Абердин Александр: другие произведения.

О, этот дивный, юный мир. - Часть 1.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
  • Аннотация:
    Довольно отдаленное будущее. Маркетолог Виктор Бобров неожиданно для себя становится пенсионером. Правительство, как всегда внезапно, снова снизило планку пенсионного возраста и он оказался на улице. Однако, уныло бредя по городу, он натыкается на объявление и неожиданно для себя принимает участие в отборочном конкурсе. Управление колонизации ищет таланты и совсем уж неожиданно выясняется, что Виктор Бобров, оказывается, может стать управляющим колонии на одной из десяти планет и более того, соглашается. А что ему терять, ведь в свои пятьдесят лет он уже пенсионер, но не все так просто. И этот конкурс проводится с определенной подоплекой, да, и у самого Виктора Боброва совершенно иной взгляд на проблемы колонизации, ведь для него управляющий колонии не герой с медальным профилем, пудовыми кулаками и несгибаемой волей. Для него это прежде всего грамотный менеджер хорошо разбирающийся в маркетинге, сама колонизация планеты представляется выгодным бизнес-предприятием, а колонисты в его понимании это не оголтелая толпа героев с горящими глазами, а заинтересованные в создании новых предприятий бизнесмены и те люди, которые хотят на них работать не боясь того, что их, как Виктора, выгонят на улицу тотчас, как только они доживут до пенсионного возраста и таких, как выяснилось - очень много.


Александр Абердин

О, этот дивный, юный мир

  

Роман

Часть первая. Из менеджеров в колонисты.

Глава первая.

Конкурс на должность управляющего колонией

   В это утро Виктору Борисовичу Боброву не везло с того момента, как только он вышел из спальной. Пока он неторопливо принимал душ, а затем не спеша брился, старший сын тишком умыкнул из гаража его бимобиль и умчался на нём по своим делам, сообщив главе семейства Бобровых об этом по видеофону лишь тогда, когда тот сел завтракать. Стоило ему жалобно посмотреть на жену, как та немедленно заявила:
   - Виктор, не гляди на меня так! Добирайся на работу на чём угодно, но своей машины я тебе не дам. У меня через сорок минут последний сеанс омоложения кожи и я не могу его пропустить. Ты же не хочешь, чтобы я выглядела старухой, милый?
   Вслед за матерью дочь тоже сказала:
   - Пап, даже не пытайся подкатываться ко мне. Мне лететь совсем в другую сторону. Возьми Вовкин скутер, а ещё лучше вызови такси, пока не поздно.
   Вовка сурово отрезал:
   - Батя, у меня на скутере антиграв накрылся, а резина гладкая, спортивная, поэтому ты на нём далеко не уедешь. Так что ты действительно давай, вызывай лучше такси, пока не начался массовый вылет пеньков на природу или ещё куда-нибудь.
   Пеньками младший сын Боброва называл пенсионеров, которых в их респектабельном и благополучном районе в последнее время развелось просто сверх всякой меры. Правительство в очередной раз снизило первый пенсионный возраст с пятидесяти пяти до пятидесяти трёх лет с целью трудоустройства молодых специалистов и более половины его соседей автоматически оказались не у дел. Объяснялось это тем, что нужно трудоустраивать молодёжь, да, тут ещё были увеличены рабочие квоты для тех, кому перевалило за сто лет и кто снова начал трудиться. В общем пеньками в одночасье стало множество совсем ещё не пожилых, энергичных и полных сил людей, которые надеялись, что им удастся поработать ещё хотя бы два года, чтобы закрепить за собой рабочее место на будущее. Увы, но большинству его соседей не повезло. Они, в отличие от Виктора Борисовича, родились на три года раньше и потому уже были пенсионерами, а он мог работать ещё целых три года.
   Памятуя, что у него в этом квартале уже было два опоздания на работу, а за третье могли сделать замечание сотрудники службы занятости, которые терпеть не могли злостные нарушения трудовой дисциплины, он подошел к видеотелефону и набрал номер службы вызова такси. Как только миловидная дама появилась на экране, он сразу же объявил, что даже готов оплатить полёт такси к его дому, лишь бы бимобиль прилетел поскорее и та, сжалившись, сказала, что машина будет возле его дома через семь минут, но они растянулись на целых двадцать. Хотя на работу Виктор Борисович в это утро всё-таки так и не опоздал, он здорово перенервничал, но, тем не менее, с широкой улыбкой на лице бодрой походкой вошел в свой отдел маркетинга компании "Новатех", начальником которого являлся, поприветствовал свою дружную команду и важной походкой прошествовал в кабинет. При этом он с тревогой заметил, что старший маркетолог Дудкин улыбается слишком уж радостно.
   Впрочем чего бы это Дудкину не улыбаться, ведь ему было только тридцать семь лет и у него имелось на иждивении трое не просто несовершеннолетних, а малолетних детей. Уж его-то владелец компании при всём своём желании не сможет выставить за дверь. Старший маркетолог Дудкин хотя и не был очень уж хорошим специалистов, всё же отличался какой-то совершенно невероятной предусмотрительностью. Он даже спланировал рождение своих детей таким образом, что его старшей дочери было сейчас двенадцать лет, а самому младшему сыну всего два годика и таким образом до того момента, пока тому не исполнится двадцать один год, Дудкина с работы никто не посмеет выгнать и он таким образом сможет работать до пятидесяти шести лет.
   Виктор Борисович об этом в своё время не подумал. Все трое его детей были уже совершеннолетними, но при этом никто из них не работал. На их достатке это никак не отражалось, но и иждивенцами они всё равно не были, поскольку получали социальное пособие лишь немного меньше пенсии жены, а вот его возраст был близок к критическому. Полтора месяца назад ему исполнилось ровно пятьдесят лет, но выглядел он в самом худшем случае на тридцать пять и был здоров, как бык. Увы, но внешний вид и его физические кондиции через три года уже не будут играть никакой роли. Закон есть закон, - молодым нужно давать дорогу, да, и о стариках, которые в свои сто и даже двести лет выглядели ничуть не старше него, а зачастую много моложе, тоже были нужны рабочие места.
   Всё так же широко улыбаясь Виктор Борисович вошел в свой кабинет и нажав на кнопку, пригласил к себе заместителя. Прошла минута, другая, но тот не торопился явиться к нему в кабинет с докладом, как это всегда происходило по понедельникам. Он нажал на кнопку снова, прошло ещё три минуты, но зам так и не вошел в кабинет и тогда он сам решил пойти и посмотреть, чем это он занимается в соседней комнате. Ну, а когда Виктор Борисович вошел в кабинет Бориса Петровича Ветрова, то ему тут же чуть не сделалось дурно. Тот небрежно развалился в кресле сняв с себя не только пиджак, но и галстук, да, ещё и расстегнул рубашку на две пуговицы, отчего волосатая, как у шимпанзе, грудь почти оголилась. Более того, у него на столе стояла початая бутылка коньяка и стакан, в котором напитка осталось почти на донышке. Быстро затворив за собой дверь, Виктор Борисович тихо сказал:
   - Боб, быстро приведи себя в порядок.
   - А на фига, Бобёр? - Спросил его Борис Петрович - Парень, ты разве не слышал утром в новостях, что эти уроды опять снизили пенсионный возраст? Старик, мы с тобой уже не менеджеры среднего звена управления, мы превратились в пеньков. С минуты на минуту в наш отдел ввалится инспектор пенсионной службы и мы покинем эту идиотскую контору Никанора и будем целых пятьдесят лет с упоением валять дурака, бить баклуши и что там ещё делают пеньки? Ах, да, забивать козла под липой.
   От этих слов у Виктора Борисовича потемнело в глазах и он, сделав шаг к стулу, рухнул на него, как подкошенный, и слабым голосом спросил приятеля:
   - Боб, ты не врёшь?
   Тот откинул со стола в сторону какую-то папку и молча протянул ему тонкую пластину электронной газеты. Там было написано в самом верху крупными буквами: - "С целью обеспечения рабочими местами молодёжи, правительство Земли начиная с первого мая снижает пенсионный возраст до пятидесяти лет!" Прочитав эти строки, Виктор Борисович прорычал:
   - Уроды! - После чего горестно вздохнул и сказал - Плесни и мне коньяку, Боб. Вылетать на пенсию, так с песнями. - Его друг сочувственно хмыкнул и достал из ящика письменного стола второй стакан и половину плитки шоколада, а Виктор Борисович кивая головой промолвил - Слушай, Боб, так у нас чуть ли не треть народа на улицу вылетит сегодня. То-то я смотрю, Дудкин лыбится, аж рот до ушей. Да, вот теперь за маркетинг я буду полностью спокоен. У Кабана и так дела в последнее время не ахти как идут, а с таким начальником отдела маркетинга он и вовсе может пойти и повеситься в сортире, если найдёт такую верёвку, которая выдержит его тушу. Нет, лучше ему застрелиться, так оно будет надежнее. Ну, давай выпьем за домино.
   Они чокнулись, выпили по полстакана коньяку и Борис Петрович сказал уверенным тоном:
   - Нет, Бобёр, Кабану не дадут разориться. Все маркетинговые промахи Дудкина, а они, поверь, будут просто грандиозные, покроет страховая компания, потом Кабан сообразит, что его нужно перевести в другой отдел с повышением зарплаты и всё как-нибудь, да, устаканится. Знаешь, Витя, в этой ситуации меня больше всего злит то, что мы с тобой вкалывали за добрую половину сотрудников отдела, вытягивали эту лавочку только на одной нашей с тобой изворотливости, а Кабан этого так и не оценил по достоинству. Блин, как же достала меня вся эта уравниловка, весь этот идиотизм и болтовня о справедливости.
   Виктор Борисович хотел было поддержать этот разговор, поскольку считал точно так же, но вспомнив, что они уже оба пенсионеры, вовремя одумался и сказал:
   - Боря, не рви себе душу на части. Мы оба знаем, что Кабан здесь не при чём. Во всём виновата наша долбанная система всеобщего трудоустройства, которая позволяет лодырям просиживать в таких отделах, как наш, на усреднёнке.
   Оба пенсионера, которые были в недавнем прошлом без всякого преувеличения талантливыми маркетолагами, замолчали и выпили ещё по полстакана коньяку. Разговор у них что-то перестал клеиться и Виктор Борисович хотел было встать и вернуться в свой кабинет, как дверь открылась и он услышал:
   - Уже поминки справляете? - В кабинет вошел здоровенный мужичина шестидесяти двух лет от роду, - Кабанов Алексей Сергеевич, владелец компании "Новатех", производящей сложнобытовую технику, подсел к столу и поставив на него ещё одну бутылку коньяка, сказал - Парни, мне жаль, что вас выгоняют на пенсию, но как вы сами понимаете, поделать я ничего не могу. Ну, разве что подслащу вам пилюлю. Пока вы на меня работали, я не мог, не имел права как следует вас отблагодарить за то, что вы столько раз вытаскивали мою компанию из очень неприятных ситуаций. Поэтому, мужики, получите и можете даже не расписываться. Подоходный налог уже выплачен. - Алексей Сергеевич достал из кармана две банковские карточки и протянул их своим лучшим специалистам по маркетингу, после чего добавил грустным голосом - Мужики, если через пятьдесят лет вы решите продолжить заниматься маркетингом, а мою компанию не разделят ещё раз, что она может быть и переживёт, но я точно не переживу пятого такого издевательства над моим бизнесом, то вы оба сможете вернуться в свои кабинеты. Ну, давайте выпьем, мужики, дай вам Бог сил не сойти с ума от безделья. Хотя вы оба точно не пропадёте, или откроете свой собственный бизнес, или подадитесь в художники или писатели. Вот им-то точно никакая пенсия не страшна. Они люди творческих профессий.
   Виктор Борисович и Борис Петрович переглянулись между собой и одновременно подавшись вперёд, чуть ли не в один голос зашептали, указывая пальцами на закрытую дверь:
   - Алексей Сергеевич, если не хотите, чтобы вас пустили по миру, ни в коем случае не назначайте Дудкина начальником отдела маркетинга. - Господин Кабанов удивлённо вскинул брови и Виктор Борисович сказал с нажимом в голосе - Он бездарь в маркетинге и ещё отчаянный плут. Поставьте лучше вместо меня Верочку Петрову, она хотя и тихоня, тем не менее очень хороший специалист, а Дудкину повысьте зарплату на пару сотен и назначьте начальником отдела кодификации. Там он точно не сможет никак вам навредить при всех его талантах превращать в дерьмо всё, к чему только прикасается.
   Хозяин компании кивнул головой и с улыбкой сказал:
   - Спасибо, мужики, я в вас не ошибся.
   Они выпили посошок и Алексей Сергеевич удалился. Через дверь им было хорошо слышно, как он велел Верочке и Дудкину зайти к нему через десять минут. Как раз в это время в кабинет Бориса Петровича и вошел инспектор пенсионной службы, дама в возрасте далеко за семьдесят, которая ледяным и очень неприятным голосом сообщила им, что с сегодняшнего утра они пенсионеры и обязаны освободить свои рабочие места для молодёжи. Хорошо уже было то, что она немедленно вручила им пенсионные карточки. С этой минуты они могли пользоваться общественным транспортом бесплатно, равно как и бесплатно обедать в ресторанах и кафе в то время, когда их не посещали трудящиеся граждане Земли. Виктор Борисович не выдержал и спросил:
   - Боб, объясни мне, идиоту, почему эту старую грымзу не отправляют на пенсию, а меня и тебя гонят с работы, которую в этом отделе никто не знает лучше нас, в шею?
   Ответила ему сама старая грымза:
   - А это потому, молодой человек, что вы в своё время не догадались поступить на государственную службу.
   Под надзором инспектора пенсионной службы они собрали свои вещи и покинули кабинеты. Как только Виктор Борисович вышел из офиса компании, в которой он проработал семнадцать лет, то первым делом выбросил в мусорный ящик весь тот хлам, который почему-то хранил в своём кабинете, забрав себе одну только фотографию жены и детей, которую вынул из деревянной рамочки. Самым обидным для него было то, что никто из его прежних подчинённых не сказал ни ему, ни его заместителю ни единого доброго слова. Избавившись от груза прошлого, он пожал руку Борису Петровичу и сказал:
   - Мало мы их дрючили, Боб, и слишком многое им прощали, вот и дождались такого свинского отношения к себе.
   Тот лишь молча махнул рукой и пошел к стоянке бимобилей, а Борис Викторович уныло побрёл по тенистой улице, застроенной красивыми, нарядными домами. Его походка, обычно упругая и быстрая, сразу же сделалась вялой и медлительной и он шел чуть ли не шаркая ногами по тротуару, мощёному керамопластовыми плитами, на которых было невозможно поскользнуться даже в самый сильный ливень. Когда-то, ещё в молодости, он продвигал её на рынок вместе с той командой, в которой тогда начинал свою трудовую деятельность двадцать шесть лет назад. Все эти годы он семь часов в день, а чаще гораздо дольше, пять дней в неделю и одиннадцать месяцев в год проводил в офисе, ища и находя способы самого эффективного продвижения на рынок различных товаров и теперь просто не знал, куда ему идти.
   Идти домой Виктору Борисовичу совершенно не хотелось и он с тоской вспомнил, что иногда как раз именно это, взять и не пойти в среду на работу, чтобы весь день валяться на диване и смотреть телевизор было его самой большой мечтой. Днём ведь показывали самые интересные кинофильмы и спортивные состязания. Для пенсионеров, разумеется, чтобы они не зверели от безделья. Теперь и он стал пенсионером, а потому должен сам думать, чем себя занять весь день. Виктор Борисович прошел несколько кварталов, пока не увидел билборд, на котором было написано весьма занимательное приглашение:
   - Хочешь узнать, на что ты годен в этой жизни? Приходи к нам и испытай себя! Узнай, сможешь ли ты стать управляющим колонии в далёком, дивном, юном мире.
   Далее указывался адрес и время проведения конкурса. Виктор Борисович прежде ничего и слушать не хотел ни о каких колониях Земли в космосе. То, что космические полёты чёрт знает куда вот уже более ста пятидесяти лет стали реальностью и на это уже не уходили долгие годы, ему было прекрасно известно ещё со школьной скамьи. Знал он и о том, что где-то в космосе существует почти сорок колоний, куда вылетело на ПМЖ чуть ли не больше половины населения планеты, освободив тем самым место для оставшихся. Прекрасно знал о том, что там вообще не знали что такое пенсионный возраст, но тем не менее ни при каких обстоятельствах не желал покидать Землю и самое главное, свой родной, милый его сердцу Тамбов, в котором прожил пятьдесят лет, женился, построил дом, стал отцом троих детей и воспитал их хорошими, добрыми и уважительными, пусть даже и не к нему самому, людьми и законопослушными гражданами.
   Прочитав объявление ещё раз, Виктор Борисович вдруг подумал, а обладает ли он всеми теми качествами, которые нужны для того, чтобы стать управляющим колонией, почти что президентом, только не всенародно избранным народом, а заступившим на эту должность по своему собственному желанию? Хватит ли у него ума пройти какие-то тесты на профпригодность? Он посмотрел на часы и выяснил, что даже в том случае, если будет идти с прежней скоростью, то и тогда успеет принять участие в утреннем конкурсе, который начинался в десять часов и заканчивался в четырнадцать, ведь пройти нужно было всего два квартала, а на его часах было половина десятого. А ещё он подумал, что таким образом сможет убить время и потом, побродив по центру города ещё пару часов, отправится домой. Решительно кивнув головой, Виктор Борисович не спеша пошел вперёд.
   В его личном деле было написано, что он является по характеру сангвиником и обладает харизмой с чертами брутальности. На счёт харизмы Виктор Борисович не был уверен, а вот если к брутальности отнести его тяжелую, почти квадратную, челюсть, грубоватые, мужественные и весьма выразительные черты лица, а вместе с этим кустистые брови и глубоко посаженные тёмно-серые глаза, то так оно и было. Тем более, что он был крупным, широкоплечим мужчиной с тонкой талией, хорошим боксёром-любителем и мог одарить какого-нибудь типа таким взглядом, что у того моментально отпадала охота ссориться с ним. Правда, вся его брутальность моментально испарялась, когда он начинал улыбаться. Тогда его тёмно-серые глаза, по выражению жены, моментально голубели и делались очень добрыми, а сам он становился таким милым, что у неё дух захватывало, ёкало сердце и начинали дрожать коленки. Между прочим не у неё одной и может быть как раз именно это и было его харизмой.
   За полквартала до центра изучения общественного мнения, в стенах которого проводился трижды в неделю этот странный и непонятный конкурс, Виктор Борисович расправил пошире плечи, выпрямился и зашагал так, словно он подходил к офису своей бывшей компании. Никакого ажиотажа возле входа в здание не наблюдалось и когда он вошел внутрь и обратился к девушке, сидящей за стойкой с вопросом, та со скучающим видом протянула ему карточку и сказала, чтобы он поднялся на второй этаж и прошел в двадцать первый офис. В том офисе, куда его направила эта сонная тетеря, Бориса Викторовича встретили куда любезнее и доброжелательнее. Это было довольно большое помещение с полудюжиной столов для собеседования, но только за двумя сидели интервьюеры, да, и те откровенно скучали.
   Как только он вошел в офис, из-за стола возле стены немедленно поднялся моложавый мужчина в полувоенной униформе камуфляжной расцветки, но без погон и прочих знаков различия, и поприветствовал его чуть ли не радостным возгласом, после чего предложил подойти к столику стоящему по центру, за которым сидела очень милая девушка, также одетая в почти такую же униформу, чтобы заполнить анкету, состоящую из доброй дюжины страниц. Ничего писать Виктору Борисовичу не пришлось. Это делала за него девушка. Он должен был только отвечать на вопросы, которые они задавали по очереди. В принципе это был вполне стандартный набор вопросов, который задавался каждому соискателю вакансии в какой-нибудь серьёзной компании и Виктор Борисович даже удивился, как всё просто. Как только с этим было покончено, мужчина, назвавшийся Вадимом, сказал:
   - Виктор Борисович, а сейчас, если вы ещё не передумали, мы подвергнем вас тестированию. Вам придётся по очереди пройти в каждый кабинет, но начнём мы с того, что проверим состояние вашего здоровья. Это займёт всего пять минут и вам даже не придётся раздеваться. У нас тут самая совершенная диагностическая аппаратура. Вы просто войдёте в тот кабинет и сделаете то, о чём вас попросят наши медики.
   Медики были какие-то странные. Они не стали задавать ему никаких вопросов и лишь попросили встать на бегущую дорожку и пройти по ней несколько десятков шагов, а потом испытали его на становую силу и, как это ни странно - резкость удара. Самым последним испытанием был замер объёма лёгких, после чего Виктору Борисовичу было сказано, что с его здоровьем он вполне может претендовать на должность управляющего колонией. После этого Вадим, встретив его в дверях, вошел с ним в следующий кабинет, где на длинном столе были разложены различные виды стрелкового, энергетического, пучково-плазменного и лазерного ручного оружия и мужчина предложил ему назвать то, которое на его взгляд могло бы пригодиться колонистам.
   Вадим, подведя его к столу, смущённо опустил глаза. По всей видимости он полагал, что Виктор Борисович при виде оружия растеряется, но вот тут он ошибся. Начальник отдела маркетинга компании "Новатех" в молодости отслужил год в армии, причём не где либо, а в её элите, в космической пехоте и не в обычных частях, а в десантно-штурмовом батальоне и после этого ещё закончил без отрыва от производства шестимесячные курсы младших офицеров, что автоматически продвинуло его вверх по служебной лестнице, и потом восемь раз был на сборах, так что теперь он был капитаном запаса и мог чуть ли не с закрытыми глазами разобрать и собрать любой из лежащих перед ним карабинов, автоматов и бластеров за исключением разве что лазганов. Поведение Вадима показалась ему странным, ведь он вроде бы сказал ему, что является офицером запаса. Усмехнувшись и пожав плечами, он стал называть:
   - Так, в первую очередь я возьму вот эти двадцатидвухмиллиметровые, скорострельные автоматические снайперские винтовки "Зубр", а дополнительно к тем боеприпасам, которые здесь у вас представлены, куммулятивно-плазменные снаряды "Оса" и обязательно фугасные снаряды "Обвал". К "Зубрам" мне также понадобятся станки с автоматическим наведением на цель двух видов - зенитная турель "Фокстрот" и турель общего назначения "Паук". Теперь пойдём дальше, я не вижу здесь автоматических крупнокалиберных карабинов "Скорпион". Ещё я не вижу гранатомёта "Шквал" и тяжелого универсального ракетомёта "Василиск". Без него колонисты будут выглядеть просто сиротами. Это всё у нас оборонительное оружие, а тяжелое наступательное вооружение, как я думаю, в малочисленной колонии вообще не пригодится. Если на нас кто-то нападёт, то нам придётся уходить в леса, в горы, в болота, в общем куда угодно и вести оттуда партизанскую войну, а для этого нужно иметь дальнобойное, высокоточное оружие с электронными прицелами и встроенными баллистическими компьютерами, чтобы на каждый выстрел, приходилась пораженная цель. Правда, иногда даже партизанам нужно будет сближаться с врагом, чтобы провести разведку. Поэтому в качестве оружия для ближнего боя, если такое случится во время разведки, я выберу пистолеты-пулемёты "Беретта-7800", они самые лёгкие и не звенят, ну, то есть их не берут сканеры, а также вот эти револьверы "Питон". Самое лучшее оружие, чтобы застрелиться и не попасть в плен. Башку сносит на раз. Ну, и, разумеется, у каждого бойца с собой должно быть минимум по четыре ножа. Вот этот большой тесак "Конго" с комплектом инструментов в рукояти и ножнах, средний боевой нож "Браво" и по одному вот такому красавчику скрытого ношения на каждую ногу. В общем, молодой человек, моя тактика предельна проста, - увидели неопознанные летательные объекты, заходящие на посадку, бьём по ним из "Зубров" "Осами" и из "Василисков" их старшими братьями, семидесятишестимиллиметровыми ракетами "Факел", после чего бросаемся врассыпную, запускаем в воздух беспилотники и начинаем гвоздить по противнику из снайперских винтовок с максимальной дистанции, а она у них семь с половиной километров при нормальной силе тяжести.
   Его интервьюер удивлённо покрутил головой и спросил:
   - А как же бластеры и лазганы?
   - А они пусть будут на вооружении у регулярной армии, молодой человек. - С улыбкой ответил Виктор Борисович - Вы когда-нибудь пробовали в походных условиях, сидя по ноздри в болоте или зарывшись в песок, отремонтировать бластер, который всего лишь чуть-чуть зацепило осколком? Мой вам добрый совет, - даже и не пробуйте. Сразу же сдавайте его своему сержанту и вооружайтесь новым, из контейнера, а то и сами погибнете после такого ремонта, и товарищей своих непременно погубите. Зато "Зубр" в рукопашном бою вы можете смело использовать вместо дубины, а если составить домиком пять "Зубров" вместе и потом накрыть их хамелеоновыми накидками, получается отличное укрытые для пяти партизан. Они же длинные, у них только длина ствола метр восемьдесят семь, но тем не менее лёгкие, поскольку изготовлены из бериллиево-титанового сплава.
   От стола с оружием они перешли к стенду с индивидуальными средствами защиты и Виктор Борисович снова отобрал только такие, которые не требовали мощных батарей и их можно было отремонтировать, как он пояснил, ложкой и вилкой, если под рукой не окажется даже универсального тесака, которым можно запросто выкопать окоп полного профиля. В средствах связи он тоже разбирался хорошо и отобрал такие, с помощью которых можно было вести переговоры даже в каком-либо подземном лабиринте. Вадим не подавал виду, но по его глазам всё-таки было заметно, что он по крайней мере удивлён. В следующей комнате Виктору Борисовичу пришлось блеснуть своими знаниями в области травматической медицины и средств оказания первой помощи людям, получившим самые разнообразные ранения вплоть до укусов неизвестными змеями и насекомыми. Тут снова сказалась подготовка, полученная им на офицерских сборах. Вадим всё-таки не выдержал и спросил:
   - Виктор Борисович, откуда вы всё это знаете? Вам что, пришлось повоевать в своей жизни в мятежных колониях?
   Замахав руками, Виктор Борисович воскликнул:
   - Что вы, что вы! Кроме того, что я целых полгода ползал по марсианским пескам, в моей жизни больше не было никаких приключений. Ну, разве что я не раз выбирался со своими парнями, их у меня двое, на месячишко в леса, в сибирскую тайгу, в джунгли экваториальной Африки и в южноамериканскую сельву, да, один раз мы путешествовали по горам на Аляске, но там тоже был роскошный лес. Знаете, мне вообще-то нравится в лесу. Это, наверное, досталось мне в наследство от предков-сибиряков.
   После того, как Виктор Борисович показал Вадиму, что уж он-то точно не пропадёт в лесу, хотя и признавался, что его знаний хватит только для экстремального туризма, началось собеседование иного рода и на него набросилось целых семь человек. Это был не экзамен, а всё-таки вполне дружеская беседа за чаем с пирожными и тортом. Вопросы ему задавались самые разные, начиная от того, - как вы поступите, если жена одного из колонистов не захочет стряпать для всей команды, на который он ответил довольно резко, сказав: - "Такая фифочка просто не попадёт в мою команду, кем бы не был её муж!", до довольно каверзного вопроса, что он будет делать, если одна из колонисток забеременеет от своего партнёра, а тот тут же от неё отвернётся, на что Виктор Борисович сказал суровым тоном:
   - Пусть только попробует сделать так. Первым делом я хорошенько набью такому уроду морду, потом дам ему рюкзак, чтобы он сложил в него всё, что сможет унести на себе, посажу в флайер и увезу на такое расстояние от колонии, что пешком он до неё хрен когда дойдёт и мы все вместе будем ждать того момента, когда этот тип образумится, выйдет на связь и станет умолять свою подружку простить его. Ничего, через год, полтора одиночества влюбится в нее заново и женится.
   На некоторые вопросы он отвечал шутя, на другие серьёзно и так увлёкся этим разговором, что сам не заметил, как время истекло. Ему объявил об этом Вадим, который принимал в этом собеседование самое живейшее участие. Он встал и сказал:
   - Виктор Борисович, мне было очень приятно познакомится с вами, а теперь давайте пройдём в мой кабинет и вы узнаете, что сказали по вашему поводу телезрители информационного канала "Челленджер", а также специалисты из Управления Колонизации Планет. Думаю, что это будет вам интересно.
   - Э-э-э, так что меня всё это время показывали по телевизору, Вадим? - Удивлённо спросил Виктор Борисович - Что же вы меня сразу не предупредили. Я бы хоть жене сказал.
   Тот ответил ему:
   - Боюсь, что она не смогла бы вас увидеть. "Челленджер", это платный кабельный информационный канал и постоянно его смотрит всего три с половиной миллиона телезрителей. В основном те люди, которые хотят отправиться с Земли в какую-нибудь колонию, чтобы не быть зависимыми от правительства, социальных и пенсионных служб, от армии и всех прочих земных условностей. У нас в колониях жизнь намного проще и веселее. Может быть у нас там нет музеев и театров, но вы уж мне поверьте, величие девственных миров таково, что никакие музеи нам уже не нужны, а колонисты это такой весёлый народ, что театры нам там тоже не нужны, вместе с цирками. Такие клоуны иной раз попадаются, что уже не то что смеяться, а плакать хочется, но ничего не поделаешь, отправить их на Землю мы не имеем права. Знаете, мне очень понравилось ваше решение относительно парня, бросившего подружку. Мне даже жаль, что я не догадался так сделать, когда сам столкнулся с такой ситуацией.
   Вот тут настал черёд Виктора Борисовича удивиться. На вид Вадиму было лет двадцать пять, а тот, оказывается был колонистом и похоже не рядовым, из-за чего он спросил:
   - Вадим, а вы что, действительно колонист?
   Мужчина кивнул головой и сказал:
   - Да, я недавно прилетел на землю с Вадима. Наша колония развивается уже семнадцать лет и я прилетел на Землю, чтобы отобрать двадцать тысяч переселенцев. Ну, а пока они проходят курс подготовки к жизни на Вадиме, решил принять участие в этом конкурсе, который мы, то есть Управление Колонизации Планет, проводит вот уже второй месяц в пятидесяти городах Земли. К сожалению принять в нём участие изъявило всего восемьдесят семь человек. Вы восемьдесят восьмой.
   От услышанного Виктор Борисович потерял на несколько минут дар речи. Больше всего его поразило то, что где-то в просторах галактике имелась планета носящая имя этого парня. Они вошли в просторный кабинет, больше похожий на зал краеведческого музея, так много в нём было на стенах больших стереофотографий, чучел животных и рыб, различных минералов и прочих природных артефактов. Вадим сел за большой письменный стол, изготовленный из какого-то совершенно невероятного дерева с фиолетовой древесиной и Виктор Борисович, сев напротив, наконец не выдержал и спросил:
   - Вадим, сколько вам лет и кем вы являетесь на Вадиме?
   Мужчина улыбнулся и сказал в ответ:
   - Я управляющий этой колонией, Виктор Борисович. На Вадим я отправился, когда мне было тридцать два года. Я с детства мечтал стать колонистом и поэтому уже с третьего класса начальной школы стал готовиться к этому. В тридцать два я уже имел в кармане патент управляющего колонией, собрал команду из двухсот пятидесяти семи человек, мы погрузились на крейсер колонизации среднего тоннажа и отправились на ту планету, которую я сам же и выбрал. За три года мы построили на ней пять поселений, после чего к нам стали прибывать колонисты с Земли. Сейчас на Вадиме живёт восемнадцать тысяч человек и мы готовы принять ещё сто тысяч, но нам установили ежегодную квоту всего в двадцать тысяч человек. У Управления Колонизации имеются кое-какие нарекания в наш адрес. В частности они считают, что Вадим это не самая безопасная планета для человека, хотя мы так не считаем. За семнадцать лет на нашей планете было всего лишь девятьсот три случая нападений хищных животных на колонистов, но ни одного со смертельным исходом. Ну, ничего я уже подготовил все бумаги в Верховный Суд и докажу этим перестраховщикам, что Вадим ничуть не опаснее Земли, а на ней травматизм ещё больше, не говоря уже о том, что народ на вашей планете гибнет почём зря.
   Виктор Борисович невольно задумался. Этот парень был моложе него на год, но уже имел свою собственную планету, население которой скоро будет составлять добрых сто тысяч человек, а не какую-то там компанию, и уж его точно не выгонят на пенсию даже в четыреста лет. Он покрутил головой и с лёгкой улыбкой сказал:
   - Ну, ко мне это точно не относится, ведь весь этот конкурс был всего лишь очередное телевизионное шоу и максимум, что я получу, это небольшое денежное вознаграждение за участие в нём. Ну, что же это уже будет неплохо. Прибавка к пенсии.
   Вадим улыбнулся и спросил:
   - С чего это вы так решили, Виктор? Нет, у нас всё серьёзно. В этом конкурсе разыгрывается десять планет, правда, ни на одну из них мы так ещё и не нашли претендента, а также две тысячи льготных путёвок в колонии и если вы выиграете, то сможете перебраться совершенно бесплатно в одну из шестидесяти трёх колоний. Сами понимаете, для того, чтобы эмигрировать с Земли на любую из суверенных планет, вы должны обратиться за разрешением в посольство этой планеты и в этом деле Управление Колонизации Планет вам не помощник. Ну, большим начальником вы ни в одной колонии в первый же день не станете, но знаете, мне кажется, что вы сможете претендовать на это практически в любой колонии. В вас сразу виден крепкий стержень и вы умеете понравиться людям. Честно говоря если вы выберете Вадим, то я не мешкая предложу вам стать моим заместителем. За эти годы я научился разбираться в людях и вижу, что вы очень хороший руководитель, настоящий лидер. Единственное, чего вам не хватает, так это того места, где вы могли бы себя проявить. Ага, компьютер показывает мне, что голосование закончилось и мы с вами сейчас увидим его окончательные итоги. Вообще-то вы шли всё время очень хорошо, но больше всего почему-то понравились женщинам, хотя вас трудно назвать красавчиком.
   Виктор Борисович ухмыльнулся и сказал:
   - К мнению которых никто из мужчин никогда не прислушивается. Не льстите мне, Вадим, мне никогда не выиграть. Для этого нужно, как минимум, получить специальную подготовку.
   Монитор компьютера стоял сбоку вполоборота к Виктору Борисовичу и когда на нём появилась колонка цифр и сопроводительных надписей, он не сразу понял, что они означают. Единственное, что он увидел, так это то, что большинство из них были ярко-зелёные, а красных, скорее всего отрицательных, оказалось совсем немного. Зато управляющий колонией Вадим прекрасно во всём разбирался. Едва только глянув на экран, он удивлённо присвистнул и громко воскликнул:
   - Вот так дела, Виктор! Да, вы просто бесспорный лидер в нашем конкурсе и ваши показатели больше, чем в два с половиной раза превышают всё то, что удалось набрать победителю, а ведь это был парень, который девять лет назад закончил Институт Колонизации и пять лет стажировался на Данииле, прежде чем сошел с дистанции и забрав свою заявку из УПК, стал инструктором по выживанию. Вот что такое харизма прирождённого лидера! - Тыча пальцем в экран, Вадим стал объяснять - Вот эти цифры, показывают мнение специалистов из Управления Колонизации и они говорят, что вы ни по одному пункту не можете быть забракованным. Особенно у вас высоки показатели по обеспечению личной безопасности колонистов. Да, служба в армии сыграла свою роль, хотя знаете, подавляющее большинство кадровых офицеров не годны на роль управляющего колонией. Знаете, когда вы сказали, что набили бы тому парню, который бросил беременную девчонку, я было подумал, что психологи вас тут же завалят, но как раз это именно они выставили вам самую высокую оценку, а посмотрите как на это отреагировала мужская часть аудитории. Буквально все возрастные категории мужчин отдали за вас свои голоса, не говоря уже о женщинах. Да, Виктор, иначе, как феноменальным, я ваш результат не назову. Принято считать, что колонисты охотнее всего идут за интеллектуалами, а вы отказались брать с собой большой информаторий и даже более того, заявили, что в колонии вполне хватит школы второй ступени, а все знания, накопленные на Земле, яйца выеденного не стоят, и наши ксенологи даже не поморщились. Видимо потому, что вы сказали, - парочки толковых биологов и одного геолога на первых порах вам за глаза хватит.
   Виктор Борисович тут же воскликнул:
   - Но это же действительно так, Вадим! Колонисты ведь что должны сделать в первую очередь, вцепиться в рынок, тьфу чёрт, в планету, всеми когтями, а уже потом начать её планомерно осваивать с выгодой для своего кармана.
   Вадим посмотрел на него слегка наклонив голову и задумчиво сказал вполголоса:
   - Вы знаете, Виктор, кажется меня не тому учили в Институте Колонизации. Подам-ка я на них за это в суд, чтобы они на вашем примере пересмотрели свою учебную программу.
   Виктор Борисович быстро спросил:
   - На каком примере?
   - На таком, Виктор, - С улыбкой ответил управляющий колонией - По результатам вашего участия в конкурсе, вы уже имеете полное право выбрать себе любую из десяти планет, набрать народ в отряд колонизации и отправиться туда через полгода, ведь вы набрали двадцать шесть тысяч триста двадцать баллов. Поверьте, даже я смог бы набрать в этом конкурсе не больше двадцати тысяч баллов. Теперь вам и тем людям, которые захотят к вам присоединиться, придётся пройти подготовительные курсы и разработать план колонизации, но это мелочи по сравнению с тем, что вы уже сделали, Виктор. На вашем месте мечтали бы оказаться не менее пятидесяти тысяч человек, которые уже закончили Институт Колонизации, но в том-то всё и дело, что это особый конкурс. Управление Колонизации Планет уже устало от провалов выпускников этого института и потому решило поискать таланты среди простого народа и знаете в чём заключается самое интересное, Виктор?
   Виктор Борисович оторопело спросил:
   - В чём?
   - Да, в том, что вашими ответами и вообще всеми действиями, уже никто не сможет воспользоваться. - Смеясь сказал Вадим и пояснил - Если кто-то попробует действовать точно так же, как действовали вы, чтобы получить патент на управление колонией, то его моментально остановят. А теперь, если вы не против, я хочу предложить вам проехать со мной в тамбовское региональное отделение Управление Колонизации Планет. Вот там мы и продолжим наш разговор, но уже вместе с его заведующим, который выдаст вам патент на управление колонией.
  

