Акиндинова Неонила Викторовна: другие произведения.

Лента времени

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:

ЧЁТКИ.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ.

ЛЕНТА ВРЕМЕНИ.

"Вы знаете, что князья народов господствуют

над ними, и вельможи властвуют над ними, но

между вами да не будет так: а кто хочет быть

между вами бОльшим, да будет вам слугою;

и кто хочет между вами быть первым, да

будет вам рабом" - Христос - ( Ев. от Матфея гл.20)

ПРЕДИСЛОВИЕ.

Как прекрасен наш дом - наша планета Земля! Бог создал рай для всякого на ней живущего. Бог - всё дивно создавший, всем правящий мудро! Это, конечно же Высший Разум! Высший Свет! Законы Мироздания! Абсолют! Мы называем - Бог. Законами пронизана каждая клеточка Мироздания. На планете Земля, которая есть часть огромного живого разумного организма под названием Вселенная, живут много разных видов животных, растений, насекомых и пр. и пр. Всё живое на Земле живёт и развивается по законам Бога (Высшего Разума Вселенной). Без знания законов вы не сошьёте даже мешок: вам понадобится математика, чтобы измерить ширину и длину мешка и расчитать сколько ткани понадобится для исполнения задачи. Весной выйдите на луг и посмотрите, как он прекрасен: сколько трав, переплетаясь корнями, цветут и радуют нас своей красотой и своим разнообразием. А лес?! А море?! А животный мир?! А Горы!? А небо?! Всё невероятно прекрасно. И поэтому в этом прекрасном мире нет не только национального вопроса, но и нет в природе неравенства: все одинаковы, все пользуются плодами земли, а земля не принадлежит никому. Каждая травинка понимает, что она очень нужна, очень важна, что она тоже участвует в этом прекрасном разнообразии. Поражает своим разумным устройством жизнь пчелиного государства, муравьиного и многих других государств в природе. Венец развития животного мира - человек. Он на планете призван хранить и возделывать рай - нашу Землю. Его миссия: не вредить, приумножая - сохранять, создать семью, воспитать детей в святом духе последователями Устава (Нового Завета), беречь природу, осваивать знания, переданные Всевышним через своих посланников. Человеку даны: ум, речь, мышление, разум, сила воли и свобода выбора, возможность выбирать, используя закон диалектики - дьяволу служить или пророку, ответственность за всё, что человек будет говорить и делать. Ведь именно слова и поступки человека ежесекундно во время жизни уходят в его прошлое, это прошлое будет строить будущее его детей, его потомков (кармой называется - закон возмездия: что посеешь, то и пожнёшь). Древний символ Высшего Разума (Бога) - триединство (в большом круге три круга тесно связанных друг с другом): настоящее, прошлое, будущее. Человек в теперешний час своей жизни каждым своим словом, каждым поступком уходит в своё прошлое, которое станет будущим его потомков. В этом состоит вечная жизнь. Душа, главный ангел-хранитель которой - Совесть, осуществляет все духовные процессы обмена человека с Высшим Разумом! Высшим Светом! - Богом! Основная миссия человека: воспитывать воспитателей (детей - будущих пап и мам) в Св. Духе (это возможно только в социализме-коммунизме), беречь природу, накапливать знания для духовного совершенствования своего Я и сохранения окружающего мира. Планета участвует в энерго-информационном обмене с Высшим Разумом Мироздания и значит человек, тоже в этом обмене должен участвовать. Должен! Но только к великому сожалению, всего 5% мозга человека участвует в его интелектуальном развитии, а значит и в обмене с Богом такие же проценты; сегодня может всего 2-3%, - так низко преисподняя, придя к власти, опустила человека. Повсюду нечистый дух материальной скверны и вожделения плоти. Сегодня безграмотное большинство под руководством неправедного триединства превратилось в цивилизованное стадо скотов. Народ же, Бога избравший и Богом избранный, как во все времена, обходит стороной преисподнюю, отошёл в сторону и живёт по Божьим законам, чем и спасает жизнь на земле. Вот такую печальную картину рисует сегодня человеческое тщеславие и гордыня, зависть и ненависть, материальная скверна и вожделение плоти. Стоит такому сесть за руль иномарки, даже бывшей в употреблении, как оно уже чувствует по сравнению с стареньким "москвичём" себя хозяином на дороге. Он и нахамит, и не поможет, и унизит, и оскорбит, на то оно из цивилизованного стада скотов. Вот только перед теми, кто сидит в дорогой новенькой машине, он будет подобострасно холуйствовать. Обмен человека с Богом происходит через посланников Бога; через них человечество получает знания о том, как жить и какими быть. Посланники Высшего Разума - это пророки, святые, священники ( по закону диалектики - они должны быть в русской церкви обязательно), писатели, поэты, философы, учёные, композиторы, музыканты, художники, все те, кто несёт людям духовные знания, возвышает Душу человека на более высокий интелектуальный и духовный уровень и все вместе люди создают среду святого духа в семье и стране. Через них приходят людям знания о законах Устава общения людей друг с другом и окружающим миром. Люди, избравшие жизнь по Уставу, никогда, ни при каких обстоятельствах, ни за какие золотые сооблазны не изменят своё мировоззрение. Они понимают, что жить по своей правде, своей свободе от законов мироздания, своему мнению, по своим понятиям, - это значит творить беззаконие и тем разрушать гармонию мира. Народ - это люди, живущие по законам Разума, главный ангел-хранитель их - Совесть. Эти люди несут в себе высокодуховную, высоконравственную коммунистическую этику поведения, может даже не понимая это. Во все века народ - свет мира и соль земли. Так Христос сказал. Остальные люди - это население. Я говорю сейчас вам эти слова, а сама вижу Юрия Гагарина. Он - классический пример нового человека Новой Цивилизации - советский человек, коммунист и пример коммунистической этики поведения. Я вспоминаю день, когда мы его ждали на Землю, с ума сходили от счастья и сами были такими же красивыми и замечательными, как он.. Мы были едины в святом духе нашей прекрасной страны Советов. И вот Юрия Гагарина не стало. Сколько бы не гадали, отчего эта трагедия произошла и кто виноват, ясно всем мыслящим людям: Всевышний не допустил, чтобы Гагарин увидел и пережил то, что увидел и пережил советский народ - победу преисподней, этой чёрной плесени, которая сегодня прорастает на планете повсеместно! Советский человек - это гордый человек, он уважает себя, у него очень сильно развито чувство собственного достоиства. Этот человек никогда не хамит, не бывает груб, он никогда не унизит себя и других сквернословием, своим неряшливым видом и т.д. Он гордый, потому, что , умирая от жажды он не бросится к колодцу, отталкивая других. Он будет ждать когда напьются его товарищи и обязательно поможет более слабому. Он будет умирать с голоду, но не пойдёт в холуи к тому, кто мнит себя правителем преисподней, к тем, кто тратит деньги, которые они не заработали, чтобы купить вещи, которые им не нужны, для того, чтобы производить впечатление на людей, которых они презирают. (Уилл Смит) От себя добавлю - они способны только развратничать, пить, есть и гадить в прямом и переносном смысле. К преисподней применимо только слово - гордыня: непомерные амбиции, тщеславие, властолюбие, сребролюбие материальной скверны и вожделения плоти. Место нахождения разумного и гордого Человека во плоти - белый квадрат, всё, что до пояса: сердце, душа, ум, разум - Человек духовный, Человек разумный. Народ - это люди в белых одеждах. Но на Земле живут и другие люди, энерго-информационный обмен у которых происходит только в энерго-информационом поле событий людей (обмен между людьми.) У них свой бог, выдуманный великими путанниками, дядька кровожадный, мстительный, жестокий, но с которым можно договориться, он всё прощает и потому служит у черни на посылках. Чернь - это люди в чёрных одеждах, люди, занимающие во плоти место ниже пояса (гармональная система) и место обитания их - чёрный квадрат (чернь - скот - от животного отошёл, а человеком не стал, и ошибочно считает, что у него есть душа, путая душу с эмоциями, ощущениями вместо настоящих чувств, сентиментальностью, желаниями и страстями порочной плоти, воспринимая только удовольствия, наслаждения и прелести преисподней и имя ему - человек неразумный). Всё перечисленное, конечно, живёт в каждом человеке, (от закона диалектики никуда не денешься), но беда, когда человек не знает меры и не живёт по Уставу, который и определяет эту меру. Будем помнить об этом печальном факте и используя закон диалектики постараемся понять мир, в котором мы живём. Печальном, потому что неправедное триединство объявило себя истиной в последней инстанции, мировым порядком, освещённым богом. Мировой порядок, закрывший туманами религиозного опиума истину, и отвлекающий от неё безграмотное большинство, используя Храм Бога для бога, богов выдуманных жрецами в Шумере и успешно живущих по сей день. Это случилось давно. Очень давно, 8-10 тысяч лет тому назад. Археологи рассказывают нам, что всё началось в Шумере - древнейшем государстве, в котором родилось первое цивилизованное общество (от лат. слова - цивилис - гражданский). Общество материального и духовного развития. Материальное развитие первично! И это работает по сей день. Чего только нет на этой бедной планете: религии, секты, воскресные школы, тайные ордена, масонские, фашистские и прочие организации, работающие на Систему Изъятия Потенциала - только нет школ коммунизма, которые только и могут просветить безграмотное большинство и, наконец, поведать миру правду об истинном Боге. А для этого нужно учиться, учиться и ещё раз учиться (Ленин). Знания были, есть и будут самым главным богатством мира. Только сам народ, избравший узкий путь, ведущий в жизнь, должен строить свою жизнь и жизнь своих детей без господ и опекунов. Те же, кто Божьим промыслом, стали бОльшими, а значит слугами народа, кому дана миссия светить в пути - Коммунисты и комсомольцы, должны вести за собой строй советского Богоизбранного народа. Коммунистическая партия должна скорее осознать, что она и есть носитель истины, потому что коммунисты и есть верные из верных последователей Устава общения людей друг с другом и окружающим миром и только им дано знать в каком направлении двигаться(сегодня, к сожалению, компартия этого не понимает; кто ж ей скажет, если не я?!): через школы коммунизма привлечь молодёжь в комсомол. Ведь коммунизм - это молодость мира и его возводить молодым (В.Маяковский) и сначала в своей Душе. Найти священников, настоящих последователей Учения Христоса, чтобы церковь провела бы, наконец, одну единственную реформу - освобождение от иудаизма, чтоб пели в церкви не "Исайя ликуй!", а "Иисус ликуй!"- чтоб все люди жили по законам Устава, чтобы из комерческого предприятия, где даже за крещение надо платить, стала бы, наконец, церковь - Храмом Бога, стала бы в строй Бога избравшего народа, стала бы частью государства и повела бы активную идеологическую работу по возвращению праведного триединства, работу по решению главной задачи православия - воспитание воспитателей в духе святом. Только в таком строю Богоизбранных народов, идущих в ногу к единой цели построения Новой Цивилизации, могут работать главные законы Бога: "Любите Бога (т.е законы Высшего Разума) больше жизни, любите ближнего своего (то есть-семью свою, род свой) как себя, и исполняйте закон взаимного должествования. Жить надо по Уставу. Вы можете себе представить мост через бурную реку, построенному не по законам строительства, а по понятиям, чьему-то мнению, свободе желаний, права делать что хочу?! Не можете! Зато очень можете представить , как этот мост рухнет и убьёт тех, кто через этот мост поедет, доверившись безграмотным строителям. А мост такой обязательно рухнет! Дело времени.

ШУМЕРЫ - МЕСТО РОЖДЕНИЯ КЛАССОВОГО ОБЩЕСТВА.

Шумеры - государство, родившееся около 9-10 тысяч лет тому назад. Его местоположение - юг современного Ирака в междуречье (между реками - Тигром и Евфратом). Стараниями археологов, этих удивительных людей, которые выполняют свою миссию несмотря ни на какие трудности профессии, чтобы восстановить информацию на двухцветной ленте времени (окрашенной чёрной и белой краской слов и поступков людей). Человек по имени Самюэль Кремер собрал всю известную информацию по Шумерам в своей книге "Шумеры - первая цивилизация на земле..." Обязательно нужно прочитать, мои дорогие, с глубоким вниманием, эту книгу. Я же взяла из книги только то, что проливает свет на вопрос о боге, богах и Боге, о рождении неправедного триединства. Именно этот вопрос мне интересен и отвлекаться от него, значит не связать цепочку, а растекаться "мыслею по древу". В книге представлено полное содержание всех расшифрованных глинянных табличек, повествующих о богах и царях таинственного народа "черноголовых" шумеров, положивших начало мифологии, экономики, астрономии, математики, медицины, и кому принадлежит трагический эпос первого героя человечества - Гильгамеша, проводятся параллели с Библией, античными мифами, историей Ассирии и Вавилона. Страна Шумер состояла из 12 городов-государств: Лагаш, Ур, Киш и др., чернь которых постоянно вели борьбу между собой за власть. В этой борьбе победила чернь города Аккада (город к юго-западу от современного Багдада). Под властью Аккады произошло объединение всех городов. Так появилась страна - Шумер. Название Аккад затем перешло на всю северную часть Южной Месопотамии. Около 2200 лет до н.э. был разгромлен и ограблен гутиями. На территорию Шумера в глубочайшей древности спустились с небес или появились из других мест земли существа, похожие на людей, отличались от землян ростом, вытянутыми черепами и знаниями. Они строили себе храмы на высоких террасах, общались с людьми и многому их учили. Им были свойственны человеческие слабости и страсти. Не отсюда ли произошли образы крылатых белых и чёрных ангелов, олицетворяющих Душу и материальную скверну да вожделение плоти?! Мысли Разума - есть ангелы, а мысли материальной скверны и вожделения плоти есть - бесы. Пришельцы строили, лечили, учили математике, архитектуре, строительству и многому другому. Обученных ставили начальниками над остальными. Так появились первые правители и их подчинённые, которые руководили остальными шумерами. Шумеры смотрели на этих пришельцев, как на высших посланцев Неба. Пришельцы владели многими знаниями и люди им поклонялись, считая их богами. Я не буду останавливаться на событиях, которые происходили наверное, а потом переросли в мифы и легенды, - прочтите книгу сами. Мне же важно связать цепочку из информации о богах. Люди смотрели на них и верили, что они всемогущи, они всё знают о вселенной, словами добиваются чего хотят. Приближённая к богам шумерская чернь мудро рассудила, что она тоже возвышается над остальными людьми своими знаниями, что у них тоже должна быть иерархия, как у богов. Появились жрецы и стали культивировать богов которых уже не было, но остались их следы во всей жизни людей. Правители стали строить храмы богам и приобщать безграмотное большинство к культу богов, хоть и покинувших людей, но пребывающих с ними всегда, ибо они бессмертны и только улетели от людей в Небо, оставив вместо себя их - правителей и священников. Так родилось неправедное триединство: самодержавие - духовенство - безграмотное большинство. Именно в Шумере родилась Система Изъятия Потенциала людей. Главным для правителей стало - держать людей в невежестве, верящими в богов и убеждёнными, что правители оставлены богами и самый верхний бог благословил самого главного правителя на власть, остальным предписано служить правящему классу. "Наместники бога" на земле всё безграмотное большинство поместили в туман религии, созданной жрецами, чтобы легко управлять этим большинством и строить свой порядок в стране. Пришельцы, пребывая среди людей учили, что люди равны друг другу, одинаковы перед Высшим богом, что земля ничья, все одинаково имеют право на ней жить и процветать - всем хватит. Они научили проводить каналы для орошения полей, осушение болот и многое другое. Но когда пришельцев не стало, чернь, по таким законам жить не за хотела, взяла пример с пришельцев: назвала их богами и выстроила отношения между людьми как у богов. Выстроили пантеон богов, где каждый бог занимал свою нишу. Удивляет, что в составе пантеона есть немало божеств семитского происхождения (семиты - люди говорящие на семитских языках. Семитские языки - от Библейского имени Сим, или древнееврейского - Шем, - одного из сыновей Ноя - группа языков, включающая восточную группу - мёртвый аккадский язык Ассирии и Вавилона и западную группу: древнееврейский, финикийский и др.) И в те невероятно древние времена на глинянных табличках упоминается название денег - шекель. Так до сих пор называется денежная единица в Израиле. Это удивляет и наводит на мысли о роли семитских народов в образовании Шумер. Но это всё равно. Я о неправедном триединстве. Шумерские правители и их окружение в психологии своей делали упор на честолюбие и успех, признание, превосходство, престиж, почёт, покорность и послушание остальных. Житель Шумер, облачённый властью, глубоко осознавал свои личные права по сравнению с теми, кто не достигал никаких успехов, и противился всякому покушению на них, будь то хоть сам царь, кто-либо старший по положению или равный. Поэтому именно в Шумерах появились первые законы, чтобы чётко отмежевать "чёрное от белого." Сразу при рождении неправедного триединства было обозначено, что чернь - это те, кто богами поставлен быть ниже правителей, и которые должны создавать все условия для белых, которых боги оставили править чернью, (безграмотным большинством). А ведь всё как раз наоборот, чернь - это те кто служит и поклоняется материальной скверне и вожделению плоти, а белые - это те, кто живёт по законам Высшего Разума, это те самые, про которых Христос говорил, что они свет мира и соль земли. Дальше это только "развивалось" в веках и совершенствовалось. Шумерские "мудрецы", разграничили людей на чёрных и белых, (может поэтому, презирающие народ, дворяне называли себя белой гвардией и что там ещё за бред: белой костью, голубой кровью!). Шумерские жрецы разработали веру и кредо, в известном смысле оставлявшие "богам богово," а "кесарю кесарево" (и много позже лукавые римские жрецы приписали эти слова Христосу?!)- также признали и приняли неизбежность ограничения бытия смертных, особенно их беспомощность перед лицом смерти и гневом богов. Правители и храмовые служащие высоко ценили достаток и собственность. Пришельцы учили, что люди должны уважать друг друга, радоваться успехам друг друга, ибо эти успехи служат для процветания всех. Сотрудничество было нормой общения шумерцев как между отдельными личностями, так и между общинами. Всех объединяла забота о хлебе насущном, об оросительной системе, от которой зависело благополучие Шумер. Процесс этот был трудоёмкий, сложный, требующий совместных усилий и организации. Вода справедливо распределялась между владельцами земель. Для успешной работы нужны были те, кто знал и умел эти работы организовать и провести. И тот, кто был бОльший среди всех становился не слугой народа (как учили боги), а правителем в своём государстве-городе. Так родился управленческий институт, давший начало развития государственности неправедного триединства. На земле Шумер родилась не одна важная черта современной цивилизации. Будь то философ или учитель, историк или поэт, государственный деятель или политик, архитектор или скульптор - каждый наш современник 21 века найдёт свой прототип или коллегу в древних Шумерах. В Шумерах стали усиленно строится храмы. Храм строился обязательно на возвышенном месте, постепенно перерастал в башню с уступами, самый характерный шумерский вклад в культовую архитектуру строительства храмов мира во все последующие века. Храм состоял из центрального прямоугольника святилища, или келлария, окружённого по четырём сторонам рядом комнат для нужд жрецов. В келларии была ниша для статуи бога, перед которой помещался стол для жертвоприношений. Роспись храмов берёт тоже начало в Шумерах. Неправедное триединство всё больше и больше загоняло безграмотное большинство в полное своё подчинение и порабощение. Духовенство убеждало, что такое устроение оставили боги (пришельцы) и ослушаться их нельзя. Это было легко потому, что каждое новое поколение выростало в уже подготовленной неправедным триединством, среде.

Разве не это же самое происходит сегодня? Родившиеся в 90-х годах 20-го столетия сегодня в 2012 году не знают кто такой Иисус, его ученики, (только то, что внушила церковь и как надо церкви), Маркс, Л.Толстой, Энгельс,Чернышевский, Ленин, Сталин и многих других и совершенно ничего о великой эпохе демократии, эпохе, когда народ жил по законам Устава, без опекунов построил великую державу, основа которой было праведное триединство, державу, среда которой была святой дух законов общения людей друг с другом и окружающим миром. Святой дух этой державы не могли победить оружием. Её победила плесень преисподней, которая поразила души тех, кто должен быть слугой народа, а стал слугой материальной скверны и вожделения плоти. Вместе с чернью США и запада им удалось провести перестройку сознания безграмотного большинства. И сегодня это большинство, склонившееся перед победителями, ставшие равнодушными к своей собственной жизни и жизни своих детей, обеспечивают спокойное существование преисподней. Князьям тьмы даже удалось убедить безграмотное большинство, что они, разодравшие страну с алчностью бешенных голодных псов, утвердившие плутократию (власть денег) и есть та самая демократия о которой все века мечтают разумные люди. Мы, советские люди, преданы Уставу, праведному триединству, своей Родине - не участвуем в победном марше преисподней. Мы уйдём в мир иной не предав своего Святого Красного Знамени, на котором и кровь советских людей, погибших в борьбе за правое дело праведного триединства.

Но продолжим о Шумерах... Правители посвящали свою жизнь войнам, а значит грабежам во имя своё. Стонал от своих правителей народ, постоянно восставал против насильников - правителей и храмовых жрецов. Но вот стал царём в городе - государстве Лагаш Урукагин. БОльший среди шумеров он стал слугой Лагаша. Вернул все законы, оставленные пришельцами - законы справедливости и равенства и сам стал равным среди равных и слугой своей страны. Государство было преобразовано по законам совести и социальной справедливости. Все получили одинаковые права, все могли себя реализовать. Город стал быстро развиваться и это не нравилось соседям. Но социализм в Лагаше был недолгим. Документы, найденные археологами, рассказали нам, что чернь соседней Уммы при поддержке других недовольных Урукагином, неожиданно налетели и уничтожили город. (как похоже на случившееся с нашим социализмом в конце 20 века!) Документы повествуют о том, что Урукагин не готовился к войне и потому не мог сопротивляться своему агрессивному шумерскому собрату. (А наша Великая Держава всегда готовилась встретить врага и защитить своё государство. Но чернь - своя и заграничная пошла путём перестройки сознания людей. Подробно об этом читайте в книге В.А.Лисичкина Л.А.Шелепина "Третья мировая информационно-психологическая война" изд. Москва-1999г) ... Он был уверен, что устроенное правильно и справедливо процветающее государство, не даст разрушить Верховный Бог. Но Бог - это законы и нарушившие их в своём большинстве, перестают жить по Божьим законам, создают хаос, которым умело правит преисподняя, а народ, живущий по законам - замолкает.

Как похоже. Мы тоже думали, что не может никто разрушить справедливо по совести устроенный мир. А враги жили рядом, они исповедовали неправедное триединство, доказывали и доказывают сегодня, что они другие, инакомыслящие, и что именно они имеют право на жизнь. Но это ещё не самое страшное. Самое страшное, что эту преисподнюю, этих других, поддержиает безграмотное большинство и многие из этого большинства, прикладывают немалые усилия, чтобы стать членом преисподней и ради этого готово на всё, утверждая, что цель - стать своим в преисподней, оправдывает средства. Попадая во власть они переставали быть людьми разумными, подчиняющимися законам совести и справедливости, и превращались из коммунистов в лжекоммунистов и антикоммунистов, комсомольцы, призванные Божьим промыслом строить коммунизм, превратились в активных строителей преисподней и повели за собой всех желающих. ....

Урукагин и после катастрофы верил, что Лугальзагесси (победитель) будет наказан, так и случилось. Триумф был недолгим. Документ, дошедший до нас гласит, что семит по имени Саргон, победил всех правителей шумерских городов, стал основателем могущественной династии Аккада, начавшей сознательно или нет, семитизацию Шумер, которая в итоге положила конец шумерскому народу. В государстве Шумер постоянно происходили восстания, ибо неправедное триединство их провоцировало постоянно. Чтобы покончить с восстаниями Саргон назначил на высокие административные посты своих соплеменников семитов, укомплектовал города военными гарнизонами. Но странное дело, восстания продолжались и это говорит нам только об одном - классовая война между народом, живушим по законам Высшего Разума и теми, кто живёт по беззаконию материальной скверны и вожделения плоти, берёт своё начало в Шумерах, где родилось классовое государство, и продолжается по сей день и никакая терпимость (толерантность) между сложившимися системами минус и плюс - невозможна. Саргон построил новый город Агаде, сделал его своей столицей и самым зажиточным и блестящим городом древнего мира. Сюда стекались все дары и дань из всех Саргоновских владений. Саргон населил город семитами, связанными с ним узами родства и языка. Город Агаде позднее стал называться Аккада, а население аккадцами, сегодня означающих месопотамских семитов в целом. Саргона сменил его сын Римуш, к которому империя перешла раздираемая восстаниями и бунтами. С чего бы это? Кажется родственники должны быть в мире и дружбе, у них ведь должна быть одна цель - их общее благосостояние. Но нет. Не случилось. Да это и понятно, всё тот же чёрный квадрат зажигал в людях бесовский огонь власти и денег. А может это первые мафии (семьи) и они тоже родились в Шумере?! Дальше всё пошло своим чередом: войны, грабежи, борьба правителей за власть во имя своё, угнетение безграмотного большинства т.д. и по сей день неправедное триединство правит бал. Таких правителей как Урукагин, - культ личности которого был образцом служения людям по законам Бога, больше не было, а может пока ещё скрыты от нас, но откроются новые имена - придёт время. В Шумерах появился и первый написанный свод законов, о чём и свидетельствуют глинянные таблички. Эти законы были написаны для подданных, чтобы повиновались и не возражали и чтобы правителям было легко словом своим и словом божьим держать всех в повиновении. Поэтому много внимания уделяется строительству храмов, в которых окармливают людей "духовно", чтобы бога боялись и царю повиновались, ибо царь есть наместник бога на земле. Не потому ли церковь называет себя ортодоксальной и сохраняет эту ортодоксальность по сей день? Эта ложь и сегодня служит неправедному триединству и неправедному мировому порядку. И это самый успешный, самый разрушающий, самый постоянный политический миф - миф, скрывающий правду о неправедном триединстве.

СИДДХАРТХА ГУАТАМА ( БУДДА).

Индия- 6-5 век до н. э. - в мир пришёл Сиддхартха Гуатама (Будда- то есть-просветлённый) принёс учение о четырёх благородных истинах: существует страдание, его причина, состояние освобождения и путь к нему. Будда объяснял людям, что нет Бога как какого-то высшего существа, что Бог это Высший Разум и им пронизана вся Вселенная. Учил правильно строить свою жизнь по законам гармонии, возражал против обрядности в религиях, но это не было воспринято и религиозные обряды продолжали жить, более того, был создан культ Будды, который действует по сей день. Учение Будды не было принято на родине. Его восприняли азиатские страны. Но без обрядов, канонов, традиций обмен с Богом потеряет красоту энерго-информационного обмена и превратится в скучный, лишённый одухотворённости, язык. Обряды должны соответствовать истине и одухотворённости и это всё есть в буддийских обрядах и традициях. Христос считал буддийскую религию самой правильной религией. К сожалению у меня нет больше никакой информации об учении этого посланца Бога, как нет и информации о пророке Мухамаде. Ищите сами, у вас больше возможностей, было бы желание. Главное - это понимать, что тел посланцев Бога прошлых веков уже нет. Они люди, их век ограничен, но энерго-информационные потоки, оставленные ими, живы и наполняют собой ноосферу (память человечества в мироздании) в которой мы живём и связаны с Всевышним. Слова, которые говорят люди, поступки которые они совершают, со знаком плюс или со знаком минус - это энерго-информационные потоки, которые никуда не исчезают, а создают или разрушают; информация в ноосфере остаётся навечно! И если кто-то думает, что выпущенное сквернословие тут же и растаяло бесследно, глубоко ошибается - оно тут же уже записано на карме ( завязан кармический узел) несчастного, не ведающего, что творит, и в ноосфере, то есть в памяти энерго-информационного поля людей, или в ноосфере энерго-информационного поля Высшего Разума, куда пропускается только положительная информация навечно! Человек разумный живёт по Уставу, много работает на благо своего народа, мало и благородно отдыхает! Древним было присуще связывать воедино все вещи во Вселенной, они видели Космос как огромное мироздание, все составные которого, начиная от положения звёзд и кончая судьбой ничтожнейшего из смертных, находятся в нерасторжимой связи. Высшим Разумом пронизано всё во вселенной. Главная миссия человека разумного - это приумножая сохранять рай (нашу Землю), построить высокодуховный дом и воспитать воспитателей (своих детей в законах Устава общения людей друг с другом и окружающим миром, который принёс Христос). Поэтому человек должен познать самого себя и понять свою миссию на земле для исполнения которой ему и дана жизнь. Ну уж точно не для того, чтобы есть, пить, удовлетворять пороки и страсти своей плоти и гадить(в прямом и переносном смысле). Человек разумный занимается самообразованием, самоанализом, самокритикой, самодисциплиной, самоограничением, самопознанием, самовоспитанием всю жизнь! Но закладывается всё с раннего детства. И это наилучшим образом может быть поставлено только при социализме-коммунизме. Только этот строй обеспечивает среду святого духа и воспитание воспитателей в этом духе. А дух этот закладывается в семье. Только то, что заложено в детстве будет жить. И если заложен нечистый дух, того в человеке и будет больше. Несмотря на то, что преисподняя сегодня у власти, надо продолжать выполнять самую главную задачу - воспитание воспитателей в святом духе - в семье, в школах коммунизма и самообразования, но прежде всего в сердце своём; терпеливо и настойчиво объяснять детям и взрослым истинного Бога. Но для этого нужны знания, а значит надо учиться, учиться и учиться - так Христос учил и Ленин.

ЕВРЕПИД - СОВРЕМЕННИК ДЕМОКРАТИИ АФИН.

Среди посланников Высшего Разума - греческий поэт и философ Еврипид, оставивший нам знания о демократии. Творения Высшего Разума не могут уйти в небытие, знания остаются людям. Ищите и обрящете, стучите и отворится вам. (Христос). Конечно чернь всегда стремилась великих Божьих посланников причислять к какому-нибудь царскому роду, чтоб повысить себе цену, так как сама всегда никчемна, бездуховна и невежественна. Так пыталась чернь причислить Еврепида к древнему аристократическому роду. Но родители его были простыми труженниками. Он презирал праздную мамону, мировозрение его было глубоко демократичным, верил в простого труженника, был частью Богоизбранного народа, того самого, который несмотря ни на режим, ни на власти шёл своей праведной дорогой, которую указывал ему ангел- хранитель - Совесть. Еврипид жил в тяжёлое время. Дым стлался над Аттикой, разорённой восточными варварами. Уже более десяти лет длилась война, истоки которой уходили в далёкое прошлое. Ранней весной 480 года до н.э. персы снова вторглись в Элладу: огромная армия из всех подвластных персидской державе народов, ведомая Ксерксом, сыном Дария, перешла Геллеспонт и быстро двигалась к югу, вытаптывая поля и разоряя селения. Её обгоняли слухи, вселявшие панику среди греков, об устрашающем виде варваров, об изобилии у них золота и всякого добра, об их неслыханной храбрости и, очевидно, непобедимости. Почти во всех греческих полисах землевладельческая аристократия выступила за добровольное подчинение персам, и многие города сами открыли ворота завоевателям, и только Афины и Спарта были полны решимости насмерть стоять за жизнь и свободу. Казалось, спасения ждать было неоткуда, и страшная участь афинян была решена. И лишь Фемистокл пытался спасти свой народ, убеждая сограждан взойти вместе с семьями на корабли и оставить пустой город врагу, чтобы потом сразиться с варварами на море. В 479 г.до н.э. Афины были до основания разрушены. От города - почти ничего не осталось. Победившие врага Афины, несмотя на потери, скорбь по погибшим, с великим энтузиазмом принялись восстанавливать и строить. Главным делом для афинян становится строительство Нового Города и воспитание детей. Воспитание из мальчиков - граждан ответственных за всё, что происходит на родине - дело наиважнейшее и первейшее. Детей воспитывали так, что они маленькие, ещё ничего не сделавшие, ощущали себя причастными к происходившему вокруг, что они частица прекрасного сообщества - народа великого Города. (Через многие века такое воспитание возродится в СССР.) Воспитывали мальчиков в соответствии с понятием калокагатии (калос-прекрасный и агатос -хороший). Греки стремились развивать у детей как высокую нравственность, благородство Души, так и физическую красоту сильного, тренированного тела. Пример подобного совершенства дети видели в политическом деятеле Перикле и поэте Софокле. Моральное совершенство, труд на благо родины и благородное времяпрепровождение - основа основ воспитания. (Это повторится через столетия в СССР). И только во-вторых шло обучение наукам, которое продолжало воспитание этики. Воспитание и образование - это единый процесс. "Дети должны быть послушны, юность должна быть сдержана, взрослые должны быть ответственными, старики должны быть наставниками" - основа программы этики поведения граждан Афин. (ставшая основой воспитания коммунистической этики в СССР). Взрослые должны вести себя везде так, чтобы быть для детей только положительным примером. Много заучивали наизусть. Высоконравственная литература в воспитании воспитателей (это и есть энерго-информационный обмен с Богом) занимала первое место, так как пробуждала у будущих граждан Афин благородный образ мыслей, патриотизм и твёрдые нравственные правила - комплекс качеств человека разумного. В первую очередь рассказывали школьникам древние мифы, сказки и басни горбатого раба Эзопа, не знать которые считалось позором для образованного человека. Традиционно воспитание включало в себя заучивание наизусть изречений древних мудрецов, своего рода правил человеческой жизни, вобравших в себя опыт многих поколений:"Соблюдай меру," "Будь владыкой своих удовольствий," "Трудно быть хорошим," (потому что "и над душой трудиться надо и день и ночь, и день и ночь!" - Заболотный), "Всё своё ношу с собой," "Преодолевай гнев," "Познай самого себя и др." И самое главное из этих речений, смысл которого мальчикам ещё предстояло понять, осознать, подтвердить всей своей собственной жизнью:"Каждый человек сам определяет свою судьбу и сам за это расплачивается," и много много других мудрых изречений, без знания которых трудно жить, не делая ошибок. Детей часто выводили на природу и воспитывали любовь к окружающему миру. Большое внимание уделялось рисованию и музыке, (обучение музыке начиналось раньше обучения наукам). Дети в обязательном порядке участвовали в качестве маленьких зрителей во всех событиях жизни города, процессиях и праздниках, - и эти впечатления имели не меньшее значение для формирования их мировоззрения и культуры, чем обучение в школе. (Это стало главным в воспитании воспитателей в СССР). К этому времени Еврепид уже известный поэт. Его трагедия "Взятие Милета" повергла афинян в столь глубокую скорбь и волнение, что все зрители плакали, а власти оштрафовали поэта за нарушение спокойствия граждан. Требование было одно - трагедии должны быть оптимистичны. Прошло время и афинский театр стал политической трибуной, истинной школой нравственного воспитания, и высшим таинством сопереживания, воспитания человеком в себе высших духовных качеств. Катарсис - очищение собственной души через приобщение к чужому страданию - вот что стало великим смыслом античной трагедии, сумевшей выразить в своих лучших проявлениях всё одиночество и не поддающееся объяснению, существование человека в бездне Вселенной... Только что народившаяся демократия по готовым чертежам Божьего промысла строилась с великим энтузиазмом и вдохновением, но из руин поднимался не только город, но и вопрос: кто будет править городом: народ (демос) или аристократия (эвпатриды)?! При демократии Клисфена уже были заложены законы, данные Небом, которые положили конец господству старинной землевладельческой знати. Народ, пришедший к власти, приступил к строительству города, в котором отныне будут жить и трудиться люди по высоким нравственным законам Неба. Власть сосредоточил в своих руках Фемистокл. Но окружение Фемистокла думало иначе, чем народ, оно думало только о том, как побольше утащить из государственной казны. Борьба между афинским демосом и старинной знатью, сыгравшей немаловажную роль в победе над персами и претендовавшей теперь снова стать у власти, возобновилась с новой силой. ( На войне как на войне! Преисподняя - материальная скверна и вожделение плоти, т.е. система минус,(афинская чернь) всегда самым жестоким образом отстаивала своё неправедное триединство, используя не только силу, но и ложь, лукавство, демагогию). Но в этой борьбе только крепли демократические убеждения народа, которому сама идея подчинения большинства сытому меньшинству, к каким бы богам или же мифическим героям не возводило последнее свои корни, была неприемлема. Только демократия открывает широкие возможности для развития афинского общества. Укреплению этих надежд немало способствовали и те полные дерзкого размаха преобразования, которые осуществлял в опустошённом войной городе спаситеь Эллады - Фемистокол. Взяв ответственность на себя, он стремится закрепить победу демократии, а для этого надо сделать решающей в жизни полиса роль экклесии (народного собрания). Но не сидела сложа руки афинская чернь. И тогда (как и сегодня) в ход идут: ложь, интриги, лжесвидельства, подкуп и т. д. Конечно, как всегда чернь на "высоте." Последние свои подлые ходы в своих подлых играх, она направляет к народу, доказывая виновность Фемистокла. Его обвинили в измене, в тайных сношениях с персами, в хищении государственных средств и, наконец, в том, что он рвётся к власти, чтоб стать диктатором. (Через сотни лет также поведёт себя чернь СССР с партийными и комсомльскими билетами в карманах, против коммунистов, комсомольцев, народа и вождя советского народа - его слуги и его раба - Сталина. Бесстыдству преисподней не будет предела!). Афиняне, в памяти которых ещё была жива борьба с Писистратидами, больше всего боялись новой тирании и тут же удаляли из города всех подозреваемых в подобных намерениях. В 471 г. до н.э. состоялся народный суд, по решению которого Фемистокл должен был покинуть отечество навсегда. И герою Саламинского сражения, мудрому устроителю Афин, любящего свой народ, ставшему ему верным слугой, пришлось, как бродяге просить пристанища на чужбине. Но быстро ришло прозрение; всё поняло безграмотное большинство! ( Оно и сегодня льёт воду на мельницу черни!) Своими собственными руками оно помогло вернуться к власти Ареопагу. Совет "благородных и лучших" стал вершить суд и блюсти все дела в государстве. Теперь первым человеком стал Кимон. В ореоле военных успехов, простой, непритязательный в обращении, и щедрый, он пользовался любовью афинян, прощавших ему, великому полководцу, его богатства за широту натуры ( как всё повторяется). Стремясь снискать расположение народа, Кимон приглашал каждый день нуждающихся граждан обедать, одевал престарелых, снял загородки со своих участков, чтобы кто хочет, пользовались их плодами. На богатую добычу, захваченную у персов, он украсил город портиками, обсадил платанами площадь и превратил, проведя воду в запущенную неподалёку от Афин, где было светилище древнего героя Академа, прекрасную рощу, известную впоследствии под названием Академии. Поклонник спартанского строя, он стремился к самым дружественным отношениям со Спартой, однако та, обеспокоенная ростом влияния Афин, не всегда шла навстречу этим устремлениям, хотя сам Кимон пользовался у Спарты большим уважением. Лицемер, высшей пробы, он пользовался у многих авторитетом ( У нас сегодня таких пруд пруди!!! Одна партия власти чего стоит!!!). Духовная жизнь афинян становилась всё более многообразной и насыщенной, развиваясь в преодолении отживших традиций и представлений, по мере того, как демос оттеснённый на время на задний план политической жизни, вновь начинает борьбу за право решать дела государства, а вожди демократии, и первый из них - Перикл, сосредоточивают вокруг себя всех передовых и ищущих. Перикл- полководец и диктатор, становится слугой народа и посвящает ему свою жизнь. (Величайшее сходство со Сталиным). Демократия выигрывает самый главный бой у Ареопага. У большинства сторонников народовластия, вызывало насмешливые сомнения ожесточённое отстаивание Ареопагом права вершить справедливость от имени самой богини Афины, поскольку продажность и "высокая" безнравственность этих "справедливых" и "бескорыстных" были известны в городе всем и каждому. В 462г народное собрание приняло закон, лишавший Ареопаг большей части его прежних возможностей творить свои беззакония. Кимона отправили в изгнание (461г) и теперь все дела в Афинах решал афинский демос и его вожди-Перикл и Эфиальт. Перикл, сын Ксантипа, героя войны с персами, стал тем человеком, общественным и политическим деятелем, который довёл до наивысших успехов свершения афинской рабовладельческой демократии (пленных в рабстве держали определённый срок, после чего они получали свободу; могли уйти из города или остаться жить в нём). Было очевидно, что только народовластие способно обеспечить процветание всего народа и каждой личности. Землевладельческая мамона уже не могла претендовать на то, что только она может развивать экономику города, дело прекрасно развивалось без неё. Через столетия этот успех будет в СССР, но преисподняя будет коварно разрушать экономику страны ради основной своей цели: доказать "несостоятельность социалистической экономики," политика, расчитанная на безграмотное большинство, привела к победе преисподнюю!!!) Развивая демократию народ под руководством Перикла (Эфиальт был убит в 461г) продолжал теснить мамону, вынуждая её жить как народ, идти с ним в одном строю и в одном направлении. В Афинах процветала высоконравственная литература, искусство, спорт, наука и т. д. Народ жил в скромных домах, но дом был у каждого. Всю жизнь люди посвящали любимому делу, стремились как можно больше дать своему любимому городу. Расцветали философия и литература. Всё больше и больше жизнь людей пронизывала радость бытия (действовал знак Бога - движение и покой). Именно на это время приходится расцвет творчества Еврипида. Он много пишет, создаёт свои пьесы для театра, изучает философию, особенно своего любимого учителя-Гераклита. Гераклит был властителем дум того времени. Он поражал современников гениальностью своего разума, проникавшего в глубины вселенной, хотя многое в его трудах и речениях было неясно и понимаемо с трудом, за что философ был прозван Тёмным. (Представляете, каких учителей посылает нам Высший Разум, а мы всё думаем:"А-а! Это где-то в веках, зачем нам знать, у нас своя жизнь и свои проблемы!" Какая жизнь наша, ваша, моя!? Это Жизнь и она всегда живая, это энерго-информационное поле мироздания и обмен людей между собой и Богом, а наши сердца - её родники! ) Гераклит жил полувеком раньше Еврипида в Эфесе, по преданию вёл аскетический образ жизни, часто уединялся в горы, целиком погружаясь в свои размышления. В своём сочинении "О природе," написанном изысканным, сложным, полным афоризмов языком, Гераклит утверждал, что"мир един, не создан никем из богов и никем из людей, а был, есть и будет вечно живым огнём, закономерно воспламеняющимся и закономерно угасающим," что во вселенной; в том числе и человеческая мысль, развивается в вечной борьбе противоречий. Но из борьбы противоречий рождается гармония мира. Пойдя дальше своих предшественников, Гераклит стремился постигнуть не только законы великого Космоса, но и того микрокосмоса, который заключён в каждом из смертных. Возможно, что и Еврепида (трагедии которого - это трагедии всепоглощающих страстей, более сильных, чем сам Рок, трагедии человеческого сердца, его падений и заблуждений) привлекала прежде всего та часть философии Гераклита, которая объясняет природу человека. Веря в существование Души, которую он представлял себе как одно из состояний огня (т.е энергии) - первоначала всего сущего, Гераклит придавал огромное значение разуму, считая его основным орудием познания мира. В способности разума к обобщению, синтезу, (от греч.-анализ частей и сведение в единый вывод) к сведению в одну мысль разнородных явлений мироздания и бытия, великий философ видел разницу между умными и глупыми людьми: умный стремится познать общее, глупый удовлетворяется деталями. Разумный открытые законы использует для процветания человечества, а неразумный, для войны. Всё мышление и творчество было пронизано верой в человеческий разум и уважение к нему, благоговением перед Логосом - словом, мудростью, высшим законом, упорядочивающим хаос мироздания, а также осознанием диалектики всего сущего, открытый бессмертным Эфесцем. Гераклит делил весь род людской на немногих знающих и многих "незнающих," на одиноких мудрецов, причастных к тайнам, и невежественную толпу, (то самое безграмотное большинство, которое сегодня, упав в пропасть, под чутким руководством масонских холуев, ещё и копает под собой, чтоб поглубже увязнуть) обеспокоенную главным образом материальной скверной и потребностями собственной плоти. Еврипиду посчастливилось быть в дружеских отношениях с другим философом, жившим в Афинах - Анаксагором. Он был из сотоятельной семьи, но когда стал наследником, он просто проигнорировал этот факт (он жил тогда в городе Клазомен в Малазии) и ушёл в Афины. Он был учёный философ, жил интересной и содержательной жизнью, посвятил её выполнению своей миссии учёного. Анаксогор свой странный поступок объяснял просто:- деньги могут уничтожить всё на своём пути, и Душу в первую очередь. Он учил своих учеников, что человек приходит в этот мир только для того, чтобы его постигать, оберегать, любить, прославлять делами своими. Анаксагор утверждал, что движущей силой во вселенной является Разум, существующий вне человека и пронизывающий собой всё сущее. Высший Разум и есть единственный Бог - Законы Вселенной. Анаксагор был в дружеских отношениях с Периклом, который был его учеником и последователем. Демократия Афин процветала и это не нравилось соседней Спарте. Эти два города были в оппозиции друг к другу. Спарта: спартанцы сохраняли устои первобытнообщинного строя, отличались от остальных греков даже внешним видом; носили простые одежды без каких-либо украшений; жили в домах, построенных только при помощи пилы и топора; пользовались железными деньгами и собирались на ведущиеся исстари совместные трапезы, основным блюдом которых была грубая похлёбка из чёрных бобов; они презирали любой труд, не занимаясь ни земледелием, ни ремёслами, а только военным делом, жестоко эксплуатируя крепостных илотов (покорённое спартанцами местное население). Чтобы предотвратить восстания, спартанцы периодически проводили так называемые криптии, ночью неожиданно нападали на дома и уничтожали наиболее сильных и умных илотов. Они называли это "священной" войной, словно воскрешая кровавые времена дорийского вторжения и гибели ахейских городов. На протяжении многих столетий в Спарте сохранялось одно и то же государственное устройство. В мирное время страной управляла коллегия эфоров из пяти человек, избиравшиеся на год, а во время войны власть осуществляли два царя-архагета из династий Эврипоптидов и Агнадов, почитавшиеся спартанцами. Спарта сознательно стояла в стороне от общего хода развития Греции, замкнувшись в своих старинных установлениях. В спарте воспитывали только воинов, поэтому детей с физическими недостатками сразу же после рождения сбрасывали в Апофеты - печально известную расщелину в горах Тайгета. Косные, невежественные и грубые. Из Спарты были изгнаны бесполезные и лишние ремёсла и роскошь, понемногу лишившаяся всего, что её поддерживало и питало, само собой увяла и исчезла; общественное неравенство, и так весьма незначительное, исчезло совсем. Чувство братсва сидящих за одной и той же простой трапезой и стоящих бок о бок в боевом строю, порождало у каждого из спартанцев глубокое чувство достоинства, не омрачаемое завистью, стяжательством и другими низкими страстями, ту непоколебимость духа, которой они превосходили всех остальных эллинов, в том числе и афинян. Оставайтесь бедными, - завещал им их вождь Ликург, - и пусть никто не тщится стать могущественнее другого."По всему этому устройство и образ жизни Спарты имели немало поклонников в Элладе. Вот такая демократия. Еврипид писал о Спарте:"О, еслибы не слава военной силы, Спарта, - в остальном подавно ты последняя на свете.

Демократия Афин: афиняне жили в своём подавляющем большинстве просто; просто без роскоши одевались, но одежда была и в мир, и в пир, и в добрые люди; жили в низких домах и дом был у каждого, каждому предоставлены все возможности для духовного развития личности, каждому была открыта дорога реализовать себя. Развивались ремёсла, наука, сельское хозяйство, иженерное и военное дело, искусство, музыка, театр, спорт, образование. Афинянам были присущи дерзость мысли и безоглядная смелость, с которой они пытались проникнуть в великие тайны вселенной. Из Афин этой эпохи вышло немало просвещённых людей, для которых осмысление мироздания и человеческого бытия казалось не менее, а может быть, даже более важным, чем их собственная жизнь с её каждодневными заботами и удовольствиями. Еврипид, следуя за своими учителями, ставил перед собой сложную задачу - соединить идеологию с поэзией, сделать театр ещё большей школой просвещения сограждан, приобщения их к тем вечным истинам, которые открывались ему самому на долгом пути познания Жизни. Афиняне всё своё свободное время посвящали самопознанию и самообразованию, так велика была у них тяга к просвещению. Однако большинсто старшего поколения не соглашалось с стремлением молодёжи уничтожать древнейшие обычаи, установленные предками, не всё новое разумно и хорошо, есть незыблемые нравственные установки, менять которые категорически нельзя, ибо нарушать Божьи законы смертельно опасно. Вот такая демократия! Конфликты между Афинами и Спартой случались на протяженнии всей истории. В шестом веке до н.э. под эгидой Спарты был создан Пелопонесский союз, объединивший южногреческие государства, который стал со временем оплотом всех консервативных олигархических сил Греции. Теперь же, с усилением морской и торговой мощи Афин, противоречия между ними и городами, входящими в Пелопонесский союз (и особенно Коринфом, который ещё Гомер называл "богатым" и который издавна соперничал с городом Паллады в торговле, ремёслах и искусствах), теперь эти противоречия обострились до предела, коринфяне не без оснований опасались, что Афины вытеснят их с выгодных рынков Италии и Сицилии, а также на севере, во Фракии и Македонии. Кроме того, богатая аристократия, стоявшая у власти в союзных со Спартой городах, испытывала враждебность и ненависть к набиравшей силу афинской демократии, и всё это не могло не привести рано или поздно к столкновению. (через столько веков это повторилось в 20 веке. Как ненавидела и боялась масонская плутократия, своя и иноземная расцвета демократии в СССР, процветания его народов!!!). Время было тревожное. В народном собрании появились сторонники олигархии, они требовали мира со Спартой, были против планов Перикла созвать общегречекий конгресс в Афинах. Этому воспротивилась Спарта, её поддержали союзники и конгресс не состоялся. В отсутствие Перикла (он возглавил военную экспедицию к восставшему острову Эвбея) произошёл олигархический переворот в Мегерах. Тяжёлым положением афинян воспользовалась Спарта. Перикл, обеспокоенный развитием событий, сумел убедить народное собрание прекратить военные действия. В 445 г. до н.э. был заключён договор о мире на 30 лет, договорились не вмешиваться в дела друг друга, но глубинные причины войны не были и не могли быть изжиты. Эллада распалась на два лагеря: олигархия (плутократия), и демократия (народ). Безграмотое большинство, не занимающее ничью позицию, как всегда - надежда и оплот плутократии. После заключения мира со Спартой позиции сторонников олигархического правления в Афинах сильно пошатнулись, но они продолжали предъявлять народному собранию свои компроматы на Перикла и собрание приняло решение изгнать из города Фукидида (организатора компании против Перикла.) Перикла же избрали главой государства. Утвердившись у власти, Перикл продолжил развитие демократии. К этому времени народ имел много образованных людей, способных занимать самые высокие должности. Это окончательно подорвало позиции аристократии, придав новую силу просвещённого народовластия. Богоизбранный народ становился действительным хозяином своей страны и своей судьбы. Теперь основная роль в полититической жизни принадлежала Совету пятисот, избиравшихся от народа и заседавшему открыто, так как афинский демос хотел знать не только окончательное решение, но и мнение каждого из выступавших в Совете. Совет пятисот ведал делами войны и мира, финансами, надзором за арсеналом, флотом и торговлей, осуществлял надзор за должностными лицами, образованием и т. д. Служение народу считалось в Афинах священной и почётной обязанностью, и должностные лица награждались лишь венками и в исключительных случаях упоминались в почётных декретах. И поэтому, когда Перикл внёс предложение платить членам Совета по одной драхме в день (средний прожиточный минимум афинского ремесленника), многим это показалось кощунственным. Члены Совета имели свои доходы работая, как все другие граждане, а на Совет собирались для решения государственных важных вопросов. Совет осудил предложение, утверждая, что это порочный проект, он может послужить к "нравственному развращению," так как должности, которые раньше были почётными, станут выгодными, и поэтому должностные лица будут угождать, обманывать, льстить народу, лишь бы не потерять своего места в Совете. (что мы сегодня и наблюдаем; всё повторяется). К этому времени в Афинах наблюдается перенаселение. Стремясь освободить город от ничего не делающей и, вследствие праздности, беспокойной толпы, и в то же время держать союзников под страхом и наблюдением, утвердившаяся у власти демократия, начала широкую организацию на территории союзников- клерухий - военно-земледельческих поселений, где афиняне получили земельные наделы.( К этой мере афиняне, так же как и жители других греческих полисов, прибегали и раньше, выводя избыточное население в колонии и разряжая тем самым социальную напряжённость в своих государствах.) Что же касается полноправных граждан, (тех, кто проживает в Афинах несколько поколений) оставшихся в Афинах, то им, кроме оплаты должностей, выдавались время от времени всякие вознаграждения, тем, у кого были небольшие зарплаты, выдавался теорикон - деньги на посещение театра, поскольку театральным представлениям придавалось особое значение в нравственном и гражданском воспитании народа. На решение задачи воспитания воспитателей выделялись деньги на развитие образования, культуры и спорта. Афинский демос, который правил теперь Афинами, был лишь небольшим, ревниво оберегающим свои привилегии, слоем. Ремесленники, производящие дорогие товары на вывоз, судовладельцы и трапедзиты, для которых после падения аристократии и подчинения союзников, открылись широкие возможности обогащения, начинали понемногу заправлять в экклесии и Совете, и демократия, которой так долго и упорно добивался афинский народ, становилась всё больше плутократией - властью богатых рабовладельцев. Афиняне же могли расчитывать только на свою зарплату от государства, поэтому, заседавшие в Совете всё больше не возражали против подачек (взяток) мамоны и голосовали за предложения рабовладельцев. Это порождало паразитическую психологию и презрение к труду на благо народа (это уже звучало как работа не на себя, а на чужого дядю. Этот вирус был чернью запущен в СССР в 60-е и отлично сработал). В период наибольшего расцвета демократии уже проростали ростки будущего упадка. Народ всё больше становился послушным орудием немногих - новой олигархии, рабовладельцев, дельцов и толстосумов, рост которой не могла сдержать политика Перикла, веру в мудрость и честность которого разделяли большинство народа. Многие честные люди с удивлением замечали, как вчерашние разумные люди, любящие труд, работающие на себя и на государство, поднявшись в Совет, мнят себя уже чуть не хуже повергнутой аристократии, полны наглой спеси. Перикл обнаруживал с горечью и недоумением, что с усилением власти этих новых хозяев Афин формируется какая-то новая мораль, узаконивающая то, что ещё вчера считалось попросту невозможным для порядочного человека. Человека в Афинах всё больше начинают ценить по деньгам, по количеству рабов, кораблей, предметов роскоши, серебрянных кубков на изобильном столе и т. д. Доброта, щедрость сердца, высокая духовность личности, честность, начинают понемногу восприниматься как слабость, или ещё того хуже, как глупость. И всё меньше становилось тех, кто был верен и понимал, что только демократия является образцовым государственным строем. В это время Еврепид пишет: "Не один здесь правит человек, свободен город от материальной скверны и вожделения плоти. "Народ у власти, выборных сменяет он каждый год; богаству преимуществ здесь не дают, права у бедных те же. Там, где народ у власти, выдвиженью он рад бывает новых сильных граждан, а самодержец в этом видит зло и наилучших, в ком приметил разум уничтожает трепеща за власть." (Еврепид) Противник всякого угнетения, ценя превыше всего свободу просвещённой и деятельной личности, Перикл стоял на том, что, "нет ничего для государства хуже единовластья." Перикл продолжал опираться на образованных и одарённых граждан, но и среди них всё больше и больше проявлялось равнодушие к демократии и усиливался интерес к новым афинянам (те самые во все века - из грязи в князи!) В это время Афины развернули огромное строительство. Цель-превратить Афины в один из лучших городов, где будет не только удобно жить, заниматься духовным просвещением, но и благородно отдыхать. Однако в 444-443 г. в Афинах появляется человек из фракийского города Абдеры. Это был софист Протагор (софист- слово греческое и означает - искуссник, лжемудрец, научающий жить свободным от нравственных законов во имя своё и где главное - свобода желаний - вобщем искуситель ). За большие деньги софисты учили хорошо и убедительно говорить, что было просто необходимо для каждого, кто стремился к общественной и государственной деятельности, хотел занять какую-то должность. Посредством различных риторических упражнений софисты учили, как победить противника в словесной битве в Народном собрании, Совете или суде, как добиться этого любыми способами, независимо от того, прав ты или не прав. Многих пожилых афинян, ещё не утративших уважения к себе, к добродетелям предков, и прежде всего к таким, как порядочность и честность в делах общественных и личных, коробила беспринципность софистов и тех, кто стремился уподобиться им; и действительно, сомнительное умение "делать неправое дело правым" было одним из наиболее характерных признаков кризиса полисного сознания. Они учили состоятельных (мамону) экономике, политике, риторике, логике, психологии - всему, что может пригодиться свободному от нравственных законов человеку в его личных делах и на общественном поприще. Учеников находилось немало: жизнь афинян менялась прямо на глазах. Софисты проповедовали бездуховность, проповедуя свободу слова, прав и желаний. Это самая настоящая философия преисподней. Человек свободен от моральных законов мироздания. Человек пришёл наслаждаться жизнью, а значит "настоящая свобода"-это свобода плоти, её пороков и страстей. Наиболее известными из софистов, кроме Протагора, были Гиппий из Элиды, Продик с острова Кеос и Георгий из сицилийских Леонтин, все они учили в Афинах в 40-30-е годы, пользуясь огромным успехом у состоятельной молодёжи. Протагор был известен тем, что учил своих последователей, сыновей зажиточных родителей, мечтающих о политической каръере, что "о всяком деле может быть высказано два совершенно противоположных мнения, что надо уметь "слабейший аргумент сделать сильнейшим" и что при желании можно доказать всё, что угодно. Об этом он писал в своих сочинениях "Ниспровергающие," "Противоречия," "Великое слово," от которых сохранились лишь фрагменты. Однако не это довольно циничное мастерство играть тезисами и антитезисами, приводящие к тому, что в конце своей речи великий софист утверждал порой прямо противоположное тому, что говорил вначале, было основой учения, а то, что именно свободу ощущений и эмоций, вожделения плоти, вседозволенность безнравственности софисты объявляли настоящей глубинной демократией (подумать только, две с лишним тысячи лет нет тел учителей преисподней, а они живы уже в воплощениях других, которых появилоь великое множество в нашей стране. Они сегодня составляют элиту преисподней России. Среди них есть совершенно уникальные персонажи, которые очень хорошо изучали софистов; есть даже один такой, про которого хочется сказать:"он верный ученик и последователь своих учителей. А может и сам Протогор вошёл в его плоть. Очень уж много совпадений). А Периклу всё тяжелее наблюдать, как соображения выгоды, откровенная тяга к сокровищам, не взирая на средства его приобретения, оттесняют на задний план исконные добродетели эллинов и делают просто смешными бескорыстие и справедливость. (Через столетия всё это повторится в СССР. ) "Ведь нет у смертных ничего на свете, что хуже денег. Города они крушат, из дома выгоняют граждан и учат благородные сердца бесстыдные поступки совершать." Так определил происходящее в Афинах Еврепид и эти слова совершенно точно определяют состояние сердец многих в сегодняшнем дне России, да и во всё мире.

Однако уже никакими силами было невозможно отменить или как-то изменить победное шествие плутократии. Выбор людьми был сделан. Обмен людей с Богом сводился до минимума - и только нород, в своём меньшинстве, оставался верным высоким духовным законам; он отошёл от общей суеты оскотинившегося безграмотного большинства и продолжил свой путь труда и благородства. Уже на троне восседали ростовщики, спекулянты и негодяи всех мастей и оттенков. Законы Высшего Разума были выброшены чернью за борт. Победу праздновала материальная скверна и вожделенная плоть (как похоже на наше сегодня). После перемирия со Спартой всё снова, казалось, вошло в свои берега: город процветал под эгидой Перикла. Еврипид пишет мало. Его терзают происходящие перемены в людях. Миром трагедий, таким сложным, противоречивым и в общем неуправляемым, движут не Бог и не судьба, а те непознаваемые тёмные силы, что таятся в человеке, перед которыми порой бессилен сам человек и которые губят его безжалостно и страшно. Человек становится палачом собстенной жизни и окружающего мира. Эта великая тайна манила поэта всю жизнь: почему время от времени в людях вдруг поднимаются, точно смерчи, демонические страсти, сея смерть и разрушения, проносятся и стихают, оставляя после себя обломки человеческих жизней и судеб? Он пытался найти разгадку трагического в самом человеческом сердце, (а где же ещё?-там всё и происходит) и это казалось соотечественникам Еврипида натяжкой и излишними умствованиями, им не нравилось узнавать себя в создаваемых поэтом образах. Но вопреки начинающемуся гниению, жизнь в демократическом государстве процветала и это благодаря самому народу и его вождю Периклу, а потому казалось, что так будет всегда. Перикл пользовался непререкаемым авторитетом у народа, убеждённого в его честности, бескорыстии и глубоком патриотизме. По свидельству античных историков, первый стратег никогда не заискивал перед собранием, не говорил ему в угоду и даже нередко с гневом возражал тому или иному оратору, твёрдо придерживаясь той политики в делах внутренних и внешних, которая представлялась ему наиболее правильной и целесообразной. Появляясь перед народом лишь по временам, он каждый раз вызывал невольное восхищение своим умным, красивым лицом, недоступным смеху, спокойной походкой, скромной одеждой и ровным голосом; в Народном собрании выступал не по всякому делу, проводя свои многие начинания через своих соратников. И как бы ни злословили все в Аттике, да и за её пределами, были согласны, что прозвище Олимпиец (данное Периклу, то ли за его успехи в государственных и военных делах, то ли за те бесподобные сооружения, которыми он украсил город) как нельзя более пристало всегда величавому и невозмутимому первому гражданину Афин. Он правил во имя народа, он был его слугой, но никогда не шёл у него на поводу, и жизнь его, как пишет Плутарх,"несмотря на его могущество, осталась чистой и незапятнанной." Перикл привлекал для участия в политической жизни государства рабочих самых различных профессий: каменотёсов, плотников, строителй, ремесленников и т. д. Государство заботилось об обездоленных: для сирот, калек и других нетрудоспособных, выделяли такую сумму, что эти люди могли достойно жить. За счёт казны молодёжь получала образование. Но в то же время всё больше появлялось скучающих людей, было много возможностей для праздного времяпровождения, а это способствовало постепенному развитию паразитической психологии у многих граждан, тяготению к праздности и роскоши. И если раньше богатый дом (всегда все знали, что это неправедным путём приобретается) и щёгольство в одежде считались признаком олигархических наклонностей, то теперь многие богатые люди не стесняясь, стремились превзойти друг друга в роскоши, вызывая зависть и тщетные попытки подражать у людей менее обеспеченных. Скромность образа жизни вызывали презрительное, насмешливое отношение, и такие непритязательные во всём умники не от мира сего, как философ Анаксагор или же трагический поэт Еврипид, казались попросту лишёнными нормального здравого смысла. В Афинах же происходят удивительные события. Софисты, ещё недавно обучавшие состоятельную публику за большие деньги наглости и безнравственности, теперь учат добродетели, но как и положено великим путанникам и лицемерам, филосоствуют непонятно и запутано, доказывая, что добро и зло равны, то есть проповедуют релятивизм - реакционное мировоззрение о праве быть аморальным. (И это наше сегодняшня - в начале 21 века). Идёт 432 год до н.э. В Спарте собираются послы от всех городов - членов Пелопонесского союза, чтобы договориться о дальнейших совместных действиях против Афин. Послы требуют добиться изгнанать из Аттики Алкмеонидов как проклятый род (это было направлено прежде всего против Перикла). Почти все государства Пелопоннеса изъявили готовность помочь Спарте деньгами и кораблями. Даже в городах-союзниках было немало людей, мечтавших об установлении олигархического правления и овобождения от гегемонии афинян (как похожи события тех древних времён на происходящие в 90-е годы 21 века В СССР. Всё те же персонажи и как похожи действия древней плутократии на действия плутократии сегодняшней. Вывод печальный: чёрный квадрат во все века в человеке не изменяется, но он все эти века ничего и не знает о нём). Весной 431 года спартанский царь Архидам приготовил войска к наступлению на Афины. Перикл приказал привести в боевую готовность флот, всем запереться в городе и приготовиться к длительной обороне. После нашествия спартанцев подошёл к концу и век просвещения и век демократии. Политические противники Перикла перешли в наступление, стремясь удалить из городов близких первому стратегу людей. Одним из первых был вынужден оставить Афины Дамон, соратник и государственный советник Перикла, обвинённый в стремлении к тирании. Затем настала очередь Анаксагора. Тем, кто теперь стоял у власти в Афинах, людям мало образованным, прагматичным, средоточием помыслов которых был главным образом чистоган, не было никакого дела до тонкостей мысли, духовного образования, поэтому в первую очередь разрушили высокодуховное образование Афин (через столько столетий в СССР это проделала наша чернь под руководством всевидящего ока). А после этого безпрепятственно взялись "строить" преисподнюю, торопясь всё вернуть в прежний "порядок."(как всё повторяется!) Изгоняются из Афин все поэты, скульпторы, учёные, философы. Времена менялись прямо на глазах, и сегодня уже вызывало высокомерное презрение, то, чем по достоинству гордились вчера, а именно- высокодуховная образованность, начитанность, приверженность к музам и просвещению. И невольно возникали сомнения: а может быть они и правы, те, кто считает ненужными излишние мудрствования, кто ставит вещи реальные, осязаемые, то, что можно измерить и взвесить, купить и продать, выше так называемых вечных ценностей, о которых в сущности никто на свете не может сказать совершенно точно, в чём же они состоят?.. И может быть, в жизни самое важное - уметь хорошо считать, взвешивать и вычислять, хитрить и прикидываться точно таким, каким надо в каждый данный момент; уметь приспосабливаться к бурной, неверной реке человеческой жизни и плыть в её мутном течении, не пытаясь ему воспротивиться, выйти на берег и посмотреть на все стороны, как оно и подобает разумному человеку - высшему творению природы?!..Так с великой горечью думал Еврепид. Нет. Он не мог отказаться от тех идеалов просвещённого и действительно равноправного общества, защитников которого становиось всё меньше и меньше в Афинах, и в нём (может быть, даже вопреки ему самому) с каждым днём и с каждым годом поднимался бессильный и тёмный гнев на сограждан, и если раньше он стремился поднять их до больших высот познания и добродетели, просветить и духовно облагородить, то теперь он был близок к тому, чтобы объявить им войну, непримиримую и беспощадную, войну тому, что тянет людей назад, мешает им стать тем, для чего, и только для этого одного, они созданы, - свободными разумом, подчинёнными Совести, щедрыми духом, справедливыми и сострадательными. Но как это бывает с великими гениальными людьми, чьё понимание мира и человека в нём во многом опережает своё время, с теми, кто меряет бытие в значительной мере абстрактными мерилами некой высшей нравственности и человечности и для кого неустроенность жизни людской заслоняет порой её вечный, непреходящий смысл и поступательное движение, так у Еврепида появлялось всё чаще тяжёлое чувство поражения (мы, советский богоизбранный народ, побеждённый чернью в конце 20 столетия, испытываем то же самое, а потому очень понимаем поэта.) И в укромных глубинах неспокойной, мятежной души Еврипида, вступившего к тому же в критическую для каждого смертного пору переоценки ценностей и крушения многих надежд и иллюзий, копились гнетущие сомнения, усталость и разочарование; разочарование не только в людях и в собственных силах, но - и это было самое страшное! - в самой жизни. Для чего жить?! - этот вопрос не давал покоя всё чаще и чаще Еврипиду, привыкшему жить большими задачами и целями. Жить ради денег, роскоши, славы, ради сладкого куска и приятного досуга?! Что же делать? - Бороться со всем, что тебе ненавистно, или уйти в себя и удалиться в прекрасный мир вечных истин и поэтических образов?! Или вообще уйти из этого мира раз уже не находишь в себе сил жить с людьми, внушающими тебе отвращение своей жестокой недальновидностью, граничащей с безумием, жадностью, мелочностью и невежественным презрением ко всему ценному и прекрасному?! Как жить, и жить миролюбиво, спокойно, понимающе -доброжелательно, среди тех, которые вышвырнули за ворота старца по имени Разум. И снова в 430 году о себе заявила Спарта. Она не может быть спокойна, пока живы Афины. И вторжение это было невероятно разрушительным для Афин. В городе собралось очень много людей. Началась эпидемия какой-то болезни, это была чума. Эта страшная беда послужила для государства началом дальнейшего попрания законов: грабили трупы и опустошали дома, совершались всякого рода преступления, ибо, как пишет об этом времени Фукидид, теперь людей нисколько ни удерживали ни страх перед богами, ни человеческие законы, так как они видели, что все гибнут одинаково, и потому считали безразличным, будут ли они чтить богов или не будут, с другой стороны, никто не надеялся дожить до той поры, когда понесёт чернь наказания за свои преступления. ... (Люди не ведали, что творили, потому что не понимали, не понимают и сегодня, что гибнет плоть, а остаётся энерго-информационное поле человека в ноосфере. Это поле будет работать вечно родником Жизни системы плюс, делая её сильнее или канализационной трубой в энерго-информационном поле людей, делая систему минус ещё более сильной) ... Гнев и отчаяние погибающих людей обратились против Перикла, хотя он сам только что схоронил сестру и её сыновей, его обвинили в том, что это он втянул государство в войну и вверг его тем самым в такие несчастья. А Спарта требовала полной капитуляции. Софокл хоть тоже дрогнул перед разыгравшейся катастрофой, но объяснял, что пока строил народ справедливое общество, сам Бог помогал в строительстве, но как только люди предали свой город, своё высокое назначение, забыли выполнять вечные законы, на которых, в чём он никогда не сомневался, должно зиждиться каждое человеческое общество - законов совести, честности и справедливости - тут и прекратился энерго-информационный обмен с Высшим Разумом. В тяготении к богатству, славе, роскоши, власти, в том, что первым в городе опять становился тот, кто ставит деньги выше чести и "не боится правосудья," Софокл видел одну из главных причин тяжелейшего положения, в котором оказались Афины. Да, чума ещё раз показала афинянам, и даже наиболее дерзновенным из них, как всё-таки слаб человек в своём самомнении, в стремлении переделывать окружающий мир согласно своим планам и замыслам, далеко не всегда разумным и праведным, и всемогущая сила Ананке (Необходимости возмездия-числа семь! апокалипсиса!), о которой они позабыли на время преуспеяния, снова явила им свой грозный лик. И для многих со всей своей остротой снова встал вечный вопрос: как надо жить - всемогущим хозяином мира, или же как судьба позволит, осознавая своё ничтожество, тщетность своих усилий перед непреложными законами мира и бытия, законами, которые, видимо, никогда до конца не постичь человеку?! Многие в эти тяжёлые годы в Афинах уже были готовы признать свой неведомо кем произнесённый приговор с Эдипом, отчаившимся разобраться в непостижимой загадке Жизни:"И пусть судьба идёт своим путём!" И даже трагический поэт Еврепид, всегда превыше всего ставивший Разум и дерзость познания, должен был признаться, хотя бы себе самому, что не всё в этом мире подвластно человеку, каким бы глубоким умом ни был он наделён, и не от него зависит в конечном итоге его благополучие и самая жизнь. В сущности, он не имел оснований роптать на судьбу: в эти страшные годы чума пощадила не только его, но и его сыновей; он не ослеп, не оглох, не истёк чёрной кровью, не утонул в водоёме, переполненном трупами, при нём остался его острый ум и неиссякаемая тяга к познанию и творчеству. Может быть, Бог, или судьба, или кто там ещё, неведомый и всемогущий, что правит миром пощадил его (так же, как Софокла, Сократа, Аристофана и даже заболевшего, но выздоровевшего Фукидида), приберёг их для тех важных дел, которых они ещё не совершили, но которые непременно должны были совершить, ибо для этого они и пришли в этот мир. Это всё было так, и всё равно Еврипид не чувствовал, да и не мог чувствовать себя довольным: ему всё больше казалось, что жизнь меняется в худшую сторону прямо на глазах, потому что его идеал - идеал равноправного и просвещённого общества, свободного от зла и насилия, оказался бесплодной абстракцией, не имеющей, видимо, места в жестокой и непонятной реальности жизни людской. Пользуясь недовольством обедневшего и усталого народа, перешли в наступление и противники Перикла в среде самой демократии, эта чернь выросла на несчастье народа из народа (те самые- из грязи и в князи; на планете нет людей отвратительнее этих. Они в наше время называются крутыми бизнесменами - по русски-дельцами; скоты высшей пробы, считающие себя цивлизованными - цивилизованное стадо скотов; за две с лишним тысячи лет они совершенно не изменились и устроили нам точное повторение в конце 20 века.) Среди афинской черни выделялся своей энергией, несомненным умом и беспощадной логикой Клеон. Он не отличался высокими моральными качествами и образованностью, был известен своим буйным нравом и равнодушием к общественному мнению (о нём говорили, что он не боится бесчестья и не боится прослыть подлецом), Клеон пользовался большой популярностью у афинского простонародья (безграмотного большинства), из-за своего умения громко и убедительно говорить, а главное - из-за щедро раздаваемых им обещаний будущих благ и успехов (у нас сегодня полно таких, а один, прям, ну копия; может воплощение Клеона?!). Как писал об этом демагоге Аристотель, "он более всех развратил народ своей горячностью," "первым стал кричать на трибуне, и ругаться перед народом, тогда как остальные говорили благопристойно (ох , до чего похож! Может точно он?!) По мнению великого философа, Клеон любил деньги больше, чем государство, хотя всеми мерами стремился убедить народ в своём бесконечном патриотизме и бескорыстном служении отечеству. (Да в нашем 21 веке таких персонажей полным-полно. Вся элита преисподней и прочая чернь!) Этот Клеон ещё в 431 году до н.э. начал нападать на Перикла, требуя более решительных мер по отношению к союзникам. Напрасно тот, выступая в народном собрании, упрекал сограждан в том, что за личными бедами они забывают порой о нуждах отечества. Это Перикл не понимал, что собрание "народное," давно стало собранием черни, а народ давно отовсюду изгнан. ... (как в КПСС, в Верховном Совете и других структурах народной власти СССР - отовсюду был изгнан народ, коммунисты - совесть и честь страны). .... В 430 году его не только не избрали стратегом, но даже обвинили в неправильном употреблении государственных средств и присудили к уплате большого штрафа. Год спустя, когда над Аттикой снова нависла угроза спартанского вторжения, Перикл всё же был назначен стратегом, но, постаревший, надломленный утратами, обиженный "народом" и , главное, начинающий осознавать, что демократия, во имя которой он отдал всю свою жизнь, начинает приобретать какие-то новые , непонятные и пугающие очертания и что на смену ему идут демагоги, подобные Клеону, он ничего уже не мог сделать для любимого народа. Он заболел и умер во время новой вспышки чумы в 429 году, и смерть его была лишь одной из многих потерь этого печального времени. Не было уже его сыновей, где-то в Лампсаке доживал одинокую старость учитель Анаксагор, опустел дом, где искрилась, играла когда то разумная мысль, и только в светлых и мудрых героях его друга Софокла навеки запечатлелись черты благороднейшего из вождей афинского демоса, да трагический поэт Еврипид почтил память Перикла полными искренней скорби строками:"Это горе неожиданно в город пришло, наше общее горе. Лейте слёзы потоками, плачьте навзрыд. Скорбь о муже великом пребудет в сердцах, поражённых утратой, сограждан." Со смертью Перикла, сочетавшего гениальность политика с необычной для государственного деятеля широтой взглядов, отношение ко всякого рода философствующим, сомневающимся в непреложности установлений Бога и проверенных временем традиций, стало откровенно нетерпимым. К власти пришли люди, которые живут и работают во имя материальной скверны и вожделения плоти, в достаточной мере невежественные и прогматичные. Дела Афинян к этому времени принимали всё более неблагоприятный оборот. Сторонники олигархического правления всё более успешно низвергали демократию. Народ, преданный демократии, (Богоизбранный) решительно сопротивлялся. В Народном собрании и в Совете столкновение мнений приняло особенно резкий характер. Был избран новый стратег - Пахет. Ему удалось арестовать мятежных аристократов в городе Митилены и прислать в Афины. В Народном суде развернулись ожесточённые дебаты о том, как поступить с восставшими. Клеон, как всегда, подавляющий всех громким голосом безапелляционной уверенностью и умением тонко играть на недостатках и слабостях сограждан, (поразительное качество плутократов всех времён и народов, этой "белой, пушистой всегда во всём "правой," наглой и лживой черни") возмущённых коварством аристократов, предложил обрушить на них такие кары, чтобы впредь одно только имя афинян внушало ужас. Побуждаемое всесильным демагогом, собрание приняло решение казнить всех мужчин, а женщин и детей обратить в рабство, и уже был отправлен гонец с приказом к Пахету, но прибыли послы из Митилен и молили о милосердии, обещая никогда не выступать против Афин. Сохранилось воспоминание об этом событии Фукидида (последовательный противник крайних мер, у которого в достаточной степени невежественный и хамовитый Клеон всегда вызывал глубокую неприязнь):" он просто обрушился на народное собрание с требованием не поддаваться милосердию." Народное собрание приняло решение казнить только аристократов. Просто повсеместно (в народном собрании, в Совете, в суде шла борьба за власть, сегодня - это борьба между партиями). Народ видел, что демократия уже побеждена. Везде стремление к наживе и власти, жестокость, бесчеловечность, пренебрежение незыбленными морально-этическими нормами, неуважение к разуму и добродетели всё больше укореняются среди значительной части сограждан. Всё происходящее усугубило отчуждение Богоизбранного народа и он пошёл обычным своим путём непричастности ко злу, происходящему повсеместно; народ выбор свой сделал - не нарушать законы мироздания; нет ничего общего у народа и плутократии. Народ, это люди раз и навсегда избравшие жизнь по законам: любить детей, отца и мать, отчизну, жить как положено законами Высшего Разума, потому что истинным содержанием человеческой жизни должны быть труд на свою семью и свой народ, добро, совесть, милосердие, исполнение закона взаимного должествования, взаимопомощь дорожащих друг другом людей, та самая праведность, о которой писал беотиец Гесиод, поэму которого ему приходилось заучивать в детстве:"Праведен будь! Под конец посрамит гордыню, непременно, Праведный. Поздно, уже пострадав, узнаёт это глупый!" Закон взаимного долженствования основа жизни народа. Демократию сменила плутократия: господство сильного над слабым, хозяина над рабом, уничтожены все добродетели, честь и благородство объявлены вне закона. Еврепид продолжает в своих трагедиях и поэмах отстаивать демократию, как наилучший способ устройства общества людей. Причину печального положения, в котором оказались Афины, он видел в том, что простые труженники,"которые одни спасают Землю," оттеснены от власти корыстолюбивыми лжецами и негодяями, которые раньше были ничем, а теперь народом их "ничтожный властвует язык." Еврипид именно в них, а не в богачах, праздных и бесполезных, и не в городской обнищавшей толпе, способной от зависти и темноты на любые политические авантюры, видел надежду на возрождение в людях разума....(информация из книги "Еврепид," Татьяны Гончаровой - Издательсто: Москва, "Молодая гвардия"-1986год). Очень даже рекомендую прочесть. В школе коммунизма и для самообразования - это наиважнейшая информация о демократии, которая уже была не однажды, да уничтожалась материальной скверной и вожделением плоти. Информация для воспитания в человеке Человека Разумного. Вы найдёте очень много подтверждений тому, что человек из века в век ничего не делает для того, чтобы понять, как просто устроен мир, как он хрупок и как мы безответственно с тупым упорством выбираем жизнь в преисподней (в аду!) Мы так и не научились слушать и слышать, смотреть и видеть. Так и не понимаем, что с земли уходят наши плоти, отслужившие свой срок, а мы навечно остаёмся в энерго-информационном поле людей, делая это поле ещё более тупым, злым и агрессивным, карму своих потомков больной или уходим в энергоинформационное поле мироздания, совершенствуясь там и возвращаясь в новую жизнь более высокодуховными.

