Скайуокер Эни, Суль : другие произведения.

Отпускаю

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Повесть по мотивам аниме Gravitation. Неизвестный хочет отомстить Юки Эйри, Тома находит нового певца для Bad Luck, а Хиро никак не может разобраться с женщинами


Отпускаю

Глава 1.

  
   Не выспался... Опять. Эта истеричная малявка завалилась посреди ночи, голося во всю глотку, что Юки его бросил и собирается жениться... Опять. Где-то он это уже слышал. Неужто у этого писаки уже фантазии больше ни на что не хватает, кроме как на эту левую отговорку?! Смешно...
   Оторвавшись от стены и проклиная про себя всяких Шуичи и Юки с их проблемами, Хироши направился к книжному магазину, где сегодня должна была состояться презентация новой книги Эйри. Как и следовало ожидать, вокруг толпилось несчетное количество молоденьких девушек, обнимающихся со свежеприобретенными книгами и ожидающих появления своего кумира.
   - Убью, - прорычал себе под нос Хироши, понимая, как нелепо он смотрится в толпе этих повизгивающих барышень. Надо же было так вляпаться!
   - Это он! Смотрите, это он! - закричала стоящая рядом девушка, тыкая пальцем в сторону только что открывшейся двери и показавшегося из нее Юки Эйри. Вся толпа тут же поддержала ее дружным визгом и ломанулась в сторону стола, за которым расположился писатель.
   С трудом удержавшись на ногах, Накано немного помедлил, переводя дух и размышляя над своими дальнейшими действиями. Устраивать разборки прямо здесь было бы не совсем корректно и уж совсем не благоразумно с его стороны, но ... если вспомнить, что сейчас у него в комнате лежит забившийся с головой в одеяло Шуичи и, не переставая, твердит одно и то же имя, - от чего уснуть становится совсем нереально, - невольно задумаешься: а стоит ли соблюдать эти самые приличия?.. Юки же на них наплевал, когда выставлял Шуичи из дома.
   - Плевать!
   Сделав глубокий вдох, Хироши твердым шагом направился прямо к столу, где вовсю шла раздача автографов и прием комплиментов.
   - Есть разговор, - встав прямо напротив, молодой музыкант положил обе руки на стол и не терпящим возражения видом уставился на Юки.
  

***

   Болела голова, голоса, галдящие над ухом, раздражали. Рука автоматически ставила автографы. Не было сил даже на то, чтобы "сделать лицо". Юки Эйри положил ручку, потер глаза. Казалось, что в них насыпали песок.
   "Вдобавок ко всем неприятностям не хватало только, чтобы Шуичи явился выяснять отношения", - хмыкнул про себя Эйри. Но человек, появившийся перед ним, мог поспорить с молодым певцом по части доставления неприятностей.
   - Хироши Накано, - Юки даже не поднял головы. Просто взял очередной томик, поставил на нем роспись, толкнул книгу по столу к Хиро, - всего хорошего.
   - Рад, что ты еще помнишь, как меня зовут, - равнодушно отозвался Хиро, не двигаясь с места и не обращая никакого внимания на "прикатившуюся" книгу. - В этот раз ты так легко не отделаешься. Что за бред ты ЕМУ наговорил?
   Накано было явно плевать на то, что вокруг них собралось множество поклонниц творчества Эйри. На то, что сейчас эти самые поклонницы, затаив дыхание, вслушивались в их беседу, забывая, кажется, даже дышать, чтобы - не дай Бог! - не пропустить ни слова из их разговора: все-таки не каждый день выпадает шанс узнать из жизни своего кумира что-то новое, а парень, который сегодня заявился на презентацию, явно знал больше них.
   Юки презрительно пожал плечами:
   - Тебя это не касается. Или ты ревнуешь? В любом случае это не твое дело. Я не намерен обсуждать с тобой ни свою личную жизнь, ни твоего приятеля.
   Поклонницы придвинулись ближе, в надежде услышать подробности. Эйри, наконец, огляделся по сторонам, как будто впервые увидел окружающих.
   - У тебя еще что-то? Я занят. - Юки внезапно улыбнулся, и поклонницы, стоявшие близко, чуть не попадали в обморок от восторга.
   - С того момента, как этот идиот приперся ко мне домой, это стало и моей проблемой тоже, - огрызнулся Хиро, придержав чуть не рухнувшую в обморок девушку. Да уж, место он выбрал не совсем удачное для беседы, но чего можно ожидать от человека, практически всю ночь успокаивавшего истеричного подростка? Правильно, ничего умного.
   - Не хочу расстраивать, но тебе придется поговорить со мной, если конечно не хочешь лицезреть мою физиономию каждый день, - улыбнувшись, Накано махнул рукой. - Через час жду тебя в любимом ресторанчике президента Томы, не опаздывай.
   Развернувшись, Хиро без особого труда пробрался через громогласную толпу и, посмотрев на часы, не спеша направился на место встречи. В отличие от Юки, который наверняка подъедет на машине, Хироши собирался прогуляться и собраться с мыслями.
   Юки с трудом сдержался, чтобы не высказать вслух и громко все то, что он думал.
   - Презентация заканчивается. Еще пара автографов и все.
   Ему под руку подсунули очередную книжку, он автоматически надписал ее, поднялся и вышел. Девица благодарно улыбнулась, отошла, прочитала надпись и завизжала так, как будто под обложкой она увидела мышь. Все кинулись к ней: на книжке крупным четким почерком Юки Эйри было написано: "Пошел к черту!"
   ***
   Через час с четвертью Юки остановил машину возле ресторана. Отдал ключи тут же появившемуся швейцару, прошел внутрь и направился к столику, где уже сидел Хироши. Как только Эйри сел напротив, к ним подскочил официант.
   - Стакан минеральной воды, - заказал Эйри.
   Официант ушел. За столом воцарилась тишина.
   - Я вижу, всемирно известный Юки Эйри все-таки решил осчастливить меня своим присутствием, - усмехнулся Хиро, посматривая на часы на стене, - и, как всегда, просто блещет пунктуальностью.
   Сделав глоток из стоящего рядом бокала с водой, молодой человек на секунду замолчал, собираясь с мыслями. Когда же он в очередной раз посмотрел на Юки, во взгляде не было и тени насмешки.
   - Кажется, я уже предупреждал тебя, - голос звучал тихо, но уверенно. - Шуичи идиот и может плакать из-за собственной глупости, но не из-за таких придурков, как ты.
   Юки поморщился:
   - Мне нет дела до Шуичи. И до его истерик тоже.
   Официант принес минералку, поставил на стол бокал:
   - Что-нибудь еще?
   - Нет, спасибо.
   Юки отпил глоток из бокала.
   - Вы хотите еще что-нибудь сказать мне, господин Накано? Или я могу больше не тратить на Вас время?
   Прикрыв глаза, Хиро мысленно досчитал до десяти, успокаиваясь и удерживая себя от желания врезать по этой смазливой роже. Во-первых, место, где они находились, было не самым подходящим, а во-вторых, Накано прекрасно понимал, что исход драки будет не в его сторону, лезть же с кулаками, заранее зная результат, было бы более чем глупо.
   - Что ты за человек? - открыв глаза, Хиро снова посмотрел на своего собеседника. - Сначала ты в открытую заявляешь, что встречаешься с Шуичи, а потом выгоняешь его? Что за игру ты ведешь? Или тебе просто плевать на его чувства, и он для тебя был не более чем очередной игрушкой?
   Юки молча смотрел на Хироши. В голове прокручивались варианты того, что он мог бы сделать с этим типом, задававшим столь неудобные вопросы. Самым трудным было то, что ответа у Юки не было. Тот ответ, который был бы правдивым, он озвучить не мог. Не здесь. Не этому человеку. Юки отхлебнул воды, чтобы смочить пересохшие губы, и ответил то, что от него и ожидалось:
   - Он надоел мне. Ты прав, он всего лишь игрушка.
   Хироши улыбнулся: он услышал то, что и предполагал. Но вот был ли этот ответ правдивым...
   - Разве? Тогда почему эти вопросы заставили тебя так долго думать? - улыбка стала на миллиметр шире.
   Юки ощутил желание врезать по улыбающейся морде напротив. Он понял, что сжал кулак, только когда ему на руку плеснула вода из бокала. Эйри заставил себя разжать пальцы и аккуратно поставить минералку на стол.
   - Я ответил на твой вопрос. - Голос его был холоден. - Если тебе нравится беспокоиться об этом ... твоем приятеле, то делай это подальше от меня.
   Юки встал и направился к выходу.
   Однако - надо же было случиться такому совпадению! - именно в этот момент на пороге ресторана возникла изящная девушка с точеной фигуркой, увенчанной гривой золотистых волос.
   - Мистер Эйри? Я повсюду вас ищу, - ее улыбка излучала неизменное американское дружелюбие, - совсем с ног сбилась! Папочка очень просил, чтобы вы с ним связались. У него для вас какая-то срочная информация, касающаяся выхода вашей последней книги, а ваш телефон, как назло, весь день отключен! Надеюсь, я не очень помешала? Мне бы не хотелось отвлекать вас от дел! Впрочем, - девушка легким жестом поправила как бы невзначай выбившийся из прически локон, - сейчас как раз время ленча.
   Юки обнял американку за плечи и, не глядя на нее, произнес:
   - Да, думаю, нам с вами стоит пообедать. И, кстати, позвольте представить вам господина Накано - гитариста весьма популярной нынче в Японии группы "Bad Luck", - он резко развернулся к Хироши, - это Кейли Киммс, дочь моего американского издателя и моя невеста.
   - Очень приятно, - сдержанно кивнул Хиро, еще не совсем придя в себя от легкого шока вызванного таким внезапным заявлением. Что за игру ведет этот придурок и чем он вообще думает?!
   Эйри отодвинул стул и довольно жестко усадил на него Кейли.
   - Официант, меню!
   Подлетевший официант подал меню, Юки уселся на то место, на котором сидел до этого, выпил воды. Может быть, сказанное и было глупостью, но другого выхода Эйри не видел. В конце концов, это будут его личные проблемы. И решать их будет он сам. Юки был уверен, что на крайний случай у него всегда есть выход. Самый простой и самый быстрый. Он даже засмеялся вслух, подумав о том, как просто и легко все будет.
  
   Медленно выдохнув, Накано повнимательней присмотрелся к девушке, прикидывая, насколько правдиво заявление, что она является невестой Эйри, и в тоже время стараясь не думать, что будет с Шуичи, когда он про это узнает.
   - И давно вы ... помолвлены? - после короткого молчания поинтересовался Хироши у сидевшей рядом девушки.
   - Довольно давно, - Кейли исподтишка бросила взгляд на Эйри, не будучи до конца уверенной в том, что все услышанное ею можно воспринимать всерьез. После некоторого колебания она все же решила играть ва-банк: еще бы, не каждый день представляется возможность вот так, с полпинка, стать невестой самого Юки Эйри!
   - Просто мы с Юки не хотели форсировать события, пока не будем полностью уверены в наших чувствах, - она непринужденно улыбнулась и накрыла ладонь Эйри своей, - я бесконечно рада, что этот момент наконец наступил.
   Юки откинулся на спинку стула, вынул руку из-под ладони Кейли, закинул руки за голову. Американка вела себя идеально, именно так, как и было нужно, отвечать ни на что ему больше не было необходимости. Он улыбнулся Кейли, и тут ... мир перед его глазами начал терять краски. Юки резко выпрямился, положа руки на стол. Он еще улыбался, но все вокруг упорно становилось серым, лица сливались в одно блеклое пятно.
   - Извините, я должен вас оставить, - слова с трудом выходили из горла.
   Останавливать его Хиро не хотелось. Да и зачем? Все уже было сказано и теперь единственное, что его волновало - депрессивный Шуичи, сидевший у него дома. Если события будут развиваться так и дальше, то предстоящий концерт придется отменить, и даже Кей со своими бандитскими замашками вряд ли что-то сможет здесь поделать, хотя ... кто знает. До этого он свою роль менеджера исполнял идеально.
   - Что ж, мне остается только вас поздравить... - как-то отстраненно произнес Хироши, провожая Юки задумчивым взглядом.
  
   Юки собрался с силами, осторожно встал и вышел из ресторана. Свежий воздух немного привел его в чувство. Он еще сумел дойти до своей машины, сесть за руль, но больше уже не мог ничего - он потерял сознание.
  

Глава 2.

  
   Домой Хиро заявился далеко за полночь и не без надежды, что Шуичи, утомленный ночной истерикой, завалился спать. Выслушивать очередной бред обезумевшего от любви идиота совсем не хотелось, а уж рассказывать о последних узнанных им новостях - тем более.
   Оставив куртку в коридоре и стараясь не шуметь слишком сильно, Накано на цыпочках направился в сторону ванны.
   - Привет... ик! Хиро! - Шуичи попытался приподнять голову от батареи стоящих на полу бутылок, - хорошо... ик!.. что ты пришел. А мне тут скучно стало и ... холодно, вот я и решил немного... ик!.. погреться.
   Шуичи резким движением выдернул из скопища бутылок ту, в которой еще что-то плескалось на дне и жадно глотнул, после чего разговор съехал-таки на столь нелюбимую Хироши тему.
   - Ну почему он так со мной холоден? Я же все делал для него! Даже научился убираться лучше любой домработницы и готовить искусней шеф-повара его любимого ресторана! Я его... ик! а он... ик! - возмущенно закончил Шуичи, отчаянно пытаясь сфокусировать взгляд на собеседнике.
   - Ты где все это взял? - взвился Хиро, разом позабыв обо всех проблемах, мучавших его до этого. Выхватив из рук Шуичи полупустую бутылку, Накано схватил друга за грудки и как следует встряхнул, надеясь вернуть в его голову хоть остатки мозгов, если они у него, конечно, вообще имелись.
   - Где взял, где взял... Ты карточку ...ик!.. свою на столе оставил, вот я и... Ну Хиро, ты же на меня не сердишься? - перебил он сам себя, - ты же должен меня понять, мне сейчас так плохо! А потом я выпил и... ик! И стало вдруг хорошо!
   - Если будешь так раскисать из-за какого-то второсортного писаки, то никогда ничего не добьешься и, уж тем более, никогда не превзойдешь Рюичи. Или ты уже забыл и про группу, и про концерт на следующей неделе? - не дожидаясь ответа и тихо матеря всех влюбленных, Хироши, не ослабевая хватки, впихнул друга в душевую кабинку и включил холодную воду.
   - Хиро... - Шуичи запрокинул голову, казалось бы, приготовившись заплакать еще сильнее прежнего, но в рот попала вода, и он закашлялся. Как ни странно, это вроде бы помогло ему немного прийти в себя, - Юки может быть второсортным писателем, он может быть бессердечным, грубым и злым... Но я люблю его! Ты же знаешь, без него я никогда не стал бы тем, кто я сейчас.
   - Полотенце и халат на вешалке, - сухо отозвался Накано, выходя из ванной. Опять слушать излияния Шуичи на тему его любви к этому странному типу он не собирался, да и в голову упорно лезла последняя фраза Эйри о его скорой женитьбе. Вслед ему донесся приглушенный вопль:
   - И к следующей неделе я обязательно протрезвею, обещаю!
   - Протрезвеешь, говоришь... - Хироши, не спеша, прошелся по комнате, старательно подбирая в уме слова для предстоящего разговора с Шиндо, который еще пока ничего не подозревал и надеялся на быстрое улаживание их "мелких" разногласий с Эйри.
   - Уснул он там, что ли? - нарочито громко произнес Хиро, взяв с тумбочки пульт от телевизора. Кажется, скоро должны будут показывать интервью с Рюичи, и парень надеялся, что, может, хоть оно немного отвлечёт Шуичи от грустных мыслей.
  

***

   По уши завернувшись в махровый халат и пошатываясь, Шуичи вылез из ванны. Комната расплывалась перед глазами, ноги были словно налиты свинцом, а в ушах стоял громкий звон. Сквозь завесу пьяного угара пробился голос телекорреспондентки.
   - Мы ведем репортаж из клиники, в которую буквально несколько часов назад был доставлен Юки Эйри. Врачи отказываются предоставлять нам какие-либо сведения о причинах госпитализации известного писателя и его состоянии. Однако есть основания полагать, что у Эйри-сана возникли серьезные осложнения со здоровьем.
   Мир вокруг Шуичи завертелся в неистовом вихре, превращаясь в одно большое размазанное пятно, которое вращалось все быстрее и, достигнув крещендо, взорвалось и залило все окружающее пространство нестерпимо ярким светом, а затем погасло, утаскивая Шуичи за собой в черную душную глубину. Последним, что помнил Шуичи, была его судорожная попытка вдохнуть хоть глоток воздуха.
   Хиро успел подхватить друга прежде, чем тот с грохотом рухнул на пол. Проклиная себя за столь "удачную" мысль включить телевизор, он отнес Шуичи на диван и, достав из аптечки нашатырь, поводил им перед носом припадочного. Кажется, их разговор придется отложить... Или же, наоборот, начать прямо здесь и сейчас, чтобы избежать ненужных последствий необдуманных действий Шуичи.
  

***

   Сознание возвращалось медленно и мучительно. Шуичи приоткрыл глаза. Комната была почему-то бледно-зеленого цвета и плавно вращалась, изредка, - видимо, для пущего эффекта, - покачиваясь из стороны в сторону. Он попробовал двинуть головой, но тут же раскаялся в этом: десятки раскаленных игл вонзились в мозг, начисто лишая возможности хоть как-то соображать.
   - Юки... - голос почему-то тоже не слушался - Юки мой...
   Дальнейшие слова переросли в тихий шепот, затем угасли совсем. Говорить о чем-то, а особенно - выслушивать очередные нотации Хиро, было ему сейчас явно не по силам. Поэтому, сделав над собой усилие, Шуичи отвернулся к стене и накрылся с головой одеялом.
  
   "Судя по всему, разговор придется отложить на более позднее время, - поднявшись с дивана, Хиро извлек из шкафа одеяло и накрыл им что-то бессвязно бормотавшего Шуичи. Если учесть количество выпитого спиртного и перенесенный стресс, то уснуть он должен был моментально, - главное, чтобы этот малолетний дебошир не стал рваться в больницу к Эйри, с него же станется!"
  
   "Слава Богу, ушел! - Шуичи с трудом сдержал вздох облегчения. - Юки мой... Что с ним? По телевизору говорили, что он в критическом состоянии!"
   Несмотря на дьявольскую головную боль и ломоту во всем теле, заснуть не удавалось. Свет во всей квартире давно погас, часы мерно отстукивали минуту за минутой... Вдруг Шиндо в голову пришла страшная мысль.
   - А если Юки умрет?! Если я его больше никогда-никогда не увижу?! - Шуичи резко подскочил, едва сдержав крик.
   Отчаяние придало сил. Он осторожно соскользнул с дивана и, убедившись, что Хиро спокойно спит, выскользнул из квартиры и растворился в дождливой темноте.
  

Глава 3.

  
   Белый потолок, белые стены, белое покрывало... Глаза медленно привыкали к белому цвету. Юки попытался сесть. Не вышло. Ну, конечно, больница. Как глупо! Эйри собрался с силами, приподнялся на кровати и сел. Комната поплыла перед глазами. Чем его накачали? Было тихо, только слышались какие-то назойливые голоса за дверью. С трудом встав, Юки подошел к окну, глянул на расстилающийся парк. За спиной скрипнула дверь.
  
   Кейли, переминаясь с ноги на ногу, стояла у дверей больничной палаты. Стояла уже минут двадцать, и никак не решалась войти.
   "Наверное, не стоит", - решила она, как вдруг, порыв налетевшего сквозняка распахнул неплотно прикрытую дверь. Первым, что бросилось ей в глаза, была облаченная в нелепую больничную рубашку фигура, замершая на фоне задернутого легкой шторкой окна. Юки. Не оставалось ничего другого, как войти.
   - Юки, можно к тебе? - фигура у окна не шевельнулась, но стоять в дверном проеме было как-то глупо, и Кейли шагнула внутрь. - Как ты себя чувствуешь? Я так испугалась за тебя!
   Произнеся последнюю фразу, она внезапно осознала, что почему-то перешла с Юки на "ты".
   - Все нормально, - ответил Эйри, не поворачиваясь, - зачем ты пришла?
   Он по-прежнему, не отрываясь, смотрел в окно на парк.
   - Беспокоилась за тебя... - немного помявшись, произнесла Кейли. - Но если я не вовремя, могу уйти. Только ответь на один вопрос: то, что ты сказал в ресторане... это была шутка?
   Она замолчала, пытаясь справиться с отчего-то дрогнувшим голосом, надеясь дождаться ответа Эйри.
   Тщетно.
   - Сейчас, наверное, не самый подходящий момент для подобного разговора, - произнесла она, наконец, отчаявшись дождаться ответной реакции, - Просто... я люблю тебя, Юки! Конечно, я никогда не давала тебе повода понять мои чувства, всегда держала себя в руках, но раз уж так вышло - там, в ресторане... Ты только скажи - ты пошутил? Или...?
  
   Да, это было глупо, надеяться, что в дверь войдет не она. "С другой стороны, - усмехнулся Эйри, - ты сам этого хотел, так что теперь принимай то, что есть".
   Юки повернулся к Кейли.
   "А она ничего, симпатичная. И вроде не дура. Только вот зачем ты её втягиваешь в свои проблемы, Юки? Ты же прекрасно знаешь, что ничего не сможешь объяснить ни ей, ни... никому другому. Ты просто должен быть один. Всегда".
   Юки сел на кровать: Дотянулся до тумбочки и, взяв пачку сигарет, открыл её. Сигарет не было. Ну да, ему же запретили курить.
   - Извини, Кейли, - наконец произнес он, - я не могу ответить тебе тем же, хоть мне и приятно, что у тебя есть чувства ко мне. Что же касается того, что я сказал...
   Юки замолчал. Отчаянно не хватало сигареты. Юки вертел в руках пустую пачку.
   Внезапно вспомнились большие наивные глаза Шуичи, когда тот кричал: "Почему?! За что ты со мной так?!". "Потому что так будет лучше для тебя", - не сказал ему тогда Юки.
   Он поднял глаза на Кейли. Она смотрела на него со смесью отчаяния и надежды.
   "Может быть".
   - Может быть, у нас что-то и получится, - проговорил он вслух. - Может быть, я смогу тебя полюбить.
  
   "Может быть"... Такое хрупкая фраза. Такая неустойчивая. Такая обнадеживающая.
   - Ты... - голос напрочь отказывался ей подчиняться, - ты просто будь. Я постараюсь, чтобы у нас все получилось. Я не подведу.
   Она немного помолчала, нервно перебирая в руках ремешок модной сумочки.
   - Я не знаю, что произошло между тобой и Шуичи, - произнесла она. - Наверное, у тебя были серьезные причины для разрыва. Не буду обещать неба в алмазах... Просто помни: я сделаю все для того, чтобы ты ни на секунду не пожалел о своем решении.
   Фраза повисла в воздухе, оставив впечатление некоей двусмысленности. Кейли отводила взгляд, не решаясь добавить что-либо еще. Потом медленно преодолела разделяющее их расстояние и прижалась щекой к плечу Эйри.
   - Ничего не говори - она приложила палец к губам Юки, пытающегося что-то ей сказать. Холодные пальцы немного дрожали. - Подари мне хотя бы эту пару секунд.
   Она отстранилась и посмотрела ему в глаза.
   - Если ты устал или хочешь побыть один, я могу уйти. Или посидеть с тобой?
   Юки взял ее за руку, поцеловал пальцы.
   - Если тебе не трудно, принеси сигарет, а потом посидишь со мной немного.
   Эйри отпустил ее ладонь, но посмотреть ей в лицо не мог. Он лег, вытянувшись на кровати:
   - Похоже, я несколько переоценил свои силы. Я пожалуй посплю немного, а ты иди. Иди и возвращайся, Кейли.
   Дверь за девушкой закрылась, Юки снова встал, прошелся по палате. Подойдя к окну, ударил кулаком по оконной раме так, что стекло зазвенело.
   - Идиот! - в кои-то веки эта фраза не относилась к Шиндо. Юки Эйри лег в кровать и закрыл глаза.
   Да, пожалуй, все верно. Он женится на Кейли, уедет в Америку, и все будет хорошо. Все будет хорошо. Он повторял эти слова про себя, как заклинание, твердо зная, что врёт сам себе.
  
   Кейли прикрыла дверь палаты. Быстрым, почти незаметным жестом погладила шероховатую поверхность и, не чуя под собой ног, сбежала по лестнице.
   "Возвращайся!".
   Слабый, почти неуловимый запах одеколона, оставшийся на ее щеке. Прикосновение нежных губ к дрожащим пальцам. Легкая, почти неразличимая глазом улыбка - даже не улыбка, а так, намек: чуть дрогнувшие уголки губ. Ласковый и немного грустный взгляд серьёзных глаз.
   "Что мучает тебя, любимый? Что я могу для тебя сделать? Позволь мне помочь тебе!..".
   Кейли сама не заметила, как снова очутилась в клинике. В мгновение ока взлетев на третий этаж, она подошла к заветной двери. К ее удивлению, дверь открылась, выпустив из палаты Мику Сегучи.
   Та царственным жестом остановила Кейли, прикрыв за собой дверь:
   - Ты к Эйри? Он спит. У тебя к нему что-то срочное?
  

***

   Застать тут сестру Эйри Киммс никак не ожидала.
   - Как хорошо, что Вы здесь, Мика-сама. Похоже, нам с Вами есть о чем поговорить, - наконец, сориентировалась она, - давайте отойдем в сторонку.
   Девушка повела Мику вглубь коридора.
   - Прежде всего, хочу заверить Вас: я совсем не уверена, что именно мне следует сообщать о произошедшем, - произнесла Кейли, чуть заикаясь от волнения, - быть может, Юки сам предпочел бы поставить Вас в курс дела... Однако, покой и здоровье Юки сейчас важнее всего, между тем как разговор не терпит отлагательств. Дело в том, что Эйри-сан и я... В общем, он назвал меня своей невестой.
   Мика села в кресло. Сказать, что она была ошеломлена, это не сказать ничего.
   - Ну, братец, ну скотина! - почти прорычала она. - Устроил опять историю! С ума можно с ним сойти! Пожалуй, лучше всего, если он побудет пока в больнице...
   Казалось, Мика совсем перестала замечать присутствие Кейли, и говорила сама с собой:
   - А то его показательные выступления на публике могут дорого нам всем обойтись, - она посмотрела на совсем смутившуюся Кейли, - да и ты хороша! Ты что, ему поверила? Только не говори, что Эйри тебя так при Шиндо назвал! Он тебе в любви объяснился что ли?! Или просто перед кем-то выпендривался?!
   - В любви не объяснялся, - отпарировала Кейли, - но я не сомневаюсь ни в искренности его слов, ни в чистоте намерений! И Шиндо-сан здесь совсем не причем! Я просто хотела вам сказать... Хотела, чтобы вы знали, что я очень люблю вашего брата. И сделаю все, чтобы он был счастлив.
   Полумрак коридора скрыл выступивший на ее щеках яркий румянец.
   "Ненавижу публичные исповеди!".
   - Прошу вас, - голос Кейли дрогнул, - не сердитесь на вашего брата, не обвиняйте его ни в чем. Он просто живет ровно так, как чувствует. Я уверена, что своим поведением он ни в коем случае не хотел вас обидеть или задеть. Я нисколько не сомневаюсь, что он обо всем вам расскажет, когда немного поправится.
   - Он живет ровно так, как чувствует, - передразнила Мика. - Кейли, запомните: мой брат не умеет чувствовать. Не умеет и всё! Он холоден как лед, и мне искренне жаль, что он так повел себя с вами.
   Голос её смягчился.
   - Кейли! Возможно, вы не знаете, что происходило в жизни Эйри в последние месяцы... Спросите его про Шуичи, и пусть он вам ответит. Тогда, может быть, вы поймете, какой нелепый и неприятный человек - мой брат. А еще, спросите его про Аяку-тян, с которой он был помолвлен. Помолвлен по-настоящему! Увы, из их помолвки ничего не вышло, и сердце Аяки было разбито... Я не хочу, чтобы также случилось и с вами.
   В кармане у Мики зазвонил телефон. Она вытащила трубку, нажала на "вызов":
   - Сегучи Мика слушает! Да... Да, я в больнице... Хорошо, еду, - она дала отбой и улыбнулась Кейли, - вас подвезти?
   Кейли пришла в ярость. Похоже, эта холеная красотка попросту отмахивается от проблем брата.
   - Вам пора бежать? Я займу еще одну минутку вашего времени, Мика-сама... Вы очень ошибаетесь, утверждая, что Юки не умеет чувствовать. Он просто очень закрытый и ранимый человек, предпочитающий не выставлять свои эмоции напоказ! Я видела их с Шиндо-саном на одном из приемов: когда Юки смотрел него, у него же взгляд менялся, теплел так, что душа замирала!.. Неужели вы никогда этого не замечали?!
   Кейли сознавала, что её слова звучат грубо, но остановиться была уже не в силах.
   - Неужели вам никогда не приходило в голову, что как бы ваш брат ни бравировал своей независимостью, как бы он ни гордился своим положением одиночки, всё, в чем он нуждался - очевидно, долгие годы! - это простая человеческая теплота! Забота. Любовь. - Кейли судорожно сглотнула возникший в горле неприятный комок, - я не собираюсь выяснять, что именно произошло у Эйри с Шиндо-сан. Если Юки сочтет нужным, он посвятит меня и в суть произошедшего, и во все детали их взаимоотношений!
   Девушка остановилась и с трудом перевела дыхание.
   - Мика-сан, поймите, - в её голосе появились молящие нотки, - всё, о чем я пекусь - это счастье Эйри. Счастье и покой. И я не хочу осквернять наши с ним отношения необоснованными подозрениями! Не решайте вы за него, как поступать в тех или иных жизненных ситуациях, позвольте ему быть собой...
   Мика пристальным взглядом изучала Кейли.
   - Знаешь, а вы похожи с этим мальчиком, Шуичи. Оба верите в чистую душу Эйри. Ты не думай, я люблю своего брата... Просто знаю о нем то, чего ни ты, ни этот мальчик не знаете, - Мика глянула на изящные часики на руке и спохватилась, - ох, да уже больше одиннадцати! Странно, что нас еще не выгнали. Идём!
   Она взяла Кейли под руку и повела к выходу из больницы.
  

Глава 4.

  
   Здание больницы было почти полностью скрыто пеленой дождя.
   - Простите, пожалуйста, как мне попасть внутрь? - прокричал Шуичи, заметив неподалеку от закрытых ворот силуэт охранника.
   - Зачем тебе? - неприязненно откликнулся тот.
   - Друга навестить хотел, - охотно объяснил Шуичи.
   - Приходи завтра, - отмахнулся от него страж порядка.
   - Почему завтра? - не понял Шиндо.
   Охранник, молча, указал пареньку на висящее перед самым его носом объявление, гласившее: "Посещения больных - строго до 23.00".
   - А сейчас никак нельзя? - расстроился Шуичи.
   Собеседник лишь отрицательно покачал головой.
   "Что же делать? - подумал Шуичи, медленно плетясь вдоль высокого забора, - неужели я пришел зря?..".
   Погода, будто издеваясь над несчастным мальчишкой, стала еще хуже: вдобавок к дождю поднялся пронизывающий ветер. Дрожа от холода, Шуичи прислонился к одиноко стоящему у ограды дереву. Послышался раскат грома, молния осветила толстый ствол и раскидистые ветви. Шуичи поднял голову. На лице появилась странная гримаса - смесь отчаяния с надеждой.
   Оглядевшись по сторонам и дождавшись, пока охранник отвернется, Шуичи полез вверх. Через несколько минут он, весь исколотый и исцарапанный, спрыгнул на газон по ту сторону забора.
   Дальнейшее казалось совсем простым: прокрасться в регистратуру и разыскать палату Юки. Что он и сделал. Однако, к его разочарованию, дверь палаты оказалась крепко-накрепко заперта. Единственным доступным путем к Эйри оставалось окно.
   "Черт! Это же третий этаж, - пришел в отчаяние Шуичи, пытаясь хоть как-то унять дрожь в коленях, - главное - не смотреть вниз!"
   После получаса бесплодных попыток совладать со скользкой водосточной трубой, Шиндо, наконец, удалось вскарабкаться на требуемую высоту. Распахнув хлипкие створки, Шуичи, тяжело дыша, перевалился через подоконник.
  

***

   Юки спал и видел сон. Улицы, улицы, он шел по ним, пытаясь отыскать кого-то, но упорно натыкался на стены, на углы, на какие-то новые повороты. Наконец, он вышел на площадь. Ветер носил по площади листки, один из них подлетел к ногам Юки. Эйри наклонился, подобрал листок, пытаясь разобрать буквы, но сквозь бумагу вдруг проступили кровавые пятна. Юки в ужасе выронил листок, отшатнулся. Крик, он бежит, бежит на крик, видит какие-то тени, поднимает пистолет, выстрел...
   - Нет, нет! - Юки заметался на постели, пытаясь вырваться из кошмара, но сон продолжался. И он все ближе и ближе подходил к лежащему на земле человеку, уже зная, чье лицо он увидит. - Нет, не хочу! Не надо! - но ноги не слушались его. Юки подошел вплотную к мертвецу, опустился на колени. Лицо человека было закрыто тряпкой. Юки знал, кто там, но не мог заставить себя отойти. К нему приближались какие-то тени, окружали его. Эйри поднял пистолет, выстрелил, снова и снова.
   - Нет! Не хочу! Оставьте его! Оставьте меня!
   ...Юки и не подозревал, что кричит в голос.
  

***

   Шуичи растерянно склонился над любимым.
   - Юки! - прошептал он над самым его ухом, - не бойся, ты сильный! Ты со всем справишься! Я помогу!
   Эйри нервно вздрогнул, но не проснулся. Шуичи коснулся губами покрытого испариной лба, нашептывая любимому слова утешения, гладя взмокшие от пота волосы...
  
   Юки слышал какой-то голос, зовущий его издалека, но не мог вырваться из кошмара. Тени подступали все ближе, их призрачные руки тянулись к Эйри. Чья-то рука схватила его за плечо, Юки рванулся, но тень не отпускала, а говорила, говорила... Постепенно тьма отступала, Эйри открыл глаза и увидел встревоженное лицо Шуичи.
   Юки приподнялся на кровати, по его лицу текли слезы.
   - Шуичи! - выдохнул он и, не в силах отделить сон от яви, обхватил руками парня, прижался лицом к его плечу. - Шуичи, ты жив. Прости меня, прости!
   - Конечно, жив! Разве я мог бы бросить тебя? - донеслось в ответ, теплое дыхание коснулось лица, - ты так кричал, я за тебя очень испугался! Что за страшный сон тебе снился?
   Юки с трудом заставил себя оторвать руки от Шуичи. Он отодвинулся, вытер глаза.
   - Сон? Так ... Ерунда, ничего. Как ты сюда попал?! И не смотри на меня так! - рявкнул он и отвернулся, не в силах видеть встревоженные глаза Шуичи. Такие любимые, такие родные глаза...
   Нет, Юки Эйри, ты знаешь, что нельзя. Ты принял решение, и никакие кошмары не должны на него повлиять. И даже то, что этот идиот сидит рядом и смотрит на тебя таким преданным взглядом. Неважно, что сейчас больше всего на свете хочется взять его за руки, зарыться лицом в ладони...
   Стоп, Эйри, прекрати!
   - Зачем ты пришел? - произнес он нарочито холодным тоном.
   - Испугался, что больше тебя не увижу: в новостях сказали, что твоя жизнь в опасности, - простодушный мальчишка, кажется, еще не понял, что его прогоняют, - я не мог не прийти.
   - Мне казалось, что мы все решили, - Эйри добавил льда в голос. На Шиндо он не смотрел.
   - Почему ты гонишь меня? - потерянно откликнулся Шуичи, - что мы решили, Юки? Ты же выставил меня из дома, даже не объяснив, в чем дело. Ну что я сделал не так?!
   Да, упрямства мальчишке было не занимать: он явно пытался если не дождаться ответа, то хотя бы поймать взгляд Эйри.
   - Я не уйду, пока ты не объяснишь мне, что все-таки произошло.
   Юки упорно продолжал смотреть в сторону:
   - Я все сказал тебе. Я не хочу больше быть с тобой. У тебя - своя жизнь, у меня - своя.
   Эйри замолчал: понял - еще немного, и он сорвется, и наговорит того, о чём потом будет сильно жалеть. Хотя... можно ли жалеть сильнее, чем сейчас?!
   - Уходи, Шуичи, уходи немедленно! Я не хочу тебя видеть!
   Юки лег, отвернулся, глаза жгло от подступивших слез, руки судорожно сжали одеяло.
  
