Сотников Игорь Анатольевич : другие произведения.

Свидетели 8-го дня. Глава 3

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


 Ваша оценка:

  Вечер первого дня плавно перетекший в утро второго дня
  Нахождение тебя не просто не в знакомом для тебя месте, а в чужом и чуждом, что предполагает множественная неизвестность этого места нахождения, о котором единственное, что известно - здесь всё живёт и коммуницирует по иным правилам, однозначно не прибавляет тебе настроения и уверенности в своих силах. Так что то, что Алекс, по возвращению в свой номер со встречи с господином Созвуки, а затем из кафе, посещение которого, как теперь уже понял Алекс, имело целью ознакомления его Максимилианом с некоторыми правилами жизни этого общества, в котором ему придётся провести некоторое время и работать, себя чувствовал как-то не особенно комфортно, было ожидаемо логикой его здесь нахождения и пребывания одновременно.
  Правда, не так пустынно, упаднически-брошенно и одиноко на душе, как себя чувствуют только что заселившиеся в номер отеля постояльцы, кто ещё мыслями находился у себя дома, в круге любящей семьи, а здесь всё так уныло и стандартно скучно, что хоть пойди в бар при отеле и попытайся скрасить с помощью алкоголя всю эту ностальгическую тоску и брешь в сознании. После чего уже по утру тебя начнут мучить другие мало внятные и понимающие что с тобой со вчерашнего вечера произошло тошнотворные мысли о твоём, уму не постижимом в твоём нормальном состоянии поведении, которое и привело тебя к тому, что ты теперь и носа выказать в коридор не можешь и боишься (если, конечно, сможешь выбраться из под кровати, куда тебя занесла нелёгкая мысль о твоей огромной значимости для общества и тебя, в общем, хотят убить все подряд преступники, из которых и состоит поголовно местное общество), страшась там встретить следствие твоих вчерашних безумных, с матерным душком, поступков.
  А вот Алексу было отчасти легче в плане не склониться к мысли отправиться в бар, чтобы там убить в себе все мысли о своём одиночестве. Во-первых, он не склонен был предаваться ностальгии о том, чего он не имел в своей жизни, а во-вторых, ему было чем занять свой ум после этого посещения с Максимилианом кафе.
  - И как технически они осуществляют этот процесс выведения человека из-под действия общих правил, заключая его в режим инклюзивной автономии, с действием там исключающих из общественной жизни законов? - задался эти вопросом к себе Алекс, лёжа на кровати в том, в чём пришёл и, глядя сейчас на потолок, на котором, как все знают, находятся ответы на все вопросы. - Хм. - Сразу перебил себя Алекс, отвлекшись на только что пришедшую мысль. - А всё-таки вакуум - это не полностью отсутствие всего, а этот процесс реальности тоже регулируют свои законы. Например, нормирование количества информации, до понижения которой наступает этот самый вакуум.
  - И, кстати, - Алекса опять сбивчиво осенила догадка, - а ведь главная задача действия этих законов вакуума - это вывести человека из сферы общественного понимания и значения для него. И тот же закон отмены, который так совсем недавно никем не был знаком и озвучен, и затем доказан, как самое наиболее действенное средство для обеспечения общественного строя и порядка, и который так быстро набрал для себя силу, сумев преодолеть, ещё вчера казавшиеся невозможным и неосуществимым, барьеры между осознанной и физически осуществимой реальностью мира, вполне применим к вот таким случаям, когда будет необходимо изолировать от общества человека вне закона. В данном случае вне морально-нравственных законов.
