Russischer Angriff: другие произведения.

Время сейчас такое!

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 8.33*41  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    (Мы- Николай Кровавый - 3)

Aj
  
  

Время сейчас такое!

  

(Мы- Николай Кровавый - 3)

  
  

1. Африканские страсти

  
  А с Бельгией творится что то интересное. Там сейчас всеобщая забастовка и массовые демонстрации протеста. Народ недоволен правлением короля Альберта. Честно говоря, я бы на месте бельгийцев тоже не радовался жизни. Ведь что произошло? Сколько грязи было вылито на прежнего короля! Всем был плох Леопольд Второй. И государство в Африке лично для себя создал, и парламенту вместе с "передовой общественностью" не позволял совать нос в свои дела на берегах Конго. Ну а то, что личный бюджет короля в разы превышал тот бюджет, который был в распоряжении парламента, это вовсе непростительно! Так это или нет, сказать не могу. По своим финансовым делам и делишкам Леопольд ни перед кем не отчитывается. Даже примерно определить его доходы не представляется возможным. И это бесит его подданных. Это сколько денег достанется каждому, если раскулачить короля! А тут еще гуманисты разных стран клеймят его позором. Мол замордовал он негров так, что больше некуда. Кстати, эта критика рикошетом бьет и по мне. Потому что я поставляю Леопольду "диких кавказских абреков". А с этими абреками вообще дурдом творят. С одной стороны уверяют, что я продаю в рабство вольнолюбивых почти белых людей, а с другой стороны наших горцев обвиняют в невероятной жестокости и фанатизме.
  Но и это не все. Европейцы много потешались над тем, что Америка избавлялась от своих содомитов, сплавляя их Леопольду. Тот действительно не брезговал и такой публикой ради увеличения численности белого населения в своих владениях. Но теперь к американцам подключился и я, уничтожая те подпольные гей-клубы, которые расплодились в обеих столицах. Что тут началось! Оказалось, что если от извращенцев избавляется Америка или Европа, то это смешно, забавно но вполне терпимо. Но если этим занялся русский царь, то это ужасная тирания. Но это все цветочки. А ягодки были в том, что бельгийцы внезапно лишились королевских доплат.
  Что бы не говорили про Леопольда, но о своей стране и о своем народе он заботился. Народ жил при нем припеваючи. Лучше всех в Европе. Но почему то никому не было дела до того, что все это благополучие оплачено жизнями и здоровьем населения колонии, из которой король выжимал все соки. Но свергли короля и заодно потеряли источник немалых доходов. А кто в этом виноват? Если слушать вопли пострадавших, то виноват новый король. Тот самый Альберт Первый, в пользу которого еще недавно выступал парламент.
  В чем же его вина? А в том, что не вернул бельгийскому народу его самое ценное достояние, именуемое теперь Заирской Империей. Правду сказать, у Альберта для этого руки коротки. Парламент, опасавшийся чрезмерного усиления королевской власти, не позволял Леопольду иметь слишком большую армию. Со дня отречения бельгийская армия сильней не стала. Зато колония усилилась в военном отношении необычайно. Сейчас тамошняя армия насчитывает 32 тысячи штыков плюс мощную речную флотилию. А с недавнего времени он обзавелся четырьмя легкими крейсерами и столькими же эсминцами французской постройки. Последнее делало его неуязвимым для удара из неблагодарного отечества. Проблем с экипажами возникнуть было не должно, ибо сейчас тысячи американских военных моряков испытывали проблемы с трудоустройством. Но и это не все. В его распоряжении имелись так называемые "почтовые самолеты" По-4 и По-4-"Гидро". По две эскадрильи каждого типа, по семь самолетов в эскадрилье. Почему так? Да потому что еще никто в этом мире, кроме пришельцев из иного времени, не мог знать о нормальной численности авиачастей. И это еще не все. Французы, потерявшие в Техасе немало своих авиеток, а вместе с ними и офицеров Генерального штаба, сильно разочаровались в летательных аппаратах тяжелее воздуха и начали распродавать авиетки направо и налево, да кому попало. Таким образом, пять авиеток Вуазен-III оказались в распоряжении короля. Особого толка от них не было, но душу видимо грели.
  Что еще интересного? А интересной была покупка французских танкеток. Сами французы в них были сильно разочарованы и стремились избавиться от оставшихся после боев в Техасе танкеток. Долго мучиться им не пришлось, ибо они почему то понравились офицерам бывшей бельгийской колониальной армии. Правда, в отличии от французов, они их включили не в состав кавалерии, а придали пешим абрекским батальонам.
  Ну я подсуетился в этом плане. В смысле, с поставками оружия. Перво-наперво я сплавил туда автоматические винтовки Федорова в количестве аж целых шестьдесят штук. Большего числа наши заводы просто не осилили. И нужно сказать, брали их бельгийцы без особого удовольствия. Еще бы! Стоила такая винтовочка как приличный ручной пулемет. Именно поэтому мне их пришлось продавать по цене трехлинеек. Так сказать для испытания в боевых условиях. Разобравшись с тем, что они из себя представляли, барон Теофиль Теодор Жозеф Антуан Ваи, исполнявший обязанности премьер-министра и военного министра Заирской империи, распорядился вооружить ими роту егерей сформированную из получивших политическое убежище американцев.
  
  - Ни неграм, ни абрекам, это чудо техники давать в руки нельзя, - заявил он, после того как самолично испытал ее на стрельбище.
  
  Зато другое творение сумрачного федоровского гения он оценил по достоинству. Собственно говоря, творений этих было два: самозарядный карабин и так называемый "вспомогательный пулемет" на его основе. Оба этих образца вооружения были раскритикованы нашими специалистами из ГАУ, да и оружейники были не в восторге от них. Как вы помните, все началось с того, что на основе патрона Маузер 7.63х25, был создан новый патрон: Федоров 7.63х45, причем, пулю так и не стали делать остроконечной. После первой неудачной попытки, взяв за основу освоенный в производстве СКС-3.0, наш оружейный корифей создал вполне приличный Самозарядный трехлинейный карабин Федорова (СКФ-3.0) Ну а там и до так называемого вспомогательного пулемета дело дошло (ВПФ) Внешняя баллистика этих новинок никого не впечатлила. Дальность прямого выстрела едва достигла 300 метров. Такое "чудо" на первый взгляд никому было не нужно. Но только на первый взгляд. Тот же Федоров уже убедился в том, что создать автоматический карабин под полноценный винтовочный патрон не выйдет. Только под ослабленный. На что никто не хотел идти. Ну а под "пистолетный переросток" у него все прекрасно получилось. А "заирцев"как ни странно, полученный результат вполне удовлетворил.
  
  - Конечно, в Европе с таким оружием делать нечего, но в наших джунглях редко когда придется стрелять на максимальные дистанции. Поэтому карабины господина Федорова будут вполне уместны. Кроме того, они просты по устройству и вполне подойдут не только абрекам, но и туземным солдатам, - озвучил сложившееся мнение майор Антуан ван Герард, начальник Департамента Вооружений Заирской империи.
  Вы спросите, а чего это Леопольд засуетился, если ожидать бельгийской агрессии было не реально? А с того, что Бельгия была не сама по себе, а входила в Организацию Североатлантического договора - союза нейтральных государств Европы. Помимо Бельгии, туда вошли Голландия, Португалия и Дания. А у этих стран были достаточные возможности для переброски войск по морю. И король Альберт всячески склонял их к участию в интервенции. Пока что у него ничего путного из этого не выходило. Никто не хотел лезть в ненужную им войну.
  
  - Согласно Устава НАТО, мы обязуемся оказывать помощь жертвам нападения. Пункта, обязывающий нас вмешиваться во внутреннюю междоусобицу в Уставе нет! - категорически заявляли дипломаты.
  
  Помимо обычного в таких случаях нежелания, имела место быть и элементарная осторожность. Все прекрасно знали о том, что Леопольда поддерживает Россия и отчасти Германия, ссориться с которыми у них желания не было. В итоге, Альберт поклонился французам, без поддержки которых ему уже было не обойтись. Что там ему обещали французы, пока точно не известно, но с переговоров Альберт вернулся довольный как слон.
  
  - Скорее всего, французы окажут бельгийцам помощь, но не раньше, чем приведут в порядок свои дела в Америке.
  
  Это мои "Врачи без границ" доложили. И похоже, что они правы. Кстати, их начали уже выживать из Канады и Мексики, да и в Америке немцы им создают проблемы. В любом случае, меня радует то, что у Леопольда имеются проблемы. Хотя он мне и друг, но своя страна мне дороже. И я подобно англичанам искренне считаю, что ей плохо, если где то не убивают друг друга европейцы. Вернее, убивают там, где России и близко нет. Проблема лишь в том, что европейцы сейчас не горят желанием воевать всерьез. Конечно, англичанам сейчас предстоит тяжелая война в Южной Африке. Но этого мне мало. Вот если еще и французы увязнут в Заире... Шанс на это имеется, но не очень большой. И многое зависит от того, как поведет себя Леопольд. А он далеко не прост и избежать войны может суметь. Сейчас ему уже 75 лет. В этом возрасте мало кто жаждет испытывать судьбу. А потому, возможную войну он постарается всячески предотвратить. Будет хитрить, юлить, идти на небольшие уступки... В конце концов, если воинственность ему никогда не была свойственна, то торгашеский дух никогда не исчезал. Явно прибегнет к посредничеству англичан, что то им пообещает... А ему есть что предложить британцам. Те уже заждались обещанный им анклав Ладо. Согласно договора, Леопольд им владеет до конца своей жизни и лишь потом он отходит англичанам. Проблема в том, что жизнь эту можно и укоротить. Владыка Заира это прекрасно понимает и сокращение жизни в его планы не входит. Зато у меня они появились.
  Раньше, я желал, чтобы Леопольд дожил года этак до 1915. И клиника доктора Мюллера старалась всячески поправить ему здоровье и продлить жизнь. Но наши желания не всегда совпадают с возможностями.
  
  - Хочу вас, Николай Александрович, огорчить. Возможно, что наш пациент и сумеет прожить желаемое число лет, но насчет его дееспособности у моих сотрудников имеются сомнения, - огорошил меня доктор Мюллер во время последнего посещения его клиники.
  - Он что, уже "овощ"?
  - Пока нет. Но близок к этому. Мы только отдалили момент наступления физической беспомощности, но не устранили причину ее. Скоро он не сможет полноценно заниматься государственными делами. И это мягко сказано.
  
  Печально. В состоянии полной беспомощности сильно меняет сознание людей. Самое время для напористых и беспринципных интриганов. В подобном состоянии Леопольд может подписать весьма интересное завещание. И один бог его знает, в чью пользу. Значит, куем это железо, пока оно не остыло. Леопольд скоро в очередной раз покинет Крым. Доктор Мюллер боится, что больше пациенту не осилить столь длительный путь. Правда, без медицинской помощи его не оставят. Наша клиника в Леопольдвилле уже функционирует. Но сейчас мне нужна откровенная беседа с его не везде признанной супругой и королевой Катанги - Серафимой.
  Ситуация возникла что ни говори - пикантная: тайная встреча женатого мужчины с замужней женщиной. А уж чем мы при этом занимались! Хотя, вы можете не верить, но мы всю ночь играли в шахматы. И при этом у нас обоих ничего не ёкнуло. Хотя и было на что у нее посмотреть. Тем не менее разговор между нами был чисто деловой. Я давно усвоил простую истину: никогда не стоит начальнику спать со своими сотрудницами. Мой одноклассник, такую ошибку допустил: начал спать со своей секретаршей. Сперва никаких дурных последствий от этого не было. Но потом секретарша заподозрила, что шеф изменяет не только жене, но и ей. Обида, обманутой женщины всегда имеет неприятные последствия для любовника. А если учесть, что эта женщина знала о его делах и делишках значительно больше супруги? В общем, оказался мой приятель под следствием. Выпутаться удалось, но карьеру загубил.
  А Серафима наша, которая на самом деле Сара, в этом плане гораздо опасней. Возможностей нагадить человеку у нее сейчас немало. И то, что она на это способна, я ничуть не сомневался. Ее ведь для того и вербовали, чтобы дискредитировать Владимировичей. Просто тогда не срослось и мы эту агентессу использовали для другого дела. Да и то, не ожидали, что из обычной содержанки Леопольда, она станет заметной фигурой в иных политических раскладах. Конечно, ее морганатический брак с бельгийским монархом, для Европы ничего не значил. Точно таким же пустым местом для европейских политиков был и ее королевский титул африканского происхождения. Да и для нашей аристократии она никто и звать ее никак. Но я этим обстоятельствам придавал много большее значение. Потому что помнил, чем обернулись для СССР все эти африканские танцы. Не имея в Африке искренних союзников, советское руководство сделало ставку на купленных друзей. А в итоге, этих 'друзей' легко перекупал Запад. Поэтому, я решил не пытаться из местных Мобут делать союзников. Толку от них. Зато можно было попытаться создать союз обиженных на Запад государств. И если эти государства будут достаточно развиты, то выкачивать из них за бесценок ресурсы, хрен у кого выйдет. История Южно-Африканской республики тому пример. Но для создания аналога ЮАР в Заире, много чего требовалось. Леопольд уже начал работать в этом направлении, потому что деваться ему стало некуда. До потери престола, он был обычным колонизатором, который за счет эксплуатации колонии, неплохо кормил метрополию. Но сейчас, когда требовалось сохранить за собою свое детище, он приступил к строительству полноценного государства на берегах Конго. Вот только мало он чего успеет за оставшееся время жизни. И если Бельгия сумеет захватить колонию, то нужных мне изменений не произойдет. И поэтому, Сара-Серафима была мне нужна в роли правительницы Заирской империи. Стать таковой, у нее шансы были. Если только сумеет правильно повести себя с Леопольдом.
  В настоящий момент, ее отношения с ним, можно было считать "высокими". Благодаря нашим врачам, Леопольд достаточно долго мог наслаждаться прелестями своей возлюбленной. Но всему приходит свое время и силы его иссякли. Сейчас ему уже не до развлечений в постели и в принципе, он не против, чтобы Серафима "не простаивала". Но никаких адюльтеров на стороне наша агентура не обнаружила. Ей хватило ума, чтобы продолжать играть роль если не любящей, то в любом случае заботливой жены. Но и про политику она не забывала. В данный момент она приступила к формированию своего двора. Ну а помощницей в серьезных делах она изначально стремилась стать.
  Второй для меня ценностью Леопольда, была его связь с крупным капиталом. В первую очередь бельгийским. И мне хотелось, чтобы Серафима унаследовала эти связи. Но прежде прочего, следовало добиться выгодного для нас завещания. О том и шла наша ночная беседа. Проговаривались разные варианты. Негодное отметалось, годное брали на заметку. Следовало сделать так, чтобы наш вариант завещания не признали фальшивым. А для этого, его должны были засвидетельствовать такие люди, словом которых никто пренебрегать не станет. Одним из таких людей должен был стать Рокфеллер. В качестве платы за услугу, ему было обещано 5% акций нефтедобывающей кампании в Кабинде.
  
  - Мадам! Вам нужно взять управление страной в свои руки еще при жизни мужа. Иначе ни королевой, ни императрицей вам не быть. И если вы не справитесь с этой задачей, то ничего кроме изгнания вам не светит. Вас съедят буквально на следующий день после смерти мужа.
  - Полковник, - так как разговор был приватный, я разрешил обращаться ко мне только по воинскому званию, - можете мне поверить, что ради блестящего будущего своих детей, я способна на многое. И право, я вовсе не жалкая одиночка. У меня есть союзники из окружения мужа, есть и опора в местной армии. Взять в свои руки власть, я сумею. Но чтобы удержаться на троне, мне понадобятся весомые аргументы для заирской верхушки. Главный аргумент - способность справиться с возможной интервенцией. Сейчас это почти невозможно. Стоит только объявить нам блокаду и заслать возмутителей спокойствия к местным племенам - больше трех лет мы не продержимся. У нас есть войска, но те же самые патроны и снаряды для них мы получаем извне. Муж говорил, что нам нужно иметь свои арсеналы.
  - Так он не только говорит, насколько я знаю, фирма "Маузер" подписала контракты на строительство оружейных и патронных фабрик, а Крупп будет вам поставлять не только пушки, но и построит завод по выпуску артиллерийских снарядов.
  - Все это так, - согласилась Серафима, - но как мне объяснили советники мужа, мы не имеем возможности изготовить каждую деталь. Очень многое нам нужно завозить из других стран. А блокада этому будет мешать. Наш военный министр говорил о том, что вся торговля у нас ведется от устья Конго и через анклав Ладо. Через последний - путь короче. Именно через Ладо мы привозим из России абреков. Но этот путь англичане в любом случае нам перекроют. Остается океан и устье Конго. И здесь, помочь нам можете только вы.
  - Каким образом?
  - Муж говорил мне, что во время войны испанцев с американцами и японцами, вы сумели окоротить американцев, создав миротворческие морские силы, которые не позволили полностью блокировать испанские владения в Вест-Индии...
  
  Понятно все с ними. Выжить пытаются за чужой счет. А конкретно, за счет России. Но нормального варианта не предлагают. Тоже мне удумали - миротворческая эскадра! Тут нужны корабли с большой автономностью плавания, а у меня что на Черном, что Балтийском море, таковых нет. Что были, давно либо утилизованы, либо проданы, либо охраняли торговлю на Тихом океане и потому сильно изношены. Оно конечно можно использовать те корабли, что у меня на Севере сопровождали конвои. Вот только сразу придется решать вопрос с базированием. У Леопольда имеется неплохой морской порт Бома. Полдюжины корабликов можно разместить. А потом французы или англичане пригонят парочку дредноутов и потребуют убираться ко всем чертям. И уберемся. Потому что бодаться с ними нету сил.
  Какой еще вариант? Можно конечно на судах "Морвоенторга" поднять Андреевский флаг и нагло возить что угодно. Досмотр военных кораблей Морским правом запрещен. Вот только если право не защищено силой, то на него и плюнуть могут. Хотя, нарушать правила британцы не станут. Они мне просто начнут гадить в России до тех пор, пока я сам не уберусь туда, откуда пришел.
  Привлечь к этому делу Вилли? Ему гадить опасно. Флот у него еще не сильней британского, но это вопрос времени. Он с удовольствием влезет в эти дела. Вот только Леопольд не согласится на такой вариант.
  Испанцы? А ведь это мысль! Они после того, как удачно выпутались из войны с Америкой и Японией, преодолели свой прежний комплекс неполноценности, а нашествие немецкого капитала в их экономику изменило их жизнь к лучшему. У них вновь возникло желание поиграть в великую державу. Имея в качестве козыря союз с Германией, Альфонсо XIII мог позволить себе вольные шалости в местных водах. Связываться с ним, все равно что связываться с пристающим к тебе нахальным пацаном, неподалеку от которого стоит компания громил. По морде пацану конечно можно заехать, вот только после этого: "Мужик! Ты почто малявку обидел? Давно по сусалам не прилетало?" Пожалуй, это вариант! Тем более, к услугам испанских крейсеров будут немецкие базы в Камеруне.
  Но у Заира все еще впереди. К тому же прямая защита его независимости может и не понадобиться, если англичане серьезно увязнут в Капской провинции. А как раз в ней дела происходили веселые. Местные буры недолюбливали англичан, но не настолько, чтобы в открытую бунтовать. Те, кто был на это способен, давно ушли жить в Республики на Реке Оранжевой. Но с прибытием американских "дезертиров" и флотилии Назгулеску, все поменялось. Капская провинция для британцев была потеряна и вот-вот мог быть потерян Наталь. Переброска подкреплений из Индии ситуацию не изменила. И пока британцы были связаны по рукам и ногам войной в Америке, им было не до Южной Африки. Но и выход САСШ из войны не улучшил сложившуюся здесь обстановку. Силы буров только возросли за счет сбежавших к ним бойцов Дикой дивизии и экипажей американских рейдеров. Последние прибыли вместе со своими кораблями. Три десятка носителей минных катеров - сила внушительная. На борту этих крейсеров имелось 120 подводных лодок на электрическом ходу и шесть десятков минных катеров с газойлевыми двигателями. Уже это делало проблематичной переброску подкреплений. Конечно, всю эту армаду требовалось содержать и снабжать топливом, боеприпасами и запасными частями. Но при сильном желании все было возможно. А у германцев, столкнувшихся с трудностями в Америке, желание сильно нагадить британцам, день ото дня крепло. Через Людериц - алмазную столицу Германской Юго-Западной Африки, шли поставки всего того, что было необходимо повстанцам.
  Главная проблема повстанцев - отсутствие единого руководства, до сих пор решена не была. Руководство Трансвааля и Оранжевой республики до сих пор имели претензии к составу правительства Капской Республики. Американские "дезертиры" признавали только тех командиров, что назначены были военным министром САСШ. Ополченцы Капской провинции, охотно слушались собственных командиров и терпимо относились к германским военным советникам. Остатки Дикой дивизии, оказавшиеся в этих краях, были малочисленны и не имели единого командования. Каждая рота или "вольная кампания" подчинялась своему пану-атаману. Собравшиеся в Кейптауне американские рейдеры тоже не представляли собою единого соединения. И вишенка в торте - флотилия Назгулеску. К ее бойцам конечно относились с огромным уважением, но иметь дело с самим Назгулеску все это местное сборище командиров и начальников не желало. Получается, что и силы у мятежников немалые, много больше, чем были у буров в известной мне войне, и разгромить их сейчас, не такая уж трудная задача. А мне нужна затяжная война в этих краях.
  Ну что же, постараемся британцам испортить обедню. Они сейчас контролируют только провинцию Наталь. Именно там они сосредоточили переброшенные из Индии части бенгальских стрелков и местную милицию, имея в качестве базы порт Дурбан. Есть на побережье Наталя и другие гавани, но эта основная. Если захватить их, то британцам негде будет высаживать подкрепления, а имеющиеся в провинции войска, оставшись без снабжения, довольно быстро будут вынуждены либо капитулировать, либо интернироваться в португальских владениях. Высадить новые войска вполне возможно. Но проблема в том, что производить высадку на необорудованном для этого побережье, британцы не умели. Ну как не умели? Ничего, кроме шлюпочного десанта они в данный момент не практиковали. И последний такой десант они высаживали в чисто колониальных войнах. Зато та же флотилия Назгулеску имела более передовой опыт. Да и с оснащением десантно-переправочными средствами она шла впереди планеты всей. Те десантные средства, которые она использовала в Америке, в ней же и остались. Но это не значило, что она долго оставалась без них.
   Еще задолго до этой эпопеи, наша профессора из Инженерного замка сконструировали по моей высочайшей просьбе штурмовой десантный паром. Источником моего вдохновения был немецкий паром "Зибель" из моего времени. Правда, приходилось учитывать, что в более ранние времена располагать придется иными средствами. В общем, первый блин вышел комом. Но появился опыт. "Зибель-2" получился уже лучше. Его испытали на Каспии и не стали принимать на вооружение. "Зибель-3" вышел и вовсе красавцем. Но производить и его мы не стали. Только опытный экземпляр, который также испытали на Каспии. Дело было в том, что построить эти паромы можно было только из германских комплектующих. Я это нарочно сделал. Когда пришло время, я просто снабдил Назгулеску рабочей документацией и он нашел нужные производственные мощности в Кейптауне. Ну а материалы для строительства поставляли немцы, да еще за свой счет. Заставлять немцев оплачивать эту войну не пришлось. Они и в моем времени неплохо поддерживали буров. Ну а сейчас, когда перспективою было обретения союзника в этих краях, Большой Германский Генеральный штаб тем более не стал жмотничать. Инструктора, оружие, боеприпасы, амуниция... все это шло полным ходом. Тем более, что буры способны были все это оплачивать.
  В итоге, вышли довольно неплохие плавсредства, способные перевозить по морю до сотни десантников с вооружением имея ход в шесть узлов. При команда парома могла и поддержать десант огнем универсальной трехдюймовки и 37- миллиметровки. Ну а в дальнейшем работать в качестве судна снабжения. И конечно же "Зибель-3" можно было использовать в качестве средства ПВО или вести морской бой с кораблями равных ему по водоизмещению. При этом, утопить его было нелегко.
  Скрыть от британцев сам факт строительства паромов в городе, где у них наверняка хватало добровольных осведомителей, наш панцер-командор даже не рассчитывал. Но ввести в заблуждение относительно их назначения - получилось. Все 'знали' о том, что эти посудины предназначены для приема военной контрабанды в нейтральных водах и доставки их в порт. Как выяснилось позже, 'легенда' сработала. Но восьми построенных паромов было все-таки маловато и с капитанами американских рейдеров-носителей шли переговоры о выделении минных катеров.
  Но если с материальной частью проблемы решались, то с личным составом все было не так. В лучшие свои времена, флотилия имела до пяти тысяч человек личного состава, а в Кейптаун Назгулеску привел не более восьми сотен человек. Требовалось пополнение надежным личным составом.
  Проблему эту я решил оригинальным образом. Дураков, согласных воевать "за нашу и вашу свободу", в России еще хватало. Нужно было только наладить вербовку воинов-интернационалистов. Кроме того, пойманным на "горячем" революционерам, предлагался выбор между каторгой и войной. Большинство выбрало войну. Худо или бедно, но на два батальона народу набрали. Оставалось только найти им подходящих командиров. Рассчитывать на американских сержантов и третьих лейтенантов, которых массово штамповали наши "фабрики офицеров" в САСШ, не приходилось. Поэтому пришлось обходиться своими силами. Собственно говоря, с этим тоже сложностей не возникло. Мы отобрали подходящих для командования отделениями и взводами добровольцев и провели их через полигон "Десятки". Три месяца и ты - фельд-сержант второго или первого ранга. А вот с ротным и батальонным звеном командования вопрос решили иначе. Ими были кадровые офицеры нашей армии. С которыми предварительно пришлось вести беседу.
  
  - Господа! Смею заметить, что нижние чины вам достанутся непростые. Все они 'красные' и к монархии относятся враждебно. Более того, половина их - самые настоящие государственные преступники, которым каторга заменена поездкой на войну. Поэтому, не стоит их пытаться обратить в свою веру. Бесполезно. Но и наказывать их за имеющиеся у них взгляды не стоит. Наш государь считает, что вы должны относиться к ним, не как к людям падшим, а как к своим боевым товарищам. Будьте с ними строгими и справедливыми. Помните, что их успехи и подвиги в любом явятся славою русского оружия. Опыт показывает, что тех смутьянов, которым выпала судьба воевать в составе Американского легиона, сами американцы и их враги запомнили именно как русских.
  
  Но вообще, командовать такими людьми должны командиры особого склада. И я таких нашел. Причем, позаботился об их службе заранее. Командирами Русских волонтерских батальонов были назначены два офицера. Первым батальоном назначен командовать капитан Михаил Гордеевич Дроздовский, а Вторым - капитан Михаил Кузьмич Войналович. Здесь их биографии лишь частично совпадали с теми, что известны были по моему времени.
  Оба своевременно окончили Академию Генштаба, но уже по обновленной программе. Так как войны с японцами не случилось, то они в ней и не участвовали. Зато после академии, оба попали служить в "Десятку". Чем они меня привлекли? А вы на Дроздовского посмотрите. Это сам по себе замечательный человек. Да не просто храбрый, грамотный и харизматичный командир. Таких в любой армии хватает. Гораздо замечательней то, что он добивался успеха в условиях, когда все этому препятствовало. Вопреки сложившимся обстоятельствам, он сумел создать боевое ядро будущей дивизии его имени. Он сумел ее обеспечить всем необходимым, хотя никто и ничего ему так просто не давал. В отличии от идиота Корнилова, он смог совершить марш на соединение с Добровольческой армией, по враждебной территории и с малыми потерями. Корнилов же, в более благоприятных условиях угробил Текинский полк и явился на Дон без него. Дроздовский тщательно готовился к бою, при этом не бросая войска в лобовые атаки на превосходящие силы противника. Зато Корнилов, а следом за ним Деникин, любили атаковать 'по-гвардейски': идти в лоб и на штык. Стоит ли удивляться тому, что в Первом Кубанском походе, Добровольческая Армия из имевшихся вначале двух с половиной тысяч людей, потеряла в боях двенадцать с половиной тысяч? А Дроздовский, в не менее тяжелых условиях - несколько сотен. В общем, в Южной Африке требовался именно такой командир. Кроме того, я учитывал, что Михаил Гордеевич был способен ради пользы дела пренебречь личными амбициями и сработаться как нужно с такой сложной личностью, какой являлся наш панцер-командор.
  А что можно сказать про Михаила Кузьмича Войналовича? В принципе, много не скажешь. В нашем времени он недолго был у Дроздовского начальником штаба и погиб в самом начале похода на Кубань. Для Дроздовского гибель Войналовича была настоящим горем. Потому что по его мнению, только Войналович мог достойно заменить своего командира во всяком сложном и опасном деле.
  
  К началу 1910 года, оба батальона добровольцев были сформированы, прошли обучение и судами "Морвоенторга" перевезены в Людериц, откуда они пешим маршем к середине февраля добрались до Кейптауна. Следует помнить, что в этих краях февраль является летним месяцем. Сезон дождей уже прошел и море достаточно прогрелось. Именно в Кейптауне русские добровольцы соединились с отрядом Назгулеску и приступили к интенсивным тренировкам.
  