   Внутри словно что-то оборвалось. Какой смысл убеждать в чем-то того, кто не желает ничего слышать? Того, кто заранее уверен в собственной правоте? Того, кто никак не хочет понять, что любая проблема становится легче, если ее разделить на двоих?.. Шуичи поднялся, шатаясь, пересек комнату и, тяжело дыша, вскарабкался на подоконник.
   - Я тебе только одно скажу, Юки Эйри, - он очень старался, чтобы голос звучал твердо, - если бы я видел, что тебе плохо со мной, я бы ушел. Если бы ты полюбил другого, я бы тоже понял, ведь самое важное для меня - это твое счастье... Но ты только молчишь. Только гонишь меня. Ведешь себя так, словно я всего лишь игрушка! Действительно, как удобно: захотел - трахнул, надоело - прогнал!
   Ответное молчание было страшней самых резких слов. Шуичи сорвался на крик:
   - Так вот, заруби себе на носу: меня нельзя выкинуть за порог, словно использованную банку из-под кофе! Я не дам тебе из-за какой-то глупой прихоти разорвать всё то, что нас связывает! Ты просто трус! Трус и лжец, слышишь?!
   Порыв ветра распахнул притворенные створки. Пытаясь удержаться, Шуичи неосторожно переступил с ноги на ногу. Попав на мокрый скат, подошва башмака вдруг соскользнула. Потеряв равновесие, мальчишка полетел вниз. Отчаянный крик разлетелся по ночному парку и смолк.
  
   Юки вскочил, кинулся к окну. Во дворе уже собирались люди, кто-то тащил носилки, слышались отрывистые реплики:
   - Жив?
   - Подожди, ты мне свет загораживаешь!
   - В реанимацию его, быстро!
   - Откуда это он так?
   Головы задрались вверх, Эйри отпрянул от окна. Шуичи жив, несмотря на свой идиотский поступок. Жив!
   А почему он совершил этот поступок, а, Юки? Из-за тебя. Это ты во всем виноват.
   Эйри снова осторожно выглянул в окно: там внизу Шуичи уже положили на носилки, понесли в больницу. Юки задернул шторы, сел на кровать, нажал кнопку вызова медсестры.
   Та появилась почти сразу:
   - Вам что-то нужно, Эйри-сан?
   - Да, что там за шум?
   - Какой-то парень выбросился из окна.
   - Он жив?
   - Да, сломана рука, порезы, но жить будет. Вам что-нибудь нужно?
   - Принесите мою одежду.
   - Но, Эйри-сан!..
   - Не спорьте со мной, сестра. - Юки поглядел на девушку, та смутилась, выскочила за дверь. Через пару минут она вернулась, неся в руках одежду Юки. Тот, молча, кивнул и медсестра ушла.
   Юки с трудом натянул на себя одежду: все-таки он не совсем ещё оправился. Пришлось сесть, перевести дыхание. Потом он заставил себя встать, выйти из палаты.
Он прошел по коридору, увидел освещенную палату, где медсестры суетились вокруг Шуичи. Несколько секунд Юки смотрел на бледное лицо Шиндо, затем спустился вниз и вышел в ночь.
  
   Дождь уже перестал. Было прохладно, но Юки этого не замечал. Он шел по улицам, вдыхая свежий после дождя воздух. Один. В конце концов, это не самое плохое, что могло с ним случиться. Он даже чувствовал какую-то странную свободу, словно только сейчас он мог делать то, что хотел. Словно только сейчас он, и, правда, остался один, не зависел ни от кого: ни от чьих желаний или надежд. Не зависел от жизни.
   Эйри дошел до реки, вышел на мост. Он не знал, сколько времени уже бродит по городу. На востоке начинало подниматься солнце. Значит, уже утро. Он ушел ночью, теперь утро.
   Юки перешел мост, спустился к набережной и сел на камни под мостом, уставившись на бегущую воду. Тишина. Спокойствие. Ничто...
   Он не знал, сколько так просидел. Солнце уже взошло, над его головой по мосту помчались машины, постепенно усиливался шум города. Юки встал, поднялся наверх. Решение было принято. Собственно, о чем говорить, это решение он принял сразу же, как только обстоятельства стали складываться далеко не в лучшую сторону. Конечно, может быть, стоило бы лучше поговорить с Шуичи, объяснить... Но слишком хорошо Эйри представлял, что было бы дальше: крики Шиндо "Я не брошу тебя", постоянное следование малолетки за ним, и под финал - голова юного певца, лежащая в луже крови. Как в его снах. Юки помотал головой, отгоняя видение.
   - Нет, - произнес он вслух, - этого не случится. Потому что я не позволю.
   Он посмотрел на часы: половина девятого. Если Шуичи ушел из больницы (а в этом Юки не сомневался), то сейчас он еще дома. Так что самому Эйри туда идти рановато.
И он зашагал в сторону района новостроек.
  

Глава 5.

  
   Шуичи разбудил солнечный луч, упавший на подушку в миллиметре от его носа.
   "Где я?", - он открыл глаза и повертел головой, пытаясь припомнить события вчерашнего дня. Как назло, вспоминалась какая-то ерунда, не имеющая ни малейшего отношения к пребыванию Шуичи в данном месте в данное время суток: то последний концерт, то выяснение отношений с мистером Кеем... Поерзав на кровати, Шуичи понял - что-то мешает ему свободно двигаться. Скосил глаза.
   Гипс.
   На него вдруг нахлынули воспоминания: батарея бутылок из-под виски, скользкая водосточная труба под задницей, слезы Юки, презрительно брошенное "уходи"... И случайное, нелепое падение.
   "О Господи!".
   Шуичи крепко зажмурился, в надежде, что воспоминания окажутся лишь отголоском ночного кошмара. Не помогло.
   "Какой же я дурак! - с запоздалым раскаянием подумал он. - Теперь Юки решит, что я это всё нарочно устроил!".
   Действительно, сегодняшнее утро не стоило того, чтобы вообще начинаться.
   - Теперь ты доволен?
   Шуичи открыл глаза. В проеме двери стоял Хиро, глядя на друга со странной смесью жалости и раздражения.
   - Из-за твоего глупого поступка нам придется отменить следующий концерт. Не думаю, что Тома этому обрадуется. - Накано прошелся по палате и остановился около окна, явно стараясь не смотреть в грустные глаза Шуичи. - Что думаешь делать дальше?
   - Как - что? - не понял тот. - Работать. Нам не придется ничего отменять: я же руку сломал, а не шею. И не голову.
   - За твою голову я не волновался, - усмешка Накано почему-то выглядела грустной, - там ломать нечего.
   - Это же все несчастный случай! - Шуичи взволнованно посмотрел на друга. - Я просто хотел проведать Юки и поговорить.
   - К нему ты мог бы зайти утром, а не нестись посреди ночи!
   Шуичи сел на постели.
   - Хиро, ты не мог бы... - он на мгновение запнулся, отвел взгляд в сторону и, собравшись с духом, выпалил. - Не мог бы ты сходить к Юки? Он, наверное, волнуется...
   Хироши оторвался от рассматривания пейзажа за окном:
   - Эйри сегодня ночью ушел из больницы.
   Шиндо вскинул голову.
   - Как - ушел?! Ему же нельзя! Он же очень болен, я сам видел... - он шмыгнул носом и, пытаясь унять непрошеные слезы, вытер кулаком глаза. - Вечно я все порчу...
   Накано задумчиво почесал затылок:
   - Думаю, будет лучше, если ты какое-то время не будешь встречаться с Юки Эйри. Для своей и его пользы.
   - Почему? Ты не понимаешь, - взвился Шуичи, - он же просто уйдет, и я его больше не увижу. А я без него не могу... Не могу, понимаешь?!
   Хиро не сводил глаз с друга:
   - Не знаю, что вчера сказал тебе Эйри, но судя по всему, он забыл упомянуть о своей помолвке...... очередной.
   "Забыл?! Ничего себе! Да как можно забыть сказать о таком?! - Шуичи нервно поерзал в кровати. - Он просто не счел нужным. Как всегда. Но это же значит, что...".
   Нет. Такого быть просто не могло! Точнее, произошедшее попросту не могло быть правдой... Однако, сочувственный взгляд друга убеждал в обратном.
   - ... поэтому я и прошу тебя не видеться пока с ним, - голос Хиро наконец-то пробился сквозь поток отчаянных мыслей певца, - даже если это всё и неправда, у него наверняка были причины так сказать. Дай ему время. Займись лучше подготовкой к концерту.
   - Наверное, ты прав. - Шуичи говорил медленно, сам не до конца веря в слова, слетавшие с его губ. - Но объясни мне, Хиро ... почему?! Ведь когда любят - не бросают!
   Хиро уже хотел было прочитать очередную мозговправляющую лекцию, но этому помешал робкий стук в дверь.
   - Сакано-сан, - Накано удивленно уставился на появившегося продюсера.
   В голову сразу забрела мысль про притаившегося где-то поблизости мистера Кея, но ее он постарался отогнать, надеясь, что их менеджеру сейчас и без них есть чем заняться.
   - Сакано-сан, что вы здесь делаете?
   Продюсер, казалось, совсем его не слышал: держась одной рукой за косяк двери, он огромными глазами смотрел то на Шуичи, то на его гипс, то - снова на Шуичи.
   - Как же так?! - Сакано явно был на грани очередной истерики. - Президент будет в бешенстве! Это неправильно, так нельзя... Что же делать? Что делать?!
  
   Вот только Сакано тут и не хватало! Судорожно отодвинувшись подальше и баюкая ноющую руку, Шуичи угрюмо бросил в ответ:
   - Что делать? Прежде всего, не кричать.
   Уж лучше бы он этого не говорил! Сакано-сан сначала побледнел, потом покраснел и снова побледнел. Уши Шиндо заложило от крика:
   - Да что ты понимаешь! Это же самый ответственный концерт года, да еще совсемтный с Nittle Grasper! Мы возлагали на него столько надежд! Ты же не сможешь в таком состоянии появиться на сцене, нас ждет провал, президент меня уво-о-олит!! И всё из-за твоей очередной ду-у-у-ури!..
   Сакано, кажется, кричал что-то ещё, но Шуичи попросту заткнул уши и отвернулся.
   "Почему они обращаются со мной так, словно я - дитя неразумное? Как будто я сам не понимаю, что концерт должен состояться в любом случае!".
   Углубившись в невеселые мысли, он и не заметил, как дверь палаты отлетела в сторону, чуть не прибив Сакано.
   - Где он? - Мика-сан, кажется, была в ярости.
   Сакано подумал и решил на всякий случай не высовываться из-за двери.
   - Я тебя спрашиваю, кретин, где мой брат?! - Мика ткнула пальцем чуть ли не в глаз Шиндо.
   Шуичи повел головой. Нарочито гордо, так, чтобы она не заметила наворачивающихся слез:
   - Не имею ни малейшего представления. Неужели вы еще не в курсе, что ваш брат в очередной раз решил выкинуть меня из своей жизни? Обычно такие новости вы узнаете в числе первых, - он специально говорил вызывающе, почти грубо. Ему очень хотелось, чтоб все, наконец, оставили его в покое.
   - Мика-сан, Шуичи не врёт! - Хиро бросил взгляд на распластавшегося за дверью Сакано и сделал несколько шагов вперед, вставая рядом с кроватью. - Когда Эйри-сан покинул клинику, Шуичи был без сознания и не мог ничего об этом знать, и... И, пожалуйста, говорите тише. Мы все-таки в больнице.
   Мика схватила Шуичи за майку, подтянула к себе:
   - Имей в виду, если с ним что-нибудь случится, я с тебя живого шкуру спущу. Лично. Страдает он, бросили его! А о Эйри ты подумал? Может мне и кажется порой, что у моего брата нет чувств, но единственное его слабое место - это ты. И если он не вернется, я сама убью тебя, потому что в этом виноват будешь ты!
   Мика отшвырнула Шуичи на кровать и вышла, хлопнув дверью.
   - Это ужасно, это кошмар, это... - Сакано со стоном сполз по стене и разрыдался.
   Шуичи перевернулся на спину, стараясь не задеть сломанную руку:
   - Хиро, ты тоже считаешь, что я во всем виноват?
   - Нет.
   Хиро не врал. Единственное, в чем он обвинял Шуичи, так это в переломе руки, пришедшемся так некстати. Он прекрасно понимал чувства друга, и винить его не имело никакого смысла.
   - Не переживай, никуда Эйри не денется. Думаю, что ему просто захотелось побыть одному и подумать. Вполне нормальное состояние для Юки. - Накано не был уверен в своих словах, но счел нужным сказать их. Все-таки Шуичи действительно не был виноват.
   - Спасибо. - Шуичи тепло улыбнулся другу и перевел взгляд на Сакано-сана, который уже успел прийти в себя и с завидным упорством бился головой о стену. - Хиро, ты только посмотри! А вы все вечно твердите, что я тут - самый припадочный. Сакано-сан! Сакано-са-а-ан, вы, кажется, хотели нам что-то рассказать про предстоящий концерт?
   Сакано методично продолжал пробивать головой бетонное перекрытие:
   - Концерт не состоится, не состоится, не состоится...
   - Да убери ты его от стенки! - не выдержал Шуичи. - Он же себе лоб расшибет!..
   - Тут вообще много припадочных, - устало выдохнул Хироши, оттаскивая Сакано от стены и усаживая на свободный стул. - Успокойтесь Сакано-сан, травма Шуичи не помешает нам выступить.
   Накано замолчал, немного подумал и протянул хлюпающему продюсеру стакан воды.
   - Так что вы там хотели нам сказать?
   - Не помешает? - Сакано залпом выпил воду, потер нос, поправил очки и, окинув обоих молодых людей хмурым взглядом, приступил к изложению дела, - Президент сделал нам предложение, от которого мы просто не можем отказаться! Он предложил нам записать альбом вместе с "Nittle Grasper"! Это наш шанс взлететь на первые строчки хит-парадов! Это не только поднимет нам продажи, не только добавит популярности... это же, это же...
   Сакано от волнения побледнел настолько, что почти слился с бледно-голубой стеной.
   - Так как вам? - поднял он на ребят умоляющий взгляд.
   Хиро улыбнулся и хлопнул Шуичи по спине.
   - Ну что? Наш продюсер прав, такой шанс упускать нельзя. Да и когда тебе в следующий раз представится возможность спеть со своим кумиром? Помнится, что в прошлый раз ты с удовольствием пел вместе с Рюичи, - при воспоминании об их первом концерте улыбка Хироши стала чуть шире.
   Шуичи не знал, что и сказать. С одной стороны, петь с Рюичи с детства было его мечтой. С другой - он не желал, чтобы его постоянно сравнивали с ним. Хотел перестать, наконец, быть похожим на Сакуму-сана, найти свой стиль...
   - Да, я об этом мечтал, но... Мне не интересно выезжать на первые строчки чартов на чужих плечах, - он неуверенно посмотрел на Хиро, затем перевел взгляд на Сакано.
   - Тебя никто не просит его копировать, это твой шанс показать чего стоишь ты, - отозвался Хиро, судя по всему, верно истолковав напряжение и замешательство друга. - Прояви себя и докажи всем, что ничуть не хуже Рюичи. Спой так, как никогда раньше ещё не пел.
   Накано потрепал волосы Шуичи и уселся рядом с ним на кровати.
   - Ну, так что? Твое решение?
   - Ты веришь, что у нас всё получится?! - Шуичи заглянул в глаза другу и, не увидев там ни капли беспокойства, вскочил с постели и бросился Хиро на шею. - Тогда я согласен! С чего начинаем работу?..

Глава 6.

  
   Отправив Шиндо вместе с Сакано домой (ибо оставлять Шуичи в больнице не было ну никакого смысла!), чтобы восходящая звезда могла принять душ и переодеться, Хиро, не теряя времени, направился прямиком в здание NG.
   Первым, кого встретил Хироши, был мистер Кей, стоящий прямо на пороге студии и высматривающий своих подопечных. Нервно сглотнув, Накано как можно бодрее улыбнулся своему менеджеру и поздоровался. Смерив гитариста подозрительным взглядом, Кей молча кивнул на дверь и снова уставился на пустую улицу.
   Медленно выдохнув и поблагодарив Бога за удачное избавление, Накано быстро вошел в студию и огляделся, ища глазами Фуджисаки, который уже должен был быть здесь.
   - Опаздываете.
   - Да, возникли некоторые проблемы, - улыбнулся Накано подошедшему Сугуру, - все остальные уже здесь?
   Клавишник отрицательно махнул головой и недовольно засопел.
   - Нет, не все. Здесь только Рюичи-сама и Норико-сан.
   - А президент?
   - Его сегодня не будет. Он позвонил полчаса назад, сказал, что у него возникли неотложные дела и чтобы мы начинали без него.
   - Ясно, - Хиро задумчиво почесал затылок, примерно понимая, что за срочные дела возникли у президента. - Ну ладно, раз Сегучи-сан доверил всё нам, то попробуем что-нибудь придумать. Главное - дождаться Шиндо.
  
   Умытый, переодетый, почищенный - одним словом, полностью приведенный в порядок (конечно настолько, насколько это было возможно, учитывая гипс на руке и полный сумбур в голове) Шуичи, конвоируемый Сакано-саном, наконец, перешагнул порог студии.
   - Почему так долго? - было первым, что он услышал, - мы ждем тебя уже полчаса!
   Шиндо оглянулся. Вопрос принадлежал Фуджисаки, нервно шагавшему из угла в угол.
   - Шуичи, я, конечно, понимаю, что ты - лидер нашей группы... Но почему мы вечно должны тебя ждать? Я устал от этого! - Сугуру, похоже, был сегодня в скверном настроении. - Но раз уж ты соизволил, наконец, появиться, может, мы всё-таки начнём?
   Сил спорить не было. Шуичи молча кивнул, дав себе клятву попозже обязательно выяснить, отчего Фуджисаки пребывает в столь отвратном расположении духа.
   - Итак, - голос мистера Кея доносился до Шуичи как сквозь вату, - основная концепция альбома, насколько мне представляется, должна в корне отличаться от привычного как для Bad Luck, так и для Nittle Grasper стиля. До сих пор мы - я имею в виду Bad Luck - пели в основном о проблемах, волнующих молодое поколение, именно молодежь была нашей целевой аудиторией. Пора сломать этот стереотип. Именно поэтому сотрудничество с Nittle Grasper, группой совершенно иного стиля и подхода, является для нас столь ценным. Я готов выслушать ваши комментарии.
   - Но если мы полностью сменим стиль и образ, мы потеряем уже завоеванного слушателя, того, который привык к нам таким, какие мы есть, привык к нашему стилю и образу! - Шуичи даже не сразу понял, что эти слова произнес он сам.
   - Да и согласны ли с предлагаемой концепцией наши партнеры? - подал голос Фуджисаки.
   - Подождите, - Хиро, похоже, был удивлен ничуть не меньше остальных членов группы, - когда Сакано упоминал о совместном с Nittle Grasper альбоме, он и слова не проронил, что ради этого нам придется полностью изменять свой стиль. Выходят слишком большие ставки, мы не можем предугадать результат этой авантюры. Не слишком ли велик риск провала?
   Дверь открылась. В студию вошел Тома Сегучи. Если он и слышал последнюю фразу Хироши, то ни одним жестом не проявил этого:
   - Простите за задержку, господа и дамы, - он поклонился в сторону Норико, - мы можем приступать. Или у вас какие-то проблемы? - соизволил он обратить внимание на напряженные лица Хиро и Шуичи.
   - Мы тут обсуждали возможность смены стиля обоих групп на что-то новое, устраивающее и Bad Luck, и Nittle Grasper, - сказал Фуджисаки, - Тома-сан, а что вы думаете об этом?
   Тома улыбнулся:
   - Я не думаю, что это хорошая идея. Стиль Nittle Grasper хорошо известен и принят всеми. Мы не собираемся создавать новую группу. Мы просто хотим выпустить совместный альбом. Но, разумеется, все песни в этом альбоме должны быть новыми. Совсем не такими, какими они были прежде. В первую очередь, Шиндо-сан и Сакума-сан, это касается текстов. Так что вашей первоочередной задачей становится написание новых песен. Думаю, что у вас все получится.
   Тома улыбнулся персонально Шуичи и Рюичи. Потом повернулся к Кею:
   - Мистер Кей, к вам у меня будет отдельное поручение, касающееся рекламы. В первую очередь это должна быть реклама музыки и талантов наших участников, а не реклама их личной жизни. Если же с вашей стороны будет хоть какое-то поползновение на раскрутку иной тематики рекламы, то... - Тома замолчал, перевел взгляд на Сакано, который уже готов был стечь лужицей на пол. - Господин Сакано, вам я поручу самое ответственное: вы должны проследить, чтобы наши музыканты и творцы не затягивали сроки.
   Он обвел всех безмятежным взглядом:
   - Ещё вопросы, господа?
   - То есть, Сегучи-сан, вы предлагаете нам отказаться от своего стиля, своего лица и имиджа, и сделать альбом в стиле Nittle Grasper? Все это понимают - и молчат? - Шуичи встал и обвел присутствующих негодующим взглядом, - а как же Bad Luck?! Согласен, мы не так известны, как вы. Мы не можем похвастаться такими продажами и такой славой... Но Bad Luck - это Bad Luck, мы не опустимся до подражания другой, пусть и столь замечательной, группе!
  
   - О, - Тома чуть приподнял правую бровь, - а разве до сих пор вы не пытались подражать Сакуме-сану? Что ж, давайте поступим так: вы, Шиндо-сан, пишите свой текст песни, а Сакума-сан - свой. Главное условие: ваша песня не должна быть похожа ни на одну из тех, что исполнялись раньше Bad Luck и Nittle Grasper. Повторяю, Шиндо-сан, речь идет пока только о тексте. Что же касается манеры исполнения... У вас с Сакума-саном она весьма схожа, так что обсуждать тонкости исполнения мы будем тогда, когда у нас будет то, ЧТО мы будем исполнять. Надеюсь, господин Шиндо, вам никто и ничто не помешает доказать нам всем, что Bad Luck это не просто копия Nittle Grasper.
   Все присутствующие потрясенно молчали. Кей от удивления перестал чистить автомат, а Сакано просто стек под диван.
   - Итак, - завершил Тома, - приступайте. У вас обоих есть неделя. Если за неделю вы не предложите ничего стоящего, - он посмотрел в сторону Шуичи, выражение его глаз не сулило последнему ничего хорошего, - то тогда мы будем решать, что же нам делать с вашей группой дальше. Всего хорошего, господа.
   Тома вышел за дверь.
   Норико удивленно уставилась на окружающих:
   - Я что-то пропустила? Что тут происходит, ребятки?
   - Шу-у-у-ичи, - радостно улыбнувшись, Рюичи в два шага преодолел расстояние, отделяющее его от ошарашенного последним разговором Шиндо, и повис у него на шее. - Как давно мы не виделись! Ты совсем забросил группу, так нельзя!
   Он на секунду замолчал и уже слегка другим голосом продолжил:
   - Ты же постараешься, да? - оторвавшись от Шиндо, Сакума улыбнулся и похлопал партнера по спине.
   - Мы оба постараемся.
   - Это даже не обсуждается, - подал голос доселе молчавший Хиро и, подойдя к Шуичи, положил руку ему на плечо. - Мы обязаны это сделать, иначе просто не имеем права называть себя профессионалами.
   - Кажется, у меня нет выбора, - Шуичи грустно пожал плечами. - И мое мнение здесь никого не интересует.
   Он вывернулся из дружеских объятий и подошел к окну.
   - Я сделаю это. И не подведу Bad Luck. А сейчас, простите, мне нужно побыть одному, - с этими словами Шиндо направился к выходу.
   - И куда ты собрался? - мистер Кей задумчиво посмотрел на Шуичи, словно раздумывая, останавливать его или нет.
   - Тексты писать! - Шуичи хлопнул дверью.
   Хиро немного помедлил, размышляя, стоит ли ему сейчас догонять Шуичи и разбавлять его одиночество. Всё-таки слишком много свалилось на него за последние сутки.
   Вздохнув, Накано развернулся к двери спиной и посмотрел на окружающих.
   - Думаю, что на сегодня мы уже все обсудили и в следующий раз соберемся, когда будут готовы первые наброски песни, - гитарист скосил глаза на мистера Кея, но, не увидев возражения, продолжил, - поэтому предлагаю сейчас разойтись, если, конечно, нам больше нечего обсуждать.
  

Глава 7.

  
   Ключ повернулся в скважине неожиданно легко, и Шуичи распахнул дверь. Дом встретил его напряженной, слегка звенящей тишиной.
   - Юки, ты здесь? - фраза почему-то прозвучала жалобно.
   В ответ дом промолчал.
   Никого нет.
   Всё здесь было так привычно и знакомо: детали интерьера и тщательно подобранные мелочи, каждая из которых была частью их с Юки жизни. Шиндо оглядел комнату. Вот эти фотографии были сделаны во время их последней поездки в Нью-Йорк, рамки для них Юки даже купил сам, по собственному почину. Тот шкаф они выбирали вместе, как и вон те полки... Шуичи смотрел и никак не мог понять: отчего же при взгляде на всё это так мучительно сжималось сердце?
   Он сел на диван и закрыл лицо руками.
   "Может, я себя неправильно вёл с Юки?.. Может, ему было плохо со мной?.. Может, он решил, что я для него недостаточно хорош?.. Может, если бы я родился девчонкой, - с тоской размышлял он, - он чувствовал бы себя более комфортно?.."
   Размышления его были прерваны звонком в дверь. Шуичи огляделся и, вздохнув, пошел открывать.
   На пороге стояла Кейли.
  
   "Мысль зайти к Эйри домой, очевидно, была не самой лучшей, - думала Кейли, уговаривая себя не отводить взгляда от открывшего дверь Шуичи, - м-да, неудобно получилось!"
   - Мистер Шиндо, добрый день. Могу я увидеть мистера Эйри?
   На лице Шуичи отразилась сложная гамма чувств.
   - Я был бы рад вам помочь, Кейли-сан, но я понятия не имею, где сейчас Юки, - ответил он, наконец. Похоже, Шиндо вообще не собирался пускать её в дом. Оставалось лишь поблагодарить и уйти.
   - Простите меня за приход, мистер Шиндо. Мне стоило бы позвонить перед тем, как зайти, - Кейли обезоруживающе улыбнулась, - но я и предположить не могла, что даже вы не знаете, куда исчез господин Эйри.
   Ох, кажется, последнюю фразу говорить не стоило! Шиндо явно расстроился: лицо его дернулось, он резко отвернулся и отошел.
   Кейли не преминула воспользоваться этим и проскользнула в квартиру.
   - Мне он о своих планах не докладывался, - казалось, Шуичи, того и гляди, сорвется на плач.
   Только этого ей, Кейли, и не хватало! "Хотя - задумалась она, - может, и к лучшему, что я застала его одного. По крайней мере, о решении Юки он узнает не из сплетен".
   - Господин Шиндо... Шуичи... - голос почему-то отказывался подчиняться Кейли, - я очень сожалею обо всей той ситуации, в которую мы попали. Это все...
   Она немного помолчала.
   - Это всё так сложно.
   - Что именно? - не понял Шуичи.
   - Ну, то, что я теперь невеста Юки... - отвела глаза Кейли.
   - Нашли о чем жалеть! - мальчишка, похоже, сам не понимал, что говорит. - Вам жить бы да радоваться, что Юки теперь ... с вами.
   Он всхлипнул и вытер рукавом навернувшиеся слезы.
  
   А Юки Эйри в этот момент чувствовал себя очень глупо. Что может быть большим идиотизмом, чем стоять в собственной спальне и надеяться, что никто сюда не войдет?
И почему этот паршивец так рано вернулся?.. И этой Кейли для полного счастья не хватало!..
   Юки прижался лбом к двери. Неважно, что плач Шуичи за дверью рвал сердце. Странно даже что у него самого ещё есть сердце. Но выбора не было...
   Юки посмотрел на бумагу, зажатую в руке. Когда он сегодня пришел домой - в почтовом ящике лежало письмо. Простой белый конверт без адреса. И маленький листочек внутри. Текст Юки уже, кажется, знал наизусть. Он смял бумажку в кулаке.
   Рыдания Шуичи за дверью потихоньку стихали. "Подслушивать нехорошо", - напомнил себе Юки, пытаясь заставить себя отойти от двери. Он сделал шаг в сторону, задел стул, тот ударился о стену. Эйри замер на месте.
  
   "Я теперь его невеста".
   Это не могло быть правдой. Не могло!
   "Невеста... невеста... невеста..."
   Шуичи почему-то вспомнил, как Юки - его Юки! - водил его по нью-йоркским кафешкам, тихим и уютным, и как блестели его глаза при свете свечей. Как трогательно заботился, когда он заболел жесточайшей ангиной, как сутками хлопотал вокруг, забывая о сне и еде. Как ласково смотрел, особенно если думал, что он, Шуичи, этих взглядов не видит. Как обнимал ночью, и как надежно, тепло и спокойно делалось от этих объятий... Шуичи казалось, что вместе с плачем из него по капле вытекает душа.
   А потом внутри отчего-то стало пусто. И на пару с пустотой пришло понимание: ничего плохого он Юки не сделал. Просто он - не тот, кто нужен Юки.
   Просто. Юки. Его. Не любит.
   - Мистер Шиндо, вам плохо? - голос Кейли оборвал поток размышлений. - Может, я могу чем-то помочь?
   На смену оглушающей пустоте пришла ярость, разом иссушившая слезы, насыпавшая в душу красного перца. Жгучего. Обжигающего. Невыносимого.
   "И она ещё смеет предлагать помощь? Она?!"
   - Лучшее, что вы можете сделать - выйти вон, - Шуичи и сам не ожидал от себя таких вежливо-ледяных слов, - хотя нет, останьтесь. Вон выйду я. Только возьму кое-что...
   Он заметался по комнате, хватая всё, что попадало под руку, на мгновение прижимая взятое к груди, затем - откидывая в сторону.
   Краем глаза он заметил, что Кейли испуганно вжалась в угол.
   - Подушку я сам куплю, зубную щетку - тоже... Фотографии? А ну их к чертовой матери! - Шуичи взмахнул рукой, сметая на пол всё стоящее на полке, - книжонки свои пусть вам на ночь читает... Одежда?
   Шуичи метнулся к спальне, но по дороге передумал:
   - Одежду другую куплю, а вот чашку свою заберу...
   Через несколько минут гостиная и кухня выглядели так, словно по ним прошелся тайфун. Вбежав в очередной раз в комнату, Шуичи с наслаждением грохнул об пол фарфоровую статуэтку.
   - Каким же я был идиотом всё это время! - от отчаянного крика задрожали стекла. - Этот расчетливый гад просто-напросто использовала меня! А когда натрахался вдоволь - выкинул, словно порванный башмак! Да лучше б я в подворотне сдох, чем...
   Юки вылетел в гостиную, совершенно не думая о том, что он делает.
   - Немедленно прекрати громить мой дом, кретин!
   Возникла немая сцена. Эйри только сейчас понял, что наделал. Ведь собирался не показываться на глаза парню, ведь именно сейчас Шиндо делает именно то, что от него и требуется: уходит.
   Так почему же он, Юки Эйри, застыл между Шуичи и выходом?..
   Он оглядел разгромленную гостиную, перевёл взгляд на ошарашенную Кейли:
   - Извините, Кейли-сан, обычно моя квартира выглядит более пригодной для приёма гостей.
   Взгляд против воли вернулся к Шуичи, сжимавшему в руках очередную безделушку:
   - И поставь на место эту статуэтку, пока не грохнул и её. Ты совершенно не умеешь себя вести.
   Шиндо замер. Затем медленно обернулся, вгляделся в родные, до боли знакомые глаза. И вдруг понял, что в этом доме ему больше делать нечего. Ибо увидел в глазах Юки то, чего никогда не ожидал.
   Презрение.
   - Прости, что разнес твой дом, Эйри-сама, - слова почему-то дались очень легко, - я завтра же возмещу все убытки, только доберусь до банка и переведу нужную сумму на твой счет.
   Юки почувствовал, что еще немного, и он просто ударит этого недоумка. Он заставил себя разжать кулаки, нарочито небрежно оперся рукой о дверь. Бумажка спланировала на пол.
   - Ты думаешь, что у тебя на счету хватит денег расплатиться за этот бардак? Ладно, считай это подарком тебе: можешь не возмещать убытки. Главное, не создавай новых. Если ты устроишь подобное на студии, боюсь, что твой кошелек уже ничто не спасет.
   Всё. Дальше оставалось только смотреть, как обида на лице Шуичи сменяется откровенной ненавистью. Сердце Юки колотилось так, что могло, кажется, сломать ребра, но взгляд оставался жестким. Многолетний контроль не давал вырваться наружу чувствам, и сейчас Юки, как никогда, был благодарен этой давней привычке.
  
   - Ах ты... - Шуичи не сразу понял, почему Юки так внезапно отшатнулся. Только почувствовав, как горит ладонь, он осознал, что дал Эйри пощечину. - Да как ты можешь?!
   Удары сыпались один за другим. Юки схватил Шуичи за руки, сжал. Почти против воли притянул его ближе к себе: глаза в глаза - ненависть и боль. А что видит в его глазах сейчас Шиндо? Эта мысль заставила Юки одним рывком откинуть от себя Шуичи. Он даже не понял, насколько сильно оттолкнул, пока не услышал грохот и не увидел падающий на Шуичи шкаф с книгами.
   Дальше все развивалось в доли секунды, но Эйри показалось, что прошла вечность, прежде чем он выдернул из под сыпавшихся книг Шуичи, отшвырнул в сторону и отскочил сам. Шкаф рухнул. Юки провел с силой ладонью по лицу: щеки горели не только от ударов.
   - Убирайся, - голос был похож на воронье карканье, - убирайся вон, пока я сам не убил тебя!
  
   Вот и всё. Так просто, Шуичи: пока тебя не убили, уйди с дороги.
   Так просто? Так сложно...
   Тяжеленный том Шекспира сам собой лёг в руку и, заставив её подняться, полетел в голову Юки.
   Эйри автоматически уклонился от летевшей в голову книги. Стекло у него за спиной жалобно зазвенело и рухнуло. Часть осколков долетели до лица Юки, но он не чувствовал боли. "Может быть, было бы лучше, если бы ты попал в меня, Шуичи".
   - Почему же ты раньше меня не прогнал?! Пока еще не было поздно?! Ненавижу тебя, ненавижу! - срывая голос, кричал Шуичи. На Юки он не смотрел. Не то, чтобы боялся, а просто не мог. Казалось, что если он еще, хоть на секунду, увидит этот уничтожающий взгляд, он попросту умрет. Прямо здесь и сейчас. - Хотя, ты же всё равно не станешь мне ничего объяснять...
   По лицу и шее текло что-то тягучее и тёплое. Шуичи машинально вытер это подвернувшейся под руку бумажкой, тяжело поднялся, и, шатаясь, поковылял к выходу. Выйдя на улицу и завернув за угол, Шуичи сел на землю, привалившись спиной к щербатому кирпичу, и в полный голос завыл.
  