  - А я начинаю понимать, как здесь всё работает. И что из себя представляет осознанная реальность. - Алекс до понял, что ему хотел сказать в кафе Максимилиан. И он даже уловил свою частную необходимость Свидетеля для прибывшего в этот мир путешественника, являющегося сюда в своей первозданности и кто из-за незнания того, как в этом мире всё функционирует, запросто может наделать множество для себя ошибок. - Впрочем, это относится к любому незнакомому для тебя месту. И прежде чем что-то делать, нужно изучить правила циркуляции этого живого организма, которым является всякая система жизнеобеспечения. - На этих выводах, воодушевивших Алекса в том, что он, как оказывается в очередной раз, умный малый, поднимается с кровати, и с ощущениями необходимости попить, направляется к холодильнику. Который, как это не неожиданно, оказывается пустым, и тогда Алекс с глубоко в нём спрятанной мыслью смотрит в сторону входной двери. А вот чего он от двери хочет, то это вопрос не такой уж сложный. Решить для него вопрос с водой.
  А вот здесь уже имеется несколько вариантов решения этой проблемы, и самый из них простой и очевидный, то это выйти в коридор, где как помнил Алекс, находится кулер с водой, и набрать там в нём воды. А вот что Алекса задерживает в этом плане, то это не совсем не ясно. И уж, наверное, не то, что кулер находится очень не близко от номера Алекса, чуть ли не у лестничной площадки, в самом оживлённом месте этажного пространства, где почему-то любят собираться люди. И Алекс опять отвлекается на эту мысль, наверное, потому, что он знает ответ на этот ребус человеческого поведения.
  - Всё-таки любит человек неопределённость с собой, своё нахождение в подвешенном состоянии. Хоть он и утверждает всегда обратное. Правда, только с динамической моделью своего поведения и жизненностью. А нахождение в этой области междуэтажного пространства, где нельзя о тебе сказать с точностью, ты закончил свой путь наверх или же тебя ещё всё ждёт впереди, всё-таки воодушевляет. - Всё вот так понял об этом пространстве между этажами Алекс. А вот то, о чём он вдруг оговорился, то это так, его право на злословие по личному мнению. - А может всё проще, люди перестали утруждать себя подъёмами по лестнице, им продавай социальные лифты, вот и они останавливаются здесь, чтобы отдохнуть и перевести дух.
  И вот эта мысль Алекса о том, что его появление вблизи от этой переполненной людьми площадки, само собой относительно местного соизмерения переполненности и множества, вызовет взгляды любопытства и интереса у этой созерцающей публики, и заставила его задуматься о том: пойти ему туда или нет.
  - А что собственно меня в этом всём задерживает? - задался вопросом к себе Алекс, действительно не понимая, откуда в нём взялась такая нелюдимость и скромность. И если даже он таким способом собирается себя предупредить от нахождения себя злыми на него очень людьми, после того, как он посетит вечером бар, то он хоть и не зарекается, но не собирается уж точно сегодня его посещать. Завтра у него определённо сложный день. Его будут на месте знакомить с тем, с чем ему предстоит работать. А тут ясность и трезвость мысли и головы, необходимы как нельзя больше.
  И Алекс выдвигается к двери, открывает её широко так, как имеет на это право хозяин и постоялец в одном лице этого номера, и...вдруг наталкивается на донёсшийся только сейчас до него шум на повышенных тонах разговоров. Где ни слова не было возможности разобрать, и до Алекса доносился только гул пререканий женского и мужского голосов. Алекс рефлекторно прислушался к этой доносившейся до него интонации рассерженных и о чём-то спорящих голосов, и сразу не захотел стать соучастником, как минимум и как запросто, мишенью для этих спорных сторон. Кто за неимением убедительных аргументов для переспора своего оппонента, как часто это происходит, захочет прибегнуть к помощи стороннего и нисколько ничего из происходящего не знающего только номинального свидетеля возникшего спора, что потом ему придётся расхлёбывать эту свою оплошность оказаться не в то время и не в том месте.
  После чего Алекс ещё немного постоял на одном месте, прислушиваясь к происходящему где-то со стороны лестничной площадки, и так как оттуда ничего более угрожающего не доносится, - уровень шума оставался на одном показателе, повышенного беспокойства Алекса, - то он выглянул головой в коридор, чтобы сразу зафиксировать для себя какую-либо опасность.