  ПРОДОЛЖЕНИЕ
  
  С прибытием русских добровольцев, начала подходить к концу формирование так называемой Оперативной группы "Капштадт". Основу ее составила флотилия Назгулеску, для которой и строились десантные паромы. К удивлению окружающих, панцер-командор включил в состав оперативной группы остатки Дикой дивизии. Остатки - ото девять сотен разного рода беглых висельников, сумевших добраться до Капской провинции и рассчитывавшие на то, что отсюда им не грозит выдача органам правосудия стран Антанты. Правда, спокойная жизнь им и тут не светила, но это их не смущало. Назначенный со стороны уполномоченный по правам американских граждан некий Дункан Маклауд, уверил их в том, что рассчитывать на добычу в этой стране они могут. А со временем, когда у победителей схлынет ажиотаж, они смогут вернуться в Америку. Конечно, какие то сомнения у "дикарей" насчет возможности умереть дома и в своей постели, имелись. Но камарад Маклауд, умел произносить зажигательные речи. Но самое большое впечатление на личный состав произвела церемония вручения боевого знамени. В основе своей оно повторяло флаг Конфедерации, только без звезд. Зато череп со скрещенными костями имелся. Верхнюю часть знамени украшала надпись Wild division, а в нижней части знамени красовался девиз: "Before us - horror, behind us - grief!" Казалось бы: какую для этого отребья пользу может принести данный ритуал? Да не скажите! За время войны "дикари" немного поднаторели в тонкостях международного права и прекрасно знали значение слова "комбатант". Все это для них означало, что они обрели официальный статус и при попадании в плен, враги обязаны соблюдать их права. Поэтому они с удовольствием нашили на новенькие кителя шевроны с эмблемою, названием и девизом своей части. Правда, заранее поинтересоваться у британцев насчет соблюдения прав у них возможности не было.
  Еще один отряд, присоединившийся к формируемому соединению, прислан был никем иным, как легендарной уже Мадам Вонг. Но состоял он не из китайцев, как можно было предполагать, а из белых людей, говорившем на языке похожем на польский. Командовал этим отрядом некий "пан Болек". Численность этого отряда была невелика, всего четыре десятка бойцов, но относительно возможностей и умений этих бойцов, правду знал только Павел Алексеевич.
  Немало трудов пришлось приложить, чтобы привлечь в отряд хоть кого то из приблудных американских рейдеров. В конце концов удалось уговорить экипажи двух кораблей и теперь в распоряжении Назгулеску было не только два крупных боевых корабля, но и по полудюжине подлодок и быстроходных минных катеров.
  Как только все было подготовлено к операции, Все эти формирования сосредоточились в районе Ист-Лондона, где и была произведена посадка на корабли. Ночью, конвой вышел в открытое море в сторону Дурбана. Морской переход прошел в общем то благополучно и через двое с половиною суток, в районе Скотсбурга началась высадка десанта. Крупных британских войск в окрестностях Дурбана не было. В распоряжении британского командования крупных сил не имелось. Ранее переброшенные из Индии дивизии, безуспешно бодались с бурами в районе Ледисмита. Как и в моем времени, войска Трансвааля решили отвоевать бывшую бурскую провинцию, откуда британцы изгнали их предков. Нанеся несколько поражений британцам, они застряли у Ледисмита и никак не могли его взять. Там индийские части были поддержаны местным ополчением, состоявшим из англичан и американских негров.
  Ну а Дурбан защищен был слабо. Местный гарнизон состоял в основном из мобилизованных индусов, до сей поры работавших на многочисленных сахарных плантациях. Для защиты города с моря возводилось несколько береговых батарей. Правда, ни одна из них еще не была введена в строй. Правда, в порту имелось несколько мореходных канонерок и вооруженных пароходов, но шансов в бою с американскими рейдерами у них не было никаких. Против современных шестидюймовок, старые британские трех и четырехдюймовые орудия явно не годились. Поэтому высадка десанта хоть и прошла не гладко, но зато без потерь, если не считать четырех утонувших по пьяной лавочке "дикарей". Не тратя зря времени, не дожидаясь окончания высаки всех сил, Назгулеску сразу повел бойцов своей флотилии на штурм Дурбана. Нужно сказать, что с суши город тоже имел укрепления. Несколько старых редутов, построенных против зулусов, спешно занимались городскими ополченцами. Вопреки ожиданиям, вооружены они были неплохо. Помимо магазинных винтовок, в их распоряжении оказались даже станковые пулеметы и недавно принятые на вооружение "льюисы". Нарвавшись на плотный огонь, штурмовики не стали напрасно рисковать, а залегли и стали ждать подхода подкреплений. Потом подошли батальон капитана Дроздовского и батарея горных орудий. Подавив огнем часть пулеметов, штурмовики совместно с русскими добровольцами сумели сбить ополченцев с занятых позиций и подошли к городским окраинам. Здесь атака опять захлебнулась. Отступившие в город ополченцы начали срочно возводить баррикады. Но тут подошел батальон Войналовича с еще одной батареей и начался штурм города. Легким он не был, ибо ничего хорошего от нападавших, местные индусы не ждали. Численный перевес был на их стороне и они неоднократно переходили в контратаки. Особенно упорные схватки были в районе железнодорожной станции и порта. Тут у защитников даже был целый состав с блиндированными вагонами. Нелегким оказался бой за недостроенные батареи на Дурбан-Пойнт. И хорошо еще, что орудия для батарей так и не успели доставить на позиции.
  В общем, взять город в течении дня не получилось. Вести ночной штурм сил уже не было. А утром от командования Дурбанской милиции пришли парламентеры. Британцы предлагали дать им возможность для организации эвакуации гарнизона и населения. Естественно морем.
  
  - Ну что же, камарады, - молвил Назгулеску своим командирам, - целью нашей атаки является город. Уничтожать его население и защитников для этого не обязательно. Думаю, пусть уходят.
  
  Возражать никто из командиров не стал. Споры возникли только относительно срока выделяемого на эвакуацию. Британцы запрашивали три дня. Камарады-анархисты считали, что это чересчур много.
  
  - Думаю, джентльмены, - заявил панцер-командор парламентерам, - что двадцать четыре часа вам должно хватить. Пароходов у вас хватает, так что грузите людей и проваливайте!
  - Но командор, - начал спорить британец, нам не хватит времени для полной загрузки угля, воды и продовольствия... Путь до порта Момбаса не близок...
  - Это ваши проблемы! Двадцать четыре часа и ни минутою больше! По истечению перемирия, в город войдет Дикая дивизия. Кто не сбежал, я не виноват. А что угля мало, так до португальских владений рукою подать. В Лоренсу-Маркиш можно прекрасно купить все, что вам нужно. Не хватит там, доберете в Занзибаре. И предупреждаю: никаких взрывов, поджогов и порчи имущества. Все, что не грузите на пароходы, оставляете в целости и сохранности.
  
  Командор в первую очередь имел в виду подвижный состав и локомотивы, а также орудия береговой обороны и боеприпасы к ним. Спустя 24 часа, последний британский пароход отошел от пристани. Нарушать условия капитуляции и портить оставленное имущество британцы не стали. Понимали, что у рейдеры-носители без особого труда смогут догнать их конвой и перетопить все пароходы до единого.
  Итак, теперь на всем побережье от Мозамбика до Германской Юго-Восточной Африки, у британцев не осталось ни одной гавани. Перебрасывать армию и снабжать имевшиеся еще в Натале войска, стало невозможным. Капитуляция войск в районе Ледисмита стала вполне возможной. Вопрос лишь в потребном для этого времени.
  
  - Ну что же, мы дело сделали. Теперь британцам придется либо гнать в эти воды армаду и высаживать десанты, либо вторгаться из Кении, идя тысячи миль по Родезии. Либо подключать к подавлению восстания португальцев. В любом случае, дело это не быстрое.
  
  

2. Учет с контролем и прочие прелести

  
  Что бы там ни говорили иностранцы, но все таки Россия во все времена была самой свободной страной в мире. Законы у нас что дышло, как повернул, так и вышло. То есть, толкование их самое что ни на есть свободное. И сколько их не придумай, те из них, что сочтут дурными, исполнять никогда не будут. Или придадут им такой смысл, каким создатель их не наделял. В общем, заставить русского человека исполнять писаные законы, является делом трудным, а зачастую и невозможным. А отношение наших людей к любой власти? Да нет на свете такой страны, где бы к власти люди относились более насмешливо, нежели у нас. Не просто так фельдмаршал Миних уверял, что все управление России осуществляется никем иным, как Всевышним. Да вы и сами подумайте: как подчинить своей воле народ, в котором мужик за вилы хватается чаще, чем Дартаньян за шпагу? А ведь хватается. И поместья частенько горят. Против царской власти народ вроде бы и не бунтует, но это лишь потому, что она его толком не притесняет. Зато среди дворянства да прочей 'чистой публики' недовольных хватает. Именно эти люди чаще всего и шумят. Ну а в данный момент они недовольны повальной паспортизацией населения.
  Вопрос о всеобщей паспортизации назревал давно. Проблема лишь в том, что эта идея многим пришлась не по нраву. Против нее выступают кадеты и марксисты-плехановцы. Ее не одобряют христианские социалисты, я уже не говорю про анархистов. И даже лояльные власти социал-монархисты выступают за отмену паспортов. Все эти люди видят в паспортах одно из величайших зол, способствующих порабощению населения.
  Считаться с такими настроениями мне приходится. А потому, я решил идти обходным путем. Для начала мною был основан Самодержавный Пенсионный фонд, который изначально был отделен от прочих финансовых структур государства Главою фонда стала Аликс, что выглядело вполне естественно. Какому как не царице заниматься благотворительностью и прочими благодеяниями? И теперь, каждый житель империи, достигший возраста в 12 лет, должен был иметь на руках пенсионную книжку. В ней в первую очередь отражались сведения об уплате пенсионного взноса. Размер его был невелик: одна копейка в месяц на каждого члена семьи, которые обязан был платить домохозяин. Пустяк вроде бы и на нормальную пенсию так не накопишь. Но это как говорится больше для порядку. На самом деле большая часть поступлений в Пенсионный фонд шла из других доходов государства. Делалось это больше для того, чтобы народ к халяве не приучать. Если человек прекрасно знает о том, что лично платил, то он и относится к деньгам соответственно.
  Первыми возмутились копеечным взносом либералы:
  
  "Это что получается? Другое название подушного налога? Почему русский человек должен платить за то, что он появился на свет и продолжает жить? Нет более лучшего способа оскорбить своих поданных, чем заставлять их платить за право на жизнь. А ведь жизнь человеку дана Богом, а не царской казной!"
  
  Следом за либералами возмутились анархисты. А там и до других партий дело дошло. И тут сказали свое слово большевики.
  
  "Лишь враги своего народа способны увидеть в улучшении материальной жизни трудящихся величайшее оскорбление. Господа кадеты и примкнувшие к ним социал-демократы видимо нарочно умалчивают о том, что не все население платит то, что они презрительно именуют подушной податью. Никто ничего не платит за детей, не достигших возраста в 12 лет и за престарелых членов семьи. Вы видимо не знаете о том, что женщины, достигшие возраста в 55 лет и мужчины, коим исполнилось 60 лет, ничего не платят в казну. Зато им уже начали платить пенсии!"
  
  Это Владимир Ильич разразился статьей в "Правде". За что его начали поливать грязью все, кто только мог. И подозреваю я, что ополчились на Ильича не столько за высказанное мнение, сколько за то, что он вошел в состав правления СПФ. Возмутительно господа! Его допустили к кормушке, а нас нет! Но Ильич тоже в долгу не остался. Ему чужая брань только бодрости добавила. А потому, скандал не утих и шельмование своих политических конкурентов только усилилось. Ленин ведь не просто погулять вышел, а в своей статье много чего высказал. Например о том, как относятся к старикам в деревне. А относились к ним погано. По принципу: "Лишний рот - поганый рот". Стоило человеку утратить прежние силы и перестать приносить семье пользу, как его начинали выживать из семьи. Никто иной, как родные дети. Конечно, кого то могли приютить монастыри. Имелись и разного рода богадельни. Но это не решало проблему. Большинство стариков брали суму и шли нищенствовать. Но жизнь этих странников была недолгой. Голод, непогода, болезни и все: встретил свой смертный час в чистом поле, радуя утробы хищных зверей. Такова была жизнь русского человека в эту пору. Суровая, скудная и лишенная милосердия.
  А выплата пенсий, пусть и не очень больших, позволяло старику доживать свой век не дармоедом, а одним из кормильцев. Те шесть рублей в месяц, которые причитались ему, были достаточной суммой для того, чтобы его не выгнали родные дети на радость дикому зверю. Чтобы умирал он как человек, среди любящих его внуков, окруженный теплом и заботой.
  Второй причиной возмущения нашей общественности, было то, что пенсионная книжка становилась по сути своей внутренним паспортом. Здесь я пошел тем путем, которым в мое время шли американцы. Как известно любому либералу: американцы - самая свободная нация на Земле. Потому что беспаспортные. Правда, не имея водительского удостоверения, ты ничего в их жизни не добьешься. А потому, это удостоверение есть даже у тех, кто ни разу в жизни автомобилем не управлял. И волки целы и овцы сыты. Паспортов (символов рабства) нет, а водительское удостоверение (символ свободы) имеется у всех. Американцев такая ситуация вполне устраивает, хотя всем понятно, что хрен редьки не слаще.
  Ну а у меня с автомобилизацией дела обстоят не очень, поэтому пока что пенсионные книжки. Которые чем то напоминают своим внутренним содержанием советские паспорта. Полицейские чины на "ура" восприняли идею вклеивания фотокарточек строго по возрастам. Но кое-что они и сами придумали. Например: отпечатки пальцев для тех, кто оказался не в ладах с законом. Им это удобно: проверил городовой документы, увидел вклеенные отпечатки пальцев и сразу понял: "Наш клиент!"
  В общем, стонали многие. Кроме большевиков. Владимир Ильич своих сторонников лишними вольностями не баловал и с партийной дисциплиной в его хозяйстве был полный порядок. И когда некоторые мракобесы начали с трибуны Собора вещать о попрании православных ценностей, их быстро заткнули свои же. Объяснили им, что спорить с Библией трудно, ведь там даже перепись населения объявлена богопротивным делом, да и тайно пометить доброго христианина 'числом Зверя', злоумышленники способны, но ведь следует и другое понимать. Идет процесс строительства социально-ориентированного государства. То есть, социализма. А дорогой и уважаемый наш Владимир Ильич четко объясняет: 'Социализм - это учет и контроль'. А как без документа людишек под контролем держать? То то и оно - никак. Это понимать надо. Так что с этой стороны я поддержку получил. Правда, какая то истеричка уже кидалась на нашего Ильича с кинжалом. С воплем: "Это вам за ваши "ульяновские паспорта!" Ильича конечно охрана уберегла, а пенсионные книжки так и прозвали: "Ульяновками". Я как про это узнал, так аж подпрыгнул от радости: до чего же все удачно складывается! Все как всегда: если царь - то добрый, а если боярин - то злой. Вот и попал вождь нашего пролетариата в списки "злых бояр". Теперь его точно беречь от всякого рода безумцев придется. И уж путешествовать в обычном пассажирском поезде ему явно не стоит. Так что спаси и защити его святой Ипатий!
  
  Мысль о том, что покушения могут повториться, позволила мне смелее действовать еще в одном направлении. Покушаться на народных лидеров могут ведь не только тогда, когда они едут в поезде. В городе человек тоже на чем то перемещается. Что касается меня, то волноваться не стоит. Никакая сволочь сейчас "центральный акт" не готовит, потому что по их мнению, это бесполезно в практических целях, а в качестве революционной пропаганды даже принесет вред. Уже поэтому я продолжаю совершать поездки либо верхом на коне, либо на автомобиле марки ЯФ-010. Зато убийство главы какой-нибудь клики, принесет пользу многим. А раз так, то пусть эти сатрапы совершают поездки на броневиках. Поэтому, мой генеральный поручик получил соответствующее задание. При этом, мне в голову пришла одна озорная мысль: а ведь если нашему Ильичу потребуется трибуна для выступления, то чем для этого плох личный броневик? Простенько, со вкусом и символично.
  Правда, броневики эти мне нужны не только для охраны важных персон. Разведка и охранение дело тоже нужное. Поэтому пусть конструктора потрудятся в этом направлении. К слову сказать, бронеавтомобили давно уже не были чем то новым для европейских армий. Они есть практически везде. Но после того, как поляки под Сан-Диего расстреляли американскую бронеколонну, их польза в военном деле стала в глазах европейцев сомнительной. В качестве полицейского оружия - это да! Они полезны. А в настоящем бою их лучше не применять. Ну и чудесно! Пусть и дальше так считают. Во всяком случае, массовый их выпуск в России никого не насторожит. Все будут знать о том, что это боевые членовозы для слуг режима. А появление их в маневренных бригадах тоже объяснимо: это для подавления бунтовщиков. Так что пусть Ильич и прочие с ним, ездят в броневиках. А мы их будем потихоньку совершенствовать. А давить мятежи все-таки придется, ибо обстановка в Туркестане мне перестает нравиться. Как водится, англичанка не перестает гадить, где только можно. Да и местные элитарии не очень довольны нашей властью.
  Нужно сказать, что в отношении Кавказа и Туркестана у меня особая политика. Тот же Туркестан особых прибылей не приносит. Более того, это чисто дотационный регион. Единственный, кто получил выгоду от присоединения этих земель к России - Иваново-Вознесенский промышленный район. А потому, текстильные фабриканты изначально склонны были поддерживать местных баев и защищать их интересы. Конечно, когда заработал наш "Военторг", доходы увеличились. Но не на столько, на сколько мне хотелось. Более того, теперь к текстильным лоббистам добавились чины из "Военторга". Я понимал, что ценность Туркестана не в одном только хлопке, шерсти и кожах с мясом. Там хватает полезных ископаемых, в которых нуждается наша военная промышленность. Про это давно пишут в своих информационных бюллетенях ученые из Менделеевского комитета. Да и "краснозвездные" союзники намекают, что пора развивать там сырьевую промышленность.
  В принципе, я с ними согласен во всем, кроме одного пункта: кто этим займется? Можно конечно как это и было в СССР, нагнать туда инженеров и рабочей силы из России. Но что это изменит? Разве что вырастут аппетиты местных баев. Как же так? Такие деньги, с их земли да не им идут? Вот вам и стимул для сепаратизма. А в итоге, выбрав удобный момент, они найдут союзников, отделятся и все наши труды достанутся сперва им, а потом все тем же британцам. Нет уж ребята, так дело не пойдет! Хотите прибылей? Вкладывайте в эту промышленность средства, организуйте подготовку своих национальных кадров и никаких к вам претензий не будет. Если конечно поставлять сырье будете нам, а не дяде из-за океана. А я пока лучше в Сибири и на Урале поищу то, что нам не хватает. А то знаю я вас. Построишь заводы, так сразу вам захочется не в медресе, а в институты. А получив образование, будете стремиться не инженерами на производство, а в кресло начальника. И рабочий класс вам лучше из своих заводить. В общем, я не против того, чтобы вы хорошо жили, но не за счет русского народа. А это в данный момент имеет место быть.
  Взять хотя бы разного рода налоги. Инородцы их платят в полтора-два раза меньше, чем наш мужик. Кавказские земледельцы так и вообще в 2.6 раза меньше. Не скажу, что это низкие налоги, но сперва давайте подравняем налоговое бремя, а потом будем вести иные разговоры. Я хоть и снижаю налоги для крестьян, но только для тех, что хлеборобствуют в России.
  Правда, без нашей помощи, местное болото не расшевелить. И не скажу, что в этом болоте не водятся инициативные черти. Желающих уйти от патриархальщины среди наших мусульман хватает. Есть даже целое движение в этом направлении - джадидизм. Джадидисты выступают за  парламентаризм, полагая, что принцип представительной власти закреплен в  Коране под термином  Шура  (совет). Женщинам декларировались избирательные права. В ннастоящий момент джадиды исповедуют принцип  конституционной монархии. В общем, вполне полезное для меня движение, если только правильно с ним работать. Так я давно в этом направлении работаю. Этим ребятам разрешено работать легально. Я ведь распространил на них порядки, схожие с порядками наших органов земского управления. Хотите парламентаризма? Да ради бога! Взял да разрешил им собрать Верховную Шуру в Казани. А там дело дошло и до создания губернских, областных и краевых органов. Правда, никакими законодательными функциями они не наделены Только совещательные и консультативные. Хотите провести закон? Пишите прошение на высочайшее имя. А я подумаю.
  С самого начала я понимал, что создание всемусульманской говорильни не принесет удовлетворения людям энергичным и деловым. Поэтому, полезные функции у каждой Шуры имеются. Раз эти ребята желают просвещать свой народ, так я разве против? Но только за свой счет! И надо отдать им должное, люди они оказались дельными.
  Начали они с введением звукового метода обучения грамоте взамен буквослагательного, так называемого 'усул-и джадид', то есть новый метод. Критикуя религиозный фанатизм, требовали замены устаревших религиозных школ национальными светскими, ратовали за развитие науки и культуры, выступали за издание газет на родном языке, за открытие культурно-просветительских учреждений.
  Был установлен твердый учебный год c экзаменами и осуществлен переход к классно-урочной системе преподавания. Кроме этого в новометодных школах вводились стандартные европейские способы обучения  -  парты, журналы успеваемости, скамьи, доски, деление учеников на классы, а учебного времени на  уроки.
  В старометодных школах ученики обучались грамоте за 3-5 лет, в джадидистских - за год. Преподавание перешло с арабского и османского языков на татарский язык, который обрел также статус учебного предмета; существенно расширилось изучение и других светских дисциплин. В школах помимо религии изучался русский язык, фарси, история, география и арифметика.
  И тут эти ребята нарвались на проблемы. Они полагали, что ислам не запрещает европейской одежды и равноправия женщин.  А консерваторы считали иначе. И пошла между джадидистами и традиционалистами грызня. Которая мне была в общем то выгодна, если только не принимала крайних форм. А похоже было, что до этого дойдет. Потому что наиболее ярыми защитниками традиционного уклада оказались британцы. Чья разведка ни на миг не прекращала свою работу. В общем, в Туркестане зрел бунт. И в этой междоусобице, традиционалисты будут явно не на стороне России. Зато джадидистам деваться было некуда. У них конечно имелась немалая народная поддержка, но только в городах. Да и там она была не повсеместной. Поэтому без нашей помощи, им по-любому никуда не деться. А мне этот конфликт на тормозах никак не спустить. Потому что реформаторы покусились на святое: одежду и женщин. Особенно женский вопрос вызвал немалое возбуждение. Решение которого откладывать было нежелательно. Потому что одним из способов одоления средневекового мракобесия я считал эмансипацию мусульманок.
  Дело в том, что Туркестан довольно часто становился очагом разного рода эпидемий. Наши медики конечно работали там, совершая настоящие подвиги милосердия. А в ответ нарывались на расправы. Как когда то и в России, там происходили разного рода холерные да чумные бунты. И если у нас в возникновении заразы винили немецких докторов, то там - "неверных". Но не только эпидемии порождали проблемы. Несмотря на рекламируемую высокую нравственность у мусульманок, они частенько подхватывали разного рода венерические заболевания. И вовсе не на стороне, а от своих мужей, которые в деловых путешествиях не чурались посещения борделей.
   Это тоже нужно лечить. Но если с лечением мужчин проблем не возникало, то допустить в женскую половину русского доктора никто не позволял. Впрочем, и наших фельдшериц не очень то и пускали, считая, что от распущенных "неверных", обязательно возникнет и распущенность среди их жен, сестер и дочерей. Уже поэтому я одобрил создание в Астрахани женских медицинских курсов для мусульманок. Первыми студентками этих курсов были татарки и башкирки из образованных семей. И вроде бы все сделали как нужно. Девушки учились добросовестно, а после выпуска с пониманием отнеслись к тому, что у них есть долг перед обществом. Ни одна из них не отказалась ехать в Туркестан. И польза от них была. Но вот европейская одежда на них, не понравилась многим. В итоге, толпа фанатиков забила камнями несколько фельдшериц. Правда, прогресс остановить не получалось, потому что, во-первых, на их место пришли другие, во-вторых, не все одобрили жестокую расправу. Ну а в-третьих, на Астраханские курсы пришли уже девицы из местных. Чьи отцы не страдали дурными предрассудками.
  Это мракобесие не оставило равнодушными реформаторов.
  
  "Неразумные! Что вы творите? Своим дурным усердием вы лишь радуете Врага! Вы погубили отважных воительниц, ставших на защиту ваших жизней. Аллах, суровый и милосердный уже подарил им вечное блаженство, которым он наделяет своих последователей. И он же внес в свои скрижали ваши грехи".
  
  Я тоже не оставил это злодеяние без последствий. Выявленные подстрекатели уже плыли в Заирскую Империю, чтобы искупить свои грехи. Кроме того, мне пришлось оказать воздействие на духовенство, чтобы оно провозгласило погибших девушек мученицами за веру, а их убийц - мунафиками. И не только в области медицины прилагались усилия. Технический прогресс невозможен без грамотного населения. А потому, тюркоязычные народы получили свои алфавиты. Кириллические. Более того, в школах второй ступени (семилетних) было обязательным изучение русского языка. Введение кириллицы подбросило еще больше хвороста в готовый вспыхнуть костер. Так что чувствую, что не только словом единым, но и пулеметами установленными на броневиках, придется проводить давно назревшие реформы.
  Занимаясь просвещением населения имперских окраин, я чуть было не упустил из виду тот же вопрос, но уже касающийся русских женщин. Хорошо, хоть Аликс вовремя спохватилась.
  
  - Ники, мне поступают жалобы на наших студенток. Наверное мы зря разрешили совместную учебу девиц и молодых людей.
  - А в чем тут проблемы?
  - Мне стыдно про это говорить, но все дело в тех дурных болезнях, которые явились следствием допущенной нами вольности нравов. Впрочем, мой секретариат подготовил на эту тему доклад. Но я не могу зачитывать его вслух. Там все о бесстыдстве и разврате.
  
  Ладно, о разврате жене действительно лучше не читать. Зато мне подобное чтение принесет несомненную пользу. Взяв у нее этот доклад, я выбрал время и ознакомился с его содержанием.
  Ну что я скажу? С точки зрения человека из будущего, не так уж и ужасно. Обычная статистика распространения венерических заболеваний среди учащейся молодежи. Ну так чему тут удивляться? Читайте Гарина-Михайловского! Он более яркими красками описывает студенческую жизнь. Вечеринки, гулянки, посещение борделей, связи с безбилетными проститутками... Все это было и раньше. И лечились господа студенты от тех самых дурных болезней довольно часто. А тут им внезапно счастье подвалило: девушки из приличных семей, да без родительского присмотра. Вот и потянула парней на свеженькие тела. И не сказать, что мы не принимали заранее мер. Было правило, что студентки должны жить либо в родительском доме, либо в женском общежитии. Ну а в общежитиях весьма строгий режим. Устроить там вечеринку с понятным продолжением не выйдет. Но как говорится: сучка не захочет, кобель не вскочет. И те, которым очень хотелось, встречались на съемных квартирах. Вот отсюда и проблемы у них. Причем, не только дурные болезни. Внезапные беременности тоже случались. Вот только кто им доктор? Я конечно понимаю этих людей. Но скажите на милость: для кого я пишу законы? Это раньше запрещено было студентам жениться, а слушательницам женских курсов выходить замуж. И конечно это никакой пользы не приносило. Вы только представьте себе: было разрешено принимать на учебу девиц не моложе 21 года. Четыре года учебы. И получаем на выходе двадцатипятилетнюю ни разу не целованную девку. Да куда это годится? Вот потому я и возраст поступления снизил, и вступление в брак разрешил. Чтобы не простаивали зря и шанс свой не упускали. А ведь консерваторы очень даже возражали против такого потрясения основ! И что имеем на выходе? Если верить этому докладу, то пропала Расеюшка! А как на самом деле обстоят дела? Чтобы это понять, я дал задание собственной канцелярии, чтобы она собрала статистику по этому вопросу. Через две недели мне предоставили данные.
  Итак, что мы видим? А видим то, что легкомысленных дурочек не так то уж и много. Лишь пять процентов студенток оказались в неудобном положении. С прочими дела обстояли иначе. К моменту выпуска, половина слушательниц успевали выйти замуж. Правда, треть из них вынуждены были брать академический отпуск для ухода за ребенком. То есть, с этими полный порядок. Каждая третья студентка оказывается была на содержании у какого-нибудь покровителя, с которым сожительствовала вне брака. Разврат конечно, но и это можно не считать катастрофою. Жизнь себе они не портили. Устраивались как могли и по сути своей были просто расчетливыми стервами. Кстати, сожительствовали они в основном с людьми состоятельными. В общем, в идиотки их не запишешь и говорить о том, что ухудшилась народная нравственность не приходится. Содержанками нас не удивишь и вряд ли их стало больше. Гораздо интересней мотивы такого выбора. Впрочем, статистика и выводы чиновников МВД говорят за то, что стесненность в средствах не является основной причиной ухода в содержанки. Студентки экономических и юридических отделений спали с теми, с кем и следовало - людьми, причисленными к купеческому сословию или с чиновниками нужного профиля. Ну а те, кто учился на естественно-научных отделениях? А у них оказывается в почете были ребята из Менделеевского комитета. Тоже похвально! Вон, руководитель одной из химических лабораторий, занимающейся взрывчатыми веществами, огуливает сразу пятерых 'лаборанток'. И ничего. Никто на это не жалуется. Человек может себе это позволить. И что у нас в сухом остатке? Каждая пятая студентка является только студенткой и никем иным. То есть, ничем кроме учебы не занята. Ну это их выбор. Хотя, напрасно они губят молодость. Энергичней нужно! Все успевать. Кстати, статистики Зубатова отметили, что тяга студенчества к революционной деятельности снизилась. Господ студентов теперь больше девки интересуют, а не революционные теории. Видимо прав был мой первый командир, когда говорил о том, что бабы конечно легко могут голову задурить, но они же эту самую дурь легко выбьют из головы. Особенно, когда будут окольцованы.
  Ну а что мне с несчастненькими сифилитичками делать? А это уже вопрос к Владимиру Ильичу. Пускай применяет к виновным статью о преднамеренном заражении венерическими болезнями. Как ни крути, а сифилис в храмах науки - его недоработка. А кто кого заражал, пусть судьи разбираются. Что еще? Пожалуй стоит сделать втык министру здравоохранения. А то гордимся тем, что оно у нас лучшее в мире, а дать задание фабрикам резиновых изделий забываем. Сейчас, когда война в Америке закончилась и британцы не травят американцев газами, спрос на наши (лучшие в мире) противогазы упал. Значит переходим на увеличение выпуска "изделия номер два".
  Стоп! Какой же я идиот! О шлюхах забочусь, а про армию забыл! Как известно, солдат - не монах. Вино и бабы ему во все времена любезны. А ведь и это чревато. Взять к примеру 1943 год. Когда началось массовое освобождение оккупированных территорий, в госпитали попало 800 тысяч бойцов и командиров РККА с венерическими заболеваниями. А ведь это тоже потери. Где то в тот момент командованию могло не хватать живой силы для достижения полного успеха. И кто поручится, что в этом времени противник не применит против нас сие бактериологическое оружие. Значит, сажусь за стол и пишу распоряжение своим военному и морскому министрам:
  
  "Приказываю незамедлительно принять меры по предотвращению выхода из строя личного состава армии и флота по заболеванию дурными болезнями. С этой целью обязываю министерства заказать на наших фабриках нужное количество кондомов.
  Во исполнение моего распоряжения, обязать господ офицеров иметь в "тревожном саквояже" не менее десяти надежно упакованных кондомов. Такое же количество должно иметься у нижних чинов в походной аптечке.
  Кроме того, запрещаю отпускать нижних чинов в увольнение, если у них не имеется минимум три кондома в фабричной упаковке. Особо следует обратить внимание на то, чтобы личный состав не пытался в целях экономии выдавать использованные изделия за новые.
  Кроме этого, требую, чтобы Мобилизационный отдел Генерального штаба рассчитал потребное количество кондомов, которое следует заказать для хранения в качестве мобилизационного запаса".
   Смешно? Целый царь занимается такими пустяками! А вот мне не смешно. Потому что на войне потери любого вида досадны и некстати.
  