***

   За Шиндо захлопнулась дверь. Юки автоматически подошел к порогу, накинул на замок цепочку. Повернулся, оглядел то, что еще утром было уютной гостиной. Прошелся по комнате, подбирая какие-то бумажки, положил их на стол. Поднял стул, поставил его и сел. Хотелось закрыть глаза и ни о чём больше не думать. По щеке что-то текло. Юки потер её, поднес руку к глазам: на пальцах была кровь. Эйри несколько секунд тупо смотрел на красные капли, а потом расхохотался.
   - О Господи! Мистер Эйри, с вами все в порядке? - Кейли обнаружилась под столом. - Вам плохо? Вам помочь?
   Девушка выбралась наружу и подошла к Юки.
   - С вашего позволения, я сделаю вам чаю, - она двинулась в сторону кухни, в глубине души надеясь, что она пострадала меньше, чем гостиная.
   Через некоторое время Кейли появилась в гостиной с подносом. Первое, что она увидела, - вздрагивающую спину Юки.
   - Выпей, пожалуйста. Это успокаивает, - Кейли протянула ему чашку с чаем.
   Юки попытался взять чашку. Сделать это удалось только двумя руками, потому что руки тряслись. Отпил.
   - Спасибо тебе, Кейли. Очень кстати. Как раз хотелось чаю.
   Он обвел взглядом комнату.
   - Тебе не очень досталось? Иди-ка сюда.
   Он поставил чашку, внимательно осмотрел девушку. Взял в ладони её лицо, повернул к свету - показалось, что кровь.
   - Вроде всё в порядке.
   Он отпустил Кейли, отвернулся в сторону. Её присутствие не раздражало, не мешало, в чем-то даже помогало. Если бы в комнате не было постороннего человека, пожалуй, он бы продолжил дело Шуичи и догромил бы комнату окончательно.
   "Надо же, оказывается, этот стервец все же умудрился на меня повлиять", - усмехнулся про себя Эйри.
   - Ну что, Кейли-тян, поможешь мне теперь с реконструкцией квартиры? Хотя, кажется, проще съехать отсюда в другое место, чем приводить в порядок это.
   - Действительно, проще найти другое жилье, - девушка оглядела комнату и слабо улыбнулась.
   Юки поднялся, направился было обратно в спальню, но вдруг побледнел.
   "Записка!" - молнией пронеслось в голове.
   Он порылся в карманах - пусто, огляделся. На полу у двери валялся смятый белый конверт. Юки кинулся к нему, развернул. Пусто.
   Анонимки не было.
   - Вы что-то потеряли? Вам помочь? - Кейли присела на корточки рядом с Юки.
   Ее лицо оказалось неожиданно близко к нему. Настолько близко, что она смогла разглядеть золотистые насмешливые искорки в любимых глазах. На какой-то миг ей стало стыдно - только что у нее на глазах насмерть разругались два любящих друг друга человека. Пользоваться этой ситуацией было неправильно, недостойно и попросту низко... Но устоять перед искушением она не смогла.
   Замирая от страха, коснулась губами плотно сжатых губ Эйри.
   Юки застыл. Потом осторожно обнял Кейли за плечи, отодвинул от себя. Всмотрелся в широко раскрытые глаза. На ресницах блестели слезы. Юки осторожно провел по ним пальцем, стирая соленые капли, потом коснулся щеки.
   - Кровь. Ты всё-таки поранилась?
   А потом... Да, он был неправ, он сам сознавал, что неправ, что нельзя так поступать с ней, с самим собой, но в тот момент он не смог отказать себе в удовольствии поцеловать ее. Нежно, ласково, чуть касаясь губами её рта.
   Мысль о потерянном письме настойчиво колотилась в сознании: неважно, что он потерял бумагу - слова навеки были запечатлены в его памяти. И страх за Шуичи, который терзал его все эти дни, отступил вместе с уходом Шиндо. Пусть у него самого болит в груди, пусть ему самому будет плохо и больно, пусть.... Лишь бы Шуичи был в порядке. Несчастный, злой, ненавидящий его, но... живой.
   А самому Юки сейчас давали почувствовать, что и он жив, что и его сердце ещё бьется.
   Замирая от восторга, Кейли позволила себе поддаться порыву, продлить поцелуй. Это было совершенно неожиданно и так ... прекрасно. Еще чуть, хотя бы на миг... Внезапно чудо закончилось: Юки отстранился.
   - Простите меня, Кейли-сан, - Эйри подошел к разбитому окну. - Наверное, вам лучше уйти. Спасибо за помощь.
   - Конечно, Юки. Если ты хочешь, я уйду. Только... - она смущенно опустила голову и отвела взгляд, - я вижу как тебе плохо. Позволь мне - ну хоть ненадолго! - разделить твою боль...
   Кейли поднялась и, подхватив сумочку, двинулась к выходу.
   - Подумай об этом, Юки, - произнесла она, мягко прикрывая за собой дверь.
  

Глава 8.

  
   - Ну и что ты тут расселся, хлюпая носом? - Мика грозно стояла над Шуичи, уперев руки в бока. - Поднимайся, пошли. Будешь отчитываться, что ты еще натворил.
   Мика схватила раскуксившегося мальчишку за руку, подняла и потащила за собой, да так быстро, что тот едва успевал перебирать ногами.
   Дошли до бара. Мика буквально швырнула Шуичи на стул и села напротив.
   - Выкладывай.
   - Юки меня не любит, - хлюпнуло носом Ходячее Недоразумение, - и никогда не любил...
  
   На глаза опять навернулись слезы. Он глубоко вздохнул, пытаясь не разреветься, и тут же поморщился: давала себя знать сломанная рука. Шиндо бережным жестом погладил гипс, пытаясь унять саднящую боль. Что-то мешало. Он разжал ладонь и обнаружил в кулаке смятую, перепачканную кровью бумажку. Машинально убрав найденное в карман, он медленно поднял глаза на собеседницу.
   - Я спросила о том, что между вами произошло, - Шуичи показалось, что на лице Мики проскользнуло такое же презрение, какое он разглядел несколько раньше в глазах Юки, - а не о том, любит тебя Эйри или нет.
   - Юки меня выгнал... - хлюпнул носом Шиндо, - я домой пришел, думал - его нет, а потом эта девица заявилась... сказала, что она - его невеста ... И Юки ее поддержал! Мы с Юки ... - он хлюпнул еще раз и покраснел, - мы подрались и он ... он меня выкинул.
  

* * *

   Выйдя из студии, Хироши сообразил, что домой ему не хочется - ну просто совсем! - а потому, побродив немного по городу, он направился в ближайший известный ему бар.
   И каково же было его изумление, когда за барной стойкой он увидел Мику Сегучи, сидящую бок о бок... с Шуичи. Слегка оправившись от шока, Хироши, как ни в чем не бывало, подошел ближе:
   - Песню, значит, пошел писать?
   Не дожидаясь ответа (которого, впрочем, и не последовало), Накано заказал себе пиво и подсел рядом. По лицу друга он уже понял, что случилось нечто ужасное и, как всегда, это нечто связано с Юки Эйри.
   Мика раздраженно обернулась к Хиро:
   - Твой дружок вознамерился нас сегодня окончательно доконать! Я его спрашиваю, что с моим братом - он мне тут сопли по столу развозит! Ну выгнал... в первый раз, что ли?.. Что вы оба такие странные? И кстати, Хироши, куда подевался Тома? - под конец голос Мики сорвался на визг, - да что сегодня со всеми происходит?!
   Хиро пожал плечами:
   - Тома покинул студию еще несколько часов назад. Куда он направился, вряд ли известно кому-то, кроме него самого, - он сделал глоток пива, - насчет странностей... Что именно вам кажется странным? По-моему, все как всегда...
   Мика отвернулась и полезла в сумку за пудреницей, посмотрела на себя в зеркальце и разговор продолжила уже спокойно:
   - Если Эйри его, - пренебрежительный кивок в сторону съежившегося Шиндо, - и вправду, выгнал, то явно за дело!
   Гитарист Bad Luck слегка улыбнулся:
   - Вряд ли я могу что-то сказать о вашем брате: его вкусы и пристрастия меняются слишком быстро, чтобы за ними поспевать. Еще вчера все было в порядке, а сейчас он Шуичи выгнал, заявив, что женится... И после этого вы говорите о нашей ненормальности!
   - ЧТО он делает?! - Мика с треском захлопнула пудреницу. - Эйри не может жениться! Это чушь какая-то!.. Что бы он там ни говорил, но этого кретина, - очередной кивок в сторону Шуичи, - он любит! Я это точно знаю!
   Она качнулась на стуле, отпила мартини.
   - Бред! Все, точно, с ума посходили! Кажется, с Эйри опять что-то случилось ... но что? Придется искать Тому.... - Мика полезла в сумку за телефоном
   Накано, еще раз пожав плечами, философски заметил:
   - Может, ваш брат его и любит, но делает все, что бы этого не видел никто. Включая самого Шуичи. - Он немного помолчал, смакуя очередной глоток пива. - Чтобы опять ввязаться в историю с невестой и свадьбой, должна была быть веская причина, которую Эйри естественно никому не скажет и решит разобраться во всем сам.
   - Веская причина? - Мика перестала яростно тыкать по кнопкам несчастного телефона. - Эй, а у тебя явно мозги в голове есть! Действительно, должна же быть причина... Интересно... Если дело не в поступках этого ротозея, - она мотнула головой в сторону все еще хлюпающего носом маленького певца, - значит, дело в самом Эйри. До сих пор все было нормально, значит - что-то случилось...
   Она швырнула телефон на стол, аппарат поехал в сторону Хиро и свалился на пол.
   - Надо что-то делать. Ладно, забирай своего друга, тащи его куда-нибудь подальше от Эйри. А я попробую достучаться до Томы. - Мика вскочила со стула, кинула Хиро визитку, - Вот мои телефоны. Выяснишь что-нибудь - звони. Понадобишься мне ты, - я тебя сама найду. - Молодая женщина оценивающе оглядела Хироши с головы до ног. - А ты ничего, парень.
   Она присела у его ног. Хиро чуть не поперхнулся от такого откровенного разглядывания своей персоны: взгляд прошелся по нему теперь снизу вверх, на лице ее появилась странная улыбка.
   Она подобрала телефон, и через секунду только белый прямоугольник на столе напоминал о том, что Мика Сегучи тут вообще была.
   Проводив жену босса взглядом и улыбнувшись каким-то своим мыслям, Хироши сосредоточил внимание на поникшем Шуичи:
   - Ну что? Идем домой или предпочитаешь здесь сопли глотать?
   - Домой? - розоволосое несчастье в который раз хлюпнуло и уныло откликнулось. - Из дома-то меня как раз и выставили... И после всего произошедшего обратно вряд ли пустят... - и тут его осенило, - но мы же можем пойти к тебе!
  
   Светловолосый парень, сидящий за соседним столиком, внимательно прислушивался к их разговору.
  

* * *

   - Вот только с песнями я не знаю, что делать... - сказал Шуичи, когда они вышли из бара. - Понимаешь, я пишу, как могу ... как чувствую и вижу... Я же не могу специально писать иначе!
   Сорвавшись с места, он обежал Хиро вокруг и взволнованно продолжил:
   - И вообще, я не понимаю, почему господин Тома устроил это ... это ... - он запнулся, с видимым трудом подбирая нужное слово, - это ... соревнование между мной и Рюичи. Ни к чему хорошему оно не приведет! Не лучше ли было бы сделать так, чтобы мы вместе работали?! Зачем было нас сталкивать?!
   Пожав губы, певец бросил негодующий взгляд на воображаемого Тому.
   Хироши сощурился:
   - Писать вместе с Рюичи? И как ты себе это представляешь? Не смотря на то, что у вас схожие стили, ваши взгляды на мир абсолютно разные! Ты первый не выдержишь и начнешь писать свое... Чего и хочет от тебя Тома! От тебя же не требуют радикальных изменений, просто хотят что-то новое, - Хиро замолчал и посмотрел на Шуичи, краем взгляда улавливая следующую за ними тень.
   Накано и раньше заметил этого типа, но не придал этому значения. Сейчас же было явственно видно, что тот их преследовал. Но вот зачем?
   - Знаешь, Шуичи, - Хироши слегка подтолкнул друга вперед,- думаю, что идею с совместной песней не стоит отбрасывать просто так. Надо попробовать: вдруг, действительно, получится что-то новое? Правда для этого и тебе, и Рюичи придется пожертвовать некоторыми своими принципами...
  
   Преследователь, проводив ребят до дома, записал что-то в блокноте и скрылся.
  

Глава 9.

  
   Юки Эйри сидел в гостиничном номере, быстро набирая текст на ноутбуке. В конце концов, сдачу книги ему никто не отменял. Только вот книга из-под его "пера" выходила весьма необычной... Изначально он задумывал очередной любовный роман с кровавой интригой и привычными героями - романтически настроенной девушкой и сильным, молчаливым мужчиной. Последние события изменили все: прежняя книга так и осталась в набросках, а Эйри с пугающей его самого быстротой набирал совершенно другой сюжет. Главного героя его книги звали Китазава.
  
   Он не заметил, что наступил вечер. В дверь осторожно постучали:
   - Уесуги-сама, ваш ужин.
   - Да-да, - не отрываясь от компьютера, Юки махнул рукой. - Поставьте там.
   Горничная поставила поднос на стол и испарилась.
   Ужин остыл, и за окном давно наступила ночь, когда Юки, наконец, поставив последнюю точку, откинулся на спинку кресла. Оставалось позвонить своему агенту и вручить ему новую книгу. Название к ней у Эйри уже было.
   - Интересно, как отреагирует Маки, когда увидит мое новое творение? - усмехнулся вслух Эйри. - По крайней мере, о том, что это автобиография, она вряд ли догадается.
   Юки поднялся из-за стола, потянулся, съел холодный ужин и рухнул в постель. Сегодня никакие сны ему не снились. На экране ноутбука мерцали финальные строчки его нового романа: "Надпись на могиле гласила: Здесь лежит тело Юки Китазавы. Надеюсь, его душа унеслась в небеса. На лежащие на плите розы медленно падал снег".
  
   Утром Юки проснулся от шума дождя: за окном был настоящий ливень. Эйри встал, вышел на балкон. Дождь был такой сильный, что капли заливали лицо. Юки несколько минут постоял под дождем. Вода смывала усталость прошлого дня, боль с души. Казалось, под струями весь мир становится чище... Или так казалось только ему одному?.. Сейчас под дождем все его проблемы, страхи, казались такими мелкими, неважными, пустяковыми.
   Юки мог бы долго так стоять, но в комнате зазвонил телефон.
   Звонила Маки, агент Эйри, и желала немедленной встречи. Она явно прочитала высланный накануне текст новой книги и рвалась поговорить. Юки договорился встретиться с ней за завтраком в гостиничном ресторане.
  

***

   Маки сидела за угловым столиком в ресторане и, нервно стуча пальцами по столу, смотрела то на часы, то на входную дверь: Юки опаздывал, что совсем было на него не похоже. Обычно это ему приходилось ее ждать, а теперь, сидя здесь, женщина в первый раз поймала себя на мысли, что начинает волноваться. Текст, который Юки ей выслал, разительно отличался от предыдущих его творений, чем вызвал ее искреннее удивление. Она ни чуть не сомневалась, что книга разойдется на ура, - все-таки Эйри уже небезызвестный автор и его произведения скупаются только из-за одного имени, но... не вызовет ли это его новое произведение ненужных вопросов и сплетен, которые буквально липнут к нему. Уж кто-кто, а репортеры точно зацепятся за это необычное произведение!
  
   Юки вошел в ресторан, к нему подлетел менеджер:
   - Эйри-сан, вас уже ждут.
   Эйри кивнул. Менеджер подвел его к столу, где уже сидела Маки. Юки уселся напротив нее и, поздоровавшись, заказал завтрак.
   - Опаздываешь, - недовольно буркнула Маки, рассматривая Эйри сквозь темные очки. - Можешь мне объяснить, что все это значит? С чего вдруг такие резкие перемены в книге?
   Юки демонстративно посмотрел на часы:
   - Не так уж я и опоздал. А ту книгу, которую я начал раньше, я еще допишу. Что тебя так удивляет, Маки? Разве не ты недавно советовала мне несколько сменить стиль повествования? Или тебя что-то не устраивает? - он отпил принесенный официантом кофе, взялся за бутерброд.
   - Юки Эйри последовал чьему-то совету? - Маки удивленно приподняла бровь. - Я даже не знаю, что для этого должно было случиться. Конец света как минимум.
   Женщина немного помолчала, поджидая, пока писатель доест свой бутерброд.
   - Я слышала, что ты ушел из больницы и сейчас никто не знает, где ты находишься. Что случилось, Эйри? Почему ты прячешься? Только не говори, что из-за книги - время еще есть.
   - Книга уже написана, Маки. - Голос Юки был спокоен и холоден. - Что до места моего нахождения, то можешь объявить на следующей пресс-конференции, что знаменитый писатель Юки Эйри, - губы скривились в недоброй усмешке, - расстался с известным певцом Шуичи Шиндо, и был вынужден переехать в гостиницу, дабы избежать встреч с неугодным ему больше любовником.
   - Таким уж неугодным? - улыбнулась одними уголками губ Маки. Может она и не была очень хорошо осведомлена о его личной жизни после того, как он стал жить вместе с Шуичи... А этого ей было вполне достаточно, чтобы сделать определенные выводы. - Очень жаль это слышать, вы неплохо смотрелись вместе. Что же такого могло случиться, что ты так резко его разлюбил? - Маки специально сделала ударение на последнем слове.
   Юки приподнял правую бровь:
   - Разлюбил? Маки, ты чересчур романтично воспринимаешь действительность. Да, какое-то время этот мальчик был мне интересен, но не более того. Давать развернутую пресс-конференцию по этому вопросу я не намерен. И эту тему считаю закрытой. Меня больше интересует, что ты скажешь о книге.
   - Романтична? - Маки пожала плечами. - Если ты не забыл, то я все еще женщина, и то, что я твой агент этого не изменит. - Она улыбнулась. - Я не буду лезть в твою жизнь, Эйри, но у тебя есть время подумать. До официальной презентации книги пресс-конференций не будет. Сейчас вполне достаточно шумихи, касающейся твоей внезапной госпитализации и еще более внезапного исчезновения.
   Юки кивнул и принялся доедать яичницу.
   - Что еще нужно от меня до выхода книги, Маки? Если тебя интересуют мои дальнейшие действия, - я намерен найти себе нормальную квартиру, желательно подальше от центра города, и немного отдохнуть.
   - Просто будь на связи, этого будет вполне достаточно. Остальное я сделаю сама. - Маки отпила из кружки уже успевшей остыть кофе и посмотрела на часы. - У тебя еще что-нибудь есть ко мне?
   Юки отрицательно помотал головой:
   - Спасибо. Больше ничего. Ах да, Маки... С сегодняшнего дня у меня новый номер мобильного. Не давай его никому, - Юки вынул из кармана бумажку с номером, протянул агенту.
   Маки ушла. Писатель остался сидеть за столом.
   "До выхода книги. А дальше?.. - Юки усмехнулся. - А дальше все будет как прежде. Пора возвращаться к реальности, Эйри. Сон кончился".
  

Глава10.

  
   Тома Сегучи одиноко стоял в студии, наигрывая на синтезаторе какой-то нелепый мотив. Звуки никак не хотели складываться в мелодию, но он упорно продолжал извлекать какофонию из несчастного инструмента.
   Музыка всегда помогала главе NG думать. Вот и сейчас музыка выражала его мысли: запутанные и невнятные. Слишком много проблем сразу навалилось на Сегучи: совместный альбом Nittle Grasper и Bad Luck, исчезновение Юки Эйри, истерика Шиндо, и - видимо, для полного счастья! - Мика, решившая заняться собственным расследованием дел брата.
   Жену Тома не видел уже почти вторые сутки. Впрочем, последнее его волновало на данный момент меньше всего.
   Тома нажал на клавиши, извлекая из синтезатора очередной нестройный аккорд.
   Дверь приоткрылась и в щель просунулась голову Фуджисаки:
   - Привет, я не помешаю? Или ты работаешь?
   Нет, Сугуру идиотом не был, и ясно видел, что ничем особенным Тома не занят, но и дураком он не был тоже: на работе явно стоило хотя бы создавать видимость официальных взаимоотношений.
   Тома качнул головой и, прекратив терзать несчастный инструмент, отошел к окну:
   - Заходи. Ты что-то хотел или просто так зашел?
   - С тобой поговорить хотел, - плотно притворив дверь, Фуджисаки позволил себе перейти на доверительно-интимный тон разговора, - скажи, зачем ты устроил всю эту катавасию с общим альбомом? Да еще и в форме соревнования?! Это же явный провал для Bad Luck: мы попросту не в силах тягаться с таким монстром Nittle Grasper!
   "Пока не в силах", добавил он про себя.
   Тома улыбнулся:
   - Странно, что ты так низко оцениваешь группу, в которой играешь. Я не предлагал соревнования, я предложил всего лишь нашим певцам попробовать сотворить что-то новое. - Сегучи отвернулся от окна, в упор посмотрел на двоюродного брата. - Что тебя не устраивает, Фуджисаки? Ты не хочешь больше играть в Bad Luck, потому что придется стоять на одной сцене со мной?
   Тень - легкая, почти неразличимая невооруженным глазом, - пробежала по лицу Фуджисаки и скрылась за непринужденной улыбкой:
   - Что ты! Мне очень нравится в Bad Luck! Я очень благодарен, что ты дал мне этот шанс! Просто... - он на мгновение задумался, но тут же, так же непринужденно продолжил, - я реально оцениваю наши силы и хотелось бы избежать провала, невыгодного для всех - и для Bad Luck, и для Nittle Grasper, и для тебя лично - как главы корпорации, человека, который все это финансирует и может понести, - клавишник наивно хлопнул ресницами, - материальные потери. Я не верю, что ты не понимаешь: в том состоянии, в котором сейчас находится Шуичи, он не то, что хит написать ... он две строчки срифмовать не в силах! И коль уж ты запустил проект, значит, у тебя есть какие-то серьезные основания для этого. - Улыбка Фуджисаки стала еще теплее. - Вот только не надо говорить мне про новое слово в музыке и про прорыв в новые области. Не поверю.
   Суругу перевел дух и добавил:
   - Ты знаешь, я никогда не лезу ни в свое дело. Просто, если вдруг будут лететь головы, я бы хотел заранее убрать свою из-под обстрела. В конце концов, я же твой брат.
   Тома улыбнулся:
   - Не волнуйся так. Ничьи головы не полетят. Просто я счел, что в сложившейся ситуации Шуичи надо отвлечь от личных проблем проблемами, так сказать, общественными. Впрочем, - Тома погладил брата по голове, - если хочешь, песню можешь написать ты. У тебя неплохо получалось.
   Он сел в кресло:
   - Пойми, Фуджисаки, сейчас я, как глава корпорации, должен думать о том, чтобы выпустить хороший альбом. Альбом, который станет сенсацией. Nittle Grasper - прекрасная группа, но она - уже легенда. Bad Luck же еще набирает обороты. Так что совместный альбом может стать неплохой стартовой ступенькой для обеих групп.
   Тома серьезно поглядел на брата:
   - Только вот ... тебя ко мне привело не беспокойство за Шиндо. Что же тебя тревожит, брат?
   Тома Сегучи очень редко называл Фуджисаки братом.
   Фуджисаки вмиг сделался серьезным.
   - Не знаю, стоит ли мне говорить об этом... Но мне до чертиков надоело быть в Bad Luck на вторых ролях, постоянно закрывать чьи-то дырки и оплошности. Ты сам не раз утверждал, что у меня огромный потенциал, что я не менее талантлив, чем этот Шиндо... Так почему же он считается звездой? Почему все вечно терпят его истерики, потакают его капризам?!
   Сугуру откинул волосы со лба и медленно вдохнул, стараясь успокоиться.
   - Прости, что я вываливаю это все на тебя, Тома, но ты же знаешь, мне больше не к кому пойти с вопросами. Я не хотел ругать Шуичи, я искренне его люблю, - голос Фуджисаки звучал убедительно и искренне, ни одна нота не выдавала клокочущей внутри ярости и раздражения, - и хочу для Bad Luck самого лучшего будущего, но ... я не уверен, что успех Bad Luck непременно связан с Шиндо. Он же слишком нестабилен, у него что ни неделя - то истерика. А у группы сейчас не тот статус, чтобы позволить себе хоть что-то, могущее повлечь за собой отрицательные отзывы...
   Фуджисаки на мгновение замолк, и, добавив трепета в голос, закончил:
   - Ты серьезно предлагаешь мне писать песни вместо этого неврастеника? В случае успеха могу ли я рассчитывать на твою поддержку и закрепление своего положения в группе?
   - Так вот в чем дело, - медленно произнес Тома, разглядывая Фуджисаки, как редкостное насекомое под микроскопом. - Интересно. Значит, тебя тяготит место простого клавишника. Интересно. - Голос Сегучи напоминал сухой лед. - Что ж, Фуджисаки Сугуру, я предлагаю тебе создать свою собственную группу. Как видишь, я даю тебе возможность не связываться с Шиндо, а самому создавать свой бренд. К твоим услугам будут и продюсер, и менеджер. Но сначала ты предъявишь мне созданную тобой группу и песню. Если ты готов попробовать себя в сольной программе, - Тома улыбнулся так, что даже синтезатор качнулся в сторону, - то я и тут готов тебе помогать... Фуджисаки, я освобождаю тебя от необходимости работать в Bad Luck.
   - Ты как всегда меня не услышал и не понял. - Фуджисаки пожал плечами, стараясь казаться ничуть не огорченным. - Впрочем, ты всегда отличался некоей прямолинейностью... Что ж, Сегучи-сан, я не могу пренебречь распоряжением руководства. Я ухожу. Никакой помощи мне не надо.
   Сугуру круто развернулся на пятках и хлопнул дверью.
   Тома вздохнул и пошел следом. Он поймал Фуджисаки уже на выходе из коридора и, схватив за руку, оттащил обратно в студию, усадил на стул. Все это он проделал, не обращая ни малейшего внимания на вопли брата. Закрепив Фуджисаки в кресле, Тома внимательно посмотрел на него:
   - Извини, Фуджисаки-тян. Похоже, я тебя неправильно понял. Объясни, чего же ты все-таки хочешь?
   Сугуру, откинувшись на спинку кресла, воззрился на брата взглядом, в котором явно проскальзывало недовольство.
   - Я уже говорил, чего хочу. - Спокойно сказал он. - Но, наверное, я не очень понятно выразился. Так вот, я хочу работать нормально и спокойно. Хочу, чтобы мы добились не просто успеха, а настоящего признания. Причем устремления свои я связываю именно с Bad Luck: я успел привыкнуть и привязаться к группе. Единственное, что меня немного напрягает... - голос Фуджисаки слегка дрогнул, - поведение Шуичи. Я уже говорил, что он нестабилен, эмоции захлестывают его целиком и бьют через край. Ты, наверное, и сам помнишь, что уже не раз и не два выпуск новых синглов оказывался под вопросом. Причем именно по его вине: то у него была депрессия, то - ссора с Эйри-саном, то - примирение, не менее бурное, чем ссора. А результат один - он не в состоянии работать! И мы почти каждый раз оказываемся на грани срыва сроков. А с него все - как с гуся вода! Вот что мне не нравится. Бесспорно, он замечательный вокалист, и песни у него до сих пор были просто прелестны, но... Нельзя же всю жизнь жить под дамокловым мечом! Одним словом, мне хотелось бы тоже попробовать себя в этой непростой профессии. Не в обход Шуичи, нет! Не нарушая его интересов. Просто... я очень опасаюсь, что в один прекрасный момент он все-таки нас подведет. И мне хотелось бы заранее быть готовым к этому и иметь хоть что-то в загашнике. На всякий случай.
   Тома с интересом посмотрел на него:
   - Какая интересная идея, Фуджисаки! Почему бы и нет? Ты прав, Шиндо ненадежен. Что ж, брат, я полностью поддерживаю тебя в этом вопросе. Основные песни Bad Luck ты знаешь, так что дело за малым - сегодня вечером запишем пробы. Да, и пожалуй, стоит позвать на эту запись Сакано.
   Тома явно уже что-то начал прикидывать в уме.
   - Я надеялся, что ты меня поймешь. - Фуджисаки счел уместным улыбнуться. - В конце концов, если я вдруг окажусь неправ, и эта запись не пригодится... Никто же не пострадает, так?.. Мы же просто перестраховываемся на всякий случай.
   Фразы звучали абсолютно естественно и открыто, так, словно они пришли на ум Сугуру ровно полминуты назад. А про длительные репетиции перед зеркалом рассказывать брату было явно необязательно.
  

Глава 11.

  
   Хироши проснулся ни свет, ни заря и уже два часа слонялся по квартире, как неприкаянный, стараясь, впрочем, сильно не шуметь, дабы не разбудить Шуичи: очень уж хотелось, чтобы никто не доставал его воплями и нытьем еще хотя бы пару часов... Откопав в груде листов блокнот и ручку, Накано уселся на краю кровати и принялся неспешно вырисовывать какие-то аккорды. Единственное, что ему сейчас требовалось, - тишина и покой.
   Звонок в дверь прозвучал подобно выстрелу.
  
   Мика усиленно жала на кнопку звонка. Если бы кто-нибудь спросил ее, что ей здесь понадобилось, внятного ответа он бы не услышал. Впрочем, парочка дежурных вопросов к Накано у нее все же была.
   Хиро, совсем не ожидавший гостей, аж подпрыгнул от неожиданности и с молниеносной скоростью бросился открывать.
   - Мика-сама? - Накано удивленно уставился на стоявшую на пороге женщину.
   Минуты три Мика в упор разглядывала Хиро.
   - Ну, хоть ты не пропал, - язвительно произнесла она, наконец, - это какое-то поветрие: Эйри, твой ненормальный дружок, Сегучи...
   - Мне пропадать некуда, - улыбнулся Хироши.
   Мика топнула ногой:
   - Так и будешь столбом стоять в дверях, или пригласишь меня войти?
   - Здесь слегка неубрано. Извиняюсь. - Пожал плечами гитарист, отходя от двери и пропуская девушку вперед. Он оглянулся, опасаясь, как бы их голоса не разбудили Шуичи.
   Но в соседней комнате было тихо, и он сделал вывод, что Шиндо продолжает дрыхнуть.
   А зря.
  
   Сладко посапывающего Шуичи разбудили разговор, доносящийся из соседней комнаты. Подняв голову, он прислушался. Хиро и ... Мика?! Шиндо удивился. Он и предположить не мог, что эти двое поддерживают какие-то отношения. А судя по непринужденному тону беседы...
   Тут ему стало любопытно. Он тихонечко поднялся с дивана, и, прильнув к щелке в приоткрытой двери, стал внимательно следить за происходящим.
  
   Мика вошла, оглядела комнату:
   - Прямо ностальгия возникает. По студенческим годам. - Скинув с кресла на пол рубашку Хироши, она села. - Когда там у вас концерт? Вы к нему вообще готовы?
   Хиро задумчиво глядел на гостью, не произнося ни слова и гадая, что ей могло здесь понадобиться. Догадок было много, но вычислить единственно правильную никак не удавалось.
   - Что ты застыл? Иди сюда! - женщина указала пальцем на соседнее кресло, также заваленное вещами кресло.
   - Мне и тут неплохо, - вежливо улыбнулся Накано. - Так все-таки, Мика-сан... Вы же не из-за концерта сюда пришли. Так почему?
   - Поговорить, - закинув ногу на ногу, Мика неторопливо покачивала туфелькой. - Решила лучше узнать окружение своей семейки.
   - И каким же боком я в нее вхожу? - поинтересовался Хироши, облокачиваясь на стену и не сводя с гостьи удивленного взгляда.
   - Боком? - Мика приподняла изящную бровь, став на мгновение очень похожей на брата. - В семью ты точно не входишь. - Она рассмеялась так, будто сказала что-то очень непристойное. Потом посерьезнела. - Ты дружишь с этим недоумком, Шиндо. Ты, лучший гитарист NG. И не смотри такими выпученными глазами - это Тома сказал. Ты прекрасно видишь, что творится кругом, но не лезешь в это безобразие.
   Мика встала и, пройдясь по комнате, остановилась нос к носу с Хироши:
   - В сложившейся ситуации именно ты можешь рассуждать спокойно и непредвзято, потому что тебя вся эта заварушка напрямую не касается. Разве не так? - Ее лицо было совсем рядом с лицом Накано.
   Тот буквально вжался в стену:
   - Каких рассуждений Вы от меня ждете? Я еще вчера сказал все, что об этом думаю, - ему отчего-то стало вдруг очень жарко. Стремясь увеличить дистанцию, он попытался отодвинуться, но рука Мики, замершая всего в нескольких сантиметрах от его головы, не дала ему улизнуть.
   Между тем Мика, не замечая, что прижала несчастного Накано к стенке, продолжала:
   - Ты вчера нагородил много ерунды, но по делу не сказал ничего! Пока я поняла только то, что мой брат расстался со своим любовником, которого вроде как даже любил. А Тома зачем-то устроил между вашими группами соревнование. И ты утверждаешь, что тебе нечего мне сказать о причинах происходящего? Даже идей никаких?.. - тут до нее дошло, что его глаза и губы находятся довольно близко от ее собственных... Она замолкла на полуслове, боясь даже вздохнуть.
  
   Наверное, Хиро покраснел. Вообще-то он любил Аяку, но ... когда находишься вблизи от такой женщины, все отступает на задний план. Ну, по крайней мере, мысли отступают точно... Проведя рукой по щеке Мики, Накано осторожно приподнял ее лицо и поцеловал.
   Мика вздрогнула: так ее не целовали давно. Нежно и ласково, словно она была чем-то очень хрупким. Если честно, так ее не целовали никогда... Она непроизвольно подалась вперед.
   Поцелуй стал крепче.
   У Шуичи, старательно подглядывавшего в щелку, глаза вылезли из орбит и застыли где-то в районе лба. Он покачнулся и, дабы не упасть, ухватился за стену. Он не ожидал... Нет, не так: даже в кошмарном сне ему не могло привидеться, что его лучший друг будет клеить жену главы компании и сестру его любимого! На какой-то миг ему стало неловко, но...
   Да, любопытство оказалось присуще не только кошкам.
  
   Это длилось, казалось, целую вечность. Вечность, которую так не хотелось прерывать... Оторвавшись от губ Мики, Хироши мягко отстранил ее от себя и, уже без всякого стеснения, посмотрел ей в глаза.
   - Извини. - Накано старательно пытался подобрать нужные слова, но в голову усердно лез какой-то бред. - Наверное, мне не стоило.....
   Мика молча отошла в сторону, стараясь не глядеть на Хиро. Чувства, которые вызвал в ней этот случайный поцелуй, ей абсолютно не понравились. Открыв сумочку, она принялась что-то в ней разыскивать:
   - Если ты еще и извиняться будешь, я тебе голову оторву, - резкие слова контрастировали с необычайно неуверенным тоном. Казалось, она говорит больше по привычке.
   Минут пять прошло в молчании. Наконец, Мика сказала:
   - Я пойду. Дел много. Разгребай за вами всеми!..
   Она пошла к выходу. Дернула за дверь ручку. Та не поддалась.
   - Открой эту чертову дверь! - Мика даже ногой топнула, обернулась к Хиро.
   В глазах блеснули слезы.
  
   Хироши молчал. Наверное, впервые в жизни он не знал, как лучше поступить, что сказать и сделать... Поэтому он, все также молча, подошел к Мике и, обняв ее за плечи, снова поцеловал.
  