  Но там ничего такого и близко не стояло, а вся эта спорная ситуация на повышенных в раздражение тонах, находилась, как и предполагал Алекс, в конце коридора, на лестничной площадке. И теперь только Алексу решать, идти ему туда или остаться в номере, не солоно хлебавши. И как тут быть без того, чтобы про себя не возмутиться на то, что ты вообще-то всегда в себе декламировал самостоятельность суждения и что ты сам волен делать то, что захочешь, и никто не посмеет и не способен тебя в этом переубедить. А тут, как оказывается, как дошло до дела, то в тебе откуда-то взялась неуверенность и чуть ли не страх перед внешними раздражителями. Нет уж, теперь ты просто обязан туда пойти и доказать прежде всего самому себе, что тебя на понт не возьмёшь и ты самостоятелен в своих решениях.
  И Алекс, что поделать, с не слишком довольным выражением лица и чуточку напряжённым, начинает выдвигаться в сторону всего этого шума сложных и на нервах разговоров. Ну а то, что его шаги отличаются особой мягкостью, то это он всегда так ходит, если кто не замечал такого в нём мягкого характера и уважения внешней природы действительности. При этом в Алексе своё слово взяли его инстинкты самосохранения, и, включив самые широкие диапазоны звука, принялись с помощью слуха выявлять из всего этого гама звучания спора то, что называется смыслы заявлений сторон этого спора.
  И по мере своего подхода к лестничной площадке, где в глубине её пространства расположились эти разъярённые и рассерженные друг на друга спорщики, и оттого Алекс их не мог видеть, Алекс в общих словах смог догадливо предположить, что послужило возникновению этой недовольной друг другом, спорной ситуации. Так Она при нахождении в баре, повела себя не так, как этого следовало из предыдущих отношений между ней и им. И то, на что он в ней рассчитывал, не получило в такой степени подтверждение, что этот он уже готов был слов не найти, чтобы описать как негативно в её сторону настроен и применить в её сторону физические средства аргументации своей правоты и больше, конечно, её неправоты и преступления против их партнёрства, на котором они когда-то друг перед другом настаивали и даже его закрепляли не раз при тет-а-тет нахождении в одном из номеров этого отеля.
  И вот только стоило партнёру этих партнёрских отношений поверить своей партнёрше как самому себе и допустить до себя мысль о том, что вот моя партнёрша не такая как все и ей можно доверять после того, что между нами было, как она выкидывает такой финт в баре, когда он всего лишь её оставил на одно мгновение наедине с самой собой и своими мыслями, отойдя к стойке бара, чтобы заказать им ещё по коктейлю, что он до сих пор в себя прийти не может от своего яростного возмущения на такое беспринципное поведение той, кому он, как оказывается в очередной раз, совершенно зря и напрасно доверился.
  - Последний раз, стерва, спрашиваю, с какой целью ты с тем типом в коридоре, у туалета, встречалась? - а вот и пришло время конкретики, в которую начал вырисовываться весь этот фон раздражения.
  - Да всё это случайно вышло, как ты до сих пор этого понять не можешь и мне поверить! - в край изумлена такой психологической неустойчивости своего партнёра она, кто из мухи делает слона своим мнительным и параноидальным сознанием.
  А её партнёр другого ответа от неё и не ожидал услышать, раз все бабы хороши не только на одно своё внешнее представительство таких себе, девственных ангелов, но и врать напропалую им, лицам иной интеллектуальной и сердечной конституции, кто им всего себя доверил и готов весь мир к их ногам положить. Но им всё мало, и им подавай обязательно какую-нибудь грязную и пошлую историю, в которой главным фигурирующим лицом стала бы она. А зачем? То всё до банальности просто, хочется им эмоционального стресса, который только и способен расшевелить их чувства. Не нужны им ровные и спокойные отношения. Не позволяют они достичь в них того самого накала страстей, о которых пишут в романтических историях, ради которого только и стоит жить с самой собой, и который только и может их удовлетворить.
