Аэтерис: другие произведения.

О́кус

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурс LitRPG-фэнтези, приз 5000$
Конкурсы романов на Author.Today
 Ваша оценка:

  30 мая.
  Заутрием. И ни минутой позже. Былая дрожь лениво утихает, и я чувствую, что смогу. Ожидание кусало сию мысль невыносимо долго! Заразило её решимостью, словно ржа полевой цветок... Роса! Кристальная роса нежно будила и поила его вечную жизнь, но... всему есть окраина, суровая и выносливая тварь, деющая неминуемый момент где-то за углом. Молчаливая, но богатая на жесты сука, она тенью ворвётся в твой дом и кувалдой взрежет сонный череп. Да, твой, некогда бодрый и вооружённый всезнанием, купол оскудеет под незапным штурмом этого немого ястреба! Затем, когда ты ощутишь, что выжил, ретивожадные когти начнут рвать ретивое. Язвить ту мягкую и восприимчивую к боли часть, кою ты ревниво хранил. Жалок и беспомощен, невольно замолишь о пощаде. Тщетно! Ты умрёшь. Раны треснутой памяти загноятся и зуд ранее греющих воспоминаний сожжёт тебя заживо. Затем ты воскреснешь. Не фениксом - тусклым факелом, коий одиноко рыдает в забытом подземелье. Гаснет и вспыхивает от незримой силы удушающего воздуха. Никого. Даже липучие насекомые оставят тебя... Время с хохотом обратит часы в эоны и удалит загробные помыслы! Сделает тебя бессмертным. Опьянит терпение и вынудит его заколоть прочие чувства. Надежду - архижестоко. Ты будешь умирать бессмертным до тех пор, пока надлунная благодать не смилуется над тобой! И она придёт. Обрадует, когда иссохнет смолистая пакля на твоём оцепенелом хребете. Желаемый покой слепяще блеснёт, и дикое воображение, запылённое погребённой надеждой, узрит рай. Но лишь на мгновение. Явь резво живописует старую знакомую, двигающую кусок уже родной для тебя пещеры. Немая улыбка дружелюбно намекнёт, что лютая стадия бытия ещё не окончена. Коварная сука, именуемая фатумом, вновь настигнет тебя. Грациозно подымет сирый факел и опламенит своими устами. Не огнём - чадом изольётся твоя обездоленная натура. Ужас сменится безучастием. Жуткое, но приятное лобзание насильницы увлажнит тебя ещё раз. И ещё. Наконец, ласковый, едва уловимый шёпот усеет целину сотрясённого разума: "ты знаешь, что делать". Лёгкая рука выронит тебя в кипучий поток подземной реки и ты поймёшь, что действительно знаешь, что нужно делать. Эхо грота, режущее тишину известным хохотом, усилится. И ты больше никогда не увидишь фатум. Подумаешь, что никогда.
  
  31 мая.
  7:32
  Эос упоительна. И гнусна, ибо жалит ночные цели. Роет им химерную яму, дабы ринуть в неё якорь, ярмующий хилую шею мечтателя. Наивный дурень послушен, будто дева в хищном пылу сластолюбия, и реет к заветному. Алчет оазиса, не чуя миазмы. Реалия яснеет, когда чело утопленника захлебнётся в отчем болоте... Вылезет. Ломая ноги и срывая голос. Яма вновь покорится ему, даруя иную жидкость. Буйное и грёзное астроцунами. Ночь. Как долго он полз, царапая грязь своих упований, чтобы вернуться сюда! Забыть верную кручину. Тщетно! Уж слышен глухой зов э́осовой лопаты. И чуткое злоухание грядущего. Но не сегодня, подлая ты мразь! И не со мной... Вперёд!
  
  22:51
  Нет. Я не смог. Пытался изогнуть робость, впивался... трус! Ни слова больше.
  