   Мика ответила на поцелуй так, будто от этого зависела вся ее жизнь: прижавшись всем телом к Накано и отдавшись на его волю... Глаза она не закрывала, поэтому ей удалось увидеть, как ошарашенная гримаса сползает с лица Хиро, уступая место ... счастью?
   А ее руки, тем временем, уже обнимали его, скользя по спине...
   И неизвестно, чем бы все это закончилось, если бы Хиро не вспомнил про спящего в соседней комнате Шуичи. Вряд ли тот обрадовался бы, увидев его с Микой...
   С видимым трудом оторвавшись от ее губ, Хироши прошептал:
   - Извини, - рука прошлась по лицу, убирая выпавшую из прически прядь, замерла около губ, - Шуичи может проснуться в любой момент, а ему ... ему сейчас и без нас хватает нервотрепки.
  
   Шуичи отошел подальше от двери и показательно захрапел.
  
   Мика потерлась щекой о руку гитариста:
   - Ладно, тогда я точно пойду. Но еще вернусь, - в ее голосе уже прорезались прежние повелительные интонации, - или ты ко мне придешь.
   Последняя фраза была сказана очень тихо.
   Проведя, напоследок, рукой по лицу Хиро, Мика Сегучи стремительно вышла из квартиры.

Глава 12.

  
   Услышав звук захлопывающейся двери, Шуичи подлетел к кровати, плюхнулся на нее и, повернувшись носом к стенке, сделал вид, что спит. Через пару минут, не слыша из соседней комнаты ни звука и уже начиная беспокоиться, он поднял голову с подушки, нарочито громко вскочил и закричал:
   - Хиро, я проснулся! Хиро, ты дома?
  
   Крик Шуичи вывел Накано из состояния странного оцепенения. Оторвав взгляд от уже давно закрывшейся двери, и тяжело вздохнув, Хироши направился на звуки голоса.
   - Орать не обязательно, тебя и так прекрасно слышно. Рад, что ты уже проснулся. Одевайся и дуй в ванную, завтрак скоро будет.
   Шуичи бодро вскочил с дивана и, на удивление тихо и покорно, помчался в ванну. Уже через пару минут он, умытый и сияющий, как начищенная до блеска сковородка, сидел за столом и болтал ногами.
   ...Уминая подоспевший завтрак, певец был поразительно молчалив. А проглотив последний кусочек, тут же ринулся к двери с криком:
   - Ну, все, я пошел, встречаемся вечером!
   - Сумасшедший дом, - выдохнул Хироши.
   Сегодняшнее утро было для него просто переполнено всякими неожиданностями. Сначала заявилась Мика, теперь Шуичи умчался со скоростью, завидной даже для спринтера... И ни один не потрудился хоть как-то объяснить свои действия! Похоже, лишь он остается не при делах...
   Вздохнув, Накано подошел к окну, ожидая, когда его друг выскочит из подъезда.
  
   Не чуя под собой ног, Шуичи вылетел из дома. Он спешил к Юки, точно зная, что ему сказать, будучи полностью уверенным, что они наконец-то помирятся...
   - Ох, простите, я вас не заметил! - Шиндо настолько спешил, что чуть, было, не сбил с ног курившего около подъезда высокого блондина, лицо которого ему почему-то показалось смутно знакомым. - Я не хотел, правда!
   Блондин затянулся сигаретой и чуть снисходительно усмехнулся, кивком давая понять, что не обиделся. Шуичи расплылся в улыбке и, стремглав, побежал дальше.
  

***

   Хиро равнодушно следил за удаляющимся Шуичи. Равнодушия его хватило ровно до тех пор, пока из тени подъезда не вышел светловолосый парень и не последовал за Шиндо.
   Вспомнился вчерашний вечер. Это же он, этот парень следил за ними вчера!
   "Но если тогда это могла быть случайность, то сегодня..." - Сорвавшись с места, Накано помчался к двери, надеясь догнать друга.
  

* * *

   Усами Аяка стояла на лестничной клетке, не решаясь позвонить в дверь. С одной стороны, она так и не смогла себе объяснить, что заставило ее примчаться в Токио - вот так, даже не позвонив, а с другой ... ей очень хотелось видеть Хироши. И теперь, мучительно смущаясь, она никак не могла заставить себя ни уйти, ни нажать, наконец, на кнопку звонка. В один "прекрасный" момент, - когда из квартиры выскочил Шиндо, - ей даже пришлось отскочить в дальний темный угол лестницы... Впрочем, парень пролетел площадку на всех парах, не заметив ее.
   Наверное, она бы так простояла еще долго, но тут дверь в квартиру опять распахнулась, и на лестничную площадку выскочил сам Хироши.
   - Накано-сан, я прошу прощения, что приехала без предупреждения... - вышло неуверенно и как-то слишком официозно, - но ты перестал мне звонить...
   "Она-то как тут оказалась?!" - Хироши удивленно уставился на девушку, еще не до конца веря своим глазам.
   - Аяка-тян? - Накано явно не знал, как лучше поступить: во взгляде то и дело проскальзывала неуверенность. - Что ты здесь делаешь?
   И от этого Аяка растерялась окончательно:
   - Я ... я так привыкла, что ты звонишь, привыкла к нашим разговорам. А тут ты неожиданно пропал, и я стала беспокоиться, и...
   Она замялась, не зная, как продолжить. Совсем не такой представлялась ей встреча с любимым: более теплой, более ласковой, что ли... И, даже не смотря на то, что в глубине его глаз она уловила некий отблеск радости, ей почему-то казалось, что Хироши сейчас совсем не до нее, что своим присутствием она отвлекает его от чего-то очень важного и серьезного...
   Поэтому она не нашла ничего лучше, как спросить:
   - Как твои дела, Хироши-сан?
   - Прости, - невпопад ответил Хиро.
   Его руки сами собой легли ей на плечи, губы расплылись в улыбке. Он был рад ее видеть, и радость эта увеличивалась вдвойне от мысли, что причиной ее приезда стал именно он, но... Всегда было это "но" - беспечное и розоволосое, нимало не смущавшееся тем, сколько времени и нервов окружающие тратят на решение его личных проблем.
   - Моя квартира в твоем распоряжении, - усилием воли Накано заставил себя оторваться от девушки, - попозже я тебе все обязательно объясню...
   Последние слова еще не успели замереть, когда подъездная дверь уже захлопнулась за ним.
   Аяка грустно посмотрела ему вслед и зашла в квартиру.
   "Как неудобно получилось! - с запоздалым раскаянием подумала она. - Я поставила Хироши в очень неловкое положение. Не стоило мне сюда приезжать".
   Она присела на краешек дивана.
   "Но, наверное, если я уйду сейчас, будет еще неудобнее".
   Аяка огляделась вокруг. Квартира, хотя и не отличалась особым порядком, но все же, была такой уютной, такой милой, такой ... "... похожей на Хиро-тяна", - подумалось ей, и она тут же залилась краской от собственной смелости.
   Пытаясь отвлечься, она принялась неторопливо осматривать комнату, запоминая расположение вещей и мельчайшие частички интерьера...
   Она решила, во что бы то ни стало, дождаться Хиро.
  

Глава 13.

  
   Шуичи замер в дверях квартиры, напряженно вслушиваясь в звенящую тишину. На первый взгляд, с момента его ухода ничего не изменилось. Все так же валялись разбросанные книги, подрагивая, звенели, разбитые стекла в окнах...
   - Юки... - позвал Шуичи.
   Никто не откликнулся.
   - Ю-юки... - отчаянно повторил он.
   Тишина, словно издеваясь, зазвенела еще пронзительней.
   Может, он не слышит? Или не хочет показывать, что услышал?
   Шуичи обошел комнаты. Никого.
   Может, он прогуляться вышел? Но тогда ... тогда в квартире был бы порядок! И... Затаив дыхание, Шуичи обернулся к рабочему столу.
   Ноутбука не было.
   Навернулись слезы, комната поплыла перед глазами.
   - Ю-ю-юки! - отчаянный, жалобный крик эхом разнесся по комнатам и замер. - Ну куда же ты ушел?.. Я же извиниться хотел... Я тебя люблю, я же не смогу без тебя!..
   Нет, безнадежно...
   Медленно развернувшись, Шуичи вышел.
   Улица встретила его шумом и гулом. Куда-то спешили люди, купались в теплых лужах довольные воробьи, гудели машины... Город жил своей жизнью, и ему не было никакого дела до огорчений застывшего на перекрестке заплаканного паренька.
  

* * *

   Светловолосый парень, на которого Шуичи налетел, выходя от Хиро, преследовал Шиндо до самого дома Юки.
   - Значит, вот как обстоят дела, Уесуги? Пытаешься меня обмануть? Не выйдет. - Прошипел он злобно.
   Блондин спрятался за угол и, дождавшись, когда опять Шуичи покажется в дверях дома, пропустил его вперед и двинулся следом.
   Они дошли до перекрестка.
   Машины неслись на бешеной скорости. Блондин подошел вплотную к Шуичи, пользуясь тем, что тот явно не замечает ничего вокруг себя. Он встал за спиной певца, выждал удобный момент:
   - Скажи спасибо Эйри, - прошептал он на ухо мальчишке, сильно толкнул его в спину и кинулся прочь. Визг тормозов почти оглушил, но он не обернулся до тех пор, пока не добежал до поворота, откуда его уже не могло быть видно.
  
   Шуичи почти ничего не успел понять. Внезапный толчок сбил его с ног и кинул под колеса проезжающего автомобиля. Тот, оглушительно засигналив, резко затормозил. Сильно приложившись головой об асфальт, Шиндо потерял сознание.
   Откуда-то издалека пробились взволнованные голоса:
   - Господин, с вами все в порядке? - спросил женский голос приятного тембра.
   - Ну как же в порядке, когда он головой ударился! - возразил ему мужской бас.
   - Неотложку надо вызывать, неотложку, пока не помер! - занудно запричитал старушечий фальцет.
   - А может, он уже помер?! - раздался еще один старческий визг.
   Шуичи осторожно разлепил глаза. Нестерпимо резанул свет, показавшийся вдруг чересчур ярким, промелькнули и расплылись в окружающей дымке какие-то тени... нет, лица. А где-то на краешке сознания отчаянно билась мысль, что он забыл что-то важное, что-то связанное с Юки...
   Он прислушался. Похоже, кто-то толкнул его под машину... Кто?.. Почему?..
   "Надо спросить у Юки! - мелькнула в разгоряченном мозгу шальная мысль. - Он всегда все знает... Ой, Юки же..."
   Додумывать не хотелось.
   "Значит, теперь - самому?!"
   Нет, невозможно, не получится же...
   Приподняться на локтях - Господи, ну почему же такой жесткий асфальт!- закашлявшись, сглотнуть набившуюся в рот пыль, и...
   - Спасибо, со мной все в порядке.
   Кажется, получилось.
  
   За углом несостоявшийся убийца раздосадовано ударил кулаком по стене:
   - Я еще доберусь до тебя, Уесуги.
  

* * *

   Шуичи удалось добрести до какой-то скамейки.
   "Было же что-то важное... важное... про Юки!" - Вспомнить никак не получалось. - "Что-то связанное с тем, что Юки меня..."
   Ну да, бросил. Хотя ни окончательно поверить, ни осознать это никак не удавалось.
   Теперь - самому справляться... Со всем справляться - и с жутко мешающимся гипсом, и ноющим телом, и с нестерпимо раскалывающейся головой... и с ответом на вопрос "почему?".
   Закружилась голова и на секунду стало нечем дышать. Затем, неожиданно удушливым показался запах раскаленного асфальта и выхлопных газов. Вспомнился резкий толчок, и исходящая паром тормозная колея у колес чудом остановившегося автомобиля.
   И тут на память пришли сказанные свистящим шепотом слова:
   "Скажи. Спасибо. Эйри".
   На мгновение показалось, что мир перед глазами закачался. Тошнота, перемежаясь с приступами тупой боли, подступила к самому горлу, заставив Шуичи согнуться чуть ли не пополам. Пытаясь прийти в себя, он потянулся было руками к лицу, но остановился, не донеся их и до половины: от рук тоже исходит тот же мерзкий запах горячего асфальта. Он вытер их о штаны. Не помогло. Тогда он принялся рыться по карманам, стараясь найти хоть что-то похожее на платок. Почему-то от этих простых, почти механических действий становилось легче.
   Рука нащупала в кармане нечто скомканное. Салфетка?! Нет, бумажка какая-то. Он машинально зажал шуршащий комок в кулаке и, вытащив наружу, удивленно уставился на найденное: на ладони лежал смятый, закапанный кровью листок...
  
   "Очень скоро самый дорогой для тебя человек умрет, и ты будешь знать, что в этом виноват только ты. Я убью его так же легко, как ты убил Китазаву".
  
   Сердце екнуло и болезненно сжалось. В первые секунды мозг просто отказался верить увиденному, а затем... Затем все встало на свои места.
   - Почему же ты молчал, Юки? - Шуичи казалось, что он кричит, однако с губ его слетал только едва различимый шепот, - Почему сразу не сказал?! Я бы... я бы сам ушел!..
   Шуичи замер, зарывшись лицом в колени. Он, вдруг, с нестерпимой ясностью понял, что у него есть только один выход - сейчас же уехать. Далеко. Так, чтобы никто - ни этот безвестный мститель, ни сам Юки не смогли его найти. Избавить, наконец, Эйри от проблем, связанных с его присутствием.
   Шуичи медленно встал. Хотелось заплакать, но слез не было: плакать можно, если сильно ударят, обидят, или разозлят... А вот появившуюся внутри пустоту смягчить слезами не получалось.
   Очнулся Шуичи уже на вокзале перед кассой.
   - Один билет на ближайший поезд, пожалуйста.
   Получив требуемое, он побрел на нужную платформу.
  
   Убийца шел следом за Шиндо.
   - Значит, решил сбежать, парень, - усмехнулся он. - Правильно, так и надо. Жаль, что у Юки не было такой возможности - сбежать. Но и у тебя ее не будет.
   Он увидел, как Шуичи входит в вагон и проходит на свое место. Вынул из кармана пистолет. Все оказалось даже проще, чем он ожидал: поезд тронулся, убийца поднял пистолет, прицелился в голову Шиндо, нажал на курок... С легким треском разлетелось оконное стекло, Шуичи рухнул на пол.
   Убийца проводил взглядом уехавший поезд, довольно усмехнулся, бросил пистолет в мусорную корзину, стянул с рук перчатки и быстро зашагал прочь от вокзала к гостинице, где жил Юки Эйри.
  

Глава 14.

  
   Зазвонил телефон. Юки вздрогнул. В последнее время на звонки он реагировал несколько нервно.
   - Юки Эйри слушает.
   В ответ было слышно только чье-то дыхание. Юки вздохнул про себя: опять Шиндо.
   - Шуичи, прекрати дышать в трубку.
   Теперь послышался смех. Очень неприятный. Звонил явно не Шуичи. Юки вдруг почувствовал, что сердце похолодело и замерло, как в ожидании беды.
   - Кто это? - требовательно рявкнул он.
   - Твой любовник больше не позвонит тебе, Уесуги-сан, - ехидно ответила трубка. - Он не позвонит тебе, потому что отправился на свидание к другому Юки. Ты помнишь еще его фамилию?
   Юки сжал трубку так, что пальцы побелели:
   - Кто ты такой? Что ты несешь?
   - Я отправил твоего дорогого Шиндо Шуичи в гости к Китазаве. Как и обещал.
   - Я не верю тебе, - крик Юки разнесся по всей комнате.
   В трубке мерзко рассмеялись.
   - Твой дорогой певец мертв. Я убил его. Так же как ты убил Китазаву.
   - Ты лжешь!
   - Нет, Эйри, не лгу. Можешь проверить. Сходи на Восточный вокзал, тебе расскажут. Наслаждайся жизнью, если сможешь еще наслаждаться, зная, что ты виноват в смерти самого дорогого тебе человека.
   - Нет. - Юки выдохнул это слово с трудом. Воздух застревал в горле, ноги подкашивались. Он оперся свободной рукой о стену, но это не помогло, и Эйри сполз на пол.
   - Да, Уесуги, да. Ты надеялся обмануть меня показным скандалом? Не вышло. Я еще позвоню тебе, а может и навещу... Но не надейся, что я убью тебя. Нет, Уесуги Эйри, ты будешь жить и страдать.
   - Кто ты?
   - В свое время ты все узнаешь.
   В трубке раздались гудки. Юки выронил трубку и некоторое время сидел, тупо глядя в пространство. Но ведь, может быть, он соврал?.. Этот человек, который с таким злорадством рассказывал ему о смерти Шуичи?..
   Юки заставил себя встать на ноги, накинул куртку, вышел из номера. Не видя никого, он спустился вниз и пошел к вокзалу.
  
   Странно, почему Шуичи пошел на вокзал? Куда он собирался ехать?
   На вокзале было людно. Юки с трудом протолкался к постовому полицейскому:
   - Скажите, не было сегодня какого-нибудь происшествия?
   - Вы журналист? Вот ведь проныры, быстро все узнаете.
   Юки кивнул. Сердце колотилось так, словно готово было выскочить. Сейчас ему скажут, что ничего не было, что просто кто-то с кем-то подрался, или ... что там еще бывает на вокзалах.
   - Ладно, все равно ведь не отвяжетесь, - пробурчал полицейский. - Пристрелили тут парнишку одного. В окно вагона какой-то гад стрелял. Попал в голову. Жаль парня. Талантливый был.
   - Вы его знали? - Эйри уже и сам не понимал, как ему удавалось держать лицо.
   - А как же! Его вся Япония уже знает, это же Шиндо Шуичи, солист Bad Luck... Что с вами?
   - Все в порядке. - Белыми губами прошептал Юки. Он отошел от полицейского, вышел из вокзала.
  
   Он шел, сам не зная куда... Ноги вели его по улицам Токио, шумным и тихим, заполненными народом и пустынным. В груди образовался комок льда. Не было ни чувств, ни мыслей. Только боль. Одна боль.
  
   Стемнело. Зажглись фонари, когда Юки обнаружил себя в каком-то парке. Он тяжело опустился на траву, поднял голову к небу. С неба сверкнула звездочка. И в ответ на этот всполох в душе у Эйри все оттаяло, потекло ручьем. Он рухнул лицом в траву и разрыдался.
  

* * *

   Сегучи Тома, в компании Фуджисаки c Кеем прослушивали только что сделанную демо-запись песен Bad Luck в исполнении Сугуры, когда дверь в студию распахнулась, и в комнату влетел Сакано.
   - Господин продюсер! Беда! Трагедия! - Сакано был драматичен как никогда.
   Все обернулись к нему.
   - Сакано, если вы опять хотите сказать, что не работает микрофон... - начал было Кей, но Сакано перебил его:
   - Только что в новостях сказали, что стреляли в Шуичи. Неизвестно жив он или нет...
   Через секунду комната опустела.
  

Глава 15.

   Папа всегда учил Кейли: "Когда не знаешь, что делать и как лучше поступить - иди гулять. Прогулка развеет мрачные мысли, успокоит. А, может статься, ноги сами приведут тебя туда, куда нужно". Папу своего Кейли не просто любила - она его боготворила. И следовала почти каждому его совету, особенно, если он был настолько верен и точен, насколько был этот, про прогулки. А потому Кейли усиленно топила все свои сомнения и печали в длительных пеших гуляньях. Кроме того, ей и самой нравилось идти, куда глаза глядят. И она часами бродила по Токио, по его узким улочкам и по широким проспектам, то сливаясь с шумной толпой, то оставаясь в совершеннейшем одиночестве.
  
   Вот и сегодня Кейли бесцельно мерила шагами город. Точнее, цель-то у нее была, а вот пути воплощения желаемого оставались для нее в полном тумане.
   Юки Эйри. Эта странная неопределенность их взаимоотношений. Временами ей казалось, что Юки тянется к ней, что ему приятно ее общество и у них что-то может получиться... А потом она вспоминала несчастные глаза Шуичи, закушенные губы Юки... И начинала сомневаться во всем с новой силой.
   Девушка не решалась себе признаться, что одной из целей этих многочисленных прогулок была надежда все-таки встретить Юки, которого, после того злосчастного поцелуя, ей она никак не удавалось застать дома. Телефон же с завидным постоянством твердил о временной недоступности абонента.
   "Недоступность временная, плавно перетекающая в постоянную?" - Кейли невесело усмехнулась и плюхнулась на близлежащую скамейку парка. Плавный ток ее мыслей был прерван чьими-то приглушенными рыданиями, доносившимися откуда-то из кустов.
   "Может, кому-то стало плохо и надо помочь?" - подумала она и, будучи натурой добросердечной, поднялась и направилась на звуки.
   Раздвинув завесу листвы, Кейли обомлела и не поверила своим глазам. На земле, уткнувшись носом в помятую траву, лежал Юки Эйри и по лицу его струились слезы.
  
   Юки ничего не мог с собой поделать. Многолетний контроль дал сбой. Слезы сами собой лились из глаз, но легче не становилось. Казалось, что его душу разобрали на составляющие, вынули из нее самый важный кусочек... И как жить без главной части себя самого - не представлялось.
   Эйри остро ощущал свою вину перед Шуичи: ведь если бы не он, не его эгоистичное стремление продлить их ... что? Скажи сам себе, Юки, будь честен хотя бы с собой. Ты хотел еще немного побыть любимым. Ты хотел еще немного позволить себе любить. И что же? Из-за твоей любви, твоего эгоизма Шуичи больше нет. Нет не просто с тобой, нет в живых.
   Думать так было невыносимо. Не думать - невозможно.
   Юки перевернулся на спину, уставился невидящими глазами в небо. Боль. И ничего больше. Умереть самому было бы проще.
  
   Кейли тихо ахнула и присела на корточки.
   - Юки! - она подождала немного, но зов ее остался без ответа, - Юки, что случилось? Что с тобой? Тебе плохо? Чем помочь?
   Дальнейшее произошло совершенно спонтанно: Кейли упала на колени в траву, подняла голову Юки с земли и прижала к груди. Слова вылетели у нее раньше, чем она осознала, что именно говорит:
   - Юки, родной, любимый!.. Что бы ни случилось - я всем тебе помогу.. Успокойся, только, успокойся. Чем тебе помочь? - Она сжала вздрагивающую голову и прижалась губами к его виску. - Ну, тихо, тихо...
   Сердце ее сжалось от жалости. Видеть Юки таким ... таким беспомощным, таким ... беззащитным, было выше ее сил. Было в этом плаче что-то жуткое, невозможное, неправильное...
  
   Рыдания постепенно стихли - все-таки, силы организма были не безграничны. Юки приподнялся, сел. Освободил голову из рук Кейли. Некоторое время молча сидел рядом с девушкой, глядя куда-то вдаль. Потом обернулся к ней. Его глаза ничего не выражали. Пустота из души разрослась, заполнив его всего.
   Он понимал, что надо что-то сказать, что-то сделать. Ведь эта девушка пыталась ему помочь. Губы скривились в саркастической ухмылке, сделавшей его лицо по-настоящему страшным. Помочь. Ему уже никто не сможет помочь. У него теперь есть одна цель, и эта цель не потерпит отлагательств. Пустота внутри требовала действия. Одного единственного.
   Убийства.
   - Кейли-сан, - голос был похож на воронье карканье, но Эйри было безразлично, какое впечатление он на нее производит. - Вы здесь одна?
  
   Кейли поразилась не столько самому вопросу, сколько тону, которым он был задан. Бесконечно усталому и одновременно резкому, злому, почти ненавидящему. Она вгляделась в глаза Юки - и поняла: случилось что-то страшное. Такой бесконечной боли, такого потрясения и ужаса, соседствующего с иссушающей ненавистью, она не видела никогда.
   Однако недаром она всюду слыла девушкой прозорливой: у нее хватило ума понять, что эмоции Юки сейчас никак не связаны с ней, что он сейчас находится где-то в совсем измерении, там, куда ей вход заказан.
   "Или не заказан? Эх, была - не была!"
   Кейли погладила Юки по руке и как можно спокойней и приветливей ответила:
   - Да, я тут одна. И знаешь, мне кажется, что тебе сейчас не стоит быть на людях. Скажи мне, что случилось? Вот увидишь, расскажешь - и тебе сразу станет легче.
   - Шуичи погиб... - просто и буднично ответил Юки. - Иди домой, Кейли. Тебе не стоит находиться здесь со мной, это может быть опасно.
  
   Слова не причиняли боли. Разве можно причинить боль пустому месту? Разве может возникнуть боль там, где кроме боли ничего нет?.. Эйри отвернулся, уставившись на видневшийся за кустами пруд. Мысли были простыми и четкими: найти, убить, - и все. Больше ничего . Как там говорили? Дальше - тишина?
  
   "Погиб?! О, Господи!"
   - Никуда я не пойду. - Кейли вгляделась в лицо Юки, упрямо мотающего головой, и добавила про себя крепкое ругательство. - Я не оставлю тебя одного сейчас.
   Юки молчал. Она взяла его за руку, притянула к себе и обняла.
   - Тебе сейчас нельзя одному - повторила она, - Я понимаю все твои чувства. И именно поэтому не собираюсь оставлять тебя одного. Если хочешь меня прогнать, тебе придется меня убить. Ну, или как минимум связать.
   Кейли улыбнулась, ожидая увидеть в ответ улыбку Юки, хотя бы слабую, но тут же, заметив, каким мрачным огнем сверкнули его глаза, поняла, что шутка была неуместной. И по-настоящему испугалась - того, что на секунду мелькнуло в глазах ее любимого, того, чего там быть никак не могло... Но почему-то было.
   Впрочем, страх только добавил ей решимости ни на секунду не оставлять Юки. Она встала с земли и решительно потянула Юки за руку:
   - Пойдем.
  
   Юки молча повиновался. Голова немного кружилась, но это от перенапряжения. Сейчас ему как никогда надо было собрать все силы. Он шел рядом с Кейли, не глядя, куда она его ведет, составляя план действий на завтра: вернуться в гостиницу, дождаться звонка... Звонок! Вот оно. Нельзя, чтобы этот призрак звонил ему на стационарные телефоны.
   Юки вынул из кармана мобильный телефон, набрал номер издательства. Было уже довольно поздно, но в издательстве работали и по ночам.
   - Это Юки Эйри. Скажите, кто-нибудь спрашивал мой телефон? - выслушал ответ, усмехнулся. - Если этот человек позвонит еще раз, дайте ему мой мобильный номер.
   Он нажал кнопку отбоя, глянул на Кейли.
   - Куда мы идем?
   - Туда, где нас никто не найдет, - обезоруживающе улыбнулась Кейли, судорожно пытаясь припомнить адрес небольшой симпатичного отеля, виденного ею пару дней назад на одной из близлежащих тихих улочек, - я даже обещаю, что не буду тебе надоедать со своим обществом. Только прослежу, чтобы никто лишний тебя не побеспокоил.
   "Странная все-таки штука - жизнь, - вздохнула Кейли, - Еще вчера идти рядом с Юки было чуть ли не пределом моих мечтаний. А сегодня почему-то кажется, что нет ничего естественней и проще, чем тянуть его за руку по темным улицам. Эх, не вовремя мечты сбываются... Врагу бы злейшему не пожелала, ей-Богу!"
   Она украдкой взглянула на Юки. Ей очень хотелось сказать ему, как она его понимает, как сочувствует, как жалеет... Но, смотря на жесткий, окаменевший профиль, не решалась произнести не слова.
   "Пресвятая дева, соверши чудо! Верни Юки..." - она даже не могла точно выразить, что было так необходимо вернуть. Радость? Счастье? Покой? Все слова казались ей никчемными и малозначимыми.
   "Жизнь!" Вот оно. То самое. Единственное верное.
  

* * *

   Как-то незаметно из ночной темени выступило искомое здание гостиницы.
   - Нам нужен номер, - усадив Юки на диван в холле, она подошла к стойке администратора. - Лучший из тех, что есть. Пока на сутки, дальше посмотрим.
   Перехватив устремленный на Юки взгляд служащей, Кейли перегнулась через стойку поближе к девушке и прошипела:
   - Не беспокоить! И никаких лишних вопросов не задавать.
   И, подхватив со стойки выданный дрожащей администраторшей ключ, она позвала Юки в номер.
   - И чай в номер пусть принесут, - бросила она через плечо обомлевшей служащей.
  

* * *

   Номер, как она и ожидала, оказался хорош. Кейли, пожалуй, даже получила бы немалое удовольствие, если бы пребывание в нем было вызвано иными обстоятельствами.
   В дверь робко постучали. Кейли резко распахнула ее и выхватила у горничной поднос, и захлопнула дверь прямо перед ее носом. Поставив поднос с чаем на столик и дождавшись, пока Юки выйдет в ванну, Кейли быстрым движением вынула из кармана и насыпала в одну из дымящихся чашек снотворное.
   "Как же хорошо, что мой папочка настолько предусмотрителен - заставил меня таскать с собой целую аптечку. Вот и пригодилось!"
   Она протянула чашку вернувшемуся в комнаты Юки.
   - Чаю?
   Взяв вторую чашку она, стараясь казаться спокойной, наблюдала, как она маленькими глотками пьет обжигающий напиток... Лекарственный эффект не заставил себя ждать: через несколько минут Юки начал зевать, а спустя еще пару минут - невнятно извинился и исчез в спальне.
   Выждав некоторое время, Кейли заглянула в соседнюю комнату: Юки, разметавшись, спал на широкой кровати. Не удержавшись, Кейли подошла к нему и погладила короткие шелк светлых волос, пробежалась пальцами нервному лбу, согрела дыханием тонкую руку со сжатыми пальцами.
   "Спи, любимый... пусть завтрашний день будет милосерднее к тебе, чем сегодняшний!.." - с этими словами Кейли вышла вон, и, усевшись на диван в гостиной, крепко задумалась.
  

Глава 16.

  
   Лениво поднявшись по ступенькам, Хироши вошел к себе в квартиру и, прикрыв глаза, буквально рухнул в кресло. Он очень устал и, к тому же, был жутко зол: поиски Шуичи, на которые он потратил весь день, оказались абсолютно безрезультатны. Даже в студии, куда он подался, чтобы осведомиться, не видел ли кто-нибудь этого розоволосого кретина, не оказалось никого: похоже, вместе с его другом решили пропасть и все остальные.
   Сидевшая на диване Аяка чувствовала себя очень неловко: похоже, Накано-сан попросту не заметил ее присутствия. А то и вовсе забыл о том, что она ждет его. Конечно, она была виновата сама: ведь включить свет она так и не решилась, просто сидела в полутемной комнате и ждала.
   Молчание затягивалось. Спустя несколько минут Аяка все же отважилась заговорить:
   - Хироши-сан, ты выглядишь таким усталым. У тебя был тяжелый день?
   Хиро вздрогнул от неожиданности и пару секунд оторопело смотрел на девушку, явно не понимая, как она тут оказалась. Затем ошарашенное выражение сменилось приветливой улыбкой: очевидно, Накано взял-таки себя в руки. Тепло улыбнувшись Аяке, он произнес:
   - Извини, что заставил тебя столько ждать. - У него вырвался тяжелый вздох. - Но денек выдался и вправду не из легких...
   - У тебя что-то случилось? - обеспокоенно спросила Аяка.
   - Я и сам дорого бы дал, чтобы понять, случилось что-то или нет... - задумчиво покачал головой Хироши.
   Сердце Аяки было готово просто выпрыгнуть из груди: она так давно мечтала вот о таком - тихом, спокойном и почти семейном вечере с Хиро.
   А Хироши, между тем, продолжал:
   - Давай поговорим о чем-нибудь более приятном. Мы же с тобой так давно не виделись, Аяка!
   От такой заботы и внимания девушка расцвела:
   - Давай... - теплота в голосе Хиро придала ей смелости, и она отважилась на откровенность, - Знаешь, мне очень не хватало наших с тобой разговоров.
   - Я тоже по ним скучал, - улыбнулся Накано, подсаживаясь поближе к девушке. - Прости, что совсем не звонил, просто так много произошло за последние дни... Да еще этот новый альбом. Я совсем забегался.
   Он взял Аяку за руку, легонько поглаживая тонкие пальчики.
   Сердце девушки екнуло и учащенно забилось. Она смотрела прямо в глаза Хиро, поражаясь собственной смелости, сгорая от стыда и тая от доселе неведомого наслаждения. Отвести взгляд она была не в силах.
   - Хиро-кун, я... я... - Аяка отчаянно пыталась произнести нужное слово, то самое, единственное и неповторимое, вечное и верное, но слова почему-то не шли с языка. - Я...
   Руки Хироши легли в ней на плечи.
   Хироши нежно обнимал Аяку, прижимаясь к ней всем телом, боясь, что все это только сон, что сейчас она исчезнет, так же как исчезала каждое утро, когда он просыпался... Но это была реальность, такая же, как и все вокруг него. И Аяка, такая теплая, такая родная и такая ... любимая. Легкий шепот, вылетевший из ее уст, заставил Хиро вздрогнуть и, снова невольно улыбнувшись, посмотреть в ее лицо. Удивительно, как одна эта девушка могла одним своим присутствием заставить его позабыть обо всем на свете.
   "Какие красивые у него глаза" - успела подумать Аяка прежде, чем теплые губы осторожно коснулись ее губ...
  
   И в этот-то - самый неподходящий! - момент громко и требовательно заорал телефон. Хиро отпустил Аяку и с неудовольствием уставился на аппарат. Мелькнула мысль: "Может, не подходить?" Но телефон настойчиво продолжал верещать. Чертыхаясь, Хиро взял трубку:
   - Я слушаю.
   - Хироши, - голос в трубке протянул его имя так, будто оно было длиной с километр. - Спишь уже что ли? Что снится?
   - Не сплю, - автоматически ответил Накано и спохватился - ой, простите, не узнал вас. С кем я разговариваю?
   В трубке захихикали, потом всхлипнули:
   - Как ты можешь не узнавать жену... - опять то ли всхлип, то ли смех, - своего начальства. А еще целоваться лез, нахал. Или уже другую дуру раздеваешь?
   Хиро покраснел и, от неожиданности, ответил чистую правду:
   - Да.. то есть нет.. то есть не успел еще....
   - Не успел раздеть? - поинтересовалась Мика с усмешкой. - Ох ты, неужели я помешала? Прости, Хи-и-и-и-иро, - опять это протяжное имя, как долгий поцелуй, - не хотела. Или хотела. И хочу. А ты хочешь?
   - Э-э-э.... - Хироши растерялся окончательно и, обернувшись на Аяку, сидящую на диване с недоуменным выражением лица, решил сделать вид, что ему звонят по работе. - Мы не могли бы выяснить этот вопрос немного позже? Я пока не готов на него ответить....
   - Пока не готов? - Мика явно была пьяна. - Тебе что помочь приготовится? Раздеть, поцеловать, одеялко подоткнуть и рядом лечь?
   Накано еще раз обернулся на Аяку, жестами показывая ей, что вот-вот освободится, и в то же время лихорадочно стараясь придумать, как свернуть разговор в более мирное русло.
   - Дело в том, что я сейчас не совсем свободен - осторожно произнес он, - может быть, вы будете так любезны, что скажете мне, по какому вопросу звонили? Или я вам позже сам перезвоню?
   - Перезвонит он, как же, - пробурчала Мика и замолчала. Послышался какой-то грохот, удар и звон.
   - Какого черта тут стакан стоял? - услышал Хиро. - Это я не тебе, Хи-и-и-и-ироши.
   Ну почему же она почти мурлыкает его имя!
   - Твой дружок кретин, да и ты не лучше, Накано. Поцелуй себя в ...
   - Простите?.. - искренне не понял гитарист.
   - Не прощу! - отрезала Мика, и телефон пропищал "отбой".
   Хиро положил трубку и повернулся к Аяке:
   - Ну, вот я освобо... - и не договорил, заметив, с каким странным, почти скорбным, выражением лица она на него смотрит. - Что с тобой?
   - Со мной все в порядке, Накано-сан. - покачала головой девушка.
   Хироши озадачился: по лицу Аяки было хорошо заметно, что она обиделась. Так же заметно было и то, что обиду свою она ни за что не собирается показывать.
   "Не могла же она понять, с кем я говорил! - испугался парень - Или могла?.."
   - Я чем-то обидел тебя? - напрямую спросил он, беря ее за руку.
   Девичья ладонь мягко выскользнула из его пальцев:
   - Нет, ты меня не обижал.
   Хиро не поверил: уж слишком напряженной была ее поза, слишком сильно были поджаты губы.
   - Тогда что случилось? - спросил и сам себя чуть ли не возненавидел за притворство.
   - Тебе надо было сразу сказать мне, что я не приехала вовремя, - девушка поднялась с дивана.
   - Да что ты! Очень даже вовремя, я так рад тебя видеть... - начал было Хиро, но звонкий девичий голосок не дал ему договорить.
   - Позвони мне, когда решишь, что полностью разобрался со всеми своими делами. - В голосе появились интонации настолько язвительные, что Хироши чуть не покраснел. - И когда разберешься в своих чувствах.
   Крыть было нечем. Хиро попытался сказать что-то еще в свое оправдание, но узкая ладошка закрыла ему рот:
   - Просто помни, что ты по-прежнему дорог мне... Не надо меня провожать.
   И Аяка вышла из квартиры.
  