ИИСУС ХРИСТОС.

Человеку дан разум, ум, мышление, речь и поэтому он обращал внимание на мир, задавал вопросы и пытался найти ответы. Не имея никаких знаний о Космосе, человек удивлялся и наблюдал, удивлялся и анализировал, набирался опыта и снова удивлялся, восхищался миром, в котором он жил и накапливал знания; мироздание открывало ему свои законы. Человек ещё больше удивлялся, что есть какая-то, или какие-то силы, которые этот мир создали и мир этот невероятно прекрасен и разумно устроен. Так родилась наука, так произошло осознание, что мир устроен и живёт по законам. Человек понимал, что мир этот надо беречь, надо общаться с теми силами, которые создали и подарили людям этот прекрасный дом (райский сад - имя которому-Земля). Накопленный опыт и знания родили в душе человека разумного веру в законы мироздания; так разумные люди открыли Бога (Высший Разум Мироздания). Когда появилось неравенство в человеческом обществе, появились и посредники между Небом и людьми, призванные властью держать людей в духовном повиновении. Так появились учреждения, в которых стали окармливать безграмотное большинство "духовной пищей" священники или жрецы, которые получили эти учреждения ( Храмы Бога) в собственность навсегда. Так родилось неправедное триединство: самодержавие - духовенство - безграмотное большинство, использующее Храмы Бога в своих целях. Успешно работает по сей день. И всё ничего бы, да люди открытия делали не только о небесах; они многое открывали в себе и уже понимали, что их плоть не согласуется с законами Бога (Высшего Разума). Человек понял двойственноть своей натуры. Человек понимал, что в нём живёт и Добро и Зло. Это и было моментом истины; человеку предстояло жить, постоянно выбирая между Добром и Злом. Очень точно определил беду, случившуюся с человечеством, Жан-Жак Руссо. В его работе "О причинах неравенства между людьми," читаем: "Человек родился свободным, и везде он в цепях." Золотой век весь в прошлом, в первобытном состоянии людей. Тогда, и только тогда они были вольными сынами вольной природы. Но золотому веку пришёл конец. "Первый, кто напал на мысль, огородив участок земли, сказать :"Это - моё!" - и найти людей, достаточно простодушных, (то самое безграмотное большинство, которое и сегодня легко и успешно оглупляется и оскотинивается), чтобы ему поверить, был настоящим основателем неправедного триединства. От скольких бы преступлений, войн и убийств, от скольких бедствий и ужасов избавил бы род человеческий тот, кто выдернул бы колья и засыпав межи, крикнул бы своим ближним:"Не слушайте этого обманщика! Вы погибли, если способны забыть, что плоды земные принадлежат всем, а земля никому!"....Но такого человека не нашлось. "Обманщик" взял верх. Он сооблазнил своих близких не только правом частной собственности, но и картиной мирной жизни под защитой правителей общества. И "все устремились навстречу цепям, надеясь упрочить свою "свободу," а на самом деле создав условия, при которых "глупец руководит мудрецом и горсть людей утопает в роскоши, тогда как голодная масса нуждается в самом необходимом." (В.В.Лункевич кн. "От Гераклита до Дарвина" стр.13) ...Тут-то всё и началось. Одни выбрали плоти своей служить и ей одной поклоняться, а другие выбрали Законы Неба и им одним подчиняться - народ; и остальное население - это безграмотное большинство, поверившее в бога, придуманного лжепророками. Родились на земле разные религии. Наша религия называлась языческой, наверное потому, что энерго-информационный обмен с Небом осуществлялся посредством разговора, (языка); обращались напрямую к Высшему Разуму всё дивно создавшем всем правящим мудро. Вот тут-то и появились лукавые посредники между Небом и людьми и очень быстро организовали "духовную" жизнь, созданием молельных мест, зданий (храмов для богов) и закипела работа: заработало неправедное триединство. Так и повелось: народ, избравший Бога, жил по высшим нравственным законам (Бога избравший народ), и никакой режим и никакая власть никакого режима, не могли заставить человека изменить себе и своему выбору. И всё больше и больше наглела чернь, захватывала власть и навязывала материальную скверну и вожделение плоти - дьяволу служить и одному ему поклоняться. Всё больше и больше жрецы покрывали религии туманами лукавства и лжи и уводили людей от Бога истинного, - Высшего Разума! Высшего Света! - и всё больше и больше стремились так "духовно" окармливать безграмотное большинство, чтоб оно ничего не знало, не понимало, и тогда им легко будет управлять. И вот в это время в мире появляется посланник Высшего Разума (Бога) - Иисус Христос. Место появления Его - Иудея. В то время Иудея, захваченная римлянами, находилась в составе Римской империи. Евреи, как покорённый народ, являлись почти рабами римлян - они платили завоевателям огромные налоги - деньгами и товарами, бесплатно работали на них и были вынуждены терпеть всевозможные издевательства. В завоёванной стране римляне вели себя как хозяева. В каждом населённом пункте стояли военные гарнизоны, которые содержались за счёт местных жителей. Вместе с военными в Иудею прибыли тысячи римских священников. В каждом городе первым делом строились римские храмы. Покорённые народы должны были постепенно принять религию победителей и забыть о своей вере. Римляне старались вводить свою религию ненасильственным путём, чтобы избежать излишних кровопролитий. Язычники должны были сами постепенно сменить свою веру, убедившись в превосходстве римского образа жизни. Поэтому римляне, завоевав очередную страну, тут же начинали её благоустраивать по своему образцу - строили римские храмы, колизеи, стадионы, бани, водопроводы, дороги, площади и т. д.(привлекали комфортом и удобствами, ну что-то похожее на современные западные "ценности," на евроремонтики, - вобщем прельщали ценностями материальными во имя вожделения плоти). Храмы являлись не только религиозными учреждениями - каждый храм на самом деле был серьёзной хозяйственной структурой. У храмов имелись свои собственные пастбища, пахотные земли, сады, домашние животные и бесплатная рабочая сила из числа местных жителей и захваченных в плен рабов. Армия и духовенство служили опорой власти римского императора на территории всей империи. В каждом еврейском городе был римский храм, у евреев же был только один храм в Иерусалиме. В 325 году , когда римскими жрецами переделывались Евангелия, из них было удалено упоминание о римских священниках. Судя по Евангелиям, в Иудее вообще не было римского духовенства, только иудейское. По некоторым легендам, Мария до своего замужества жила в храме. Естественно, всем сразу в голову приходит иудейский храм в Иерусалиме. То, что согласно иудейским законам женщина не может жить в храме (не то что жить, даже близко подойти к нему, не имеет права), как-то никого не смущает и это противоречие никак не объясняется. Жила в храме - и всё! На самом деле Мария жила возле римского храма в Назарете и бесплатно работала на римлян вплоть до своего замужества. Естественно, этот факт из жизни Марии из Евангелий был удалён начисто. Как и другие сироты, ( мать Анна умерла при родах Марии). Мария работала на храм: доила коз, ухаживала за животными. В 14 лет Марию выдали замуж за вдовца Иосифа. У неё родился сын, назвали его Иисус. Мы не будем отвлекаться на выдумки лукавых путанников по поводу рождения Иисуса от духа святого, ибо эта сказка создана для безграмотного большинства. У тётушки Марии Елизаветы рос сын Иоанн. О детстве Иисуса и Иоанна известно немного. У Иоана родители были в преклонном возрасте, когда он родился. В восемь лет он остался сиротой. Как сирота он был определён в иудейский монастырь неподалёку от своего родного города. Это для Иоана обернулось суровым испытанием. Законы в монастыре были жестокими, жизнь невероятно тяжела. Своим детским умом он понимал, что тут что-то не так, так не должно быть на самом деле. Он пришёл к мысли, что монахи в Бога не верят! Они прикрываются именем выдуманного бога, чтобы обманывать других людей, заставляют их работать, собирают пожертвования на свою безбедную жизнь и изображают перед всеми окружающими благочестивость и веру. Иоанн совсем другими глазами стал смотреть на окружающий мир, который оказался насквозь фальшивым и лживым. Мария иногда навещала Иоанна в монастыре. В детстве она жила в доме его родителей, и поэтому Иоанн был для неё родным человеком, и она беспокоилась и заботилась о нём как могла. Иоанн отвечал ей любовью. Когда Иисус подрос Мария брала его с собой на работу в монастырь. Именно в монастыре произошла встреча двух великих людей. Иоанну было в то время 9 лет, а Иисусу-3 года. Иисус и Иоанн стали друг для друга самыми близкими людьми на всю оставшуюся жизнь. Мальчики встречались не так часто, но эти редкие встречи общения друг с другом давали им больше, чем общение с другими людьми всю жизнь. Иисус видел как тяжело живётся Иоанну в монастыре. Рассказы Иоанна потрясали своей суровой правдой. Обоих терзали одни и те же мысли: почему в мире так много жестокости и насилия? И что надо сделать, чтобы люди стали добрее и жалостливее друг к другу? Несмотря на разницу в возрасте, они на многие вещи смотрели одинаково. Общаясь друг с другом, делились мыслями и находили много общего в своих взглядах на жизнь. Иоанн, как более старший, поучал Иисуса, давал ему советы, рассказывал многое из того, о чём узнавал от пленного гала, с которым дружил: как устроен мир, как живут люди в других странах, какие там обычаи и порядки... Когда Иисус стал постарше, он уже самостоятельно навещал Иоанна в монастыре. Иногда Иисус общался с монахами. Они его внимательно выслушивали, так как в рассуждениях гостя многое для них было ново и интересно. Но воспитанным в религиозном тумане монахам казалось, что Иисус говорит ересь. Иисус любил уединение, много размышлял над увиденным и услышанным. Родители удивлялись и гордились Иисусом, который был намного старше своих сверстников и по уму и по рассуждениям. Иисус с родителями был в путешествии по Египту. В одном египетском городе они попали на диковинное, не виданное раньше зрелище: бои гладиаторов с дикими животными - львами и тиграми, которые проходили на арене местного колизея. В деревянном амфитеатре на первых рядах сидели рабы и слуги, а знать располагалась на верхних ярусах. Арена с дикими животными была огорожена слабеньким деревянным забором, и в любой момент какой-нибудь зверь мог броситься на публику, поэтому сидевшие в первых рядах служили как бы живым щитом между хищниками и знатью. Иисусу не понравилось это жестокое зрелище. ...(Сегодня преисподняя вся пропитана нечистым духом римской преисподней: бокс, борьба без правил, игры с использованием быков, корррида и т.д. - интересно наблюдать за публикой, кажется в эти минуты, что никогда, никогда старец по имени Разум не посетит сознание этого духовно безграмотного большинства.).... Дом Иосифа находился на краю города, и иногда у них останавливались путники и проходящие караванщики. Иисус всегда радовался гостям. Он любил слушать рассказы о путешествиях, которые рассказывали друг другу путники. Они рассказывали о неведомых странах, о приключениях в пути, об опасностях, которые подстерегали их в дальней дороге. Иисус мечтал скорее стать взрослым, чтоб увидеть другие страны и посмотреть как там живут люди. В свободное время Иисус любил забираться на гору Фавор, расположенную недалеко от Назарета. И мог сидеть там часами под раскидистым деревом и смотреть на открывающуюся перед ним панораму. Любил созерцать, размышлять, открывать для себя новые знания о мире, в котором живут люди. Каждый человек может уединяться в такие места и слушать, задавать вопросы и прислушиваться к внутреннему голосу в себе и тоже получить просветление и ответы на свои вопросы, очистится от многих бесов (негативных и злых мыслей, избавить своё сердце от искушений - так и происходит энерго-информационный обмен с Богом). Иисус всегда занимался своим духовным развитием. Учась в школе, Иисус позволял себе не соглашаться с учителями и высказывал свой взгляд на мир. Однажды мальчика выпороли розгами (это было обычным делом везде) и сказали отцу, чтобы тот больше не приводил сына в школу, так как его сын - безбожник и произносит крамольные речи, которые другим детям лучше не слышать. Иисус был шокирован - его наказали только за то, что он высказал свои знания о мире. Учителя, просвещённые люди, которые должны нести свет знаний детям, говорить правду о жизни людей, оказались в действительности ограниченными жестокими мракобесами, не желающими слышать правду даже о самых очевидных вещах. Детей на самом деле не учили, в них вбивали палками только строго определённые знания, дети должны знать только то, что положено. Кем положено не обсуждается до сих пор. Церковь и сегодня гордится тем, что она ортодоксальная (неизменяемая с древних времён) и говорит на незнакомом для безграмотного большинства языке. Тяга к знаниям у Иисуса была огромна. Всю свою жизнь он жадно изучал мир людей. Много путешествовал и везде учился всему, чему только можно, выслушивал внимательно все точки зрения, даже если они противоречили его убеждениям. Иисус был убеждён, что только знания помогут человеку разобраться в его собственной жизни, только просвещённый человек способен прожить достойную жизнь и достигнуть просветления. Иисус был очень просвещённым человеком, знавшим восемь языков. Родной язык Его - арамейский. Знал второй еврейский язык - иврит, латынь, греческий, тибетский, китайский. Основные знания по физике, математике, астрологии Иисус получил в тибетских монастырях. Ещё будучи ребёнком Иисус познакомился и на всю жизнь подружился с 22-летним Иосифом Аримофейским, несмотря на то, что он был старше Иисуса. Тот, как только в первый раз услышал Иисуса, понял с какой незаурядной личностью свела его судьба (все незаурядные люди, несущие духовные знания и есть посланники Высшего Разума.) В речах 12-летнего мальчика он почувствовал доброту, величественность и уверенность в своей правоте. Его слова были исполнены недетской мудрости и знания жизни. Все зачарованно смотрели на ребёнка и не смели что-либо ему возразить. Они стали крепкими друзьями на всю жизнь. Став взрослым, Иисус часто приходил к Иосифу в гости. Приезжая в Иерусалим, он всегда останавливался у него, они вели долгие всенощные беседы о жизни. Иосиф был человеком немногословным, но мудрым, он хорошо понимал, что происходит с Иисусом, что его мучает, над чем он бьётся. Оба видели, что окружающий мир несовершенен, что существующая религия не даёт ответов на вопросы. Что люди, несмотря на строгие предписания священников, по-прежнему находятся во власти пороков и сооблазнов, и сами священники не подают примера другим. Иисус чувствовал в Иосифе родственную душу. Он только ему одному рассказывал о накопившемся в сердце. Иисус, Иоан и Иосиф были единомышленниками, они хотели изменить этот мир, сломать неправильный порядок мира и построить новый, в котором люди сами будут строить своё счастье и ответственно его беречь. Они мечтали о правильном новом мировом порядке, когда главным будет знак Бога - движение и покой и закон взаимного должествования. Человек будет жить по Уставу, по законам общения людей друг с другом и окружающим миром. Иисус уже знал, что его миссия состоит в том, чтобы такой Устав создать, а потому, Божьим промыслом, он знал как эту миссию выполнить, какие знания о людях он должен собрать, и какие именно Божьи законы он должен оставить людям в Уставе (Новом Завете). Он также понимал, что чернь никогда не позволит быть такому Уставу, что она никогда не позволит открыть безграмотному большинству глаза на свою жизнь, на неправедное триединство, на мировой порядок, противоречащий Законам Мироздания (Богу) и Его, конечно, убьют. Но почему в этом уверен Иисус? Потому что Он понимает - Устав общения людей друг с другом и окружающим миром не приемлет неправедное триединство. Вот ещё одна информация для размышления:"Учение Христоса несёт в себе коммунистический дух (тот самый Святой Дух, который несёт в себе праведное триединство) и именно он должен стать сущностью нарождающегося христианства, суть которого - коммунистическая этика поведения людей. Странная вещь! Именно школа либеральной теологии, выставляет самые скептические решения почти всех вопросов, связанных с религиями. Сенсационная (т.е. основанная на чудесах, якобы постоянно совершаемых Христосом, - тех времён Копперфильд) апологетика христианства пришла к тому, что признала выгодным создать пустоту на месте исторических обстоятельств происхождения христианства. (Теология - от греч.- тео-бог; логос - учение - систематезированное изложение вероучения, обосновывающее его необходимость для человека. ...Апологетика от греч. апологетикус - предвзятая защита, восхваление чего-либо, вместо объективного суждения; раздел богословия, в котором сформированы основные религиозные положения). ... Чудеса, мессианские пророчества, служившие некогда основанием христианской апологии, стали для неё препятствием, их пытаются устранить. Иисус никогда не приписывал себе чудес; он не воображал себя Мессией; он и не помышлял об апокалипсических изречениях по поводу конца мира, которые ему приписываются. Роль Иисуса умаляется до такой стапени, что становится довольно затруднительным даже определить, что Он собой представлял. При такой гипотезе осуждение Его на смерть имеет за собой не более разумных оснований, чем рок, сделавший Его главой мессианского, апокалипсического движения. Разве Иисус был распят за свои нравственные поучения? За Нагорную проповедь? Конечно, нет. Эти истины уже издавна были известны людям и пропведовались в синагогах. Никогда никого не убивали за их повторение. Если Иисус был предан казни, то, очевидно, Он говорил ещё что-нибудь сверх этого." А говорил Иисус о власти неправедного триединства: самодержавие - духовенство - безграмотное большинство, и об этом весь Новый Завет. Христос дал людям Устав общения людей друг с другом и окружающим миром. Он открыл людям законы Высшего Разума (Бога) - десять из которых обязательны для исполнения людьми. Нарушение этих главных законов смертельно опасно, ведёт людей к деградации и разрушению мира (мы сегодня живём в подлое и гнусное время, которое заканчивает эту самую деградацию). Всё Его учение о том, что не должны князья и вельможи и прочие паразиты, жить за счёт труда других. А кто хочет быть бОльшим, должен быть слугой народа, а кто хочет быть первым, должен быть рабом народа. (Ев. от Матфея гл.20 25-28). Христос говорил, что люди должны жить по законам Бога, а не по своему беззаконию. И должна быть материальная скверна и вожделенная плоть побеждена навсегда; плоть должна занять отведённое Творцом место - быть домом для Души. Люди должны жить по законам Высшего Разума и так будет. (Ев. от Матфея гл.5 17-18). Не могла преисподняя ничего поделать с посланником Бога. Читайте Новый Завет и вы услышите гневный голос правды в адрес неправедного триединства. Христос называл преисподнюю :"Род лукавый и прелюбодейный"(глл.16-4), "Род неверный и развращённый,"(гл.17-17) Порождения ехиднины! Как вы можете говорить доброе, будучи злы.(гл. 12-34). И многое другое нелицеприятное для персонажей неправедного триединства. Читайте внимательно Новый Завет, очищая его от тумана и вы услышите Христоса. Вы поймёте, что можно убить пророка, но нельзя убить информацию, переданную Высшим Разумом людям. Устав общения людей друг с другом и окружающим миром стал Уставом коммунистических партий мира. Идеологию праведного триединства выбрал раз и навседа народ и лучшая его часть - коммунисты. Чернь преисподней возненавидела пророка и растерзала Его, а учение упаковала в такие туманы, что и до сих пор успешно держат в них безграмотное большинство. Неправедное триединство во все века признаёт только своё право жить по формуле:"я хочу"! Вся вселенная живёт по законам Высшего Разума и только чернь человеческая знать этого не желает. К чему это приводит сегодня видно невооружённым глазом, только чернь как глухарь на току - ничего не видит, ничего не слышит. ....Иисус собирает вокруг себя учеников, своих единомышленников и соратников. Первый коммунист на Земле, первый партийный (партия - от лат. партис - группа лиц соединённых общим мировоззрением и общей целью) организатор первой коммунистической партии. Коммунист - от лат.- коммунис - общий. Такого слова , конечно, не знал Христос, оно пришло много позже. Но это всё равно. Христос, посланец Бога, пришёл сказать людям именно о том, что они должны быть общиной и жить по Уставу общения людей друг с другом и окружающим миром, что только этот Устав поведёт людей по узкому пути к жизни и радости, и это социализм-коммунизм. Миссия Христоса: послужить людям, раскрыть перед ними знания о Высшем Разуме (истинном Боге), а не омывать своей кровью людские грехи. Теперь Он уверен, что выполнит свою миссию во что бы то ни стало. Он знает, что погибнет, ибо понимает, что никогда человеческая чернь не позволит допустить правду об истинном Боге в сознание безграмотного большинства. Иисус понимает, что Ему нужны преданные ученики. Будет спешить Иисус передать им Устав общения людей друг с другом и окружающим миром (Новый Завет). В учениках будет жить Его слово, через них учение уйдёт к людям и ничего не сможет с этим поделать чернь. Лжепророки неправедного триединства займутся созданием туманов вокруг Устава Христоса и преуспеют в создании религиозных мифов, чтобы держать безграмотное большинство в повиновении. Эти религиозные мифы и сегодня прекрасно служат преисподней. Иисус был в Египте ещё раз. Эта страна всё время манила его к себе. Воспоминания детства не забывались. Он прожил там пять лет, выучил язык, познакомился с религиозными верованиями, обошёл всю страну, посетил знаменитые пирамиды и древние храмы. Иисус сильно изменился. В его словах сквозило недовольство существующими порядками и они имели одни и те же общие черты. Он резко критиковал власть священников, религиозные обряды. Иисус возмужал, окреп в своих помыслах, был уверен в себе и хорошо понимал, что надо делать и как надо жить. В это время вернулся из долгого путешествия Иоанн. После долгой разлуки встретились Иисус, Иоанн и Иосиф. Иоанн был в Индии, Тибете и Китае. Слушая рассказы Иоанна об Индии Иисус загорелся желанием отправиться туда. Дом родителей Иоанна был взят монастырём. Иоанн решил дом вернуть, но для этого надо было жениться. Иоанн ещё хотел стать проповедником и учителем. Ему тем более надо было жениться, потому что никто бы не стал слушать речи холостяка. В то время и слова такого не было. Да и у других народов слово "холостяк" было позором. Построить дом, вырастить сына (продолжателя рода) было главным в жизни каждого мужчины. Невозможно было, чтоб мужчина не создал семью, не вырастил детей. Женился и Иисус. Его избранницей стала Мария Магдалина. Мария Магдалина в Евангелиях упоминается неоднократно. Она сопровождает Иисуса в некоторых его поездках, часто находится рядом, после смерти Иисуса первая приходит на его могилу, то есть ведёт себя как очень близкий человек, как жена. Почему же в Библии нет чёткого и внятного указания на то, что Мария Магдалина - жена Иисуса. Это один из ходов лукавых и я не хочу ваше время занимать на выяснение, как лукавые проделывали свои трюки и чего ради - всё это давно понятно разумным людям. Иисус направился в путешествие по Персии и Индии. Он хотел накопить как можно больше знаний об Индии. Иисус присматривался к новым людям, слушал споры, но не вмешивался в них, изучал традиции, анализировал, делал выводы. Он пытался понять, каким должен быть Устав, отражающий законы мироздания, давно открытые людям, но упрятанные в лукавые туманы религий лукавыми путанниками, - непонятны и недоступны людям. Обычай индийцев делать человеческие жертвоприношения просто шокировали Иисуса. О чудовищных жертвоприношениях, которые чернь творила в Мексике, о немыслимой жестокости человеческих жертв, информация дошла до наших дней; до чего могут дойти лжепророки, только потому, что их окружает безграмотное большинство, с которым можно делать, что захочешь! Но более всего Иисуса поразила кастовость индийского общества. Все индийцы согласно своему Священному писанию делились на четыре касты: брахманы - священники, жрецы, учителя, наставники; кшатрии - воины, правители, знать; вашньи - земледельцы, скотоводы, торговцы; шудры - слуги. Представители каждой касты жили по своим строгим законам (выдуманными религиозными деятелями - духовенством). Представители высших каст считали людей из низших каст нечистыми. (До какого скотства могут опустить человека гордыня, тщеславие, амбиции, сребролюбие, чревоугодие, жажда власти правителей - над себе подобными!!!) К примеру, брахман считал еду осквернённой, если на неё просто посмотрел шудр. Людям из разных каст нельзя было пользоваться общей посудой и тем более едой, нельзя было заключать межкастовые браки, нельзя было перейти из одной касты в другую. Верующие индийцы постоянно следили за тем, как бы не осквернить себя общением с человеком из другой касты. Это всё напоминало Иисусу иудейское учение о ритуальной чистоте. Те же бессмысленные ограничения, запреты, деление людей на чистых и нечистых, унижения и оскорбления. Только евреи считали нечистыми людей другой веры и национальности (вот где начало сионизма и расизма, что одно и то же), а индийцы боялись осквернится общением с людьми своей нации и религии (отлично работало духовенство, утверждая пресловутый мировой порядок: - самодержавие - духовенство - безграмотное большинство = неправедное триединство). Иисус, переполненный Богом, пребывал в постоянном потрясении от узнаваемого. Удивлялся, неужели люди не понимают, что у них один дом - планета Земля, что все люди отличаются только языками, культурами, национальностями и тем создают прекрасный и разнообразный мир, который должен жить в гармонии с мирозданием. Так всё создано прекрасно Богом на планете. Разве люди ослепли и не видят многообразия мира, которое его окружает, что именно разнообразие животного, растительного, и многих других миров, делает нашу планету разнообразной и прекрасной?! Он к этому времени изучил язык пали и смог читать священные тексты индийцев "Веды" на их родном языке. Иисус был поражён тем, что тексты каждым человеком воспринимались по разному, каждый видел мир таким, каким он хотел его видеть. Жрецы искажают смысл священных "Вед" и трактуют их по-своему, в зависимости от своих целей. А чтобы не было разногласий и сомнений, представители низших каст не имели права читать "Веды." Земледельцы и скотоводы должны были слушать Священное писание индийцев только по праздникам, а слуги не имели права даже смотреть на эти книги. Иисус же говорил людям, что каждый человек имел право учиться и никто не имеет права ограничивать тягу людей к познанию Божьего мира. О, как это напоминало Иисусу сцену из детства, когда иудейский учитель бил его палкой по голове лишь за то, что он говорил отличное от всех. Иисус говорил, что Бог один у всех народов - это Его законы, по которым живёт всё мироздание. У индусов своих богов насчитывалось несколько сотен. Религиозные правила были столь запутаны и непонятны, что в них разбирались только жрецы (ещё бы им не разбираться, сами придумывали; за хорошее окормление властью, что ж не постараться?!). У всех религий во все времена священники стараются как можно сильнее усложнить любой религиозный ритуал, создать как можно больше трудностей для изучения веры. Чем меньше разбирается безграмотное большинство в религии, тем оно покорнее и зависимее от священников. Если священник брался разъяснить какую-нибудь простую вещь, то он своими разъяснениями специально запутывал всё до крайности. Во все времена у всех священников была только одна задача - убедить всех людей в том, что религия - вещь настолько сложная, что без помощи священников разобраться в ней ни в коем случае нельзя. "Нельзя поклоняться идолам из камня, из металла или дерева, - учил Иисус. "Бог-это не истукан, нельзя создать Его облик на Земле. Нельзя делать жертвоприношения этим идолам - нельзя губить живое существо и думать, что этим умилостивишь Бога (нарушенный закон). Законы мироздания, и духовные в том числе, нельзя ублажать жертвами, по этим законам надо жить. Тем более нельзя приносить в жертву людей, это против закона Божьего. Бог сказал через пророков: - люби Бога (то есть законы Высшего Разума) больше жизни своей, больше детей своих, не убий, не укради, не обмани, не прелюбодействуй, не завидуй, почитай отца и мать, храни и возделывай рай - нашу Землю, учись, ибо знания были, есть и будут самым главным богатством в мире, люби ближнего своего - это закон взаимного долженствования и ещё многие другие законы. Смертельно опасно нарушать законы Бога. Речи Иисуса вызывали живой отклик у представителей низших каст, высшие же касты (чернь) проявили сильное негодование. Священники стали требовать от Иисуса, чтобы тот прекратил выступать перед шудрами (перед безграмотным большинством). ( И сегодня церковь, называет себя ортодоксальной, очень гордится этим, исповедует все догмы, все туманы, придуманные римскими священниками, использует старославянский язык, незнакомый безграмотному большинству, и потому успешно пасёт стадо овец в угоду властям и во имя своё. Великие путанники Рима в 325 году создали лукавую религию, замешанную на иудаизме, ничего общего с именем Христоса не имеющую, и успешно применяемую по сей день. В чём лукавство?! Говорят о Святой Троице, строят Богослужения в триединстве: Бог - Сын - Св. Дух, а живут в триединстве: самодержавие - духовенство - безграмотное большинство. Верные Иисусу люди сообщили, что возмущённые жрецы хотят убить его. И тогда Иисус под покровом ночи покинул негостеприимный край и ушёл на юг Индии. Иисус старался жить со всеми в мире и согласии. Общаясь с людьми Иисус понял, что нельзя людей осуждать за то, что у них нет знаний, а значит и понимания многого в жизни. Этим и пользуются власти и духовенство, обслуживающее власть. Дружил с местными мудрецами, которые многому его научили - лечить людей, медитировать. Своим обаянием он смог завоевать любовь многих людей. Иисус ушёл к кришнаитам и вёл среди них свои беседы. И везде наделённые разумом люди встречали его с восторгом, потому что он просто и понятно объяснял устройство мира и как люди должны жить в этом мире. Местные же священники встречали его враждебно и хотели его убить. Но всегда кто-нибудь предупреждал его об опасности. Вот как пролегал путь Иисуса по Индии. Из района Ахмадабада он спустился южнее до реки Нарманда и по берегу этой реки двинулся на восток. Затем поднялся на север вдоль берега реки Чамбала и достиг города Агра. Далее он спустился по реке Джампа к древнему городу Бенаресу, потом пересёк реку Ганг и приблизился к Гималаям. У подножия Гималайскиих гор находился город, в котором родился Будда - Капилависту. Иисус с поклонением и почтением относился к Будде и всей душой воспринял его учение. Жизнь Будды была своего рода подвигом, он нёс людям много добра, справедливости и правды. Буддизм - самая миролюбивая и божественная религия на Земле. Учение Будды отличалось высокой нравственностью, и выступало против традиционного индийского брахманизма. Будда отвергал авторитет "Вед" брахманского жречества, отрицал обряды жертвоприношений богам природы. Человек, исповедующий буддизм, должен приобрести внутреннюю свободу сам - с помощью правильного образа мыслей и духовной дисциплины. Главным в учении Будды является отношение человека к своей плоти, которая должна быть здоровым домом для Души и не более того. К сожалению, индийцы не восприняли учение своего великого соотечественника и отвергли буддизм. В наше время буддизм является основной религией многих стран, соседних с родиной Будды, но только не самой Индии. Похожая ситуация произошла и с христианством. Учение Иисуса было принято многими народами, но его соотечественники, евреи, остались к нему равнодушны. "Нет пророка в своём отечестве и в своём дому" - говорил Христос. Однако великие путанники Рима невероятно успешно упаковали в туманы христианство и использовали еог в своих нечистых прмыслах. И это успешно процветает и сегодня. Всё построили на иудоизме, на Ветхом Завете. А христианство- это Учение Христоса, Устав общения людей друг с другом и окружающим миром - Новый завет, (в СССР - Моральный кодекс строителя социализма-коммунизма. Мы советские люди жили по Уставу и нам это очень нравилось). И всё! И точка! А Ветхий Завет здесь не при чём. Это совсем другая история и довольно тёмная). Из Индии Иисус отправился в столицу Тибета, город Лхаса. Там изучал тибетскую медицину, свойства ядов, занимался траволечением и многое другое. После Тибета Иисус посетил восточный Китай и вернулся обратно в Индию, прошёл по восточному побережью Индии вдоль Бенгальского залива от реки Ганг до реки Кришна. Вблизи города Хайдерабада Иисус встретил будущего апостола Фому. Фома, увлечённый проповедями Иисуса, стал его учеником и последователем. Вдвоём они пересекли Индию с востока на запад и прибыли в город Бомбей. Отсюда они направились в Иудею. Вернувшись домой после долгой разлуки встретились Иоанн и Иисус. Они оба сильно изменились - теперь это были не восторженные юноши с дерзкими планами, а умудрённые, много повидавшие, много пережившие, мужи. Время учёбы и познания закончилось, теперь наступило время решительных действий. Их миссия - объяснять, что для всех людей есть один Бог - это Высший Разум - Законы мироздания и они обязательны для всех. Только живя по этим законам можно вернуть утерянный рай - мир , в котором не будет войн и рабства, все люди будут говорить на одном языке - языке Устава, в котором будут записаны основные духовные законы общения людей друг с другом и окружающим миром. Основные законы Устава: "Будь рабом законов Высшего Разума (Устава )," "Знай меру!" "Не убий!" - "Не воруй!" - "Не обманывай!" - "Не завидуй!" - "Не прелюбодействуй!" - "Почитай родителей!" - "Много работай на благо людей и мало, но благородно отдыхай!" - "Бог (Высший Разум Вселенной) един для всех и нет других богов!" - "Не создавай себе кумира!" - "Не живи в суете своей!"- (духовные законы, собранные Христосом в единое учение, легли в основу Устава всех коммунистических партий мира, стали идеологией белого квадрата - системы плюс - системы развития потенциала человечества и должны стать основой воспитания воспитателей в школах коммунизма и при самообразовании. А когда безграмотное большинство станет Бога избравшим народом и, значит, народом Богоизбранным, то и вернёт социализм - коммунизм, который станет достоянием всего человечества. Потому и символ в СССР был дан Богом: Земля в венке из колосьев, связанных лентой любви и единения народов под символами свободного труда рабочих и крестьян - серп и молот, и пятиконечной звездой - число пять - число гармонии мира и творчества человека). Как же это всё ненавидит преисподняя! Когда-то вера у всех людей была одна: люди жили по законам, которые в них изначально заложены Богом, как и в животных, и в растениях и во всём мироздании. Так было, пока не появились те, которые сказали:" это моё," богом стал золотой телец и было создано духовенство повсеместно, во всех странах, чтоб пасти безграмотное большинство и держать его в рамках законов, написанных правителями. Так появились пастыри и овцы. Потом жрецы и священники стали придумывать правила и запреты. У каждого народа были свои жрецы, поэтому у каждого народа появилась своя, отличная от других, религия. Так начало свой путь неправедное триединство: самодержавие (не важно под какой маской) - духовенство - безграмотное большинство. Во всех странах священники действовали по единому сценарию - первым делом они запугивали людей (овец) с помощью легенд об ужасном и беспощадном Боге, который жестоко карает всех, кто поступает против его воли. (Воля самодержавия и духовенства всегда совпадала с волей бога). Заслужить милость бога можно только одним путём - принести ему богатые жертвоприношения. Как правильно это сделать, знали лишь посвящённые люди - жрецы, которые выступали посредниками между миром людей и богов. Простые люди могли обратиться с просьбой к богу только через священников, в чьи руки попадали все приношения, предназначенные для него. (Мы, избравшие жизнь по Уставу, просты душой и сердцем своим. Чернь, конечно, живёт сложной жизнью, построенной на вранье, лицемерии, ловкачестве, мошенничестве, воровстве, хапанье всего, что плохо лежит и объявлять:"Это моё и это моё же! Частная собственность свята!" А потом мы их видим в церкви "верующих и молящихся;" как трогательно! Мы сегодня, благодаря техники, видим их, знаем в лицо всех лицемеров и фарисеев своих и иноземных, которых так ненавидел Христос. Мы видим, как сегодня слиты воедино власть и церковь. Это видно и не вооружённым глазом с плохим зрением). Жрецы сами придумывали все религиозные обряды, стараясь специально сделать их как можно более сложными и непонятными, чтобы убедить безграмотное большинство в своей значимости и незаменимости. Чтобы укрепить свою власть, жрецы сочинили так называемые Священные писания, полученные якобы от самого бога. Смысл всех этих писаний у самых разных народов сводился к одному - надо слушаться священников, только они могут сдержать гнев Божий. Естественно, они будут делать это не бесплатно. Единый Бог (Высший Разум), Его законы для всех- священникам не нужен. Каждая группа жрецов старалась иметь собственного бога, который помогал бы им собирать пожертвования с верующих. Все люди, делающие пожертвования чужим богам, объявлялись язычниками и нечестивцами, заслуживающими смерти. Вот так, благодаря жрецам и лжепророкам, на земле возникло множество религий, враждебно настроенных друг к другу. Везде в мире - в Риме, в Иудее, в Индии, в Египте, в Галии и т.д. - происходило одно и то же: с помощью религии священники закабаляли народы, подчиняли людей своей власти, запугивали их и натравливали друг на друга. И всё это происходило по воле бога! - Так убеждали безграмотное большинство пастыри. Посланец Высшего Разума, последователь Учения Христоса - Ленин - назвал религии - опиумом для народа). Иисус и Иоанн понимали свою миссию: они должны рассказывать людям правду о Боге, чтобы уничтожить межрелигиозную рознь между народами, ослабить власть священнослужителей - и иудейских, и римских. Между Иисусом и Иоанном было одно разногласие: Иоанн считал, что нельзя терять время, как можно быстрее надо обращать людей в истинную веру. Иисус говорил, что, нельзя навязывать людям истину. Людям надо объяснять суть вещей; они сами должны разобраться и сделать сознательный выбор, надо достучаться до сердца каждого, надо ходить среди людей и объяснять им, чем истинная вера отличается от других. Этот путь более долгий, но верный. Жизнь доказала верность этой позиции Христоса: надо открывать школы коммунизма и через них, через самообразование объяснять безграмотному большинству истинного Бога, праведное триединство и чтобы это делать успешно, надо учиться у черни, владеть знаниями и активно разоблачать всю ложь и преступность преисподней. Компартия сегодня стоит на месте; поскорее ей надо понять свою задачу стать глубоковерующими атеистами и идти вперёд: строить в сердцах своих Новую Цивилизацию и нового разумного человека. Иоанн говорил Иисусу, что надо всех, кто станет их единомышленниками и соратниками - провести через обряд омовения водой. Вода всё очищает и такой обряд станет символом выбора мировоззрения. Иисус возражал, что самое главное - это не внешние обряды, а внутренние убеждения. Иоанн соглашался с этим, но считал, что обряды должны быть, как и символы, потому что символы несут короткую информацию об узком пути, ведущему в Жизнь и это важно и замечательно!!! Иисус с доводами согласился. И вот Иоанн приступил к этому важному делу. Кто сознательно выбирает новую веру, должен пройти обряд омовения (очищение водой). Крещение Иисуса Христоса подробно описывается в библии. Естественно, что и этот рассказ был основательно переделан римскими священниками в 325 году, и следы исправлений заметны невооружённым глазом, ибо обряд крещения (от слова "крест") возник уже после распятия Христоса. Принимая обряд омовения, человек выбирает сознательно следовать Учению Христоса жить по Уставу. Это, скажем так, вступление в партию единомышленников и сознательный выбор этой партии служить. Иоанн окунал такого человека в воду, смывая с него все прошлые заблуждения. Очистившийся человек был готов к новой жизни, он принимал идеологию:"Богу служить и одному Ему поклоняться."(жить по Уставу). Вот почему человек должен принимать крещение только тогда, когда он сознательно выберет мировоззрение дьяволу служить или пророку. Проповеди Иисуса очень раздражали и власти и духовенство. Над ним собирались грозовые тучи. Вся чернь ненавидит возмутителя спокойствия. Она казнит посланника Бога, пророка, первого коммуниста на Земле. "Вокруг креста толпа стояла, и грубый смех звучал порой...Слепая чернь не понимала, кого насмешливо пятнала своей бессильною враждой. Что сделал Он?! За что на муку Он осуждён, как раб, как тать, и кто дерзнул безумно руку на сына Божьего поднять?! Он в мир вошёл с святой любовью, учил, молился и страдал - а мир Его невинной кровью себя навеки запятнал!!!" (С. Надсон) Чернь убьёт коммуниста Иоанна, избравшего жизнь по Уставу и ставшего первым его пропагандистом. Плащаница, обагрённая святой кровью Иисуса, станет Святым Красным Знаменем, символом Божьего мира на Земле и которое возненавидит вся мировая чернь. На этом знамени святая кровь Христоса, Иоана, первых христиан-последователей Устава, коммунистов всех времён и народов. На Святом Красном Знамени святая кровь советских людей, защищавших, жизней своих не жалея, Новую Цивилизацию - СССР. Слово "коммунист" не знал ни Иоанн, ни сам Христос, оно появилось много позже. Этого слова не знали даже декабристы, хотя были коммунистами. Это слово, конечно, живёт на свете давно и по-русски значит- общий. А что же тогда значит слово "коммунизм?" Оказывется очень много значит для всех разумных людей, ибо это основа Учения Иисуса Христоса. Коммунизм - это бесклассовый общественный строй с единой общенародной собственностью, полным социальным равенством всех членов общества, где вместе с духовным и всесторонним развитием людей вырастут и производительные силы на основе постоянно развивающейся науки и техники ( у Высшего Разума Мироздания столько информации и она открывается людям) и осуществится великий принцип "от каждого по способностям, каждому по потребностям,"( для удовлетворения духовных потребностей народ не будет жалеть ни сил ни средств; удовлетворятся будут и материальные потребности, конечно, в пределах разума, а не для того, чтобы от зависти сдохла Марья Ивановна, глядя на мои сокровища, или для того чтобы выделяться из толпы. Выделяться надо культурой, интелектом, заслугами перед народом); при коммунизме утвердится общественное самоуправление, труд на благо общества станет для всех первой необходимостью, способности каждого будут применяться с наибольшей пользой для своей страны, для своего народа, для планеты Земля, наконец. Церковь в Новой Цивилизации будет служить праведному триединству: Богу - Сыну - Св. Духу, а её чиновники будут ходить на службу и получать за свой труд вознаграждение из народного кошелька, так как станут частью народного государства ( так совершится главная церковная реформа - Церковь станет, наконец, Храмом Бога и возьмёт в свои руки идеологическую работу по воспитанию воспитателей). Еслибы вы только знали, какое счастье сознавать себя необходимым в общем строю, когда ты знаешь к какой цели идёт строй этих советских удивительных людей, раз и навсегда избравших жизнь по Уставу (Новому Завету). Много последователей Учения Христоса придёт за эти века на Землю. "Он идёт путём жемчужным по садам береговым, люди заняты ненужным, люди заняты земным. - Здравствуй, пастырь! Рыбарь, здравствуй! Вас зову Я навсегда, чтоб блюсти иную паству и иные невода. Лучше ль рыбы или овцы человеческой души?! Вы, небесные торговцы, не считайте барыши! Не томит, не мучит выбор, что пленительней чудес?! И идут пастух и рыбарь за искателем Небес." (Гумилёв) Чернь убила Иисуса, потом упаковала не только Его учение, но и всю информацию, с ним связанную, в лукавые и лживые туманы религии. Этот туман до сих пор ещё не рассеивается и успешно действует. Чернь масонская возродила церковь и вернула догматы, с Учением Христоса ничего общего не имеющими, и загнала безграмотное большинство (овец) в прежние загоны, чтоб пасли их пастыри и держали в лукавых туманах иудаизма. И по-прежнему звучит:"Исайя, ликуй!" вместо:"Христос, ликуй!" Теперь встала во весь рост задача - возродить в Церкви Святой Дух (энергоинформационный обмен с Высшим Разумом), чтобы Церковь стала Храмом Божьим, как мечтал Христос, чтобы всю идеологическую работу, которую вели в Советской стране комисары (уполномоченные) по идеологической работе, стала бы вести Церковь в тесном союзе с министерством образования; чтобы стала церковь воистину Храмом Бога - центром идеологического воспитания, где крестили бы не детей несмышлёных, а тех, кто сознательно выберет Богу служить и Ему одному поклоняться, венчала бы Церковь сознательно избравших строить малый Божий храм (семью) и всё это бесплатно, потому что иначе это всё не от Бога. Церковь, как все в социалистическом обществе, получала бы зарплату из народного кошелька. Церковь, наконец, стала бы служить триединсту: Бог - Сын - Святой Дух, а не триединству: самодержавие - духовенство -безграмотное большинство. " И вошёл Иисус в Храм Божий и выгнал всех продающих и покупающих в Храме. Это дом Бога, вы его сделали вертепом разбойников." "И выйдя, Иисус пошёл от Храма; и приступили ученики Его, чтобы показать Ему здание Храма. Иисус же сказал им:"Видите ли всё это? Истинно говорю вам: не останется здесь камня на камне; всё будет разрушено. Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют её." (Ев. от Матфея гл.24-1,2 гл. 16-18, гл.21-12, 13). Чернь убила Христоса (посланника Божьего), а потом и Учение и всё, что связано с Его жизнью, запутала так, что не в сказке сказать, ни пером описать. Появились даже люди очень даже сомневающиеся - был ли Христос вообще?!. Но чтобы чернь не придумывала бы, ничего не может сделать с одним фактом. Между человеком, (после того, как некто сказал:"это моё," отгородив себе землю,) и Высшим Разумом (Богом) образовалась пропасть и чернь (которая родила неправедное триединство) стала "строить" "мировой порядок." "Но есть Высший Разум всё дивно создавший, всем правящий мудро." Так вот, КРЕСТ, на котором распяли пророка,( сама смерть пророка) и стал тем самым мостом над пропастью, по которому и пошли люди, избиравшие сознательно Бога (жизнь по Уставу) и понёс каждый такой человек свой крест, а не крест с распятым пророком. "И кто не берёт своего креста и идёт за Мной, тот не достоин Меня. И кто не со Мной, тот против Меня; и кто не собирает со Мной, тот расточает." - говорил Христос. (Ев. от Матфея гл.10-38; гл. 12-30). Это они наполняли систему плюс знаниями и духовными силами и наполняют и будут наполнять, и ничего с этим чернь сделать не может. Пишет и пишет, бедолага преисподняя, (система минус) законы на каждый "чих"да на каждый вздох в своей думе. Убеждают правители преисподней, что привели страну к счастью. Какую страну? Преисподнюю? А другая часть страны (система плюс) - Богоизбранный народ - у которого законов для жизни всего ничего - Новый Завет (Устав, Моральный кодекс строителя коммунизма) Разум и Совесть, из последних сил старается не отдать преисподней своих внуков и правнуков. Вот и встала во весь рост задача поспешать к вам, нашим детям, нашим потомкам, и объяснять не уставая простые и понятные истины о Боге, об Уставе, о коммунистах, и о сознательном выборе,- дьяволу служить или пророку. А третьего ничего нет на свете. Есть золотая середина, так это Устав, узкий путь, ведущий в Жизнь, а в уставе главное:"знай меру," "много трудись, мало и благородно отдыхай."И кто ж это всё будет объяснять безграмотному большинству, как не истинные коммунисты, священники (по закону диалектики они обязательно в церкви есть) и комсомольцы?!.... Ведь недаром избрана Богом наша православная церковь быть Храмом Бога и потому именно она была разрушена в 1918 году, чтобы возродиться Храмом Бога, центром воспитания воспитателей в святом духе Устава. Но не поняла церковь, не покаялась. Это ничего. Поймёт и станет Храмом Бога! Не Ватикану дана Всевышним эта миссия! Не Ватикану! (Информация взята из книг: "Путь Иисуса"- авторы: Ренат Гарифзянов, Любовь Панова; "Жизнь Иисуса" Эрнест Ренар, "Новый Завет.").

Много, очень много знаний пришло людям через посланников Бога. Читайте, умнейте, мир начнёт развиваться по Божьему плану, а не по беззаконию материальной скверны и вожделению плоти. Третьего ведь ничего на свете нет. Воскресение Душ в руках самих Душ, но только не могут воскреснуть те, кто давно продал душу дьяволу (системе минус, материальной скверне и вожделению плоти, у кого бог - золотой телец - души мёртвые). С мёртвыми душами не может быть никакой толерантности. Жестокая и беспощадная война! И начало её в сердце каждого человека! И передовая линия фронта проходит сегодня через сердца и мозги, у кого они есть. Поставил в жёсткие рамки беса прелюбодеяния - это твоя победа, твой подвиг, вот тогда иди в Храм Божий, расскажи батюшке на исповеди с твёрдой уверенностью, что не дашь воли этому страшному врагу больше никогда. Эта информация уйдёт в энерго-информационное поле мироздания и на Земле от этого станет спокойнее и краше. Небо получит эту весть от батюшки, который радуясь за человека, отпустит его грех. Это и будет то, о чём говорил Христос:" Что свяжете на Земле, то будет связано и на небесах; и что разрешите на Земле, то будет разрешено на небесах." (Ев. от Матфея гл.16-19). А сегодня у власти преисподняя, а потому учит грешить и каяться, и мир толкать в пропасть. Лента времени спешит вперёд, да только мало на ней белого цвета, всё черная краска старается. Ватикан и ЖИДомасонское всевидящее око -основные художники. О масонах подробно вы можете прочитать в книге Валерия Емельянова "Десионизация." Он посвятил свою жизнь исследованию вселенского зла на Земле - сионизму и его управляющим - масонам. Они уже давно хозяйничают в Кремле и под Кремлём (посмотрите фильмы: "Россия - полное затмение" и "Зеркала Козырева" в интернете. Многое поймёте). А тебе, компартия, надо поскорее начинать работу по воспитанию воспитателей в святом духе социализма-коммунизма, открывать школы коммунизма, организовывать самообразование. Наступило время искания истинного Бога и то, что чернь возродила неправедное триединство - только облегчает нашу миссию. Многое тайное становится явным, надо только слушать и слышать, смотреть и видеть, а для этого нужны знания. Так стучите и откроется вам. Ищите и обрящете - призывает нас Христос. Знания о преисподней многим помогут прозреть и выбрать идеологию Устава. Выбор между Богом (идеологией праведного триединства) и дьяволом (идеологией неправедного триединства) - невероятно трудная задача. С ней не сразу справился и сам Христос. Он ушёл в пустыню, чтобы не слышать и не видеть искушений от людей. Он ведь понимал, что миссия ему дана стать слугой народов ( и даже рабом народов, потому что Он был первым). Он Должен вести их к свету и правде. А ведь Он может построить свою жизнь в удовольствие своей плоти. Бесы (негативные греховные мысли) полчищами атаковывали Его подсознание, обещая райскую жизнь в материальной скверне и вожделении плоти. Так продолжалось сорок дней (так гласит легенда, но это всё равно) для нас важно, что выбор был сделан. "Отойди от Меня, сатана! Богу буду служить и Ему одному поклоняться! То есть - по Законам Высшего Разума буду строить свою жизнь и учить этому людей. И тогда только ушли бесы (негативные мысли), оставил Иисуса дьявол (система минус) и явились ангелы (добрые и разумные мысли системы плюс) и стали служить Христосу. Да, нам много труднее сделать выбор: дьяволу служить или пророку. И главная причина - наше невежество. Потому и лозунг сегодня наиважнейший: "Знания были, есть и будут главным богатством мира," - так учитесь. "Через школы коммунизма и самообразование к истине!" "Учиться, учиться и учиться! - призывал молодёжь Владимир Ильич Ленин на Третьем Съезде Комсомола. "Комсомол - это молодость мира и его возводить молодым!" - призывал поэт-пророк 20 века Владимир Маяковский. Основные законы Устава общения людей друг с другом и окружающим миром:"Люби ближнего своего, как самого себя" (ближнего своего,- то есть семью свою: жену, детей, близких родственников и дальних - род свой, Родину свою, народ свой, с которым идёшь в одном строю). А в семье и в роду: мирись с соперником твоим, пока ты ещё на пути с ним." "Не прелюбодействуй! Всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействует в сердце своём. Кто разводится с женою своею, кроме вины любодеяния, тот подаёт ей повод прелюбодействовать; кто женится на разведённой, тот прелюбодействует." (Именно этот строжайший Божий закон сохраняет духовное и физическое здоровье каждого человека, а значит - нации. Нарушение закона ведёт к вырождению духовному и физическому. Сегодня это видно уже всякому слепому и самому глупому. Накопление энергетической грязи сегодня уже уничтожает потомство: рак, уродство, инвалидность, экзотические болезни т.д. уже даёт свои печальные плоды. "Не преступай клятвы быть верным семье, детям, Родине." Почитай отца и мать. Не почитающий отца и мать смертью да умрёт. Нарушать законы Высшего Разума смертельно опасно, потому что, если твоё сердце потеряет Бога - твой главный ангел-хранитель - Совесть - покинут тебя и станешь ты слугой преисподней!!! "Если близкий ударит тебя по правой щеке - подставь ему левую" (то есть все средства и слова употреби на то, чтобы вернуть близкого на верный путь добра и любви, постарайся понять и простить ). "И кто захочет судиться с тобою и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду; и кто принудит тебя идти с ним одно поприще, иди с ним два." "Просящему у тебя дай и от хотящего занять у тебя не отвращайся.""Любите врагов ваших, благославляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас, потому что, пусть их зло не коснётся вашей души, а значит и вашей кармы - это их проблемы. Не увеличивайте зло ответным злом или местью. Если вы будетете любить любящих вас, что особенного делаете, а потому стремитесь к духовному совершенству." "Не собирайте себе сокровища на земле, где моль и ржа истребляют и где воры крадут, но собирайте себе богатства духовные на Небе (то есть в энерго-информационном поле Высшего Разума). "Никто не может служить Богу и деньгам, ибо Бога будет ненавидеть, а деньгам будет служить и своему придуманному лжепророками богу: удобному, всё прощающего неправедному триединству, для которого надо, чтобы грешили и каялись, мол, без греха не будет покаяния; ведь там, где сокровище ваше будет, там и сердце будет ваше. "Не судите, да не судимы будете, а утверждайте в себе Бога, ибо каким судом судите, таким будете судимы." Прежде вынь бревно из глаза своего, тогда будешь знать как вынуть сучок из глаза брата своего." Не рой яму другому, ибо сам в неё попадёшь." "Не прелюбодействуй! Не кради!" "Не положи просящему ближнему своему в ладонь вместо хлеба камень, а вместо рыбы змею." "Итак, во всём, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними." "Входите тесными вратами; потому что широки врата и пространен путь, ведущие в погибель, и многие идут ими, потому что тесны врата и узок путь, ведущие в Жизнь, и немногие находят их." "Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные: по плодам их узнаете их. Но! Если одолевают вас люди преисподней, то не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими и, оборотившись, не растерзали вас. (Ев. от Матфея гл.5,6,7). Мы живём в тяжёлое, гнусное, мерзкое и подлое время процветания врагов Бога и Богоизбранного народа, процветания слуг материальной скверны и вожделения плоти. Всю преисподнюю, не только наблюдаем, но и хлебаем полной мерой этот самый широкий путь, ведущий в погибель. Путь, на который чернь наша и иноземная лицемерием, ложью, лукавством, коварно затянула безграмотное большинство, хитро и умело воскресила неправедное триединство: самодержавие - духовенство - безграмотное большинство, восстановила полицейское государство, воскресила материальную скверну и вожделение плоти, уничтожила самое высокодуховное образование, уничтожила святой дух в армии, в стране, в детях и т.д и т.д., уничтожив праведное триединство: Бог (Законы Высшего Разума) - Сын (Устав общения людей друг с другом и окружающим миром, в СССР - Моральный Кодекс Строителя Коммунизма) - Святой Дух (энерго-информационное поле обмена людей друг с другом и Высшим Разумом через посланников: писателей, поэтов, высокой музыки, культуры, искусства, спорта, и т.д. Жизнь по Уставу возможна только в социализме-коммунизме.) Если люди не понимают и зло становится нормой их жизни, которую они навязывают другим (так и заявляя миру, что они другие, они инакомыслящие, их большинство и только их мировой порядок - истина!) но и становятся врагами Устава, хотят заставить всех отвернуться от Бога и служить материальной скверне и вожделению плоти, то есть преисподней, помните слова Христоса, что плохое дерево, дающее плохие плоды, срубают и бросают в огонь (Ев. от Матфея гл.5,6,7 ). Новый Завет должен стать настольной книгой каждого советского человека, человека раз и навсегда избравшего Устав общения людей друг с другом и окружающим миром. А знания помогут людям прочитать Новый Завет, отсеяв от него все лукавства лжепророков преисподней черни. И пусть наша жизнь проходит во имя Отца, Сына и Святого духа, ибо наше дело правое! Так говорили всегда ваши глубоко верующие в Бога коммунисты - атеисты прадеды Виктор и Алексей и передают это вам, мои дорогие потомки. Чтобы вы не делали, мысленно скажите:"Во имя Отца, Сына и Святого Духа творю правое дело!" И драться нужно только за правое дело; когда преисподняя губит мир ни о какой толерантности не может быть и речи. И драка сегодня должна проходить в сердцах и душах людей. Через эту драку духовную будет очищаться Храм Бога от неправедного триединства. Не верить, чтобы понимать, а понимать, чтобы верить - призывает нас Маркс. Накапливайте духовные знания, наполняйте сердца свои святым духом, передавайте другим. Во имя Отца, Сына - Святого Духа, во имя правого дела наши слова и поступки! "Вы - соль земли, если же соль - потеряет силу, то чем сделаешь её солёною? Она уже ни к чему негодна, как разве выбросить её вон на попрание людям. Вы - свет мира. Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного (Высший Разум). Так обращался к нам, избравшим идеологию Устава, Христос. Не думайте, что Я пришёл нарушить закон: не нарушить пришёл Я, но исполнить."Не думайте, что Я пришёл принести мир на землю; не мир пришёл Я принести, но меч."(Евангелие от Матфея гл.5-11). Мы, советские люди раз и навсегда избравшие идеологию Устава не изменили ей и не изменим никогда. А раз так, то если не мы, то кто же понесёт безграмотному большинству знания о Высшем Разуме, О Новой Цивилизации, рождённой Божьим промыслом, о советском Богоизбранном народе, о Божественной миссии Коммунистической партии и Комсомола, о великой эпохе победы Устава в великой стране Советов.

ПЕТР ПЕРВЫЙ - ОСНОВАТЕЛЬ ДУХОВНОЙ СТОЛИЦЫ НОВОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ.

Пётр Первый - царь, который Божьим промыслом должен был выполнить миссию: построить город, который станет духовной столицей России, уже избранной Божьим промыслом для строительства Новой Цивилизации. Он строил флот, делал многое, чтобы стала Россия сильным и самостоятельным государством, брал у соседей знания, даже в масонство влез ради исполнения миссии. Он принял даже масонский флаг и символ мировой масонской власти - урода-орла (двухголового), который они ему навязали. Город строился под приглядом масонов. Пётр многому учился у запада, что России на пользу, но не позволял из России проходной двор делать. Хорошо знал помыслы иноземцев и не допускал с ними панибратства, не в пример теперешним князьям. Почему царь избран Божьим промыслом? Потому что на то время только царю было под силу такую миссию выполнить, оттого и благословлял Бог все его дела и расстраивал дела врагов. Всё, что было в Петре не по Божьему промыслу, а от чёрного квадрата - не нам судить, у него на то его карма была и нам известно, за ошибки и царю пришлось расплачиваться. Почему современная чернь взяла царя Петра за кумира? Да потому что эта недалёкая и примитивная чернь убеждена, что для русского царя Петра Первого запад являлся кумиром, что он также падок на "западные ценности," как современная наша чернь. Пётр не подражал западу, он у него учился, знал чему, знал зачем. (разница, однако!) Он влез в масонство, но был себе на уме и под Божьим благословением, хотя и рисковал не мало. Царь революционно выдёргивал Россию из отсталости. И это Божий промысел. Все дела его во имя России - благословлялись. Царь Пётр презирал запад, понимая, что он враждебен России, всегда хочет только одного - её отсталости и поражения и умело использовал запад для пользы России. А сегодняшняя чернь (пятая колонна России на посылках у золотой пирамиды) пришла к власти, Великую Державу, созданную Божьим промыслом и построенную Богоизбранным народом, отстоявшим её в тяжких испытаниях,- и в угоду западу уничтожила. Это падкое на "западные ценности" цивилизованное стадо скотов (люди не разумные) позволили западу разрушить то, что не один век собиралось и строилось, и ещё смеют врать, что большевики - разрушители, богоборцы. Не имея ни одного дня покоя от черни своей и иноземной построил Богоизбранный советский народ Божьим промыслом, под руководством Компартии и вождей - Ленина и Сталина, Богом нам данных, праведное триединство: Бог - Сын - Св. Дух -(а это возможно построить только при социализме-коммунизме). Поняла масонская рать, что такой народ не победить, что он придёт к коммунизму, поведёт за собой безграмотное большинство и восстановит рай на земле, если его не убить. И тогда масонская мировая чернь все деньги и силы употребила на войну, какой еще не знало человечество: информационно-психологическую. Они не ограничивали себя в сроках и не жалели на это подлое дело денег. К разработкам методик перестройки сознания людей были привлечены научные центры Запада и США. План разрушения СССР разработан был аж в 1947 году. Важное значение приобрел вопрос воспитания в России пятой колонны. Масонская чернь своя и иноземная ловко состряпала спектакль, где главный герой Пётр Первый, свой, из масонов. Всё почившее в бозе, своё отслужившее, отжившее, свою карму отработавшее, в историю ушедшее,- вытащили, оживили и пустили в жизнь. Копировали тщательно, до мелочей. Всё задуманное удалось, только всё оно мёртвое, зазомбированное, ведёт к общей деградации и значит к гибели всех! Чёрный квадрат (золотой масонский миллиард) наступает. Есть один вопрос. На стрелке Васильевского острова разбит газон, а пешеходные дорожки по газону представляют собой масонский символ: циркуль и треугольник. Это было заложено при Петре Первом. Интересно узнать, после Октябрьской революции содержали ли масоны российские сей символ или его воскресили масоны сегодня, чувствуя себя не только победителями праведного триединства, но и хозяевами России?! А мы все ведём себя как в сказке "Садко," помните как зачаровывала птица Феникс: "Спите, храбрые воины, спите!" и спим под гипнозом врагов и некому по гуслям ударить. Одна надежда, что жив Святой Дух Компартии, советских людей на Украине, в Белоруссии, в России и остальных братских советских республиках, что успело уходящщее поколение Богоизбранного народа и коммунистов передать детям и внукам своим правду о Новой Цивилизации - СССР. Ну, а символ России медведь - непредсказуемый дикий зверь (666 ?!), кто навязал России- понятно! Вопросов нет! А вот то, что согласились, говорит о том, что, безграмотное большинство приняло неправедное триединство: самодержавие (сегодня два царя) - духовенство - безграмотное большинство - за истину, полностью подчинилось масонской золотой пирамиде, стало большой бедой безграмотного большинства. Ничего не понимающее, неведающее что творит - оно ведёт к гибели всю планету и чернь тоже. Она (чернь) ведёт себя как глухарь во время весенней эйфории, даже наоборот уверена, что только так, как она, должы жить люди. Масоны- это ЖИДы - еврейская чернь, ничего общего с еврейским народом не имеющая - это надо понимать. Национального вопроса в природе вообще не существует. Жаждущих Использовать Других для достижения своих целей ЖИДов во всех нациях хватает; этих целей много, но все они сводятся к одной - мировое господство. Масоны для достижения этой цели входят в союз с гоями (все не евреи - гои). В масоны принимаются только те гои, кто может масонам пригодиться. Такие люди могут даже достичь высоких должностей в масонской иерархии. Масонство, как тайная организация для гойской элиты, стоящей на службе у мирового Сиона, возникло на базе древних жреческих многоступенчатых союзов с использованием древних цеховых структур в самом начале возникновения древнеизраильского государства за тысячу лет до христианства и более чем за 1600 лет до возникновения ислама. Христианство было организовано масонами на базе иудаизма (того самого, которое не приняло Учение Христоса) как низшая ступень посвящения в примитивное иудофильство с тем, чтобы ежедневно молясь иудейским персонажам Ветхого Завета, широкие массы верующих христиан проникались бы благоговением к тем, кто поставил задачу полного их порабощения. Сила масонской организации заключается в железной проверенной тысячелетиями организации, снабжённой идеологией, не только привлекательной внешне, но и обеспечивающей карьеру и прочие блага жизни на этом свете, Яви, а не в фантастическом даже для многих верующих, потустороннем мире. Поэтому в масоны идут сознательно те, кто согласен для достижения земных материальных благ, поступиться совестью. Это те, кто сами рвутся в ложи. Другая категория это те, кто нужен самому масонству в силу их положения в обществе. Именно на таких и рассчитаны первые ступени масонства, которые встречают неофита в ризах добродетели, жестами благоволения и словесами добра, но скрытую за всем этим маскарадом суть масонства он узнаёт лишь тогда, когда за ним навсегда захлопывается дверь с роковой надписью из Дантова ада:"Надежду всяк оставь сюда входящий." Да, масонство имеет только вход! (это касается любоей секты, банды, тайной организации, идеология которых материальная скверна и вожделение плоти- система минус). Уйти из него, даже с первых степеней посвящения, практически невозможно. Отступника, могущего разгласить то немногое из полутайн, что ему доверили, ждёт почти всегда верная и неизбежная смерть. Пушкин, который прельстясь правильными лозунгами масонов, вступив в эту организацию и впоследствии разочаровавшись, выйти не смог. Из Франции прибыл какой-то там Геккерн с каким-то своим приёмным сыном, которые тонко разыграли спектакль травли Пушкина и убили его. Нет таких доказательств, чтобы убедили меня в обратном. Многие правители России состояли в масонских ложах. Большинство вступало по идеологическим соображениям. Только Пётр Первый вступил с намерением использовать максимально масонство в интересах России, сознательно идя на верную смерть. Не боясь идти на временный союз даже с самим сатаной, он был вынужден принять для государственного флага Российской империи бело-сине- красное полотнище с белым (шотландским) цветом сверху. Горизонтальные полосы означают пассивность режима к деятельности масонов на территори страны. Белая полоса - Христианство и его секты; голубая полоса - Иоаново масонство (1-3 степень); красная полоса - Андреево масонство (1-7 степень). Символ: двуглавый орёл (урод по определению, но символизирует власть-одна голова повёрнута на запад, другая на восток, над каждой головой - корона и одна большая корона над обеими головами; чего уж тут не понять: и восток и запад будет под короной масонов. И вот происходит тщательно подготовленная масонами контрреволюция в России в конце 20 века (перестройка сознания безграмотного большинства) и новоиспечённые правители вытаскивают на свет масонские символы: флаг и орла и происходит то, что происходит, куда не кинешь взгяд, везде шестёрки, заячьи уши (знак победы масонов) и безграмотное большинство, которое даже задуматься не хочет о происходящих в мире явлениях. Более того, это большинство и слушать не хочет голос Высшего Разума (Бога), да и загипнотизировано неправедным триединством так, что пока и ожидать не приходится желания людей воскресить свои души. А давно пора (говоря словами одного из князей преисподней) отделить мух от котлет. Мне тут пришла газета "Подмосковная правда" и очень интересная в ней подаётся информация для размышления. Интернет-голосование: вопрос "Какой партии вы доверяете? Участвовало 2469 человек. Голоса распределились так: КПРФ -1041(42%)...."Никакой" -753(30%)...."Яблоко" - 218(9%)...."Другие партии -176(7%)...."Справедливая Россия" - 101(7%), "Патриоты России" - 77(3%)....ЛДПР - 42(2%)...."Другая Россия" -10(1,7%)...."Единая Россия" - 10(0,4%). В природе существует всего две партии (коммунистическая и капиталистическая). Третьего ничего нет на свете. Многопартийность - это политический миф о демократии. Много партий служат только одной цели - разделяй и властвуй. Коммунистических партий много быть не может - она одна, потому что исповедует одну идеологию: жить по Уставу, по законам Высшего Разума. Принёс этот Устав Христос-первый коммунист, за что Его зверски убила чернь. Да! Да! Именно за то что учил людей служить Богу, а не мамоне (деньгам) Его и растерзали!. И вторая партия - капиталистическая (либерально-плутократическая), она многоликая и значит названий партий очень много (они ведь все от лукавого), а идеология одна- материальная скверна и вожделение плоти. И всё! И точка! Третьего ничего нет на свете! Хоть обыщись! А теперь посчитаем: за КПРФ - 1041; безграмотное большинство - ни за кого - 753, плутократическая партия -(яблоко, другие партии, патриоты России, Либерально-Плутократическая Партия -Л"Д"ПР, Справедливая Россия, партия власти Единая Россия и т.д.) - 675. Конфуций говорил, что если не говоришь с людьми, с которыми можно говорить - теряешь людей, если говоришь с людьми, с которыми нельзя говорить - теряешь слова. Поэтому сегодня главная задача КПРФ и Комсомола понять свою Божественную миссию возродить строй и идти к людям, с которыми можно и нужно говорить. Устав партии и комсомола такой написать, чтоб никакая чёрная душа сама не хотела бы идти в одном строю с Богоизбранным народом, тем более быть его слугой. Говорить с безграмотным большинством и в первую очередь с молодёжью в школах коммунизма. Надо идти в церковь и искать там священников (коммунистов по убеждению - последователей учения Христоса, по закону диалектики они там обязательно есть) выбор которых триединство: Бог(Высший Разум! Высший свет! Законы Мироздания) - Сын (посланец Бога, принёсший людям Устав общения людей друг с другом и окружающим миром, за что и был убит чернью) - Святой дух,(энергоинфформационное поле мироздания), а не триединство: власть - духовенство - безграмотное большинство. Плутократия так заморочила сознание людей, что теперь много надо тратить сил, чтоб остановить духовный распад нации (Россия+ Украина + Белоруссия= один народ + все остальные богоизбранные народы СССР) и не тратить слова и силы на протестных митингах и демонстрациях на тех, кто давно враг себе и самому Богу. Враги народа, сегодня узнаваемы. Это свиньи, перед которыми (учил Христос) не надо метать жемчуга святынь своих, чтоб оборотившись не разорвали нас. Статья в газете настолько важная, что я её помещаю на ленту времени.

КОМУ ДОВЕРЯЮТ УМНИКИ.

Перед вами результат недавнего голосования в "Гайдпарке! - интернетовской социальной сети, ориентированн на разумных и зрелых людей. Ядро её аудитории составляют люди в возрасте 26-45 и 45-60 лет, на которых приходится соответственно 39% и 42% от общего объёма пользователей данной сети. Что бросается в глаза?! Во-первых, явное превосходство КПРФ над всеми другими политическими партиями. И во-вторых, ноль процентов у "Единой России." Интересно, что примерно такой же результат даёт голосование по данному вопросу в любой другой социальной сети в Интернете. Откуда же беруться 40-50% голосов за "Единую Россию" на самих выборах?! ответ на данный вопрос, следует искать в безграмотном большинстве. Ещё сто лет назад известный британский драматург Бернард Шоу как-то с иронией заметил, что демократия - это "свобода выбора," когда власть выбирается безграмотным большинством. Вот и у нас, по всей видимости, теперь установилась примерно такая форма "демократии" (затаскали святое слово чёртовы плутократы и дураки), правда, с небольшим нюансом: довольны властью в России две категории людей: те, кто не в курсе (безграмотное большинство), и те, кто в доле. Но последних, то бишь нуворишей с высокооплачиваемым персоналом - их обслугой (с доходом более 50 тысяч рублей в месяц), менее 2% населения. Значит, основная электоральная база нынешней власти всё же приходится на безграмотное большинство. На тех, кто не читает газет, не заглядывает в Интернет, (кто давно прервал обмен с Богом, т.е. перестал читать книги, несущие духовные знания, классику 19 века, советскую литературу) у кого напрочь отсутствует способность к самоанализу, кто гордится, что не занимается политикой (и правда что ли не понимают, что политики зато такими занимаются с особенным удовольствием). При этом они постоянно находятся под воздействием телеящика, совершенно безразличны к себе, да и ко всему на свете, кроме своей плоти и её потребностй, поэтому считают, что от них ничего не зависит, что за них всё сделает бог или помазанник божий, сидящий сегодня на троне. Они, как правило, еле-еле сводят концы с концами, поэтому и могут иногда на кухне "потявкать" на эту власть. Но на выборах глубокомысленно заявляют:"За кого же ещё голосовать, не за коммунистов же?!" (то, что так говорят- большая победа черни). Перестройка сознания, изъятие разума и здравого смысла из мозгов, прошла успешно. Про таких моя мамочка всегда говорила:"Лучше с умным потерять, чем с дураком найти!" Нашли своё счастье - Единую Россию. С кем она единая?! С масонами, хоть и на задворках золотой пирамиды, а всё-таки приятно! Что это у неё там за своя "Молодая гвардия," "Идущие вместе," "Наши." Кто они?! Что проповедуют? Как-то на тв промелькнул сюжет о собрании молодёжи, которые, почему-то были в фартуках. Это что? Молодая гвардия масонов? Ничего не хочет узнать и осмыслить безграмотное большинство.) Идут и тупо голосуют за "Единую Россию, " за новых самодержцев, за любых их назначенцев. А есть и вовсе замороченные - начальство приказало или командир части и идут голосуют. Боятся, что увидит начальник его галочку?! Кстати, в этой же области лежит разгадка и последнего феномена - телевизионного голосования в передаче "Суд времени" на телевидении. В поддержку всего, что олицетворяли собой Советский Союз и социалистический строй, стабильно высказались 9 из 10 телезрителей! Ведь безграмотное большинство такие интелектуальные передачи, как правило, не смотрит. Их удел - передачи о "звёздах" шоу-бизнеса (как те катаются на коньках, плавают, готовят, едят, об их половой распущенности, пьянстве, свадьбах и разводах и т.д., бесконечные сериалы и тупые реалити-шоу). Теперь насущный вопрос: может ли долго продержаться такая власть (даже с помощью холуйского телеящика), которая опирается на нуворишей, персонал, их обслуживающий(всего 2%), и на безграмотное большинство?! Думаю, что нет. В заключение приведу ещё один интересный результат голосования в том же "Гайдпарке" среди разумных и зрелых людей по следующему вопросу:"Нравится ли Вам работа нашего телевидения?" 2719 голосов распределились следующим образом: 2392(88%) - Чтоб им пусто было!....276(10%) - Не всегда!....34(1%) - Да, очень!...17(0,5%) - Не знаю! (эта статья в "Подмосковсной Правде" за 20 - 01 - 2011 года, читайте всё, что печают компартии советских республик). В статье поставлен вопрос:"Долго ли продержится либерально-плутократическая власть и либерально-плутократический режим? Долго! Может ещё две тысячи лет! А может всегда! А может станет безумным весь мир и будет на ушах стоять, лишь бы цвела и процветала жизнь материальной скверны и вожделенной плоти и скотство прелюбодеяний достигнет той точки, когда оскорблённая Земля Божьим промыслом, просто уничтожит катастрофой всё это зловонное цивилизованное раскомплексованное (сломан комплекс высокодуховной нравственности) стадо скотов. Мы живём в век телевидения. Бросьте все дела, сядьте у телевизора и не пропускайте ни одной передачи с неделю. Если вы наблюдательны и разумны, вы увидите всех персонажей преисподней, успешно руководимой масонами. Читайте "План Далеса" (он напечатан в книге "Третья мировая информационно-психологическая война" и ставьте галочки: -"выполнено." Безграмотное большинство будет увеличиваться, заливать мозги водкой, футболом и водкой, боями без правил не только на арене, но и в жизни и водкой, развратом и водкой и т.д., и очень гордиться своей пьяной широкой русской "душой." Это безграмотное большинство не понимает, что пьянство- это добровольное сумасшествие, что это слёзы детей, горе матерей, позор и вырождение нации, а душа давно задохнулась в вонючем доме своего хозяина, который даже не понимает, что он уже просто оболочка, а душа его давно мертва, а сам он и не заметил, как перешёл в стадо скотов. Масоны хозяйничают в мире не одну тысячу лет и пока никто не хочет отнестись к этому серъёзно. Необходимо понять, что христианство, замешенное на иудаизме (ничего общего не имеющее с учением Христоса) и есть первая ступень золотой пирамиды. Задумайтесь! Научитесь слушать и слышать Высший Разум, а не посредников преисподней. Берите в руки умные духовные книги. Высший Разум за века столько передал знаний через своих посланников, чтобы мы были разумны, а мы во что угодно и кому угодно легко верим, только не Богу и, уж точно, не хотим жить по Уставу - Новому Завету Христоса. Но продолжу о Петре Первом, масонах и России.