  В общем, всё понял из происходящего Алекс, и единственное, что он не понял, то почему всего этого до сих пор не осознал и не понял тот категорически расстроенный тип в коридоре. И здесь есть два варианта объяснения такого сложившегося в лице этого типа недопонимания своей изменницы-партнёрши только с его точки зрения и позиции большого собственника, тогда как есть и другая точка на произошедшее, и она более верная, раз исходит от самой неё, ближе всех находящейся ко всем её поступкам и действиям - она такая совершенная и пока себя не нашла, и грех ей на одном варианте жизненного пути останавливаться.
  Первый вариант включает в себя изначальную природную недалёкость партнёра, разве не видящего и своим умом непонимающего, что выражение: "за ней нужен глаз да глаз" не на пустом месте народным умом придумано. И это не совсем то, что он себе надумал, посчитав, что эта присказка призывает к его разглядыванию и любованию за внешними характеристиками своей партнёрши. Тогда как всё это относится к её внутренним обстоятельствам, взаимоотношениям её внутренней природы с внешним миром, в ком она имеет столь большую заинтересованность, что она пока все его части не познает и через себя не прогонит, то в этом стремлении познать себя не остановится.
  Второй же вариант более простой и значит, наиболее вероятный. Этот он перебрал чутка алкоголя в баре, когда вдруг осознал, что он не единственный в этом мире для неё, кто может стать для неё путеводной звездой, и теперь он находится на одной волне раздражения и психической неустойчивости, где что-то вообще понять не представляется возможным, в том числе и самого себя.
  И как буквально скоро Алексом выяснится, то второй вариант объяснения происходящего с партнёром оказался основным. Вот только всё это выяснится для Алекса при таких сложных обстоятельствах, что это уже никак не сможет повлиять на то, что произойдёт. А то, что произойдёт, с такой стремительной скоростью разовьётся перед глазами Алекса, что он ничего внятного из себя выдавить не сможет.
  - Ах ты тварь, за дурака меня принимаешь! - как-то очень для Алекса вдруг пришёл в ярость он, и... К полнейшей неожиданности для Алекса (хоть и ожидаемой его интуицией), очень приблизившегося к лестничной площадки, и сейчас в одном положении замершего, из-за угла стремительно появляется эта пара людей, в цепкой ручной связке друг с другом. Где инициатором этой крепкой, за горло ей связки, является он с таким диким выражением лица, что не решить, что он собирается её убить несколько раз, было просто невозможно.
  Вот и Алекс, всё это увидев, весь в себе осел от растерянности и непонимания того, какого хрена он сюда попёрся, если всё ему подсказывало, что именно так и выйдет, появись он тут (и получается, что именно он стал зачинщиком всей этой убийственной ситуации), и теперь не мог пошевелиться, не сводя своего взгляда с того, что сейчас происходит на лестничной площадке и что добивается сделать этот нервный и разъярённый тип.
  И хотя вся эта ситуация с Алексом, ставшим невольным свидетелем покушения пока что, а не убийства, - и не отмщения и возмездия, как захочет квалифицировать это происшествие затем адвокат обвиняемой в убийстве первой степени стороны, - чуть ли не патовая для Алекса, то всё становится кратно для него хуже, когда он вдруг замечается, одновременно притом, этой категорически и принципиально конфликтующей между собой парой.
  И теперь, как выясняется буквально всеми тут присутствующими людьми, это дело касается не только этих двоих людей, так вцепившихся друг в друга и в собственную позицию на произошедшее, а теперь, после подключения в неё свидетеля, Алекса, этот неразрешимый обычными методами убеждения вопрос касается и его. И убежать от него Алексу не получится, он взят на прицел собственного внимания, как ею, жёстко прижатой её партнёром к лестничным перилам, с небольшим её перевесом в сторону падения в бездну низа, так и этим свирепым типом, теперь схватившим не только её за горло, с готовностью её задушить, а затем сбросить в это межлестничное пространство, и, само собой, в ад, куда он заслужила попасть своим сегодняшним поступком, но и за горло Алекса, кто теперь обязан занять его сторону и засвидетельствовать в будущем, что её падение было обусловлено цепью трагических случайностей.