  

3. Дележ пирога

  
  Все пытаюсь понять: когда же начнется Первая Мировая? Та самая, которая в моем времени разразилась в Европе. К моему сожалению, войны в Китае и Америке, не смотря на невиданный доселе размах и число участников, на Мировые не тянули. Хотя, затраты на них были ощутимые. А последствия сказываются и после их окончания.
  
  - Николай Александрович, не ждите ее в ближайшее время. Не готова Европа сейчас к переделу мира. Того, что вы натворили, ей еще расхлебывать и расхлебывать.
  
  В этом плане Константин Семенович прав. Наворотил я такого, что и сам не могу уже разобраться. Хотя, кое-что понять можно. Германии сейчас не с руки затевать войны. Хапнул Вилли больше, чем может переварить, а рот разинул на еще большее. Но как говорится, тут ему не там. Здесь он ясно видит, что настроил против себя довольно мощные державы. А с союзниками у него тут так же как и там. Надеяться на Австро-Венгрию он может. Испания тоже не дает повода сомневаться. Зато Италия уже окончательно определилась с выбором и переметнулась в лагерь Антанты. Кстати, вчера Италия объявила войну Либерии и первые десантные партии итальянских войск уже высадились в окрестностях Монровии. С этим в общем то понятно. В самой Америке итальянцы не получили совсем ничего. Поэтому Антанта и дала "добро" на захват бывшего американского протектората. Решение вполне разумное. Либерия, хоть и находилась под покровительством САСШ, но всей душою тянулась ко Второму Рейху. Вот и решили Париже и Лондоне, поправить ситуацию.
  Но вернемся к прочим союзникам Вилли. С Турцией сейчас дела обстоят неважно. Ставку на младотурков перебили французы, устроившие побег Абдул-Гамиду и гражданскую войну. Анатолийские и Балканские владения еще под контролем младотурков. Сил на то, чтобы подавить мятеж, вроде бы хватает. Но хватает лишь формально. А на деле, оживились балканские соседи: греки, сербы и болгары. И каждый хочет откусить пирог пожирней. Особенно сербы разошлись. В данный момент они начали склонять черногорцев к объединению в единое государство и мутят воду в Македонии, мечтая всю прибрать ее к рукам и получить таким образом выход к Эгейскому морю. Проблема их в том, что того же самого хотят греки и болгары. И не просто хотят, а чувствуют, что в силах это осуществить. Последнее очень не нравится австрийцам и германцам. Но и это не все. За счет турков желает улучшить свое положение и Италия. А оно мне надо? Конечно нет. Я прекрасно знаю, что сколько итальянцев не корми, а помощи от них не дождешься. А вот уменьшить число австрийских дивизий на наших границах, будет всегда полезно. Раз так, то действуем! Каким образом? Да затеваем переговоры на высшем уровне. Тайные конечно. Мол, я не возражаю, если в Ливии австрийцы разместят ограниченный контингент своих войск. С миротворческими целями. Чтобы султан не потерял еще и эту провинцию Расчет мой оправдался. Хотя до немцев уже стало доходить, что размазывать войска по глобусу вредно для здоровья, но стремление укрепить свои позиции на Средиземном море победило. Тем более, я обещал Вилли, помочь ему выпутаться с честью из той ситуации, в которой он оказался, введя войска в САСШ.
  С этой страной немцы действительно промахнулись. Я понимаю их расчет. Помочь выйти из войны и заодно приобрести неслабого союзника. Первое удалось. Со вторым все оказалось сложнее. Союзника Вилли скорее всего обрел, но толку от него в настоящий момент нет. К этому чемодану придется долго ручку приделывать. Миротворческая операция, призванная усилить немцев, на деле их ослабила. А победители начали настойчиво советовать не лезть не в свои дела и вообще убираться к черту.
  
  - Господа! Ну нельзя же так!- вещал я, - давайте трезво оценим возникшую ситуацию! Конечно, введя свои войска и оккупировав незанятую вами территорию САСШ, германский и испанский монархи совершили ошибку. Но требовать от них немедленно покинуть эти территории - еще большая ошибка. Если они это сделают, то мы получим хаос вместо твердого управления. В итоге, собирать контрибуцию за нанесенный ущерб будет некому и не с кого. Введете свои войска? Получите в ответ партизанскую войну, которую немедленно развяжут фанатики-реваншисты. А это новые затраты с вашей стороны и отсутствие всякого возмещения за понесенные расходы.
  
  Я целых две недели уговаривал французского и британского послов, чтобы они убедили свои правительства не поступать опрометчиво.
  
  - Давайте позволим кайзеру с честью выпутаться из той ловушки, в которую н себя загнал. Делаем просто. Вы даете ему мандат на пятилетнее управление этой территорией. И в течении пяти лет, он должен осуществить постепенный вывод своих и испанских войск с одновременной передачей всей полноты правления местному правительству.
  
  В секретных посланиях британскому королю и французскому президенту, я был более откровенен.
  
  "Я с пониманием отношусь к вашим заботам и полностью согласен с тем, что между Мексиканской империей и Канадским королевством должно находиться мирное государство, не способное причинить вред своим соседям. А это можно обеспечить заключением хорошо продуманного мирного договора. Следить за соблюдением которого должна Союзная Контрольная Комиссия. В состав которой будет уместно включить полномочных представителей Германской и Испанской монархий.
  Я не берусь определять размер контрибуции и тех военных ограничений, которые несомненно будут наложены странами Сердечного Согласия. Я лишь хочу обратить внимание на то, что участие указанных в моем послании стран, непременно отвратит американцев от попыток установить с ними союз".
  
  И знаете, мне удалось убедить правителей Антанты в своей правоте. Благодаря этому, в Монреале начала работу мирная конференция. Правда, голос разума не до конца дошел до мозгов людей, до сих пор живущих представлениями прошлого века. Щадить американцев они не собирались. Двадцать миллиардов швейцарских франков - такой была сумма претензий к Америке. И это не все. Помимо финансовых претензий, были требования о сокращении вооружений.
  Кто и что будет требовать, предсказать было не трудно. Британцы, помешанные на морском могуществе, настаивали на полной сдаче флота. И тут они были последовательны. Они понимали, что так просто в этом вопросе им на уступки никто не пойдет. А потому, заручившись поддержкой французов, они сперва начали наращивать свою сухопутную группировку в Канаде. Переброска новых дивизий из Метрополии, доминионов и колоний шла полным ходом. Ради этого Лондон даже отложил вопрос с Южной Африкой до поры и до времени. Положение Миротворческих сил кайзера становилось все более отчаянным. Особенно после того, как французы стали формировать новые дивизии на границе с Эльзасом и Лотарингией, а итальянцы заговорили о Южном Тироле. Даже поляки отметились концентрацией войск на границе с Восточной Пруссией. Вдобавок ко всему, японцы затеяли маневры своего флота близ германских баз на Тихом океане. И кайзер пошел на уступки.
  Итак, в мае 1910 года, американские корабли были отконвоированы ВМФ Антанты в Веракрус и Кингстоун. Дальнейшая их судьба была разной. Что то в качестве трофеев взяли себе победители. Ну а устаревшие пошли либо на продажу странам Латинской Америки, либо для разделки на метал.
  Конечно, совсем без ВМС американцы не остались. По условиям мирного договора им разрешили иметь флот, в котором суммарное водоизмещение кораблей не превышает 100 тысяч тонн. При этом, максимальное водоизмещение отдельного корабля не должно превышать 10 тысяч тонн. Стоит ли говорить, что оставленные американцам кораблики представляли собою такой древний хлам, что говорить об их флоте всерьез теперь не приходилось.
  А еще им запрещено было строить даже на продажу рейдеры-носители и подводные лодки. В отношении Великих озер, тоже имелись ограничения. Держать там боевые корабли, было запрещено. Да что там боевые. Даже таможенной службе были запрещено иметь там что-то плавающее. Правда, для морской береговой охраны дали послабление. Но и то, разрешено было иметь корабли водоизмещением не более 50-тонн, вооруженных пулеметом и одной 37 мм пушкой. И чтобы никакого минно-торпедного вооружения!
  Следом за военно-морскими, последовали военно-воздушные ограничения. К концу войны, американцы имели неплохой воздушный флот в 120 дирижаблей. Половина их была построена на собственных заводах, а половина куплена в Германии. И теперь вся эта мощь подлежала выдаче победителям. 45 дирижаблей досталось британцам, тридцать - французам, по пятнадцать полякам, мексиканцам и итальянцам. И конечно же полный запрет для американцев на строительство и приобретение чего-то подобного в будущем.
  Яростная драка развернулась за пассажирские линии. Дело в том, что американцам запретили даже коммерческий воздушный флот иметь. А это открывало перед победителями немалые перспективы. Но разве немцы могли просто так подарить кому то столь жирный куш. В итоге, они добились квоты в 46% на осуществление воздушных перевозок, а 5% застолбили за испанцами. Остальное делили между собою британцы, французы и итальянцы.
  По сухопутным войскам тоже были репрессалии. Иметь бронетанковую технику американцам запретили. Хотя полного запрета на бронетехнику не было. Десяток бронеавтомобилей и столько же танкеток на вооружении Национальной гвардии каждого штата - это еще щедро. Тем более, что численность Национальной гвардии ограничивалась тремя тысячами человек на каждый штат. Никакой артиллерии у ней!
  Армию тоже кастрировали основательно. Был запрещен всеобщий призыв. Численность армии - 10 пехотных дивизий. И не более 150 тысяч человек. Артиллерия калибром более 107 мм - под запретом. Осадно-штурмовые танки - запрет! Химическое оружие - запрет! Особенно яростно британцы требовали ликвидации "фабрик офицеров", на которых во время войны с нашей помощью штамповали третьих лейтенантов. Зато уполномоченных по правам и комитеты солдатских матерей сохранялись.
  Я смотрел на эту самую настоящую американскую трагедию и думал:
  
  "Дураки вы однако! Бороться одними запретами и ограничениями, значит толкнуть американцев на поиски новых путей развития. Ведь главный их потенциал - разоренный войною народ, который вы намерены и дальше разорять. Понятно, что сейчас этот народ устал от войны. Но уже года через два, ему объяснят :"Кто виноват и что делать?"
  В той же Британии нашлось немало людей, которые считали наложенные на САСШ ограничения в области вооружений недостаточными. А часть этих людей даже понимали, что любые запреты всегда можно обойти. Поэтому они настаивали на том, что принятые запреты следует дополнить расчленением побежденной страны на несколько независимых государств.
  Ну это уже они слишком! А кто будет Мировую войну развязывать? Германия? В общем то, она все-равно развяжет, даже если желания у нее такого не будет. На это наталкивают кое-какие сведения, полученные из Франции. Там давно бредят Эльзасом с Лотарингией. Ну а теперь, когда предыдущая война повысила их потенциал, они точно начнут готовиться к новой войне. Причем, сильно долго они выжидать не собираются.
  
  - Французы прекрасно понимают, что проигрыш войны не обязательно приводит к потере амбиций. Тут они судят по себе и считают, что в течении 20-25 лет американцы восстановят прежнюю мощь и даже обретут новые возможности. Следовательно, где-то к 1930-35 году они будут в состоянии затеять войну с надеждой на реванш, - докладывал мне Батюшин
  - Значит, по их мнению война возобновится в это время?
  - Не совсем так, ваше величество. Французы больше всего опасаются союза Америки и Германии. И стараются сделать так, чтобы этот союз не состоялся. А он состоится лишь в одном случае - если эти страны будут готовы к большой войне одновременно. Наши осведомители докладывают о том, как Париж собирается этого избежать.
  - И как же?
  - Французский Генеральный штаб считает, что избежать войны ни с Германией, ни с Америкой никак не выйдет. Но можно сделать так, чтобы не пришлось воевать сразу с обеими врагами. Для этого, стоит начать войну с Германией раньше, чем восстановится Америка. Победив Германию, нужно начинать войну раньше, чем восстановится Германия. И между этими войнами должен быть мирный период длиною не более десяти лет.
  - Значит, войну с Германией планируют на 1920 год?
  - На 1921 год. Раньше достичь нужной готовности французы не надеются.
  
  Интересно выходит! Догадывается ли ко в этом мире о том, что послужит причиною столь позднего начала Первой Мировой. Стоило войне в Китае пойти не так, как в моем времени и сразу все изменилось. А ведь и Испано-американская война добавила изменений в стратегические расклады. И Англо-бурская пройдет значительно позже и в иных условиях. Все правильно: сейчас Антанте не до Мировых войн. К тому же, в Европе тоже поменялся расклад. Взять то же самое НАТО. Ныне это союз нейтральных государств, с наличием которого немцам приходится считаться. А ведь впереди еще Балканская война.
  Правду говорит Батюшин: не до большой войны сейчас Антанте. Много чего еще разгрести требуется.
  А ведь помимо Европы, у меня есть такой сосед как Япония. Которая стала значительно опасней, чем была. Победы, одержанные ей над испанцами и американцами, придали японцам веру в свои силы. Сейчас они хотят немного пожить в мире с соседями. Все-таки последние войны им недешево дались. Но к новой войне они тоже будут готовиться. Албазинская разведка и агентура Мадам Вонг докладывает, что японцы приняли десятилетнюю программу развития армии, морского и воздушного флотов. И на кого они точат свои катаны? Большого секрета в этом нет. Пекинский двор - то еще решето. Хранить секреты у тамошних обитателей выходит плохо. И то, о чем беседуют со своими прислужниками японские кураторы, быстро становится достоянием всего света. И если верить тамошним болтунам, следующей на очереди будет Россия, вместе с Кореей и Гавайским королевством. А значит, Русско-японская война все-таки состоится. Правда, и она выпадает на 1920-21 годы. А может это и к лучшему? Неплохой способ опоздать на европейскую бойню. Я - ворона пуганая. Я помню про то, что для России участие в европейских войнах ничем хорошим не заканчивалось. Война с Наполеоном - зависимость от Англии с последующим позором Крыма. Первая Мировая - никаких приобретений. Только смута, которая оказалась страшней любой мировой войны. Вторая Мировая - результат неоднозначный. Вроде бы много чего обрели, достигли вершины могущества и все это в итоге сыграло против нас.
  А воевать с Японией? Почему бы и нет. Тут проиграть можно только нарочно. А при выигрыше, приобретаем очень много. Да и не в одиночку придется воевать. Можете смеяться, но война в союзе с Кореей значительно повышает шансы на успех и ведется с меньшими издержками. Ведь что такое Корея для меня? Это наша промышленная база на Дальнем Востоке. Причем, полноценная. У нас и своя теперь имеется, но с корейцами гораздо лучше. Да и людской потенциал их не стоит недооценивать.
  Кстати, не хочу загадывать, но ведь со мной много чего может произойти. А если наследники окажутся тряпками, а верхушке нашей захочется все слить и бежать в Европу? У нас ведь в 1905 году примерно так и произошло. Мой реципиент вроде бы правильно решил, что оставлять наши восточные владения неразвитыми не стоит. Как ни крути, а хоть и недостаточное, но усиление на Востоке шло. Но войну слили. Почему? А потому, что наше движение к Тихому океану не нравилось французам. Каждая наша дивизия на Востоке, это минус дивизия на Западе. И как в таком случае исконные французские земли у проклятых бошей отвоевывать? Вот и даванули на нашу титулованную сволочь, которым французские курорты дороже дальневосточных сопок. Ну а там известно, что после Портсмутского мира произошло.
  Нет ребята! У меня так точно не будет! Я устрою все таким образом, чтобы вам войны было страшно сливать. Чтобы любая высокопоставленная сволочь об этом даже не мечтала, я доведу до народа простую мысль: все беды страны не только от жидов и велосипедистов. "Злые бояре" еще больше к этому причастны. Впрочем, моя пропаганда давно в этом направлении работает. Теперь каждый ученик народной школы прекрасно знает про зловредных "масонов, сицилистов и скубентов". Любая попытка слить страну, обязательно закончится визитом черносотенцев с красными повязками на рукавах и злостным надругательством над графинями и графинами. Ох, рановато я размечтался. У меня еще румыны в печенках сидят. Скажите на милость: чего им неймется? Поздно строить Великую Румынию! Раньше нужно было шевелиться! Но ведь шевелятся!
  
  ПРОДОЛЖЕНИЕ
  
  Не просто шевелятся. У них вдруг откуда то появились деньги и они пустили их на частичную модернизацию армии и флота. Прежде всего они довели до ума свой воздушный флот. Восемнадцать австрийских дирижаблей полужесткого типа, 'Фиуме', были вполне неплохи и даже лучше наших "Аэронавтов", которые в количестве аж целых четыре штуки имели на вооружении болгарские ВВС. Правда, у болгар в данный момент имелось целых два полка "самолетов связи", с экипажами прошедшими суровую школу воздушной джигитовки на Мангышлаке. Жаль, что недавно умерший князь Чингизханов, так и не застанет боевого дебюта своих питомцев. А ведь эти полки являли собою силу, способную на многое. Хотя об этом не догадывались сами летуны. Если судить по табличным значениям, то дирижабли выглядели более выигрышно. При одинаковой с аэропланами скорости, он имел большую дальность действия, более мощное вооружение и нес большую полезную нагрузку. Да и устойчивость к повреждениям у него была значительно лучше. А про максимальную высоту полета и говорить излишне. Те высоты, которые были подвластны ему, для самолетов были еще недостижимы. То есть, уйти от наших истребителей при нужде, он мог легко.
  Но был в нем один мало кому понятный недостаток - низкая скорость реакции на изменение оперативной обстановки. Переносить пункты базирования вслед за наступающими войсками - дело дорогое и муторное. При успешном наступлении наземных войск, его подлетное время к линии фронта все-время увеличивается. В итоге, оперативно выполнять заявки пехоты он будет все-хуже и хуже.
  Зато аэропланы не так требовательны. Им сгодится любая ровная площадка, а технические службы более мобильны. Еще когда был жив Чингизханов, мы в Форт-Петровске проводили КШУ на эту тему. И получалось, что вражеская пехота будет постоянно подвергаться нашим атакам с воздуха, а противник будет постоянно опаздывать. При этом, наши удары хоть и слабее, но мы их наносим непрерывно.
  При отступлении аэроплан тоже получал аналогичное преимущество. Зато переносить на новое место базу дирижабельных сил, в момент, когда бронеходы наших казаков подойдут поближе, было практически невозможно. Дирижабли то конечно улетят, но вся инфраструктура базы достается нам.
  Помимо чисто дирижабельных сил, румыны вот уже год как имели самые настоящие воздушно-десантные войска. Четыре транспортных "Цепеллина" могли поднять в воздух целых четыре взвода "воздушных гренадер" Правда, контейнерный сброс десанта еще ни у кого не получался, поэтому десантирование осуществляли с помощью ранцевых парашютов. И тут немцы, помогавшие румынам в становлении ВДВ поступили аналогично тому, как поступали в мое время - десантники выбрасываются отдельно, контейнеры с вооружением - отдельно. Ну а чтобы совсем уж не быть безоружным, каждый "воздушный гренадер" имел при себе Маузер С-96 и специальный десантный тесак.
  Но вообще то, "воздушных гренадер" было больше чем четыре взвода. Первый Королевский воздушно-гренадерский батальон состоял из двенадцати гренадерских и четырех егерских взводов. "Воздушные егеря", чьей задачей было быстрый захват места десантирования и удержание плацдарма до прибытия основных сил десанта, добирались до района операции на мотодельтопланах. Румыны конечно хотели использовать и планерный десант, но тут уж у них ничего не вышло. Нормальные десантно-грузовые планеры выпускал лишь Московский авиазавод в Филях. И мы до поры до времени их никому не продавали.
  Помимо авиации, королевская армия имела и танковые войска. Сперва, по своей бедности, румыны смогли закупить у нас лишь шесть осадно-штурмовых бронеходов. Но сейчас, когда их взяли под свое покровительство австрийцы, к нашим бронеходам добавились "Шкоды" - танки австрийского производства в количестве десять штук. Они уже строились с учетом американского опыта. Вооружение - две трехдюймовки на спонсонах и пулеметная батарея в верхних башенках. Кроме танков они у нас прикупили восемь бронеходов для транспортировки на поле боя пехоты. Ну и в добавление к этому кучу всякой вспомогательной техники. Как и везде в мире, сия танковая бригада имела очень много технических и вспомогательных подразделений, которые были бесполезны в бою, но без которых танк в атаку не пойдет. Кстати, межремонтный пробег у "Шкод" был весьма неплох: целых 45 километров. Пожалуй, лучше чем у остальных танков в мире.
  Ну и не обошли их генералы своим вниманием бронеавтомобили и танкетки. Правда, они состояли на вооружении лишь у полевой жандармерии и посылать их в атаку на пехоту противника никто не собирался. Неудачный опыт применения их французами в Техасе был все-таки учтен.
  Про прочие рода войск особо говорить нечего. Пехота, кавалерия и артиллерия - вполне европейский уровень. Их боеспособность наш военный атташе в Бухаресте оценил просто: "Могла быть и лучше". Со своей колокольни он был прав. Рядовой состав в румынской армии был очень даже не плох. А вот с офицерским составом имелись проблемы. Наши агенты уверяли, что если среди румынских генералов еще можно найти даровитых, но их таланты с лихвой уничтожит отвратительная подготовка большинства офицеров, чьи грабительские инстинкты за отсутствием внешнего врага давно обратились на собственную армию.
  
  "Сравнивая дисциплину болгарской и румынской армий, я однозначно высоко ставлю первую. В случае войны между этими странами, болгарское население увидит не противника, а жадную и прожорливую саранчу, которую невозможно насытить и после которой останется пустыня".
  
  Ну и стоит упомянуть румынский флот. Таковой был на Дунае и в Констанце. Говорить о этом сборище плавсредств как о флоте, наши моряки не решались. Впрочем, ожидать морских битв не приходилось, ибо для них не годился ни болгарский, ни румынский флоты. Зато на Дунае дела у обеих держав обстояли не в пример лучше. Болгары располагали четырьмя вполне годными речными кораблями нашей постройки. К этому можно было добавить всякую мелочь. У румын дела поначалу обстояли не очень важно, но полгода назад в составе их Дунайской флотилии появились современные мониторы австрийской постройки. В общем, здесь был паритет по силам и отсутствие всяческого опыта войны на реках.
  Ближе к апрелю стало окончательно ясно, что война неизбежна. Боевые корабли румынов были приведены в должную степень готовности, а пароходы частных компаний были мобилизованы для военных нужд. И как раз в это время, я принял решение не ограничиваться наблюдением со стороны. Оставив в Ялте своего двойника, я в качестве полковника генерального штаба отправился в Софию. И как оказалось - вовремя. Трудно описывать тот бардак, который я застал в наших "финских войсках". Обе танковые бригады были в ужасном состоянии и пускать их в бой - только зря губить.
  Все началось с того смотра, который я устроил Донской бригаде. На первый взгляд, дела в бригаде обстояли чудесно. Выход на бригадные учения прошел нормально. Техника дошла до полигона без поломок. Стрельбы прошли чудесно. Казаки являли моему взору вид лихой и придурковатый. Службой были довольны, но только они. Неприятности начались тогда, когда дело дошло до автомобильной роты и ремонтно-эвакуационной службы. Где проходили службу уже не казаки, а мобилизованная с заводов и фабрик пролетарская молодежь. И как бы их вахмистры не стращали, угрожая сдать в арестантские роты любого кто выскажет недовольство, скрыть безобразий не вышло. За прошедшие полтора десятка лет моего царствования, рабочий класс был твердо уверен в одном: батюшка-царь их в обиду никому не даст. Ни хозяину, ни чиновнику, ни мировой буржуазии. То, что этим парням было едва за двадцать, роли не играло. Начавшие работу с двенадцати лет, они много раз видели примеры того, как добивались справедливости их старшие товарищи. Через суды и забастовки. И потому, стоять за правду им было не страшно. Не смотря на то, что я был представлен личному составу как "полковник Романов", насчет моей истинной личности никто не заблуждался. И при опросе, выборные четко доложили мне об имеющихся претензиях. А я слушал и потихоньку зверел.
  Конфликт возник как результат моего решения, усилить технические службы танковых бригад. Казаки сами по себе с техникой дружили плохо и в деле устранения простейших неисправностей проявляли полную беспомощность. Поэтому мы и добавили к ним "мастеровщину". То, что этим были недовольны офицеры, понять было можно. Но и нижние чины оказались не лучше. Эти как раз оказались зело оскорблены тем, что их равняют с "мужичьем". А так как в армии дедовщину никто не отменял, то она и проявила себя в худшем виде. Казаки на "мужичье" смотрели как барин на прислугу. Оставив для себя вождение техники и стрельбы как занятия хоть и мудреные, но бравые, они всю черную работу свалили на работяг. Все работы в парке по обслуживанию техники отныне выполняли мастеровые. Даже такие работы как заправка топливом и маслами, загрузка боезапаса, все делали эти парни. А казаки при этом ходили и покрикивали. Сразу возникли конфликты. Терпеть казачье хамство никто не хотел.
  
  - Не прежние времена! Холопов тут нет!
  
  В ответ, строптивцу "по мордасам". Или нагайками хлещут. Драки между казаками и "мужичьем" происходили регулярно. С ними конечно разбирались и виновных наказывали. Вот только виновными всегда были работяги.
  
  - Пойми нас батюшка-царь! Мы не против службы, работу свою исполняем на совесть и бунтовать против порядка не мыслим. Прикажи в бою сгинуть, так никто от боя не попятится. Все туда пойдем! И примем судьбу такую, какая выпадет. Мы не за тяготы говорим, а за неправду. Совсем обнаглели эти сатрапы. Ну куда это годится? Цепь с самоката слетела - нас зовут, чтобы такой пустяк исправить. Шины на самокате накачивать, так и тут у них руки отвалятся. А у нас и своей работы вдоволь. И куда это годится? Чуть что не так, нагайками полосуют. На кой ляд они нужны здесь? Так нет же, в бронеход без нагайки не лезут. Да и самокатчики с ними разъезжают.
  
  Да уж, наслушался я в тот день. В Кубанской бригаде было все то же самое, что и в Донской. После чего я принял меры. Нет, бушевать и орать я не стал. Еще чего не хватало! Мой стиль воспитания состоит в том, чтобы подчиненный сам дошел до понимания того, что дальше так жить нельзя. А потому устроил обеим бригадам учения по теме: "Глубокий рейд по тылам румынской армии". Глубина операции - 200 километров.
  Итак, поднятые по тревоге бригады, покинули места временной дислокации в полном порядке. Первые полсотни километров они прошли без происшествий и потерь. Как ни крути, но чему то у меня казачки научились. И нужно отдать им должное, неплохо научились. Но проблема была в том, что на большие расстояния они марши еще не совершали. Собственно говоря, на одной заправке бронеходы могли пройти лишь сотню верст. Ну они так и ходили: полсотни до полигона, полсотни к месту постоянной дислокации. В общем, вопросы организации таких маршей они отработали неплохо. Но я ввел два изменения в привычную им жизнь: увеличил глубину операции и организовал противодействие противника. А условных румынов изображали "братушки". Которые в указанных мною местах взяли и взорвали мосты через очень нехорошие места, разорвав тем самым походные колонны. Взрывали они по-настоящему, без дураков. Новые мосты вместо снесенных я обещал болгарам построить за наш счет и лучше прежнего. Потому как дело того стоило. Правда, болгары перестарались. Войдя во вкус, их саперы начали сносить все мосты в округе, заранее вгоняя меня в непомерные траты. Но я молчал и заранее мирился с тем, что хитрые "братушки" решили поживиться за наш счет. Главное было достигнуто: произошел отрыв боевых подразделений от тылов. И как раз тут у наших воинов и возникли проблемы. Техника начала выходить из строя, а "презренного мужичья" рядом не было. Поломки были пустяковые, но если их не уметь устранять... В общем, начался прошлогодний позор. Смешным и страшным для командования бригад было то, что в задании на учения было назначено время "Ч". А потому, возиться с поломками много времени не было. И если бронеходы бросали вместе с экипажами, то в самокатных ротах ситуация была хуже. Проколотые камеры или слетевшие цепи, сам по себе пустяк. У каждого самокатчика на велосипеде была кобура с необходимым инструментом. Вот только бравые казачки "пролюбили" этот инструмент. А зачем он им, если таковой есть у "мужиков"? Вот только сейчас это не работало. Чинить велосипеды, да еще не имея инструмента, бравые вояки не умели. А время поджимало. Поэтому, велосипед на обочину и следовать пешим порядком! Не успеваем в пешем строю? Марш на броню! Стоит ли говорить, что местное население видело всю эту клоунаду. Это к тому, что брошенные велосипеды были подобраны рачительными хозяевами и надежно спрятаны до лучших времен.
  Где то на 75-й версте марша, отцы-командиры сообразили, что топливо скоро кончится, а заправщиков не будет. И что делать? Совсем уж позориться никто не хотел. А потому комбриги приняли решение: часть техники бросить, остатки топлива перелить из нее в действующую технику и продолжать рейд оставшимися силами. Легко сказать, да как это сделать? Во что сливать будем? Ведер то нет! И пришлось идти и кланяться в пояс местному селянству. А те что, рыжие? Во-первых, не во всяком хозяйстве были жестяные ведра. Во-вторых, люди в них воду носят, да молоко. И кому это нужно, поганить ценную посуду, в который только керосин и наливать. Естественно, что бесплатно свое имущество никто не отдал. Не потому что жадные или сволочи. А потому что корову доить нужно уже сегодня, а за покупкой нового ведра нужно уже сейчас до лавки ехать. Кстати, керосин у болгар имелся. И продать его за скромную цену они согласились. Можно ли мешать бензин с керосином, казаки не знали, а зампотехи остались за речкой. Спросить не у кого. Решили: семь бед - один ответ! Купили и смешали. Слава богу, завелась техника. Правда, и этого явно не хватало. Поэтому вперед выслали на велосипедах импровизированное подразделение снабжения. Задача: покупка керосина в ближайших лавках. Блин! Так и технику загубят. Пришлось вмешаться:
  
  - Господа! На чистом керосине двигатели работать не будут. А потому подсказываю: заправку производите при работающем двигателе. Либо мешаете керосин со спиртом. Хотя, его может не оказаться в нужном количестве, но наверняка у поселян имеется скипидар.
  