Пётр Великий (1672-1725гг) -русский царь, первый российский император. Государственный, военный и культурный деятель. Провёл реформы государственного управления. Созданы: Сенат, коллегии, органы высшего госконтроля и политического сыска, церковь подчинил государству, чем обеспечил второй пункт неправедного триединства, проведено деление страны на губернии, построена новая столица - Петербург. Ликвидируя отставание России от передовых стран Западной Европы, проводил политику торговли с западом. Развивал промышленность, (создание мануфактур, металлургических, горных и других заводов, верфей, пристаней, каналов.) Возглавлял армию, участвовал в военных походах. Руководил постройкой флота и созданием регулярной армии. Будучи крупнейшим идеологом абсолютизма, способствовал упрочению и политическому положению дворян. По инициативе Петра Первого открыты многие учебные заведения, Академия наук, принята гражданская азбука и так далее. Реформы Петра Первого проводились путём крайнего напряжения материальных и людских сил, угнетения народа, (Пётр Первый называл народ навозом, удобрением для успешного производства дел во имя государства Российского, то есть неправедного триединства), что влекло за собой восстания, подавляющиеся правительством самым жестоким образом. Так было проявлено при Петре Первом неправедное триединство России: самодержавие - духовенство - безграмотное большинство. В России две страны - толерантность (терпимость), о которой мечтает неправедное триединство, невозможна! Россия пребывает в двойке и чёрном квадрате. Знак Бога-движение и покой-не работает, но именно народ строит будущую духовную столицу. И когда ушёл из жизни Пётр Первый строительтво продолжалось по его плану. По Божьему промыслу город наполнялся Его посланниками, которые несли знания об Уставе общения людей друг с другом и окружающим миром - Новом Завете.

ПЕТРОГРАД - ДУХОВНАЯ СТОЛИЦА РОССИИ. ... Главная стройка города - Невский проспект...."В целом мире нет такой улицы! Широкой. Красивой. Прямой, как стрела. Построенной великими зодчими и всегда полной кипучей жизни. Невский проспект - это чудо градостроительства и, как сказал Гоголь, "всеобщая коммуникация Петербурга." Невский проспект - это понятие. Целый мир представлений. Божьим промыслом наполняется город духовностью. Великий памятник русской истории, русской культуры, русской архитектуры. Наша национальная гордость. Город, который до контрреволюции (перестройки сознания людей) 90-х годов 20 столетия, продолжал высокодуховно развиваться, быть духовным примером для всей страны. Именно высокодуховный город, получивший имя великого посланника Бога - Ленина, в жестокое время нашествия немецкой черни, показал невероятные духовные подвиги во имя Света и Разума! Невский проспект был центром духовной жизни России. Город был центром духовной жизни Новой Цивилизации - СССР. Два имени творили город: Пётр Первый и Ленин - оба посланники Неба, да только миссии выполняли разные. Пётр Первый строил столицу России, а Ленин возглавил рождение в ней (Божьим промыслом) Новой Цивилизации. Божьим промыслом духовную столицу России строили лучшие люди страны 19-20 веков, а Ленин возглавил духовное преображение России. И это есть факт, как не поворачивай.

Совместный труд зодчего, скульптура, каменщика, плотника, штукатура, лепщика, позолотчика слиянно выразивших гений народа, - вот что сообщает Невскому проспекту такой строгий и стройный вид. А впереди, если двигаться к центру города, - путиводительный шпиль - Адмиралтейская игла, которую воспел Пушкин:"И ясны спящие громады пустынных улиц, и светла Адмиралтейская игла."Адмиралтейство заложил Пётр Первый. Оно строилось по его собственному чертежу и представляло собой первую на Балтийском море русскую верфь. Когда Пётр умер, здание стали перестраивать. Это было поручено архитектору Коробову. В 18 веке здание горело. В 1806 году здание решено было перестроить. Дело было поручено гениальному русскому зодчиму Адриану Захарову, который сумел превратить Адмиралтейство в великий памятник русской морской славы. Город строился Божьим промыслом, лучшие архитекторы, скульпторы, художники творили его красоту: Пименов, Щедрин, Теребенев, Росси, Бартоломео Растрели (в России его звали Варфоломей Варфоломеевич. Он приехал в Россию мальчиком, прожил в Петербурге всю жизнь), Воронихин, (самое великое творение Воронихина-Казанский собор), Мартос, Демут-Малиновский. В 1812 году петроградцы (я намеренно называю город по-русски, а не как навязали Петру масоны на Кукуе - Лефорт со товарищами) провожали отсюда Михаила Иларионовича Кутузова, грядущего на великое дело спасения Отечества; назначенный главнокомандующим, он отъезжал к армии. Спустя десять месяцев, когда Напалеоново войско было уже разбито и армия наша переступила границу, Кутузов скончался. Останки его привезли в Петроград и погребли в Казанском соборе. Могила его священна. Перед Казанским собором установлены памятники: Кутузову и полководству Отечественной войны - Барклаю-де Толли. Фигуры изваял скульптор Борис Орловский. Настоящая фамилия Смирнов. До тридцати лет он был крепостным одного из орловских помещиков. Отсюда и псевдоним. Прекрасное здание публичной библиотеки строил Соколов. Мы, конечно, так говорим: "строил Пётр Соколов, Воронихин, Роси и т. д., но должны понимать, что строили всю эту красоту своими руками замечательные люди и, как правило, крепостные или другие подневольные. Это они готовили новую духовную столицу для будущей Новой Цивилизации. Невозможно перечислить всех, кто был призван Всевышним на эту святую работу. И перечислить всех, кто наполнял высокой духовностью этот святой город, тоже невозможно, надо читать и читать всё, что оставили нам посланники Божьи и особенно в девятнадцатом веке. Тогда только сложится в сознании нашем правильная картина духовного мира России и станет понятен диагноз духовных болезней человечества. Их много, составивших разум и благородство России. Так читайте же эти века, ищите и обрящете, стучите и отворится вам- учил Христос. И конечно, первым хочется вспомнить, дорогого русскому сердцу Михаила Васильевича Ломоносова (1711-1765гг). Первый русский учёный-естествоиспытатель мирового значения, поэт, заложивший основы современного литературного языка, художник, историк, поборник отечественного просвещения, развития русской науки и экономики, родился 8 ноября в деревне Денисовка (ныне с. Ломоносово) в семье помора. В 19 лет пешком ушёл учиться (с 1731 г. в Славяно-греко-латинской академии в Москве; с 1735 в Академическом университете в Петербурге, с 1736-1741 в Германии). С 1742года адьюнкт, с 1745 года первый русский академик Петербургской Академии Наук. В 1748 году основал при АН первую в России химическую лабораторию. В 1735 году по инициативе М.В. Ломоносова основан Московский университет. Открытия Ломоносова обогатили многие отрасли знания. Его идеи далеко опеределили время. Развивал атомно-молекулярные представления о строении вещества. В противоположность господствовавшей теории теплорода утверждал, что теплота обусловлена движением корпускул. Сформулировал принцип сохранения материи и движения. Заложил основы физической химии. Исследовал атмосферное электричество и силу тяжести. Выдвинул теорию о цвете. Создал ряд оптических приборов. Открыл атмосферу на планете Венера. Описал строение Земли, объяснил происхождение многих полезных ископаемых и минералов. Опубликовал руководство по металлургии, подчёркивал важность исследования северного морского пути, освоения Сибири. Автор трудов по русской истории. Обращаясь к молодым научным силам России, Ломоносов писал:" Сами свой разум употребляйте. Меня за Аристотеля, Картезия, Невтона не почитайте. Если же вы мне их имя дадите, то знайте, что вы холопи, а моя слава падёт с вашею." Но не только в науке Ломоносов сознавал неповторимость, принципиальную новизну своего дела. Он и в поэтическом творчестве исходил из самобытности того содержания, которое ему предстояло воплотить. Так во вступлении к поэме "Пётр Великий" (1761 г) Ломоносов открыто поставил под сомнение принцип слепого следования "образцам. Он ощущал мощь своего духа, который в состоянии "одним взглядом охватывать совокупность всех вещей," самобытности того дела, которое он намерен воспеть, сознание абсолютной новизны тех истин, которые Божьим промыслом открыты его внутреннему взору. Многие современники Ломоносова не могли во всём размахе постичь сущность и цели коренных перемен в жизненном укладе России, происшедших в результате петровских реформ. Противники Петра с порога отвергали все начинания. Среди сторонников было немало людей, которые вкусив от плода западноевропейского просвещения, слепо уверовали в культурную отсталость России, только отрицательно оценивали её прошлое и свои надежды связывали с помощью извне. (не то ли и сегодня происходит в нашей многострадальной Родине. Сколь велико число тех, кто предал её и помчался под лукавым флагом глоболизации служить чужим странам, за 30 сребренников продавая её мощь и славу и увеличивая силу преисподней). Прекрасно понимая, какой тяжёлой ценой дались народу петровские реформы, будучи вместе с тем твёрдо уверенным, что пути назад для России заказаны, и выдвигая свою собственную программу дальнейших просветительских преобразований, Ломоносов вполне отдавал себе отчёт в том, что её выполнению "ужасные обстоят препятствия," но оговаривался, что препятствия эти "не больше опасны, как заставить брить бороды, носить немецкое платье, сообщаться обходительством с иноверными, заставить матрозов в летние посты есть мясо, уничтожить боярство, патриаршество и стрельцов и вместо их учредить Правительствующий Сенат, Святейший Синод, новое регулярное войско, перенести столицу на пустое место и новый год в другой месяц! Российский народ гибок!" "Неподражаемый, бессмертный Ломоносов" показал себя одним из немногих в ту пору действительно глубоких исторических мыслителей. Незадолго до смерти Ломоносов писал:" За то терплю, что стараюсь защитить труды Петра Великого, чтобы выучились россияне, чтобы показали своё достоинство." Россия, только что пережившая бурное время петровских преобразований, менее всего была склонна испытывать чувство "неполноценности" перед Европой. Победы русского оружия, ускоренное развитие промышленности и наук, пробуждение общественной активности самых разных слоёв населения, вызванное новым отношением к человеку (оценка личности определялись не столько по происхождению, сколько по заслугам перед обществом), - всё это вызывало у русских людей чувство гордости и вселяло уверенность в высоком историческом предназначении молодой России, по праву занявшей своё место в кругу "просвещённых народов" Европы. Учиться у западных и у восточных соседей, безусловно, необходимо. Но учиться - полагаясь на "своё разумение," на свои ресурсы, учитывая насущные потребности и внутреннюю логику своего развития. Только такое ученье могло быть плодотворным, ибо и сама Россия несла с собою уникальные ценности в сокровищницу мировой культуры. Не было в середине восемнадцатого века другого поэта, который бы так же страстно, убеждённо и талантливо, как Ломоносов, отстаивал в своих стихах эту истину. Забота о благе Родины; мучительные поиски истины; взволнованное переживание красоты и единства окружающего мира; отчаяние человека, изнемогшего в борьбе со своими врагами (засилие немецкой и своей черни в АН) преданного на бессмысленные муки, беззащитного и одинокого (неправедное триединство: самодержавие-духовенство- безграмотное большинство крепло, чернь не собиралась терпеть в своих рядах гениев-простолюдинов из Богоизбранного народа), радостное чувство родства с великим народом, его историей, драматической и славной, и какая-то немыслимая, прямо-таки ностальгическая тоска по будущему, ради которого и свершался его титанический гражданский и творческий подвиг! "Ломоносов стоит впереди наших поэтов, как вступление впереди книги." Это не просто остроумная фраза: за ней стоит много существенного, насущно необходимого для понимания всего нашего дальнейшего литературного развития. Ломоносов действительно, как в предисловии, сжато и энергично выразил основные духовные проблемы (общественно-политические, нравственные, философские, психологические и пр.), которые впоследствии не смог обойти не один большой писатель и которые по сути дела, не утратили своей актуальности до сего дня. Ломоносов был уверен, что Россия Богом избрана для своей особой миссии. "О, ваши дни благословенны! Дерзайте ныне ободренны реченьем вашим показать, что может собственных Ньютонов Российская земля рождать!" - М.В.Ломоносов. ... (информация из книг "Пётр Первый" А. Толстого. "М.В.Ломоносов").

Державин Гаврила Романович (1743-1816) - русский поэт. Представитель русского классицизма. Писал торжественные оды, проникнутые идеей сильного государства, в котором процветают законы Божьи для всех. Писал сатиру на вельмож, филосовские размышления. Всё это постоянно раздражало чернь и кончилось тем, что в начале октября 1803 года Александр Первый позвал к себе шестидесятилетнего министра юстиции Гавриила Романовича Державина и раздражённо сказал ему:"Ты очень ревностно служишь." Через несколько дней был дан указ об отставке Державина. На эту отставку Державин написал:"Блажен, кто менее зависит от людей, свободен от долгов и от хлопот приказных, не ищет при дворе ни злата, ни честей и чужд сует разнообразных!"Гаврила Романович лукавил сам перед собой. Он совершенно не мог оставаться без дела. Да и не мог спокойно отнестись к тому, как с ним поступил царь. Но приходят посланники Божьи, чтоб оставить нам знания о мире, в котором мы живём. Знания оставляют, чтоб разумными становились наши сердца, чтоб понимали как жить, какими быть, как поскорее сделать единственно правильный выбор:"Богу служить и Ему одному поклоняться." Вот и свёл Всевышний Державина с новгородским викарием Евгением. До пострижения в монахи звали его Евфимием Алексеевичем Болховитиновым. Евгений был человеком широких и разносторонних интересов. Он окончил духовную академию и слушал лекции в Московском университете. Особую же склонность питал к русской литературе. Был убеждён, воспитать в человеке Человека Разумного можно только через высокодуховную литературу. Евгений на ту пору составлял словарь русской культуры и русской литературы. Этот словарь имел огромное значение для тех, кто занимался самообразованием. Справочник представлял сведения обо всех писателях, поэтах, художниках. Достаточно было приобрести этот справочник и человек легко определялся в своих трудах по духовному восхождению. Державин принял самое активное участие в составленнии такого справочника. Главным в своём творчестве считает поэму "Бог." Но он и прислан был Высшим Разумом в мир, чтобы сообщить людям истиное понятие формулы Бога.( Хорошо бы в школе коммунизма наизусть выучить поэму "Бог," по примеру Державина и викария Евгения, создать справочник литературы, произведений исскуства, музыкальных произведений, для использования в школах коммунизма и самообразовании). Он с убеждением сообщал людям факт, что:"На пышных карточных престолах сидят мишурные цари," пояснял "на счёт тех из господ наместников, которые , обольстясь вверенною им монаршею властию, гордо говорили и поступали." Жизнь Державина - это жизнь, в которой для поэта не было ничего бесконечно малого, недостойного внимания, наблюдения, пристального разглядывания. Причины такого скрупулёзного интереса к чужой человеческой жизни - "культ конкретного, живого человека, а не отвлечённого, культ человека, имеющего право на жизнь, свободу от тех, кто её угнетает, угнетает мысль, творчество и счастье. Люди полнокровные и целостные, с их духом, душой и плотью, с их бытом, окружением, нравами, привычками, со всеми материальными мелочами жизни были невероятно интересны Державину. Он уверен, что люди сами, без "доброго барина " ( сегодня это чиновники) над ними, способны построить разумную жизнь по Божьим законам. Поэма "Бог" написана Державиным, но Божьим промыслом. Это самое важное сообщение людям. Бог есть - Высший Разум Вселенной, это просто понять, надо только это известие услышать; именно это известие отныне поведёт людей, избравших Бога, к истине. ... Бог - "О, Ты, пространством бесконечный, живый в движеньи вещества, теченьем времени превечный, без лиц, в трёх лицах божества! Дух всюду сущий и единый, кому нет места и причины, кого никто постичь не мог. Кто всё собою наполняет, объемлет, зиждет, сохраняет, кого мы называем - Бог!. Измерить океан глубокий, сочесть пески, лучи планеТ, хотя и мог бы ум высокий, - Тебе числа и меры нет! Не могут духи просвещенны, от света твоего рожденны исследовать судеб твоих: лишь мысль к Тебе взнестись дерзает, - в Твоём величьи исчезает, как в вечности прошедший миг. ХАоса бытность довременну из бездн Ты вечности воззвал, а вечность, прежде век рожденну в себе самом Ты основал: себя Собою составляя, Собою из Себя сияя, Ты свет, откуда свет истёк. СоздАвый всё единым словом, в твореньи простираясь новом, Ты был, Ты есть, Ты будешь ввек! Ты цепь существ в себе вмещаешь. Её содержишь и живишь. Конец с началом сопрягаешь и смертию живот даришь. Как искры сыплются, стремятся, так солнцы от Тебя родятся! Как в мразный, ясный день зимой пылинки инея сверкают, вратятся, зыблются, сияют, - так звёзды в безднах под тобой. Светил возженных миллионы в неизмеримости текут, твои они творят законы, лучи животворящи льют. Но огненны сии лампады, иль рдяных кристалей громады, иль волн златых кипящий сонм, или горящие эфиры, иль вкупе все свистящи миры - перед Тобой - как нощь пред днём, как капля в море опущенна, вся твердь перед Тобой сия. Но что мной зримая вселенна? И что перед Тобою я?! В воздушном океане оном, миры умножа миллионом, - и то, когда дерзну сравнить с Тобою, лишь будет точкою одною. А я перед Тобой - ничто. Ничто! - Но ты во мне сияешь Величеством твоих доброт; во мне Себя изображаешь, как в малой капле вод. Ничто! - Но жизнь я ощущаю, несытым никаким летаю всегда пареньем высоты; Тебя душа моя быть чает, вникает, мыслит, рассуждает: - я есмь - конечно есть и Ты!. Ты есть! - Природы чин вещает, гласит моё мне сердце то, меня мой разум уверяет, Ты есть - и я уж не ничто! Частица целой я вселеннойг поставлен, мнится мне, в почтенной средине естества я той, где кончил тварей ты телесных, где начал ты духов небесных и цепь существ связал всех мной. Я связь миров повсюду сущих, я крайня степень вещества; я средоточие живущих, черта начальна божества; я телом в прахе истлеваю, умом громам повелеваю, я царь - я раб - я червь - я бог! Но будучи я столь чудесен, отколе происшёл? - безвестен; а сам собой я быть не мог. Твоё созданье я, Создатель! Твоё созданье я, Создатель! Твоей премудрости я тварь, источник жизни, благ податель, душа души моей и царь! Твоей то правде нужно было, чтоб смертну бездну преходило. Моё бессмертно бытие; чтоб дух мой в смертность облачился и чтоб чрез смерть я возвратился, Отец! В бессмертие твоё. Неизъяснимый, непостижимый! Я знаю, что души моей воображении бессильны и тени начертать Твоей; но если славословить должно, то слабым смертным невозможно Тебя ничем иным почтить, как им к тебе лишь возвышаться, в безмерной разности теряться и благодарны слёзы лить." - Г.Р. Державин "Избранное."

Радищев Александр Николаевич (1749-1802) русский революционный мыслитель, писатель, правозвестник революционных идей в России. Ода "Вольность,"философские сочинения. Главное произведение Радищева "Путешествие из Петербурга в Москву," в котором остро и точно показал всё лицемерие и жестокость существующего неправедного триединства: самодержавие - духовенство - безграмотное большинство. В романе остро описывается всё лицемерие и жестокость самодержавия, рисует картины жизни народа, лишённого самых элементарных прав, угнетённого крепостным рабством. Народу запрещено учиться, получать образование. Книга была конфискована. В 1790 году Радищев был приговорён к смертной казни (с времён Иисуса Христоса всех, кто Божьим промыслом приносит людям знания о праведном триединстве, распинают всякими способами), но приговор был изменён, - сослан в Сибирь. Обличения самодержавия и крепостничества чернь не простила писателю. Писатель не замолчал. Вернувшись из ссылки он продолжал говорить правду о тех, кто называл себя помазанниками божьими, а были настоящими слугами дьявола, потому что жили в системе минус и служили материальной скверне и вожделению плоти (своему богу - золотому тельцу). Чернь грозила ему новыми репрессиями. Ей можно, ей всё дозволяется и это не обсуждается и не осуждается. Радищев исполнил свою Божью миссию, он оставил правдивую информацию о неправедном триединстве. Не видя для себя возможности жить в преисподней - он ушёл из жизни.

Век восемнадцатый заканчивается приходом очередного посланника Божьего - Александра Сергеевича Пушкина. Его приходом начался последний год уходящего века и начала века невероятной активности духовной жизни России, века девятнадцатого. Пушкин Александр Сергеевич родился 6 июня 1799 года в Москве. Пушкин сопровождает нас всю жизнь. Он входит в наше сознание с самого детства, пленяя душу ребёнка чудесной сказкой с синим её лукоморьем, морскими богатырями, танственной золотой рыбкой, озорным и лукавым работником Балдой. В юности Пушкин приходит к нам через школу. Он пробуждает стремление к высокому, любовь к "святой вольности", неукротимое желание посвятить Отчизне "души прекрасные порывы." Наступают зрелые годы и к Пушкину обращаются самостоятельно, без посредников, по велению ума и сердца. И тогда происходит открытие своего Пушкина. Мир поэта громаден. Всё было предметом его поэзии. Поэтический дар Пушкина слышал громы больших исторических событий и улавливал сокровенные движения сердца. Он отзывался на всё, что составляет внутреннюю жизнь личности, откликался на всё, что есть в природе видимо. Пушкинская любовь к природе давно стала и нашей любовью. Нас завораживает его описание русской зимы-"волшебницы" с её буйными метелями и "сиянием розовых снегов," святками и крещенскими гаданиями. Мы помним наизусть стихи о "поздней осени," жадно читаем страницы, посвящённые знойному югу, Чёрному морю, чей "сладкий" шум был мил сердцу поэта, торжественным горам Кавказа и печальным степям Молдавии. С гордостью повторяем про себя стихи о Москве и Петрограде. При этом не просто узнаём неповторимые черты природы в русской жизни, не только наслаждаемся гармонией и красотой стиха - мы открываем для себя одину, воспитываем в себе любовь к ней, становимся душевно богаче и нравственно чище. Нам дорога в Пушкине его любовь к русской истории, к богатырским подвигам народа, его воплощение прошлого в живых и могучих характерах, в величавых и трагически прекрасных картинах. Отжившее прошлое открывает нам тайнны истории. Далёкое навсегда становится близким. Властью Пушкинского воображения мы становимся соучастниками Полтавской битвы и бессмертной "грозы двенадцатого года," свидетелями мятежной силы народа в "Капитанской дочке" и леденящей душу сцены грозного "безмолвия Народа" в финале "Бориса Годунова." В центре пушкинского творчества - жизнь его современников, раскрытая им горькая драма века. Пушкин знал все страдания человека своей эпохи. Страдания, выпавшие на долю тех, кто, беззаветно начал борьбу за свободу от неправедного триединства, и тех, кто не отважился на мятеж, жил, задыхаясь в атмосфере самовластья, погибая под ударами враждебных человеку обстоятельств. Всё, что противостояло черни и неправедному триединству, чернь казнила, распинала, но несмотря ни на что, избранники Божьи и после Иисуса Христоса приходили в этот мир и продолжали свой крестный путь. Среди тех, кто выполнял Божью волю, идя за Христосом след в след, и обагряя своей кровью плащаницу -(ставшую Святым Красным Знаменем) - любимые сыновья Богом избранные - Пушкин и декабристы среди них. Он писал о страшном и прекрасном, мучительном и постыдном в жизни. Он рассказал всё и о себе - своих радостях творчества и преданности идеалам свободы от всего неправедного, о горьких сомнениях и увлечениях, о горе любви и душевных муках в тяжёлую пору 1830 годов, когда преследования царя, жандармов и светской черни и козни масона Геккерна с каким-то пасынком из Франции, - предопределили его гибель. Его ведь тоже угораздило вляпаться в масонскую ложу и хорошенько в ней разочароваться. История неизвестная, но информация для размышления серъёзная. Преследования не сломили Пушкина. Поэт даже в трагические минуты жизни не впадал в отчаяние. Он верил в человека и доверял Жизни. Оттого художественный мир Пушкина исполнен света, добра и красоты; он умел находить живые родники обновления жизни, помогал людям обретать веру в будущее. В лирике полнее всего раскрылся пушкинский идеал прекрасного человека. Это первым понял Белинский:"Самая грусть его, несмотря на её глубину, как-то необыкновенно светла и прозрачна; она умиряет муки души и целит раны сердца. Общий колорит поэзии Пушкина и в особенности лирической - внутренняя красота человека и лелеющая душу гуманность... В этом отношении, читая его творения, можно превосходным образом воспитать в себе человека." Гоголь, отдавший свой талант гневному отрицанию мира "мёртвых душ," с любовью и благодарностью писал об открытом Пушкиным русском идеале прекрасного человека, о свободно и щедро раскрывшейся в поэзии русской натуре поэта. "В нём русская природа, русская душа, русский язык, русский характер отразились в такой же чистоте, в такой очищенной красоте, в какой отражается ландшафт на выпуклой поверхности оптического стекла... Пути Господни неисповедимы. Корнями уходящий в Африку Пушкин истинно русский по природе и по духу. Богу всё равно, где родится его посланник (где сложится, там и произойдёт). Пушкин при самом своём начале уже был национален, потому что истинная национальность состоит не в описании сарафана, но в самом духе народа. Поэт даже может быть и тогда национален, когда описывает совершенно сторонний мир, но глядит на него глазами своей национальной стихии, глазами всего народа, когда чувствует и говорит так, что соотечественникам его кажется, будто это чувствуют и говорят они сами... Пушкин есть явление чрезвычайное и, может быть, единственное явление русского духа: это русский человек в его развитии, в каком он, может быть, явится через двести лет." Так и случилось, через двести лет родилась Новая Цивилизация, в невероятных муках жестокого кровавого апокалипсиса; родился новый человек разумный и началось строительство истинного праведного триединства: Бог (Высший Разум Мироздания) - Сын (Устав общения людей друг с другом и окружающим миром переданный людям Божьим посланником Иисусом Христосом) - Св. Дух (энергоинформационный обмен Богоизбранного народа с Богом).

ВОЛЬНОСТЬ (ода-1817г). .... Беги, сокройся от очей, Цитеры слабая цариц! Где ты, где ты, гроза царей, свободы гордая певица?! Приди, сорви с меня венок, разбей изнеженную лиру... Хочу воспеть Свободу миру, на тронах поразить порок. Открой мне благородный след того возвышенного Галла, кому сама средь славных бед ты гимны светлые внушала. Питомцы ветренной Судьбы, тираны мира! Трепещите! А вы, мужайтесь и внемлите. Восстаньте, падшие рабы! Увы! Куда не брошу взор- везде бичи, везде железы, законов гибельный позор, неволи немощные слёзы; везде неправедная Власть в сгущённой мгле предрассуждений воссела - Рабства грозный Гений и Славы роковая страсть...Лишь там над царскою главой народов не легло страданье, где крепко с Вольностью святой законов мощных сочетанье; где всем простерт их твёрдый щит, где сжатый верными руками граждан над равными главами их меч без выбора скользит и преступленье свысока сражает праведным размахом; где неподкупна их рука ни алчной скупостью, ни страхом. Владыки! Вам венец и трон даёт закон - а не Природа; стоите выше вы народа, но вечный выше вас Закон! И горе, горе племенам, где дремлет он неосторожно, где иль народу, иль царям законом властвовать возможно! Тебя в свидетели зову, о мученик ошибок славных, за предков в шуме бурь недавных сложивший царскую главу. Самовластительный злодей! Тебя, твой трон я ненавижу, твою погибель, смерть детей с жестокой радостию вижу.Читают на твоём челе печать проклятия народы, ты ужас мира, стыд природы, упрёк ты Богу на Земле."

ЦЕЛЬ НАШЕЙ ЖИЗНИ. ... "Любимец божества, природы старший сын, вещай, о, человек Почто ты в свет родился?! На то ль, чтоб царь земли и света властелин к постыдной цели век стремился?! На то ль, чтоб, огнь и мечь приняв в строптиву длань он землю обагрял кровавою рекою, с весельем адским нёс народам смерть и брань и царства попирал ногою?! На то ль, чтоб в роскоши без пользы дни влачил и, в неге загрубев, скучая в пресыщенье, собою землю он напрасно тяготил, в холодном мучась упоенье? На то ль во глубине сибирских снежных гор и злато и сребро рождаются покрыты, чтоб ими услаждал таинственный свой взор скупец, богатствами несытый?! Восстань, о сын небес! И, правдой озарён, порочное своё восчувствуй униженье, дерзай на небесах, восторгом окрилен, своё прочесть предназначенье! Воззри: для мирных стад разостлан в поле дерн, орлам разверзнуты небесные равнины, воздвиглися скалы для быстрогогих серн, для рыб изрылись вод пучины. Но ты - природа вся тебе приносит дань: и суша, и моря, и огнь тебе послушны, ты отражаешь гром, ты движешь океан, летаешь в пропасти воздушны Воззри: то солнца луч румянит небеса, то в лёгких облаках плывёт луна златая. Рождается в полях весенняя краса, алеет роза молодая; таится под травой прохлада ручейка, и в кистях виноград на холмах золотится, и, тихо зыблемый дыханьем ветерка по нивам жёлтый клас (колос) струится. Всё для тебя. Срывай блаженством жизни цвет, дарами Вышнего спокойно наслаждаясь; сей мир не есть юдоль злосчастия и бед, счастливым будь, не заблуждаясь. Всех благ источника не забывай, чти Правду и Закон, содейстувй благу света,- тогда без трепета оставишь тленья край и в мгле померкнешь для рассвета."

Невозможно говорить о Пушкине отдельно от декабристов. Герои Отечественной войны 1812 года, они сражались плечо к плечу с своим народом, который и спас Отечество. Все надеялись, что грядут в стране перемены и, наконец-то, исчезнет позор России-крепостное право. Но неправедное триединство и не думало даже об ослаблении тяжелого и унизительного рабства. И, конечно, спокойно принять чудовищное безобразие не могли те, у кого была совесть, честь и любовь к своему народу. "Исторические заслуги, говорил Ленин, - судятся не по тому, чего не дали исторические деятели сравнительно с своими предшественникам.(т2- с.178) В.И.Ленин, устанавливая периодизацию русского освободительного движения, со всей отчётливостью определил место декабристов в истории революционной борьбы: ... "Мы видим ясно три поколения, три класса, действовавшие в русской революции. Сначала - дворяне и помещики, потом декабристы и Герцен. Узок круг этих революционеров. Страшно далеки они от народа. Но их дело не пропало. Декабристы разбудили Герцена. Герцен развернул революционную агитацию. Её подхватили, расширили, укрепили, закалили революционеры-разночинцы, начиная с Чернышевского (священника по образованию) и кончая героями "Народной воли." Шире стал круг борцов, ближе их связь с народом. "Молодые штурманы будущей бури"-звал их Герцен. Но это не была ещё сама буря. Да! Крепкое и ядовитое дерево выросло на земле - неправедное триединство. Трудно его корчевать. Буря, это- движение самих масс, а массы это мы - безграмотное большинство. Пролетариат, единственный до конца революционный класс, поднялся во главе масс и впервые поднял к открытой революционной борьбе миллионы рабочих и крестьян. Первый натиск бури был в 1905 году. Следующий начинает расти на наших глазах." (т.2-с.261) Владимир Ильич писал о выступлении дворян честь имеющих и совесть, понимающих, что власть преступна перед Богом и природой: "Крепостная Россия забита и неподвижна. Протестует ничтожное меньшинство дворян, безсильных без поддержки народа."(т.23 с.398) "Наша революция... не будет стоить ни одной капли крови, провозглашал один из активнейших декабристов Бестужев-Рюмин,- ибо произведётся одной армией без участия народа." Так они мечтали, но не пришло ещё время. Декабристы провозгласили своей целью уничтожение крепостного гнёта и тирании самодержавия, они действовали в интересах народа и, в конечном счёте, отражали его чаяния и надежды. Все декабристы страстно и беззаветно любили Россию и желали ей благоденствия и славы. "Принести в жертву всё, даже самую жизнь, ради любви к Отечеству, говорил Муравьёв-Апостол. Величественная эпопея всенародной освободительной Отечественной войны 1812 года, завершившаяся триумфальной победой не только русского оружия, но и русского "народного духа" (по выражению декабристов), происходившая в стране классовая борьба, сильное брожение народных масс, непрекращающиеся волнения крепостных крестьян, восстания на Дону (1818-1820), в военных поселениях (1819), В Семёновском полку ( 1820), буржуазные революции в Америке и во Франции, освободительное движение в странах Западной Европы. "Везде брожение умов, везде иль жалобы иль стоны, оружий гром, иль звук оков, иль упадающие троны"... Декабристы, в большинстве принимавшие участие в военных походах в годы наполеоновских войн, имели случаи близко и повседневно наблюдать крепостного крестьянина, одетого в солдатский мундир. В 1812 году, в обстановке грандиозного всенародного национально-патриотического подъёма, русский крестьянин, забитый и униженный помещиками и чиновниками, показал всему миру высокие примеры героизма, самоотверженности и душевного величия. Будущие декабристы воочию увидели замечательные качества русского народа: его талантливость, высокодуховность, мудрость, волю, разум, трудолюбие, смекалку - всё не перечесть. Так в сознании передовых русских людей начала девятнадцатого века складывалось представление о русском национальном характере. В мрачной обстановке феодальной реакции, возглавлявшейся "Священным союзом" трёх монархов (русский царь, австрийский император и прусский король), будущие декабристы быстро убедились в том, что тяжкие испытания и жертвы русского народа останутся без какого бы то ни было воздаяния. Ещё война длилась, когда ратники, возвратясь в домы, первые разнесли ропот в классе народа, - писал впоследствии Бестужев А. А. в своих объяснениях Следственной комиссии:-"Мы проливали кровь,- говорили они, - а нас опять заставляют потеть на барщине. Мы избавили родину от тирана, а нас опять тиранят господа." Так декабристы, эти "лучшие люди из дворян"(В.И. Ленин), изживая либеральные иллюзии, приходили к мысли о необходимости насильственного свержения деспотизма. Вскоре после возвращения гвардии и армии из заграничного похода развернули подпольную политическую деятельнось в конспиративных кружках и тайных обществах. Историческое значение декабризма заключается прежде всего, разумеется, в том, что он был революционным общественно-политическим движением. Но он был также и широким идейным и общественно-культурным течением, оставившим глубокий след в духовной жизни русского общества, в истории русской культуры. Понятно, что материальная скверна и вожделенная плоть (мёртвые души) оставляют после себя усиленную преисподнюю. Что ещё может оставить после себя неправедное триединство?! Плохое дерево даёт плохие плоды. Декабристы выработали, обосновали и отстаивали свои взгляды на всё, что волновало их душу и тревожило их совесть. (Душу и Совесть)! Божьим промыслом декабризм создал своё мировоззрение, своё понимание культуры и её задач, свою мораль, свою этику. Он создал и свою литературу. Среди участников декабрьского движения было много лиц, профессионально занимавшихся литературой, и в их числе несколько крупных писателей: Рылеев, Кюхельбекер, Одоевский, А. Бестужев, Катенин, Ф. Глинка, Н.Бестужев. Влияние идей декабристов было огромным. С ними тесно были связаны Пушкин и Грибоедов, поэты, прозаики, критики и публицисты. Создавалась новая русская литература, которая честно и самоотвержено стала служить делу общественно-политического и нравственного воспитания безграмотного большинства. Начинался период самого активного обмена человека разумного с Богом!. Ох, как важно и нам, советским людям, заняться тем же самым, да поскорее, времени уже нет. Не спорить с чернью и не оправдываться, а утверждать Бога в сердцах своих, спасать тех, кого можно спасти. Литературно-театральным филиалом Союза Благоденствия служил кружок "Зелёная лампа," известный по участию в нём Пушкина. В уставе Союза Благоденствия, самой многолюдной из декабристских организаций, имеется специальный раздел "Слово," в котором речь идёт об агитационно-пропагандистской функции слова- то есть ораторской речи и литературы. Посредством слова членам Союза вменялось в обязанность "превозносить добродетель, унижать порок и показывать презрение к слабости," внушать стремление к общему благу," и т.д. Уставом также предусматривалось издание"повременных сочинений, сообразно степени просвещения каждого сословия," равно как и коллективные занятия по "сочинению и переводу хороших нравственных книг," организация литературных "вольных"обществ. Устав предъявлял вполне определённые не только политические, но и этические требования. "Члены, занимающиеся словестностью, должны на произведения свои налагать печать изящного, не теряя из виду, что истинно изящное есть всё то, что возбуждает в нас высокие и к добру увлекающие чувства." Специально подчёркивалась в уставе обязанность литераторов "обращать особое внимание на обогащение и очищение языка." В уставе Союза Благоденствия отчётливо сформулирована самая суть декабристской этики. Литература рассматривалась как мощное средство гражданского, патриотического и морального воспитания высокодуховного человека. Наиболее значимое произведение этого времени, конечно же, "Письма русского офицера" Фёдора Глинки, где впервые в русской литературе было внятно сказано о том, что война 1812 года пробудила "дух народный, в бездействии дремавший," и что именно крепостные крестьяне "в скромной простоте своей явили себя истинными героями сего времени." Фёдор Глинка остро протестует против недостойной и пагубной подражательности чужому в ущерб своему, отечественному; также - патриотической заботой о чистоте русского языка, призывом "не потерпеть владычества чуждых речений в священных пределах словестности своей;" глубоким интересом к богатствам "народных преданий" и народного творчества: к летописям, к песням и былинам, к памятникам древней письменности. Живо интересовали декабристов дела давно минувших дней, там они черпали знания о человеке и его духовном развитии. Главным, движущим словом в жизни декабристов, было слово-" высокий." Стремиться к высокодуховному -цель и смысл жизни. "Моя душа до гроба сохранит высоких дум кипящую отвагу."(Рылеев) Отношение к поэтам как к пророкам, а потому завышенные требования:"О, так! Нет выше ничего предназначения поэта."...."Святой, высокий сан певца он делом оправдать обязан"..."Ему неведом низкий страх; на смерть с презрением взирает, и доблесть в молодых сердцах стихом правдивым зажигает." Кюхельбекер). Они внимательно изучали библию. Они искали в ней ответы на революционность Иисуса-пророка, неистового обличителя грехов и преступлений и правозвестника правды:"Иди к народу, мой пророк! Вещай, труби слова Еговы! Срывай с лукавых душ покровы и громко обличай порок!" Они считали себя последователями пророка и были убеждены:"За дело правды мы и чести и за отчизну держим бой"... Пророком чувствовал себя и Пушкин. В стихотворении "Пророк"он поведал нам силу высокого преображения в своей Душе. Открытие ему Богом миссии было тяжёлым и болезненным! Но поэт её принял и с достоинством пронёс через всю жизнь.

ПРОРОК. ... "Духовной жаждою томим, в пустыне мрачной я влачился,- и шестикрылый серафим на перепутье мне явился. Перстами лёгкими как сон моих зениц коснулся он. Отверзлись вещие зеницы, как у испуганной орлицы. Моих ушей коснулся он,- и их наполнил шум и звон: и внял я неба содраганье, и горний ангелов полёт, и гад морских подводный ход, и дольней лозы прозябанье, и он к устам моим приник, и вырвал грешный мой язык, и празднославный и лукавый, и жало мудрыя змеи в уста замёрзшие мои вложил десницею кровавой. И он мне грудь рассёк мечом, и сердце трепетное вынул, и угль, пылающий огнём, во грудь отверстую воздвигнул. Как труп в пустыне я лежал, и Бога глас ко мне воззвал: "Восстань, пророк, и виждь и внемли, исполнись волею моей, и, обходя моря и земли, глаголом жги сердца людей."

Его удивительные сказки-притчи. Он тоже как Иисус говорит с людьми притчами. В них мы видим жизнь поповскую жалкую и никчемную и жизнь навсегда нам симпатичного работника Балды. Эта симпания с детства остаётся с нами на всю жизнь. Сказка-притча о царе Салтане, где чернь показана во всём её современном виде; не изменилась нисколько, только ещё подлее стала. Потрясающая сказка о рыбаке и рыбке. В образе материальной скверны и вожделенной плоти нищая, завистливая и алчная старуха из ряда безграмотного большинства. Эта ненасытная скотина много хотела, чтоб сама владычица морская была у неё на посылках. А ведь золотая рыбка и есть Всевышний и по сей день чернь хочет, чтобы Он был у неё на посылках. И кажется, здорово заигралась, не чувствует, что гонит себя к гибели и тянет за собой весь мир. Все сказки поучительны для тех, кто хочет учиться уму разуму. Трагедия Пушкина в том, что он связал себя с масонами. Они же лукавы и как пауки затягивают в свои ядовитые сети правильными речами. Пушкин был (мягко говоря ) разочарован, остался сам собой, а это масоны не прощают. Была тонко (так умеют только масоны) выстроена травля поэта. Гибель была неизбежна. Точнее, чем Лермонтов о смерти поэта и причинах народной трагедии, не расскажешь.

"Погиб поэт! - невольник чести - пал, оклеветанный молвой, с свинцом в груди и жаждой мести, поникнув гордой головой!.. Не вынесла душа поэта позора мелочных обид, восстал он против "света" один, как прежде... и убит! Убит!..К чему теперь рыданья, пустых похвал ненужный хор и жалкий лепет оправданья?!. Судьбы свершился приговор! Не вы ль сперва так злобно гнали его свободный, смелый дар и для потехи раздували чуть затаившийся пожар?! Что ж? Веселитесь...он мучений последних вынести не мог: угас, как светоч, дивный гений, увял торжественный венок. Его убийца хладнокровно навёл удар...спасенья нет: пустое сердце бьётся ровно, в руке не дрогнул пистолет. И что за диво?!..издалёка, подобный сотням беглецов на ловлю счастья и чинов заброшен к нам по воле рока; смеясь, он дерзко презирал земли чужой язык и нравы; не мог щадить он нашей славы; не мог понять в сей миг кровавый на что он руку поднимал!...И он убит-и взят могилой, как тот певец, неведомый, но милый, добыча ревности глухой, воспетый им с такою чудной силой, сражённый, как и он, безжалостной рукой. Зачем от мирных нег и дружбы простодушной вступил он в этот "свет" завистливый и душный для сердца вольного и пламенных страстей?! Зачем он руку дал клеветникам ничтожным, зачем поверил он словам и ласкам ложным, он, с юных лет постигнувший людей?!.. И прежний сняв венок-они венок терновый, увитый лаврами, надели на него: но иглы тайные сурово язвили славное чело; отравлены его последние мгновенья коварным шёпотом насмешливых невежд, и умер он - с напрасной жаждой мщенья, с досадой тайною обманутых надежд. Замолкли звуки чудных песен, не раздаваться им опять. Приют певца угрюм и тесен, и на устах его печать."

----------------------------------

А вы, надменные потомки известной подлостью прославленных отцов, пятою рабскою поправшие обломки игрою счастия обиженных родов! Вы, жадною толпой стоящие у трона, Свободы, Гения и Славы палачи! Таитесь вы под сению закона, пред вами суд и правда-всё молчи!.. Но есть, есть Божий суд, наперстники разврата! Есть грозный судия: он ждёт; он не подкупен звону злата, и мысли и дела он знает наперёд. Тогда напрасно вы прибегнете к злословью: оно вам не поможет вновь, и вы не смоете всей вашей чёрной кровью поэта праведную кровь!"

Декабристов было мало, они были далеки от народа, и тем самым были обречены на поражение. "Но их дело не пропало," сказал о декабристах Ленин. Они оказали мощное влияние на идейное движение в России, они невероятно усилили энерго-информационный обмен человека разумного с Богом. Пушкин написал мученникам распятым неправедным триединством за правое дело, за торжество белого квадрата - системы развития потенциала народа:

"Во глубине сибирских руд храните гордое терпенье, не пропадёт ваш скорбный труд и дум высокое стремленье. Несчастью верная сестра, надежда в мрачном подземелье разбудит бодрость и веселье, придёт желанная пора: любовь и дружество до вас дойдут сквозь мрачные затворы, как в ваши каторжные норы доходит мой свободный глас. Оковы тяжкие падут, темницы рухнут - и свобода вас примет радостно у входа, и братья меч вам отдадут."

В течение 1830 годов царизм не успевал уничтожать и выкорчовывать "следы и остатки" (выражение Николая 1) декабризма (процессы Сунгурова, братьев Критских, Ситникова, расправа с поэтом Полежаевым и др.) "Несмотря на роковую косу, разом подрезавшую их,- писал о декабристах Герцен,- их влияние, как Волгу в море, можно далеко проследить в печальной николаевской России. На идеях и заветах декабризма воспитывалось следующее поколение деятелей передовой русской культуры и русского революционного движения. Герцен положил много труда, чтоб донести до русского читателя литературное наследие декабристов. Назвав своё издание "Полярной звездой" и поместив на его обложке профили пяти казнённых вождей декабризма, Герцен сделал это для того, чтобы "показать непрерывность предания, преемственность труда, внутреннюю связь и кровное родство," которые связывали его с первым поколением дворянских революционеров. Литературная деятельность писателей-декабристов составляет драгоценную страницу в истории русской литературы. Творческий опыт декабристских поэтов учитывали величайшие гении нашей поэзии - Пушкин, Лермонтов, Некрасов. Вещую строку из стихотворения поэта-декабриста Одоевского:"Из искры возгорится пламя" Ленин выбрал эпиграфом для большевстской газеты "Искра." В Отечественную войну 1812 года под Можайском на Бородинском поле было сражение с французами. Погибло 90 тысяч человек. Там стоит памятник батарее Раевского, часовня, которую построила в память о муже и русских воинах вдова генерала Тучкова, Собор построен на святом поле. В 1942 году тут сражались советские войска не пуская врага в Москву. Святая земля буквально политая кровью, останки погибших находят до сих пор. Когда я работала в нашем родном 40-ом интернате, мы каждый год с ребятами ехали на Бородинское поле. Каждый раз ребята застывали перед витринами музея. Там хранились и вещи, найденные после боёв в Великую Отечественную и среди них комсомольский билет, пробитый пулей и залитый кровью (нельзя разобрать ни имя, ни фамилию). Это кровь пролитая на Святое Красное Знамя! Энерго-информационное поле произошедших событий в двух войнах живы, они там на Бродинском поле, но черни это не помеха. Чернь сегодня в 21 веке покупает землю, политую святой кровью и не боится, что духи им этого не простят, будут у них и болезни и неудачи и много чего ещё и у них и у их потомков.

"Скажи-ка, дядя, ведь недаром Москва, спалённая пожаром французу отдана? Ведь были ж схватки боевые, да говорят ещё какие! Недаром помнит вся Россия про день Бородина!" - Да, были люди в наше время, не то, что нынешнее племя:"Богатыри не вы!" Плохая им досталась доля: немногие вернулись с поля... Не будь на то Господня воля, не отдали б Москвы! Мы долго молча отступали, досадно было, боя ждали, ворчали старики: "Что ж мы? На зимние квартиры? Не смеют, что ли, командиры чужие изорвать мундиры о русские штыки?" И вот нашли большое поле:"Есть разгуляться где на воле! Построили редут. У наших ушки на макушке! Чуть утро осветило пушки - и леса синие верхушки - французы тут как тут. Забил заряд я в пушку туго и думал:"Угощу я друга! Постой-ка брат мусью!" Что тут хитрить, пожалуй к бою; уж мы пойдём ломить стеною, уж постоим мы головою за Родину свою! Два дня мы были в перестрелке. Что толку в этакой безделке? Мы ждали третий день. Повсюду стали слышны речи:"Пора добраться до картечи!" И вот на поле грозной сечи ночная пала тень. Прилёг вздремнуть я у лафета, и слышно было до рассвета, как ликовал француз. Но тих был наш бивак открытый: кто кивер чистил весь избитый, кто штык точил, ворча сердито, кусая длинный ус. И только небо засветилось, всё шумно вдруг засуетилось, сверкнул за строем строй. Полковник наш рождён был хватом: слуга царю, отец солдатам... Да жаль его: сражён булатом, он спит в земле сырой. И молвил он, сверкнув очами: "Ребята! Не Москва ль за нами? Умрёмте ж под Москвой, как наши братья умирали, и умирать мы обещали, и клятву верности сдержали мы в Бородинский бой. Ну ж был денёк! Сквозь дым летучий французы двинулись, как тучи, и все на наш редут. Уланы с пёстрыми значками, драгуны с конскими хвостами, все промелькнули перед нами, все побывали тут. Вам не видать таких сражений!...Носились знамена, как тени, в дыму огонь блестел, звучал булат, картечь визжала, рука бойцов колоть устала, и ядрам пролетать мешала гора кровавых тел. Изведал враг в тот день немало, что значит русский бой удалый, наш рукопашный бой!.. Земля тряслась- как наши груди, смешались в кучу кони, люди, и залпы тысячи орудий слились в протяжный вой...Вот смерклось. Были все готовы заутра бой затеять новый и до конца стоять...Вот затрещали барабаны - и отступили бусурманы. Тогда считать мы стали раны, товарищей считать. Да, были люди в наше время, могучее, лихое племя: Богатыри - не вы!" Характеризуя декабристов, Ленин привёл слова, которые сказал о них Герцен:"фаланга героев." В славной и величественной истории русского революционного движения этим героям - первым борцам против неправедного триединства ( самодержавие -духовенство - безграмотное большинство) по праву принадлежит почётное место. Отблеск героизма лежит и на их литературном творчестве. Вслед за всеобъемлющим гением Пушкина в русскую литературу вступил как "власть" имеющий - Лермонтов и дал новое историческое ускорение её развитию. С Лермонтовым поэзия мысли и красоты перерастала в поэзию силы и действия. Поэзия созерцания становится поэзией активного устремления в будущее, направляет свои усилия на поиски героического. Именно Лермонтов сосредоточил всё могущество своего гения на том, чтобы открыть героическую действительность, героический характер, героику народной жизни, - и они возобладали в русской литературе, оплодотворив творчество великих художников слова от Толстого и Некрасова, до Горького, Маяковского, Шолохова. Поэзия Лермонтова - поэзия героического как необходимого элемента действительности, как неотъемлемого начала народной жизни, без которого нет и не может быть самой жизни. Ещё совсем юным он записал в дневнике:"Так жизнь скучна, когда боренья нет... Мне нужно действовать."... Человек должен совершать подвиги в борении с чернью в себе. Каждая победа над собой- подвиг. Каждый человек приходит в этот мир наделённый могучим мятущимся духом, ищущим своего приложения, ибо каждому дана миссия. Эту энергию человек должен, обязан использовать для совершения подвигов во имя своего народа и своей страны, но прежде для воспитания своей Души в Уставе. Героическое в человеке - это духовное самообразование, самовоспитание коммунистической этики поведения (узкий путь Устава, ведущего в жизнь), самоограничение, самоконтроль, самодисциплина, самостоятельный выбор идеологи, самосознание и т.д. Трудно быть хорошим! (чтоб им стать нужен труд:"И над душой трудиться надо и день и ночь, и день и ночь! - Заболоцкий) Самосознание - основа национальной героики, как героики революционной. Такая героика не может быть замкнутой, ибо она истоками уходит в глубины народной жизни. И не чудо ли: Лермонтов "выводил" своих богатырей на берег современности в самое небогатырское время, в мрачную пору николаевской реакции, в пору безнадежности и отчаяния, покорности и раболепия, в годы, когда первый прибой революционной бури остался далеко позади, а приближение второго не предсказывали и самые дальновидные люди. Герцен в тоске бенадежности восклицал: зачем мы так рано проснулись! И даже демократ Белинский проповедовал теорию примерения с действительностью... И в эту глухую пору Божий посланник юноша, поэт-пророк посягнул на верность героическому и пронёс его, как знамя, через всё десятилетие. Это был великий национальный подвиг, восстановивший связь распавшихся времён, перекинувший мост над бездной и проложивший прямую магистраль исторического развития. Поэзия Лермонтова идейно воссоединяет декабризм и революционную демократию. Не случайно друг декабриста Одоевского - Лермонтов был любимым поэтом Чернышевского. Как не случайно и то, что именно Лермонтов (если говорить об идее) заставил Белинского отказаться от примерения "с гнусной рассейской действительностью" и поднять знамя демократической борьбы... И пусть никого не удивляет мудрость пятнадцатилетнего мальчика, потому что имя этого мальчика Михаил Юрьевич Лермонтов - посланника Божьего. В его творчестве раскрывается слово Гордость (не гордыня-которая есть спесь черни), оно обретает в человеке чувство собственного достоинства. Быть гордым по Лермонтову, означает, что человек этой личностью должен стать, воспитать в себе качества духовности. И это скорее всего обращение к своему классу, личностей в котором можно встретить всё реже. Гордость не разобщает людей, а объединяет их общим стремлением к единой благородной цели: воспитать в себе гордую, высокодуховную личность. Лермонтовская гордость всегда сопровождалась презрением к порокам своего класса. Он отрицает всё, что калечит божественную личность человека. Белинский скажет об этом отрицании:" без отрицания история превратится в стоячее и вонючее болото." С этим связана идея русского национального богатырства, во имя которой Лермонтов и ведёт борьбу с аппатией и ленью - философией тунеядцев на теле истории. Его гениалный стих"Дума."

Печально я гляжу на наше поколенье! Его грядущее - иль пусто иль темно, меж тем под бременем познанья и сомненья, в бездействии состарится оно. Богаты мы, едва не с колыбели, ошибками отцов и поздним их умом. И жизнь уж нас томит, как ровный путь без цели, как призраки на празднике чужом. К добру и злу постыдно равнодушны, в начале поприща мы вянем без борьбы; перед опасностью позорно малодушны, и перед властию-презренные рабы. Так тощий плод, до времени созрелый, ни вкуса нашего не радуя, ни глаз, висит между цветов, пришлец осиротелый, и час их красоты-его паденья час."

"Мы иссушили ум наукою бесплодной, тая завистливо от ближних и друзей надежды лучшие и голос благородный неверием осмеянных страстей. Едва касались мы до чаши наслажденья, но юных сил мы тем не сберегли, из каждой радости, бояся пресыщенья, мы лучший сок навеки извлекли. Мечты поэзии, создания искусства, восторгом сладостным наш ум не шевелят; мы жадно бережём в груди остаток чувства - зарытый скупостью и бесполезный клад. И ненавидим мы, и любим мы случайно, ничем не жертвуя ни злобе, ни любви, и царствует в душе какой-то холод тайный, когда огонь кипит в крови. И предков скучны нам роскошные забавы, их добросовестный, ребяческий разврат; и к гробу мы спешим без счастья и без славы, глядя насмешливо назад. Толпой угрюмою и скоро позабытой над миром мы пройдём без шума и следа, не бросивши векам ни мысли плодовитой, ни гением начатого труда. И прах наш, с строгостью судьи и гражданина, потомок оскорбит презрительным стихом, насмешкой гордою обманутого сына над промотавшимся отцом."

После таких слов Лермонтова уже сказать-то больше нечего, так обозначил он миссию человека на земле давно известную: хранить рай - нашу Землю, приумножая-сохраняй, построй дом, семью, роди детей, да не предай их потом прелюбодеянием; жизнь посвяти богоизбранному народу, сам стань частью его, не поддавайся прелестям материальной скверны и вожделенной плоти, спеши на верный путь духовного труда, чтоб совершенным стать. Любовь к родине доведи в себе до молитвенного отношения, тогда станешь патриотом и тебе никогда в голову не придёт предать её, тем более её сквернословить, бежать в чужие края за долларами, хапать их, засовывать в карманы и верещать от счастья скота:"Та цэ ж доллары! Цэ ж доллары!"...Да, что может быть прекраснее для граждан мира преисподней??! Конечно! Доллары! (Информация из книг: "А.С. Пушкин" - сочинения в 11 томах; "М.Ю.Лермонтов сочинения в 8 томах).

Николай Васильевич Гоголь (1809-1852) украинский писатель, обозначивший своим творчеством, отличавшимся гражданской целенаправленностью, новый период в истории Российской классики. Назвали этот период-гоголевским периодом. Творения Гоголя стали составной частью духовной жизни советского народа, прочно заняли выдающееся место в сокровищнице мировой классической литературы. Образ мыслей, убеждения Гоголя формировались в атмосфере национального подъёма после победоносной войны 1812 года и вместе с тем усиления самодержавно -крепостнического гнёта. Это особенно проявлялось на Украине. Глубокие переживания этих противоречий эпохи определило многие особенности мировоззрения и творчества будущего писателя. Совсем юным он испытывает душевное беспокойство. Чувство, что он что-то должен сделать для своего народа, постоянно беспокоило Гоголя. Успех исполнения своей мечты он связывал с Петербургом. Закончив Нежинскую гимназию он уезжает в Петербург. В первые же годы жизни в столице - сплошные неудачи и разочарования. Но всё это не сломило Гоголя. Именно здесь он уже понял, что призван Всевышним служить литературе, ведь именно здесь он может принести больше всего пользы своему народу. Бог уже давно ведёт и благословляет его труд. Встреча с Пушкиным и другими видными литераторами вселяет уверенность. Именно Пушкин убеждает использовать талант для прославления дивной своей родины - Украины. Неприятие безликости и бездушия официального Петербурга закономерно обращает юного Гоголя к жизни близких ему и любимых селян. И это, как прикосновение Антея к родной земле, пробуждает и приводит в движение творческие возможности его поразительного дарования. "Вечера на хуторе близ Диканьки" возвестили о появлении в России нового писателя, выдающегося, в высшей степени своеобразного таланта. Писатель ставит перед собой задачу воссоздания поэтического облика народа, воплощающего его лучшие черты, нравственное здоровье и духовные силы. Читателю открывался чудесный красочный мир, показавший народ в его внутренней красоте, в богатейших творческих возможностях. Задача эта была новаторской, поскольку чернью народ никогда не воспринимался как одухотворённая созидательная сила, способная играть сколько-нибудь значительную плодотворную роль в истории. Черни не откажешь в высшей степени гордыни, спесива и никчемна - ничтожество ей имя. (Мы сегодня эту никчемность наблюдаем повсеместно. Ни песен, ни спектаклей, ни литературы, ни концертов, ни музыки и т.д., несущих святой дух - нет! Ничего не могут создать, берут классику,(особенно отвратителен балет, исчезли красота и духовность) делают из неё похабщину, называют это безобразие современным прочтением и навязывают безграмотному большинству). "Вечера на хуторе близ Диканьки" повергли чернь в бешенство. И неуместно изображение в литературе простонародных героев, и нет высоких мыслей, и неудачный слог повествования. Но как надо, с восторгом, приняли первое творение Гоголя, Богоизбранные, оценив его как подлинное открытие. Пушкин к восторженным словам о произведении в первую очередь отметил, что героем творения является народ. Народ показан Гоголем в своём обаянии, сильным, умным, разумным, талантливым и жизнерадостным. Такое появление народа в передовой литературе явилось одним из крупных достижений в процессе демократизации российской литературы, длительного и сложного утверждения богоизбранного народа в ряду основных её героев. В движении передовой литературы России на первый план выдвигается реализм с его критической устремлённостью. Гоголь ввёл в литературу термин "существователь." Сам тип, выраженный в этом термине, возник в сознании Гоголя ещё в юности, как обозначение бездуховных людей, потребителей, чуждых высокому назначению человека. В письме к своему товарищу по лицею Г.И. Высоцкому Гоголь писал:"Ты знаешь всех наших существователей, всех, населивших Нежин. Они задавили корою своей земности, ничтожного самодоволия, высокое назначение человека. И между этими существователями я должен жить!"... Своё отношение к существователям Гоголь будет показывать постоянно. Эти люди- породия на человечество (скоты им имя). Что они делают в этом мире?! Едят, пьют, гадят, разрушают своей жизнью Божий мир; будучи жывыми они мёртвые; приходит время и умирают их порочные плоти, оставив свой нечистый дух разложени в прошлом, которое строит будущее их потомков, а значит продолжают жизнь свой смердящей преисподней (материальной скверны и вожделения плоти). Существователи-эта проблема поистине мирового значения. Причина проблемы - капитализм - вечное проклятие человечества.(Ленин) Мы живём в такое время, когда с этого монстра срываются все маски. И надо выбирать: дьяволу служить или пророку. От этого выбора не уйти никому. Гоголь обращается к прошлому и пишет повесть "Тарас Бульба" потрясающую своей правдой. Гоголь продолжает героическое в литературе. Героические черты свойственны не одному Тарасу, но и другим запорожцам. Они сплочены единой целью борьбы, общим мировоззрением, чувствами и стремлениями. Главным героем произведения Гоголя выступает борющийся народ с его нравственностью и возвышенными стремлениями. Повесть приобретает характер исторической народно- героической эпопеи. Одна из характерных черт народности облика Тараса Бульбы - его непримиримость к растленной части украинской верхушки, предающей народные интересы. Полны обличительного гнева слова его речи, обращённой к казакам."Знаю, подлое завелось теперь по земле нашей: думают только чтобы при них были хлебные стоги, скирды, да конные табуны их, да были бы целы в погребах запечатанные мёды их. Перенимают, чёрт знает, какие бусурманские обычаи; гнушаются языком своим; свой со своим не хочет говорить; свой своего продаёт, как продают бездушную тварь на торговом рынке." Повесть Гоголя обращена не только к опыту прошлого, но и к проблемам современности. По словам Гоголя, в его письме к Н.Языкову (2 декабря 1844 г), он обращался к прошлому, чтобы "вразумить настоящее" и чтобы почесался в затылке современник." В условиях самодержавно-крепостнического режима изображение героизма, преданности Родине, цельности характеров героев раскрывало несправедливость угнетения, измельчание личности, растление властью денег. Изображение величия народа само по себе подрывало общественные и духовные устои царизма, звало к обновлению жизни. Продолжая тему существователей Гоголь пишет свой роман "Мёртвые души" и показывает всему миру всю подлость, бездуховность, безнравственность, пошлость, ложь, моральный разврат материальной скверны и вожделения плоти. Потрясающе современный роман. Жаль, что ни одна мёртвая душа его никогда не прочтёт. Это слово к живым и в первую очередь к вам, мои дорогие потомки. Верю, вы выберете Бога, Ему служить и одному Ему поклоняться. ( информация из сочинений Н.В. Гоголя и его биографии)

Наш дорогой, любимый Тарас Григорьевич Шевченко - украинский поэт-пророк, талантливый художник, Божий посланник, последователь Христоса, в этом убеждает его дневник, прочтя который, в шоке от преисподней остаёшься на всю оставшуюся жизнь. Ну и карма у династии Романовых! Страшной катастрофой ворвалось в их жизнь число семь, число Творца-число непредсказуемое! Сколько же за ними тянется человеческого горя, поломанных судеб. И наш Тарас уж и хлебнул от них полной мерой. Он родился в 1814 году в многодетной семье крепостного крестьянина Киевской губернии. С младенческих лет будущий поэт впитывал в себя впечатления суровой крепостнической действительности. Картины подневольного труда и ужасающей бедности, с одной стороны, и паразитического существования владельца "крещёной собственности," (помазанники божьи) с другой, вошли в сознание ребёнка и юноши на всю жизнь, отзываясь незатихающей болью в его сердце. На восьмом году жизни он был отдан в "дьяческую" школу родного села Кириловки. Обучение продолжалось недолго, оно было прервано смертью матери и вызванными этим событием неурядицами в семье. Став на двенадцатом году жизни круглым сиротой, будущий поэт на собственном опыте познал всю горечь существования самой обездоленной части крепостного сословия - положения сельского наймита. В 1825 году Тарас снова поступает в школу уже к другому дьячку - учителю, выполняя там обязанности не только школьника, но и попыхача (мальчика на побегушках). Из этой "так называемой школы," где учеников на каждом шагу подвергали телесным наказаниям, Тарас сбежал, пробыв в ней около двух лет. В своей автобиографии он оставил нам яркий портрет своего нового учителя. "Это первый деспот, - читаем мы в ней,- на которого я наткнулся в своей жизни, поселил во мне на всю жизнь глубокое отвращение и презрение ко всякому насилию одного человека над другим. Тарас пробует рисовать, мечтает стать художником. У него огромная любовь ко всему прекрасному. Он много видит этой красоты вокруг и хочет зарисовать. Второе увлечение-поэзия. Совсем юным он написал поэму "Гайдамаки." Если бытовая, любовная и обрядовая украинская народная песня оказала сильнейшее воздействие на эстетические представления Шевченко, то украинская историческая песня, аккумулировавшая в себе опыт социального мышления народных масс, имела огромное значение для формирования общественных взглядов поэта. Народные предания и рассказы о Колиивщине и других событиях украинской истории, которые поэт слышал от деда и "старых людей," вместе с историческими песнями, воспринятыми им от кобзарей, легли в основу многочисленных произведений Шевченко на историческую тему. В 1829 году в пятнадцатилетнем возрасте, Шевченко попадает в услужение в качестве комнатного "козачка" к своему владельцу, помещику Энгельгардту. Тарас пытается копировать все картины, бывшие в покоях хозяина. Осенью этого же года Шевченко вместе с Энгельгардтом уезжает в Вильно. В Вильно Шевченко совершенствует свои знания польского языка и приобщается к польской культуре. Здесь закладываются основы интернационализма будущего поэта. Деспотизм хозяина-самодура пробуждал в крепостном "козачке" чувство собственного достоинства и протеста. В Вильно молодой Шевченко мог быть свидетелем бурных событий, вызванных вспыхнувшим в ноябре 1830 года польским восстанием. Виленские эти события расширили горизонт его политического мышления. Тарас проявил упрямую настойчивость и упросил Энгельгардта отдать его в обучение на четыре года к цеховому мастеру Ширяеву. Группа Ширяева выполняла ответственные заказы.Так, например, в 1833 году артель расписывала здание Синода и Сената, а в 1836 году - здание Большого театра; рисунки для орнаментов плафона Большого театра Шевченко выполнял, как он сам писал об этом, "по указаниям архитектора Кавоса." Вместе с товарищами по мастерской юноша Шевченко в течение шести лет жил на чердаке дома. За это время он обстоятельно ознакомился со многими такими же, как и он, обитателями петербургских чердаков и подвалов. С жизнью этого Петербурга, населённого дворовыми людьми, ремесленниками и мастеровыми, Шевченко был знаком не понаслышке, он был с ними кровно связан. И этот Петербург найдёт впоследствии отражение как в Шевченковских стихах, так и особенно в его повестях. Живя в Петербурге Тарас не терял связь с своей родиной, был в курсе всех событий там происходящих. В 1835 году становится членом общества поощрения художников, знакомится с писателями Жуковским, Гребёнкой, художниками Брюловым и Венициановым, при содействии которых получил "отпускную"- свободу от крепостной зависимости. Друзья Тараса выкупили его у Энгельгардта. Став весной 1838 года не только учеником Академии художеств, но и любимым учеником Карла Брюлова, Шевченко с большой настойчивостью начал овладевать искусством живописи. Однако именно в это же время он ощутил на себе неотразимую власть своего поэтического призвания которое порою даже отрицательно сказывалось на успехе его занятий живописным исскуством. "Я занимался тогда - писал Шевченко в "Дневнике,"- сочинением малороссийских стихов, которые впоследствии упали такой страшной тяжестью на мою убогую душу. Перед его (Брюлова) дивными произведениями я задумывался и лелеял в своём сердце своего слепца-Кобзаря (народного певца)...Я хорошо знал, что живопись - моя будущая профессия, мой насущный хлеб. И вместо того, чтобы, изучить её глубокие таинства...я сочинял стихи, за которые мне никто ни гроша не заплатил и которые, наконец, лишили меня свободы и которые, несмотря на всемогущее бесчеловечное запрещение, я всё-таки втихомолку кропаю." Вот так идут по нашей жизни посланники Бога, распинаемые чернью. На то она преисподняя, наглая и бесстыжая, возомнившая себя истиной и истину попирающая повсеместно. Она боялась правды о себе и отправила Тараса в Новопетровский укрепрайон в Киргизии рядовым; ему было категорически запрещено писать и рисовать. Чернь убила Пушкина, Лермонтова и их кровь тоже легла на Сятое Красное Знамя, теперь они распинали нашего Тараса. Потому не о его творчестве хочу сказать, а о преисподней, о материальной скверне и вожделенной плоти этих мёртвых душ, что столько веков отравляют мир своим зловонным нечистым духом. Хочу прочитать выдержки из дневника Тараса. "В детстве, сколько я помню, меня не занимали солдаты, как это обыкновенно бывает с детьми. Когда же я начал приходить в возраст разумения вещей, во мне зародилась неодолимая антипатия к христолюбивому воинству. Антипатия усиливалась по мере столкновения моего с людьми сего "христолюбивого" звания. Не знаю, случай ли, или оно так есть в самой вещи, только мне не удалося, даже в гвардии, встретить порядочного человека в мундире. Если трезвый, то непременно невежда и хвастунишка. Если же хоть с малой искрою разума и света, то также хвастунишка и вдобавок пьяница, мот и распутник. Естественно, что антипатия моя возросла до отвращения. И нужно же было коварной судьбе моей так ядовито, злобно посмеяться надо мною, толкнув меня в самый вонючий осадок этого "христолюбивого" сословия. Если бы я был изверг, кровопийца, то и тогда для меня удачнее казни нельзя было бы придумать, как сослав меня в Отдельный оренбургский корпус солдатом. Вот где причина моих невыразимых страданий. И ко всему этому мне ещё запрещено рисовать. Отнять благороднейшую часть моего бедного существования! Трибунал под председательством самого сатаны не мог бы произвести такого холодного, нечеловеческого приговора. А бездушные исполнители приговора исполнили его с возмутительной точностию. Август-язычник, ссылая Назона к диким гетам, не запретил ему рисовать и писать. А христианин Николай запретил мне и то и другое. Оба палачи. Но один из них палач-христианин. В приговоре было сказано:"Строжайше запретить писать и рисовать." Писать запрещено за возмутительные стихи на малороссийском языке. А рисовать - и сам верховный судия не знает, за что запрещено. А просвещённый блюститель царских повелений непояснённое в приговоре сам пояснил, да и прихлопнул меня своим бездушным всемогуществом. Холодное, развращённое сердце. И этот гнилой старый развратник пользуется здесь славою щедрого и великодушного благодетеля края. Как близоруки или, лучше сказать, как подлы эти гнусные славильщики. Сатрап грабит вверенный ему край и дарит своим распутным прелестницам десятитысячные фермуары, а они прославляют его щедрость и благодеяния. Мерзавцы!"... Вот как точно обозначил Шевченко образ Чудовища, которе сегодня даже превосходит мерзость Чудовища прошлых времён. Это Чудовище и есть неправедное триединство (система материальной скверны и вожделения плоти) - толерантность между Бога ибзбравшим народом и материальной скверной вожделенной плоти невозможна. Война! А потому надо осознать, что чернь победила нас и всё что с нами связано, она методически уничтожает: памятники, литературу, высокодуховное образование, высокодуховную армию, скрыла от наших детей Богоизбранных героев Отечества, прошлое, построенное советским Богоизбранным народом. оставленное нам для строительства раведного триединства, оболгала коммунистов - воинов Христовых, извратила всё святое в Новой Цивилизации, что построено было Божьим промыслом, смела с лица страны Святое Красное Знамя, которое стало тёмно-красным от крови святых воинов Христовых во время Великой Отечественной войны (в которой коммунисты шли в атаку первыми), сегодня чернь уничтожает всё, что несёт Божью весть человеку: литературу, искусство, театр, кино. Воскресшее неправедное триединство: самодержавие(либерально -плутократическая "Единая Россия") - духовенство - обслуживающее либерально-плутократическую власть - безграмотное большинство( невежественные обыватели), преисподняя - чернь, под руководством Жидомасонской Золотой пирамиды, заканчивает "работу," намеченную планом Далеса. В плане ЖИДомасонская золотая пирамида заканчивает по всем пунктам ставить галочки:"Выполнено!" Как-то по тв шла передача о масонах. Включила я неудачно, она заканчивалась, но то что я услышала повергло меня в шок. Какой-то тип, в золотой маске водил ведущего передачу по масонской ложе под Кремлём и вещал, что они хотят возвести В.В.Путина в князья, готовы все документы и они (масоны?) очень надеются, получить от него положительный ответ. Тогда его дочери выйдут замуж за каких-то принцев. Что это было?! Провокация против Путина?! Уже избран князь тьмы?! Лучше его кандидатуры на должность "Князя тьмы"- нет?! Оправдал надежды?! Тандем Путин - Медведев и наоборот надолго?! Они устраивают пирамиду?! В конце года была какая-то там горячая линия с правителем преисподней и ему некто задал вопрос :"Вам не стыдно!?" Ответ был твёрдый:"Нет!" так, что со времени Шевченко преисподняя только набирает силу! Так что пребывайте в илюзии полного благополучия, дорогие мои соотечественники, даже судьба собственных детей вас не волнует. Всё не верите в подлость мирового масштаба?! Очнитесь от гипноза. Не придёт Христос вас воскрешать. Его чернь убила. Его нет. Есть Его кровь на плащанице, что стала Святым Красным Знаменем. Остался Святой дух Его Учения, (Устав по которому живёт Богоизбранный народ), да Божий храм, в котором Исайя ликует, а не Христос! ...

Продолжаю читать вам выдержки из дневника Тараса..... "Это царёв курган; народное предание говорит, что Пётр Первый, путешествуя по Волге, остановился на этом месте и всходил на эту гору, вследствии чего она и получила название Царёва кургана. Гора эта своею формою и величиною напомнила мне такую же гору, какая близ Звенигородки, Киевской губернии, в селе Гудзивци. И Гудзивскую гору, быть может, какой-нибудь помазанник-пройдоха освятил своим восшествием, но земляки мои как-то тупо сохраняют в своей памяти подобные освещения. Они (земляки мои) чуть ли не догадываются, что если царь взойдёт на такую гору, то, верно, недаром, а уповательно для того, чтобы несытым оком окинуть окрестность, на которой (если он полководец) сколько в один приём можно убить верноподданных. А если он, Боже сохрани, агроном, то это ещё хуже, особенно если окрестность окажется бесплодною, то он высочайше повелит её сделать плодоносною, и тогда потом и кровью крепостного утучнится бесплодный солончак. Земляки мои, верно, не без причины не освещают своей памятью подобных урочищ." (За такую правду о преисподней и её царях чернь не могла иначе жаловать Тараса, как только удалением с глаз своих долой, да подальше, потому и писать и рисовать строжайше запрещали. Боялись, да только хоть и убили посланца Божьего, а его энерго-информационное поле живёт и здравствует, только захоти и прикоснись, он рад будет тебе рассказать правду о том, что сегодня творит преисподняя с тобой и твоей страной.) ..... "Начал открываться из-за горы город Чебоксары. Ничтожный, но картинный городок. Если не больше, то по крайне мере наполовину в нём домов и церквей. И все старинно-московской архитектуры. Для кого и для чего они построены? Для чувашей? Нет, для православия. Главный узел московской старой внутренней политики - православие. Неудобозабываемый Тормоз по глупости своей хотел затянуть этот ослабевший узел и перетянул. Он теперь на волоске держится." От внимания поэта-пророка ничего не остаётся не замеченным. На то, что смотрит - подвергает изучению и осмыслению - чтоб и мы увидели и задумались...." Проходя мимо церкви святого Георгия и видя, что двери церкви растворены, я вошёл в притвор и в ужасе остановился. Меня поразило какое-то безобразное чудовище, нарисованное на трёхаршинной круглой доске. Сначала я подумал, что это индийский ману или Вишну заблудил в христианское капище полакомиться ладаном и деревянным маслицем. Я хотел войти в самую церковь, как двери растворилися, и вышла пышно, франтовски разодетая барыня, уже не совсем свежая, и, обратясь к нарисованному чудовищу, три раза набожно и кокетливо перекрестилась и вышла. Лицемерка! Идолопоклонница! И наверное б(....). И она ни одна! Миллионы подобных ей бессмысленных, извращённых идолопоклонниц. Где христианки? Где христиане? Где бесплотная идея добра и чистоты? Скорее в кабаке, нежели в этих обезображенных животных капищах. У меня не хватило духу перекреститься и войти в церковь; из притвора я вышел на улицу, и глазам моим представилась по тёмному фону широкого луга, блестящая, грационно изливающаяся красавица Волга. Я вздохнул свободно, перекрестился и пошёл домой." Да, нечто подобное пережила и я. Я давно не была в Божьем Храме (диагоз не позволяет ходить - болят ноги), а тут знакомый взял нас с собой на машине. Перед входом всегда останавливаюсь, постою, покрещусь, чтобы тихой и спокойной войти в Храм Божий, чтоб не рарушить своей суетой святой его дух. Я никогда ничего не прошу, стыдно. А вот попросить совета приходится, в жизни много ситуаций, когда не знаешь как поступить. Ответ всегда получишь; может не сразу, но получишь обязательно (время для самостоятельного выхода из негатива всегда даётся и когда такое случается, переживаешь настоящую радость). И вот, выходя из храма (над выходом в этой церкви всегда висела картина, на которой написаны образы 12 апостолов), остановилась с благодарностью перекреститься и остолбенела. На меня смотрело семейство Николая второго, объявленное великомученниками, расстрелянными бешенными собаками-большевиками (ловко сработал масон Корнилов с соратниками; лично арестовал царя с семьёй, отправил в ссылку, там организовал расстрел царской семьи, свалили всё на большевиков и концы в воду. Конец династии! Разве большевики виноваты в чёрной карме династии Романовых? Разве не знает церковь слова Христоса: Ибо от слов своих оправдаешься, и от слов своих осудишься..." - Ев. от Матфея гл.12-37. Так я как и Тарас тоже вышла из храма в шоке от того, что творит духовенство. Но обсуждать это не мне. Мне со своим бы мусором в глазах успешно справиться. Тарас тоже никогда никого не судил, а только наблюдал и заботился, чтоб в его душе то не выросло, что душу разрушает, а значит разрушает мир. Когда видишь в других злое и дурное, помни - это есть и в тебе; не суди других из своего сердца вырви этот сорняк с корнем.