   Хироши запустил подушкой в стену, жалея, что под рукой не оказалось чего-то более тяжелого. Под подушкой обнаружился телевизионный пульт. Хиро взял его в руки и бездумно нажал первую попавшуюся кнопку. Телевизор заговорил. Пару минут гитарист сидел, тупо уставившись в пространство.
   Краем уха уловив до боли знакомое сочетание букв, Хироши поднял глаза, не веря в то, что видел на экране:
   - К сожалению, мы не можем пока сообщить вам новых подробностей о трагедии, произошедшей сегодня днем на Восточном вокзале. Вкратце напомню, что некий неизвестный стрелял в известного певца, солиста группы Bad Luck. Ему удалось ранить Шиндо-сана, но насколько серьезны эти ранения, а также где сейчас может находиться пострадавший, остается для всех нас глубокой тайной.
   Голос неизвестного ему корреспондента подействовал для Хироши как отрезвляющая пощечина. Ведь он мог этому помешать, если бы... если бы...
   Вскочив с дивана, Накано кинулся к телефону.
  

* * *

   Тома долетел до дома со скоростью света. Распахнул дверь. Мики не было.
   "Ах, да, она же собиралась сегодня поехать на пару дней к подруге", - вспомнил любящий супруг.
   Он позвонил в полицию. Ничего утешительного ему там сказать не смогли: "Да, Сегучи-сан.... Мы понимаем, Сегучи-сан... Увы, мы ничего не знаем сами, Сегучи-сан...".
   Он опустился на стул. Оставалось только ждать.
  
   Дверь распахнулась, ударившись о стену так, что стук, кажется, был слышан и на соседней улице.
   - Мика, я сто раз тебя просил - не хлопай дверью! - Тома раздраженно поднялся, вышел в прихожую. Его глазам предстало неожиданное зрелище: на полу, возле распахнутой двери возлежала его драгоценная супруга, задумчиво почесывавшая ушибленный затылок.
   Сегучи кинулся к ней, приподнял:
   - Что с тобой?
   - Я...это... споткнулась, вот! - с трудом выговорила та.
   Тома не поверил своим глазам: Мика была изрядно пьяна.
   - Ты чего напилась? - ошарашено спросил он.
   - Шуичи убили. И Эйри пропал. Я как в новостях услышала, стала ему звонить... - хлюпнула носом Мика, - а его нет. Нигде. И никто ничего не знает. И... я боюсь, Тома, я очень боюсь...
   Выхватив телефон, Мика набрала очередной номер.
  

* * *

   Кейли, свернувшись калачиком на диване, смотрела в окно на ночной город и пыталась разобраться в той кошмарной ситуации, в которую попала. Все дело было, естественно в Юки.
   "Точнее, если уж быть предельно откровенной - в моем к нему отношении".
   С одной стороны, ей все еще мечталось о том, что ее непонятные взаимоотношения с Юки наконец-то прояснятся, причем в положительную для нее сторону. С другой - она слишком живо помнила, каким был Юки пару часов назад, помнила его слезы и крик "уходи"...
   "Ну почему же я и правда не ушла? Сидела бы себе сейчас, читала роман и запивала тоску апельсиновым соком, - с горькой иронией подумала она и тут же себя одернула, - Ага, так бы я и ушла, держите карман шире! Так бы я и позволила Юки наделать глупостей!"
   Почему-то в том, что Юки их наделал бы, она ни минуты не сомневалась.
   "Конечно, этот Шиндо для Эйри - просто свет в окошке, хоть он никогда в этом и не признается. - Кейли поморщилась, и безнадежно подвела итог беседы с самой собой. - Ты просто дура, Кейли Киммс! Из-за одного-единственного слова "невеста", сказанного явно напоказ, ты уже готова перевернуть небо и землю! А на самом деле у тебя нет ни малейшего шанса завоевать симпатию Эйри, поэтому прекрати мечтать о несбыточном!"
   Сердце, несогласное с суровым приказом, недовольно заныло.
   От невеселых размышлений Кейли отвлек телефонный звонок. Она потянулась, разминая вусмерть затекшие мышцы, и с раздражением потянулась за мобильным. Ничего хорошего этот звонок принести не мог.
   "Ну, так и есть!" - глянув на высветившийся номер, подумала она: звонила Мика.
   - Этомикасегучитынезнаешьгдеэйри? - услышала она, сняв трубку. Похоже, Мика выпалила это все на одном дыхании.
   После секундной паузы, поняв, о чем ее спрашивают, Кейли осторожно произнесла:
   - Не беспокойтесь, Мика-сан, Эйри-сан со мной, - она перевела дыхание, сомневаясь, говорить ли, где они с Юки сейчас находятся. - Он спит, поэтому, к сожалению, я не могу позвать его к телефону.
   Этот компромисс, кажется, был сейчас лучшим, на что была способна Кейли.
   "Конечно, она - его сестра, и после всего, что произошло, она беспокоится за Эйри. Но, наверное, самое лучшее для него сейчас - здоровый сон, не прерываемый никакими звонками или разговорами".
   Трубка фыркнула.
   - Скажи ему, пусть едет к нам. Как проснется. Он как там? - в голосе Мики явно слышалось беспокойство.
   - Держится. Но, по-моему, его сейчас не следует оставлять одного: он может натворить глупостей. - Кейли чуть замялась, не будучи до конца уверенной, что стоит расспрашивать Мику о чем-либо, - Мика-сан, расскажите мне, пожалуйста, что произошло? Ну... я про Шуичи...
   Ей показалось или Мика в ответ хлюпнула носом?..
   - Кажется, он погиб... - нетвердо отозвалась, наконец, она. - В новостях сказали, что в него стреляли на Восточном вокзале. Журналюги уверены, что Шиндо убит, но... Погоди, - кажется, до Мики дошло, - откуда ты вообще знаешь, что с ним что-то случилось? И... Юки знает? - голос собеседницы сорвался на привычный визг.
   - Да, Юки знает, вот только ума не приложу, откуда. Я же его случайно встретила. В парке... Он был такой...
   Мика не дала ей договорить:
   - Где вы, Кейли? Я приеду... сейчас же!..
   В трубке что-то грохнуло, послышался звук борьбы и возмущенный писк Мики, довольно быстро сменившийся мужским голосом:
   - Кейли-сан, это Сегучи Тома. Спасибо, что помогли. Пожалуйста, завтра утром привезите Эйри в студию NG. Там и поговорим обо всем.
   Линия разъединилась.
  

* * *

   Мика сползла на пол, всхлипывая как маленькая девочка. Тома помог ей встать, отвел в ванну, а затем - в спальню.
   - Тебе надо выспаться. Завтра Юки найдется, все будет хорошо.
   - А Шуичи?
   - И с ним тоже. Может, его и не убили, может он и жив еще, - Сегучи уговаривал ее как ребенка.
   Она накрепко вцепилась в его руки:
   - Не уходи, мне страшно!
   Томе вдруг передался ее страх. В конце концов, Мика совсем не такая сильная, как хочет показать. Как и у ее брата - это же просто маска!.. Тома чуть не хлопнул себя по лбу от этой догадки. Надо же было прожить столько времени с этой женщиной и не понять ее!
   - Иногда мне кажется, что ты совсем не любишь меня, что ты женился на мне, чтобы быть ближе к Эйри. Иногда мне кажется...
   Тома не дал ей продолжать: он лег с ней рядом, обнял ее и крепко поцеловал.
   Мика ответила на его поцелуй. Да, пусть это был не тот поцелуй, какой подарил ей Хиро, пусть от этого поцелуя не перехватывало горло, и не замирало сердце, но ... поцелуй мужа пробудил в ней страсть.
   Не отрываясь от губ супруга, Мика принялась расстегивать пуговицы на его рубашке.
  
   Спустя довольно продолжительное время они, обессиленные, растянулись на кровати, тесно прижавшись друг к другу.
   - Я люблю тебя, - на выдохе прошептала Мика, так тихо, что было непонятно, сказала она эти слова, или ветер пролетел.
   - Любимая, - выдохнул Тома и прижался губами и ее виску, - Милая, родная...
   Обняв ее и крепко прижав к груди, Сегучи провалился в сон.
  

* * *

   - Уф-ф, как же это все сложно... - уже в который раз вздыхала Кейли, гипнотизируя взглядом безмолвствующий телефон, - Ну, как вам это нравится - "привези его!"?! Нет, я все понимаю... Да, они волнуются, но как же можно рассуждать так?! Будто Эйри - котенок или щенок?! Хм, "привези"! Вот возьму и назло всем никуда его не повезу... Или повезу?.. - крепко-накрепко задумалась она.
   Полный волнений и тревог вечер не замедлил сказаться, и она сама не заметила, как уснула.
  
  

Глава 17.

  
   Снов не было. Никаких. Юки проснулся сразу. Просто открыл глаза. Вчерашний день помнился очень четко. Буквально по минутам.
   Эйри встал с кровати, прошел в ванную, умылся. Посмотрел на себя в зеркало. На него смотрело уставшее осунувшееся лицо, на котором выделялись только глаза, которые ничего не выражали. Эйри отвернулся от зеркала - смотреть на себя не хотелось. Подумал, накинул на зеркало полотенце. Привел себя в порядок и вышел из комнаты.
   На диване спала Кейли. Юки присел рядом с девушкой, провел рукой по ее волосам. Бедная, намучилась она с ним. Ничего, скоро все кончится.
   Юки осторожно прикрыл за собой дверь и спустился в холл, - заказать еды.
   - Ой, вы же Юки Эйри! - вдруг послышалось за спиной, и перед Юки возник микрофон, а в лицо ему уставилась камера.
  

* * *

   Ногику Сузуки терпеливо сидела в холле и ждала. Приехала сюда она еще вчера ночью, сразу же после звонка ее подруги Нийико, работавшей в гостинице администратором. Еще бы, не каждый день представляется возможность взять интервью у Юки Эйри, которого, к тому же, с момента трагедии, случившейся с его любовником, искали все. Однозначно, это была сенсация, которую никак нельзя было упустить и шанс прославиться на всю страну.
   Поэтому, едва завидев спускающегося Эйри, она, пихнув локтем успевшего задремать оператора, подскочила к писателю и затараторила:
   - Эйри-сан, скажите, как вы относитесь ко вчерашнему известию о возможной гибели Шиндо Шуичи? Что вы чувствуете? Что вы думаете делать?
   По лицу Юки пробежала судорога, Не глядя на назойливую журналистку, он ответил:
   - Я не намерен обсуждать с вами эту тему.
   Камера поймала его взгляд, и у оператора дрогнули руки.
   Но уходить несолоно хлебавши Ногику не собиралась, а потому, заставив себя проглотить пару крепких ругательств, она тут же придала своему лицу самое что ни на есть сочувственное выражение:
   - Эйри-сан! Хотя бы пару слов для новостного выпуска! - к сочувствию в глазах добавилось осознание всей серьезности момента. - Можете ли вы предположить причины, приведшие к трагедии?
   Юки соизволил, наконец, посмотреть на нее:
   - Нет.
   И прошел дальше в сторону гостиничного ресторана.
   Оператор выключил камеру и, проводив писателя ошеломленным взглядом, обернулся к Ногику:
   - Ты его лицо видела? А глаза? Таким взглядом убивать можно, а не книги писать.
   От восторга у Ногику заблестели глаза, и чуть было не потекли слюни. Она внимательным взглядом посмотрела на своего оператора.
   - Ты - гений! Это же замечательная идея! Пусть Эйри произнес всего пару фраз, зато какое видео мы получили! Его-то мы и пустим в ход, а текст я сама наговорю! Включай камеру!
   И, взяв в руки микрофон, сделав серьезное и трагическое лицо, Ногику заговорила:
   - Здравстуйте, мы ведем репортаж из небольшой гостиницы Аби-ванг, где остановился Юки Эйри, любовник которого исчез вчера при трагических обстоятельствах...
   Оператор прилежно снимал, Ногику все говорила и говорила, в голове у нее вертелась только одна мысль: "Это будет сенсацией!"
  

* * *

   Юки вернулся в номер с подносом, на котором стоял завтрак. Поставил поднос на столик рядом с диваном, а сам сел в кресло у окна. Надо было подумать и решить, что делать дальше. Зазвонил мобильный. Юки посмотрел на определитель: номер был ему знаком - звонили из его квартиры, той самой, которую разгромил Шуичи.
  
   Кейли проснулась от чьих-то осторожных и тихих шагов и, еще не успев раскрыть глаза, тут же вспомнила события прошлого вечера и стала растерянно думать, как теперь вести себя с Эйри. От этого-то неприятного занятия и оторвал ее телефонный звонок. Плюнув на весь психоанализ, она принялась лихорадочно соображать, что сделать ли вид, что она еще спит, или все же проснуться. С одной стороны, подслушивать чужой разговор было как-то неэтично, с другой же - во что бы то ни стало надо было оставаться в курсе происходящего, а уверенности, что Юки будет так любезен посвятить ее в свои проблемы, у нее не было.
   По внезапно замершему голосу Юки Кейли вдруг поняла - что-то случилось. Она распахнула глаза и рывком села на диване.
  
   - Эйри слушает.
   - Сбежать думал? - ехидно спросил уже знакомый голос.
   - Ты позвонил спросить мой адрес? - холодно поинтересовался Юки.
   - А зачем мне твой адрес? Будет нужен - найду. Я хотел узнать как твое самочувствие? Вот сейчас я с удовольствием наблюдаю твое лицо в телевизоре. Надо сказать, выглядишь ты не очень. Почти мертвец. Не надо так. Я хочу чтобы ты жил и мучился.
   - Зачем тебе это надо?
   - Ты погубил человека, который был мне дороже всех. Равнодушно убил его, не думая ни о ком и ни о чем. Теперь я отплачу тебе. Это было только начало. Я еще доберусь и до тебя, и тогда тебе не поздоровится. Ты будешь страдать не только душой, но и телом.
   - Хочешь меня запугать? - Юки сейчас был очень осторожен. Надо было не дать этому негодяю сорваться с крючка. Пусть еще поговорит, позахлебывается от злости, а потом... лицо Юки исказила неприятная гримаса... потом он доберется до этого мерзавца, и все будет кончено.
   - Хочешь сказать, что ты не из пугливых? Я отнял у тебя самое дорогое. В смерти Шиндо виноват ты. Теперь попробуй пожить с этим оставшиеся тебе дни.
   В трубке зазвучали гудки: убийца повесил трубку.
   Какое-то время Юки молча сидел, курил сигарету. В душе было пусто и холодно, к боли он, похоже, уже притерпелся. Только эта боль и поддерживала его в состоянии действия. Эйри затушил сигарету, встал.
   Послышался звонок телефона, он глянул на мобильник. Но звонили не ему, и он спокойно двинулся к выходу.
  

Глава 18.

   Собравшиеся в студии изнывали от любопытства и беспокойства.
   - Что же это? Как же это? - нервничал Сакано, бегая только что не по стенам комнаты .
Кей молчал, но так многозначительно чистил свой пистолет, что окружающие на всякий случай старались не оказываться в пределах его досягаемости.
   Норико сосредоточено полировала ногти, иногда косясь в сторону Рюичи и Кумагоро.
   - Долго нам еще тут сидеть и ждать? - взвилась, наконец, она.
   В этот момент распахнулась дверь, и в комнату вошел Тома.
   - Доброе утро, простите, что заставил вас ждать. - Сегучи прошел вперед, облокотился на стол.
   Все уставились на него.
   - Послезавтра у нас концерт, к которому и Bad Luck, и Nittle Grasper готовились уже давно. Проблема в том, что исчез Шуичи, и это ставит мероприятие под угрозу срыва...
   - Я так и знал! Это катастрофа! Это все моя вина... - привычно завелся Сакано, но блестящий пистолет, прижавшийся к его голове, заставил продюсера замолчать на полувскрике.
   - Спасибо, мистер Кей. - Отметил Тома действия менеджера. - Я продолжу. В связи с исчезновением Шиндо-сана солировать на предстоящем концерте будет Фуджисаки Сугуру. Норико-тян, тебе и мне придется выучить его партию клавишных и заменить Фуджисаки-куна во время выступления Bad Luck. Мистер Кей, подготовьте прессу и телевидение к сегодняшнему вечеру. Сакано-сан, вас я прошу заняться новыми рекламными плакатами и листовками.
   И Сегучи мило улыбнулся ошарашенным коллегам. На несколько секунд в студии воцарилось потрясенное молчание. Затем - всех словно прорвало.
   Хироши возмутился:
   - Да как вы можете так поступать, Сегучи-сан? Вы же великолепно знаете, что Шуичи - лидер Bad Luck! Не говоря уже о том, что без него концерт попросту не имеет смысла! Мне казалось, что мы с вами достаточно четко оговорили этот момент еще в начале нашей совместной деятельности! Я считаю это все предательством по отношению к Шуичи. - Накано оглядел сосредоточенные лица присутствующих. - Не знаю, как остальные, но я во всем этом участвовать отказываюсь.
   - Как же так, Тома-тян, - заскулил Рюичи, - я так мечтал спеть вместе с Шиндо-куном, нельзя так делать, это плохо, Кумагоро очень расстроен, как и Накано-кун.
   Кролик согласно закивал, сочувственно протягивая Хиро лапу.
   Тома улыбнулся:
   - Какое трогательное единение. Накано-сан, я понимаю твою позицию и твои чувства... Но есть - дружба, а есть - работа. Если бы Шиндо-сан заболел, я бы первый настаивал на отмене концерта, но, увы, случилось так, что Шуичи возможно нет в живых, а в этом случае отменой концерта мы предали бы его память. Хиро-кун, ты был его другом, и именно теперь твоя поддержка должна быть полной и неоспоримой.
   Рюичи вдруг заплакал в голос:
   - Как это нет в живых? Шуичи-кун не мог умереть, это несправедливо!
   Кумагоро потянулся лапами к лицу Сакумы.
   Тома сочувственно покивал.
   Фуджисаки задумчиво чесал переносицу.
   "Вот он - мой шанс!" - думал он про себя, - "Конечно, очень жаль, что с Шуичи произошел несчастный случай, но... я ни за что не должен упустить представившуюся мне возможность!" Он громко откашлялся и, дождавшись пока взгляды обратятся к нему, рассудительно начал:
   - Хиро-кун, я понимаю твое беспокойство за Шуичи и всецело его разделяю. Но дело в том, что Bad Luck не может останавливаться на достигнутом уровне. Если мы сейчас отменим концерт, то покажем всем, что мы - слабаки, которых легко запугать и заставить отказаться от своих намерений. Именно поэтому сейчас нам надо не сидеть сложа руки, а работать. Работать как никогда хорошо! - Сугуру перевел дыхание, - Сегучи-сан, я согласен заменять Шуичи на предстоящем концерте и готов тотчас же приступить к подготовке.
   - Это совершенно невозможно, - тут же взвилась Норико. - Я понимаю, Тома, что он - твой кузен. Но он же - клавишник, а Шуичи - певец. Я согласна с Хироши... Если бы пропал Рюичи, - она оглянулась на Рю, тянувшего в углу за уши Кумагоро, - ты бы стал петь вместо него?
   Тома перестал улыбаться.
   - Норико-тян, это не смешно, мы не можем просто отменять концерт только потому, что Шиндо пропал.
   - Еще как можем, - вполне серьезно заявил Сакано, - как раз это поймут скорее, чем замену певца. В конце концов, Шиндо-кун пропал без вести, возможно, даже убит, а не просто так прогуливает концерт.
   Кей настороженно вгляделся в лицо Томы, потом убрал пистолет в кобуру:
   - А я, пожалуй, соглашусь с Сегучи-саном, что стоит объявить прессе о возможности такой замены.
   У Сакано отвисла челюсть:
   - Кей-сан, и вы туда же?!
   Норико вскочила:
   - Я отказываюсь выступать на концерте, если произойдет замена певца! Извини, Фуджисаки-кун, ничего личного.
   Кей подошел к девушке, приподнял ее за шиворот, слегка потряс. Сакано кинулся ее защищать. Завязалась драка.
   - Эй, вы чего? - Хироши стремительно сорвался с места и за шкирку оттащил продюсера от машущего кулаками Кея. - Драку тут устроить решили?! Сакано-сан, даже полностью оправданное несогласие с решениями главы NG не дает вам права затевать тут какие-то уличные разборки!
   От неожиданности Кей даже выпустил Сакано, Норико и винчестер:
   - Хироши, можешь перевести то, что ты сейчас сказал, на понятный японский?
   ...Сакано тяжело дышал, прикладывая отнятый у Кея винчестер к стремительно синеющему фингалу под глазом.
   - Хироши-кун, отпустите меня! Так же нельзя! Вы посмотрите, что творит этот уголовник - возопил он, трепыхаясь под мышкой у Хиро, и качнул головой в сторону Кея, - в конце концов, я - продюсер Bad Luck, и только я должен решать, какова будет политика группы! Я понимаю, когда вмешивается Сегучи-сан - он, как глава NG, имеет на то полное право, но этот-то... куда он-то лезет?
   Сакано втянул голову в плечи, пытаясь увернуться от очередного подзатыльника Кея.
   Хиро выпустил продюсера, тот немедленно отскочил в сторону. Кей собрался было кинуться на Сакано, но Норико завизжала так, что все обернулись к ней.
   - Прекратите немедленно, идиоты!
   - Он первый начал, - хором заявили Кей и Сакано, при этом первый упорно пытался подкрасться ко второму, чтобы отнять свой винчестер, а второй вертелся на месте, как белка в колесе.
   Тома устало вздохнул:
   - Пожалуй, я пойду. Норико-тян, прошу тебя пойти со мной, мне надо сказать тебе несколько слов. Рюичи, пожалуйста, идем с нами.
   Глава NG направился к двери. Норико попыталась отнять у Сакано винчестер, но не преуспела. Рюичи схватил одной рукой Кумагоро, второй Норико и потащил обоих к двери следом за Сегучи.
   Кей злобно выдохнул:
   - Ладно, оставь себе на память, он все равно не заряжен.
   - Не заряжен? - Сакано озабочено повертел оружие в руках, задел за курок.
   Грянул выстрел, комната наполнилась гарью и дымом.
   - Кей, какой гадостью у тебя ружье заряжено, а? - прокашлял откуда-то из-под стола Фуджисаки.
   - На вас, гадов, все нормальные патроны перевел, - не остался в долгу Кей.
   Тут же комнату прорезал громкий, исполненный страдания крик Сакано:
   - У меня дырка, дырка! В самом важном месте - дырка! Что же мне теперь делать?!
   - Где дырка? Ты ранен? - встревожился Кей, прикидывая, во что обойдется ему лечение Сакано и восстановление его и без того расшатанной нервной системы, - Черт! Ничего не вижу! Сакано, где ты?
   - Да откройте же, наконец, окно! - не выдержала Норико.
   - Сейчас! - полузадушенный голос принадлежал, скорее всего, Хироши, - Уй! Его заклинило, не могу открыть!
   - Что с тобой, Сакано?! Я же без тебя как без рук - прокричал Кей, - Где там у тебя дырка? Держись, я уже иду! - он добрался до продюсера и схватил того в охапку.
   - Дырка, дырка! В моем месячном отчете, который я неделю готовил для Сегучи-сана... В нем огромная дырка, прямо посередине! - не переставая, ныл Сакано.
   Кей быстро отпустил продюсера, которого старательно ощупывал на предмет дырки. Сакано рухнул на пол. Американец выругался:
   - Сразу не мог сказать?!! Жаль не в голове у тебя дырка!
   - Не мог! - прокашлял в ответ Сакано. - И вообще, вы крайне невежливы, как и все американцы.
   Хиро, которому все же удалось открыть окно, с облегчением свесился наружу - подышать свежим воздухом.
   Тома, сориентировавшись в дыму, схватил за ухо Кумагоро, и "паровозик" Тома-Кумагоро-Рюичи-Норико, наконец, покинул пределы помещения. Дверь за ними с грохотом захлопнулась. Фуджисаки нашел окно и свесился рядом с Хиро.
   В комнате продолжали орать друг на друга Кей и Сакано. Цветистые ругательства американца перекрывали однообразное "бака" японца, зато Сакано строил предложения так, что Кею приходилось порой переспрашивать, каким именно местом лающего животного его обозвал продюсер.
   - Может и нам пора отсюда сваливать? Этаж-то первый. - Тихо предложил Хиро висящему рядом клавишнику.
   - Давай, - кивнул Фуджисаки, пытаясь выразить согласие, - эта комната сейчас - явно не лучшее место для серьезного разговора. Я только сумки наши захвачу.
   Он набрал воздуха в легкие и, втянувшись обратно в комнату, нащупал обе сумки - свою и Хиро, прижал их к груди, и все так же тихо, пытаясь ни в коем случае не привлечь внимания переругивающихся Сакано и Кея, покинул поле боя.
   - Вещи у меня. Отползаем, Хиро-кун, - Фуджисаки перевалился через подоконник и скрылся в ближайших кустах.
   Озадаченный Накано последовал за ним.
  

***

   - Я явно не так представлял себе карьеру музыканта, - облегченно выдохнул Хиро, прислоняясь к дереву неподалеку от студии, которую они только что покинули таким своеобразным способом. От дыма еще немного слезились глаза, и першило в горле, но это было нечем по сравнению с новостью, из-за которой и произошел весь этот переполох. Сделав очередной глубокий вдох, молодой человек перевел изучающий взгляд на Фуджисаки.
   - И давно ты решил начать сольную карьеру?
   Сугуру пожал плечами:
   - Мне всегда хотелось попробовать себя в качестве солиста... Упускать такой шанс было бы просто безумием!
   - Шанс? - Накано сжал кулаки и нахмурился. - Что именно ты называешь шансом? То, что Шуичи возможно погиб?! Хочу, чтобы ты знал: как бы ты не старался ты никогда не сможешь занять его место! Bad Luck будет существовать с ним, но не без него. А не будет его - не будет и меня. Если хочешь, то можешь выступать один.
   - Хироши, - сощурился Фуджисаки, - скажи мне только одно: ты - профессионал?
   Накано вопросительно приподнял бровь.
   - Если да, - продолжал тем временем Сугуру, - то ты обязан выступать, хочешь ты того или нет. Если же ты себя профессионалом не считаешь, то можешь сразу подавать Сегучи-сану заявление об уходе. Только не думай, что так легко отделаешься: в наших контрактах с NG очень подробно прописана неустойка, которую любой из нас должен будет заплатить корпорации в случае досрочного разрыва контракта.
   Фуджисаки презрительно усмехнулся.
   - Так какой из вариантов ты предпочитаешь, Хиро-кун?
   Накано смерил его взглядом.
   - Не пытайся прыгнуть выше головы, Сугуру, - в тон Фуджисаки ответил Хиро, отстраняясь от дерева и забирая свою сумку из рук клавишника. Продолжать спор не имело смысла, а доказывать, что он не собирается играть без Шуичи глупо. Во всяком случае, сейчас.
   Медленно выдохнув и бросив мимолетный взгляд на Сугуру, Хироши накинул сумку на плечо и не спеша зашагал прочь.
  

* * *

   Тем временем, скандал, затеянный в студии Кеем и Сакано, все продолжался...
  

Глава 19.

   Шуичи не знал, сколько провел без сознания. Просто в какой-то момент обжигающая боль в виске и правом ухе привела его в чувство. Он лежал на полу среди груды осколков оконного стекла. В кулаке была зажата злосчастная записка.
   Случайно выпавшая из его рук, когда тронулся поезд.
   Спасшая ему жизнь.
   Осторожно дотронувшись до очага боли, он почувствовал на пальцах что-то липкое. Поднес руку к внезапно ослабевшим глазам.
   "Кровь".
   Мальчишка дотянулся до полотенца и вытер кровь. Затем поднялся на ноги и, шатаясь, покинул купе.
  

* * *

   Шуичи шел куда-то, не разбирая дороги. Перед глазами двоилось, в голове стучали чугунные молотки.
   - Юки! - звал он время от времени. - Юки, где ты?
   Он вскидывал воспаленные глаза вперед на пыльную дорогу, и в предзакатном мареве словно воочию видел стройный светловолосый силуэт.
   - Ю-ю-юки-и-и!!! - кричал он и бросался к нему. Фигура все время отступала все дальше и дальше.
   Шуичи шел, не обращая внимания на сбитые в кровь ноги, на нестерпимую резь в воспаленных глазах... Остановился он один-единственный раз - когда боль в ухе стала совсем невыносимой. Он вскинул глаза - фигура Юки замерла где-то на линии горизонта и остановилась, будто поджидая его.
   Шуичи отчаянно крикнул:
   - Подожди, не уходи, я сейчас тебя догоню! - И нетвердой походкой сошел с тракта в поисках какого-нибудь озерка или речки, в котором можно было бы промыть рану. После некоторых поисков - Шуичи очень хотелось знать, не слишком ли долгими они были, и не утомился ли Юки его ждать, - ему посчастливилось набрести на небольшой ключик с родниковой водой. Промыв рану, перевязав ее оторванным куском футболки и вдоволь напившись, Шуичи, не чуя под собой ног, бросился обратно к дороге.
   - Юки-и-и-и-и! Я уже иду, не ухо... - Фраза замерла сама собой. На дороге никого не было.
   Шуичи сел на грязную обочину и, обхватив голову руками, тихонько завыл.
  
   Когда он поднял голову, вечер уже сменился утром. Сначала он даже не понял, что вырвало его из пелены нахлынувшего безумия.
   "Ах, да... рука. Она сломана".
   И тут Шуичи вспомнил.
   Падение под чудом успевшую затормозить машину. Скомканная записка в грязном кулаке. "Благодари Эйри". Выстрел в поезде.
   Кусочки мозаики разлетелись на тысячу мельчайших осколков, а через секунду сложились в четкую картину.
   "Кто-то хочет меня убить. И не успокоится, пока своего не добьется".
   Ему стало очень страшно. Шуичи вздрогнул и поспешно оглянулся, словно ожидая, что Некто вот-вот выскочит из-за поворота и накинется на него.
   "Причем это все явно связано с Юки".
   Он потер лоб и поерзал, пытаясь усесться поудобнее на остром гравии.
   "Почему кто-то хочет убить - меня? - спросил он у себя, и тут же сам себе ответил - Неужели потому, что Юки ко мне неравнодушен?"
   Что-то кольнуло внутри.
   "Или был неравнодушен", - горько выдохнул он, хотя верить в это совсем не хотелось.
   Ни во что верить не хотелось: ни в равнодушие, ни в ссору, ни в выстрел, ни в даже противную грязь под пальцами и палящее солнце...
  
   Внезапно в мутное сознание Шуичи вклинился чей-то звонкий голос.
   - Эй, парнишка! С тобой что-то случилось? Тебе помочь?
   Шуичи поднял глаза. Над ним, с самым обеспокоенным выражением лица, возвышался невысокий темноволосый крепыш в широкополой шляпе.
   - Ты потерялся, наверно? - Крепыш расплылся в улыбке и немного застенчиво предложил. - Пойдем, я провожу тебя, куда скажешь.
   - Мне некуда идти, - слова, сорвавшиеся с губ Шуичи, были слишком откровенны, о чем он тут же пожалел.
   - Так ты сбежал из дому? - Крепыш решил, что догадался о произошедшем. - Тебя, наверное, ищут.
   "Ищут... О, Бог мой! Никто же не знает, что со мной произошло! - вдруг дошло до Шуичи, - Ну почему, почему я же такой недогадливый!"
   Где-то на краешке сознания билась мысль, которую он безуспешно пытался от себя отогнать: "Юки, наверное, волнуется..."
   - Я и вправду потерялся - он посмотрел в глаза незнакомцу, чувствуя, что сейчас заплачет, - я не знаю, где я, и друзья, наверное, волнуются...
   - Тогда пойдем, что в грязи-то сидеть? Много не насидишь! Идем пока ко мне домой: поспишь немного, помоешься, и решишь, что тебе дальше делать, - собеседник улыбнулся еще раз, и доверчиво продолжил, - а если вдруг окажется, что тебе идти совсем некуда, можешь у меня остаться: у меня рисовые поля и сейчас как раз не хватает рабочих рук. Меня, кстати, Такаро Дайго зовут... А ты чего из дома-то сбежал? С родней не поладил?
   - Ну... - Шуичи замялся: врать не хотелось, а сказать правду он был как-то не готов.
   - Ладно, не хочешь - не говори, - покивал головой владелец риса, - может, попозже расскажешь. В любом случае, мой дом - твой дом...
  
   Шуичи плескался в теплой ванне вот уже часа полтора, с наслаждением смывая с себя кровь и пот, прогоняя усталость и плохое настроение. Последнее, правда, не очень-то удавалось, но Шиндо не унывал: ведь если даже в самой безнадежной ситуации твердо веришь, что все будет хорошо, то оно обязательно так и случится!
   Вылезя из ванны, Шуичи взглянул на себя в зеркало и остался доволен результатом: начисто отмытая кожа влажно блестела и будто бы светилась изнутри, волосы легли красивой розовой волной - Шуичи встряхнул ими, и они тут же растрепались, принимая свое излюбленное положение.
   В глазах замерцали решительные искорки.
   "Я буду бороться за Юки! Я никому его не отдам! Пусть даже меня убьют - все лучше, чем жизнь без него... - подумал он, и прибавил, - и без песен".
   Глаза его снова наполнились слезами.
   "Я пою - потому что я не могу не петь. Я люблю Юки - потому что я не могу его не любить. И никому не отдам!"
   Замотавшись в полотенца, Шуичи вышел из ванной.
  
   Дайго сидел на кухне и, уставившись в телевизор, неторопливо прихлебывал чай. В первое мгновение Шуичи даже не понял, что так зацепило его в выпуске утренних новостей. А секунду спустя приник носом к экрану, с которого серьезными и трагическими глазами на него глядела невысокая черноволосая девушка.
   - Здравствуйте, мы ведем прямой репортаж из небольшой гостиницы Аби-ванг, где скрывается от посторонних глаз Юки Эйри. Позволю себе напомнить нашим уважаемым зрителям, что некоторое время назад Эйри-сан официально подтвердил моим коллегам, что является любовником солиста популярной молодежной группы Bad Luck Шиндо Шуичи, исчезнувшего вчера при трагических обстоятельствах, предположительно убитого. К сожалению, нам не удалось уговорить господина Эйри как-то прокомментировать вчерашние события, однако, на наш взгляд, его молчание и сам его вид является вполне ясным ответом на все возможные вопросы.
   На экране показалось лицо Юки. Бесконечно усталое, с искусанными губами, а в глазах... Не беда, не боль, не отчаяние - пустыня. Страшная и выжженная. Обгорелая. Мертвая. Юки смотрел прямо перед собой, не обращая ни малейшего внимания на направленный на него объектив, смотрел таким взглядом... Стало жутко страшно. Не за себя - за Юки, чувства которого не поддавались никакому описанию. За Юки, которому он в очередной раз - пусть и невольно! - причинил огромную, невыносимую, нечеловеческую боль.
   Шуичи, задыхаясь, сполз на пол.
   - Эй, парень, что с тобой? Тебе, никак, опять худо? - обеспокоенный Дайго привстал со своего места. Шуичи даже не повернул к нему головы, впившись взглядом в экран.
   - Как нам удалось узнать, - как ни в чем не бывало, продолжала репортерша - Эйри-сан остановился в гостинице вместе с некоей Кейли Киммс. О том, кто она ему, какие отношения их связывают, и что же все-таки случилось с Шиндо-саном, вы узнаете, если будете внимательно смотреть наш канал.
  