  Волшебное слово "спирт" подействовало на казаков ободряюще. Мгновенно составились дозоры самокатчиков и станичники не жалея ни о чем, начали выворачивать карманы, доставая последние рубли да копейки.
  Неизвестно, чем бы кончилась подобная самодеятельность, если бы к вечеру колонны не нагнали заправщики да передвижные мастерские. На этот раз замученные тяготами казаки встретили "мужиков" как братьев родных. И даже не пожалели для них еще не добавленный в керосин спирт.
  Как выяснилось, оказавшись отрезанными от главных сил, наши мастеровые не растерялись и под руководством инженеров и техников приступили к устройству импровизированных переправ. Трудились не жалея сил. И спустя шесть часов, возобновили движение и к сумеркам догнали наших страдальцев. Но и после этого им отдыхать не пришлось. Всю ночь шло устранение неисправной техники, а утром марш продолжился. Здесь тоже было много и смешного, и досадного, и обидного. Но к чести казаков, в указанное время бригады на назначенные рубежи вышли. А потом был "разбор полетов" который я провел на совместном собрании офицеров обеих бригад.
  
  ПРОДОЛЖЕНИЕ
  
  Конечно, я вполне мог ограничиться беседой лишь с полковниками Дузем и Лебеденко, вызвав их на "палочку чая". А они могли довести до своих подчиненных все, что вызвало мое неудовольствие. Но я прекрасно помнил один американский анекдот о том, как эрудит-генерал сообщал таким образом о появлении на небе кометы Галлея командиру полка. В том анекдоте, после передаче сообщения сверху-вниз через все ступени подчинения, капрал сообщил новобранцам о прибытии в полк с проверкой генерала Комет-Галлея и предупредил о том, что с новобранцами будет, если они что-то напутают и не так сделают. Вот для того, чтобы ничего не напутали, я решил все озвучить на собрании.
  
  - Итак, господа офицеры, с поставленной задачей обе ваших бригады справились. Но оценку "удовлетворительно" вам ставить рано. Прежде всего потому, что допущен разрыв колонн на марше. В итоге, бригады вообще могли провалить выполнение поставленной задачи. Про организацию и охранение я молчу. Думаю, что ваши штабы уже поняли все. Второй момент: зачем вам нужны КШМ? Докладываю: КШМ являются не личным транспортом, а средством связи и управления. В самый ответственный момент вы потеряли связь со своими вспомогательными подразделениями и не могли поставить им задачу в связи с изменившейся обстановкой. Ваше счастье, что командиры этих подразделений оказались инициативными и ответственными людьми. За что заслуживают моей личной благодарности.
  
  Речь пришлось прервать для того, что отмеченные офицеры вскочили и ответили согласно требованиям Устава. И нужно сказать, что для них это было приятной неожиданностью. Монаршья благодарность по статусу считалась более высоким знаком отличия, чем награждение орденом и обязательно отражалась в послужном списке офицера.
  
  - Следующее! Мы находимся на территории страны, которая является нашим союзником. Соответственно, здесь имеются представители нашего Верховного командования, у которых имеется связь со главным командованием союзников. Я к тому, что вам по штату понтонеры не положены. Но они есть у болгар. Как только возникли проблемы с переправами, следовало обратиться к представителю нашего Верховного командования, чтобы он испросил помощь у союзников. В данный момент таким представителем являюсь я сам. И я был рядом с вами. Но просьб не услышал. Еще лучше, если ваши штабы заранее предусмотрят всевозможные неприятности и установят связь с союзниками до начала марша. То же самое касается и вопросов с топливом. У союзников имеются дирижабли, способные доставлять нужное топливо в течении всего рейда. Об этом никто не подумал и при планировании рейда запросов не сделал.
  
  Сидящие в собрании офицеры не просто глазели на своего монарха, но и делали записи в свои полевые книжки. Уже это радует. А я, упомянув про топливо, вдруг осознал, что и с моей стороны есть упущение. Тут вам не там, как говорил персонаж одного известного произведения. Наши бронеходы заправляются бензином, а с бензоколонками везде проблемы. У местных жителей много чего можно добыть, но только не бензин. И я помечаю в своей книжке:
  
  "1. Озадачить Менделеевский комитет! Нужны рекомендации по подбору суррогатных топливных смесей, способных заменить бензин. Имеется: керосин, скипидар, спирт. Какие пропорции для смешивания?
  2. Многотопливность ДВС! Что можно сделать прямо сейчас?
  3. Рекомендации "менделеевцев" должны знать наизусть: мехводы, командиры экипажей, командиры подразделений и их заместители до комбрига включительно!"
  
  Потом я перешел к тому вопросу, который возник после ознакомления претензий мастеровых. Для начала я просто спросил: "А не стоит ли мне взять, да убрать из наименования соединений слово "казачий?" А что, вполне естественное решение. Мне тут господин Ульянов Владимир Ильич, давно пишет о том, что сословный принцип комплектования армии, разлагает саму армию. А казачьи части - это и есть войска, укомплектованные по сословному принципу. А мне господин Ульянов рекомендует всесословный принцип комплектования. И даже слово мне интересное написал в своем докладе: "расказачивание". Может действительно мне поступить так, как он советует?
  Озвученное мной предложение присутствующим офицерам явно не понравилось. Но мнение свое они держали при себе. А продолжал бить по больному. Напомнил им историю формирования их соединений. А формировались они на основе пеших казачьих батальонов. А что это такое? Это формирования из тех казаков, которые были не в состоянии снарядить себя для службы. Потому что семейный достаток им этого не позволял. Их семьи уже давно батрачили на более зажиточных соседей. И по принятому ранее порядку, их следовало исключить из казачьего сословия. Я конечно пошел навстречу этим неудачникам. Пешие казачьи батальоны давали обедневшим казакам право оставаться в прежнем сословии. Вот только были эти батальоны самой обычной пехотой. Служба в них, в отличии от пластунов, считалась "мужицкой" и потому этих ребят сами казаки за казаков не считали.
  Формирование маневренных бригад, меняло всю картину. Служба, даже в самокатной роте стала считаться такой же престижной, как и в коннице. И ожили неудачники! Вновь казаками себя почувствовали. И проснулся в них прежний гонор да презрение ко всякому мужичью.
  Вот этого я понять не мог и не хотел. Служат у меня в той же авиации и дворяне, и разночинцы, и выходцы из рабочих семей. И никакого межсословного высокомерия не наблюдается. А тут, сами от сохи, но туда же: "Расступися грязь! Гавно плывет!"
  Я и напомнил, чего стоила боеспособность казаков, когда рядом не оказалось мастеровщины:
  
  - Мне почему то кажется, что сии пролетарии будут более уместны, а бригады из казачьих станут именоваться Пролетарскими. А что? Умениями, знаниями, старательностью, они казаков явно превосходят. Да и не слышал я такого, чтобы русские люди казакам в отваге уступали. Может и вправду... Донская бронеходная пролетарская бригада! Звучит ведь! А казаков, прямо сейчас взять да уволить с формулировкой "за непригодностью к службе"?
  
  Вообще то, это удар ниже пояса. С такой формулировкой казаку в родную станицу являться не след. Что значит, к службе не пригоден? Да еще в мирное время, когда ни ранений, ни увечий он не получил. Совсем убогий что ли? Так за такого и девку замуж отдавать, позора не оберешься. Тут уж сами станичники и расказачат таковых и подсказки Ильича им не нужны будут.
  В общем, я дал господам месяц на наведение должного порядка. Либо они смогут заменить мастеровых расово правильными казаками, либо обеспечивают приемлемый моральный климат в отношениях между сословиями, либо их соединения станут чисто пролетарскими.
  
  - Через месяц, я посмотрю на результат ваших усилий и приму окончательное решение. А чтобы вам при этом скучно не было, объявляю заранее тему следующих учений: 'Глубокий рейд по тылам румынской армии во взаимодействии с аэропланными полками и дирижаблями'. Именно по результатам этого учения я приму окончательное решение.
  
  На том и расстались. Назначенный мной месяц - это как сказать. Судя по обстановке, казакам предстоят не учения, а самые настоящие бои, в которых хотят они этого или нет, но возможности своего рода войск показать придется. Этого никак не избежать, потому что слишком долго нашей армии не воевать весьма вредно. Но при этом всплывет и другая проблема. После окончания войны в Америке и выяснения срока возможного начала большой войны в Европе, я подумал о том, что у будущих сторон конфликта имеется достаточно времени для осмысления полученного на войне опыта. Впереди целая десятилетка для этого. А войны и конфликты где-нибудь, но будут. На тех же Балканах. И оценить истинную эффективность применяемых средств борьбы, у умных людей возможность будет. А это значит, что европейские армии успеют и нужной техникой обзавестись, и массовое производство ее наладить, и с боевым применением разобраться, и тактику новую освоить. Главное - это произойдет в мирное время. Что мне совершенно не нужно. Это сейчас я сбил с толку неглупых людей. Но долго ли их получится направлять по ложному пути? Вряд ли! И что тогда делать?
  А делать будем вот что: если не выходит породить нужную нам уверенность, то следует породить полезные для нас сомнения. Дирижабли да сверхтяжелые (по моей классификации) танки, неплохо показали себя на войне. Польза от них была. Это все видели. Соответственно, в другом направлении шло развитие систем авиационного вооружения, зенитной и противотанковой артиллерии... А самое главное - родились такие организационные структуры, которые заметно снизили маневренность перспективных родов войск.
  Но вот пройдет та же самая война с румынами, на которой покажут свои возможности наши легкие бронеходы да аэропланы. Какая будет реакция в мире? То то и оно! Переймут, обязательно переймут! И технику и способы ее применения в бою. Ведь и земля слухами полнится, да и подглядывающих и подслушивающих будет много. Значит нужно сделать так, чтобы наши "друзья" оспаривали даже правильные выводы. И в этом мне поможет "сливной бачок". Правда, прежние его 'звезды' типа Витторио Резуна, Юзефа Геббельсовского или Лео Бронштейна с Энштейн-Левински уступят место иным людям. А кто эти люди? Вообще то, это кадровые военные, за плечами которых и юнкерское училище, и служба в войсках, и Академия Генштаба. Кроме этого - Литературные курсы на факультете журналистики. А дальше - статское платье и работа под прикрытием в отечественных и зарубежных издательствах. Сейчас часть этих людей аккредитована в Болгарии, а часть в Румынии. Их задача: описывать в своих репортажах события так, как выгодно нам. Например: описывая войну в воздухе, следует преувеличивать эффективность дирижаблей в сравнении с аэропланами. А для этого, преувеличивать урон, понесенный противником от дирижаблей и преуменьшать реальные потери, нанесенные аэропланами. И так по всем указанным позициям. Идиотов и лоббистов нужно вооружить фактами, которыми они будут разбивать доводы умных людей. Конечно, до конца они никого не убедят, поэтому возврат к нормальному пути развития будет. Но не окончательный. Потому что возникнут сомнения в правоте сторон. Сомнения породят двойственность в принятии решений. То есть, будут вкладываться и в дирижабли, и в аэропланы. И пока война не подтвердит правоту одной из сторон, так и будут метаться от одного решения к другому и ни на одном пути не будут последовательны. А перестраивать промышленность в ходе войны, то еще "удовольствие". А самое главное - хуже нет, чем переучивать тьму людей. Чьи умения вчера казались необходимыми, а сегодня - ненужными.
  Забот, связанных с подготовкой войны с румынами хватало выше крыши. И тут, как говорится: "Не было заботы - купила баба порося". В том плане, что мне привезли шифрованный отчет о последних событиях в Калифорнии. А точнее, описание деятельности великого князя Николая Константиновича. Вот уж действительно забота из забот! А винить некого. Сам с этим оригиналом связался. Хотя, даже если бы я и хотел этого, то игнорировать моего троюродного дядю все-равно не выходило. Чего только не вытворял он! В молодости был обвинен в краже бриллиантов с оклада иконы, что принадлежала его матери. Скандал был столь велик, что на семейном совете предлагалось даже сослать на каторгу, отдать в солдаты и даже предать публичному суду. В итоге, на это не пошли, а объявив его душевнобольным, велели жить там, где будет указано. После многих скитаний и мытарств, Николай-Константинович осел в Ташкенте и вел там такую жизнь, что у знавших его людей возникли сомнения: а он точно душевно больной? А сами посудите: человек писал научные труды и производил исследования Туркестана. За свой счет орошал Голодную степь и основал в моем времени 119 русских поселений. Оказалось, что этот "душевнобольной" является ловким и удачливым предпринимателем. Конечно, от тех 200 тысяч рублей, что ежегодно полагались на его содержание от казны, он не отказывался. Но при этом, от предпринимательской деятельности умудрялся зарабатывать до 1.5 миллионов рублей в год.
  В общем, человеком он был дельным. Правда, жить без скандалов он все-равно не мог. Была у него слабость: любил он соблазнять 15-16 летних девушек. Таких в его жизни было аж целых три. И что интересно, со всеми умудрился обвенчаться. Конечно, эти браки потом немедленно признавались недействительными. И лишь спустя какое то время признали законным лишь первый брак. Но ему и дела до того не было. Всех рожденных хоть в браке, хоть в сожительстве детей, он признавал своими, а соблазненных "жен" не делал несчастными, то есть, не бросал их. И даже на местных светских мероприятиях, мог появиться в обществе всех своих жен.
  В отличии от своего реципиента, я был более снисходителен к слабостям этого человека и вел с ним регулярную, но не афишируемую переписку. Что несколько смягчило его отношение ко мне. И вот, год назад я сделал ему одно интересное деловое предложение:
  
  "Как известно, история, имеет свойство повторяться. Сперва в виде трагедии, а затем в виде фарса. Я же хочу повторить одну историю, которая была не более, чем забавным фарсом. Но повторить в виде серьезного дела, которое принесет России несомненную пользу в будущем"
  
  После этого, у меня с опальным родственником произошла единственная в нашей жизни личная встреча. Встречались мы тайно, ибо задуманное мной не должно было получить огласки. И на этой встрече я огласил суть задуманного.
  
  Итак, жил во Фриско один забавный городской сумасшедший, именовавший себя Императором Америки и Протектором Мексики Нортоном Первым. Можно много рассказывать про этого человека, которого мудрые жители города, вместо того чтобы сделать объектом насмешек и грубых издевательств, просто сделали местной достопримечательностью. Они даже признали его титул и употребляли без всяких кавычек.
  Одеждой императора были старые армейские сапоги и шинель, он ходил пешком или ездил на велосипеде, патрулировал улицы и проверял, как полицейские выполняют свою работу. Если император видел, что кто-то совершает доброе дело, то присваивал этому человеку дворянский титул.
  Когда жители Сан-Франциско встречали императора, они воздавали ему почести. Как правило, у императора не было при себе денег, и они не были ему нужны. Императора бесплатно кормили в ресторанах, а в магазинах бесплатно давали понравившиеся ему вещи. На ресторанах и магазинах, которые нравились императору, размещалась табличка с надписью "Посещается Его Величеством Императором Нортоном Первым". Количество клиентов у таких ресторанов и магазинов увеличивалось .
  Город также оплачивал императору жильё. Иногда император расплачивался банкнотами, специально изготовленными для него, с его собственным изображением; банкноты охотно принимались к оплате и имели коллекционную ценность. Банки обналичивали  такие банкноты долларами США, когда их предъявляли для погашения. На любой театральной премьере для императора и его двух собак (Буммера и Лазаруса) были зарезервированы три места. Этой троице также было разрешено посещать заседания Академии наук Сан-Франциско и слушать дискуссии учёных мужей. Император был почётным и бесплатным пассажиром каботажных пароходов.
  Однажды ночью молодой полисмен арестовал императора Нортона. Он решил, что человек, называющий себя императором США, может быть опасен. Ночью в участок срочно прибыли судья и начальник полиции и с извинениями освободили императора. С тех пор полицейские Сан-Франциско выказывали уважение императору, при встрече отдавая ему честь. В 1880 году этот человек умер. На следующий день газета "Сан-Франциско Кроникл" напечатала четыре слова на французском языке на весь центральный разворот газеты:
  
   "LE ROI EST MORT" ("Король умер").
  
  Газета сообщила о смерти одного из самых известных граждан города. В статье сообщалось, что у Джошуа Нортона не оказалось настоящих денег для оплаты похорон. Практически немедленно представители деловых кругов города собрали необходимую для похорон сумму. На похороны, по различным данным, пришли от 10 до 30 тысяч человек (в те времена в Сан-Франциско проживали 210 тысяч (человек). Уважение усопшему посчитали нужным выказать "...все классы от капиталистов до бедняков, священники, карманники, нарядные леди и те, кто оказывал помощь отверженным социумом". Похоронная процессия растянулась в длину на две мили.
  
  - Значит, вы хотите, чтобы я повторил сей подвиг? В иные года я это предложение воспринял бы как оскорбление. Но вряд ли вы стали затевать подобное ради одной только забавы черни, не имея при этом большой выгоды. Так в чем смысл всего этого.
  
  Ничего скрывать я от "дядюшки" не стал. Итак, согласно заключенному договору об аренде, мы к 1933 году должны вернуть САСШ переданные нам в аренду территории. И мы не станем обманывать американцев. Мы их вернем. Но вот вопрос: а захотят ли эти территории вернуться в гавань, ныне считающейся родной? Лично я на этот вопрос дать ответ не смогу. Но я знаю одну вещь: стоит часть нации подержать отдельно от основной, как она спустя короткое время перестает себя чувствовать частью прежней семьи. Взять ГДР и ФРГ. И там и там - немцы. Но когда их объединили в одно государство, то оказалось, что это совсем разные нации. Настолько сильно изменился менталетет населения по обе стороны прежней границы.
  
  - Америку сейчас ждут нелегкие времена. Но Калифорнию при этом можно сделать островком процветания в море развала и нищеты. И за эти годы, калифорнийский обыватель должен измениться настолько, чтобы он мог почувствовать свою особость и не хотеть вернуться в прежнее отечество. Зато иметь свое, суверенное государство, он должен возжелать.
  - А мне значит предстоит стать императором Калифорнийской империи?
  - Если только сумеете. Лично я не настаиваю на этом. Я о другом.
  
  А дальше я объяснил следующее. Повторять подвиги Нортона Первого если и требуется, то только с большей практической отдачей. К примеру, в печатании собственных денег смысл имеется. Смотрите сами. Вот приезжает во Фриско со своими женами и подругами самый настоящий великий князь из Дома Романовых. Тут и самозванства не требуется. И приехал он не просто так, а чтобы жить как свободный человек в свободной стране. Нортон ведь тоже не в Америке родился. Сумасшествие? А почему бы и нет, ведь наш эмигрант давно и в официальном порядке объявлен душевнобольным. Вот и вырвался псих на волю. То есть, в Америку. Причин отказать ему во въезде не имеется. Во-первых, там правит наш генерал-губернатор, а во-вторых, псих этот вовсе не нищий а очень даже богатый человек. А против приезда богатых Буратин никто возражать не станет. И вот живет такой Буратино, никого не трогает, только бизнесом успешно занимается. Правда, есть у него странности: занялся чеканкой орденов и медалей, да выпуском собственных банкнот. Не доллары конечно, а некие "калифорнийские рубли". Ведь каждый имеет право на чудачества. Вот у великого князя оно такое. Фальшивомонетничеством это не считается. Так что ничего противозаконного. Правда, если ради забавы проверить, действительно ли банкноты обеспечены золотым содержанием, то внезапно выясняется что да, обеспечены. Банк княгини Искандер меняет банкноты на монеты из золота и серебра. А в САСШ тем временем инфляция жуткая. Доллар дешевеет... Так почему бы не использовать эти самые рубли для расчетов между частными лицами? Конечно, казначейство штата попытается наложить лапу на столь ценный актив. Но наш генерал-губернатор для чего? Он рявкнет: "Ручонки свои уберите от священной частной собственности!" Ну а Калифорнийскому конгрессу или Сенату, в связи с тяжелыми временами да ненадежностью доллара придется принимать закон о резервной валюте и Калифорнийской Резервной системе, которая имеет право эмиссии таковой.
  Дальше объяснять не пришлось. Будучи предпринимателем, Николай Константинович моментом сообразил: имеющему право эмиссии денежных знаков, плевать на то, какие в государстве законы. Ибо теперь настоящим законом становится его мнение. Согласие на участие в этой забавной авантюре я от великого князя получил и после необходимой подготовки, он со своим гаремом покинул Туркестан и отправился в Калифорнию, откуда и прислал мне свой первый отчет о сделаном.
  
  

4. Кадры для новой войны

  
  А в Южной Африке пока сравнительное затишье. Лишь в районе Ледисмита еще сопротивляется британские экспедиционные силы. Шансы на то, что их все-таки сумеют деблокировать, еще есть. Используя опыт войны в Америке, британское командование начало налаживать между Уолфиш-Беем и Ледисмитом "воздушный мост", доставляя туда все необходимое для продолжения борьбы. С каждым днем, количество доставляемых грузов увеличивалось. В обратном направлении, дирижабли цепляли опознавательные знаки "Красного Креста" и вывозили больных да раненых. Правда перехватывать транспортные дирижабли было некому. Те несколько воздушных судов, что имелись у бурских республик, использовались в основном для разведки и наблюдения. Так что аэромобильные операции стали реальностью этого времени. Что интересно, ведя переговоры о мире с американцами, британцы требуют немедленной передачи положенных им по предварительным условиям 45 дирижаблей. И они начали поступать. Не все сразу, частями, но поступают. Не просто так, а в комплекте к ним идет американский технический персонал. Почему так? А потому что у британцев имеется нехватка собственного персонала. Его конечно можно достаточно быстро подготовить, но островитяне пошли иным путем. Переданные с дирижаблями люди направляются в Уолфиш-Бей и похоже на то, что назад в Америку их вряд ли вернут.
  Есть еще новость: британцы приступили к формированию Первой Королевской воздушно-гренадерской дивизии. А комплектовали ее вовсе не англичанами и даже не уроженцами доминионов. Рядовой состав - американские негры, которые до этого служили в частях "Черных пантер" на территории Канады. Это должно было быть самое большое в мире соединение ВДВ - 21тысяча человек. Но судя по тому, что британцы потратили не очень много времени на обучение личного состава, эту дивизию намеревались задействовать вовсе не в десантных операциях. Так оно и получилось. "Пантер" перевозили пароходами в Уолфиш-Бей, а уже оттуда по воздуху перебрасывали в Ледисмит и Бечуаноленд.
  Вторую группировку британцы начали создавать на территории Южной Родезии. К моему удивлению, они как то сумели договориться с португальцами о пропуске войск и грузов через Мозамбик. Отсутствие в английском распоряжении гаваней в этих местах, затрудняло организацию морской десантной операции. Именно поэтому, пришлось тратить время на организацию нужной базы в Уолфишь-Бее и потихонечку свозить туда войска и грузы, да договариваться о военном транзите с португальцами.
  
  - А с чего это португальцы начали пропускать через свою территорию войска воюющей страны?
  - Так они сумели убедить португальцев в том, что непризнанные большинством европейских стран бурские республики не могут считаться полноценными государствами, в отношении которых действенны нормы международного права. Ну а Капская провинция и вовсе бунтующая территория. А подавлять бунт, это совсем не то, что вести войну с цивилизованной страной. Поэтому в деле подавления мятежа, цивилизованные страны должны друг-другу помогать.
  - И португальцы не боятся, что мятежники сочтут их врагами?
  - Не боятся, ваше величество, ибо все снабжение Трансвааля до сих пор проходит через португальские гавани.
  
  Ну это мы еще посмотрим, стоит ли считаться со слишком широким португальским радушием. Уж чего-чего, а гаваней отныне у буров хватает. Да и железная дорога, соединяющая Кейптаун с той же Преторией есть в наличии.
  Пора рейдерам под флагом Капской республики начинать выходить на охоту. В общем, для англичан будет очередная, традиционная для них "Битва за Атлантику", а вернее, ее южную часть. А заодно и за Индийский океан. Хотя назвать это битвой можно лишь в насмешку. Вопросы охраны конвоев были настолько хорошо отработаны, что вряд ли у буров получится нанести противнику неприемлемый ущерб. Тут ожидалась другая трудность. Противник мог позволить себе начать ту же самую крейсерскую войну против буров. Ну да ладно, что-нибудь и мы придумаем. А пока, пользуясь случаем, я активно начал распродавать остатки "американского заказа". То есть, ту продукцию русской "оборонки", которая была заказана американцами, но в связи с окончанием войны так и не востребованную ими. Речь идет об остатках этих заказов. В первую очередь это касалось 63 мм зенитно-противотанковых пушек. Часть их удалось продать Леопольду, какую то часть Абдул-Гамиду и даже целых три батареи купили эфиопы. Так же хорошо расходились 107 мм гаубицы. Естественно, что к этим артиллерийским системам потребовались и боеприпасы. А вслед за этим внезапно возник спрос и на противогазы. Но это вполне объяснимо. Всю войну англичане травили американцев разного рода боевой химией. А теперь, когда война закончилась, военные министерства многих стран вдруг сообразили, что "у короля много" не только кораблей, но и всякой ядовитой гадости, да и средствами доставки ее британцы неплохо обеспечены. И кто его знает, на кого это все в скором времени обрушится. А потому, пошли заказы от португальцев, бельгийцев, голландцев и датчан.
  Более того, от датчан, имевших опасного соседа в лице Германии, поступил заказ на устройство системы оповещения о воздушном нападении. Ну и как я мог отказать землякам своей здешней матушки? Я и не отказывал. Раз люди согласны платить, то почему бы и нет? Но "прицепом" к их предложению пошло и мое.
  
  - Понимаете maman, - объяснял я вдовствующей императрице, - датчане конечно ответственные и аккуратные люди, но ведь пока на дворе мир, разумному человеку не хочется следить за исправностью той вещи, которая ему не приносит пользы. И тем более, платить свои честно заработанные деньги на ее содержание. Но вот если наша система оповещения будет не только сообщать о налетах вражеского флота, но и развлекать людей, то появится смысл держать репродуторы постоянно включенными.
  - Что ты задумал, Ники? Я так понимаю, мне опять предстоит о чем то уговаривать своего брата?
  - Вы знаете maman что я человек очень бережливый и как говорят недруги, очень скупой...
  - Уж мне этого не знать! Вы, сын мой, своей скупостью частенько ставите меня в неудобное положение. Я всякий раз краснею от стыда при мысли, что не могу появиться перед своим братом в том виде, которого достойна мать монарха, богатейшей страны в Европе.
  - Вам не хватает денег на туалеты? - искренне удивился я, - насколько я помню, я ни на копейку не сокращал тех сумм, что всегда выделялись на ваше содержание.
  
  Оказалось, что денег на наряды и пропитание Марии Федоровне вполне хватает. Зато, она теперь не может наносить визиты на собственной яхте. Которая выведена из состава Балтийского флота и продана американцам. И вот уже несколько своих визитов на историческую родину, она совершает на арендуемых для таких целей частных пароходах. И хотя должный комфорт ей и ее свите все-равно обеспечен, для казны это обходится дешевле, нежели содержание персональной яхты.
  
  - Хорошо, я проявлю должную почтительность и обеспечу вас кораблем, достойным вашего ранга. Но это будет только через год. А пока - как обычно. И поймите меня правильно. Русский народ, несмотря на то, что живет в богатейшей стране мира, по своему достатку еще не сравнялся с датчанами. А потому, я предпочитаю жить скромно.
  
  Смыл маменькиного визита был в том, что как и в Америке, я задумал построить для поданных Фредерика VIII недорогую систему радиовещания. Которая заодно будет использоваться для оповещения населения о воздушной тревоги. Конечно, никакой благотворительностью я заниматься не собирался. Радиостанция "Балтийская волна", является частной вещательной компанией, которую арендует датское правительство для передачи населению важных сообщений. А так как правительство не очень часто осчастливливает свое население подобными заявлениями, то остальное рабочее время будут занимать сводки новостей и развлекательные передачи. Но самое главное - "Балтийская волна" должна использоваться нами в качестве средства радионавигации.
  
  - Ники, ты говоришь о том, что вся эта система оповещения будет являться арендованной частной собственностью. Позволь задать тебе не совсем тактичный вопрос: кто собственники?
  - О! Это не секрет. 70% акций должны принадлежать нашему августейшему семейству, а 30% - августейшему семейству Глюксбургов. По-моему, это будет справедливым.
  - Не совсем. Я считаю, что брату хватит и 20%, но намерена снизить его долюдо пятнадцати. Если конечно получится. Это тоже неплохие деньги. В конце-концов, вкладываемся в создание 'Балтийской волны' только мы. И мне хотелось бы знать, какова моя доля в этом деле? И кто вообще в доле?
  - Вы, я, Аликс и мои наследники.
  - То есть, по 16-17% каждому?
  - Это тоже неплохие деньги....
  
  Весь этот разговор состоялся в Ялте, куда я ненадолго наведался ради встречи с вдовствующей императрицей. Обговорив с ней насущные дела, я тут же поспешил в Варну, ибо дел у меня в Болгарии было немало, а времени как всегда в обрез. А над Дунаем тем временем потихоньку становилось жарковато.
  Отчасти, эту самую "жару" нагнетали мы. Ведь "Полковник Романов" прибыл из Крыма не один. Вместе с ним, десантный корабль Черноморского флота доставил в Варну лейб-гвардии его императорского величества Финский стрелковый батальон - старейшую часть собственно финской армии, которую конституция Финляндии не запрещала использовать вне пределов Великого княжества Финляндского. Эта боевая часть имела славную историю. На ее счету было участие в подавлении Венгерской революции 1848-49 годов, подавление Польского восстания 1863 года и участие в боевых действиях во время Русско-турецкой войны 1877-78 гг. Во время последней, батальон прошел с боями от Плевны до окрестностей Константинополя. И вот он снова на болгарской земле.
  И хотя я пребывал на этой самой земле неофициально, но для финских офицеров не было тайной, под чьим командованием им предстоит воевать. А потому, они меня честь по чести пригласили на товарищеский ужин, в ходе которого попросили лично провести смотр батальона.
  