"Русские люди, в том числе и нижегородцы, многим одолжились от европейцев и, между прочим, словом клуб. Но это слово совершенно не к лицу русскому человеку. Слово посиделки удивительно верно изображающее русские дворянские сборища. У европейцев клуб имеет важное политическое значение, а у русских дворян это даже не сходка, а просто посиделки. Они собираются посидеть за ломберными столами, помолчать, поесть, выпить и, если случай поблагоприятствует, то и по сусалам друг друга смазать."...( Теперь эти посиделки элита черни преисподней называет очень точным словом - тусовками, на которых цель тусования ничуть не изменилась, только теперь не дворяне тусуются, а буржуазия рабоче-крестьянского разлива). Тарас Шевченко в своих творениях прославлял человека, живущего по Уставу Божьему, его богатый внутренний мир, его духовную красоту; стремился пробудить национальное самосознание своего народа. Он не переставал преклоняться перед "первыми русскими благовестителями свободы от неправедного триединства," как называл он декабристов. Слова Ленина о том, что декабристы "разбудили" Герцена, можно перенести и на Шевченко. Очень тесно связан был Шевченко с русской литературой и искусством, через него укреплялось единство наших народов. Он не понимал, как можно установить справедливые социальные отношения между богоизбранным народом и материальной скверной и вожделением плоти мёртвых душ. Он обращался к злодеям мира:"Образумьтесь, недолюди, дети уродов! Посмотрите на рай тихий, на свою Родину, полюбите сердцем своим людей и повинуйтесь Богу. Образумьтесь! Будьте людьмии, бо лихо вам будет, роскуются, придёт время, закованные люди"....

Преисподней говорил Христос:"Горе вам, лицемеры, что очищаете внешность чаши и люда, между тем как внутри они полны хищения и неправды. Лицемер слепой! Очисти прежде внутренность чаши и блюда, чтобы чиста была и внешность их. Горе вам, лицемеры, что уподобляетеь окрашенным гробам, которые снаружи кажутся красивыми, а внутри полны костей мёртвых и всякой нечистоты; так и вы по наружности кажетесь людям праведными, а внутри исполнены лицемерия и беззакония. Горе вам, лицемеры, что убиваете пророков - Божьих осланников. - Ев. от Матфея гл.23.

"Оставил после себя украинский поэт-пророк Тарас Григорьевич Шевченко для нас свои завещания, прочитаем же их с благодарностью.

И МЁРТВЫМ, И ЖИВЫМ, И НЕРОЖДЁННЫМ ЗЕМЛЯКАМ МОИМ,

НА УКРАИНЕ И НЕ НА УКРАИНЕ СУЩИМ, МОЁ ДРУЖЕСКОЕ ПОСЛАНИЕ.

"Аще кто речет, яко люблю Бога, а брата своего ненавидит, ложь есть. ( соборное послание Иоанна гл.4 ст.20)

И темнеет, и светает, и ночь наступает, люд, измученный работой, и всё - засыпает. Лишь я плачу, как проклятый, дни и ночи сидя на распутьях многолюдных. И никто не видит слёз моих! Ослепли, видно, не слышат - не знают; святой правдою торгуют, цепь на цепь меняют, насмехаются над Богом, - в ярмо запрягают человека. Пашут горе, бедой засевают... Что ж вырастет? Погодите, увидите всходы! Опомнитесь! Спохватитесь, нелюди, юроды! Поглядите на рай тихий, на мать Украину, полюбите чистым сердцем и её руины! Сбросьте цепи, станьте снова братьями, а где-то на чужбине не ищите того, чего нету и на Небе, а не только что на чужом поле. В своём доме - своя правда, и сила, и воля. Другой нигде нет Украины, нигде другого нет Днепра. А вы? Вы рвётесь на чужбину искать великого добра. Добра святого. Воли! Воли! И братства братского! Нашли. Несли, несли с чужого поля и на Украйну принесли великих слов запас немалый - и всё тут. Вы кричите всем, что Бог вас создал не затем, чтобы вы неправде поклонялись! Чем были вы, тем и остались, вы гнётесь. С тех, кто слеп и нем, дерёте с братьев-гречкосеев три шкуры вживе... и опять спешите к немцам поскорее за правдою!... Вот если б взять и скарб свой вы могли с собою, добытый кражей с давних пор, тогда б остался сиротою Днепр со святой семьёю гор! О, если б вы больше к нам не возвращались, а сдохли, забившись в чужие углы! не плакали б дети, мать бы не рыдала, не слышали б вашей на Бога хулы. Дыханьем воздух вы б не отравляли в степях, что вы свободны, чисты и светлы, и люди б не знали, что вы за "орлы." Они бы с презреньем на вас кивали. Опомнитесь! будьте люди, иль горе вам будет. Скоро разорвут оковы скованные люди. Суд настанет, грозной речью грянут Днепр и горы! Детей ваших кровь польётся в далёкое море сотней рек. Вам ниоткуда помощи не будет: брат от брата отречётся, сын про мать забудет; и дым тучею закроет солнце перед вами. И прокляты вы будете своими сынами! Умойтеся! Образ Божий грязью не поганьте, дурь в голову детям вашим вбивать перестаньте, что они - паны по крови: мужицкое око им заглянет прямо в душу глубоко! Глубоко! Чья на вас надета шкура, дознаются люди,- и немудрые премудрых навеки осудят! Когда б учились вы, как надо, и мудрость бы была своя. А то залезть на Небо рады: "И мы - не мы, и я - не я, и всё-то видел, всё-то знаю, и нет ни ада, и ни рая, и Бога нет, есть только Я. Да куцый немец с постной рожей, и больше никого..." - "Добро же! А кто ж ты сам?" Пускай немец скажет; мы не знаем." Так-то учитесь вы, в чуждых странах разъезжая! Немец скажет:"Вы монголы!" "Монголы. монголы!" Золотого Тамерлана внуки, только голы! Немец скажет:"Вы славяне!" "Славяне? Какие?" Славных прадедов великих потомки дряные! Изучаете Коллара изо всей-то, силы, и Шафарика, и Ганку и в славянофилы так и прётесь. Все языки славян изучили, о своём же, о природном, языке забыли. Будет время - и свой вспомним, коль немец укажет да историю сначала нашу нам расскажет. Тут то мы распетушимся!.. и распетушились по немецкому указу: так заговорили, что не понял даже немец, учитель великий. Где уж тут понять народу! А шуму, а крику! "И гармония и сила, музыка - и полно. А история! поэма народности вольной! Что там Рим? Какие Бруты? Жалкое явленье... Те Коклесы, Бруты - мусор с нашими в сравненье! У нас воля выростала. Днепром умывалась, под голову горы стлала степью укрывалась!" кровью она умывалась, спать ложилась, плача, на обкраденные трупы, на тела казачьи! Ещё раз пересмотрите прочитайте снова книгу славы. Да читайте от слова до слова; всё проверьте: и все титлы, и все запятые, и тогда себя спросите: "Кто же мы такие? Чьи мы дети? Кем? За что мы закованы в путы. И увидите, какая цена вашим Брутам. Рабы, холопы, грязь Москвы, Варшавский мусор ваши паны,- и гетманы и атаманы! Так чем вы чванитеся, вы! Сыны сердешной Украины! что ловко ходите в ярме, ловчее, чем отцы ходили?! Не чваньтесь: с вас дерут ремень, ну, а из них и жир топили. Иль гордитесь, что казаки веру защитили? Что в Синопе, в Трапезунде галушки варили? Правда, вам лишь не досталось ни капли, ни крошки, а на Сечи мудрый немец вырастил картошку и вам продаёт. Берите, ешьте на здоровье, прославляйте запорожье! А чьей жаркой кровью та земля была полита, что картошку родит,- всё равно вам, лишь бы овощь росла в огороде! (метко сказал Тарас и о тех, кто сегодня Бородинское поле продаёт и кто покупает, жить успешно собирается на поле кровью политом). А хвалитесь, что когда то Польшу повалили! Правда ваша: пала Польша и вас раздавила! Так вот как кровь пришлось отцам лить за Москву и за Варшаву и дать в наследство сыновьям и цепи и былую славу! Доборолась Украина... И за что страдает: Хуже ляха свои дети её распинают. Вместо пива праведную кровь из рёбер точат; просветить хотят сыночки у матери очи современными огнями. Чтобы шла за веком, шла за немцами слепая бедная калека. Что ж ведите, указуйте путь. А мать родная пусть прозреет, сыновей тех новых узнавая. Указуйте! И не бойтесь - наградит вас честно за науку мать родная: слепота исчезнет в глазах ваших ненасытных; увидите славу, вживе славу ваших дедов и отцов лукавых. Так не лгите ж сами себе! Учитесь, читайте - и чужому научайтесь, и своё познайте, кто про мать свою забудет, того Бог карает, того собственные дети в хату не пускают, и чужие прогоняют не найдётся злому на всей земле бесконечной ни ласки, ни дома. Тяжело мне, только вспомню печальные были дела дедов наших. Что мне сделать, чтоб о них забыл я? Я бы отдал за забвенье жизни половину. Такова то наша слава, слава Украины. И вы также прочитайте, чтоб неспящим снились все неправды, чтоб могилы - курганы раскрылись перед вашими глазами, чтоб вы распросили мучеников: где какого и за что убили? Обнимите ж меньших братьев, как братья родные,- мать пусть ваша улыбнётся за века впервые! Всех детей своих обнимет твёрдыми руками и деточек поцелует вольными устами, и забудется позора давняя година, оживёт иная слава, слава Украины, и свет ясный невечерний тихо засияет... Обнимитесь, братья мои, прошу, умоляю!(14 декабря 1845год "Кобзарь" Т.Г.Шевченко т.1)

ЗАВЕЩАНИЕ.

Как умру - похороните вы меня в могиле на кургане, над простором Украины милой, чтоб поля необозримы, чтобы Днепр и кручи было видно, было слышно, как ревёт ревучий. Как помчит он с Украины прямо в сине море кровь всех ворогов, тогда я и поля и горы - всё покину, в Небо ринусь к Божьему порогу помолиться. А до тех пор я не знаю бога. Схоронив меня вставайте, цепи разорвите, и злодейской вражьей кровью волю окропите, и меня в семье великой, в семье вольной, новой, не забудьте, помяните, незлым, тихим словом. (25 декабря-Перяславль). Один враг на свете у разумных людей - неправедное триединство. К сожалению перевод не передаёт всю поэзию и музыку украинского языка, но суть понятна. Хотя, попробую русскими буквами написать по украински:"Як умру, то поховайтэ мэнэ на могыли, сэрэд стэпу шырокого на Вкраини мылий; щоб ланы широкополи и Днипро и кручи було выдно було чуты як рэвэ рэвучий. Поховайтэ та вставайтэ, кайданы порвитэ и вражою злою кровью волю окропитэ, и мэнэ в симьи вэлыкий, в симьи вольний, новий - нэ забудьтэ, помъянитэ нэзлим тыхым словом." Шевченко покинул место своей ссылки в начале августа 1857 года, но только по истечении шести месяцев в начале февраля 1858 года, после настойчивых ходатайств друзей, ему было разрешено вернуться в Петербург. Царские жандармы пристально следили за каждым шагом опального поэта, и тем не менее он устанавливает связи и знакомства с демократическими кругами и возобнавляет свою революционную деятельность. В своих поэтических произведениях этого времени Шевченко разоблачал сущность царизма и, бичевал предательскую тактику либералов, нападал на церковь, охранявшую самодержавие авторитетом религии, будил народ от векового сна. Объяснял, что никогда никакой добрый царь (тем более плутократическая партия преисподней, как бы она себя не называла) не будет радеть о народном благе. Богоизбранный народ должен взять власть в свои руки, установить Божьи законы, заставить всех строго их выполнять, да так строго, чтоб всякой плоти и в голову бы не пришла мысль нарушать Устав. А Устав коммунистической партии должен стать таким строгим, что преисподняя будет обходить его десятой дорогой. Главным в жизни страны Советов будет воспитание воспитателей в святом духе Устава: дети должны быть послушны, юность должна быть сдержана, взрослые должны быть ответственными, старики должны быть наставниками.

Тарас Шевченко всегда носил с собой мешочек с пшеницей. При случае в компании, если затевался разговор о неправедном порядке жизни, почему же бог это терпит, Тарас доставал зерно и раскладывал: клал на стол одно семя - это царь; вокруг располагал по кругу семена - семейство царя; дальше паны всякого ранга; за этим кругом чиновники всех сортов и оттенков (воры и чиновники - взяточники, духовенство, армия, полиция); подальше рассыпал по кругу всё остальное зерно из которого получалось кольцо широкое и высокое. Ему задавали вопрос всегда один и тот же:"И что это значит?!" Он отвечал: - это все, кто содержит своим трудом паразитов. Потом смешивал в общую кучу пшеницу и предлагал:" А найдите теперь, где царь и где паны ?!"- и начинался разговор о Боге, о законах мироздания и о духовных законах в том числе и о том лицемерии, которое насаждает в храме Бога духовенство. Возражали люди, - так веками положено. И спрашивал Тарас:"Кем положено?!" и объяснял тарпеливо простые вещи, что потом чесали мужики в затылках, как же они сами до такой простоты не додумались. И до сих пор безграмотное большинство верует в бога так, как положено теми, кто первый захапал кусок Божьей земли и навязал остальным веру в бога, которая ничего общего с верой в Бога (Высший Разум всё дивно создавший, всем правящий мудро!) - не имеет. Православная религия построена на иудаизме ничего общего с учением Христоса и Его именем не имеющая. В библии в книге царств глава 8 как раз и написано о помазанниках божьих. Прочитайте всю главу, в которой главные слова на требование людей дать им царя:"И сказал Господь Самуилу:" Послушай голоса людей во всём, что они говорят тебе; ибо не тебя они отвергли, но Меня, чтоб я не царствовал над ними." Не захотели люди жить по законам Высшего Разума - Бога. А вот так описал сие происшествие Шевченко:

"В непробуждаемом Китае, в Египте в тёмном и у нас, над Индом или над Евфратом паслись ягнята и телята; стада на вольном поле пас пастух, живя как в райском крае. Он думы-думушки не зная, пасёт себе, доит, стрижёт свою животину, распевая... как вдруг сам чёрт царя несёт с мечом, с законом, с палачами, с князьями, с тёмными рабами в ночи подкрались, увели отары с поля, а пасущих шатры, изодранные кущи и всякие дары земли, сестёр и жён уволокли, растлили всё и осквернили, и осквернённых, слабосильных и нищих сердцем обрекли работе к каторжной. Бежали за днями дни. Рабы молчали. Цари плодились и росли и Вавилоны созидали... И маги, бонзы и жрецы (как все духовные отцы) в церквах и пагодах питались. А кабаны царям на сало или на колбасы, а цари себе самим сооружали кумирии, храмы, храмы, алтари - рабы немые поклонялись. Завидно иудеям стало, что хоть плюгавого царя , навозного хоть алтаря нет у сердешных. Попросили дряхлеющего Самуила: где хочет, царя, навозного хоть алтаря нет у сердешных. Попросили дряхлеющего Самуила: где хочет, чтоб искал не зря и дал бы, старый, им царя. И вот премудрый прозорливец, помозговавши, взял елей, отняв от козлищ и свиней, Саула нашего верзилу помазал сразу же в царя. Саул, не будучи дурак, набрал гарем себе, и стал он спокойно царством управлять. Дивились пастухи немало и говорили простаки:" Видать, и мы не дураки, уж если Господа святого мы умолили дать такого нам самодержца. А Саул берёт и город и аул, отроковицу, и ягницу, из кедра строит он светлицы, престол из золота куёт, благоговенье раздаёт рабам всеподданейшим голым и в багрянице долгополой по храму ходит одинок, пока (был лоб недаром низок), уединясь средь одалисок, с ума не спятил голубок. Старейшины сошлись в покоях, сказали:"Общество честное, что делать нам? Наш мудрый, самодержавный государь, свихнулся, потерял здоровье. Ну, стоит ли его лечить? Не лучше ли заполучить царя поздоровей?" На слове на этом встали разошлись печально пастыри. В кедровых палатах царь не спит, не ест, не пьёт и не шумит, лишь молча государь могучий, дерёт порфиру на онучи к лаптям, как будто бы всерьёз бечёвки ладит, надевает. Про отчего осла вопрос он к новым стенам обращает иль, скипетр взявши, заиграет как на свирели. Пастухи, Вениаминовы внучата, тельца лакеям принесли, чтоб разрешили, не в палатах, а хоть в сенях, запеть. Ревёт, седоборода, волосата, родня Саулова, пузата, и гусляра с собой ведёт, ещё беззвестного Давида. "И выдет царь Саул, и выдет, - пастух поёт им, - на войну."... Саул очухался - и ну, что твой солдат, отборным матом всех родственников волосатых и вдоль и поперёк честить, а гусляра того, Давида, чуть не убил. Когда бы знал, беда какая после выйдет из-за лукавого Давида, не только б гада растоптал - и ядовитую б растёр слюну змеи, ведь до сих пор то поле плугом не распашешь, проклятое: всё заросло репьём колючим. Горе наше: мелькают люди - и, смотри, - растут и высятся цари!...( Петербург - 13 октября - 1860 год.

Перевод не очень хороший, но понять суть можно, особенно если прочитаете главу 8 из книги царств из библии. О Тарасе я, конечно, могу говорить без конца. Хоть девятнадцатый век был переполнен Божьими посланниками, но всё- таки это были дворяне, интеллегенция и т. д. А он был из корней богоизбранного народа: крепостной, сирота, знавший чернь, этих мёртвых душ, этих "помазанников" всех мастей и оттенков, не по наслышке. Он лучше других знал, что никогда чернь не может добровольно стать в ряды разумных людей и, уж тем более, встать в строй Бога избравших. В поэме "Сон" звучат горькие слова старого деда, много повидавшего черни на своём веку...."Сидит старик, и зреют думы, и слёзы капают."Ай - ай! - промолвил старый:-Недоумы! испакостили Божий Рай! (нашу землю, да ещё до сих пор ходят в истине). Шевченко остро спрашивал панов:"как же это вы, паны, такие верующие, из церкви не вылезающие, христианами себя называющие, в рабстве держите христиан?!" Этот вопрос проходит через всё творчество Тараса. За то и распяли его, в 47 лет убили, перед этим насладились своей властью, запретив писать и рисовать, сослав в далёкую Киргизию солдатом на 10 лет. Только где ты вся, чернь, казнившая его?! А он и сегодня в прекрасном прошлом, только пожелай услышать его - услышишь. Он ведь живая душа, задаёт вопросы и отвечает на них, чтоб мы с вами всё про чернь понимали и гнали бы её прежде из себя, а там и отовсюду, чтобы поскорее сгинула и воскрес бы на Земле потерянный Рай! Конечно, закон диалектики отменить нельзя, но борьба противоположностей будет идти внутри человека во имя духовного совершенствования, без войн и агрессии между людьми. Но это возможно только в социализме-коммунизме и постоянном обмене людей друг с другом и Богом. И борьба будет продолжаться пока не исполнится всё по законам Божьим до иоты. Так Христос сказал. "Не думайте, что Я пришёл нарушить Закон или пророков; не нарушить пришёл Я, но исполнить. Ибо истинно говорю вам: Доколе не прейдёт Небо и Земля, ни одна иота или ни одна черта не прейдёт из закона, пока не исполнится всё." (Ев. от Матфея гл.17.18)(Т.Г.Шевченко - дневник и кобзарь).

Чернь и Льва Николаевича Толстого ненавидела, церковь его отлучила от себя, а всё потому, что в корень смотрел и всё про неё понял, что неправедное триединство: самодержавие - духовенство - безграмотное большинство - это плохое дерево и его надо срубить и бросить в огонь (учил Христос). На жизнь имеет право только триединство: Бог - (Законы мироздания) - Сын (принёсший людям Устав общения людей друг с другом и окружающим миром) - Святой Дух (энергоинформационный обмен людей друг с другом, окружающим миром и Богом). В девятнадцатом веке было Всевышним через посланников столько передано духовных знаний, что Богом переполнялся весь мир. Перечислить всех невозможно, но стремиться узнать о них побольше необходимо, чтоб не оставаться слепым безграмотным большинством, чтоб понять и сделать сознательный выбор - дьяволу служить или пророку. Я взяла самую малость из невероятного множества знаний, которые оставили нам Богоизбранные писатели и поэты, ведь именно они и есть духовные посредники между Богом и людьми на Земле. Поэтому особенно хочу обратить ваше внимание на такое явление в русской духовной жизни, как Антон Павлович Чехов, который не только себя построил высокодуховной личностью, но и жизнь свою посвятил нам, чтобы и мы научились побеждать в себе чёрный квадрат и становились высокодуховными личностями. Чем больше станет таких людей, тем скорее мы вернём утраченный рай. Задача стоит перед КПСС (Да, коммунистической партией Советского Союза! Кто сказал, что она погибла?! Кто сказал, что погиб СССР? Кто сказал, что Новой Цивилизации не быть? ЖИДомасонская золотая пирамида? Её холуй - предательская наша родная пятая колонна? Десиденты всех мастей и оттенков? Плутократы, захватившие власть? Кто они, составляющие преисподнюю!? Самый раз вспомнить Антона Павловича Чехова. Он, как никто другой, показал нам наши язвы, которые мы не хотим признавать. Мы видим их в других, но не у себя. Об Антоне Павловиче Чехове (1860-1904) я хочу прочитать вам выдержки из работы М. Ерёмина-исследователя его жизни и творчества. И начну с 1876 года, печального в жизни семьи Чеховых. Обнаружилась полная торговая несостоятельность Павла Григорьевича. Семья вынуждена была по семейным обстоятельствам переехать в Москву. В Таганроге Антон остался совсем один на три года заканчивать гимназию. Эти трудные годы в жизни Чехова имели очень важное, если не решающее значение. Под гнётом нужды и потерь как-то сразу и незаметно ушла юность и настала пора взрослых решений. Чехов в эти годы серьёзно обдумывал все дела семьи, её прошлое и её будущее; старался понять, чем он ей обязан и каков его долг перед ней. Антон (как и его братья и сестра) воспитывались в строгом исполнении заповедей (поэтому и не ладились у отца торговые дела), пели в церковном хоре, получили духовное воспитание, выбор был один - Богу служить и Ему одному поклоняться. Естественно, что прежде всего и больше всего он размышлял о родителях, выбитых из привычной жизненной колеи. "Отец и мать, - писал он двоюродному брату Михаилу Чехову 29 июля 1877 года,- единственные для меня люди на всём земном шаре, для которых я никогда ничего не пожалею. Если я буду высоко стоять, то это дела их рук , славные они люди, и одно безграничное их детолюбие ставит их выше всяких похвал, закрывает собой все их недостатки, которые могут появится от плохой жизни...." Эти строки сами по себе замечательны, как выражение глубоко осмысленной сыновней любви. Но они приобретают особое значение, если принять во внимание, что обещание, высказанное в них, Чехов выполнял уже тогда - в момент их писания; живя в Таганроге один, он умудрился из своих грошовых репетиторских заработков выкраивать деньги на помощь семье. Ответственность за судьбу семьи, уже тогда представлялась ему одним из главных условий его собственной жизни. И никогда Чехов ни на минуту не отстранился от закона почитать отца и мать и любить ближних своих как себя. Даже в медицинский институт он поступил по просьбе матери - Евгении Яковлевны. Ей казалось, что у врачей всегда обеспеченный заработок. Чехов стал врачом, много работал, много наблюдал за людьми, накапливались маленькие зарисовки человеческих поступков, характеров, юмористические короткие рассказы. Это было время когда журналы всё больше и больше подпадали под влияние буржуазно-обывательских вкусов (как и сегодня!). Излюбленным объектом тогдашних юмористов и сатириков был обывательский быт: любители занимать без отдачи, угодники завещателей, ловцы купчих с многотысячным приданным, отцы семейств, всеми правдами и неправдами старающиеся сбыть с рук своих перезрелых дочек; взмыленные дачные мужья (именно в те годы возник этот крылатый термин), вздорные дачницы, предающиеся сценическому любительству и флирту... И клубничка - во всех видах и вариантах. Всё это нравилось обывателю и - что было особенно важно для издателей и редакторов - не возбуждало начальственного подозрения (да, преисподней именно это только и важно, чтобы человек предавался прелестям, ни о чём бы не задумывался). Самое большее, на что они отваживались, - это насмешки над нуворишами - над строителями, которые наживали на казённых подрядах миллионы, а железные дороги строили так, что катастрофы на них были привычным явлением; над директорами и кассирами банков, расхищавшими деньги вкладчиков, и т.п. Чехова всё больше привлекает заурядный поток жизни - та, по определению Гоголя, "тина мелочей," барахтаясь в которой люди перестают замечать, насколько вздорны и эфемерны их страсти, как ничтожны их плотские вожделения и цели. Именно в этой фатальной инерции Чехов и нашёл неисчерпаемые залежи смешного. Но для того, чтобы оно стало смешным и для читателей, нужно было наглядно показать, как под влиянием привычки и рутинных представлений автоматизируется и обессмысливается поведение людей, - одним словом, нужно было показать рутинного человека в его обыденном существовании. Тут главный эффект комического рождается уже не в редком стечении обстоятельств, а в обнаружениях - иногда неожиданных, а чаще всего назойливо однообразных - странного и нелепого характера героев. В этом заключалась предпосылка новой, разработанной Чеховым формы юмористического рассказа. Мир образов Гоголя значил для Чехова гораздо больше, чем только литературная реальность: да, всё, что ещё было запечатлено Гоголем, сохраняется в людях в полной неприкосновенности и точь-в-точь в тех же формах как оно существовало и при Гоголе. (В неправедном триединстве в среде нечистого духа преисподней, где правят князья тьмы, где капитализм - вечное проклятие человечества, не может человек стать высокодуховным!) Одна из самых существенных сторон чеховского таланта - необыкновеная острота социального зрения. Его сравнивали с Салтыковым - Щедриным. Молодой Чехов живо воспринимал литературу прошлого, чтобы познать современность и найти ответы на многие вопросы о миропорядке. Чехов понимал, что его рассказы вовсе не являются политически нейтральными. И поэтому, когда они более или менее проходили цензуру, он воспринимал это не только как литературный успех. Чехов в восторге был от творений Щедрина, в которых не только давались острые портреты мещанства и глупости, но и приговор им как разрушающей силе Божьего мира. Особенно внимательно исследовал роль в этом разрушении чиновника-губернатора, который не то, что просто не нужен, а положительно вреден всем, а больше всего мужику. Сама по себе фигура губернатора разумеется, в высшей степени фантастическая, действительно сказочная, но в его неотразимо убедительных по логике и во всех подробностях верных действительной жизни рассуждениях дан, так сказать, вертикальный разрез всей самодержавно-полицейской государственной машины - от высшего начальства, то есть самого царя, до тысяцкого. (Плутократия, пришедшая к власти вернула самодержавно-полицейское государство в лице партии власти и двух князей - ставленников мосонской пирамиды). Образ унтера Пришибеева , выведенного Щедриным, пришёлся по душе и Чехову. Он продолжил тему унтер Пришибеевых. По внешним признакам Пришибеев мало похож на знаменитых щедринских блюстителей. Начать хотя бы с того, что он всего лишь унтер, тогда как те, другие - все в важных чинах: или градоначальники, или весьма крупные сановники всех мастей и оттенков, составляющие систему всеобщего притеснения и надругательства, где всё зависит от того, где ты находишься: внизу тебя притесняют и над тобой надругаются: вверху - ты над теми, кто ниже. Тут только рабы и палачи, и каждый может превратиться из раба в палача. Один из самых страшных героев щедринской сатиры - Угрюм-Бурчеев, и тот до своего возвышения, до того, как он самозабвенно предался воплощению своих душегубских проектов, испытал на себе все прелести "многоизбиенния от тех, кто был над ним. ...."Когда Курицын был сверху, он терзал Козулина, а тот молчал, "потому что маленький, серенький...." Теперь Козулин над Курицыным, он ему в жизнь перчику... перчику!"(такие явления нормой были и в стране Советов в НКВД и в ВЧК, потом МВД и КГБ. Там тоже "Ты мне - я тебе" процветало и привело, наконец эту систему к власти). У Гоголя и его последователей сатирическое негодование всегда было обращено против тех, кто притеснял маленького человека, а этот последний выступал в роли униженного и оскорблённого страдальца ( вот из таких маленьких и обиженных теми, которые выше, чаще всего и появляются палачи - это суть Чудовища - Системы изъятия потенциала людей.). В торжестве происходящей между людьми мерзости участвуют все одинаково омерзительно и никто не заслуживает сочувствия. Раз человек принимает такую систему как должное, он становися всего лишь органической частью той преисподней, которая ведёт мир к гибели. У Чехова все чиновники от мелкого до самого сановного - это всё обыватели - духовно безграмотные, завистливые, вздорные, злобные и трусливые. Обыкновенно, чиновник вполне удовлетворён условиями своего существования, а если и бывает иногда недоволен, то лишь тем положением в чиновничьей иерархии, которое он сейчас занимает. Вот почему он во всей общественной жизни больше всего ценит чин и богатство, то есть силу во всех её формах и видах. И ни образование, ни культура со всеми их дарами не в силах сдвинуть обывателя с его позиции. "Кому чужда жизнь, - записал однажды Чехов в дневнике, - кто неспособен к ней, тому больше ничего не остаётся, как стать чиновником." Но не только чиновник был интересен Чехову. Он исследовал пороки человеческие, мешающие покончить раз и навсегда с преисподней (чёрным квадратом в себе). Для этого нужно с детских лет воспитывать Устав взаимоотношений людей друг с другом и окружающим миром. К своему двоюродному брату писал:"Не всем, брат, быть одинаковыми. Ничтожество своё сознавай перед Богом, пожалуй, перед умом, красотой, природой, но не перед людьми. Среди людей нужно сознавать своё достоинство. Ведь ты не мошенник, честный человек?! Ну и уважай в себе честного малого и знай, что честный малый не ничтожность." И уже в ранних произведениях Чехова недвусмысленно выражалось его отношение к людям и обстоятельствам, враждебным сознанию и чувству человеческого достоинства. Одним из таких обстоятельств жизни он считал крепостничество - в широком смысле этого слова. И это для него не было отвлечённой мыслью; об одном земляке-студенте Чехов сказал однажды:"Он воспитан на крепостном праве, враг крепостничества - за одно это я люблю его." Чехов говорил о крепостничестве как о таком свойстве, которое пронизывает души людей и влияние которого невозможно преодолеть без настойчивой борьбы в себе. Это касается как рабов так и рабовладельцев потому, что и у тех и у других это свойство записано в генетической программе людей. Разрушить негативную программу можно только в социализме-коммунизме, то есть стать частью Богоизбранного народа, выбрав Богу служить и ему одному поклоняться. Только тогда будут разрушены неправильные установки жизни людей. И Чехов предлагал по капле выдавливать из себя раба этих установок, выходить из чёрного квадрата к свету, на верх, в квадрат белый. Ведь в человеке всё должно быть прекрасно: и душа, и мысли, и лицо и одежда. И сам Чехов показал нам своей жизнью, что это может каждый, было бы разумение и желание. Всех посланников Высшего Разума перечислить невозможно. Ищите их, они все с нами в энергоинформационном поле Высшего Разума; их адреса: - библиотеки, книжные магазины, домашние библиотеки и сама окружающая жизнь. Главное - искать святой дух во всём. Если его нет в книге, спектакле, концерте и т.д. - бегите от негатива прочь. А пока звучит упрёк Христоса:"Слушаете и не слышите! Смотрите и не видите! Вы грешны потому, что слепы, а если вы считате, что вы зрячи, то грешными останетесь навсегда!" Чтобы быть зрячими, надо научиться видеть в себе то, что видишь в других и искоренять в себе это плохое самым активным образом. Чтобы научить нас быть зрячими Высший Разум посылает и посылает нам своих посланников. Мы не слушаем и не слышим, а чернь их распинает и пока успешно строит и совершенствуют преисподнюю. И сегодня мы, усыплённые, закодированные преисподней рабы, как никогда, не хотим слушать и слышать пророков. Замороченные великими путанниками (так называл их мой папа), легко им верим и даже поверили, что СССР не имеет право на жизнь, что это противоречит мировому порядку и т. д. Поэтому я хочу познакомить вас с посланниками Бога, последавателей Учения Христоса, которых особенно ненавидит ЖИДомасонская преисподняя. В школах коммунизма, при самообразовании произведения Чехова, Щедрина, Маяковского должны стать настольными книгами. (Информация из книг перечисленных писателей и поэтов)

КАРЛ МАРКС. ...

"Не верить, чтобы понимать, а понимать

чтобы верить." (Маркс "Архивы Маркса и Энгельса

Маленький, утонувший в зелени городок Трир очень стар. Легенда гласит, что он основан на целую тысячу лет раньше Рима. Многие столетия город находился под римским владычеством и назывался тогда Колония Августа Тревирорум. В четвёртом веке нашей эры Колония Августа Тревирорум достигла наибольшего могущества и не уступала в роскоши Вечному Городу. Тогда же римский император сделал её своей резиденцией. В девятом веке на Трир нагрянули норманы, разгромили его и жестоко расправились с жителями. Город превратился в ничтожную деревушку. Шли годы. Триром завладели католические прелаты и сделали его центром старейшего епископства, а затем город стал резиденцией архиепископа. Трирские архиепископы принадлежали к числу влиятельнейших князей средневековья Германии. Князья возродили город и превратили его в место религиозного паломничества. В городе развивалось виноделие, ремёсла и торговля. Расположенный на границе между Францией и Германией, Трир неоднократно менял властителей. Как огромный метеорит в застойную заводь, ударила по феодальным порядкам пограничной, почти ещё средневековой Рейнландии Великая Французская революция. В этом городе и жила семья адвоката Генриха Маркса. Судьба Генриха Маркса сложилась необычно: уже в молодые годы он решительно порвал с родным домом, разошёлся со своим отцом - трирским раввином, освободился от гнёта ограниченной догматической иудейской религии. Несмотря на одиночество и бедность, он тяжёлым трудом проложил себе дорогу к светскому образованию и стал адвокатом. Благодаря широким знаниям в области юриспруденции, Генрих Маркс приобрёл значительную клиентуру и известность. Он пользовался уважением у горожан и своих коллег и был избран председателем коллегии адвокатов Трира. Для ученика Руссо и Вольтера, каким был Генрих Маркс, не могло быть различия между Иеговой и Христосом. Он соединил веру и разум в единую категорию высшей морали. В 1815 году Трир, как и вся Рейнская область, был присоединён к Пруссии, и прусский король приказал в прежних французских областях отстранить евреев от государственных должностей; Генриху Марксу было запрещено заниматься адвокатурой. Он вынужден был крестится и стать лютеранином. Крещение остальных членов семьи было отложено почти на семь лет. Препятствием явилась семидесятилетняя мать Генриха - потомок многих поколений раввинов. Ради неё медлил Генрих Маркс с крещением своих детей, но после её смерти все дети юстиции советника 17 августа 1824 года перешли в новую веру. Вот в этой семье пятого мая 1818 года родился Карл Маркс. Уже с малых лет Карл удивлял окружающих любознательностью, скрупулёзным анализом всего происходящего в его жизни (так он же и есть один из ярчайших посланников Бога). Кроме отца, большое влияние на Карла имел близкий друг отца Людвиг фон Вестфален. Богатый дом знатного барона, окружённый большим красивым садом, неподалёку от дома Марксов. Жени Вестфален была дружна с Софи Маркс, а Карл учился в одном классе с Эдгаром Вестфаленом. Жени Вестфален часто приходила к своей подруге Софи. Она была на четыре года старше Карла. Эта разница в летах сильно сказывалась и отделяла их в детстве; только став юношей и давно покончив с шалостями, Карл робко поднял глаза на прекрасную девушку. Юношу Маркса в большом доме Вестфаленов привлекало обилие книг и умная беседа хозяина, всегда внимательно и дружелюбно встречавшего школьного товарища своего младшего сына. Всесторонне образованный, хорошо разбирающийся в людях, он был страстным поклонником античной культуры и древнегреческих мудрецов; они заменяли ему библию. Карл полюбил Людвига Вестфалена как своего второго отца, а после окончания университета посвятил ему докторскую диссертацию. В гимназии Карл получил основательное образование: он изучал древнюю историю, языки и философию, родной язык и французский, геометрию и физику, в последнем выпускном классе Маркс штудировал по латинским подлинникам сочинение Цицерона "Об ораторах," "Анналы" Тацита, оды Горация, Платона, Фукидида, Гомера и Софокла он читал по-гречески. В курс истории немецкой литературы входили Гёте, Шиллер и Клопшток. Из французских писателей в последнем классе гимназии изучался Расин и "Размышления о величии и падении Рима" Монтескье. В 1830 году, в первый год посещения гимназии 12-летний Карл слыл неутомимым проказником. Подвижный и изобретательный в играх, неисчерпаемый в выдумках таинственных историй, он нередко вызывал неудовольствие, даже растерянность у педантичных педагогов. Они невольно отступали перед столь отчётливой волей и бескрайней пытливостью детского ума. С годами смуглый мальчик с чёрными горящими глазами как будто угомонился. Школа стала для Карла только тропинкой, ведущей сквозь валежник к большой дороге. Учителя поздравляли себя между тем с мнимой победой - укрощением строптивого духа - и зачислили подраставшего Карла в разряд средних, малообещающих, склонных к лени учеников. Осенью 1835 года 17-летний Маркс впервые покидает надолго родительский дом и старый милый Трир. Отец избрал для него Бонский университет. Карл не спорил. Самостоятельная жизнь влекла юношу неизвестностью, обещанием разгадки бесчисленных вопросов, которые он постоянно ставил перед собой. До позднего вечера в комнате Карла горит лампа. Генриета на ципочках проходит к сыну с чашкой кофе. Лицо Карла жёлтое от усталости. Стулья вокруг него завалены книгами и тетрадями. В выпускном сочинении "Размышления юноши при выборе профессии" Маркс писал: "Животному сама природа определила круг действия, в котором оно должно двигаться, и оно спокойно его завершает, не стремясь выйти за его пределы, не подозревая даже о существовании какого либо другого круга. Также и человеку Бог указал общую цель - облагородить человечество и самого себя, но оно предоставило ему самому изыскание тех средств, которыми он может достигнуть этой цели, оно предоставило человеку занять в обществе то положение, которое ему наиболее соответствует и которое даст ему наилучшую возможность возвысить себя и общество... Но не одно только тщеславие может вызвать внезапно воодушевление той или иной профессией. Мы, быть может, разукрасили эту профессию в своей фантазии, - разукрасили так, что она превратилась в самое высшее благо, какое только в состоянии дать жизнь. Мы не подвергли эту профессию мысленному расчленению великой ответственности, которую она возлагает на нас; мы рассматривали её только издалека, а даль обманчива... Но мы не всегда можем избрать ту профессию, к которой чувствуем призвание; наши отношения в обществе до известной степени уже начинают устанавливаться ещё до того, как мы в состоянии оказать на них определённое воздействие. Уже наша физическая природа часто противоречит нам угрожающим образом, а её правами никто не смеет пренебрегать. История признаёт тех людей великими, которые, трудясь для общества, сами становились благороднее; она превозносит, как самого счастливого, того, кто принёс счастье наибольшему количеству людей; сама религия учит нас тому, что тот идеал, к которому все стремятся, принёс себя в жертву ради человечества, - а кто осмелится отрицать подобные поучения." В это время подготовки к получению аттестата (пропуска в университет) Карл чувствует острое недовольство собой. Развивается дружба Карла и Женни, но его смущает разница в возрасте. Он рассказывает о своих сомнениях отцу и получает ответ:"Дружба в истинном, классическом смысле является прекраснейшей драгоценностью в жизни. Если ты сохранишь своего друга и останешься достойным его, то будет лучшим испытанием твоего характера, духа,сердца, даже нравственности. В середине октября Карл уезжал в Бонн. Карл не успел сказать Женни ни одного из собранных сотен слов о своей готовности защищать её и помогать ей, о гордом сознании того, что она считает его достойным своего доверия, о святости дружбы. 17 октября 1835 года Маркс прибыл в Бонн. Первый курс университета. Пусть каркают вороны, пусть квакают осатаневшие лягушки в чиновничьих мундирах, в купеческих фартуках - студенты гуляют, поют, неприличествуют. На первокурсников нет управы. Они, как вино, должны отбродить. Так водится издавна. Их удаль не находит применения. По пустякам возникают ссоры и дуэли. Маркс не отступает от правил. Он поит товарищей вином, спорит до рассвета, бьёт по ночам окна в знак протеста против засилья филистёров, богатырски дерётся на шпагах по малейшему поводу и успешно ухаживает за молоденькими дочками ремесленников. Уже на втором семестре Маркс - один из пяти членов президиума трирского землячества. "Первый курс имеет свои традиции, молодость требует безумств. Чем скорее мальчик отдаст ей дань, тем спокойне будет его зрелость," - думает Генрих Маркс, посылая сыну осторожные эпистолярные поучения. В трактире "Белый конь," дымя пахитосками и осушая кубки, студенты растрачивают время на споры о Боге и смысле жизни. Маркс почти не участвовал в спорах, молча и внимательно слушал. Католики распинают и предают анафеме все иные религии. Иные религии также поступают. Не значит ли это, что небесный спор касается в действительности земных вещей? Иногда задать вопрос - значит начать нащупывать ответ... - отозвался Маркс. "Признавая предвидение Божье, мы тем самым ограничиваем человеческую свободу, - говорил Шмальгаузен (приятель Маркса; он и оставил эти воспоминания). Именно так. Маркс убеждён, что человек не в состоянии ни уничтожить, свои природой данные способности, ни изменить их, он может только облагородить. Мы не в силах переступить положенную свыше грань, не можем усовершенствовать и расширить отпущенное нам. В августе 1836 года он был вызван на дуэль одним студентом из корпуса "Боруссия." Трирцы приняли вызов Марксу как выпад против всего землячества. Оба студента дрались отважно и ловко. Два раза подряд сильным ударом Карл выбивал рапиру из рук противника, но оба раза разрешил ему продолжить поединок. Наконец трирцу надоело затянувшееся фехтование, и он шутки ради взмахнул рапирой, как палкой. В тот же момент противник, воспользовавшись озорством врага в столь серьёзном деле, как дуэль, немедленно сделал ловкий выпад и сильным ударом ранил Маркса в правый глаз. Земляки-студенты любовно выхаживали товарища, дежурили у его постели, причислили его к "лику героев." Карл сдал зачёты и вместе с Шмальгаузеном и Кевенигом отправились домой на каникулы. Дружба Карла и Женни переросла в любовь. Первое рукопожатие подсказало это Женни. Перед ней был юный мужчина, не суетливый и не отступающий. Обаяние сильного, созревающего ума подчиняло Карлу людей. Со школьной скамьи он не вызывал в хорошо знающих его людях средних чувств; он внушал либо преклонение, либо завистливую враждебность. Для Карла любовь священна. Слово "люблю" имеет для него особый смысл: оно значит также и "навсегда." жена, соратник, друг - разве эти три слова не синонимы?! Они должны быть синонимами. Любовь казалась Карлу неисчерпаемой, как знание, труднодостижимой, как истина. Разве не меняется любовь, как жизнь, как люди?! Карл иногда приносил цветы Женни. Из букета она всегда выбирала самый яркий, чтоб приколоть к корсажу. Цветы и трава украшали их любовь. Учёба в Берлине. В годы, когда там учился Маркс, столица Пруссии насчитывала более 300 тысяч человек. В торговле и промышленности преобладала средняя и мелкая буржуазия, но тон в столице задавали только дворяне, офицеры и высокопоставленные чиновники. В Берлине не было ещё тогда ни крупных предпринимателей-миллионеров, как в Кёльне, ни пролетариата, как в Руре. Первые современные заводы появились в прусской столице только в 40-е годы. Здесь в 1841 году на заводе "Борзиг" был построен первый локомотив. Средняя и мелкая буржуазия, составляющая основную часть населения, не имела никаких политических прав. К такому Берлину, наполненному военными и чиновниками, надо было привыкать. Необычайная сконцентрированность чувства освобождала его от любовных поисков, от опустошающих "примериваний," от суррогатов влечения. Если он приглядывался к женщинам, то лишь для того, чтобы ещё раз отдать предпочтение своей невесте. В Берлине, как и во всей вселенной, не было для него девушки привлекательнее и желаннее. В Женни он отгадал женщину единственную, совершеннейшую. Перед нею меркли самые красивые, самые умные женщины мира. Перед нею отступали во тьму героини излюбленных книг. Все они, не заслуживая сравнения, лишь оттеняли её превосходство. Отец снабдил Карла рекомендательными письмами, которые он взял, чтобы не огорчать отца. В Берлине он сразу же прекратил тот разгульный образ жизни, который вёл в Бонне, порвал старые, связанные с этим периодом знакомства, не пожелал искать покровительства у тех людей, к которым направил его отец. В берлинском университете в умах царствовал Гегель, утверждающий, что всё сущее и существующее - разумно. Эта философия очень устраивала прусского короля и правительство. За такой философией они чувствовали себя в безопасности оттого, что Гегель обосновал их право на существование своими философскими выкладками и утверждениями, будто всё существующее разумно. Гегелевская философия стала официальной доктриной прусских государственных учреждений. Маркс в это время стремится познать мир, чтобы прежде всего ясно разобраться в самом себе и выработать мировоззрение, которое отвечало бы его внутренним установкам (как каждому разумному человеку Карлу надо протйти трудную дорогу выбора-дьяволу служить или Богу). Он внимательным образом изучает философию, историю, искусство, пытается понять философию Гегеля и пока считает его своим противником. А пока Маркс пишет стихи.

Образ твой звучал, как песнь Эола, крыльями любви касаясь дола. С грозным шумом, с ярким блеском улетал он к небесам, опускался к перелескам, подымался к облакам. И когда борьба в груди стихала, боль и радость в песне расцветала. Формы нежной красотою Дух навеки покорён, светлых образов толпою я внезапно окружён. И от пут земных освобождённый я вступаю в творческое лоно.

------------------------------

Не могу я жить в покое, если вся душа в огне , не могу я жить без боя и без бури, в полусне. Я хочу познать искусство - самый лучший дар богов, силой разума и чувства охватить весь мир готов. Так давайте в многотрудный и в далёкий путь пойдём, чтоб не жить нам жизнью скудной в прозябании пустом. Под ярмом постыдной лени не влачить нам жалкий век. В дерзновенье и в стремленье полновластный человек. ( К. Маркс - перевод О. Румера)

Наслышавшись много похвального о профессоре философии, ученике Гегеля, Гансе- Маркс записался на его лекции. Гегеля он читал в отрывках, знал лишь отчасти его учение, а уважать более понаслышке, чем по собственному убеждению, было и вовсе чуждо его характеру. Он подумал о том, что следует не откладывая, включить в план занятий по философии труды Гегеля и основательно продумать их. Маркс постоянно чувствовал, что мир живёт в каком то напряжении и решился поговорить об этом с профессором. "Вспоминая своё детство и отрочество, я вижу мир всегда только в состоянии напряжённого ожидания. Чего? Схватки. Кого с кем?" -" Кого?- переспросил Ганс и ответил:"Бедняка с богатым, плебея с аристократом-плутократом." Слова Ганса только подтвердили уже мелькавшие в нём мысли, он это чувствовал, что наступает эпоха революций. Вот так приходят в этот мир посланцы Бога и ещё не понимая происходящего в себе, они знают,что делать и как делать. Ганс пригласил Маркса на встречу философов, будет дискуссия о боге, вести её будет профессор Бауэр. Он идёт походом на бога. Маркс:"Противопоставляя Богу бога?" Ганс:"Богом станет человек." Маркс:"Лестно для нас. Раньше бога пытались очеловечить, теперь обожествляют человека." Подобные философические умствования отталкивали Маркса. Назревает кризис. Он больше не хочет заниматься поэзией. Изучение устройства религий приносит много вопросов. Тревожит, не даёт покоя, что всё ещё не выбран путь, нет мировоззрения. Тоска по Женни, бессонные ночи, несколько курсов лекций по различным дисциплинам, которые одновременно слушал Карл в университете, подорвали его здоровье, и он тяжело заболел. Жизнь Женни в Трире в это время также была трудной. Она отвечала отказом на все брачные предложения, исходившие из аристократических кругов, чем вызвала неприязненное к себе отношение в семье. Её глубокая любовь к Карлу придавала ей силы в борьбе с чувством страха и уныния, которые иногда охватывали её. Но она смеялась втайне над ухаживавшими за ней чванливыми высокопоставленными чиновниками и самовлюблёнными, недалёкими прусскими офицерами. В октябре 1837 года Карл, чтобы покончить, наконец, с создавшимся мучительным для него и Женни положением, сделал официальное предложение и попросил её руки. Подрывало здоровье молодого студента также разочарование в своём поэтическом творчестве. "От огорчения по поводу болезни Женни и моей напрасной, бесплодной духовной работы, от грызущей досады на то, что приходится сотворить себе кумира из ненавистного мне воззрения, я заболел... Оправившись, я сжёг все стихи и наброски новел и пр...." Так писал Карл своему отцу в обширном письме, в котором рассказывал, что происходило с ним в первый год пребывания в Берлине. Врачи посоветовали Карлу отдохнуть некоторое время в деревне. Маркс уехал в Штралов, берлинское предместье, и прожил там несколько недель, изучая Гегеля. Да! Сделать выбор - дьяволу служить или Богу - невероятно трудно, даже посланникам Божьим, потому что выбор этот должен быть осознанным раз и навсегда!.... "Всемирный Дух никогда не стоит на одном месте. Он постоянно идёт вперёд, потому что в этом движении состоит его природа. Иногда кажется, что он останавливается, что Он утрачивает своё вечное стремление к самопознанию. Но это только кажется; на самом деле в нём совершается глубокая внутренняя работа, незаметная до тех пор, пока не обнаружатся достигнутые результаты, пока не разлитится в прах кора устарелых взглядов и сам он, помолодев, не двинется вперёд семимильными шагами..." Гегель открывал Карлу мир, помогая познать историю человечества, законы по которым строятся отношения между людьми. Он продумывал страницу за страницей. Он встретил новое учение как враг, готовый к бою, но почувствовал себя пленным. Готовый защищать предшественников Гегеля от его разрушительной теории, он сдался. Возможность отыскать смысл бытия в самой действительности была слишком притягательна для ума деятельного, воинственного студента. Карл разрушил без сострадания свой Олимп, низверг богов, требуя, чтоб они сочувствовали его исканиям здесь, на земле. Гегель стал Марксу понятен. Прежнее раздражение перед его учением исчезло. Карл научился блуждать, не теряя дороги, среди гранитных валунов, острых скал его мыслей. "Феноменология Духа" казалась молодому студенту книгой бури. Столько воздуха, Божьим промыслом открывающихся для мыслей просторов было в ней! Идея диалектического развития, как ураган, опрокидывала несокрушимые столбы, на которых доныне бюргеры строили свой мир. А Разум - наиболее смертоносное оружие. Да, год был для него непрерывной борьбой. Кому адресовать разговор с самим собой?! Кому исповедаться?! Кто поймёт?!. Беспорядочные думы требуют формы. Мысль хочет стать словом. Жизнь отныне он рассматривает как выражение духовного деяния, проявляющего себя всесторонне - в науке, искусстве, частной жизни... " Нужно дойти самому, нужно понять, вскрыть себя своим собственным хирургическим ножом." Карл не унимает поток самобичевания. ... - "Я пытался обойти эти путанные нагромождения, в первый момент обманывающие диалектической простотой. Но мой дух не знает покоя. Гонит от книги к книге, от мысли к мысли. Неуловимыми нитями связаны все виды знания. Юриспруденция немыслима без философии и истории. Познание конкретного беспредельно. Идея развития учит меня на мне самом. Ты головастик, Карл."... Карл останавливает своё пристальное внимание на утверждении Гегеля, что Высший Разум ( Бог) - есть самая вечная истина: флософия - это религия и религия - философия. У Карла не было твёрдых убеждений, не хватало знаний. Искание ответов на поступающие вопросы поглощали всё его внимание. Он, как великие астрономы, углубившиеся в изучение небесного свода, в погоне за одной звездой открывал тысячи мелких светил. Но это внезапное обилие открытий убеждало его не в том, что он всё постиг, а в том, что он нашёл одну из бесконечных малых величин всей истины. Работоспособность Карла возрастала с каждым годом его жизни, и вместе с ней росли его любознательность, желание всё охватить и всё понять. Он усиленно изучает языки. Без знания языков невозможно уловить подлинный дух культуры, дыхание нации, историю народа. Любовь Карла и Женни подвергалась всё большим испытаниям, пробе на огне человеческого злословия и клеветы. В дни разъедающего душу кризиса он кончает Берлинский университет. Он окончательно осознал свою миссию. Сделан выбор: он посвящает свою жизнь просвещению, он будет рассказывать о неправильном устройстве человеческой жизни, он докопается до самой сути явления, которое обозначил Руссо, назвав первого преступника, огородившего для сёбя любимого участок земли, который принадлежал всем, и первую преступницу, избравшую служение материальной скверне и вожделенной плоти. Богу служить и ему одному поклоняться выбирает Маркс. И теперь каждый день своей жизни он посвящает Правде о жизни людей. Бог благословляет его и ведёт. На прусской университетской кафедре нет места острому и неукротимому уму. Для борьбы нужна газета. Разум, знания и слово - смертоносное оружие - это всегда помнит Маркс. Газета - лучший способ общения. Перо - вот его копьё против лжи всех "помазаников." Ничто не удерживает Маркса в Берлине. Но прежде чем броситься в первую схватку и тем самым во многом определить свою дальнейшую дорогу, он хочет повидать Женни, получить её напутствие. Но в Трир он отправляется с остановкой во Франкфурте-на-Майне у тётушки Бабетты. Но не встреча с родными привлекает Карла. Он давно по достоинству оценил условное значение родства. Ему надо увидеть старую столицу аристократов и денежных магнатов, средневековый город, взрастившиий гений Гёте и сарказм Берне, родину нескольких Ротшильдов и несколько тысяч нищих. Целыми днями он бродит по городу до полного изнеможения. Больше всего ему нравится быть частью толпы на улицах. Франкфурт необычный город. Во всём он разный. Рядом с широкими мощёнными площадями лежат в столетнем сне средневековые лачуги, деревянные логовища несчастливых алхимиков и безрадостных мудрецрв. В больших ресторациях, в танцевальных залах по вечерам пляшут кадриль и сводящий с ума всю Европу бесшабашный канкан. Купцы, банкиры с отвислыми животами и подборотками веселятся вовсю. Навстречу Карлу попадается пахнущий просмоленными бочками пристани человек в рваной самодельной обуви и в шапке, от которой остались один околышек да просаленный ободок. Карл заводит с ним беседу. Вместе они направляются в кабак. Маркс вспоминал своё первое посещение заведения, где собирался обездоленный рабочий люд. Все столы были заняты. Карлу удалось присесть на кончик стула. Здесь впервые лицом к лицу он столкнулся с ложью, лицемерием, жестокостью, безнравственностью власти и деньгами имущих, живущих и жирующих за счёт тех, кого обкрадывают и презирают. Это была последняя капля сомнения в своём выборе пути. Он стал завсегдатаем трущоб и дешёвых кабаков. У него появились друзья из рабочих и это было самым замечательным событием в его жизни. На прощанье Карл шутками и распросами сумел так расположить к себе сметливого трактирщика, что получил от него в полутьме у двери тщательно сложенный, зачитанный грязный листок.

"Призыв о помощи. Мы, немецкие рабочие, хотим вступить в ряды борющихся за прогрес. Мы хотим получить право голоса при общественном обсуждении вопросов о благе человечества, ибо мы, народ, в блузах, куртках и картузах, мы самые полезные и самые сильные люди на всей Божьей Земле..." Мы хотим поднять свой голос во имя нашего блага и блага всего человечества, и пусть убедятся тогда все, что мы оттлично понимаем свои интересы, и хотя не умеем выражаться по-латыни и по-гречески и не знаем мудрёных слов, но на чистейшем немецком языке мы сумеем вам прекрасно рассказать, где жмёт нам сапог." Карл сохранил эту записку, потому что воспринял её как загадочный объект на столе учёного. Холодно и смело он изучал строение объекта, желая найти подтверждение своим научным догадкам. И он принимает решение некоторое время провести в бродяжничестве. Он вновь хочет одиночества и свободных наблюдений. С мешком за плечами, в котором всё самое необходимое, пускается Карл по тропинкам вдоль Мозеля к Рейну. Красивы пейзажи Рейнландии! Долговечны тут люди, которым принадлежат необъятные земли, сады и замки. Кровь жителя тёплой и золотоносной равнины горяча. Помещики рейнские гостеприимны, болтливы и несдержанны в поступках. Охота, рыбная ловля, скачки по лесам и обрывистым холмам - их любимые развлечения. И горе крестьянину, которого феодал застанет в запретном лесу за недозволенной порубкой или даже сбором хвороста. Расправа коротка. Тщетны просьбы. Сапогом и острой шпорой бьёт господин своего раба. Потом виноватого стегают отобранным хворостом, а случается - привязывают к дереву или вешают на сук. Помещики Рейнландии - вспыльчивые люди, и собственность их охраняют все германские законы испокон века. Много в мире печали. Печальны прирейнские деревни. Старчески грустны крестьянские дети, играющие на опушках лесов, возле реки на драгоценном песке. Природа вокруг них так щедра, так мотовски расточительна. Но обойдён счастьем тут жалкий арендатор, опутанный долгами крестьянин, умирающий от голода и холода в стране хлеба, вина и лесов, где помещик стережёт даже связку хвороста - топливо для бедных. После этого путешествия не осталось сомнений в правильности выбранного пути. Маркс начинает выполнять свою миссию по раскрытию людям правды о мире в котором они живут. Маркс поднял меч. Он стал редактором "Рейнской газеты.".... "Свобода печати - путь к конституции. Но свобода печати не предпринемательство. Интелектуальная деятельность не должна подчиняться интересам прибыли. Позор раболепным продажным газетным писакам. Главная свобода печати состоит в том, чтобы не быть промыслом. Писатель, который низводит печать до простого материального средства, в наказание за эту внутреннюю несвободу заслуживает внешней несвободы - цензуры; впрочем, и самое его существование является для него наказанием."

"....Равнодушие по отношению к государству является основной ошибкой, из которой проистекают все остальные, - писал Маркс. - Отсюда возникает эгоизм, ограниченность собственными или частными интересами. Чем шире связь государства с обществом, чем дальше и глубже распространится в обществе государственный интерес, тем более редким явлением станут эгоизм, аморальность и ограниченность." (государства должно быть меньше" - основной вирус заразы разрушения, постоянно вводимый в кровь безграмотного большинства правителями преисподней сегодня). Много неясного, возникает много вопросов на которые нужны ответы. Свобода!? От кого и от чего?! Законы! ? ...."Если законы Мироздания, то они не являются репрессивными мерами против свободы от пороков и страстей плоти!... Напротив, законы - это положительные, ясные, всеобщие нормы, в которых свобода приобретает безличное, теоретическое, независимое от произвола отдельного индивида, существование. Свод законов, данных человечеству Высшим Разумом Мироздания, есть библия свободы народа." Народ?! Это кто?! Общество людей из кого состоит?! Если слово есть смертоносное оружие, то тот кто у власти не допустит уничтожать себя словом?! - Не допусит! И будет Цензура! Каким же законам должны подчиняться все, чтобы мир жил и развивался в гармонии с законами мироздания?! Если вселенная живёт по законам математики, физики, астрономии и т.д., открытые людям в глубокой древности, значит есть и духовные законы?! Когда же не будет нужна цензура? Когда мир станет жить по духовным законам мироздания?! Сомнения и вопросы! Вопросы и сомнения! В эту пору Карл часто разъезжал. Из гулкого Кёльна он направился в тихий Бонн, оставлял Бонн для Трира, где умирал друг (которого он считал вторым отцом) - Людвиг Вестфален - и покорно скорбела Женни. Потом снова стремглав бросался в Кёльн: редакционные дела уже не терпели его отсутствия. Так шли месяцы - в деловой суете, сомнениях и огорчениях, в постоянных сражениях с сонмом чудовищ прусской монархии. Столько новых дум, новых вопросов и забот! Стол его, как всегда, завален книгами и густо исписанными листами бумаг. Гегель давно одиноко похоронен в дальнем ящике. Похоронен, но не забыт. Другие люди заинтересовали Карла. Французы полонили его досуг. Прудон с его размышлениями о собственности, Дезами, Кабе, Консидеран и др. Французский язык то и дело врывается в его немецкую торопливую речь. Новые вопросы - свобода предпринимательства и торговли - прочно приковали его внимание. Чёрными зоркими, как у орла, глазами обозревает он мир, ищет, строптивый и неугомонный, ответа на всё возрастающие вопросы земных противоречий. ( не таким ли путём искал истину о человеческих взаимоотношениях и И. Христос, да и, пожалуй, все посланники Высшего Разума? Как жаль, что мы очень мало знаем об этом). Юный полководец, ещё не нашедший своей армии, ещё не определивший цели грядущих походов и боёв. Маркс просто по времени к нам близок и мы знаем о нём много больше, чем о тех, кто скрыт туманом времени и лукавыми великими путанниками преисподней. А у Карла не проходит тяжёлое впечатление о встрече с товарищем по университету. Тот поразил его философией приспособленчества, тягой к сытой и ленивой жизни. Осталось воспоминание Маркса об этой встрече...."Проживает умственный капитал, живёт на проценты былых мыслей и дерзаний, не растёт, а значит, идёт вспять. Умственно обрюзг, отстал, растерял себя и лентяй." А в редакции становится душно. Газете на полном серъёзе предлагают обсудить и запустить в общество мысль о том, что семью и государство надо попросту упразднить. (как преуспела в этом сегодняшняя преисподняя! Да и как не преуспеть под руководством самых великих софистов мира-масонов). Объявить свободу во всём. Карл не нашёлся что ответить:"и с такими людьми я думал идти в бой!" Он считает безнравственным контрабандное подсовывание новых мировозрений в поверхностной болтовне о театральной постановке и последних дамских модах. Нет ничего опаснее невежества. Социализм - коммунизм - эти слова всё больше заставляют задуматься. В этих словах заложены такие клады для человечества. Какой порох спрятан в этих словах?! Ни одно мировоззрение не живёт более землёй, нежели это. Карл пристально всматривается в тех, с кем сводит его жизнь. Разочарование более чем велико. Он понимает, что для него невозможно оказывать ради чего бы то не было холопские услуги. Надоели лицемерие, ложь, глупость, грубость, изворачивание, зависимость, словесное крахоборство! Что ни слово, то мыльный пузырь. Нахальство невежества! Оно поистино безгранично! Именно в это неспокойное для Карла время он знакомится с Энгельсом, который хочет с ним познакомиться по поручению "Кружка свободы." Они не понравились друг другу. Энгельс искал встречи с Карлом, чтобы высказать ему недовольство поведением "Рейнской газеты" в отношении берлинских сотрудников. Тем не менее они договорились о сотрудничестве.

ЭНГЕЛЬС....28 ноября 1820 года в Бармене госпожа Луиза Энгельс, жена богатого фабриканта, родила сына. Рождение первенца особенно обрадовало отца - сурового, энергичного человека, деспотически управлявшего не только своими предприятиями, но и всей семьёй. До сих пор Луиза рожала ему только дочерей, и он мечтал о наследнике, продолжателе фирмы Энгельса. С тем большим жаром благодарил он бога, в которого фанатически верил. От детей своих он с раннего их детства требовал беспрекословного повиновения себе и лютеранской церкви, заставляя зубрить молитвы, петь псалмы и учиться лишь тому, что было необходимо для приумножения достатка (Энгельс старший верил только в своего бога, имя которому - золотой телец, а церковь именно такого бога проповедует своей пастве ибо церковь есть комерческое предприятие, обслуживающее власть). Фридрих рос сообразительным, любознательным и живым ребёнком. Это внушало сызмала беспокойство его родным. Он особенно любил свою мать, слабохарактерную, нежную женщину, которая не могла никогда ни в чём противостоять воле деспотического мужа. С ранних лет Фридрих видел чудовищные противоречия в Вуппертале. Богатство и нищета, изнурительный труд и полное безделье, ханженство необычайно поражали впечатлительный детский ум. Вупперталь не только крупный промышленный город, но и оплот религиозного мракобесия. Юный гимназист отддавал себе во всём отчёт и переименовал Вупперталь в "Мукерталь" ("Ханженская долина"). Пьянство и религиозное неистовство, библия и пиво - вот пища для души, которой питались жители Бармена. Сначала Фридрих Энгельс посещал городскую школу в Бармене, а затем гимназию в Эльберфельде. Учителя в гимназии отличались тем же непреодолимым ханженством. Они преследовали учеников, читавших романы и газеты. Преподаватель словесности на вопрос Энгельса, кто такой Гёте, ответил кратко:"Безбожник." Лютеранское учение, рождённое некогда в борьбе против злоупотреблений феодолизма, превратилось давно в труп, заражающий консерватизмом всё, что с ним соприкасалось. Такова была среда, где рос даровитый мальчик, рано проявивший свой острый ум и самостоятельность мышления. Отец с негодованием и тревогой наблюдал за сыном и, когда ему минуло 15 лет, как-то писал о нём жене, когда она уехала к больному отцу:"...Сегодня он опять огорчил меня: я нашёл в его ящике какую-то грязную книгу, взятую из библиотеки, повесть из жизни рыцарей 18 столетия... Пусть бог охранит его душу, часто мне становится страшно за этого в общем прекрасного мальчика." (Как печётся этот капиталист, чтоб стала душа его сына такой же мёртвой, как и у него самого. Хотя служители материальной скверны и вожделения плоти не ведают что говорят и что творят!) В школе на редкость способный юноша писал стихи, удачно рисовал карикатуры, отличался не только способностями к науке, ко всем видам искусства, но и превосходно фехтовал, плавал и ездил верхом. В 1837 году отец заставил Фридриха оставить гимназию всего за год до выпускных экзаменов. Энгельс- старший готовил себе помощника и хотел сделать из сына комерсанта. После года работы в конторе отца Фридрих был отправлен учиться торговать в крупную фирму в Бремен. Этот торговый порт, куда заходили корабли со всех стран света, дал возможность Фридриху присмотреться к людям разных национальностей и читать английские, французские, голландские и многие другие газеты. Фридрих с детства отличался удивительной способностью овладевать иноземными языками и легко общаться с разными людьми. Кроме того, уже с юности он поражал всех небывалой работоспособностью, умением организовать свой труд и время. 19-летний Фридрих читал множество книг по разным вопросам. Уже тогда он читал на 25 языках.( Вот такие они посланники Божьи). Но ни поэзия, ни музыка, особенно симфонии Бетховена, которые так любит Энгельс, не мешают его зоркому глазу видеть "плебс," который ничего не имеет, но который представляет собой лучшее из того, что может иметь король в своём государстве. Всё это время Фридрих живёт по воле отца, под крышей пасторского дома. Но не преданность религии, а разочарование в ней испытывает он, глядя на ханжескую жизнь одного из наибольших лицемеров - пастора Тревенариуса. В довершение к религиозным сомнениям он читает "Жизнь Иисуса" Штрауса, и эта книга окончательно обращает его к атеизму. Всё, что вынес Фридрих из книги, это трагедию человека, дерзнувшего дать людям Устав общения людей друг с другом и окружающим миром. Его жестоко казнили за то, что он посмел заявить, что Законы мироздания обязательны для всех. Законы Бога,( законы мироздания и духовные в том числе) любить надо больше отца и матери, больше детей своих. А потом на этом страшном преступлении создали лицемернейшую христианскую религию, замешанную на иудоизме, ничего общего с учением Христоса не имеющем. В 1839 году неуёмный Фридрих печатает в "Германском телеграфе" свои "Письма из Вупперталя." Сын фабриканта беспощадно раскрывает картину истинного положения тунеядцев и рабочих. Гнев прорывается сквозь каждую строчку написанных им статей. Фридрих Энгельс выступает как страстный революционный демократ. Вот так приводит своих посланников Всевышний в наш мир. И никакие деньги, никакая материальная скверна и вожделение плоти, не в состоянии на белых одеждах посланника Божьего оставить даже пятнышка своей зловонной грязи. Он громит сословный строй и предвидит, что гнев обездоленного народа обрушится на дворянское сословие и опирающуюся на это сословие монархию. Вызов брошен. Его статьи, скрытые от родных псевдонимом "Фридрих Освальд," приводят в содрогание друзей его школьной поры Фридриха и Вильгельма Герберов - сыновей пастора, от которых Энгельс не скрывает своих воззрений. Редактор "Германского телеграфа," один из вожаков "Молодой Германии," писатель Гуцков никак не мог предполагать, что под именем Освальда скрывается 20-летний юноша, а не умудрённый опытом почтенный учёный. Свой псевдоним Энгельсу приходилось сохранять в тайне не только для того , чтобы спастись от взрыва гнева в своей семье, но и по другой причине. Он стал военным. В 1841 году, после путешествия по Швейцарии и Северной Италии, Фридрих приехал в Берлин и поступил вольноопределяющимся в артиллерийскую школу. Как сын богатого фабриканта, он мог бы откупиться от воинской повинности, (нормально, да? У нас сегодня также "справедливо ведёт себя преисподняя" Правда сегодня это уже не почётный долг перед Родиной!) но решительно отказался сделать это. Не по душе Энгельсу прусская муштра, но любознательный юноша охотно изучает всё, что касается военного дела, и вот он бомбардир. Военная наука стала впоследствии одной из любимых на всю жизнь. Одновременно с военной службой Фридрих поступает в Берлинский университет. Он особенно увлекается лекциями по философии. Открыто проповедует атеизм. Бога, как высшего существа вселенной - нет! Есть законы мироздания! Высший Разум! Высший Свет! Мы называем Бог! Религии выдумали те, кто когда-то захватил землю, которая принадлежит всем и стал строить нераведное триединство. В 1842 году Энгельс закончил военную службу и вернулся в отчий дом. Отец, желая удалить сына из предреволюционной Германии, где Фридрих завязал немало опасных знакомств, предложил ему поехать в Манчестер. Там на бумагопрядильне "Эрмен и Энгельс" Фридриху надлежало заняться коммерцией. Энгельс приехал в Манчестер в конце 1842 года. Английским языком Энгельс владел в совершенстве, поэтому даже беглый обзор английских газет показал ему, что здесь всё спокойно и нет никакой революционной лихорадки. Удивительная страна! Привычка подменила в ней страсть. Странный мир упорных, невозмутимых и, однако, столь могущественных улиток. Благодаря своему обоянию, прекрасному знанию языка он легко заводит знакомства. Пожилые люди незаметно для себя умело переходили с этим юношей на тон равных и, насколько это допускалось их правилами, оживлялись в беседе. Они говорили с ним о том , что положение Англии тяжёлое, что кризис - божья кара - как град выбил нивы промышленности. - Но, - кончали они убеждённо, - никогда материальные интересы не порождали революций. Дух, а не материя толкает к безумствам, и - хвала небу! - в этом смысле нация здорова. (Замечательно! Действительно, какие духовные запросы могут быть у черни Англии, Германии, России или другой какой страны на планете.) И снова неизменность быта, как режущий монотонный скрип, как тягостное зрелище паралича, задела Энгельса. Бал в английской почтенной буржуазной семье, был копией таких же балов где-нибудь в Бармене, Бремене. Веселье было регламентировано и выверено, как порции куриной печёнки и пирожного за ужином. Коммерческий дух господствовал и здесь. В зале танцев шла отчаянная, азартная купля и продажа. Фридриху казалось, что жить бездумными интересами этих людей, молиться их святыням - значит добровольно дать опутать себя на постепенное медленное умирание. Он любил своего отца, деда - людей, жизнь которых казалась ему столь ядовитой и засасывающей. Но это была любовь снисхождения, любовь отмирающая, как традиция. Их веру, их идеалы он разрушил и, преодолев, осмеял. Из гостиниц зажиточных буржуа, из грязных залов биржи Фридрих бросился на лондонские окраины, где ютились в бедности деятельные немецкие изгнанники. Как хорошо чувствовал себя Фридрих среди этих новых людей хотя их коммунизм и казался ему слишком практическим. Насколько низкая конура, где сапожничал весельчак Генрих Бауэр, была приветливее любого купеческого дома! Эти люди, потерявшие родину из-за покуда не осуществлённых идей и принципов, казались ему простыми и целеустремлёнными. Социалистическая литература, с которой он отчасти познакомился на родине в последние годы, подготовила его ко многому, и, однако, действительность превосходила всё, что могло нарисовать самое мрачное воображение. Ему казалось, что он впервые увидел этот мир и его обитателей. Их было много, этих людей; и здесь , в Англии, самой прогрессивной стране Земли, они были ещё более несчастны, чем где-либо, чем в Берлине, Бремене - в городах, о которых Фридрих думал как об отсталых окраинах передовой Европы. Что же это означает? Прогресс, несущий счастье и богатство людям, подобным семье Энгельсов, лишней цепью обвивает тело пролетариата?! Какое же социальное проклятие тяготеет над этим людом, познавшим ад при жизни?! ..."Человечество распалось на монады. Везде - и может быть в нас, во мне - варварское безразличие, эгоистическая жестокость. Везде социальная война, везде взаимный грабёж под защитой закона, написанного властью. Энгельс переживает потребность в одиночестве. Ему необходимо быть совсем одному в чужом городе. Он был слишком окружён мыслями, чтобы не искать одиночества. Так поэт или учёный, (не так ли и пророки, и Иисус, мой любимый пророк) обременённый созревшей думой или открытием, упрямо ищет уединения и покоя, чтобы освободить себя от ноши. В такие минуты хорошо быть в чужом месте (и даже в пустыне, как Иисус), чтоб ничто не мешало думать, чтоб ни одно вторжение не разрывало густого напряжения. Мучительно даётся осознание и выбор пути. Впервые Фридрих думал о том, что не будет поэтом, без боли и уныния. Он перечитывает пародию на бога выдуманного одними людьми для угнетения других.

