Абоян Виталий: другие произведения.

6. Отъезд

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:


   6. Отъезд
  
  
   Будильник предательски заверещал в семь. Звук шел откуда-то сзади. Титов вскочил, рванулся на звук и, с грохотом опрокинув стул, свалился на пол. В правой руке был зажат затупившийся карандаш. Будильник телефона надрывался в кармане куртки, которую Дмитрий бросил вчера в кресло. Не вытаскивая трубку, Титов надавил на клавиши, и мерзкий, пронзающий душу звук затих.
   Голова болела нещадно, очень хотелось спать. Во сколько же он вчера заснул? Вернее, это было уже сегодня. Что он там все рисовал? В памяти медленно всплывали какие-то непонятные знаки. Сейчас, темным зимним утром они уже совсем ничего не значили.
   Художник подошел к столу и посмотрел на исчерченный карандашом лист. Сквозь нагромождение серых серебристых линий жирными продавленными загогулинами отчетливо просматривались два ряда витиеватых знаков. Буквы. Иероглифы. Руны. Да, именно так и должны выглядеть руны. Два ряда выписанных в мельчайших деталях, наполненных таинственным смыслом рун. Два слова. Или два предложения? Дмитрий не знал. Пока не знал. Он не понимал, почему был в этом уверен, но сомнений, что смысл надписи станет ему известен, не было.
   Титов вышел в коридор. В спальне вяло возилась Ольга. Надо умыться и будить девчонок. Но как же хотелось спать! Он зевнул так, что в суставе за ухом что-то неприятно треснуло. Нет, так жить невозможно. Нужно отвезти девчонок и завалиться спать. А потом - работать. Необходимо сегодня перенести рисунок рун на серебристый ромб. Именно там их место.
   Ах да, ромб! События вчерашнего дня быстро восстанавливались памяти. Да, эту работу нужно продолжить, пока впечатление не угасло. Такого вдохновения, такой импрессии, причем на совершенно пустом месте у него еще не было. Если удастся перенести все свои ощущения на холст, то работа должна получиться просто необыкновенная. Шедевральная должна быть работа. И черт с ними, с критиками. Пусть пишут, что хотят. Главное, он сам будет знать ценность этой картины.
   После короткого завтрака, Дмитрий развез всех по точкам. Домой возвращался в какой-то полудреме. Глаза слипались. Вид дороги, размазанный грязными дворниками по лобовому стеклу, норовил улизнуть в другую реальность. К счастью, вчерашний лед растаял с появлением над горизонтом солнца, и теперь, как обычно, улицы Москвы покрывала липкая серо-коричневая грязь.
   Добравшись домой, Титов не стал ставить машину в гараж, а сразу поднялся к себе. Спасть, спать и еще раз спать. Как завещал великий... э-ээ, кто такое мог завещать? Но это совсем не важно.
   Входная дверь захлопнулась, клацнув язычком английского замка. Курка полетела в кучу непонятного барахла, ожидающего не то стирки, не то отправки на свалку. Прочь ботинки, грязные следы в прихожей вытрем потом. Вон он, диван, в пределах прямой видимости.
   На полдороги до заветного ложа, Дмитрий спохватился. Что не снял квартиру с сигнализации. Вернулся, нажал секретную кнопочку в прихожей, позвонил в охрану. Все, теперь спать.
   Лежа на диване в щель, оставшуюся у незакрытой до конца двери в мастерскую (и сколько раз я тебя просила дверь эту закрывать, воняет же красками твоими?), был отлично виден ромб. Серебристый. Выполненный маслом не холсте. С размытыми следами рун по центру. Ромб нагло торчал в проеме и не собирался никуда уходить. Он издевался над художником.