  23:40
  На уровне дыхания... так близко. Не смог! Выжал чистую самоненависть - дитя ожидания! Столько часов убито впустую, следуя нужде... нужде? Так я это называю? Грузная дверь, кою не одолеть найденным ключом! Требуется мощь, волевой импульс смелого демиурга! Разве я сего достоин? Да! Был, пока не оказался дома в слезах и гнусстве. Понял, что ничтожен и взором коснуться наоса! Уймись, аломыслие, мать истого красноречия... Не желаю кропить бумагу вялой эмфазой! То стыд... и ярый траур! Ни слова больше!
  
  1 июня.
  19:21
  ...
  Ирония разума. Сие высшее умение, кое принято звать любовью. Гибкий яд, терзающий жилы юномудрых особей, что зреют среди крематория. Да! Ты был прав, отец. Ретивое лишь сляб, хрупкая сталь в этой неизменной кузнице истины. Разум - плавильня, жгущая наши образы взаимонеги. Хозяин руки времени, сжимающей его упругое лезвие, что ковано для казни. Мучительной и задумчивой... Я смог. Полдень и адонаитие сыграли на хлынувшей отваге. Быстро и... до сего мига я вешался, хотел бы вешаться после чудовищной оказии! Но эоны грызут моё сожаление своими ржавыми челюстями. Всемером. И разум остановил неспешную длань... Заставил выучить догмы содеянного. Опять! Опять это певчее орудие сулит невыразимую жажду минувшего! Даже закрытое окно не умаляет громозвучия тяжелой мелодии! Хватит! Ты, о чистое нечто, укрылённое от людского ужаса, смеешь длить свою гармонию, вопиющую утеху перед несчастным? Разить чудный осадок юности, подобно зерцалу? Нельзя ступить иначе! Уже нельзя... Господи! если ты меня видишь - я готов приять возмездие, рухнуть гордыней атеизма, что увил меня в последние дни! Теперь незачем жить...
  
  * * *
  - Иду, иду! Не ломлите звонок!.. В чём дело?
  - Здравствуйте. Дом семьи Беловых?
  - Верно.
  - Мне нужна Анна Белова.
  - А вы кто такой?
  - Курьер. Сегодня подошёл срок доставки на её имя.
  - Её сейчас нет, и не будет ещё как минимум с неделю. Но я мог бы...
  - Кем вы приходитесь Анне Беловой?
  - Сын.
  - Чудесно, распишитесь здесь и здесь.
  - А что внутри? Какой-нибудь интересный инструмент, типа Якова посоха или астролябии? Мама не так давно увлеклась этой наукой, покупает всё что можно...
  - Книга. И судя по тому, что она лежала на складе более девятнадцати лет, очень интересная для получателя. Иначе бы заказчик не ставил такие даты... Вообще на моей памяти такой нонсенс впервые - всем нужно срочно, а не наоборот...
  - Девятнадцать? Жесть, да она мой ровесник. Походу реально занятное чтиво, а кто заказчик?
  - Пожелал остаться анонимным... Ага, держите. Всего доброго!
  - Да уж, умеет мама удивить... Спасибо, и вам удачи!
  * * *
  
  - Блин, не могу ждать пока она приедет, Мурзик. Любопытство сжирает! Девятнадцать грёбаных лет, ты прикинь! вот чёт не верится мне, наврал может почтальончик? Запечатано не так, чтобы рвать... короче, аккуратно почитаем, и обратно вложим, мама всё равно только через неделю приедет. Какие мы коварные, ахах!.. Офигеть, да ей лет сто! И это не похоже на методичку по астрономии...
  
  1919
  8 апереля.
  Ура! моя первая запись. Я так рад! Сегодня в этот день, в мой пятьнацатый день раждения, и это лучший подарок, что вобще возможнно представить! Наконец я научился писать, да еще и разборчиво! Или разбирательно? Неважно! Две нидели назад в поселке пастроили подобие школы, и типерь все кому хочется стать громотнее поспешили там жить! Папа говорит, что это бесталково и ностоящее образаванние мужчин делает жизненый опыт! Но я вижу, что ему приятно видить мою жажду знания, иначе бы я не писал на том, на чем сейчас пишу, к томуже он подорил мне сказки Александра Сергевича Пушкина! Я так счастлив, пока плохо могу четать, но это времинно!
  