  - Не смею отказать в подобной чести столь бравым ребятам. Но вы наверняка знаете о моем обыкновении пренебрегать парадами. А потому, готовьтесь к форсированному маршу на ближайший полигон, где вы и покажете во всей красе свою выучку. Надеюсь, что она выше всяких похвал. И передайте нижним чинам мое напутствие: Егерь бьет издалека, но зато наверняка! Именно это я и надеюсь увидеть.
  
  Надежды мои оправдались. Поднятые по тревоге егеря, успешно совершили шестидесятиверстный марш в полном боевом снаряжении, а затем на стрельбище полигона продемонстрировали отменное мастерство в стрельбе. Честно говоря, результаты стрельб впечатляли. Порядка семидесяти человек не просто хорошо стреляли, но и вполне были достойны награждения знаком "бекасника".
  
  - Барон, - сказал я прибывшему с егерями полковнику Маннергейму, - слишком роскошно этих парней посылать в атаки вместе со всеми. Пуля, она все-таки дура. А снаряд еще дурней. Он вообще не отличает мастера от полного неумехи. Поэтому, из особо отличившихся формируйте команду "бекасников" и пока есть время, отправьте их на учебу к нашим сибирякам. Пусть поучатся у них умению скрадывать "добычу". А после окончания учебы, используйте их не в общей цепи, а для поражения наиболее сложных целей. И кстати, вам тоже стоит кое чему поучиться. А потому, приказываю вам прибыть в распоряжение начальника квартирмейстерской службы Финского корпуса. Он найдет вам подходящее применение вашим способностям.
  
  Разобравшись с финнами, я начал разбираться с болгарскими княжичами Борисом и Кириллом. Благо, что в данный момент они были уже не младенцами, а почти взрослыми парнями. И воспитывали их не так, как это было в мое время. В 1906 году, оба княжича поступили учиться в кадетские классы Софийского военного училища. Никаких офицерских чинов им пока еще не присваивали, в отличии от моего времени. Как то сразу обнаружилась у братьев склонность к точным наукам. Борису, так вообще нравилась любая техника и он готовился по осени сдать экзамены на железнодорожного механника.
  
  - Вообще то, подобную склонность следует поддержать, - заявил я регенту Радко-Дмитриеву, - насколько я помню, вы сформировали бронеходный отряд. Так почему бы юношам не пройти войсковую стажировку в составе этого отряда?
  
  Тут я заботился не только о развитии будущих правителей. Феликс Эдмундович докладывал о том, что в стране уже созрел заговор, имеющий целью свержение регента и возвращение престола бывшему князю Фердинанду. Кто его знает, как поступят заговорщики с юношами? Уж лучше их держать там, где до них не дотянуться. Бронеходный отряд пока что считался учебной частью и его участие в боевых действиях не предусматривалось Так что за охраняемым периметром, да под присмотром дух спецслужб, братья явно будут целее.
  Что касается Южной Добруджи, то и там подготовка к мятежу практически завершена. Румынские боевики готовы были выступить по сигналу своих кураторов. А сигналом должно было стать покушение на регента. И оно состоялось. Но началось все не со стрельбы и взрывов. Перевод принцев в заштатный гарнизон вызвал нешуточное волнение у оппозиции. Собственно говоря, волноваться оппозиции за судьбу княжичей приказала Вена. И поднялся вопль до небес о том, что генерал Радко-Дмитриев мало того, что сверг с престола законного монарха и узурпировал власть, так еще и неизвестно что сделал с детьми Фердинанда. Официальному сообщению о том, что Борис и Кирилл просто проходят стажировку в войсках, оппозиционеры не поверили, вернее, сделали вид, что не поверили. А тем временем, обеспокоенность судьбою юношей начали демонстрировать Афины, Белград, Бухарест и конечно же Вена. Больше всего волновался за судьбу княжичей румынский Кароль, погостить к которому недавно приехал Фердинанд.
  15 мая 1910 года, послы Австро-Венгрии, Сербии, Румынии и Греции вручили МИД Болгарии ноты с просьбой разрешить княжичам воссоединиться со своим отцом. Естественно, что в просьбе им было отказано. И тогда, как по команде, в Софии прошла демонстрация протеста. Протестующие шли с транспарантами, на которых было написано: "Долой узурпатора!", "Свободу наследникам престола!", "Власть - законному монарху!" и тому подобное. Софийскому мэру ничего больше в голову не пришло, как приказать полиции разогнать протестующих. Разогнать то их разогнали, но как? В отличии от российской, болгарская полиция действовала слишком грубо. Это в России, полиции запрещено применять против мирного обывателя боевое оружие. За удар шашкой или выстрел из револьвера, мы своих полицейских наказываем. Если конечно речь не шла о самообороне от нападавших или защите жизни поданных от злоумышленников. В общем, моя полиция четко знала: если перед тобою не разбойник, то вразумляй его резиновой дубинкой. Но болгарская полиция о таком даже не помышляла. А потому, открыла по демонстрантам стрельбу. Итог: четверо убитых и семнадцать раненых. Ну и задержанные до кучи. Страсти это не охладило. Наоборот, только хуже стало. 19 мая было совершено покушение на мэра Софии, а 21 мая - на самого Радко-Дмитриева. Покушавшиеся своего не добились. Мэр был лишь слегка задет револьверной пулей, а по регенту покушавшийся промахнулся. Оба террориста были схвачены, но уже 23 мая последовали нападения сперва на одиночных полицейских, а на следующий день - на полицейские участки.
  То, что это все инспирировано извне, сомневаться не приходилось. Буйных и недовольных среди болгар хватало, но ранее они не предъявляли претензий к правлению регента. Наоборот, это было популярное правление. Ведь достаток и благополучие болгар год от года возрастали.
  К началу июня, полиция уже не справлялась с протестами. Потому что помимо никем не разрешенных митингов и демонстраций, ей пришлось иметь дело с летучими отрядами бомбистов.
  
  - Откуда взялись все эти недовольные? - спросил я Феликса Эдмундовича, который лично возглавил нашу резидентуру на Балканах.
  - В основном, это комитаджи из Македонии.
   А обстановка накалялась не только в столице. 5 июня, болгарская пограничная служба перехватила в Южной Добрудже нелегальный "транспорт" с оружием и подстрекательскими листовками из Румынии. На следующий день, хорошо вооруженный отряд из местных жителей, произвел нападение на тюрьму, в которой содержались задержанные контрабандисты и освободил их. Так началось восстание среди местных румын. Правду сказать, размах восстания не впечатлял. Местные пейзане никакого желания идти в гайдуки не испытывали. Играми в мятеж развлекался местный криминалитет, руководимый эмиссарами с сопредельной стороны. Но как говорили в моем мире: важен не размах движения, а его наличие. Каролю Первому требовался информационный повод. И он появился. Румынские газеты издали дружный вопль о притеснениях соплеменников болгарскими властями. 9 июня последовал новый ультиматум со стороны румын. На этот раз они требовали не только отставки "узурпатора", но и предоставления свободы угнетаемым румынам. В случае неисполнения требований, его величество Кароль Первый угрожал объявить войну.
  А как реагировал на это я? Моя реакция ни для кого не была неожиданной. Как всегда, всем заинтересованным сторонам конфликта пришло от меня послание, не содержащее ничего нового. Я призывал: "Давайте жить дружно!" К читавшее, моему пацифизму настолько привыкли, что он начал раздражать даже самих убежденных пацифистов. Во всяком случае, российское общество, привыкшее с сочувствием относиться к проблемам "братушек", было мною недовольно. То, что недовольными были армия и флот, было вполне естественно. Созданные для войны и десятками лет не воевавшие, мои вояки рвались в бой. И подобное рвение свойственно было не только офицерам. Солдаты тоже мечтали о том, чтобы хорошенько размяться где-нибудь. И я их понимаю. Казарменная рутина и постоянная муштра, все это скучно. То ли дело на войне!
  Точно так же рвались в бой и наши либералы. Ну, для них это было традиционно: кого-нибудь облагодетельствовать за счет русского мужика. В общем, русское общество испытывало "души прекрасные порывы". В Одессу устремились сотни добровольцев. И все они втихую ругали мое слабоволие и нерешительность. Поверили в него и румыны, объявившие мобилизацию и начавшие сосредотачивать свои войска на границе с Болгарией и оставляя неприкрытыми прочие границы. Одновременно с румынами начали мобилизацию сербы, черногорцы и греки. Те , правда, никаких претензий болгарам не предъявляли.
  
  - Я понимаю сербов, у них имеются не только претензии к болгарам, но и общая граница с ними. Но что забыли в Болгарии греки с черногорцами? - забеспокоился я.
  
  Причина для беспокойства у меня была серьезной. Чтобы напасть на болгар, грекам и черногорцам придется преодолеть территорию, принадлежащую туркам. А это возможно лишь в том случае, если с турками заключен союз. Болгарская разведка ничего конкретного сказать по этому поводу не могла. Зато отличились люди Батюшина. Впрочем, им добыть нужную информациютруда не оставило. У нашей армии всегда были неформальные контакты с офицерским корпусом армий балканских стран.
  
  - Ваше величество, - успокоил меня Батюшин, - никакого сговора против болгар нет. Сербы, черногорцы и греки, решили воспользоваться смутой у турков и занятостью болгар и румын. Сейчас они всячески подстрекают румынского монарха, чтобы он напал на болгар. А они тем временем надеются отобрать у турков все земли в европейской части Османской империи. По неподтвержденным сведениям, участие в предстоящей войне примут и войска Итальянского королевства. Черногорцы дали согласие, чтобы на их территорию были переброшен две дивизии: пехотная дивизия 'Эмилия-Романья' и дивизия берсальеров. Кроме того, ожидается усиление греческого флота итальянской эскадрой.
  - А что у нас с Ливией?
  - На нее точат зубы итальянцы, но три дня назад в Тобрук прибыл отряд французских военных кораблей. Судя по всему, французы хотят чтобы Ливия осталась за Абдул-Гамидом.
  - Что младотурки?
  - Хотят просить болгар, чтобы те убрали свои войска от турецкой границы. Это позволит им усилить свою Западную армию теми войсками, что находятся во Фракии. Их советник, генерал фон дер Гольц считает, что в таком случае, младотурки справятся с натиском войск Балканского союза, при этом, перебрасывать войска Восточно-Анаталийской и Западно-Анатолийской армий не придется.
  
  Ну что же, можно поспособствовать туркам. Поэтому, пусть Радко Дмитриев объявляет мобилизацию и начинает переброску войск на север. Тем более, что органы управления на театре боевых действий сформированы и даже проведена Большая штабная игра. По результатам этой игры и благодаря моему знанию реалий Первой Балканской, назначенные на должности генералы были именно такими, какие и нужны для этой войны.
  Прежде всего я добился того, что сам регент был лишь формальным главкомом. Как политик он меня устраивал, а как генерал - нет. Функции главкома я взял на себя. И в руководстве боевыми действиями мне будет помогать Особая группа военных советников. Кроме них, я мог рассчитывать на болгарский генштаб, во главе которого удалось поставить генерал-лейтенанта Ивана Иванова Фичева. Насколько я помню, в моем времени он был на должной высоте и его таланты придутся кстати. Претендовавший на эту же должность генерал-майор Савов, был от греха подальше убран на север, командовать Четвертой армией. Армия эта представляла собою гарнизоны пограничных крепостей, которым не ставились решительные задачи. Поэтому, навредить своему сопернику Савов никак не сможет. А если учесть, что мы егообложили нашими военными советниками, то и дурную самостоятельность он не сможет проявить.
  Первой арией, что уже перебрасывалась на Софийское направление, был поставлен командовать генерал-лейтенант Васил Иванов Кутинчев - толковый и опытный генерал. То же самое можно было сказать и о командующем Второй армией генерал-лейтенант Никола Иванов Иванов, которому предстояло действовать в Добрудже. Кстати сказать, армии были неравноценны. Если Первая армия насчитывала восемь дивизий, то Вторая - всего четыре. Правда, в районе Варны ей предстояло включить в свой состав Финский корпус из двух пехотных дивизий и двух танковых бригад. Силы четвертой армии едва достигали трех дивизий. Ну а Третья армия насчитывала всего пять тысяч человек и просто обозначала свое присутствие на турецкой границе. Помимо них, было начато формирование трех дивизий второй очереди, которые и составляли мой стратегический резерв.
  А в это время, румыны нас уверенно опережали с мобилизацией, но меня это перестало беспокоить после того, как я узнал фамилии румынских командармов.
  Первой румынской армией, нацеленной на Софию, командовал генерал Григорэ Крайничану. Тот еще генерал. Ожидать от него решительных действий и особой напористости не придется. Тот десяток дивизий со средствами усиления, что находился под его командованием, вряд ли сможет прорваться к болгарской столице.
  Второй румынской армией, имевшей в своем составе шесть дивизий, командовал бывший адъютант короля, генерал Константин Презану. И был он ничем не лучше Крайничану.
  Тремя дивизиями Бухарестского района, командовал генерал-майор Александру Авереску. По натуре своей больше политик, нежели военный, хотя и как военный он не плох. Во всяком случае, лучше первых двух.
  Хотя румыны первыми объявили мобилизацию и даже умудрились закончить ее раньше болгар, опередить нас в сосредоточении войск у них не вышло. Слабым местом их армии был тыл. Который функционировал просто отвратительно. В какой то мере ситуацию с тылом сглаживала австрийская помощь, но тем не менее проблемы с организацией снабжения имелись немалые. А если прибавить к этому привычку путать казенную шерсть с личной, то только массовые расстрелы могли спасти эту дунайскую державу.
  
  

5. Бардак Балканский

  
  Каждой реальной войне, предшествует самая настоящая 'война нервов'. Была она и в этом случае. Нервы болгарам помотали изрядно и все, кто мог. Однако все рано или поздно заканчивается. 1 июля 1910 года, Румынское королевство объявило войну Болгарскому княжеству. К этому времени, в нарушение первоначального плана, Мы закончили сосредоточение войск на исходных рубежах.
  Первоначально я хотел заманить на правый берег Дуная всю румынскую армию. Ради этого, Четвертая болгарская армия изображала из себя слабый заслон, одолев или обойдя который можешь спокойно маршировать до самых Старых Планин, не встречая сопротивления. Более того, можно и Старые Планины форсировать, потому что перебросить свои основные силы с турецкой границы, болгары вряд ли успеют. А что успеют, то будет разбито превосходящими румынскими силами. Сюрпризом для румын должно было стать внезапное появление на Старо-Планинском рубеже всей болгарской армии. А дальше - встречное сражение, в ходе которого неизбежно побеждает опередившая противника в сосредоточении войск, именно болгарская армия.
  Увы! Военная наука из будущего, в данном случае оказалась неприменима. Еще покойный Георгий выразил сомнения в осуществимости подобного плана. Все-таки болгарская армия не ровня немецкой или русской. Осуществлять быстрые переброски войск такого масштаба, болгарские генералы просто не умели. А учить их этому уже не было ни времени, ни возможности. Поэтому вместо красивой операции, пришлось проводить иную. По новому плану, войска Первой и Второй болгарской армий, вместо встречного сражения становятся в оборону на том же самом рубеже. Правда, эшелонированием боевых порядков я решил не увлекаться.
  Вторым недостатком первоначального плана, было то, что я переоценивал боеспособность румынской армии. Ведь мне нужно было, чтобы она вся влезла в ловушку. А на деле вышло бы, что в варианте встречного сражения, она явиться на разгром в полном составе явно не успевала. И вместо уничтожения главных сил, мы бы получили лишь разгром румынского авангарда. На этот момент мне указывал сам Фичев, ознакомившийся с моим замыслом:
  
  - Клаус, не стоит слишком хорошо думать о наших соседях. Всего их умения не хватит, чтобы потерпеть от нас поражения таким образом. Вместо дракона, в наши сети попадет ворона. Поэтому лучше дать им возможность сосредоточиться для атаки. А сделать это мы сумеем с помощью преднамеренной обороны.
  
  Не удивляйтесь такому фамильярному обращению ко мне. Все просто. Я нахожусь в Болгарии инкогнито. Правда, это самое инкогнито ни для кого не секрет. Кто такой полковник Генерального штаба Романов, известно всему миру. Во всяком случае ни болгары, ни наши 'финны' на этот счет не заблуждаются. Но даже в таком качестве, руководство болгарской армией мной, недопустимо по причинам, далеких от чисто военных. Поэтому на сцену вышел некий 'Клаус фон Норден', которому регент присвоил звание генерал-лейтенанта болгарской армии. Ни в каком Готском альманахе вы не найдете такого барона. Это чисто моя выдумка. Сперва я хотел назваться Клаусом фон Твереном (Николаем из Твери), но затем передумал и назвался фон Норденом ( то есть: с Севера).
  Помимо меня, в штабе Фичева хватало точно таких же "остзейских баронов" лишь на днях обмундированных в болгарскую форму. Но не только ими мы укрепляли ряды болгарского войска. Моя "десятка" направила две сотни отставных унтеров, имевших богатый опыт, подобный опыту папы Карло: брать любую чурку и делать из нее человека. Именно эти отставники стали ядром Резервного корпуса, занятого подготовкой дивизий второй очереди. Кстати, к Резервному корпусу причислили и тех болгарских студентов, что учились у нас в Симферопольском университете Дружбы народов. В данный момент, они попали под мобилизацию и проходили подготовку на одном из наших полигонов в Крыму.
  При осуществлении переброски войск, я лишний раз убедился в правоте критиков моего первоначального плана. Даже второй вариант, который казался более приемлемым, осуществлялся так, что я сотню раз на дню готов был стреляться от злости. Но приходилось брать себя в руки и бороться с последствиями того бардака, что внезапно возникал на каждом шагу.
  
  - Клаус, вам не стоит расстраиваться, - успокаивал меня Фичев, - ты пойми, мы сейчас занимаемся делом, которым раньше никогда не занимались. Вы в России давно научились перебрасывать огромные массы войск на значительные расстояния. А здесь, на Балканах, никто кроме турок с подобными задачами не сталкивался.
  
  В этом он был прав. Хотя способности русской армии значительно преувеличивал. Я целых шестнадцать лет занимался повышением ее боеспособности. Но не то что до идеала, до того состояния, что я считал удовлетворительным, было еще далеко. А что болгары? Им действительно до этого не приходилось осуществлять быстрые переброски по сути дела фронтового объединения. Вот они и причины того вселенского бардака, который в итоге получился. Да и не все было их виной. Я ведь тоже в этом поучаствовал. Хотя бы тем, что многие решения принимал в самый последний момент. И тоже скажу: а что еще вы могли ожидать от подполковника Советской Армии и полковника Российской? Я ведь маршалом никогда не был. Теоретических знаний хватает, а на практике закреплена была только меньшая их часть.
  Но все рано или поздно заканчивается. Закончился и этот бардак. Войска вышли на намеченные рубежи и приступили к оборудованию оборонительных позиций. Здесь дела пошли намного лучше. И именно теперь я мог составить мнение о болгарской армии. Нужно сказать, она меня иногда приятно удивляла. Например - хорошей дисциплиной и добросовестностью при выполнении приказов. А еще, уровнем мотивации. А про него стоит сказать отдельно.
  В самом начале, болгары в массе своей не очень понимали, зачем им воевать с румынами? Ведь до этого никаких конфликтов с задунайким соседом у них не было. Намного больший энтузиазм они испытывали, если объявить войну туркам. А так, народ считал, что делить им с румынами нечего. Но тут уже постарались мы. Наш 'сливной бачок' через газеты объяснил простому народу, что румыны конечно хорошие парни. И вера у них правильная - православная. Но как и в любом стаде, у них есть паршивые овцы. Которых в последнее время расплодилось слишком много. И первейшая в Румынии паршивая овца - Кароль Первый. Даже не овца, а натуральный свин. Благодаря ему, его поданные живут в нищете. Но ведь они не слепые и не тупые. Они прекрасно знают о том, что их соседи, под мудрым правлением регента, в последние годы стали жить значительно богаче. А потому, рано или поздно, но румынский народ может взбунтоваться и свергнуть Кароля и его приспешников. Благодаря которым богатая страна имеет нищее население. Кароль и его бояре, которые вдобавок являются тайными униатами, это прекрасно понимают. Поэтому, чтобы избежать народного гнева, они будут склонять румын к мысли, что поправить свои дела они смогу повальным грабежом населения Болгарии. Более того, Кароль не просто так поддержал Фердинанда. Он прекрасно знает этого негодяя. Вернется на престол Фердинанд и к румынскому грабежу добавится грабеж его клики. А в результате, достаток народа упадет настолько, что Кароль скажет своему народу: "А чем вы недовольны? Смотрите на болгар! В сравнении с ними вы богачи!"
  В общем, наша агитация достигла цели. Болгары шли на призывные пункты с песнями и плясками. А мы им еще задору добавили. Наш мастер провокаций Ежевский, с моей подсказки провернул одну операцию. Смысл ее был такой. Фердинанд конечно нехороший человек, но ведь он не один такой. И раз он борется за возврат к власти, то у него должна быть поддержка. Не только иностранная. Ну скажите на милость, вернул он себе престол, а на кого он опираться будет, если армия его ненавидит? Кем он заменит старые ненадежные кадры? То есть, к моменту захвата власти, он должен опираться не только на румынские штыки, но и свои иметь. Так вот, благодаря трудам Ежевского, у Фердинанда появилась своя армия. Небольшая, численностью в несколько тысяч штыков, зато своя. И называется она - Българска Освободителна Армия (БОА). Правда, болгар в этой армии самый мизер. В основном туда набрано разного рода отребье славянского происхождения. Наемники из поданных Двуединой монархии. Но во главе армии настоящий болгарин. Наш агент, который при рождении звался Василом Петровым, а ныне - полковником Христо Продавцевым. Кстати и он командует этой армией лишь формально, а на деле реальное руководство наемниками осуществляют австрийские военные советники.
  О существовании армии с таким интересным названием болгары узнали в первый же день войны, прочтя листовки, которые разбрасывал над их позициями румынский дирижабль. Наибольшее впечатление на солдат произвело необычное имя командующего БОА
  
  - Не иначе сам Сатана вселился в его отца, когда тот решил назвать сына таким именем.
  - Сатана или не Сатана, но ведь и на попа, крестившего этого выродка затмение нашло.
  - Да брось ты! Наш, болгарский поп ни за что не стал бы младенцу с такой фамилией давать имя Христо. Тут явно румынский поп младенца крестил. Так он и не понял ничего. Имя ведь хорошее. И фамилия явно купеческая. По отдельности - все пристойно. А вот вместе... Нет, тут бесы вселились именно в родителя его!
  
  Именно так судили и рядили люди, не привыкшие к тому цинизму, который давно не шокировал людей моего времени. И потому, власовцы болгарского разлива получили от народа весьма говорящий ярлык: "христопродавцы". И не только болгары. Наши "финны" тоже читали румынские листовки. И тоже поражались тому, как боженька шельму метит. Так что и среди казаков с сибиряками закрепилось столь презрительное наименование румынских марионеток.
  Но помимо листовок, на болгар сбрасывали и бомбы. При этом, накрывали наши позиции весьма точно. Удивляться этому не стоило. Понятие о суверенности воздушного пространства еще не введено в практику здешнего мира. Небо считалось ничьим. А потому, румыны еще в мирное время без всяких помех с нашей стороны производили воздушную разведку. Впрочем, мы занимались тем же самым. Но досадным было не столько это, сколько отсутствие маскировочной дисциплины. И ведь не скажешь, что мы не озаботились этим вопросом. Были и инструкции, плодились соответствующие приказы.., но этот проклятый "человеческий фактор"! Буквально все, от рядового солдата, до командующего армией, считали постыдным прятаться от врага. За что и поплатились в первый же день. Девять сотен убитых и раненых без всяких боев - для болгарской армии это слишком много. Но даже после этого, никто не подумал о маскировке. Все требовали побольше зениток.
  
  - Дайте нам побольше противодирижабельных орудий! - убеждал меня командующий артиллерией генерал-майор Калин Найденов, - четыре полуторадюймовых орудия на дивизию - этого мало для того чтобы отбить налет. Дайте нам больше орудий, и нам не придется скрываться от врага!
  
  Что верно, то верно. Зениток у болгар явно не хватало. Одна батарея 37 мм орудий на дивизию - курам на смех. О именно столько и считалось достаточным до войны. Теперь же, Найденов требовал иметь при каждой дивизии по дивизиону 37-миллиметровок и три дивизиона орудий более крупного калибра в составе артиллерийского резерва.
  Идя навстречу этой просьбе, я уже к вечеру отправил шифровку, приказывая отправить в Болгарию нужное число 37 и 63 мм зениток плюс зенитные прожектора из нереализованного 'американского заказа'. Но когда они прибудут, вопрос конечно интересный. А ведь помимо поставок, возникнет вопрос с подготовкой личного состава для зенитных дивизионов. Дай бог, если все это получится решить к концу войны.
  
  - Знаете что, Калин Георгиевич? Личная храбрость, это конечно хорошо, но согласитесь с тем, что даже если не думать о людях, то сохранность орудий тоже имеет значение. Сколько орудий вами потеряно?
  
  Генерал нехотя озвучил данные.
  
  - Значит, одиннадцать потеряно безвозвратно и тридцать семь нуждаются в ремонте. И это всего за один день? Значит, через неделю у вас останется порядка тысячи орудий против 1300 румынских? А вам не кажется, что проще замаскировать орудия, нежели надеяться на получение новых, взамен выбывших. Кстати, с боеприпасами все нормально? А с конским составом?
  
  В общем, пришлось болгарам уделять вопросам маскировки позиций самое пристальное внимание. Понимание того, что противник может до боя выбить им всю артиллерию, у них было. Но с вражескими налетами нужно было что-то делать. Пока что, вопросами ПВО занялись наши летчики из полков связи.
  Тут только на первый взгляд казалось, что мои летуны легко посбивают вражеские дирижабли. Как бы не так! Первая трудность была в том, что огнем зенитной артиллерии, даже таким слабым, мы сразу лишили мамалыжников возможности к прицельному бомбометанию. Но их это не очень то и смутило. Они просто увеличили высоту сброса и уменьшили калибр бомб. Вместо прицельного сброса 50-100 килограммовых авиабомб, они начали площадные бомбардировки 15-килограммовыми авиабомбами. А это считай то же самое, что и обстрел из 105 мм гаубиц. Кроме того, вылетая затемно, они к рассвету оказывались над целью и делали свое черное дело до того, как наши 'этажерки' до них добирались. При этом, они постоянно меняли время нанесения удара. Дежурить в воздухе часами, наши летчики не могли и потому, в большинстве случаев опаздывали с перехватом. Но даже когда перехват происходил, нанести заметный ущерб противнику не выходило. Оборонительный огонь 37-мм бортовых орудий, хоть и не наносил нам потерь, но и близиться на дистанцию уверенного поражения не позволял. Кроме того, уже на второй день, румынские воздухоплаватели сообразили насчет установки пулеметов. Что делало атаку сомкнутого строя дирижаблей очень опасным делом. Будь у нас возможность задействовать больше самолетов, может быть и вышло бы кого приземлить. Увы, мы для задач ПВО смогли выделить лишь 2 эскадрильи. Остальные были задействованы в штурмовке колонн противника. В общем, на седьмой день войны, из 88 самолетов боеспособными было лишь 63. Остальным пришлось устранять полученные в бою повреждения.
  А со штурмовкой наземных целей, дела обстояли лучше. Правда, сперва наши 'связисты' нанесли удары по пехотным колоннам. Но уже на второй день войны, я изменил им задачу.
  
  - Пехоту пока что не трогайте, все внимание на обозы!
  
  Смысл в этой корректировке задания был. К нашей досаде, румыны не очень охотно впадали в панику при штурмовке колонн. Сперва они не знали, что делать и как отбиваться. Да, они разбегались кто куда. Но уже к концу первого дня, они сообразили, что по низко летящим самолетам можно вести заградительный огонь из винтовок. Результате этого, часть летчиков была ранена и с трудом дотянули до аэродрома. Несколько самолетов при посадке получили повреждения. Удар же по обозам принес нам намного больше пользы. Там народ был совсем иной, да и начальнички так себе. А пехотой, вернее ее передовыми отрядами, тем временем занялись наши "охотничьи команды" в состав которых были включены "бекасники" и расчеты "мадсенов". Огонь из укрытий, на какое то время притормаживал движение походных колонн. Нанося удары сами и уходя от ответных, 'охотники' наносили немалые потери конным разъездам противника. Все чаще наши летчики наблюдали санитарные фуры, направляющиеся в тыл. А кто то навеки остался в болгарской земле. На третий день, Найденов рискнул и усилил эти команды расчетами орудий конной артиллерии. Что повысило результативность засад. И я начинал жалеть о том, что не догадался прикупить у французов десяток танкеток. Уж тут они могли быть кстати.
  На седьмой день войны, передовые отряды противника вошли в соприкосновение с главными силами болгарской армии. У Фичева возникла идея, нанести удар по передовым подразделениям и разгромить их.
  
  - Иван Иванович, давайте не будем спешить. Время работает на нас. К тому же, нам до конца не ясно, как поступят сербы. Присоединятся к румынам или все-таки займутся турками?
  
  Основания для опасения у меня были, ибо не только мы и румыны летали в этих местах. Разведывательные дирижабли сербов, итальянцев и даже греков, который день вели воздушную разведку, нагло летая над позициями Первой армии. Тем временем, частью сил румыны блокировали наши крепости на Дунае и сухопутная связь с Четвертой армией исчезла. Надеяться мы могли лишь на радиосвязь. Благо, что она имелась. Немецкие "Телефункены" были закуплены в достаточных количествах.
  А еще возникла проблема с беженцами. Мы конечно предполагали, что мирных селян будут слегка грабить. Но мы ошиблись в масштабе грабежа. Перейдя Дунай, румынские солдаты наглядно увидели, в каком достатке живут их южные соседи. И не выдержали они испытания. Сразу взыграло ретивое.
  
  - Amantă! Pui, lapte și pâine! Rapid! - только и раздавалось в округе. Наименее сообразительных подгоняли ударами прикладов винтовок.
  