"Услышь, Господь, услышь! Внемли моленью верных, не дай погибнуть им в страданиях безмерных! Терпенью твоему когда конец придёт, когда ты казнь пошлёшь на богохульный род? Доколе процветать ты дашь в земной юдоли безбожным наглецам? Скажи, Господь, доколе философ будет мнить, что"Я" его есть "Я," а не от твоего зависит бытия? Всё громче и наглей неверующих речи...Приблизь же день суда над скверной человечьей." Господь на то в ответ:"Не пробил час для труб, ещё не так смердит от разложенья труп, к тому же воинство моё - от вас не скрою - не подготовлено к решительному бою. Богоискателями полон град Берлин, но гордый ум для них верховный господин; Меня хотят постичь при помощи понятий, и Бруно Бауэр сам - в душе мне верный раб - всё размышляет: плоть послушна, дух же слаб...." ( Ф. Энгельс - перевод О. Румера) В Манчестере Энгельс часто встречается с рабочими. На одной из таких встреч он познакомился с работницей, ирландкой по происхождению. Её звали Мэри Бэрнс. Молодые люди полюбили друг друга. Фридрих решительно изменил образ жизни. Пренебрегая мнением приятелей отца, он отвергал приглашения на обеды, ужины, балы и т.д. Он исчез с брачных ярморок, и расчётливые буржуазные маменьки вычеркнули его из списков надёжных женихов. В свободные от дел в конторе часы Фридрих уходил в рабочие дома, на собрания чартистов, в харчевни, что у шлагбаума, отмечающего городские границы. По ночам он зачитывается Годвином, изучает добытые, малоизвестные, почти не знавшие прикосновения человеческих рук отчётные брошюры фабричных инспекторов, и за мёртвыми, жестокими и трагическими, как металлические, почерневшие от дождя венки, фразами, перед ним открывалась новая жизнь. Он чувствовал себя Колумбом, ступившим на чужую землю и увидевшим людей с другим цветом кожи, быт и мысль которых были ему не знакомы. Но с каждой новой цифрой тайна теряла своё надуманное обаяние, обнажалась. Цифры, острые, как молнии, открывали Энгельсу загадку происхождения и путь этого иного народа, настойчиво требовавшего к себе внимания всего мира, народа, заселявшего всю планету и имя которого - Пролетариат. История рабочего класса, которую он воссоздавал, была мрачна, но последовательна. Фридрих видел, как нищали крестьяне, как нужда заставляла их продавать свой труд и как потом рабство ковало из них новых людей. Молодой исследователь решил написать книгу о рабочих Англии. Разве не опередили они - и в невзгодах и в борьбе - всех своих собратьев на земном шаре? Скоро пришло время новых встреч Маркса и Энгельса. Не раз сплетались воедино мышление и творчество двух друзей. Но то, что опасно для людей с маленьким или неравным интелектом, когда сильный поглощает слабого, не могло грозить таким титаническим умам и душам, как Маркс и Энгельс (Божий промысел: Энгельс будет идти рядом, помогая исполнить миссию Марксу и свою.) Настолько безмерно богаты духовно и умственно были они оба, что, сливая знания, мысли, чувства, каждый из них сохранил свою полную независимость и цельность натуры. Среди совершенно равных нет самолюбивых или мелочных счётов. Маркс и Энгельс - посланники Бога передали человечеству ценнейшие знания о преступности и безнравственности капитализма. Посланники Бога переполнены Богом; они открывали людям Бога (Духовные Законы Мироздания). Маркс и Энгельс с увлечением сотрудничают в "Немецкой Брюссельской газете." Многие статьи они писали вместе, воюя с другими немецкими газетами, особенно с "Рейнским Обозревателем." Они участвуют в дискуссии, затеянной асессором консистории из Магдебурга, по имени Герман Вагенер, молодой человек с гладко прилизанными волосами и мыслями, усерднейший автор подстрекательских и витиеватых статей в "Рейнском обозревателе." Эта газета была реакционной и проповедовала феодальный, "христианский" социализм. Остаться в стороне от участия в такой дискуссии ни Маркс ни Энгельс не могли. Не пощадили Карл и Фридрих рассуждения Вагенера о преимуществах христианства перед коммунизмом. Христианство составлено теми, кому выгодно в религиозном тумане держать безграмотное большинство. Такое христанство использовало имя Христоса, для своих целей: "Социальные принципы христианства, - писали они, - располагали сроком в 1800 лет для своего развития и ни в каком дальнейшем развитии со стороны прусских консисторских советников не нуждаются. ...Социальные принципы придуманные великими путанниками "христианства" проповедуют необходимость существования классов - господствующего и угнетённого, (и будто это безобразие - закон божий) и для последнего у них находится лишь благочестивое пожелание, дабы первый ему благодетельствовал. ..."Социальные принципы выдуманного великими путанниками христианства (ничего общего с именем Христоса и его Учением не имеющего) превозносят трусость, презрение к самому себе, самоунижение, смирение, покорность, глубокую веру в помазанников, в неправедное триединство: самодержавие - духовенство - безграмотное большинство, - словом, все качества раба, но для пролетариата, который не желает, чтобы с ним обращались, как с рабами, для пролетариата смелость, сознание собственного достоинства, чувство гордости (не гордыни, которая присуща буржуазии) и независимости - важнее хлеба." В 1847 году с 29 ноября по 8 декабря - Маркс и Энгельс принимают деятельное участие в работе второго конгресса Союза коммунистов в Лондоне. Взгляды Маркса получают на конгрессе полное признание, конгресс поручает им составить программу союза в виде манифеста. В 1848 году около 24 февраля - в Лондоне выходит в свет написанный Марксом и Энгельсом "Манифест Коммунистической партии" - первый программный документ научного коммунизма. Горячие споры об уставе и программе длились более десяти дней. Были предложены названия Манифеста -"Исповедание веры" или "Катехизис". Энгельс предложил назвать программу "Манифест Коммунистической партии." Маркс поддержал его. Это название наиболее точно отражало основное положение Устава (Нового Завета) о равенстве всех людей перед законами Божьими и о братстве между людьми. Путь Маркса и Энгельса был полон испытаний, страданий, гонений, но на то они и избранники Бога, чтобы ради просвещения человечества, жертвовать собой. И на то неправедное триединство, чтобы убивать и распинать триединство праведное. На войне как на войне. Основной труд, которому посвятил свою жизнь Маркс - "Капитал," который представляет собой ни что иное, как чертежи Божьего промысла для строительства Новой Цивилизации. Маркса интересует не быт англичан, а экономика передовой промышленной и колониальной страны, глубокие классовые противоречия и поднимающееся рабочее движение привлекали его внимание. Энгельс зиму 1847 года проводит в Париже. Во всех слоях населения страны росло недовольство. Заводчиков и фабрикантов стиснули со всех сторон банкиры, опиравшиеся на короля и его правительство. Народ изнемогал от нищенской зарплаты при 12-14 часовом рабочем дне. Гизо стал ненавистен очень многим. Но он был убеждён, что с помощью оружия удержит Францию в повиновении королю, забыв слова ловчайшего из политиков - Талейрана, что штыками можно добиться всего, но сидеть на них нельзя. Многие вечера в зиму 1847 года Энгельс провёл на собраниях рабочих и ремесленников. Приходилось вступать в жестокие споры с противниками, а их становилось всё больше. Но противники коммунизма не могли и не хотели признать факт, что все, так называемые высшие роды труда - умственный, художественный, искусство, любой интелектуальный труд и т.д. - превратились в предметы торговли и лишились, таким образом, своего прежнего ореола. Все функции священников, врачей, юристов и т.д. следовательно, религия, юриспруденция и т.д., стали определяться лишь преимущественно по их коммерченской стоимости!" Это чудесное сырьё дум и выводов превратилось в чеканную фразу "Манифеста." Маркс писал о буржуазной власти, что "врача, юриста, священника, поэта, человека науки, журналиста и т.д. она превратила в своих платных наёмных работников." Маркс шлифует каждую фразу в своей работе, так, чтобы враги истины не могли истину исказить. Женни терпеливо переписывает рукописи. И, наконец, настал незабываемый час, когда Женни последний раз переписала рукопись. Первые слова её звучали как вдохновенная поэтическая строфа: "Призрак бродит по Европе - призрак коммунизма, - первые слова Манифеста." Все силы старой Европы объединились для травли этого призрака: папа и царь, Меттерних и Гизо, французские радикалы и немецкие полицейские." Манифест Коммунистической партии," законченный в последние дни января 1848 года, был направлен в рукописи в Лондон, в распоряжение Центрального комитета Союза коммунистов. Недавний знакомый Маркса и Энгельса портной Фридрих Леснер, деятельный коммунист, по прибытии рукописи тотчас отнёс её в одну из лондонских типографий. "Манифест Коммунистической партии" вышел из печати в конце февраля 1848 года. В книге было 23 страницы. Имена авторов - Маркса и Энгельса - в этом издании не были указаны. "Манифест" явился первым програмным документом марксизма. В нём в сжатой и яркой форме изложены основные законы научного коммунизма, открыто провозглашены конечные цели борьбы пролетариата. В этом произведении дано истинное мировоззрение, по которому должны жить все, кто верует в Бога (в духовные законы мироздания). Манифест показал всё лицемерие правящего неправедного триединства: власть - духовенство - безграмотное большинство. А на свете белом должны люди жить по святому триединству: Бог (Законы мироздания) - Сын(Устав-Новый Завет - будущий Моральный Кодекс Строителя Коммунизма в СССР) - Св Дух (Энергоинформационное поле мироздания - обмен людей с Богом). В "Манифесте" обрисован последовательный материализм, охватывающий также и область социальной жизни; диалектику, как наиболее всестороннее и глубокое учение о развитии; теорию классовой борьбы и историческую роль пролетариата. В первой главе "Манифеста," озаглавленной "Буржуа и пролетариат," рассказывается о сути капиталистического способа производства, эксплуатации, обнажены язвы и непримиримые противоречия капитализма, научно обоснована низбежность его гибели, указан путь к социализму-коммунизму - единственному, истинному, по Божьим законам построенному, строю. Маркс и Энгельс Божьим промыслом доказали, что вся история общества, за исключением первобытно -общинного строя, была историей борьбы классов. Буржуазия породила деление общества на два враждебных класса, между которыми никогда не может быть никакой толерантности, ибо это противоречит Законам Мироздания. Есть золотая середина, мера вещей - так это Устав общения людей друг с другом и окружающим миром, а третьего ничего на свете нет! За сравнительно короткий срок капитализм ценой грабежа, разбоя, безудержной эксплуатации пролетариев развил мощные производительные силы, создал более совершенную, чем при феодализме, технику; возникло крупное машинное производство, образовался мировой рынок. Деревня была подчинена буржуазией господству города. Капиталисты устремились в самые отдалённые страны. Экономически господствующий класс захватил также и политическое господство и сделал государственную власть орудием для осуществления корыстных классовых интересов буржуазии, для подавления трудящихся. Но капиталистическое общество, как это научно показали Маркс и Энгельс в "Манифесте," в себе самом таит непримиримые внутренние противоречия, которые делают неизбежным его гибель. Буржуазные производственные отношения стали узкими для дальнейшего развития производительных сил, они превратились в тормоз, в препятствие дальнейшему росту производства. (Об этом свидетельствуют экономические кризисы, неизбежно возникащие в результате основного противоречия капитализма, - противоречия между общественным характером производства и частной формой присвоения. Буржуазия стала реакционным классом, задерживающим прогресс общества. Но сам капиталистический режим уже породил людей, которые направят своё оружие против буржуазии - современных рабочих, пролетариев. В "Манифесте Коммунистической партии" раскрыта и всесторонне обоснована роль рабочего класса, как могильщика капитализма и создания коммунистического общества до конца революционного класса. "Из всех классов, которые противостоят теперь буржуазии, только пролетариат представляет собой действительно революционный класс. Все прочие классы приходят в упадок и уничтожаются с развитием крупной промышленности, пролетариат же есть её собственный продукт." В "Манифесте" звучит гениальное предвидение о неизбежности ниспровержения капитализма. (Помните слова Христоса, что Он принёс не покой, а меч, что дерево, дающее плохие плоды срубают и бросают в огонь, что борьба будет, пока не исполнится Закон Бога до иоты. Помните, как проходя мимо бесплодной смаковницы - Он засушил её, ибо она потеряла право на жизнь своим эгоизмом: росла, красовалась, пила соки земли и только во имя своё. Понятно, что это будет победа Устава. Социализму-коммунизму быть или не быть ничему, может и самой Земли). "Манифест Коммунистической партии" учил борьбе и победе. На повестке дня лозунг "Пролетарии всех стран соединяйтесь!" В те же дни мир обошла весть о начавшемся восстании в Париже. Пал трон Луи Филиппа. Революция смела буржуазно-королевскую власть и, как огонь по сухой траве, перекинулась в Бельгию. Король Леопольд Первый сумел хитростью предотвратить своё падение. Он созвал либерально настроенных министров, депутатов парламента и мэров городов страны и заявил, что немедленно подчинится и отречётся сам от престола, если такова будет воля народа. Леопольд Первый говорил всё это, опустив глаза, вздыхая столь драматически, изъявлял такую покорность, что присутствующие в тронном зале парламентарии-буржуа умилились и поспешили успокоить короля заявлением о том, что не имеют никаких замыслов ни против него лично, ни против королевской власти в Бельгии. Едва кончилась эта чувствительная сцена, как Леопольд Первый приказал войскам разгонять народные собрания, стихийно начавшиеся на площадях города. Одновременно полиция получила приказание вести усиленную слежку за революционерами из других стран. Власти боялись народа, особенно рабочих. Маркса правительство Бельгии обязало немедленно покинуть страну. У Маркса было уже трое детей. Быстро, с помощью друзей, семья собирала чемоданы, но уехать не успела. Маркса арестовали и отвели в тюрьму. Женни в отчаянии ходила около тюрьмы и её арестовали тоже. Посадили её в камеру с воровками и проститутками. Затем её перевели в другое помещение, где было очень холодно, и где её продержали несколько часов, после чего вызвали к следователю. Ничего не добившись её выпустили. Маркс в это время находился в камере с буйно помешанным, от которого ему приходилось всё время отбиваться. К вечеру Карл получил предписание немедленно покинуть Брюссель. Семья Маркса немедленно выехала в Париж. Вернуться домой в Германию он не мог. Он был выслан с родины навсегда. А в Париже не смолкала "Марсельеза," где торжествовала победу революция. Март 1848 года Карл и Женни с семьёй в Париже. Сюда съезжались изгнанники -революционеры из многих стран - немцы, поляки, ирландцы, итальянцы. Маркс почерпнул в бурной истории Франции многое из того, что помогло ему понять законы, неумолимо двигающие человеческое общество. Париж изменился. С улиц исчезли скучающие франты. Не стало тучных господ, презрительно посматривающих через лорнет, и брюзгливых барынь. Кое-где ещё были баррикады. Распевая песни, их разбирали рабочие в пёстрых блузах, с красными косынками на шеях (уголок Святого Красного Знамени. Святое Красное Знамя - под ним сражались русские задолго до французской ркволюции на куликовом Поле. На том Святом Знамени был образ Иисуса). С каждым часом город преображался. Мостили улицы, восстанавливали пострадавшие дома и памятники. Опустели тюрьмы, отменена смертная казнь. Никто не мешал герцогине Орлеанской и Гизо отправиться вслед за низверженным королём в Англию. Блаженство победы охватило пролетариев Парижа. Ощущение, что навсегда исчезло зло, поднимало в человеческих душах всё самое чистое и светлое. Зло, нищета, несчастья навсегда рухнули. Незнакомые друг другу люди разных национальностей чувствовали себя братьями. Они все знали, что делать, понимали друг друга с полуслова. Город пел и радовал слух, улицы были украшены знамёнами, лозунгами, и каждое слово волновало, как свершение желаний. Свобода собираться, публично обсуждать насущные жизненные вопросы. На площади Согласия митинг. Выступает Огюст Бланки. Он был врагами приговорён к смертной казни после неудавшегося восстания 1839 года. В крепости Мон-Сен-Мишель, в каменном гробу, о стены которого постоянно разбивались морские волны, отбывал он пожизненное заключение взамен смертной казни. И вот он на свободе. "Будьте бдительны, граждане! призывал Бланки. - Революция - праздник для бедных труженников, но катастрофа для богачей и деспотов. Не верьте тиграм, даже если они ползают на брюхе. Долой флаги короля, поднимем святые алые стяги республики! вспомните июньские дни 1830 года. Мы сражались тогда на баррикадах не за монархию, а за республику, за свободу от неправедного триединства, за равенство и братство. Сколько крови было пролито французским народом! И что же?! Вместо Карла десятого получили Луи Филиппа. Один хищник сменил другого. Ротшильды и другие финансисты и банкиры создали свою монархию. Восемнадцать лет мы боролись, чтобы вернуть то, что должны были сберечь в тридцатом году"... - Железный человек этот ветеран революции, - сказал Маркс. - Какая цельная душа! Он выстрадал эти тревожные мысли. Вся его жизнь - подвиг.. Бедная госпожа Бланки, у неё не хватило сил дожить до этих дней... На митинге Маркс встретился с Бакуниным. Революция продвигалась по стране. В Лионе - рабочей столице Франции - впервые после кровавых восстаний 30-х годов развевались снова красные знамёна. Рабочие навсегда разрушили в прославленном героическом городе ткачей крепостную стену, с которой их столько раз расстреливали королевские пушки. Ратушу, где когда-то их подло обманул, прикинувшись другом, префект Бувье Дюмуляр, и улицы города охраняли рабочие патрули. Порядок был восстановлен, и рабочие принялись за организацию мастерских, чтобы уничтожить безработицу. Но самое главное было то, что Человеческие Души с каждым мгновением расцветали чувством собственного достоинства, уважением к себе и окружающему миру, желанием жить по закону взаимного долженстования, патриотизмом, желанием как можно больше сделать для своей Родины, восторгом, энтузиазмом и воодушевлением, а это возможно только в социализме-коммунизме, где в одном строю плечом к плечу люди идут к высокой цели свободы от пороков материальной скверны и вожделения плоти. "Народы для нас братья, тираны - враги," раздавался на парижских улицах припев новой, полюбившейся народу песенки. Маркс изучил все революции, которые когда бы то ни было сотрясали Европу. Греция, Рим дали ему бесчисленные примеры того, как боролся угнетённый человек в рабовладельческом обществе. Он изучал восстания и революции в Англии. История для него была ключом к будущему. Маркс и Женни были приглашены на встречу с Борнштедтом, Бакуниным и Гервегом, где будет обсуждаться положение в разных странах Европы. Они решили сделать всё возможное, чтобы ускорить революцию в Пруссии и Польше. Насколько искренни были Гервег и Бакунин, настолько скрытен был Борнштедт. Несколько лет назад этот опытный провокатор рассорился с прусской тайной полицией и остался на службе только у австрийцев. Однако когда началась революция, он порвал и с Веной. С этого времени Борнштедт потерял навсегда покой, так как считал, что революционный поток разольётся по всей Европе, тайное станет явным и его ждёт суровое возмездие. В поисках спасения он и решил послужить революции. Карл всё внимательно слушал, отшутился;"Сердце плохой советчик, если нет головы."- От последующих приглашений Карл всегда отказывался. Всё больше и больше плесени появлялось в революции. Театр в эти дни служил революции, Карл и Женни были на одном спектакле. Карл с интересом рассматривал зрителей. Рабочие в широких блузах и их жёны в дешёвых шалях поверх простых платьев восхищённо и вместе с едва уловимой робостью оглядывали нарядный театр. Женщины прятали натруженные руки и смущённо улыбались. Мужчины нарочитой развязностью старались прикрыть неуверенность. Рядом с пролетариями сидели люди, одетые в такие же блузы из хлопковой или грубой шерстяной ткани. Из-под воротников, из широких манжет предательски вылезало тончайшее нижнее шёлковое бельё, а из грубых башмаков - дорогой чулок. Ещё разительнее выглядели дамы от буржуазии. Исчезли великолепные причёски и накладные локоны, украшения, мех и кружева. Не только одежда, но и манеры изменились у переодетых буржуа. В то время как рабочие переговаривались шёпотом, буржуа старались шуметь и бесцеремонно толкаться в проходах, щеголяя растрёпанными головами и давно не бритыми лицами, стремились замаскироваться в этой разнородной толпе, сойти за тех, кто, поднявшись с житейского дна, с поражающей лёгкостью опрокинул королевский трон, изменил образ правления в стране и создал республику. Ничто не ускользнуло от внимания Маркса. А со сцены звучала песня:

Вступая в битву мировую, мы памятью отцов горды. Они уже не существуют, пред нами славы их следы. Сиротской доли нам не надо, одна лишь нам знакома страсть: отмстить за них иль рядом пасть - вот наша высшая награда. И весь театр повторял за певицей, точно клятву перед боем: "К оружью, граждане! Равняй военный строй! Вперёд, вперёд, чтоб вражья кровь была в земле сырой! (перевод П. Антокольского)

Певица подошла к рампе. Её замечательный голос теперь был полон металла Звуки его заполняли зал, проникали в человеческие сердца. Маркс никогда не мог забыть этот вечер, который показал ему какие великие духовные силы угнетены материальной скверной и вожделенной плотью преисподней.

(Слова этой песни очень современны сегодня. Эти слова звучат для нас упрёком, потому, что мы предаём в угоду черни нашей и мировой Свою Великую страну - СССР - Новую Цивилизацию, построенную Божьим промысломи и Богоизбранным советским народом. И с какой такой стати мы смирились перед преисподней?! Помните, в мудрой сказке "Садко," враги хотели уничтожить Садко с дружинниками и потому завлекли их под гипнотическое пение птицы Феникс. Как она им пела:"Спите, храбрые воины! Спите! Она уводила их в мир грёз, но рванул Садко струны на гуслях:"А проснитесь-ка, храбрые воины! Не гоже нам слушать сладкие лживые речи недругов!" Вот и мы, доколе будем слушать свою и иноземную чернь? Времени уже нет. Собираются недруги добить Советский Союз, который жив ещё в сердцах разумных людей, чтоб он никогда не смог подняться. Не спите, храбрые воины, не слушайте сладких речей врагов Бога и Его народа, всю эту ЖИДомасонскую свору).

Марксу предстоял поединок с тем, кого много лет считал своим другом. Сколько раз черпал Георг Гервег из щедро открытой для него сокровищницы ума и сердца; как часто легко терявший уверенность в своих силах поэт опирался на непреклонную, последовательную волю Карла. На собрании рабочих, куда был приглашён и Маркс, Борнштедт и Гервег призывали к тому, чтобы импортировать революцию из Франции в Германию. Маркс активно протестовал и объяснял, что революция не порфюмерия, не предметы роскоши. Маркс объяснял, почему министры французского Временного правительства, особенно такие как Ламартин, весьма рады избавиться от многих тысяч немецких ремесленников и рабочих. Во Франции свирепствовала жестокая безработица - суть капитализма. Избавится от конкурентов-тружеников и одновременно от бесстрашных и опытных революционеров - мечта буржуазии Парижа (Это мечта и современной преисподней!). Спокойно и убеждённо, простым понятным языком он объяснял собравшимся, в какую авнтюру тащат рабочих Борнштедт и Гервег. Подробно познакомил с тем, что ежедневно происходило в экономической и политической жизни их родины. Энгельс тщательно изучал особенности июньских событий. Он пришёл к выводу, что перевес сил в правительственных войсках в значительной степени предрешал поражение рабочих. Разбирая уличные сражения с военной точки зрения, Энгельс указывал на серьёзную ошибку, совершённую восставшими: они были слишком великодушны; на ракеты и гаубицы правительственных войск Кавеньяка восставшим следовало ответить массовыми поджогами зданий. Они этого не сделали. ... Энгельса давно уже интересовали военные проблемы. Июньская трагедия учила тактике и стратегии классовых войн и вооружённого восстания. "Новая Рейнская газета" была многогранна. Маркс и Энгельс знали, какой несокрушимой силой обладает сарказм и весёлый смех. Голос газеты был то очень серьёзен, то презрителен, то насмешлив. Сатирические фельетоны в стихах и прозе перемежались с глубоким научным разбором происходящих в мире, и особенно в Германии, событий. Стихи, глубокие статьи Маркса и Энгельса, Вольфа, других сотрудников и многочисленных корреспондентов из разных городов. Георг Веерт написал для газеты сатирическую поэму об аристократическом врале и карьеристе фон Шпанганском, приключения которого потешали читателей. Веерт без промаха разил исконных врагов революции: юнкеров, националистов, либеральствующих буржуа и реакционных филистёров. В герое поэмы читатели скоро узнали князя Лахновского, правого депутата Франкфуртского собрания. "Новая Рейнская газета" казалась властям столь опасной революциоонной крепостью, что уже в июле против неё возбудили судебное преследование. Прошло менее полутора месяцев со времени выхода первого номера. В Кёльне начались аресты. Газета тотчас же оповестила об этом своих читателей. Полиция ответила обыском в здании редакции. Это нормально. На войне как на войне. Когда мы у власти мы тоже не даём врагам своевольничать. Толерантность невозможна в войне Добра и Зла!!! Нельзя метать жемчуга святынь своих перед свиньями, Христос не велит. А начало этой войны в каждом человеке!

Берлин произвёл на Маркса, отталкивающее, мрачное впечатление. По улицам, высоко вскидывая ноги, шагали исполненные самодовольства вооружённые отряды реакционеров. Незадолго до приезда Карла в Берлин здесь проходил съезд крупнейших землевладельцев. В течение нескольких дней они произносили речи в защиту интересов дворянства. "Новая Прусская газета" стала органом этого "юнкерского парламента," который, не жалея средств, поддерживали и лютеранская церковь, и королевская чета, и даже царское правительство России, видевшие в нём желанный оплот контрреволюции. На первой странице газеты Маркс прочёл статью, призывающую начать крестовый поход против революционных идей (то есть против Бога), и революционеров (то есть посланцев Бога, которые должны вернуть человечество на верный, высокодуховный путь). Автором её был молодой преуспевающий военный, по фамилии Бисмарк, один из влиятельнейших членов "Прусского кружка" - могущественной партии, имевшей в своём распоряжении основные контрреволюционные организации (как похоже на наше сегодня, только фамилии иные - суть всё та же). Маркс знал, что вождь старопрусской придворной группы, сам генерал Герлах, и предприимчивая хитрая королева благоволили к светловолосому гиганту, представителю старинного богатого дворянского дома. Он во всём высказывал преданность прусской короне и юнкерству, ненависть ко всякого рода реформам, бычье упорство. К тому же он имел истинно тевтонскую представительную внешность. В своих статьях и речах обычно Бисмарк не только призывал к крестовым походам, но и поучал, как надобно создавать новые организации прусских юнкеров, опоры монархии и монархического порядка. Такие взгляды были угодны и королю Фридриху Вильгельму, отличавшемуся вообще крайней неуравновешанностью, но твёрдо стремившемуся не уступать ни в чём народу (народом чернь называет тех, кто не причислен к классу денежных мешков.) Он оказался вынужденным после мартовской революции поступиться некоторыми привелегиями и потом делал всё, чтобы их вернуть. Король мечтал о государственном перевороте и возлагал отныне все свои надежды на прусское юнкерство.... Во время пребывания в Берлине Маркс перевидал много нужных людей, выясняя, в частности, возможности получения денег для "Новой Рейнской газеты." Со времени паническонго бегства акционеров, газета жила за счёт тиража. Однако этого дохода не всегда было достаточно. Маркс вложил в издание все свои сбережения. В Берлине Карл встретился с Бакуниным. Бакунин жаловался, что царское правительство продолжает его оговаривать, доказывая, что он является тайным агентом царского правительства, что после того как он был приговорён заочно к каторжным работам в сибирских рудниках, его не оставляют в покое; дошло до того, что принялись распространять слух, будто он бежал из Петербурга не по политическим причинам, а потому что, украл значительную сумму денег. Трудно предствавить, как далеко зайдут фантазии русского правительства. Да уж! Сегодня и мы знаем на что способна преисподняя. Софизм процветал и процветает. Карл ответил Бакунину:"Вы сильно досадили русскому самодержавию. Вот оно и пытается вам мстить жалким и подлым образом. Карл Маркс очень интересовался Россией и много беседовал с Бакуниным. Бакунин рассказывал: - Да, я действительно стараюсь разрушить упорно создаваемую легенду об единении царя с русским народом. ... В публичных речах я не раз говорил о творящихся в России беззакониях и одновременно бессилия правительства улучшить жизнь народа. Я обнаружил пропасть, отделяющую власть от народа, и доказал, что царское правительство скоро рухнет со всеми низостями и ложью. Я предсказал Николаю близкую гибель и возрождение освобождённой русской нации из-под обломков Русского государства. Я предложил от имени революционных партий России, от всех волнующихся сил народных, стремящихся к свету и свободе от самодержавия, революционный союз с польским народом против императора Николая и его злодеяний. Конечно царскому правительству не за что быть мне благодарным! - Но что это за революционные партии в России и кто в них состоит? Вы уже много лет как оттуда. Имеете ли вы связь с кем-либо на родине? Меня чрезвычайно интересует Россия, - спрашивал Маркс..."В России много пороха в крестьянстве. Оно и есть тот народ, который надо поднять на свержение самодержавия. Фабричных работников у нас мало. Это бедняки, они оторваны от земли, и не в них сила. К сожалению, Европа почти ничего не знает о русском народе. Николай и его клика пытаются окружить Россию китайской стеной так, чтобы оттуда не доносился ни единый звук: будь то стон страдания или вопль возмущения. - Этого никакой царь больше не добьётся! Время наше несётся быстро, революции ломают преграды между государствами, - заметил Маркс. - Европа должна думать, что русский народ глуп, что он любит и боготворит царя! - воскликнул Бакунин. - И царь и его правительство всё делают, чтобы убедить мир в своей силе и единении с народом. Он доказывал Марксу, что успех революции зависит от единства славян, а они сегодня по разную сторону баррикад. (и сегодня происходит то же самое; разделяй и властвуй - извечная успешная подлость преисподней на которую всегда соглашается безграмотное большинство). Маркс убеждён был в том, что единство классов, а не племён, решает всё в революции. Маркс отправляется в Вену. Всего за четыре дня до его приезда на улицах самой Вены произошли кровопролитные бои. После июньского выступления парижских рабочих, напуганная австрийская буржуазия предпочла монархию республике. Это и вызвало возмущение демократических слоёв населения Вены. Ширились национальные движения словаков, сербов, хорватов, трансильванских румын. Они усложняли и без того тяжёлое положение в Венгрии, где не затихала революционная буря. На первом же заседании "Венского демократического союза," где обсуждался вопрос о положении в столице Австрии после недавних уличных боёв, Маркс говорил о том, что события эти не следствия смены кабинета и распрей в правительстве, а, как и восстание рабочих в Париже, порождены классовой борьбой между буржуазией и пролетариатом. Знакомясь с чрезвычайно сложными перипетиями борьбы народов, входящих в состав Австрийскгого государства, Карл встречался в Вене с рабочими, студентами, посещал клубы, вёл переговоры с руководителями демократических обществ. В то время основной целью германской революции было объединение, а в Австрии демократы, наоборот стремились к разрушению разноплеменной империи Габсбургов. Многонациональная страна походила на огромное полотнище из разноцветных лоскутьев. Осадное положение в Кёльне. Восстание во Франкфурте-на-Майне. В городе уличные бои. Один из реакционных членов Франкфуртского собрания, князь Лихновский, стрелял в толпу и был растерзан ею (да, на войне как на войне!) "Рейнская газета" освещала все события и показывала истинное лицо черни. Кёльнская прокуратура возбудила судебное следствие против Энгельса и Вильгельма Вольфа.

Прирейнская провинция бурлила собраниями. На них звучал один и тот же вопрос:"Почему, - спрашивали рабочие ораторов, - наше правое дело терпит поражение?! Мы только и слышим, только и читаем что о разгроме рабочих в Неаполе, Праге, Париже, Вене, во Франкфурте-на-Майне. На это с обычной исчерпывающей полнотой ответил Энгельс. "Объясняется это тем,- писал он,- что все партии знают, насколько борьба, подготовляющаяся во всех странах, имеет совершенно иной, неизмеримо более значительный характер, чем все происходившие до сих пор революции. Ибо в Вене как и в Париже, в Берлине как и во Франкфурте-на-Майне, в Лондоне как и в Милане дело идёт о свержении политического господства буржуазии, о таком перевороте, даже ближайшие последствия которого наполняют ужасом всех солидных занимающихся спекуляцией буржуа. Разве есть ещё в мире какой-нибудь революционный центр, где бы в течение последних пяти месяцев не развевалось на баррикадах Святое Красное Знамя - символ справедливости и братства пролетариата всех стран. Именно потому, что каждое происходящее сейчас восстание прямо угрожает политическому положению буржуазии и косвенно - её общественному положению, именно поэтому происходят все эти поражения. Безоружный в большинстве своём народ должен бороться не только против перешедшей в руки буржуазии силы организованного чиновничьего и военного государства, - он должен также бороться против самой вооружённой буржуазии. Против неорганизованного и плохо вооружённого народа стоит класс, хорошо организованный и хорошо вооружённый. Вот чем объясняется, что народ до сих пор терпел поражения и будет терпеть поражения до тех пор, пока его противники не будут ослаблены либо вследствие участия армии в войне, либо вследствие раскола в их рядах, или же пока какое-нибудь крупное событие не толкнёт народ на отчаянную борьбу и не деморализует его противников." Желая вызвать провокациями восстание в Кёльне, чтобы затем зверски расправиться с его участниками, полиция начала аресты руководителей кёльнских рабочих союзов и демократических обществ. Маркс использовал каждую возможность, чтобы призвать рабочих не поддаваться на провокации, помнить о коварстве противника. Не верить буржуа, масонству, стремящегося встать под Красное Знамя, но вынашивающих свои цели. Здравый смысл Маркса поражал, он предостерегал от ошибок и всегда был прав. ( Ещё бы, ведь он действовал по промыслу Божьему). На политической арене снова появился Тьер. Бывший министр Луи Филиппа написал книгу "О коммунизме," при котором, по его словам, всё будет общим, будет уничтожена свобода личности, всем придётся работать на всех." (Этот вирус реанимирует преисподняя в 90-х 21 века и запустит его в сознание людей при перестройке мозгов. Как и вирус, что при социализме всё общее, пропадёт индивидуальность, будете работать на чужого дядю. Ну вот и дождались. Работаете на чужого дядю. На капиталиста. С чем вас и поздравляю). Благодарная буржуазия, усмотрев в его брошюре защиту её собственности, снабдила Тьера большими деньгами на борьбу с французской плебейской революцией. Тьер создал на средства банкиров и фабрикантов издательство, которое стало выпускать очень дешёвые, а подчас и раздаваемые бесплатно книжки. Они назывались "Мелкие сочинения Академии моральных и политических наук." Тотчас же после июньской трагедии Национальное собрание начало расследование происшедших событий. Оно создало следственную комиссию, во главае которой стал полулиберал, полупалач, всегда ничтожный и расчётливый каръерист Одилон Барро. Он был одним из тех, кто должен был помочь Луи Филиппу предотвратить февральскую революцию, но не сумел этого сделать. Он мечтал быть главой королевского правительства, но, так как монархия пала, приспособился к республике, чтобы ускорить её падение. Комиссия Барро, имевшая чрезвычайные полномочия, оказалась на деле полицейским застенком. Она вылавливала всех, кто избежал июньской расправы и ареста, и передавала их в руки палача или посылала в тюрьму. Так что на войне как на войне. Так они это всё и делали и это понятно. Чернь в 90-е годы 20 века и наша и иноземная поступали так же - судили! Вроде как она права и судит именем Всевышнего всех, кто поднял руку на их преисподнюю. С волнением и грустью вспоминал Маркс о том, как много коммунистов и рабочих пало в неравной борьбе с контрреволюцией во Франции и Германии. Марксу перевалило за 31 год, когда он высадился на берег Великобританиии. Прежде всего нужно было подыскать квартиру для беременной Женни, троих детей и Ленхен. Предстояло брать новый рубеж. Как все чрезвычайно сильные люди (Божьи избранники), он испытывал невозмутимое спокойствие и прилив энергии именно потому, что трудностей на жизненном пути стало больше. В один из первых дней после переезда в Англию Маркс поспешил в Библиотеку Британского музея. Он приступил к выполнению своей основной миссии: он напишет книгу для человечества, в которой Высший Разум передаст чертежи строительства Новой Цивилизации (социализма- коммунизма). Размышляя о могуществе британского колониализма, Карл медленно шёл из зала в зал, пока не оказался в огромном Египетском отделе. Справочные таблички перечисляли статуи, расставленные вдоль стен, словно в антикварной лавке. Собранные здесь бесчисленные реликвии древней цивилизации потрясли Маркса, но в то же время вызвали чувство досады. Напыщенные фараоны, свирепые священные быки, звероликие Изиды и озирисы, испещрённые иероглифами двери и фасады храмов, куски колонн здесь немые, неинтересные вдали от породившей их нильской культуры, оторванные от африканской земли и солнца. Расставшись с фараонами, Маркс прошёл в Античный отдел музея. Лепные украшения, амфоры, надгробия должны были воосоздать быт римских патрициев и греческих деспотов. Среди изуродованных временем грустных обломков - останков далёкого прошлого - Маркс искал то, что рассказало бы о жизни миллионов рабов, ремесленников и крестьян. Это большинство человечества нередко лишено исторического воскрешения. Не только храмом искусства, не только иллюстрацией истории казался ему музей, но и образцовой рекламой великобританского колониализма. Церковь и школа с малолетства приучали каждого островитянина думать о возвеличивании империи королевы Виктории. Не случайно её корону украшали и величайшая жемчужина Индии и драгоценные камни, добытые в иных колониях. В Британском музее Карл видел, как ловко и лицемерно восхваляются благодеяния бриттов в порабощённых землях. Многое открыл Карлу Британский музей, знаменитый сообщник грабежей знатных путешественников, безжалостных солдат и решительных миссионеров, подобный сказочной пещере жадных разбойников, воспетых Шехерезадой. Тут же в здании Монгег-хауза находилась библиотека-читальня - мрачный длинный зал с неисчислимыми богатствами. Карл был удивлён неудобством помещения и потрясён обилием книг, перечисленных в сотне огромных каталогов. Британский музей основан в 1753 году и открыт для публики в 1759 году; он не вмещает уже всех богатств своих, а новые великолепные исторические реликвии и книги непрестанно прибывают. В библиотеке Британского музея за миллионами книжных переплётов жили мысли, фантазии, научные догадки, гениальные открытия законов мироздания, свидетельства жизни людей многих столетий. Редко кто умел, подобно Карлу, чувствовать и понимать книгу. С ранних лет она была ему нужна, как хлеб, воздух, вода, он не помнил себя без книги. Тысячи и тысячи их перебывали в его руках, будоражили мысли, смягчали горести, рождали негодование или улыбку. С годами, узнавая всё больше и больше, он становился требовательнее. Всё труднее было найти желаемое, и тем больше радости приносили те книги, которые помогали работе и давали высокое наслаждение уму или хороший отдых. Маркс, как верного друга, полюбил читальню Британского музея. В Лондон пребывали иммигранты Большей частью без денег, без прибежища и работы. Марксы сами на краю нищеты, делились с немецкими изгнанниками всем, чем могли. Маленький иммигрантский мирок, состоящий из разнородных, часто глубоко чуждых и враждебных друг другу людей, в значительной мере раскололся. Счастье, как пёстрый ароматный цветок, привлекает и украшает человека, несчастье испытывает и срывает с него покровы, будто лютая пурга. Лишь подлинная любовь и дружба, только крепкие, чистые души выдерживают проверку бедой и лишениями. Маркс тотчас же по приезде в Англию занялся делами Союза коммунистов. Время было трудное... Революционный ураган, пронёсшийся над Европой, раскидал по разным странам многих членов Союза. Слабые метались, теряли веру в будущее, сильные рвались к действию, к дальнейшей борьбе. Одни погибли, другие были в заточении. Больше чем когда бы то ни было передовому отряду требовался командир. Неутомимый, упорный, бодрый вопреки возникающим и нарастающим трудностям, Карл Маркс властно понёс вперёд коммунистическое знамя. Благодаря энергии и влиянию Маркса уже в сентябре 1849 года был реорганизован Центральный комитет союза. Энгельс был рядом. К началу нового года было разослано извещение о выходе в Лондоне "Новой Рейнской газеты." Политико - экономическое обозрение под редакцией Маркса. Женни старалась скрыть от окружающих страх перед нараставшими невзгодами. Огромная сила требовалась, чтобы терпеть бедность и не терять чувства собственного достоинства. Мучила мысль, что она отстаёт от мужа, недостаточно много читает. Хозяйка квартиры, где жили Марксы, оказалась не менее подлой, нежели мисс Мардсон из романа Диккенса, на которую была похожа. Получая деньги от жильцов, она ничего не платила домовладельцу. События разыгрались с быстротой обычной в Англии при выселении неплательщиков. В сырой, чёрный от тумана день Маркс со всей семьёй оказался на улице. Удалось продать мебель и на вырученные деньги поселиться в дешёвом отеле в двух маленьких комнатках, в районе, где жила иноземная голытьба: ирландцы, немцы, итальянцы. Они перебивались случайной работой и едва сводили концы с концами. Маркс пишет летопись о классовой борьбе во Франции 1848-1849годов. Маркс, доказывая необходимость завоевания рабочим классом политической власти, впервые употребляет выражение "диктатура пролетариата" и раскрывает политический и экономический смысл этого понятия. Говоря об отличии революционного социализма и коммунизма от обанкротившихся во время революции мелкобуржуазных утопических теорий, Маркс писал, что научный социализм есть объявление непрерывной революции - классовая диктатура пролетариата, как необходимая переходная ступень к уничтожению классовых различий вообще. Карл находил безмерное удовлетворение в многообразной работе, которой отдавался со всей присущей ему могучей страстью. Действие, как и мышление, несло для него всегда в себе то, что зовётся на земле счастьем. Маркс и Энгельс готовят обращение к Союзу коммунистов, работали над обращением к его членам. "В течение обоих революционных лет, 1848 - 1849, Союз коммунистов вдвойне выдержал испытание: во-первых, тем, что его члены повсюду энергично участвовали в движении, что они и в печати, и на баррикадах, и на полях сражений стояли в первых рядах единственного решительно революционного класса, пролетариата. Союз, далее, выдержал, испытания и в том смысле, что его воззрения на движение, как они были изложены в циркулярных письмах конгрессов и Центрального комитета в 1847 г. и в "Коммунистическом Манифесте," оказались единственно правильными и что высказанные в этих документах ожидания вполне оправдались, а понимание современного общественного положения - пропагандировашееся раньше Союзом только тайно - теперь у всех на устах и публично проповедуется на площадях." Мы говорили вам , братья, уже в 1848 году, что немецкие либеральные буржуа скоро придут к власти и тотчас же обратят свою только что приобретённую власть против рабочих. Вы видели как это сбылось.(Это увидели и мы в 90-х 20 века). В самом деле, именно буржуа после мартовского движения 1848 года немедленно захватили государственную власть и тотчас использовали эту власть для того, чтобы заставить рабочих, своих союзников по борьбе, вернуться в их прежнее, угнетённое положение. (как похоже на сегодняшнюю преисподнюю) ... Далёкие от мысли произвести переворот во всём обществе в интересах революционных пролетариев, демократические мелкие буржуа стремятся к такому изменению общественных порядков, которое сделало бы для них по возможности более сносным и удобным существующее общество... наши задачи заключаются в том, чтобы сделать революцию непрерывной до тех пор, пока все более или менее имущие классы не будут устранены от господства, пока пролетариат не завоюет государственной власти - вместо того, чтобы ещё раз опуститься до роли хора, одобрительно рукоплещущего буржуазным "демократам" и прежде всего Союз должен добиваться того, чтобы наряду с официальными демократами создать самостоятельную тайную и открытую организацию рабочих союзов, в которых позиция и интересы пролетариата могли бы обсуждаться независимо от буржуазных влияний....Если немецкие рабочие и не смогут достигнуть господства и осуществления своих классовых интересов, не пройдя полностью более длительного пути революционного развития, то на этот раз у них есть, по крайней мере, уверенность, что первый акт этой приближающейся революционной драмы совпадает с прямой победой их собственного класса во Франции и тем самым будет сильно ускорен. Но для своей конечной победы они сами больше всего сделают тем, что уяснят себе свои классовые интересы, займут как можно скорее свою самоятоятельную партийную позицию...В Англии появился известный террорист Бартелеми, чтобы встретится с Марксом и Энгельсом. Он прибыл, чтобы заявить им, что они люди одной идеи, но разных методов её осуществления. Маркс отвечал ему:" Вы хотите жить и бороться вне времени и пространства, без понимания исторических и экономических условий. Вы неизбежно обанкротитесь. Нельзя пренебрегать всем тем, что определяет исход борьбы и победу." На что Бартелеми ответил:"Победу определяют порох, вовремя взорвавшаяся бомба, пуля, пробившая насмерть преступную голову! Маркс спокойно объяснял:"Феодолизм и нынешний буржуазный строй - это тысячеглавые гидры.(Вот такое это Чудовище). Уничтожьте одну голову, взамен тотчас же вырастут тысячи новых. Нужно быть умалишённым или одержимым, чтобы отрицать законы, движущие обществом. Вы чудовищно заблуждаетесь и тем вредите революции. Как средневековые алхимики, вы отрицаете теорию и обрекаете себя на бессмысленную гибель. Ваши заговоры, адские машины, пистолеты - это роковое недомыслие.!"...Маркс заканчивал книгу о классовой борьбе Франции. Энгельс работал над историей крестьянской войны в Германии. Он анализировал причины, ход и итоги великого антифеодального восстания крестьянства в 1525 году. Несмотря на то, что Фридрих воскрешал далёкое прошлое своей родины, в книге его звучали громовые раскаты современности. Энгельс объяснял значение крестьянства в классовой борьбе. Он доказал необходимость для революционного пролетариата добиваться руководства крестьянством. Причины поражения крестьянского восстания в Германии в 1525 году крылись, по его мнению, в предательстве бюргеров - предшественников современной буржуазии - и в политической раздробленности страны. Немецкий народ проявил в ту войну могучую выдержку, развил великую энергию, и у немецких крестьян и плебеев зародились тогда идеи, которые приводят и поныне в содрогание потомков бюргеров, предшественников буржуазии. Всегда порывистый, легко вспыхивающий, Маркс был чрезвычайно выдержан, терпелив и спокоен, когда становился преподавателем. Великолепная память, необозримая начитанность и внутренняя цельность познаний Маркса, не могли не поражать всякого, кому он хотел помочь и делился сокровищами, которые вмещало его большое сердце и необычайный мозг. Он дополнял, по-новому видел, понимал и заставлял служить себе и, тем самым, людям - прошлое и настоящее во имя построения будущего. Вот так готовил Высший Разум чертежи строительства Новой Цивилизации. Недолго длилась относительно беспечная пора в жизни Маркса. Есть странная закономерность в нашествии бедствий, когда для них открываются двери дома. Как змеи перед холодом, ползут они полчищами. С нищеты начинаются болезни, смерть, мелкие дрязги, отравляющие душу, обнажается сущность людей, разрушаются иллюзии. Первыми жертвами бедности становятся самые слабые. Нищета изнуряет мужчину, калечит женщину, убивает детей. Женни металась, видя, как болеют сыновья. Каждую неделю хозяйка дома приносила ей счёт за квартиру. Одна комната и каморка, какой, по сути, была вторая, стоили больших денег, за которые в Трире можно снимать огромный дом. Плата за жильё в столице королевы Виктории была невероятно высока. Забота о хлебе насущном для шести человек также мучила Карла и Женни своей трагической неразрешимостью. Пришлось просить Иосифа Вейдемейера продать последние ценности семьи - фамильное серебро, заложенное во Франкфурте. Так как не было денег для выкупа его из ломбарда, Карл предложил занять их с немедленной отдачей после продажи. Все свои деньги Маркс израсходовал на нужды революции и остался к этому времени нищим. Энгельс не имел возможности помогать ему, так как сам нуждался. С отцом своим, текстильным фабрикантом, он был тогда в ссоре и поэтому не переезжал в Манчестер, ожидая, чтобы старик сам попросил его поступить на службу в свою контору. В эти гнетущие дни Карл совместно с Фридрихом работал с удвоенной энергией. Но друзья никогда не унывали, обладая тонким чувством юмора и обычно с юмором переживали свои невзгоды. Величайшее правдолюбие, отвращение ко всему искусственному, предельное ощущение человеческого достоинства и внутренней честности особенно чётко и явно выступает из их различного и вместе с тем тождественного стиля, всегда раскрывающего подлинную сущность человека. Никогда не бывает в природе двух одинаковых отпечатков пальцев; тем более двух одинаково мыслящих существа. Но Маркс и Энгельс были примером будто одного аккомулятора мысли. Они выполяли одну миссию, были созданы Всевышним Разумом для исполнения Божьего промысла, если не успеет один - закончит другой. Мышление их направлено на решение одной задачи - оставить людям как можно больше знаний для грядущих свершений; хотя, конечно, они были разными личностями. Они оставили нам не только знания, они оставили нам образец Богоизбранного человека, к чему должен стремиться каждый. Такими же были все пророки, только мы о них мало знаем - всё скрыли от нас лукавые великие путанники, спрятав их в тёмные туманы религий. Не все приходят с такими высокими миссиями (Большим много даётся, ведь их миссия - быть слугами народа. Кто первые - те рабы народа - это вожди - Ев. от Матфея гл.20-21). В эти дни 1851 года в Манчестер неожиданно приехал один из двух владельцев бумагопрядильной фабрики - Фридрих Энгельс-старший. Появление отца в Англии не очень обрадовало сына, но безукориненное воспитание и выдержка помогли ему ничем не выразить подлинных чувств. Несмотря на то, что Фридриху-младшему было уже около тридцати одного года, отец держал себя с ним всё ещё как с вышедшим из повиновения подростком. Характер старика Энгельса никогда не отличался покладистостью, с годами же деспотизм и самонадеянность его значительно усилились. Сколь терпелива и чутка была мать Фридриха Элиза, столь же нетерпим, властен и ханжески религиозен отец. В этот приезд, однако, старик, упоённый победой реакции в Германии и возрастающими прибылями, был менее раздражительным и придирчивым. - "Итак, дорогой Фридрих, слава господу богу, я оказался прав! Стадо подчинилось пастырю своему. Революция потерпела крах, провалилась, как всякое исчадие ада, раз и навсегда. О, немцы не так глупы, чтобы поддаться болтовне недоучек, дураков и представителей "черноземной силы!" Старик Энгельс не доверял своим компаньонам Эрменам( было бы странно, если бы было иначе) и потому послал Фридриха в Манчестер, чтобы тот контролировал их деятельнось как комерсантов. Но, в свою очередь, он беспокоился и за сына, зная его безбожие и приверженность революционным идеям, и в этом отношении хотел бы, чтобы кто-либо сообщал ему о поведении Фридриха. Оба Энгельса, старший и младший, очень походили друг на друга. Высокие, стройные, широкоплечие. Только совсем разное было выражение их глаз: одушевлённые, ясные, поражающие умом - у сына, мутные и жестоко-тупые у отца. - В Германии выскребают остатки "коммунистического сора." Никто из "порядочных," впрочем, не боится больше красного призрака. С этим навсегда покончено. Король разделался с горсточкой мятежников и сумасшедших, как некогда господь бог с вавилонянами. (Чудеса, да и только! Известно, что Энгельс старший не расставался с библией, но он её точно не читал никогда, иначе бы обязательно прочитал бы:"Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут, но собирайте себе богатства на небе, где ни моль, ни ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не крадут." Ев. от Матфея гл.6 - И что?! Где отец и его сокровища и где сын и его Богатсво?! Один именем Христоса увеличивал на земле зло, другой -глубоко верующий в Бога атеист продолжал дело Христоса, звал к Богу и срывал маски с лицемерия церкви и неправедного триединства. Энгельс-младший не принял вызов отца, а грозный взгяд Фридриха отбил охоту у отца продолжать тему. Энгельс-старший знал по опыту, каким даром речи, какой беспощадной логикой и фактами обладал сын. Энгельс всё время помогал деньгами Марксу в это тяжёлое время. Он делал всё, чтобы дать другу возможность не отрываться от новой книги по политической экономии, считая, что Маркс является гениальным мозгом партии. И, как всегда в жизни, Энгельс решил так не только по велению сердца, горячо любившего Маркса и его семью, но и потому, что этого требовал его целеустремлённый ум, всё подчинявший интересам революционного дела. Во имя победы пролетариата Энгельс готов был принести себя в жертву, превратившись в рядового конторщика, а Маркс, подчинившись силе его убеждения, принял это самоотречение. Оба друга доказали этим величие своего духа, ибо принимать жертву самого близкого человека бывает подчас для некоторых натур не менее трудно, чем приносить её. "Отец предлагает Фридриху ехать в Индию доверенным лицом. Причина всё та же - он не доверяет компаньонам, так живёт капитализм. Энгельс категорически отказывается. В гневе отец грозит держать его всегда на нищенском жалованиии конторщика и заявил:"Скорее господь и я простили бы тебе грехи, свойственные молодым людям: чревоугодие, умеренный блуд и разные светские развлечения, нежели подрыв государственных и общественных устоев, подстрекательство к анархии, к господству дьявола на земле!" (Нормально, да?! Христос учит, что нельзя служить двум господам - Богу и мамоне (деньгам), а материальная скверна твердит про вожделение плоти как про устои общества. Хороши устои и государство, состоящее из жрущих, пьющих и гадящих скотов. История знает множество примеров, когда родившиеся среди скотов дети, наблюдая эту жизнь изнутри, порывают с этой средой, вырываются вон из неё и всю свою жизнь посвящают служению истине. Энгельс был одним из них. По Энгельсу-отцу и прочих подобных во всём мире и по сей день коммунизм есть власть дьявола! А первый коммунист Иисус Христос, за истину растерзанный, что же?! Дьявол?! Вот логика оборзевшей преисподней.) В те же дни в Париже и по всей Франции крепко спаянная партия бонапаристов начала готовиться к государственному перевороту. Со всех важнейших постов в армии были устранены "африканские генералы." как звали в обществе ставленников Кавеньяка. Они были заменены приверженцами бонапартистов. К полному удовольствию Ватикана, школы были переданы в руки духовенства. Это чёрное дело подготовил неутомимый и ловкий враг демократии и социализма Адольф Тьер, председатель комиссии по пересмотру системы образования. Нисколько не маскируясь, Тьер доказывал, что обязательное образование - это коммунизм, а школа для народа -излишний предмет роскоши. -"Массы, - говорил он, - нуждаются в предустановленных свыше истинах, и их единственной философией должна быть религия. Когда католическая церковь и религиозные организации стали хозяевами народных школ, многие сельские учителя были изгнаны. Их заменили чёрные сутаны. Гонениям подверглись также демократы - профессора университетов, чиновники, офицеры и унтер-офицеры. Многих перевели в Африку. Правительство Луи Бонопарта прозвали "министерством приказчиков," хотя оно значительно больше походило на министерство полицейских. Неустойчивые честолюбцы в среде чиновников и офицеров устремлялись в бонапартистский лагерь, чтобы из преследуемых стать преследователями. Исполнительная власть Франции располагала полумиллионной армией чиновников, делающих жизнь людей в аду - нормой. В то время как сельское хозяйство испытывало большие трудности, промышленность и торговля продолжали процветать. В распоряжение главнокомандующего парижского гарнизона генерала Маньяна прибыли войска из Африки, на которые в случае переворота бонопартисты могли положиться. Сам Маньян, кутила и мот, был по уши опутан долгами. Ему грозила долговая тюрьма. Бонапарт спас его, одолжив миллион франков. В случае удачи переворота Маньян надеялся выбраться из трясины, в которой барахтался. Заправилами предстоящего переворота были генерал Леруа, сводный брат Луи Бонапарт граф Морни, начальник полиции Мопа и другие. Они сумели создать в армии серьёзную оппозицию Кавеньяку и его генералам. Хищник, картёжник и бессовестный грабитель, обескровивший беззащитную африканскую колонию Константина, Леруа был достойным соперником властолюбивого палача Кавеньяка. Так же опутанный с головы до ног долгами, он мог осуществить свои планы только с помощью государственного переворота в пользу Бонапарта, обещавшего ему власть и деньги. Читая о черни того или иного века я всё время сталкиваюсь с фактами необыкновенной похожести персонажей. Переворот в СССР совершили те же и так же, их имена хорошо известны. Разница лишь в том, что чернь Франции закоренелая моральная уродина, а наша, рабоче крестьянского разлива, только мечтала ещё ею стать. Ещё одним среди многих других мотов, игроков, честолюбцев был префект парижской полиции Мопа. Ему было всего 32 года, когда он обратил на себя благосклонное внимание; он с усердием арестовывал в провинции республиканцев-социалистов. Правда, суды не оказывали ему желанной поддержки: он собирал недостаточно улик! Впоследствии Мопа усовершенствовал методы своей работы. С помощью провокаторов и хулиганов он начал подбрасывать в квартиры своих жертв оружие, бомбы, поддельные документы. Эти низкие действия Мопа и его префектуры были обнаружены, разыгрался скандал. Но Бонапарту такие люди были особенно нужны, и он перевёл Мопа из провинции в столицу и повысил в чине. Таким образом, армия и полиция были полностью к услугам заговорщиков (как удивительно похожи сценарии контрреволюций. Самое время учиться у преисподней совершать революции; совсем не обязательно участие масс). Четвёртого декабря генерал Маньян дал приказ войскам выйти на улицы и палить картечью без всякого предупреждения не только по баррикадам, но и расстреливать толпы гуляющих на улицах. И зверское избиение парижан началось. Охмелевшие солдаты палили из пушек по бульварам, садам и домам, кавалеристы верхом врывались в кафе и рубили шашками случайных посетителей. Когда все баррикады были размётаны в щепы артиллерийским огнём и оставшиеся случайно в живых их защитники застреляны на месте, Бонапарт решил проехаться по своей столице. Его сопровождал эскорт с факелами. Музыка военных оркестров заглушала залпы, доносившиеся с Марсова поля, - там всё еще расстреливали рабочих. В полицейской префектуре, чтобы избежать шума, захваченных защитников баррикад убивали ударом толстой дубины по голове. Оправившись от страха, префект Мопа сам руководил экзекуцией и учил своих агентов бить насмерть. (Это не фашисты?!) Почти весь этот месяц Карл не мог посещать библиотеку Британского музея и вообще покидать квартиру. Его сюртук и обувь были заложены в ломбарде. Денежный залог под его одежду, который пошёл на уплату долга домохозяйке, спас всю семью от того, чтобы не очутиться на улице под открытым небом. Давно уже семья не видела мяса и молока. Картофель, овсяная каша и хлеб составляли еду взрослых и детей. Зеленщик и бакалейщик грозили прекратить продажу в кредит, и призрак полного голода неустанно преследовал во сне и наяву измученную нищетой Женни. Нервы её совсем расстроились, и она часто плакала. Это приводило Карла в отчаяние. Но снова и снова он собирал силы с ещё большим рвением отдавался работе. Спасала помощь Энгельса. Марксу и Энгельсу всегда недоставало друг друга. Переписка могла лишь отчасти заменить им личное общение. Встречаясь, они старались возместить время, прошедшее в разлуке. В разговоре оба друга как бы ковали на огне мысли, те положения в политике, экономике, истории, которые не раз обдумывали и проверяли порознь, отделённые десятками миль. Обычно вначале беседа скользила лишь по поверхности. Они как бы отдыхали рядом. И домысливали в беседе всё, что было ими не до конца уяснено. Взаимопонимание Карла и Фридриха было так велико, что часто едва один начинал говорить, другой мгновенно безошибочно мог продолжать его мысль. В этом отчётливо сказывались их совершенная близость и единство. Оба отлично знали всё, что касалось развития английской экономики и важнейших политических событий империи. Маркс и Энгельс жили интересами всей планеты (такая миссия всех посланников Бога на Земле), и разговор их был подобен кругосветному путешествию. Индия, Америка, Китай и европейские страны - всё это было в поле их зрения и мысли. Когда Энгельс как-то приехал ненадолго в Лондон, оба друга тотчас заговорили о волновавших их делах Союза коммунистов. Маркс, негодуя, рассказывал о подлом прусском провокаторе Гирше втёршемся в Союз. По предложению Энгельса на одном из собраний он был разоблачён и изгнан из партии. Отныне важнейшим для коммунистов становится бдительность, меняются методы работы, чернь учит. Борьба за соратников, которых привлекли к суду, обвиняя в участии в так называемом немецко-французском заговоре, была кровным делом Маркса и Энгельса, и они долго обсуждали, как следует им вести её. Энгельс нтересуется как ведут себя иммигрантские инфузории в Лондоне. Маркс отвечал:"Какой только вони не поднимают некоторые из них против коммунистов! Но переступим через них. Я уже знакомил тебя с тем, что установил для самого себя со всей ясностью в сложном вопросе понимания классов и классовой борьбы в истории человечества. Существование классов связано лишь с определёнными фазами развития производства - это - первое, классовая борьба неизбежно ведёт к диктатуре пролетариата - второе и, наконец, третье - это диктатура сама собой составляет лишь переход к уничтожению всяких классов и к обществу без классов вообще."

В дом Марксов, где господствовала нищета, вошла смерть. Маленькая любимица семьи Франциска покинула этот мир. В кошельке Маркса не нашлось ни гроша для покупки гробика. Друг семьи Эрнест Джонс хотел достать денег, но и ему это не удалось. Мёртвое дитя, у которого не было при жизни колыбельки, лежало на столе, не имея последнего прибежища. Ночью вся семья укладывалась вместе в соседней комнате. Женни потеряла сон и теряла силы. Мысли мрачные не отпускали ни на минуту. Что будет с Мушем? Не по летам развитый, необыкновенно одарённый мальчик заметно слабел. Женни говорила Карлу:"Мне трудно невыносимо. Как нам жить дальше? Поддержи меня, я слабею. Сколько раз ты уже возвращал мне силы! Откуда только ты их черпаешь?! - ..."Это и есть Жизнь, Женни. Будем сильны в час испытаний. Рождение и смерть неизбежны, как ночь и день, покой и буря, прилив и отлив. Мысли, тяжёлые, как жизнь на Дин-стрит, давили его. Имел ли он право обречь на столь тяжкие испытания Женни и детей. Может быть, следовало по своему тернистому пути идти одному?! Но он с детства ощущал свою миссию именно в том, чтобы раскрыть людям путь к счастью, объяснить законы, которые принесли посланники Бога до него, открыть новые знания, которые и поведут человечество по верному пути. Мог ли Маркс с его чуткой душой, строгим, правдивым сердцем и титаническим умом избрать иную жизнь? Она определена ему свыше. Бесстрашно ради этого он спустился в ад, где жило большинство человечества. В философии, истории, экономической науке, искал он упорно средства вывести людей к счастью. Нищета, потеря детей, голод, болезни - удел тех, кому он посвятил себя, - стали и его судьбой. Иначе быть не могло. Вместе с Карлом терпели лишения Женни, их дети, весь народ. "Возле умершего ребёнка Карл сурово допрашивал свою совесть, был ли он прав, не жесток ли к семье? И слышал внури себя ответ:" идти дальше той же тропой без колебаний." Она ведёт к тому, чтобы победить все несчастья. Эта потеря ещё раз поможет тебе понять безмерность горестей на земле, твои слёзы - едва зримая капля в море других." Обезумев от отчаяния и смятения, Женни бросилась к одному французу, жившему в квартале Сохо, и попросила о помощи. Это был добрый, отзывчивый человек. Он тотчас же дал ей два фунта стерлингов. На эти деньги был куплен гробик. Годовалую Франциску похоронили на кладбище для бедных. 8 сентября 1852 года Маркс писал Энгельсу:"Дорогой Энгельс, твоё письмо попало сегодня в весьма возбуждённую атмосферу. Жена моя больна, Женихен больна, у Ленхен нечто вроде нервной горячки. Врача не могу и не мог позвать, не имею денег на лекарства. В течение десяти дней моя семья кормилась хлебом и картофелем, и сегодня ещё сомнительно, смогу ли я достать и это. Карл, не заметил, как встав с постели, к нему подошла больная, исхудавшая жена. Тщетно Карл попытался уговорить её снова лечь. - "Карл, мне кажется, ты в последние дни чем то обеспокоен. Из-за болезни я не знаю твоих дел. Но думаю, что это не только проклятые долги и кредиторы. Прошу тебя, расскажи всё сейчас же. Ты ведь знаешь, что неизвестность всегда гнетёт. И Маркс рассказал, что нашёлся проходимец, втёршийся в доверие, присвоил себе памфлет "Великие мужи иммиграции" и продал эту рукопись прусскому правительству. А это значит, что он (венгерский иммигрант Бандья) был подослан прусской полицией. Женни продолжала уже рассказывать Карлу о своих наблюдениях. Она уверена, все эти субъекты вьются около них как змеи. Маркс беспокоит чернь многих государств. Но Карл будто не замечает происходящего вокруг. Он спешит. Ему надо много успеть немотря ни на что. А в доме нет даже хлеба. На другой день пришли деньги от Энгельса, и можно было, наконец, уплатить самые неотложные долги, пригласить врача, которому пришлось лечить почти всех обитателей квартиры. В дни приближающегося суда все, кого называли марксианами, снова помолодели и стали плечом к плечу, чтобы отразить удары и спасти арестованных коммунистов. Под его руководством Женни с товарищами непрерывно готовили различные документы, размножали по семь восемь копий, которые разоблачали клевету, подлоги, лжесвидетельства полицейского процесса. Отправка корреспонденции из Англии в Германию была крайне сложной. Цензура неистовствовала, и письма Мркса вылавливались, вскрывались, похищались. Посылать почтой что-либо из Лондона было крайне опасно. Много дней и ночей отдал Карл борьбе за Кёльнских собратьев, коммунистов и, как всегда, сделал всё возможное в столь неравных условиях; в изгнании, без гроша, травимый не только реакционерами, но и предателями-отщепенцами, он вложил в это дело всю свою энергию, страстность, знания юриста и опыт политического вождя. Маркс и Энгельс фактически направляли ход судебного процесса в Кёльне: давали указания, как выступать подсудимым, руководил защитниками и неоднократно вынуждали прокуратуру отказываться от вымышленных материалов обвинения. Пять недель длилось судебное разбирательство. Разоблачённое прусские правительство и полиция были опозорены. Но оскорблённая буржуазия и государство требовали искупительных жертв. Семь обвиняемых были осуждены. Рейнское судилище продолжало волновать Маркса, и он написал книгу "Разоблачения о кёльнском процессе над коммунистами." "В лице обвиняемых перед господствующими классами, представленными судом присяжных, стоял безоружный революционный пролетариат; обвиняемые были, следовательно, заранее осуждены уже потому, что они предстали перед этим судом присяжных. Если что и могло поколебать буржуазную совесть присяжных, как оно поколебало общественное мнение, то это - обнажённая до конца правительственная интрига, растленность прусского правительства, которая раскрылась перед их глазами. Но если прусское правительство применяет по отношению к обвиняемым столь гнусные и одновременно столь рискованные методы, - сказали себе присяжные, - если оно, так сказать поставило на карту свою европейскую репутацию, в таком случае обвиняемые, как бы ни была мала их партия, должно быть, чертовски опасны, во всяком случае их учение, должно быть, представляет большую силу. Правительство нарушило все законы уголовного кодекса, чтобы защитить нас от этого преступного чудовища. Рейнское дворянство и рейнская буржуазия своим вердиктом:"виновен," присоединили свои голоса к воплю, который издавала французская буржуазия после 2 декабря:" Весь государственный аппарат Франции проституировался. И всё же ни одно учреждение не было так глубоко проституировано, как французские суды и присяжные. Превзойдём же французских присяжных и судей, - воскликнули присяжные и суд в Кёльне"... Приближалось рождество. Маркс с нетерпением ждал этот праздник. Давно в их доме не было такого рождества. Марксу удалось собрать немного денег на елку и подарки. Праздник они готовили с Ленхен. Когда всё было готово, Карл торжественно позвонил в колокольчик и распахнул дверь, приглашая оторопевших от счастья малышей.