  ...
  
  23 апреля.
  Никогда ни думал, что смогу писать также как Ольга! Сегодня я отправил ей письмо в Москву. Сестренка, как бы хотелось мне быть рядом с нею, она бы радовалась, что и я "утопился в грамоте", она такая умная, я наканецто смог сам читать ея "суетные речи", дорагая, надеюсь она будит писать чаще! В письме попросил ея об этом... Кстати, сегодня папа поехал в город и я попрасил его купить талковый славарь Даля, на что он мне советовал начать искать сибе жену и продалжать наш род, а то я "единсвений в семье продалжатель рода", но я думаю что славарь он всетаки купет!
  
  ...
  
  26 июня.
  Всё глубже в знаниях! Успехов - море. Меньше ошибок в "славах" и вообще я начинаю разумно строить предложения, наверное. Ты права, Ольга, желание будит энтузиазм! Какое звучное слово! Когда-нибудь я стану таким мастером слова, что начну создавать свои! Неологизм, кажется, это зовется, надо пересмотреть... да! Как можно не любить жизнь, когда столько чудес она таит?
  
  ...
  
  29 декабря.
  Ольга, дорогая моя изумительница! Начну с того, что я начал "копировать" свои письма, адресованные тебе, в свой дневник (можешь смело звать его дневник-черновик), дабы увековечить их память в грядущих летах. Надеюсь, ты не сильно гневаешься на сей факт, ибо никто не знает где он лежит, кроме меня, да и читать в нашей семье умеем только мы с тобой. Спешу выразить невыразимое спасибо за Владимира Бенедиктова, твоего любимого поэта. Он - уникальный! Теперь и я понимаю твою любовь к его непонятому гению, малооценённому по достоинству! Какие зигзаги мысли, вихри неологизмов и легкость слога! Я упиваюсь им каждый божий час! И чувствую какое-то поэтическое колебание внутри себя, тоже хочу писать стихи, поэтому в следующем году жди стихотворных посланий! Дома все волшебно, папа стал "руководителем" поселка, как и хотел, теперь все значительные решения за ним. Ирина все-таки вышла замуж за Дурнева, папа хохочет и говорит, что "да, фамилия не главное, особенно когда она говорящая, ибо и без неё всё понятно". Маша тоже что-то надумала со своим татарином, но тут уже главе семейства не до смеха, всеми силами пытается убедить её, что "смешивать кровь с татарами - чтить иго", но я не думаю, что у них дойдёт до женитьбы, ибо не любит она его, как мне кажется. Очень ощущается твоё отсутствие, сестра, поскорей бы тебя увидеть! Пиши мне больше, пожалуйста, я всегда с нетерпением жду московских вестей и штурмую почту в послании своих! С наступающим!
  
  ...
  
  1920
  17 февраля.
  Оленька! Смею ли я описать те чувства, что подарил мне твой недавний приезд своим скудным наречием? Ах! если б ты знала, что для счастливой жизни брату достаточно и минуты очной беседы с сестрой, кою он не видит годами... Благодарю, благодарю тебя, любимая родственница, за лучшие десять дней в моей жизни! Наш быт словно ожил, воссиял в этой обыденной тьме уныния... да, стараюсь писать как ощущаю! И папа, и сёстры - все так довольны, ты и сама умеешь читать по глазам! Твои рассказы о Москве вдохновляют меня, и мысль посетить столицу всечасно крепнет! Как найду достойную по деньгам работу в городе - обязательно жди меня в гости (только так я буду готов приехать туда, и никак иначе!). Сейчас память гонит тоску воспоминаниями, но я уже начинаю скучать по тебе - расставания мучительны! Шучу, ты явилась сюда исцеляющим лучом, и его "процедуры" ещё долго будут греть наши раны! Плохой образ, да?? Ещё учусь (ведь кто-то сказал, что я стану великим поэтом)! Спасибо, что ты есть, сестрёнка!
  
  ...
  