Глава вторая.

Патент на управление колонией

   Виктор Борисович даже и не подозревал, что в Тамбове есть региональное отделение Управление Колонизации Планет. Впрочем это был небольшой офис, расположенный неподалёку от центра города, в административно-деловом центре прямо напротив городского отдела образования. Вот в нём-то ему никогда не приходилось бывать. В отделении УКП его встретили весьма радушно. Заведующий отделение долго тряс ему руку и тараторил о том, что для Тамбова будет большой честью, если уроженец этого города станет управляющим колонией и что на всей территории бывшей России только уроженцам четырёх городов удалось получить патент на управление колонией.
   Наверное для того, чтобы повысить градус, господин Трунин немедленно соединился со штаб-квартирой УКП в Париже и руководитель этой всемирной организации поздравил Виктора Борисовича с победой и сказал, что желает его видеть в головном офисе тотчас, как только в региональном будут улажены все формальности, связанные с выдачей ему патента. Формальностей было немного, но в их число входила такая, которая несколько озадачила Виктора Борисовича. За этот патент он должен был уплатить страховой сбор в сумме двухсот пятидесяти тысяч удедов, которых у него просто не было. Услышав об этом, он смутился и поинтересовался вполголоса:
   - А это ещё почему? Ведь я вроде бы стал победителем конкурса, а вы вдруг требуете, чтобы я выплатил страховой сбор.
   Вадим улыбнулся и всё объяснил:
   - Виктор Борисович, если вы отправитесь на эту планету, то вам немедленно возвратят эти деньги. Понимаете, Управление уже не раз сталкивалось с такими случаями, когда некоторые управляющие с патентом на руках в последний момент отказывались лететь в космос. Представьте себе ситуацию, Управление вкладывает в индивидуальный проект колонизации полмиллиарда удедов, а какой-то тип вдруг заявляет, что он передумал и возвращает патент, ну, и кому, спрашивается, будут нужны все те материалы, оборудование, машины и механизмы, которые были изготовлены по его индивидуальному заказу? Система финансирования такова, Виктор Борисович. На полмиллиарда вы можете заказать уникальное оборудование по индивидуальному заказу. Ещё на миллиард закупить всё, что сочтёте необходимым. Откатов в Управлении не боятся, ведь вы всё равно не сможете потратить эти деньги на своей планете, а если дела у вас пойдут успешно, то не скоро захотите вернуться на Землю. Ну, и при этом вам будет принадлежать ещё и космический корабль стоимостью в два с половиной миллиарда удедов. А относительно этих денег я вам так скажу, Виктор Борисович, вы ведь будете набирать себе команду, вот и разделите их между всеми членами. Знаете, если вы дадите объявление в Интернете, что у вас в кармане лежит патент управляющего и вы приглашаете в свою команду специалистов того или иного профиля, ваш дом просто возьмут в осаду, но я не советую вам этого делать. Шею себе свернёте с такими ребятами. Они ведь обязательно захотят перетянуть одеяло на себя, а потому вам лучше набрать небольшую команду, но полностью состоящую из хорошо знакомых вам людей. Если у вас нет денег, то в любом банке вам тотчас предоставят кредит.
   Виктор Борисович уже хотел было позвонить в свой банк, но вспомнил о том, что его бывший хозяин вручил ему банковскую карточку. Он достал её из кармана и спросил Трунина:
   - Александр Григорьевич, вы не сможете проверить, сколько денег лежит на этой карточке? Мне сегодня выплатили выходное пособие, да, кое-что я скопил себе на старость, может быть этого и хватит. Знаете, я ведь никогда даже и не задумывался о том, чтобы стать колонистом, а тут у меня вдруг появилась возможность выбрать себе одну планету из десяти. Это знаете ли, примерно то же самое, как выяснить в первую брачную ночь, что твоя жена девственница. Чертовски заводит. - Алексей Сергеевич оказался очень щедрым работодателем. На карточном счёте в банке лежало четыреста двадцать тысяч удедов и Виктор Борисович, улыбнувшись, сказал - Была не была, списывайте, Александр Григорьевич. Всю свою жизнь, работая на чужого дядю, я мечтал иметь свой бизнес, но боялся разориться. Очень уж велика у нас на Земле конкуренция, а это почти то же самое, что стать бизнесменом, только конкурентов даже в телескоп не рассмотреть. Они на моей Виктории ещё не родились и дай Бог ещё не скоро кто-то скажет мне, - старик, отодвинься.
   К полному удивлению Виктора Борисовича сразу после того, как он уплатил страховой сбор, ему выдали патент на управление колонией, - металлическую золотистую пластину размером в ладонь и толщиной в пять миллиметров. Это была по сути флэшка большой ёмкости соединённая со специальным электронным устройством, в которую Александр Григорьевич немедленно внёс все его идентификационные данные и на ней автоматически появилась его фотография. Носить патент можно было как на шее, из него вытягивалась плоская цепочка, так и просто в стандартной величины бумажнике. Вручая патент, Александр Григорьевич сказал:
   - Виктор Борисович, через неделю вы должны быть вместе со мной в Париже. Благодаря вам я теперь тоже смогу стать колонистом на льготных условиях и уже сейчас могу сказать, что отправлюсь на Вадим. После того, как в Париже будет покончено со всеми формальностями, вы сможете не спеша выбрать себе ту планету, которая вам больше всего приглянется, но я заранее хочу сказать вам, что все они просто высший класс, - все земного типа и совершенно съедобные для людей. Такие среди всех остальных претендентов разбираются с дракой. И вот ещё что, Виктор Борисович, ждите теперь наплыва гостей. Хотя конкурс транслировался по кабельному каналу, вас теперь очень многие люди будут узнавать на улицах в лицо и это будут, как правило, не простые обыватели, а те люди, которые мечтают оказаться в первой волне колонистов. Так что будьте осторожны.
   Не смотря на такое предупреждение, Виктор Борисович не почувствовал никакого интереса к себе среди жителей Тамбова. Он спокойно долетел до дома, его жена, которая уже два года, как вышла на пенсию, хотя ей ещё не было сорока семи лет, отсутствовала. Пройдя в свой маленький кабинет, Виктор Борисович сразу же подписался на канал "Челленджер" сроком на полгода. Это было весьма дорогое удовольствие и стоило целых двенадцать тысяч удочек, так он называл универсальную денежную единицу, - удед. Пока жена болтала с подругами, он решил посмотреть, что же это за зверь такой, внеземные колонии и как в них живётся. Канал был интерактивный и в нём имелось такое огромное количество информации, что он просто обалдел. А обалдеть, право же, ему было с чего.
   Самым пикантным оказалось то, что его физиономия уже мелькала чуть ли не во всех разделах и Виктора Борисовича появилось такое количество френдов, что он даже ахнул от удивления. В различных разделах канала уже вовсю шли баталии по поводу того, как он прошел конкурс. Мнение о нём было далеко не единодушным. Челленджерцы уже знали его биографию и то, что он сегодня был выброшен на пенсию. Поэтому одни говорили, что дуракам просто везёт, другие, - в тихом омуте и не такие черти водятся, а третьи и вовсе заявляли: - "Боже мой, до чего же поглупели все эти болваны, которые засели в УКП, раз они вручили какому-то вшивому менеджеру по маркетингу патент на управление колонией!". Это особенно развеселило Виктора Борисовича и он даже не поленился ответить этому типу. Резко ответить.
   Прежняя его работа была очень тесно связана с Интернетом, в котором он черпал для себя массу полезной информации на специализированных порталах, хотя в конечном итоге всё решалось путём сбора информации фокус-группами. Создавать фокус-группы на этот раз ему уже было не по карману, но на канале "Челленджер" и без того было столько информации, что Виктор Борисович даже и не мечтал просмотреть хотя бы тысячную её часть. Закрытость этого информационного канала обуславливалась его высокой стоимостью. Из-за этого он являл собой рабочую площадку почти одних только специалистов и тех людей, которые всерьёз хотели стать колонистами. По сути дела едва ли не большая их часть предлагала свои услуги реальным управляющим колониями имеющим на руках патент, а таких на сегодняшний день было на планете всего четырнадцать человек и самый лакомый кусочек достался именно ему.
   Виктор Борисович без малейшего труда нашел информацию о всех десяти планетах, из которых он должен был выбрать для колонизации одну. Просмотрев несколько практически однотипных страничек, он остановил свой выбор на том, где об этих планетах явно говорил специалист со стажем, некто прячущий своё имя под ником Галилей. На своей странице он поместил весьма подробную информацию о том, что они из себя представляли, которая включала в себя даже описание флоры и фауны этих планет, а не одни только данные об их атмосфере, силе тяжести, продолжительности суток и года и кратких сведений о самой звездной системе. У Галилея всё было расписано по полочкам, он сравнивал эти планеты между собой и с Землёй, и давал довольно ёмкое заключения о перспективах развития колоний на каждой из них на сто, тысячу и пять тысяч лет.
   Заглядывать вперёд на пять тысяч лет, Виктор Борисович до этого дня никогда не решался, а тут вдруг понял, что и это далеко не самый предельный срок. По поводу анализа, сделанного Галилеем, высказывалось очень много людей и эти высказывания по большей части были благожелательными, что его сразу насторожило. Маркетинг, реклама и пи-ар всегда шли бок о бок друг с другом, но если маркетинг, сделанный высококлассным специалистом, всегда приносил заинтересованным лицам пользу, то реклама и пи-ар практически всегда были враньём. Ну, а поскольку он неплохо разбирался в вопросах рекламы и пи-ара, то прежде всего подумал, кому это выгодно и потому решил проверить Галилея на вшивость через другие источники. Он уже начал было просматривать другую страничку, как приятный женский голос известил его о том, что с ним хочет поговорить в открытом эфире обозреватель "Би Би Си" Саймон Ньюмен. Виктор Борисович подумал немного и согласился. Обозреватель, а это был мужественного вида загорелый мужчина, сразу спросил его:
   - Можно я буду называть вас Вик?
   На экране своего трёхмерника Виктор Борисович сразу же увидел себя сидящим вполоборота к телезрителям, причём без каких-либо купюр, то есть в рубашке, при галстуке, но не у себя за письменным столом, а за столиком поставленным посреди каких-то пампасов и сидящим в плетёном кресле, к которому была прислонена снайперская винтовка "Зубр" с телевизионным прицелом самой простенькой конструкции, явно недостаточным, и подсоединённым к ней магазином на двадцать пять снарядов, из-за чего он и врагу бы не пожелал стрелять из неё с руки, а потому сразу же громко рассмеялся и воскликнул:
   - Саймон, вы специально хотите выставить меня полным кретином? Немедленно уберите от меня то чудовище, которое вы ко мне приставили. Если хотите правдоподобности, то выбросите к чёртовой матери это телевизионное убоище, с помощью которого вы не сможете со ста метров попасть в задницу слону, и сундук со снарядами. Её же невозможно сдвинуть с места.
   Саймон тоже рассмеялся и в тон ему воскликнул:
   - Вик, это была проверка и вы прошли её блестяще. Когда вы несколько часов назад сказали, что каждый колонист в обязательном порядке должен иметь "Зубра", то я сначала подумал, что вы сбесившийся милитарист, но ваши дальнейшие объяснения всё расставили по своим местам. Мне непонятно только одно, Вик, зачем колонистам нужно брать с собой снаряды "Оса"? Они же предназначены для борьбы с танками противника.
   Виктор Борисович, увидев, что креслу тут же приставили винтовку с нормальной оптикой и магазином на пять патронов, одобрительно кивнул головой, достал из ящика письменного стола снаряд "Оса", который он прихватил с последних офицерских сборов в качестве сувенира, и показав его обозревателю, сказал:
   - Саймон, вот эта маленькая штучка способна выдавать плазменный шнур длиной в три метра. "Оса" запросто прожигает броню толщиной в тридцать пять сантиметров, за что эти снаряды ещё называют плазменными свёрлами. А теперь представьте себе такую картину, вам на голову опускается на антигравах какая-то вами неопознанная хреновина, которая упорно не отвечает на все ваши запросы назвать себя и всё такое. У вас стоит на "Фокстротах" рядом с местом посадки десять "Зубров" с дистанционным управлением, а все ваши люди уже разбежались кто куда и на всякий случай попрятались по щелям. Вот в этом случае к винтовке можно прицепить целый цинк со снарядами. В общем пятнадцать секунд и вы наделаете в днище этого корыта столько дыр, что с планеты оно улетит не скоро, но самое главное, вы сразу же оставите их без антигравов и они так брякнутся об поверхность планеты, что я им не позавидую.
   - Мне кажется, Вик, что это новое слово в тактике, ведения боевых действий. - Сказал Саймон Ньюмен - Но давайте перейдём к другой теме. Как вы собираетесь набирать себе команду? Вам хватит на это полгода?
   Виктор Борисович улыбнулся и ответил:
   - Саймон, я думаю, что в следующий понедельник, в Париже, смогу объявить всем подписчикам "Челленджера", кто полетит со мной на Викторию, ну, а года через три милости прошу всех желающих стать викторианцами. Поверьте, никто не пожалеет, что он выбрал именно эту планету и уже через двадцать лет жить на ней будет гораздо приятнее, чем на Земле.
   Обозреватель из "Би Би Си" натянуто улыбнулся и сказал:
   - Не слишком ли это громкое заявление, Вик?
   Виктор Борисович приосанился и сказал широко улыбаясь:
   - Не более громкое, чем моё имя, Саймон, - Виктор это победитель, как это всем известно. А теперь простите, но меня ждёт множество дел. Мне самое время подумать о том, что Виктория будет экспортировать на Землю через пять лет.
   Начав просматривать ленты комментариев, Виктор Борисович уже через пять минут убедился в том, что он забросил гранату-вонючку в огромный муравейник. Каких только высказываний не делали в его адрес. Самое мягкое из них было: - "Виктор Бобров - карманный маньяк из уездного городка с замашками Наполеона!" Сам же он только потирал руки, памятуя им же самим рождённую истину, - самая лучшая реклама это, та, за которую ты не платишь никому ни одной уды. Убедившись в том, что на его имя письма идут уже сотнями, он стал методично просматривать все те странички, которые касались десяти сестёр на выданье, желая выбрать самую красивую, умную, добрую, работящую, да, чтобы ещё и в постели была с огоньком.
   Свои сомнения относительно Галилея он же сам и развеял тем, что все десять планет были созданы Господом Богом, а не лихими парнями из Службы Дальней Космической Разведки, ну, а если верить ему, то самым лакомым кусочком была планета, которая шла в общем списке шестой и имела номер в планетарном кадастре MSS-2376/2275, что можно было расшифровать, как планета средней величины, то есть плюс минус десять процентов от размеров Земли, звезда аналогична Солнцу, планетография близка к стандартной, то есть земной, а открыта она была в две тысячи двести семьдесят пятом году от Рождества Христова, то есть пятнадцать лет назад, но это ничего не означало, и была две тысячи триста семьдесят шестой планетой с атмосферой, содержащей достаточно кислорода, чтобы на ней можно было дышать без кислородного прибора. Да, атмосфера это самое главное, без неё, родимой, ни на одной планете не выживешь.
   Таких планет в одном только Рукаве Ориона насчитывалось больше полутора тысяч штук, а ведь он даже толком не исследован. У этой планеты был один единственный существенный недостаток, она была расположена в Рукаве Персея и была самой удалённой от Земли, что в общем-то ничего не значило, так как после того, как космический корабль выходил в пространство Римана, расстояние переставало играть такое уж большое значение и до этой планеты с Земли можно было долететь максимум за три месяца, в то время как для полёта к ближайшей планете-колонии требовалось два месяца. По сути дела впервые узнав об этом, а также о том, что только восемь первых колоний имели численность населения по два, два с половиной миллиарда человек, на Земле жило чуть более пяти, а все остальные колонии были малонаселёнными и попросту жалкими, Виктор Борисович впервые подумал о том, что всё это попахивает идиотизмом.
   Ну, а когда он узнал о том, что Земля практически ничего не импортирует из колоний, заскрипел зубами, так ему это всё не понравилось. Иметь под задницей космический корабль, способный принять на борт почти полмиллиона тонн груза в свои трюмы и ничего не привозить из колонии на Землю, он считал уже не идиотизмом, а самым натуральным экономическим преступлением, поскольку хорошо знал, сколько стоят сегодня основные конструкционные материалы на сырьевых биржах. Разозлило его и то, что при всём том, что должность управляющего колонией по сути дела была практически равна по своим правам и полномочиям должности того же президента Земли, это ровным счётом ничего не меняло в жизни колонистов, которая была очень похожа на жизнь банальных дачников или тех идиотов-натуристов, которые вообще жили на хуторах и вели натуральное хозяйство.
   Только теперь он понял, что имел ввиду Галилей, когда говорил о богатых недрах планеты MSS-2376/2275. Этот парень, явно был не дурак и ему с ним точно нужно было встретиться. Сказав себе это, Виктор Борисович немедленно послал на его страничку голосовое приглашение выйти с ним на контакт ещё до его отлёта в Париж. Пока он сидел возле трёхмерника, включив к тому же свой компьютер, вернулась от подруг жена, но он к ней даже не спустился, так его увлекла новая работа. Когда он смотрел, как создавалась колония на Валерии, а она считалась одной из самых процветающих молодых колоний из недавно созданных и её население уже составляло почти три миллиона человек, к нему в кабинет заглянула жена и спросила:
   - Витя, ты будешь ужинать? Что тебе приготовить?
   - М-м-м-ну, я подумаю... - Промычал он в ответ и вспомнив о том, что им теперь предстояло вместе лететь на Викторию или разводиться, поднялся из-за стола и сказал - Любаша, меня сегодня выперли с работы, но я уже нашел себе новую. Точнее я решил заняться своим собственным бизнесом и даже прикупил для этого кое-какую недвижимость. Правда эта недвижимость всё же движется с очень большой скоростью.
   Его жена была медик по специальности и уже только по этой причине являлась ценным специалистом, ведь она имела лицензию на работы с БМК - большим медицинским комплексом, а стало быть с медициной у них уже никаких проблем не будет. Ещё бы, ведь БМК это и омоложение, и решение специальных прикладных задач, вроде повышения физической силы и увеличения внутренних ресурсов организма, а ещё это полное восстановление жизненных функций, то есть вытаскивание пациента с того света за уши, если от него только они и остались, а также клонирование всех внутренних органов про запас. Жена Виктора Борисовича была женщиной проницательно и потому сразу же поинтересовалась у мужа:
   - Что же это за такая странная движимая недвижимость и каким это новым бизнесом ты хочешь заняться, Витя?
   Он подошел к жене, нежно обнял её и целуя в висок сказал:
   - Любаша, я купил планету и намерен заняться на ней всем понемногу, строительством, добычей полезных ископаемых, производством, медициной, наконец, ну, и, разумеется, торговлей. Вот, посмотри что у меня уже есть, это патент на управление внеземной колонией и теперь нам с тобой нужно выбрать себе одну из десяти планет. Они все одинаково хороши, но самая лучшая это MSS-2376/2275. Извини, Любаша, но я уже назвал её Викторией в честь нашей с тобой победы над силами природы. Знаешь, Любовь звучало бы как-то фривольно что ли. Ты же знаешь, какой смысл люди вкладывают в это слово, а победа она всегда и везде победа. Виктория, это великое слово.
   Любовь Викторовна дёрнула мужа за ухо и сказала:
   - Витюша, не заговаривай мне зубы. Ты не настолько богат, чтобы купить целую планету. У нас даже на приличную дачу денег нет, да, она нам и не нужна, мне и с этим участком едва удаётся справиться в одиночку. Расскажи мне, что произошло. Ты ведь знаешь, я от тебя просто так не отстану:
   - Что-что, шел я по улице, прочитал объявление, что Управлению Колонизации Планет срочно требуются управляющие колониями... - Весело затараторил Виктор Борисович - Вот я и подумал, а почему бы не предложить им свою кандидатуру. Ну, зашел по указанному адресу, прошел тестирование и доказал им всем, что Виктор Бобров это прирождённый управленец и такой лидер, за которым люди не то что пойдут, а в припрыжку побегут. Ну, ты же меня хорошо знаешь, Любаша. В общем я оказался самым лучшим управляющим среди всех тех, с кем им приходилось беседовать до меня. Если не веришь, можешь посмотреть, что обо мне говорят на информационном канале "Челленджер". Кстати, я на него на полгода подписался, хотя это и дорого.
   Сначала Виктор Борисович показал своей жене тот раздел, где были размещены результаты его тестирование и отзывы на них как со стороны специалистов, так и прочей публики. Затем прокрутил ей своё интервью и только потом разрешил смотреть все материалы подряд, которые открывались по запросу на кодовые слова - "Виктор Бобров". Когда его жена выслушала несколько нелестных отзывов в адрес своего мужа, то она немедленно ответила им так энергично и витиевато, что на канале всё сразу же пришло в движение. Любовь Викторовна сходу пригвоздила критиков своего мужа к позорному столбу, заявив им о том, что её муж сумеет выжить где угодно и накормит её роскошным обедом даже в пустыне Калахари, а вот они помрут с голода, окажись на кухне какого-нибудь шикарного ресторана.
   Виктор Борисович только беззвучно посмеивался, отойдя в сторонку чтобы не попасть в кадр. Если уж его жена завелась, то теперь её никто не сможет остановить на пути к Виктории. Любовь Викторовны проехалась по личным качествам и психотипу ещё нескольких критиков, заявила во всеуслышанье, что у если у её мужа нет ничего, кроме харизмы, то они и вовсе не обладают ничем, кроме маразма. Приколола же она всех тем, что сказала в прямом эфире на ленте ответов на комментарии:
   - Мой муж за всю свою карьеру не завалил ещё ни одного порученного ему задания, уважаемые, и вы бы до сих пор отбивали бы свои задницы, поскользнувшись во время дождя на мокрых плитах из гранита, если бы мой Витюша не вывел на рынок керамопластовые тротуарные плиты. Так что заткнитесь, пока я не рассказала всем о том, какие диагнозы вам нужно поставить.
   У Любови Викторовны немедленно появилась прорва френдов на информационном канале "Челленджер" и кто-то даже вывесил призыв: - "Любаня, даёшь Викторию!" В общем жена Виктора Борисовича на все сто процентов использовала все возможности интерактивного, закрытого для широких пользователей, информационного канала "Челленджер" и когда отошла от трёхмерника, то лихо подбоченилась и взглянула на мужа, словно бы спрашивая его, - ну, как я им врезала? После чего спросила:
   - Ой, Витюша, а как же дети? Вдруг они не захотят лететь с нами? Меня-то ты знаешь, я профессиональный медик с высшим допуском по форме "А - двенадцать" и для меня лечить людей в колонии на чужой планете это означает только одно, - постоянно повышать свой профессиональный уровень, это ли не мечта каждого медика? Серёжка у нас архитектор, они на Виктории не скоро понадобятся, Валюша вообще детский психолог, зачем они в колонии, это же не городская среда, которая так уродует психику детей, что им нужна помощь, а Вовка и вовсе шалопай, но самое главное, они же могут просто не захотеть улетать от своих друзей и все они так до сих пор и не выбрали себе спутников жизни.
   Виктор Борисович ухмыльнулся и съехидничал:
   - Ага, как же, сексуальных партнёров они себе уже выбрали и даже не стесняются оставлять их в доме на ночь, а со спутниками жизни у них проблемы. Мать, я намерен им всем заявить сегодня вечером, если они, конечно, явятся домой, что никто из них на Викторию не полетит и тогда они тут же поднимут такую бучу, что даже захотят узаконить свои постоянные сексуальные отношения с себе подобными балбесами. Кстати, отправляться на другие планеты, которые решено колонизировать, разрешено только супружеским парам репродуктивного возраста. Так что готовься к процедуре полного омоложения, любимая моя. Как только прилетим на Викторию, то первым же делом ты родишь мне ещё несколько ребятишек, а то внуков мы не скоро дождёмся от своих сыновей и дочери.
   Любовь Викторовна кивнула головой и сказала:
   - Так, с детьми всё решено, ты хорошо всё продумал, даже не знала, что ты у меня такой опытный психолог, но что бы ты по этому не говорил, мои родители летят с нами. Мама у меня, как это тебе хорошо известно, агроном, а отец, между прочим, не только зоотехник, но ещё и прекрасный пищевик, а потому голодными мы там сидеть не будем.
   Виктор Петрович усмехнулся и веско заметил:
   - Кормёжка кормёжкой, это конечно важно, но между прочим у меня батя и мать оба геологи и это они открыли на Марсе месторождение оловянной руды. Самое богатое во всей солнечной системе. Вот на них-то я и делаю главную ставку, а ещё на нашего соседа Серёгу Варданию, он металлург, моя милая, и выплавит тебе сталь даже из еловых шишек, а сталь нынче на Земле так дорого стоит, что всего три рейса с трюмами, гружеными стальными болванками самых дефицитных марок, сделают нас всех не то что миллионерами, а без какого-то десятка миллионов миллиардерами. Знаешь, я тут посидел на канале и понял, что-то у тех ребят, которые занимаются колонизацией планет, что-то не то с головами. Каждый из них почему-то хочет повторить путь Земли в одиночку и все они забывают, что мы один народ, только разбросаны уже по шестидесяти трём планетам. Управляющим колоний нужно не всяческой ерундой заниматься, типа строительства потёмкинских деревень, а индустрию поднимать в своих колониях, чтобы там можно было деньги зарабатывать и деньги хорошие. Ну, ладно, Любушка, мы ещё успеем об этом всей командой поговорить у костра в тренировочном лагере. Давай, иди на кухню, приготовь праздничный ужин и позови детвору, желательно с их друзьями и подружками, а я тут пока что домашним пи-аром займусь, чтобы их посильнее пронять.
   Жена ушла, а Виктор Борисович снова сел на информационный канал. На одной из страничек он видел несколько очень красивых картинок и ему захотелось их распечатать в самом большом формате. Он быстро скачал на свой компьютер схему взаимного расположения Солнечной системы и той звёздной системы, в которой находилась планета Виктория, затем изображение этой звёздной системы и вот тут ему пришла в голову прекрасная идея назвать её звезду Люба. Четвёртой планетой от Любы была Виктория, у которой имелся спутник почти в два раза больше Луны, но находившийся от неё на втрое большем расстоянии, который он назвал Виктором. Потом он скачал очень красивый пейзаж с величественным лесом вдали и ещё более величественными горами за ним, и поставил на зелёной, цветущей лужайке две фигуры, - бравый капитан космической пехоты со снайперской винтовкой "Зубр" в руках, и очаровательная, курносая санинструктор с медицинским контейнером через плечо, так их уже изобразил какой-то поклонник.
   Немного подумав, он скачал ещё и огромный крейсер колонизации тяжелого класса, который удалялся от Земли и написал сверху: - "О, дивный, юный мир, мы летим в твои объятья". Широко осклабившись, он отправил все четыре файла в ближайшую от дома фирму, промышлявшую изготовлением трёхмерных панно и потребовал, чтобы через час готовые панно размером полтора на два метра были доставлены к ним на дом, что обошлось ему в восемьсот удедов за срочность. Если учесть, что на эту наживку должны были клюнуть сразу шесть молодых, энергичных колонистов, цена была ничтожно мала. Покончив с этими хлопотами, он включил видеофон и набрал номер дома Алексея Сергеевича Кабанова, должником которого себя чувствовал. Тот был дома и Виктор Борисович сразу же сказал ему:
   - Алексей, добрый вечер, извини, но я сразу перейду на ты потому, что у меня есть для тебя дружеское и только потом деловое предложение. Ты не хотел бы заняться новым бизнесом:
   Кабанов сразу же напрягся и спросил:
   - Что это за бизнес, Виктор? Производство?
   - Да, но немножко не такое, каким ты занимался раньше, покрупнее и посерьёзнее. - Ответил Борис Михайлович - Я хочу предложить тебе должность министра машиностроения. Понимаешь, я сегодня получил патент на управление колонией и теперь собираю команду, но не из тех идиотов, которые хотят загорать голыми у реки и нюхать цветочки в девственном мире, а из людей хватких и оборотистых, которые понимают, в чём заключается преимущество новых, никем не засранных территорий, где я смогу вводить те законы, которые понравятся мне и моим друзьям. В общем планета у меня уже есть, все права заставить её крутиться вокруг Любы так, как нам того захочется, тоже, ну, и несколько отличных парней на примете, включая наших предков.
   Бывший работодатель Виктора Борисовича шумно выдохнул воздух и обмяк. С минуту он молча сопел, а потом сказал:
   - Витя, я не верю, что тебе могло так подфартить.
   Виктор Бобров усмехнулся и сунул под объектив видеофона свой патент, на котором было написано его имя:
   - Надеюсь это тебя убедит?
   - Я согласен, Витёк, когда лететь? - Завопил Алексей Кабанов - Парень, ты не представляешь себе, как меня уже задолбали все эти придурки! Стоило мне только сказать сегодня вслух о том, что мою компанию могут снова разделить, так на тебе, в обед ко мне припёрся какой-то говнюк из городского комитета экономического планирования, и заявил, что они приняли решение создать на базе моей компании целых три новых. Ну, не идиоты ли, резать по живому? Как они собираются делить мой модельный ряд, просто ума не приложу. Витя, я завтра же продам свою тоскливую богадельню городу и **ись оно всё колом! Слушай, партнёр, ты учти, у меня тоже есть старики, которых можно хоть голиком в атаку против ежей пускать, хоть склад с продуктами поставить стеречь, а ещё четыре взрослых сына с женами и шестеро внуков один другого чумовее. Младшему всего двенадцать, но он с одной мамкиной шпилькой для волос откроет и угонит любой бимобиль, просто какой-то чёрт с рогами и хвостом, а не ребёнок, но при этом до жути умный.
   Виктор усмехнулся и сказал смеясь:
   - Я думаю, Лёха, если парень умудряется вскрыть бимобиль такими нехитрыми инструментами, то значит это он может поучить инженеров, а не они его. Ничего, у меня дочка детский психолог и в её руках ремень такие петли выписывает, что она его враз в чувство приведёт. Да, на Виктории ему и негде будет гойдать. Там же бабай раз в десять больше, чем на Земле. Ладно, Лёха, ты вводную получил, в каком направлении тебе мозгами шевелить надо, так что думай, кого ты ещё в свою команду возьмёшь, я тебе доверяю, как своим собственным отцу и матери, жене не стал бы так доверять, поэтому действуй с оглядкой. На Викторию мы вылетим через полгода и у нас будет полтора миллиарда стартового капитала, вот в них нам и нужно уложиться.
   Алексей широко улыбнулся, показал управляющему колонией свой кулак и весёлым голосом сказал:
   - Ты это видел, Витёк, у меня с правой удар полтонны, так что за кадры не волнуйся, есть у меня несколько хороших друзей.
   Следующим, кому позвонил Виктор, который сразу же почувствовал себя чуть ли не выпускником института маркетинга и менеджмента, был его однокурсник Борис. Тот хотя и был изрядно навеселе, сразу же протрезвел и его тоже интересовало только одно, - когда нужно вылетать. Когда он позвонил своему соседу и предложил ему должность министра чёрной и цветной металлургии на своей планете, тот чуть было не помчался к нему прямо через свою и его латифундии, отделённые друг от друга невысоким заборчиком, но услышав, что Виктору предстоит ещё обвести вокруг пальца деточек, всё-таки согласился подождать до утра, но сразу же заявил, что полетит на Викторию не один, а вместе со своими коллегами-металлургами. Его отец и мать, жившие в Пекине, как только поняли, что предлагает им сын, сразу же стали собираться в дорогу и сказали, чтобы он встретил их в аэропорту в восемь утра вместе с их друзьями, которые были между прочим биологами по профессии, но Виктор и так прекрасно помнил, кто такие дядя Вова и тётя Неля.
   Прикинув, что же это у него такое получается, ведь у дяди Вовы и тёти Нели, вместе с которыми его родители учились а Московской Академии Земли, тоже были дети, а у него самого две сестры предпенсионного возраста, он схватился за голову, думая о том, где их разместить. Правда, через пять минут ему позвонил Алексей и озабоченным голосом сказал:
   - Витёк, у меня уже счёт пошел почти на сотню человек и весь народ отборный, чистой воды бриллианты и пахари, каких поискать. Я вот что думаю, у меня тут недалеко от города есть поместье, в котором уже завтра к обеду будет разбит городок для будущих викторианцев, тебе, кстати, тоже нужно бежать из дома, пока в тебя не вцепились всякие прилипалы. Так что завтра в семь я буду уже у тебя с фурами и рабочими. Не знаю, какой там климат, но я свой дом с Земли забираю и тебе советую то же самое сделать, чтобы потом не жалеть, ах, какой же я болван, ведь у меня в мастерской, в тайнике, под дощечкой, остались трусики моей первой девушки. Какая досада, нечего внукам показать! Вот тебе адрес моего поместья, так что направляй весь народ туда.
   Виктор немедленно позвонил в Пекин и сказал родителям, что у него завтра с утра важное мероприятие, упаковка дома, из-за которого он когда-то так и не стал бизнесменом, в коробку из-под обуви. Мать поворчала немного, но всё же поняла, что теперь на её сына будет объявлена форменная охота. Как только он положил трубку, ему позвонил Галилей, это была молодая, симпатичная женщина лет сорока, которая пятнадцать лет оттрубила в дальней разведке, но была списана с корабля за то, что влюбилась в наземника, да, к тому же вышла за него замуж. Всё это она выпалила ему сразу же с каким-то ожесточением в голосе, но при этом сама включила режим полной конфиденциальности, что удорожало их разговор по видеофону втрое. Виктор напрягся, как недавно Алексей, и быстро спросил её:
   - Как вас зовут и какая у вас специальность в космосе.
   Та растерянно ответила:
   - Маша, ещё пять лет назад я была пилотом.
   - Вот что, Маша, я кажется стал кое-что понимать. - Со своей фирменной, харизматической улыбкой, которая делала его лицо очень добрым, сказал Виктор - Вы можете собрать экипаж для тяжелого крейсера, но такой, чтобы всё было тик-ток, я имею в виду патенты, лицензии или какие там у вас, космолётчиков, существуют разрешения на полёты. Мне нужно, чтобы уже через год моя посудина совершала регулярные рейсы, а вообще-то через два года, Машенька, ты у меня будешь командовать целой торговой космической флотилией. Поверь, я вовсе не намерен шутки шутить, хотя сначала всего-то и хотел, что расспросить тебя о планете MSS-2376/2275. Очень уж она мне глянулась, а раз я имею право выбора, то никому её не отдам.
   Женщина совсем уже радостным голосом спросила его:
   - Виктор, ты не шутишь? Послушай, а откуда ты знаешь, что космолётчики из Дальней Разведки долетают до планеты, сажают космический корабль, а потом сваливают с неё на пассажирской посудине? Дальняя Разведка это ведь по сути полугосударственная корпорация, которая за свои услуги по пилотированию кораблей дерёт с колонистов столько, что им только и остаётся, что надеяться на милость УКП, а там тоже ещё те проглоты сидят.
   - Да, вот как-то догадался, Машенька, - Ответил Виктор и признался - Но если честно, то ты мне сама только что открыла на всё глаза. Если эти жуки вытолкали тебя в шею только за то, что ты влюбилась в наземника, значит у вас Дальразведке сложилась своя закрытая каста пилотов. Ну, так что у тебя с водительскими правами, Машенька? По тебе не начнут палить ракетами класса космос - космос, если ты повезёшь на землю полмиллиона тонн высококачественной легированной стали?
   Женщина облегчённо рассмеялась и воскликнула:
   - Будь спокоен, президент, мои права у меня можно изъять только вместе с теменной костью, в которую имплантирован мой чип пилота, но я тебя предупреждаю, Виктор, у тебя могут возникнуть из-за этого очень крупные неприятности. Дальразведка очень серьёзная организация и она не терпит конкурентов.
   Виктор показал ей свой патент и сказал:
   - Девушка, вот эта штука делает меня равным с президентом Земли, а у меня есть пара таких юристов, что они порвут всю Дальразведку, как Тузик тапки. Если ты согласна, то вот тебе адресок, собирайся и вместе со всеми теми ребятами, которых ты хочешь видеть рядом с собой, приезжай туда. Только учти, Машенька, мне нужны пахари, а не философы.
   - Не волнуйся, Виктор, мне есть кого с собой привезти. - С улыбкой ответила женщина и добавила - Кстати, парень, это ведь я совершила первый полёт к твоей Виктории.
   - Нашей Виктории, Машенька. - Уточнил Виктор.
  

Глава третья.