  Впрочем, те реквизиции, которыми занимались боевые подразделения, селяне еще могли воспринимать без особого возмущения. Они прекрасно понимали, что есть и пить солдату нужно, а потому, лучше его не злить. Поэтому куры, молоко и хлеб отдавали без сопротивления. Не только их. Кому то и со свинками или барашками пришлось расстаться, да и от вина румыны не отказывались. Кроме того, где-то и девок с молодыми бабами завалили на сеновале. Все это было досадно, но вполне терпимо. Беда пришла тогда, когда боевые подразделения покидали село, а вместо них приходили тыловые. Эти уже подходили к делу совсем иначе. Организация снабжения в румынской армии хромала на все четыре копыта. Поэтому заранее было решено кормить армию за счет реквизиций. И именно тыловая сволочь нанесла селянам наибольший ущерб. Эти выметали со дворов все подчистую. Причем, даже в больших количествах, чем на самом деле требовалось. Но "сверхплановую" добычу тоже пристраивали, ибо вслед за армией, из-за Дуная примчались сотни скупщиков из тамошних евреев. И пошла рука руку мыть. В течении нескольких дней, село, еще неделю назад бывшее зажиточным, становилось настолько бедным, что вот-вот мог возникнуть голод. Но это нисколько не волновало дельцов. Огромные обозы с добычей шли на север и достигнув берегов Дуная, переваливали добычу в подогнанные баржи. Ничего нового ни для меня, ни для здешних обитателей этом не было. Кому война, а кому мать родна. А куды крестьянину податься? Ведь вся эта румынская саранча выгребла все, что он сам собирался продать тех торгах, что устраивал наш "Военторг". Но "Военторг" за все платил настоящими деньгами, а эти аспиды - расписками, которые непонятно кто к оплате примет. А ведь не только выращенное отнимали. За годы "консервной лихорадки" крестьяне много чем обзавелись. И это все внезапно срочно понадобилось румынской армии. Ну скажите на милость, зачем этой армии прессы для отжима винограда? А немецкая давильня для фруктов? Не говоря уже о хороших тканях, велосипедах, патефонах, часах, зеркалах... В общем, собирали люди все, что после румынского набега у них оставалось и целыми селами бежали в сторону Старо-Планинский позиций. Кто медлил, с тем происходило еще более худшая беда. Вслед за румынами приходили "христопродавцы" и забирали в свою армию годных для службы мужчин.
  Но эти новости с оккупированных территорий до нас дошли не сразу. Да и на первых порах они нас мало занимали. Потому что шел день за днем, а особых успехов у нас не было. Более того, нас постигла крупная неудача. Генерал Савов, которому приказано было сидеть тихо и не отсвечивать, решил проявить инициативу. Ослабив гарнизоны дунайских крепостей, он сформировал в районе Русе ударную группировку и при содействии Дунайской флотилии, высадил войска на румынском берегу и атаковал находящуюся прямо напротив Русе крепость Джуржу, пытаясь взять ее нахрапом. На первый взгляд, операция эта имела смысл. Во-первых, захват этой крепости облегчал дальнейшие операции Дунайской флотилии, а во-вторых, создавалась непосредственная угроза румынской столице. Вот только румыны это тоже понимали и генерал Авереску был готов к такому развитию событий. А потому, он заранее перебросил на угрожаемое направление свою Семнадцатую пехотную дивизию, которая и ударила в тыл штурмующим Джуржу войскам. Одновременно, на правый берег Дуная начала переправляться его Восемнадцатая пехотная дивизия. А со стороны Корабии начали подходить румынские мониторы австрийской постройки, бой с которыми болгарские моряки проиграли, а отыграться им уже возможности не было, ибо Авереску, не теряя зря времени, расположил на левом берегу артиллерийские батареи. Конечно, хорошей артиллерией он не мог похвастаться. Больших задач на его армию румынский генштаб не возлагал, а потому собрали в его армии не просто старье, а натуральную рухлядь времен чуть ли не Крымской войны. Но для того, чтобы отогнать болгарские корабли от переправ, хватило и этого. Тем временем, наши войска у Джурджи, попавшие под внезапный удар, будучи отрезанными от своих и не имея возможности к отступлению, были по большей части взяты в плен. Вместе с ними, попал в плен и неудачливый командующий. На этом наши неудачи не закончились. Ослабленный гарнизон Русе не смог отразить атаку с юга и попытался уйти вниз по Дунаю в сторону Силистры. Попытка прорыва не удалась и остатки гарнизона сложили оружие. Уйти вниз по реке удалось лишь остаткам Дунайской флотилии. В итоге, наше положение осложнилось.
  
  - Дело не только в том, что благодаря этому идиоту, мы потеряли крепость, порт и военно-морскую базу, - рассуждал наш начальник штаба, - главное в том, что исчезла угроза вражеской столице с нашей стороны. Авереску теперь нет нужды держать без дела свои дивизии на том берегу Дуная. Теперь, он их может использовать с большим толком.
  - И какие варианты этого использования вы видите?
  - Если Авереску не склонен добывать славу своим соперникам, то следующий удар он нанесет по Силистре и тем самым обезопасить Добруджу от удара наших войск. А у нас такая возможность имеется. Перебросив в Силистру свои резервы, мы можем нанести удар в район Черноводе и тем самым отрежем армию Презану от снабжения со стороны Валахии и создаем угрозу Констанце. И тогда Авереску придется выручать его. Так что его наступление на Силистру будет оправдано и принесет румынам пользу. Но есть и иной вариант. Если Авереску не ревнив к чужой славе, то он своими войсками усилит либо Крайничану, либо Презану и тем самым позволит им иметь значительное преимущество в предстоящем сражении.
  - То есть, Иван Иванович, принимая второй вариант, они будут гнать свои войска либо к Варне, либо на Старые Планины?
  - Именно так, Клаус.
  
  Мой замысел состоял в том, чтобы румыны оторвались от своих баз снабжения и тем самым облегчили нам быстрый и полный разгром вторгшихся войск. Чем больше они потеряют на Планинах и под Варной, тем беззащитней будет их страна перед нами.
  
  - Значит, поступаем так: Наша Лапландская и Западно-Карельская дивизии, совместно с казачьими маневренными бригадами, совершают марш в район Разграда. Что там задумал Авереску, я не знаю, но игнорировать наш маневр он не сможет. А потому, покинет Русе и выйдет навстречу нашим войскам. В любом случае, ему будет не до Силистры и не до помощи главным силам.
  - Клаус, но если это всего-лишь демонстрация, то мы ничего этим не решаем.
  - Правильно! Войны демонстрациями не выигрывают. Поэтому наш марш должен закончиться решительным боем.
  - Рискованно. Отрыв от собственных баз будет не только у врага. Наши тылы также отстанут.
  - Не волнуйтесь, генерал. Того что будет в нашем распоряжении, вполне хватит для успеха.
  
  Планируя этот выпад, я делал ставку не на создание численного преимущества, а на стремительность марша. Пехотные дивизии движутся медленно, но ведь в моем распоряжении есть маневренные бригады! Вот они и составят ту подвижную группу, которая и лишит противника резервов. Пехотные же дивизии, подойдут к Разграду тогда, когда дело будет уже сделано. Ну а чтобы моим казакам было не скучно, то придадим им в усиление парочку автомобильных рот, на которую можно посадить часть пехоты из Лапландской дивизии. Все-таки две сотни паромобилей, способны много чего перевезти. Осталось только оформить все это приказом и назначить командира подвижной группы. Исполнить это мгновенно не вышло. Дня три ушло на организацию рейда. Впрочем, румыны, если верить нашей авиаразведке, тоже не сразу раскачались. А когда раскачались, то стал ясен их замысел. Авереску двинул свои войска в сторону Варны. И в любом случае, Разграда ему не миновать. Видимо он решил, что возня на Дунае будет излишней. Все что там румынам нужно, они и так получат в результате победы.
  А тем временем, на Старо-Планинском рубеже враг тоже не бездельничал. Конечно, сразу атаковать нас Крайничану не мог. Служба тыла у противника была очень несовершенна, а потому, Первой румынской армии пришлось целых две недели готовиться к наступлению. Все это время, румыны либо отбивали вылазки наших "охотничьих" команд, либо бомбили наши позиции. А вот последнее больше раздражало чем пугало. Это в первые дни, пока мы не получили нужного опыта, солдаты пугались бомбежек с воздуха. Однако, довольно быстро приспособились и научились беречь себя. В частности, никто уже не пренебрегал вопросами маскировки. В этом деле нашим "братушкам" еще учиться и учиться, но даже то, что маскировочную дисциплину начали повышать по собственной воле, внушало мне большие надежды.
  В противоположность болгарам, ничем подобным румыны озабочены не были. Потому, что мы их толком не трогали. Наши летуны штурмовали обозы, а не боевые подразделения. А обозника вопросы маскировки не актуальны. Им при наших налетах больше на поиск подходящих укрытий приходилось рассчитывать.
  
  - Клаус, ваша задумка конечно интересная, но уж больно это все необычно.
  
  Под задумкой, генерал Фичев имел в виду планируемую мной артиллерийскую контрподготовку. Немалые сомнения испытывал и начальник артиллерии Найденов:
  
  - Все это заманчиво звучит. Но что будет, если по какой-либо причине все пойдет не по нашему плану?
  - Генерал, а что тут нового для вас? Контрподготовку использовали еще при осаде Севастополя. Сомневаетесь, что сумеете подавить румынскую артиллерию? Правильно делаете, что сомневаетесь. Я тоже считаю, что одним махом мы их не одолеем и придется вести артиллерийские дуэли с неподавленными батареями. Но у нас есть один козырь: вы не ограничены по боеприпасам. Зато у румын возникнет большая проблема. По подсчетам профессоров нашей Артиллерийской академии, имеющихся в распоряжении румын снарядов, при интенсивном использовании артиллерии, хватит на три дня войны. Да и то, вывезти весь свой запас на позиции они вряд ли смогли. Так что не ждите сильного ответного огня.
  
  Как мы поняли позже, наши профессора все-таки ошибались. Они не учли то, что румынам всячески помогали австрийцы. Которые щедро опустошали собственные арсеналы. То же самое делали и мы для болгар. Но была в этом деле огромная разница. Наши пароходы разгружались в Варне, а дальше грузы шли к фронту по железной дороге. Вторая перевалка происходила там, где к ближайшей станции мы проложили пути Декавиля. По которым, обычный паромобиль на рельсовом ходу тянул вагонетки с грузом прямо до дивизионных тылов.
  У румынов в этом плане все было сложней. Тащить баржи с грузом по Дунаю у них не очень то и получалось. Этому мешали гарнизоны Видина и Лома. А потому, железной дорогой до подходящей станции на своей территории, а затем гужевым транспортом до самых позиций с переправой через Дунай. И кстати, создать болгарам проблемы со снабжением, враги пытались. Уже в первый день войны, единственный румынский крейсер "Элизабет" сунулся в окрестности Варны, намериваясь перехватить транспорты с военной контрабандой. Увы! Ничего из этого у него не вышло. Потому что на траверзе порта, за пределами трехмильной зоны, проходили учения с боевыми стрельбами эскадры нашего Черноморского флота. А за пределами района учений, сопровождением пароходов занимались сторожевые корабли.
  Все это привело к тому, что на каждый доставленный к румынским позициям снаряд, мы завозили целых шесть. Где противник нанесет главный удар, мы довольно быстро определили. Впрочем, при полном отсутствии маскировочной дисциплины, это было не трудно. Обе армии были еще как следует не пуганные. Сложнее было определить время перехода в наступление, но и эту задачу мы решили. Взятые нашими разведчиками "языки" оказались достаточно информированными. Итак, 27 июня, 1910 года, в 4 часа утра, противник намеревался начать артподготовку.
  
  - Ну что же, Калин Георгиевич, будем готовы действовать так, как и планировали. Время "Ч" - три часа тридцать минут по утру.
  
  В точно назначенное время, нами был нанесен первый огневой удар. Сперва по артиллерийским позициям румынов. После первых же залпов, наши наблюдатели с поднятых в воздух аэростатов, доложили о накрытии. Что и следовало ожидать. Ведь метод беспристрелочной стрельбы подсказал им именно я. Ну а с производством необходимых расчетов, болгарские артиллеристы и сами справились. Впрочем, не они одни трудились. Наши офицеры тоже в этом участвовали. Ведь им тоже нужно было набивать на подобных методах руку.
  Целый час 122 и 152 мм дальнобойные орудия молотили по заранее выявленным румынским батареям. Тем временем к ним подключились батареи особой мощности. Эти системы представляли собою модернизированные крупнокалиберные орудия из Особого запаса, поставленные на гусеничный ход. Их задачей было нанести удар по пунктам управления, а затем перенести огонь на склады с боеприпасами. Насколько успешно они действовали, понять было трудно. Ни наблюдатели на аэростатах, ни разведчики на аэропланах ничего толком обнаружить не смогли. Зато наши "связисты" одержали первую победу в воздушном бою. Оказывается, румыны тоже обзавелись аэропланами. И как раз сегодня они попытались произвести с них воздушную разведку. Попытка кончилась тем, что их "Альбатрос" повстречал в воздухе нашего "Потапа". Результат был предсказуем. "Альбатрос" не был беспомощным, потому что имел возможность вести огонь со шкворневой пулеметной установки. И он встретил нашего пилота огнем. Вот только не им, вражинам, тягаться с выпускником Мангышлакской школы воздушной джигитовки. Наш пилот легко ушел с линии заградительного огня и легко набрав высоту, атаковал "сверху-сзади" на крутом пике. Сблизившись на дистанцию уверенной стрельбы, влупил по 'Альбатросу из крыльевых пулеметов так, что только клочья летели.
  
  - Кто одержал победу?
  - Капитан Первого воздушной связи полка Нестеров, - мгновенно доложил мне адъютант.
  - Записывай и передай телеграфом: "Капитану Нестерову выражаю свою высочайшую благодарность. Личному составу Императорского Военно-Воздушного Флота всячески равняться на зачинателя наших побед в воздухе". Далее: "Отныне, в случае одержания победы над воздушным противником, отмечать эту победу особым знаком: наносить на машину победителя пятиконечную звезду красного цвета".
  
  А тем временем в дело вступила и болгарская дивизионная артиллерия. Ее целью стала сосредоточенная для атаки румынская пехота. Купленные у нас старые 87 мм орудия образца 1877 года были еще достаточно хороши для этой цели. Тем более, что противник, готовясь к наступлению, никаких укрытий заранее не готовил. А потому даже старые снаряды оказались достаточно убойными. Впрочем, помимо старья, в болгарских дивизиях нашлось и коге что новенького: наши 107 мм гаубицы.
  Спустя два часа тридцать минут, огонь был прекращен и мы начали готовиться к отражению вражеской атаки. То что она последует, сомнений у нас не было. Хоть румыны и получили внезапно по зубам, но не настолько сильно, чтобы отказаться от наступления. Приведут себя в порядок и начнут.
  Ждать пришлось мучительно долго. В два часа дня, когда мы уже решили, что сегодня наступления точно не будет, началась артподготовка. Три часа румынская артиллерия молотила по нашим позициям Трижды прилетали их дирижабли и сбрасывали свой бомбогруз. И лишь к пяти вечера румынская пехота рванула в атаку.
  Боже мой! Ну кто так воюет! Волна цепей, с интервалом между стрелками порядка один метр. Офицеры, идущие впереди цепей, четко выделяются на фоне рядовых. Красавцы! Вот только мне радоваться этому не хотелось. Потому что у самого такие же "молодчаги", совсем не пуганные войной. Я не про солдат. Как ни крути, но "шкуродерня" убедила многих, что времена плотных цепей уже в прошлом. Я про наших офицеров. Которые наплевав на уставы, будут точно так же выделяться на фоне своих подчиненных. Которые так же считают для себя унизительным ползти под огнем противника. И ведь бесполезно говорить, приказывать, уговаривать. Это нижние чины пусть трусость молодецкую в бою демонстрируют! А им, как людям благородным, стыдно пулям кланяться. В общем, сегодня за свою гордыню платить кровью будут румыны. А нашим, стоит продемонстрировать кадры фронтовой кинохроники, благо, что кинооператоров я сюда завез. Прямо сейчас, из специально оборудованных блиндажей, напоминающих по конструкции огневую точку, они ведут съемку румынской атаки. А смотреть тут есть на что.
  Атаку румыны начали издалека, километра за два с половиною от болгарских передовых позиций. Шли как на параде, со знаменем и оркестром. Каждый полк построен в 12 стрелковых цепей. Командиры конечно не на лихом коне, зато впереди строя. И вот по этой красоте, открыла огонь дивизионная артиллерия. Шрапнель и фугасные снаряды заметно проредили красивый строй. Будь это люди моего времени, то попав под обстрел, они бы моментально рассредоточились и залегли. Но у местных иные рефлексы. Попав под плотный артиллерийский огонь, они смыкают ряды до уставных плотностей и с шага переходят на бег, стараясь резким рывком выйти из под обстрела. Их так учили. Не стоит их считать совсем уж дураками. Резкий рывок в сторону противника действительно выводит их за пределы линии заградительного огня дивизионной артиллерии. Будь болгарские артиллеристы более искусны, то ничего бы у румынов не вышло. Однако сейчас болгары умеют ставить лишь неподвижный заградительный огонь. Если бы на их дивизионках были более совершенные прицельные приспособления, то они поставили бы и подвижный. И хрен бы румыны вырвались из под огня. Но чего нет, того нет. А потому, вторую линию заградительного огня ставит полковая артиллерия, основу которой составляют 63мм пушки Барановского. Хотя в иных полках уже перешли на наши новейшие трехдюймовки. А помимо этого, у болгар недавно появились 63 мм "легкие горные гаубицы". Под этим странным названием мы поставляли самые обыкновенные минометы. Их немного, всего по четыре штуки на полк. И если испытания пройдут успешно, то они войдут в состав батальонной артиллерии, а в полках появятся 87 мм минометы.
  И вот сейчас, стоило румынам добежать до определенного рубежа, как проявила себя вся полковая артиллерия. Как среагировал враг? Двояко. Во-первых, он и этот рубеж преодолел не снижая темпа бега, что уменьшило его потери. Во-вторых, вывел на прямую наводку свои орудия. И это было ошибкой. Болгары не очень хорошие артиллеристы, но наше влияние сказалось на их подготовке. А потому, огонь они вели с закрытых позиций, что затруднило румынам борьбу с нашими батареями. Зато их артиллерия, которая прекрасно была видна нашими корректировщиками, была мгновенно накрыта нашими дивизионками.
  Тем временем, пехота противника, преодолев вторую линию заградительного огня, добежала до линии проволочных заграждений, накинула на них штурмовые мостики и начала их преодолевать. Вот тут болгары и врезали плотным ружейно-пулеметным огнем по скученным порядкам врага.
  Мне доводилось немало слышать про низкую боеспособность румынской армии. Сейчас именно это я и наблюдал. Вот только это не значит, что плох румынский солдат. Как раз наоборот. Храбр, упорен и хорошо обучен. Все-таки прорваться сквозь такой плотный огонь, это нужно обладать немалым мужеством. И они его проявили. Мне было понятно, ради чего они не хотели рассредотачиваться, хотя такая мера могла сильно уменьшить их потери. Когда до передовой траншеи оставалось двести шагов, навстречу румынским цепям рванули в контратаку болгарские цепи. Вот он проклятый пережиток прошлого. Завершение атаки штыковым ударом. А в штыковом ударе огромное значение имеет плотный боевой порядок. Верх одерживает тот, кто сохранил плотное построение. Потому в это время и терпели от огня.
  Рукопашный бой, развернувшийся по всей линии обороны, длился недолго и закончился победой болгар, которые гнали румынов до линии их прежних аванпостов. На этом, бой закончился. Вечером противник прислал парламентеров с просьбой о перемирии. Цель перемирия - похороны павших. Весь следующий день этому и был посвящен. Работа по уборке трупов и так нерадостная, поэтому никого не удивило, что особого энтузиазма в этом деле никто не проявлял. Зато под прикрытием перемирия, на той стороне вовсю кипела иная работа. Враг, пользуясь отсутствием обстрела, вовсю окапывался. Мы даже заподозрили, что румыны отказались от дальнейших атак. На деле, это было не так. Стоило закончиться перемирию, как сражение возобновилось. И сразу выяснилась неприятная для нас вещь: под огнем все быстро учатся. Наносить врагу такие потери, что наносились в первый день сражения уже не получалось. Тактика наступательного боя совершенствовалась день ото дня. Конечно, игры в одни ворота на войне не бывает. Болгары тоже стремительно учились, но все-равно, каждый новый бой для них был тяжелей предыдущего. Крайничану, постоянно подкидывал подкрепления в район Бороваца. То же самое делали и мы. Причем, общий резерв у нас был исчерпан уже на третий день сражения и мы снимали с пассивных участков все, что только можно и бросали в бой на Боровацкую позицию. Добром это для нас не кончилось. Живой силы у противника было явно больше, а потому, нанеся внезапный удар в районе Монтанских позиций, он захватил их и создал угрозу обхода нашего левого фланга. В тот момент, мне нечего было подкрепить тамошние войска, ибо Боровацкая позиция тоже в любой момент могла пасть. Пришлось поступить так, как здесь никто еще не поступал. Бросить против наступающих колонн оба авиационных полка.
  В данный момент мы имели в строю 72 машины из 88 полагающихся по штатному расписанию. И нужно сказать, это были неплохие самолеты. Четвертая и шестая модели "Потапов" можно сравнивать со знаменитым У-2. Самолет в общем то универсальный, способный нести 200-250 кг бомб, а в перегрузе и 450 вытянет. При этом, точно так же, как и знаменитый советский "кукурузник", способен выполнять все те фигуры высшего пилотажа, которые доступны и истребителю. Правда, было и отличие. Оно выражалось в наличии двух крыльевых пулеметов и шкворневой пулеметной установкой для защиты задней полусферы. В общем то, вполне себе истребитель-бомбардировщик. Причем, роли истребителя он был пока еще на должной высоте. За неделю боев на Старо-Планинской позиции, румыны потеряли воздушных боях четыре австрийских "Альбатроса" и три французских штабных "Вуазена". Ну и удалось сбить один аэростат с артиллерийскими наблюдателями. Один "Альбатрос" и два "Вуазена" числилось на счету капитана Нестерова. И его результат пока что никто не превзошел. Намного сложнее обстояли дела с вражескими дирижаблями. Не сказать, что атаки на них были совсем уж безрезультатными. Какие то повреждения наши 'соколы' им наносили. И на сегодняшний день у врага в строю было восемь воздушных кораблей из начальных шестнадцати. Отсутствующие - это вовсе не сбитые. Им просто требовался продолжительный ремонт. Подлатав все, что можно, они вновь оказывались в строю. Но так или иначе, хотя они и являлись для нас проблемой, но поспевать везде у них не выходило. А у нас выходило. Посадочную площадку возле Земфирово мы использовали по-максимуму, заодно превращая ее в полноценный аэродром. Первым, кто попал под удар наших "соколов", была брошенная в прорыв румынская кавалерия. День работы и целая кавалерийская дивизия была рассеяна по окрестностям. Дня три про нее можно не вспоминать. Затем под раздачу попали пехотные колонны. Тут уже было намного сложней. Потому что всякой новации в военном деле, пехоте всегда есть что противопоставить. Если конечно найдется командир с хорошей головой и крепкими нервами. Таковые у румынов нашлись. Полностью успешен был лишь первый бомбо-штурмовой удар. А вот второй налет нашей авиации румыны встретили ружейным огнем. Довольно результативным. Мы потеряли три самолета от него. И тем не менее, налеты продолжились. Всего за сутки мы совершили шесть налетов. Середине дня появились вражеские дирижабли и попытались сорвать наши атаки. Совсем уж это у них не получилось, но на бои с ними отвлекаться пришлось. Ближе к вечеру нас встретили в воздухе "Альбатросы". Правда, было их немного, всего четыре штуки. Но воевать пришлось и с ними. И тут сыграла свою роль и наше численное превосходство и недосягаемое для прочих мастерство. Все четверо были сбиты. В общем, день прошел удачно. Зато ночью румыны смогли отыграться. Шесть дирижаблей нанесли удар по незащищенным стоянкам самолетов и к утру я остался без авиации. Успокаивало лишь одно: мы успели выставить пехотный заслон на пути румынских войск и таким образом их прорыв был купирован. Зато под Боровацем пришлось отступить и враг получил возможность наносить удары либо в сторону Софии, либо идти на выручку своим войскам в районе Монтан.
  Силы Первой армии были на исходе и ее командующий - генерал Кутинчев считал нужным отходить на подготавливаемый нами второй рубеж обороны. С ним был согласен и начальник генштаба. И не сделали мы этого лишь потому, что румыны вдруг прекратили наступление и начали закрепляться на достигнутых рубежах.
  В течении трех дней нам стала известна причина странной нерешительности. У врага подошли к концу снаряды. Зато мы, уступая ему в живой силе, по прежнему могли поддерживать сильный огонь.
  Все эти дни я не покидал Старо-Планинских позиций, но благодаря хорошо налаженной связи, был в курсе того, что творилось в иных местах. Иные места - это Добруджа и Разград.
  В Добрудже, войска генерала Презану, имея подавляющее превосходство в силах, успешно дошли до оборонительного рубежа в окрестностях Варны, а затем, как и следовало ожидать, надолго остановились, подтягивая отставшие тылы. Никола Иванов, командовавший Второй болгарской армией, тоже работал от обороны. Точно так же как и мы, он упредил румынов с артиллерийской подготовкой и тем самым внес разлад в их планы. Но затем и ему пришлось туго, ибо на направлении своего главного удара Презану применил танки. Все шестнадцать штук. И этого удара болгарская пехота не выдержала. Удивляться этому не стоит. Все армии мира проходят через танкобоязнь. В общем, первый рубеж обороны пришлось срочно покидать, причем, немало исправных орудий досталось противнику в качестве трофеев. Но и здесь нашлись сообразительные и волевые командиры, которые смогли быстро справиться с паникой, навести в войсках должный порядок и найти средства противодействия танковым атакам. Вернее, не столько найти, сколько вспомнить то, чему их учили до войны. Бои за вторую линию обороны были ожесточенными и более кровавыми. Здесь так же все решило превосходство в снабжении. Штурм прекратился за недостатком снарядов.
  Затишье это не могло быть вечным. Потому что ни мы, ни румыны своего так и не добились. Отбив румынские удары, мы исчерпали все имевшиеся резервы и сил на разгром даже ослабевшего противника не имели. Враги же, еще имели в достатке живой силы, но вовремя перестали ее тратить, прекрасно понимая, что с одними штыками много не навоюешь.
  Зато в районе Разграда бои еще продолжались. И кто там будет победителем, издалека было не разобрать. Но в любом случае, там тоже все пошло не так, как планировалось изначально. Считая себя гением танковой войны местного разлива, я рассчитывал устроить румынам нечто вроде Баин-Цаганского побоища. И вроде все этому способствовало. В авангарде у Авереску шла Девятнадцатая пехотная дивизия, еще не побывавшая в боях и вооруженная сущим старьем. Поэтому, командирам Донской и Кубанской бригады было приказано, нанести фланговые удары по этой дивизии. Причем, сходу, не давая ей времени на разворачивание к бою. Но все пошло наперекосяк, причем, в самый ответственный момент. Перед выходом на рубеж атаки, боевые машины имели в баках половину заправки. Полковник Дузь решил лучше подготовиться к бою и остановил свою бригаду для дозаправки боевых машин. Тоже самое вынужден был сделать полковник Лебеденко. И оба не учли такой фактор, как отрыв тылов, что неизбежно во время рейда. Половину дня ждали заправщиков и когда дождались, световой день закончился. Поэтому операцию перенесли на утро. Эта задержка в движении испортила весь мой замысел. Авереску не имел в своем распоряжении воздушной разведки, но это не значит, что он вообще разведкой пренебрегал. Вот его конная разведка и обнаружила казаков. Правильно оценив их намерения, он развернул Девятнадцатую дивизию к бою, а Семнадцатая и Восемнадцатая дивизии начали обходные движения. Не подозревая об этом, донцы и кубанцы развернулись и с ходу ударили по врагу. То, что их уже ждали, стало понятно по первым минутам боя. Казаки, встреченные плотным огнем, даже не стали упорствовать в атаке. Будь на их месте кто другой, то и в этой ситуации все могло получиться хотя и ценой больших потерь. Но как говорится: стиль не пропьешь. А казачью натуру даже разорение не изменило. Вести упорный бой казак не любит. Конечно, если припрет и некуда деваться, то и казак стоит до конца. Но если есть возможность этого избежать, то будут избегать. Именно это и произошло.
  Сыграло свою роль и то влияние, которое я оказал на этот мир. Это у нас танки с противопульной броней зачастую одним своим появлением вгоняли пехоту в ужас. Здесь же все пошло не так. Военные этого мира верили в танки, которые у нас считались сверхтяжелыми. Толстая противоснарядная броня и множество огневых точек, превращало эти монстры в самые настоящие подвижные форты. Это внушало страх и ужас. Ну а то, что едут эти монстры медленно и недалеко, никого не смущало. На их фоне, мои пародии на "голожопого фердинанда" никого не впечатляли. К тому же, война в Америке уже убедила народ в том, что танки с противопульной бронею не для серьезной войны. Вот для подавления бунта безоружных крестьян, они подходят неплохо. Полицейское оружие в общем. Румынские офицеры про это так же знали, как и их британские или французские коллеги. А потому не растерялись сами и не дали страху победить собственных подчиненных.
  Казаки не смогли прорваться сквозь огонь вражеской артиллерии. Да не очень и пытались. Все-таки шрапнель, поставленная на удар, оказалась весомым аргументом.
  Ну а дальше, они стали воевать в своей привычной манере: отходили нанося короткие удары из засад. Этим самым, они не позволили себя окружить. Больших потерь врагу они не нанесли, но и сами потеряли мало. Если конечно не считать потери четверти танков в первой атаке. Вот так, отступая и огрызаясь, они на второй день соединились с Лапландской и Западно-Карельской дивизиями. Следующие три дня происходило встречное сражение, окончившееся вничью. У румынов и тут закончились снаряды, а в наших бронеходных бригадах - топливо. Правда, казаки приобрели опыт непосредственной поддержки пехоты в бою. Но ценой потери почти всей бронетехники. Потери эти не были безвозвратными. Как выяснилось, наша "мастеровщина" смогла и вытащить подбитые танки и наладить их ремонт. Но бригады все-равно придется пополнять. И пока я разбирался с этими делами, пришла еще одна новость: 30 июня 1910 года, Черногория и Италия объявили туркам войну. Спустя два дня, то же самое сделали Греция и Сербия.
  