  1922
  13 июля.
  Идиллия! В минувших письмах я упоминал о своей работе в городе. Иван, старый кузнец и архитектор, взял "хилого птенчика" под свой надзор. "Сие отдохновение", как он улыбчиво вторит моим потугам, "потребно юнцам, дабы выучить ум" (я тоже редко его понимаю). Нещадная, крайне адовая деятельность, "кою и девки в борделях могущи играючи деять"... (Оля, тут нужно быть полубогом, выносливее самого Геракла, чтобы свыкнуться с подобной "игрой"!) Я не сетую, о нет! Вопию от радости, ибо сам нашёл этого мудреца среди поистине женских занятий! Пусть меня ранит сей остроугольный путь, но я уважаю Ивана и готов вынести его суровые требования. За два месяца с ним я обрёл веру - меня ничто и никогда не сможет остановить... Ах, сестра! изнурительная страда в последние недели стала такой... невесомой! желанной и мечтательной... не потому, что я привык или... я лучше дам слово нашему любимому поэту:
  "О милая! Певец в воздушном круге
  Поет любовь и к неге нас зовет. -
  Так юноша шептал своей подруге. -
  Прислушайся! Не правда ль? - Слышишь? - Вот
  Он просвистал к своей, конечно, милой:
  Как счастлив я! - Вот замирает он
  От счастия! Вот с новой, свежей силой
  Опять поет, блаженством упоен!"
  И милая на юношу взглянула,
  К его устам с улыбкою прильнула
  И с трепетом, под краскою стыда,
  Склонясь главой, ему шепнула: "Да", -
  И локонов с чела ее скатился
  Живой поток разливом темных струй,
  И соловья под сладкой песнью длился
  Томительный, протяжный поцелуй.
  Я нашёл эти строки буквально вчера, но как же они метки и живописны в том, что произошло! Влюблён, сестра, без сомнения! Три недели назад, идя домой после очередного телорвущего дня и едких замечаний Ивана, я встретил её... "Вы не поможете мне?" - если я скажу, что её голос достоин эпитета "жемчужный", ты ведь меня поймёшь? Хрупкая, казалось мне в тот миг, русая (ближе к рыжему, я теряюсь в оттенках волос!) девушка, пыталась дотянуться до верхнего замка у мощной двери книжного магазина. Даже я встал на носочки, чтобы вставить ключ. "Говорила же владельцу - не могу я закрывать на этот замок, да и зачем он нужен, когда первый в шесть оборотов? О нет, Алёна, это необходимо, такие архиценные книги жаждет заиметь всякое жульё, и раз ты устроилась ко мне на работу, будь добра следовать моим правилам! Сам-то два метра, легко ему такое требовать". Алёна, какое нежное и чистое имя, лучшее из всех возможных... Когда я закрыл замок (в нём было восемь оборотов), то наконец увидел её лицо... Скорей всего и ты увидела сего русокудрого ангела, ибо я вложил в письмо её автопортрет (а как она рисует, Оля!), поэтому миную описание полновесной фразой: я влюблён, сестра. По самые фибры. Вы, женщины, сразу чувствуете нарастающую любовь мужчины, особенно, когда он немо рыщет повод для беседы... но я смог лишь заключить, что помощь исполнена и мне пора бежать. Но... я уловил её взгляд, сей трепетный шанс, коий женщина дарует своему неуверенному избраннику, надеясь на его понимание... Целую ночь я вспоминал её лазоревые очи. На следующий день вернулся к магазину с крупным бруском (уговорил Ивана не рубить его на дрова) и, пока Алёна работала, соорудил некое подножие для уютного запирания двери. Творение вышло лёгким - можно убирать после использования. Как она была довольна! Может, была довольна ещё и тем, что я пришёл (тебе виднее), но такие зарелучные секунды разбудили мою решимость и я позвал её на свидание... Согласна. Алёна, девушка, рождённая в неусыпном городе и реющая в эмпиреях поэзии, золотая художница и дикий мечтатель... Та картина, выраженная нашим поэтом, Ольга, отражает позавчерашний вечер двух иссечённых амуром сердец - я не забуду то чудотворное пение (услышал его впервые, но Алёна знала, что это соловей), кое и ныне путеводит мои грёзы, даже сейчас, когда я пишу это письмо - слышу громозвучие взаимной идиллии... Алёна, её поцелуй, ласковая дрожь невольных касаний... и звёзды, вечные спутники истинной любви... Я таил её, сестра, таил от всех, с кем можно поделиться неудержимым, но теперь я пишу тебе, ибо искренне счастлив!
  