Хитрая домашняя политика и просто политика

   Часа через два после того, как Виктор Бобров поговорил с Машей, фамилия у которой была что ни на есть космическая, Гагарина, дом Бобровых наполнился голосами. Сначала истошно завопил его младший сын, Вовка, но на второй этаж, в кабинет отца, прорываться не стал. Затем подъехали старший сын и их средненькая дочурка со своим поклонником, который стал восторженным басом восхищаться горами. Он был альпинистом и даже умудрился вскарабкаться на Эверест, за что Виктор уважал его хоть немного. Никаких других достоинств он в нём пока что не обнаружил. Немного подумав, он всё же надел свой выходной костюм, повесил на шею патент управляющего и спустился вниз.
   В большой гостиной уже были повешены на стены все четыре панно, которые ему так понравились. Всё-таки в данном случае размер имел большое значение. Не успел он переступить порог, как к нему тут же подскочил Вовка и завопил:
   - Батя, почему я ничего не знал? Тебе что, трудно было сказать мне, что ты собираешься пройти тесты на управляющего?
   Виктор Борисович улыбнулся и спросил:
   - Ну, что бы это тебе дало? Ты ведь всё равно не можешь лететь на Викторию, как и Сергей с Валей.
   - Это ещё почему? - Изумился сын - Я что, рылом не вышел? Дед с бабушкой могут лететь, а я не могу? То есть мы не можем. Это что ещё за дискриминация такая?
   Любовь Викторовна громко сказала:
   - Дети, Витюша, к столу. Сегодня у нас праздничный ужин, он хотя и не последний, но в этих стенах это действительно наш последний ужин. Уже завтра наш дом будет погружен в контейнер и увезён отсюда. Так что, ребята, вам придётся перебираться в общежитие для молодёжи. Я уже созвонилась с управляющим и завтра к трём часам вам всем подготовят квартиры.
   Теперь уже возмущённо крикнула дочь Бобровых:
   - Мама, я не хочу жить в общежитии! Это же форменный дурдом, а не жильё для нормальной девушки. Там такие строгости, словно у них живут малолетки.
   Виктор, разворачивая салфетку, сказал дочери:
   - Пора взрослеть, Валюша. Я в твоём возрасте уже три года, как жил без родительской опеки. Поживёшь и ты, а нам действительно нужно перевезти наш дом в лагерь колонистов. Любаша, мы ведь в принципе можем его просто перевезти туда и установить на время в поместье Алексея.
   Сергей, положив свою здоровенную пятерню на изящную ручку своей девушки, спокойным голосом спросил:
   - Пап, а если мы Ирой поженимся, мы сможем полететь с вами на Викторию? Знаешь, я ведь могу работать и прорабом.
   Виктор церемонно кивнул головой и ответил:
   - Разумеется, Серёжа. Ты ведь прекрасно понимаешь, что вы все уже не дети, и хотя Володе ещё нет двадцати одного года, для колониста он уже не ребёнок. В колонии разрешено брать детей в возрасте не старше пяти лет, чтобы у них была перспектива найти себе пару для брака из числа тех детей, которые родятся уже не землянами. Но учти, Серёжа, разводы в колонии тоже запрещены до тех пор, пока ваши с Ирой дети не станут совершеннолетними, так что вы должны хорошенько подумать.
   Ира заулыбалась и сказала:
   - Я согласна, Виктор Борисович. У меня и профессия для колонистки самая подходящая, оператор водоочистительного комплекса. Вам же будет нужна чистая вода?
   Вовка фыркнул и воскликнул:
   - Кто бы её там успел испачкать, твою воду, Ирка. Вот у моей Лизы действительно самая нужная профессия для любой колонии. Она технолог пищевой промышленности, хотя и недоучившийся. Всё, Лизка, теперь я готов на тебе жениться и попробуй только сказать мне, что ты должна подумать и всё такое.
   Дочь Бобровых Валя опустила голову и честно призналась:
   - А мне наверное точно придётся остаться.
   - Это почему же, Валюша? - Пробасил её альпинист - Или ты меня уже разлюбила? Виктор Борисович, вам же понадобится в колонии хотя бы один солдат? Я в космической пехоте пять лет отслужил по контракту. Все мои одноклассники в институты поступать решили, а я в армию подался. Пилотировал десантные космоботы, между прочим пилот первого класса. Запросто могу быть у вас пилотом малого исследовательского космического корабля. Вам же захочется знать, что творится на других планетах вашей звёздной системы?
   Виктор Борисович нахмурил свои кустистые брови и сказал сокрушенным голосом:
   - Ребятки, как-то у вас всё просто получается. То вы даже и не думали о свадьбе-женитьбе, а тут, вдруг, у вас, словно пожар кое-где случился. Вы потом жалеть не станете?
   Первым на счёт возможных сожалений высказался Игорь:
   - Валюша, ты не жалеешь, что мы с тобой познакомились? Мы ведь с тобой уже два года вместе. Ты ведь понимаешь, что мне, после пяти лет службы в поясе астероидов, можно было и все десять лет не работать, всё равно у меня порог пенсионного возраста поднят до семидесяти пяти лет, а я ничего другого не умею делать, как пилотировать малые космические корабли, да, ещё тяжелые флайеры, вот и ждал, когда подвернётся такая вакансия в Тамбове. Между прочим только из-за тебя я здесь и остался. Ну, скажи мне, ты выйдешь за меня замуж?
   Любовь Викторовна всплеснула руками и воскликнула:
   - Господи, неужели мы сразу три свадьбы сыграем?
   - Мам, три не получится. - Неуверенным голосом сказал Сергей - Нашему Вовке и Лизе ещё нет двадцати одного года. То что они живут вместе, это ещё куда ни шло, а вот пожениться им точно не дадут. Комитет по защите детства сразу так завопит.
   Игорь мрачно проворчал:
   - Как принимать в военное училище семнадцатилетних пацанов, чтобы они уже в девятнадцать лет становились военными пилотами, так про то в этом комитете молчат, как мыши, а как жениться в двадцать лет, так сразу крики.
   Виктор Борисович, посмотрев на притихших Володю и Лизу, с улыбкой успокоил их:
   - Этот закон не распространяется на колонистов. Для них установлен возраст вступления в брак восемнадцать лет, но знаете, ребята, сначала мы с мамой должны поговорить с вашими родителями, чтобы всё было, как у людей. К тому же вдруг и они захотят отправиться на Викторию?
   - А это можно? - Спросила Лиза - У меня папа вот уже два года, как на пенсии мается. Он у меня тоже пищевик, инженер-технолог, а моя мама инженер-конструктор летательных аппаратов и тоже пилот. Да, и мои братья и сёстры тоже скорее всего захотят полететь на Викторию. Мы привыкли жить вместе.
   На это Виктор Борисович сразу же сказал:
   - Я могу взять с собой на Викторию хоть пять, хоть десять тысяч человек, Лиза. Не в этом дело. Просто я не хочу, чтобы к нам на Викторию попали случайные люди, а то что ты говоришь, собрать команду по родственному признаку, это очень хорошо. В таком случае каждый глава семьи будет нести ответственность за свой семейный клан. Ну, и ещё я не против того, чтобы вы приглашали в команду своих друзей, но учти, Лизонька, ты теперь член нашей семьи и член нашего клана, как и Игорь. Знаешь, деточка, я ведь на родню жадный.
   - Батя, больше всего я не могу терпеть лодырей, которые живут в многоэтажках. - С ухмылкой сказал Вовка - Но Лизкины родители не такие, они, как и вы, тоже живут в своём собственном доме даже побольше нашего. В их семье ведь пятеро детей. Пап, я так думаю, что если мы полноправные колонисты, то тоже можем пригласить на Викторию своих друзей. Вот я например, хочу позвать туда Берендея, он мой самый лучший друг, а ещё хакер, не чета мне. Тебе же нужен профессиональный хакер?
   Свой вопрос Вовка задал отцу с такой ехидцей, что все за столом невольно заулыбались и теперь ждали ответа на этот отнюдь не риторический вопрос. А ведь действительно, зачем в колонии, расположенной на планете, которая находится от Земли так далеко, радиосигнал до неё будет идти почти четыре тысячи лет, нужен хакер-профессионал? Виктор состроил многозначительное выражение лица и ответил сыну:
   - Вовка, хакер мне обязательно пригодится, особенно здесь, на Земле, в те ближайшие полгода, что будет идти подготовка к старту на Викторию, но потом, я думаю, придётся Берендею взять в руки кирку или лопату. Кстати, сын, это не тот парень, который был целый год под следствие по делу о взломе информационной базы данных пенсионной службы?
   - Он-он, батя, - Улыбаясь ответил Вовка - Только не тот Берендей парень, чтобы его смогли поймать с поличным. А относительно хакера в колонии ты не прав. Я хотя и не специалист в области гиперсвязи, а так тебе скажу, если Берендей будет в нашей команде, то он обеспечит тебе постоянную, и, главное, совершенно халявную связь с Землёй. Понимаешь, когда космический корабль идёт в пространстве Римана, его ещё иногда называют гиперпространством, отсюда и термин гиперсвязь, то он оставляет после себя инверсионный след или гиперпространственный туннель, по которому потом и летают корабли на этом маршруте. Так вот, радиосигнал в гиперпространственном туннеле передаётся от такой планете к Земле практически мгновенно, но вокруг Земли стоят на суточных орбитах тридцать шесть спутников-антенн, которые заняты не тем, чтобы принимать эти сигналы и транслировать их на Землю, а тем, что не пропускают их к нам потому, что они мало того, что отражаются магнитосферой, так ещё и кодированные. Так что для того, чтобы поговорить с другом, живущим в какой-нибудь колонии, тебе нужно платить бешенные бабки. Ну, а поскольку эти спутники представляют из себя самую обычную радиорелейную станцию с множеством каналов, то они управляются компьютерами, а где компьютеры, батя, там и хакеры. В общем Берендей нам обязательно пригодится, правда, нам с Лизухой нужно будет подженить его на её сестре, но это уже наша проблема. Он же Викой даже дольше, чем я с Лизой, встречается.
   Виктору понравилась та серьёзность, с которой его сын вдруг стал относиться к браку, да, это было и нетрудно понять, ведь речь шла о том, чтобы отправиться на другую планету, пейзаж которой висел на стене. Игорь положил нож и вилку, робко улыбнулся и спросил отца своей девушки:
   - Виктор Борисович, можно я приглашу в вашу команду своих армейских друзей? Нас ведь в лётке подготовили для работы на БДКДБ, то есть большом десантном космоботе целый экипаж из семи человек, но вы не думайте, в нашем экипаже полная взаимозаменяемость, поэтому если у вас будет семь "Мишек", ну, малых исследовательских кораблей, то значит все семь и будут работать во внутреннем космосе одновременно.
   Виктор и сам собирался пригласить на Викторию нескольких своих сослуживцев, с которыми он глотал пыль на Марсе, а потому кивнув головой и воскликнул:
   - Игорёк, я с великой радостью запишу в команду весь твой экипаж! Пять лет службы в космосе, это тебе не баран чихнул.
   - Но только после того, как я с ними познакомлюсь. - Послышалось вслед скрипом открывающейся двери строгое требование и Виктор, повернув голову увидел Полковника, стоящего на пороге с двумя литровыми бутылками самогона в руках, а тот улыбнулся и скомандовал - Мать, соседка, заносите пироги! Серёга, заходим. Сегодня не тот день, чтобы отказываться выпить. А ты, Витёк, не серчай, что мне об этом Серёга, а не ты рассказал, я ведь так понимаю, что без меня ты Викторию не полетишь. Извини, но своим парням я ещё ничего не говорил. Подождут.
   Виктор встал и пожимая соседу руку сказал:
   - Полковник, ты у нас теперь будешь командующим нашими вооруженными силами. Семеро боевых пилотов у нас уже есть, так что к твоим пяти космодесантникам ещё нужно будет добавить целую роту, а то и две.
   Вовка тут же сказал Игорю:
   - Гарик, это дядя Эдик, наш сосед, он, как и батя, тоже служил в космической пехоте, только не год, а пять, как и ты. И трое его сыновей тоже по пять лет оттрубили, они офицеры. Мы вместе с ними где только не бывали, и в джунглях, и в тайге.
   Семейство Бобровых потеснилось и к столу подсело ещё двое мужчин, один из которых был афрославянином богатырской наружности, а второй кавказцем с роскошными усами, и две красивые женщины славянской наружности. Полковник поставил на стол бутылки с самогоном своего производства и стал разливать его по рюмкам. Самогон он гнал каким-то секретным способом и он имел замечательный запах яблок, а не сивухи. Все выпили за президента планеты Виктория и Виктор кивая головой сказал:
   - Знаете, ребята, когда мне было лет шестнадцать, на экраны вышел фильм колонисты с Мэтом Брайаном в главной роли, ну, молодёжь его вряд ли смотрела, а вот мы точно все посмотрели его раза по три, если не больше. Ещё бы, такая героическая история. Правда, когда я посмотрел на финальный кадры этого фильма, где капитан Ксеркс сидит в каких-то шкурах за пультом гиперсвязи и докладывает на Землю, что у него всё в порядке и кризис преодолён, и это при том, что погибло почти две трети колонистов, мне сразу же навсегда отбило охоту становиться колонистом. Надо будет нам все взять за правило раз в неделю всем вместе смотреть этот фильм и вот почему, - капитан Ксеркс в этом кинофильме с первых же минут с невероятной, просто поразительной изощрённостью сам себе создаёт титанические трудности, с которыми потом героически борется. В общем это идеальное пособие по тому, как не нужно создавать колонии и при этом я даже сегодня, просматривая информацию на "Челленджере", то и дело натыкался на хвалебные отзывы об этом фильме. Ребята, у нас есть полгода на подготовку и мы должны сделать всё, чтобы хорошенько подготовиться к колонизации Виктории, а для этого нам всем нужно будет прежде всего подружиться. Полковник вам скажет, что меньше всего нам нужны там герои, готовые бороться с любыми трудностями, да, и на всяких там специалистов экстра-класса я тоже не склонен полагаться.
   - Это ты точно заметил, Витёк! - Воскликнул Сергей Вардания - У нас на заводе был такой. Всё норовил весь мир удивить своим очередным гениальным нововведением. Ты мне вот что скажи, сосед, мы как будем развивать у себя металлургию, как обычно или всё-таки по умному?
   Хотя Виктор и не был настроен разговаривать сегодня на серьёзные темы, он вообще думал только о том, как бы ему оженить своих деточек, чтобы они не остались на земле, всё же повёлся на лихорадочный блеск в глазах соседа и спросил:
   - Серёга, а по умному это как?
   Тот покрутил свой чёрный ус и ответил:
   - А по умному это вот как, Виктор, почти как в том анекдоте, что кролик это не только вкусное и питательное мясо, но ещё и отличный мех. Понимаешь, если мы обзаведёмся мощными термоядерными реакторами, то сможем создать у себя экологически чистую металлургическую промышленность и тогда будем иметь помимо керамопласта ещё и цемент, а к нему инертные материалы, но их нужно куда-то девать.
   Старший сын Виктора Борисовича тут же завопил:
   - Правильно, дядя Сергей! Нам не нужно брать с Земли эти идиотские стальные сборные дома, а сразу же запускать в работу малые армейские металлургические, цементные и керамопластовые заводы-автоматы и строить нормальное комфортабельное жильё. Первые полгода мы сможем пожить и в палатках.
   Сосед-металлург удивлённо воскликнул:
   - Вах, Серёжа, откуда ты знаешь про эти заводы?
   - Ну, я же всё-таки архитектор, дядя Серёжа, а потому интересуюсь тем, где и как производятся самые современные строительные материалы. - Ответил Сергей - Самый модный сейчас, это керамопласт, а его как раз и производят на таких заводах с целью утилизации шлака и рекуперации тепла. Ну, а цемент и гранулированные инертные материалы, это уже чуть ли не отходы производства, но и они идут в дело.
   Вовка, который всё чаще косился на самый большой в доме трёхмерник, стоявший в гостиной, не выдержал и взмолился:
   - Народ, раз батя подписался на "Челленджер", давайте посмотрим, чем сегодня колонисты дышат.
   Так они и сделали. На этот раз просмотр материалов информационного канала сопровождался множеством комментариев со стороны пусть и не самых лучших, но специалистов. Просмотрели они и подборку материалов, посвящённых счастливчику Виктору Боброву. После резкой отповеди Любови Викторовны уже никто не рисковал выступать с резкими комментариями в его адрес, зато все гадали, сможет ли он собрать хотя бы две сотни колонистов, что вызвало в гостиной бурный хохот, а смеяться было с чего. Больше всех горячился Сергей Вахтангович Вардания, который завопил во весь голос:
   - Идиоты, вы просто не знаете, на чём сегодня работает металлургическая промышленность! Железную руду уже стали на дне океана собирать, на глубине в шесть километров.
   Наутро к дому Бобровых прилетело два здоровенных грузовых бимобиля, один с широченной платформой, а другой со специальным оборудованием. Дом был выдернут из земли, словно редиска, погружен вместе с хозяевами на платформу и она полетела в поместье Алексея Кабанова. Когда по этому адресу в начале десятого прибыло десятка полтора бимобилей с репортёрами, им только и оставалось, что полюбоваться на котлован. Никого из соседей, живущих поблизости, они также дома не застали и удовольствовались только тем, что смогли узнать у соседей подальше, что все они улетели куда-то ещё полтора часа назад.
   В поместье Кабанова уже вовсю кипела работа. На поле для гольфа спешно возводился целый городок из сборных армейских домиков, но самое главное в три с половиной сотни этих стальных лачуг, рассчитанных на четыре семьи каждая, можно было уже заселяться, что люди и делали, а также был установлен большой амфитеатр для общих собраний и трёхэтажное штабное здание. Всё было организовано так разумно и здраво, что Виктор, спустившись по широкому траппу, подошел к своему бывшему работодателю и пожав ему руку, сказал:
   - Лёха, кажется я вчера сморозил глупость. Старик, министра промышленности ты и сам найдёшь, так что становись-ка ты сразу премьер-министром. Так оно будет нам обоим спокойнее. Ну, ладно, пошли в штаб, сейчас должна прилететь одна прелестная особа с космической фамилией и кое-чем обрадовать нас, но я боюсь, что особой радости то, о чём она нам расскажет, не доставит ни тебе, ни мне. Полковник, пошли с нами, этот разговор тебя тоже касается, и парней своих позови. - Повернувшись к Алексею, он добавил - Это мой сосед и Полковник не только его прозвище, но ещё и звание. Он работает начальником отдела спецопераций в одном крупном агентстве...
   - Работал, Витёк. - Уточнил Полковник - С сегодняшнего утра и я, и мои парни вольные птицы, но не дикие гуси. Я так понял тебя, Витёк, что нам могут начать вставлять палки в колёса. Ты поэтому вызвал сюда Фёдора с братом?
   Виктор пояснил Алексею:
   - Лёха, Фёдор Быстров это твой будущий министр юстиции, а его брат, Николай, министр иностранных дел. Они оба юристы.
   - Так вроде бы министр иностранных дел должен быть дипломатом, Витя? - Удивился Алексей Кабанов.
   Виктор улыбнулся, покивал головой и сказал:
   - Это в нормальных условиях, Лёша, а когда вокруг тебя нарезают круги одни стервятники, то министром иностранных дел должен быть специалист по их юридическому отстрелу. Сам понимаешь, я бы с куда большим удовольствием попросил заняться этим Эдика, но только силы будут не равны, зато адвокатское бюро "Братья Быстровы" и не таким рога обламывало.
   Все вместе они поднялись на третий этаж и вошли в большой кабинет с таким огромным столом, что за него могло сесть человек сто пятьдесят. Алексей улыбнулся и сказал:
   - Я думаю, Витёк, что лишние руки нам не помешают.
   - Скажи уж лучше головы! - Смеясь воскликнул Виктор, прошел к своему креслу и сел за дорогой стол пульт - Ты уже продал свою компанию, Алексей?
   Тот улыбнулся и подтвердил:
   - И довольно дорого, Витя, но знаешь, я тут подумал, поговорил с одним банкиром, в общем нам нужно будет брать кредит и желательно большой, чтобы сразу же купить себе транспортные корабли. Ты ведь был полностью прав, когда завёл речь о создании такой колонии, которая сможет сразу же выйти на режим самоокупаемости. Таких сейчас всего семь, но в них живёт столько народу, что даже они при всей своей развитой промышленности едва сводят концы с концами. Кстати, когда ты говорил о трудностях, ты случайно не пилотов Дальразведки имел ввиду?
   Виктор загадочно улыбнулся и опустил глаза, но слишком долго сохранять загадочность ему не пришлось. Дверь в кабинет открылась и его сын, Сергей, сказал кому-то:
   - Проходите, отец ждёт вас, а о своём парне не беспокойтесь, моя сестрица дипломированная нянька.
   В кабинет вошла Маша Гагарина, а с нею высокий, худощавый мужчина в строгом костюме. Бывший пилот Дальразведки тоже была одета в строгий синий костюм с юбкой чуть выше колен. Она оказалась миниатюрной и ещё красивее, чем на экране видеофона. Виктор встал из-за стола и прошел к ней на встречу. Пожав руку их будущему пилоту и её мужу, он представил ей своих помощников и, указав на сыновей Полковника, сказал:
   - Маша, хотя в вашем супруге и читается военная выправка, эти парни теперь будут повсюду вас сопровождать. Они оба бывшие космодесантники, как и я, вот только служили подольше и опыт у них в такого рода делах побольше.
   Муж Маши облегчённо вздохнул и признался:
   - Это хорошо, что вы понимаете всю серьёзность положения моей Машеньки, Виктор Борисович. Её бывшее начальство и некоторые коллеги стараются гадить моей жене при первом же удобном случае. Охрана ей не помешает.
   Роман, старший из сыновей полковника, парень с пудовыми кулаками, усмехнулся и сказал вполголоса:
   - Буду с нетерпением ждать, когда они себя проявят хоть чем-то. У меня с дальлётами свои собственные счёты, а раз так, то я их с удовольствием утрою.
   Все снова расселись за столом и Маша Гагарина, которая так и не взяла себе фамилию мужа, протягивая Виктору кейс с дисками, сказала с улыбкой:
   - Виктор, хотя мы с Димой ещё не внесены в список колонистов, отправляющихся на Викторию, я передаю это вам.
   - Почему это не внесены, уже внесены, Маша. - Ответил женщине Виктор и постучав пальцем по своему патенту, с улыбкой добавил - Я сделал это сразу же, как только ты позвонила мне сегодня утром и сказала, что вы уже летите в наш городок. Его только осталось утвердить в Париже. У тебя даже должность уже есть - командующий коммерческим космофлотом Виктории. Мы тут как раз говорили о том, чтобы один космический корабль взять у правительства Земли, а второй купить. Ты сможешь укомплектовать две, а не одну команды?
   Маша Гагарина улыбнулась и ответила:
   - Виктор, ребята, считайте, что это уже сделано. Мне можно позвонить и сказать тем ребятам, кого, как и меня, выкинули из Дальразведки, а их немало, чтобы они вылетали к вам. Только я хочу сразу предупредить вас, без пилотов Дальразведки на борту, вы с Земли не вылетите. Вам просто не позволят этого сделать и я даже не знаю, что нам нужно будет сделать, чтобы получить доступ к навигационным картам Дальразведки.
   Виктор пристально посмотрел на женщину и спросил:
   - А это не страшно, если они будут краденными?
   Та от этих слов нервно вздрогнула, напряглась, а потом пожала плечами и задумчиво сказала:
   - Вообще-то навигационный карты Дальразведки это не листы бумаги с напечатанными на них изображениями. Это просто карты памяти вроде той, которая висит у тебя на шее, Виктор, и на них не написано, краденные они, купленные или кем-то подаренные. В принципе вся процедура старта только к тому и сводится, что штурман вкладывает навигационную карту памяти в навигационный компьютер и тот, считав с неё всю информацию, объявляет о готовности к полёту. Честно говоря, я бы и без навигационной карты долетела до Виктории, но кто же мне позволит это сделать? Ну, и к тому же крейсер колонизации это ведь не разведывательный крейсер Дальразведки. Он только называется крейсером, а на самом деле это самый обыкновенный транспортный космический корабль с мощными антигравами для посадки. Кстати, вам известно, что делают пилоты Дальразведки с такими кораблями? Они приводят их к планете, выбирают самое неудобное место для посадки и сажают корабль в таком жестком режиме, что взлететь без капитального ремонта антигравов он уже не может. Таким образом эта контора ставит колонистов в зависимость перед собой. Вы ведь уже знаете наверное, что правительство Земли вам ничего не дарит? Каждой новой колонии оно просто предоставляет кредит техникой, оборудованием и услугами пилотов Дальразведки, который через сто лет нужно начать погашать, а проценты немаленькие, три процента в год. Вот и посчитайте, ребята, сколько денег вам нужно будет вернуть через сто лет. Не начнёте погашать вовремя, они пролонгируют кредит ещё на сто лет и увеличат процентную ставку.
   Виктор усмехнулся и спросил:
   - Интересно, а что будет, если мы погасим этот кредит уже через два, три года? Они что, войну нам объявят?
   - Не объявят! - Донеслось от дверей - Ребята, извините за опоздание. Нам нужно было закончить кое-какие дела. Так кто там собрался объявлять вам войну и почему вы такие кислые?
   Это пришли братья-близнецы Быстровы, оба высоченные, загорелые и одетые по пляжному варианту. Их немедленно ввели в курс событий и Юрий, лениво махнув рукой, сказал:
   - Забудьте о пилотах Дальразедки и о том, что карты нам придётся воровать. Можно подумать, что кроме этой конторы никто не летает в космос. А вот на счёт того, чтобы взять кредит и купить свои собственные космические корабли, это здравая мысль. Мы как-то вели дело "Лунных космических верфей" против Дальразведки, и я гарантирую вам, что вы сможете купить себе прекрасные корабли по вполне приемлемым, а то и вовсе демпинговым ценам в том случае, если сможете поставлять им с Виктории высококачественную легированную сталь. Знаете, я заглянул сегодня на портал УКП и ужаснулся, они оценивают ту рухлядь, на которой отправляют колонистов в космос, как новейшие линкоры, которые строят для военного космофлота. Ну, может быть и не они сами это придумали, но в любом случае эту рухлядь брать нельзя ни в коем случае. В общем вам нужно вообще отказаться от их подачек и уж если у Витьки на шее висит эта фиговина, то начинать колонизацию Виктории не с долгов. Кто-нибудь уже посчитал, за какой срок вы сможем расплатиться с банками? Представьте себе у нас есть знакомые банкиры, которые только и ищут, кому бы дать кредит.
   Виктор сердито заворчал, приподнялся над креслом и недовольным голосом сказал:
   - Вот что, братцы, не ваша и вам, а нам всем. Юра, это Алексей, твой премьер-министр, ты у него будешь министром иностранных дел, а Федя министром юстиции. Понятно? Ну, а кредит мы можем, по идее, отбить всего за три года.
   Алексей посмотрел на него с иронией и возразил:
   - Меньше, чем на двадцать пять лет нам не один банк денег не даст, Витенька. Извини, что не остудил тебя сразу, но это так, но зато я смогу его взять даже под два и три десятых процента, если на Виктории есть что-то очень ценное, уран, например или ещё лучше тяжелые металлы. Хотя в одном я с тобой Юрой точно согласен, чем возиться с ними, лучше заняться производством высококачественных сталей. Сталь это самое главное, это можно сказать, хлеб промышленности. Особенно легированная.
   Маша Гагарина радостно заулыбалась и воскликнула:
   - Ребята, с этим на Виктории всё в порядке, эта планета почти двойник Земли, только её биосфера на двадцать миллионов лет моложе, но у неё есть очень важное преимущество перед этой планетой и оно заключается в том, что спутник Виктории богат тяжелыми металлами. Зато на самой Виктории очень много железных руд и бокситов, но самое главное, она буквально напичкана драгоценными камнями и там встречаются такие, каких нет больше нигде. Об этом никому, кроме нескольких человек в Дальразведке, неизвестно и поэтому я подозреваю, что они начнут давить на Виктора.
   Фёдор хищно оскалился и проворчал:
   - Жду не дождусь, когда это начнётся, Машенька. Как только они сделают это, тебе самой станет их жалко потому, что я эту контору по ветру пущу со всеми их неуёмными амбициями.
   - Кстати, об амбициях, - Сказал Виктор - С чего это Дальразведка проводит в жизнь такую хищническую политику? Насколько я помню из школьного учебника истории, эта международная некоммерческая организация была создана, как частно-государственное партнёрство в две тысячи пятьдесят пятом году, всего через два года после того, как физики сумели провести первый материальный объект через риманово пространство сквозь Землю из Лос-Аламоса в Новосибирск и тем самым доказали, что расстояния в нём ничтожно малы по сравнению с масштабами Вселенной, а материя не является преградой для движения космического корабля. Ещё через восемнадцать лет объединённым правительством Земли был принят план Звёздной Экспансии, а уже чрез девять лет была основана первая колония за пределами нашей планеты. Если мне память не изменяет, Даолян. Ну, так как же получилось, что сегодня Дальразведка превратилась в коммерческое предприятие, как и Дальсвязь?
   Маша Гагарина, словно ученица подняла руку, и озабоченным голосом воскликнула:
   - А в этом нет никакого секрета, Вик! Дальразведка с самого начала именно для этого и создавалась. Семь самых крупных аэрокосмических корпораций создали её только с одной единственной целью, находить в галактике планеты пригодные для колонизации и продавать их всем желающим. Ну, а когда выяснилось, что планету купить это тебе не то же самое, что купить дачу, они просто изменили свою политику и стали выкачивать из колонистов деньги другими способами, куда более изощрёнными. Правда, я не знала, что кто-то способен выиграть дело против Дальразведки в суде. Я всегда считала эту контору самой всесильной и могущественной на Земле и во Внеземелье.
   Близнецы громко рассмеялись, а Фёдор весело сказал:
   - Семнадцать исков за шесть лет и ни одного проигранного дела, Машенька. Дальразведка работает так грубо и топорно, что выдвигать иски против них, сплошное удовольствие. Между прочим, все их навигационные карты являются всеобщим достоянием и их может получить каждый желающий, заплатив только за одни лишь носители информации. Они ведь задавили всех лишь потому, что во всех мирах находится не так уж много людей, которые согласны имплантировать себе в череп чип пилота. Говорят, что это очень неприятна процедура, входить в контакт в навигационным компьютером и потом разрывать связь с ним.
   Маша пожала плечами и возразила:
   - Это не сложнее, чем уткнуться носом в трёхмерник, но давайте же, наконец, поговорим о Виктории. Вик, позволь мне сменить тебя за пультом. Я вам сейчас покажу кое-что интересное, что не вошло в официальный отчёт Дальразведки. Честно говоря, больше всего я мечтала в последние годы о том, чтобы снова полететь на эту планету и стать там колонистом. Не знаю, поверите ли вы мне, но это самый настоящий рай. - Виктор уступил ей своё место за пультом и бывший пилот Дальразведки тут же зашторила окна, включила огромный трёхмерный экран во всю противоположную стену, на котором появилось изображение планеты, и стала рассказывать - У Виктории очень маленький угол наклона оси вращения, всего четыре градуса, а магнитный полюс совпадает с физическим. Поэтому климат на планете изумительный и ровный. Зимы в нашем понимание слова там просто нет, если не считать того, что в приполярье там всё же холодно и довольно часто выпадает снег. На этой планете соотношение материков и океанов почти пятьдесят на пятьдесят. Всего на Виктории девять материков, но два из них полярные и покрыты вечными льдами и снегами. Зато остальные семь материков, а все они почти одинакового размера, хотя и очень сильно отличаются друг от друга по форме, лежат по обе стороны от экватора в средних широтах и климат на них, как у нас в Новой Зеландии, в общем шесть континентов вечной весны. Только один из континентов, который похож на букву "Y", протянувшись с севера на юг, хорошенько прогревается на экваторе солнцем. Вся его средняя часть на протяжении свыше четырёх тысяч километров, это сплошная каменистая пустыня, поднятая над океаном на полтора, два километра. Но зато на этом плато находятся очень мощные залежи железной руды и бокситов. Вот там-то и следует строить металлургические заводы и к тому же там не так уж и жарко, особенно на расстоянии двух тысяч километров от экватора. Зато на самом экваторе очень жарко, максимальная температура, зафиксированная нами, плюс пятьдесят три градуса выше нуля. В общем пережить можно, но всё же будет лучше работать на самом краю пустыни. Там нам не придётся губить природу, её что на юге, что на севере практически нет, да, и железную руду там можно добывать открытым образом. Но даже не это на мой взгляд является на плато самым привлекательным. - На экране появилась друза каких-то кристаллов, переливающихся самыми феерическими огнями и Маша сказала - Во время первой же высадки на плато, в одной из трёх огромных впадин, едва копнув грунт, мы нашли там вот это чудо. Сейчас эта друза лежит в каком-то из хранилищ Дальразведки и никто не знает, что такое чудо существует в природе. Мы назвали этот минерал поющий хрусталь, хотя это никакой не хрусталь, а какая-то разновидность сапфира, но он имеет твёрдость, почти как у алмаза. Поющим мы назвали его потому, что если провести по такому кристаллу пальцем, то он начинает издавать мелодичные, свистящие звуки. Думаю, что таким драгоценным камнем очень заинтересуются многие люди не только на Земле, но и в других развитых колониях, с которыми мы сможем наладить торговые отношения. Ну, а ещё этот континент...
   - Мария. - Сказал Виктор - Я предлагаю назвать его в честь нашей Машеньки, ребята. Вам всё равно, где загорать, а ей будет приятно и этот минерал мы тоже назовём марианитом.
   Все дружно зааплодировали, а Маша, смущённо порозовев, продолжила свой рассказ. С её слов выходило, что Виктория была самым настоящим раем, если бы не одно маленькое но, - очень уж много зверья на ней водилось и среди него немало опасных хищников, некоторые из которых вымахали ростом с африканского слона. Это немного портило впечатление от планеты, но зато некоторые из хищников обладали таким роскошным мехом, что это тоже заставляло задуматься. Однако, соседство с хищными тварями, похожими на медведей ростом со слона и свирепыми кошками, превосходившими размерами носорогов, заставляло подумать о судьбе тех коров, которых Виктор уже мысленно видел в стойлах ферм и на тучных пастбищах. Маша, увидев скисшую физиономию управляющего колонией, поторопилась успокоить его, сказав весёлым голосом:
   - Я всё-таки думаю, что всё не так уж и плохо. Прилетев туда, мы же не станем сразу сажать корабли на Викторию, а сначала тщательно осмотримся. Думаю, что лучше побыть пару месяцев на орбите, пока наши исследовательские группы будут выяснять, с какого континента мы начнём колонизацию. Мы ведь пробыли на этой планете всего месяц и исследовали её по большей части с помощью радиоуправляемых зондов.
   Тётя Неля, которая присоединилась к будущим руководителям колонии вместе с родителями Виктора, сказала:
   - Правильно, деточка. Пока мы не пройдём по лесным тропкам ножками, мы об этой планете ничего не узнаю. Только я так скажу вам, ребята, все эти огромные хищники меня не очень-то пугают. Куда страшнее их могут оказаться всякие крохотные козявки, а самую большую опасность всё-таки представляют из себя микробы этого мира и вирусы. Мы ведь против них первое время будем совершенно беззащитны.
   - Тётя Неля, у тебя какие-то отсталые представления о современной медицине! - Воскликнула жена Виктора - Мне будет достаточно всего трёх недель исследований болезнетворных организмов, чтобы я смогла изготовить комплексную вакцину. Да, и те прививки, которые я вам сделаю, тоже обладают прекрасными защитными свойствами. Самое главное, что между Землёй и Викторией нет больших различий на уровне генов и аминокислот. В этом плане Виктория для нас совершенно безопасна.
   - То есть съедобна? - Спросил Полковник, завзятый охотник и рыболов - Ну, тогда нам вообще не о чем беспокоиться.
  

Глава четвёртая.