   Шуичи трясущимися руками протер глаза и потянулся в карман за телефоном. Не обнаружив ни того, ни другого, он перевел взгляд на Дайго и срывающимся голосом прошептал:
   - Моя одежда... Где она? Там был телефон.
   Тот махнул рукой в сторону выхода во внутренний двор:
   - Вон там, сохнет. А вещи твои в прихожей на тумбочке лежат.
   Дайго встал, подошел вплотную к Шуичи и присел на корточки рядом с ним.
   - Однако, парень, что с тобой стряслось? Такой спокойный был только что, и вдруг - как подменили тебя! Что ты там увидел в этом ящике, чего я не заметил?
   Шуичи в ответ мотнул головой, давая понять, что ничего сказать не в силах. Непослушная розовая прядь выбилась из-под намотанного на голову полотенца и упала на лоб. Дайго внимательно посмотрел на прядь, затем - в глаза Шуичи, и вдруг одним движением сдернул полотенце с головы. Шуичи взвыл и схватился за потревоженное, опять нестерпимо заболевшее ухо.
   - Шиндо. Шуичи. Это ты. - Дайго не сводил с мальчишки взгляда.
   - Я, - повесил голову тот, и через мгновение сорвался на крик, - да какая вам разница, я это или не я, вы не понимаете, там - Юки и ему плохо! И он не знает, что я жив! И никто не знает! Они сейчас с ума сойдут, а я сижу тут и...
   Не выдержав, Шуичи разрыдался. Дайго привлек его к себе и обнял.
   - Ну-ну, парень, полегче... ты на меня-то не кричи, не я в тебя стрелял, не мне и отвечать, - он гладил Шуичи по волосам, стараясь как-то утешить его, - Ты поплачь, поплачь. Помогает. И Эйри своему позвони - не дело, что он так за тебя волнуется, на нем же лица нет...
   Услышав последнюю фразу успокоившийся было Шуичи зарыдал с новой силой.
   - Погоди, - сильные руки ненадолго отпустили его, прислонив спиной к чему-то твердому, не дающему упасть, а через пару секунд в ладонь ткнулся телефон.
   - Держи вот. Звони скорей.
   Шуичи поднял на Дайго зареванное лицо.
   - Он же никогда мне не простит, что из-за меня ему было так больно, такое пришлось пережить.
   - Дурачок! - улыбнулся Дайго, - за счастливые новости не сердятся. За них благодарят. Звони.
  
   Дрожащими руками Шуичи набрал номер.
   "Абонент не отвечает или временно недоступен..." - ответила ему трубка.
   Он поднял растерянное лицо на Дайго.
   - Телефон выключен...
   - Так звони кому-нибудь еще, не сиди истуканом! - Дайго, кажется, тоже начинал нервничать.
   "Кейли-сан, - мелькнула в разгоряченном мозгу Шуичи спасительная мысль, - там говорилось что-то о Кейли-сан. Что она вместе с Юки".
   Шуичи судорожно потыкался в кнопки и нашел нужный номер.


* * *

   Телефонный звонок, пришелся, как всегда, некстати.
   - Алло, Кейли Киммс на проводе.
   - Кейли-сан? - дрожащий голос по ту сторону мембраны казался чем-то сверхъестественным, - вы не могли бы позвать Юки? Это Шуичи.
   Кейли чуть не выронила телефон.
   "О, Пресвятая дева, спасибо!"
   Девушка вскочила и, схватив за плечо успевшего уже почти уйти Юки, протянула ему аппарат.
   Эйри взял трубку, поднес к уху. Из трубки полился такой родной голос Шуичи:
   - Юки!
  

* * *

   - Эйри слушает, - раздалось в телефоне.
   - Юки, это я! Юки, я жив! Юки, я люблю тебя! - Шуичи кричал и плакал одновременно, - прости меня за все, Юки, я люблю тебя, Юки! Юки, ты только не бросай трубку, Юки, это я, со мной все в порядке, Юки! Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!!!
  
   Юки отказывался верить собственным ушам. Шуичи! Родной, любимый. Ледяная стена внутри треснула, но он все еще не мог поверить, не мог осознать. Эйри оперся рукой о косяк двери:
   - Где ты? - хрипло выдавил он.
   Шуичи слушал дыхание Эйри в трубке. Частое, сбивчивое, перемежаемое глухими, не слышными, а скорее угадываемыми всхлипами. Такое родное, такое до боли знакомое дыхание.
   - Где я?.. Не знаю... - Он перевел вопрошающий взгляд на Дайго. - Где я?
   Тот, улыбнувшись, подробно объяснил, как найти его дом. Шуичи, замирая от подступающих слез, послушно повторил адрес в трубку.
   - Я еду.
  
   "Я еду".
   Шуичи уронил на пол замолчавшую трубку и как был, в полотенце, кинулся к дороге.
   - Эй, парень, что с тобой? ты куда? - Дайго, казалось, был не на шутку встревожен.
   Шуичи на бегу крикнул:
   - Это Юки, он едет, он уже сейчас будет здесь!
   - Еще не сейчас, - охладил его пыл Дайго, - от Токио сюда часа четыре ехать, не меньше. Да куда ж ты в полотенце-то побежал?! Шиндо! Оденься!
   Но Шуичи его не слышал.
   "Я еду".
   Его Юки... Юки едет за ним... Юки его простил!
   Ноги Шуичи подкосились, и он упал в пыль. Глаза его устремились куда-то к линии горизонта, ожидая увидеть знакомый силуэт.
   "Я еду".
   Шуичи ждал.
  

Глава 20.

   Нажав отбой, Юки кинулся вниз. Не глядя на столпившихся внизу журналистов, он пролетел холл, остановился у стойки администратора:
   - Нужна машина. Напрокат. Сейчас. - Слова выдавливались через силу. Ледяная стена вибрировала внутри, заставляя сжиматься сердце, которое снова пыталось биться.
   Перепуганная администраторша протянула Юки ключи от служебной машины. Эйри рывком открыл дверцу, сел в машину, захлопнул дверь, нажал на газ. С такой скоростью эта колымага не ездила давно. Юки сосредоточенно следил за дорогой, а в голове стучала только одна мысль: пусть это будет правда, пусть это будет правда.
   До названного пункта он долетел за два часа. На подъезде к указанному адресу он притормозил, пытаясь разглядеть нужное строение. Юки не сразу понял, почему дома расплываются. Он потер рукой глаза, на пальцах остался влажный след.
  
   Машина плавно вывернула с главного тракта, и Юки почти сразу увидел у крайнего дома знакомый, родной до боли силуэт розоволосого парнишки. Правая рука в гипсе, на ухе пластырь, бедра обмотаны полотенцем. Юки улыбнулся при виде такого: Шуичи в своем репертуаре. Он заглушил мотор, машина доползла оставшиеся несколько метров и остановилась. Юки вылез, прислонился к машине. Ничего больше было не надо, просто стоять и смотреть, как солнце играет в волосах Шуичи. Шиндо не видел его, он смотрел в другую сторону. Юки видел только розовые пряди, часть щеки, но и этого было достаточно.
   Просто смотреть, просто чувствовать себя невозможно счастливым, оттого что этот паршивец жив, что он здесь, что его можно видеть, что можно будет подойти, обнять... Вот подойти было бы трудно ноги подкашивались. Сказывалось пережитое напряжение последних дней. Впрочем, сейчас это неважно. Все неважно.
   Юки чувствовал, как в груди разливается тепло. Он не позвал Шуичи, не издал ни одного звука, даже не хлопнул дверцей машины. Просто стоял, опершись на капот, и смотрел.
  
   Шуичи ждал. Просто сидел, уставившись в одну точку - ту, откуда, по его предположениям, должен был появиться Юки, а остальное... Остальное не имело значения.
   Он и сам не понял, что случилось. Казалось бы, в окружающем его пейзаже ничего не изменилось. Просто скрипнул гравий. Просто дуновение ветерка налетело - и внезапно стихло. Просто все вокруг - перекличка рабочих на поле, остервенелый лай собак, гомон птиц и далекий перезвон колоколов - все вдруг смолкло и застыло. И в напряженной, звенящей тишине Шуичи почувствовал на себе взгляд. Ощутил его всей кожей, всем своим существом.
   Откуда ни возьмись, налетела дрожь - взяла приступом, заставив согнуться, словно бы вытягивая из окаменевшего тела нервные окончания и завязывая их в один немыслимый, чудовищный узел, а затем - также внезапно - отпустила и стихла.
   Шуичи закрыл глаза и медленно, словно боясь пропустить что-то очень важное, обернулся. Вдохнул. И, рывком подняв голову, открыл глаза. И тут же зажмурился, боясь ослепнуть.
   Сверкающие искры в золотистом, устремленном на него, взгляде. Светлые волосы, подхваченные порывом ветра, превращенные солнцем в блистающий нимб. Мокрая дорожка на чуть подрагивающей щеке.
   На мгновение Шуичи показалось, что обезумевшее сердце сейчас выпрыгнет у него из груди. Из пересохшего горла вырвался крик:
   - Ю-ю-юки-и-и!
   Слепая сила подхватила его, распахнула глаза и бросила вперед, навстречу замершей фигуре. Размотавшееся полотенце соскользнуло с бедер и упало в пыль.
   Юки еле успел раскинуть руки, чтобы поймать летевшее к нему существо. Обнять, прижать к бешено стучащему сердцу, выдохнуть, наконец. Казалось, нет ничего лучше на свете, чем обнимать этого полоумного Шуичи, касаться лицом его волос, скользить руками по его телу, ощущать его сумасшедшее сердцебиение. Все исчезло, остались только они двое. И больше никого. И мир у их ног.
   Юки прижимал к себе Шуичи, вжимал в себя, бормотал что-то бессвязное, почти молился, кажется, пока не услышал сам свои слова: "Я люблю тебя, Шиндо Шуичи, я люблю тебя". Он проговорил эти слова в розовые волосы, очень тихо, почти неслышно.
   Только для себя, признаваясь, наконец, в своих чувствах главным образом самому себе.
   Сначала Шуичи показалось, что он ослышался.
   "Я люблю тебя Шиндо Шуичи..."
   Он замер, стараясь понять - то ли ему пригрезилось, то ли Юки, и правда, это сказал. Шуичи набрал воздуха в легкие и тихонько прошептал:
   - Юки, я люблю тебя.
   И чудо повторилось вновь.
   Эйри не знал, сколько прошло времени, прежде чем он смог разжать руки, поднять лицо Шуичи к себе, вглядеться в его глаза, излучавшие такую радость и любовь, что Юки чуть не зажмурился.
   Только сейчас он заметил, что Шиндо, мягко говоря, не одет. Юки стянул с себя пиджак, накинул на Шуичи. Пиджак был так велик парню, что тот утонул в нем почти весь.
   Юки снова прижал его к себе, запрокинул голову к небу.
  
   Дайго стоял на пороге и, улыбаясь, смотрел на пару, не замечавшую вокруг никого и ничего, обнимающуюся так, словно от силы объятий зависела жизнь. Их жизнь. Две пары глаз смотрели друг на друга с такой любовью и трепетом, что Такаро невольно им позавидовал. Две прижавшиеся друг к другу, словно бы слитые воедино фигуры: изящный светловолосый мужчина и худенький мальчишка в огромном, доходившем ему почти до колен пиджаке. Юки Эйри и Шиндо Шуичи. Мужчина запрокинул голову к небу, губы его едва заметно шевельнулись. Мальчишка вздрогнул и, слегка отстранившись, посмотрел на него, а затем, привстав на цыпочки, коснулся губами уха - то ли сказал что-то, то ли поцеловал. И так и замер - на цыпочках, всем телом вжимаясь в любимого, боясь шевельнуться.
  
   Эйри наконец нашел в себе силы отстранить от себя Шуичи, осмотреть его с головы до ног, отметить ухо, которое снова начало кровоточить, и гипс, больно врезавшийся ему в спину.
   - Шу-тян, - тихо сказал он, - давай пойдем куда-нибудь под крышу. Ты простудишься.
   Он подтолкнул Шиндо по направлению к дому, на пороге которого стоял какой-то человек.
   Шуичи не сразу понял, почему теплые руки вдруг отпустили его. Он чувствовал себя настолько счастливым, что, казалось, мог на всю оставшуюся жизнь так и остаться стоять на дороге - лишь бы Юки не разжимал объятий.
   - Идти? Куда? Почему? - он перевел вопрошающий взгляд на Юки, мягко подталкивающего его к дому.
   Юки почувствовал привычное раздражение, и это чувство обрадовало его так, как ничто никогда не радовало. Черт подери этого придурка, как хорошо, что он есть, что он может еще раздражать, радовать, быть рядом, давая самому Эйри чувствовать себя живым. Он ухмыльнулся, подхватил Шуичи на руки, перекинул через плечо, как мешок с рисом:
   - Теперь уже не идти. - С усмешкой в голосе ответил он парню. - В дом. Потому что я так хочу.
   И он понес Шуичи к дому. Дойдя до Дайго, он спросил:
   - Можно мы на минутку войдем в дом? И не найдется ли у вас одежды для этого... - небрежное движение плечом, - типа?
   Дайго улыбнулся и ответил:
   - Я уже говорил Шиндо-сану, мой дом - ваш дом. Проходите пожалуйста, располагайтесь. Одежда этого молодого господина висит на заднем дворе и скорее всего уже высохла. Я пытался убедить его одеться, но, по-моему, в полотенце он чувствовал себя комфортнее.
   Почувствовав ощутимое движение плеча, пришедшееся куда-то чуть пониже пупка, Шуичи сдавленно хрюкнул. Не дождавшись ответной реакции, и поняв, что опускать его на землю Юки явно не собирается, он решил принять-таки участие в общем разговоре:
   - Юки, это Такаро Дайго, он нашел меня, когда я потерялся, - он слегка поерзал на плече, пытаясь устроиться поудобнее.
   Юки вежливо наклонил голову, приветствуя Дайго, внес Шуичи в дом, прошел к комнате, указанной Такаро, и свалил Шиндо на постель как мешок. Сам сел на край кровати и, отвернувшись, закрыл лицо руками.
  
   Плюхнувшись на диван, Шуичи зажмурился и пару секунд блаженно лежал, ожидая, что Юки что-то скажет или сделает. Однако, не дождавшись, приоткрыл глаза и перевел взгляд на Эйри. Тот сидел так, словно Шуичи в комнате и в помине не было.
   - Что-то случилось, Юки? Ты на меня сердишься? - спросил он, наконец.
   - Нет, - ответил Эйри, не поворачиваясь. Не хотелось, чтобы Шуичи видел его лицо сейчас. Эйри не знал, что написано у него на лице, но чувства облегчения, радости и злости в душе смешались так, что он сам не понимал, что он чувствует. Молчание затягивалось. Юки собрался с силами, нацепил на лицо привычное выражение и повернулся.
   Шуичи смотрел на него преданными глазами, в которых стояли слезы. Эйри почувствовал себя негодяем. Похоже, что убийце все же удалось уничтожить что-то в молодом певце. Потому что, кроме слез, в глаза Шуичи Юки прочитал долю... презрения, что ли? Точно определить он не мог. Может быть потому, что слишком много сил уходило на то, чтобы самому "держать лицо".
   Юки отвел глаза.
   Казалось бы, так было естественно примчаться сюда, обнять этого недоумка, который, слава Богу, жив, прижимать к себе, шептать слова любви. А теперь Эйри не знал, что делать, что говорить. "Я просто боюсь, - понял он. - Боюсь его сейчас. Боюсь того, что он мне скажет. Мне страшно... уйти одному".
   - Все в порядке. У тебя ухо кровит. - Он вынул из кармана платок, прижал к уху Шуичи, старательно не глядя тому в глаза.
   - Не важно, - Шуичи потерся щекой о протянутую руку и, сев на постели, подтянул колени к подбородку, оперся на них щекой, - Юки, я так много хотел тебе сказать, о стольком расспросить...
   Шиндо замер - холодность и отстраненность любимого мешали ему говорить, затыкая рот не хуже кляпа.
   - Я тут думал, пока шел, - Шуичи нерешительно посмотрел на Юки, - думал и...
   Юки против воли посмотрел на него, усмехнулся:
   - Ты думал? Уверен, что тот процесс именно так назывался?
   И снова отвел глаза
   - Неужели я веду себя настолько по-детски, что ты стал меня считать круглым дураком?! - чуть было не вспылил Шуичи и, смерив Юки грустным взглядом, отвернулся и сменил тему - Прости меня за то, что я удрал, не сказав ни слова! Просто, я очень испугался. И в первый раз, когда, кто-то толкнул меня под машину, и во второй, когда...
   Голос Шуичи сорвался. Вместо нормальной речи из горла почему-то вырывался только сиплый шепот.
   Юки дернулся как от удара:
   - В первый раз? Во второй?.. - Он потер лоб, пытаясь осознать сказанное. - Кто-то толкнул тебя под машину? Может это была случайность?
   Если бы он сам в это верил!.. Стоп, главное - не объясняться с Шиндо, не рассказывать ему о том человеке. Ничего не было.
   Юки растянул губы в презрительной усмешке:
   - Ты всегда так неосторожно переходишь дорогу.
   А в мыслях всплыла знакомая фраза: ты виноват!
   Шуичи покачал головой:
   - Сначала я тоже подумал, что это случайность. А потом нашел в кармане записку, адресованную, очевидно, тебе. - Взгляд Юки резанул его, словно бритва. Решив, что Юки опять ему не верит, певец поспешно соскочил с кровати. - Сейчас я ее найду, она была где-то в кармане.
   Найдя в куче прочего своего барахла замызганный клочок бумаги и зажав его в кулаке, он стремглав помчался обратно.
   - Юки, вот! - выкрикнул он, но записку не отдал, решив сначала договорить до конца, - Я ведь ее дома случайно подобрал, тогда, когда мы с тобой... - Он на мгновение замолчал, пытаясь подобрать правильное слово. - Ну, в тот день, когда мы поссорились. Тогда я ее и нашел у себя в кармане. Но о чем она, я понял, только после того, как меня ранили.
   Он посмотрел Юки в глаза и внезапно окрепшим голосом произнес:
   - Там же говорится про убийство, а меня дважды за день пытались убить. Значит, записка была адресована тебе - я же у тебя самый близкий и дорогой человек! И про Китазаву там сказано...
   Юки решительно не знал, что теперь делать, объяснять, говорить. Руки задрожали, и он поспешно сжал ладони.
   - Это был черновик романа, - он сам знал, как неубедительно это звучит. - Ты ошибся. Дай сюда эту бумажку. - Он потянулся к Шуичи, но тот проворно отдернул руку. Юки схватил его за руку, они оба рухнули на кровать. - Отдай!
   - Черновик?! Да твой черновик меня чуть не убил! - Шуичи сорвался было на крик, но, заметив мелькнувшее в глазах Юки безумие, заставил себя продолжить почти спокойно - Я не смерти боюсь, Юки. Мне жизнь вдали от тебя, считай, та же смерть, - голос его дрогнул, - только более болезненная и длинная... Но дело даже не в этом. Он же тебя в покое не оставит, Юки! Зачем, иначе, он стал бы в меня стрелять, когда я уезжал?! Он же хочет, чтобы ты тебе было плохо!
   - Если бы ты ушел сразу, то мне бы не было плохо, - заорал в ответ Юки.- Потому что этот тип тогда не покушался бы на тебя!
   Он отпустил руку Шуичи, лег на спину рядом с ним. Сил больше не было ни на что: ни на ругань, ни на объяснения. Он чувствовал себя сейчас безмерно уставшим.
  
   Шуичи чуть не заплакал с досады. Все же было так хорошо, Юки был так рад его видеть, а он опять его разозлил! И зачем только он заговорил про эту злосчастную записку! Шиндо искоса взглянул на посеревшее лицо Юки и решил, даже если его любимый сердится, все равно не поздно попробовать помириться.
   - Юки, прости, что я такой дурак! - Шуичи привстал и осторожно, стараясь не потревожить Эйри, положил голову к нему на живот, расстегнул нижнюю пуговку на рубашке и потерся носом о бархатистую кожу - Я люблю тебя. Я так боялся, что не успею тебе это сказать.
   - Ты мне это часто говоришь, - пробормотал Юки, обнимая Шуичи за плечи и притягивая к себе, - я вот не балую тебя подобными фразами.
   Он провел свободной рукой по розовым волосам, по чуть кровоточащему уху:
   - Очень болит?
   - Когда гладишь - не очень, - едва не замурлыкав от удовольствия, отозвался Шуичи, - я очень-очень тебя люблю, вот и говорю об этом постоянно. Разве это плохо?
   - Не знаю, - Юки пожал плечами, продолжая поглаживать голову Шуичи. - не думал об этом.
   Как хорошо было вот так лежать рядом с ним, гладить волосы, чувствовать его дыхание... Скрипнула дверь - деликатный Дайго закрыл дверь комнаты. Реальность на какое-то время отступила.
   Шуичи повернул голову и кончиком языка коснулся щеки Юки, оставив на ней влажный след. Почему-то ему казалось, что любимый больше на него не сердится.
   Эйри расслабился, язык Шуичи прошелся по щеке. Тело непроизвольно отреагировало на ласку. Юки вздрогнул, чуть отстранил от себя парнишку:
   - Ты болен, - неуверенно сказал он. - Тебе надо поспать. А я поеду. - И он попытался нарочито резко встать.
   - Мне не надо спать, мне тебя надо! - почувствовав, что Юки пытается сбежать, Шуичи ухватился за него, точнее - за доступную ему часть Юки, оказавшуюся брюками, - Не пущу-у-у-у-у!
   Не выдержавшая рывка пуговица на поясе с треском отлетела, молния расстегнулась, и Эйри фактически выпал из штанов, оставив их в руках Шуичи. Шиндо в первый момент испугался, но затем, оценив комичность положения, не выдержал и расхохотался.
   Юки рухнул на пол, от неожиданности забыв даже выругаться. Слов для высказывания не было, а вид хохочущего Шуичи не прибавлял удовольствия. Хотя... как раз удовольствие очень даже было. Юки ухмыльнулся, стянул с ноги ботинок и швырнул им в веселящегося парня.
   Смех оборвался: увидев нечто, летящее в него, Шуичи распахнул рот от удивления, а мгновением позже рефлекторно зажмурился. В результате, во рту оказалось что-то пыльное, большое и очень невкусное. Шиндо, сморщившись, приоткрыл один глаз, скосил его к носу и обозрел торчащий изо рта ботинок.
   - Тьфу! - ботинок вылетел изо рта и, срикошетив о стену, попал прямо в спущенные штаны Юки.
   Эйри отбросил ботинок в сторону, встал с пола, подтянул штаны и направился к кровати:
   - Веселимся? - получилось грозно и страшно. Так грозно и страшно, что Юки еле подавил смех, глядя на ошарашенную физиономию Шиндо.
   Демонстративно стянул брюки, швырнул в руки Шуичи:
   - Зашивай теперь!
   И, скинув на пол второй ботинок, вальяжно улегся на кровать. Чувствовал он себя превосходно. Такого хорошего настроения у него не было давно, и теперь Юки наслаждался мигом полной свободы.
   - Для тебя - все, что угодно, даже макраме плести научусь, - нашелся Шуичи, но тут же, повертев головой, расстроился, - Правда, у меня ниток нету, у меня только пиджак, да и тот - твой. Но могу одолжить, если нужен.
   В подтверждение своих слов Шиндо стянул пиджак и с готовностью протянул его любимому.
   Эйри зарылся лицом в подушку, плечи тряслись.
   - Юки, почему ты отвернулся? Я тебе не нравлюсь в таком виде? - огорченно протянул Шуичи и втянул голову в плечи, стараясь казаться как можно меньше и незаметней.
   Плечи Эйри затряслись еще сильнее, из подушки послышались сдавленные всхлипы.
   - Юки, ты расстроился? Я тебя обидел? Прости пожалуйста! - завопил Шуичи, - Но я заглажу свою вину, Бог - свидетель, заглажу! Или не заглажу, а залижу...
   С этими словами Шиндо, наклонившись, потянулся к ногам Юки и принялся зубами стягивать с него носки, попутно касаясь обнажающейся кожи озорным язычком.
   Больше сдерживать смех Юки не мог. Он сел на кровати, обнял Шуичи, повалил его на кровать, прижал к матрасу:
   - Хватит портить мою одежду, - сквозь смех с трудом выговорил он, - если так хочешь увидеть меня без нее, скажи прямо.
   - Так я говорю! - чуть было не обиделся всерьез Шуичи. - А ты не понимаешь...
   Он потянулся губами к уху Юки и, достав до мочки, слегка прикусил ее.
   Юки подскочил. Смех как рукой сняло. Паршивец знал его самое чувствительное место. Взяв в ладони лицо Шуичи, он приник к его губам в обжигающем страстном поцелуе.
   Шуичи вздрогнул от неожиданности. Ну почему, почему же ему никогда не удается предсказать, что в следующее мгновение сделает Юки?! Он обнял любимого и залез руками ему под рубашку, гладя нежную кожу.
   Юки оторвался от губ парня, провел пальцами по его лицу. Душу затопила бесконечная нежность. Эйри скользнул губами по шее Шиндо, его рот пропутешествовал по груди парнишки, язык лизнул плоский сосок. Больше всего сейчас Юки хотел доставить удовольствие любовнику. Услышать его нежные стоны, ощутить каждую клеточку его тела. Потому что еще недавно он считал, что потерял его.
   Эйри ласкал Шуичи, наслаждаясь его всхлипами. Его рука спустилась вниз, обхватила ту часть парня, которая настойчиво тыкалась ему в бедро.
   Шуичи прислушивался к ощущениям внутри. С Юки действительно что-то произошло, некий неявный сдвиг, - еще никогда он не был так ласков. Нежность Эйри необыкновенно завела Шуичи, заставляя снова и снова выгибаться навстречу дразнящим прикосновениям.
   Язык, скользнувший по шее. Разгоряченное дыхание, коснувшееся груди... Сосок очутился в плену жадного рта, по телу прокатилась горячая волна. Шуичи всхлипывал, почти кричал. Твердая ладонь сжала его напряженный член... Шуичи закричал от невыносимого желания и, будучи не в силах хоть как-то выразить свои эмоции, извернулся и вновь приник к уху Юки, прихватил губами мочку, скользнул языком в ушную раковину .
   Эйри не удержался от стона. Тело сразу напряглось, желая продолжения, но Юки сумел обуздать собственное желание. Главным сейчас было удовольствие Шуичи.
Юки отстранил голову Шиндо от себя, чуть приподнял парня и коснулся его члена языком.
   Кровь стучала в висках, сердце бешено колотилось, но Эйри скорее согласился бы умереть, чем остановиться.
   Горячая волна подхватила и понесла Шуичи. Ничто больше не имело значения, - только бы ласковый язык продолжал свое восхитительное путешествие, только бы мягкие губы ни на секунду не отрывались... Смесь томительных движений - резкого вверх и аккуратного, чуткого, исследующего - вниз, сводила с ума. Не вполне владея собой, совсем перестав понимать, что делает, Шуичи охватил голову Юки руками, не давая отстраниться, пытаясь подчинить того своему ритму, проталкиваясь напряженным членом все глубже в восхитительную узость горла.
   Юки сглотнул, по телу прошла судорога. Страсть все сильнее и настойчивее требовала удовлетворения. Еле сдерживаясь, Эйри обхватил губами член Шиндо, движения языка стали порывистыми: он исследовал каждую складочку, ласкал пылающий стержень. Руки Эйри скользили по телу парня, лаская, сжимая, заставляя того забыть обо всем.
   Когда стоны Шуичи сменились криком, Юки сжал пальцами его соски и чуть прикусил зубами член Шуичи.
   Крик родился сам по себе. Громкий, протяжный, вяжущий, он раздирал горло - и давал хоть немного разрядки. Шуичи прикусил губу и ... сдерживаться дальше было невозможно. Резкое движение, полуподавленный всхлип - и мир вокруг взорвался огненным взрывом, отрывающим от земли, словно бы уносящим куда-то вперед и вверх. Мир разлетелся на миллионы мерцающих звезд, они вспыхнули перед глазами ослепляюще-ярким салютом.
   Сквозь туманную завесу, скрывающую действительность, пробивалась мысль: "Юки же всегда нравилось по-другому, я должен доставить удовольствие ему!"
   Мельком взглянув на прикрытые глаза Эйри, Шуичи перевернулся, отстраняя от себя любимого, скользнул языком по животу, и, чуть задержавшись на пупке, стянул с Юки трусы и дотронулся языком до члена, лизнул, будто пробуя на вкус, а затем втянув в себя почти целиком.
  
   Юки вобрал в себя удовлетворение Шуичи, обнимая бьющееся в оргазме тело. Он чувствовал себя счастливым.
   Он откинулся на спину, закрыл глаза. Собственное тело требовало разрядки, но Эйри не мог сейчас позволить ее себе. "Переживу, только бы пару минут на ... "
   Пары минут ему не дали: по животу прошелся теплый язык, скользнул ниже, еще ниже... Юки дернулся, и его напряженный член обхватили ласковые губы. Юки не смог сдержать стона.
   - Нет.
   Но движения языка по требующему ласки телу не прекращались. Эйри вцепился в розовые волосы, пытаясь отстранить Шуичи от себя, и добился только того, что движение губ стало интенсивней.
   - Перестань, не надо, - простонал Юки, чувствуя, как нарастает жажда, как мир начинает сходить со своей оси.
   - Надо. Потому, что ты хочешь. Потому что я хочу, чтобы тебе было хорошо, - на миг оторвавшись, прошептал Шуичи и вернулся к прерванному занятию. Это было так сладко - раз за разом касаться языком напряженной части, целовать, и, обхватив губами, насаживаться на него всем своим существом, краем глаза наблюдая, как по мере течения времени все несдержанней становятся стоны Юки, как слетает с него маска равнодушия и сдержанности. В эти минуты Шуичи и вправду чувствовал, сколь мало значат его многочисленные признания в любви по сравнению с этими стонами, этой нервной дрожью, этими, закушенными в бесплодной попытке сдержаться, губами.
   На какой-то бесчисленно короткий миг Шуичи показалось, что Юки неудобно, что он хочет продолжить как-то по-другому. Не выпуская члена изо рта, Шуичи перевернулся на спину, увлекая Эйри за собой.
  
   Вскрик родился сам собой, перехватило дыхание. Невозможно было двигаться, еще труднее не шевелится. Мир начал скручиваться в лабиринт, единственным проводником в котором были губы, сомкнувшиеся на самой чувствительной части тела. Юки больше не мог сдерживаться: тело зажило своей жизнью, задвигалось, стараясь прижаться как можно крепче к источнику наслаждения. Эйри как мог осторожно двинулся, ощущая трение о язык, зубы. Мысли исчезли, тело требовало разрядки. Юки застонал в голос. Разум еще пытался что-то сделать, что-то объяснить, но тело не повиновалось.
   Казалось по нему пробегают электрические разряды. Скорее, скорее, больше уже нет сил терпеть...
   Оргазм накатил штормовой волной, подхватил, понес, подбросил до облаков и выбросил на берег мокрым, задыхающимся и невероятно счастливым.
   Шуичи, с трудом оторвавшись от любимого, обнял его. Такого Юки он любил больше всего - благодарного, усталого и потрясающе счастливого. Он сполз чуть вниз и спрятал голову, уткнувшись лицом в бедра Эйри. Сейчас Юки принадлежал только ему - целиком и полностью.
   Юки даже уже не пытался привести в норму дыхание. Он только выпустил волосы Шуичи, перевернулся на спину. На душу и тело снизошел покой. Юки слабо улыбнулся, приподнялся, чтобы притянуть к себе Шуичи, положил руку ему на плечо и... Мир покачнулся, знакомая серая дымка заволокла глаза.
   - Шуи... - с трудом прошептал Эйри.
   Рука соскользнула с плеча парня и безвольно повисла. Юки провалился в пустоту.
  

Глава 21.

  
   Шуичи почувствовал неуловимое изменение. Приподняв голову, он с растерянностью глядел на безвольно раскинутые руки, закатившиеся глаза, откинутую назад голову, раскрытый, словно в попытке набрать воздуха, рот...
   - Юки! Юки, что с тобой? - тревожно спросил Шуичи, но ответа не получил, - Юки, тебе плохо? Юки?!
   Шуичи вскочил и, подхватившись, метнулся из комнаты вон, крича:
   - Такаро-сан! Такаро-сан! Юки стало плохо, помогите!
  

* * *

   Дайго сидел в кресле, включив телевизор почти на полную громкость, дабы не слышать доносящихся из соседней комнаты стонов и криков. Наверное, именно поэтому внезапное появление обнаженного Шуичи стало для него большим сюрпризом.
   - Такаро-сан, с Юки беда! - Дайго заметил испуг и растерянность на лице Шиндо, - Ему плохо и я не знаю, что делать.
   - Во-первых, не паниковать! - сориентировался находчивый хозяин. - А во-вторых одеться. С этими словами Дайго кинул Шуичи его одежду, чистую и высушенную, недавно снятую с веревки.
   - А я тем временем посмотрю, что там с твоим писателем приключилось.
  
   Так быстро Шуичи не одевался еще никогда. Стремглав вбежав в комнату, в которой находился Юки, он с надеждой заглянул в глаза Дайго.
   - Плохо дело, парень. Что-то серьезное с ним, тут врач нужен. Да вот беда - пока врач в нашу глубинку доберется, времени много пройдет. Лучше мы сами его в больницу отвезем. Только, - Дайго тактично отвел глаза, - одень его, что ли... А то неудобно как-то.
   Шуичи, глотая подступившие слезы, одел Юки и окликнул отвернувшегося Дайго:
   - Такаро-сан, готово.
   - Иди в моей машине, ключи со стола в кухне возьмешь, я сейчас его вынесу, - Такаро потянулся к Эйри.
   - Нет! - крик вырвался раньше, чем Шуичи понял, что говорит, - нет, не прикасайтесь, я сам его отнесу.
   - Он же тяжелый, надорвешься! - неодобрительно покачал головой Дайго, но, заметив насупившееся лицо паренька, примирительно протянул, - а впрочем, ладно. Как знаешь.
   Шуичи подхватил Юки на руки.
   "Черт! Тяжело-то как!"
   Пошатываясь, Шиндо медленно побрел к машине, забрался с Юки на заднее сидение и, положив его голову себе на колени, принялся гладить по волосам.
   - Только не умирай, Юки! - слова вылетали сами собой, на Шуичи вдруг накатила огромная волна раскаяния, - Прости, это из-за меня тебе стало плохо! Юки, я так люблю тебя!
  

* * *

   Тьма потихоньку отступала. Виски ныли, какой-то назойливый звук пищал над ухом. Постепенно звук трансформировался в слова, произносимые знакомым голосом: прости, это из-за меня...
   "Сейчас встану и стукну этого идиота!" - мелькнула мысль. Губы дрогнули в улыбке. Медленно возвращалось ощущение реальности. Юки осознал, что лежит на заднем сидении машины, головой на коленях Шуичи, а сам паренек чуть не плачет.
Эйри собрался уже было сесть, но тут в его кармане зазвонил телефон.
  