   Тяжело вздохнув, Дмитрий поднялся и пошел в мастерскую. Взял со стола листик со вчерашними карандашными каракулями. Внимательно рассмотрел. Его взор проникал все глубже и глубже в замысловатый, исчерченный лишними линиями рисунок. Жирные серые линии как будто становились объемными, поднимались над бумагой, за ними что-то происходило, там, в глубине листа бурлила своя, неведомая жизнь. Там был скрыт смысл надписи, там был целый мир, выраженный в двух строчках неизвестных Титову знаков.
   Сознание Дмитрия словно обрело самостоятельность, оно парило между серебристыми загогулинами, мгновенно перемещалось к далеким звездам, несшим в своих системах планеты, населенные неведомыми цивилизациями, возвращалось назад, погружалось в океаны и зарываясь глубоко под земную кору. Везде было все ново и интересно, и здесь и там он узнавал что-то новое, потоки информации неслись к нему со всех уголков вселенной. Он захлебывался в этом потоке и наслаждался им. Он парил в нем и нырял в глубины знаний. Здесь было замечательно. Но только очень одиноко и ужасно холодно. Холод пробирал до костей, он сковывал все тело, и даже измазанный краской свитер не помогал.
   Титов проснулся, обнаружив себя лежащим на холодном полу мастерской, свернувшимся калачиком. Грязными от красок руками он пытался плотнее закутаться в свитер. Ужасно затекла спина и всю левую половину тела, на которой он лежал, пронизывали стремительно перебегающие от коленей к плечам "мурашки". Прямо перед его лицом лежал листок с карандашной надписью.
   Кряхтя, он поднялся на ноги. Конечности слушались плохо, колени подгибались. Взгляд художника упал на холст, закрепленный в мольберте - поперек серебристого ромба, укрепленного в каких-то неведомых Титову козлах, красовалась объемная выпуклая надпись, составленная из тех самых рун, которые он ночью нарисовал на листке. Когда он успел это сделать? Ведь он же даже не притронулся к краскам. Но испачканные в черных и белых мазках руки говорили об обратном. Рядом на полу валялась грязная палитра, измазанная всеми оттенками серого. Черт возьми, он уже пишет в беспамятстве! И вроде бы не пил ничего. На всякий случай Дмитрий огляделся по сторонам, но следов распития спиртного не обнаружилось.
   Нет, с работой на сегодня надо заканчивать. И вообще, надо чаю выпить. А то совсем продрог, лежа на полу. На диване - не устраивало.
   Титов включил на кухне телевизор, в новостях рассказывали об очередном скачке цен (надо же, прям, никто не ожидал), но правительство, не покладая рук, продолжало бороться за благосостояние граждан. Надоели уже, все переливают из пустого в порожнее.
   Чайник щелкнул выключателем, оповещая, что до готовности чая осталась пара минут. А не поесть ли, подумал Титов? В животе призывно заурчало и, залив щепотку какой-то очередной изысканной дряни из Китая за страшные деньги, который увлекалась Ольга (ох, и задаст же она ему, простолюдину, в чае не смыслящему, если узнает, что потреблял напиток богов) кипятком, полез в холодильник в поисках съестного. Съестное в виде вчерашнего жареного мяса не замедлило найтись в сковороде, и было отправлено греться в микроволновку.
   По телевизору диктор будничным тоном рассказывал об успешно завершенной спасательной экспедиции на орбиту. Титов прислушался. Спасали, как выяснилось, МКС, которая из-за полученного повреждения была готова свалиться на голову ничего не подозревающим землянам. Показали космонавтов. Их из обуглившегося огрызка космического корабля заботливо выковыривали какие-то военные. Морды у всех были серьезные.
   Да, прошли те времена, когда космонавтов встречали улыбками во все тридцать два зуба. Теперь летают туда-сюда, словно мухи над сортиром. Приелось. Все приедается. Жизнь становится скучной и однообразной. Или это только ему так кажется? Да нет, похоже, человечество медленно, но верно утрачивало способность удивляться. Еще что-то придумали? Ну ладно, давайте, потребим. И никаких тебе "ух ты!". Максимум - "угу, прикольно". И с постным лицом.