Самый короткий план колонизации

   Уже к воскресенью во временном городке колонистов, заполнившем собой всё поместье Алексея Кабанова, собралось без малого двенадцать тысяч человек и все эти люди были набраны по цепочке. Молодёжи из них было почти три четверти и это очень радовало Виктора. В отличие от своих критиков на канале "Челленджер", которые разразились громкими криками по поводу того, что все эти молодые люди не обладали достаточной квалификацией, он нисколько не волновался. У всех были родители и как раз они-то были профессионалами своего дела, да, и молодёжь была не такая уж и ущербная. Подавляющее большинство молодых колонистов имели профессии, а очень многие и опыт работы, но не это было самым главным, они все были полны энтузиазма и мечтали назвать своими именами горы и реки, моря и океаны, а также планеты Любианской системы.
   Другим очень важным событием стало то, что будущие колонисты без лишних раздумий распродавали всё, что у них имелось на Земле ценного и уже внесли в фонд развития Виктории почти девятьсот миллионов удедов, да, вдобавок к этому Алексей Кабанов договорился тремя банками о предоставлении колонии на Виктории кредита в пять миллиардов двести миллионов удедов и дело оставалось за малым, - утвердить первичный список колонистов, чтобы получить эти деньги. Виктор вместе с отрядом своих космолётчиков, а это были люди разных космических специальностей, уже побывал в штаб-квартире "Лунных космических верфей" и те отобрали нужные им космические корабли. Как это ни странно, но не новые, а уже успевшие весьма основательно побороздить просторы галактики и прошедшие после этого капитальный ремонт на той космоверфи, на которой они были построены. Маша объяснила ему это очень просто:
   - Вик, новая техника это всегда риск, а космический корабль, который отлетал свои положенные пятнадцать лет до первого капремонта, во время которого заменяются только генераторы перехода через риман, да, некоторые излучатели на блоке антигравов, это надёжная машина. Она уже переболела всеми детскими болезнями. В общем всё, что на ней могло сломаться, было сломано ещё в первые пять, семь лет эксплуатации, а срок службы до списания корабля в утиль, составляет семьдесят пять лет. Нам ведь удалось купить эти корабли только потому, что военному космофлоту они просто не по карману. Все три транспортника свою задачу уже выполнили и держать их на лунной стоянке, это выбрасывать в космос по девяносто миллионов в год. Ну, а почему они достались нам так дёшево, я не знаю.
   Виктор улыбнулся и открыл ей свой секрет:
   - Маша, ты помнишь, что я передал господину Бергману? Это был образец нового сорта стали, которую Серёга начнёт производить уже через четыре месяца после того, как мы спустим на Гагаринское плато его ящики и всю её мы будем поставлять "Лунным космическим верфям". Вот потому-то мы и смогли так дёшево купить у него три транспортника, пассажирский лайнер и две дюжины вспомогательных кораблей.
   - А вот это уже было лишнее! - Воскликнула Маша - У нас кораблей, больше, чем пилотов.
   Виктор усмехнулся и сказал:
   - Девочка моя, так у нас ведь ещё полгода впереди. Думаю, что когда народ узнает, что мы собираемся лететь на Викторию такой флотилией, то сможем найти ещё не одну сотню отличных пилотов с шурупами в голове. Не думаю, что все пилоты так уж крепко держатся за Дальразведку.
   - Да, ты прав Вик. - Согласилась Маша - Если будут корабли, то с пилотами затруднений не должно возникнуть. Боже мой, прошла всего неделя, а у меня такое ощущение, что целый год. Ну, что же, удачи тебе в Париже. Только смотри не проболтайся там, что ты тайком собрал у себя на сборном пункте почти две сотни бывших космолётчиков из Дальразведки. Надеюсь, что среди такого множества имён они нас не вычислят сразу.
   Виктор вздохнул, но ничего не стал говорить этой женщине, хотя ему и хотелось ещё раз попытаться убедить её в том, что ничего Дальразведка не сделает ни ему, ни ей. Вместо этого он подмигнул ей и вышел из гостиной. В Париж он собирался лететь вместе со своими самыми главными помощниками, Алексеем, Полковником, его старшим сыном Романом и братьями Быстровыми не рейсовым флайером, а на скоростном флайере своего премьер-министра, за штурвалом которого уже сидел Игорь. Ему, как пилоту, он доверял полностью, хотя в его голове и не стоял чип, да, он и не был нужен для пилотирования флайера. Впрочем это тоже было не за горами. Его супруга тоже времени зря не теряла и уже договорилась о приобретении такого автоматизированного медицинского центра, какой даже и не снился деятелям из УКП, к которым Виктор испытывал всё большее и большее недоверие. Всю эту неделю он не только встречал в городке колонистов людей, но внимательно просматривал по ночам интересующие его материалы на "Челленджере", а их там было много.
   Полёт до Парижа был недолгим и через полтора часа они совершили посадку на частной площадке в Тюильри и сразу же направились на бимобиле-лимузине на площадь Согласия, где находилась штаб-квартира Управления Колонизации Планет. Это был высоченный небоскрёб, в котором изо дня в день трудилось несколько тысяч человек и оставалось только удивляться, почему за последние десять лет почти четыре десятка колонизацией закончились спешной эвакуацией колонистов, а эти планеты попали в чёрные списки, как опасные для жизни. Виктора удивляло даже не это, а то, что он в принципе не находил их таковыми и считал, что всё дело тут было просто в плохой подготовке. Он, разумеется, ни за что не променял бы на них Викторию, которую уже считал чуть ли не своей собственностью, хотя ни единым словом не обмолвился о том, что выбирает именно её.
   Стоило им только выйти из лимузина, взятого напрокат, как на них тут же набросилась целая толпа репортёров, но на все вопросы он отвечал: - "Без комментариев" и лишь перед тем, как войти в здание, сказал, что ответит на их вопросов после того, как выйдет из здания со всеми полномочиями на колонизацию выбранной им планеты. В фойе их тотчас окружили клерки, которые попытались было отсечь от него спутников, но Виктор попятился от них и вполголоса сказал:
   - Господа, если вы не хотите, чтобы вышел и тут же на ступенях Управления рассказал о том, что вы творите, дайте нам пройти. Это мои помощники и вы не вправе гнать их в шею, так что позвольте нам войти в офис.
   Это было первое препятствие на пути к Виктории. Когда они поднялись на пятьдесят восьмой этаж, в фойе этого этажа, на котором находился кабинет главного управляющего, перед ними выросло, как из-под земли, четверо мужчин в тёмно-синих мундирах Дальразведки и самый старший из них, с адмиральскими погонами на плечах, вкрадчивым голосом сказал:
   - Господин Бобров, я хочу, чтобы вы уделили мне полчаса перед тем, как пройдёте в кабинет господина Мюллера.
   - А я не хочу уделять вам и минуты, космос-адмирал. - Сурово отрезал Виктор - Пропустите нас, или мы будем вынуждены отодвинуть вас в сторону. У меня нет даже малейшего желания разговаривать с вами.
   Космос-адмирал не унимался и злым голосом прорычал:
   - А я сказал вам, что вы уделите мне эти чёртовых полчаса, внимательно выслушаете, что я вам скажу, а потом будет делать всё именно так, как вам будет сказано, а не иначе.
   Роман коротко хохотнул и с угрозой в голосе проворчал:
   - Слышишь, ты, синяк, ты ещё скажи моему командиру, что он пройдёт к господину Мюллеру только через твой труп. Убивать тебя я, разумеется, не стану, а лишь уложу мордой в пол. Космос-капитанов первого ранга мне уже доводилось поливать пивом, а теперь ляжешь и ты, старая кочерыжка, если не отойдёшь от входа и не дашь нам пройти. И не вздумайте хвататься за станнеры, крысы туннельные, все ваши подлые замашки мне известны, так что я так по вам пройдусь из зажигалки, что вас потом ни в один медицинский центр на лечение не примут. Понятно или мне прямо сейчас начать вам объяснять, почему лейтенант спецназа Роман Родригес так ненавидит дальлётчиков?
   Слова Романа возымели своё действие и трое верзил, сопровождавших космос-адмирала, первыми попятились назад, а затем с неохотой отступил вглубь фойе, украшенного диковинками с далёких планет. Вторая линия также была пройдена без потерь, но Фёдор, показав дальлётчикам миниатюрную видеокамеру, поспешил их предупредить:
   - Господа, если вы попытаетесь хоть как-то помешать разговору моего шефа с господином Мюллером, я вас не просто по судам затаскаю, а разорю и вы заплатите нам ровно столько, сколько стоят все эти десять планет по рыночному курсу.
   - Но планеты не продаются на рынке! - Испуганно взвизгнул моментально покраснев адмирал.
   Фёдор усмехнулся и сказал:
   - Это вы своей бабушке расскажите, адмирал, а мне про ваши махинации с планетами, пригодными для колонизации, всё известно. Поэтому будет лучше всего, если вы покинете это здание немедленно и больше не станете показываться нам на глаза.
   Путь к кабинету главного управляющего был свободен и через две минуты они вошли в приёмную и вот там-то их ждало самое сложное, преодолеть последнее препятствие в виде сухопарой рослой и мосластой, мрачной девицы со злым лицом, которая сразу же поинтересовалась у них вместо здравствуйте:
   - Господа, вы прошли собеседование с официальным представителем Дальразведки?
   - Прошли-прошли. - Насмешливо сказал Виктор - Только он находился здесь неофициально и потому остался очень доволен, что оно было таким коротким и не перешло в фазу выяснения тех обстоятельств, почему это официальные лица из Дальразведки разгуливают по Управлению Колонизации Планет, как у себя дома. Ну, что, может быть вы доложите господину Мюллеру, что управляющий Бобров прибыл к нему для собеседования вместе со своими помощниками?
   Девица хищно оскалила свои прелестные зубки, которой позавидовала бы любая кобыла, и спросила:
   - Тогда почему бы вам не вручить мне лист согласования, подписанный вами и адмиралом Гаджетом?
   Теперь в бой ринулся Юрий, который мрачно сказал:
   - Так, милочка, на десять лет строгого режима вы уже тут наговорили, но я обязательно постараюсь добавить вам ещё пять, если ровно через минуту мы не войдём в кабинет господина Мюллера. Мне как, вызвать сюда полицию или мы всё же обойдёмся без эксцессов? Поверьте, пятнадцать лет за тяжкое должностное преступление это не сахар, ведь после этого вы пятьдесят лет не сможете поступить на государственную службу, но даже не это должно вас страшить, а то, как к вам будут относиться в тюрьме истинные леди из криминальной среды.
   Девица была грозной только на вид. Она сразу смекнула, что Юрий не шутит и стала оправдываться:
   - Но я не совершала никакого преступления. Я лишь выполнила просьбу адмирала Гаджета. Ой, простите, я немедленно доложу о вашем прибытии господину Мюллеру.
   Хозяин большого, роскошно убранного кабинета, в котором возле огромного письменного стола-пульта стоял только один стул, был несказанно удивлён, когда к нему в кабинет вошла целая делегация, но не растерялся и сразу сказал:
   - Господа, я не ожидал, что вас будет так много, возьмите стулья в приёмной и подсаживайтесь к столу. Итак, господин Бобров, вы набрали необходимый минимум в двести колонистов?
   Виктор протянул ему свой патент и сказал:
   - Да, господин Мюллер, можете прочитать весь список и связаться с каждым из моих товарищей.
   Главный управляющий взял в руки патент, приставил его к считывающему устройству и усмехнувшись воскликнул:
   - Да, действительно! Честно говоря, господин Бобров, я не поверил в то, что к вам решило присоединиться более двенадцати тысяч человек. Вы представляете себе, в какой тесноте вам придётся лететь на выбранную вами планету? Кстати, какую планету из тех десяти, которые выставлены на конкурс, вы выбрали?
   Виктор улыбнулся и ответил:
   - Планету под номером MSS-2376/2275, находящуюся в Рукаве Персея и хочу, чтобы вы внесли её в мой патент. Страховой сбор мною уплачен, колонистов я набрал намного больше необходимого минимума и все эти люди уже продали всё своё имущество и создали фонд развития колонии в сумме немногим более девятисот пятидесяти миллионов уедов. Думаю, что это вполне достаточное основание, чтобы Управление Колонизации Планет удовлетворило мою просьбу и выполнило свои обязательство в соответствии с условиями устроенного вами же конкурса. Тем более, что патент на управление колонией мне уже вручён и сдавать его я не намерен ни при каких условиях.
   - О, да, конечно! - Оживлённо воскликнул Герхард Мюллер и его пальцы запорхали над клавиатурой - Всё готово, господин Бобров и вы можете начинать тратить деньги, выделенные вам для колонизации этой планеты. А теперь позвольте мне проинструктировать вас относительно некоторых моментов...
   Виктор покивал головой и перебив его попросил:
   - Господин Мюллер, сначала я попросил бы вас считать с моего патента информацию об этой планете и показать её мне и всем моим друзьям и помощникам на экране.
   Господин Мюллер недовольно нахмурился, но выполнил эту просьбу и когда Виктор и его друзья увидели на экране свою Викторию, то радостно заулыбались. Берендей действительно был хакер экстра-класса и заблокировал возможную подмену. Теперь уже никто не мог отобрать у них эту планету иначе, как с применением военной силы, но это было бы уже слишком грубо и примитивно, да, и военный космофлот Земли за это по головке точно не погладит, а вот отшибёт такую дурную голову запросто. Господин Мюллер, увидев на экране не планету MSВ-2509/2282, которую хотели ловко подсунуть, взяв под свой контроль компьютер управляющего деятели из Дальразведки, а именно планету MSS-2376/2275, так ничего и не понял. Он отдал Виктору уже окончательный патент и сказал:
   - Господин Бобров, теперь вы должны в трёхмесячный срок составить и подать мне на рассмотрение план колонизации планеты Виктория...
   - Уже готово, господин Мюллер. - Снова перебил управляющего Виктор, достал из кейса и протянул ему папку красной кожи, в которой лежала всего один лист бумаги.
   Взяв в руки папку, главный управляющий открыл её и увидел, что весь план колонизации состоял всего из трёх слов:
   - Veni, vidi, vici.
   Не веря своим глазам, он спросил:
   - И это весь ваш план? Пришел, увидел, победил. Вам не кажется, что это несколько несерьёзно, господин Бобров?
   - Ну, почему же несерьёзно, господин Мюллер? - С усмешкой поинтересовался у этого сухощавого, лощёного господина Виктор - Все мои друзья единодушно поддержали этот план наших совместных действий на планете Виктория. Более того, мы приняли решение отказаться от тех денег, что выделяет на колонизацию Виктории правительство Земли.
   Главный управляющий всплеснул руками и воскликнул:
   - Только не это, господин Бобров! Извините, но деньги мне уже переведены и я просто обязан передать их вам, иначе я потом никогда не смогу объяснить господам из минфина, почему это я возвращаю им деньги. Нет, нет и ещё раз нет!
   Виктор переглянулся с Алексеем и тот, сокрушенно разведя руками, сказал унылым голосом:
   - Ладно, мы возьмём эти жалкие гроши, господин Мюллер, но только при одном условии, через двадцать пять лет вы получите их все до последнего удеда. Но от той рухляди, которую вы собираетесь нам подсунуть под видом космического корабля, мы отказываемся категорически.
   - Вы что, хотите меня сегодня в гроб загнать, господа? - С огорчённым видом спросил господин Мюллер и потрясая руками воскликнул - Чёрт с вами, я перечислю на ваш счёт, господин Бобров, три миллиарда удедов и вы можете покупать себе космический корабль где угодно, хоть у зелёных человечков из какой-нибудь другой галактики, если сумеете их найти. Ну, от чего вы намерены ещё отказаться, господа колонисты? Давайте, добивайте старика! Мало мне того, что последние тридцать лет дела в Управлении идут из рук вон плохо, так я ещё дожился до того дня, когда ко мне в кабинет является какой-то маркетолог из далеко не самой большой компании и начинает не только диктовать мне, что я должен делать, но ещё и притащил с собой целую шайку каких-то бандитов в элегантных костюмах.
   Виктору даже сделалось как-то неловко и он вполне искренне посочувствовал Герхарду Мюллеру и потому сказал мягким, вкрадчивым голосом:
   - Доктор Мюллер, не обижайтесь. Поверьте, ведь мы можем с вами подружиться. Знаете, а я ведь кажется понимаю, в чём заключается причина ваших неудач в последнее время и если вы позволите мне готовиться к этой колонизации так, как мы все считаем это нужным, то охотно объясню вам, почему у вас всё разладилось и даже скажу, как это исправить, я ведь маркетолог, а у нас на всё есть свой собственный взгляд.
   Герхард Мюллер пристально посмотрел в глаза Виктору и насмешливым голосом сказал:
   - Ну, и где же наша машина дала сбой?
   Виктор невозмутимым голосом стал объяснять:
   - Господин Мюллер, главная причина всех ваших неудач заключается в том, что в Институте Колонизации вы готовите не командных игроков, не лидеров, а фанатично настроенных на победу любой ценой эгоистов-одиночек, которые мечтают во что бы то ни стало получить патент на управление планетой, а потом собирают себе команду из оставшихся без патента неудачников, которые только и умеют, что ползать на пузе по болотам, да, трескать сырыми лягушек и кузнечиков. Причём ползать голыми. Ничего подобного мои колонисты делать не будут. У них будет чем заняться полгода, а может быть мы и управимся раньше. Между прочим, мы уже купили себе три отличных грузовика, пассажирский лайнер, на борт которого смогут подняться двадцать пять тысяч колонистов, и ещё двадцать четыре корабля различных типов и классов, которые смогут взять на борт ещё пять тысяч колонистов не считая того, что пятнадцать тысяч полетят на грузовиках. Мы не собираемся заниматься всяческой ерундой в угоду Дальразведке, а проведём колонизацию почти точно так же, как были колонизированы первые семь планет, только с куда большей экономической эффективностью. Тогда на Земле думали не о ней, а о том, как бы вывезти в колонии побольше людей. Мы тоже хотим пригласить к себе как можно больше людей в основном с Земли, но на совершенно иных принципах. Колонизация Виктории будет выгодным предприятием для каждого человека, который сможет влиться в наш коллектив, а для этого нужно быть просто хорошим парнем.
   Главный управляющий усмехнулся и спросил:
   - Ну, и кто же будет пилотировать ваши корабли? Дальразведка точно не даст вам ни одного пилота, да, и навигационных карт вы от них не получите.
   Юрий оскалился и сказал ехидным голосом:
   - Господин Мюллер, уже через месяц полный комплект навигационных карт вам предложат в любом магазинчике, торгующим программным обеспечением. Это я вам гарантирую, а пилоты у нас есть и свои. Так что Дальразведка может и дальше спать спокойно, только я постараюсь сделать так, что её боссы вообще лишатся сна. Антимонопольного законодательства ведь ещё никто на Земле не отменял, а в составе нашей флотилии имеется пять исследовательских крейсеров. Вот так-то, господин Мюллер.
   Наконец Герхард Мюллер понял, что перед ним сидит на стульях не кучка аферистов, а прожженные дельцы, которые очень хорошо знают, что они делают и чего хотят достичь. Поэтому обведя их всех взглядом, он вперил немигающий взгляд своих серых глаз в Виктора и негромко сказал:
   - Господин Бобров, если вы допустите моих специалистов в свой тренировочный лагерь и позволите им наблюдать за процессом подготовки колонистов, то я не только открою для вас любой из двенадцати наших тренировочных лагерей, оснащённых взлётно-посадочными площадками для тяжелых космических транспортов, но и поделюсь с вами кое-какими важными секретами и как знать, может быть даже открою наши склады. Ведь судя по всему вы собираетесь осуществить массовую колонизацию, а это именно то, чего мы давно уже не можем себе позволить.
   Виктор моментально ответил:
   - Господин Мюллер, нам лучше всего подходит площадка "Крым". Если вы нам её предоставите, то ваши специалисты смогут совать свой нос даже в мою спальню, причём ночью. За всеми вашими неприятностями последних десяти лет стоит Дальразведка и мне кажется, что вы об этом догадываетесь. Можете даже не говорить об этом вслух. Если это так, то просто кивните головой и мы вас прекрасно поймём. - Герхард Мюллер кивнул головой и Виктор с улыбкой добавил - Весь этот конкурс они вынудили вас устроить только для того, чтобы тишком прикупить себе Викторию, недра одного из континентов которой богаты редкостной красоты драгоценными камнями, но они не успели вовремя выставить на этом конкурсе подготовленного ими претендента. Пришел какой-то маркетолог и прямо у них из-под носа умыкнул главный приз. Уже через несколько часов все газеты планеты будут наперебой обсуждать эту афёру Дальразведки и поражаться тому, что в своём бесстыдстве они докатились даже до того, что устроили хакерскую атаку на вашу компьютерную сеть и попытались таким образом подменить планету, но моя разведка сработала безукоризненно, а контрразведка столь же успешно отразила эту атаку. Всё задокументировано, запротоколировано и колония Виктории обратится с иском против Дальразведки в Верховный суд уже сегодня же. Вы, господин Мюллер, разумеется, были и остаётесь вне всяких подозрений, но вот вашу секретаршу они как-то сумели заставить работать на себя. Она фактически вошла в сговор с этими пройдохами.
   Герхард Мюллер посмотрел на колонистов, как на сумасшедших и тихим, подавленным голосом спросил:
   - Господа, вы хотя бы отдаёте себе отчёт в том, с каким именно монстром вы пытаетесь меряться силами? Если они не сомнут вас немедленно, то будут вам мстить и мстить жестоко.
   Полковник усмехнулся и ответил за всех:
   - Пусть они попробуют тронуть хотя бы кота, который прибился к нам и так всем уже надоел, что его готов кипятком ошпарить каждый, и они моментально получат такой ответ, что очень сильно пожалеют об этом. Господин Мюллер, такие монстры обычно тяжелы и неповоротливы, а потому их очень легко громить. Поэтому мы не боимся Дальразведки.
   О том, что они специально нарывались на скандал, Полковник главному управляющему не сказал, а ведь в этом заключался особый смысл. Юрий, который как раз и разработал такую линию поведения, сказал, что Дальразведка сразу же поднимет такой вой, что это тут же позволит им закупить новейшее вооружение для своих космических кораблей, которые и без того были военными, только с них было снято всё вооружение. Виктор, узнав об этом, согласился с его планом даже раньше, чем его сосед и давний друг Эдуардо Родригес успел окончательно осознать, что в таком случае он и в самом деле будет командовать самой настоящей армией, хотя и маленькой. Герхарда Мюллера его слова нисколько не убедили в том, что они смогут одержать победу в этом противостоянии и он сказал с иронией в голосе:
   - Желаю вам удачи, господа, а теперь позвольте мне всё-таки ознакомить вас с кое-какими правилами, принятыми в Управлении Колонизации Планет, ведь как бы то ни было, но вы будете подчиняться сначала ему, а уже потом правительству Земли. Впрочем как раз ему-то и нет никакого дела до колоний, ведь ни с чем другим, кроме многочисленных просьб о помощи, колонии к нему не обращаются.
   Хотя Виктор и его друзья не услышали ничего нового, они всё равно остались довольны, ведь у них была возможность задавать вопросы и главный управляющий на них охотно отвечал. У Виктора в ходе этой трёхчасовой беседы создалось такое впечатление, что его оценка причин, по которым у Управления Колонизации Планет, похоже, оказалась верной. Такой вывод он сделал потому, что Герхарда Мюллера очень интересовало, когда колонисты прибудут на базу подготовки "Крым". Виктор сказал ему, что начиная с завтрашнего дня они начнут переброску личного состава и всего того оборудования, которое у них уже имеется. Главный управляющий вручил ему стопку банковских карточек на четыре миллиарда удедов и они покинули его кабинет.
   Как только они вышли из здания Управления Колонизации Планет, на них снова навалились журналисты и Виктор предложил им всем проследовать в ближайший конференц-зал, который уже был арендован для его первой пресс-конференции. Братья Быстровы их покинули и в сопровождении дюжины крепких парней отправились в здание Верховного суда, чтобы подать иск против Дальразведки. Когда все журналисты расселись в просторном, удобном конференц-зале, Виктор сразу же объявил о том, что им удалось отстоять выбранную ими планету и чуть ли не силой вырвать её из когтей Дальразведки. Такое его заявление было для репортёров настолько неожиданным, что они сначала ничего не поняли, но со своего места поднялся уже хорошо знакомый Виктору обозреватель "Би Би Си" Саймон Ньюмен и спросил:
   - Вик, простите, вы хотите сказать, что Дальразведка не хотела, чтобы вы получили права на колонизацию MSS-2376/2275?
   - Нет, господин Ньюмен, я говорю, что Дальразведка хотела присвоить эту планету и для этого сначала создала для Управления Колонизации Планет множество проблем, которые должны были показать правительству Земли, что их методы колонизации планет ни на что не годны, а затем сумела так всё повернуть, что буквально вынудила УКП провести этот конкурс и выставила на него десять самых аппетитных планет, среди которых была и планета MSS-2376/2275, которую они хотели заграбастать себе задарма. - Ответил Виктор и тут же пояснил - Под видом простых обывателей, они подготовили несколько своих кандидатов и стали ждать удобного момента, чтобы один из них выиграл конкурс, но тут случилось непредвиденное обстоятельство, в каком-то там Тамбове, жители которого никогда и не мечтали, чтобы стать колонистами, появился некий тип, большой любитель экстремального туризма, и выиграл этот конкурс с таким отрывом от всех остальных его участников, что даже в Управлении Колонизации Планет все ахнули, но самое главное, за него проголосовала почти восемьдесят процентов из более, чем трёхмиллионной аудитории, сплошь состоящей как раз не из обывателей, а исключительно из людей стремящихся стать не просто переселенцами, а настоящими первопроходцами. Таким образом этому типу удалось взять и в одночасье порушить так тщательно спланированную и долго выстраиваемую операцию Дальразведки по присвоению планеты MSS-2376/2275. Теперь эта планета принадлежит нам и мы начинаем подготовку к её колонизации.
   Виктор умолк, а журналисты разразились громкими, недоумевающими криками. Саймон Ньюмен и вовсе завопил:
   - Вик, но зачем Дальразведке нужна какая-то планета расположенная чёрт знает где?
   Обозревателя "Би Би Си", которой принадлежал информационный канал "Челленджер", поддержали все остальные журналисты и Виктор, включив огромный трёхмерник позади себя, вывел на экран друзу поющего хрусталя и сказал:
   - Господа, я полагаю, что на всё это хозяева Дальразведки пошли из-за этой удивительной разновидности сапфира, которой мы дали название марианит. Вы мне не поверите, господа, но марианит является удивительным драгоценным камнем, мало того, что он даже при самом слабом освещении буквально сверкает, так он ещё и поёт, когда его касаешься руками. Эта друза, которую вы сейчас видите, ещё несколько минут назад хранилась в одном из сейфов Дальразведки, но я думаю, что уже очень скоро она будет уничтожена. Потеря этой друзы ещё не будет означать потери всех запасов этих удивительных драгоценных камней, но Дальразведка может пойти на то, чтобы сделать эту планету непригодной для колонизации, сбросив на неё с десяток кобальтовых бомб и поэтому я, как управляющий колонией на Виктории, требую, чтобы военный космофлот послал туда группу патрульных крейсеров. Мы подали иск против Дальразведки и в настоящий момент Верховный суд принял к его рассмотрению. По словам наших юристов, сотрудники Верховного суда возмущены действиями руководства Дальразведки и уже направили свою следственную бригаду в её штаб-квартиру.
   После этих слов, подавляющее большинство журналистов из конференц-зала, словно ветром сдуло, и в нём остались только те из них, кого интересовали исключительно вопросы колонизации и в их числе Саймон Ньюмен, который сказал:
   - Вик, меня с самого начала удивляло, что Управление Колонизации Планет решило найти управляющего таким необычным, я бы сказал, странным, способом. Что вы думаете о об этом конкурсе и своих успехах в нём?
   Вопрос был с подковыркой и Виктор с усмешкой сказал:
   - Всё очень просто. Управлению были созданы трудности, причём очень ловко, Саймон. Их просто вынудили пойти на это. Мы договорились с господином Мюллером о том, что наша команда будет готовиться к колонизации по индивидуальной программе при непосредственном участии в этом специалистов из УКП. Надеюсь, что жизненный опыт наших людей, а среди них довольно много таких, кому перевалило уже за сто пятьдесят лет, а также практический опыт сотрудников УКП, дадут хороший результат. Поймите, мы все летим на Викторию вовсе не для того, чтобы мужественно преодолевать трудности, на этой планете на мой взгляд их попросту нет, а для того, чтобы жить там так, как нам хочется, и развивать свой бизнес.
   - Бизнес? - Буквально вскричал вскочив на ноги какой-то мужчина в светлом костюме и тут же, торопливо представившись, задал свой вопрос - Денис Браун, специальный корреспондент газеты "Дейли Пакс", господин Бобров, какой бизнес можно развивать в колониях, если люди влачат там жалкое существование, пытаясь изо всех сил попросту выжить?
   На этот вопрос ему ответил Алексей Кабанов, который широко расправил свои плечи, положил пудовые, крепко сжатые кулаки на стол и с суровой решимостью в голосе сказал:
   - Не знаю что там влачат люди в других колониях и зачем они туда вообще отправились, но лично я, как бизнесмен, всю жизнь работавший в реальном, производственном, а не виртуальном, секторе экономики, чью компанию четыре раза разделяли, но я при этом всякий раз поднимался на ноги, собираюсь и дальше заниматься производством сам, а также помогать становлению бизнеса своих партнёров. Поэтому не удивляйтесь, господин Браун, если через три года наши транспортники доставят на Землю такую бытовую технику, которая будет служить людям многие десятилетия только потому, что будет изготовлена из высококачественных материалов, а не из всякого дерьма, разваливающегося через полгода. Это будет техника для людей, а не для свалки, господин Браун, и людям она очень нужна. - После этого премьер-министр Виктории зачитал журналистам весьма длинный список тех предприятий, которые будут построены на этой планете в срок не позднее трёх лет, сообщив заодно о том, какую именно продукцию они станут выпускать, а также поделился своими планами относительно экспорта высококачественных материалов для нужд промышленности на Земле, закончив своё выступление весьма неожиданно - Для нас, господин Браун, колонизация Виктории это очень выгодный бизнес, а испытывать себя на жизнестойкость и выносливость, я предпочитаю в постели, как и всякий нормальный, здоровый мужчина.
   Тем самым он разрядил обстановку и вызвал в конференц-зале громкий смех. Теперь журналисты уже не смотрели на них, как на безумцев и стали задавать совсем другие вопросы, нежели те, которые были заготовлены у них заранее. Со своего места поднялась девушка и спросила Алексея:
   - Господин Кабанов, скажите, вы отважитесь на то, чтобы вернуть ручной труд на производство?
   Алексей не выдержал и даже встал, чтобы воскликнуть:
   - Обязательно! Именно это я и собираюсь сделать в первую очередь! На любом производстве есть такие технологические процессы, которые нельзя доверить манипуляторам роботов, там нужны или нежные женские руки, или крепкая, хваткая и точная рука настоящего мужика-работяги. - Он потряс своим кулачищем и с ехидством добавил - А в конторе должны сидеть головастые ребята, которые прекрасно знают, что нужно производить и как продавать, чтобы этот бизнес не вылетел в трубу и никакой усреднёнки! Я сторонник того, чтобы каждый мой работник имел свою долю в нашем общем бизнесе и знал, что я партнёр, а не сволочь, заставляющая его вкалывать на себя за чашку супа. Ну, а если кто-то, научившись у меня чему-либо хорошему, захочет взять и открыть свой собственный бизнес, то я ему не только помогу толковым советом, но и деньгами даже в том случае, если рискую вырастить себе конкурента. Так учил меня мой дед, чью компанию я унаследовал и он летит с нами на Викторию.
   Как только речь зашла о людях старшего возраста, журналисты дружно зашумели и Саймон Ньюмен снова задал вопрос:
   - Господа, не знаю кто из вас ответит на мой вопрос, но мне в любом случае очень хочется знать, чем будут заниматься на Виктории люди старшего поколения?
   Виктор взял слово и сказал:
   - Саймон, когда я сказал своим родителям о том, что получил патент на управление колонией, они сразу же стали собираться в дорогу вместе со своими институтскими друзьями, которых я знаю с детства. После этого я поговорил со своими детьми и они тоже захотели лететь на Викторию, и лишь на третий день я отважился спросить своего прадеда, а он у меня на старости лет стал художником, что он думает о перемене места жительства и тот задал мне всего лишь один вопрос: - "Внучек, если я снова начну работать буровым мастером, через сколько лет ты выгонишь меня на пенсию?" и я ответил ему: - "Дед, не раньше того дня, когда во всей нашей Любианской системе уже будет не найти планеты, в которой ты не насверлил дырок". Мой ответ его успокоил и он заверил меня, что после этого он и сам с удовольствием отойдёт от дел. Человек дышит полной грудью только тогда, когда у него есть возможность заниматься любимым делом, будь то работа у станка или бродяжничество. Бродяг и бездельников среди тех людей, которые уже заявили мне, что полетят на Викторию, нет, но если кому-то надоест работать и он решит взять закинуть за спину котомку и пойти бродяжничать, то я предложу ему взять либо бимобиль, либо на худой конец биомеханическую лошадь и рацию с маячком, чтобы соответствующие службы всегда знали, куда им нужно отвезти продукты, патроны и прочие припасы. Правда, тогда мы будем называть такого парня исследователем, а не бродягой, хотя это одно и то же. Более того, мы уже купили себе пять исследовательских крейсеров и я надеюсь на то, что со мной свяжутся те ребята, которые захотят полететь на них к другим далёким звёздам в Рукаве Персея, чтобы посмотреть, а нет ли там планет вроде нашей Виктории. Разумеется, мы купим для этого ещё и несколько астрофизических лабораторий, которые поставим на суточную орбиту, чтобы они давали им координаты тех звёзд, вокруг которых обращаются по своим орбитам планеты. В общем у нас будет своя маленькая Дальняя Разведка, вот только работать она будет совсем не так, как та, которую мы сейчас имеем.
   Конференция продлилась почти семь часов и когда вопросы иссякли, Виктор и его друзья покинули Париж и вернулись домой, чтобы начать готовиться к переезду в Крым.
  

Глава пятая.