  - Скажешь, гад, что она неосмотрительно за собой, слегка выпившей и не стоящей ровно на ногах, опёрлась на перила, да так неудачно для себя, что её рука соскользнула за перила, и за собой её утянула. Ну а там, у неё, несмотря на огромную дозу употреблённого алкоголя, не было шанса выжить. Понял, какой линии защиты будем придерживаться. И смотри не подведи меня. - Что-то такое взгляд этого типа на Алекса предусматривал. И как должен понимать Алекс, то у него вариантов на всё то, что сейчас произойдёт, смотреть нету. Если он, конечно, не хочет последовать вслед за этой изменщицей. И этот тип найдёт и для этого происшествия объяснения.
   - Настигло-таки возмездие это преступление против морали и нравственности, как бы они не скрывались хорошо, вероломно пользуясь моим доверием. - Покаянно и одновременно с верой в праведность вот такой исповедимости пути господа, всё разъяснит для суда отверженный и обманутый душевной изменчивостью своей супруги её муж. - И не приведи меня господь на минуту раньше к этой лестничной площадке, то могло и не свершится это назидание для потомков, коих уже никогда не будет у этой аморальной пары. Которая от неожиданности встречи со мной, застанных мной в самом неоднозначном положении по отношению друг к другу, в растерянности и впопыхах попытались всё это скрыть, одёрнувшись друг от друга.
  Но всё получилось не запланировано и в край не так, как они на то рассчитывали, оторвавшись друг от друга. А вышло строго наоборот. Они резко отступили от меня, в сторону этих перил. И так резко на них налетели, точней, она налетела, что это привело к тому, что она через них перевесилась, в попытке удержаться на этой стороне жизни, начала руками хвататься за всё, что ей попадётся схватиться. Ну а ближе всего к ней стоял этот вероломный тип, свидетель моего обмана. За кого она и ухватилась рукой. Но так как и он находился в разбалансированном состоянии, то это её цепляние за соломинку привело к обратному эффекту, где она его затянула за собой, в эту бездну падения. А я, ваша честь, ничего и сделать не мог. - Ещё и всплакнёт для пожалейте меня вида этот гад, когда будет так откровенно врать о том, что случилось на самом деле на этой лестничной площадке. Где он, используя свою подавляющую всё, что против него, физическую силу, вначале расправится со своей изменщицей супругой, а затем вслед за ней выбросит и ключевого свидетеля своего преступления, Алекса, как бы он не был против этого и не сопротивлялся.
  И само собой, вся буквально судейская коллегия и общественное мнение в этом зале суда, встанет на сторону обманутого в своём доверии к женской верности, такого легковерного и наивного супруга. Тогда как Алекса и его изменщицу-супругу никто даже добрым словом не вспомнит, и это даже в противовес принципа человеческой памяти: об ушедшем в безвременный путь, либо ничего, либо только хорошее. А тут такая квазисправедливость, когда все буквально свои высокомерные носы воротят в сторону якобы потерпевшей стороны, тогда как из чисто морально-нравственных соображений, потерпевшей стороной должна считаться сторона обманутого супруга. Чья вера в человека окончательно подорвана, и как ему дальше жить с таким безверием в человека?! В общем, как бы это не цинично не звучало, а скатертью в ад дорога этой изменщице и этому её последователем за грехом, Алексу.