   Дмитрий воодушевленно жевал мясо, запивая большими глотками "дивного напитка", когда его вдруг пронзила мысль - чего-то не хватает. Мысль была настолько острой, что он даже не сразу сообразил, о чем вообще речь. Но спустя мгновение, он уже знал, где выявилась недостача. Не хватало чего-то в рунической надписи на его картине. Не доставало какого-то знака. Наверное, именно поэтому смысл текста так и оставался для Дмитрия загадкой.
   Быстро допив чай, он бросился в мастерскую. Внимательным взглядом он изучал поверхность нарисованного ромба справа налево и обратно. Но мыслей о том, что надо добавить не появлялось. Очень хотелось провести рукой по знакам, ощутить их объем, но он понимал, так только размажет сырую краску.
   Там должно быть что-то южное. Что-то с той стороны. Титов тупо смотрел на стену перед собой. Там был юг. Вне всяких сомнений.
   Боже, да что за глупость! Какой юг? Что он так загрузился с этой картиной? Ну, ромб и ромб. Черный квадрат Малевича был, теперь будет серебристый ромб Титова. Никакого смысла в своем творении он не видел, как ни пытался его там обнаружить. Просто навязчивая идея. Вдохновение. А не тронулись ли вы, батенька, умом? Говорят, с творческими натурами такое случается. Вон, Ван Гог ухо себе отрезал. А ромб - это так, ерунда. До уха-то еще жить, да жить.
   И почему, собственно, юг? При чем здесь стороны света? Дмитрий повертел холст, присмотрелся к своему творению повнимательней. Судя по тому, как падали тени, там, где не хватало знака, скорее, был запад. Или юго-запад. Но ни как не юг, это совершенно точно. Почему же тогда его мысли навязчиво продолжали возвращаться к теплой для северного полушария стороне света?
   Нет, так дело не пойдет. Надо развеяться, свежим воздухом, что ли, подышать. Можно и на юге. Час-полтора на юге воздухом подышать и уже как раз будет пора забирать Вику из школы.
   Дмитрий натянул куртку прямо на измазанный красками свитер и спустился вниз. На улице опять шел дождь. Проливной. Как из ведра лил, даже противоположную сторону проспекта было практически не видно. И небо - серое-серое. Никаких намеков на солнечный диск, как будто никакого солнца и не было, а вверху включили большую, во все небо, лампу дневного света. Не самую мощную.
   Перевернув холст изображением вниз, Титов быстро подбежал к машине и открыл багажник. Аккуратно укрепил в нем подрамник с сырым холстом. Ромбом к борту, чтобы не размазалось, если на повороте что-нибудь полетит вбок. Так, хорошо.
   Дима сел в салон. С волос капала вода, руки, красные с едва гнущимися пальцами, он не чувствовал. Главное, картину не испортил.
   Так, стоп! Какую картину?! Чего ради он притащил холст сюда, в машину? Он ведь собирался просто развеяться, прокатиться по Москве, подышать воздухом. Незаконченная картина на прогулке ему зачем? И ведь, когда нес ее сюда, когда крепил, такого вопроса в голове не возникало. Он вообще, не заметил, как взял холст из мастерской и сам не понимал, что послужило причиной этого его действия.
   Ох, что-то не то твориться с головой. Так не долго и без уха остаться. Ну, притащил, так притащил. Не возвращаться же теперь с картиной назад. Закрепил хорошо, не испортится. Потом вернем на место. Все таки, надо отвлечься, покататься по городу. Может даже прогуляться под ледяным дождем.
   При мысли о холодной воде Дмитрия передернуло - пока грузил картину, он промок почти насквозь. Грязный свитер пропитался влагой, в рукава куртки затекла ледяная вода. Запустив двигатель, Титов включил подогрев сидений и поставил климат-контроль на тридцать градусов. По салону стало разливаться приятное тепло.