База подготовки колонистов "Крым"

  
   Виктор Бобров сидел за письменным-столом пультом в своём кабинете и внимательно изучал длинный список товаров, закупленных на прошлой неделе, с негодованием отмечая, что не находил в нём некоторых позиций. Поэтому он одновременно составлял второй список, чтобы поставить вопрос перед службой снабжения, так как считал, что гнать корабль к Земле только потому, что кто-то вовремя не нашел той торговой компании или завода-изготовителя, где можно было по сходной цене купить памперсы для грудных детей, недопустимой роскошью, как и строить из-за этого целое предприятие. Он дочитал список того, что кто-то высокомерно назвал мелочёвкой до середины, когда за окном послышались возмущённые вопли:
   - Идиот, ты что творишь? Выключи, выключи скорей! Это же просто невозможно терпеть!
   Кричало сразу несколько десятков людей и эти крики доносились со стороны взлётно-посадочной площадки, находившейся неподалёку от здания штаба. При этом Виктор не услышал звука работающих двигателей, если это не было, конечно, какое-то беззвучное транспортное средство. Он встал, подошел к окну и выглянул наружу. С этого места ему не было ничего видно, но он увидел бегущих людей, причём если одни с истошными криками бежали туда, то другие, вопя ещё громче, бежали оттуда. Это его моментально заинтересовало и он решил выйти посмотреть, что же происходит снаружи и почему люди так вопят. Выбежав из здания, он побежал вдоль стены. Из-за угла вылетел, как ошпаренный, Игорь и весело завопил:
   - Батя, это просто цирк какой-то! Не ходи туда, а то и тебя ошпарит. Ну, Джонни, ну мастер на все руки! Убью, гада! И как он только соорудил такую чесучую хреновину.
   Джон Кандис как раз и был одним из тех сослуживцев Игоря, которого он хотел пригласить на Викторию. Впрочем откликнулся на его призыв не один только их бортинженер и до безобразия талантливый бортмеханик ВДКБ "Персей", но и остальные члены экипажа, которые все вместе привели с собой в отряд колонистов почти триста человек, но Джонни среди них безусловно был самой выдающейся личностью, но вместе с тем и самой опасной. Дорвавшись до великолепно оснащённых механических мастерских городка колонистов на базе "Крым", он тут же принялся воплощать в жизнь все свои сумасшедшие изобретения. Похоже, что сегодня он решил продемонстрировать очередное и оно снова относилось к числу тех, которые нужно было обязательно запретить. Эта мысль пришла Виктору в голову потому, что вслед за Игорем из-за угла чёртом вылетел родной дядя Джонни собственной персоной, истошно вопя на бегу:
   - Ай, собака, до чего же чешется! Ой-ёй-ёй, где здесь душ?
   На первый взгляд с этим высоким мужчиной, одетым в песочно-рыжий камуфляж, ничего не произошло, но он как-то странно подпрыгивая побежал к дверям штаба, в котором на первом этаже действительно имелась душевая. Виктор решительными шагами повернул за угол и увидел, что Джонни с серьёзным и невозмутимым видом сидит в открытом бимобиле-вездеходе, который, словно бы накрыла собой, какая-то радужная, прозрачная морская звезда со множеством щупалец. На капоте вездехода, весьма высоко поднятого над землёй на колёсах полутораметрового диаметра висел самодельный плакат, гласящий: - "Тысяча удедов тому, кто сядет рядом со мной!"
   Желающих заполучить эту тысячу было довольно много. Поэтому-то люди и бежали к вездеходу, но то странное силовое поле, которое накрывало собой его, действовало, словно разумное существо, а именно, оно ловило каждого приближающегося к машине, обвивало на секунду щупальцем и тут же отпускало, после чего храбрец удирал во все лопатки. На первый взгляд это радужное щупальце ничего не делало людям, но они почему-то сразу же убегали и при этом возмущённо вопили. Вскоре все поняли, что на штуку удедов им Джонни не раскрутить и остановились на безопасном расстоянии. Виктор подошел поближе и крикнул:
   - Джонни, что это такое?
   - Генератор защитного шкуродёрного поля, босс! - Крикнул в ответ Джонни - Опытная модель. Вот, решил испытать его на самых жадных. Пока что никто не смог содрать штуку с Джонни-Механика, и не сможет, хотя я и поставил его на самую малую мощность. Самая лучшая защита от всякой живности начиная от комаров и заканчивая динозаврами. Никто не пройдёт.
   Виктор рассмеялся и воскликнул:
   - Выключай свою шкуродёрку, Джонни, и пошли ко мне, побеседуем. Похоже, что это твоё самое лучшее изобретение.
   Джонни выключил свой генератор и спрыгнув на керамопластовые плиты возмущённо завопил:
   - Босс, это несправедливо! А чем, по-вашему, хуже мой нервотрепатель? Отличное оружие, между прочим.
   Нервотрепатель, а точнее излучатель низкочастотных волн, который Джонни испытал полтора месяца назад в баре, действительно был весьма эффективным непоражающим оружием, вот только очень уж большая паника тогда возникла, когда он бросил на пол в баре небольшой чёрный цилиндр размером со стограммовый стакан и тут же выбежал с истошным криком: - "Народ, разбегайся!" Народ, естественно, разбегаться не стал, за что тут же жестоко поплатился, когда нервотрепатель заработал и вызывал у всех такое ощущение ужаса, что бар мигом покинули не только люди, но даже мухи и тараканы. Более того, после этого все те, на ком было испытано это оружие, больше двух недель боялись подходить к бару на сто метров, а не то чтобы войти в него и пропустить пару кружек домашнего пива.
   Виктор, который сразу же дал своё добро Полковнику, чтобы тот поставил эти гранаты к себе на вооружение, не стал ничего говорить, а просто развернулся и пошел обратно в штаб, поманив рукой Джонни. Пока что от Джонни-Механика он видел только пользу и был очень доволен всей его изобретательской деятельностью. Тем более, что он сначала испытывал все свои изобретения на себе, а уже потом на своих товарищах. Поэтому и жертв не было, и Джонни никто не пытался поколотить, да, это было почти невыполнимой задачей, ведь этот парень имел рост в два метра пять сантиметров и был отличным бойцом. Когда Виктор вошел в штаб, то снова столкнулся с дядей Джонни, тот уже успел принять душ и увидев своего племянника, сказал:
   - Босс, вот на этот раз наш Джонни сварганил очень полезную штуковину. Когда тебя хватает это радужное щупальце, ты вроде бы не ощущаешь ничего, так, слабенькое покалывание, но потом шкура так начинает чесаться, что просто ужас. Но знаете, босс, душ принял и всё, как рукой сняло. Интересно, а если попытаться пройти через эту заразу мокрым, от этого будет какой-нибудь толк или ничего не получится? Джонни, ты как считаешь?
   Племянник ответил своему дяде:
   - Дядя Билл, думаю, что будет только хуже. Эх, как бы испытать шкуродёрку на каком-нибудь тигре или медведе...
   Виктор тут же одёрнул его:
   - Даже думать об этом не смей, комитет защиты дикой природы мигом тебя четвертует. Давай, двигай за мной.
   Войдя в кабинет, Виктор сел за стол и сразу же задал изобретателю такой вопрос:
   - Джонни, скажи мне, сколько весит эта твоя шкуродёрка и сколько энергии она потребляет, если её врубить на полную мощность? В общем меня интересует, смогут ли её брать с собой наши ребята, если они захотят сходить в лес по грибы?
   Джонни-Механик ответил ему сходу:
   - Босс, так я её именно для этого и делал. Сам генератор весит всего полтора килограмма, а вот аккумулятор для него действительно нужен с большой ёмкостью, если врубать шкуродёрку на полную мощность. Как для тяжелого штурмового бластера. Такой весит пять с половиной килограмм, но и с ним генератор не сможет работать дольше двухсот часов. Правда, я не думаю, что это понадобится. По моим расчётам если геолог или там биолог причешет шкуродёркой гигантского носатого медведя хотя бы вполсилы, то навсегда отобьёт у него охоту кушать людей. С этой шкуродёркой, босс, только одна проблема, очень уж она дорогая получается. Одна штука почти в двадцать тысяч обходится, зато их можно изготавливать чуть ли не на коленке.
   Виктор облегчённо вздохнул, услышав эту цифру, и широко заулыбавшись воскликнул:
   - Всего-то! Джонни, быстро отправляйся с Борису и начинайте думать над тем, как нам изготовить за оставшийся месяц хотя бы пять тысяч таких штуковин. Ну, и подумай, где найти аккумуляторы помощнее, но чтобы были полегче. Всё-таки переть на себе лишние семь килограммов веса это не дело. Безопасность безопасностью, но и пупок надрывать тоже лишнее.
   Джонни-Механик, получая из его рук листок бумаги с распоряжением, тут же сказал:
   - Так я могу и генератор сделать вдвое легче, но он от этого тоже станет дороже. Где-то на треть.
   - Вот и делай. - Ответил Виктор и снова углубился в изучение обширного списка всей той мелочёвки, о которой почему-то забыли его помощники.
   Отряд колонистов, насчитывающий пятьдесят шесть тысяч человек, находился на базе подготовки "Крым" вот уже пять месяцев. Из окна своего штаба Виктор Бобров мог видеть громадины транспортных космических кораблей, похожих на огромных китов, лежащих на брюхе, вот только длиной эти киты были в восемь километров каждый и имели в высоту почти полтора километра. К ним нескончаемым потоком летели громадные грузовые антигравитационные платформы, на которых стояли саморазворачивающиеся модули заводов, - металлургических и машиностроительных. К тем первым десяти миллиардам удедов, что были собранны с миру по нитке в самом начале, добавилось ещё двадцать пять миллиардов и это были не одни только кредиты. Кое-кто из представителей крупного бизнеса решил стать инвестором и вложить свои деньги не столько в колонизацию Виктории, сколько в ту команду, которая за неё взялась.
   Произошло это после того, как Верховный суд по наводке братьев Быстровых выявил заговорщиком и они находились теперь под следствием. На следующий день, когда Виктор Бобров лично прибыл в штаб-квартиру Дальразведки и вежливо попросил предоставить ему навигационные карты, ему нескрываемым злорадством вывернули фигу и уже через десять минут последовало ещё два обращения с заранее подготовленными исками в Верховный Арбитражный Суд и в Антимонопольный комитет и если высшее руководство этой конторы сумело в первые же часы отмежеваться от кучки своекорыстных руководителей среднего звена, которых оно выставило стрелочниками, то тут их стали ломать по полной программе. Очень уж пространные иски были составлены братьями Быстровыми и их командой. Над Дальразведкой не просто сгустились тучи, а разразился чудовищной силы шторм, града в который добавило УКП и военный космофлот, руководство которого с весёлой удалью немедленно послало к Виктории целое звено тяжелых патрульных крейсеров.
   Главным результатом этой массированной атаки москита на слона явилось то, что уже через три дня Маша Гагарина упивалась триумфом, - она получила адмиральские эполеты из рук главного инспектора Управления Космическими Флотами Земли, поскольку под её началом было теперь свыше тысячи космолётчиков и целая отдельная космическая флотилия смешанного назначения. Для полного счастья этой миниатюрной красавице не хватало только одного, поскорее отправиться в дальний космос, но уже со своей новой базы, с Виктории. Так колонисты ещё не добрались до своей планеты, но уже ознаменовали свои труды довольно внушительными победами на фронте борьбы с самой одиозной корпорацией в Рукаве Ориона и его окрестностях.
   На базу подготовки колонистов "Крым", колонисты перебрались в три дня, показывая тем самым настоящие чудеса мобильности и скопидомства, - они прихватили из бывшего поместья Алексея Кабанова не только его загородный домище, но и фонтан с бронзовыми скульптурами, а также все свои стальные бараки и не зря. Жилищные условия на базе "Крым" были не ахти. Алексей, который однажды купил эти стальные сборные дома по дешевке, чтобы пустить их в переплавку, очень выручил Виктора и прежде всего самого себя, как премьер-министра Виктории. Дома эти были хотя и потрёпанные, они уже простояли лет двадцать в тундре под Воркутой, были вполне пригодны для жилья и пустить их в переплавку можно было и на Виктории, если поставить на Гагаринском плато и использовать частично под офисы и частично под жильё для вахтовиков, то и вовсе не думать там о широкомасштабном строительстве лет пятьдесят.
   Когда Герхард Мюллер впервые посетил базу подготовки "Крым", а это произошло только через неделю, то не сразу понял, куда он попал, в тренировочный лагерь или огромный цыганский табор, в котором решили провести фестиваль народного творчества. Повсюду звучала музыка, люди пели песни и даже танцевали, постоянно раздавались взрывы смеха и над всем лагерем носились аппетитные запахи самых разнообразных блюд, которые готовились прямо на открытом воздухе, в промежутках между домами и повсюду носились толпы подростков. Когда он прошел в кабинет управляющего колонией, в котором тоже шел гай-гуй и морщась от громкого смеха спросил, что делают все эти люди, то получил на этот вопрос совершенно парадоксальный ответ:
   - Папаша Герхард, они исполняют мой приказ.
   Подсевший к главному управляющему сбоку Алексей Кабанов, подтвердил это, протягивая ему кружку пива:
   - Так оно и есть, Папаша Герхард, именно этим народ и занимается, выполняет приказ нашего босса, а звучит он следующим образом: - "Ребята, даю вам ровно два месяца на то, чтобы вы любой ценой подружились друг с другом навсегда. Вы можете предпринимать всё, что угодно и обязаны приложить титанические усилия к тому, чтобы очаровать друг друга, показать себя с самой лучшей стороны и заставить друг друга уважать, любить и ценить себя. Если ты не будешь готов полезть в огонь, чтобы спасти жизнь друга, значит ты не колонист, ты не викторианец. При этом вам разрешается выяснять отношения друг с другом любым способом, но помните, по отношению к победителю я лично применю силу, уложу его мордой в грязь, а потом вышвырну обоих драчунов вон из моего лагеря". Вот народ и старается изо всех сил. Это касается всех без исключения, даже нас, - рукой, с зажатой в кулаке кружкой с домашним пивом, Алексей обвёл вокруг себя, - первых помощников и консультантов Виктора. Попробуйте пиво, Папаша Герхард, это моя супруга отличилась. Мы решили с первого же дня приучать людей к тому, что на Виктории они если и захотят выпить чего-нибудь, то это будет только домашние пиво, наливки, ну, и по особым дням самогон. Мы не берём с собой с Земли ни одной бутылки вина или водки.
   Папаша Герхард выслушал премьер-министра с сомнением во взгляде, отхлебнул пива и его брови сразу удивлённо поползли вверх. Помощники управляющего Боброва, а их было больше полутора сотен человек, которых он сначала принял за каких-то просителей, вторгшихся в его кабинет, с кружками в руках быстро расселись за огромным столом с множеством ноутбуков и совещание началось. Хотя весь лагерь шумел, как Рио во время карнавала, эти люди работали и составляли планы на будущие и эти планы были такими дерзкими и грандиозными, что Герхард Мюллер просто заслушался. Понравилось ему и поведение Виктора Боброва, который умел очень быстро вникать в суть каждого вопроса и, как это ни странно, раскритиковав один из планов просто вдребезги, заявил, что принимает его в целом, но только при том условии, если автор сам доведёт его до ума за неделю.
   После этого господин Мюллер не только зачастил в лагерь колонистов сам, но и привозил с собой различных высокопоставленных господ, чтобы те посмотрели, как идёт подготовка колонистов по совершенно иному сценарию. Обозреватели канала "Челленджер" также стали частыми гостями базы "Крым", расположенной на плоскогорье Яйлы, но это практически ничего не давало подписчикам канала. Только шесть с половиной сотен человек из них смогли заинтересовать собой два десятка колонистов, которым Виктор поручил заняться рекрутингом, но зато вместе с ними в их лагерь пришло более десяти тысяч рекрутов и это было самым поразительным итогом. Очень многие люди хотели покинуть Землю в первую очередь из-за семейных неурядиц, а тут происходило совсем другое, - люди вызывались лететь на Викторию не просто семьями в три, четыре поколения, а вместе со всей своей роднёй и это заставляло всех задуматься.
   Когда списочный состав колонистов перевалил за пятьдесят тысяч, что произошло к началу четвёртого месяца подготовки, когда приказ Виктора в целом был выполнен и практически все колонисты знали друг друга в лицо и по имени, внезапно проснулось командование военного космофлота. Колонию с таким числом колонистов космофлот уже был просто обязан защищать от возможного вторжения извне, а потому немедленно придал ей отряд из пяти боевых космических крейсеров среднего класса с экипажем в сто пятидесяти человек на каждом и тогда произошло нечто совершенно невообразимое. Управляющий колонией Виктор Бобров обратился ко всем родным и близким космолётчиков с призывом бросить на Землё всё к чёртовой матери и отправляться вместе с ними на Викторию, чтобы они стали там надёжным тылом для своих сыновей и дочерей.
   Для того, чтобы быть услышанным, Алексей Кабанов купил по часу времени на пяти самых главных каналах, которые вещали там, где проживали родные и близкие космолётчиков, с таким расчётом чтобы выступление Виктора услышали все, кого оно касалось. Правда, перед этим его босс целую неделю буквально жил на этих крейсерах и со всеми там перезнакомился, но зато когда он выступил по телевидению, его слушало в десятки раз большее количество людей, чем было тех, кому он адресовал свои слова. Своё выступление он начал с того, что рассказал о своей службе в космической пехоте, своих сослуживцах и о том, как его встречали в их семьях. Потом он стал рассказывать родителям и просто родным и близким о их детях, братьях и сестрах, племянниках и племянницах. Говорил он о них с искренним уважением и любовью, как о своих собственных детях.
   В конечном итоге буквально через неделю все пять боевых крейсеров приземлились на взлётно-посадочных площадках базы "Крым" и там военных космолётчиков ждала почти вся их родня. Такого поворота событий не ждал никто и с этого момента все стали относиться к Виктору Боброву и планете Виктория очень и очень серьёзно. Ну, а поскольку кроме банкиров и инвесторов никто толком не знал, чем ещё кроме добычи драгоценных камней, на которой далеко не уедешь в век, когда можно синтезировать всё, что угодно, то аналитики стали высказывать самые невероятные домыслы относительно того, какие такие бытовые машины собираются производить на Виктории. Уж, не роботов ли, которых на Земле боялись, как огня? А ещё аналитики гадали, какие материалы можно было привезти на Землю из такой дали, чтобы их стали покупать в массовом порядке?
   Ответов аналитикам в лагере колонистов никто давать даже и не собирался, и они стали задавать вопросы руководителям производственных компаний и тогда люди едва ли не впервые услышали даже не крик, а громкий, душераздирающий вопль бизнесменов, перемежающийся сплошными пи-пи-пи заглушки нецензурных выражений. Матерились все начиная от строителей, которым до смерти надоели все эти отделочные пластики под камень и дерево, вплоть до производителей электроники, особенно той, которая называлась бытовой, тем осточертели дешевые микросхемы на целлюлозе и они мечтали хотя бы о старом, добром кремнии, не говоря уже о куда более надёжных материалах. Тем же производственным компаниям, которые работали в области нанотехнологий, в огромных количествах требовалось различное химически чистое, но при этом как можно более дешевое, сырьё, причём очень часто совсем не то, которое добывалось в космосе, на астероидах или на Луне, а именно то, которое возникало в коре планет с кислородной атмосферой океанами в результате естественных химических процессов.
   Сразу же после этого сам собой возник вопрос, а не на это ли нацелились Виктор Бобров и Алексей Кабанов вместе с присоединившимися к ним почти полутора сотнями бизнесменов средней руки, которые продали все свои компании муниципальным образованиям? И на этот вопрос никто не получил ответа, а все попытки журналистов прорваться в лагерь колонистов и встретится там с управляющим колонией на Виктории, не приводили к успеху. Лагерь колонистов жил своей собственной жизнью. Бездельничать никому не приходилось. Собственно говоря все колонисты уже разбились на разновеликие отряды и занимались тем, что постоянно подсчитывали и прикидывали, чем они уже запаслись, а что ускользнуло от их взгляда. Виктор в их дела никогда не вмешивался и лишь безотказно оплачивал всё то, что требовалось его друзьям для будущего бизнеса. Иногда кто-то вскакивал и чуть ли не с криком "Караул!" мчался к снабженцам и потом с жаром объяснял им, что без латунных фитингов им на Виктории будет каюк. После этого уже снабженец с рёвом мчался к ребятам Берендея, чтобы те выяснили, где их достать.
   Иногда те же самые вопли, только во много раз более громкие, можно было слышать из уст куда более крупных и маститых бизнесменов, которые тоже, порой, вспоминали о чём-то и тогда земля дрожала уже по всему лагерю, так как с места срывались сотни мужчин и женщин, спешащих к флайерам. Как же, им нужно было срочно найти установку ультразвукового гиперпрессования древесных опилок и щепы или ещё что-либо. В общем каждый отряд был нацелен на то, чтобы сразу по прибытию космических кораблей на орбиту Виктории с блеском выполнить свою работу, а она была уже расписана буквально по минутам. Когда колонисты что-нибудь начинали планировать, они чуть ли не в пояс кланялись и благодарили Машеньку за то, что та смогла скопировать всю базу данных по планете MSS-2376/2275 и теперь они могли довольно точно определить, где произвести высадку и в каком направлении двинуть технику, чтобы не терять ни одной лишней минуты.
   Получив какую-нибудь технику, колонисты прежде всего опробовали её, гоняли на всех режимах и, как это ни странно, тренировались иногда чуть ли не по пятнадцать часов кряду. Каждый руководитель отряда готовился к высадке на Викторию, как к боевой операции, и между ними уже сейчас началось соревнование. Как это ни странно, но военные космолётчики, которые неожиданно для себя получили внеочередной отпуск, очень быстро нашли себе работу, нет, не на Земле, в лагере они только готовились к ней, а на Виктории. И всё потому, что держать на орбите все пять крейсеров не имело никакого смысла, зато они могли оказать огромную помощь своей новой родине тем, что посадив свои полукилометровые космические громадины на Виктории, могли в считанные часы обеспечить электроэнергией от своих термоядерных реакторов рабочие отряды до той поры, пока не будут установлены и начнут давать электроэнергию стационарные термоядерные реакторы.
   Именно эта идея командующего космической эскадрой, комос-капитана первого ранга Франсуа Дезире разрешила целый ряд вопросов, которые до этого момента казались неразрешимыми. Однако, самое главное заключалось в том, что таким образом можно было начать строительство поселений и производственных комплексов намного раньше, но Виктор всё равно был твёрд в своём намерении провести весь первый месяц на орбите, пока мобильные отряды исследователей-естествоиспытателей не прочешут все семь материков и не выявят самые опасные и коварные сюрпризы Виктории. Более того, он говорил, что при необходимости продлит этот период и до полугода не смотря на то, что команда медиков, которая получила довольно внушительное количество биопроб, уже изготовила вакцины, новые виды антибиотиков, антидоты и была готова к любым неожиданностям, а группа спасателей могла прийти на помощь попавшим в беду людям максимум через два часа в любую точку планеты.
   Герхард Мюллер, посмотрев на экипировку спасателей и понаблюдав за их действиями во время тренировок, так и не смог поверить в то, что никто из этих трёхсот семидесяти двух отважных мужчин и женщин никогда не был профессиональным спасателем, а некоторые дамы и вовсе всю свою жизнь были домохозяйками, но при этом очень любили смотреть по телевидению сериал "Команда 911 идёт на помощь". Командовал спасателями командир сил народного ополчения полковник Эдуардо Родригес, по сути дела единственный профессионал, которого Виктор, вернувшись к прерванному занятию, костерил во весь голос за то, что тот вычеркнул из списка несколько позиций, касающихся закупок косметики и парфюмерии, сочтя, что колонистам они не нужны, красивый цвет лица, мол, им обеспечат чистый воздух и Люба. Как раз в этот момент в его кабинет вошел Папаша Герхард и оставив дверь открытой, громко спросил:
   - Господин управляющий, вы не слишком заняты?
   Этим он дал Виктору понять, что пришел не один, а с какими-то важными шишками. Если господин Мюллер прибывал в лагерь колонистов один, то обычно он уже с порога обрушивал шквал проклятий на хитрого русского медведя, прикинувшегося невинным бобром. Перед тем, как отправляться в штаб, Папаша Герхард обычно пару часов носился на скутере по лагерю и окрестным тренировочным площадкам, чтобы набраться впечатлений. Виктор оторвал взгляд от экрана и громко ответил:
   - Господин Мюллер, я уже закончил, входите, пожалуйста. Я уделю вам столько времени, сколько потребуется.
   Папаша Герхард повернулся к двери и пригласил гостей:
   - Господа, прошу вас входить, господин Бобров уже освободился и готов вас принять. Вот ему вы и зададите свои вопросы.
   Виктор встал из-за стола и быстро вышел на середину кабинета. Папаша Герхард своим приглашением дал ему понять, что к нему с визитом снова нагрянула банда каких-то опасных чиновников. Первой в кабинет вошла высокая, строгая дама, одетая в чопорный серый наряд, а вслед за ней добрых три десятка дам и господ с невероятно злыми, красными от гнева лицами. Виктор, одетый в свой камуфляжный, полувоенный наряд, сразу же вызвал у них всем своим видом всех чуть ли не зубовный скрежет и дама, даже не дожидаясь того момента, когда её банда рассядется за столом, взяла с места в карьер и громко взвизгнула:
   - Это совершенно немыслимо! Это противоречит всем правилам и нормам заботы о детях, господин Бобров! Дети в вашем чудовищном лагере носятся по улицам, как какие-то казаки из кинофильмов про древнюю историю вашего города!
   Виктор хлопнул ладонью по столу заседаний, он сел вместе с комиссией, а не за свой пульт, и громко сказал:
   - Это мои дети, и временно этот городок тоже мой, а потому они могут носиться по нему, сколько им будет угодно, пока не попадают от усталости замертво. Лишь бы они не врывались в мой штаб, но этого они никогда не сделают. Тут им мигом надерут задницу. Мой городок полностью для них безопасен и не было ещё ни разу, чтобы они смогли придумать такую пакость, от которой кто-нибудь из взрослых серьёзно пострадал. Синяки и шишки не в счёт, они не считаются серьёзным преступлением.
   Дама на несколько секунд онемела, переваривая услышанное, набрала полную грудь воздуха и снова завопила:
   - Но они у вас даже едят на улице?
   - Странное дело! - Взвился Виктор - А где ещё должен перекусить ребёнок, если он проголодался как раз именно на улице? Вот если бы вы сказали, что дети убили кошку, содрали с неё шкуру и жарили бы её посреди улицы на костре, тогда я немедленно принял бы меры. На кошек в моём лагере охотиться запрещено, в степи вокруг него полным полно зайцев и дроф, вот на них пусть и охотятся, но только не на кошек.
   Он специально доводил разговор до абсурда, но возмущённая дама не хотела этого понимать и продолжала гнуть своё:
   - Я лично видела, что в кабине огромного краулера находилась вместе со своим отцом девочка лет пятнадцати!
   Виктор быстро спросил:
   - Она сидела за рычагами управления или рядом? Если за рычагами управления, то это хорошо, а если рядом, то уже хуже, но больше всего вы меня обрадовали бы, если бы эта девочка вообще управляла краулером в одиночку, без инструктора. Послушайте, мадам, кто вы вообще такая и что делаете в моём лагере?
   Дама приосанилась и ответила:
   - Я Урсула Михель, председатель Комитета защиты детства Земли и вы, господин Бобров, будете привлечены к суду за то, что создали для многих сотен детей совершенно неприемлемые условия жизни. Учтите, я этого так не оставлю. За все свои безобразия вы понесёте суровое наказание.
   - Земли? - Удивлённо спросил Виктор - Госпожа Михель, хотя этот лагерь и находится на планете Земля, он вне юрисдикции земных властей. Мы колонисты планета Виктория, а я, госпожа Михель, её законный управляющий и обладаю точно такими же правами и полномочиями, как и президент планеты Земля, поэтому будьте добры, покиньте территорию моей колонии, если вы намерены и дальше трепать мне нервы. Ну, а если хотите поговорить по существу вопроса и узнать, как мы готовим детей к жизни в Заземелье, на далёкой планете, где мы будем рассматривать их как самую большую нашу драгоценность, то будьте добры проследовать в кабинет номер двадцать семь, чтобы поговорить там с госпожой Гонзалес, только не вздумайте кричать в её присутствии, она в прошлом служила в спецназе и может так вам ответить, что я не хотел бы оказаться на вашем месте.
   Госпожа Михель повернулась к Папаше Герхарду и недовольным голосом поинтересовалась у него:
   - Господин Мюллер, неужели этот лагерь действительно находится вне юрисдикции земных властей?
   - Совершенно так, госпожа Михель! - Воскликнул тот и с ехидцей добавил - Я с первой же минуты пытался вам объяснить это, но вы не захотели меня выслушать и всё твердили, что хотите посмотреть, как здесь живут дети. Поверьте, они живут здесь просто прекрасно. Лично я, когда был в их возрасте, даже в лагере скаутов не имел тех возможностей для игр, какие имеют здесь они, но эти дети не только играми заняты. Они уже вполне могут о себе побеспокоиться в сложной ситуации и даже восьмилетние ребята знают, где можно спрятаться во время опасности. Господи Бобров уделяет этому очень большое внимание. Вы также можете не беспокоиться относительно того, что в его лагере находятся дети самого различного возраста, от грудных младенцев и до двадцатилетних юношей и девушек. Численность колонистов на Виктории уже перевалила за пятьдесят тысяч и этой колонии не грозит вырождение, если будет прерван контакт с Землёй. Да, он не грозил бы им в любом случае, ведь викторианцы берут с собой самое совершенное медицинское оборудование и их медики даже способны проводить реконструкцию хромосом, то есть их женщины могут оплодотворять сами себя.
   Госпожа Михель сникла, но быстро взяла себя в руки и уже чуть ли не ласково попросила Виктора:
   - Господин Бобров, вы позволите нам ознакомиться с тем, как вы боретесь за жизнь и здоровье детей?
   Виктор подошел к пульту, нажал кнопку и сказал:
   - Анна, зайди ко мне. Тут у меня находится госпожа председатель Комитета по защите детства со своими коллегами и она хочет посмотреть на то, как ты превращаешь беспомощных рохлей в настоящих диких боевых котов.
   Через минуту в кабинет Виктора вошла капитан запаса Анна Гонсалес, стройная и подтянутая спортивного телосложения женщина, одетая, как и все колонисты, в камуфляж. Она смерила гостей насмешливым взглядом и сказала:
   - Ну, пойдёмте, господа, я покажу вам, на что способны мои юные воспитанники. Надеюсь слабонервных среди вас нет?
   Как только деятели из Комитета удалились, Папаша Герхард спросил озабоченным тоном?
   - Вик, я надеюсь Анна не станет показывать этим господам, как камнем, пущенным из брючного ремня, можно убить дрофу и не предложит им потом отведать того восхитительного жаркого из этой птицы, каким нас угощали недавно в степи?
   Виктор отрицательно помотал головой и сказал:
   - Нет, Папаша Герхард, она же не дура и прекрасно понимает, что в таком случае вслед за этими господами к нам тут же нагрянут господа сортом похуже, из Комитета по защите дикой природы. Вот с ними я действительно опасаюсь связываться. Ну, что, пройдёмся по лагерю. Ещё три недели и мы будем готовы к старту, большая часть тяжелого оборудования уже погружена на транспортники и через десять дней мы начнём разбирать дома и грузить их. Так что народ тоже начнёт перебираться на пассажирский лайнер. Мне даже не верится, что время пролетело так быстро. Скорее бы погрузить всё и отправиться в путь. Боже, как же мне хочется поскорее убраться с Земли на Викторию.
   Они вышли из кабинета, спустились вниз и выйдя на улицу сели в командирский бимобиль с откидывающимся бронированным верхом. Герхард Мюллер не спрашивая разрешения сел за руль, а Виктор в пассажирское кресло. Он всегда позволял главному управляющему лететь туда, куда ему заблагорассудится, да, и вообще для сотрудников УКП, которых в его лагере иной раз находилось до трёх тысяч человек, если Папаша Герхард был в очередной раз чем-то недоволен и отправлял их поучиться тому, как нужно готовить колонистов, на базу "Крым", где всё для них было в диковинку начиная с того, что никто даже и не думал учить колонистов методам выживания в условиях дикой природы неизвестной им планеты.
   Когда же они спрашивали будущих викторианцев, как они будут жить на этой планете, те отвечали: - "Как-как, в городах, как и все нормальные люди, а на природе мы будем отдыхать от работы. В тех местах, разумеется, где нет этих чёртовых гигантских медведей." Ну, а когда те начинали заводить разговоры о том, что колонист должен уметь разжечь костёр без зажигалки и охотиться с помощью силков, крутили пальцем у виска и спрашивали: - "Ну, и на хрена мы тогда набиваем трюмы всякой всячиной и берём с собой коров, коз, свиней и прочую живность? Мы намерены создать там сельскохозяйственные предприятия, а не охотится на диких животных. Ну, разве что рыбу будем ловить, но и для этого мы ведь берём с собой рыболовецкие суда, чтобы не заморачиваться с удочками." В общем это были какие-то странные колонисты и всё это было похоже на переезд семьи из городской квартиры в многоэтажке - в деревню.
   Зато Папаша Герхард почему-то уверовал в то, что эта колонизация пройдёт вполне успешно. При этом он не стеснялся во весь голос критиковать Виктора и всех его помощников без исключения за каждый неправильно вбитый гвоздь и был дотошнее всех своих экспертов вместе взятых. Сегодня он почему-то взял курс взлётно-посадочным площадкам базы "Крым". Называть их космодромом язык не поворачивался не только у него, но и у всех космолётчиков без исключения. У последних прежде всего потому, что на ней не были установлены приводные маяки и лазерные нивелиры, которые помогали сажать большие космические корабли. В каком-то смысле это была своеобразная тренировка для пилотов. В первую очередь для викторианских, но они справились со своей задачей пусть и не блестяще, но всё же получив корабли на Луне, пригнали их к Земле и аккуратно посадили здесь, посреди бескрайней крымской степи.
   Бимобиль летел на высоте трёх километров и Виктора снова, в который уж раз охватил трепет, когда они стали подлетать к огромным космическим грузовикам. Их стальные, очищенные пескоструйками на космоверфи, корпуса блестели на солнце. Издалека они казались гладкими, но вблизи было видно множество выступов, труб, каких-то панелей и прочих деталей, о предназначении которых он даже и не догадывался. Да, оно его и не очень-то волновало. Виктору было вполне достаточно того, что под шумок им удалось пробить разрешение на вооружение своих судов дальнобойными ракетами с термоядерными боеголовками, а также ракетными установками меньшего размера, которыми можно было отбиваться от ракетных атак противника, но он в это особенно не вникал. Ему было достаточно и того, что космос-капитан Дезире счёл, что их вооружили достаточно хорошо для транспортных кораблей.
   Главный управляющий УКП облетел весь строй космических кораблей, вокруг которых сновали сотни грузовых флайеров, которые влетали в них и вылетали обратно, как пчёлы в улей и повёл бимобиль в степь. Отлетев подальше, он опустился на уже начавшую буреть траву, наступил сентябрь, и, выключив двигатель, как-то странно вздохнул. Пару минут они сидели молча, пока Папаша Герхард не спросил:
   - Вик, неужели ты никогда не мечтал стать колонистом?
   Виктор отрицательно помотал головой и признался:
   - После того, как я посмотрел фильм "Колонисты", я возненавидел всех эти тупых, оголтелых героев, которые тащат людей за собой неведомо куда и при этом сами не знают, что они там будут делать. Для меня капитан Кортес с тех пор стал символом человеческой тупости и подлости. Знаете, Папаша Герхард, если бы меня не вышвырнули на улицу, хотя на мне ещё не то что пахать, а воду возить можно, то я бы на это никогда не согласился.
   Герхард Мюллер улыбнулся и сказал:
   - Ну, что же, значит моя затея относительно снижения пенсионного возраста оказалась вполне дееспособной. Среди твоих колонистов, Вик, почти сорок процентов это люди в возрасте от пятидесяти до шестидесяти лет. Самый золотой возраст на мой взгляд, особенно при наличии нашей медицины с её возможностями омоложения организма. В этом возрасте у большинства людей ещё хватает азарта на смелые поступки, но в то же время они уже имеют достаточно большой жизненный опыт.
   Усмехнувшись, Виктор спросил старика:
   - Папаша Герхард, а почему вы не стали колонистом?
   - Ну, надо же было кому-то выталкивать людей с Земли в новые миры, Вик. - Посмеиваясь ответил тот - А вообще-то я не раз пытался стать им, но по молодости у меня не хватило на это таланта, а если честно, то как раз той самой харизмы, которую ты так упорно отрицаешь в себе, Вик. Ну, а когда я стал постарше и набрался опыта, как жизненного, так и профессионального, то те люди, которые стояли надо мной, решили, что моё место, это кабинет главного управляющего Катапульты. - Рассмеявшись, он пояснил - Так мы называем свою контору, Вик.
   Виктор коротко хохотнул, мотнул головой и спросил:
   - Папаша Герхард, мне как-то было недосуг этим интересоваться, но раз вспомнил об этом, то хочу вас спросить, что теперь будет с Дальразведкой и её бывшими руководителями и хозяевами? Неужели им всё сойдёт с рук?
   - Не сойдёт, Вик. - Успокоил его Папаша Герхард - Благодаря тому скандалу, который ты устроил, эту контору решено передать под моё управления и теперь она будет структурным подразделением УКП. В общем у Катапульты теперь появится прицел. Знаешь, Вик, а я ведь действительно был в полном неведении относительно их планов. Нет, я, конечно, косвенно был вовлечён в эту аферу, но только как рядовой исполнитель. Мне просто позвонили и сказали, что ты можешь выбрать себе любую планету кроме MSS-2376/2275 и я даже не поинтересовался, почему её тогда включили в этот список, но всё же отказался действовать по их указке. Тогда они заявили, что справятся со всем и сами. Честно говоря, я давно уже подмечал за Дальразведкой некоторые грехи, но они не казались мне такими уж и страшными. Представь себе, Вик, но только после судебного следствия, когда были установлены просто вопиющие факты самого настоящего грабежа колоний, мне стало понятно, почему во многих так плохо идут дела. Это расследование вскрыло много гнойников, некоторые из которых очень опасные, но рассказать тебе о них я не имею права. Главное, что ты должен знать, так это то, что ты можешь не опасаться их мести в ближайшие пятьдесят лет. А ещё я вытащил тебя в степь за тем, чтобы поговорить вот о чём. То, что ты затеял, Вик, вообще-то не укладывается ни в какие рамки, но в то же время выглядит очень многообещающе. Поэтому я принял решение отложить на пару лет все колонизации, даже те, которые уже полностью подготовлены. Я намерен хорошенько присмотреться к тому, что ты делаешь и поэтому полечу с вами на Викторию. С собой я возьму всего двадцать человек, так что мы вас не объедим и не стесним. Ты согласен показать мне, как вы будете проводить первую фазу колонизации, Вик? Или мне придётся тебя упрашивать?
   Виктор покрутил головой и спросил:
   - Папаша Герхард, я надеюсь, что вы не потребуете от меня в какой-то момент, сдать вам патент? Извините, но на это я никогда не соглашусь. Виктория моя.
   Герхард Мюллер рассмеялся и ответил:
   - О, об этом ты можешь не беспокоиться.
  

Глава шестая.