  ...
  
  1923
  17 августа.
  Завиден он - супружества венец! Мог ли я вообразить его томное давление так скоро? Ольга! Словно вчера, одарённый судьбою, я длил минуты знакомства с Поэзией в женском обличье, тонул в мираже грядущего... женат! женат на ней, понимаешь? Всё утопичное взъявилось! Ты хотела знать, что чувствует молодой муж, узанувший любовь своей жизни? Вечь! Неистовый зов семейной неги. Те дивные образы, живущие доныне мечтой... ощутимы физически! Утро, день, нюктовый ли натиск - наедине друг с другом... Даже выбор полунужной утвари для дома - крайне радужное событие, потому что - вдвоём, потому что - наш. Представь: самим, не имея и двадцати, купить дом. Иван, сей мастер изумлять редкой похвалой, оценил мою реставрацию как "лепо, лепо, яки не ты деял". Без его щедрых назиданий вряд ли бы смог обновить такой реликт чуткой архитектуры! Не дворец, не визг аристократа, но, сестра, как же он сладок для нас! Полон буженной надежды! Разумею их, коих неутомимо требует папа, дабы утолить покой родового наследия. Алёна и сама превосходит его в этом желании! Тружусь! Неослабное и сейчас вынуждает меня окончить письмо...
  
  ...
  
  1927
  январь.
  Высь. И лунный холод. Отчего зрение жадно ищет утешения среди звёзд? Там нет его. Бессоные месяцы, чуждые ране сияющим датам... Зачем? Зачем я верую в тебя, юдолеписец? Словно острый магнит, ты тянешь мысли о чуде и... Если бы я знал, что моя гибель явит нашу встречу - не сомневайся! Но нет тебя. Нет! Иллюзия, кою глупцы раболепно лелеют и... Стихло. Соседи, буйно пытающие тишину, утихли. О, эта враждебная стихия... Минуты назад я тщился зарубить их, выбежать с немой ярью и урвать топор у бедной колоды. Высечь те праздные лица, смеющие улыбаться и петь! Ум живописал, ретивое вторило ужасному образу. Я бы сделал это! Без тени колебаний... но её рука, незапное тепло сонного касания... Алёна, будто узрившая сей порыв, остановила меня. Любимая! Ты спишь, а я льну к твоим ладоням, пытаясь не олить их, разбудить тебя своими слезами... Как бьётся твоё невинное сердце! За что, за что нам это?.. Сестра, полученное недели назад заключение от твоего знакомого доктора... Даже хвалёная Германия оказалась бессильна! Алёна не может иметь детей. Конец его приговора согласен твоему совету: "многие семьи, подобные вашей, сумели обрести счастье в усыновлении сирот". Никогда! Слияние кровей - рычаг наследия, созидаемый истинной любовью супругов, нашей с Алёной любовью! Ребёнок должен быть только своим! Я не верю, всё равно не поверю, что шансов нет! Плевать на дутые убеждения эскулапов, плевать на старого идиота, именуемого отцом, что требует уйти от Алёны! Он, этот... отец, в пиру нового года назвал её "шлюхой, чью матку разорвали любовники". Я впервые ударил демиурга своей жизни, струна контроля исчезла и удары ждали скорой очереди. Если бы Алёна не встала между нами... Как она рыдала после! Уходила из дому, чтобы скрыть слёзы. Господи, чахлый ты вымысел, верни же нам веру в тебя!.. Этим вечером я наблюдал, как она смотрит на счастливых соседей, особенно их детей, играющих с матерью в прятки. Голоса, коих лучистые речи скользили в окно, язвили раненую душу: "мама, я тебя насля", "мам, а мозна мне ещё кусочек?", "конечно можно! только оставьте и папе, он скоро придёт с работы и мы продолжим!", "что бы мы делали без них, Серёж?", "эх, всё-таки дети и есть смысл жизни!", "спасибо тебе за них, дорогая!", "они всё для нас с тобой!". До самой ночи. Я не отправлю это письмо, Ольга. Не в таком виде. Алёна плачет даже во сне. Любимая, я никогда не покину тебя, не устану осушать слёзы поцелуем. Мои чувства выше той любви, что обязательно нуждается в детях! Может, выше любой любви. Я сделаю тебя счастливой, обещаю!
  