Немало жестоких войн было в 19 столетии. К середине века Англия стала самой мощной индустриальной державой мира. Страх перед экономическими кризисами толкал английскую буржуазию к поискам новых рынков сбыта. Английские и французские промышленники, финансисты, купцы с вожделением посматривали на раскинушиеся по берегам Чёрного и Средиземного морей владения одряхлевшей Оттоманской империи, а также на бескрайние просторы отсталой, крепостной России. Они стремились как можно быстрее полностью подчинить себе султанскую Турцию и обратить её в колонию, а Российскую империю вытеснить с берегов Чёрного моря и установить свой контроль над проливами. Николай первый также желал воспользоваться ослаблением некогда могущественного восточного соседа. Он стремился обеспечить выгодный для русских помещиков и купцов режим черноморских проливов и упрочить своё влияние среди славянского населения балканских провинций Турции. Победоносная война должна была помочь русскому царю укрепить внутри страны крепостнический режим. Султан, находившийся под сильным воздействием западных держав и распаляемый ими, мечтал между тем захватить Крым и Кавказ. Так Османская империя и Балканы стали узлом острых противоречий между империалистическими державами и в то же время ареной напряженой борьбы балканских народов против иноземных поработителей. После поражения февральской революции во Франции Николай Первый владычествовал в Средней Европе. Его сравнивали с Наполеоном Первым. Однако угроза николаевскому господству приближалась со стороны Англии и Франции. Под их нажимом Турция объявила войну России. Так сбылось давнишнее желание всесильного тогда английского премьера Пальмерстона. Синопский бой - последнее в истории крупное сражение военных парусников, - во время которого эскадра адмирала Нахимова потопила в течение нескольких часов весь турецкий флот, захватив в плен командующего флотом Осман-пашу и его штаб, явился предлогом для открытого вступления Англии и Франции в войну против России. Правительство Пальмерстона хотело не только подчинить себе Турецкую империю, но и захватить Крым, высадиться на Кавказе и отторгнуть Грузию. Император Франции решил воевать с Россией, так как он и его банкиры были связаны с Турцией могучими узами финансовых отношений. Ненависть к Николаю, столпу всемирной реакции, была также очень сильна среди народов Франции и Англии. Маркс и Энгельс вникали во все детали поведения "сильных мира сего," собирали факты, документы о преступном мировом порядке. Маркс готовился начать главный свой труд - "Капитал." Маркс и Энгельс, несмотря на тяжелейший путь истины, на нищенское существование, на потерю любимых детей, которые умирали от нищеты и невозможности лечиться, продолжали разоблачать преступное триединство каждой страны и следовательно всего мирового преступного порядка. В это же время французские и английские войска свирепствовали в почти безоружном Китае. Они осадили Пекин и зверски разграбили величайший памятник китайскй архитектуры - Летний дворец. Командующий французской армией генерал Кузен-Монблан ворвался с своими офицерами в императорскую резиденцию и принялся грабить прославленные китайские драгоценности, как самый отъявленный мародёр и бандит. Затем он распорядился сжечь Летний дворец, что и было исполнено с вандальской изощрённой жестокостью. Никто не пытался определить количество жертв среди китайского населения, так много их было. В октябре китайское правительство вынуждено было подписать предложенные союзниками условия, обеспечивавшие, помимо огромной контрибуции, свободный доступ европейцев во все города Китая. Когда усмиритель и вор генерал Кузен вернулся в Париж и отдал императору часть награбленных сокровищ, то внёс предложение в законодательные органы о присвоении ему титула графа и назначении огромной пожизненной пенсии. Однако разбойничьи подвиги генерала возбудили столь сильное негодование во французском народе, что даже палата отказалась исполнить пожелание императора. - Генерал своё вознаграждение привёз из Китая, - заявили депутаты. Напалеон в отместку палате распорядился, чтобы к военным издержкам, которые надлежало заплатить китайскому правительству, приписали ещё 600 тысяч франков в пользу командующего французскими войсками. Маркс пытливо заглядывал во все уголки планеты и создавал из мозаики событий карту бездуховного, преступного мирового порядка. Маркс пишет главный труд своей жизни - "Капитал," над которым он работал уже 20 лет. Эта работа поглотила всю его душу и всю его жизнь. Однако до окончания работы было ещё далеко. Безжалостная придирчивость и необычайная добросовестность непрерывно толкали его к новым исследованиям, аналитическим проверкам, размышлениям. Маркс был верен себе. Рукопись росла неимоверно и была далека от намеченной цели. То одна, то другая её часть подвергались коренной переделке. Работоспособность Карла была поистине титанической. Чтобы написать одно какое либо теоретическое положение, он перечитывал сотни книг, отчётов и углублялся в длиннейшие статистические справочники и таблицы. Цифры были для него нередко полны особого магического смысла, и за их простой изгородью он открывал картины целой эпохи в жизни людей или народа во всей неприглядности и значительности. Маркс творил. Эти периоды всегда были для его души, как оазисы в глухой пустыне. Мешали ему работать дома дети, которых он очень любил, был кротким отцом, поэтому бросал свои дела и занимался детьми. Многолетняя убийственная каждодневная война с нищетой временно кончилась. Но ничто уже не могло вернуть ему потерянного, некогда могучего здоровья. Сопротивляемость организма была утрачена. Помимо хронической болезни печени, он часто простужался (климат Англии был ему противопоказан) и должен был лежать в постеле. Но и во время болезни вопреки указаниям врача и просьбам родных он не переставал читать.Что только не привлекало его пытливый умственный взор! 28 сентября 1864 году в Сент-Мартинс-холле собрались тысячи рабочих. На этот митинг был приглашён Маркс, все ждали его слова, но он предложил слово дать портовому коммунисту Эккариусу. Подробно перед слушателями Эккариус анализировал, как после мирового кризиса обострились отношения между капиталистами и людьми труда. Рабочие защищались стачками. Фабриканты ответили ввозом иностранной рабочей силы. На митинге в Сент-Мартинс-холле было решено создать Международное Товарищество Рабочих. В организационный комитет вошли Маркс и Эккариус. Спустя некоторое время на дому у Карла собралась комиссия, чтобы составить Учредительный манифест и Временный устав Международного товарищества. Маркс отдал все силы нелёгкому делу укрепления Международного товарищества Рабочих. "Только что созданный Международный рабочий комитет уже показал своё значение. Его английские члены являются по большей части вождями здешних тред-юнионов, то есть настоящими рабочими королями Лондона; это те самые люди, которые устроили грандиозную встречу Гарибальди и, организовав огромный митинг в Сент-Джемс-холле, помешали Пальмерстону объявить войну США, которую он готов уже был начать. Рассказывая Энгельсу о своей работе над Уставом новой международной рабочей организации, Маркс писал:"Было очень трудно изложить эту вещь так, чтобы наши воззрения приняли форму, приемлемую для нынешней стадии рабочего движения, необходимо время, чтобы вновь возродившееся движение сделало возможным прежний смелый язык. Маркс в главном труде своей жизни предсказал неизбежность гибели буржуазного общества. Он открыл закон движения капитализма и первый указал на пролетариат как силу, могущую привести в исполнение приговор истории. Учение Маркса, изложенное в "Капитале" о прибавочном труде, о прибавочном продукте, прибавочной стоимости как единственных источниках капиталистической прибыли. Буржуазное общество было разоблачено Марксом, как огромное учреждение, в котором громадное большинство народа эксплуатируется незначительным меньшинством. "Капитал" монументален и неисчерпаем. Он как бы высечен из одной гиганской глыбы мрамора рукой великого ваятеля. Всё в этом энциклопедическом труде, цельно и логично. "Маркс доказал, что движущая сила истории человечества - люди труда. Они играют главную роль в производственном процессе, они творцы всех богатств мира, необходимых для существования общества. Маркс открыл, что развитие человечества зависит от законов Мироздания, именно они являются движущей силой истории человечества. Человек должен эти нравственные законы изучить, познать, учитывать их в своём поведении, но он не может их отменить или изобрести новые. Так что те законы, которые тысятами изобретает буржуазия, навязывая обществу правовое государство и права человека, на самом деле нарушает законы мироздания. "Капитал" вооружил пролетариат и его партию чертежами строительства Новой Цивилизации именно по законам Мироздания; одним из главных духовных законов является закон взаимного должествования. В зависимости от способа производства складываются и особенности строя, политических учреждений, образа мыслей людей, их взгляды, идеи, теории. Общественное бытие определяет общественное сознание. Нельзя правильно понять суть политических идей, теорий, если зыбыть материальную основу их происхождения - экономический строй общества. Сознание людей - политическое, правовые, художественные взгляды, философия, религия - зависит от господствующих производственных отношений между людьми. Оно коренным образом изменяется с изменением производственных отношений. Раз возникнув, общественный и политический уклад становится силой, воздействующей на условия, его породившие. Другое важное открытие Маркса состоит в выяснении до конца отношения между капиталом и трудом. Маркс доказал, что в капиталистическом обществе рабочая сила продаётся так же, как и всякий товар. Однако живая сила рабочего обладает той особенностью, что она создаёт значительно больше предметов, чем необходимо для того, чтобы покрыть издержки производства. Часть времени труженника уходит на возмещение предпринимателю расходов по изготовлению товара и на заработную плату. В остальную часть рабочего дня создаётся прибавочная стоимость. Именно она, прибавочная стоимость, составляет цель капиталистического производства, является основой капитализма. Производство прибавочной стоимости, или нажива, - говорил Маркс, - таков абсолютный закон капиталистического способа производства. Работы Маркса - настоящий университет по изучению хищнической натуры капитализма. Некогда рабовладелец отбирал у раба всё и постепенно физически уничтожал его. Крепостной трудился на господина и лишь затем работал на своём клочке земли, чтобы прокормиться. Зависимость и угнетение были тогда ясно видимы. Другое дело при капитализме. В буржуазном обществе орудия труда и средства производства принадлежат хозяину, а рабочий волен продавать или не продавать ему свою силу. Эксплуатация в буржуазном обществе хитро спрятана под кажущейся независимостью и свободой работника. Маркс впервые в истории политической экономики подверг прибавочную стоимость глубокому, всестороннему научному исследованию. Продав произведённые рабочими товары, предприниматель покрывает все расходы производства, а прибавочная стоимость, взятая в её отношении ко всему вложенному капиталу, выступает внешне как порождение этого капитала и в виде прибыли, дохода, денег поступает в карман капиталиста. Именно неоплаченный труд рабочего содержит всех нетрудящихся членов общества: капиталистов, чиновников, армию, полицию. Таков ход производства капитала, подчинённый тем же законам, что и всякая другая купля или продажа товара. Только товар этот - рабочая сила человека. Капитал, доказал Маркс, есть не что иное, как результат неоплаченного труда рабочего класса. Только уничтожение самой системы купли - продажи рабочей силы может положить конец угнетению человека человеком. Созданием подлинно научной теории прибавочной стоимости Маркс обнажил хищническую сущность капиталистического способа производства, доказал, что источником доходов класса капиталистов и крупных земельных собственников является прибавочный труд рабочих. Учение о прибавочной стоимости - это краеугольный камень экономической теории Маркса. "Капитал" - величественная научная эпопея, всеобъемлющая энциклопедия жизни буржуазного общества с показом его достижений и уродств, с пророческим выводом о его неизбежной гибели. Маркс достиг небывалых вершин научного познания и Божьим промыслом облёк это творение в прекрасную форму. "Капитал" явился научной поэмой, которая раскрыла до самых недр всю сущность современного капитализма для того, чтобы вынести ему суровый приговор и обосновать неибежность появления нового общества. "Но как ни ужасно и ни отвратительно разложение старой семьи при капиталистической системе, - пишет Маркс в первом томе "Капитала," - тем не менее крупная промышленность, отводя решающую роль в общественно организованном процессе производства вне сферы домашнего очага женщинам, подросткам и детям обоего пола, создаёт экономическую основу для высшей формы семьи и отношения между полами. Разумеется, одинаково нелепо считать абсолютной христианско - германскую форму семьи, как и форму древнеримскую, или древнегреческую, или восточную, которые, между прочим, в связи одна с другой образуют единый исторический ряд развития. Очевидно, что составление комбинированного рабочего персонала из лиц обоего пола и различного возраста, будучи в своей стихийной, грубой капиталистической форме, когда рабочий существует для процесса производства, а не процесс производства для рабочего, зачумленным источником гибели и рабства,." В "Капитале" исследуется буржуазное общество в его возникновении, развитии и упадке. Дни капитализма сочтены - таков пророческий вывод Маркса. Сегодня (в 21 веке) мы являемся свидетелем издыхания монстра под названием капитализм, но в своей агонии он может погубить всё человечество. Монополия капитала становится оковами того способа производства, который вырос при ней и под ней. Централизация средств производства и обобществление труда достигает такого пункта, когда они становятся несовместимыми с их капиталистической оболочкой. Она взрывается. Бьёт час капиталистической частной собственности. Экспроприаторов экспроприируют." "Капитал" объединил все органически связанные между собой звенья: философию, политическую экономию и учение о социалистической революции. Основу этого учения заложил Христос:"Подозвав учеников своих сказал им: "Вы знаете, что князья народов господствуют над ними, и вельможи властвует ими; но между вами да не будет так, а кто хочет между вами быть большим, да будет вам слугой; и кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом." (Ев. от матфея гл.20-25-26). Маркс превыше всего ставил практику, он всегда подчёркивал решающую роль деятельности в жизни людей. "Общественная жизнь, - писал Маркс, - является по сущесту практической." На протяжении всей своей деятельности Маркс и Энгельс боролись против принижения сил человеческого разума, выступали против тех учёных, которые проповедовали непознаваемость мира. Оба великих революционера, не щадя сил своих работали над тем, чтобы открытые ими (Божьим промыслом) законы, движущие человеческим обществом, помогали бы людям в познании мира, в котором они живут и правильно строили бы свою жизнь. Слова Маркса - освобождение рабочего класса должно быть завоёвано самим рабочим классом - стали основным принципом всей деятельности Интернационала. Здоровье Карла ухудшилось, нищета стучалась в дверь. Снова грозило выселение из квартиры. Как всегда, только денежная помощь Энгельса спасала всю семью от голодного и унизительного существования. Между тем приближалась свадьба Лауры и Поля Лафарга. Родителям хотелось одарить новобрачную. Необходимо было пригласить кой-кого из её подруг и дать молодёжи повеселиться. Всё это стало возможным благодаря чуткости и заботам манчестерского друга и его самоотверженности. Энгельс занимался ненавистной проклятой коммерцией, чтобы Маркс мог посвятить себя всецело их общему делу. Непреодолимые трудности вынуждали Карла подумывать о переезде в Женеву, где жизнь была значительно дешевле. Но как мог он оставить руководство Интернационалом, расстаться с библиотекой Британского музея, из сокровищницы которой многое черпал. (Подумать только, как ведёт Всевышний своих посланников! Чтобы была исполнена миссия, Бог привёл Маркса в Лондон, где были наиболее благоприятные условия для её исполнения; дал друга соратника и сотрудника, который после ухода Маркса довёл до конца исполнение миссии; но Бог дал и испытания такие же, которые проходит народ: голод, холод, нищета, несправедливость, потери детей из-за того, что не было возможности их кормить и лечить и много чего ещё). Кроме того, Маркс стремился наладить перевод "Капитала" с немецкого на английский язык, чтобы он стал доступен большему числу читателей, рабочим Великобритании и многих колоний. Однако при жизни Маркса "Капитал" так и не был переведён на английский язык. Книгу Маркса замалчивали, не пропускали к печати, буржуазия поняла, что правду о себе она не должна выпустить в свет. Сам Маркс сказал, что надо учиться у русских - ждать. Терпение, это - основа русской дипломатии и успехов. Коварный замысел врагов и невежд (врагов праведного триединства), - молчание о "Капитале" - приносил большой вред. Маркс понимал, какое всесокрушающее оружие дал он своей книгой всей армии революционеров и рабочих. Книгу преднамеренно, упорно и злобно замалчивали, а надо было объяснять, донести учение к тем, кому оно предназначалось. Заговор критики требовал ответной атаки единомышленников. Враги постоянно действенны, что не всегда можно сказать о тех, кто называется друзьями. Но Энгельс был настоящим другом и первый понял, что далее ждать нельзя. Между Марксом и большинством человечества, которому он отдал себя всего с юных лет, встало хитроумное вражеское заграждение: влиятельные газеты принадлежали буржуазии. Энгельс решил пробить брешь. Усилия друзей увенчались успехом. Произведение Маркса было замечено. Вскоре появились статьи о "Капитале." Даже Арнальд Руге, многолетний идейный противник Маркса, выступил в печати с оценкой могучей книги и заявил, что она "составляет эпоху и бросает блестящий, порой ослепляющий свет на развитие и гибель, на родовые муки и страшные дни страданий различных исторических эпох. Исследования о прибавочной стоимости вследствие неоплаченного труда, о предстоящей экспроприации экспроприаторов - классические. Маркс обладает широкой учёностью и блестящим диалектическим талантом. Книга превышает горизонт многих людей и газетных писак, но она, совершенно несомненно, проникнет в общее сознание и, несмотря на свои широкие задания или даже именно благодаря им, будет иметь могущественное влияние." Высокое признание получило творение Маркса среди передовых людей России. Именно русские люди первыми перевели "Капитал" и издали его в Петербурге. Из письма Женни Маркс к соратнику Филиппу Беккеру:"...Если Вы уже приобрели книгу Карла, то советую Вам, в случае, если Вы ещё не пробились, как я, через диалектические тонкости первых глав, прочитать сначала главы, посвящённые первоначальному накоплению капитала и современной теории колонизации. Я убеждена, что Вы, как и я, получите от этих глав огромнейшее удовлетворение. Разумеется, Карл не имеет для лечения зияющих кровоточащих ран нашего общества никаких готовых специфических лекарств, о которых так громко вопит буржуазный мир, именующий себя также социалистическим, никаких пилюль, мазей, но мне кажется, что из естественно исторического процесса возникновения современного общества он вывел практические результаты и способы их использования, не останавливаясь перед самыми смелыми выводами, что это было совсем не простым делом - с помощью статистических данных и диалектического метода подвести изумлённого филистёра к головокружительным высотам следующих положений: "Насилие является повивальной бабкой всякого старого общества... Многие не помнящие родства капиталы, функционирующие в Соединённых штатах, представляют собой лишь вчера капитализированную в Англии кровь детей... Если деньги..."рождаются на свет с кровавым пятном на одной щеке," то новорождённый капитал источает кровь и грязь из всех своих пор, с головы до пят... Бьёт последний час капиталистической частной собственности..." и до конца. Должна сказать откровенно, что этот изумительный по своей простоте пафос захватил меня, и история стала мне ясной, как солнечный свет." Первый том "Капитала"" прокладывал себе дорогу, завоёвывая разумных, наделённых совестью людей. Сложны и необычны судьбы эпохальных книг, учений-откровений. Их сжигали, чернь не хотела их замечать (она знать не хотела правду о себе и уничтожала её всеми своими лукавыми способами). В случае с Учением Иисуса Христоса мы можем проследить, как римские священники упаковали в лукавые туманы не только учение, но и саму жизнь Его в такую сказку, в которую верят только вовсе уж глупые и легковерные люди. Их предавали анафеме, оплёвывали, а они воскресали и начинали новую жизнь, радуя и обогащая человеческие души у кого они есть. Их не замечали и пытались уничтожить молчанием, и всё же они, сильные, как буря, двигались по всей земле, проникая в каждое жилище. Рано или поздно они доходили до тех, кому предназначались, потому что служили счастью и добру людей. Ничто не могло задержать победный путь "Капитала, Божьим промыслом пришедшем в мир. Так и Учение Христоса великие римские ловкачи как не скрывали в туманы, оно шло по миру захватывая всех у кого есть Душа и Совесть. Учение стало основой Устава компартий всего мира. Осенью 1868 года Маркс получил письмо из Петербурга с сообщением о том, что "Капитал" переводится на русский язык и принят к изданию Поляковым. Мысль о переводе "Капитала" возникла у участников полулегального кружка, прозванного "Рублёвым" по размеру установленных в нём членских взносов. Несколько десятков молодых честных и пылких сердец объединились, чтобы нести знания в народ. Они надеялись пробудить в бесправных и обездоленных соотечественниках стремление к борьбе за идеалы добра, совести, справедливости, равенства. С этой целью образованная молодёжь старалась ознакомиться со всем новым и значительным, что издавалось в других странах, и по возможности переводить и издавать книги на родине, одним из учредителей и вдохновителей Рублёва общества" был Герман Лопатин, ученик Чернышевского, рано испытавший на себе когти царских жандармов, редкостных способностей самотверженный юноша, отлично окончивший университет, владевший свободно тремя языками. Лопатин был в отряде Гарибальди, затем вернулся в Россию, где было много дела для беспокойных серде, жаждущих не эгоистического личного процветания, а счастья всего народа. Герман был один из избранных, тех, кто был большим и хотел быть слугой народа. В России Лопатин был связан с революционно настроенной молодёжью и вёл переписку с сыльными. Он следил за социалистической литературой. Едва "Капитал"" появился в Германии, как был приобретён членами "Рублёва" общества." Тогда-то у них и возникло желание перевести книгу Маркса на русский язык, чтобы сделать её достоянием наибольшего числа людей. Лопатин был арестован и заключён в Петропавловскую крепость и в перписку с Марксом вступили его друзья - Даниельсон и Любавин. Оба хорошо знали немецкий язык. Только через два года Лопатину удалось бежать из ссылки за границу. Прежде чем согласно решению петербургского кружка и просьбе издателя Полякова, он поехал в Женеву. Лопатин был тягостно поражён распыленностью, сплетнями и личной враждой, которые раздирали отдельные группы эмигрантов. Ни дружбы, ни спаянности, ни единой цели, каких искал Лопатин, в среде изгнанников не было. Он принимает решение вернуться в Россию с целью устроить побег Чернышевскому. Только он сможет сплотить эмиграцию. Но план не удался, его предали, спасти Чернышевского не удалось. Враг силён и бдителен, а нам этому надо у него учиться. Лопатин вернулся в Лондон для встречи с Марксом. Карл Маркс жил очень уединённо. Тому было немало причин. Творчество и напряжённый труд требуют покоя и сосредоточенности. И ничто не приносит столько вреда, как суета, празднословие и случайные ненужные встречи и знакомства. Они как ил, от которого мелеет даже самая глубокая и быстроводная река. В семье Маркса все боялись пошлости, пересудов и бесцельной потери времени. Но Лопатин был принят немедленно. Мало того, он с первой встречи всех очаровал и стал желанным в доме Маркса. Лопатин в свою очередь был поражён, что Маркс знает русский и довольно хорошо говорит. У него на книжных полках стояли книги Добролюбова, Чернышевского, Герцена, Салтыкова-Щедрина, Пушкина, Лермонтова и другие. Маркс знал хорошо Чернышевсого и считал его гениальным мыслителем. Сожалел, что русские не позаботились познакомить Европу со столь замечательным мыслителем. Маркс был убеждён, что политическая смерть Чернышевского потеря для учёного мира не только в России, но и целой Европы. Великий труд Маркса стал учебником социалистов на всей земле. И в одной из резолюций Брюссельского конгресса Интернационала было сказано, что эта книга Маркса рекомендуется всем секциям как "библия для рабочего класса." Но первенство издания гениального творения Карла Маркса на иностранном языке принадлежит России. Бурный подъём революционной борьбы ирландского народа за свою независимость, восстание фениев в феврале и марте 1867 года заставили Маркса вплотную заняться вопросом, которому он придавал огромное теоретическое и политическое значение. Англия была крепостью лендлоризма и европейского капитализма, а в Ирландии его цитаделью. Лендлорды - крупные английские помещики и землевладедьцы - грабили мелких фермеров-арендаторов. Лендлоризм установился в Англии в результате безнаказанного разбоя помещиков, сгона свободных крестьян с их собственных земель, захвата общинных угодий, (как похоже на наше сегодня!) расхищения государственного и церковного имущества в средние века. Завершение процесса огороживания помещиками всей земельной собственности, когда, по классическому выражению Томаса Мора, овцы поели людей, привело к ещё большему расширению владений лендлордов. На протяжении нескольких веков они правили Англией и составляли главную опору реакционной партии. К середине девятнадцатого века остров Альбиона был единственной в мире страной, где уже не оставалось более крестьян, все земли сделались собственностью помещиков, а огромное большинство населения представляли наёмные рабочие. Это была первая классическая страна капитализма и лендлоризма. Английские землевладельцы-монополисты захватили также все земли Ирландии и беспощадно разоряли мелких арендаторов. В течение 800 лет Англия, подобно гигантскому удаву обвившись вокруг более слабого соседа, заглатывала все его богатства. Во времена английской Реформации Ирландия была окончательно превращена в колонию - источник обогащения английского феодального дворянства и буржуазии, возникшей в процессе первоначального капитала, ограбление Ирландии явилось одним из источников создания крупной промышленности Англии. Когда в 1870 году началась франко-прусская война, трудящиеся Германии не позволили Бисмарку одурманить себя угаром ложного патриотизма. "Рабочие всех стран - наши друзья, а деспоты всех стран - наши враги," - объявили 50 тысяч рабочих Хемница. Их поддержали машиностроители Брауншвейга, которые также протянули братски руку пролетариям Франции. Берлинская секция Интернационала заявила, что ни звуки труб, ни гром пушек, ни победа, ни поражение не отвратят трудящихся от общего дела объединения рабочих всех стран. Идеи Интернационала пробились к рабочим. В декабре 1870 года к Марксу из России приехала Томановская и привезла письмо. Маркс вскрыл конверт: "Дорогой гражданин! Разрешите в этом письме горячо рекомендовать Вам нашего лучшего друга, г-жу Элизу Томановскую, искренне и серьёзно преданную революционному делу в России." В письме содержалась просьба дать советы русской секции Интернационала. В январе 1871 года идея объединения Германии восторжествовала: Вильгельм Первый у стен столицы Франции в зеркальном зале Версальского дворца, получил из рук немецких государей корону германского императора. Объединение было завершено сверху, как того желало реакционное прусское юнкерство. Это укрепило монархический строй и позиции контрреволюционных сил. Пролетариат из-за своей слабости не смог помешать юнкерству и буржуазии совершить преобразование страны в самой невыгодной форме, с сохранением и монархии и всех привилегий дворянства и бесправия крестьян. Новая Германская империя была союзным государством, она объединила 22 монархии с Пруссией во главе. Газеты писали, что империя является союзом между львом, полудюжиной лисиц и двумя десятками мышей. Во всяком случае, Германия стала великой державой с населением более 40 миллионов человек. Правительство национальной измены начало борьбу с народом (как точно сказано и про наше время У нас к власти в 90-х 20 ст. пришло правительство национальной измены). Ещё одно восстание парижских рабочих под водительством Бланки было подавлено. Жюль Фавр и Тьер бросились в Версаль, чтобы просить Бисмарка о перемирии. Могущественный канцлер потребовал капитуляции Парижа, сдачи его гарнизона и фортов. Хотя Франция могла ещё бороться, правительство поспешно согласилось на все условия. Перемирие было подписано, и 8 февраля 1871 года прошли выборы в национальное собрание, созывавшееся для утверждения мирного договора. Все демократические силы подверглись гонениям и арестам. Выборы проходили наспех под нажимом и угрозами реакционеров и немецких оккупантов. Большинство рабочих не приняло в них никакого участия. Избранными оказались монархисты. 12 февраля Нацональное собрание приступило к работе в Бордо и избрало главой исполнительной власти Адольфа Тьера. Снова презренный честолюбец, взяточник и человеконенавистник, более 20 лет назад сброшенный вместе с Луи Филиппом с исторических подмостков, вернулся к власти. Низенький, вертлявый, он ещё больше, чем раньше, походил на дряхлого, вставшего на задние лапы облезлого суслика. Не случайно этот бездушный хищник, вобравший в себя все отвратительные черты своего класса, был призван в вожди реакционнейшим Национальным собранием. Наконец-то Адольф Тьер мог провести ту экзекуцию над парижским народом, о которой мечтал в первые дни революции 1848 года. Он решил ввести в столицу войска, пусть вражеские, и уничтожить революцию (как похоже на нашу чернь в 1917г; она отдала страну на растерзание Антанте). С этой целью Тьер явился к Бисмарку. 26 февраля Тьер подписал предварительный мир. Германия отторгла от Франции две промышленно и стртегически важные области - Эльзас и Лотарингию. Немцам предоставилось право ввести в Париж свои войска, которые должны были оставаться там до утверждения мирного договора Национальным собранием. Когда правительство национальной измены (на какие преступления только не идёт чернь во имя своих шкурных интересов!!!) в конце января 1871 года капитулировало перед германской армией, ни одна из воюющих сторон не осмелилась посягнуть на оружие Национальной гвардии. В договоре о капитуляции, заключённым Бисмарком и Фавром, было оговорено, что парижской национальной гвардии предоставляется право сохранить своё вооружение. Но как только реакционное Национальное собрание приняло предварительные условия мирного договора с Германией, дало согласие на отторжение Эльзаса и Лотарингии и уплату 5 миллиардов франков контрибуции. Тьер немедленно попытался обезоружить Париж. Сразу же после Седанской катастрофы и сентябрьского переворота революционные выступления в Лионе, Марселе, Тулузе сопровождались избранием местных народных органов власти - коммун. Эти коммуны осуществляли много важных революционных мероприятий: замену полицейского и чиновничьего аппарата, освобождение политических заключённых, введение светского образования, обложение крупных собственников налогом, безвозмездную выдачу вещей из ломбардов по мелким закладным. Правительству удалось жестоко подавить местные коммуны. Но восставший Париж избрал свою власть, и ей суждено было сыграть великую роль во всём мировом рабочем движении. Тьер изучил досконально опыт былых контрреволюций. (Да, это не только Тьер изучал опыт. Чернь вся живёт тем, что изучает подлость других, добавляет свою и получается вечный успех). История стала для него тем, чем была бы карта для военного стратега и тактика. Помня, что в 1848 году палачом парижских рабочих явилась мобильная гвардия, Тьер придавал особо важное значение бодрому духу войск. Он предлагал генералам карательных армий, которые подготавливал для наступления на Париж, хорошо кормить и всячески угождать солдатам. Один из самых скупых и алчных людей, Тьер, однако, учил, как подкупать, не считаясь с расходами, офицеров, служивших в правительственных частях. Сам исполненый пороков, он глубоко презирал людей и старался развивать и поощрять в них худшие инстинкты и наклонности, чтобы затем использовать их в интересах буржуазии и финансового капитала. Боясь воздействия революционных парижан на солдат, Тьер предписал помещать их в строго охраняемые изолированные казармы, чтобы туда не проникал мятежный дух столицы, газеты и агитаторы Национальной гвардии. Возглавив исполнительную власть Франции и продав Бисмарку Родину, Тьер, несмотря на старческие недуги, находился в непрерывном движении. Человеконенавистничество и властолюбие - могучие рычаги, которыми можно попытаться перевернуть мир. 15 марта Тьер совещался в Версале с членами Национального собрания, а двумя днями позднее он тайно обсуждал в парижской префектуре полиции план контрреволюционного заговора, который должен был кончиться восстановлением монархии. Решили забрать пушки у Национальной гвардии, арестовать членов её Центрального комитета и разоружить рабочих. 18 марта полицейские, жандармы и воинские отряды двинулись на Париж, соблюдая все меры предосторжности, чтобы не быть замеченными горожанами. Этой операцией руководил один из верных Тьеру генералов - Винуа. Солнце ещё не появлялось, и только зеленоватые предрассветные лучи едва освещали небосклон, гася ночные звёзды. На одной из улиц Монмартра семеро национальных гвардейцев охраняли пушки и митральезы, принадлежавшим парижским рабочим. Заслышав шаги, караульный взял на изготовку ружьё и выкрикнул: "Кто идёт? Ни с места!" В ответ ему раздался выстрел.Смертельно раненый часовой упал на влажную землю. К нему подбежала стоявшая на посту молодая девушка с бледным лицом. Это была учительница Луиза Мишель, хорошо известная парижским рабочим. Она перевязала умирающего товарища и, пряча под развевающимся суконным плащём оружие, бросилась в город, чтобы поднять скорее тревогу и оповестить народ о вероломном нападении. - "Измена, братья, измена, на помощь!" - громко кричала она и выстрелила, чтобы привлечь внимание национальных гвардейцев. В это время войска Винуа внезапно вторглись на Монмартр. Солнце медленно всходило. Каратели торопились изо всех сил вывезти захваченные орудия, но им не хватало упряжек. Начался контрреволюционный поход на районы столицы. Не встречая сначала значительного сопротивления, генералы Тьера продвигались вглубь города. Они распространили по телеграфным проводам хвастливые сообщения о своей мнимой победе. В ночной темноте их агенты расклеили по всей столице сообщения о разгроме Национальной гвардии. Однако торжество контрреволюции было преждевременным. Город проснулся внезапно, шумно. Кое-где домохозяйки, направлявшиеся за покупками и по воду, первые увидели захват орудий. На ходу бросив корзинки, вёдра, они бежали к мэрии, громко крича о случившемся. Раздался набат. Сколько раз на протяжении многих веков нёсся над Парижем его протяжный, тревожный призыв! Гневные, грозные звуки колоколов были хорошо знакомы горожанам. Они действовали как искра, брошенная в стог сена, как вопль матери, защищавшей своего ребёнка. В них звучали всегда предупреждение, сулившее смерть и жизнь, поражению и победу, и неизменный зов к борьбе. Никогда набат не встречал равнодушия в тех, к кому взывал. Ему отвечал нарастающий гул переполненных людьми улиц, топот ног, звон сабель, щёлканье ружейных затворов, возбуждённый человеческий говор. Вскоре к набату присоединился бой барабанных отрядов Национальной гвардии. Дети, старики, женщщины и мужчины, вооружаясь на бегу, бросились к арсеналам. На Монмартре собрались тысячи людей, готовых ценой жизни спасти пушки - эту гарантию свободы. Луиза Мишель с национальными гвардейцами вернулась на Монмартр. Занялся яркий весенний день. Толпа народа окружила солдат Тьера, уговаривая не стрелять в своих сестёр, отцов, матерей. И солдаты побратались с народом. Они подняли ружья вверх прикладами. Тщетно офицеры и генералы приказывали стрелять по толпе. Только полицейские попробовали подчиниться этим рапоряжениям, но народ и подступившие со всех сторон национальные гвардейцы недопустили кровопролития. Жандармов, офицеров и генералов, командовавших наступлением на революционный Париж, отправили в тюрьму. Отныне рабочие, ремесленники и их гвардия перешли от обороны к нападению. Отпор коварной провокации Тьера осуществили труженники с помощью Центрального комитета Национальной гвардии. Победа народа была полной. Впервые в истории трудовой люд стал властелином Парижа! Революция бывает подобна вулканическому извержению или шторму, силу которых не легко предвидеть. Народное восстание 18 марта возникло стихийно. Оно не подготавливалось какой-либо революционной организацией, не имело руководящего центра. Это был единодушный отпор парижского трудового люда и сочувствующей ему интеллегенции исконному своему врагу - реакционной буржуазии, замышлявшей коварное уничтожение революции. Однако одного порыва и отваги было бы недостаточно для победы. Нужны были сплочённость рядов, согласованность действий, умелая тактика, быстрота ответного нападения. Всё это обеспечил Центральный комитет Национальной гвардии - первое революционное правительство рабочего класса. Десять дней, вплоть до передачи всей власти избранной народом Коммуне, Центральный Комитет Национальной гвардии осуществлял всю власть в Париже. Члены Центрального комитета не были чем-либо знамениты, но всех их знали и уважали, любили в среде рабочих, откуда они в большинстве своём вышли. Правительство немедленно бежало в Версаль. Глава исполнительной власти Тьер в карете с завешанными стёклами, под охраной тайком выбрался из столицы. Утром 19 марта тысячи парижан прочли с радостным волнением, подписанное Центральным Комитетом, возвание. В нём сообщалось, что назначаются выбоы в Коммуну, которой Центральный комитет передаст затем власть в столице. "Граждане!!" - говорились в возвании. - Народ Парижа освободился от гнёта, которому старались его подчинить... Париж и Франция должны совместно заложить основы республики, единодушно одобренной со всеми её последствиями, - единственной формы правления, которая навсегда положит конец эре нашествий и гражданских войн. Осадное положение отменено. Народ Парижа приглашается в свои секции для организации коммунальных выборов. Безопасность всех граждан обеспечена Национальной гвардией." Телеграф, префектура, здания министерств - всё перешло в ведение Национальной гвардии. В тот же день коммунары без сопротивления завладели министерством финансов. Они прошли в кабинет бежавшего в Версаль министра, вызвали чиновников и потребовали точного отчёта о наличии денег в сундуках, хранившихся в особых подвалах. Им назвали ложную цифру и заявили, что ключи от сейфов, где хранится валюта, находится в Версале. И тут-то делегаты Центрального комитета, как позднее и представители Коммуны, проявили роковую уступчивость, ставшую впоследствии одной из причин гибели рабочей революции. Наивные коммунары надеялись на примирение с Версалем и просили денег из банка только на самые неотложные нужды. Необходимо было выплатить жалованье национальным гвардейцам. После долгих переговоров под расписку управляющий согласился выдать необходимую сумму, всего один миллион да ещё ассигнациями. В действительности же в банке в это время хранилось около двух миллиардов франков. Через несколько дней коммунары потребовали ещё один миллион им отказали. Лишь после настояний и весьма, впрочем, умеренных угроз маркиз де Плек, заместитель управляющего банком, согласился выдать эту ничтожную сумму. Поведение руководителей революционного движения крайне озадачило и обеспокоило Маркса и его друга. "Труднее всего - писал вскоре после этого Энгельс, - понять то благоговение, с каким Коммуна почтительно остановилась перед дверьми Французского банка. Это было также крупной политической ошибкой. Банк в руках Коммуны - ведь это имело бы большее значение, чем десять тысяч заложников. Это заставило бы всю французскую буржуазию оказать давление на версальское правительство, чтобы заключить мир с Коммуной." В те же дни, когда закладывался фундамент Коммуны, были допущены и другие непоправимые политические просчёты. Группа мэров явилась в ратушу и один из них задал члену комитета Варлену вопрос:"Что вы собственно хотите? Удовлетворитесь ли вы все согласием на выборы нового муниципалитета? Варлен ответил не задумывясь:"Да, мы хотим избрания Коммуны как муниципального совета. Но этим ещё не ограничиваются наши требования. - и всё это вы прекрасно знаете! Мы хотим коммунальных свобод для Парижа, уничтожения префектуры полиции, права для Национальной гвардии самой выбирать всех своих офицеров, в том числе и главнокомандующего, полного прощения неоплаченных квартирных долгов на сумму меньше пятисот Франков и пропорционального снижения прочих долгов за квартиру, справедливого закона об уплате по векселям.(Как всё похоже при любой буржуазии любого века. Хуже бандитов грабят квартирной платой. Очень похоже, будто не во Франции, а у нас и не в 19 веке, а в 21.) Наконец, мы требуем, чтобы версальские войска отошли на двадцать миль от Парижа. Муниципальные власти категорически отказались принять даже такие весьма умеренные требования. Реакционеры разных мастей вопили, что они не признают Центральный комитет и единственной законной властью для них в Париже является собрание мэров и прежних депутатов. Варлен не понял ловушки, а когда понял было поздно. Коммунары были всё ещё в плену пагубных иллюзий, порождённых естественным патриотизмом. Страну окружали немецкие войска. Многие революционеры боялись повредить родине в столь трудную пору, когда враг стоял на подступах, развязав братоубийственную гражданскую войну. Они не понимали, что Тьеру и французской буржуазии Бисмарк и его армии были значительно ближе и дороже, нежели французские пролетарии. Нет ничего более беспощадного нежели ненависть классового врага. Очень скоро для коммунаров настала пора прозрения. Но многое было уже непоправимо упущено. Тем не менее власть в Париже принадлежала трудящимся с их Национальной гвардией. Все, кто стремился построить новый мир на одном маленьком клочке земли, среди бешенной, разбушевавшейся стихии, записывались в Национальную гвардию. Чего только не могут люди, охваченные единым устремлением! Несмотря на страшную угрозу - войну, город, объявивший власть трудового народа, зашевелился, загудел, ожил и десятками, сотнями тысяч рук стал действовать, отстраиваться, принаряжаться. Члены Центрального комитета Национальной гвардии работали без сна и отдыха. Они постоянно собирались в ратуше, чтобы сообща обсудить, как встретить во всеоружии наступление немецких и французских врагов. В первые дни взятия власти рабочими кое-кто ещё помышлял о том, не предложить ли переговоры и некоторые уступки Тьеру. Скоро, однако, всем стало ясно, что пропасть между Парижем и Версалем стала непроходимой. Все затаённые силы народа выявились и лихорадочно заработали руки и мозг огромной массы людей. Но дальновидные революционеры, такие, как отважнейшие из отважных Ярослав Домбровский, Луи Мишель, не были спокойны. (О Домбровском есть советский фильм) С первых дней завоевания рабочими власти они настаивали на немедленном окружении осиного гнезда реакции. Луиза Мишель, призванная коммунарами "Красной девой Монмартра, " мечтала разделаться с Тьером, уничтожив этого змия реакции. - Я, которую обвиняют в беспредельной доброте, - говорила она, - я, не бледняя, как снимают камень с рельсов, отняла бы жизнь у этого кровавого карлика. Опасения Домбровского и Луизы Мишель разделяли в Лондоне Маркс и Энгельс. 28 марта Центральный комитет Национальной гвардии передал свои полномочия избранной свбодным голосованием Парижской коммуне; это новое правительство трудящихся состояло из 86 человек, в большинстве своём - рабочих. В этот день площадь городской ратуши была с утра запружена толпами вооружённых людей. Перед деревянным возвышением собрались члены Коммуны. Широкие алые ленты, повязанные наискось мундиров и пиджаков, служили знаком их почётного сана. Играла музыка. Казалось, что начался военный парад армии, уходящей на фронт. Поблёскивали на солнце штыки среди трепетавших от ветра яркокрасных с золотой бахромой знамён. Прижатые друг к другу ружья Шайпсо, как густые камышовые заросли. Люди держали друг друга за руки и улыбались друг другу. -Да здравствует Коммуна! Да здравствует социальная революция! Измена с первых дней победы народа притаилась в Париже и сразу же начала исподволь подтачивать Коммуну. Некоторые мэры и депутаты, получив указания от Тьера, намеренно затягивали переговоры о мире, чтобы дать окрепнуть версальской армии и усыпить бдительность парижан. Коммуна была ослаблена доверчивостью. Счастливый человек порою бывает беспечен (это и про нас тоже. Это надо крепко запомнить. Никогда никакой толлерантности между белым и чёрным квадратами не может быть"). А трудовой люд столицы был опьянён радостью, полон радужных надежд и прекраснейших намерений и желаний. Стремясь сделать наибольшее количество людей счастливыми, коммунары забывали о том, что именно это ожесточило против них многочисленных врагов - собственников всякого рода. Стремясь предотвратить кровопролитие, коммуна не хотела первой начинать войну и верила, что морально и численно превосходит войска Тьера и немцев. Охваченные лихорадочной деятельностью, не замечая лишений и пушечных жерл, обращённых на них, парижские рабочие, ремесленники, интеллигенты создавали невиданные до сих пор общественные отношения. Они открывали бесплатные курсы и школы для детей и взрослых, детские сады и ясли, больницы, клубы, узаконили детей незамужних женщин, отделили церковь от государства. Коммуна стала правительством рабочего класса. При ней смогло совершиться полное освобождение труда. К несчастью, в коммуне не было единой ведущей партии. Прудонисты, анархисты, новоякобинцы, бланкисты, члены масонских лож вносили в деятельность Коммуны немало путаницы, что порождало ошибки. Не выступив своевременно против версальцев, войско Коммуны дало возможность врагам подготовить широкое наступление. Бисмарк передал Тьеру 100 тысяч французских военнопленных, преимущественно из крестьян, которые были тотчас же брошены на Париж. Началась смертельная баррикадная война внутри города, куда 22 мая вторглись версальцы. С этого часа в городе уже не умолкала канонада, не потухало зарево вспыхивавших пожаров. Все, кто испил из чистого родника подлинной свободы и величайших надежд, не раздумывая, бросились защищать коммуну. Баррикады Парижа объединили в эти дни тех, кто видел своё счастье в служении народу. Вместе с парижскими коммунарами сражались польские офицеры Врублевский, Домбровский, русская Анна Васильева, Корвин-Круковская, венгр Лео Франкель и многие другие люди разных национальностей. Их были тысячи воинов Христовых. Не жалея жизней своих они защищали праведное триединство:Бог (Законы Мироздания) - Сын (Устав общения людей друг с другом и окружающим миром) - Святой Дух (Энергоинформационный обмен людей с Богом). Женщины и малолетние дети сражались рядом с мужчинами. Жизнь без Коммуны не имела для них более смысла, как бытие без солнца. Коммуна была их матерью и детищем. А когда человек знает, что гибнет за великое дело, к нему приходит высшее духовное самосознание, и ему более не хочется оставаться в мире, где совершаются столь тяжкие преступленья. Смерть становится желанным другом, сулящим полную свободу от материальной скверны и вожделения плоти. Неисчерпаемо богатство чистой совести. Оно делает людей неуязвимыми для страха. Коммуна была обречена. В недолгие дни своего существования она Божьим промыслом создавала совершенную форму государства - диктатуру людей трудящихся, избравших жизнь по Уставу, сбросивших с себя религиозные туманы и сделавшие свой выбор жить по совести и строить Новую Цивилизацию. Она разрушила паразитический полицейско-бюрократический, удавом обвившийся вокруг народа, государственный аппарат. Но ей суждено было изойти кровью и погибнуть. Для победы социальной революции страна ещё не созрела. Коммунары не успели привлечь к себе симпатии крестьяества, они были окружены кольцом внутренних и иноземных врагов. Против них выступили классы капитала всего мира. Коммуна горела, как костёр в степи. Едва весть о событиях в Париже достигла Лондона, Генеральный совет Интернационала по предложению Маркса направил Томановскую под фамилией Дмитриевой в столицу Франции в качестве своего агента. 29 марта 1871 года Дмитриева добралась до Парижа. В осаждённом Париже нашла Дмитриева свой идеал - истинное братство, любовь, бесстрашие, освобождённую и высоко парящую мысль. Имя таинственной русской было окружено легендой. Её считали то актрисой, прекрасной и неустрашимой, то восточной княжной. Никто не знал её прошлого и подлинного имени. Она появлялась повсюду: на заседании, посвящённом устройству народных школ, вместе с Луизой Мишель, на трибуне клуба, потом вместе с неистовой Аделаидой Валантен - той самой работницей, которая , сражаясь на баррикадах, убила своего возлюбленного, когда тот проявил трусость. На поле боя она была то сестрой милосердия, то командиром женских революционных отрядов. 24 апреля 1871 года Дмитриева писала в Лондон Марксу и Генеральному совету Интернационала:"По почте писать невозможно, всякая связь прервана, всё попадает в руки версальцев. Парижское население героически сражается, но мы никогда не думали, что окажемся настолько изолированными. Тем не менее мы до сих пор сохранили все наши позиции. Домбровский сражается хорошо... Я много работаю, мы поднимаем всех женщин Парижа... Мы учредили во всех районах, в помещениях мэрий, женские комитеты и, кроме того, Центральный комитет. Всё это для того, чтобы основать Союз женщин для защиты Парижа и помощи раненым. Мы устанавливаем связь с правительством, и я надеюсь, что дело наладится. Но сколько потеряно времени и сколько труда мне это стоило! Приходится выступать каждый вечер, много писать... Если Коммуна победит, то наша организация из политической превратится в социальную и мы образуем секции Интернационала. Эта идея имеет большой успех... К крестьянам не обратились вовремя с манифестом; мне кажется, что вообще не был составлен план действий, несмотря на мои и Жаклара настояния. Центральный комитет не сразу сдал свои полномочия, были всякие истории, которые ослабили партию. Но с тех пор организация окрепла. На мой взгляд, делается всё, что только возможно. Я не могу говорить об этом более подробно, потому что боюсь, как бы "прекрасные" глаза Тьера не заглянули в это письмо, - ведь ещё вопрос, попадёт ли благополучно в Лондон податель этих строк, швейцарец, редактор из Базеля, который привёз мне вести из Утина. Я сижу без гроша. Если вы получили мои деньги, постарайтесь их с кем -нибудь переслать, но только не по почте, иначе они не дойдут. Как вы поживаете? Я всегда вспоминаю о вас всех в свободное время, которого у меня, впрочем, очень мало... Что поделывает Женни? Если бы положение Парижа не было таким критическим, я очень хотела бы, чтобы Женни была здесь, - так много здесь дела." Письмо это произвело сильное впечатление на всех Марксов. 10 мая две дочери Марксов, Женнихен и Элеонора, с первых дней Коммуны, рвавшиеся на континент, отправились к Лафаргам, находившимся во Франции. ..."Не могу, - писала Женнихен, - сидеть сложа руки, когда храбрейшие и лучшие люди умерщвляются по приказу свирепого клоуна Тьера, который со всеми своими ордами вышколенных головорезов никогда не победил бы необученных граждан Парижа, еслибы не помощь его прусских союзников, которые по-видимому, гордятся своей ролью полицейских.

Даже лондонские газеты, которые, верные своей почётной задаче, сделали всё возможное, чтобы оклеветать парижских пролетариев, теперь вынуждены признать, что никто ещё не сражался за принципы с таким мужеством и отвагой..." Хотя Маркс и Энгельс во время осады Парижа немцами опасались неожиданного восстания революционных рабочих столицы, справедливо предвидя неизбежность его поражения в условиях окружения города иноземными захватчиками, тем не менее они сразу же восприняли Парижскую коммуну как своё кровное дело, как духовное детище Интернационала. Маркс включился в борьбу Коммуны со всем свойственным ему пылом. Он написал сотни писем деятелям рабочего движения разных стран, обращая их внимание на историческое значение Коммуны, и сделал всё возможное, чтобы установить связь с осаждёнными в Париже. Напряжённо следил он за развитием событий во Франции и сразу же в полной мере оценил героизм рабочих Парижа."Какая гибкость, какая историческая инициатива, какая способность к самопожертвованию у этих парижан! После шестимесячного голода и разорения, вызванного гораздо более внутреннй изменой, чем внешним врагом, они восстают под прусскими штыками, как будто бы враг не стоял ещё у ворот Парижа! История не знает другого примера подобного героизма! Если они окажутся побеждёнными, виной будет не что иное, как их "великодушие." Надо было сейчас же идти на Версаль, как только Винуа, а вслед за ним и реакционная часть самой парижской Национальной гвардии бежали из Парижа. Момент был упущен из-за совестливости. Не хотели начинать гражданской войны, как будто бы чудовищный выродок Тьер не начал её уже своей попыткой обезоружить Париж! Как бы там ни было, теперешнее парижское восстание, - если оно даже будет подавлено волками, свиньями и подлыми псами старого буржуазного общества, - является славнейшим подвигом нашей партии со времени парижского июньского восстания. Пусть сравнят с этими парижанами, готовыми штурмовать холопов германо-прусской Священной Римской империи с её допотопными маскарадами, отдающими запахом казармы, церкви, юнкерства, а больше всего филистерства (обывательская косность, мещанство, ханжество). Члены Интернационала в Париже были самыми храбрыми борцами Коммуны. Хотя Интернационал и не призывал рабочих Парижа к восстанию, Маркс считал Парижскую коммуну костью от кости Интернационала. Он поддерживал связь с Парижем и оказывал деятелям Коммуны всевозможную помощь советами, насколько это было возможно при сложившихся обстоятельствах. Маркс предупреждает:"Совершенно необходимо, чтобы вы поторопились с тем, что считаете нужным сделать за пределами Парижа, в Англии и других странах. Прусаки не передадут фортов в руки версальцев, но после заключения окончательного мира (26 мая) помогут правительству окружить Париж своими жандармами. Так как Тьер и компания в своём договоре, заключённом Пуйэ Кертье, выговорили себе огромную взятку, то они отказались от предложенной Бисмарком помощи немецких банкиров, иначе они лишились бы своей взятки. Так как предварительным условием осуществления их договора было покорение Парижа, то они просили Бисмарка отстрочить уплату первого взноса до занятия Парижа; Бисмарк принял это условие. И так как Пруссия сама сильно нуждается в этих деньгах, то она предоставит версальцам всевозможные облегчения, чтобы ускорить взятие Парижа. Поэтому будьте настороже. Такие сугубо тайные сведения о секретных переговорах и соглашениях Бисмарка с версальскими изменниками Карлу Марксу сообщал Иоган Микель. Это человек, служивший во время франко-прусской войны и Коммуны у самого Бисмарка, во время революции 1848 года и затем в течение пяти лет принадлежал к подпольному обществу коммунистов, во главе которого стоял Карл Маркс. Фронт был в Париже везде. Борьба разгоралась - страшная, упорная, беспримерно героическая. По одну сторону баррикад были голодные, оборванные люди, терпящие недостаток во всём, начиная от оружия, медикаментов и хлеба, по другую - сытые, отлично экипированные и вооружённые полчища немецких солдат и французских реакционеров. Но коммунары поставили на карту самую жизнь. Что могло сравниться с ними по силе Духа и Воли?!... На площади Бланш батальон женщин под командой Луизы Мишель и Елизаветы Дмитриевой (Томановской) показал чудеса храбрости. Когда позицию уже невозможно было удерживать, батальон отошёл на несколько сотен метров далее, на площадь Пигаль, где вновь сразился с неприятелем, и так отступал с одной баррикадой, чтобы возобновить эту смертельную борьбу за следующим укрытием. Великий коммунар генерал Домбровский погиб в дни "кровавой недели" 23 мая 1871 года. Он был смертельно ранен, когда верхом на коне под градом пуль объезжал баррикады. - Думайте только о спасении республики, - прошептал он соратникам. Едва весть о гибели Домбровского разнеслась по Парижу, на Монмартре внезапно смолкли пушки. Это канониры и бойцы оставили свои посты, чтобы проститься с любимым командиром. Тело героя Коммуны принесли в ратушу, в ту самую голубым штофом обитую комнату, где обычно заседала Коммуна и столько раз горячо и убедительно выступал замечательный полководец, единственным недостатком которого была чрезмерная отвага в борьбе за правое дело. А правое дело - это Богу служить и Ему одному поклоняться. Его военные познания, полученные в академии Генерального штаба в Петербурге, очень пригодилась и в дни польского восстания 1863 года и Парижской коммуне. Вдали от родины поляк Домбровский отдал свою жизнь за Новую Цивилизацию, основа которой Совесть, Честь, Разум, Благородство, Высокая духовность Живой Человеческой Души. Как и его друг Врублевский, он считал себя братом и защитником всех трудящихся мира. Ночью при свете факелов тело Домбровского, обёрнутое в Святое Красное Знамя, повезли на лафете к кладбищу Пер-Лашез. На площади Бастилии погребальный кортеж задержали коммунары. Они положили погибшего героя у подножья Июльской колонны и под звуки барабанов, бивших поход, совершили обряд последнего прощания, бережно целуя величавый лоб своего генерала. Никто из них не скрывал своих слёз. В это же время к кладбищу из разных улиц тянулись десятки других погребальных дрог. Никаких украшений, кроме Красных Знамён и чёрного крепа, не было на них. Впереди шли, отбивая похоронную дробь, барабанщики. Позади играла музыка того легиона, к которому принадлежали павшие защитники Коммуны. Опустив ружья дулами вниз, шли проводить товарищей национальные гвардейцы. Одежда и их строгие лица были опалены порохом, бинты свидетельствовали о незаживших ранах. За дрогами медленно шествовали вдовы, сироты, друзья и рабочие делегации округа. Эти люди, как и те, кого они хоронили, с детства знали, что революция - это борьба , не на жизнь, а на смерть. Эту войну преисподней объявил Христос - первый коммунист планеты. Чернь казнила Иоана, Христоса и впоследствии многих и многих, так плащаница, оставшаяся Божьим промыслом, пропитывалась и пропитывается святой кровью, тех, кто выбирает узкий путь ведущий в жизнь - путь Устава. Их предки, такие же неимущие, умирали в годы первой революции, их отцы и матери бились и гибли в 1830 и 1848 годах. Многие из тех, кто был убит или расстрелян в дни поражения Коммуны, родились 23 года назад, когда мостовые Парижа пропитала кровь борцов июньских баррикад. Камни Парижа. Они слышали последние вздохи мученников Коммуны, вбирали их кровь, служили им опорой и ложем. Безмолвные и холодные, они были свидетелями такой жестокости, которая смягчала горечь смерти. Маркс и Энгельс самым тщательным образом анализируют уроки Революций и приходят к определению, что вселенское зло есть не что иное как буржуазное государство, как организованная эгоистичная структура порабощения трудящихся, как машина классового господства (господство класса паразитов, которых меньшинство, над классом трудящихся, которые есть всё человечество. Маркс и Энгельс рассматривают буржуазное государство как общественную силу, организованную для социального порабощения трудящихся, как машину классового господства. А раз так, то такая машина не имеет право на существование и должна быть сломана, ибо держится на деньгах, эгоизме, наглости, лжи, лицемерии, религии, полиции, на человеческих пороках и страстях. Это государство служит лишь материальной скверне и вожделению плоти, а потому уже давно отравляет вселенную своим зловонием. И эта машина должна быть сломана и заменена народным государством. И на этом этапе развития создать новую форму государства может только пролетариат, а потому грядёт диктатура пролетариата. Маркс писал, что Коммуна "была, по сути дела, правительством рабочего класса против класса присваивающего; она была открытой... политической формой, при которой могло совершиться экономическое освобождение труда." Страницы возвания Международного Товарищества Рабочих о гражданской войне во Франции проникнуты глубокой верой в революционные силы народных масс и восхищением героизмом рабочего класса Франции и деятельностью Коммуны. Старому миру Версаля - этому "сборищу вампиров всех отживших режимов" - был вынесен приговор истории. Открылась истина. Она оказалась очень простой. Мир захвачен материальной скверной и вожделением плоти, мёртвыми душами. Если этого врага не уничтожить (начинать надо с себя) мир скоро погибнет, а третьего ничего нет. Неправедное триединство: плутократия(власть денег) - духовенство (обслуживающее эту власть) - безграмотное большинство ( невежественные, глупые, легковерные, уверенные, что они пришли в этот мир есть, пить, наслаждаться и гадить в прямом и переносном смысле). Истина, что Богу надо служить (законам мироздания) и Ему одному поклоняться, всё больше и больше будет привлекать к себе, всё больше и больше будет появляться людей выбравших единственно верный путь - путь Устава (социализм-коммунизм) - узкий путь, ведущий в жизнь.

С первых дней провозглашения Парижской коммуны Маркс тщательно собирал и изучал все сведения о её деятельности: материалы французских, английских и немецких газет, информацию из Парижа, документы о членах правительства Тьера. 18 апреля 1871 года на заседании Генерального совета Маркс предложил выпустить воззвание ко всем членам Интернационала относительно "общей тенденции борьбы" во Франции. 30 мая 1871 года, через два дня после падения последней баррикады в Париже Генеральный совет единодушно одобрил зачитанный Марксом готовый текст воззвания Интернационала о гражданской войне во Франции. Это воззвание было переведено на несколько языков. В 1871 году оно появилось в России. Вставал вопрос о необходимости слома буржуазной государственной машины пролетарской революцией. Буржуазное государство - это общественная сила, организованная для социального порабощения трудящихся, как машину классового господства, Маркс приходит к заключению, что рабочий класс не может просто овладеть этой машиной и пустить её в ход для своих даже самых благих целей. Старая неправедная государственная машина должна быть сломана. Пролетариат, как это показала Парижская коммуна, создаёт новую форму государства - диктатуру пролетариата. В Парижской коммуне, несмотря на короткий период её существования, Маркс увидел в первоначальной, ещё только зарождавшейся, но уже достаточно отчётливой форме черты Новой Цивилизации. Маркс писал, что Коммуна "была, по сути дела, правительством рабочего класса, результатом борьбы производительного класса, против класса, присваивающего; она была открытой... политической формой, при которой могло совершиться экономическое освобождение труда." Страницы воззвания Международного Товарищества Рабочих о гражданской войне во Франции проникнуты глубокой верой в революционные силы народных масс и восхищением героизмом рабочего класса Франции и деятельностью Коммуны.. Старому миру материальной скверны и вожделения плоти, всей этой мерзкой плутократии, сильной деньгами, властью, армией, полицией, ложью, эгоизмом преисподней Маркс противопоставляет огромную преобразующую силу пролетарской революции. "Гражданская война во Франции" звучит гимном рабочему классу Парижа, сделавшему первые шаги по пути создания пролетарского государства. "Трудящийся, мыслящий, борющийся, истекающий кровью, но сияющий вдохновенным сознанием своей исторической инициативы Париж, - писал Маркс, - почти забывал о людоедах, стоявших перед его стенами, с энтузиазмом отдавшись строительству Новой Цивилизации. Маркс и его семья переживали мучительные дни, беспокоясь о многих соратниках, сражавшихся в Париже. Ничего не знали об Элизе. В дом Маркса стекалось много беглецов парижских коммунаров. Там они находили дружеский кров и заботу. Никто из них ничего не мог сказать о судьбе славной русской революционерки. Наконец из Швейцарии пришло долгожданное письмо от секретаря Романского федерального комитета Интернационала, в котором сообщалось о Дмитриевой:"Это чудо, что она спаслась. Она у нас в Женеве, и мы охраняем её с величайшей заботой. Ей удалось с несколькими друзьями и подругами ускользнуть от этой ужасной бойни. Осенью 1871 года, оправившись от ранения и глубокого тяжёлого потрясения, Дмитриева вернулась на родину. Тайна её настоящего имени не была никогда раскрыта русской полицией. Дмитриевой больше не существовало. Елизавета Лукинична Томановская, вдова полковника, беспрепятсвенно пересекла русскую границу и направилась в Новгородскую губернию. После недолгого пребывания в глуши Томановская переехала в Москву. Связь её с Марксом изредка поддерживалась письмами. В сентябре 1871 года в Лондоне состоялась закрытая, полулегальная конференция Международного Товарищества Рабочих. Судьба Коммуны была весьма поучительна. Отныне главным для пролетариата становилась сплочённая революционная марксистская партия. Обобщению опыта возникновения, бытия и гибели Коммуны и была посвящена конференция. В ходе её работы наиболее полно выявились взгляды Маркса и Энгельса на партию пролетариата. Тем большее негодование вызывали анархисты и их лидер Бакунин, которые отрицали необходимость политической борьбы и партийного объединения. Резолюция, принятая на конференции "о политическом действии рабочего класса," гласила, что "пролетариат может действовать как класс, только организовавшись сам в политическую партию, что пролетарская партия необходима для того, чтобы обеспечить победу социальной революции и осуществить её конечную цель - уничтожение классов. Лондонская конференция поставила перед пролетариями задачу создания в каждой стране строго дисциплинированной политической рабочей партии.

Маркс не переставал хворать. Карбункулы мучили его меньше, но зато, кроме резких болей в печени, он тяжело страдал от неудержимых приступов кашля, мешавших сну и значительно ослаблявших больного. Впрочем, врачи считали это не лёгочным, а горловым заболеванием. Пришлось отказаться от сигар и трубки, что было нелегко завзятому курильщику. Маркс и Энгельс в это время не разлучаются, надолго уходят из дома на прогулку, обсуждают много вопросов, спорят. Вернувшись домой в поисках решения, рылись в книгах и справочниках, чтобы придти к согласному выводу . Это был плодотворный обмен мыслей и сомнений. Обоим присуще чувсто юмора, поэтому постоянно в доме раздавался заразительный смех. Так продолжалось до тех пока не приходило общее решение вопроса. Так как здоровье Маркса не улучшалось врачи настаивали на поездке к морю. Семья Маркса и Энгельса уехали на взморье. Здоровье Маркса улучшилось. А в Лондоне опять ждал его напряжённый, чрезмерный умственный труд. Он взял на себя всю политическую и организационную подготовку пятого конгресса Интернационала. Со 2 по 7 сентября в Гааге состоялся конгрес Интернационала. Маркс отправился туда в сопровождении жены и дочерей. На конгресс съехались делегаты многочисленных стран мира. Подавляющее большинство интернационалистов европейских стран и Америки были на стороне Маркса и Энгельса. После торжественной части и приветствий конгресс приступил к работе. Предстояла решающая битва между сторонниками Генерального совета и "Альянса" Бакунина. Вождь анархистов, однако, в Гаагу не явился. Вопреки проискам бакунистов конгресс признал необходимым политическую борьбу и создание пролетарской партии как непременный залог победы социалистической революции. Это решение было включено в Устав Интернационала и стало законом для его членов. Особая комиссия, выделенная конгрессом, занялась расследованием подрывной деятельности бакунистов в Международном Товариществе. Неопровержимые доказательства вероломного и раскольнического поведения бакунистов приводились в докладе Энгельса, представленном конгрессу от имени Генерального совета. "Впервые в истории борьбы рабочего класса мы сталкиваемся с тайным заговором внутри самого рабочего класса, ставящим целью взорвать не существующий эксплуататорский строй, а само товарищество, которое ведёт против этого строя самую энергичную борьбу, - писал Энгельс. Пять выборных членов следственной комиссии по делу Бакунина работали с вечера до поздней ночи в течение нескольких суток. Им пришлось прочитать множество писем, печатных документов, отчётов, выдержек из книг. Только тогда смогли они прийти к единогласному решению и объявили, что Бакунин действитнльно виновен, так как пытался разрушить Интернационал с помощью беспринципного общества "Альянс," стремившегося к расколу и тем самым к гибели Международного Товарищества Рабочих. Когда Теодор Куно, председатель следственной комиссии, объявил на конгрессе о несомненной виновности Бакунина, один из анархистов, испанец, опоясанный огненно-красным флагом, бросился к трибуне, выхватил пистолет и со словами:"Такой человек заслужил пули!" - прицелился в Теодора Куно. Неистового последователя "воплощённого сатаны" Бакунина успели вовремя разоружить. По докладу следственной комиссии конгресс постановил большинством голосов исключить руководителей "Альянса" Бакунина и его сподвижника Гильома из Интернационала. Гаагский конгресс стал решающей вехой в борьбе с бакунистами. Учение Маркса одержало победу над опасным, как взрывчатое вещество, сумбуром анархизма, приносящим пользу только буржуазии. На последнем заседании конгресса Энгельс предложил перенести местопребывание Генерального совета в Нью-Йорк ввиду усилившихся преследований Интернационала со стороны европейских правительств и враждебной деятельности анархических и других мелкобуржуазных личностей, проникших в некоторые секции. Из Гааги делегаты конгресса поехали в Амстердам, где состоялся митинг голландских рабочих. В своей речи, посвящённой необходимости завоевания рабочими политической власти, Маркс сказал: - Мы никогда не утверждали, что к этой цели ведут непременно одинаковые дороги. Мы знаем, что приходится считаться с учреждениями, нравамии, традициями отдельных стран; и мы не отрицаем, что существуют страны, как Америка, Англия, и если бы я лучше знал ваши учреждения, может быть, я прибавил бы к ним и Голландию, в которых рабочие могут добиться своей цели мирными средствами. Но если это так, то мы должны также признать, что в большинстве стран континента рычагом нашей революции должна послужить сила; именно сила и является тем, к чему в определённый момент мы должны будем прибегнуть для того, чтобы окончательно установить господство труда.".....

Борьба с бакунистами продолжалась ещё целый год. Выполняя решение Гаагского конгресса, Маркс и Энгельс при участии Лафарга опубликовали в 1873 году брошюру "Альянс социалистической демократии и Международное Товарищество Рабочих." В ней кроме доклада, зачитанного делегатам, отчётов следственной комиссии, было напечатано много новых документов о раскольнической и предательской деятельности анархистов во всех странах, включая Россию. Бакунин остался верен себе; он не брезгал никакими средствами в достижении цели. Обвинения, выдвинутые и доказанные в брошюре руководителей Интернационала, были столь убедительны и неопровержимы, что "всеразрушитель-дьявол" Бакунин, по его собственному любимому определению, "воплощённый сатана," публично заявил о своём отказе от общественной деятельности. (Да! Нет у нас такой возможности, таких людей сегодня, которые были бы сплочены как Интернационал, чтоб собрать страшнейшие документы о нашей пятой колонне - всеразрушителях, воплощённых дьяволов, без чести, без совести, мёртвых душ, наполнившие смрадным зловонием подлости и предательства всё вокруг, разрушившие, творение Высшего Разума на Земле - СССР. И так будет до тех пор, пока будет безграмотное большинство оставаться духовно безграмотным большинством, укутаным религиозным туманом. Религии снова - опиум для народа; религии ничего общего не имеющие ни с Богом ни с именем Христоса. Снова успешно действут религиозный опиум, а на повестке дня снова стоит атеизм, ибо вернули бога, которого нет, которого придумали великие путанники). В годы, когда учение Маркса и Энгельса одержало идейную победу в Интернационале, многое изменилось в Европе. Парижская коммуна потерпела поражение, усилилось буржуазно - национальное движение в Германии, силы реакции продолжали свирепствовать в полукрепостной России, не хотел потрясений, развращаемый подкупом буржуазии, английский пролетариат. (не то ли происходит сегодня?!) Интернационал 60-х годов уже не отвечал возникшим новым задачам. Маркс и Энгельс верно учли время наступивших перемен. В итоге упорных боёв они вместе со своими сторонниками разбили не одну секту, вредившую рабочему движению. Международное Товарищество Рабочих выполнило свою великую миссию и должно было сойти с исторической сцены, уступив место новой, неизмеримо более мощной эпохе развития социалистических пролетарских партий внутри отдельных государств. Солидарность всех рабочих земли, впервые воплотившаяся в Итернационале, должна была, по мнению Маркса, развиваться и крепнуть в иных формах. А здоровье Маркса всё ухудшалось. Врач настаивал на необходимости полечиться карлсбадтскими водами. Энгельс нашёл этот совет правильным и, как всегда, щедро снабдил друга деньгами. Маркс был чрезвычайно добросовестным пациентом и строго исполнял все предписания врача. С завистью смотрел Маркс на Элеонору, которой врач порекомендовал для аппетита кружку пива, любимого, но запрещённого ему напитка. Маркс чувствовал себя с каждым днём лучше. Впервые за много лет он позабыл об изводящих болях в печени, стал снова крепко спать по ночам. Постепенно исчезли утомляемость и раздражительность. В 1875 году Маркс с семьёй переменил квартиру и переехал в дом под ?41 возле полукруглого сквера на той же Мэйтленд-парк-род. До Ридженс-парк-стрит, где жил Энгельс, было всё так же надалеко - всего десять минут хотьбы. По-прежнему не проходило дня, чтобы друзья не виделись. Это была счастливая пора совместного мышления и творчества, исканий и находок, согревающих излучений братской дружбы, которые делают жизнь полноценной и лёгкой. Маркс интенсивнейшим образом продолжает свои исследования для 2 и 3 томов "Капитала," изучая все новейшие явления в мировой капиталистической экономике, анализируя огромную массу русских источников по аграрному вопросу, богатые материалы о бурно развивающемся капитализме в США, читая множество специальных работ о денежном рынке и банках. Предметом его систематических занятий являются также агрохимия, геология, физиология, физика и в особенности математика. Много времени он отдаёт изучению истории всех стран и народов. После прекращения деятельности 1 Интернационала, выполнившего свою великую роль по сплочению пролетарских сил на международной арене, основоположники марксизма первоочередной исторической задачёй считали создание массовых социалистических рабочих партий в отдельных странах. В борьбе за формирование и укрепление первых пролетарских партий в Европе и Америке главной опорой Маркса Энгельса стали деятели Союза коммунистов и Первого Интернационала. Находясь в центре борьбы международного пролетариата, Маркс и Энгельс постоянно обобщали и пропогандировали опыт этой борьбы, извлекали конкретные уроки из всех выдающихся движений, выделяя всё наиболее существенное и актуальное. Они помогали рабочим-социалистам каждой страны правильно определить линию своего поведения, вести самостоятельную, отвечающую классовым интересам пролетариата политику, учитывая конкретные особенности национального развития.

Женни Маркс было около 60 лет. Её лицо, чуть помеченное оспенными рябинами, осталось не менее прекрасным, нежели в молодые годы. Духовный мир её был столь глубок и обширен, что прорывался наружу и сказывался во взгляде, улыбке, во всём облике, как и в молодости, величавы были её осанка, походка и молоды движения. С тех пор как подросли три дочери, она лишь изредка исполняла обязанности секретаря своего мужа. Поль Лафарг, Лаура, а затем Тусси добивались поручений от Маркса, охотно писали под его диктовку, делали выписки из газет и журналов, переписывали рукописи или вели деловую корреспонденцию. Но никто не мог заменить Марксу жену как советчика, помощника и друга. По-прежнему Карл делился с Женни каждой мыслью, планом действия, сомнением. Они были необходимы друг другу, как части единого организма, как два полушария одного мозга или два предсердия одного сердца. Женни жила в той же атмосфере мышления и труда, что и Карл. У них всё было общим: радости и горести. Чем бы не занимался, где бы не находился Маркс, его жена была мысленно с ним рядом. Если он выступал с трибуны, ей передавалось каждое испытываемое им волнение, негодование, удовлетворение или усталость. У них сложилась одна жизнь, хотя каждый был занят своим делом. Было ли когда-нибудь время, когда они не знали друг друга. Трир, детство - всё это слилось для них в одно общее воспоминание. Они помнили себя детьми и всегда находились где-то рядом. Оба любили одних и тех же людей. Они знали всё друг о друге: детские шалости, привычки, ошибки. Жизнь спаяла их общими горькими потерями: четверых детей они растили и схоронили вместе. Жизнь наградила их высшим и редким счастьем - одной любовью от колыбели до смерти. Время поднимало их к вершинам. И снова они убедились в том, что любят друг друга так, что взявшись за руки, пройдут новые испытания, потому что труднее всего для людей старится, когда дух их мощен и мудр, а тело слабеет, болеет, когда надвигается смерть. Всё, чем был поглащён Маркс, составляло смысл жизни и Женни. Вместе с ним, больным, но поглащённым трудом, перенесла она мужественно 72 трагических дня Коммуны, делилась кровом, пищей , последними деньгами с парижскими коммунарами, помогала Марксу, когда он готовил выступления в Генеральном совете и писал грозный доклад, разоблачавший Бакунина. В зале Конкордия, на хорах для публики и прессы, находились Женни все дни работы Гаагского конгресса, живо интересуясь всем. В Схевенингене на прощальном обеде, устроенном Марксом и Энгельсом, Женни запомнилась делегатам приветливой простотой, умной беседой и внешним очарованием. Дочери Женни и Карла подросли, и две из них покинули навсегда родительский дом, создав свои семьи. Нелегко было Женни Маркс, когда она видела их невзгоды. Лаура похоронила троих детей, и у Лонга умер их первый сын. Все дети болеют, но горе обычно там, где нищета и нет возможности их до сыта кормить и лечить. Подобно своей матери, Женни Лонге делила с мужем трудную судьбу политических изгнанников. Оба они долго оставались безработными и отчаянно боролись за существование. Только в 1874 году Шарль Лонге устроился преподавателем в колледже, а его жена давала в школе и на дому уроки декламации, пения и немецкого языка. Где бы ни работала Женни Лонге, она везде приобретала всеобщее уважение. Это была выдающаяся женщина, необыкновенно образованная и способная. (всю жизнь Марксы занимались самообразованием). Круг её интересов непрерывно разрастался: она изучала математику, поэзию, литературу, в том числе русскую, много времени уделяла истории выдающихся женщин разных стран и веков. Как и Лаура, она хорошо пела и играла на рояле. Николай Даниельсон переслал Женни из России партитуры опер "Иван Сусанин" и "Руслан и Людмила." С тех пор среди любимых композиторов старшей дочери Маркса рядом с Бетховеном, Генделем, Моцартом, Вагнером появился и Глинка. Женни работала, не щадя своего слабого здоровья; кроме многочисленных уроков, она вела хозяйство и постоянно чему-нибудь училась. С 1873 года и 18-летняя Элеонора начала работать школьной учительницей в приморском городке Брайтоне. Это была стройная, похожая на испанку девушка, пышноволосая брюнетка с прекрасным цветом лица и большими лучистыми чёрными глазами. Общительная, начитанная, не по летам развитая, с несомненым актёрским дарованием, порывистая, жизнерадостная. Элеонора очень нравилась людям и легко находила друзей. Она хорошо разбиралась уже в самом юном возрасте в неправильных установках жизни людей, понимала значение международной солидарности и была пылкой интернационалисткой. Среди её друзей был французский иммигрант, потомок обедневшего аристократического рода, член Парижской коммуны, литератор и историк Проспер Оливье Лиссагарэ, редактор еженедельного журнала "Красное и чёрное." Элеонора принимала деятельное участие в издании. С этой целью она написала в Германию Вильгельму Либкнехту, которого знала с детства. "Для Франции нужно издавать публикации, которые освещали бы социалистическое движение во всех странах, в частности в Германии, - поясняла Элеонора, - Франция должна знать, что она может завоевать симпатии других наций, только сочувствуя им в свою очередь. Лиссагарэ просил руки Элеоноры, и она склонялась к тому, чтобы стать его женой, однако Маркс и Жени были этим весьма опечалены. Не такого мужа хотели они для своей дочери Тусси. Лиссагарэ был немолодой, изрядно поживший несимпатичный человек. Мировоззрение его было неопределённо. Он не внушал Марксу доверия. Брак Лиссагарэ с Элеонорой не состоялся. В начале августа 1874 года заботами Энгельса Маркса вывезли для лечения на море. Это был курорт Исборн. Строгие скалы и поросшая дубравами отлогая возвышенность над самым морем были величественны и красивы. Энгельс уходил в далёкие прогулки вместе с пачальной, осиротевшей Женихен, недавно схоронившей своего младенца. Часто они подолгу молчали. Чуткий Генерал понимал, что словами не залечишь страшной материнской раны, и надеялся на верного целителя - время. Здоровье Маркса становилось всё хуже, и врач настаивал полечиться карлбадскими водами. Энгельс настоял на поездке и снова за его счёт. Он очень не хотел ехать и оставлять Женихен в первые дни её горя. "В этом отношении, - писал Маркс Кугельману перед отъездом на воды, - я являюсь менее стойким, чем в других вещах, и семейные несчастья обходятся мне всегда дорого! Чем больше живёшь, как живу я, почти совершенно замкнуто от внешнего мира, тем более связывает узкий круг семейных привязанностей." Заменить отца возле горюющей Женнихен взялся Энгельс. Маркс с Элеонорой уехали в Карлсбад. В 1875 году Маркс с семьёй переменил квартиру и переехал в дом под ?41 возле полукруглого сквера на той же Мэйтленд-парк-род. До Ридженс-парк-стрит, где жил Энгельс, было всё так же недалеко - всего десять минут хотьбы. По - прежнему не проходило дня, чтобы друзья не виделись. Это была счастливая пора совместного мышления и творчества, исканий и находок, согревающих излучений братской дружбы, которые делают жизнь полноценной и лёгкой. Маркс и Энгельс работали, говорили, молчали, будучи рядом. Маркс интенсивнейшим образом продолжает свои исследования для второго и третьего томов "Капитала," изучая все новейшие являния в мировой капиталистической экономике, анализируя огромную массу русских источников по аграрному вопросу, богатые материалы о бурно развивающемся капитализме в США, читая множество работ о денежном рынке и банках. Предметом его систематических занятий являются также агрохимия, геология, физиология, физика и в особенности математика. Много времени он отдаёт изучению истории всех стран и народов. После прекращения деятельности Первого Интернационала, выполнившего свою великую роль по сплочению пролетарских сил на международной арене, последователи учения Христоса первоочередной задачей считали создание массовых социалистических партий в отдельных странах. ( Люди, сделавшие выбор - жить по Уставу, омывшись водой, объединились, чтобы утверждать праведное триединство на Земле. Это была первая коммунистическая партия, хоть и не называлась так. Это были просто последователи Учения Христоса - первые Христиане. И вот в 19 веке пришло время создания коммунистической партии. Мы ни на минуту не должны забывать о том, что именно Учение Христоса, развиваясь в последующие века привели к потребности образования коммунистической партии. Как бы не прятали великие путаннинки (софисты) в туманы религий учение Христоса, оно идёт по миру, собирая вокруг себя своих последователей и это, конечно, коммунисты, хотя пока и не осознавшие свою Божественную миссию.).... В борьбе за формирование и укрепление первых пролетарстких партий в Европе и Америке главной опорой Маркса и Энгельса стали деятели Союза коммунистов и Первого Интернационала. Находясь в центре борьбы международного пролетариата, Маркс и Энгельс постоянно обобщали и пропогандировали опыт этой борьбы, извлекали конкретные уроки из всех выдающихся движений, выделяя всё наиболее существенное и актуальное. Они помогали рабочим-социалистам каждой страны правильно определить линию своего поведения, вести самостоятельную, отвечающую классовым интересам пролетариата политику, учитывая конкретные особенности национального развития".... Вот так из века в век реализуются слова Иисуса Христоса:"Не думайте, что Я пришёл нарушить закон или пророков; не нарушить пришёл Я, но иполнить. Ибо истинно говорю вам: доколе не прейдёт небо и земля, ни одна иота или ни одна черта не прейдёт из закона, пока не исполнится всё." "Не думайте, что Я пришёл принести мир на землю; не мир пришёл Я принести, но меч." (Ев. от матфея гл.5). Так что, как бы не воевала материальная скверна и вожделенная плоть, сколько бы не лукавила, сколько бы не держала в религиозных туманах безграмотное большинство и хоть очень медленно, но идёт человечество к праведному триединству. Всё больше появляется разумных просветлённых Божественным светом людей. Придёт время, когда человек поставит плоть с её пороками и стратями в рамки Божьего закона и станет, наконец "Человеком Разумным!" Так будет или не будет ничего. Как только была создана коммунистическая партия, взявшая за основу своей деятельности Устав (Новый Завет) как тут же капиталисты создали свою партию - капиталистическую. Отличалась партия капиталистов своей многопартийностью, и партии эти в одной связке и служат одному богу - золотому тельцу, да страстям и порокам плоти. К концу 19 века этих партий столько развелось, что стало невероятно трудно понять кто есть кто. Коммунистические партии имеют одну идеологию и одну программу по претворению в жизнь строительства Новой Цивилизации, где будет жизнь по Уставу. Паразитичекое меньшинство, убеждённое, что оно пришло в этот мир наслаждаться за счёт других, что ради их вожделенной плоти и материльной скверны весь остальной мир должен страдать, опутанный религиями, быть рабами и служить неправедному триединству - должен погибнуть навсегда. Плоть человеческая должна занять положенное ей место, она дом для Души и это её миссия. В 1875 году Карл Маркс написал "Замечания к программе Германской рабочей партии," получившие впоследствии название "Критика Готской программы." В этом небольшом по объёму, но весьма важном произведении Маркс формулирует новые положения теории научного коммунизма: о социалистической революции, власти рабочего класса, о переходном периоде от капитализма к коммунизму, двух фазах коммунистического общества, о производстве и распределении общественного продукта при социализме и основных чертах полного коммунизма, о пролетарском интернационализме и партии рабочего класса. В этом классическом произведении получило дальнейшее развитие учение марксизма о государстве, о диктатуре пролетариата. Подводя итог своему учению о государстве, основанному на опыте всех революций, на опыте всей борьбы пролетариата, Маркс высказывает гениальную мысль о том, что исторически неизбежна особая стадия перехода от капитализма к коммунизму с соответствующей формой государства. "Между капиталистическим и коммунистическим обществом, - пишет Маркс, - лежит период революционного превращения первого во второе. Этому периоду соответствует и политический переходный период, и государство этого периода не может быть ничем иным, кроме как революционной диктатурой пролетариата." Вопрос о сроках и конкретных формах отмирания государственности коммунистического общества Маркс и Энгельс оставляли открытым, ибо возможности решить эти вопросы тогда ещё не было. (Зато наша чернь во главе с пирамидой, "строя" управляемый ими хаос, приняла решение, что самое время для успеха отменять государство. Конечно, это обычный лживый туман. Стоит только поднять серьёзный протест против преисподней, как залает всё: отуманенная подкупами и церковью армия, всё безграмотное большинство, всё полицейское их государство. Государства, они ведь тоже строятся по двум идеологиям: социалистической и капиталистической, а третьего нет на свете. Значит после того, как исчезнет проклятье всего человечества - капитализм, останется государство с таким Уставом, чтоб никогда более плоть не командовала духом). В "Критике Готской программы Маркс даёт основанное на научном анализе определение основных черт коммунистического общества на начальной ступени (первая или низшая, фаза - социализм) и на ступени его полного развития (высшая фаза - коммунизм). Основа построения Новой Цивилизации прежде всего духовная и только потом материальная. Положение о двух фазах коммунистической общественной формации было гениальным предвидением Маркса. Оираясь на разработанную им теорию воспроизводства, Маркс даёт в "Критике Готской программы" научный анализ существенных особенностей производства и распределения при социализме. Маркс показывает преимущества социалистического строя, основанного на общем владении средствами производства, организованного на началах коллективизма, когда все члены общества социально одинаковы, но весьма и весьма различны по своим личностным характеристикам, способностям, миссиям. В условиях социализма, подчёркивает он, осуществляется равенство людей, невозможность эксплуатации человека человеком, невозможность унижения одних другими. Маркс разоблачает характерные для вульгарной политической экономии и мелкобуржуазного социализма представления о том, будто при социализме будет осуществлён уравнительный принцип распределения общественного продукта (выдумки софистов ещё при Афинской демократии). Критикуя такие представления, Маркс исходит из своего анализа общественного производства, рассматривая распределение как следствие основных условий и закономерностей производства при социализме. Маркс указывает на то, что социализм выходит из капиталистического общества и поэтому он ещё несёт на себе во всех отношениях в экономическом, нравственном, умственном, "родимые пятна" старого общества, из недр которого он вышел, претерпев все муки появления на свет. Маркс поэтому учитывает неизбежное неравенство людей при соцализме, когда ещё не может быть устранено распределение общественного продукта по количеству затраченного каждым членом общества труда, а не по потребностям людей. "За равное количество труда - равное количество продукта ," - таков социалистический принцип, основывающийся на достигнутом уровне экономического развития, а также на том, что люди ещё не научились работать на общество без всяких норм права. Далее Маркс даёт гениальную характеристику коммунистического общества. "На высшей фазе коммунистического общества, - пишет он, - после того как исчезнет порабощающее человека и подчинение его разделению труда; когда исчезнет вместе с этим противоположность умственного и физического труда; когда труд перестанет быть только средством для жизни, а станет сам первой потребностью жизни; когда вместе с всесторонним развитием индивидов вырастут и производительные силы и все источники общественного богатства польются полным потоком, лишь тогда можно будет совершенно преодолеть узкий горизонт буржуазного права, и общество сможет написать на своём знамени:"Каждый по способностям, каждому по потребностям!" Только потребности людей тоже будут потребностями разумных людей в разумных пределах, потому что сам человек будет настолько высокой духовности, что исчезнет искание денег, которые не заработал, покупать вещи, которые не нужны и покупаются только для того, чтобы вызывать зависть у людей(суть материальной скверны и вожделения плоти).

Энгельс подверг резкой критике противоречивший научному социализму вульгарно-идеалистический тезис о "свободном государстве," идею о якобы надклассовом характере государства. Он подчёркивал в связи с этим мысль о том, что пролетариату, завоевавшему власть, нужно будет ипользовать созданное им государство, чтобы насильственно подавить своих противников, что когда становится возможным говорить о свободе, то есть когда победит коммунистическая идеология , тогда государство, как таковое, перестанет существовать. Уже Парижская коммунна, разбившая буржуазную государственную машину, не была, как утверждал Энгельс, государством в собственным смысле слова, имея в виду то, что подавлять ей приходилось не большинство населения, а меньшинство эксплуататоров, и поскольку вместо особой силы для подавления выступало всё население. Маркс и энгельс постоянно помогали Социал-демократической партии Германии. В письмах к её руководителям они постоянно давали важные практические советы и указания, обращали внимание на опасности, грозившие здоровому развитию партии. Быстрый рост рядов Германской социал-демократической партии и её влияние среди рабочих вставали серьёзным препятствием на пути юнкерско-буржуазного правительства Германии. Чтобы устранить это препятствие, поддержанный помещиками и буржуазией Бисмарк проводит в конце 1878 года через рейхстаг исключительный закон против социалистов. Одним ударом всякая легальная деятельность Социал-демократической партии насильственно прекращалась и сама партия фактически объявлялась вне закона. Руководство партии оказалось неподготовленным к этому удару. Оно растерялось настолько, что само приняло решение о роспуске партийной организации и своего правления, вместо того, чтобы сразу перестроится и перейти на нелегальное положение, приступить к нелегальной работе в ответ на исключительный закон. (как похоже на то, что творила наша чернь, запретив компартию. Всем партиям существовать можно, а компартии нельзя. Вот как преисподняя боится Учения Христоса, а опыт надо помнить и всегда быть готовыми перейти в подполье. В обстановке правительственных преследований, дезорганизации руководства, не проявившего сразу необходимой стойкости и революционности, быстро усилился оппортунизм. Часть неустойчивых элементов перешла на анархистские позиции. Другая часть, занимавшая видное положение в партии, особенно в парламентской фракции, выступила с откровенно ликвидаторской платформой выдвинув своих идеологов.