  

6. Отдых в Ялте

  
  Одно из неудобств моего положения в том, что я прежде всего не полководец, а правитель. А это значит, что приходится решать множество вопросов помимо чисто военных. Что бы там не писали в газетах про царя-тряпку, но подписывать многие документы приходится именно ему. И никакая клика его в этом деле не заменит. Кстати, я бы с большим удовольствием передал бы множество функций управления именно кликам. Но это невозможно по причине их политической незрелости. Дай им волю, так они даже из благих побуждений страну на части разорвут. Так что без верховного арбитра и гаранта стабильности им не обойтись. В общем, как только образовался перерыв в военных действиях, я скорейшим образом отправился в Ялту, где меня заждалась целая толпа министров, ходатаев, просителей... И каждому нужно было решить свой вопрос. А кому то и тьму вопросов. Но разобравшись с текучкой, я вновь вернулся к Балканским делам. Главный вопрос: почему война пошла не так, как ожидалось? Откуда у румынов взялась та прыть, которую от них никто не ожидал? Часть ответов удалось получить весьма быстро.
  Начиная с войны в Америке, у меня в районе боевых действий действовала якобы волонтерская организация "Врачи без границ". Наши миссии не делали разницы между сторонами конфликта и госпитали "врачей" работали по обе стороны фронта. И наши врачи-добровольцы действительно занимались именно врачебной работой. Зато средний и младший медицинский персонал, на котором лежала основная работа по уходу за ранеными, это было нечто. Потому что помимо ухода за пациентами, они занимались сбором самой разнообразной информацией. Раненые ведь весьма разговорчивы.
  И вот из разговоров раненых выяснилось, что все дело в том, что румынская армия уже два года как не совсем румынская. Рядовой и унтер-офицерский состав как и прежде оставался румынским. И нужно сказать, что это был неплохой личный состав, если конечно закрыть глаза на склонность к грабежу. А вот офицерский состав вызывал немалые претензии даже у самих румынов. А потому, Кароль Первый занялся его воспитанием года за два до начала войны. Тут он действовал двояко. Во-первых, он использовал нужду германцев и австрийцев в приобретении союзников в бассейне Дуная. Поэтому в штабах всех уровней появились многочисленные германские и австрийские военные советниками. Некоторые из них были даже румынами, родившимися в Трансильвании. Во-вторых, он учел американский опыт в деле организации ускоренного выпуска офицеров. Множество добровольцев прошли через румынский вариант нашей "шкуродерни" и получали статус кандидата в офицеры. Затем они закрепляли полученные навыки в составе итальянских экспедиционных сил в Америке или в Боливарианском легионе, воеавшем под эгидой французов. Потом эти ребята возвращались на родину и получали звание сублокотинента, а некоторые даже локотинента запаса и зачислялись в действующий резерв. Никаких должностей они не занимали и числились сверх штата. Зато в каждом румынском пехотном батальоне имелся свой офицерский резерв из людей, получивших опыт на серьезной войне. И получалось, что выбивая офицерский состав на поле боя, болгары тем самым улучшали качество управления румынской армией. В общем, "румын стал не тот". И это следовало учитывать при дальнейшем планировании боевых действий. Не знаю, как покажет себя их армия в обороне, но в наступлении она только первые часы была не на должной высоте. Зато на второй день мы наблюдали значительные изменения. Нужно будет предполагать, что эти новые офицеры довольно быстро подрастут в чинах. Во всяком случае, ротное и батальонное звено управления прибавит в качестве. Про полковое и дивизионное я молчу. Там потери довольно редко случаются и если Кароль не придумает удачный способ ротации кадров и для этого уровня, то вся его надежда - австрийские и германские советники.
  С этим более или менее ясно. Теперь нужно разобраться со своими. Прежде всего, восстановить авиационную группировку. Которая погибла по сути дела по моей вине. Та посадочная площадка, что была у нас в Земфирово, заранее как полноценный аэродром не оборудовалась. Самолеты мы туда перебрасывали в спешке. А потому, на ней много чего не было. Не было зенитного прикрытия. Не было убежищ для личного состава. Не было укрытий для самолетов. С последним вообще беда. Земфирово изначально рассчитывалось на временное пребывание не более десятка аэропланов. Но мы, от нужды великой перебросили туда сразу два полка. Вот и сгрудились самолеты на маленьком пятачке, где их в итоге и накрыли одним ударом.
  В общем, спешка до добра не довела. И вина за столь глупый разгром нашей авиагруппировки целиком на мне. Зная о похожих случаях в моем времени, я просто обязан был принять те меры, которые с запозданием принимаю сейчас. Вот только недооценка противника... Расхожее мнение о румынах, как о никудышных вояках сыграло свою роль в том, что я пренебрег элементарными мерами безопасности. И хорошо, что потеряна в основном техника. Перебросить новые самолеты из России - не проблема. Хуже было бы, если бы погибли отлично подготовленные экипажи. Чего, к счастью моему, не произошло.
  Уже сейчас в Новороссийске грузятся на пароходы новые аэропланы. Кроме того, взамен раненых и погибших, в Болгарию прибудут новые летчики и техники. И это не все. Теперь, наученный горьким опытом, я распорядился о правильном оборудовании аэродромов и посадочных площадок.
  
  "1. Недопустимо базировать на аэродроме более одного авиаполка.
  2. Недопустимо плотное расположение аппаратов на одной стоянке. Обязательно предусмотреть три разнесенные эскадрильные стоянки, плюс - обязательное оборудование одной ложной эскадрильной стоянки.
  3. Индивидуальные аэропланные стоянки в обязательном порядке должны иметь защитную обваловку.
  4. Каждая стоянка аэроплана должна быть укрыта маскировочной сетью или маскировочным навесом.
  5. Ввести в состав каждого авиационного полка противоаэропланный дивизион, состоящий из батарей трехдюймовых противодирижабельных орудий, батареи полуторадюймовых орудий, пулеметной роты и прожекторного взвода..."
  
  Все это следовало выполнить буквально бегом, ибо по имеющимся у нас сведениям, новое наступление противника следовало ожидать в первой половине августа.
  Не меньше внимания требовали и наши казачьи части. Как раз на днях мне доставили отчет об опыте применения бронетехники и предложения по улучшению ситуации. Оба комбрига сошлись на том, что наши бронеходы наилучшим образом подходят именно казакам. Быстрые, маневреные, огневая мощь достаточна. Правда, броня не защищает от артиллерийских гранат и шрапнели, поставленной на удар, но прочие достоинства с лихвой искупают этот недостаток. Помимо тонкой брони, Дузь и Лебеденко сочли недостатком двигатель, работающий на бензине. И беспокоила их не какая то там пожароопасность, а то обстоятельство, что с бензином на Балканах имеются проблемы. В общем, им хотелось иметь двигатель, работающий либо на спирту, либо на керосине. Замучились казаки работать с суррогатными смесями! По организационно-штатной структуре тоже возникли предложения. В частности, предложили убрать из бригады дивизион САУ. Почему? А потому, что благодаря наличию более мощного орудия, на них чаще, чем на бронеходах летит трансмиссия. В итоге, нормальной артиллерийской поддержки в бою нет. Взамен казаки предложили вместо самоходного дивизиона, сформировать второй бронеходный батальон. А артиллерия пусть будет буксируемая. И обязательно на механической тяге. Насчет калибра единодушия не было. Дузь считал, что 107 мм снаряд недостаточно мощный и потому вместо 107 мм стоит иметь 122 мм гаубицы. Лебеденко был с ним согласен, но указывал на то, что если проводить рейдовые операции, то иметь дело с мощными полевыми укреплениями не придется. А значит, 107 мм снаряда вполне достаточно для решения боевых задач. Тем более, что их можно иметь больше, чем 122 мм.
  В общем, как ни крути, но численность личного состава бригад возрастет. И придется мне еще людей из России перебрасывать. С обученными казаками у меня проблема. Терская и Уральская бригады сформированы, но не обучены и не сколочены. А если учесть, что предназначенная для них техника вся уйдет в Болгарию? В общем, об терцах и уральцах придется забыть. Причем, надолго. Потому что иной возможности их учить, чем пешем по-машинному у меня сейчас нет. Кстати, полковники это прекрасно понимают и предлагают комплектовать экипажи боевых машин имеющимися у них мастеровыми. А чтобы соединения оставались все-таки казачьими, предлагают выход: произвести мастеровщину в приписные казаки. А это что за зверь такой?
  Задаю вопрос офицерам Атаманского полка. Получаю примерно такое объяснение:
  
  "Как раньше пришлый становился казаком? На Дон приходили люди, которые искали воли или спасения. Если человек был готов принять казачьи законы, он становился казаком. По старому обычаю. Как это издавна сложилось.
    Беглого человека ставили перед выбором, уйти или трудиться на благо общества. Как правило, он становился бурлаком, соглашался таскать баржи и струги, варил соль или занимался другим делом, входил в бригаду и пару лет трудился. За это время беглец в подробностях узнавал о жизни казаков, перенимал обычаи, усваивал речь и проникался вольным духом. Затем, по рекомендации артельного и старожил, бурлак шел в батраки к одному из зажиточных казаков в станицу. Это второй этап, который опять-таки длился не менее пары лет. Человек вливался в общину, мог жениться, получал некоторые средства на житье-бытье и обзаводился знакомствами. Наконец, проходило время, беглый понимал, что обратной дороги нет, и тогда наступал третий этап. Перед принятием в казачье братство его вооружали и направляли в набег или на службу по охране границ. Здесь человек рисковал жизнью, но он получал то, о чем мечтал - свободу и равные с остальными казаками права. Что характерно, не только права, но и обязанности.
    Исключения были всегда, и не раз случалось, что первые два этапа не в счет. Сразу наступал третий, и человек доказывал свое право на принадлежность к степной вольнице саблей и пролитой кровью. Но это происходило лишь в случае большой войны или серьезного вражеского набега. В такое время не до традиций, каждый клинок на счету и за оружие брались все, от мала до велика, а кто выживал становился воином по праву. Основной запрет один - приписной казак не мог стать атаманом над казаками. Мужиков возглавить - не проблема, а станица и казачье войско подобного атамана не признают. Твои дети - они уже казаки по роду. Ты - приписной казак, верстанный".
  
  Ага! Понятно, почему казак гладок! Потому что поел, да на бок. А работу батрак из беглых сделает. Давно такого нет, но куркульские замашки остались. Найти мужика, на которого можно тяжкую работу свалить. Вот только мне сейчас деваться некуда. Так что приписному казачеству придется давать "зеленый свет". Знать бы, чем это в скором будущем мне отрыгнется? Казака ведь положено от налогов освобождать, да землей наделять. Земля нашей мастеровщине без надобности, а вот насчет налогов они непременно вопрос поднимут. А там пойдет цепная реакция. Много желающих будет от налогов бегать. А может и впрямь, расказачить мне эти бригады? Сделать их чисто пролетарскими? Ладно, про это я подумаю немного позже. Потому что помимо этого есть заботы.
  Мой первоначальный план по разгрому румынской армии накрылся медным тазом. Значит нужно придумывать что-то иное. Думать долго не пришлось. Новый замысел был такой. Первая болгаркая армия сидит в обороне. Проломить ее румыны при всем своем желании не смогут. Тем же самым будет занят и Финский корпус. Правда, с небольшой поправкой: серией мелких ударов он должен намертво приковать армию Авереску к себе. Район Варны - тоже глухая оборона и отражение предстоящего штурма. Что остается? А остается нанести быстрый и мощный удар по чувствительному месту. Для второй румынской армии таким местом является Черноводская переправа. Выйди к ней и эта армия отрезана от линий снабжения. Ее можно снабжать из Констанцы, но подходящей дороги в Южной Добрудже для этого нет.
  Какие задействуем силы и средства? В первую очередь Донскую и Кубанскую бригады. Именно они должны стремительным броском выйти в район паромной переправы через Дунай. Но для уверенного перехвата нужно захватить Сами Черноводы. А они расположены на левом берегу. Значит, это сделает десант, доставленный к месту оставшимися кораблями Дунайской флотилии. Хотя Черноводы не имеют укреплений, задача эта не так проста, как кажется. Да и удержать их еще будет нужно. Силами танковых бригад этого не сделать. Нужна пехота. Ну что же, грабим Третью болгарскую армию. Народу в ней конечно немного, но на легкую бригаду наскрести можно. И задача этой бригаде будет простая: оседлать оба берега в районе Черноводэ и удерживать эти позиции до самого победного конца.
  Второй этап операции - захват Констанцы. Вот этим и займутся наши доблестные казаки-бронеходы. А чтобы им меньше тягот было, придадим им болгарскую конную дивизию и оба наших авиаполка. Сил на все и про все вполне хватает. Вопрос не в их количестве, а в правильном их применении. Сражение в Старых Планинах показало, что полководец из меня так себе. А доверять руководство операцией кому то из казачьих кандидатов в генералы, это значит в итоге получить игру в пятнашки с румынами. Без достижения решительного результата. Нет, тут нужен кто то способный, решительный и авторитетный. Но кто?
  Долго думать над этим не пришлось, ибо решение возникшей проблемы само явилось перед моим взором. Сперва адъютант доложил мне, что в приемной ожидает аудиенции прибывший из Америки генерал-лейтенант Ренненкампф. Черт побери! Вот кто мне нужен!
  
  - Павел Карлович! - начал я разговор, - во-первых, поздравляю вас со счастливым возвращением на Родину. Во-вторых, поздравляю вас генералом от кавалерии!
  - Рад стараться и премного благодарен ваше величество!
  - Погодите, не спешите с изъявлением восторгов. Приказа о производстве в новый чин еще нет, но это упущение сейчас будет исправлено. К тому же, не спешите радоваться. Положенного вам отпуска я предоставить не смогу. Потому что вас ожидает новая война. И отбыть на нее вам предстоит немедленно. Что поделать? Вы, как человек военный, должны быть всегда готовы к любым неожиданностям.
  
  А дальше, состоялся разговор, в ходе которого я пытался понять: чему научился Павел Карлович в Техасе? Результат меня порадовал. Человек получил опыт ведения современной войны и сделанные им выводы я счел правильными.
  
  - Ну что же, я рад за вас и окончательно убедился в том, что вы и есть тот человек, которому стоит доверить командование конно-механизированной группой. К сожалению, времени в вашем распоряжении немного. Всего месяц. За это время, вам предстоит сформировать эту группу, произвести боевое сколачивание и подготовить ее к выполнению поставленной задачи. Кстати, можете воспользоваться моим узлом связи. Вам ведь предстоит сформировать штаб КМГ, а для этого нужно собрать подходящих офицеров. Кандидатуры - на ваш выбор. И приступайте к выполнению задания сейчас же. Ну а за царем служба не пропадет!
  
  Расставшись с новоиспеченным генералом от кавалерии, я вернулся к балканским делам. Сейчас на Балканах не только болгары с румынами бьются. Черногорцы с итальянцами начали наступление в Санджаке. А вслед за ними в войну вступили сербы и нанесли удар навстречу своим союзникам. Вообще, я иногда задумываюсь: а стоило ли мне губить Карагеоргиевичей ради Обреновичей? Кто из них хуже? Вот в чем вопрос. Австрийцы не для того всячески опекали Обреновичей, чтобы он отнимал земли у австрийского союзника - турков. Вене хотелось, чтобы сербы совместно с румынами громили болгар. И это были не пустые желания. Сербская армия действительно начинала сосредотачиваться на границе с Болгарией. А дальше, что то произошло. Конечно, король Мирко должен был знать о войне с болгарами в 1885 году. Да и его советники наверняка ему подсказывали, что народ не горит желанием биться с соседними славянами. Кроме того, мнение России они наверняка учли. Но этого было мало. Могли бы и в стороне от драки отсидеться. Но что-то заставило Мирко пойти на порчу отношений австрийцами. Хотя, чего тут гадать? В свете того, что сейчас у турков происходит, все становится на свои места. Младотурки - это ставленники Германии и Австро-Венгрии. А Абдул-Гамид со своей еврейской принцессой, это ставка французских Ротшильдов. И выходит, что Ротшильды, договорившись со своими австрийскими родственниками, намекнули Мирко насчет способа повышения популярности в народе. Ну и конечно же деньги. Ибо у балканской нищеты, после "Лени Голубкова" денег ни на что не оставалось. Ту недавнюю аферу с акциями "Общества Черноморских проливов", народная молва считает затеей Ротшильдов.
  Не остались в стороне и греки, сумевшие получить займ у Ротшильдов. В качестве обеспечения займа, они уступали заемщикам часть той суммы репараций, которую предстояло еще получить с побежденных американцев. В любом случае, греки рассчитывали выскочить из той долговой ловушки, в которую они влезли. Помимо еще не полученных репараций, они надеялись на доходы с новых земель, которые предстояло еще освободить от турков. В своей конечной победе они не сомневались. Их флот, совместно с итальянским Начал операции в Эгейском море. И первой успешной операцией был захват Крита. Не стоит этому удивляться. В этом мире Крит принадлежал туркам вовсе не формально. Китай и Америка поглотили внимание великих держав и потому в бассейне Средиземного моря не произошли события, известные в моем времени. Позиции турков в этом регионе были еще крепки и потому важный в стратегическом плане Крит, они продолжали удерживать. Но революция младотурков и бегство Абдул-Гамида все изменило. Гарнизон Крита, не вовлеченный в столичные интриги, до сего момента так и не выбрал, какую сторону конфликта ему поддерживать. Приказы шли с обеих сторон и конечно же противоречили друг-другу. Но с с появлением у берегов острова итало-греческого флота, турецким войскам пришлось делать окончательный выбор. И сделать его помогла явившаяся на день позже французская эскадра.
  Суть ультиматума, что выдвинули незваные гости, была такова: гарнизон освобождает от своего присутствия Крит и эвакуируется в Хайфу. Ну а местное мусульманское население может покинуть остров на французских кораблях вместе с гарнизоном. Гарантами безопасности будут французы.
  Вслед за Критом, начались операции двух флотов в Эгейском море. Но тут туркам нашлось чем удивить своих противников. За год до войны, они с помощью немцев оборудовали два рейдера-носителя: "Диабекир" и "Туркоман". Первый нес на борту четыре минных катера с газолиновыми двигателями. Второй- два минных катера и две подводные лодки. Артиллерийское вооружение носителей - четыре шестидюймовых орудия Круппа и четыре 75 мм противодирижабельные пушки, которые можно было применять и в качестве противоминной артиллерии. В поддержку носителей был направлен бронепалубный крейсер "Хамидие". Во главе этого рейдового отряда был поставлен решительный и энергичный капитан первого ранга Рамзи-бей. Рейд турецкого отряда привел к тому, что греки с итальянцами вместо блокады Дарданелл, вынуждены были защищать свою морскую торговлю. Насколько удачно? Интересный вопрос! Особенно если оценить итоги рейда Рамзи-бея. А они внушали. В общем, греческое судоходство в Эгейском море накрылось медным тазом. Более того, после атаки малой субмарины, надолго вышел из строя греческий крейсер "Георгиос Авероф". Пострадали и итальянцы, потерявшие от ночных торпедных атак две мореходные канонерки. А спустя месяц, турки высадили десант на Лемносе и захватили его полностью.
  На суше дела греков шли лучше, но отсутствие на театре военных действий болгарской армии, все-таки сказывалось. Имея возможность более свободно распоряжаться своими резервами, турки за счет своей Восточной армии, усилили войска в Македонии и Эпире. В итоге, наступавшие из Фессалии на Салоники греческие войска после окончившейся ничейным результатом битве при Сарантопоро были остановлены. А в Эпире, удачно начавшееся наступление, закончилось поражением греческих войск.
  Более драматично развивались события в Санджаке. Удары Итало-черногорских войск, хоть и с большим трудом, но были отражены. При этом, была разгромлена итальянская дивизия 'Эмиллия-Романья'. Здесь турки одолевали своих врагов не умением, численным превосходством. Своевременное вступление в войну Сербии, помогло избежать итальянцам и черногорцам полного разгрома. Более того, туркам пришлось отступить из Санджака, но возможность для организации контрнаступления они сохранили.
  Кто его знает, как бы пошла дальнейшая война, если бы не австрийцы. Им совсем не нравилось то, что творилось на Балканах. Против войны румын с болгарами они не возражали. Но ослабление турок в их планах не значилось. Первым ощутил на себе австрийское недовольство король Мирко. Ему прямым текстом было заявлено, что разгром Османской империи, это совсем не то, что одобрит Вена и захват турецких провинций не способствует дальнейшему улучшению сложившихся отношений. То же самое было заявлено и черногорцам. Свои слова австрийцы подкрепили более весомыми аргументами в виде дивизий на территории Албании, Далмации и речными мониторами на Дунае.
  Игнорировать австрийские угрозы Мирко не мог. Но и идти на уступки, имея хоть небольшую, но победу, он тоже не хотел. Перемирие объявлено не было, но боевые действия на время прекратились. Началась торговля. Не желающие отказываться от своих целей, сербы внезапно вспомнили про меня. А вспомнив, постарались напомнить о давних и братских чувствах, которые объединяют сербский и русский народы. Поэтому, король Мирко не поленился сесть на дирижабль и прилететь в Крым. Вслед за ним, спешно прилетели черногорский князь Никола I Петрович и его дочь, а по совместительству и королева Италии Елена. И вся эта коронованная свора принялась меня охмурять, требуя всесторонней поддержки в их споре с Веной.
  
  - Но позвольте, - возразил я, - вы прекрасно знаете мою позицию: я против решения спорных вопросов с помощью войны! У вас есть претензии к туркам. Которые не обязательно решать военным путем. Ведь есть и мирные способы решения проблем. Садитесь за стол переговоров и решайте их без пролития крови.
  - Но мой царственный брат, - возразил Никола Черногорский, - вы ведь сами принимаете участие в войне между румынами и болгарами. Вам ли говорить о миролюбии?
  - Именно мое миролюбие и подвигло меня встать на защиту того, кто подвергся нападению. Вы не находите, что это совершенно иное дело?
  - Но тогда, следуя этой логике, вы должны сейчас защищать врагов христианства, а не оказывать помощь своим единоверцам, - попыталась подколоть меня Елена.
  - А это тоже иное дело. Помимо моральной стороны дела, есть и чисто практические резоны. Турки никоим образом не вредят интересам России, а у России нет причин для вмешательства в турецкие дела. Я вообще не вижу резона посылать свою армию на Балканы. Что касается тех русских поданных, что воюют сейчас против румын, то это вопрос к великому князю Финляндскому. Это его войска пришли на защиту болгарской земли.
  
  Целую неделю вся эта свора попрошаек пыталась меня свернуть с пути истинного, а я постоянно им отказывал в проявлении любезности за российский счет.
  
  - Я не понимаю, почему я должен вмешиваться в ваши споры с правителем Двуединой монархии? И при этом совершенно бесплатно!
  
  Эту фразу я просто обязан был сказать. Пусть эти чудесные господа считают меня бессовестным вымогателем! Грех этот невелик и Россия меня за него простит. Но ведь никакое благодеяние не должно оставаться без вознаграждения! И это кстати, один из принципов европейской феодальной аристократии. Которому она строго следовала в течении многих веков. Так что упрекать меня в неблагородном поведении не стоит. И нужно сказать, что неприкрытый намек на взятку хоть и шокировал переговорщиков, но одновременно и обнадежил: значит дело только в деньгах! И пошел торг. Я сразу задрал цену: десять миллионов швейцарских франков за посреднические услуги. Николе Черногорскому, который всегда был неравнодушен к деньгам, такая сумма показалась чрезмерной. О чем он прямо и заявил.
  
  - Мой брат, - отвечал ему я, - всякий аппетит должен соответствовать размеру тела. А Россия, страна не маленькая. Ее эта сумма не насытит. Но она должна хотя бы насладиться запахом этих денег!
  - Но мой брат! - возопила итальянская королева, - эта сумма значительно превышает ваш цивильный лист!
  
  А это уже прямой намек на то, что деньги я беру не на государственные нужды, а на личные. И завуалированный намек на то, что скоро в России могут появиться прокламации, в которых поведают народу о том, что царь-батюшка лишь притворяется таковым, а на деле банальный взяточник, не брезгующий грабить братские славянские народы.
  
  - Сестра! Пусть вас не беспокоят эти деньги. Я найду им правильное применение. Причем такое, что вы останетесь довольны, а у австрийцев исчезнут всяческие претензии к вам.
   В общем, при всей своей настойчивости, ни сербы, ни черногорцы, ни итальянцы никаких уступок от меня не добились. Десять миллионов и ни сантима меньше! Что удивительно, деньги поступили на специально открытый счет довольно быстро. Дальнейшее было делом техники. Мои "врачи без границ" лечили и турецких раненых, а потому выход на турецкое командование у них был. Ничего сложного придумывать не пришлось. Обычные взятки нужным людям, которые согласились нарушить недавно установленное перемирие. Война, остановленная усилиями австрийских дипломатов, вспыхнула вновь. При этом, мною была израсходована лишь пятая часть переведенной на счет суммы.
  Первыми под раздачу попали итальянцы. Турецкие генералы быстро поняли, какие из войск союзников самые слабые. На этот раз громили берсальеров. И наверное извели бы их под корень, если бы не верность долгу и отвага союзников черногорцев. Те выручили макаронников, но и сами потеряли немало. Вмешательство сербов положения не изменило, потому что численное преимущество было за турками и любой успех войск Балканского союза был кратковременным.
  Не сказать, что войска младотурков были лучше войск их противников. Война началась в самый разгар реформ, которые шли под наблюдением немецких советников. И до завершения этих реформ было ох как далеко. Тем не менее, толк от них был. Что и показала война, на которой турецкие войска тоже учились. Драться на равных турки еще не могли, но нападать всемером на одного не боялись. Правда, теперь они и втроем на одного перестали бояться нападать. Иметь численное преимущество им позволяло отсутствие угрозы во Фракии и вялые боевые действия в Азии.
  Беглый султан Абдул-Гамид, довольно быстро пришел в себя после бегства. Сейчас он сидел в Дамаске и формировал новое правительство и новый двор. Ну а провинциальные власти оставались прежними. Не сказать, что они испытывали любовь к старому султану. Просто глупо перечить человеку, в распоряжении которого хоть какая то армия. Тем более, что она росла в численности, хотя сильно уступала по качеству тем войскам, что были в распоряжении младотурок. Основу армии Абдул-Гамида составляли войска, расквартированные в Месопотамии, Аравии, Сирии, Палестине и Ливии. Чуть позже к ним добавились гарнизоны, эвакуированные французами с Крита. Все это были не самые лучшие по качеству войска, рассчитывать на них в полевых сражениях не приходилось. Тем не менее, это была армия, которую приводили в порядок внезапно возникшие французские инструктора.
  Если регулярные части уже существовали и их предстояло лишь пополнить резервистами из местных мусульман, да дополнительно вооружить, то с добровольческими частями дела обстояли иначе. Речь идет о христианских и иудейских войсках. Христиане - это в основном армянские "добровольцы", которых призывать пришлось очень даже принудительно. Боеспособность армянских частей была низкая. И дело тут не только в низкой мотивации личного состава. Армян ведь не призывали до этого на службу и потому обучать их пришлось с нуля. Положение усугубляло то, что среди турецких армян совсем не было тех, кто ранее служил в качестве офицера. А французскими инструкторами положение было не исправить. Во-первых, их было мало. А во-вторых, они не владели ни армянским, ни турецким языками, а у армян мало кто владел французским. В отчаянии, французы обратились ко мне, с просьбою, командировать для участия в обучении личного состава тех армян, что имеют опыт службы в Российской армии и дослужились до офицерских чинов. Впрочем, унтер-офицерами французы тоже брезговать не собирались.
  
  - Полковник, - отвечал я французскому военному атташе, передавшего мне эту просьбу, - в принципе, я не против. Но дело в том, что потребных вам людей в России мало. Армяне - нация торговая, а не воинственная. А потому, службой в армии мало кто из армян интересуется.
  - Ваше величество, но мы и этому будем рады...
  - Я еще не закончил. Проблема еще в том, что власть над умами армян имеют разного рода смутьяны, мечтающие о несбыточном - Великой Армении, которая должна образоваться между трех морей: Каспийским, Черным и Средиземным. И если его величество Абдул-Гамид даст армянам хоть какое то обещание на этот счет, то отбоя от добровольцев не будет.
  - Я вас внимательно слушаю, - насторожился полковник Жанен, после того, как я взял паузу в разговоре.
  - Я буду откровенен с вами. Мне дорого то спокойствие, в котором ныне пребывает Россия. Но спокойствие это легко нарушить, если за дело возьмутся те смутьяны, которых у нас хватает. Я ничего не имею против Великой Армении, но с условием, что ей для этого не потребуются земли, принадлежащие России. А такая опасность есть. Ибо армяне умеют захватывать чужие земли. Судите сами: расположенный в грузинских землях Тифлис, населен вовсе не грузинами. Точно так же обстоят дела и с Баку. По факту, это давно уже армянские города! Но это Кавказ. А как обстоят дела в России? Точно так же. Ласково улыбаясь, этот народ потихоньку вытесняет русское население из целых городских кварталов на Юге России. Даже в казачьих областях! Мне уже жалуются, что в иных городах, без согласия армянской общины, русские люди не могут даже православный храм построить! И я ничего не могу с этим поделать. Потому что формально, армяне не нарушают моих законов и не бунтуют. Я не могу творить произвол и наказывать людей только за то, что они хитрыми уродились.
  
  Полковник Жанен уже понял, к чему я клоню, рассказывая ему страшилки, придуманные азербайджанцами моего времени. Кстати, в чем то они были правы. Армяне, были нашими надежнейшими агентами и без их помощи завоевать Кавказ вряд ли бы вышло. Но прошли те времена, когда дела обстояли именно так. Ныне же, не без помощи самих французов, армяне начали играть в собственные игры. Верхушке их общества уже мало было той защиты, что обеспечивала им Россия. Она возжелала большего: полной независимости и конечно же вхождения в состав семьи европейских народов. А французы уже давно вывесили перед их носом эту вкусную морковку.
  Если кто считает, что мне совсем не нравятся армяне и я их стремлюсь извести, то он просто далек от понимания моей политики. Я не против пребывания того или иного народа в составе нашего государства. Но я против излишне активной инородческой верхушки. И потому, стремлюсь сплавить ее, кому угодно.
  Неглупый Жанен уже понял, что я с удовольствием сплавлю ему весь "Дашнакцутюн". И даже помогу обучить военному делу этих любителей армянского варианта национал-социализма. Но сделаю я это не бесплатно. Отправленные на войну добровольцы не должны вернуться назад. Как это сделают французы, меня не волнует. Но только на таком условии я окажу им потребную помощь. Обалдевший от такой откровенности Жанен только и смог сказать:
  
  - Ваше величество! Но ведь это бесчеловечно! Франция никогда не станет поступать столь низко с людьми, которые доверились ее благородству!
  - Полковник! Я вам не предлагал совершать тех подлых поступков, о которых вы подумали. Не вернуться домой человек может по разным причинам. Например, жизнь ему на новом месте будет больше нравиться, нежели на старом. Армяне мечтают о Великой Армении? Чудесно! Я их вполне понимаю и готов способствовать осуществлению их мечты. Пусть эта мечта сбудется. Но не на территории Российской империи.
  - Да, но как быть с Восточной Арменией?
  - Восточная Армения пусть и дальше входит в состав Российской Империи. Она будет страховкой для армян на случай неудачи. Местом, где при любых обстоятельствах они могут сохраниться как культурный народ.
  