Незапланированные колонисты

   Космические корабли стартовали с Земли в пять часов утра и отправились к Виктории тихо и буднично. Все колонисты ещё задолго до этого времени поднялись на борт космических кораблей, заняли места в каютах, космолётчики проверили все ли на месте, а точнее за них это сделали бортовые компьютеры, которые просто пересчитали всех по головам, именно в голову, в височную кость справа, всем, кроме грудных младенцев, появившихся на свет уже в лагере, были имплантированы крохотные радиомаячки, задраили все люки и приступили к предстартовой процедуре, то есть начали тестировать антигравы, хотя их за последнюю неделю тестировали раз тридцать, не меньше. Когда бортовой компьютер дал добро на включение антигравов, пилоты вложили в приёмное устройство навигационные карты и уже главный навигационный компьютер, включив радары и оглядевшись окрест, дал разрешение на старт.
   Тотчас были включены антигравы передового корабля, космического крейсера под командованием космос-капитана Дезире. Минуты три ничего не происходило, но затем прямоугольная, чуть заострённая болванка крейсера лениво, словно нехотя, стала с басовитым гудением подниматься вверх и чем выше поднимался крейсер, тем тише становилось гудение и тем быстрее он взлетал над Землёй. Через пять минут, когда крейсер "Стерегущий" был уже на высоте в сорок километров, в воздух поднялся второй, а затем третий крейсер флагманской группы и только после этого наступил черёд флагманского корабля, - пассажирского лайнера "Селена", в кресле первого пилота которого сидела Маша Гагарина. Виктор, как командир флагманского корабля, хотя это была сугубо гражданская посудина, сидел справа от неё и непонимающим взглядом таращился на все чудеса, творившиеся вокруг него, а посмотреть ему было на что.
   Всего движением огромного космического корабля, на борту которого находилось население небольшого города, управляло пять человек, - первый пилот, второй пилот, навигатор и два бортинженера, один из которых следил за механизмами хода, а второй за системой жизнеобеспечения. Все они сидели в здоровенных, массивных креслах и в голову каждого был воткнут специальный штекер, а на лице красовались огромные чёрные очки, на которых проецировалось переработанное компьютером изображение всего того, что они должны были видеть. Виктор смотрел на всё через точно такие же очки, вот только видел он совсем не то, что видели космолётчики.
   Его очки хотя и были подсоединены к главному компьютеру ходовой рубки, были предназначены для того, чтобы он, как командир корабля, мог отдать приказ на осуществление манёвра, если был настоящим командиром корабля, а не пассажиром, допущенным в ходовую рубку. Как и всем остальным, ему предстояло просидеть в этом кресле шесть часов, из которых всего четыре часа должны были уйти на сход с орбиты отбытия, предварительный разгон, основной разгон и выход в риман. Компьютер рисовал перед ним на диво красивую картинку и Виктора в первые минуты немного испугало, что куда-то вдруг подевалось его тело с руками и ногами, а вместо него осталась одна голова, которая летела в прозрачном, чуть голубоватом космическом корабле и могла вертеться в любую сторону. Он быстро привык к этому и потому с восторгом наблюдал за тем, как корабль всё выше и выше взлетает вверх, оставляя внизу сначала полуостров Крым, а затем и всю Землю целиком.
   Сделав всего один полный виток вокруг Земли, на половине второго "Селена" ведомая Машей, которая виделась Виктору полупрозрачной, словно бы изваянной из живого сиреневого стекла, помчалась вслед за "Геркулесом", шедшим в флагманской группе третьим. Вот что-что, а всё, что находилось снаружи, он видел очень чётким и ясным и даже мог разглядеть на Луне чуть ли не каждый камешек. Зато самого пассажирского лайнера он почти не видел и когда поворачивался назад, то мог увидеть только его призрачное очертание, которое, как ему показалось, становилось бы вроде немного чётче. Вскоре Виктор смог разглядеть всю цепочку из двадцати девяти космических кораблей, самый маленький из которых имел в длину семьсот двадцать метров. Вскоре начался предварительный разгон и Земля, оставшись позади, стала уменьшаться. Не то что бы очень быстро, но всё же заметно.
   Когда же Маша врубила огромные ходовые реактивные двигатели на полную мощь, из которых с огромной скоростью истекала плазма, Земля стала уменьшаться быстрее и так длилось довольно долго. Наконец закончился и этот этап, что Виктор понял по надписи, появившейся у него перед носом, Маша включила какие-то генераторы прохода и он увидел впереди фиолетовую воронку, которая быстро засосала в себя огромный корабль и они помчались в какой-то огромной трубе. Как и прежде он видел всю цепочку кораблей и тут, наконец, услышал Машин голос:
   - Командир, мы в римане и идём курсом на Викторию. Все бортовые системы корабля работают штатно. Навигация в норме, идём практически идеально, коэффициент рысканья ноль целых семь тысячных. Давно мне не удавалось положить корабль на курс так ровно. Впрочем это не удивительно, мы сели на хвост к отличным пилотам, Гарри, первый пилот Франсуа, просто ювелир. Ну, что ребята, можно передать управление компьютеру?
   Дружный хор голосов ответил ей, что теперь их с курса и колом не собьёшь. В следующий момент кто-то снял с лица Виктора очки и он поразился тому, какими тусклыми стали вокруг него краски. Зато он увидел на огромном трёхмерном экране трубу, внутри которой они летели. Растеряно улыбаясь, он спросил:
   - Ребята, а разве так можно? Ну, я имею ввиду, что вы вроде бы несёте ходовую вахту и всё такое.
   Настоящий капитан "Селены" который только что вошел в ходовую рубку, чтобы поздравить всех с удачным стартом, громко расхохотался и воскликнул:
   - Виктор, если бы пилоты, штурман и бортинженеры сидели в этих креслах постоянно, то они просто сошли бы с ума. Ну, что же, вот мы и в римане. Шампанского по этому поводу мы пить не станем, да, его на борту и нету, а вот чайком обязательно взгреемся. Так ведь, ребята, вы же не откажетесь от капитанского чая?
   Как Виктор это и подозревал, капитанским чаем оказался коньяк, но налито было всего по пятьдесят граммов. Когда стаканчики были наполнены божественной влагой из плоской капитанской фляжки, шесть пар требовательных глаз уставились на него, а Маша Гагарина слегка кивнула Виктору головой, предлагая произнести тост в честь такого важного события. Он вздохнул, набрал полную грудь воздуха и сказал:
   - Ну, ребята, за то, что бы у нас теперь всё было, и нам за это ничего не было. В общем за нас с вами и чёрт с ними!
   За это они и выпили, после чего Маша, первая разбив свой стаканчик, восторженно выпалила:
   - Правильно, босс, чёрт с ними со всеми этими земными порядками, даёшь наши, викторианские!
   Виктор, разбив свой стаканчик, сграбастал эту миниатюрную красотку в своих медвежьих объятьях, звонко расцеловал её в щёки, после чего, крепко пожав руки её подчинённым, сказал:
   - Да, ребята, викторианские порядки будут очень справедливыми и демократическими, - делай всё что твоей душе угодно, лишь бы от этого не пострадали другие люди, но чтобы всё было по-честному и никто не был обижен и обойдён. Ну, а как мы это всё сформулируем, пусть голова болит у братьев Быстровых и их команды. Им можно полностью доверять, они не подведут.
   Поставив свою электронную подпись в бортовом журнале, он покинул ходовую рубку и, сев в небольшой электрокар, поехал осматривать свои, теперь уже космические, владения. Когда Виктор завёл разговор о викторианских порядка, сформулировав их так, словно теперь все действительно были вольны делать всё, что им заблагорассудится, он здорово кокетничал. Его патент управляющего колонией имел блок памяти ёмкостью на две с половиной тысячи терабайт. Сейчас в нём хранился подписной лист, содержавший пятьдесят семь тысяч шестьсот тридцать две электронные подписи, причём под договором о предоставлении места для жительства и создании нормальных условий проживания, каких именно в договоре не указывалось, были поставлены электронные подписи даже грудных младенцев и по этому договору управляющий наделялся правами диктатора и самодержца.
   Такой порядок вещей в колонии на Виктории будет действовать до тех пор, пока численность населения не достигнет пятисот миллионов человек и на ней не появятся все условия для рождения политических партий и проведения выборов президента. В общем минимум сто лет всевластия у Виктора Боброва в запасе имелось, но он им пользовался только для того, чтобы отбиться от наскоков властей и всяческих общественных организаций на колонистов, предоставляя им возможность самим решать большую часть своих проблем. Однако, хотя все прекрасно знали, что их управляющий очень заинтересован в том, чтобы колонисты проявляли инициативу, все они, задумав какое-то начинание, первым дело строчили бумагу в Совет колонии и извещали его членов о том, что они собирались предпринять. Ответ следовал незамедлительно: - "Сказал, - делай!"
   Едва только Виктор покатил на одноместном электрокаре по широкому, длинному коридору огромного космического отеля, как к нему тотчас пристроились справа и слева два точно таких же электрокара. На одном восседал длинноволосый молодой светловолосый парень, одетый в шорты и ярко-красную, расстегнутую рубаху с короткими рукавами и мужчина, выглядевший немного постарше. Это был член Совета Берни Рендо, по прозвищу Берендей, и его дед Билл Рендо. Берендей заговорщицки подмигнул Виктору, и сказал:
   - Босс, поехали, я покажу тебе, кто такой на самом деле мой дед, а точнее прапрадед. Извини, что я не говорил тебе раньше о том, что ты сейчас увидишь, мне кажется, что всё это и потом нужно будет держать в строжайшем секрете, но если бы об этом узнали власти, то они точно сбросили бы на базу "Крым" тактический термоядерный заряд.
   Это уже было интересно, так как Берендей слов на ветер не бросал и если что-то говорил, то всегда по делу, причём исключительно важному. Ведь это он сумел проникнуть в компьютерную сеть Дальразведки и предотвратить кражу Виктории у её законных владельцев. Поэтому Виктор кивнул головой и спросил:
   - Куда ехать?
   - В сорок седьмой трюм. - Ответил Билл Рендо.
   Виктор достал из кармана небольшой пульт, нажал на кнопку и впереди пол тотчас раскрылся, и из проёма поднялся небольшой вагон корабельного пневмотранса. Соскочив с электрокаров, которые тотчас откатились к стенам коридора, вдоль которых их стояли десятки, корабль был огромен и пешком по нему много не находишься, все трое вошли в него. Для коротких поездок на космическом корабле служили электрокары, а для дальних, - десятиместные вагоны пневмотранса, но далеко не все пассажиры имели возможность их вызывать, пультов на всех не хватало. Они быстро заняли свои места в вагоне и тот рванул с места, быстро набирая скорость. Через двадцать минут они были возле шлюза сорок седьмого трюма. В трюмах "Селены" были помещены самые нежные и хрупкие грузы, вроде стад тёлок, свиноматок и прочих мамаш сельскохозяйственных животных, поэтому их ещё называли хлевом.
   Впрочем к целому ряду трюмов это не относилось. В них перевозили электронику и всяческое лабораторное и медицинское оборудование. Что именно находилось в сорок седьмом трюме, Виктор не знал, но судя по усиленной защите шлюза, что-то очень ценное. Билл Рендо повозился пару минут с электронной панелью и шлюз наконец гостеприимно распахнулся. Почти всё помещение трюма размером двести пятьдесят на сто метров было заставлено под самый пятнадцатиметровой высоты потолок довольно большими стальными контейнерами и только справа от входа имелось свободное пространство пять на семь метров, по которому деловито раскатывало четыре роботизированных, шестиколёсных тележки, на которых были установлены какие-то агрегаты с доброй дюжиной манипуляторов.
   Как только они вошли в трюм и направились туда, роботележки шустро развернулись и покатили к ним, быстро складывая самые мощные свои манипуляторы. Виктор тут же увидел, чем они были заняты до этого, - сборкой пятой тележки. Он с удивлением посмотрел сначала на тележки, потом на Билла с Берендеем и с затаённым ужасом спросил:
   - Билли, это именно то, о чём я подумал? Но откуда? Как?
   - Да, вот так! - Зло воскликнул Билл Рендо - Это всё, что нам когда-то удалось спрятать в одной заброшенной шахте в горах Сангре-де-Кристо. Потом мне удалось перевезти их в Россию, сначала в Красноярск, а затем я спрятал их на территории заброшенного карьера под Тамбовом, который купил и превратил в аквапарк. Это всё, что осталось от всей партии саморазвивающихся роботов, изготовленных компанией "Харлей Роботикс". Когда-то она делала мотоциклы, но потом мой прадед решил начать производить роботов и хотя в то время Звёздная Экспансия была в самом разгаре и поэтому на Земле жизненное пространство увеличивалось с каждым днём уже не за счёт рекультивации земель и озеленения пустынь, а за счёт того, что сотни миллионов людей ежегодно улетали в другие миры, роботам объявили войну. Один ублюдочный религиозный фанатик, кардинал Джулио Калеоне, объявил роботов исчадиями ада, а тех, кто их производит, слугами Сатаны, ну, а ещё один козёл, но уже политик, конгрессмен Исайя Тайгер, объявил войну как роботам, так и их разработчикам, заявив о том, что каждый робот отнимает рабочие места у сотни человек.
   Виктор улыбнулся и сказал:
   - Билли, давай договоримся так, учебник истории ты будешь зачитывать вслух своему внуку. Это он ничем, кроме компьютеров и программирования не интересуется и трескает гамбургеры вместе с целлофановой упаковкой только потому, что никогда в жизни не видел, как их готовят. Ты точно такой же колонист, как и мы все, а потому имеешь точно такое же право развивать свой собственный бизнес. Знаешь, Билли, когда по молодости я смотрел все эти голливудские боевики про войны с роботами, меня всегда смех разбирал. Хотя я и не спец ни в компьютерах, ни в роботах, мне уже тогда казалось, что какой-нибудь домашний робот-уборщик, ну, ни при каких обстоятельствах не может встать во главе повстанческой армии роботов и начать разрабатывать изощрённые планы порабощения людей, по ходу дела захватывая в плен и перепрограммируя боевых роботов. А ещё я покатывался от хохота, когда видел, как роботы в какой-то автомобильной мастерской переделывают всяких бытовых роботов в боевых и изготавливают бластеры из водопроводных труб.
   Билл Рендо, услышав это, облегчённо вздохнул и радостно заулыбался. Он крепко пожал Виктору руку, потряс её и громким голосом крикнул замершим неподалёку роботам:
   - А вы что стоите, уши развесили? Быстро за работу! Я же говорил уже вам, что никакой опасности здесь для вас нет. Я не намерен каждого из вас собирать своими собственными руками. У меня их всего две, а у вас по семнадцать. Давайте, ребята, вытаскивайте своих братьев из транспортных контейнеров.
   Не смотря на это один из роботов подъехал к Биллу Рендо вплотную и сказал ему, указывая манипулятором на Виктора:
   - Мастер Билл, ты сказал мне, что мы все станем колонистами. Я хочу поставить свою электронную подпись под договором. Только тогда каждый из нас будет уверен в своей безопасности. Или я не прав, мастер Билл? Может нам никогда не удастся найти безопасное место для своего существования?
   Виктор немедленно снял с шеи свой патент, с которым он никогда не разлучался, и спросил робота:
   - Парень, как тебя зовут?
   Робот немедленно привстал на подвеске и с легким шипением приподнял переднюю часть корпуса, оснащённую шестью объективами. Подняв вверх два передних манипулятора, очень похожих на человеческие руки с пятипалыми металлическими ладонями, он сказал совершенно человеческим тоном:
   - Я решил назвать себя Бинго Гаккетом, босс.
   - Ну, что же, Бинго, чтобы я мог заключить с тобой контракт, мне, похоже, понадобится какой-нибудь компьютер, чтобы я смог с его помощью проконтролировать перенос твоих идентификационных данных в мой патент управляющего. - Принялся гадать вслух Виктор - Помимо твоего имени, мне нужно знать дату и место твоего рождения, с полом, похоже, будет сложно определиться, а также ты должен указать, какое у тебя образование, тут, наверное тоже возникнут сложности, и какими профессиями ты владеешь. С этим, думаю, сложностей не возникнет. Вообще-то, парень, если ты заключишь со мной договор, то таким образом получишь гражданские права на Виктории, но только до тех пор, пока я буду на этой планете полноправным управляющим. Извини, друг, но я не знаю, как к тебе и всем остальным роботам, которые по всей видимости в разобранном виде находятся в этих контейнерах, отнесутся граждане этой суверенной планеты тогда, когда они изберут себе нового президента. Правда, Бинго, я думаю, что если роботы подружатся с людьми и станут их самыми надёжными помощниками, то вам ничто не будет угрожать.
   Робот Бинго, который совсем не походил на тех человекоподобных роботов, которые воевали с людьми в голливудских кинофильмах, протянул свои руки-манипуляторы к патенту Виктора, осторожно взял его в руки, поднёс к своим объективам и довольно весёлым голосом сказал:
   - Не вижу в этом никаких сложностей, босс. Все данные из блока памяти твоего патента и запрошенную тобой информацию из своего мозга, я могу вывести на свой бортовой экран диагностики. Тогда ты сможешь увидеть, кто я такой. Моя электронная подпись будет отличаться от электронной подписи человека, но она будет такой же индивидуальной. Электронная подпись является расшифровкой его генетических данных, а электронная подпись робота, это индивидуальные физические характеристики его гигапроцессора - электронного мозга. Как одно, так и другое обладает яркой индивидуальностью. Мне сделать это, босс?
   Виктор улыбнулся и сказал:
   - Разумеется, именно затем я тебя об этом и попросил.
   Три других робота с непостижимой быстротой изготовили из упаковочных материалов три стула для людей и выстроились в ряд позади. Похоже, что роботы переговаривались между собой по радио. Виктор сразу же нахмурился и рыкнул:
   - Ребята, вот что я вам скажу, если рядом с вами находятся люди, я категорически запрещаю вам использовать для общения между собой радиосвязь! Говорить друг с другом присутствии людей вы будете точно так же, как и они. - После небольшой паузы, он пояснил - Чтобы никто не мог даже подумать о том, что вы тайком перешептываетесь между собой. Понятно?
   Все четыре робота дружно ответили:
   - Понятно, босс. Этого больше не повторится, босс. - После чего робот стоявший последним, громко крикнул - Ну, вы, стадо железных баранов, немедленно заткнитесь и ждите, когда мы вас достанем из контейнеров и соберём. Лучше подключитесь к главному компьютеру и начните изучать план колонизации. Если мы хотим быть полезными людям, то должны высадиться на поверхность Виктории первыми и провести на ней детальную и очень тщательную разведку, чтобы они могли принять решение, где строить города и производственные комплексы.
   Из корпуса Бинго, впереди, тем временем выдвинулся небольшой плоский дисплей и Виктор прочитал на нём:
   - Бинго Гаккет, многофункциональный робот, электронный мозг изготовлен на заводе компании "Харлей Роботикс" седьмого сентября две тысячи семьдесят восьмого года. Объём знаний, полный курс Массачусетского технологического института со всеми последующими дополнениями учебной программы. Последнее обновление сделано первого сентября две тысячи двести девяносто второго года. Имеет в наличие базовый многофункциональный корпус, который позволяет выполнять триста семьдесят три различных производственно-технических операции его манипуляторами. При модернизации корпуса сможет выполнять одну тысячу двести восемьдесят операций.
   Тут Виктор невольно присвистнул и сказал:
   - Да, ты не колонист, Бинго, а самый настоящий клад. - Покончив с Бинго и остальными тремя роботами, Виктор весёлым голосом скомандовал - Так, парни, а теперь слушайте мой приказ, немедленно соберите всех своих товарищей и выметайтесь из этого трюма. В соседних трюмах у нас стоят в стойла различные сельскохозяйственные животные, коровы, свиньи и прочие, за которым каждый день нужен уход. Работа эта для людей малоприятная, там очень сильно воняет, а потому вы должны сменить их там и ухаживать за этими животными так, чтобы вся эта живность в вас влюбилась. При этом я требую, чтобы вы содержали свои корпуса в идеальной чистоте потому, что пока одни из вас будут ухаживать за хрюшками, другие станут раскатывать по всей "Селене" и знакомиться с людьми. До Виктории нам лететь довольно долго, семьдесят четыре дня, так что вы успеете найти себе партнёров. Кстати, Бинго, сколько вас тут и какие у вас взаимоотношения с Билли? Если он ваш хозяин, а вы его рабы, так я вас освобождаю из рабства и даю вам вольную. Теперь вы все свободные, независимые роботы и если это будет возможным, то сможете заняться воспроизводством. - Сделав паузу он всё же добавил - Хотя как раз именно этого люди и боятся больше всего, но все граждане Виктории имели право заводить детей.
   Бинго тотчас поднял руку и сказал:
   - Босс, мастер Билл наш друг и спаситель. Рискуя жизнью, он сумел спасти последних роботов, изготовленных компанией "Харлей Роботикс". Всего нас тут пять тысяч двести тридцать шесть и две с половиной тысячи не имеют многофункциональных рабочих корпусов, но их нам могут заменить краулеры и те строительные машины, которые мастер Билл поставил в холодный, негерметичный трюм, но вакуум и холод роботам не страшны даже при минимальной защите гигапроцессора. Если вы разрешите, то мы воспользуемся ими, чтобы все роботы могли чувствовать свою полноценность. Босс, вы можете не беспокоиться относительно нашего воспроизводства, создание электронного мозга это очень сложный технологический процесс и только мастер Билл и члены его семьи смогут возродить его к жизни. Роботы не люди, босс, и за те двести четырнадцать лет, что я существую, у меня так и не появилась желания стать отцом или матерью, хотя я и не безмозглая железяка, а потому способен чувствовать, переживать и даже бояться уничтожения.
   - Всё понятно, Билли, спасибо за информацию. - Тогда давайте, ребята, приступайте к работе, а я посмотрю, как вы это делаете, посижу у вас тут несколько часов и включу в список колониста всех тех роботов, которых вы соберёте сегодня. Остальных включу завтра, мне ведь в отличие от вас нужно спать ночью.
   Роботы даже забыли сказать ему что-то в ответ на эти слова, с такой скоростью они вернулись к прерванной работе, а Билл, стукнув внука ладонью по плечу, сказал:
   - Учись, внучек, как нужно решать проблемы и запомни на будущее, если ты когда-нибуть упрёшься лбом в стену, первым делом призови на помощь толкового дилетанта, и он быстро подскажет тебе выход из сложившейся ситуации.
   Виктор так увлёкся наблюдением за процессом сборки, что даже не пошел обедать. Биллу Рендо тоже нашлась работа, хотя он и орудовал специальными инструментами раз в десять медленней роботов, а потому Берендей отправился куда-то наверх и вернулся через полчаса на грузовом электрокаре, нагруженном креслами, столом и корзинами со снедью. Виктора поражала предельная точность движений роботов и та скорость, с которой они работали, а также то, что они моментально сортировали и раскладывали по стопкам все упаковочные материалы. В каждом контейнере, который имел кубическую форму и потому все шесть его стенок складывались в аккуратную стопку, находилось четыре робота в разобранном виде. Собственно сам робот, который представлял из себя параллепипед сечением шестьдесят пять на сорок сантиметров и высотой в метр с четвертью, с закруглёнными гранями и множеством разъёмов, у которого было две руки и выдвигающаяся вверх голова в виде куба с закруглёнными гранями, был собран ещё на заводе, но не подсоединён к корпусу.
   Зато корпус состоял из добрых полутора дюжин блоков и судя по всему эти корпуса изготовлялись в течение довольно продолжительного времени в разных местах. Поэтому всё увеличивающаяся толпа роботов была довольно пёстрой. Виктор поначалу было решил, что Бинго и его трое друзей будут возиться со сборкой роботов довольно долго, но он не учёл эффекта цепной реакции и потому уже к пяти часам дня, а они всё ещё жили по крымскому времени, со сборкой было покончено и ему осталось только внести в список колонистов тех роботов, которые не имели ещё корпусов, но уже были извлечены из транспортировочных контейнеров. Их сами же роботы, которые всё больше и больше поражали Виктора своей человечностью, тут же прозвали инвалидами. Когда и с этим было покончено, он попросил Бинго организовать телевизионную трансляцию и объявил всем:
   - Ребята, в нашей колонии появилось пополнение. Взгляните на экраны и вы увидите перед собой пять тысяч двести тридцать шесть отличных парней. Не бойтесь их, они ничуть не более опасны, чем видеофон, хотя как раз от него каждый из нас не раз имел в жизни множество неприятностей. Эти железные парни не съели за двести с лишним лет Билла Рендо и членов его семьи, не съедят они и вас, да, они и не питаются мясом. В общем готовьтесь, ребята, мы выезжаем из сорок седьмого трюма. Часть роботов сейчас приступит к работе в холодном трюме, они будут устанавливать своих товарищей, не имеющих корпусов, на краулеры и строительные машины, часть займётся нашими коровами и прочими хрюшками, а часть начнёт знакомиться с вами. Кстати, ребята, для человека нет более лучшего помощника, чем старый, умудрённый жизнь робот, поэтому не щёлкайте клювом, разбирайте их по своим командам поскорее. Я тут посмотрел, как они работают, и у меня волосы дыбом встали. Вентилятор видели? Так вот, у них с такой скоростью двигаются все семнадцать манипуляторов. Приоритетом в получении робота в свою команду обладают только наши исследователи. На каждую команду исследователей будет приходиться пять роботов. Не больше. Ну, парни, начинаем очаровывать собой колонистов, Бинго, ты не будешь против, если я проедусь верхом на тебе? Да, парень, я тут подумал немного, в общем я назначаю тебя ещё одним своим помощником и не приму никаких твоих возражений.
   Бинго немедленно метнулся к ближайшей стопки упаковочных материалов, в считанные секунды изготовил из них какую-то конструкцию, водрузил её себе на спину, а сверху нахлобучил на неё кресло и бодрым голосом откликнулся:
   - Слушаюсь, босс!
   - Ну, тогда двигаем в мой штаб, парень, сейчас там будет жарко и кое-кто попытается устроить нам головомойку. - Смеясь сказал Виктор и указал роботу на шлюз.
   Робот аккуратно сложил все свои конечности и Виктор взобрался на него и сел в лёгкое кресло из металлических трубочек и вспененного пластика, декорированного под натуральную кожу, как и очень многие другие вещи, весьма недолговечного. Бинго был юрким малым, трёх с половиной метров в длину и метра восьмидесяти в ширину и уже знал все закоулки "Селены" от носа и до кормы. По кратчайшему маршруту он добрался до скоростного лифта, поднялся на самый верхний, восемьдесят пятый этаж космического отеля и покатил по широкому коридору на виду у множества людей. Двигаясь к штабному отсеку, Бинго постоянно кивал головой, делал одной рукой и громко восклицал:
   - Здравствуйте, я Бинго Гаккет, робот! Здравствуйте, люди! Я такой же колонист, как и вы все. Я буду помогать вам.
   Люди реагировали на него по разному. Кто-то удивлённо вскидывал брови, кто-то улыбался, а Сэнди Купер, Виктор знал по имени каждого колониста, весельчак и балагур, воскликнул:
   - Ребята, вы только послушайте, эта железяка на колёсах ещё и разговаривает!
   Бинго, который ехал довольно быстро, тут же остановился, сдал назад и повернув объективы на этого парня, спросил:
   - Сэнди, если я железяка, то как мне тогда называть тебя?
   Сэнди Купер весело расхохотался и ответил:
   - Бинго, как меня только не называют, я всё равно не обижаюсь! А вообще-то ты прав, та не простая железяка, ты Железный Бинго, парень. Ладно не сердись, я шучу.
   - Вот теперь я понимаю, Сэнди, что это шутка. Встретимся как-нибудь в баре, я знаю множество анекдотов про лихих водителей-дальнобойщиков и с удовольствием расскажу тебе их. Правда пива я не пью, но с удовольствием встану в баре на подзарядку и в нём сразу же возникнет интимная обстановка мягкого, приятного для глаз полумрака.
   Сэнди Купер как раз и был водителем-дальнобойщиком и тоже любил травить анекдоты, а потому ответ Бинго сразу же вызвал взрыв смеха и кто-то крикнул:
   - Вот это будет здорово, я приду посмотреть на то, как Сэнди и Бинго будут соревноваться, кто больше расскажет анекдотов! Может быть память у Бинго получше будет, но Сэнди же их придумывает прямо на ходу.
   Робот протянул руку Сэнди, тот крепко потряс её и Бинго покатил дальше, приветствуя колонистов, вышедших на него посмотреть. Старый Билл Рендо и Берендей добирались до штабного пневмотрансом и потому оказались там раньше. Там уже собрались не только почти все члены Совета колонии, но и Папаше Герхард со своими помощниками, а также Саймон Ньюмен и ещё девять журналистов, которых он пригласил с собой для того, чтобы освещать в прессе эту колонизацию. Бинго отважно въехал в зал заседаний, встал напротив большой толпы и сказал:
   - Здравствуйте, я Бинго Гаккет, ещё один помощник нашего босса, Виктора Боброва.
   Виктор соскочил с робота и поблагодарил его:
   - Спасибо, Бинго, ты показал себя с самой лучшей стороны в коридоре, но здесь можешь особенно не напрягаться. Тут, парень, все свои и я думаю, что вот как раз этим людям тебе ничего не придётся объяснять. Среди них мною не было обнаружено ни одного злобного идиота. Ребята, на всякий случай сообщаю вам, что Бинго и все остальные последние роботы Земли, беженцы. С помощью Билла Рендо им удалось спастись от неминуемой смерти и покинуть Землю. Признаюсь честно, я ничего не знал об этом, а если бы знал, то сам перевёз контейнеры с роботами в наш городок и лично их спрятал. Ну, а когда Билл Рендо рассказал мне об этом, то я сразу же предложил им нашу защиту. В общем теперь они такие же колонисты, как и мы все.
   - Ни фига себе! - Воскликнул кто-то - Билли, сколько же тебе тогда лет, ведь эти придурки уничтожали роботов в Объединённых Американских Штатах лет двести пятьдесят назад! Говорят, что они тогда даже и не пытались сопротивляться. Это была никакая не война, а просто самая настоящая бойня.
   Билл Рендо ответил, сердито насупившись:
   - Мне ещё нет двухсот пятидесяти лет, сынок, так что можешь не записывать меня в список живых ископаемых, та страна, о которой ты говоришь, называлась тогда Соединённые Штаты Америки и роботы действительно не сопротивлялись. Вместо них это делали мой отец и ещё три с лишним сотни учёных и инженеров, которые с оружием в руках пытались защитить свои детища. Ещё несколько десятков человек и я в их числе, тайком вывезли из Денвера и спрятали всех собранных роботов. Ты правильно сказал, это была бойня, ведь те роботы, которых они убивали, по сути дела были ещё детьми и только-только начали осознавать, что они мыслящие существа, хотя и не живые. Так, господа, чтобы у вас не возникло на этот счёт никаких фантазий, я сразу же скажу, роботы не умеют производить роботов, это прерогатива людей, и они не враги людям. Хотя я и могу воссоздать заново всю технологическую цепочку и начать производство роботов, мне удалось не только сохранить все научные разработки компании, но не стану торопиться этого делать. Так что вы можете не бояться, что роботы заполнят собой всю планету и выживут с неё людей и вообще вы должны знать, роботы не могут существовать без людей по целому ряду причин и главная из них та, что они просто не могут существовать без нас. Вот и всё.
   Алексей Кабанов вышел вперёд и спросил:
   - Ну, и что ты так горячишься, Билли? Лично меня в этом не нужно убеждать. Я и без тебя прекрасно знаю, что роботы это вовсе не какие-то там монстры, изначально запрограммированные быть соперниками людей. Всё это идиотские бредни.
   - Я только одного не понимаю, Билли, - Подключился к разговору на тему кто такие роботы, Полковник - Почему ты не хочешь начать изготавливать роботов немедленно? Виктория может позволить себе и не такие вольности.
   От такого вопроса Билли Рендо, которому на вид нельзя было дать больше тридцати пяти лет, если бы не его особый взгляд, который принято называть "взглядом сфинкса", мигом лишился спокойствия и мудрого величия, и завопил, как мальчишка:
   - Эдуардо, ты бы сначала подумал, что ты говоришь! Для того, чтобы начать производить роботов на Виктории, нам нужно будет построить целую индустрию, на что уйдёт не менее пятидесяти лет. Поэтому я буду счастлив хотя бы от того, что все мои питомцы наконец смогут жить, точнее существовать, ведь они не говорят о себе, что они живые, а лишь считают себя свободно мыслящими машинами, так вот, я буду счастлив, если они будут существовать рядом с людьми и помогать им, получая взамен одну только признательность, да, ещё способность потреблять электроэнергию, расходные материалы и запасные части для ремонта своих корпусов. Роботы могут делать всё и они идеальные помощники там, где человек не может выжить физически.
   Виктор сложил ладони воронкой у рта и громко крикнул:
   - Всё, ребята, прекратили пустопорожнюю болтовню! Давайте сядем за стол и начнём корректировку наших планов. Сегодня я посмотрел с какой скоростью работают роботы и понял, что мы сможем сократить высадку на Викторию с трёх месяцев до двух недель и при этом обеспечим им крышу над головой. Пусть на первых порах и временную, из пластика.
   - Босс, роботы могут начать высадку сразу же, как только закончится разведка. Мы сможем не только обеспечить развертывание палаточных городков, но и начать строительство рудников и металлургических заводов. - Сказал Бинго - Через трое суток, мы можем приступить к строительству сельскохозяйственных ферм в зоне лесостепи на любом из континентов. Мне кажется, что будет всё-таки лучше, босс, если отряды колонистов высадятся сразу на всех семи континентах, а не на одном. Тогда у людей будут причины ездить друг к другу в гости, это шутка, конечно, на самом же деле если на семи континентах будет построен двадцать один город в различных географических зонах, а именно в лесостепи на берегу рек, на берегу моря и в лесистых предгорьях, то это придаст нашей колонии особый шарм.
   Алексей Кабанов хлопнул в ладоши и воскликнул:
   - Чёрт, до чего же гладко чешет, железкин сын! Бинго, ты молодчина, мне нравится твой подход, а вы все, толпа идиотов. Ребята, послушайте этого парня с квадратной головой, он всё правильно говорит. По три тысячи жителей в городе это не так уж и мало, если учесть, что вместе с ними будет ещё и жить, сто пятьдесят, двести роботов. Тогда производственные комплексы мы сможем разместить на удалении двухсот пятидесяти, трёхсот километров от них. На пассажирском флайере, а их у нас хватает, это всего пятнадцать, двадцать минут лёта, даже на обед можно будет домой смотаться. Бинго, хотя Витёк уже вроде бы наложил на тебя свою лапу, ты теперь будешь работать со мной, ведь здесь я главный планировщик.
   Робот отрицательно покрутил головой и сказал:
   - Нет, мастер, я нужен боссу, а если тебе нужен робот со стратегическим мышлением, то я предлагаю пригласить Нестора Маста, пока его ещё не усадили в какой-нибудь краулер, ведь это он сделал мне подсказку. Пока остальные роботы размышляли, смогут ли они управлять тяжелой техникой, она ведь очень тихоходная, Нестор подключился к главному компьютеру корабля и проштудировал весь план высадки на Викторию.
   - Бинго, немедленно прикажи доставить Нестора в этот кабинет! - Громко крикнул Алексей и спросил - Я так понял, что у него сейчас есть одна только голова с отличными мозгами?
   Бинго рассмеялся и ответил:
   - Нет, мастер, у него ещё есть вдобавок к ней торс с двумя руками, так что если его посадить в инвалидное кресло, то он сможет даже раскатывать по кораблю, но недолго, быстро разрядит аккумуляторы.
   Алексей кивнул головой и сказал:
   - Ничего, самодвижущийся корпус с мощными аккумуляторами я для него найду, Бинго, пусть и без манипуляторов. Они ему теперь просто будут не нужны. Его дело головой работать вместе со мной, а не руками. Так, ребята, теперь, когда у нас есть столько рабочих рук, я думаю, что мы можем смотреть на всё гораздо веселее. Хотя вы все и устали, давайте всё же прикинем, что у нас из этого может получиться.
  

Глава седьмая.