В эти же годы развил бурную деятельность приват-доцент Берлинского Университета Дюринг. Весьма нашпигованный науками, но бездарный, этот человек вообразил себя новоявленным реформатором и объявил, что изобретённая им "система" взглядов произведёт переворот в философии и в политической экономии. Идея этого скучнейшего, узколобого педанта, типичного мелкобуржуазного социалиста пришлись, однако, по вкусу некоторым вождям германской социал-демократии, и они принялись усердно начинять ими головы рабочих.( Потрясает изучение прошлого; там ответы на все вопросы, возникающие сегодня. Персонажи из прошлого воплощаются в современом мире с удивительной систематичностью и как же они узнаваемы сегодня). Хвалебные статьи о Дюринге появились в социалистической печати. Несколько невежд, ошеломлённых обилием малопонятных, туманных мыслей и неудержимым словоизвержением, восхищались новой "системой." Они убедили в этом тех, кто ничего не читал, судил обо всём с чисто стадным неистовством. (Ничего не меняется в безграмотном большинстве). Встревоженный Вильгельм Либкнехт обратился к Марксу и Энгельсу за теоретической поддержкой и получил её. Чтобы не отрывать Мавра (так звали Маркса близкие) от работы над следующими томами "Капитала," неутомимый Генерал взялся сам сразить всеядного берлинского учёного. Однако, следуя неизменному правилу помогать другу, Маркс написал для критической книги против Дюринга одну главу - о политической экономии. В начале 1877 года в германской социал-демократической газете "Вперёд" начала печаться серия статей Энгельса под заголовком "Переворот в науке, произведённый господином Евгением Дюрингом." Годом позже те же статьи были изданы книгой, названной "Антидюринг." Так как Дюринг в своей "системе" попытался охватить весьма обширную область знаний, то и Энгельсу, опровергающему его и разбивающему одно за другим теоретические положения, пришлось писать о самых разнородных предметах: от концепции материи и движения до преходящей сущности моральных идей, от дарвиновского естественного отбора до воспитания молодого поколения в будущем обществе. В борьбе с Дюрингом была создана своеобразная новая энциклопедия, в которой отражены важнейшие вопросы естествознания, политической экономии, философии и других наук. Энгельс добился своей цели и блестяще защитил последовательное материалистическое мировоззрение от лжи, путаницы философского идеализма. На многочисленных примерах, взятых из математики, химии, физики,биологии, он показал, что в природе сквозь хаос бесчисленных изменений пробивают себе путь те же диалектические законы движения, которые и в истории господствуют над кажущейся случайностью событий." "Анти- Дюринг написан ярко и образно. Великолепные сравнения и отточенная ирония перемежаются с глубокими, чисто научными аналитическими рассуждениями и выводами. Страницы книги изобилуют сатирическими отступлениями, а подчас великолепными отступлениями, а подчас великолепными боевыми выпадами. Тяжелодумью и схоластическому фиглярству совершенно запутавшегося в собственных мыслях Дюринга, противопоставлен до прозрачности ясный, логический стиль могучего публициста и литератора Энгельса. Выступая против абсрактных, туманных рассуждений противника, Энгельс без труда добирается до самой сущности его мнимой науки. Во время очередной поездки на лечение в Карлсбад Маркс познакомился и сблизился с видным социологом и учёным, юристом Максимом Максимовичем Ковалевским. Маркс считал умного и многознающего русского "другом только по науке," подчёркивая этим, что он не был его другом по борьбе." Но Ковалевский гордился и этим определением и всегда говорил, что в лице Маркса имел счастье встретиться с "одним из тех умственых и нравственных вождей человечества, которые по праву могут считаться великими." После 60 лет Женни Маркс начала хворать. Маркс с тревогой всматривался в дорогое лицо жены и замечал, как обострились его черты, постарела и посерела кожа, как гасли лучи прекрасных карих глаз. Женни очень похудела, всё чаще старалась скрывать боли и нарастающую слабость. Чахла и Лицци Энгельс. В 1878 году она скончалаь. Смерть подруги глубоко поразила Женни. Она поняла, что и её жизнь подходит к концу. Она крепилась, чтоб не волновать любимых близких даже когда больше не оставалось сомнений и слово, страшное, как смертный приговор, - рак - было произнесено, Женни встретила его улыбкой и постаралась развеять нависшей над домом ужас уверением, что чувствует себя значительно лучше. Но Маркс оцепенел; впервые в жизни этот человек из гранита, растерялся. Любовь к Женни, скопленная за всю его жизнь, выявилась теперь с новой силой. Только Ленхен умела так ходить за больной, развлекать её, баловать ходить, как это делал Карл. Он гнал думы о разлуке в постоянном общении с той, кто давно уже стал частью его души. А когда мысль о том, что спасения для Женни нет, он отвлекал себя решением самых сложных математических задач и труднейших примеров этой неисчерпаемой и поглощающей всё сознание науки. Карл совершенно поседел. Женни страдала за Карла так же сильно, как он за неё. И оба они терзались и ужасом разлуки и жалостью друг к другу. 2 декабря 1881 года умерла Женни Маркс. В это тяжелейшее время Маркс работал, торопясь закончить свою миссию на земле. Он встречался с революцонерами из России. В ответ на рассказы русских о происходящем в России Маркс сказал:" Русского царя провозгласили главой европейской реакции. Теперь царь, содержащийся в Гатчине, военно-пленный революции, и Россия представляет собой передовой отряд революционного движения в Европе." Именно Россия благословлялась Высшим Разумом для рождения в ней Новой Цивилизации! Маркс за свою жизнь написал множество писем. Он не жалел на это времени, так как при разбросанности по всему свету изгнанников-революционеров после революции 1848-49 годов Маркс считал весьма важным делиться со своими друзьями и соратниками мыслями по всем вопросам текущей политики, эконоимки и философии. Письма Маркса сохранили приметы времени, неизменный интерес ко всему, что происходило в мире и особенно в России. Его переписка с русскими товарищами по борьбе продолжалась около четырёх десятилетий. Всё без исключения к 70-м годам в этой полуфеодальной стране волновало его мысль. Для разумных душ, больших сердец и умов не наступает увядания. Но там, где человек заботится только о процветании материальной скверны и вожделении плоти, там происходит не только увядание, но идёт полная деградация людей, а значит всего общества. У некоторых диких племён ценились мускулы больше мозга и физически дряхлый старик становился обузой и от него стремились избавиться, чем выше духовный мир человечества, тем дороже для него мудрость, опыт, знание жизни - то, что несут с собой годы, века. Но к сожалению человечество находится на стадии дикого племени. И всё увеличивается и увеличивается численность цивилизованного стада скотов, мировоззрение которого - материальная скверна и вожделение плоти. Люди превращаются в ничтожества, готовые своим невежеством и примитивностью погубить и свои души и мир вокруг. А потому и потери свои и чужие переживают исходя из степени своего эгоизма. Чем он выше, тем скорее умирает Душа. . Для гениев же нет старости. Маркс с годами становился всё более мощен духовно. Его мышление, творчество, стиль достигли высочайших вершин. Но смерть жены нанесла ему тяжёлый удар. Он уподобился орлу с раздробленным крылом. Ему снова приходится заниматься всё ухудшающимся здоровьем. Всю нежность, которой так много было в сердце Маркса, он перенёс на своих дочерей и внуков. Он всегда горячо любил детей. Все ребятишки квартала знали, что в карманах дяди Карла для них обязательно найдутся леденцы. Оставшись без Женни, Карл надеялся заполнить бездонную пустоту, образовавшуюся в его сердце, обязанностями дедушки. Однако, несмотря на горячее желание Маркса жить среди своих детей, это не осуществилось. Здоровье его непрерывно ухудшалось. Климат Лондона стал причиной болезней Маркса, однако вернуться на родину в Германию он не мог, его немецкая чернь изгнала навечно. Подле него постоянно находилась Элеонора. После смерти матери она была всё ещё крайне подавлена и печальна. Маркса огорчало, что молодая девушка вынуждена быть при нём чем-то вроде сиделки, но он скрывал от дочери эти горестные мысли. Элеонора была впечатлительна и, несмотря на кажущуюся силу духа, легко ранима. Она не нашла ещё своего назначения в жизни и металась, не зная, остановиться ли на театре, где она изредка уже выступала с некоторым успехом, стать ли писательницей или посвяить себя общественной и педагогической деятельности. Склад характера и дарования открывали перед ней эти дороги. У Элеоноры был прекрасный, низкий, гибкий голос, чёткая дикция, хорошая внешность. Но, страстно любя театр, Элеонора отказалась от него, направив всю кипучую энергию и талант на политическую деятельность. Её чарущий голос пригодился на трибуне, на собраниях. Она стала одним из лучших пропагандистов бессмертных идей Высшего Разума, которые пришли в мир через её отца. И как некогда молодого Карла труженики называли "отец," так тридцатилетнюю Элеонору английские работницы прозвали "наша мать." По совету врачей он сам поехал в Алжир к теплу и солнцу. Из Алжира, где ему стало хуже, Маркс выехал в княжестао Монако, в Монте- Карло. Осматривая достопримечательности этого города игроков, расположенного на крутом обрыве над Средиземным морем, Маркс отправился в казино, где мужчины и женщины, съехавшиеся со всего мира, в умопомрачении азарта ставили на рулетку всё своё состояние в надежде обогатиться. Маркс был в шоке от увиденного. Позади казино, в кипарисовой аллее, находился "выступ самоубийц." Рассматривая залы казино и людей, охваченных лихорадкой наживы, Маркс вспомнил слова Гёте:"О Боже, как велик твой зверинец!" В читальне, подле игорных комнат, он нашёл интересовавшие его итальянские и французские газеты, что показалось ему самым значительным достижением Монте-Карло. Немного подлечив плеврит, Маркс прибыл в Аржантейль, к дочери Женни и внукам. Там , среди детей он несколько ожил душевно. Наконец медики разрешили ему вернуться в Англию. Маркс рвался к работе, спешил набело переписать 2 том "Капитала." Свой труд он посвящал Женни. Новая беда постучалась в дом. Внезапно умерла дочь Маркса - Женни Лонге. Получив страшное известие о смерти сестры, Элеонора поехала к отцу. Много пришлось молодой девушке пережить горьких минут, но вряд ли они могли сравниться с тем, что перечувчствовала она, пересекая на маленьком катере море. Покойной Женни Лонг минуло 39 лет. Она была полна сил и желания жить, четверо её сыновей были ещё очень малы, а совсем недавно у неё родилась дочь, названная тоже Женни. Элеонора везла отцу смертный приговор. После этого известия началась душевная агония Маркса. Но как всегда Маркс владел собой. Он приказал Элеоноре немедленно ехать к осиротевшим детям. Маркс стоически переносил физические и душевные страдания. Друзья и врачи делали всё, чтобы облегчить его страдания. Но 14 марта Маркса не стало. Он умер во сне, сидя в кресле. "Человечество стало ниже на одну голову, и притом на самую значительную из всех, которыми оно в наше время обладало," - писал Энгельс соратникам. 17 марта в субботу, на Хайгетском кладбище в той самой могиле, в которой 15 месяцев назад была погребена Женни, хоронили Маркса. Шарль Лонге прочёл телеграммы от Французской, Испанской рабочих партий. От имени немцев прощался с Марксом Либкнехт. Затем огласили обращение от русских социалистов. Маркс был человеком, которого больше всех ненавидели и на которого больше всех клеветали. Такая судьба всех посланников Высшего Разума (Бога). Их боится и ненавидит чернь всех времён и народов. В случае с И. Христосом великие лжепророки в такие туманы укутали Устав (Новый Завет), что и по сегодняшний день в тумане крепко держат безграмотное большинство. Правительства - и самодержавные и республиканские - высылали его, буржуа - и консервативные и ультраплутократические - наперебой осыпали его клеветой и проклятиями. Он отметал всё это, как паутину, не уделяя этому внимания, отвечая лишь при крайней необходимости. И он умер, почитаемый, любимый, оплакиваемый миллионами революционных соратников во всей Европе и Америке, от сибирских рудников до Калифорнии. У него было много противников, но вряд ли был хоть один личный враг. Энгельс нашёл некоторое утешение в обширной переписке с друзьями и соратниками во всех концах Земли. Они были неразрывно связаны, как и он, с памятью Маркса. Им предстояло сообща нести его учение, создавать и укреплять пролетарские партии. Унынию и отчаянию не было места. Жизнь настоятельно требовала действий. Энгельс знал, что не имеет права на слабость, так как дружба обязывает и требует не одних слов, не только слёз, но деятельности. Некоторые труды Маркса, написанные в последние годы, нуждались в окончательном завершении. Два последующих тома "Капитала" были готовы лишь вчерне, а человечество ждало их. Надо было жить и ради этого. Божьим промыслом Энгельс для того и был рядом, чтоб миссия Маркса - дать людям чертежи построения Новой Цивилизации, - была выполнена. Елена Демут приняла приглашение поселиться у Энгельса. Она приняла быт дома на себя, чтобы Энгельс мог, не тратя сил на бытовые мелочи, целиком отдаться работе над рукописным наследством Маркса, а так-же руководству международным движением. Отныне Энгельсу предстояло возглавить армии борцов за социализм. Младшая дочь Маркса Элеонора была не только любимицей, но и деятельным помощником Энгельса во всех его начинаниях. Лаура и Поль Лафарги и революционеры разных национальностей продолжали претворять в жизнь заветы Маркса и его учение. Два замечательных научных труда, "Происхождение семьи, частной собственности и государства," а также "Диалектика природы," были изданы Энгельсом после 1883 года. (Информация из книги Галины Серебряковой "Карл Маркс." Эта книга - научно-художественная биография Карла Маркса и Фридриха Энгельса - посланников Бога, которые были призваны в мир, чтобы оставить человечеству знания о законах общения людей друг с другом и окружающим миром, о неправедном триединстве, о строительстве Новой Цивилизации. Их много приходило в веках, последователей Иисус Христоса, среди них Ленин и Сталин, поставленные Всевышним для строительства Новой Цивилизации, которая, несмотря на невероятную ненависть черни своей и иноземной, была построена и явила миру пример счастья людей, избравших жизнь по Уставу Христоса и в знаке Бога - движение и покой. Это была Великая Держава - Союз Советских Социалистических Республик главным законом этой Державы был закон взаимного должествования. В страшной войне отстоял советский народ свою любимую страну, но уберечься от ЖИДомасонской напасти - не смогли. Всё, что этой плесени не удалось добиться в 1917 году, она добилась в 90-х 20 столетия. Книга "Карл Маркс" автор Галина Серебрякова. Издательство ЦК ВЛКСМ - Молодая гвардия - 1962г.

УЛЬЯНОВЫ.

В Нижнем Новгороде Ульяновы жили уже третий год. До этого Илья Николаевич почти восемь лет учительствовал в Пензе. Илья Николаевич закончил в 1854 году физико-математический факультет Казанского университета, как было отмечено в дипломе, "из главных предметов с успехами "отлично." Он написал диссертацию на тему:"Способ Ольберса и его применение к определению орбиты кометы Клинкерфюса." Профессор астрономии Ковалевский (тот самый, что приятельствовал с Марксом) писал:"эта научная работа "показывает, что господинн Ульянов постиг сущность астрономических вычислений, которые, как известно, весьма часто требуют особых соображений и приёмов." и сделал такой вывод: "Это сочинение я считаю вполне соответствующим степени кандидата математических наук." Ученый совет факультета присвоил Илье Николаевичу звание кандидата математических наук. Это была большая победа. Ведь Илья Николаевич первым в семье Ульяновых получил высшее образование. И достиг этого он только благодаря своей настойчивости, неутомимому трудолюбию. Отец умер, когда Илье было всего семь лет. Мать ничем не могла помочь: она и сама была на попечении старшего сына Василия. Брат Василий относился к Илье, как к сыну, делился с ним всем, что у него было. Но это были жалкие копейки, потому что зарабатывал брат мало - служил объездчиком на соляных промыслах купцов Сапожниковых, - а прокормить нужно было мать, тётку, младшую сестру. Поскольку Илья Николаевич закончил гимназию с серебряной медалью - это была первая медаль в истории Астраханской гимназии, - то директор ходатайствовал о том, чтобы ему, как лучшему ученику и сироте, дали стипендию. Но ректор университета отказал: стипендии, мол, существуют для детей дворян, а не мещан. Вот и пришлось Илье Николаевичу, пока не закончил университет, зарабатывать на кусок хлеба частными уроками. Теперь, казалось, трудности позади: университет закончен, он сам будет работать. Но складывалось не так, как думалось. Почти год Илья Николаевич не мог получить должность учителя. Пришлось опять, как и при поступлении в университет, обращаться за помощью к профессору Лобачевскому, помощнику попечителя Казанского учебного округа. Николай Иванович Лобачевский приветливо принял молодого кандидата. Внимательно выслушал, обещал помочь. И слово своё, как всегда, сдержал: вскоре уведомил Илью Николаевича, что в Пензенском дворянском институте имеется вакантная должность преподавателя физики и математики. Но прежде чем занять её, нужно пройти испытания в комитете, который экзаменовал кандидатов в учителя. Пятого января 1855 года "произведено было, - как отмечено в протоколе, - испытание ищущему место старшего учителя математики и физики в гимназии кандидату Ульянову, который читал пробную лекцию: 1) из математики: аналитическое изложение конических сечений - ясно и основательно, 2) из физики: о лучистом водовороте - удовлетворительно..." Комитет признал кандидата Ульянова пригодным преподавать математику, но не физику. Но оказалось, что и место преподавателя математики он не может получить, пока не будут распределены по гимназиям сынки дворян - выпускники Главного педагогического института. Однако Илья Николаевич не пал духом, а взялся за книги. Двадцать первого апреля он снова предстал перед комитетской комиссией и сдал испытания по физике. Профессор Лобачевский, получив все эти документы, обратился к министру народного образования, прося его назначить кандидата Ульянова в Пензенский дворянский институт учителем математики и физики. А Илье Николаевичу просил передать, чтобы он, перед выездом в Пензу, зашёл к нему. И как только Илья Николаевич собрался в дорогу - это было в конце мая, - он отправился к своему учителю и благодетелю. Не знал он тогда, что больше его не увидит. Профессор Лобачевский всю жизнь напряжённо трудился над созданием своей гениальной неэвклидной геометрии. Каждый день у него был расписан с точностью до минуты. Сам Лобачевский никогда не опаздывал на лекции и очень сердился, когда это делали другие, и если назначал время приёма, тоже не допускал, чтобы посетитель ожидал его хотя бы минуту. Илья Николаевич хорошо знал эту черту старого профессора, а потому явился на приём раньше назначенного времени. Собирался подождать в приёмной. Но не успел сесть, как из кабинета вышел секретарь и сказал:"Господин Ульянов, профессор вас просит... Готовясь к этой встрече, Илья Николаевич даже набросал несколько вариантов того, что ему хотелось сказать своему обожаемому учителю. Ведь именно Лобачевский помог ему поступить в университет. Хотя Илья Николаевич хорошо сдал экзамены, его не зачисляли в университет, потому что астраханская городская дума не выдавала свидетельства о том, что он уволен из мещанского сословия. Не подобает, мол, нищему мещанину да ещё сироте, лезть в университет. Наши дети не сироты и то сидят дома и никуда не суются. Если бы Лобачевский не разрешил посещать лекции без справки - а это справка считалась обязательной! - то, пожалуй, пришлось бы Илье возвращаться домой, распрощавшись с мечтой о высшем образовании. И теперь хотелось сказать этому человеку что-то особенное. Притом без славословия, чего Лобачевский не терпел, а разумно и сдержанно. - Очень рад за вас, мой юный коллега! - хриплым голосом проговорил профессор, с трудом поднявшись с кресла и протягивая руку секретарю, а не Илье Николаевичу. Увидел это Илья Николаевич, и сердце его болезненно сжалось, из головы мигом вылетели все фразы, какие он приготовился сказать. Значит, правду говорят: профессор почти ничего уже не видит. Секретарь представил Илью Николаевича, и тот кинулся к любимому учителю, бережно пожал его старческую, сухую, но ещё крепкую руку. Лобачевский пригласил садится, опустился в кресло сам и долго не мог сдержать кашель. Илья Николаевич смотрел на его большое, сосредоточенно- строгое лицо - худое и болезненно-жёлтое, на широкий лоб, на запавшие, тусклые тёмно-серые глаза, на сурово сведённые дуги бровей, слышал, как он тяжело дышит, и слёзы клубком подступили к горлу. Родной отец не сделал для Ильи Николаевича так много, как этот суровый на вид, но бесконечно добрый человек. Илья Николаевич ещё острее чувствовал свою вину - ведь он беспокоил своими просьбами больного. Он встал и начал благодарить, но профессор оборвал его так же сурово, как это делал на экзаменах, когда студент говорил не то, что нужно: - Оставьте! И садитесь, пожалуйста. Не забывайте, что вы уже не студент, а старший учитель института. - Сердито нахмуренные брови Николая Ивановича зашевелились и слегка разошлись, отчего лицо его вмиг посветлело. - Привыкайте к тому, что теперь перед вами будут вставать ученики... Ну, так вот, - переведя дыхание, продолжал он. - Пригласил я вас, юный коллега, по важному делу. При Пензенском институте существует хорошо оборудованная метеорологическая станция, а наблюдения вести некому. Учитель математики Панов, которому это поручили, как сообщает мне профессор Савельев, присылает таблицы, полные курьёзов. Если верить Панову, в два часа дня термометр в тени показывает почти на пять градусов больше, чем на солнце. Тут чувствуется не просто незнание дела, а и легкомысленное отношение к нему. И причина тут одна: эту кропотливую работу приходится выполнять без всякого вознаграждения... - Подавив приступ кашля, Николай Иванович продолжал: - Я предлагаю вам, господин Ульянов, взять на себя заведование метеорологической станцией. - Господин профессор, это для меня большая честь! - с искренней радостью ответил Илья Николаевич. - Вы, насколько мне известно, занимались метеорологическими наблюдениями при обсерватории университета... Под руководством профессора Савельева. - Да - ответил Илья Николаевич. - И чувствуете себя подготовленным самостоятельно вести наблюдения? - Нет. Мне нужно ещё много учиться. - Хорошо, - едва сдерживая приступ кашля, отчего набухла жила на лбу и побагровело лицо, проговорил Николай Иванович. - Я вижу профессор Савельев прав: у вас есть желание вести эту очень нужную для науки работу. Нынче зайдите к нему. Он даст необходимые инструкции. - Николай Иванович не мог долго откашляться. - И вот что я вам хочу сказать, мой юный коллега, - заговорил он, отдышавшись, - не ограничивайте себя рамками узколобых учебников, инстукций и программ. Продолжайте глубоко и основательно изучать науку. Я говорил об этом, писал и не перестану повторять до конца дней своих: всегда помните, что человек рождён быть владыкой, царём природы на Земле. Но мудрость, с какою человек должен править всем со своего наследственного трона, не даётся ему от рождения. Мудрость эта приобретается наукой. Теперь это вы должны не только понимать сами, а прививать своим ученикам. На прощанье Николай Иванович пожелал Ульянову успехов в нелёгком труде. "Возлагаю большие надежды на то, что наведёте порядок на метеорологической станции. А сведения, какие вы добудете своим скромным трудом, пригодятся и нынешней науке, а наипаче - науке грядущей. И пусть эта мысль будет опорой и поддержкой вам в самые трудные минуты жизни! - торжественно закончил профессор. Метеорологические наблюдения в Пензе Илья Николаевич вёл восемь лет очень аккуратно и точно. Даже во время болезни не прекращал работы. Его материалы были использованы в статьях и книгах многих учёных. Но Лобачевскому не пришлось порадоваться успехам своего ученика: в феврале 1856 года - меньше чем через год - он скончался от паралича лёгких...

Наскоро пообедав, Илья Николаевич прошёл в свой кабинет и прилёг на диване. Мария Александровна забеспокоилась, спросила не из-за неё ли он расстроен, она не выполняет его просьбы беречь себя. "Что ты , Маша, всполошился Илья Николаевич. Как могла ты это подумать?! Просто надо идти на педсовет и слушать там бессмысленную болтовню интригана Розинга. Неприятно это. Противно! Но не пойти нельзя! Заседания объединённого педагогического совета - гимназии и дворянского института - происходили в помещении гимназии. А созывались они, как правило, по требованию директора института Розинга. Он определял и круг вопросов, с его точки зрения, настолько важных, что они требовали "единомыслия." На этот раз решался вопрос: "Могут ли ученики гимназии участвовать в благотворительных спектаклях?" Везде и всюду Розингу мерещилась крамола. Илья Николаевич слушал его и не мог понять: действительно ли Розинг верит в то, что говорит, или только поднимает шум ради того, чтобы показать начальству, как зорко блюдет он нравственность своих воспитанников? Пожалуй последнее. Будь у Розинга власть, он все классы своего института превратил бы в карцеры и там проводил бы "обучение". Долго и нудно говорил Розинг о том, что гимназистов повсюду подстрекают враги престола; что это они - нигилисты - и спектакли устраивают, а собранные средства употребляют на пропаганду своих "мерзостных дел." (Вы только задумайтесь! Стоят на своём, что неправедное триединство - то есть материальная скверна и вожделение плоти - это и есть мировой порядок! А Устав Христоса для них "мерзостные дела.)" Принимая участие в подобных спектаклях, неопытные гимназисты и заражаются всяческими зловредными ересями. А после, придя в класс, распространяют эту чуму по всему институту, по всей гимназии. И учителя стали выступать в поддержку своего директора. Когда же все верноподданные Розинга высказались, наступило тяжёлое молчание. Садоков, вспомнив, что он председательствует, заговорил с подчёркнутой любезностью:"Господа, пожалуйста, кому ещё угодно высказать свои соображения? Все молчали. Илья Николаевич не хотел выступать, считая, что незачем тратить время на обсуждение. Но, увидев, что все не согласные с Розингом молчат, боясь навлечь на себя его гнев, решил высказать своё мнение(вот по милости таких и цветёт махровым цветом преисполняя). Знал: то, что он скажет, не понравится Розингу, но пойти против совести не мог. Нарушив общее молчание, попросил слова. Своим тихим всегда спокойным голосом сказал:"Я, не вижу опасности в том, что наши воспитанники будут участвовать в любительских спектаклях. Более того! - повысив голос, продолжал он, увидев, что Розинг сердито заёрзал в кресле. - Я считаю, что это занятие отучит их бесцельно слоняться по улицам. Выступая перед публикой, наши воспитанники научатся больше внимания обращать на свои манеры, к чему мы, господа, как вам известно, постоянно, но - к сожалению! - без особенного успеха призываем их...(призывать - не имеет успеха нигде и в церкви тоже. Среда воспитывает. И если это не среда преисподней, то и будут вырастать её дети!) Я не могу подать свой голос за запрещение." - Господин Ульянов! - с раздражением выкрикнул Розинг, - Вы забыли, что это запрещение необходимо для защиты от крамольных влияний! Розинг в ответ разразился длинной речью, полной угроз по адресу крамольников и тех, кто их поддерживает. Хорошенько запомните, дорогие мои потомки, крамола, - это учение Христоса, так считает преисподняя. Отчего такая убеждённая?! Ответить на вопос поможет нам информация в изобилии представленная нам посланниками Бога. Читайте, ищите, умнейте). Директор гимназии Садоков понимал бессмысленность этой полицейской меры, в душе был согласен с Ильёй Николаевичем, но не решился возразить Розингу. Илья Николаевич понимал, что Розинг будет мстить. Пожалуй, только то и переменится, что всегда он мстил тайно, а теперь будет делать это открыто. Илья Николавич перевёлся по приглашению директора гимназии Тимофеева в Нижний Новгород. Илья Николаевич был учеником Тимофеева , когда тот преподавал в Астраханской гимназии, а после они вместе учительствовали в Пензе. Тимофеев был высокого мнения об Ульянове, как педагоге. Но работать со своим учителем Ульянову довелось недолго. Тимофееву был подчинён и дворянский институт. А этого места давно уже добивался инспектор Розинг, невежда и скандалист, не брезговавший даже доносами, лишь бы добиться своего. (Именно из таких змеиных головок и состоит Чудовище - Система минус). Увидев, что должность, на которую давно зарился, отдана Тимофееву, Розинг принялся рассылать кляузы и доносы во все инстанции.

(Вот так они и действуют всегда, подлые мёртвые души. Вот так и лжесвидетельствовали на неугодных себе, губили, посылали на смерть. Во все времена не меняются. Писали поклёпы на хорошихи достойных людей в стране Советов. И сегодня они ещё страшнее прежних. У любимого нашего народного артиста СССР Весника, вот также оклеветали отца - Героя Гражданской войны, вся грудь в орденах, директора большого завода. Хрошо постарались - его расстреляли, а на Сталина всё сваливали. Сегодня на Путина, ктороый виноват, что все придворные нагло воруют. Очень удобно. Конечно, возмездие придёт, карма у всех работает. Что посеют, то и пожнут. Да только вот жизнь короткая, поэтому приходится расплачиваться потомкам и редко авторам подлости.

Поклёпы этого интригана были настолько очевидны, что даже отъявленный реакционер, попечитель Казанского учебного округа Шестаков, уволил его из института. Министр это утвердил. В распоряжении по округу говорилось, что человек, подобный Розингу, "не может и не должен быть воспитателем." И что же?! Ровно через месяц Розинга назначают директором того же самого института, откуда его только что с позором выставили. И кто же проявил такую милость?! Сам царь Александр Второй. Все только ахнули и руками развели. 9Сегодня в России - это норма жизни!!!) Как было не поверить после этого, что Розинг - друг царя. Помимо гимназии, Ульянов преподавал на землемерно-таксаторских курсах и в первом женском училище. Был ещё и воспитателем в пансионе дворянского института. Но как только Розинг взял управление институтом в свои нечистые руки, Ульянов немедленно подал просьбу - освободить его от обязанностей воспитателя. Кроме антипатии к Розингу, была ещё одна причина, если при Тимофееве воспитатели действительно занимались воспитанием, то Розинг в первый же день заявил:"Мне сам государь поручил воспитание детей дворян, и я обязан знать, как они живут, чем дышат. Я буду требовать от вас, господа воспитатели, рапортов о каждом вашем шаге. Поскольку за Тимофеевым не числилось никакой вины, ему дали должность инспектора учебного округа. Формально это было повышением, а на самом деле - отстранением от воспитательной деятельности, которой он посвятил столько лет и сил. Обязанности директора Нижегородской гимназии были возложены на Садокова, который засиделся в инспекторах, - эту должность он много лет занимал в том же Пензенском дворянском институте, где участвовал Ульянов, и, ясное дело, рад был подняться хотя бы на одну ступень служебной лестницы. Сделать это, проявив самостоятельность, нельзя было: Розинг мигом устранил бы его. И Садоков решил: пускай Розинг распоряжается как ему угодно, лишь бы самому получить место директора. Это целиком устраивало Розинга, и Садоков был утверждён директором гимназии. Усевшись в директорское кресло, Константин Иванович попытался было - очень робко - проявить некоторую самостоятельность, но из этого ничего не вышло. Розинг крепко держал всё в своих руках. Илью Николаевича Садоков знал много лет по совместной работе. Ценил его как педагога. Садокову не хотелось отпускать его из гимназии. А Розинг сердито говорил: - У господина Ульянова фанаберии (спеси, чванства, надменности) много! Вы преступно либеральничайте с ним! Из-за Ульянова отношения Садокова с Розингом настолько обострились, что он внутренне уже соглашался уволить Илью Николаевича, однако было одно "но"... Тимофеев как инспектор округа, ни за что не дал бы соглассия на увольнение Улянова из гимназии без всяких на то оснований. А Илья Николаевич преподавал и вёл себя так, что придраться к нему было трудно. "Ну и задача," - нередко думал Садоков после очередной стычки с Розингом, - Голова кругом идёт, а выхода никак не найду. Нужно, что-то придумать"... Хотя Ульянов и не знал этих директорских планов, но по тому, как переменился к нему Садоков, чувствовал: он что-то замышляет. Вот так этов сё и делается. Сегодня ещё более гало и более цинично).

Но вот и каникулы. В семье намечалось очень важное событие. Ждал Илья Николаевич сына, но не говорил об этом жене: боялся, что, если опять родится девочка, они оба будут испытывать неловкость. И разве можно великую тайну рождения человека ставить в зависимость от чьих-то желаний? Хорошо, конечно, если родится сын. Но если на свет появится девочка, он ей будет очень рад. От Марии Александровны, однако, не укрылось тайное желание мужа - отец всегда за сына! - и она молила бога, чтобы у неё был сын, - она уже и имя ему подобрала - Александр. Отец её, Александр Дмитриевич, конечно, будет доволен, если она первенцу-сыну даст его имя. Первенца-девочку назвали в честь матери Ильи Николаевича - Анной. Ведь эти двое стариков - её отец и свекровь - только и остались в живых. Анна Алексеева живёт в Астрахани со старшим сыном Василием, а Александр Дмитриевич - в деревне Кокушкино. Было у него пять дочерей и сын, да все разъехались кто куда. Тоскливо было старику, но он с суровой сдержанностью переносил своё одиночество. Машенька, отцовская любимица, дольше всех жила при нём, а когда вышла замуж, не переставала звать его к себе. Но он упрямо повторял своё:"До смерти я и тут дотяну..." Маше нельзя было надолго уходить из дома, поэтому гулять с Аней ходил Илья. Он не в чём не мог отказать своей Анечке и теперь она утащила его на берег Волги смотреть, как ходят параходики. Во время прогулки Аня простудилась, пришлось держать её в постеле. Чувствовал себя виноватым - не уследил, простудил, но подошла Машенька, погладила по плечу, успокоила:"Обойдётся, всё будет хорошо!" Но волнения Ильи Николаевича были свзаны с Машей. И работа не шла на ум, и сидеть без дела около жены как-то неловко. Заставил заняться работой - давно надо ответить на письма. Сидел в кабинете, не зная как поступить. В такие минуты начинал даже жалеть, что нет уроков, там он забывал обо всём, и время проходило быстрее. Сел в кресло и уснул. Проснулся от того, что его звала Маша. Началось. "Боже мой! Я кажется, заснул. Она, должно быть, давно уже зовёт меня," - прнеслось в голове; кинулся в комнату жены. Увидел страдальческое лицо и сердце словно оборвалось. Старейшим акушером города был Серафим Петрович Гацисский. К нему и поспешил Илья Николаевич. Это была весна 1866 года, в семье Ульяновых родился сын Александр.

В Пензе Илья Николаевич квартировал у учителя Захарова, где чувствовал себя как дома. Одну из комнат Захаров сдавал двоюродным братьям-гимназистам - Ишутину и Каракозову. Каракозов был родом из обедневшей дворянской семьи и жил на гроши, которые присылал ему брат, хозяйничавший в усадьбе. У Ишутина не было родных, и он воспитывался в семье Каракозовых. Жили они дружно, хотя люди были разные. Маленький, подвижный, очень сутулый - его даже дразнили горбуном, - Ишутин был вспыльчив и впечатлителен. Он болезнено откликался на любую несправедливость, постоянно организовывал протесты, спорил, кричал, носился с запрещёнными брошюрами. А высокий, худой Митя Каракозов молча поддерживал своего двоюродного брата. После перенесённой в детстве тяжёлой болезни Митя был глуховат и, как человек застенчивый, весьма это переживал. Вокруг Ишутина, как говорило начальство института постоянно возникали "заговоры." Ядром этих "заговоров" были верные друзья Ишутина - Николай Странден, Пётр Ермолов, Дмитрий Юрасов. Они часто собирались в комнате у Ишутина и Каракозова и, бывало, спорили до утра. Часто в этих спорах, когда они касались не института, а произведений любимых писателей - Чернышевского и Добролюбова, участвовали и Захаров с Ульяновым. Этим доверием своих учителей молодые люди никогда не злоупотребляли. Как и о чём ни спорили бы у себя на квартире, точно с равными, со своими учителями, но придя в класс, вели себя с ними, как все ученики. Захаров, преподававший словесность, не только не призывал своих воспитаников к благоразумию, а всячески поддерживал и разжигал в них бунтарские порывы; в последних классах давал им запрещённую литературу (запрещённую чернью неправедного триединства. Она у власти, значит, кто не с ней, тот против неё. А кто не с нами, тот против нас. Война! А на войне, как на войне!), и беседовал с ними уже не как с учениками, а как со своими единомышленниками. Такие же отношения с Ишутиным, Каракозовым и их друзьями были и у Ильи Николаевича, на которого Захаров оказывал большое влияние: у них были общие политические идеалы, усвоенные от великих учителей - Чернышевского, Некрасова, Добролюбова. Илья Николаевич мог часами декламировать наизусть стихи Некрасова, а Добролюбова прямо боготворил: так глубоко проникали в его чистую душу все новые и смелые слова великого критика о просвещении народа, о воспитании нового человека. Годы жизни на квартире у Захарова и идейной дружбы с ним и учителем Логиновым - тоже очень смелым, откровенно революционно настроенным - были самой светлой порой его жизни. Захаров, хотя и увлекающийся, никогда не забывался. Он умел в кругу единомышленников быть одним, а среди чиновников - другим. Но Логинов был начисто лишён чувства осторожности. Говорил, точно топором рубил: всегда то, что думал. Чинуши-учителя шарахались от него, как от сумасшедшего, делали вид, что ничего не слышат. А Логинов только вызывающе улыбался, наблюдал, какое впечатление производят его слова на боязливых коллег. Логинову не терпелось публично высказать свои идеи, как он говорил Захарову и Илье Николаевичу, - кинуть бомбу в затхлое болото российской действительности, - и он приготовил речь, с которой собирался выступить на ежегодном акте института:"Очерк сатирического направления русской литературы 18 века." В Казанском учебном округе, куда послали эту речь, её разрешили, не усмотрев в ней ничего крамольного. "Общественное мнение, - писал в своём отзыве профессор Григорьев, - нисколько не может быть затронуто резкими выдержками о прошедших предрассудках." (Как же преисподняя денно и нощно бдит своё царство?! Потрясающая наглость веками процветает. А нам учиться у неё и учиться!!) Логинов благодарил Ульянова за идею. - Поблагодарите после того, как выступите, - добродушно улыбаясь, отвечал Илья Николаевич. - А пришла мне в голову такая мысль потому, что сам я ещё гимназистом писал о сатирическом направлении русской литературы восемнадцатого столетия, намереваясь высказать то, что бродило в моей юной душе, жаждавшей свободы от неправедного триединства, равенства и братства. Александр Василевич Тимофеев, который вдохновил меня на этот подвиг, одобрил сочинение и даже, помнится, послал в Казань, где к моей работе отнеслись весьма сдержанно... Жаль, что я уезжаю и не увижу, какое впечатление произведёт ваша речь. Но думаю, что не напрасно я рассказывал пензенцам, как устраивать громоотводы: у вас тут что ни слово - громы и молнии... Илья Николаевич не ошибся: речь Логинова - прочитал он её двадцать третьего ноября 1863 года, когда Илья Николаевич был уже в Нижнем Новгороде, - произвела на пензенское "скосткое общество" впечатление внезапно разорвавшейся бомбы. Простому смертному нигде не найти правды, - с выразительным жестом в сторону губернатора и его свиты читал Логинов, возвышая голос до крика, - ибо всюду царит самоуправство, тупое презрение к народу, безверие, смешанное с ханжеством и боязнью чёрта, надменное высокомерие, так легко переходящее в подлость... Все повскакали с мест, и поднялся такой шум, что Логинову пришлось прекратить чтение речи. В Пензе почти тридцать лет хозяйничал взяточник и казнокрад губернатор Панчулидзев со своей кликой чиновников. Воровство дошло до того, что один становой пристав украл даже... деревянный мост. (Подумаеь! У нам министр обороны разрушил святой дух армии и украл с своими фурсетками миллиарды - и ничего!!!) Но в Петербурге Пензенская губерния пользовалась хорошей репутацией, потому, что там, как сообщало начальство в своих докладах, не случилось "ни одной истории." А мир и спокойствие в губернии объяснялись просто: всех до того террорезировала и застращала клика всемогущего Панчулидзова, что никто пикнуть не смел. И хотя свою речь Логинов прочитал спустя два года после того, как Панчулидзев был разоблачён, все его подручные узнали себя - ведь порядки при новом губернаторе почти не переменились. Пензенское дворянство страшно возмутилось. Педагогическому совету Пензенского дворянского института и профессору Григорьеву, который одобрил эту речь, объявили выговор. Логинова, также со строгим выговором, перевели в Самару, под секретный надзор полиции. Завернув в Нижний Новгород - по пути к месту своего нового назначения, - он, весело улыбаясь, говорил Ульянову: - "Всё обошлось сравнительно легко, а удовлетворение какое я получил, читая свою речь, останется самой светлой памятью на всю жизнь. Ах, как безмерно жаль, что вас, Илья Николаевич, не было. - Мне подробно рассказывали, что там происходило. Ваша речь прозвучала на всю Россию... - Поверьте мне, дорогой друг, если я и преувеличиваю, то не намного. Нет такого учителя в нашей губернии, который не читал бы вашей речи. - Да откуда они её берут? Ведь её не публиковали. - Откуда-то переписывают. И, как всегда бывает в таких случаях, со многими дополнениями. Один экземпляр вашей речи мы даже у гимназистов отобрали. Но Александр Васильевич Тимофеев, сочувствуя высказанным вами идеям, не стал делать из этого истории, а попросту спрятал рукопись. Если не верите, зайдите к нему, он вам покажет. Кстати, он будет рад увидеться с вами, он очень хорошего о вас мнения... Ульянов ещё служил в институте, когда уволили его друга Захарова. Генерал- адьютант Огарёв, посланный царём в Пензенскую и приволжские губернии "для обнаружения связей и преступных сношений политических агитаторов с молодёжью, установил, что учитель словесности Захаров вносит в воспитание юношества "начала безнравственности." И если Логинова перевели в другой город, то Захарова секретным циркуляром директорам всех гимназий было запрещено принимать на должность учителя. За резкие протесты были исключены из института лучшие ученики Ильи Николаевича и Захарова Ишутин и Странден. Такая же участь постигла бы и Каракозова, но он уже окончил курс и поступил в Казанский университет, откуда, впрочем, вскоре был исключён за участие в студенческих волнениях. Только осенью 1863 года ему разрешили слушать лекции. Проучился он один год и перешёл в Московский университет, но не мог платить за учение, и его исключили. Впрочем были и другие, более важные причины: за два года жизни в деревне Каракозов насмотрелся на тяжёлое положение крестьян после объявления так называемой "воли," и его всё чаще посещали "крамольные" мысли. Стремление Каракозова горячо разделяли его друзья: Ишутин, Николаев, Странден, Юрасов, Ермолов и Зигибалов, они тоже перебрались в Москву и усиленно подготовляли там освобождение из Сибири своего любимого учителя Чернышевского. В это время и повстречался с ним Захаров, хлопотавший о восстановлении в прежних правах. Хотя жалованье его - он занимал должность секретаря питейно-акцизного общества в Нижнем Новгороде - было выше учительского, он не мог примириться с тем, что его принудили стать чиновником. Долго ходил Владимир Иванович по канцеляриям, но так ничего и не выходил. Приходите завтра, обратитесь к такому-то, Захаров верил чиновникам и ходил, куда его посылали. Не знал, что его имя значится в "чёрных списках" неблагонадёжных, чиновники об этом умалчивали, не допуская разглашения государственной тайны, и гоняли из комнаты в комнату. Расчёт был простой: надоест человеку пороги обивать - он и уйдёт. Так и прозошло - истратив все сбережения, Владимир Иванович, проклиная порядки на "святой Руси," отправился домой. Остановился в Москве, чтобы повидаться с бывшими учениками. Они встретили его восторженно, угощали чаем и беседами о необходимости решительной борьбы со всеми недугами российской жизни. Но сперва нужно освободить Чернышевского из Сибири. Только Николай Гаврилович сможет возглавить революцию!. Только его голос звучит, как набатный колокол! К топору надо звать Русь, а не к куцым реформам. Их было уже много, только народу они ничего не дали. Народ только ещё больше обдирает обнаглевшая чернь. Только социальная революция может всё изменить. И мы должны отдавать все знания и силы для её подготовки. Каждый сознательный человек, которому много дано знаний, сил, способностей, должен всё отдавать своему народу, себе оставляя минимум, - подал свой голос всё время молчавший Каракозов.

Мать Марии умерла, когда девочке было три года. На руках у отца осталось большая семья: пять дочерей - Машенька была предпоследняя - и сын Дмитрий. Один Бог знает, как он управился бы с кучей ребятишек, еслибы не приехала сестра жены, Екатерина Ивановна, и не взяла хозяйство в свои руки. Характер у отца был вспыльчивый, упрямый. Он всегда говорил то, что думал и не уступал, если правда была на его стороне. Это очень не нравилось его начальству и потому ему часто приходилось менять место работы. Екатерине Ивановне это тоже не нравилось, но спорить с Александром Дмитриевичем было невозможно. Единственно с чем она категорически не могла смириться - дети каждое утро обливались холодной водой. Екатерина Ивановна получила неплохое образование и старалась всё, что знала сама передать детям. Они не могли учиться, не было средств на образование; вся большая семья жила на скромный заработок Александра Дмитриевича. (Перед уходом в отставку он был медицинским инспектором златоустовских госпиталей и получал всего 571 рубль 80 копеек в год.) Екатерина Ивановна хорошо знала французский, английский и немецкий языки. Александр Дмитриевич был высокообразованным человеком и мог дать своим детям прекрасное образование. Да и не признавал он этих закрытых частных школ для девочек, где учили манерничать и ловить богатых женихов. (как похоже на день сегодняшний) Отец был невероятно строг с детьми и требовал от них самого серъёзного отношения к учёбе. В семье прививалась любовь к хорошей, умной книге; историю веков изучали по литературным произведениям авторов, которые жили в изучаемом веке. (Услышьте, мои дорогие, запомните, задумайтесь!!!) Литература, искуство, музыка - были главными ведущими в воспитаии в человеке Человека. Ослушаться отца никто не смел, и девочки по целым дням сидели над книжками во всех углах квартиры, готовясь к экзаменам, которые он устраивал. Екатерина Ивановна учила музыке всех детей, но обнаружив в Машеньке настоящий талант, занималась с ней больше, чем с другими. У Маши был замечательный слух и голос. Любовь к музыке Мария сохранила на всю жизнь. Порядок в доме был строгий: дети рано ложились и рано вставали. Летом - купание, зимой холодные обливания. Освобождала от этого только болезнь. Даже в те дни, когда отец уезжал из дому, никто не смел нарушить заведённый порядок. Отец подавал пример тому, как надо закалять себя: в самые лютые морозы он обтирался на улице снегом и носил лёгкую одежду. Всю домашнюю работу девочки делали сами, научились вязать, а когда подросли, то и шили себе всё сами. Тётушка Екатерина так научила их штопать, что часто нельзя было найти заштопаное место. До двадцати восьми лет жила Мария с отцом в деревне Кокушкино. Одна. Все сёстры её, даже младшая, Соня, повыходили замуж, брат рано умер. Невероятно тяжёлое горе. Сын обещал стать талантливым врачом, пойти по стопам отца. От этого удара отец не мог долго оправится. Из деревни она почти никуда не выезжала. Зимой здесь было глухо и тоскливо, а летом шумно и весело: сёстры приезжали в Кокушкино отдыхать со своими мужьями и детьми.

В первые годы после отмены крепостного права все только и говорили о необходимиости дать народу просвещение. Рассуждали так: свободу дали, теперь нужно просветить народ, и он будет вполне счастлив. А о том, что крестьянину нужна земля, которой ему не только не дали, а отобрали даже то, что у него было, - считалось неприличным говорить. Особенно в богатых гостиных, где тоже следуя за модой, говорили, что пришла пора дать образование мужику. Ему и свобода, мол, дана прежде всего затем, чтобы он научился хоть молитвы читать. (Нормально, да?! Паразиты на теле Богоизбранного народа ещё смеют этот народ - соль земли и свет мира, презирать, угнетать, уничтожать.) Мария своими глазами видавшая, как бедно живёт народ, сердцем желала ему добра. То, что она помогала отцу лечить крестьян (он делал это бесплатно) - уже не удовлетворяло её. Давно уже она думала подготовиться и сдать экзамен на звание учительницы. А отцу хотелось, чтобы она стала врачом. Но у Марии не лежало сердце к медицине. Конец сомнениям положил муж сестры, Иван Дмитриевич Веретенников, инспектор Пензенского дворянского института. Он не только поддержал Машу, а прислал все необходимые для подготовки к экзаменам пособия. Когда Маша сказала отцу, что хочет поехать сдавать экзамен на звание учительницы, он воспринял это как измену медицине. Он был категорически против, но Маша объявила, что через неделю она едет сдавать экзамены... Маша уехала. Экзамены сдала хорошо и получила свидетельство учительницы. Но посвятить себя святому делу просвещения народа ей не пришлось: Божьим промыслом её ждала другая миссия. В Пензе она встретилась с Илюшей Ульяновым, молодые люди полюбили друг друга. И вот уже двое детей - Анна и Александр. Они были счастливы. И чем больше Илюша узнавал Марию, тем больше она становилась для него дороже. Илью Николаевича всегда восхищала выдержка, с какой его жена переносила житейские трудности. Ни паники, ни охов и вздохов по поводу всяких мелочей, как бывает с другими женщинами, он у неё не замечал. Она не только сама умела сдерживаться, а ещё и других успокаивала. И не словами, а именно внутренней силой и собранностью своей. Никогда не говорила:"Не волнуйся, успокойся," а как-то умело уводила его мысль от того, что раздражало и он успокаивался. Да просто неловко сердится, когда видишь, что самый дорогой для тебя человек с хорошей, всё понимающей улыбкой смотрит на то, что тебя злит. И ты вдруг словно прозреваешь: значит, не сошёлся свет клином? И машешь рукой: а, бог с ним! И верно, не стоит дело того, чтобы так огорчаться... У Маши было четыре сестры. Все они жили порознь и далеко от неё. Но Бог послал ей подругу. Её звали Матильда Ивановна, она была сестрой милосердия и помогала Марии Алекандровне при родах, которые были сложными, длились трое суток. Они не только подружились, но стали близкими, родными людьми. Так всегда бывает с родственными душами. Матильда Ивановна крестила Сашу и стала его крестной матерью. И ещё одно привлекало в Матильде: большая начитанность, оригинальный, смелый взгляд на всё, о чём бы не заходила речь. Муж Матильды Ивановны, Алексей Фёдорович Мартынов, был человеком передовых взглядов, учился вместе с Чернышевским в Саратовской гимназии, благоговел перед товарищем своей юности, считая себя его единомышленником и смело пропагандировал его идеи. Начальство за это косо смотрело на него, учителя сторонились. Илья Николаевич, разделяя взгляды Чернышевского, близко сошёлся с Мартыновым, они подружились и семьями. Не изменил этой дружбе Илья Николаевич и после того, как Чернышевский был арестован и сослан в Сибирь, тогда как остальные учителя начали чуждаться Мартынова. Осторожный директор гимназии Садоков, по-прежнему весьма любезный с Мартыновым, на вечера к себе всё же перестал его приглашать. Илью Николаевича вся эта история глубоко возмущала, и он под любыми предлогами тоже перестал ходить к директору. Это очень не нравилось жене Садокова, Наталии Александровне. Выросла она в семье человека, в Нижнем Новгороде весьма известного. Отец её, Александр Дмитриевич Улыбышев, был большой знаток музыки, автор книг о Моцарте и Бетховене. Он был связан с декабристами, о чём теперь, когда декабристов вернули из Сибири, было модно говорить. Наталья Александровна постоянно была в обществе умных, талантливых людей. Когда в 1858 году умер отец (на его похоронах был Тарас Григорьевич Шевченко, проживавший в то время в Нижнем Новгороде по возвращении из ссылки, о чём Наталия Александровна всем рассказывала), с ней перестали церемонится. В доме Ульяновых Наталия Александровна была желанным гостем; она довольно хорошо играла на фортопиано и вместе с Марией Александровной они устраивали незабываемые музыкальные вечера. Но с тех пор как Садокова назначили директором гимназии и он попал под влияние, а вернее сказать - под власть Розинга, в их отношениях появилась натянутость. А после того как Илья Николаевич стал на сторону Мартынова, они и совсем разошлись. Наталия Александровна, крестившая всех детей учителей гимназии, очень обиделась, узнав, что Мария Александровна предпочла ей жену учителя Мартынова. Поздравить с сыном она, правда, зашла, но сделала это подчёркнуто официально: я, мол, только сопутствую своему мужу, который выполняет служебный долг. Ульяновых это, впрочем, нисколько не огорчило: они никогда не навязывались в друзья к тем, к кому не испытывали душевной склонности, независимо от того, какой пост занимали эти люди. Илья Николаевич получил печальную весть из Астрахани о том, что мать плоха и молит о том, чтобы всех увидеть. Ульянов срочно поехал домой. А в это время у Летнего сада произошло событие, которое на всю жизнь оставило след в душе Ульянова. Стреляли в царя. Эту весть принёс Захаров. Покушение на царя Александра Второго было совершено четвёртого апреля во второй половине дня 1866 года. Восьмого апреля в "Московских ведомостях" сообщалось, что злодей арестован, что это поляк Ольшевскиий. Дело представляли так, что этот выстрел в царя - дело поляков, которые мстили за подавление восстания 1863 года. А сам задержанный сказал царю, когда тот, оправившись от испуга, спросил:"Ты поляк? - "Нет, русский." - "Почему ты стрелял в меня?" - "Потому, что ты обещал народу землю и не дал!" А ещё толпе, бросившейся на него, он крикнул, вырываясь:"Дурачьё! Я же за вас! А вы не понимаете...(А это дурачьё - безграмотное большинство - и сегодня ничего не понимает. Уже потеряли право на жизнь, уже включило Небо генераторы на уничтожение, а черни всё больше, а преисподняя всё сильнее!!!) Но "Московские ведомости," которые издавал реакционер Катков, ловко умели из чёрного делать белое, если это было им нужно. Ложь самому царю в угоду - сладкая ложь и награды. Каткова совершенно не беспокоило его бесстыдство. Все столпы общества - и прежде всего сам царь - хотели, чтобы тот, кто стрелял, оказался поляком и газета "доказывала" это. Председателем следственной комиссии царь назначил "знатока" польской крамолы, Муравьёва-вешателя. Это окончательно убедило всех, что стрелял в царя поляк. Но если чернь(столпы общества) беспокоились об одном - поляк стрелял или русский, то народ волновало другое: крестьянин он или помещик? Польские дела народ не интересовали. Его интересовало: даст теперь царь землю или и свободу отберёт? Нижегородский штаб-офицер уведомлял в своём секретном донесении, что в "низшем сословии" ходят слухи, будто бы это - дело господ. Стрелял, говорят, в царя дворянин за то, что царь хотел у помещиков землю отобрать, а крестьянам дать. И поскольку покушение не удалось, то император будто бы приказал отобрать все земли у помещиков и отдать их крестьянам."Повидимому, крестьяне верят этим слухам, - заключил своё донесение жандармский офицер, - и в каждой проездной партии землемеров или чиновников ожидают исполнения высочайшей воли."(Покамест комиссия во главе с Муравьёвым-вешателем устанавливала личность преступника, по всей России трезвонили колокола, собирались средства на построение храмов в честь Александра Второго и его "спасителя" - Осипа Комисарова, который будто бы ударил по руке террориста, и тот промахнулся. Собирались деньги на подарки Комисарову - на икону, золотую шпагу, серебрянный кубок, тройку лошадей, на всякие благотворительные цели. А на какие - никто не не мог объяснить. Устраивались обеды и ужины у губернаторов и предводителей дворянства. Разумеется, не за их счёт, а по подписке. Патриотизм патриотизмом, а деньги деньгами. "Простой народ" угощали во время этих банкетов водкой и калачами. В театрах по несколку раз исполняли - и артисты и публика - гимн "Боже , Царя храни." В городах пылала иллюминация, как сообщали жандармы в своих донесениях, "так освещая здания, как никогда." Все губернии заносили в свои дворянские книги новоиспечённого дворянина - это звание было даровано ему самим царём - Осипа Комиссарова. Портреты пьяницы Комиссарова вывешивали во всех учреждениях. Его имя присваивали училищам, богадельням, больницам. А в Костроме, откуда он был родом, его именем назвали даже бассейн водопровода. Повсюду - крестные ходы и военные парады. Все эти проявления патриотических чувств были закосневшими и стандартными - даже по поводу такого неслыханного события, как покушение на царя, - и проходили точно так же, как и во время свадьбы цесаревича Александра с принцессой Дагмарой. Жандармы знали цену подобным проявлениям чувств и старались воспользоваться мутным потоком казённого патриотизма, чтобы выловить неблагонадёжных. В Петербург шли доносы на тех, кто не бывал на молебнах, отказывался двать деньги, не посещал торжественных обедов, не вставал или не снимал шапки при исполнении гимна "Боже, царя храни."(Да! Вот так это и было на "святой" Руси.) Нижегородцы, чья губерния соседствовала с родиной спасителя царя, пригласили на эти празднества его родственников - Ивана и Алексея Пашутиных. Пили за их здоровье, кричали "ура". Повели в театр на представление "Паши Сибирячки." Но актёрам и слова не дали сказать- пьяные "патриоты"без конца заставляли актёров исполнять гимн. Слушали стихи пиита Греве:"Промчался выстрел роковой, народ и царь спасён...О, братья! Как в воскресенье, день святой, друг другу кинемся в объятья!" Все обнимались, а те, кто уже хорошо хлебнул, целовались с первым встречным, горланили "ура" и снова пели "Боже, царя храни." Для Ильи Николаевича, отец которого был крепостным, Александр Второй представлялся прежде всего царём освободителем. Студенческие годы Илья Николаевича пришлись на период страшной николаевской реакции. И оживление общественной жизни, наступившее после прихода к власти Александра Второго и проведённых им реформ вселило в душу Ульянова, как и всех людей, которые желали добра и славы России (поддался этому даже Герцен), много светлых надежд. И хотя до этого первого выстрела в Александра Второго отчётливо наметился поворот назад, Ульянов и все мыслящие люди так же, как он видели в этом временные трудности, а не отказ от того, что было сделано в первые годы реформ. Этим и объяснялось, что Захаров и Ульянов, так же как Герцен, не одобряли покушения на царя. Они опасались, что если Александра убьют, возвратится то, что было во времена Николая Первого. Когда Захаров встретился с Каракозовым, тот сказал:"Виноват во всём царь. Великий князь Константин и те, кто его поддерживают, всё переменит, как только возьмут власть в свои руки. И прежде всего дадут землю крестьянам. А чтобы развязать им руки - нужно убить царя и я это сделаю. Вот это-то и брякнул,"- как сказал Захаров Илье Николаевичу-, Митя Каракозов. И когда Захаров услышал, в царя кто-то стрелял, первой его мыслью было:"Это Митя!" Но тут заговорили, что стрелял поляк, и Захаров успокоился, хотя на душе оставался тревожный осадок. Он внимательно следил за газетами и, встречая упоминания о том, что в царя стрелял русский, прямо замирал:"Неужели Митя?" Настоял на своём, так и не понял, что кроме вреда себе и народу, он ничего не добьётся. Так и случилось: революция, на которую они надеялись, после выстрела в царя не вспыхнула. Наоборот! Все словно с ума посходили в своём стремлении как можно громче выразить свои верноподданические чувства. Теперь царь мог делать, что ему вздумается, и все будут кричать "ура," как при Николае Первом. Занятия начались благодарственным молебствием господу богу за сбережение его милосердным, как говорил магистр Востоков, и правосудным промыслом жизни государя императора. Молебен совершался не в церкви, а в актовом зале - по примеру университетов, - куда торжественно внесли чудотворную икону Оранской божьей матери. Гимназисты, которым уже не раз пришлось бывать с родными на благодарственных молебнах, смотрели на эту необходимую повинность выражения верноподданнических чувств как на тяжкую кару. Они вертелись, шептались, смеялись, не слушая того, что возглашал, простирая руки к небу, законоучитель. Радовались одному, что не будет уроков. Никто не слушал, всем осточертели бесконечные молебны. Нынче в гимназии, завтра - на площади у памятника Минину и Пожарскому, в день рождения царя - опять молебен. А после -обед у губернатора. Для "простого" народа перед домом губернатора выставлены бочки водки и калачи, чтобы сделать этот праздник, как писали в газетах, "более слиянным с народом." А вокруг "высокочтимого" Осипа Ивановича Коммисарова такой шум подняли, что просто неприятно всё это слышать. Пьяница картузник стал второй персоной после царя. На всех вечерах и обедах - первый тост за здоровье государя императора, второй за Осипа Ивановича Комиссарова-Костромского. Царь вспомнив, что Иван Сусанин, который спас первого Романова, был из Костромы, увидел в этом руку провидения и приказал добавить к фамилии Комиссаров ещё и Костромской. Но наряду со славословиями и тостами в честь "высокочтимого спасителя" отечества от крамолы среди народа ширились слухи, что Комиссаров - подставное лицо, что никто стрелявшего под руку не толкал, а он сам промахнулся. Пустил эту выдумку о "подвиге" Коммисарова генерал Тотлебен, который был в это время в Летнем саду. Тотлебен приволок перепуганного картузника к не менее перепуганному царю и доложил, что это он, Комиссаров, толкнул злодея под руку и этим спас царя. Когда Комиссарова схватили и повели в Зимний дворец, он подумал, что его сочли участником покушения, и так струсил, что не мог слова выговорить. Еле втолковали "отважному герою, " какой подвиг он совершил. Никто, конечно, глядя на перепуганного до смерти картузника, не поверили выдумке генерала Тотлебена, но все признали её "политичной," ибо это, мол, весьма благотворно повлияет на народ. Ведь получалось так красиво: крестьянин спас царя. Само провидение дало возможность крестьянину отблагодарить царя за отмену крепостной зависимости. (И сегодня в 2011 году от рождества Христова наша чернь ничем не отличается от черни прошлых веков. И сегодня всё то же: тщеславие, амбиции, сребролюбие, властолюбие, себялюбие, эгоизм, лицемерие, ложь, разврат плоти и мысли, фарисейство, жлобство и прочий смрад властей, чиновников и прочих мёртвых душ. И сегодня продолжаются молебны в честь царей, прошлой жизни, когда народ в клетке сидел и пикнуть не смел. Тошнит мироздание от человеческой материальной скверны и вожделенной плоти, потому близок час расплаты, число семь - число Творца, число непредсказуемое, число возмездия - не за горами!) А над Ульяновым собирались тучи о которых ему очень не хотелось рассказывать жене. Но она сама давно всё заметила и поняла . "Илья! - сказала она однажды - У тебя есть очень неприятная черта, с которой тебе надо сразиться и победить.Ты всегда преувеличиваешь опасность. И всегда решаешь одинаково:"Надо переводиться в другое место. Но ведь таких директоров как Тимофеев очень мало, а такие как Садоков - все остальные. Куда же можно от них уехать?! Надо научиться быть выше обстоятельств, а там, что будет, то и будет. Важно оставаться самим собой и спокойно идти своим путём. Соглашался Илья Николаевич, воспитывал себя, но пример Захарова удручал. За что на него такое гонение? За то, что способный, талантливый педагог? Что он честнейший человек? Ульяновы пригласили близких друзей на крестины Саши. Долго не садились за стол - ждали Захаровых, но они сегодня так и не пришли. Это очень встревожило Илью Николаевича. За столом о чём бы не говорили, всё равно разговор сбивался на события в стране. Все понимали, что в народе бродят, зреют могучие силы, ищут себе выхода, поэтому пили за Сашу и желали ему жить в стране, где не нужен будет народу никакой царь, никакой опекун, никакой добрый барин, сам народ будет строить счастье своё и своих детей. Захаровы так и не пришли. Гости засиделись, и теперь уж говорили только о покушении. Особенное возмущение вызывала расправа с Чернышевским. Все сходились на том, что нороду необходимо образование, но безграмотноым большинством, легко управлять и потому никогда народ к образванию не допустят. Чернь казнила священника Чернышевского за то, что он радел о духовном образовании- идеология которого - Устав общения дюдей друг с другом и окружающим миром, то есть учение Христоса. Илья Николаевич всегда говорил, что чувствует себя виноватым перед народом. "Вот я сын крепостного мужика, получил высшее образование - одному Богу известно, каких мук мне это стоило, - и не могу помочь другим. Гости разошлись за полночь и сразу же после их ухода пришёл Захаров и сообщил, что в царя стрелял Митя Каракозов и что у него только что был обыск. Вместе с Каракозовым арестованы Ишутин, Странден, Юрасов, Ермолов, Загибалов и много других наших пензенских воспитанников, что если есть у Ильи Николаевича запрещённая литература - от неё надо избавиться. Неприятную новость Илья Николаевич поведал жене. Она как всегда спокойно докормила Сашу, уложила его в кроватку и спокойно предложила принести все бумаги в детскую. Если и следят, то поздний свет в детской - это нормально. Содержимое ящиков письменного стола высыпали прямо на пол. Стихи Некрасова, распространяемые в списках; жаль выбрасывать строки, вымаранные цензурой; в них такая жгучая правда. "Иди в огонь за честь отчизны, за убежденья, за любовь...Иди и гибни безупречно, умрёшь недаром...дело прочно, Когда над ним струится кровь." И ещё строки:"Гроза шумит и к бездне гонит свободы шаткую ладью, Поэт.. хоть стонет, а гражданин молчит и клонит под иго голову свою. Стихи Шевченко за которые царь отправил его рядовым на десять лет без права писать и рисовать.

Когда он в вечность пресилился, наш незабвенный Николай, к Петру апостолу явился, чтоб дверь ему он отпер в рай. - Ты кто? - спросил его ключарь. Как кто? Известно, русский царь. - Ты царь? Так подожди немного: Ты знаешь, в рай тесна дорога и узки райские врата, смотри какая теснота! -Что ж это всё за сброд - Простой народ! Аль не узнал своих? Ведь это россияне. А вот- твои бездушные дворяне, а это -"вольные" крестьяне. Они все по миру пошли и нищими к нам в рай пришли. - Тогда подумал Николай:"Так вот как достаётся рай! И пишет сыну:"Милый Саша! Плоха на небе участь наша. И если подданных своих ты любишь, то их богатства поубавь, а если хочешь в рай ввести, то всех их по миру пусти." .... Это стихотворение решили спрятать в Сашиной колыбельке, а летом отвезти отцу в Кокушкино. Отец лечил Шевченко, ещё когда тот был подмастерьем у какого-то маляра. Отец служил тогда в Мариинской больнице. Он любил этого талантливого крепостного и страшно возмущался тем, как с ним расправился царь. Старику приятно будет прочитать эти строки о царе, которого он ненавидел. Но всё обошлось, Ульяновых не беспокоили. Скоро стали известны результаты следственной комиссии: стрелял в царя Дмитрий Владимирович Каракозов, русский, дворянин. Слух о том, что Каракозов - бывший ученик Ильи Николаевича, мигом облетел город. Где бы он не появлялся, его засыпали вопросами о нём. А Розинг, встретив Ульянова, сказал с ехидной улыбкой:"Господин Ульянов, вас можно поздравить? Это вы воспитали гнусного злоумышленника Каракозова? Вы? И предложил Садокову разобраться, ибо оставить это нельзя. Эта угроза встревожила Ульянова. Он хорошо знал на какую подлость способен Розинг... Не стал тревожить Илья Николаевич жену и рассказал о случившемся только Захарову. Тот только усмехнулся:"Вам угрожают, а меня уже выгнали... - Как?... -Да так. На следующий день после обыска. "Что же вы теперь будете делать?"..."Пока не знаю. Да свет не без добрых людей, авось не дадут с голоду помереть. Вот и Волга-матушка, а она миллионы нашего брата кормит. Идёмте, Илья Николаевич, по рюмке выпьем да потолкуем. Скучно мне без вас, а придти не могу, вдруг за вами следят. И повёл Владимир Иванович Ульянова в трактир и усадил его за столик перед окном, объяснив, что за этим столиком сидел поэт Тарас Григорьевич Шевченко и, глядя в окно, рисовал Благовещенский собор. Тот собор, в котором вы крестили своего Сашу. Погода тогда была такая же, как сейчас, - холодная, слякотная, и Шевченко, укрывшись здесь от дождя, работал, чтобы хоть этим скрасить дни своего вынужденного пребывания в городе...- А вы, Илья Николаевич, не унывайте. Всё перемелется. Когда мне очень тяжело, я иду сюда, сажусь за этот столик. Вспоминаю, как страдал Шевченко, и все мои невзгоды как-то бледнеют. Принеси-ка, братец, нам ещё икорки, - распорядился Захаров, наполняя рюмки. - Ну, Илья Николаевич, позвольте выпить за вашего сына...Я думаю, что судьба его будет счастливее нашей. Друзья выпили, закусили. В трактир никто не заходил - хлестал дождь, а им было уютно. ..."Куда же вы, Владимир Иванович, теперь? ...- "Зовёт меня к себе управляющим опальный помещик Левашов. Придётся, пожалуй пойти. Левашов почти все доходы со своего имения отдаёт тем, кто в тюрьмах сидит да на каторге мучается. Давал деньги Страндену на освобождение Чернышевского, но он отказался; Ишутину и его друзьям вполне достаточно было их капиталов, какие Ермолов получал от опекуна. Очень жалко наших учеников: добрые, благородные у них сердца. И гибнут из-за того, что желали всем добра. И вот что ужасно: те, кому они желали добра, поносят их, как последних преступников. Разве это не трагедия? Да, жалко, очень жалко их... Вполне возможно что в душе матушки России, в её могучих недрах зреют такие чувства и мысли, о каких мы и представления не имеем. Возможно, нас ожидают ещё не такие потрясения, и выстрел Мити Каракозова - лишь сигнал к их началу. Ведь все эти реформы только затронули больные вопросы, только разбередили раны, которые веками ныли на теле народном.

Летели дни, недели, а жизнь всё ещё не могла войти в нормальную колею. Волна молебствий, ура-патриорических обедов не только не спадала, а всё нарастала. Под список проводилось столько: - то на подарки Комиссарову, то на построение часовни или памятника, то вообще бог знает на какие цели, что мелкие чиновники принуждены были влезать в долги, чтобы внести деньги. А не заплатить нельзя, ибо это означало - вылетить со службы, попасть в список неблагонадёжных. За этим начальство зорко следило. Не исключением были и Ульяновы. А в семье оставалось три рубля, а до жалования ещё далеко. Придётся у кого-нибудь одалживать. Да только у кого ? Все стоном стонут от этих поборов. Решено было писать отцу. Но писать не пришлось. От Александра Дмитриевича пришло поздравление с рождением сына и деньги. Обед у губернатора тоже был по подписке, а поэтому поставлен на широкую ногу. Губернатор, генерал-лейтенант Одинцов, умел быть щедрым за чужой счёт, умел показать и свою архибдительность. Едва только был издан указ об усилении власти губернаторов, он немедленно распорядился всех женщин, которые носили круглые шляпки, синие очки, башлыки и коротко стригли волосы, считать нигилистками. Таких женщин забирали в полицию, где приказывали им переодеться и надеть кринолины. А тех, кто не подчинялся этому губернаторскому приказу, высылали за пределы губернии. Этим и прославился на всю Россию - его прозвали кринолинщиком. Очень не хотелось Илье Николаевичу идти на обед к губернатору, да нельзя - сочтут за вызов. На обеде полицеймейстер, полковник Цейдлер пригласил Ульянова на беседу, а уединившись для "беседы" устроил допрос. В конце "беседы" ласково пригрозил, что следстенная комиссия во всём разберётся и положит конец крамоле. Илья Николаевич пришёл с обеда в унынии. Он уверен, что за этим последует отставка. И как всегда Маша спокойно привела Илюшу своего в состояние покоя; что не случиться в их судьбе, она уверена, они всё преодолеют. А ещё посоветовала держать себя с ними смело, ведь это они виноваты, а не он. Всё лето 1866 года Ульянов прожил в душевном напряжении. Следственная комиссия во главе с Муравьёвым-вешателем продолжала свою "работу." Арестовывали людей, никакого отношения к делу не имеющих. Один из членов комиссии полковник Черевин, так и говорил:"Я считаю, что нужно как можно больше арестовывать. Арест и обыск - предупредительные меры. Следствие покажет, кто виноват, а кто нет. А считать себя в таких случаях оскорблённым - никто не имеет права. И вот пришло известие: - Каракозов приговорён к смертной казни. Он подал просьбу царю о помиловании. Все ждали, царь-помазанник бога на земле, христианин, по своему милосердию отменит смертную казнь. Ведь Каракозов промахнулся (не убил) и раскаялся. Полковнику Черевину он сказал, что не в человека он стрелял, а в императора и о том не сожалеет. Слухи о том, что царь отменит смертный приговор, были так упорны, что даже спорить об этом перестали. Ульяновы радовались, что Митя останется жив, ведь он так молод и так наивен. И вдруг известие: царь утвердил приговор, произнеся при этом фразу иезуитов: как человек, мол, он его простил, но как император, которому доверена судьба народа, (Вы слышите, потомки мои дорогие, наша судьба, тех, кто живёт в Уставе Христоса, в руках царей, которые семь шкур спускают с этого народа. А кем они себя считают, как называют?!) не может этого сделать. Все понимали, дело Каракозова - начало новых репрессий. Муравьёв-вешатель, это уже достоверно известно, подал царю записку с предложением целого ряда"радикальных" законов для искоренения крамолы. По его требованию закрыты журналы "Современник" и "Русское слово." Не помогли и стихи Некрасова, которые тот посвятил Муравьёву, взяв грех на душу, лишь бы спасти журнал. Не трудно представить себе, как теперь раскаивается поэт в своём поступке. Да, тёмные, страшные тучи опять надвигаются на Россию, - с тяжёлым вздохом сказал Илья Николаевич. - Какое множество надежд уже похоронено! И похоже, что теперь все будут заняты только одним - как отобрать у народа и то, что ему дано. Воскресные школы закрыты, поступление в гимназию усложнили всяческими ограничениями. А введут классическое образование - и вовсе закроются двери университетов перед простым народом.(Простой народ! Кто это?! А это мы, живущие по законам совести и Устава, избравшие узкий путь ведущий в жизнь Это те, кто не хочет жить в преисподней и поклоняться материальной скверне и вожделению плоти, это те, благодаря которым ещё не погасла жизнь на Земле, это про нас говорил Христос, что мы свет мира и соль земли, да только нас всё меньше, а черни всё больше. Вот бы наоборот. Для того и этот сборник под названием "Чётки"). В Пензенском институте учащихся муштровали, как солдат, розгами секли за малейшую провинность, и вот каких непокорных душ дало России это палочное воспитание. Илья Николаевич не находил покоя после гибели Мити. Он говорил, страдая :"Это мы виноваты в его гибели и больше всех я и Владимир Иванович. Это мы заронили в душу Мити и всех его друзей то семя, которое теперь так буйно проросло. Ведь сколько говорилось о счастье народа, о самоотверженном служении ему, о том, что народ не нуждается в опекунах и царях, он сам лучше всех знает, что ему надо. Заплакал Саша, Маша взяла его на руки, прижала к сердцу, сказала:"Какое счастье, что мать и отец Мити не дожили до этого страшного часа." - А может быть, мать, если бы она была жива, упросила бы государя помиловать её сына, - отозвался Илья. - Ведь у государя тоже есть дети. Ах, Митя, Митя!... Страшно подумать, что он пережил, что он чувствовал в ожидании казни... Ужасно! Газеты сообщили: третьего сентября в семь часов утра Каракозов был публично повешен на Смоленском поле. Александр Серафимович Гацисский - он был в тот день в Петербурге - рассказывал:"Привезли Каракозова на место казни на позорной колеснице. Он так обессилил, что, пожалуй, упал бы со скамейки, если бы его не привязали к ней. Но когда колесница остановилась перед эшафотом, он словно проснулся: поднял голову, посмотрел на скопище народа и поднялся к позорному столбу. Приговор выслушал, опустив голову. Но не покаянно, а обречённо. Когда чтение приговора закончилось, Каракозов снова обвёл людей взглядом. Но не равнодушным, а внимательным, точно хотел увидеть хотя бы на одном лице сочувствие. На мгновение стало так тихо, что слышно было, как звякают уздечки лошадей, запряжённых в колесницу, и вдруг Каракозов, приложив к сердцу - руку, которая дрогнула, стреляя в царя, начал кланяться народу, поворачиваясь на все стороны. Десятитысячная толпа, должно быть никак не ожидала этого - сочувственно загудела. Послышались голоса:"У народа, вишь, прощения просит..."И вы думаете, Александр Серафимович, он действительно прощения просил?"... - "А Бог его знает. Может, только прощался... А может и прощения просил. Не мог же он не понять, что выстрелом своим принёс народу, из любви к которому, не пожалел своей жизни, не добро, а зло. Сознание этого было, как нетрудно догадаться, нравственной пыткой, пожалуй более сильной, чем сама смерть. Этот сочувственный ропот толпы был для него, может быть, самой большой радостью и наградой за муки. Он как-то просиял, выпрямился и, казалось, собрался что-то сказать, но двое палачей подхватили его под руки и потащили к висилице... Я не хотел это смотреть и пошёл из толпы. Чернь мечтала возвратиться к временам блаженной памяти царя Николая Первого. На "Святой Руси" всё возможно.