  
  Намного лучше обстояли дела с еврейскими формированиями. Вот у кого энтузиазм зашкаливал! И я был доволен тем, что сплавил подальше столь активных подданых. Пусть лучше защищают свои нефтепромыслы, чем подстрекают народ к бунту. И нужно сказать, что тот путь формирования собственной государственности иммигрантов пока что устраивал. Они жили близко к своим святыням. Причем, не только в Палестине. Их романтики довольно быстро вспомнили о том, что Абрам и Сара вообще то родились в Мессопотамии и города Ур и Харран тоже в некотором роде для них являются святынями. Как и Вавилон. Конечно, сейчас этих городов уже нет, но ведь археологи уже откапывают их развалины. Так почему бы евреям не совершать паломничество на их развалины? Ну а то, что рядом с археологами успешно трудятся геологи, лишний раз убеждает сионистов в правильности сделанного выбора. И потому я не сомневался: за древние святыни и открытые недавно месторождения нефти, евреи будут драться отчаянно. Правда, была одна проблема. Личный состав Армии Обороны Израиля подготовлен более чем удовлетворительно. Но это рядовой состав. С натяжкой, но то же самое можно сказать и про унтер-офицерский состав. А вот с офицерами проблема. Прежние инструктора, поданные Двуединой монархии и Второго Рейха, по понятным причинам командовать этим ополчением не могли. А потому:
  
  - Полковник! Вы не подскажите мне, как обстоят дела с беднягой Дрейфусом?
  
  Полковник Жанен врубился с полуоборота. "Дело Дрейфуса" было еще на памяти у большинства французов. Самого капитана уже помиловали и даже вновь приняли на службу. Но ведь он был не один такой хороший. Евреев в офицерском корпусе у французов хватало. Можно даже сказать, что их было непропорционально много. И это не нравилось ни монархистам, ни правым радикалам. Так в чем же дело? Пусть эти люди защищают интересы французского капитала, командуя своими соплеменниками! Будут и волки целы и овцы сыты. Ну а я сделаю на этом свой маленький бизнес. А то мой "Военторг" жалуется на плохую конъюнктуру.
  Кстати, об оружии! Чувствую, что недолго мне удастся водить мир за нос. Сверхтяжелые танки и дирижабли - это тупик. И скоро это поймут все. Тем более, если у болгар все получится так, как я задумал. В Европе ведь не дураки живут и энтузиасты легкой бронетехники да аэропланов там имеются. Но им пока не дают как следует проявить себя. Все верят в дирижабли и осадно-штурмовые монстры. Но неизбежное поражение румынов может прочистить мозги обитателям военных министерств. И что тут сделаешь? Только одно: как можно дольше сбивать людей с толку. Поэтому, даем "сливным бачкам" новую установку: создание ложной статистики потерь. То есть, безбожно завышать потери наших летунов и бронеходчиков. Благо, что у нас хватает теперь собственной агентуры среди западных СМИ. Но не только на газетные "утки" мой расчет. Пусть службы Батюшина и Ежевского организуют утечки информации.
  Сказано - сделано!
  Спустя неделю, в Южной Добрудже разбился наш самолет связи, пилот которого благополучно покинул его, воспользовавшись парашютом. Прибывшие на место крушения румынские кавалеристы нашли среди обломков опечатанную сумку с документами. А в документах этих - статистика потерь Финского корпуса среди личного состава и техники. А заодно названы и причины этих потерь. Так румыны узнали о собственных невероятных достижениях на поле боя. Из подкинутых отчетов следовало, что из 88 аэропланов, бывших изначально на этом театре военных действий, потеряно в общей сложности 482 машины. Почему так? А потому, что русские взамен потерянной техники немедленно завозили новую. Число боевых вылето, которое мы указали в 'отчете' было значительно меньшим, нежели в реальности. И выходило, что в среднем, до сбития, аэроплана хватало на 1.3 боевых вылета.
  Конечно, был риск, что румыны не поверят в столь высокую результативность своего оружия. Ведь они вовсе не наблюдали массового сбития наших этажерок. Мы это учли и потому в качестве основной причины гибели самолетов в отчете была названа "авария при посадке на аэродром, как следствие полученных в бою повреждений". Была также дана экономическая оценка применения аппаратов тяжелее воздуха. Исходя из нее, читающим отчет становилось ясно: несмотря на дороговизну, дирижабли обходятся дешевле аэропланов. Русские потратились почти на пять сотен аэропланов которые хватило на один-два вылета. Сбросили при этом на противника всего 130 тонн бомб. А вот румынские 16 дирижаблей все в строю и сбросили на головы болгар в десять раз больше. Повреждения конечно есть, но фатальных не было.
  Отдельный отчет был по действиям бронеходных бригад. Согласно ему, доблестные румынские воины подбили и уничтожили в общей сложности 284 бронехода. Большинство которых удалось эвакуировать с поля боя, но с введением их в строй есть проблемы. Две трети машин годятся лишь в качестве источника запчастей и на металлолом. При этом, румынские танкисты не потеряли ни одной машины. И опять выходило, что принятая в Европе концепция более экономична и эффективна. А потому, не стоит брать пример с русских дикарей, которые гоняются за дешивизною. Мы не только румынам сливали свои данные. Французам также кое-что перепало.
  
  

7. Протоколы Ялтинских мудрецов

  
  Чудные дела порою творятся в этом мире! Нынешняя Ялта уже вполне тянет на неплохой курорт, но одновременно она стала и моей летней резиденцией. А коль так, то Министерству двора пришлось озаботиться теми удобствами, без которых не может обойтись правящий монарх. Прежде всего - узел правительственной связи. Ялтинская радиостанция пожалуй будет самой мощной в бассейне Черного моря. Но радиосвязь и телеграф это не все заботы. Транспортная связь тоже требуется. А потому от Ялты до Симферополя проложена неплохая шоссейная дорога. Регулярные автобусные рейсы организованы, но они имеют свою специфику. Чиновников высокого ранга приходится возить в бронеавтомобилях. А что поделать? Некоторые из них так себя ведут, что приходится их уберегать от покушений. Тот же Владимир Ильич стольким уважаемым людям портил жизнь, что убрать его с пути готовы многие. Вот и приходится заботиться о жизни и здоровье популярного в пролетарской среде деятеля российского социал-монархизма. Ильич конечно любит велосипедные прогулки и с удовольствием бы их совершал. Но у его охраны четкие инструкции: все перемещения только под прикрытием брони и пулеметов. Поэтому, в Симферопольском государственном АТП имеется рота броневиков в количестве шестнадцати штук. Правда, пользуются броневиками не только важные чины. Фельдегеря их используют намного чаще.
  Помимо броневиков, это АТП располагает значительным парком автобусов на паровой тяге. Это уже для коммерческих рейсов. И здесь тоже имеются свои особенности. Общество у нас как и встарь, является сословным. А потому, важные персоны не горят желанием находиться в одном салоне с простолюдинами. А раз так, то любой каприз за ваши деньги. Для богатых снобов имеются автобусы оборудованные роскошным салоном с буфетом и хорошо обученной прислугой. Публика попроще получает в свое распоряжение вполне комфортабельные салоны с сидячими местами. Ну а для совсем простой публики на линию выходят автобусы типа школьной развозки, с чьей то легкой руки прозванные "скотовозами". Там вообще ничего кроме съемных деревянных лавок и тента над головой, пассажирам не предоставляется. Но народ и "скотовозами" доволен. Правда, используют их не только для пассажирских перевозок. Довольно часто их заказывают разного рода торговцы для перевозки своих товаров. Впрочем, торгошам уже намекнули, что пользоваться услугами государственного предприятия не возбраняется, но пора проявлять и частную инициативу. Свои транспортные хозяйства заводить. Но с этим пока что дела обстоят не очень. Разве что среди крупных рыботорговцев наметилось шевеление. Зато иностранный капитал подсуетился. Компания Цеппелина охотно приняла участие в строительстве Симферопольского аэроузла и организации регулярных пассажирских и почтовых рейсов в Киев, Москву, Тифлис, Баку, Константинополь, Софию ... Ну а в самой Ялте выделена специальная акватория для курьерских гидропланов. Но это уже чисто государственная служба.
  Не забыл я и про морской транспорт. Именно я озаботился строительством в Ялте приличного пассажирского порта. Впрочем, частной инициативе тут тоже нашлось место. Нашлись богатые буратины, которым захотелось проводить отдых на море более активно. Например, занимаясь парусным спортом. А я разве против? Вот и появились яхтклубы с причалами и прочим береговым хозяйством.
  Все это привело к росту населения города. И тут была своя особенность. Прежде всего она касалась городской управы. Согласитесь, что царская резиденция просто обязана иметь особый режим. А потому, случайные люди в состав городской управы не попадали. Только те, кто прошел через фильтр, организованный моей службой безопасности. Как правило, это были отставники, чья прежняя служба была беспорочна. То же самое касалось и чинов городской полиции, пожарной охраны да спасателей на водах. Жалование они получали из городской казны, но оно не было единственным источником их доходов. Разного рода премии да доплаты позволяли этим служителям с презрением относиться к предложениям взяток и прочих посулов. Их и так неплохо кормят.
  Была еще одна особенность местной жизни. Как и во всем мире, места сбора богатой публики весьма привлекательны для разного рода нежелательных элементов. В первую очередь сюда начало слетаться ворье. Как слетелось, так и разлетелось. И вовсе не потому, что с криминалом справилась местная полиция. Насколько я знаю, нигде в мире полиция не могла полностью ликвидировать преступность. В Ялте мы поступили иначе, хотя без усилий полиции и тут не обошлось. Мы просто способствовали образованию крепкой ялтинской ОПГ, которую возглавили способные к сотрудничеству воровские авторитеты. Этим ребятам было поставлено четкое условие: никакого беспредела. Свои набедокурили или залетные, нам без разницы. На беспредел криминала ответом будет полицейский беспредел. Поэтому, никакого грабежа на улицах, квартирных краж и налетов. Делайте свое дело тихо и претензий к вам не возникнет. И не забывайте отчитываться перед местным полицмейстером.
  И нужно сказать, порядок ялтинские братки навели образцовый. Тех кто не внял увещеваниям, наказывали сурово. Благодаря этому, Ялта стала самым безопасным городом в России. Куда то пропали уличные попрошайки, безбилетные проститутки, грабители и налетчики. Понятно, что разного рода мошенники, шулеры, карманники... своим промыслом заниматься не перестали. Но все это не отражалось на том общем спокойствии, которое установилось в городе и окрестностях.
  В общем, летом я мог управлять Россией и отсюда. Но осенью я обычно возвращался в Северную столицу. Но только не в этом году. Войны на Балканах и Ближнем Востоке требовали, чтобы я и дальше находился поближе к месту событий. И это имело последствия. В один прекрасный день, представитель 'неизвестных', Константин Семенович, сообщил мне, что со мной желает встретиться никто иной как их глава.
  
  - Зовут его Лазарев Иван Петрович, - ориентировал меня Константин Семенович, - сразу вас предупреждаю, это его псевдоним. Своими настоящими именами мы здесь не пользуемся.
  - Он мне каким то образом знаком?
  - Нет, Николай Александрович, не знаком. В том мире он был доверенным лицом одного весьма важного деятеля. Но публичной личностью он не был. Даже мы, стоящие в основе этого проекта, практически ничего не знаем про его настоящую жизнь.
  
  Ну что же, я не против этой встречи. А то как то неловко выходит. Сидит эта тварь в Якутске, куда я так ни разу не приезжал и творит свои темные дела. При этом, он про меня знает все, а я про него ничего.
  
  - Ну что же, пусть приезжает когда захочет. Вот только насчет удобного для него времени ничего не обещаю. Сами знаете, я человек не праздный и лишним временем не располагаю.
  
  Оказалось, что "краснозвездный босс" уже прибыл в Ялту и готов встретиться со мною в любой момент.
  
  - В любой момент? Ну это только вечером. Объясните ему, что приемные часы у меня расписаны заранее. А если срочно и вне графика приемов, то только вне служебного времени.
  
  Нежданный гость время терять не хотел, а потому согласился на позднее время суток. Встреча с ним проходила в форме обычных посиделок, в ходе которой мы приговорили пузырь на двоих. Это кстати не оборот речи. Посидели мы действительно душевно. Как в старые добрые времена. Мы оба были не против простого оформления стола. А потому в роли закуски была вареная картошка с селедкой и солеными огурцами, да простым ржаным хлебом. Иван Петрович не сразу заговорил о насущных для него делах. Понимая, что для более или менее доверительных отношений нужно хоть что-то рассказать о себе, он именно с этого и начал разговор.
  Происхождения он был самого простого - крестьянского. До призыва в армию жил себе в селе и ничем особенным не выделялся среди ровесников. Ну а потом, была "срочка" в погранвойсках. На спокойной границе с Финляндией. После "дембеля" вернулся домой и поступил в торговый институт.
  
  - Особо выбирать не приходилось. Я просто понимал, что с моим колхозным образованием, да еще после армии, в приличный институт вряд ли поступлю. А в торговый, в те времена в основном девки шли. Парней он обычно не привлекал. Может быть и я не пошел бы туда, да один умный человек подсказал, что у мужиков в системе советской торговли карьера быстрей идет, нежели у баб.
  
  Как водится, где то к третьему курсу Иван Петрович начал понимать, куда он собственно говоря попал. Карьеру в этой системе он действительно мог сделать легко. Но с той же легкостью мог и присесть на скамью подсудимых. Что очень его не устраивало. А потому, решил он делать карьеру по общественной линии. Для начала, через комсомол. Стать комсоргом курса ему удалось. А там и в партию вступил. Дальнейшую свою судьбу видел в роли освобожденного комсомольского работника в одном из торговых трестов. Но человек предполагает, а власть по своему решает. Ближе к выпуску его пригласили на собеседование в Контору Глубокого Бурения. Там ему сделали предложение, от которого он не стал отказываться. После выпуска была годичная учеба в одной из номерных школ, после чего молодой лейтенант был направлен в распоряжение начальника Шестого управления КГБ.
  
  - Это, если вы не в курсе, экономическая контрразведка и промышленная безопасность. Учитывая мое экономическое образование, меня направили работать в систему Госбанка СССР. В общем, с той поры вся моя жизнь связана и с финансами, и с политикой.
  
  Ко времени распада СССР, Иван Петрович успел сделать довольно неплохую карьеру. Причем, в момент развала страны смог примкнуть к "нужной" команде.
  
  - Тут дело такое. Для большинства людей развал страны - катастрофа. А вот для тех, кто не запаниковал и умеет делать выводы, это самое золотое время, когда возможно все. Правда, дураков хватает и среди ловкачей. Хапнуть по-крупному денег, много ума не надо. Самое сложное - удержать все это богатство в своих руках. Те дураки, кто этого не понимал, ныне либо в бегах, либо в могилах. Умные люди в то время не делали слишком резких движений. Потому что любой успех нужно как следует закреплять. Да так закреплять, чтобы тебя сожрать не смогли.
  - В общем, Иван Петрович, тут мне все понятно. Вы бы лучше о деле своем поговорили.
  - О деле? Можно и о нем. А дело у меня такое: мы утратили связь с Центром. Осиротели в общем. Причем, способствовали этому делу вы.
  - И каким же образом?
  
  ПРОДОЛЖЕНИЕ
  
  Из объяснений Ивана Петровича я узнал, что хоть он и был руководителем "Ред Стар", но хозяином его не был. Настоящие хозяева сидели не в этом времени и соваться сюда изначально не собирались. Во всяком случае Ивану Петровичу о ни о чем подобном не говорили. Ему многое чего не говорили. Хотя инструкциями до недавнего времени снабжали и ответные доклады получали.
  
  - Так я не понял, почему пропажа связи для тебя трагедия? Я например, почти шестнадцать лет тут живу и от отсутствия начальников надо мной не страдаю. Так и вам, стоит ли печалиться? Ныне вы сами себе хозяева...
  - Саныч! Ты позволишь по простому? Все-таки мы в равных с тобою чинах, хотя по должности мне уже тебя не догнать...
  - Валяй, Петрович!
  - Проблема в том, что это не совсем русский проект. Да ты и сам подумай: кто бы в том мире позволил России бесконтрольно оказывать глобальное воздействие хотя бы и в прошлой жизни?
  - Ты о 'бабочке Бредбери'?
  - Нет Саныч! Бабочки в этом деле не летают, а параллельная реальность создается. Хотя, какая она к бесу параллельная? Расходящаяся - это будет точнее.
  
  Для дальнейшего усвоения информации, одной бутылки явно было мало, поэтому я нажал на звонок и ординарцы принесли все, что требовалось для дальнейшей беседы. В ходе которой выяснились интересные вещи.
  Когда исчезла связь с Центром, Лазарев немедленно взялся трясти засланных в прошлое тех умников, что обеспечивали его компании связь с будущим. Стесняться и миндальничать с ними он уже не видел смысла. Это раньше он их опасался трогать, но теперь. Когда непосредственная нужда в их услугах пропала, умникам пришлось познакомиться с распространенными в этом времени способами поиска истины. Полной информацией о проекте и они не располагали, но кое-что знали больше нашего.
  Никаких способов получения материальной выгоды из производимых в прошлом изменений, в данный момент не существовало. Просто наши затейники пришли к выводу, что ничего хорошего для нашего мира в ближайшие полсотни лет не светит. Противоречий между разными полюсами сил накопилось столько, что существовать бесконфликтно человечество уже не сможет. Проблема еще в том, что эти противоречия не решишь с помощью очередной мировой войны. Конечно, можно устранять конкурентов разлагая их изнутри. И это делается. Но разложение - оружие обоюдоострое. Не только ты воздействуешь. На тебя в ответ тоже воздействуют. Тот же Запад, занимаясь экспортом толерантности, в ответ получает экспорт самого настоящего тоталитаризма.
  
  - Судя по тому, что нам скидывали, сейчас Россия бодается с Западом. Они нам парады извращенцев, а мы им в ответ традиционные ценности. И надо сказать, вполне успешно. Там уже появляются люди, для которых Россия является образцом порядка. А наши все подкидывают и подкидывают дровишки. И рано или поздно, все это полыхнет. Но не локально. Резня может оказаться всемирной. У нас будут резать западников, а на Западе чурок да пидоров. А в итоге, ничем хорошим это не кончится ни для нас, ни для них, ни для прочего человечества. Тем более, что при утрате контроля над развитием событий, найдутся и те, кто пожелает громко хлопнуть дверью. Оно конечно, масштабная экспансия вовне, могла бы снять имеющееся напряжение. Вот только Земля к этому не готова. Чисто технически не готова. А потому, принято решение о создании дублирующей цивилизации.
  
  Интересно однако! Значит хотят начать с относительно чистого листа? Петрович подтвердил: именно с чистого. Но не совсем чистого. Кое-какие тексты решено подредактировать в свою пользу. Правда, поначалу планировалось приступить к редакции позже, но я своими действиями ускорил этот процесс.
  
  - Суди сам Саныч, в результате твоих махинаций на Дальнем Востоке, усилились там позиции России, а японская экспансия направлена совсем в иную сторону. Китай как и в нашем времени раздроблен и слаб, но тем не менее, заставил европейцев потерять много сил и времени на его усмирение и при этом выгоду получили вовсе не те страны, которые с ним воевали. Наибольшую выгоду получил ты и кайзер. При этом, вы не портили отношения с китайцами. А прочие европейцы потеряли китайский рынок. С Америкой и того лучше вышло. Она разгромлена, раздроблена и унижена. Но скоро будет готова вцепиться в горло своим обидчикам. Чтобы еще раз проиграть. Британцы и французы вроде бы и гегемоны, но сильней чем есть уже не станут. Тем более, имея против себя усилившуюся и разбогатевшую без всяких войн Германию. В Африке им тоже немного радости. Твой ход с Заиром и Капской республикой весьма удачен. В общем, потрудился ты не слабо. Но скажу тебе по секрету: в любой момент тебя могли остановить. Но не остановили. Догадываешься почему?
  
  А что тут гадать? Стоит понять, кто получил наибольшие выгоды от моих действий, а чьи интересы я потоптал. Выигрывает от этого Россия и Германия, а проигрывают англосаксы.
  
  - Почти угадал! Только в число выгодополучателей добавь Израиль, Швейцарию, Австрию и Лихтенштейн. Еще одно: не ищи в этом мире тех, кто заказал Георгия. Не знаю, чем он перешел дорогу нашим бывшим хозяевам, но они не единожды тебе гадили. Вспомни покушение на свою супругу. Уверяю, это ОТТУДА ее заказали.
  - А исполнители?
  - Исполнители в большинстве своем здешние. Но есть и засланные. Ты не спускай глаз с того же Председателя Ли. Не здешний он и не поручусь за то, что ему не направили в помощь тех эмиссаров, о которых мы и понятия не имеем.
  
  Ну что же, хорошо если так. Интересно, а каким образом эти самые независимые эмиссары выходили на связь с кураторами из будущего?
  
  - Да через тех же умников, что и мы. От того же Председателя Ли приходил курьер и получал шифровку. Что ему передавали кураторы, не знали и сами умники. Ключи от шифров были вовсе не у них.
  
  Ага, значит без связи остались не только "краснозвездные". И это хорошо. Преимущество теперь у того, кто располагает большим ресурсом. То есть, у меня. Лазарев это первым понял. Понял он также, что может начать собственную игру, не оглядываясь назад. Возможности для этого он имеет немалые. Но и тут обойтись без силового прикрытия у него не выйдет. Вот потому он и примчался в Ялту. Вопрос: в какие игры будут играть прочие осиротевшие засланцы? Наверняка кто-то прибежит ко мне. А остальные найдут себе новых хозяев. Судя по списку выгодополучателей, в проекте участвовал много кто. И вряд ли эти самые концессионеры обошлись дистанционным контролем. Особенно евреи. Да и немцы могли свою агентуру здесь укоренить.
  В этом деле главное иное - возможности мне мешать у засланцев из будущего еще имеются, но уже не такие, какие были раньше. А значит с этой стороны подвоха не будет. Если конечно "Красная Звезда" не затеет собственную игру.
   - Кстати, Петрович, поговорили мы с тобою душевно. Но что дальше?
  
  ПРОДОЛЖЕНИЕ
  
  Дальше пошел разговор о самом интересном: о деньгах и о влиянии денег на мировую политику. Лазарев жаловался на то, что нынешняя норма прибыли недостаточна. Денег у "Красной звезды" не так уж и много. Их совсем не хватает на вытеснение иностранного капитала даже с территории России. Конечно, в Гавайском королевстве, Северной Цин, Корее и Туркестане их позиции прочны и прибыли стабильны. Но уже в Иране имеются серьезные проблемы, а с территории Османской империи их легко потеснили французы и немцы. Аляска уже не приносит никакой прибыли ибо там жизнь замерла. Правда, там, где стоят японские войска, жизнь кипит. Но туда чужаков не пускают. А в Калифорнии вообще полнейшее свинство. Там приходится конкурировать не только с русской казной. Серьезную конкуренцию создает местный Калифорнийский банк и Рокфеллер. С последним явно нужно что то делать. Его "Стандарт Ойл" переживает не лучшие времена. Французы с мексиканцами нагло отжали у него часть бизнеса, а немцы тоже готовы поживиться за его счет. Тем не менее, денег у старика хватает и сдаваться он не собирается. Свои потери он пытается компенсировать деятельностью в Южном Китае. Но самое неприятное - попытка влезть в неподконтрольную англо-французам и немцам Калифорнию.
  
  - Я уже грешным делом подумываю о том, что у Председателя Ли давно не было выгодных контрактов.
  
  Беспокоил Лазарева и великий князь Николай Константинович. А вернее - его деятельность в Калифорнии. Подконтрольный ему Банк княгини Искандер, в течении нескольких месяцев завоевал достаточно прочные позиции на местном финансовом рынке.
  
  - Вообще непонятно что творится. Калифорнийское казначейство выпускает некие "калифорнийские доллары" за которые скоро будут морды бить. Калифорнийский банк ведет операции с обычными долларами, которые стремительно дешевеют да с английским фунтом и французским франком, которые наоборот, дорожают. Там даже не брезгуют мексиканским песо.
  - Петрович, чего ты хочешь от меня? Голову Рокфеллера на золотом блюде или публичной порки целого великого князя?
  
  Ни того, ни другого Петровичу не требовалось. А требовалась ему новая стратегия совместных действий. В условиях потери связи с Центром, это стало неизбежно. Раз исчезла нужда выполнять чужие приказы, значит следует действовать в собственных интересах. Но есть проблема.
  
  - Тут Саныч имеется простая закономерность: в конкурентной борьбе побеждает тот, кто обладает всеми возможностями для победы. А это не только правильно выбранная стратегия и ловкость исполнителей. Главное условие - количество тех ресурсов, что имеется в твоем распоряжении. Да что тебе объяснять? Ты человек военный и в академиях наших вам все прекрасно объясняли.
  
  Тут я с Петровичем был согласен. В истории войн были случаи, когда одним батальоном громили армию. Тот же Котляревский умел это делать. Но это редкие исключения. Чаще всего, если речь идет не о короткой сшибке, а о длительной борьбе, будь ты хоть Наполеоном, хоть Ганнибалом, но рано или поздно, тебе нечем станет воевать. А кто сказал, что в бизнесе будет иначе. Как ты не крутись, но крупная фирма разорит мелкую. А в итоге, поглотит ее.
  
  - Вот именно! Но ведь и в отношении стран это справедливо! Вспоминай, что нам говорили о России? "Неисчерпаемые ресурсы, вся таблица Менделеева...". А на деле что? На деле же мы всегда были с голой задницей. Не потому что дураки. А потому, что всех этих природных богатств у нас было намного меньше, чем у тех же англо-саксов. И даже то, что имеется, до него попробуй доберись. А до чего добрался, попробуй вывези в нужное место. Кстати, ты в курсе, что наибольшую прибыль нам приносят вложения в Корею? Раза в полтора больше, чем все наши вложения в Россию. Почему так, объяснить? Не надо? А ведь Корея, это один случай. С Гаваями тоже все интересно.На одних кредитных операциях, мы зарабатываем столько, сколько вся Россия на экспорте хлеба.
  - Я не понял, а чего ты расплакался? Я что, против твоего бизнеса в Корее и на Гаваях?
  - Ну, в этом ты не замечен. Зато другие против.
  
  Дальше шел рассказ о тяжелых буднях и о трудовых подвигах наживал из будущего. В самом начале своей деятельности, они смогли сорвать неслабый куш, владея нужной для этого информацией и работая на опережение. Однако появление новых, ранее неизвестных игроков было отслежено всеми заинтересованными лицами. Правда, особенного беспокойства это не вызвало. В мире больших финансов это не редкость. Иногда, мелкие игроки внезапно становятся богатенькими. Но это ненадолго. Серьезные ребята прекрасно понимают, что давить паровозы нужно тогда, когда они еще пребывают в состоянии чайников. Поэтому спустя краткое время, таких скоробогатеньких молодчиков либо подминают под себя, либо напрочь разоряют. "Краснозвездные" это прекрасно понимали и потому поспешили заиметь "крышу" в виде Российской империи. Благо, что в тот момент я в них нуждался. В итоге, они сумели набрать достаточно солидный вес и погубить их было теперь не просто. Впрочем, они и сами не нарывались на грубость.
  Пока ведущие державы мира разбирались сперва с Китаем, а затем с Америкой, "краснозвездные" ловили свою рыбку в мутной воде, не разевая рот на самую вкусную добычу. В итоге, им досталось то, что не привлекло внимания остальных. Конечно, британцы с японцами их выпихнули с Аляски, а французы с Ближнего Востока, но все-равно грех жаловаться на жизнь.
  И все бы хорошо, но по мнению Петровича, удачно играть на противоречиях между великими державами уже не выйдет.
  
  - Наши Палестины, как источник прибыли, мало кому интересны. Но в качестве поставщика пушечного мяса, они много кому нужны. А потому, в покое тебя не оставят. Тем более сейчас, когда много интересного происходит в Латинской Америке.
  - А что там интересного?
  
  Оказывается, эта часть суши является предметом спора между британцами и французами. Британцам недавняя война принесла много убытков и их капитал сейчас не в самой лучшей форме. Зато французский капитал сейчас на подъеме и смог завоевать хорошие позиции в Западном полушарии, сильно уменьшив влияние американцев и подрывая влияние британцев. А если учесть то, что и Германия стала головной болью для Антанты?
  
  - Сейчас, Антанта будет давить на Германию, стараясь выпихнуть ее из Северной Америки и Ближнего Востока. А для этого им требуется твое вмешательство в чужие склоки. Не обязательно война. Как вариант - угроза войны. И если это произойдет, то следующий шаг британцев - загнать в стойло французов. Ради этого они могут пойти на союз с Германией. Тут уже французы зевать не станут. Начнут на тебя давить, чтобы ты ввязался в эту драчку на их стороне. Но и немцы проявят к тебе интерес. Им для сохранения своих позиций на Тихом океане и в районе Персидского залива нужен устойчивый транзит, который обеспечить сможешь лишь ты.
  - Все это Петрович понятно. Но каков в этом деле твой интерес? И кстати, какие резоны мне продолжать крышевать вашу бражку? Ты уж извини меня, но я разницы между вами и заморскими буржуями не вижу. Все вы живете ради прибыли. А раз так, то не то что за 300 процентов, вы и за много меньшую выгоду родную мать продадите. Что вы мне предложите такого, чтобы я не мечтал от вас избавиться?
  - Власть. Такую власть, какую цари никогда не имели.

Оценка: 8.33*41  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик) Т.Ильясов "Знамение. Начало"(Постапокалипсис) А.Субботина "Проклятие для Обреченного"(Любовное фэнтези) О.Миронова "Межгалактическая любовь"(Постапокалипсис) Л.Джонсон "Колдунья"(Боевое фэнтези) В.Кей "У Безумия тоже есть цвет "(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

НОВЫЕ КНИГИ АВТОРОВ СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Сирена иной реальности", И.Мартин "Твой последний шазам", С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"