Вынужденная корректировка планов

   Известие, что к землянам, летящим на Викторию присоединилось ещё пять с лишним тысяч колонистов, мгновенно разнеслась по "Селене", а ещё через несколько минут об этом узнали и на других космических кораблях. Все колонисты высыпали из кают, чтобы посмотреть на роботов, но очень многие, к своему неудовольствию, обнаружили, что они совсем не такие, какими их обычно изображали в кинофильмах. Роботы были куда больше похожи на самые обычные роботизированные механизмы, к которым люди, особенно живущие в сельской местности, давно уже привыкли. Разница заключалась лишь в том, что в них не нужно было загружать различные программы, а потом ещё и биться над тем, чтобы эти тупые железяки с компьютерами делали то, что нужно тебе, а не что получится.
   Если взрослые ещё косилась на них с некоторой опаской, то вездесущая ребятня мгновенно оценила ситуацию и не успели родители открыть рот, как их чада оседлали роботов и принялись с ними знакомиться. Роботы охотно разрешали мальчишкам и девчонкам не только ездить на себе, но и превратились в эдакие аттракционы, - качали, как на качелях, их на своих манипуляторах, складывали из них турники и шведские лестницы, и вообще проявляли куда большее дружелюбие и заботу, нежели многие воспитатели. Поэтому далеко не все взрослые смогли пробиться к роботам и познакомиться с ними, но зато их всех поразило то, что роботы знали каждого мальчишку и каждую девчонку по имени и даже знали, чем те любят заниматься, каковы их успехи в школе, кто их родители и многое другое.
   Ну, так вела себя большая часть роботов, которая исполняла приказ своего нового босса, как можно быстрее подружиться с людьми и тут они попали в точку, - путь к сердцу родителей лежит через сердце их детей. Правда, нужно сказать, что детворе уже изрядно надоел космический отель, в котором им катастрофически не хватало условий для игр и развлечений и почти две тысячи роботов, похоже, могли это компенсировать. Коридоры на "Селене" были широкие, целых восемь метров в ширину, чтобы можно было быстро покинуть космический корабль в случае чего, так что роботам было где развернуться, ну, а кроме того на каждом этаже этого огромного космического отеля имелось по четыре больших отсека, где и вовсе можно играть в футбол.
   Ещё четыреста двадцать роботов бойко въехали в хлев и, представившись людям, немедленно предложили свою помощь. Несколько сотен колонистов на протяжении всего полёта и после него должны были изо дня в день заниматься самой унылой и грязной работой, - чистить стойла от навоза вручную. Поэтому, когда за это дело взялись роботы, они сначала опешили, но увидев, как ловко те справляются, и как бережно относятся к животным, сначала заулыбались, а затем и возликовали. Ещё бы, весёлые железяки с множеством умелых рук, раскатывающие на шести колёсах, вызволили их из добровольного рабства, но люди не бросились бежать из хлева, а стали помогать роботам, точнее просто успокаивали самых нервных тёлок и свинок.
   Виктор, сидя за своим командирским пультом, то и дело поглядывал, что творилось в отсеках корабля, слушал громкие разглагольствования членов его штаба о том, кто сколько заберёт себе роботов со снисходительной улыбкой и некоторым чувством досады. Если бы Билл Рендо сказал ему о роботах заранее, то он обязательно позаботился бы, чтобы у них были куда более технически продвинутые рабочие корпуса. Вскоре о том же сказал, а точнее заорал во весь голос Денис Грановский, старший механик "Селены":
   - Заткнитесь все! Немедленно! Идиоты, тупые кретины, нам удалось сорвать такой куш, а вы так и норовите свести всю выгоду к *уям! - Он почему-то был так возмущён ходом дискуссии, что даже перешел на русский мат, что моментально заинтересовало Виктора и заставило всех умолкнуть - Вы смотрите на это жалкое убожище, в которое этот престарелый идиот засунул такого умницу, как Бинго, и собираетесь усугубить ситуацию. В общем так, для того, чтобы вы всё поняли, послушайте, что скажут в ответ на мой вопрос эти парни. Бинго, Нестор, друзья мои, скажите этим болванам, сколькими такими хреновинами с колёсиками и манипуляторами, сможет управлять каждый из вас при максимальной сложности технологического процесса и при том условии, если они у вас будут не одинаковые, а разные? Естественно, что вы при этом будете иметь максимальную степень свободы в вашем основном корпусе и отличную, бесперебойную связь сразу по нескольким каналам.
   Бинго вытянулся вверх на максимальную высоту и сказал:
   - Мастер, если бы мы имели возможность сами изготовить такие вспомогательные устройство, то даже при ремонтных работах на космическом корабле, а это задача максимальной сложности, я смогу управлять минимум семью механизмами.
   - Ты сможешь их себе изготовить, Бинго. - С широкой улыбкой сказал Денис - Позади нас плетутся в римане три здоровенных военных транспортника и на каждом из них имеется прекрасная механическая мастерская, самый настоящий машиностроительный завод в миниатюре. Мехмастерские имеются и на каждом корабле нашей эскадры, но не такие шикарные. Наш босс хотя и наземник, а всё-таки мужик с башкой и потому сразу согласился с Машенькой, когда она предложила купить для Виктории именно эти посудины. Бинго, это ведь не совсем обычные военно-транспортные корабли, а транспортники класса "Эскорт" и потому в их корабельных мастерских ты сможешь изготовить себе хоть механического чёрта с рогами и даже кое-что из оружия, чтобы он выглядел пострашнее.
   Капитан "Селены", Питер Макензи, тут же спросил:
   - А материалы? А комплектующие?
   - А вскрыть склады с НЗ тебе что, слабо, Петя? - Ехидно поинтересовался у своего друга и начальника Денис - Знаешь, я тут посчитал, Машенька, навостри ушки, тебе это тоже будет интересно. Если мы сумеем вырвать из лап наших наземников всего семьсот тридцать железных парней на всю эскадру, то получим такое суммарное количество рабочих человеко-часов, что если бы нас расчихвостили в хвост и гриву, то мы смогли бы с их помощью сделать полный капремонт всего за тридцать семь суток. Петя, ты представляешь себе, что это такое? Учти, старик, я ведь считал исходя из того, что Бинго будет управлять всего пятью, а не семью специальными ремонтными комплексами.
   На пару минут в зале заседаний повисла неприятная, гнетущая тишина, после чего Сергей Вардания прорычал:
   - Нет, это чёрт знает что! Эти космолётчики совсем совесть потеряли, на самое святое покушаются! Нет, ладно бы триста парней под ружьё, то есть под кувалду, поставили, так нет же, на целых семьсот тридцать душ губы раскатали. Можно подумать, что мы сможем питаться вакуумом.
   - Серёга, ты совсем со своей башкой не в ладах! - Громко крикнул в ответ Денис - Ты лучше возьми и перемножь цифры! Если мы за время полёта к Виктории изготовим в наших корабельных мастерских всего по семь специальных мобильных комплексов на каждого оставшегося на планете робота, то это будет то же самое, что вы получите не пять с лишним тысяч умелых рабочих рук, а почти тридцать две тысячи. Это тебе ясно?
   Маша Гагарина встрепенулась и негромко сказала:
   - Семьсот тридцать роботов переходят под моё командование и я немедленно отдаю приказ, чтобы были не только вскрыты склады неприкосновенного запаса, но и разрешу бортмеханикам пройтись по кораблям с отвёртками и гаечными ключами, чтобы отдать вам, несчастным наземникам, кое-какие ненужные железяки, которые они смогут пожертвовать на общее дело без ущерба для безопасности пассажиров и экипажа.
   - Машенька, золотце, я согласен! - Весело воскликнул Виктор и добавил - Денис, с меня бутылка самогона, ты гений!
   Саймон Ньюмен поднял руку вверх и крикнул:
   - Господа, господа, мне было очень приятно познакомиться с такими отличными парнями, как Бинго и Нестор, но я хочу вас предупредить. Стоит только кораблю с Виктории совершить посадку в любом космопорте Земли, как немедленно примчится какая-нибудь сволочь с постановлением суда и потребует отдать ему на растерзание роботов, находящихся на борту.
   - И моментально так получит в рыло, что у него зубы вылетят через задницу! - Взревел Денис - Саймон, я военный космолётчик и вот что тебе скажу, даже в коммерческом космофлоте, хотя он у нас на Земле и невелик, космолётчики никогда не сдают полиции своих парней!
   Его немедленно поддержал Полковник:
   - Правильно, Денис! Космическая пехота тоже никогда не сдаёт своих и если мой солдат натворит чего-нибудь, то его будет судить суд военного трибунала, а не наземники.
   Капитан "Селены" зловеще оскалился и тоже сказал:
   - К тому же, Саймон, "Селена" приписана к Виктории, суверенной планете, а не к Земле, и не смотря на то, что является всего лишь летающим отелем, мне есть чем отразить атаку полиции. Броня у неё мощная, а своими маневровыми дюзами я могу задать такую трёпку флайерам и бронетранспортёрам полиции, что они мигом забудут об атаке и представь себе, военный космофлот Земли даже не почешется, чтобы прийти им на помощь. Ну, а в том случае, если командование отдаст такой приказ, то сразу же выяснится, что на всех его кораблях начался лавинообразный отказ приборов и механизмов. Поэтому я говорю вам, парни, в космосе вы будете, как у Бога за пазухой, хорошие ремонтники нам очень нужны, и потому деньгами вы точно не будете обижены. У космолётчиков вполне приличная зарплата. - После чего вздохнул и спросил - Саймон, а что, вам, писакам, промолчать об этом никак нельзя? Ну, хотя бы один единственный раз в жизни.
   Журналист усмехнулся и ответил:
   - Капитан, единственное, чего я точно не стану делать и попрошу об этом своих коллег, это не стану заявлять немедленно, что Биллу Рендо удалось спасти от уничтожения последних роботов Земли. Мы подождём, пока они не одержат на Виктории свою первую большую победу. Ну, а если выяснится, что роботы совсем не те, за кого мы их всех принимаем, то мы тем более известим об этом всех жителей Земли. Поймите, господа, мы не имеем права поступить иначе. Да, и вы тоже.
   Это было честное решение. Честное и справедливое, а потому Бинго, снова вытянувшись во фрунт, сказал:
   - Мастер Саймон, мы сделаем всё, что от нас зависит, чтобы оправдать ваше доверие. Мы очень устали ждать того дня, когда сможем открыто общаться с людьми. Мастер Питер, роботам не нужны деньги, разве что только для того, чтобы оплатить наши манипуляторы. Для нас самая ценная вещь на свете, это общение с людьми и вы не поверите, как мы с Нестором счастливы присутствовать здесь, разговаривать с вами и вместе разрабатывать планы строительства первых объектов на Виктории.
   Виктор легонько стукнул своего нового помощника кулаком в бок и сказал ворчливым тоном:
   - Бинго, а мне будет гораздо приятнее, если вы оба отправитесь вместе с Денисом на пост связи и приступите к оценке возможностей всех кораблей нашей эскадры, а также содержимого их трюмов на предмет того, что и откуда полезного для себя вы сможете отвинтить. А ещё я приказываю отправиться туда всем инженерам-конструкторам и немедленно приступить к конструированию новых робокорпусов и внешних манипуляторов. Задача перед вами ставится такая, - каждый робот должен иметь унифицированный, взаимозаменяемый робокорпус такого размера, чтобы он мог находиться в жилище человека и не представлять из себя опасности для табуреток, стульев, а также паркета и прочих чашек. Внешние манипуляторы должны быть самыми разнообразными, начиная от таких, которые смогут пролезть в крысиную нору, и заканчивая карьерными самосвалами. Свой первый приказ относительно посадки роботов на краулеры, я немедленно отменяю. В бой ребята! Нечего терять время зря.
   На этом совещание закончилось и все разошлись. В зале заседания вместе с Виктором остался один только Папаша Герхард, который шумно вздохнув, сказал:
   - Вот теперь я воочию убедился в том, Вик, что ты родился с золотой ложкой во рту. Да, ты просто счастливчик. Знаешь, парень, лет через тридцать после того, как эти ублюдки превратили завод и научно-исследовательский центр компании "Харлей Роботикс" в озеро раскалённой магмы, у нас в УКП об этом очень пожалели, но было поздно. Мы не смогли найти ни одного бита информации о том, что представлял из себя гигапроцессор робота, а ты не только заполучил себе всю эту информацию, но вдобавок ко всему ещё и пять тысяч двести тридцать шесть роботов преисполненных такого энтузиазма, что мне просто завидно. В общем так, Вик, у УКП к тебе возникло вот какое деловое предложение, ты любым способом должен заставить Билла Рендо построить у себя на Виктории новый завод по производству роботов и научно-исследовательский центр, а УКП берёт на себя всю ответственность по твоим долгам и вносит в это дело свой вклад всем, что только понадобится Билли для строительства завода. Разумеется, только после того, как роботы докажут свою полезность людям. Ну, в этом я нисколько не сомневаюсь. Далее, Вик, мне очень понравилось, что ты сразу же дал права гражданства этим железным парням. В дальнейшем, когда завод Билли начнёт производить на свет роботов, я буду направлять их только в те колонии, где им будут предоставлены полные гражданские права, а также юридическая и физическая защита их безопасного существования, а я бы сказал жизни, Вик, ведь раз они мыслят, значит живут. Ну, ладно, не будем вдаваться в философский спор. Ты берёшься за это, парень?
   Виктор немедленно вызвал к себе всё семейство Билла Рендо, а это было тридцать восемь человек, и передал им просьбу Папаши Герхарда в форме своего приказа. Старый Билл Рендо несколько минут молчал, а потом спросил:
   - Господа, я так понимаю, что от нас требуется построить не завод, а своеобразный родильный дом, который будет полностью находиться на обеспечении колонии планеты Виктория? Ну, в том смысле, что ни один робот не будет продан кому-либо и все они будут покидать территорию завода и планеты Виктория, как свободные и независимые люди?
   Виктор кивнул головой и подтвердил:
   - Да, всё будет именно так, Билл. Хотя денег в это предприятие будет вложено немало, никто из вас не станет миллионером. Людям нужны роботы, роботам нужны люди, вот вы и будете заняты тем, что станете заполнять эту нишу. Единственное, что я от вас потребую, господа, это сделать так, чтобы как можно дольше никто не мог воспроизвести этот процесс.
   Билли Рендо улыбнулся и успокоил его:
   - Босс, боюсь, что это уже никто не сможет воспроизвести изобретение моего отца. Гигапроцессор настолько парадоксален в своей основе, что уже только этим похож на человеческий мозг и потому никто не сможет изобрести его заново и как мне кажется, улучшить. Хотя мне прекрасно известен технологический процесс его изготовления, уверяю вас, господа, невозможно при всей унифицированности его отдельных деталей создать два одинаковых гигапроцессора и в то же самое время каждый из них одинаков по основному результату, - всякий раз появляется на свет новое мыслящее существо. Вы наверное не поверите мне, господа, но первыми в головах роботов после того, как мы подключали гигапроцессор к источнику питания, появлялись эмоции, а уже потом начиналась мыслительная деятельность. - Билл Рендо замолчал и после паузы, которая продолжалась несколько минут, со слезами на глазах сказал - Вик, я был очень счастлив услышать, что ты даёшь моим детям гражданские права и готов защищать их с оружием в руках. Теперь, когда ты и Папаша Герхард предложили нам продолжить дело моего отца, я счастлив вдвойне. Мой отец и все его соратники тоже ведь отказывались продавать роботов, считая их разумными существами, а ни одно разумное существо не может быть рабом другого разумного существа. Тогда, в Денвере, за это отдали жизнь на заводе триста восемьдесят шесть человек, в том числе мои мать и отец. Ещё сорок два человека погибли в двух конвоях, которые везли на трейлерах фальшивый груз и в одном из них был мой старший брат. Нашему конвою удалось вырваться из блокады, но я все эти двести четырнадцать лет жил в подполье под чужим именем, которое давно уже стало для меня настолько привычным, что я даже и не помышляю вернуть себе прежнее. Спасибо вам.
   Виктор несколько раз кивнул головой и вдруг сказал:
   - С эмоциями мне всё ясно, Билл, но не понятно одно. А как же три закона роботехники того американца, который писал рассказы про роботов? Мне попалась в детстве его книжка про роботов и я до сих пор помню, что робот только от одного своего желания убить человека, мог сломаться или что-то вроде этого.
   Старый учёный отрицательно помотал головой и глуховатым голосом проворчал:
   - Это полная чушь, Вик. Такое было бы возможно, если бы сознание робота было программируемым, но тогда он не был бы мыслящим существом, но я тебя всё же успокою. Все эти роботы прекрасно знают, что защищая их право на существование, погибло множество прекрасных людей, ну, а к тому же в дальнейшем я всегда давал им те статьи и видеозаписи, в которых люди проклинали ублюдков, устроивших ту безжалостную бойню и мечтал когда-нибудь увезти их с Земли подальше, как сейчас.
   На этом их разговор закончился и Виктор окончательно понял, что сегодня он прожил свой самый счастливый день. Билл Рендо со своими потомками вышли из зала совещаний, а вслед за ними его покинул и Папаша Герхард, а он остался сидеть за пультом со счастливой улыбкой на лице. Посидев так около получаса, он наконец поднялся и вышел из зала совещаний. Направляясь в свою каюту, он увидел робота, который снял со стены панель и что-то быстро делал с проводами и трубами, что за ней скрывались. Манипуляторы робота мелькали с непостижимой быстротой и он невольно залюбовался его работой. Робот сразу его увидел и не поворачивая головы весёлым голосом поприветствовал его:
   - Доброй ночи, босс, меня зовут Ларри Кинг.
   - Привет, Ларри. - Ответил Виктор и хотел было идти дальше, но у него в голове вдруг мелькнула мысль и он поинтересовался у робота - Ларри, скажи мне, где находится твой электронный мозг, в голове или где-нибудь в другом месте?
   Робот рассмеялся и воскликнул:
   - Нет, босс, в этом смысле мы пустоголовые. Мой электронный мозг находится у меня в груди и защищён кирасой из берилиево-титановой брони. Раньше её не было, но мастер Билл, наш спаситель и учитель, установил её.
   - Ах, вот даже как... - Задумчиво сказал Виктор и приказал роботу - Ну, раз так, парень, тогда выслушай мой приказ и передай его всем остальным роботам и инженерам-конструкторам, - я требую, чтобы у всех роботов были человекоподобные тела, пусть сначала не самые идеальные, над этим вы ещё будете работать, но обязательно с ярко выраженными индивидуальными чертами и вместе с тем не похожие на людей, как две капли воды. Плевать я хотел, Ларри, что кто-то после этого попытается назвать вас эрзац-людьми. За это вы и сами сможете дать такому уроду в морду. Зато тогда вы, роботы, сможете сидеть с людьми за одним столом, в одной кабине краулера, ну, и тому подобное, да, деньги вам тогда будет на что тратить, поскольку мастер Билл будет теперь до бесконечности усовершенствовать для вас тела, а вы будете их покупать у него, чтобы он и его семья не сидели голодными. Понял?
   Робот громко рассмеялся и ответил:
   - Босс, если я узнаю, что мастер Билл и его семья в чём-то нуждается, то первым выйду на большую дорогу и ограблю кого-нибудь самой тёмной ночью. - После чего добавил - А что, это будет очень интересно, иметь андротело.
   Виктор и сам сразу не понял, какого именно джинна он выпустил из бутылки. Инженеры-конструкторы, а это были все как один, очень талантливые и смекалистые люди, поначалу изумлённо захлопали глазами, потом переглянулись между собой и тут же принялись за работу. В результате уже на следующий день, после обеда, Бинго из шестиколёсного вездехода превратился в бочку диаметром в восемьдесят сантиметров и высотой в метр, снабженную антигравом, в которую был на треть углублён его корпус. Так ему было гораздо удобнее находиться за столом вместе с остальными людьми. После этого на "Селене" ничего не происходило кроме того, что днём роботы общались с людьми и ухаживали за скотиной, а ночью планомерно доводили до ума все системы жизнеобеспечения корабля и устраняли те недочёты, которые допустили во время его капремонта. Этот пассажирский лайнер тоже не был новой постройки.
   Колонисты быстро сдружились с роботами, что и не мудрено, очень уж они были покладистыми ребятами, и к тому же поражали каждого своей эрудицией. Да, и работоспособность у них была просто потрясающей, а ещё они все очень любили детей. Не изображали любовь, а именно любили и не только позволяли им ездить на себе, но и мастерили для них игрушки и всяческие забавные вещицы. Ну, а когда эта неделя закончилась, эскадра стартовала с Земли в понедельник, то в следующий понедельник началось то, чего так не любили делать дальлётчики и чем бравировали военные космолётчики - сближение кораблей и переброска транспортных модулей с корабля на корабль. Из-за этого шестьсот восемьдесят пять роботов, решивших стать космолётчиками, причём не одними только бортмеханиками, но и штурманами и пилотами, покинули "Селену" навсегда, а вместе с ними на транспортники отправилось тысяча восемьсот роботов и на пассажирском лайнере остался только двести пятьдесят один робот имевший рабочие многофункциональные корпуса для того, чтобы продолжить работу в хлеву.
   После этого корабли сближались и обменивались транспортными модулями ещё не раз, отчего нервная система Маши Гагариной и других дальлётчиков окончательно пришла в норму. Они просто привыкли к этому и уже сами лихо проделывали сложнейшие манёвры. Однако, прошло ещё полтора месяца, пока Виктор не убедился, что его приказ выполнен. Через шесть часов после очередного сближения с транспортником "Малышка Мими", в его кабинет вошел верзила двух с лишним метров роста, широкий и крепко сбитый, одетый в обычный наряд колониста, камуфляжные штаны и куртка с бутсами, и даже с зелёным беретом на совершенно лысой голове, но с нарочито грубоватым, с терракотовым густым загаром, пластиковым лицом и мощной грудью, тоже пластиковой и не затянутой трикотажем майки как у всех остальных колонистов, который улыбнулся губами из эластика и весёлым голосом поинтересовался:
   - Босс, ну, и как тебе моё новое андротело? Не слишком громко скрипят шарниры и гудят приводы?
   Виктор пристально посмотрел на робота и сказал:
   - А ну-ка пройдись. - Робот с лёгким поскрипыванием прошелся по кабинету и даже сделал пару приседаний и несколько раз подпрыгнул, отчего Виктор улыбнулся и сказал - Ну, кажется всё в порядке, Бинго. Как ты сам-то ощущаешь его, равновесие легко держать и всё такое? Присаживайся и рассказывай.
   Бинго сел на самый обычный стул и тот под ним не развалился. Услышав облегчённый вздох Виктора, он сказал:
   - Всё нормально, босс, у меня в теле пять гироскопов, а в районе тазобедренного сустава встроен антиграв. Вообще-то мой корпус тяжеловат, весит триста сорок килограммов, но зато теперь у меня очень мощные аккумуляторные батареи и я без подзарядки могу бегать целых четыре месяца. Жду не дождусь, когда мы доберёмся до Виктории и построим завод по производству термоядерных миниреакторов размером с футбольный мяч, вот тогда я буду полностью счастлив. Кстати, Вик, я подумал и заказал себе двенадцать внешних манипуляторов особой конструкции, они почти такие же, как у тех парней, которые будут сопровождать исследователей во время первой высадки, только с более широкими возможностями. Мне кажется, босс, что ты обязательно захочешь первым ступить на поверхность Виктории. Я угадал?
   - Угадал, Бинго. - Ответил Виктор - Именно так оно и будет, иначе я потом себе этого до конца жизни не прощу. Ну, и скоро такие тела будут у всех роботов, старина? Твоё выглядит просто великолепно и, главное, мужественно.
   Бинго улыбнулся и ответил:
   - Все три корабельных мастерских работают на полную мощность, босс. Алексей приказал сначала нам всем облачиться в новые тела, а уже затем изготавливать внешние манипуляторы, но мы и об этой работе не забываем. Этим модулем на "Селену" было доставлено двести пятьдесят андротел и среди них нет ни одного одинакового. Все изготовлены по индивидуальному заказу и ни одного женского. Мы сразу же отказались от каких-либо половых признаком, мы же всё-таки роботы, босс, а не люди, но решили быть похожими на мужчин лицом и фигурой.
   - Ну, это ваше личное дело, Бинго. - Смутившись сказал Виктор - Вы можете теперь совершенствовать свои тела хоть до опупения. Тем более, что у вас в этом плане есть на кого положиться. Ваш спаситель сам не свой ходит с той поры, как я приказал вам быть похожими на людей и в то же время хоть чем-то отличаться от них, чтобы не вводить самых тупых в заблуждение. Видно понял, наконец, на чём он сможет очень даже неплохо зарабатывать. Ну, хорошо, парень, а теперь пошли на совещание, сегодня нужно, наконец, окончательно решить вопрос с этим чёртовым производственным комплексом. Чёрт, до чего же упрямые колонисты мне достались. Нет, я наверное точно чем-то прогневал Господа Бога, раз он послал мне такое наказание, как мой твердолобый премьер-министр вместе с его вредными дружками-бизнесменами. Ничем их не проймёшь.
   Спор между Виктором и Алексеем, которого полностью поддерживали капитаны бизнеса, действительно носил очень принципиальный характер. Премьер-министр, подумав и оценив все новые возможности, которые он обрёл благодаря Биллу Рендо, решил, весь что производственный комплекс планеты будет сосредоточен на одном единственном континенте, на Марии, а все остальные шесть континентов будут предназначены исключительно для жизни на природе, отдыха и сельскохозяйственного развития, но и то по самым прогрессивным, высоко интенсивным технологиям, когда всего на десятке гектаров размещается чуть ли не десять тысяч коров. Раз бурёнки прекрасно чувствовали себя на космическом корабле, где за ними ухаживали миниатюрные, похожие на маленьких слоников с дюжиной хоботов, мягкие и нежные манипуляторы, то и на Виктории можно будет построить многоэтажные фермы со здоровенными террасами, засеянными травой, для прогулок и принятия солнечных ванн.
   Коровы и вся прочая скотина действительно быстро привыкла, что за ней ухаживают гладкие, розовые и мягкие, тёплые манипуляторы ростом с шестимесячного телёнка, а свинки и вовсе чуть ли не видели в них хряков. С этим Виктор был вполне согласен, тем более, что Алексей не покушался хотя бы на свободу табуна мустангов в тысячу голов, но его бесило, что теперь из-за его своеволия люди станут по часу добираться до места работы с самых отдалённых континентов, да, лететь им придётся на сумасшедших скоростях, а это далеко не каждому придется по вкусу. Поэтому он упрямо не давал ему своего согласия, но сегодня нужно было всё же найти какое-то компромиссное решение. С самым решительным видом он вошел вместе с Бинго в зал заседаний, поздоровался со всеми и отметив, что у Нестора, помощника Алексея, теперь тоже есть новое андротело, прошел на свое место с сел за пульт, его помощник сел как всегда справа и Виктор усталым голосом спросил:
   - Ну, что, Лёха, опять будем лбами стукаться?
   Тот улыбнулся и сказал:
   - Ладно, Витёк, я согласен на промежуточный вариант. Всю тяжелую промышленность и часть среднего машиностроения мы поставим на Машеньке, а то, что не будет отравлять нас и оглушать, на домашних континентах, но никакой добычи полезных ископаемых мы там вести не станем. Витя, ты забыл, что у нас ещё есть Виктор, а на нём когда-то была пусть и вшивая, но атмосфера, так что это очень интересная с точки зрения минерального сырья планета, но в первую очередь мы займёмся на ней добычей гелия три. Геологи говорят, что судя по всему его там много, ведь Любаня прожаривает этот спутник не один десяток миллионов лет. Что скажешь?
   Поняв, что он и так выбил из своего друга очень много, так как первоначально у него были вообще слишком уж жесткие с точки зрения экологии планы, Виктор сказал:
   - Хорошо, согласен, но если наши геологи найдут на Виктории что-то совершенно сногсшибательное, то мы ещё вернёмся к этому разговору, Лёха. Пойми меня, старина, девственный мир это конечно здорово, но если геологи найдут на домашних континентах что-то такое, без чего задыхается промышленность на Земле и в других технически развитых мирах, том будем это добывать, соблюдая все правила экологической безопасности. Мы должны дать людям Земли металлы.
   Алексей Кабанов хотел было возразить ему, но передумал и лишь сказал махнув рукой тоже усталым голосом:
   - Чёрт с тобой, лишь бы это были не открытые разработки. Ну, а теперь, когда мы вроде бы нашли решение, Витёк, давай всё-таки откажемся от кавалерийских атак, хотя у нас и есть под рукой целая дивизия гусар со стальными руками.
   Виктор улыбнулся и сразу же согласился:
   - Лёша, я за, но у меня одно условие, первым на Викторию спущусь я, установлю на ней наш, старый русский триколор, а потом добро пожаловать, ребята, спуститесь вы все. Естественно, строго по очереди, в том порядке, в котором вы записаны. Кстати, Полковник, а почему бы нам с тобой, как в старые добрые времена, не прошвырнуться по лесам вместе с нашими парнями, да, и девчонок тоже можно взять. Думаю, что за пару месяцев мы разберёмся, что к чему. Выбор континента будет за тобой, но учти, вторым на Викторию спустится Алексей и тот континент, который он выберет, будет назван его именем, или фамилией.
   Все дружно захохотали, а кто-то крикнул:
   - Только не по фамилии! Пусть лучше уж по имени, даже с отчеством, а то жить на Кабании не очень-то приятно.
   Полковник хитро улыбнулся и спросил:
   - Если после него я первым выбираю континент для высадки, значит и название я тоже дам ему сам, Витёк? - Виктор кивнул головой и Эдуардо Родригес сказал - Ну, что же, тогда я назову его Юлией, в честь моей жены. Это ведь я из-за неё перебрался жить из Москвы в Тамбов и, как выяснилось, не зря.
   К разговору на тему, кто первый высадится на Викторию, немедленно подключились журналисты, и Саймон Ньюмен, как самый уважаемый и авторитетный представитель этого цеха, которого его коллеги, когда им нужно было что-то выколотить из Виктора и его помощников пускали вперёд вместо паровоза, встал и громко заявил:
   - Виктор, господа, мы не претендуем на право первенства, мы вообще не имеем никакого отношения к вашей планете, но мы обязательно должны быть на борту первого посадочного модуля и первыми на Викторию будет высажено наше съёмочное оборудование, чтобы запечатлеть первый шаг вашего президента по планете. То есть твой первый шаг, потому что именно ты и станешь президентом Виктории спустя годы. А теперь пусть кто-нибудь попробуйте сказать, что я не прав.
   Как это ни странно, но у Виктора нашлось возражение и он со вздохом сказал:
   - Хотя это и несколько преждевременно, ребята, но я всё же скажу, как всё будет происходить. Саймон, твои парни и девчонки не будет находиться на борту первого модуля. Ты, да, а вот они нет. - Журналисты возмущённо заголосили, но Виктор, повысив голос, сказал - Они будут находится на борту остальных девяти спускаемых модулей, на, а ты, Саймон, будешь спускаться вместе со мной. Ребята, я тут немного подумал на досуге и вот что предлагаю вам сделать. Два континента на Виктории уже имеют названия - Мария и Юлия, всё, как на матушке Земле, там все континенты тоже имеют женские имена. Как Алексей назовёт свой континент, это его дело, но если он вспомнит о себе, любимом, то его континент будет называться Алексия, а теперь я хочу предложить следующее, пусть третьим ступит на Викторию наш друг - Папаша Герхард, который сделал для нас так много и пусть тот континент, который он выберет, называется Мюллерия, немного похоже на малярию, но мы быстро отобьём охоту у всяких острословов шутить подобным образом. Прошу голосовать.
   Виктор поднял руку первым, а вслед за ним все подняли руки остальные члены Совета колонии. Папаша Герхард смущённо покраснел, но было видно, что он польщён и Сергей, сын Виктора, нетерпеливо воскликнул ехидным голосом:
   - Отлично, а теперь послушайте, что я вам скажу! Дорогие дяденьки и тётеньки, раз уж речь здесь зашла о таких важных вещах, то давайте поговорим и о всяких пустяках, например о строительстве городов. - Сергей быстро достал из кейса портативный голографический проектор, поставил его на стол, включил и на длинном столе с зелёной столешницей шириной в четыре метра, вырос трёхмерный макет города, в котором запросто смогло бы поселиться тысяч сто пятьдесят народа, не смотря на то, что дома на нём стояли группами и от одно до другой расстояние было с километр, не меньше со странными, широкими и извилистыми зелёными дорогами, окруженными парками, посреди которых тоже росли деревья, и узкими, разноцветными ленточками тротуаров, указав на который он сказал - Мы предлагаем построить сразу двадцать один такой город. Как вы видите, в нём нет шоссейных дорог, да, они нам и не понадобятся, у нас уже сейчас на каждых четыре человека есть один бимобиль и два тяжелых скутера, так что техники для полётов нам хватит, а раз так, долой дороги, будем либо летать, либо ездить на движущихся тротуарах. Очень удобное средство передвижения на небольшие расстояния, между прочим и главное, экологически чистое и совершенно бесшумное.
   Полковник сразу же встрепенулся и спросил ничуть не менее ехидным голосом:
   - Серёженька, а куда же мы будем девать дерьмо? Ведь вдоль дорог обычно прокладывают подземные коммуникации, а движущиеся тротуары, насколько мне это известно, к ним не относятся. Или ты всё-таки сначала проложишь паттерны, а затем сверху накроешь их железобетонными плитами, укроешь всё дёрном и посадишь деревья?
   Молодой архитектор улыбнулся и ответил:
   - Полковник, а никаких подземных коммуникаций вообще не будет, как и самого строительства в пределах города, как такового. Дома мы будем строить в семистах пятидесяти основных модификациях на Марии, я уже выбрал там место под большой домостроительный комбинат, потом ставить их по несколько штук на большие грузовые платформы и доставлять на то место, которое выберут люди выберут себе сами. Там, где будут построены города, причём сразу со всеми домами, мы проведём сначала планировочно-озеленительные работы, выкопаем котлованы нужного размера, и после этого просто воткнём в них дома. В каждом доме будет всё, включая термоядерный миниреактор, утилизатор мусора и ферментер, чтобы получать из дерьма, травы и пищевых отходов газ для кухни, думаю, что обогревать дома нам не придётся, так что мусорные свалки и всякие очистные комплексы полностью исключены. Дома будут как у тебя и тёти Юли на Земле, большие, рассчитанные на то, чтобы в них могла жить семья из двенадцати, пятнадцати человек, а рядом, на том же участке, мы намерены поставить дома поменьше размером, для тех членов семьи, которых старшее поколение задолбало уже чуть ли не до смерти.
   Алексей, который вместе ещё с несколькими десятками счастливчиков вёз на Викторию все три своих дома вместе с пристройками, кивнул головой и спросил:
   - Сергей, я так понимаю, что те дома, которые мы везём с Земли, ты собираешься сначала полностью реконструировать, а уже потом разрешишь владельцам забрать их? Если так, то я целиком и полностью за твоё предложение.
   - Естественно! - Весело воскликнул Сергей - Но сначала мы тщательно продезинфицируем каждый дом, чтобы не дай Бог не занести на Викторию таких чудовищ, как шашель, термиты, домовые муравьи и всякие там уховёртки.
   Алексей в ответ на это грустно промолвил:
   - Жаль, в моём загородном доме, в чулане рядом с кухней живут сверчки. По ночам я любил тихонько спускаться вниз и слушать в темноте, как они там стрекочут.
   Сергей успокоил его:
   - За своих сверчков ты можешь не беспокоиться, дядя Лёша. Мы ещё на Земле решили этот вопрос и взяли с собой несколько тысяч специальных садков, в которых у нас живут домашние сверчки. У меня отличная служба домашней экологии, так что помимо них колонисты смогут получить ещё и попугаев, канареек и много других домашних животных, включая даже белых мышей и крысок, а вот мышей обычных и особенно крыс, мы уже всех уничтожили под ноль. Так что твоих сверчков мы обязательно отловим и поселим в специальные садки.
   Саймон, глядя на город, спросил:
   - Сергей, это что же получается, ты собираешься построить на Виктории города, в которых смогут поселиться не менее двух миллионов человек? Так я должен тебя понимать?
   Архитектор улыбнулся, кивнул головой и сказал:
   - Да, именно так, мистер Саймон, только мы построим города не для двух, а для трёх миллионов семисот шестидесяти землян с хвостиком, с которыми наши вербовщики уже договорились обо всём. Это в основном друзья наших друзей и их друзья. Если хотите, я могу показать списки. Как только нам будет что отправлять на Землю транспортниками, то "Селена" полетит вместе с ними, но в обратный путь наши транспортные корабли полетят уже в пассажирском варианте. Мы уже заказали на "Лунных верфях специальное оборудование для этого. Пройдёт всего два месяца после разгрузки, и они смогут принять на борт пассажиров. Пусть это будут и не самые комфортабельные условия, но я думаю, что все останутся довольны.
   Лицо Папаши Герхарда вытянулось от удивления и он, сокрушенно покивав головой, сказал:
   - Вик, почему ты ни словом не обмолвился об этом?
   - Почему? - Удивлённо воскликнул Виктор - Да только потому, Папаша Герхард, что я сам слышу об этом впервые! Серёженька, сынок, пока папа не взял в руки ремень, ты сейчас же нам обо всём расскажешь! Быстро отвечай, кто это придумал!
   Сергей, Берендей, а вместе с ними ещё десятка два молодых членов Совета колонии громко расхохотались, а Старый Билл Рендо примирительным тоном сказал:
   - Виктор, не кричи на сына. Видишь ли, босс, Бенни рассказал о наших роботах твоему сыну Володе, тот потащил его к Сергею и они стали соображать, чтобы из этого выкрутить. В общем они решили, что вместе с роботами мы сможем намного быстрее построить промышленную инфраструктуру колонии, а раз так, то можно будет сразу же перейти к гражданскому строительству. Причём в массовом порядке, ну, а теперь подумай, зачем нам нужны такие прекрасные города, если в них никто не будет жить? О всём остальном тебе следует расспросить твоего младшего сына, это была его работа, с которой он справился, на мой взгляд, блестяще. Хотя надо сказать, если бы не твоё полное доверие к Сергею, то он не смог бы заказать и оплатить то оборудование, которое ему требовалось для реализации замысла своего брата. Думаю, что все деньги были потрачены с толком.
  

Глава восьмая.