  Но несмотря на то, что обманутый муж, не хотевший больше быть обманутой стороной и нашедший для этого кардинальное решение, был крайне убедителен в своём взгляде на Алекса, Алекс всё же не поддался своему первому порыву, не огорчать своим отказом столь опасного собеседника, а он осмелился посмотреть на аргументы противоположной ему стороны. И противоположная всей этой грубости и озлоблению сторона, как оказалось, была не менее убедительной. И все её убеждение в отличие от своего оппонента, строилось на совершенно другом фундаменте. Алексу так сильно доверились и дали ему понять, что только он него зависит её будущее, что Алекс сразу подпал под обаяние такого доверительного к себе отношения, и не смел даже подумать о том, что эта просьба о помощи у него, есть вынужденное решение.
  И окажись на его месте кто-то другой, то эта вертихвостка и манипуляторша мужским сознанием, как её считает этот схвативший её тип (Алекс уже совсем не уверен в том, что он её хороший знакомый и даже быть может муж, а всё его поведение говорит об обратном, он её плохой знакомый и бывший ревнивый супруг), выглядящая само собой совершенно не так, а как ангел небесной чистоты, кому не поверить, значит не верить в чудо и лишиться своего права на мечту, то и он бы не отказался от всего того, что ему было не отказано видеть в этом её взгляде на него. Ну а то, что он себе в своих представлениях и желаниях представил слишком многое и больше того, что предлагает в таких случаях реальность, то это дело лично каждого, и она тут уж точно не причём. Как и в случае, ставшим предвестником вот этого события, где её личный знакомый, это вот этот тип, кого сейчас видит Алекс в виде крайне разъярённого и жестокого на расправу людоеда, чего-то там себе личного вообразил и теперь начал его вот таким изуверским способом преследовать, доказывая свою правоту, даже не собираясь прислушиваться к её аргументам.
  В общем, шансов у Алекса на объективный подход к этому происшествию практически не было, и ему нужно было, притом немедленно, даже не разобравшись в том, что здесь такое происходит, а отталкиваясь только от первого взгляда, принимать чью-то сторону. И как это ожидаемо от вот таких слюнтяев, как видит Алекса этот грозный тип, а по мнению женской стороны, то Алекс человек благородного склада ума, то он принял сторону мало защищённую и которой требовалась помощь, то есть этого дьявола в юбке, как на неё смотрел этот людоед, со своего психа от ревности уже и не знающий, как ещё оскорбить и унизить ту, кто ещё пару часов назад, был для него единственным светлым пятном в его никчёмной жизни.
  - А ну стой! - изо всех сил это прокричал Алекс, и к своему удивлению ничего из того, что демонстрировало громкий крик, не услышал. А у него этот призыв к тому, чтобы всё немедленно сейчас прекратилось и было заморожено, прозвучал еле слышно, так, как будто он всё это прохрипел из глубины подушки, под которую он спрятался от страха быть привлечённым к происходящему. Но так как он был замечен, то ему ничего не оставалось делать, как хотя бы так, хриплым голосом озвучит свою непримиримую позицию к тому, что он считает преступным и не правильным.
  И конечно, такая его слабая позиция в деле того же окрика, возымела обратный эффект. И распсихованный до безумных и преступных поступков этот агрессивный тип, начал ещё сильней наглеть и форсировать события.
  - Поясни? А то я что-то тебя плохо понял. - Прямо режущим как по стеклу ножом голосом, ехидно так вопрошает этот гнусный тип Алекса, демонстрируя таким образом, что он хозяин тут положения, и всё будет здесь так, как того он захочет. Захочет он всех тут ошарашить гнусностью своего поведения, пустив, к примеру, газы, то он и спрашивать об этом никого не будет, заявив, как бы за между прочим, что забота о личном здоровье дело каждого, первоочередное и с какой это стати он тут будет себя утруждать сдержанностью, если его пучит от натуги (сам видишь, как я стараюсь выкинуть вон и из головы эту стерву). И между прочим, причиной такого его напряжения и внутреннего возмущения стала она, эта стерва, и тогда какие тут ко мне могут быть претензии, тем более между нами когда-то были устоявшиеся до такой степени отношения, что мы этот закономерный этап физиологического стеснения уже преодолели.