   - Юки, тебе нельзя разговаривать! - зажав ладонью рот явно собирающегося протестовать Эйри, Шуичи выхватил из кармана телефон и нажал кнопку соединения.
  
   - Привет, жертва, рад меня слышать? Ты разочаровываешь меня, Уесуги-сама, - издевательски проговорил некто в телефоне. - Я-то ждал, что ты лично явишься, а ты куда зарылся?
   Что-то внутри замерло и оборвалось. Голос, доносившийся из трубки, Шуичи узнал бы даже при смерти. Тот самый голос, шепнувший ему "скажи спасибо Эйри", прежде чем Шиндо полетел под колеса автомобиля. Сжавшись в комок, Шуичи безвольно слушал доносившиеся с того конца провода гадости. Когда же мерзавец в телефоне наконец замолк, Шуичи набрал воздуха в легкие и тихо, стараясь, чтобы голос не дрожал, заявил трубке:
   - Знаешь, а я жив.
  

***

   Он отшвырнул трубку так, будто это была ядовитая змея. Голос в трубке не мог быть реальностью. Этот тип мертв! Он должен быть мертв, а Уесуги должен страдать!
   Парень притянул к себе фотографию, на которой весело улыбались два парня: убийца и его жертва. Уесуги Эйри и Китазава Юки. Юки, его друг, его кумир, его брат, убитый так глупо и нелепо, потерявший жизнь и имя... Его имя теперь носит его убийца.
   Китазава зарыдал бы, если бы мог, но все слезы были выплаканы им тогда, когда он стоял у могилы брата.
   Он поднялся, прошелся по комнате. Как все было хорошо задумано: убить Шиндо, чтобы заставить Эйри страдать. Но малец выжил. Встретился с Уесуги. И теперь негодяй счастлив и доволен, а Китазава опять проиграл.
   - Прости, брат, - прошептал он, - у меня не получилось. Но получится, обещаю.
   Он вернулся к столу, на котором были разбросаны фотографии, книги Юки Эйри, диски с песнями Шуичи. Он давно готовился, собирал все, что могло ему пригодиться для поражения врага, он изучил его досконально, он знал все его слабые места, он выбрал идеальную точку для нанесения удара и... промахнулся. Ничего, в следующий раз он справится.
   Китазава Такехира ждал семь лет. Он подождет еще немного.
   До концерта, где будет выступать Шиндо, осталось всего два дня.
  

Глава 22.

  
   Шуичи, съежившись в деревянном кресле, неотрывно смотрел на дверь палаты, куда пара взволнованных врачей увезла Юки.
   - Да не волнуйся ты так! Вот увидишь, все будет в порядке! - фраза Дайго, казалось, прошла мимо сознания паренька, - Эй, ты заснул, что ли?
   - Юки болен. Серьезно болен... - мысль вырвалась откуда-то из глубин подсознания, заставив Шуичи невольно вздрогнуть, - и во всем этом виноват я один!
   - Не городи ерунды! - Дайго потянулся к Шуичи и приобнял его. - Вы с Эйри друг другу под стать: оба нервные и, чуть что, в панику впадаете. Только вот по тебе это за километр видать, а он свои эмоции старается скрыть. Ну, переволновался парень, с кем не бывает, вот нервы и не выдержали...
   Рассудительная речь Такаро, быть может, и успокоила бы Шуичи, если бы в этот момент из палаты не выскочила заполошенная медсестра. Шуичи дернулся и резко вскочил, явно намереваясь бежать ей наперерез.
   - Что с Юки?! Что слу... - Резкий рывок за шиворот не дал ему закончить.
   - Сиди, где сидел и не дергайся раньше времени! - Такаро почти кричал, - не хватало только, чтоб ты своими истериками врачам помешал!
   - Вот это я как раз умею хорошо, - едва слышно прошептал Шиндо, - мешать, отвлекать, истерики устраивать...
   - Не пытайся выглядеть бОльшим идиотом, чем есть на самом деле! - тон Дайго был сух и резок, - ничего страшного еще не произошло!
   - Да уж, не произошло, - иронично кивнул Шуичи, припоминая события последних дней. - Ничего страшного. Точно!
   "Всего лишь пара попыток убийства. Всего лишь болезнь Юки. Всего лишь один гад решил, что мы с Юки мешаем ему спокойно жить. Мне бы только увидеть этого мерзавца, я бы ему..."
   От последней мысли Шуичи покрылся холодным потом.
  
   Дверь палаты распахнулась. Появившийся доктор окинул помещение усталым взглядом:
   - Кто тут родственник больного?
   Шиндо кинулся вперед:
   - Что с Юки?
   - Ничего хорошего, - врач окинул Шуичи внимательным взглядом, - сердечный приступ.
   - Насколько это серьезно, доктор? - подал голос Дайго.
   - У Эйри-сана большие проблемы с сердечно-сосудистой системой. Ему категорически противопоказаны любые волнения и переутомления. И лучше бы в ближайшие несколько недель придерживаться постельного режима, - если, конечно, вы хотите избежать повторного приступа. И ему совершенно необходимо бросить курить!
   - Как он? - Шуичи от волнения перешел на хриплый шепот.
   - Мы вкололи ему успокоительное, и сейчас он спит.
   - Можно к нему?
   - Его нежелательно тревожить, - врач строго посмотрел на Шиндо, - Но если вам так невмоготу, вы можете с ним посидеть. Только не будите его!
  

* * *

   Шуичи тихонько проскользнул в палату, присел на краешек кровати и уставился на неподвижную фигуру.
   - Юки... - он легонько погладил холодную ладонь, прижался к ней щекой, - Юки, прости меня! Я же не знал, что ты так болен... Я больше не буду тебя волновать, обещаю!
Шиндо отошел к окну и, забравшись с ногами на подоконник, уставился вдаль, твердо решив не будить Юки, пока тот сам не проснется... Шуичи и сам не заметил, как задремал.
  

* * *

   Белый потолок, белые стены, окно, Шуичи, спящий на подоконнике. Юки Эйри осмотрел помещение, в котором находился - больничная палата. "Недолго же я продержался", - хмыкнул он про себя, приподнялся, попытался сесть. В теле ощущалась слабость, но голова была ясной. Юки заставил себя принять сидячее положение. Звонок! Да, ведь звонил телефон, а ответил Шуичи, он сам не мог.
   Юки хотел было что-то сказать, но закашлялся - горло было каким-то шершавым, язык с трудом поворачивался во рту. Юки протянул руку к тумбочке, где стоял стакан с водой. Почему-то между ним и стаканом оказался какой-то предмет, который с грохотом рухнул на пол. Эйри не обратил на это внимания, жадно припав к воде. Живительная влага освежила горло, стало легче дышать.
   - Нашел где спать, - тихо пробормотал Эйри, глядя на Шиндо.
   Шуичи вздрогнул и открыл глаза.
   -Юки, ты проснулся! - радостно закричал он и, кубарем скатившись с подоконника, подлетел к постели. - Юки, как ты? Я так за тебя волновался!
   - Я долго спал? - Юки поставил стакан на тумбочку.
   - Не знаю, - пожал плечами Шуичи, - я, наверное, тоже задремал.
   Эйри попытался найти часы, но не преуспел. Он откинулся на подушку. Что-то он забыл... что-то он должен был сказать или сделать? Звонок! Конечно же.
   - Кто мне звонил?
   Шиндо замялся. "Вы ни в коем случае не должны волновать Эйри-сана!" - вспомнилось ему.
   - Ну... это... - Шуичи отчаянно пытался хоть что-то придумать, - номером ошиблись, вот!
   Юки скептически хмыкнул:
   - Когда решишь, что хочешь научиться врать, попроси тебя научить. У тебя на лице все написано. Кроме того, ты бы не стал так долго слушать кого-то, кто ошибся номером. Кто звонил?
   Эйри спустил ноги с постели. Он знал, кто звонил, но верить в это не хотелось.
   - А ты не будешь на меня сердиться? - Шуичи виновато отвел глаза.
   Ответная улыбка получилась кривой:
   - Нет.
   - Значит будешь. - Шиндо, понурившись, разглядывал собственные кроссовки, - А доктор, между, прочим, сказал, что тебе нельзя нервничать!
   Значит, он точно угадал.
   - Тогда я сам скажу - взгляд Юки стал жестким. - Это звонил человек, который пытался тебя убить.
   - Он, - обреченный кивок и виноватый взгляд исподлобья, - Я ему сказал, что жив. Я - дурак, да?
   Юки притянул к себе парня, разлохматил ему прическу.
   - Нет. Что он говорил?
   Это было уже не так важно, ясно, что надо возвращаться в Токио и снова искать этого типа. При мысли об этой предполагаемой встрече, взгляд Юки стал ледяным.
   - Спросил, как у тебя дела и куда ты делся, - Шуичи зарылся носом в подмышку любимого, - Юки, а что мы теперь делать будем?
   - Поедем домой, - Юки отстранил от себя Шиндо.
   В дверь постучали, и вошла медсестра. Она протянула Юки поднос с таблетками и водой и уставилась на Шуичи:
   - Ой, вы ведь солист группы Bad Luck? Шиндо Шуичи? А сейчас по телевизору сказали, что вы заболели, и на концерте выступать будет другой певец.
   Юки смел таблетки в ладонь:
   - Спасибо, вы можете идти.
   Медсестра испуганно кинулась к двери, остановилась, оглянулась на Юки и вылетела в коридор. Юки высыпал таблетки на прикроватную тумбочку: если бы она постояла тут еще секунду, он бы, наверное, запустил таблетками в нее.
   Шуичи непонимающе смотрел вслед медсестре.
   - Юки, а почему она сказала, что вместо меня будет петь кто-то другой? - глаза его медленно начали наполняться слезами. - Как же Bad Luck без меня?
   Эйри встал, прошелся по палате:
   - Надо ехать и разбираться на месте, - ответил он то ли Шуичи, то ли самому себе. - Собирайся. Я тут оставаться не намерен.
   Юки снял со стула свою одежду:
   - Будешь смотреть как я переодеваюсь, или догадаешься пойти и позвонить своему Хиро?
   Торопливо кивнув, Шуичи вытащил из кармана мобильник.
   - Занято... - он расстроено опустил руку, - Что же делать, Юки?
   Телефон выскользнул из потной ладони и, печально дзинькнув, раскололся на части.
   Юки улыбнулся: все было как всегда, как надо, как и должно быть.
   Он оделся, подошел к двери:
   - Пошли, кажется, у дома твоего приятеля осталась моя машина. Когда там твой концерт? Мы должны успеть.
   Он схватил Шуичи за руку и выволок из палаты.
  

* * *

   Выйдя в вестибюль, они столкнулись с направлявшейся в палату медсестрой.
- Уходите? - недовольно сощурилась та, - как знаете, конечно... Но хотелось бы вам напомнить, Эйри-сан, что доктор не только предписал соблюдать постельный режим, но и...
   Негодующий взгляд Юки остановил ее на полуслове, заставив ее сменить тему:
   - Ваш знакомый оставил вам записку, - порывшись в кармане, она извлекла наружу замызганный обрывок листа.
   - Это от Дайго! - воскликнул Шуичи. - Прочтем, Юки?
   Он развернул бумажку. Внутри оказалась лаконичная фраза:
   "Мой дом - ваш дом".
  

Глава 23.

  
   Когда они доехали до Токио, уже стемнело. Юки притормозил около небольшого отеля, заглушил мотор, откинулся на спинку сиденья и прикрыл глаза руками. Надо было вылезать из машины, идти бронировать номер, звонить, делать кучу важных и нужных дел, но так хотелось немного просто посидеть в тишине, закрыв глаза. Тем более, что Шуичи всю дорогу трепался. В конце концов, Юки не выдержал и наорал на парня. Шуичи обиженно замолк. И вот теперь ко всем прочим делам надо было еще и как-то извиняться. Эйри прекрасно понимал, что виноват, что сорвался, но ведь это было обычным явлением: он ругался, а Шуичи скулил. А тут сидит надутый как индюк, смотрит в окно. Или о своем концерте задумался? Юки предпочел решить, что последнее:
   - Не переживай ты из-за концерта, завтра придешь в зал, все будет нормально, - сказал он.
   - Конечно. Нормальнее некуда... - тихо отозвался Шуичи, - Ты болен, у меня сломана рука, к нам привязался какой-то придурок. А в довершении всего завтра я приду на концерт и как пить дать обнаружу, что мое место занято кем-то другим! Меня же не было всего пару дней, Юки, а они действуют так, как будто я умер...
   - А ты и умер, - жестко сказал Юки, отнимая руки от лица. - В новостях и объявили, так что вполне естественно, что они пытаются хоть как-то выкрутиться. Так что вылезай из машины, и пошли спать. Сегодня был тяжелый день. И еще, Шуичи, - Эйри повернул к себе лицо певца. - Что бы ты там ни обнаружил, что бы ни случилось, главное - что ты жив. И прекрати себя жалеть.
   Он отпустил Шиндо и вышел из машины.
  

* * *

   Когда Шуичи вошел в холл, Юки уже общался с администратором.
   - Вам номер на двоих? - молоденькая служащая обворожительно улыбнулась, - подождите минутку, пожалуйста, мне необходимо все зарегистрировать. Принимать вас - большая честь для нашего отеля, Эйри-сан!
   Шуичи подошел ближе и дернул Юки за рукав:
   - Ты ключи в машине оставил, - он протянул Эйри забытую связку.
   Служащая подняла голову от монитора, глаза ее округлились.
   - Вы ведь... вы же Шиндо-сан! - изумленно прошептала она, - а по телевизору уже второй день говорят, что вы пропали!
   - Да никуда я не пропадал! - взвился Шуичи, прячась за спину Эйри, - я просто...э-м-м-м... отдыхать ездил!
   - Конечно, конечно, - согласно подхватила работница отеля, - как скажете, Шиндо-сан! Ах, какой сегодня удивительный день! Какая честь для нас!
   - Сколько еще ждать? - Шуичи поклялся бы, что Юки недовольно поморщился, - мы устали и хотели бы, наконец, получить номер!
   - Один момент! - спохватилась девушка, - все уже почти готово. Вам осталось только подписать бланки.
   Она протянула Эйри две квитанции, дождалась, пока он на обеих поставит росчерк.
   - Готово? Мы можем идти? - обрадовался Шуичи.
   - Ваша подпись тоже необходима, Шиндо-сан! - администратор сверкнула такой приторной улыбкой, что у Шуичи заломило зубы.
   Пришлось расписаться. Довольная служащая протянула Шуичи ключи от номера:
   - Ваш номер - 201. Поднимайтесь на второй этаж, пожалуйста.
   - Пойдем, Юки! - Шуичи потянул любимого к лифту, - тебе надо отдохнуть!
  

* * *

   - Юки, какая красота! - Шуичи изумленно застыл на пороге номера, обводя взглядом элегантный интерьер, - здесь просто чудесно!
   Он влетел внутрь и прыгнул на диван.
   - Юки, иди сюда, смотри, какой он мягкий! - Шиндо сделал приглашающий жест рукой и, не дожидаясь ответа, вскочил и юркнул соседнюю дверь, откуда тут же донесся пораженный вопль, - Юки, тут ванная на четверых!
   - И зачем тебе ванная на четверых? - устало поинтересовался Эйри, садясь в кресло.
   - Ну как зачем? Чтобы нам с тобой просторней было! - откликнулся мальчишка, вихрем вылетая из ванной и вертя головой, - Интересно, а где тут спальня?
   - Там, - мотнул головой Эйри, указывая на приоткрытую дверь в соседнюю комнату.
   - Я пойду посмотрю! - Шуичи распахнул указанную дверь и влетел вовнутрь, - здесь кровать раза в три больше, чем у нас дома! Целый аэродром, Юки!
   - Твоими стараниями у нас дома вообще кровати не осталось, - отозвался тот, - ты забыл, какой разгром ты там устроил?
   - Я не хотел, - виновато протянул Шуичи, втискиваясь в кресло рядом с Юки.
   - Тебе места мало? - недовольно поморщился Эйри, - на диван сядь!
   - Мне с тобой теплее, - простодушно ответил Шуичи, - можно, я тут посижу?
   - Посиди, - обреченно прозвучало в ответ, - только тихо.
   Шуичи замолк, обдумывая услышанное, и через пару минут озадаченно спросил:
   - Разве обычно я сижу громко?
   - Достаточно, чтобы сделать невозможным любой мало-мальски спокойный отдых.
   - Я тебе мешаю, да? - голос Шиндо стал едва слышен.
   Теплая рука легла на плечо:
   - Угомонись, пожалуйста. Давай просто посидим.
   - А...
   - Молча посидим.
   В ответ оставалось только кивнуть. Шуичи подтянул колени к подбородку и, уставившись в окно, задумался о своем (или уже не своем?) предстоящем концерте.
   Опомнился он от того, что голова Эйри легла ему на плечо.
   - Юки, ты спишь?
   Ответа не последовало.
   "Доктор велел Юки больше отдыхать, - вспомнилось Шуичи, - надо бы перебраться в спальню".
   Шиндо осторожно переложил голову Эйри на подлокотник и, выскользнув из кресла, приподнял любимого. Юки приоткрыл глаза и сонно пробормотал:
   - Отстань, Шуичи! Я же сказал, что хочу спать...
   - Так мы и идем спать, - улыбнулся Шиндо.
   И - то ли день был чересчур длинным, то ли кровать - слишком мягкой, то ли, наконец, сказались волнения... но через пару минут Шуичи уже сладко посапывал на ухо любимому.
  

Глава 24.

  
   Здание NG. 09.00.
   Фуджисаки нервно мерил шагами студию, не обращая ни малейшего внимания ни на раздраженные взгляды, которыми одаривали его Хироши и Норико, ни на угрюмое молчание Сакано и Кея.
   - Или ты соизволишь собраться с духом, или мы просто теряем время! - не выдержала, наконец, клавишница, - и вся работа - в первую очередь твоя, между прочим, пойдет псу под хвост!
   - Легко тебе говорить "соберись!" - отпарировал Фуджисаки, - не тебе же через несколько часов микрофон в руки брать!
   - Вот именно, что через несколько! А мы еще толком и программу концерта не подготовили! - Норико сорвалась на визг.
   - Ну, ты еще скажи, что я один во всем виноват! - взвился Сугуру.
   - Эй, может, вы прекратите друг на друга орать и уже репетировать начнем? - устало поинтересовался Хиро.
   - Хорошее предложение, - согласно закивал Сакано, - если мы должным образом не подготовимся, нашему имиджу будет нанесен непоправимый урон.
   - Так, прекращаем треп и занимаемся работой! А то... - Кей недвусмысленно щелкнул затвором винчестера.
   - Нет проблем! - в один голос откликнулись спорщики, - уже работаем!
  
   Гостиница. 10.00
   Шуичи блаженно потянулся и открыл глаза.
   - Как же я замечательно выспался, Юки! - он подвинулся ближе к любимому и, ластясь, положил голову ему на грудь.
   - Я, в отличие от некоторых, не выспался совершенно, - сонно пробормотал писатель, - оставь меня в покое!
   - Юки, а как же завтрак? - не отставал Шуичи, целуя Юки в кончик носа, - вставай же!
   - Вот иди и закажи свой завтрак! - отпихивая бесцеремонного мальчишку, посоветовал Эйри, - а заодно прими ванну, сходи за газетами, посмотри телевизор и купи себе новый мобильник!
   - И тогда мы с тобой позавтракаем? - обрадовался Шиндо.
   - Обязательно, - пообещал Юки, переворачиваясь на другой бок.
   - Договорились! Я быстро, Юки! - розоволосый ураган подскочил на постели и вылетел вон.
   "Можешь не торопиться", - мысленно добавил Эйри.
  
   Здание NG. 11.00
   Вспотевший до нитки Фуджисаки сидел на полу, уставившись в одну точку.
   - Не понимаю, как это получается... - в который раз пожаловался он окружающим,- чтобы просто открывать рот, и песня рождалась бы сама собой!
   - Так уж и сама собой, - не отрываясь от клавира, усмехнулась Норико, - вот уж не думала, что ты настолько наивен!
   - Она права, - поддержал девушку Хироши, - зато, Фуджисаки, ты на своем опыте узнал, как тяжек хлеб солиста. А то все на Шуичи грешил, что тот только дурака валяет...
   При упоминании имени Шиндо в студии повисла тяжелая тишина.
   - Господи, страшно-то как! - прошептала Норико, - неужели полиция до сих пор не знает, что с ним?!
   - Нет... - покачал головой Кей и, вдруг, взорвался. - Shit! Знал бы, где тот мерзавец, что в него стрелял - давно принял бы меры!
   Он шибанул кулаком о стол и в раздражении запулил в стену бесполезный винчестер.
   - Успокойся, Клод, - Сакано положил руку ему на плечо, - угрозами тут не поможешь.
   - Не поможешь? Да какого дьявола?! - раздраженно процедил американец, но буянить перестал и даже рассеянно погладил продюсера по руке.
   Хиро, Норико и Фуджисаки переглянулись: похоже, тихому и незаметному Сакано каким-то образом удалось найти управу на непредсказуемого Кея.
   - Продолжим? - после непродолжительного молчания предложила клавишница, - Сугуру, соберись!
   - С того места, на котором остановились? - уточнил Хиро, беря в руки гитару.
   - Нет уж, давайте сначала, - запротестовал Фуджисаки, - я не хочу, чтобы вам пришлось из-за меня краснеть.
  
   Гостиница 12.00
   Завтрак был вкусным и сытным. Эйри с удовольствием допил кофе и посмотрел на сидящего напротив мальчишку - Шуичи упоенно жевал тост, одновременно пытаясь напевать какую-то мелодию.
   - Распеваешься к концерту? - поинтересовался Юки.
   Шуичи умолк, уставился в сторону:
   - Я не знаю, - выдавил он, наконец, - я не уверен, что пойду...
   - Конечно, пойдешь. - Невозмутимо ответил Эйри. - Более того, поедешь и прямо сейчас. Я вызову машину, и тебя отвезут в NG.
   Шуичи поерзал на стуле, уронил на пол тост, полез под стол. Не вылезал он долго. Потеряв терпение, Юки нагнулся и вытащил певца из-под стола:
   - Долго придуриваться собираешься?
   Шуичи отвел глаза:
   - Юки, я боюсь, - выпалил он. - Я не хочу туда идти.
   - А придется, - жестко сказал Эйри, - это твоя работа, ты обязан пойти и выступить, ты не имеешь права подводить своих друзей.
   - Они уже решили обойтись без меня!
   - Они просто пытаются не сорвать концерт. Ты пойдешь туда, Шиндо, и выступишь, и споешь так, что все твои поклонники будут визжать от восторга.
   - А ты?
   Юки улыбнулся:
   - Я визжать не буду в любом случае. Но, если ты спрашиваешь, приду ли я на концерт, то ответ - да.
   Шуичи неуверенно улыбнулся, потерся щекой о руку Эйри. Юки почувствовал, как его захлестывает волна нежности. Он растрепал волосы Шиндо, взял его за руку:
   - Пошли, вызовем тебе машину.
   - Да я и сам могу... - начал было Шуичи, но Юки не дал ему договорить:
   - Не забывай, что тебя пытались убить, я не хочу, чтобы это повторилось. Ты поедешь в студию под охраной.
   Они вышли в холл, Юки направился к телефону, Шуичи устроился с ногами в кресле. Кто-то за его спиной ахнул, потом послышался неуверенный голос Кейли:
   - Мистер Шиндо?..
  
   Здание NG. 12.00
   - Ну как? - Фуджисаки опустил микрофон и перевел напряженный взгляд на коллег.
Хироши, пристально разглядывая пустой стаканчик из-под кофе, нехотя ответил:
   - Уже лучше, но...
   - Хиро-кун, давай обойдемся без "но". Не надо опять говорить, что он - не Шуичи. Мы и сами это видим, - жестко перебила гитариста Норико, - успокойся, Сугуру. Не божественно, конечно, но вполне прилично на мой взгляд.
   - И на мой, - улыбнулся Сакано, - у тебя все получится! Главное - верить в свои силы.
Кей многозначительно кивнул, но промолчал.
   Дверь студии распахнулась, и на пороге появился Рюичи.
   - Охайо!
   - Охайо?! - Норико вопросительно посмотрела сначала на солиста НГ, а затем на часы у него над головой. - Ты должен был быть здесь час назад, где тебя носило?!
   Сложив руки на груди, девушка строго посмотрела на Рю, застывшего на пороге.
   - Я ... это ... - Рюичи задумчиво почесал макушку и медленно обвел присутствующих взглядом, чуть дольше задержавшись на Сугуру. - Я хочу это слышать.
   Забыв о заданном Норико вопросе, Рюичи прошел в комнату и уселся в свободное кресло. Взгляд певца был устремлен куда-то сквозь Фуджисаки. Он ждал.
   - Слышать? - Хироши не спеша перебрал струны и скосил взгляд на Сугуру. Конечно, чаще всего Рюичи вел себя как ребенок, но сейчас его поведение разительно отличалось от обычного. Если исполнение их бывшего клавишника его не зацепит, Сакума вполне может это сказать, не особо задумываясь над последствиями.
  
   Гостиница. 13.00.
   Кейли сидела на подоконнике и задумчиво смотрела в окно.
   "Ну, и что теперь делать? - в который раз спрашивала она саму себя, - чего ты добилась, Киммс? Призналась в любви, пару дней играла роль невесты... И все ради чего? Чтобы, в итоге, опять оказаться у разбитого корыта?"
   Она смахнула непонятно откуда взявшуюся слезу. Выход был один - уезжать из страны, и как можно скорей.
   Девушка сняла телефонную трубку, пару раз нажала на рычаг.
   "Черт! Не работает! Придется идти вниз".
   - Простите, пожалуйста, откуда можно позвонить? - поинтересовалась Кейли у миловидного администратора.
   Та указала ей на автомат.
   - Спасибо, - Кейли развернулась, и ... едва удержалась на ногах.
   По холлу, как ни в чем не бывало, шел Эйри, позади которого, не поднимая глаз от пола, плелся Шиндо.
   Дождавшись, пока Юки завернет за угол, она подошла к плюхнувшемуся в кресло Шуичи.
   - Мистер Шиндо?
   Аметистовые глаза взглянули на нее и распахнулись в изумлении.
   - Что вы тут делаете? - фраза вылетела у нее прежде, чем она осознала, что говорит.
   - Мы тут живем.
   - Давно?
   - Со вчерашнего дня, - похоже, слухи о простодушии Шиндо вовсе не были преувеличены, - точней, с вечера.
   Постепенно изумление в глазах собеседника сменилось настороженностью:
   - А что тут делаете вы, Кейли-сан?
   - Живу. Точнее - жила, - поправилась Кейли, - я сегодня собиралась уезжать.
   - А мы с Юки помирились, - невпопад ответил Шуичи.
   Надо было сдержаться. Во что бы то ни стало удержать лицо и не разреветься прямо перед этим мальчишкой.
   - Рада за вас, - она попыталась улыбнуться, в глубине души подозревая, что вышло это у нее довольно скверно.
   "Мне необходимо поговорить с Юки. Но как? Когда? Не затевать разговор же разговор в присутствии его любовника!"
   - Юки сказал, что на мой концерт придет! - не умолкало, тем временем, юное дарование.
   - На концерт?
   - Да. Если хотите, приходите тоже.
   Вот он, шанс встретиться с Юки с глазу на глаз! Кейли постаралась, чтобы голос ее звучал ровно:
   - Спасибо за приглашение, мистер Шиндо, я думаю, что воспользуюсь им.
  
   Дело было сделано: машина была вызвана. Юки прошел по холлу, подошел к Шуичи и Кейли:
   - Привет, Кейли, - поздоровался он с девушкой. - Шуичи, все готово, машина уже здесь, идем. - И снова к Кейли, - прости, мы торопимся. Увидимся позже.
   Он подтолкнул Шуичи к выходу, потом обернулся, поцеловал Кейли в щеку:
   - Спасибо тебе за все.
   И они с Шиндо покинули гостиницу.
   Кейли села на диван и закрыла лицо руками.
  
   Здание NG, 13.00
   Дождавшись, когда стихнет последний аккорд, Фуджисаки аккуратно закрепил микрофон на стойке и поднял на коллег вопрошающий взгляд. Те молчали.
   - Может, кто-нибудь что-нибудь скажет? - поинтересовался он.
   - Мне нравится, - неуверенно протянул Сакано.
   Кей усмехнулся.
   - Сердобольный ты мой! - прошептал он продюсеру на ухо. Затем подумал и прибавил вслух, - Фуджисаки, it's o'key. Ты делаешь, что можешь. За два дня прогресс очевиден.
   Норико улыбнулась, качнула головой в сторону молчащего Хироши и сосредоточенного Рюичи.
   Сакума молчал, прикрыв глаза. Где-то в глубине души он понимал, что Сугуру старался, особенно если учесть, сколько времени он этим занимался. Успехи были большие, но ... не было в нем той искры, которая горела в Шиндо. Если Bad Luck, и впрямь, рассчитывал выйти вперед с ЭТИМ, то это был однозначный провал.
   - Не прекращайте тренироваться, - наконец, выдохнул певец, все так же сидя с закрытыми глазами и не смотря на Фуджисаки.
   - Рюичи-сан? - Хиро удивленно воззрился на солиста Nittle Grasper: настораживало уже одно то, что он не вел себя, как ребенок.
  
   Гостиница, 13.30.
   Китазава видел, как Уесуги и Шиндо сели в машину. Он нашел их! Но, все же, надо было проверить, живут ли они тут, или просто временно остановились.
   - Игра только начинается, Эйри, - прошипел вслед машине Такехира и вошел в холл.
   Администратора не было, Китазава решил подождать на кресле, но место было занято какой-то плачущей девушкой. Он присел рядом с ней и, поддавшись внезапному порыву, коснулся рукой плеча:
   - Эй, что с тобой? Тебе плохо?
   - Ну что вы, мне не плохо! Мне хорошо! Мне просто замечательно! Мне... - Девушка подняла на него полные слез глаза и осеклась на полуслове, - Юки?..
   Такехира опешил: неужели эта блондиночка знала его брата? Сердце пропустило удар. Он взял руку девушки в свою:
   - Нет, я его брат, меня зовут Такехира. А тебя?
   Та вздрогнула и потерла глаза рукой.
   - Ой, простите! Я, видно, приняла вас за другого, - она встала, порываясь уйти, - мне так неудобно...
   По щеке ее покатилась слеза.
   - Постойте! - Китазава не отпускал ее руки, и ей пришлось сесть обратно. Он и сам не понимал, чего так вцепился в эту девицу. Возможно, потому что понял: она приняла его за ... за Эйри? Странно, разве они похожи?.. Такехира мотнул головой: между ними нет ничего общего! Нет и быть не может!.. - Я, видимо, тоже ошибся. Но, может, я смогу вам помочь отыскать вашего знакомого?
   - Да чего его искать, - всхлипнула незнакомка, - он только что отсюда вышел и ... и я совсем не знаю, что мне делать...
   - А куда он пошел? - вопрос вырвался сам собой.
   - Не знаю, - пожала плечами девушка, - наверное, своего Шиндо в студию повез. Или на концерт... Он же теперь с него глаз спускать не будет, ни на шаг не отойдет!
   Китазава прижал девушку к своему плечу. Мысли скакали как белки: "Повез на студию, оттуда на концерт... Глаз спускать не будет... Надо попасть туда!"
   - А ты тоже поезжай туда, - ляпнул он. - Хочешь, компанию составлю? Кстати, я так и не услышал, как тебя зовут.
   - Кейли, - машинально ответила собеседница и тут же спохватилась, - а зачем вам это надо? Ну, мне помогать...
   Такехира сделал самое беззаботное лицо:
   - Не люблю, когда красивые девушки плачут.
   - Вы, и вправду, готовы пойти со мной? - недоверчиво выдохнула американка.
   - Да. - Китазава уже сам не понимал, почему он так рвется на этот концерт: чтобы убить Шиндо, чтобы помочь Кейли или... Такехира вздрогнул от третьей мысли и поспешно отогнал ее в сторону. - Конечно, я пойду с вами, Кейли-сан.
   Китазава поднялся с дивана, протянул девушке руку:
   - Концерт еще не скоро? Мы успеем пообедать?
   - Более чем, - ответила американка, вытирая глаза, - вы простите, что я вот так... навязалась вам со своими проблемами!
   Отвечать не хотелось. Такехира дернул девушку с дивана так, что та чуть не упала, Китазава подхватил ее, прижал к себе:
   - Извините, я иногда так неловок!
   - Это мне, ей-Богу, неловко перед вами... Так неловко! Просто у меня, наверное, сейчас не лучший период в жизни, - похоже, девушке хотелось выговориться. - Дело в том, что...
   Китазава, внимательно слушая Кейли, подтолкнул ее к двери в ресторан.
  

Глава 25.

  
   Здание NG. 14.00
   - Ну, я пошел? - Шуичи приоткрыл дверь такси и оглянулся на Юки.
   - Удачи! - ответил тот и отвернулся, к водителю, объясняя, куда ехать дальше.
   Шуичи вздохнул. Ответа не последовало. Шуичи вздохнул еще раз и неохотно вылез из машины. Конечно, можно было дождаться, пока Юки уедет, и не идти ни в какую студию, не разбираться, кого Сегучи-сан нашел вместо него, не извиняться и не оправдываться, но... Что-то подсказывало ему, что Эйри никуда не поедет, пока не убедится, что он, Шуичи, благополучно зашел в здание NG.
   Шиндо потоптался на месте. Оглянулся. Как он и боялся, такси еще стояло.
   Он вздохнул еще раз и, нехотя, поплелся вперед. Он и сам не понимал, почему ему так не хотелось переступать порог студии.
   На входе, как назло, было полно народу.
   - Пропустите! - кажется, вышло неожиданно громко.
   Охранник, осаждаемый толпой журналистов, раздраженно повернулся.
   - Шиндо-сан, вы?.. - глаза дежурного, казалось, были готовы выскочить из орбит.
   Группа репортеров, мгновенно сориентировавшись, тут же ринулась к Шуичи. Вопросы посыпались один за другим:
   - Шиндо-сан, кто в вас стрелял?.. Как ваше самочувствие?.. Где вы были все это время?.. Знает ли полиция, что вы вернулись?.. Как прореагировал на ваше появление ваш продюсер?.. А ваш любовник? Знает ли он о вашем местонахождении?
   Шуичи, растерявшись, втянул голову в плечи и зажмурился. Чья-то рука мягко обняла его, помогла протиснуться сквозь голосящую толпу. Пришел в себя он уже около лифта.
   - Спасибо, - обернулся Шиндо к охраннику.
   - Я рад, что с вами все в порядке, - улыбнулся в ответ тот.
  
   Шуичи пересек пустой коридор и, услышав знакомые голоса, замер у приоткрытой двери. Кажется в студии шел напряженный спор.
   - Yes, я знаю, КАК это звучит!
   - И что вы предлагаете?
   - Как будто у нас есть выбор!
   - Ну, выбор есть всегда...
   - И какой же?! Уплатить пару многомиллионных неустоек?!
   - Хочу заметить: отменять концерт за пару часов да начала - не лучшее решение, ребятки.
   - НЕ решение, точней.
   - Не стоит ссориться, все можно решить мирно...
   - Не будут они ничего решать! Поедут на концерт и сыграют, как миленькие! А некоторые, - еще и споют! That's clear?!
   - Но я...
   - Споешь, я сказал... Или хочешь со мной поспорить?! - Послышался щелчок затвора.
   Шуичи сел на корточки и привалился спиной к стене. Плохо или хорошо, но без него тут явно обходились.
  