   Он долго ехал по перегруженным автотранспортом улицам мегаполиса, поворачивал, стоял в пробках, обгонял и тормозил. Он не задумывался, куда едет. Ему было необходимо просто двигаться. Доведенными годами езды за рулем до автоматизма движениями он вел машину, не обращая внимания на то, куда он едет.
   Пришел в себя он только за городом. Вперед к горизонту уходила широкая полоса асфальта, справа и слева высились вековые сосны, среди которых копошились тракторы, экскаваторы и прочая техника, облагораживавшая и приводящая к привычному для жителя Москвы виду портящий всякое представление о прекрасном почти дикий лес. Здесь все надо залить бетоном и повтыкать магазинов и торговых центров. Тогда ландшафт будет выглядеть как положено.
   Проехав еще километров пять, по знакам, в обилии развешанным над дорогой и на обочинах, Дмитрий понял, что движется по Каширскому шоссе в южном направлении. Все таки, на юг его тянуло неуклонно. Это было просто какое-то сумасшествие, но, похоже, бороться с этим было невозможно.
   Черт возьми, нужно возвращаться назад! Забрать Вику, поехать за Алькой и захватить Ольгу с работы. Потом - домой, поужинать с семьей. Может быть, посмотреть телевизор всем вместе - что там сейчас показывают? Да, именно этого он и хотел. Но руки не хотели крутить руль, вписывая машину в разворот, а ноги отказывались давить на тормоз. Темно-зеленый Ауди, разбрасывая в стороны столбы брызг словно быстроходный катер, уверенно несся на юг.
   Он смог остановиться только через полчаса, когда на приборной панели загорелся желтый огонек, оповещая, что скоро должен закончиться бензин. Он свернул на первую попавшуюся на пути заправку и сказал заправщику залить полный бак. Титов понимал, что назад не поедет. Но сейчас, пока бензоколонка с тихим гулом наполняла ненасытные недра автомобиля дорожающим не по дням, а по часам топливом, он мог позвонить Ольге.
   Жена ответила после восьмого гудка. Женщины всегда держат телефон где-нибудь за горизонтом, странно, что они вообще когда-нибудь слышат, что им звонят.
  -- Да, - сказала Ольга.
  -- Оля, - начал Титов. Он не знал, как объяснить жене. Что с ним происходит. Собственно, он вообще не знал, что происходит, и в данный момент не имел ни малейшего желания это выяснять, - забери, пожалуйста, девчонок. У меня не получится.
  -- Что случилось? - в голосе жены звучала тревога.
  -- Ничего не случилось. Просто мне нужно уехать. Ненадолго.
   Дмитрий понимал, что его объяснение звучит совершенно по идиотски, но ничего другого придумать не смог.
  -- А завтра ты поехать не мог?
  -- Нет, тут срочно нужно, - Дима не знал, что еще сказать.
  -- Ты куда едешь?
  -- На юг. Там срочно, по работе...
   Что могло быть срочного по его работе на юге, Дмитрий сам предположить не мог, но решение подсказала Ольга:
  -- Заказчики объявились? Опять бандиты какие-нибудь?
  -- Ну, почему, бандиты? - искренне обиделся за не существующих заказчиков Титов, - Вернусь - все расскажу.
  -- Хорошо, - ответила Ольга. - звони периодически.
  -- Обязательно.
   В стекло машины торцом пластиковой карты стучал заправщик. Дмитрий забрал свою кредитку и снова вырулил на шоссе.
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Э.Холгер "Чудовище в академии или Суженый из пророчества 2 часть"(Любовное фэнтези) М.Атаманов "Альянс Неудачников. Котёнок и его человек"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера: эпоха империй"(ЛитРПГ) М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia)) О.Грон "Попала — не пропала, или Мой похититель из будущего"(Научная фантастика) М.Атаманов "Искажающие реальность-6"(ЛитРПГ) Ф.Ильдар "Мемуары одного солдата"(Боевик) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) О.Обская "Невыносимая невеста, или Лучшая студентка ректора"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"