  - Да, милая? - совсем не просто так, с вот такой дерзкой самонадеянностью и уверенностью обратится к своей визави этот грязный на подробности своей личной жизни тип, о которой Алекс знать не обязан и не желает, а он таким образом рассчитывает ещё сильнее её унизить, заявляя, что ничто человеческое ей не чуждо, и притом постоянно в его присутствии.
  - Отпусти её. - Пропустив с трудом мимо ушей все эти поклёпы грязного на подробности своей внутренней жизни типа, говорит так же хрипло Алекс.
  - Как хочешь. - Усмехается этот негодяй в кубе, оттолкнув её от себя, и получается, что он отпускает её таким образом на все четыре стороны, с вектором направления её в сторону отправки за перила лестницы, прямо в ад, так сконцентрировано обозначив вину Алекса, которого он предупреждал же, что он его плохо понял, а Алекс всё равно настоял на вот таком своём плохом понимании того, что нужно дальше делать с этой стервой уже в прошлом, как и ангелом неземной красоты.
  И Алекс, прямо вбитый себе в ноги всем тем, что сейчас прямо на его глазах разыгралось, только и может и успевает, как протянуть руки в сторону падающей за перила девушки, во все глаза смотрящей на него и рефлекторно протянувшей в его сторону свою руку. Даст проведение, и её сумет ухватить Алекс и спасти её.
  Но ничего такого сверхъестественного не произошло, и она не была перехвачена ни чьей рукой, хоть и Алекс изо всех сил к ней тянулся. И как невидимый, но ощущаемый для Алекс итог этой невероятной для него встречи, она скрывается за перилами лестницы, в проёме лестничного пространства, и...После напряжённой паузы в ожидании нечто такого, от чего содрогнётся в ужасе сердце, до ушей Алекса донёсся... Хотя нет, он сперва увидел, как этот грязный тип, зажмурившись, продавился головой в плечи, как от проецирования удара себе по голове, а уж затем, практически одновременно с этим, уже Алекса оглушил зловещий гул и содрогание всех вокруг поверхностей, донёсшийся до него в самую душу со стороны этого заперилья.
  И Алекс так близко к себе всё это принял, что он прямо осел в своих ногах до самого пола, как будто это он сам упал в этот лестничный проём и после полёта с третьего этажа, сумел каким-то образом приземлиться на ноги. Но как оказывается он рано радовался, и последовавший вслед за этим оглушающий его до вдавления себя в самого себя звуковой удар в виде женского стона, в один момент нарушил всякую в нём ориентацию, вогнав его в беспамятство. Правда, только на мгновение, и стоило Алексу внутренне собраться и одёрнуть от этой своей придавленности голову, как он, вот же чёрт, обнаружил, что он действительно упал, да вот только с кровати в своём номере. И единственное ему сейчас не совсем понятно с собой, то откуда это в нём взялся этот трезвон телефона.
  - Так это номерной телефон. - Всё же Алекс сумел обнаружить, что являлось источником этого звукового раздражителя и трезвона в его голове, стоило ему только посмотреть в сторону журнального столика, на котором расположился стационарный телефон, с местной связью, для вызова персонала гостиницы.
  Алекс почему-то ползком добирается до журнального столика с телефоном на нём, на этот раз не раздумывая над последствиями и о причинах такого его с самого утра беспокойства, берёт трубку, и говорит в неё стандартное: Аллё.
  - К вам пришли. - Из трубки телефона доносится знакомый голос портье Сени.
  - Кто? - ничего не понимая кроме того, что он никого вообще-то не ждал, тем более в такое ранее время, спрашивает Алекс.
  - Ваш свидетель. - Достаточно лаконично даёт ответ портье, и почему-то посчитав, что этого будет достаточно Алексу, берёт и бросает трубку.
  - Да чёрт тебя побери! - посылает в эту дальнюю, а может и ближе чем думается дорогу и не пойми кого Алекс, смотря на подмигивающую ему звуковым сигналом телефонную трубку.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"