   Встать. Развернуться спиной к двери и пойти прочь, слушая, как затихают вдали знакомые голоса. Поймать такси и уехать, куда глаза глядят. И никогда больше сюда не возвращаться.... Стоп. Не возвращаться, значит - не видеть Хиро, не препираться с Фуджисаки и Сакано, не вздрагивать от резкостей Кея и ... не петь?
   Шуичи зажмурился.
   Он поет, потому что не может не петь. Он любит Юки, потому что не может его не любить.
   Ой, Юки...
   Шиндо попытался представить себе, каким будет лицо любимого, если тот не застанет его на концерте. Получилось плохо.
   Зато откуда-то взялись силы встать, распахнуть дверь и прокричать, перекрывая гомон голосов:
   - Это я ... я буду петь на концерте!
   Голоса смолкли. В наступившей тишине неожиданно громко стукнул упавший микрофон, прошелестели разлетевшиеся ноты, жалобно тренькнула гитара и покатилась по ковру, оставляя за собой коричневую дорожку, кофейная чашка.
  
   Сакано, очевидно, прибывая в шоке, сначала сполз на пол, потом кинулся к Шуичи, поливая его слезами пополам с кофе:
   - Шиндо-сан, ты вернулся! Ты живой!
   Кей оттащил эмоционального продюсера от певца, усадил Шуичи на кресло, вытащил пистолет:
   - Хотел бы я знать, где ты мотался все это время?
   Норико на всякий случай отодвинулась к окну:
   - А ты настоящий? Не привидение?
   Рюичи, который до сих пор сидел с закрытыми глазами, резко распахнул их, и удивленно хлопая ресницами, уставился на Шуичи. Не прошло и пары секунд, как счастливый певец повис на шее бедного Шиндо, вопя на всю студию, как он рад его видеть и как сильно он за него боялся.
   Еще чуть-чуть, и солист Bad Luck просто задохнулся бы, но вовремя подоспевший Хиро ловко выхватил друга из объятий Рюичи. Накано не задавал вопросов, не вопил, а просто смотрел на друга и искренне радовался, что с тем все в порядке.
  
   Фуджисаки потерянно наблюдал за образовавшейся в студии счастливой суетой. Нет, он никогда не желал солисту Bad Luck зла. И был искренне рад, что тот жив. Но...
   Вот именно, что "но". Сердце предательски екнуло и сжалось.
   Сейчас пройдет первоначальный шок, вызванный появлением Шиндо, и он начнет разбираться, что же произошло в его отсутствие. И, как пить дать, поймет, кто занял место солиста во время его отсутствия.
   Ой, Сугуру, не льсти себе! Не " занял место солиста", а попросту воспользовался сложившейся ситуацией...
   Он обвел окружающих взглядом. Зная характер Шуичи, Фуджисаки не сомневался, что вслед за этим последует грандиозная разборка, в которой все симпатии, как обычно, будут на стороне розоволосого певца. А он, Фуджисаки, окажется в ...
   Ну вот, точно!
   Шуичи осторожно вывернулся из дружеских объятий и подошел ближе:
   - Значит, это ты?
   Фуджисаки не оставалось ничего иного, как вскинуть голову и презрительным тоном заявить:
   - Ну, я. И?.. - главное, чтобы не дрожал голос.
   - Зачем ты это сделал? - певец рассматривал Фуджисаки как какое-то насекомое, причем не просто насекомое, а насекомое на редкость мерзкое.
   Клавишнику стало неуютно.
   - А чего ты хотел? - он приложил все силы, чтобы голос звучал как всегда рассудительно. - Если бы я не занял твое место, концерт был бы сорван. По-твоему, это было бы лучше? Впрочем, ты всегда ставил на первое место не профессиональный рост, а свои вечные разборки с Эйри!..
   В аметистовых глазах промелькнул гнев:
   - Я не позволю тебе неуважительно отзываться о Юки!
   - Да не трогает никто твоего Юки!.. Пойми, Шуичи, - Фуджисаки наконец-то обрел желанное спокойствие, - профессиональная музыка занимает много времени. У тебя же, пока, львиную долю этого самого времени съедают скандалы с Эйри! По-моему, вполне логично, что кто-то должен работать, пока ты ... кхм ... налаживаешь свою личную жизнь.
   - Но я же здесь! Я же пришел к концерту! - повысил голос Шиндо.
   Суругу издевательски усмехнулся:
   - Ну да, конечно, ты тут. А тебе не пришло в голову, что последние несколько суток мы вообще не знали, жив ли ты? Ты же даже не вспомнил о существовании такой замечательной вещи, как телефон!
   - Я звонил! У Хиро занято было! - отчаянно оправдывался певец.
   - А телефон, разумеется, есть только у Хиро-куна, - Фуджисаки уже не пытался скрыть насмешку, - не волнуйся, у меня к тебе претензий никаких. Просто помни, что существует такое слово - ответственность.
   Кей пальнул в воздух, пытаясь привлечь внимание:
   - Прекратите немедленно! Мы работать должны, а не ссориться!
   Но ни клавишник, ни солист не повернули на него головы.
   - Фуджисаки, ты говоришь так, словно я нарочно устроил всю эту историю... - Шуичи растерянно оглянулся, ища у окружающих поддержки.
   - Нарочно или случайно... Какая теперь разница? - горько усмехнулся Сугуру. - Сейчас, по твоей милости, мы все оставшееся до концерта время будем в который раз переделывать программу!
   - Можете не переделывать, если не хотите, - прошептал Шуичи, отчаянно пытаясь не разреветься, - я, пожалуй, пойду...
   Он сделал пару нерешительных шагов к двери. Ему до чертиков хотелось, чтобы все произошедшее оказалось просто страшным сном.
   - И куда это ты собрался?! - Хиро, которого этот спор уже стал изрядно раздражать, ухватил друга за воротник и слегка толкнул от двери. - Вот только детский сад здесь устраивать не надо! Предлагаю всем успокоиться и спокойно разобраться в сложившейся ситуации без заявлений вроде "я пошел" и "я петь не буду". Надеюсь, что это ясно?
   Накано вопросительно посмотрел на Шуичи и Фуджисаки.
   - Яснее некуда, - язвительно кивнул клавишник, - только с чем разбираться-то? И так ясно, что сейчас все кинутся утешать бедного и несчастного Шуичи-куна.
   - Позволь поинтересоваться, почему это я такой бедный и несчастный? - Шиндо стремительно развернулся к Фуджисаки.
   - Как почему? - изумился Сугуру - а кто это тут строит из себя самого обиженного? Я, что ли?!
   С порога раздались неторопливые аплодисменты - Тома Сегучи вошел в комнату, оглядел всех, приветливо улыбнулся:
   - Что ж, как вижу, все в сборе? Очень рад тебя видеть, Шиндо-сан. Пожалуй, мы можем выезжать. Кей-сан, прошу вас.
   Кей кивнул и, ухватив за шиворот Шуичи с Фуджисаки, потащил к выходу. Тома пропустил их, кивнул остальным:
   - Машина ждет, господа артисты, концерт начнется через два часа, думаю, нам стоит еще немного порепетировать на площадке.
   Все покорно потянулись к выходу. Проходя мимо улыбающегося Томы, Норико от души врезала ему кулаком в бок. Тома поморщился, но улыбку не снял, а притянул к себе клавишницу, и они в обнимку покинули студию.
  
   Концертный зал. 15.30
   - Вы мне хоть программу покажите! - Шуичи вертел в руках микрофон.
   - Что-то с памятью? - невинно поинтересовался Фуджисаки, не поднимая глаз от синтезатора. - Мы же ее уже два раза прошли!
   Кей протянул певцу листок с программой концерта
   - Держи, Шуичи. - Обернулся к клавишнику. - Фуджисаки-кун, оставь его, наконец, в покое!
   - Да кто его трогает? - поморщился Сугуру, но тон сбавил.
   - Прекратите вы свою перебранку! - не выдержала Норико. - С вами рядом невозможно находиться!
   Сегучи подошел к Фуджисаки, положил руку ему на плечо:
   - Господа, все вы прекрасно поработали в это нелегкое время. Думаю, наш концерт будет иметь большой успех. А новая пластинка принесет нашим поклонником много сюрпризов. Шуичи и Рюичи допишут свои песни, а Фуджисаки выступит в роли певца. - Тома мило улыбнулся всем, отошел к своему синтезатору, провел рукой по клавишам. - А пока что, предлагаю всем оторваться от репетиций и пойти отдохнуть: к концерту же надо подготовиться и морально...
   Шуичи недоуменно поднял голову от листка с программой:
   - Как, поет Фуджисаки? Я не ослышался?
   Тома удивленно повернулся к нему:
   - А разве я не говорил? Да, Фуджисаки споет для новой пластинки вместе с тобой и с Рюичи.
   На площадке воцарилось молчание.
   - Э-э-э ... Тома, ты не перебарщиваешь? - осторожно поинтересовалась Норико.
   Сегучи пожал плечами.
   Рюичи дернул плечом, Кумагоро качнул ухом:
   - Кумагоро не хочет петь с Фуджисаки, но раз Тома-кун сказал "надо", то Кумагоро споет.
   - А Рюичи? - ехидно поинтересовалась Норико
   Звезда Nittle Grasper отвернулся к окну и зашептался о чем-то с кроликом.
  
   Шибайя-Ку. 16.15.
   Кейли высунулась из окна машины и оглядела запруженную автомобилями улицу.
   - Черт, эта пробка и не думает рассасываться! - она раздраженно откинулась на сиденье. - Если и дальше так пойдет, мы вообще на концерт не успеем!
   Китазава, не отрывая взгляда от стоящих впереди машин, стиснул зубы.
   - Давай пойдем пешком, - предложил он.
   - Мы не можем пойти пешком, - огорченно вздохнула Кейли, сигналя изо всех сил, - до ближайшей станции километра три топать... На месте будет как раз к концу мероприятия!
   Если у нее, Кейли, не получится сегодня поговорить с Юки, она просто с ума сойдет! Она прищурилась, затем перевела задумчивый взгляд на пустынный тротуар.
   - Погляди, пожалуйста, полиции нигде нет? - повернулась она к Китазаве, - мне с той стороны не видно!
   Такехира чуть заметно дернулся при слове "полиция", но в окно выглянул.
   - Пробка до самого пригорода, никаких мигалок, - доложил он, оборачиваясь к Кейли.
   - А что? Есть идеи?
   - Угу, - кивнула девушка, сворачивая на тротуар, - Если повезет, проскочим.
   Китазава вцепился в сиденье:
   - Ну, ты даешь, - выдохнул он, когда машина влетела на бордюр.
  
   Концертный зал. 17.00
   Кей обвел взглядом заполненное народом закулисье, ища Сакано. Тот обнаружился на небольшом диванчике рядом с монитором. Кей протиснулся к нему.
   - Если хочешь знать мое мнение, Фуджисаки-кун нашему Шуичи и в подметки не годится, - тихонько заметил менеджер, пристраиваясь рядом, - вон как замечательно поет, стервец!
   - Да, - откликнулся продюсер, не отводя безмятежного взгляда от экрана, - но должно же быть какое-то объяснение тому, что сказал Сегучи-сан!
   - Тише ты! - спохватился Кей, косясь на стоящего неподалеку Тому. - Шуичи теперь на каждом углу доказывать будет, что он лучше...
   - Будет, - согласился Сакано, ерзая на узком диване, - но, все же, он молодец: приехать за два часа до концерта, петь почти без подготовки, и ... ни одной ошибочки! Слышишь, какие аплодисменты? - радовался Сакано триумфу подопечного.
   Весело подпрыгнув на диване, и неосторожно двинув локтем, он попал точнехонько между бедер Кея.
   - Что ж ты делаешь-то? - нервно подскочил тот.
   - Прости, пожалуйста, - залился краской Сакано, - я не хотел, я...
   - Ты? - с опасной ноткой в голосе протянул Кей. - То, что это ты, я ни минуты не сомневаюсь.
   Он огляделся по сторонам, убедился, что на них никто не смотрит, быстрым жестом погладил Сакано по ноге и тут же вскочил с дивана:
   - Пойду из зала посмотрю, - преувеличенно громко заявил менеджер и почти побежал в сторону зала.
   Продюсер с криком "На что ты обиделся, Кей-сан?" кинулся вслед на ним.
  
   Концертный зал 17.30
   Концерт подходил к концу, когда Кейли и Китазава, наконец, вошли в зал. Такехира осмотрелся: кругом плотно стояли люди. Кейли потянула его за руку:
- Пойдем, мои места в Vip-ложе.
   Китазава позволил подвести себя к местам для почетных гостей.
   Уесуги он увидел сразу: светлые волосы растрепаны, глаза устремлены на сцену.
   Такехира отпустил руку Кейли, шагнул вперед. Эйри обернулся.

Глава 26.

  
   Этого не могло быть! Этого просто не могло быть, и все же было: в двух шагах от Эйри стоял Юки Китазава, насмешливо глядя на писателя. Исчез концерт, люди, звуки, остались только они двое. Ноги сами шагнули вперед, рука потянулась дотронуться, убедиться, губы шепнули:
   - Юки?
   Рука сталкивается с чужой рукой, пальцы переплетаются:
   - Идем, Эйри.
   - Ты не Юки. Кто ты?
   Отдернуть руку, но Китазава крепко держит.
   - Идем, Эйри.
   - Ты не Юки.
   - Нет.
   Дверь, лестница, еще какая-то дверь, ступеньки.
   - Осторожней, Эйри, не упади.
   В голосе не то забота, не то усмешка.
   Небо. Звездное небо над головой.
   - Кто ты?
   Сильный толчок заставляет сделать несколько быстрых шагов в сторону. Взгляд падает на пустоту у ног, еще один шаг - и полет в вечность. Он подходит ближе, становится рядом на край крыши.
   - Здравствуй, Эйри, давно не виделись.
   - Кто ты?
   - Ты забыл меня? Я Такехира, младший брат Юки Китазавы, которого ты убил.
  
   Все должно было быть не так. Эйри должен был кричать, сопротивляться, бояться, а он просто пошел за ним. Потому что принял его за брата? Опять хотел убить? Но почему тогда в глазах Уесуги он видит не злобу или страх, а боль и... нежность?
   - Я - Такехира, младший брат того, кого ты убил.
   - Это все время был ты? - какой спокойный у него голос.
   - Да.
   Молчание. Вот сейчас достаточно сделать один шаг, и Эйри полетит вниз с крыши. Или достать из кармана пистолет и сделать один выстрел. Но рука не тянется к карману, а ноги не идут.
   - Зачем?
   Вот на этот вопрос он знает ответ:
   - Чтобы отомстить!
   - Кому? Мне? Шуичи? Самому себе?
   - Ты убил...
   - Я знаю. - В голосе сожаление.
   Снова тишина. Ветер залетает на крышу, пробирается под тонкую рубашку, невольно приходится поежиться.
   - Ты замерз? - почему в голосе Эйри звучит беспокойство.
   - Сам не простынь.
   И вдруг на лице Уесуги возникает улыбка.
  
   Он же совсем мальчишка. И в тоже время взрослый мужчина. Китазава Юки. Нет, Такехира. Не такой, как брат, несмотря на сходство. Почему он не стреляет, не толкает с крыши? Почему просто стоит и молчит?
   - Зачем? - вопрос, только чтобы прервать молчание.
   - Чтобы отомстить.
   Какой нелепый ответ!
   - Кому?
   - Ты убил...
   - Я знаю. - Перебить, чтобы не слушать дальше. И все же не сказать то, что чувствуешь.
   И опять молчание. Только ветер. Такехира поеживается.
   - Ты замерз?
   - Сам не простынь. - Огрызается Китазава, и в этот момент так становится похож на ... нет, не на брата, а на самого Эйри, когда тот огрызался на какие-то обидные реплики Юки.
   Улыбка. И вдруг в ответ тоже улыбка: слабая, неуверенная.
  
   Они одновременно шагают навстречу друг другу, балансируя на краю крыши, хватают друг друга за руки и...
  
   Концертный зал. 17.25.
   Шуичи стоит на сцене, вслушиваясь в нарастающие аккорды музыки.
   Петь? Да, пока хватает голоса.
   Не, не петь. Звать и ждать, молить и молиться, кричать и замирать от сказанного...
   Это ... полет. Просто раскрываешь рот, раскидываешь руки и ... тебя подхватывает что-то большое и сильное, нежное и трепетное, невыносимо-щемящее и отчаянно-острое. И ты летишь... Нет, поешь.
   И этого не рассказать никакими словами, не выразить, не передать... Это можно только перечувствовать. Ощутить, следуя за мелодией, полагаясь на ритм, слыша, как летят в зал рожденные будто бы сами собой слова...
   И тогда музыка, и вправду становится жизнью.
   Ты живешь - для нее.
   Уже потом, обессиленный, ты будешь щуриться от слепящего света прожекторов, оглядывая взорвавшийся аплодисментами зал, будешь искать в этом зале одно лицо. То самое - Единственное. И, найдя, чувствовать, как цепляются друг за друга два взгляда. И плакать от счастья...
  
   Это случается мгновением позже. Обыденно, как и обычно это и бывает. Просто Юки отводит взгляд. Просто оборачивается. Просто бледнеет и протягивает руку...
   Этого не может быть. Потому, что не может быть никогда.
   Потому что не бывает...
   Потому, что Юки его убил...
   Но кого тогда, скажите на милость, Эйри сейчас так бережно держит за локоть? Кому так внимательно глядит в глаза? Что так настойчиво шепчет на ухо? И почему... почему же уходит?!
  
   Шуичи едва не воет от бессилия.
  
   - Что случилось? - одними губами спрашивает Фуджисаки и крепко стискивает ему руку. - Сделай нормальное лицо, одна минута осталась.
  
   Минута... Никогда не думал, что минута - это так много.
   Улыбнуться. Поклониться и улыбнуться еще раз. И так - заново и вновь, пока не стихнет гром оваций.
   ...А теперь - быстрей прочь.
   Юки... где он? Бегом облететь здание, не оборачиваясь на окрики, не замечая удивленных взглядов... Пусть думают, что хотят, пусть!
   Хлопающая от сквозняка дверь на крышу.
   Они там?!
   Вылететь на крышу и бессильно смотреть, как улыбаются, стоя на краю парапета, два человека.
   За свистом ветра не слышно слов. Жаль.
   Он, Шуичи, хотел бы их слышать.
   Так темно и не разглядишь лиц. Вдвойне жаль.
   Ведь так необходимо понять, не ошибся ли он, глядя со сцены в полутемный зал.
   Он же мог ошибиться, мог... Он убеждает себя в этом, повторяя, что видел ДРУГОЕ лицо на той, давней фотографии.
   Или не мог?.. Шуичи молча смотрит, как тянутся в объятии руки, как хлопает на ветру белоснежная рубашка Юки.
   Видимо, не мог... И все, что остается, это закричать "Не отдам!"
  
   Не отдавать. Оттолкнуть. Не пустить.
   Потому что теням самое место - в прошлом.
   И удивленно смотреть, как округляются глаза, разжимаются руки...
   Тень улетает. С крыши. Вниз.
   Оставляя Шуичи наедине с любимым.
  

Эпилог.

   - Эй, Дайго!
   Такаро, крякнув от резкой боли в затекших мышцах, разогнулся и оторвал взгляд от тщательно изучаемых ростков молодого риса.
   - Что-то срочное? - прищурившись, он поглядел на подошедшую жену. - Я занят!
   - Тебе тут посылку принесли. Не знаю, срочно это или нет. - Пожала плечами та.
   - Посылку, говоришь? - заинтересовался Дайго, - от кого она могла бы быть?
   - Ума не приложу! - откликнулась жена, - обратного адреса нет, а почтальон знает только, что на ней штемпель Токио.
   - Дай сюда! - он взял протянутый сверток и удивленно уставился на яркую обертку без всяких адресов и опознавательных знаков.
   Соврав упаковку, он в изумлении воззрился на оказавшуюся в ладонях книгу. На обложке золотистыми буквами было вытиснено: "Юки Эйри. Отпускаю." А чуть ниже шла приписка, сделанная скачущим полудетским почерком:
   "Наш дом - ваш дом".
  

* * *

  
   Последние аккорды отзвучали, Рюичи открыл глаза, посмотрел на Норико.
   - Скажешь, что я гений?
   - А если не скажу? - усмехнулась клавишница. но, заметив, как нахмурился Сакума, тут же перешла на серьезный тон. - Ты написал замечательную песню, Рюичи. Скажу даже больше: эта песня слишком хороша, чтобы делиться ею с кем-нибудь.
   - Я и не собираюсь ни с кем ею делиться, - в глазах Рюичи промелькнула молния, - я спою ее сам. А ты сделаешь аранжировку и сыграешь. Сама.
   - А что мы будем делать с нашей новой восходящей звездой? - прищурилась Норико. - Тома-кун нам быстро палки в колеса вставит... Если узнает, конечно.
   - Вот именно, - весело прищурился Сакума, - если узнает...

* * *

  
   Тома Сегучи стоял, облокотившись на подоконник студии:
   - Кажется, в этот раз получилось особенно хорошо, Фуджисаки. Ты молодец.
   - Мне так не кажется, - отозвался Сугуру, снимая наушники, - с Шуичи пока не сравнить.
   Тома повернулся к брату, улыбнулся:
   - И не надо сравнивать. У Шуичи свой стиль, у тебя свой. Да, дуэтом вы петь не будете, но зато у Bad Luck появился новый замечательный певец.
   - Не боишься, что начнутся скандалы? А, Тома-кун? - Фуджисаки озорно подмигнул брату. - Им же только повод дай!
   - Отличная идея, Фуджисаки, - ответно подмигнул глава NG, - скандал - это же сенсация!
  

* * *

  
   Хироши устало поднимался по лестнице, от всей души матеря не вовремя сломавшийся лифт. Добравшись, наконец, до нужного этажа, он подумал, что ошибся домом, подъездом, или, на худой случай этажом: по всей лестничной площадке раздавались ужасающе громкие и абсолютно бездарные гитарные аккорды, раздававшиеся из-за его, Хиро, двери. Накано зажмурился и заткнул уши, надеясь, что кошмар прекратится.
Не помогло.
Хиро аккуратно подкрался к своей квартире и осторожно потянул за ручку. Дверь приотворилась. Гитарист застыл в изумлении: на диване в гостиной, поверх кучи накиданных покрывал, возлежала Мика Сегучи, терзающая струны его любимой гитары.
- Мика..э-э-э..сама, - растерянно протянул Хироши, - что вы тут делаете?
- Тебя жду, не видишь, что ли? - Мика извлекла из несчастного инструмента еще один душераздирающий звук. - Ты бы двери запирал, что ли, если гостей не ждешь.
- Я запирал! - возмущенно воскликнул Хиро и почесал в затылке. - Или, все же не запирал?.. Что вам от меня нужно, Мика-сан?
Мика отшвырнула гитару в сторону, поднялась с дивана и, подойдя к Хиро, провела пальцем по его губам:
- Да вот зашла узнать, как подвигается ... новый альбом.
- Про-э-э-э... продвигается... - нервно сглотнул Накано, судорожно отодвигаясь подальше от взбалмошной женщины.
И почему ей с такой легкостью удается загнать его в угол?!
Мика сделала еще шаг к нему:
- Что ты убегаешь? Боишься меня? или... - ее губы искривились в усмешке, - или самого себя?
Еще шаг, и Хиро оказался в углу в прямом смысле этого слова.
- А может быть ты боишься...
- Не боюсь, - выдохнул Хироши, отчаянно пытаясь справиться с руками, которые почему-то вдруг обнаружились в самом неподходящем для них месте - чуть ниже талии Мики, и убрать которые почему-то совсем не получалось, - но вы... а я...
Договорить ему не удалось: мягкие губы Мики властно прижались к его губам, накрепко запечатав рот.
Женщина всем телом прижалась к Накано, отдаваясь на волю поцелуя. Телефонный звонок разорвал тишину.
- К черту, - пробормотала Мика, почти не отрываясь от губ Хироши.
- У-м-м... надо взять трубку, - прошептал Хиро в перерывах между поцелуями, - может, это важный звонок.
И, легонько отодвинув от себя молодую женщину, Накано потянулся за телефоном:
- Алло!
- Добрый день, Хироши-сан, - вежливо поздоровался девичий голосок в трубке, - я тебя не отвлекла? Это Аяка.
"Черт!"
Мика улыбнулась, заметив дрожь сжимавших трубку пальцев Накано, его неровный голос. Она подошла к нему со спины, провела рукой по его груди сверху вниз, приникла на секунду губами к его шее и отступила.
Услышав стук захлопнувшейся двери, Хиро ответил:
- Нет, Аяка-тян, ты меня совершенно не отвлекаешь!
А что еще он мог сказать?!

* * *

  
   Сакано жевал гамбургер, запивая его колой.
   - Скажи пожалуйста, почему ты сегодня такой нервный? - поинтересовался он у сосредоточенно жующего Кея, сидящего напротив него.
   - Я нервный? - деланно удивился Кей, чуть не выплескивая колу. - Это ты уже полчаса мучаешь несчастный гамбургер.
   - Я же не виноват, что мясо в этом бутерброде такое резиновое! - прочавкал японец и тут же, сглотнув, перешел на серьезный тон. - Ты за весь вечер и двух слов связно не сказал, ты все время оглядываешься по сторонам... За нами что, следят?
   В ту же секунду он пожалел, что сказал это: Кей подпрыгнул на месте и, выхватив из кобуры пистолет, заозирался вокруг:
   - Где? Кто?
   - Да успокойся, я просто пошутил! - Сакано усадил обеспокоенного друга обратно на стул и шутливо потрепал по макушке.
   - Легко тебе говорить "успокойся"! - Кей залпом допил кока-колу. - А я впервые пошел на романтическое свидание с мужчиной!
  

* * *

   Кейли сидела в номере и взглядом гипнотизировала телефон.
   "Позвони. Ну позвони же!"
   Аппарат, к ее глубочайшему огорчению, был глух к мольбам. Все, что оставалось - это взять телефон и позвонить самой.
   - Алло... Юки? - ох, нужно во что бы то ни стало убрать из голоса дрожь. - Это Кейли...
   - Да? - голос Юки звучал на удивление спокойно и даже расслабленно. - Как дела, Кейли?
   - Юки, мне неловко тебя отвлекать, но... кажется, нам нужно поговорить... Ну, о том, что произошло... - девушка изо всех старалась казаться рассудительной, но, похоже, выходило это у нее плохо, - Просто я не знаю, как вести себя с тобой и ... в общем, мы не могли бы встретиться?
   - Хорошо, - Юки казался слегка удивленным. - Давай встретимся через час в кафе.
   - Договорились. - Кейли повесила трубку и уставилась на замолчавший аппарат.
   "Дура ты, Киммс! Дура и трусиха! - отругала она себя. - Вместо того, чтобы задать один вопрос и получить ясный ответ, ты зачем-то напросилась на встречу.. будешь теперь изводить Юки и изведешься сама..."
   Она подхватила сумку и вышла из номера.
  
   Юки удобно устроился на стуле, поглядывая по сторонам, в ожидании Кейли. В руках он держал сверток со своей новой книгой. Развернуть его Эйри пока не решался.
   Дверь ресторанчика приоткрылась и на пороге возникла Кейли. Чуть пошатываясь, она подошла к столику и уселась рядом.
   - Юки, нам нужно поговорить... - голос ее, идя в разрез с чересчур ярко блестящими глазами и чуть поплывшей координацией, звучал сухо и по-деловому.
   Эйри положил пакет на стол, чуть подался вперед. Что-то с девушкой было не так.
   - Ты в порядке? - поинтересовался он.
   - В полном! - деланно рассмеялась Кейли, - а ты как?
   - Хорошо, - напряженно ответил Юки, вглядываясь в ее лицо. Ему только показалось, или Кейли, действительно, пьяна?
   - Юки я хотела поговорить... то есть спросить ... то есть сказать....нет, чтобы ты сказал... - она смешалась и покраснела, - по-моему, нам надо прояснить наши отношения,- наконец, удалось ей сформулировать свои мысли.
   Эйри не знал, что сказать. Он повел себя подло и гадко, назвав ее своей невестой, пусть и в самых благих порывах.
   - Благими намерениями вымощена дорога в ад, - пробормотал он себе под нос.
   - В мой личный ад, похоже, - невесело усмехнулась Кейли, - ты просто скажи, Эйри, что мне делать? Как мне вести себя? Я не могу ежедневно встречаться с тобой ... то есть с вами обоими, - поправилась она, - и делать вид, что ничего не произошло.
   - Ты ни в чем не виновата, - Юки накрыл руку девушки своей. - Я пойму, если ты не захочешь больше меня видеть. Я не знаю, что мне сделать, чтобы загладить свою вину.
   - То есть .... - Кейли опустила голову, голос ее сорвался на шепот, - ты ... ты с ним?
   - Мне кажется, это было очевидно давно. - В голосе Юки появился холодок. - И в этом нет никакой тайны. Я живу с Шуичи, и могу не раз это повторить.
   Он откинулся на спинку стула, сцепив пальцы на свертке с книгой.
   Кейли сидела, так и не поднимая глаз.
   Конечно, надеяться было глупо. Конечно, он любит Шуичи, только слепая могла этого не заметить... Слепая, ну или такая наивная дурочка, как она.
   Сердце болезненно сжалось.
   Нет, она была даже рада за Юки, рада за них обоих, но... Ей-то что теперь делать?
   Она оглянулась и щелкнула пальцами, подзывая официанта:
   - Принесите нам два коньяка, - она перевела взгляд на Юки, - надо отпраздновать твое примирение с Шиндо!
   - Извини, - Юки поднялся, - я должен идти. Да и тебе не стоит больше пить. Прости меня за все и... позвони, когда сможешь снова видеть меня.
   Он, не оглядываясь, прошел к выходу. Забытый сверток с книгой остался лежать на столе.
   Кейли залпом выпила принесенный коньяк: ничего, даже лучше, что Юки отказался, ей больше достанется... Оставив в сторону бокал, она, она с удивлением воззрилась на оставленный пакет.
   Затем, подхватив книгу и кинув на стол пару банкнот, бегом выскочила из кафе.
  

* * *

   Кейли решительным шагом пересекла коридор и, не обращая внимания на возмущенные крики медсестер, распахнула дверь палаты.
   - Ты мной воспользовался! - возмущенно заявила она - как ты мог?
   Китазава даже не повернулся в ее сторону.
   - Я не собирался использовать тебя, ты просто подвернулась под руку.
   - Подвернулась под руку... - передразнила Кейли, - тьфу! Я что - вещь? Или тебе вообще плевать на чувства других? Я тут почитала кое-что... - она запустила в Китазаву книгой и отвернулась, пытаясь скрыть подступающие слезы, - просто я не понимаю... чем я так всем не угодила? Почему ни одна живая душа не желает принять в расчет то, что у меня тоже есть чувства и эмоции, мне тоже может быть больно и плохо...
   Китазава наконец повернулся к ней, поморщился от боли в сломанных ребрах. Ему еще повезло, что жив остался после падения с третьего этажа. Он с трудом вылез из кровати, подошел к Кейли вплотную:
   - Что ты несешь, девочка? - В душе поднималась злость, и это неожиданно обрадовало Такехиру - хоть какие-то чувства в нем остались после встречи с Эйри. Он схватил Кейли за плечи и хорошенько потряс. - Почему ты вообще пришла сюда? Мораль мне почитать?
   - Я и тут, похоже, лишняя... - убито прошептала девушка ему в ответ, адресуясь, скорее, к каким-то своим мыслям, - везде лишняя...
   Китазава вдруг почувствовал жалость к этой несчастной девчонке: Эйри ее явно бросил, сам Такехира почему-то тоже считал себя виноватым. Он усадил девушку на кровать, сел рядом, обнял ее за плечи:
   - Вовсе ты не лишняя, ты очень хорошая, храбрая... Вот, не побоялась же ко мне прийти.
   Она кивнула головой, прижалась к его плечу и разрыдалась.
   Китазава неловко обнял девушку, похлопывая ее по спине.
   - Перестань, а? Не реви ты!
   Ну почему он чувствует себя виноватым?.. как будто это он, а не Эйри предал ее!
   - Прекрати рыдать, - рявкнул он.
   Кейли удивленно подняла голову. Такехира погладил ее по волосам, коснулся пальцем дрожащих ресниц, стирая слезы, провел рукой по щеке и, совершенно неожиданно для себя, поцеловал. Девушка вздрогнула, но его не оттолкнула.
   А минуту спустя доверчиво и как-то совсем по-детски попросила:
   - Не бросай меня!
  

* * *

   Шуичи водил ручкой по листу бумаги. Изредка вскидывая голову, он поглядывал на Эйри, безмятежно раскинувшегося на кровати. И снова опускал глаза к написанному тексту.
   В комнате было темно, но включить лампу он не решался. Во-первых, это разбудило бы Юки, а во-вторых ... так здорово было сидеть, скрючившись на подоконнике и уткнувшись носом в колени, сидеть и писать... Рука летала по бумаге, слова сами собой рвались наружу: на этот раз Шуичи твердо знал, о чем будет новая песня.
   Он дописал последнюю фразу и, улыбнувшись, отложил листок в сторону. И тут же, почувствовав, насколько замерз, юркнул под теплое одеяло.
   Минуту спустя тишину нарушало только довольное сопение.
  

* * *

   "...Надпись на могиле гласила: Здесь лежит тело Юки Китазавы, надеюсь, его душа унеслась в небеса. На лежащие на плите розы медленно падал снег".
   Такехира закрыл книгу, глаза его были красные, но он не плакал. Прочтя всю эту чертову книгу, он не заплакал ни разу. Такехира с силой провел ладонями по лицу. "Ты ошибался, и все же был прав. Ты убивал невиновного, и карал убийцу. Ты знал, куда идти и что делать. Почему же теперь у тебя нет ни вопросов ни ответов?"
Китазвава снял трубку, набрал номер, который знал наизусть. Долгие гудки, слишком долгие для одного удара сердца.
   - Алло?
   - Прости меня, Юки.
  

* * *

   Шуичи молчал, который час подряд делая вид, что страшно увлечен музыкальной энциклопедией. Так много хотелось сказать, но... слова просто не шли с языка. А те, что шли, казались нелепыми и смешными.
   Ну что тут можно сказать?
   "Я тебя люблю"?.. Глупо.
   "Я хотел тебя защитить"?.. Еще глупей.
   Наконец, нужные слова, кажется, находятся.
  
   - Юки, а... - Шуичи с трудом подавил хрипоту в горле - что с ним?
   - С кем? - Эйри оторвался от ноутбука.
   - С твоим ... нет, не с твоим ... - поправился Шуичи, - с этим ... с Китазавой?
   - Насколько я понял, - Юки осторожно подбирал слова, - он остался жив после того, как ты сбросил его с крыши. Наверное, он в больнице. Почему тебя вдруг так заинтересовал Китазава?
   Он пересел на диван рядом с Шуичи, обнял парня за плечи:
   - Ты... ты молодец...
   - Я никогда не думал, что выйдет так, - руки маленького певца, почему-то дрожали, - что так просто ... так просто ... - голос упал до едва слышного шепота, - убить...
   - Ты его не убил. - Юки вздрогнул, вспоминая, как разжались руки, державшие его пальцы, как вдруг отдалилось знакомое лицо, как кричал Шуичи, понимая, что случилось. - Ты спасал меня. Обо мне еще никто не заботился так, как ты.
   - Но я хотел! - отчаянно вскрикнул Шуичи. - Хотел, и, если бы потребовалось, сделал бы это еще раз! Потому, что я тебя никому не отдам. Потому что ты - мой!
   - Да, я твой, конечно, твой. - Юки не мог понять, что с ним происходит, но ему необходимо было сказать это именно сейчас. - Я люблю тебя, Шуичи.
   - Даже ... сейчас? - неверяще прошептал тот.
   - Именно сейчас.
   Зазвонил телефон. Юки снял трубку:
   - Алло?
   Знакомый до боли голос сказал всего три слова, и гудки. Слишком долгие для одного удара сердца. Эйри откинул телефон в сторону, обнял Шуичи и крепко поцеловал.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   84
  
  
  
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"