  ...
  
  1963
  24 октября.
  Сорок дней. Знаешь, что отец сказал мне в последний раз? "Я не понимаю твою любовь к жене, сын, ибо само чувство любви для меня - не более, чем пьяная шутка разума над сердцем. Ты пойми: каждый отец желает, чтобы его род продолжался... но если наш должен прерваться на тебе - так тому и быть. Жаль только, что твоя мама умерла так рано, может всё сложилось бы иначе. Надеюсь, ты счастлив". В юности ты много писала о маме, сравнивала её любовь к отцу с моей любовью к Алёне. Память о маме, ясные черты её характера упираются в твои воспоминания. Ольга, судя по ним, только она могла в полной мере сопереживать моей "пьяной шутке". Я уже несколько лет не посещал её могилу, и во время похорон отца со слезами смотрел именно на маму...
  
  ...
  
  1971
  3 июля.
  Родная и "невесомая горю" лира. Ольга, ты почиваешь рядом с мамой, как и хотела. Погребение окончено. Миг назад я "оземлил" прощание и начал это письмо. Думаешь, перестану писать? Пока я могу "изобиловать мыслями" и "язычить глагол" - никогда. Я устал верить в бога, сестра, но я верую в Душу. Если бог - призрак, идея хаотичной нирваны и слепого ожидания, то Душа - выше бога. Она, как принято говорить ныне - "вне времени и пространства". Она есть жизнь. И смерть. Ликующий нерв среди фатума. Душа или живое существо, рождается и умирает только по своему "хочу". Нет никаких убийц и летальных оказий. Люди, увечия коих разят умы врачей, выползают из комы, орут на столе морга, что они ещё алчут бытия... иль те, коих лижет инсульт, балуют частые кризы и, наконец, давит кошмар заслуженного покоя? Они умирают, ибо хотят сего безотчётно, либо живут. Неосознанный импульс зреет душу (тебя) для новых граней. Новых возрождений и смерти. Ирония в том, что знания нет. Но я верю - хронология душерейса уловима. На миг, но уловима. И где-нибудь, вероятно на иной окраине незримых светил, ты успела понять его. И возродилась вновь, забыв прежнее... Родник, сей "безыскусный гений природы" так и звучит, смеётся моей ерунде своим чистым током. Ольга, усеянный твоей любимой фрезией, он жив и свеж... Как же чудесен его вкус! И это благоухание, сестра! я будто вновь мальчуган, читающий по слогам твои первые письма! Это место, тайный наос обездоленных Душ, всегда будет помнить нас. Даже если мы забудем его... Алёне всё хуже, рак убил голос и она едва может пить. Сейчас устало улыбается, пытаясь утолить жажду нашим источником. Мы пойдём, Оль, я навещу тебя послезавтра...
  
  ...
  