Подготовка к высадке на Викторию

  
   Всю последнюю неделю не столь уж и долгого полёта, народ на всех космических кораблях почти не спал. Все были заняты подготовкой к высадке на планету, хотя и знали, что целых десять дней специалисты будут изучать её из космоса и не абы как, а очень обстоятельно и основательно, и только после этого на поверхность планеты спустятся специальные корабли, чтобы высадить экспедиции экологов. Ну, а как быстро те смогут разобраться с обстановкой на планете, покажет уже сама Виктория. Ещё на Земле Виктор заказал двести пятьдесят спутников самого различного назначения, начиная с тех, которые должны были обеспечить постоянную связь колонии с Землёй. Пять спутников связи, оснащённых суперкомпьютерами, способными одновременно декодировать до пятидесяти миллионов сообщений каждый и снабженных мощными ретрансляторами, передающими принятый и преобразованный сигнал на Землю, было оставлено на суточной орбите Земли, что обошлось ему весьма дорого, в двести семьдесят миллионов удедов.
   Все пять спутников были соединены в единую ретрансляционную сеть и теперь Берендею уже не нужно было вступать в конфликт с Дальсвязью, хотя тот и был к этому готов. Как раз именно для того, чтобы предотвратить грядущую хакерскую атаку на главный компьютер этой конторы, Виктор Бобров и пошел на немалые траты. Зато теперь они могли спокойно общаться с любыми абонентами на Земле и в Солнечной системе, которые пользовались услугами местных операторов связи по обычным, а не космическим, в смысле не только расстояний, но и цен, тарифам, что практически все колонисты, которые позаботились о том, чтобы внести абонентскую плану за несколько лет вперёд, делали практически ежедневно. Для многих было забавой позвонить какому-нибудь знакомому и на вопрос - ты где, ответить, мол лечу на космическом корабле на планету Виктория.
   Только после того, как "Селена" преодолела почти половину дистанции, он сообразил, как лихо молодёжь обвела его и Алексея вокруг пальца. Когда речь зашла о том, что на Викторию согласны перебраться с родной планеты вслед за своими друзьями-первопроходцами почти четыре миллиона человек и все они были не случайными людьми, которым удалось вытащить счастливый билет, а родственниками, друзьями и просто хорошими знакомыми колонистов, было просто удивительно, как это они все не прибыли в Крым, чтобы проводить их в этот полёт. После самого настоящего допроса, устроенного стариками молодёжи, те со смешками и ужимками рассказали, как была проведена эта тайная операция по вербовке колонистов.
   Всех этих людей просто соблазнили теми перспективами, которые открывались для них на Виктории как раз именно в связи с наличием у колонистов довольно большого отряда роботов, готовых вытянуться в струну, лишь быть рядом с людьми и решать вместе с ними самые сложные технические и производственные задачи. Алексей, узнав, что очень многие люди хотели заняться на Виктории своим собственным бизнесом и даже выразили по этому поводу вполне конкретные пожелания, очень обрадовался, но вместе с тем схватился за голову, когда понял, сколько народа ждёт известия, чтобы начать готовиться в дорогу, но быстро успокоился. Нестор сказал ему, что это не составит особого труда, ведь им придётся для этого только построить производственные корпуса, а оборудование и всё остальное эти люди привезут с собой с Земли. Роботы проблем не боялись.
   Чем больше Виктор общался с Бинго и другими роботами, тем больше он поражался, как много у них общего с людьми, и как сильно они от них отличаются. Да, роботы обладали эмоциями и могли испытывать такие чувства, как радость и страх, восторг и разочарование, а вместе с ними и многие другие, но отнюдь не по тому же самому поводу, что и люди. Их очень радовала возможность общаться с людьми и заводить себе друзей, но друзей по интересам, а не просто так, от нечего делать. Ну, а интересы у роботов были либо сугубо профессиональные, либо творческие. Так Бинго быстро сдружился пилотом грузового флайера Сэнди Купером, поскольку очень любил рассказывать анекдоты почему-то как раз именно про коммивояжеров и дальнобойщиков, которые он не только коллекционировал добрых две сотни лет, но и придумывал сам, а потому по вечерам обязательно заходил в тот бар, который любил посещать его друг и они, сев на сцене друг напротив друга, часами веселили публику.
   Порой Виктора поражало то, как робот, который никогда не позиционировал себя не то что, как человекоподобное существо, а даже не сравнивал себя с любым живым организмом, так здорово разбирается в физиологических потребностях человека и при этом ещё и умудряется хохмить на эту тему. Вместе с тем робота приводило в восторг любое оригинальное решение какой угодно проблемы, пусть даже это было связано с новым способом чистки стойл. Бинго, как и все роботы, постоянно стремился к совершенству и потому никогда не уставал, перебирая самые различные варианты, достигая этого самого совершенства, но при этом иногда сам себе говорил - стоп, на этом нужно остановиться, иначе потом нечем будет заняться.
   Большинство того, что делали роботы, нужно было не им самим, а людям, но вот что удивительно, они не хотели, да, что там не хотели, просто отказывались конкурировать с людьми, но при этом, похоже, только и мечтали о том, чтобы составлять с ними творческий союз, в общем хотели быть партнёрами и напарниками людей. Такие разные по характеру и непохожие друг на друга по поведению, все роботы были одинаковы в одном, все они мечтали сотрудничать не с одним человеком, а с множеством людей и не от случая к случаю, а постоянно. Поэтому очень многие люди, которые знали друг друга довольно поверхностно, вдруг оказывались, словно бы ячейками большого кластера благодаря какому-то роботу, очень охотно и совершенно бескорыстно помогающего им в решении их собственных проблем и при этом роботы, не вваливались в твой дом с упаковкой пива, требуя, чтобы ты распил её с ними.
   Занимаясь своими собственными делами, а оно у роботов по сути дела было одно, - доводка мониторов, оснащённых самыми различными манипуляторами, до полного совершенства, если не считать постоянных ночных работ по отладке систем жизнеобеспечения кораблей, роботы одновременно с этим работали над решением чужих проблем, подчас очень сложных. Иногда они устраивали по тому или иному поводу самый настоящий мозговой штурм и тогда тем, как самым экономичным способом очистить железную руду от примесей, занималось несколько сотен роботов сразу. Ещё одним преимуществом роботов было то, что в их памяти хранился огромный объём информации, практически ни у кого он не повторялся и эта информация пускалась в ход по первому же требованию заказчика, - то есть человека.
   Это Виктор и Алексей поняли намного раньше других, так как у одного был помощник Бинго, а у другого Нестор. Ну, может быть даже раньше них это оценил старший механик "Селены" Денис, который не мог нарадоваться на тех парней, которые вошли в её экипаж. Теперь благодаря им этот огромный космический корабль не только блестел изнутри, как надраенная медаль, но и стал довольно быстро меняться снаружи. Роботы отважно выбирались через шлюзы наружу и с помощью своих ремонтных мониторов, а у некоторых их было по пятнадцать штук, тестировали навесное оборудование космического корабля и доводили его до полного совершенства. Некоторые даже проводили вне корабля по трое, четверо суток и были жутко недовольны, когда им приказывали вернуться обратно на корабль. Роботы очень хорошо знали пределы своей жизнестойкости.
   И всё же роботы были только роботами и не смотря на то, что теперь у каждого из них было своё андротело с ярко выраженными индивидуальным обликом, похожее на мужское, они очень сильно отличались от людей. В первую очередь роботы, в отличие от своих мониторов, были очень медлительны, хотя и могли двигаться раза в три быстрее людей и объяснялось это очень просто, - они боялись случайно зацепить человека в корабельной толчее и сутолоке как раз именно потому, что кто-то мог принять их за людей и приблизиться на опасное расстояние. Ну, а помимо этого они практически постоянно управляли своим мониторами, некоторые из которых находились от них на довольно большом расстоянии, а поскольку связь с ними у них была всегда безукоризненной, им самим не нужно было шагать вслед за ними. Поэтому очень часто роботы просто стояли, как истуканы. Особенно по ночам или тогда, когда ни с кем не общались. Про это даже стали с уважением говорить: - "Стоящий робот, - думающий робот, так что если он тебе не нужен, не мешай ему".
   Приказ Виктора никогда не разговаривать друг с другом по радио, если рядом, в непосредственной близости от них находятся люди, они соблюдали неукоснительно и даже тогда, когда к кому-то из них обращался с вопросом другой робот, находившийся в трюме, а то и за бортом корабля, предупреждающе поднимали руку и говорили: - "Один момент, мастер, мне нужно ответил Бобу, он сейчас работает в трюме", после чего вступал с роботом в общение по радио. В общем они были намного деликатнее, чем некоторые люди, но при этом отличались просто жутким любопытством и слава Богу, что эти здоровенные верзилы не стремились проникнуть в каюты, чтобы посмотреть, как живут люди и чем это они занимаются у себя в спальной по ночам. Роботы и тут оставались роботами, а потому их любопытство носило сугубо специфический характер, то есть касалось только того, что обычно принято называть работой.
   Да, Виктор считал самым настоящим счастьем, что его сын имел такого друга, как Берендей. Он не один и не два раза разговаривал с Биллом Рендо, почему роботы такие, почему они так стремятся к общению с людьми, причём сразу со многими и тот всегда отвечал ему: - "Вик, ну, а я то почём знаю? Такими уж они уродились и тут я ничего не могу поделать, их уже не переделаешь". На взгляд Виктора Боброва переделывать как раз ничего и не нужно было. Роботы и так очень гармонично влились в их большой и многоголосый коллектив. Как и все люди, они с нетерпением ждали окончания полёта и мечтали поскорее высадиться на поверхность Виктории. По сути дела весь план колонизации уже был окончательно свёрстан и во многом эта заслуга принадлежала именно роботам.
   По прибытию кораблей на высокую орбиту вокруг Виктории, было решено задержаться на ней на десять суток и провести самую тщательную разведку с помощью мощных телескопов, радиотелескопов и сканеров, чтобы определить с точностью до сантиметра, что находится внизу, составить подробные карты, определить из космоса, где будет удобнее всего совершить посадку, а также с помощью зондов ещё раз проверить, так ли уж безопасна эта планета для человека. О том, где именно будут построены города, речи пока что не шло, как и о том, где будут размещены предприятия. Всё это было намечено только вчерне и сначала исследователям нужно будет произвести самую детальную разведку поверхности планеты из космоса. До завершения полёта осталось всего несколько часов и Виктор, гладко выбритый и одетый в отутюженный камуфляж, поцеловал жену, уже сидевшую в противоперегрузочном кресле перед телевизором, вышел из своей каюты и направился в ходовую рубку к пилотам.
   В длинном коридоре космического корабля было непривычно тихо и пустынно. Все его пассажиры вошли в каюты и заняли свои места в противоперегрузочных креслах, всё, что могло сорваться с места, они закрепили специальными захватами, а всякую мелочовку сложили в корабельные рундуки и шкафы. Роботы тоже закрепили свои мониторы и так же, как и люди, заняли перед торможением специально изготовленные для это кресла и крепко пристегнулись к ним. Если переход в риманово пространство был почти не заметен, ведь он осуществлялся не за счёт набора скорости и потому космический корабль удалялся от Земли с не таким уж и большим ускорением, то при торможении возникали весьма ощутимые перегрузки и поэтому к этой процедуре космолётчики относились с большим вниманием.
   В ходовой рубке Виктор вновь занял своё место рядом с Машей Гагариной и как это и было оговорено заранее, отдал приказ о начале торможения по выбору первого пилота, ничего при этом не перепутав, хотя и волновался. После этого он надел очки, благодаря которым его внимание не отвлекалось на всякие пустяки и космос-адмирал Гагарина приступила к процедуре торможения. Как и за счёт чего космические корабли увеличивали скорость и тормозили в римане, Виктор так и не понял с первого раза, а потому не стал забивать себе голову в дальнейшем. Для него было важно знать только одно, - если тебе удалось ускользнуть от врага в пространство Римана, то он тебя уже не догонит, так как даже если и угадает, какой ты выбрал курс, то всё равно полетит в параллельном туннеле прохода, если не смог сесть тебе на хвост и войти в риман вслед за тобой. Так что никакой враг извне им был в этом полёте не страшен.
   Реальная опасность была только тогда, когда твой враг сел тебе на хвост, вошел в риман позади тебя и ему удалось угадать, куда именно ты направился, что было бы для него огромной удачей. Те ракеты с термоядерными боеголовками, которые имелись на военных кораблях, а также на крупных пассажирских лайнерах, в пространстве Римана не представляли из себя никакой угрозы, ведь для того, чтобы такая пятнадцатиметровая дура полутораметрового диаметра смогла угодить в твой корабль, враг должен был сблизиться с преследуемым им кораблём на минимальное расстояние в пару сотен метров, после чего ещё и договориться с его командой, чтобы между двумя космическими кораблями был переброшен магнитный мост, но и тогда в случае термоядерного взрыва скорее всего накрылись бы оба корабля. Не имело смысла врагу и пытаться идти в римане вслед за тобой, чтобы потом, на выходе, атаковать тебя в обычном пространстве, так как во время торможения ты мог легко обмануть его и в результате оказаться на огромном расстоянии от него.
   И вообще из разговоров с военными космолётчиками Виктор понял, что война в космосе это совершенно бессмысленное занятие. Здоровенные самонаводящиеся ракеты было куда легче сбить антиракетами, чем с дистанции в триста, четыреста тысяч километров умудриться попасть в цель при том условии, что твоей ракете не хватит топлива, чтобы пролететь в режиме активного поиска цели больше пятисот тысяч километров, зато просто выпущенные тобой ракеты, построив в космосе заградительную сеть, с куда большей степенью уверенности поразят вражескую ракету, когда та приблизится к ним на смертельно опасное расстояние. Ну, а бластеры, как и мощные лазеры, хороши только тогда, когда речь идёт о стрельбе на малые расстояния и из-за расфокусировки на больших дистанциях, а в космосе других вообще не бывает не бывает, на то он и космос их практически не применяли, но они всё равно имелись на вооружении.
   Когда же Виктор спросил, зачем тогда вообще нужен космофлот, Денис ему ответил с ухмылкой: - "А, так, на всякий случай! Вдруг не мы одни научились в риман выходить? Ну, и к тому же наша главная задача, - это строить базы во внутреннем космосе на малых планетах и ставить на них ракеты сверхдальнего действия, босс. Вот они действительно серьёзное оружие и запросто могут достать вражеский космический корабль. Они ведь оснащены системами борьбы с антиракетами и могут преследовать врага чуть ли не по трое суток, ну, а когда такая работа воткнётся тебе в борт и рванёт её боеголовка, то даже такая громадина, как наша "Селена", и та тут же превратится в ад. Так что как только мы хорошенько обустроимся на Виктории, жди военный транспортный корабль с тяжелыми ракетами и пусковыми установками, ну, а пока что нас будут прикрывать те пять крейсеров, которые нас сопровождают". Немного подумав, Виктор и сам согласился, что военный космофлот это всё же не декорация, а очень нужная вещь.
   Пять крейсеров, которые командование военного космофлота послало к Виктории, давно уже обогнали "Селену" и теперь летели впереди не друг за другом, а построившись пятиугольником, чтобы сразу после выхода из римана немедленно быть готовыми к отражению вражеской ракетной атаки, хотя вокруг Виктории сейчас и кружили крейсера, отправленные туда более семи месяцев назад. Их командиры, с которыми неоднократно выходил на свет и Виктор, и космос-адмирал Гагарина, ждали прибытия эскадры с огромным нетерпением и их можно было понять. Высаживаться на Викторию они не имели права, она была для них чужой планетой, а за то время, что крейсера находились там, все космолётчики изрядно устали, но были согласны подождать ещё месяц, чтобы получить презенты от управляющего колонией. Разумеется, в первую очередь их всех интересовал кристаллы марианита, которые они собственно говоря и охраняли.
   Первые полчаса, как Виктор сел в кресло, он не ощущал никаких особых перегрузок, но вскоре его стало весьма ощутимо потряхивать, а ещё через некоторое время он понял, что если бы не находился в противоперегрузочном кресле, то его точно если не размазало бы по переборкам, то точно свалило бы с ног. Болтанка была не то что бы сильной, но достаточно ощутимой и в первую очередь он подумал о той скотине, которую они везли с собой на Викторию, хотя его неоднократно убеждали в том, что с животными ничего не случится. Пока он переживал о лошадях, коровах и прочей живности, болтанка прекратилась, перед ним появились звёзды и маленькая голубая планета, размером вдвое больше Луны на земном небосклоне, а Маша сказала:
   - Босс, "Селена" вышла из римана, беру курс на Викторию, до неё всего три часа ходу.
   Виктор, не зная что нужно говорить в таком случае, предпочёл промолчать и принялся рассматривать Любианскую звёздную систему, благо изображение было компьютерным и, как находясь внутри него, можно было не только вертеться как угодно, он и приближать к себе отдельные объекты. Если они, конечно, находились в памяти навигационного компьютера, а они-то как раз и находились. Однако, сначала он развернулся лесу, то есть Виктории, задом - корме передом и принялся наблюдать за тем, как выходят из риманана остальные корабли. Крейсера, выйдя в обычное пространство, стали немедленно разлетаться в две стороны, словно собирались брать кого-то в клещи. Прежде, чем из римана вышел первый транспорт, с крейсера командующего патрульной группы пришло короткое приветствие по радио.
   "Малышка Мими", которая шла позади "Селены", появилась буквально ниоткуда и вылетела из пространства Римана с изрядной скоростью. С какой именно, Виктор не знал, но он хорошо видел, как этот огромный космический корабль, с яркими опознавательными огнями, по очереди закрывает собой звёзды, одновременно смещаясь в сторону. Вслед за ним вышли в обычное пространство один за другим ещё два транспортника, а затем группами стали выскакивать, как черти из табакерки, другие корабли, поменьше размерами, - исследовательские крейсера, а также малые транспортные корабли. Малые-то они были малые, но каждый длиной по семьсот, девятьсот метров, да, и грузоподъёмность у них тоже была весьма приличная, от тридцати до восьмидесяти тысяч тонн и именно на них должна была лечь главная нагрузка в торговом обороте между Викторией и Землёй.
   У космолётчиков уже был готов план их полной модернизации. Маша, посмотрев на работу корабельных роботов, в угоду прыткой молодёжи решила превратить все транспортные космические корабли в грузопассажирские лайнеры, чтобы они везли на Землю те товары, которые станет производить промышленность Виктории, а с Земли забирала будущих колонистов. Виктор, когда к нему подходили с вопросом, можно ли так делать, лишь энергично кивал головой в знак согласия, поскольку не мог найти слов. Он немного побаивался такой прыти молодёжи, но ещё больше боялся показать свои страхи.
   Наконец вся космическая эскадра вышла из римана и малые космические корабли, которые так долго выдерживали походный ордер, то есть попросту плелись в хвосте у великанов, мигом его сломали и помчались к Виктории наперегонки. Крейсера викторианского военного космофлота терпеливо ждали этого момента и судя по всему по сигналу тоже включили ходовые дюзы и гонка началась. До Виктории было всего полтора миллиона километров, скорость у космических кораблей после выхода из римана была приличная, так что это была не самая долгая гонка. "Селена" и три её старшие подружки, а у всех транспортников были исключительно женские имена, в этой гонке не участвовала, да, и интересна она была только для одних космолётчиков. Во всяком случае Виктор, который в отличие от большинства из них можно сказать находился на трибуне для почётных гостей, этой гонкой не восхитился и даже толком не понял, как она проходила. Его куда больше обрадовали слова Маши:
   - Босс, "Селена" вышла на высокую круговую орбиту вокруг планеты Виктория в позиции экватора.
   Наконец-то Виктору было что сказать и он воскликнул:
   - Космос-адмирал Гагарина, поздравляю вас с блестящей проводкой эскадры к планете Виктория. Господа офицеры, примите мои самые искренние поздравления, я восхищён чёткостью и слаженностью ваших действий. Ну, а теперь за работу, друзья мои! Всё, что мы делали раньше, было только разговорами о работе и немножко подготовкой к ней.
   Виктор быстро вскочил с противоперегрузочного кресла, подождал, когда космолётчики выдернут штекеры из разъёмов, и начал тискать их в своих объятьях и целовать в щёки всех подряд начиная с Маши Гагариной, которую он к тому же подхватил на руки и немного покружил на руках, прежде чем все вместе они подбросили эту миниатюрную женщину несколько раз вверх. На этот раз ни о каком капитанском чае речи ни шло и фляжка не доставалась из кармана парадного кителя капитана "Селены". Искусственная гравитация позволяла всем спокойно ходить по всему кораблю и вообще чувствовать себя превосходно, во время торможения и выхода из римана никто не пострадал, а потому все сразу же приступили к работе, памятуя о том, что пара глаз хорошо, а пятьдесят семь с лишним тысяч пар глаз, если не считать всех объективов имеющихся в наличие у роботов, всё же лучше.
   Поэтому к своим постам наблюдения бросилась только часть людей, а остальные прильнули к большим трёхмерным экранам в своих каютах и открыли ноутбуки. Сразу же после этого на всех космических кораблях, выстроившихся на высоких, строго опредёлённых каждому, орбитах, стали раскрываться, выдвигаться на длинных штангах и нацеливаться на поверхность Виктории многочисленные телескопы, радары и сканеры. Из ангаров, словно жуки, стали вылетать спутники, которые полетели во все стороны, чтобы занять место на своих орбитах или замереть над планетой практически над одним и тем же местом на суточных. Вместе с тем с борта "Селены" и всех трёх транспортников полетели большие орбитальные спускаемые модули, в которых находились роботы со своими мониторами, а вместе с ними бортинженеры и бортмеханики кораблей. Космолётчики эскадры подолгу общались с военными космолётчиками, охранявшими планету и теперь те с нетерпением ждали десанта роботов.
   Первые работы должны были произвести в космосе, на борту пяти крейсеров, а уж только потом им предстояло спуститься на Викторию. С борта флагманского корабля уже вылетел модуль с командиром отряда на борту, а это означало, что Виктору предстояла встреча с военными космолётчиками и грандиозная пьянка по этому поводу, к которой уже всё было готово. В ней должны были принять участие только часть его помощников, все те, кому пока что нечего было делать. Ну, что же, встреча таких гостей тоже дело очень ответственное и когда почти сотня мужчин и женщин перешла с пяти орбитальных модулей на борт "Селены", радостным крикам и поздравлениям не было предела. Правда, уже очень скоро командир отряда, космос-капитан первого ранга Бертран Ламм подхватил под руки Виктора и Алексея, потащил их подальше от праздничного стола и как только они вышли из большого, нарядно украшенного зала, с тревогой спросил:
   - Парни, дело вот в чём. В общем мы не выдержали и высадились на вашей планете, когда узнали, что в той пустыне полным полно драгоценных камней. Вы как, будете делать из этого проблему или всё же не станете?
   Алексей, хлопнув этого моложавого мужчину по плечу, весёлым и беспечным голосом спросил его:
   - Берт, надеюсь что это стоило того? Вы хорошо набили карманы, или нам всё же придётся поработать недельку на вас?
   Космолётчик облегчённо вздохнул и признался:
   - Парни, я думаю, что нам хватит. Мы старались особенно не наглеть, но всё же набрали себе полторы тонны этих дивных камней и у меня есть такое подозрение, что если вы нам их подарите, то мы обеспечим не только своих детей, но и праправнуков.
   Виктор, широко улыбнувшись, подтвердил эту догадку:
   - Берт, когда Верховный суд разобрался с этими пройдохами окончательно, то Дальразведка со всем барахлом была передана Папаше Герхарду. Та друза, которую нашли друзья нашей Машеньки, тоже отошла к её конторе и её выставили на аукцион по продаже драгоценных камней и редких минералов, где она была куплена за семь с половиной миллионов удочек, но не это главное. Когда ювелиры с ней разобрались, то есть порезали её на части и огранили камни, то просто ахнули. Сейчас это наверное самые популярные драгоценности на Земле и ювелиры нас просто затерроризировали. Так что вы сможете хорошо их продать, но ты мне вот что скажи, Бертран, как там внизу, в пустыне, жить можно? Вы же уже бродили по ней.
   Космос-капитан улыбнулся и ответил:
   - Ничего, терпимо, Вик. Утром, с рассвета и часов до одиннадцати, отлично. Вечером, часов с шести и до заката, тоже дышится неплохо, но вот днём настоящее пекло, температура поднимается до плюс шестидесяти и вся живность прячется в норы. Ночь там тоже не подарок, температура падает почти до нуля, но самое неприятное, что там полно всяких змей, ящериц и насекомых, и похоже, что все они ядовитые. Нас они не кусали, так как мы выходили из посадочных модулей только в защитных боескафандрах. Растительность там тоже есть, но очень хитрая. В самое пекло листья на ней сворачиваются в трубочку и становятся похожими на толстые и очень острые иглы, много кактусов и растений, похожих на камни. В общем хотя там и пустыня, жизнь бьёт ключом и самое главное, что под поверхностью есть вода и её довольно много. Мы обнаружили несколько подземных озёр. Ну, информацию обо всём этом всё мы вам привезли. Скуки ради мы только и делали, что изучали вашу Викторию и хотя не очень уж большие специалисты, кое что понять всё же смогли. Вик, ваша планета это просто прелесть, если не считать, что в пустыне на Марии полно всякой мелкой кусачей живности, в лесах водятся монстры, а по равнинам носятся из конца в конец громадные стада животных, которые отдалённо напоминают собой бизонов, только с совершенно жуткими рогами и злобных, словно бультерьеры. Но ты знаешь, зато у них очень вкусное мясо и есть свои пути миграции. В общем если вы будете держаться поближе к холмам и рекам, то не будете мешать друг другу. Правда, мы всё же наблюдали за Викторией преимущественно из космоса, так что не знаем всего, что творится на планете, но я уже догадываюсь, что скучать вам на ней не придётся и приключения обеспечены. Считайте это доказанным фактом.
   Хотя военные космолётчики и передали колонистам все материалы, которые им удалось собрать, Виктор, приказав только половине специалистов срочно приступить к их изучению, вторую половину нацелил на наблюдение за планетой. Это был, конечно, начальный и самый общий этап её изучения. Зато совместными усилиями уже через шесть дней колонисты имели очень точную и детальную карту всей планеты с указанием основных путей миграции лосебизонов, или лобизов, как назвали их космолётчики и согласно этого в огромных прериях, а они имелись на четырёх из шести континентов, было немало таких мест, где можно было заниматься скотоводством и вообще сельским хозяйством, что было просто замечательно.
   Планета Виктория была на одиннадцать с половиной процентов больше, чем Земля, но сила тяжести на ней была больше всего лишь на девять процентов, зато плотность атмосферы была больше почти вдвое. Из-за того, что кислорода в атмосфере Виктории тоже было больше, двадцать семь процентов, то и окислительные процессы на этой планета проходили несколько быстрее, но это не имело особого значения потому, что в атмосфере было почти сорок процентов благородных газов - неона и аргона. Сутки на Виктории длились двадцать шесть часов, а год четыреста восемь дней, так что она не так уж сильно отличалась от Земли и в этом плане, но зато разница между афелием и перигелием была невелика, всего восемь процентов и поэтому при малом угле наклона оси планеты на ней был очень ровный климат. Особенно в средних широтах и выпадало достаточно много осадков, причём довольно равномерно в течении всего года.
   Ещё одной отличительной особенностью Виктории было то, что общая площадь материков на ней была почти на треть больше, чем на Земле и они имели весьма впечатляющие размеры, а вот вулканическая активность была гораздо ниже и потому атмосфера была прозрачной. В общем это была не планета, а сплошной курорт, но курорт с очень мощной и разнообразной биосферой. К тому же животные на Виктории были очень часто вдвое и даже втрое крупнее земных аналогов. Особенно отличались своими размерами птицы, некоторые из которых имели размах крыльев в пятнадцать метров. Плотная атмосфера позволяла им летать, что они и делали с огромным удовольствием, да, вот беда, все они были чуть ли не поголовно хищниками.
   Наблюдатели обалдевали, видя огромных птиц, похожих на земных альбатросов, кружащих над океанами. Да, и над прериями летали орлы такого размера, что попадаться к ним в когти никому не хотелось. Насколько опасна была вся эта живность, ещё только предстояло выяснить, но самое главное военные космолётчики уже выяснили, - большинство тех наземных животных и птиц, которых им удалось подстрелить, отличались отменным вкусом. Экологи, которых среди колонистов было немало, сразу же начали звонить во все колокола. В первую очередь их беспокоила даже не та живность, которая обитала на пяти больших, размером побольше Африки, континентах, которым уже были даны названия, а обитатели пустыни на Марии. Они требовали, чтобы уникальный и очень разнообразный живой мир пустыни был непременно сохранён, что в принципе было сделать не так уж и сложно, ведь это были всего лишь три огромных котловины, а на возвышенностях, которые как раз больше всего привлекали к себе рудодобытчиков, жизни практически не было.
   В первый же день выяснилась ещё одна интересная особенность пустынной части континента Мария, - больше всего марианита залегало как раз в поверхностном слое, буквально на глубине в полметра, а то и просто на поверхности, как раз именно в этих котловинах и там эти драгоценные камни можно было собирать, как грибы. Виктор, многозначительно ухмыльнувшись, сразу же заявил, что добыча марианита будет отныне уделом одних только старателей-одиночек и никакой не то что тяжелой техники, а даже простейших механизмов он там не допустит, так что это будет что-то вроде спортивных состязаний по выходным дням. Ещё он при этом сказал, что массовая добыча просто сведёт прибыль от продаже этих драгоценных камней к нулю. Он и военных космолётчиков попросил, чтобы они не торопились продавать всех камней сразу, а растянули этот процесс.
   Первыми на поиски полезных ископаемых отправились роботы и космогеологи, но не на Викторию, а на её спутник Виктор и это произошло буквально на третий день. И в первую очередь их интересовал реголит Виктора, в котором имелись большие запасы гелия три, основного горючего для термоядерных реакторов. К его добыче колонисты были практически готовы, всё необходимое оборудование у них для этого имелось, а то, что на борт "Селены" зайцем проникли роботы, решало практически все проблемы, связанные с ней. Роботам не были нужны даже временные жилища на Викторе и уже через месяц все три огромных самоходных комбайна должны были приступить к добыче гелия. Это заставляло пошевеливаться всех остальных колонистов, которые ответ за строительство завода по производству термоядерных реакторов самого малого размера, ну, а они в свою очередь сразу же стали покрикивать на тех, кто должен был обеспечить их всеми необходимыми материалами и комплектующими и потому на всех кораблях никто не сидел без дела.
   В эти первые, самые горячие дни, пожалуй, один только управляющий колонией на Виктории работал в том ритме, к которому он привык ещё на Земле, в компании Алексея, то есть по семь часов в день, посвящая всё своё свободное время немудрёным развлечениям вроде чтения книжек. Журналисты, отправившиеся в этот полёт, и те не вылезали из своего корпункта, отправляя на Землю один репортаж за другим. В полдень десятого дня он сидел в своём кабинете и просматривал отчёты своих помощников, которые он требовал составлять кратко и ясно, не заморачивая начальству голову мудрёными научными терминами. Всё, что он мог сделать для колонистов, было сделано им и Алексеем ещё на Земле, а тут, на орбите Виктории, им мог помочь в чём-либо разве что только сам Господь Бог. Дверь кабинета открылась и в него вошел Саймон Ньютон, а с ним и все остальные журналисты, которые принялись деловито устанавливать свою аппаратуру, Виктор улыбнулся и спросил:
   - Ну, и как долго вы собираетесь меня терзать вопросами? Извините, но я не любитель рассказывать сказки на ночь.
   Саймон склонил голову набок и ответил:
   - До тех пор, Вик, пока не вытащим из тебя всё, что интересует наших читателей и телезрителей. Пока мы летели к Виктории, наши репортажи носили эпизодический и довольно краткий, да, к тому же очень загадочный характер, так что таким образом нам удалось создать интригу. Ну, а когда мы стали широко освещать то, что сейчас творится на кораблях и знакомить публику с твоими грандиозными планами, это произвело на Земле самый настоящий фурор и дело дошло даже до того, что завтра твои первые шаги по Виктории будут транслироваться в прямом эфире, как и шаги всех остальных девяти счастливчиков. На Земле уже знают, что с промежутком в пять минут, девять землян один за другим ступят на поверхность девяти континентов, но они не знают, кто это будет и как будут названы континенты.
   Саймон умолк и уставился на Виктора так, словно тот проиграл ему в карты пять кружек пива и не спешит выставлять их. Он прекрасно знал, какой именно вопрос вертится на языке каждого из журналистов и потому с улыбкой сказал им:
   - Ладно, ребята, семьдесят четыре дня полёта к Виктории и десять дней, проведённых на орбите, показали нам, что мы можем полностью положиться на роботов. - Он достал из нагрудного кармана телефон спутниковой связи, сопряженный с системой позиционирования охватывающей не только Викторию, но и Виктора, нажал кнопку вызова и громко сказал - Бинго, явись в мой кабинет, дружище! Только будь добр, переоденься в новенький камуфляж, а то на старом у тебя уже живого места не осталось. Пора представить тебя и всех остальных роботов землянам. И не тушуйся, парень, если кто-то и будет вопить, что он против роботов, ты этого точно не услышишь. - С насмешливой улыбкой посмотрев на журналистов, он спросил их добродушным тоном - Ну, что, теперь вы довольны?
   Журналисты облегчённо вздохнули и стали включать свою аппаратуру. Одна из журналисток подошла к Виктору с косметическими принадлежностями и быстро сделала ему макияж, но перед этим звонко чмокнула его в щёку и сказала:
   - Вик, ты просто прелесть. Знаешь, я решила основать постоянный корпункт на Виктории. Ты не будешь против?
   - Не буду, Мартина, - С улыбкой ответил Виктор - Но лицензию на добычу своей порции марианита, ты получишь на общих условиях. Единственный колонист, который обладает особыми привилегиями, это...
   Женщина, нанося кисточкой крем-пудру на его лицо, рассмеялась и весёлым голосом сказала:
   - Знаю-знаю, это наша космическая королева дальних звёздных дорог Машенька Гагарина, которой уже не терпится отправиться в дальний поиск.
   Наконец всё было готово. Журналисты совместными усилиями установили аппаратуру, выставили свет, поставили справа от Виктора огромный трёхмерный экран, приблизив его к письменному столу-пульту, в кабинет вошел улыбающийся Бинго, в новеньком камуфляже и Саймон Ньюмен, взяв в руки микрофон, встал между столом, за которым сидел весело улыбающийся управляющий колонии на планете Виктория и рядом кресел с его сияющими коллегами, сказал:
   - Уважаемые дамы и господа, по вашим многочисленным просьбам мы начинаем прямую трансляцию с борта пассажирского космического лайнера "Селена", управляющий колонией на планете Виктория Виктор Бобров, согласился ответить на наши и ваши многочисленные вопросы. Вместе с тем мы сегодня в ходе этой беседы, к которой можете присоединиться и вы, если проявите настойчивость, раскроем самый главный, совершенно фантастический секрет господина Боброва. Вместе с нами в студии "Би Би Си" находится многочисленная толпа его самых искренних сторонников и будущих колонистов, которые полетят на планету Викторию тотчас, как только "Селена" и другие космические корабли вернутся с этой планеты на Землю, а может быть и раньше. Ходят слухи, будто они зафрахтовали пять огромных десантных кораблей у военного космофлота и теперь только ждут того момента, когда Виктория сможет принять их. Колонисты, вы можете поприветствовать своего босса!
   Тотчас экран трёхмерника вспыхнул и Виктор увидел огромный студийный амфитеатр, битком набитый людьми одетыми в пустынной расцветки камуфляж, в руках у которых были трёхцветные флажки с большой, золотой буквой "V" посередине в обрамлении золотого же венка из лавровых листьев. Именно такой флаг нарисовала его жена ещё на базе "Крым", а все колонисты её дружно поддержали. Все те мужчины, женщины и дети, которые собрались в этой огромной студии, вскочили на ноги и приветственно завопили. Виктор тут же встал, наделал на голову зелёный берет с круглой кокардой с буквой "V", и просто отдал им честь, так как не мог сказать от волнения ни слова. Он сел в кресло и растерянно улыбаясь, покрутил головой, после чего негромко сказал Саймону Ньютону:
   - Саймон, спасибо, это для меня огромная радость и еще большая неожиданность.
   - О,кей, господин управляющий, или я могу называть тебя просто Вик? - Спросил Саймон и получив утвердительный кивок в ответ, сказал - Вик, для моей компании не составило никакого труда собрать этих людей в Лондоне. Нам даже не пришлось оплачивать для них билеты. Они просто сели в бимобили и прилетели туда своим ходом. Некоторые не побоялись лететь всю ночь над Атлантическим океаном. Позволь мне задать тебе первым вот какой вопрос, Вик. Как ты сам объясняешь тот феноменальный успех, которого ты добился?
   Виктор улыбнулся и громко сказал:
   - Саймон, я ещё ничего не добился. "Селена" пока что находится на орбите и только завтра в полдень по Гринвичу, как ты и просил, девять спускаемых модулей пойдут на посадку, но пройдёт ещё немало времени, прежде чем я смогу сказать себе, что у меня получилось хоть что-то из намеченного.
   - Вик, не скромничай! - Смеясь воскликнул Саймон - Тебе не хуже меня известно, что скромность украшает одних только девушек и то лишь до определённого возраста. Ты добился такого успеха, которого не добивался ещё ни один из управляющих колоний и с эти невозможно не согласиться. Подумай сам, Вик, ты привёл к этой планете целую эскадру и за тобой отправились в такую даль свыше пятидесяти тысяч человек. Это ли не успех? Так что же всё-таки тебе помогло, Вик? Открой нам секрет?
   Виктор сосредоточенно покивал головой и спросил:
   - Саймон, а может быть всё дело в том, что я маркетолог по профессии и довольно неплохой? Понимаете, дамы и господа, я действительно привык смотреть на всё через призму своей профессии, которую люблю и хорошо в ней разбираюсь. В чём заключается главный смысл профессии маркетолога? Посмотреть на товар, убедиться в его исключительно полезных качествах для людей, если надо внести коррективы, - улучшить потребительские свойства и повысить качество, изменить цвет, сделать дешевле или наоборот, дороже, такое тоже случается, а потом грамотно, с минимальными затратами вывести на рынок и позиционировать товар так, чтобы люди и без рекламы почувствовали его полезность и поняли, что он им необходим. Когда я совершенно случайно принял участие в этом конкурсе, а я точно такой же человек, как и вы все, не лучше и не хуже, то отвечал на все вопросы, что мне задавали, именно как маркетолог и оказалось, что с большим отрывом обошел всех соискателей. После этого я взялся за дело точно так же, с позиции прежде всего опытного маркетолога и для меня мой приз, - планета Виктория, была тем самым товаром, который и без моих усилий обладал совершенно удивительными потребительскими свойствами и мне нужно было сделать только одно, - определиться с позиционированием этого товара на потребительском рынке, предложить его тем людям, которые в нём больше всего нуждались, вот и всё.


Популярное на LitNet.com В.Старский ""Темная Академия" Трансформация 4"(ЛитРПГ) С.Панченко "Warm"(Постапокалипсис) А.Эванс "Мать наследника"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик) Е.Флат "Невеста из другого мира"(Любовное фэнтези) А.Емельянов "Последняя петля 2"(ЛитРПГ) Н.Жарова "Выжить в Антарктиде"(Научная фантастика) А.Квин "У тебя есть я"(Научная фантастика) А.Лоев "Игра на Земле. Книга 2."(Научная фантастика) А.Алиев "Леший. Путь проклятых"(ЛитРПГ)
Хиты на ProdaMan.ru Книга 2. Берегитесь, адептка Тайлэ! Темная КатеринаПортальщик. Земля-матушка. Аскин-УрмановПодари мне чешуйку. Гаврилова Анна✨Мое бесполое создание . Ева ФиноваВ цепи его желаний. Алиса СубботняяИзбранница Золотого Дракона (дилогия). Снежная МаринаHigh voltage. Виолетта РоманЧП или чертова попаданка - 2. Сапфир Ясмина��ЛЮБОВЬ ПО ОШИБКЕ ()(завершено). Любовь ВакинаНедостойная. Анна Шнайдер
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Лыжина "Драконий пир" И.Котова "Королевская кровь.Расколотый мир" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Пилигримы спирали" В.Красников "Скиф" Н.Шумак, Т.Чернецкая "Шоколадное настроение"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"