно, до Адагумского отсюда версты три, но ночью ехать - не стоит. Так он сам сказал. Хоть и устал сотник - но не спал, всё ждал что-то. Даже коня не расседлал, только удила чуть ослабил. Только задремал - на, тебе...
  Костёр разгорается и освещает всю площадку поста - камышовый навес, коновязь. Площадка окружена плетёным фашинником, забитым землёй. Под вышкой - двухфунтовый фальконет, рядом - дымится верёвочный смоляной трут. Кто-то подкидывает ещё охапку хвороста, смешанного с камышом. В свет входят двое - немолодые, в длинных свитках, высокие барашковые шапки. За ними - ещё один, невысокий, похожий на черкеса.
  - Горбенко-джан! Здравствуй, дарагой! - нараспев, немного заискивающе - Ти сам здесь? Вот ми рады!
  - Всё лето не ходили, зараз шо треба? - Горбенко не очень, видно, рад пришедшим, но пожимает протянутые руки.
  - Генерал Бабыч пришли, говорить хотим...-
  - Видно, зовсим допекли вас натухайцы? -
  Казаки окружают пришельцев. Хоть и ночь, а всё равно, здесь любой, кто с миром пришёл - предмет любопытства. ...
  Пришедшие отвечают, иногда оглядываются на лес, на краю поляны, на темнеющие за ним щетинистые холмы, приветствуют казаков, заговаривают с ними. Тот, которого называют Сейраном - обещает что-то, шутит...
  Никто не обращает внимания на третьего, одетого по-черкесски, в истрепанных кожаных ноговицах, на поясе - черкесский кинжал и кремнёвый пистолет, за спиной - курджин. Голова бритая, лица за щетиной - не видно.
  На востоке, над невысокими горами - светлеет. Уже виден свежепорубленный лес, пни и поваленые деревья, по краю поляны. Казаки и солдаты две недели, под прикрытием пушек, продвигаются всё дальше и дальше, от устья Неберджая к Богаго. Позади три версты просеки, а конца-краю ей - не видно. Но рубить - надо. В плавнях -нет корма для лошадей, косить можно только на полянах. А вот, к полянам-то - и не подберешься. На покос - с пушкой, ходят теперь.
  Казаки одеты в, когда-то синие, теперь выцветшие - свитки. На поясе у каждого - тесак. За спиной - ружья. Раскуривается сразу несколько трубок, подносят уголёк сотнику.
  Около сотника - пожилой урядник, старшой над командой поста. По виду ничем от казаков не отличается, но вместо тесака - на ременной перевязи висит короткая кабардинская шашка. Иногда хитро посматривает на Горбенко.
  - Так ты их ждал-то? - не выдержав, спрашивает.
  - А це, не нашего ума дело, -
  отрезает Горбенко,
   - скильки раз говорю тебе, не лезь, куды не треба! -
  потом, мягче...
   - та я и сам не знаю ничого, Остап Игнатич, там есть, кому решать...
  Остап Игнатич виновато молчит.
  - Шо, рты раззявили? Мыколай, зараз вже светло буде, швыдче седлай трёх коней, свою - то же седлай, з нами поидешь. Скидан, бери ещё пятерых и, птицей, до края просеки. Там заховайтесь, осмотритесь и ждите, як мы проидемо - обратно. Колы шо - сами знаете...
   Казаки, без суеты, спешно, бросаются выполнять приказание.
  - Остап Игнатич, ты смотри здесь.... Сего дня - лес, снова, рубать будут, пошли казаков до Неберджайской поляны, нехай посмотрят всё.
  Сделав распоряжения, сотник умолкает и присаживается на седло.
   Вдруг - выстрел! Эхо метнулось между невысокими холмами. Казаки - аж, присели!
  - Танцюра, трясця твоей матери, говорил же, не взводи без дела!
   Теперь Остап Игнатич - в своей тарелке. Теперь он не помнит недавнего конфуза перед сотником. Теперь он - царь и бог в фортеции.
  С удовольствием распекает молодого долговязого казака, который с недоумением глядит на свой пистолет.
  - А если б ногу прострелил?... Га?...А если...
  От вышки, густым басом:
  - Та, важно то, щоб жеребятню не отстрелил!
   Пост гремит смехом...
   Танцюра, потерявшись совсем, принимается, зачем- то, раздувать костёр. Остап Игнатич теперь снова должен искать применение своей старательности - сотник же, ещё на заставе!
   Кони - готовы. Горбенко, не касаясь стремени, взлетает в седло. Армяне, кряхтя, но - сноровисто, усаживаются. Их спутник, погладив шёлковую морду кобылки, не спеша, по-черкесски, садится, пригнувшись, укорачивает стремя.
   Мыкола уже гарцует за фортецией, красуясь.... Знает свою лихость!... У него серебряный рубль - за джигитовку.
   Через пять минут, всадники уже скрываются за поворотом просеки.
   Вскоре, оттуда появляются казаки, во главе со Скиданом. Подходят.
  - Ну, армяне - понятно, а хто це був з ними?
  Вопрос остаётся без ответа. Не знает никто.
Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"