   1978
  27 июня.
  Мание звёздного неба. И соловьиные раскаты. Без тебя. Любимая! семь лет тому назад я хоронил сестру, а теперь и ты лежишь рядом с нею. Вечь. Сзывающий думы, маяк, что зовётся памятью, указывает на былое. Ах! океан минувшего. Бездонная и чистая взаимонега! Тугая вервь, иль жизнь, полная разноликих мучений... и счастья! Истинной любови. Выше её! Мы вынесли эту боль, Алёнушка, вынесли её к чертям! и я найду тебя, где бы ты не оказалась! Как они поют... слышишь? Исцеляют созвучием того дня, реют чудное свидание, такое важное для нас... а в конце него одновременное, о... одновременное, как это возможно?! признание... Алёна! если б мог я повторять нашу судьбу - не сомневайся!.. Рука онемела вовсе. Плевать! Недолго мне осталось, и что с того? Алчу прямо сейчас мчать астропутём за своей женой!.. ах! ум неистово требует декламации! я начну и параллельно буду калякать левой апофеоз стихотворения Бенедиктова, кое стало нашим гимном, а вы с Олей внимайте!
  А там - один - без девы, без венца,
  Таясь в глуши, питомец злополучья
  Прислушался: меж звуками певца
  И он сыскал душе своей созвучья;
  Блестит слеза отрадная в очах,
  Нежданная, к устам она скатилась,
  И дружно со слезою засветилась
  Могильная улыбка на устах.
  Пой, греми, полей глашатай!
  Песнью чудной и богатой
  Ты счастливому звучишь
  Так роскошно, бурно, страстно,
  А с печальным так согласно,
  Гармонически грустишь.
  Пой, звучи, дитя свободы!
  Мне понятна песнь твоя;
  Кликам матери-природы
  Грудь откликнулась моя.
  
  ...
  
  1998
  16 сентября.
  Кладбище?.. Как я? Почему я здесь? Дневник, лишённый меня вот уже двадцать лет и... что за пергамент? "Уважаемая Анна, 20 июня Вы проходили обследование в нашей клинике. Мы полагаем, что плод мог выжить после очистки матки. Это абсолютно невозможно при современном оборудовании, однако снимок имеет некоторые детали, вызывающие сомнения. Пожалуйста, не беспокойтесь, скорее всего, это просто брак плёнки. И всё же мы рекомендуем Вам пройти повторное обследование, чтобы убедиться в успешном результате. Успокаивая Вас, напомним, что здоровый организм молодой девушки не "сломается" и Вы сможете иметь детей. Будьте счастливы и здоровы! Ждём Вас как можно скорее. 26 июня, семейная клиника Шанс". Не понимаю. Анна? Плод? Очистка?.. Что? Я уже делал записи в этом году?!
  ... Нет! Я не помню, как писал сей воспалённый бред! Ольга, Алёнушка, мама, мои святые и любимые, что же я натворил? Эта бумага... и слова, утерявшего разум, не меня... нет! Вопиющее изуверство! Какой сегодня день?.. 16 сентября. Сентябрь! Тут указан конец июня, откуда, хилый ты ублюдок, у тебя сие уведомление? Что он... что я сделал с Анной?.. Неужели? Неужели это был не сон?! Бедная, о бедная девочка! Я не... адрес, её дом, я долж... Глазх мутят, не рзброть, рук не слуштс, глова тнет... Алё...
  
   - Матвей, мы дома! Помогай папе заносить вещи!


 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  Д.Вознесенская "Жена для наследника Бури" (Попаданцы в другие миры) | | Т.Михаль "Папа-Дракон в комплекте. История попаданки" (Попаданцы в другие миры) | | Ю.Рябинина "Точка невозврата" (Современная проза) | | М.Боталова "Землянки - лучшие невесты!" (Попаданцы в другие миры) | | Н.Геярова "Академия темного принца" (Попаданцы в другие миры) | | С.Суббота "Я - Стрела. Академия Стражей" (Любовное фэнтези) | | Н.Романова "Её особенный дракон" (Фанфики по книгам) | | Е.Ночь "Никогда не предавай мечту" (Романтическая проза) | | М.Славная "У босса на крючке" (Женский роман) | | К.Фави "Мачеха для дочки Зверя" (Современный любовный роман) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
А.Гулевич "Император поневоле" П.Керлис "Антилия.Полное попадание" Е.Сафонова "Лунный ветер" С.Бакшеев "Чужими руками"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"