А Саше исполнилось три года. Этот ребёнок всех удивляет. Мария учила Аню и это было не очень легко. Аня не хотела быть прилежной и терпеливой. Саша всегда был рядом, он затихал и слушал о чём мама говорит с Аней и вот всех удивил: взял Анину книжку и стал читать вслух. Вот такое потрясение устроил своим родителям. Всё время своей жизни Мария отдавала детям. Ей пригодились педагогические познания и начитанность. Илья расстраивался, какой педагог погибает. Винил себя, Мария успокаивала, что в России ей всё равно нет применения, ведь женщин не пускают преподавать. И вряд ли в России когда-нибудь это станет возможным. Саша всё схватывал на лету, приходилось сдерживать увлечение книгой. Не только семья формировала Душу Саши. Стоило ему появиться на дворе, как тут же в перемену его окружали гимназисты. Их забавляло, что Саша, такой маленький столько знает и разговаривали как с ровней. Да и можно ли было относиться к нему иначе, если он по-немецки говорил лучше, чем гимназисты последнего класса. Знал много французских слов и фраз. Память у него была такая, что всё сказанное ему, мог свободно повторить спустя несколько дней. Мария и Илья не препятствовали Саше дружить с гимназистами младших классов. Они видели, что по своему развитию он тянется не к ровесникам - с ними ему было скучно, а к старшим мальчикам. И когда гимназисты, готовясь к экзаменам зубрили во всех углах двора, он не мог усидеть дома, так ему не терпелось услышать, что они читают вслух из своих учебников. Нередко он, наслушавшись, как гимназисты зубрят ненавистную латынь, дома пел на разные голоса: репето, репетис, репетит. Саше дали учебник известного педагога Ушинского "Детский мир"(все детские книги он перечитал и не по одному разу, просил новую книгу). Он открыл книгу и начал читать, твёрдо и чётко выговаривая слова.:"О человеке. Я человек, хотя ещё и маленький, потому что у меня есть такая же Душа и такое же тело, как и у других людей. Тело моё состоит из семи главных частей: головы, шеи, туловища, двух рук и двух ног. Голова моя похожа на шар... С раннего возраста Сашу интересовало устройство живых существ и растений. "А жизнь шла своим чередом и уже не удивляла вулканическими извержениями. Студенты Петербургского университета, медицинской академии и технологического института ещё в январе потребовали разрешить им свободно собирать сходки для обсуждения свих дел. Это вызвало сильное возмущение в правительственных сферах. Особенно напугало выступление студентов технологического института, который считался полувоенным учебным заведением. Реакционная печать всячески старалась преуменьшить размах демонстрации. Двадцать первого марта газета "Петербургские ведомости" сообщила, что в сходке участвовало всего сорок человек, а остальные - более пятисот человек - им не сочувствовали и что будто бы все лекции состоялись. На следующий же день газета вынуждена была признать, что в сходке участвовала добрая половина всех студентов и что состоялась только одна лекция. Для усмирения студентов послали жандармов. Петербургский обер-полицеймейстер генерал Трепов самолично приехал в университет, чтобы утихомирить, как писали газеты, бесчинствующих студентов, которых подстрекают нигилисты. Двадцать второго марта на улицах Петербурга прохожие увидели разбросанные прокламации - студенты призывали поддержать их требования. А требования студентов были такие: разрешить сходки, организацию касс взаимопомощи и библиотек, свободных от полицейского надзора. Студенты требовали также, чтоб им разрешили выбирать своих депутатов для участия в распределении стипендий и пособий."Общественность"(духовно безграмотное большинство) ответила на это обращение студентов трусливым молчанием, а газеты - отборной бранью. Газета "Весть" напечатала обращение студентов со своими коментариями, смысл которых сводился к одному: нужно разыскать и сурово наказать виновников, чтобы другим неповадно было. Прокламация появилась в Нижегородской гимназии. Полковник Цейдлер, прочитав листовку, стал отчитывать Садокова, его поддержал Розинг. Садоков был невероятно испуган и решил немедленно избавится от тех, у кого воспитывался Каракозов. Но как уволить Ульянова, если в отчёте Казанского учебного округа за 1867-68год его педагогическая деятельность оценивалась так:"Ульянов, снискавший себе известность отличного педагога, по достоинству занимает принадлежащее ему место между лучшими преподавателями. Его мягкое и симпатичное обращение с воспитанниками, всегда ровный и благоразумный такт привлекают к нему учеников и заставляют охотно заниматься. Самое его преподавание отличается ясным и толковым изложением и тем терпеливым вниманием, которым он слабых и менее развитых учеников доводит до полного усвоения преподаваемого."(Это Ульяновское убеждение, что всякий ребёнок с помощью добросовестного отношения и желания учителя спокойно может освоить программу - стало основным принципом советской школы.) Разбирался с прокломацией в гимназии сам Цейдлер. Но его разбирательство вызвало такой шквал недовольства гимназистов, что отступил сам Цейдлер. И тогда репрессии упали на учителей. Первым на увольнение в списке стоял Шапошников. У него уже и обыск был. Ничего не нашли; он давно запрещённую литературу спрятал у родителей жены в далёкой деревне. Илье Николаевичу он сказал:"Ну, да я не тужу, чему быть, того не миновать. Не такие люди, как я в Сибири кандалами звенят. Чернышевский, Серно- Соловьевич, Михайлов, Плещеев, Лавров... Всех не перечтёшь. Не утони Писарев в Рижском заливе, так, наверно, тоже на каторге очутился бы. А помните, как верно писал он два года назад:"Мы переживаем мудрёное и тяжёлое время. У нас зарождаются противоположные партии, и это зарождение, - процесс совершенно естественный, законный и необходимый, - при нашей неопытности, при нашем полном неумении жить и думать собственным умом, кажется нам началом ужасной общественной болезни." Было понятно - правительство будет добиваться, чтобы все без исключения жили и думали по инструкции, которую оно напишет. (В 90-х годах 21 столетия преисподняя, придя к власти села и пишет и пишет правила игры на каждый чих. Не живём - играем!) Лишь при этих условиях самодержец сможет спать спокойно, дремать на троне, не боясь, что его разбудят выстрелом, что выстрел этот прервёт умственный сон его верноподданных! Неожиданно появился в доме Ульяновых старый приятель Логинов. Рассказал, что гоняли его, гоняли из гимназии в гимназию и всё-таки выгнали за попытку популяризировать среди учеников (как сказано в приказе) идеи социализма. (Потрясающе! Как же упрямо чернь не хочет жить по Уставу - Новому Завету - в церковь ходят, молятся, свечи ставят и распинают всё, что от Бога! А!? Какая же ты мерзкая, чернь! Какая же ты лицемерная! Не зря Хростос называл тебя:"Порождения ехиднины!" Как вы можете говорить доброе, будучи злы?! Лицемеры и фарисеи!)..... К Илье Николаевичу в кабинет вошли дети. Логинов был потрясён, глядя на Сашу. Саша покосился на Логинова, который внимательно его рассматривал. Волосы у него были такие длинные, кудрявые и очень белые. Логинов не мог оторвать глаз от лица Саши, так красиво оно было: кудрявые белые волосы, а брови и длинные густые ресницы - чёрные. В глазах - ласковая, ясная глубина. Сколько ему - спросил Логинов. ...-Четвёртый пошёл. Он родился в тот же день, когда Митя Каракозов выстрелил в царя...Роковое совпадение оставило тревожный осадок. Рассказал Логинов о том, что Николая Ишутина прошлым летом вывезли из Петропавловской крепости на Кару. Устроили мерзкий фарс казни - надели саван и колпак, накинув петлю, несколько минут продержали под висилицей и только после этого объявили, что царь заменил смертную казнь пожизненно каторгой. Два года одиночного заключения тяжело отразились на его здоровье. На Кару его привезли уже душевнобольным. Странден, который мечтал освободить Чернышевского, всё-таки встретился с ним. Он вместе с Ермоловым, Юрасовым, Загибаловым, Николаевым и Шагановым отбывают каторгу на том же Александровском заводе, куда сослан и Чернышевский. Можете себе представить, какая это была встреча!...."Очень хорошо представляю! Боже мой! Какой великий ум закован в кандалы!.... А пигмеи процветают! А пигмеи правят Россией! А пигмеи решают судьбы миллионов людей! И эти миллионы всё терпят! (Что поделаешь?! Эти миллионы - безграмотное большинство!) Логинов прожил у Ульяновых четыре дня и вернулся в Саратов, так и не найдя работы. Заболел впервые Саша - воспаление желудка. Тяжёлым для ребёнка было лечение - пить невероятно горькую микстуру. Саша покорно глотал микстуру и не морщился, а только быстро-быстро мигал глазами. Непрошенные слезинки в уголках его глаз, и он зажмуривался, чтобы скрыть их от матери. Он всегда стыдился слёз. На девятый день упала температура, врач разрешил Саше гулять, но оказалось, что Саша не может ходить. Пришлось несколько дней учиться ходить. Вокруг решения Ильи Николаевича принять должность инспектора народных училищ разгорелись страсти. Все старались отговорить его от затеи поддерживать правительство, якобы затеявшего инспекцию, как контроль над земствами. Но Илья Николаевич так не думал. Он был убеждён, что на этом месте можно принести пользу народу, а можно, как на любой другой должности, принести вред. Непоправимые идеалисты, как Илья Николаевич, не теряющие надежды изменить мир к лучшему и есть те самые посланники Бога, которые двигают мир к Разуму. Мария разделяла желание мужа приносить пользу народу по мере возможности. Ульянов получил письмо от Тимофеева с просьбой приехать в Казань, чтобы закончить дело с его назначением инспектором народных училищ Симбирской губернии. Решили, что семья едет к родным в Астрахань, а Илья Николаевич в Симбирск устраиваться. Дети переживали настоящее потрясение от путешествия. Почему? Почему? Почему? спрашивали и спрашивали дети. Расспрашивал Саша обо всём не спеша и выслушивал ответы не по-детски вдумчиво. Он не перебивал, когда объяснения были непонятны ему, не задавал других вопросов, дослушивал до конца ответ, даже если он казался ему неинтересным. Заложив руки за спину он задумчиво ходил по палубе. Вот они и приехали. Их так ласково приняли, что Мария, с детских лет не произносившая слово "мама," теперь легко его произнесла и почувствовала себя дома. Василий Николаевич рассказал о детстве Илюши. И после - о чём бы не заходила речь - всё как-то невольно связывалось с Илюшей. И Мария впервые зримо представила себе, в какой среде жил её муж, как трудно ему было из подвала этого домика выбраться в гимназию, а потом - в университет. И она ещё глубже, не только умом, а и сердцем поняла, почему Илья всегда с такой болью говорил о тяжёлой жизни народа, почему он, бросив всё в Нижнем Новгороде, едет в Симбирск, чтобы заняться просвещением крестьянских детей. Это была его миссия и призвание. Старик Ульянов не оставил портрета. Оставил только то, что всю жизнь кормило его: большой чугунный утюг, портновские ножницы, напёрсток, подушечку с иголками. По ушкам ножниц и по размеру напёрстка видно было, для каких больших и крепких рук они предназначались. А по тому, как источены были ножницы, легко было догадаться, что трудно приходилось старику, если у него не было возможности купить себе новые. Марии показали тетрадку, которую берегли, очень берегли. В ней Илюшино сочинение о вдохновении. Заканчивалось оно словами:"Художник должен запастись мыслями и чувствованиями, которые в минуту вдохновения только свободнее развиваются, а не рождаются. Напрасно иной хочет сделаться вдохновенным посредством искусственных средств, внешних возбуждений: усилие его бывает бесплодно...." И оценка - отлично - А.Тимофеев." Вспомнила рассказ Илюши о том, что Александр Васильевич был очень огорчён, когда он в университете избрал математику, а не литературу. Укорял при каждой встрече:- - у вас, мол, такой хороший стиль, так развито эстетическое чувство, а вы литературу променяли на математику. А учитель Степанов хвалил его: хорошо, мол, что вы посвятили себя математике. У вас к ней больше всего способностей. Илюша рассказывал об этом, говорил, с улыбкой, что оба они правы: он любил и литературу, и математику. Но в Казанском университете в ту пору сиял гений великого математика Николая Ивановича Лобачевского, и всем хотелось быть его учениками. Это и определило выбор Ильи Николаевича. Получал Илюша и денежные награды. Даже весьма значительные суммы - по двадцать пять рублей. Если принять во внимание, что плата за учение в гимназии составляла три рубля в год, то можете представить себе, какой это был для нас капитал. Как сейчас помню: первый раз Илюше выдали награду деньгами в тот самый год, когда над городом видна была комета. Это было в 1848 году... Бабушка баловала внучат: подавала им завтрак в постель, закармливала сладостями. Мария сделала попытку завести свой порядок, но между бабушкой и детьми сразу же возникли секреты, и она уступила. Анна Алексеевна обрадовалась, что Аня и Саша попали к ней в руки. Особенно ревниво она, как точно опредилил Василий Николаевич, колдовала возле Саши. Необыкновенная развитость Саши, рассудительность взрослого, смелость, с какой он отвечал на все вопросы, и особенно то обстоятельство, что по мнению Анны Алексеевны, он очень походил на Илюшу, вызывали у бабушки слёзы умиления. Василий Николаевич ради приезда такой просвещённой гостьи выписал газету "Астраханский справочный листок." Саше понравился рисунок парахода. Он разостлал газету на полу, лёг и принялся читать напечатанное под рисунком. Анна Алекссеевна смотрела на Сашу и глазам своим не верила: для неё, неграмотной, казалось чудом, что такой маленький мальчик уже умеет читать. Вечером, когда Василий пришёл со службы, она шёпотом, как великую тайну, рассказала ему об этом, и он тоже не поверил. Но когда утром дал Саше газету и тот прочитал ему всё, что он просил, Василий Николаевич сказал:"Вот, что значит, когда родители образованные.- Обнял Сашу, растроганно проговорил:" Спасибо, дружок. Дай Бог, чтобы судьба твоя была не такая, как у твоего дяди... Я когда Илюшу в Казань снаряжал, как на меня косились все! Говорили :"Куда, мол, голодранцы, лезете? Но мы всё перетерпели. Одобряю, очень одобряю я новую должность Ильи. Ему, как говорится, сам Бог велел обучать крестьянских детей. Ведь наш отец из крепостных. Копейку к копейке прикладывал, во всём себе отказывал ради того, чтобы выкупиться на волю. И когда помирал - перед смертью (он хворал долго), - то говорил:"Я одной иголкой волю себе и вам добыл. И вы смотрите: возьмите от жизни всё, что доступно вольному человеку. Но и тех, кто ещё в неволе сидит, не забывайте... Когда Мария ехала сюда, уговаривались: в Астрахани она с детьми пробудет месяц-полтора. Но уже в конце первой недели пришлось изменить планы: Мария почувствовала, что у неё под сердцем ребёнок. Зная, как трудно даются ей первые месяцы беременности, она принялась собираться в обратный путь. Анна Алексеевна так растерялась, Василий Николаевич был напуган - чем же они ей не угодили? - что пришлось объяснить свекрови причину своего неожиданного отъезда. Мария не знала, где муж: ещё в Казани или уже вернулся в Нижний Новгород? Она успела получить от него только одно письмо, отправленное на следующий день после их отъезда. Попросила Василия Николаевича послать телеграмму отцу в Кокушкино, где придётся жить с детьми до самого переезда в Симбирск. На душе у Марии было неспокойно: и ожидание ребёнка, и предстоящий переезд на новое место, где, как видно по всему, встретится немало трудностей. Но в письме, которое она послала мужу, выезжая из Астрахани, не было и намёка на все эти переживания. Знала: у него много забот, ему нелегко уладить всё, связанное с переездом, и стремилась всячески ободрить его, не беспокоить излишне. Знала, как много значило для него, что можно не волноваться за неё и за детей.

Город Симбирск произвёл на Марию грустное впечатление. Куда ни глянь - всюду следы недавнего пожара. Когда ехали с пристани, первое, что бросилось Маше в глаза - нищие, много нищих, очень много нищих. Нищие обступили её со всех сторон. Мария дала старухе гривенник. Женщина повалилась в ноги. Подняв её, Мария дала ещё рубль, чтоб она поделилась со всеми. Все нищие бросились ей в ноги, благодарили, крестились. Мария поняла, до какого отчаяния доведены несчастные погорельцы. Не удивляйтесь, что они так вам благодарны. Ваше щедрое подаяние для них как манна небесная, - они привыкли к тому, что в городе им давно уже никто не подаёт. Пожар превратил в нищих добрую половину Симбирска. На пристани - толпа погорельцев, а на улице - арестанты, закованные в кандалы. Извозчику пришлось остановиться и переждать, пока в ворота тюрьмы проведут каторожников. Аня смотрела на арестантов, на солдат с ружьями и испуганно жалась к матери. В Нижнем Новгороде она такого никогда не видела.. Саша не прижимался к матери, а глядел на арестантов с удивлением и недетской жалостью в глазах. Домик, в котором должна была жить семья Ульяновых - маленький ветхий флигилёк. Хозяин уверял, что тёплый, но Мария видела - зимой придётся мёрзнуть. В двух маленьких комнатках не умещалась мебель. Её поместили в доме хозяина на чердаке. Утешало обещание хозяина сдать им к весне второй этаж в доме, но пока там ремонт. Флигеь тесный, дворик маленький. Когда завезли дрова на зиму и сложили в этом дворике, осталась узкая тропинка. Узкая улица кончалась площадью, на которой стояла тюрьма. Дети могли гулять только около тюрьмы и это удручало Ульяновых. Новые знакомые быстро стали друзьями. Они жили в этом же доме Прибыловского: акушерка Анна Дмитриевна Ильина, Владимир Александрович Ауновский-, инспектор гимназии и его мать- Наталья Ивановна. Мария беспокоилась, как на этот раз пройдут роды. Очень трудно рождаются её дети, будто не хотят идти в этот мир. Первый ребёнок, Оленька, умерла, не прожив и полгода. Илья Николаевич приступил к работе и начал собираться в поездку по школам. Его отговаривал Ауновский, убеждал подождать, когда подмёрзнут дороги. Илья Николаевич и слушать не хотел и вот почему: если верить бумагам, которые передал мне господин Вишневский, народное просвещение в губернии процветает. Но когда я спросил его, видел ли он хоть одну сельскую школу, он не знал, что ответить. Как же мне верить всему тому, что он наговорил? Нет, пока я своими глазами не увижу народные школы, мне нельзя ничего предпринимать, чтобы не попасть в смешное положение. Я не верю: в народном образовании можно навести порядок. Трудно! Но когда речь идёт о народе почему -то всё трудно. Подумать только: восемь лет прошло с отмены крепостной зависимости, а мужик наш как не видел школы, так и поныне не видит. А сколько было разговоров, споров - даже в "великосветских" гостиных! - что пришла пора покончить с невежеством народа. Сколько писали об этом в газетах, журналах всех направлений! С каким энтузиазмом все слои общества встретили статью хирурга Пирогова "Вопросы жизни!" А выступления Чернышевского, Ушинского, Льва Толстого, Добролюбова, Барона Корфа... Так много разумного сказано этими посланниками Божьими, а в народных школах, кроме тех, которые созданы Толстым в Ясной Поляне и бароном Корфом в Екатеринославской губернии, всё по-прежнему остаётся, как было. Изменения будут зависить и от гражданской позиции тех, кто должен непосредственно заниматься образованием народа. Двадцать пятого октября 1869 года "Симбирские губернские ведомости" среди сообщений о переменах по службе чиновников напечатали:"Приказом господина Управляющего Министерством Народного просвещения от 6 сентября сего года за ?19-ым, учитель Нижегородской гимназии коллежский советник Ульянов утверждён Инспектором народных училищ Симбирской губернии." Приказ этот означал многое: Илья Николаевич это хорошо понимал и потому с первых же шагов указал местному начальству - мягко, деликатно, но достаточно выразительно, - что он будет с полным уважением относиться ко всем их советам, но дело, которое доверили ему превыше всего, вести будет сам. Губернскому училищному совету - председателем его был престарелый, желчный епископ Евгений, абсолютно не ведавший, что делается в сельских школах, - такая постановка вопроса новым инспектором не очень понравилась. Заправилы земства встретили Ульянова в штыки. На инспектора смотрели как на врага, присланного лишь для того, чтобы отобрать у них права и приуменьшить заслуги. Ведь, судя по отчётам, школ будто бы уже создано столько, как ни в одной губернии. А тут приехал человек, который осмеливается им не верить. Больше всех был возмущён Вишневский. Он надеялся, что инспектором назначат его. Привыкший безраздельно властвовать над всеми учебными заведениями губернии он не ожидал, что вместо него инспектором назначат другого. Он начал ломать голову, как насолить новому инспектору, как повернуть дело так, чтобы тот пришёл к нему с поклоном. Но вскоре убедился, что сделать это не так просто: у господина Ульянова тонкое чутьё на расставленные против него сети. Он спокоен и осторожен, деликатен, предельно выдержан. Это ещё больше раздражало. Пришёл инспектор с просьбой показать ему дела училищного совета. Отказ. Мол, всё равно туда едите, на месте узнаете. "Сожалею, - ответил Ульянов, - что не смогу воспользоваться отчётом. Придётся побеспокоить - чего очень не хотелось бы - председателя совета, его преосвещенство епископа Евгения. Отсылая Ульянова к епископу Евгению, Вишневский был уверен, что тот не станет беспокоить высокое начальство из-за такой мелочи. И ошибся: Ульянов отправился к епископу. Его преосвещенство выразил Вишневскому своё неудовольствие тем, что тот заставляет инспектора обращаться к нему. Епископ Евгений заподозрил в этом поступке Вишневского тонкий ход. Вишневский хочет, чтобы инспектор убедился: председатель училищного совета ничего не знает. Вот и получилось: Иван Васильевич хотел подставить под удар ненавистного ему инспектора, а поплатился сам. После этого он повёл себя с Ульяновым осторожнее, но враждебности своей к нему почти не скрывал. Симбирским губернатором был Гойнинген-Гюне. Тимофеев говорил Ульянову, что губернатор доживает последние дни. Симбирских чиновников очень волновало кого назначат новым губернатором. Смену такого высокого начальства чиновный люд обычно воспринимал как стихийное бедствие. Со старым губернатором все сжились, приноровились к его капризам, изучили его слабости. А приедет новый - нужно всё начинать сначала. Ульянов понимал, что говорить о делах с Гойнингеном-Гюне - лишняя трата времени. Губернатор получил назначение на должность управляющего 4 отделом личной канцелярии царя и ожидал только своего преемника, чтобы передать дела. Но по долгу службы инспектор обязан был представиться губернатору. Гойнинген-Гюне принял Ульянова словно настоящий вельможа.. Это плохо вязалось с его маленькой невзрачной фигуркой, с мелкими, невыразительными чертами лица и писклявым голоском. Глядя на то, как пыжится, стараясь изобразить из себя горделиво-недоступного властителя, Илья Николаевич с трудом удерживался от улыбки; так комичен был этот царедворец. И величаво этот вельможа вещал перед Ульяновым, что он вот поговорил с графом Дмитрием Андреевичем о введении должности инспектора, он доложил государю и вот исполнилось. Отныне будет осуществляться самый строгий надзор за народными школами, чтобы крамола не проникла туда. Только народные школы ещё не заражены нигилизмом, которым проникнуты уже все учебные заведения. Мы живём в тяжёлое время и государю, как никогда, нужны свято преданные ему люди. .... (Как это? сами не святые, но требуют святой преданности. А разве возможно вообще использовать само слово "Святое" в преисподней, где каждый сам за себя?!). ..... Следует обратить внимание на благонадёжность учителей. Хотел бы сказать Илья Николаевич, что настоящих учителей, судя по спискам, какие передал ему Вишневский, вообще нет. Обучением детей занимаются все кому не лень. И думать нужно не о благонадёжности, а об элементарной подготовке учителя. Но молчал Ульянов и с нетерпением ждал конца визита. И вот первая инспекторская поездка по губернии. Степь. Кругом ни кустика, ни деревца: всё голо, по-осеннему хмуро. Куда ни глянь - всюду дымятся костры: мужики всё ещё молотят хлеб. Первая половина сентября выдалась очень холодная, поэтому уборка урожая затянулась. Уже в дороге Ульянову пришлось переменить маршрут: оказалось, что в Буинском уезде вспыхнула эпидемия тифа. За сентябрь в деревнях перемёрло до сотни людей. Вишневский не мог не знать об этом, но ничего не сказал. Илья Николаевич понял: это человек не только ограниченный, но и мстительный. Нечего было делать: вместо Буинского он решил осмотреть школы соседнего, Алатырского уезда. Маршрут выбрал такой, чтобы на обратном пути заехать в село Ново-Никулино: хотелось познакомиться с Валерьяном Никаноровичем Назарьевым, о котором он слышал много любопытного. Ещё в 1858 году в журнале "Современник" Ульянов прочёл сатирический очерк Назарьева "Бакенбарды." Назарьев был членом Симбирского уездного училищного совета и зарекомендовал себя человеком, которого по-настоящему интересуют народные школы. Может быть в лице Назарьева он найдёт единомышленника, и тот поддержит его начинания. Ведь придётся сделать много такого, против чего Вишневский и ему подобные будут свирепо воевать. В деревне Иваньково, где по отчёту существовала школа, растерявшийся староста, обьяснил, что ребятишек собирался учить писарь, да всё ему некогда. Ульянов пошёл к писарю, но тот недавно вернулся с ярморки и разбудить его не было никакой возможности. В деревне Собачеевке школа помещалась в церковной сторожке. У Ильи Николаевича полегчало на душе, когда он услышал, что ребята учатся. Но оказалось, что и эта школа - одно название: в маленькой тёмной сторожке сидели три посиневших от холода мальчика, более похожие на арестантов, чем на школьников. Он глянул на порванные пиджаки с чужого плеча, на закатанные до колен штаны, на босые, чёрные от грязи ноги и сердце его больно сжалось: тоскливыми, голодными глазами этих мальчуганов глядело на него его собственное сиротское детство. Как тебя звать? - обняв за плечи одного из мальчиков, спросил Илья Николаевич, садясь рядом с ним. - "Сашка, - обомлев от страха, еле выдавил тот. Имя это больно ударило Илью Николаевича в самое сердце: разве не такая же участь ожидала бы его Сашу, если бы Василий не помог ему получить высшее образование. А сколько ещё на Руси таких вот босоногих, голодных Сашек, которые годами мёрзнут в церковных сторожках, но так и покидают школы, не научившись даже читать. Какое множество талантов гибнет, точно семена цветов, упавших на камень. (вот она святая Русь во всей своей красе!) На вопрос:"А где ваш учитель?" - мальчуганы испуганно переглянулись и, понурив головы, молчали. Прибежала, запыхавшись, попадья, объясняла, что батюшка уехал на похороны в соседнюю деревню ещё вчера и до сих пор не приехал. По тому, как худо читали дети, было ясно: они больше мёрзнут в этой тёмной, сырой и холодной сторожке, чем учатся. Понятно, теперь, почему крестьяне (в отчётах уездных училищных советов это объяснялось их ленью и невежеством) не хотели посылать своих детей в школу. Невольно напрашивался вывод: пока в деревню не приедут настоящие учителя - с места дело не сдвинется. Но где же взять таких учителей? В следующей деревне Илья Николаевич нашёл школу в полуразвалившейся избе. Семеро мальчишек стояли на коленках, уткнувшись носами в грязную, заплёванную стену, а трое сидели на лавке. Учитель, отставной унтер, сидя за столом, громко хлебал щи прямо из горшка. На засаленной книжке - единственной на весь класс, - по которой он, как видно, учил уму-разуму оборванное воинство своё, стояла порожняя бутылка. Школа в деревне Кувакино помещалась в тёмном подвале волостного правления. Учитель семинарист, жалуется на старосту, - от которого только и слышит:"Вы дармоед, ничтожество. Сидите смирно и ничего не просите. А будете жаловаться, лезть туда, куда вас не зовут, выгоню!" Проверил Илья Николаевич знания и этих учеников и вовсе пришёл в уныние. И вдруг раздался человеческий крик. Один из учеников зажал уши и полез под стол. Илья Николаевич схватил его, обнял, успокаивал, спрашивал, что его так напугало? "Батю бьют за долги!" И так почти в каждой школе: не одно, так другое. Чтобы вырвать копеечную прибавку учителю, нужно выдержать бой. А деревенские богатеи, мироеды, твердят:"Какое это учение? Всё лаской да уговором. А что в писании святом сказано? "Не ослабляй, бия младенца! Страх Божий - начало всей премудрости."....(Вот эта ложь вековая! Страх Божий! Бог наказывает! Бога бойся! и прочая чушь, внушаемая "святыми" отцами овцам своим. А Бог - это законы мироздания и духовные в том числе. Поэтому бояться надо потерять Бога в себе, чтоб душа не умерла. А душа умирает, когда уходят из неё главные ангелы-хранители:Совесть, Любовь, Разум! В Новом завете я нигде не словечка не нашла, чтоб Христос учил бить детей).... В следующей деревне школа была и Илья Николаевич пошёл познакомиться с учителем. Староста рассказывал бо учителе, что он чужак, грамотный, но хворый. Мир платит ему семь целковых, да и это много. Он не учит, а только болеет. Раньше ему платили пятнадцать, учил ребятишек хорошо, да вот болезнь к нему привязалась. Жаль человека, да что поделаешь. Более жалкого жилища, чем то, в котором обитал больной учитель, Илья Николаевич ешё никогда не видел. Чёрная и такая низкая, что не выпрямишься, келья-хлев. За перегородкой хрюкала свинья, тяжело, гулко вздыхала корова. Коморку слабо озарял огонёк лампадки, висевшей перед иконой. На деревянном топчане в каких-то лохмотьях с запавшими глазами лежал учитель. Около него сидели два мальчика с какими-то книжечками в руках. При виде старосты и Ильи Николаевича мальчуганы так испуганно вскочили, что уронили книжечки на пол. Страх перед таким грозным начальством, как староста, был настолько велик, что они не смели даже нагнуться за книжками. Отослав старосту, Илья Николаевич поздоровался с учителем - его худая слабая рука была болезненно горяча и влажна, - и сказал мальчикам, которые пятились к двери:"А вы куда? Возьмите книжки и садитесь. Ну, ну, не бойтесь, - обняв плечи малышей, продолжал Илья Николаевич, так ласково, что они без колебания послушались его. - Какие у вас учебники? А, "Детский мир," - взглянув на книгу, поданную одним из мальчиков, с удовольствием сказал Илья Николаевич. Очень хорошо" - Это мои лучшие ученики, - сказал хриплым голосом, оживившись от такой похвалы, учитель: он привык к тому, что начальство постоянно бранило его за новый метод обучения по книгам Ушинского, Льва Толстого, барона Корфа. - Мои верные и единственные друзья. Я вот уже пятую неделю не встаю с постели, так они ко мне приходят и другие тоже. Только сил нет их учить. Два часа позанимаемся и голова начинает кружиться. Подкармливают меня, может поднимусь ещё. Учителя звали Антон Фёдорович и они быстро подружились, много говорили о судьбе учителей. Бесплатное лечение учителей, повышение жалованья, о предоставлении школам помещений, пригодных для занятий, о покупке учебников. И десятки других вопросов, без которых сельские школы не могут существовать. "Илья Николаевич, - впервые назвал его учитель по имени и отчеству, увидев, что это не просто начальство, а его единомышленник, - мне просто не верится, что всё это не сон, что я разговариваю с инспектором народных училищ. Если всё будет так, как вы говорите, то мне очень тяжело, жалко будет уйти из школы, когда можно так много сделать. Ульянов просил Антона Фёдоровича рассказать, как он стал учителем, о своих взглядах на народное образование. Долго они говорили и первый раз Илье Николаевичу не хотелось уходить и он остался на чай и на продолжение разговора по душам. Осмотрев школы в нескольких деревнях, Илья Николаевич поехал в Ново- Никулино. Ему хотелось поговорить с Назарьевным, послушать, что он , как старожил, скажет о школах. Осмотреть его школу, которую тот построил у себя в деревне. Ему не давала громкая слава барона Корфа, создателя образцовых школ в Александровском уезде Екатеринославской губернии. Назарьев переписывается с бароном Корфом. В своей школе Назарьев применяет педагогические методы барона Корфа, обучение идёт по его книгам. Помещиков, которые так много энергии уделяли бы народной школе в губернии считанные единицы. Закончив инспекторскую проверку Ульянов подготовил отчётный доклад и назвал его чрезвычайным. Губернский совет встретил Ульянова с холодком. Илья Николаевич не принадлежал к оратарам громовержцам и ниспровергателям. Эффектного жеста не искал, голос не форсировал. Как всегда, так и на этот раз, обходился скромными своими голосовыми средствами. А впечатление от речи было потрясающим. Оказалось, что никакой школьной сети в губернии нет, можно говорить лишь о жалких обрывках сети. 460 школ - это плод ленивого воображения некоторых земских деятелей, - говорил Ульянов с грустной улыбкой, - вредный плод. Такие плоды выбрасывают, а не несут на стол... В зале - ни звука. Возразить Ульянову не было возможности. Он называл факты и цифры, факты и цифры... Инспектор установил, что лишь 19 процентов из 460, только 86 школ, представляют более или менее организованные учебные заведения. В зале сидели сановитые господа. Сперва свою растерянность перед цифрами и фактами они пытались прикрыть ироническими усмешками, но вскоре лица их стали возмущаться вслух, особенно один толстяк в дворянском мундире. Илья Николаевич обратил взор к председательствующему. Но тот не способен был навести порядок: погрузив нос в апостольскую бороду, он мирно дремал. Кто-то из публики не выдержал, потребовал, чтобы грубиян замолчал. Услышав фамилию толстяка, Илья Николаевич догадался, что перед ним - председатель Симбирского же, только уездного, училищного совета. Анекдотическая фигура! Как рассказывал Назарьев, этот господин ежегодно ассигнует на школы в уезде(а их числится 55) - сто рублей; пишется соответствующий протокол, после чего председатель запирает деньги на ключ. "Уменя 200-процентная экономия," - похваляется он своей деятельностью. Но Ульянов, будучи в поездке, вскрыл ещё более скандальные его проделки. Об этом и сказал во всеуслышание:"Мы с вами ещё не знакомы, господин уездный председатель... Рад случаю. И кстати, к вам вопрос. Как руководитель уездного совета, вы разумеется, заглядывали в Мостовую Слободу? До села этого рукой подать - не могли не заглядывать. Школы там нет - почему же таковая значится в документе, вами подписанном? Недалеко отсюда и село Карлинское - и тамошняя школа только на бумаге. И в Панской Слободе, и в Шиловке... В чём дело? Соблаговолите объяснить собранию. Обезоружив наглеца, Илья Николаевич получил наконец возможность спокойно продолжать доклад. Заговорил о важности женского образования, чем вызвал злой гнев господ, которые были категорически против не только женского образования, но народного образования вообще. Привели в пример Бездну. Это село Казанской губернии. Манифест 19 февраля не удовлетворил крестьян: чаяли большего. В Бездне начались волнения. Предводительство взял молодой местный крестьянин Антон Петров. Он был грамотный и, ознакомившись с манифестом, заподозрил обман со стороны чиновников и помещиков. Петров пообещал односельчанам "настоящую волю." Начавшись в Бездне, восстание, как пожар, гонимый ветром, распространились на множество сёл и деревень Казанской губернии, затем перекинулось в Самарскую губернию, в Симбирскую... Помещики разбегались, имения их пылали...Эти волнения были подавлены с невероятной жестокостью. "Скуси патрон! Скуси патрон!" - размеренно подавали команду офицеры, и тупой, забитый солдат (вот оно безграмотное большинство, сегодня превращённое в быдло) зубами разодрав бумажный пакетик с порохом, заряжал ружьё."Пали!" Боль прострелянного мужицкого сердца Ульянов переживал, как собственную боль...(Преисподней можно убивать, она - помазаница божья, убеждена, что только так нужно держать в страхе народ). Ульянов продолжал говорить о начальном образовании в России, но сидящие в зале не разделяют его оптимизма. Они не хотят образования народа. И слушать доклад Ульянова никто не хочет - время начала бала, зал быстро пустеет. ....(Вот она святая Русь. Ещё хуже она сегодня). ... Заканчивать ли доклад? Он посмотрел на часы и услышал из зала:"Господин Ульянов, не торопитесь... Хотим вас дослушать." Это был перелом в настроении собравшихся; Ульянов почувствовал, что он получает поддержку, без чего не мыслил плодотворной работы в губернии. Кто же в результате доклада, который он провёл как честную битву, взял его сторону? Только не архиерей и не члены губернского совета! Но в зале труженники народного образования - учителя, попечительницы начальных школ, - всё это люди из местной интеллегенции; даже из уездов приехали на инспекторский доклад. Илья Николаевич кратко изложил программу своей предстоящей деятельности, отвесил залу низкий поклон и под аплодсменты сошёл с трибуны. Откуда не возьмись - Назарьев. Сквозь толпу пробился к кафедре. "Радуюсь вашей победе! А вдвойне тому, что нашего Дундука вы обратили в бегство...Смотрите на архирея! - быстро закончил Назарьев. Владыко что-то объявлял скорбным голосом. Ульянов прислушался. Оказывается председатель Симбирского уездного училищного совета сложил с себя председательские полномочия. Впоследствии Назарьев написал об этих днях такие строки:"Произошло нечто неожиданное... Точно вдруг среди суровой, слишком долго затянувшейся зимы настежь распахнулось наглухо запертое окно и в него полились лучи яркого солнечного дня. Да, это была настоящая весна, это было время всяких неожиданностей и только что не чудес. Да и как же не назвать чудом появление в наших палестинах таких людей, как Илья Николаевич Ульянов, единственный в то время инспектор народных школ на всю губернию, с первого же шага отдавший всю свою душу возложенной на него обязанности." Ульянов приглашён к губернатору на беседу. Ульянов явился без опоздания, встречен любезно по-домашнему. Ульянов стоял навытяжку, весь внутренне напрягшись. Визиты по начальству были для него мукой. Ты уже не свободно мыслящий человек, а чиновник такого то класса, облачённый в тёмно-синий мундир с такими-то знаками ведомства народного просвещения. Мало того, ты раб своего чина и своего мундира. Вступает в действие этикет. Параграфы этикета вертят тобой, как болванчиком, и усердно толкают в шею, требуя чуть ли не на каждом шагу поклонов... Но Ульянов взял себя в руки и сковал своей властью волю и был самим собой и не дал губернатору обворожить себя гипнозом власти. Спокойно он доложил губернатору о докладе, о планах и о том, что потребуется для их выполнения..... (мне невольно подумалось - наверное Илья Николаевич вообразил себя на Иване Великом-не может быть, чтоб он не читал "Письма русского офицера" декабриста Фёдора Глинки.). .... Губернатор не только подписал документы на реализацию планов, но и пожертвовал на школы 230 рублей 71 копейку. Никакие пожертвования не могли решить проблемы народных школ. Казна умудрялась ничего не ассигновать на начальное образование и раскошеливаться приходится мужику. В каждом бюджетном рубле - 85 копеек крестьянских... Сколько же на нём, мужике, платежей?! Подать в казну отдай, выкупные за помещичьи земли снеси; вот и земство своё требует - установило земские сборы..."Эх, мужичок, мужичок... - вздохнул Илья Николаевич: - Жизнь твоя как в сказке, чем дальше. тем страшней." Он имел в виду сказки Салтыкова- Щедрина, только что опубликованные в "Отечественных записках":"Спишь, лежебок!.. Небось, и ухом не ведёшь, что тут два генерала вторые сутки с голода умирают! Сейчас марш работать!... Полез сперва-наперво на дерево и нарвал генералам по десятку самых спелых яблоков, а себе взял одно, кислое. Потом покопался в земле - и добыл оттуда картофелю; потом взял два куска дерева, потёр их друг об дружку - извлёк огонь. Потом из собственных волос сделал силок и поймал рябчика. Наконец... напёк столько разной провизии, что генералам пришло даже на мысль: не дать ли и тунеядцу частичку?!" ....(уж лучше Салтыкова-Щедрина "святую Русь" никто описать не мог.).... Занялся Ульянов служебными бумагами, а в мыслях будто продолжение сказки... Мужик перед ним, босой, в посконных портках; показывает на свои пустые, вывороченные карманы и говорит:"Погляди, инспектор, обчищен я уже генералами начисто. А ведь и ты прикатишь с бубенцами - налог накладывать... На что надеешься?... Крестьянин мыслит практически. Дай ему пощупать эту самую грамотность, сравнить её, к примеру, ну хотя бы с гвоздём для хозяйства. Пускай на ладонях подержит - что перетянет: польза от грамотности или хозяйственный гвоздь, на что лучше, способнее истратиться? Уважает крестьянин арифметику. "Дважды два да трижды три" - плати, господин заезжий купец, правильную сумму за зерно,что тебе смолочено, за куделю, за овчины! А к чтению, письму недоверие. Крестьянин негодует:"Мальчишка две, а то и три зимы потерял, а читать не может...Да на кой ляд нам такая школа!" помимо обязательной министерской программы Илья Николаевич намечал в сельской школе для девочек вводить рукоделие, для мальчиков начатки того или иного ремесла (применительно к характеру местных крестьянских промыслов). И разумеется, повсюду школьные хоры: новая, послереформенная деревня должна будет петь! Да, он беспортошный, - говорил себе уже вдохновенно Ульянов, -да, у него пустой от поборов карман. Но он, наш мужичок, вместе с тем и несметно богат! Мудростью богат народной!.." И заключал:"Вот это богатство своё, которого уже никакие генералы не в силах отнять, мужик и положит полной пястью на школы!" Назарьев приехал, чтобы встретиться с Ильёй Николаевичем и обрадовать его. На должность председателя уездного училищного совета назначен Николай Александрович Языков, полностью разделяющий мировоззрение Ульянова и поддерживающий его планы. Проговорили несколько часов и не заметили как пролетело время. И Назарьева и Языкова поразило, что Ульянов не стал связываться с отделом при земстве и сам создал проект сельской школы. Удивительнейший человек пришёл к ним в губернию: учёный педагог и организатор, математик и физик, ещё и архитектор-строитель. И вот накопились деньги на три школы; пока они строились Илья Николаевич искал учителей, готовил новых. Ульянов в первую очередь бросился спасать женские училища. Учителя-ветераны поддержали реорганизацию женских училищ - объединить их в одно учебное заведение. Нужно было открыть новые семинарии по подготовке учителей. Обнаружив в губернии учительские курсы - тут же принял участие в их работе. В марте 1870 года в июле в Сызране, где в соглассии с местным училищным советом устроил летние педагогические курсы. Помещики Воейковы пригласили инспектора Ульянова и его курсантов собираться при своей фабрике и предоставили ночлег. Расширяя и расширяя подготовку учителей, Ульянов пришёл к идее учительских съездов. ( в СССР съезды станут необходимыми для решения задач, кторые будет ставить жизнь перед медиками, учителями, учёными и т.д. и которые успешно будет решать народ). Убедил губернатора поддержать его перед попечителем округа. Первый учительский съезд Илья Николаевич решил провести в Сызранском уезде. Господин министра утвердил для съезда десять дней зимних каникул: с 28 декабря 1871 года по 6 января 1872 года. Назарьев вспоминал:"Слух о съезде, вызвал волнение между нашими сельскими педагогами, а в начале сентября 1873 года к Симбирску потянулись учителя и учительницы...На следующий день зал мирового съезда преобразился до неузнаваемости. Всё носило на себе отпечаток небывалого одушевления и лихорадочного напряжения, обсуждение уроков становилось всё живее: выяснились главные положения педагогики и лучшие приёмы обучения грамоте и счёту.. (В СССР съезды учителей, врачей, писателей и других профессий станут нормой жизни страны. Они прекратят своё существование после прихода подлым образом преисподней к власти. Она будет спешно убивать самое высокодуховное образование в мире у истоков которого стоял Илья Николаевич Ульянов). Последний день съезда приходился на праздник... Ещё до обедни толпа учителей со своим инспектором и одним из членов совета направились к телеграфной станции. Здесь Ульянов познакомил их с законами электричества, а после обедни им же показал физический кабинет гимназии. Учительские съезды были очень полезны и стали собираться ежегодно. Илья Николаевич получил с почтой из Казани подарок. Это была тонюсенькая, в синей обложке, книжечка. Под обложкой, на титульном листе:"И. Яковлев. Букварь для чуваш с применение русской азбуки. Казань. В губернской типографии. 1873 год. Все 32 странички букваря исполнены от руки, а затем, видимо отпечатаны с камня. Илья Николаевич, перелистывая книжечку, называл вслух чувашские слова, сверяясь с яковлевской их транскрипцией. "Хорошо и просто!" Кто же такой Яковлев? Учёный-лингвист? Нет, всего лишь студент Казанского университета. Но талантливый самородок. Вспомнился Илье Николаевичу 1869 год. Прибыв на службу в Симбирск, он оказался свидетелем прелюбопытного случая. Гимназист-семиклассник чуваш Ваня Яковлев, не спросясь начальства, устроил чувашскую школу; здесь же, в Симбирске, на частной квартире. Труднее всего было переносить голод. Ваня прямо-таки метался по городу, набирая уроки, только бы накормить свою ватагу. Про удивительную школу прознали в городе. Нашлись жертвователи. Затем некоторых ребят определили в городское училище. Но шесть человек ещё оставались в яковлевской "домашней школе." Сам Яковлев, окончив в 1870 году с золотой медалью гимназию, уехал в Казань, в университет, а чувашскую школу принял в свои руки инспектор Ульянов. По окончании университета Иван Яковлевич Яковлев возглавил существующую уже официально Симбирскую чувашскую школу.. При содействии Ильи Николаевича, он был определён инспектором чувашских школ в смежных с ней губерниях. Яковлев восторженно полюбил Илью Николаевича, и они насвегда остались друзьями. Сохранились документы, читая которые, как бы обозреваешь обширную деятельность Ильи Николаевича Ульянова. Это его ежегодные отчёты. На титуле официальное:"Отчёт о состоянии начальных училищ Симбирской губернии." Но речь Ульянов ведёт не только о "состоянии" за какой-либо год; эта часть отчёта исчерпывающе освещена статическими таблицами. Под титулом "отчёта" заключён научно-исследовательский труд - страстный, полемический, опирающийся на идеи Чернышевского и Добролюбова (об обучении детей каждой национальности на родном языке); Пестолоцци и Ушинского о том, что духовное воспитание ребёнка и его обучение - процесс единый; мало того, учитель, какой бы предмет он ни преподавал, должен быть прежде всего умелым воспитателем. "В хорошо организованных училищах и у преданных своему делу учителей не встречается надобности употреблять какие бы то ни было меры дисциплинарного взыскания к учащихся, потому что последние любят и уважают своих наставников и не позволяют себе их огорчать. Неизменно чутким, внимательным, заботливым был Ульянов и к подчинённым; в каждом он уважал достоинство человека - явление совершенно необычное для чиновническо-бюрократического режима его времени (чиновники нашего времени от тех отличаются только тем, что стали ещё наглее - хамы высшей степени, казнокрады и взяточники, но верующие в своего бога и в церковь); и люди, не видавшие в жизни ни крупицы внимания со стороны начальства, платили Ульянову за его заботы преданностью и беззаветным выполнением долга. Однако Илья Николаевич ценил в каждом прежде всего практическую деятельность. Вот Языков - новый уездный председатель заставил земцев раскошелиться, и теперь ассигнования на школы по Симбирскому уезду составляют не злосчастные 100 рублей, а болше 5000. Это уже деньги. За Языковым потянулись и другие.. Годовые отчёты Ульянова... Это как бы отпечаток шагов - неторопливых, полных раздумий, порою тревог, но не ведающих усталости; ибо это шаги человека со светильником в руках. Илья Николаевич работает сверх всякой меры. И на нём - печать десятилетия, трудного, полного забот о куске хлеба и о детях. Основной итог своей деятельности в народном образовании считает только одно: удалось ли деревенским просвещенцам, повернуть симбирского крестьянина лицом к школе? Затвердилось ли в его сознании, что грамотность детей весомее хозяйственного гвоздя?.. В отсутствие Ильи Николаевича в гости к Ульяновым заходили Назарьевы и в разговоре о работе Валериан Никанорович стал рассказывать, какаво приходится Илью Николаевичу в деревнях. Распинается, говорит на сельских сходах богатых торговых селений, среди равнодушной толпы мироедов, выпрашивая гроши, ведёт непрестанную войну с разжиревшими и глумящимися над ним волостными старшинами, писарями и плутами подрядчиками. ....(Да, прекрасна верующая преисподняя, составляющая "святую Русь"). .. Но Илья Николаевич считает, что он вытерпит всё, только бы процветало дело народного образования. Он счастлив, что за десятилетие он (по своему проекту) построил 151 школьное здание. Учебный процесс в новых школах поставлен образцово; как ему и мечталось, зажёгся свет маяков, столь необходимый для школ, что ещё блуждают отягощённые грузом схоластических пережитков. Новые школы в огромной степени помогли Илье Николаевичу держать на уровне современных педагогических требований всю школьную сеть губернии. Общее число школ за десять лет уменьшилось: числилось 460, стало 423. Однако разница в том, что, цифра "460" была дутой, а теперь каждая из 423 школ- существует, и живёт полнокровной жизнью. Учащихся в начальных школах губернии числилось в 1869 году 10,5 тысячи, но сколько из них училось, не смог выяснить даже Ульянов. Теперь в отчёте обозначена цифра в 5,5 тысяч учащихся, но это есть факт. В заботах об учителях Ульянов проявлял не только здравый смысл начальника и организатора:"Больше людям дашь - больше спросишь." Нет, всё, что он делал для сельских учителей исходило прежде всего из движений его Души, прекрасной в своих бескорыстных порывах. "Вознаграждение учительского труда в среднем числе утроилось," - скромно отмечает он в отчёте за десятилетие. А ведь достижение масштаба огромного. Мало того, Ульянов добился для учителя человеческого жилья на селе, права на отдых, на больничную помощь от земства. Заключив всё это в скупую строчку:"Нельзя не признать, что в течение десятилетия всё-таки достаточно сделано для улучшения быта учителей," Илья Николаевич тут же, зная, что отчёт будут читать не только в округе, но и в министерстве, выдвигает перед правительством и общественными учреждениями целую серию новых настоятельных просьб. Симбирский директор обеспокоен тем, что, как он пишет, "положение народного учителя ничем не обеспечено в будущем: не щадя сил, ни здоровья при исполнении своих нелёгких обязанностей, он и к концу своей нередко 30-летней службы остаётся без всяких средств." Следует учредить пенсии, и Илья Николаевич подсказывает земству, что обеспечить престарелых учителей можно без дополнительных источников средств: всего лишь за счёт упорядочения денежного земского хозяйства. Проект кладётся под сукно. Симбирская губернская управа замышляет для своих служащих эмиретальную кассу; Илья Николаевич уже тут как тут со списком учителей. Эмеритальная касса - это, в сущности, копилка на чёрный день:средства кассы образуются из отчислений от жалованья её участников. Умрёт человек на службе или вынужден по нездоровью выйти в отставку - касса выручает: накопленные деньги выдаёт в виде единовременного пособия семейству. "К сожалению, - замечает Илья Николаевич, - проект этот пока ещё не приведён к исполнению." Сын или дочь из семейства учителя, окончив местную школу, порой стремятся продолжать образование. Но учитель, по наблюдениям Ульянова, "крайне затруднён" в средствах. Жене Илья Николаевич признавался:"Знаешь, Машенька, мои руки ещё только тянутся к настоящему делу. Десять лет ушло - такое у меня ощущение - на чёрную подготовительную работу. Корчевал пни, убирал плевелы, вспахивал почву... А посев ещё только предстоит, и дух захватывает, какой ожидает нас урожай! Название ему - обязательное обучение, всенародная грамотность. (Мечта Ильи Николаевича исполнится только после того, как Богоизбранный народ возьмёт власть в свои руки в 1918 году.)

А как же эти десять лет прожила семья Ильи Николаевича?! Первая зима в Симбирске была для Ульяновых трудной. Флигель оказался холодным, и как не топили печь - тепло долго не держалось. Илья Николаевич почти не жил дома: постоянно был в разъездах, потому что, сидя в городе, ничего не мог сделать. Марии тоскливо было по целым месяцам оставаться одной. Саша и Аня, привыкшие в Нижнем Новгороде, что отец по вечерам стучал в окно, бежали к дверям, думая, что это отец. Заплаканные возвращались назад. Поутру, едва раскрыв глаза, спрашивали, не приехал ли папа, а когда Илья Николаевич возвращался домой - а это, как правило, случалось ночью, потому что день он старался целиком посвятить делам, - то, как бы неслышно ни старался он войти в дом, дети просыпались и опрометью кидались к нему. "Не хватает им тебя, - вздыхая, говорила Мария. - Особенно Саша тоскует. По глазам его вижу... Да и я не могу похвалиться, - улыбаясь, продолжала она, что мне без тебя, Илюша, очень весело. Всякий раз, возвращаясь домой, Илья Николаевич привозил Ане и Саше какие-нибудь игрушки, которые вырезали деревенские умельцы. Флигель как бы оживал после приезда отца. Но Аня и Саша знали, что это ненадолго. Пройдёт немного времени, у ворот зазвенят колокольчики, отец наскоро обняв всех, усядется в сани и опять уедет... Заходил к Ульяновым Ауновскийи принёс странное известие: в Петровской академии, в Москве, убили студента. Распространяются какие-то прокламации, призывающие народ к бунту. "Говорят, будто убийство, дело студентов той же академии и что всего опаснее - по политическим мотивам. Полиция напала на заговор, корни которого тянутся за границу. Опять во всём обвиняют Герцена?! - старая штука... Нет, не Герцена. Говорят, что тут замешены люди Бакунина. Это скорее похоже на правду. Не успели стихнуть слухи о мятеже, как пришла страшная весть - умер Герцен. Илья Николаевич очень любил Герцена и тяжело переживал утрату. Шёл 1870 год. В марте и апреле Илья Николаевич никуда не выезжал: боялся оставить в одиночестве жену, у которой вот-вот должны были начаться роды. Мария не показывала волнения, но его не могло обмануть это внешнее спокойствие. Илья Николаевич видел какого внутреннего напряжения стоило это Марии. Детей удалили из дома, и это им очень не понравилось. Находится вне своего дома они согласны были только вместе с папой и мамой. Утром за ними пришёл счастливый, такой радостный отец и позвал посмотреть, какая птичка залетела к ним в дом. А в доме, они увидели что, в Сашиной колыбельке кто-то лежал. "Папа, кто это?!" "Это ваш братик. Его зовут Володя. И вы должы его любить также, как вы любите друг друга. (Какое удивительное совпадение: Мать Марии дала жизнь Марии, и тоже рано умерла, и сироту Марию тоже воспитывала тётка. И Мария, когда пришло время, тоже подарила миру ребёнка, который вырастет и станет самым верным последователем Учения Христоса). Сын в семье Ульяновых родился 21 апреля 1870 года. А 4 ноября 1871 года у Ульяновых родилась дочь. Ей дали имя умершей Ольги- первого ребёнка Ульяновых. Росла Оля такой же живой и весёлой, как и Володя, а жизнь шла своим чередом, неся и печали и радости. Умерла мама Ильи Николаевича. Горе было тяжким, но не принято было в семье Ульяновых много говорить. В доме погасало веселье и все только становились ещё внимательней друг к другу и больше уходили в труды. Ещё глубже погружался в работу Илья Николаевич. В 1871 году состоялся первый выпуск педагогических курсов, созданных Ульяновым. Один из них - Калашников Василий Андреевич был послан в чувашскую учительскую школу. Тот был очень расстроен, потому что не знал чувашского языка, но потом успокоился: "Ничего! Не знаю - буду знать!" Как -то дети привели в дом босого, голодного и оборванного мальчика 13 лет. Звали его Ваня Зайцев и он очень хотел учиться - вот и ушёл из дома, только мать знала и благословила. Это был единственный случай, когда Ульянов нарушил установленные правила и приказал Калашникову принять ученика и сделать всё возможное, чтоб наверстать упущенное. В 1873 году появился в семье ещё один ребёнок - сын Николай. Но вот горе встало на пороге, прожив всего несколько дней Коленька умер. Неутешное горе. Это был уже второй ребёнок, которого хоронили Ульяновы. Беда одна не ходит. Пришла телеграмма из Кокушкино: очень плохо отцу. Мария с младшими детьми - Ольгой и Володей, срочно выехала в Кокушкино. Илья Николаевич со старшими - Аней и Сашей - приедут как только закончится учебный год. Уехать не успели. Пришла телеграмма :"Отец скончался." Горе! Его надо пройти! Надо время, чтоб ушла острая душевная боль. В такое время в семье Ульяновых ещё сильнее становятся узы любви и дружбы. Отец Марии, Александр Дмитриевич Бланк, могучий человечище, закончил свой путь Человека! Его жена рано умерла, оставив ему шестеро детей, все девочки и один сын - его надежда, что он станет врачом и отец передаст сыну всё, что умеет сам. Сестра жены Анны переехала к нему и приняла детей. Тётушка Катерина Ивановна уважала зятя, но в вопросах воспитания детей между ними всё время кипели споры. Он нервничал много на работе и приходил домой с лицом тяжело больного. Постоянные стычки с начальством, его нетерпимость к своим сотрудникам, относящимся к своей работе спустя рукава, окончательно его выматывали. Талантливый, любознательный, не равнодушный к работе, он вынужден часто менять место работы. Тем не менее это не мешало начальству видеть и уважать труд доктора Бланка, его самоотдачу и высокое мастерство. Теперь подался он в глухой угол - Пермь служить инспектором лечебной управы, врачом в акушерском училище и в мужской гимназии. Такого Пермь ещё не знала. Он был против обучения девочек в закрытых женских гимназиях, да и оплачивать гимназию Бланк не имел возможности. Он убеждён, что там учат манерничать, а образования не дают. Дети Бланк получили домашнее образование, в гимназии на аттестат сдавали экстерном, удивляя комиссию своими знаниями. Получили они и музыкальное образование и всё это от тётушки Катерины. Только химию, физику и математику преподавал детям отец. Дети приучались с утра обливаться холодной водой, делать гимнастические упражнения. Жили очень бедно и поэтому шили и вязали себе сами, а штопали так, что нельзя было штопку обнаружить. С детских лет приучали детей любить книгу, поэтому несмотря на трудное финансовое положение, покупали книги. Александровская больница была построена в 1833 году. Неподалёку проходил Сибирский тракт, шли конвойные этапы. Этим шляхом прошёл в ссылку и Герцен... Хорошая больница, но сколько же в ней не хватает для нормальной работы. Но самое главное, что возмущало доктора Бланк - это равнодушие, беспринципность, казнокрадство, безразличное отношение к делу, взяточничество.(Да! Всё вернула преисподняя, только в более бессовестном и циничном виде!) По смертности губерния на первом месте. Побольше бы таких врачей как Фёдор Петрович Гааз в Москве! Но нет у доктора Бланка денег, которые он мог бы, как Гааз, пускать на ветер, а есть у него семья и дети, которых надо воспитать честными и полезными людьми. Друзья у Бланка были молодые учителя. Собираясь поговорить у самовара, мечтали о просвещении народа и его здоровье. Бланк мечтал иметь при больницах водолечебницу. Бланк был терапевтом, аккушером, хирургом и имел дипломы на все эти профессии. Машенька слушала их разговоры и мечтала быть такой же как они. Понимала, что для этого надо очень много знать и поэтому чтение в её жизни стало главным занятием. Часто в дом приходят самые верные молодые друзья учителя Залежский и Веретенников. Всем своим нутром ненавидя чины и сословия Бланк добивается, чтоб его детей ввели в красную книгу казанского дворянства. Сыну надо поступать в университет, дочерям надо иметь возможность сдать экстерном в дозволенные для женщин учебные заведения. С волками жить - по волчьи выть, считает Алекандр Дмитриевич. И в 1847 году штаб - доктору Бланку присвоено звание колежского ассесора и его дети получили звание дворян. Ему выдана соответствующая грамота, а сыну копия для поступления в университет. Жизнь шла своим чередом: дети росли, отец старел, болел (больны почки), много работал, делал всё возможное, чтобы лечили народ добросовестно. Проводя ревизию, списывал медикаменты, как просроченные и оставлял их в аптеке при больнице, для бесплатного лечения больных. Жили очень бедно, но всё-таки Бланк всю жизнь откладывал немного денег, чтобы купить домик в деревне. Он мог уже уйти в отставку, но из последних сил держался, чтобы накопить нужную сумму. Друзья складывались и отправляли его лечить почки в Карлсбаде (там и Маркс лечился и тоже на средства друзей - пересекались пути Богом избранных людей). Всё, что видел за границей переносил, ещё более усовершенствовав, в Россию; построил на Юговском заводе при госпитале водолечебницу. Гордился, что ещё за 50 лет до австрийцев открыл лечение водой рядовой российский врач Никитин. Нашёл место около Казани хутор около реки, домик с садом, но денег его выкупить всё не хватало. Пришлось занимать и влезать в банк. Ничто не могло остановить Александра Дмитриевича. Он уже видел, как будет выращивать лекарственные травы, организует медпункт и будет лечить деревенских. Но обо всём пришлось забыть. Вспыхнула новая эпидемия холеры. Отец вообще не появлялся - был всё время в госпитале. Сидели дома- отец запретил выходить. Шили, штопали, вязали, читали. Маша зачитывалась произведениями Искандера (Герцена). Возмущалась:"За что Герцена сослали?! За то, что он говорил правду и хотел, чтобы люди жили по законам, которые написаны в святом Новом Завете?! В её понимании это означало, что не будет болезней, пожаров и погорельцев, нищих, голодных, больных, у которых нет денег на лечение, а будет всё устроено хорошо для всех людей, а самое главное все смогут стать образованными. Вспоминала дикий случай в практике отца и слёзы невольно текли из глаз. Это произошло в Смоленской губернии, где служил тогда отец. Отец осматривал крепостную, избитую помещиком - беременную женщину. Помещик избивал её плетью сам. Этот дикарь, наверное, наслаждался не только своей властью, но и своим садизмом и безнаказанностью. Отец составил протокол, но это ничего не изменило. Лучше, честнее и справедливее отца Маша никого не знала. Маша и выросла скромной, тихой, очень доброй, но с твёрдым характером, и образованной, мечтающей служить людям, как её отец. Сёстры Бланк были на редкость музыкальны, но лучше и душевнее Маши никто не играл. В 1846 году отец уехал служить в Златоуст инспектором пяти госпиталей горского округа, а через год подал в отставку и купил , наконец-то, дом с садом в Кокушкино. Всё складывалось счастливо, но семью ударило горе. В 1850 году неожиданно умер Митя - студент, юноша, гордость отца и его надежда. О горе и невзгодах в семье Бланк говорить не принято. Работа и время единственные лекари. Вся семья уходит в работу. Домик требовал ремонта. Любимому доктору помогала вся деревня. Дом отремонтировали более-менее, но печи (столько раз переложенные, грели плохо. Нужно было копать, сеять, выращивать, общение с деревней, организация сельской больницы - на сон почти не оставалось времени. От усталости буквально валились с ног. Аня вышла замуж за Веретенникова и уехала. Зимой много читали и музицировали. У Маши появилось много подруг и в свободные зимние вечера они собирались у Бланк и Маша учила их грамоте, давала читать книги. Шли годы. Александр Дмитриевич с утра принимал в маленькой больничке больных односельчан. Маша и Люба ему помогали. Ни в чём не участвовала только Соня. Ей не нравилось жить в деревне и копаться в земле. Особенно нагоняла на неё тоску зима, она хотела замуж и скорее уехать из Кокушкино. Маша же организовала в деревне хор и вечерние чтения для всей деревни. Вышла замуж Катя за помещика Алёхина, но рано овдовела. Скоро справили свадьбу и Любе. Её мужем стал пермский чиновник Ардашев. В 1856 году Андрей Александрович Залежский попросил руки Кати и они уехали в Пермь. Там они организовали народную библиотеку. Бланк не ошибся в своих молодых друзьях. Залежский - учитель, инспектор гимназии, оганизатор и директор первого в Перми реального училища, где он преподавал алгебру, стал выдающимся общественным деятелем, одним из инициаторов Пермского страхового общества. Через много лет сын его и Кати Александр поехал врачом в далёкую глухую Чердынь, как и многие Богом избранные люди России, которые служили истине; он умер молодым от туберкулёза. А жизнь в Кокушкино иногда озарялась радостью, когда они получали от друзей книги для библиотеки. Завернувшись уютно в тёплые шали за книгой они забывали обо всём на свете. Чтение хороших умных книг воспитывает в человеке Человека и делает его духовно образованным. Такие были дочери доктора Бланк. Они знали много больше тех, кто закончил обычную гимназию.... ( Да! Только духовное образование и самообразование может поднять человека над материальной скверной и вожделением плоти и вывести его из скотского состояния, а это возможно пока только через школы коммунизма)..... И за всё это спасибо отцу и тётушке Катерине. Маша мечтает получить диплом учительницы и сдать экзамены экстерном. Засела за учебники. Летом все собирались в Кокушкне. Однажды отец сказал:"Кокушкино ваше! Пять дочек - пять частей, как пять пальцев на руке. А вы дружные, любите друг друга - значит не поссоритесь. И оно будет объеденять вас и без меня. Мечта стать учителем и делиться своими знаниями с народом - осуществилаь. Мария прекрасно сдала экзамены и получила диплом. Она сразу же поехала в гости к Анне. Её так тепло встретили, что она просто наслаждалась всеобщим дружелюбием и привязанностью всех друг к другу. Устроили музыкальный вечер. Когда Маша и Ауновский пели дуэтом, на пороге дома появился ещё один гость - Ульянов. Так произошло знакомство Маши и Ильи и с этой минуты они больше не расставались. Они не могли наговориться - столько общего у них было. Илья вошёл в семью Бланк как свой родной и близкий по духу человек. Алксандр Дмитриевич полюбил своего зятя сразу и на одного друга у него стало больше. Это было удивительное духовное содружество людей Богом избранных, несущих людям, свет и знания, свет мира и соль земли. И вот основателя прекрасного союза больше нет с ними. Он умер от рака. Мужественно переносил болезнь, обладал такой силой воли, что ни слова не сказал никому. И так всю жизнь: в самые трудные минуты он не терялся, не унывал. Когда ему бывало тяжело, он запирался у себя в кабинете и не выходил оттуда, пока не приводил себя в норму. Стыдился малодушия. Он был доктором от Бога! Борьба со страданиями людей была его жизненным призванием и миссией. Маша вспоминала:"Смерть рано унесла нашу маму, которую отец очень любил. Он остался верен этой любви до последнего дня. Прямо этого не говорил, но из его рассказов я поняла: у могилы нашей мамы он дал клятву до последнего вздоха вести борьбу со смертью. И, как видишь, сдержал свою клятву." Отца своего Мария не просто любила, а преклонялась перед ним, человеком железной воли и самобытного характера. В жизни отца, отягощённого большой семьёй, было много таких трудных дней, что другой бы на его месте впал бы в отчаяние, а не то и запил бы, как это делали другие, кого жестоко испытывала Жизнь. Но отец стоически выдерживал все удары. И чем труднее было, тем энергичнее добивался он своего. И детей учил: жизнь не любит ничтожеств и нытиков. Слёзы - самый страшный враг человека. И если какая-нибудь из дочерей плакала, достаточно было сказать: - отец идёт! - и слёз как не бывало. - Да, мы боялись не отца, мы боялись его огорчить и разочаровать. Очень боялись. Он воспитывал нас личным примером. И жизнь мне доказала, что ничего нельзя добиться словами, тем более если они расходятся с делом. Мне всё время кажется, что в Саше очень много от отца. Не зря он его отличал от остальных, они так дружили и понимали друг друга. Он ходил за дедом хвостиком и с большим интересом слушал рассказы о природе, о животных. Аня однажды в ужасе от них убежала, пришла в слезах и жаловалась, что они наловили лягушек и понесли их в сарай резать, просила чтобы скорее у них их забрали. В сарайчике уже составилась настоящая исследовательская лаборатория. Когда мы уезжали, отец словно предчувствовал, что уже не увидит своего любимца. Поцеловал Сашу, удивив всех нас таким невиданным проявлением нежности, и сказал мне:"Я умру спокойно, если ты пообещаешь, что дашь ему медицинское образование." Я обещала не возражать, если Саша сам захочет этого. Он и меня ласково обнял и, как бы устыдившись таких нежностей, ни попрощавшись ни с кем, круто повернулся и ушёл к себе в кабинет... Разговор незаметно перешёл на ученье старших Ани и Саши. Всё свободное время Марии поглощали заботы о младших - Володе и Оле, и она не могла уже много времени посвящать занятиям с Аней и Сашей, как это делала прежде. Времени теперь хватало только на уроки немецкого и французского языка. На первых порах помогал ей Илюша, но теперь, когда дети на обоих языках говорили почти свободно, его помощь отпадала, так как он знал языки хуже, чем Мария. Занимался со старшими детьми по математике, и по этому предмету Аня и Саша знали достаточно для поступления в гимназию. Но русский язык и литературу дети знали слабовато. Решили попросить подготовить детей Калашникова Василия Андреевича. Это лучший курсант педагогического училища. Ульянов занят подготовкой съезда учителей Карсунского, а затем Симбирского и Сенгилеевского уездов. Программа съездов была обширная (работать собирались две недели), большую часть докладов писали воспитанники педагогических курсов, и Илье Николаевичу хотелось, чтоб они проявили себя как можно лучше. Но без его советов, без его постоянной помощи молодым педагогам трудно было бы справиться. Мария не могла оставаться в Кокушкино и вернулась с детьми домой. В Кокушкино всё напоминало отца и это было тяжело. Илья Николаевич был очень занят, дома появлялся поздно, уставший, но очень довольный результатами съезда. Задача учительских съездов, как писал Илья Николаевич, состояла в практическом ознакомлении преподавателей с лучшими методами обучения предметам, входящим в курс начальных народных училищ." С тех пор как вышло новое положение о народных училищах - минуло девять лет. Лучшие писатели и педагоги России: - Толстой, Добролюбов, Шелгунов, Ушинский, Корф, Водовозов, Бунаков - много писали о народном просвещении. Немало было издано и литературы для сельских школ. Разобраться в этом как раз удобнее было на съездах. В 1872 году, Илья Николаевич ездил в Москву на Первый Всероссийский съезд учителей. "Командировка эта, - писал он, - принесла большую пользу инспекторам народных училищ." Большую надежду имел Илья Николаевич на съезд в Москве, на котором ставился вопрос об уничтожении физических наказаний. Молодые педагоги ждали съезд с нетерпением. Они надеются, что съезд поможет им разрешить много педагогических вопросов, накопившихся за время их жизни в глухих деревнях. Съезд открылся уроками законоучителей, в большинстве не помнивших себя от волнения и оказавшихся крайне неспособными вести живую устную беседу с учениками. Во время антракта они поднимали такой шум, что ничего нельзя было разобрать. Но зато, когда пришлось публично высказывать свои мнения о текущих уроках, то все ограничивались общей отрывочной фразой:"Урок отца был очень сух." "А почему вы находите мою лекцию недоброкачественной? - "Я нахожу её доброкачественной, но неудобной для детей...- "Нет, это просто нападки! - обиженно перебивает Святой отец. Илье Николаевичу стоит большого труда убедить разбушевавшегося святого отца, что тут нет и не может быть нападок. Вообще же диспуты почтенных святых отцов не касаясь приёмов обучения, преимущественно вращаются в области догматики, становясь всё более и более запутанными и непонятными. Поднялись даже прения о том, почему животные были сотворены прежде человека. Но тут кто-то весьма кстати заметил, что если Моисей в своём бытописании не нашёл нужным говорить об этом, то и нам рссуждать не следует." - Ну, как вам, Валерьян Никанорович, понравились уроки и дебаты духовенства? - спросил Илья Николаевич...."Глупы они и бездарны! Так опозорили себя, что больше на съезде не покажутся! Вообще не могу понять, почему их не остановили, когда они начали забираться в недра догматики? - Почему? - смеялся Ульянов, - Мне епископ Евгений всё время доказывает, что духовные пастыри - учителя, у которых нужно всем нам поучиться. Ну, вот я и дал возможность всем убедиться, какие педагогические познания у батюшек, как они излагают свой предмет, чему у них можно поучиться выпускникам наших педагогических курсов." Назарьев вёл свой дневник съезда и записал речь Калашникова. "Урок можно рассматривать с внутренней стороны (цель его и содержание) и с внешней (приёмы, средства обучения) стороны. Эти стороны связаны между собой. Целью урока должно быть доставление ученикам тех насущных знаний, посредством которых, без всяких насилий, постепенно и постоянно расширяется их внутренний кругозор и усиливается мышление." А как он произнёс эти слова:"Без всяких насилий!" Как укоризненно посмотрел на ветеранов! Они даже заёрзали на стульях. И дальше:"В свою очередь, усвоение уроков, вполне зависит от языка и формы изложения его учителем. Язык должен быть доступный и понятный; язык развивается вместе с запасом знаний. Тон голоса, движения учителя тоже имеют значение."Чудесно! Я слушал его, и как-то не верилось, что юноша, которому исполнилось двадцать, высказывает такие глубокие , зрелые суждения. Теперь я понимаю, почему вы никому не доверили читать педагогику на учительских курсах, а сами за это взялись. Больше всего Илью Николаевича волновало - как учителя отнесутся к его предложению об отмене телесных наказаний для учащихся. Этот вопрос он решил поставить на обсуждение последним, чтобы было время постепенно разведать, как смотрят на это старые учителя. За две недели работы съезда Ульянов, выбирая удобную минуту, переговорил почти со всеми, как их называли, ветеранами (молодые учителя называли их любителями розог). Новые методы обучения несовместимы с палочным воспитанием. Но изжить это было трудно. Как учителю не всыпать розог ученику, если тут же, за стеной класса, по мирскому приговору пороли отца этого ученика, если самого учителя пороли в семинарии? Легче всего сказать, что он, инспектор, своей властью запрещает бить учеников, ставить их на колени, всячески издеваться над ними. Но сделать этого он не мог, потому что по закону должно было бить детей. Оттого он в своём выступлении и не сказал: с розгами нужно раз и навсегда покончить. А говорил так:"Я хотел бы, чтобы телесных наказаний вовсе не было. Когда педагог берётся за розгу, он тем самым прежде всего доказывает полную свою беспомощность! В самом деле, что это за педагог, если у него не хватает ни умения, ни терпения уговорами, а не розгой добиться от ученика послушания? Господа, розги - наш злейший враг! Воспитание - это влияние на Душу ребёнка, это формирование, как выразился один писатель, внутреннего человека, его Совести! А как можно сделать это при помощи розги, если она разрушает то, без чего невозможно благотворное влияние на Душу, - нравственную связь между учителем и учеником? Имеются ли у кого нибудь другие суждения? Прошу, господа, высказываться. Разные высказывались мнения, которые встречали и смехом и несогласием, но одно выступление взорвало общий гнев. Выступил один из семинаристов и выдал:" У меня не так. Я сам никого не бью. У меня обиженный мстит обидчику, как говорится, око за око...("Вы слышали, что сказано: око за око и зуб за зуб." А я говорю вам: кто принудит тебя идти с ним одно поприще, иди с ним два." Гл.5 38-41 Ев от Матфея -так учил терпенью друг ко другу и тем более к детям. Да читали ли служители церкви Новый Завет?) шквал возмущения вылился на голову дикаря, он не рад был, что раскрыл рот. Что вынес он из этого возмущения? В конце съезда выступили ученики и соратники Ульянова. Съезд единогласно принял решение:"Всячески стараться поддерживать классную дисциплину, не прибегая к мерам строгости и наказаниям. Учителя разъехались, преисполненые небывалой энергии и самого искреннего стремления принести как можно более добра и счастья своим питомцам. А в семье Ульяновых ждали учителя для Ани и Саши. Дети волновались. Какой он учитель, будет ли наказывать их розгами. Аня предложила: если учитель будет злой мы не будем учиться. Саша не знал, что отвечать. С плохим учителем учиться, конечно, невесело. Но ведь не учиться нельзя, потому что тогда не примут в гимназию. И главное: как не послушаться папы и мамы? Они никогда не заставляют делать плохое, а только хорошее, и если они говорят, что нужно учиться, то как же можно сказать им - я, мол, не хочу. Да Саше и самому интересно читать книги, решать задачи, говорить на иностранных языках. И он сказал Ане, потупясь, потому что ему очень не хотелось огорчать её:" Нет, я всё равно буду учиться!" Аня обиделась, но увидев, что Саша непреклонен, помирилась с ним. Но учитель им очень понравился, они с ним быстро подружились и учились с удовольстывием. Саша вдумчиво и сознательно относился к занятиям. Саша собирал афишки Симбирского театра. Однажды разложил их на полу и они с Аней сидели прямо на полу и рассматривали. Вдруг влетел Володя, оторопел от нового необычного ковра и пробежал по нему, порвав некоторые афиши. Огорчённый Саша собрал афиши. Аня предложила пожаловаться маме, но Саша сказал:"Не надо. Он ещё очень маленький. Во второй половине мая 1874 года ждали в Симбирск принца Ольденбургского. Он ехал ревизовать учебные заведения. Принцу было подчинено столько всяких учреждений, что он, человек довольно ограниченный, не мог разобраться в специфике их деятельности, в том, чем они занимались. Какие бы анекдоты о принце не ходили, всё же он был членом царской семьи, и все надлежащие почести полагалось ему воздавать. После того как отгремели оркестры и в соборе был отслужен молебен, (власть и церковь - едины!!!) губернатор представил его высочеству чиновников. Илья Николаевич с отвращением вспоминал поведение чиновников. Особенно отличился Вишневский. Так заискивать, так ползать на брюхе - это уж бог знает что. Даже гимназисты смеются. Какой-то шут, а не директор. Говорить об этом противно! С принцем тяжело общаться. Он постоянно меняет свои планы и свои намерения. Забывчив - прямо на удивление. Делает такие глупые и наивные замечания, что невозможно понять, всерьёз это или он разыгрывает нас. Я так устаю от этой ежедневной фальшивой парадности и бессмысленной суеты, что еле на ногах держусь. Заканчивая визит принц всё говорил и говорил об опасности для государства от нигилизма и революционной крамолы, призывал к бдительности. (неправедное триединство крепко уверовало, что оно - истина в последней инстанции. Пора объяснять, что это не так, потому что безграмотное большинство увеличивается и может погубить человечество). В августе 1874 года в семье появился ещё один ребёнок, мальчик, назвали Дмитрием. А Саше пришло время идти в гимназию и он очень и очень волновался. Тревога в основном была по поводу отношений гимназистов между собой. Он часто наблюдал их во дворе во время перемен. Они то и дело боролись, иногда и дрались между собой. Это был чужой и враждебный мир. В Кокушкино у него было много друзей, но они все были дружны и не знали, что можно бить человека. В классе Саша был самым младшим. Кое-кто из мальчиков встретил его с явной насмешкой. Но когда учителя начали опрашивать всех, оказалось - Саша и немецкий язык знает, и французский. И книги читал такие, о которых большинство и не слыхивало даже. Заметили и то, что новый товарищ не только не кичится своими знаниями, и даже чувствует себя неловко оттого, что знает больше других. И многим захотелось поближе сойтись с ним, подружиться. Состав Сашиного класса подобрался очень неровный. Атмосфера казарменной дисциплины и муштры толкала старших на грубые выходки и проделки. Сашу, который не терпел никакого насилия над человеком, такие поступки товарищей глубоко возмущали. Несправедливость по отношению к другому он переживал так же, как если бы это касалось его самого. С горечью и возмущением рассказывал Ане, - отцу и матери никогда об этом не говорил - о жестокости товарищей, о грубом и часто несправедливом отношении учителей к ученикам. (Вот это счастье от капитализма мы хлебаем полной мерой!) Но даже Ане рассказал об этом только тогда, когда она, заметив, как он мрачен, приставала к нему с расспросами. Саше глубоко противно, когда ученики издеваются над глуховатым учителем. Ане он говорит о том, что ему нечего делать в классе. Уроки скучные. Повторяют и повторяют то, что я давно уже знаю. У меня стала болеть сильно голова. Саша с Аней гулять ходили на крутой берег Волги мимо тюрьмы. Иногда они были свидетелями как из ворот тюрьмы выводили толпу арестантов. Из окон тьрьмы слышалось:"Прощайте! Держитесь!" Узники оглядывались, поднимали закованные в кандалы руки, размахивали кулаками над непокрытыми, обритыми наполовину головами, цепи грозно бряцали. Саша знал уже - это катаржане. Их гонят в далёкую Сибирь. По тому, как гордо держались эти закованные в кандалы люди, как шумно провожала их вся тюрьма, видно было: это политические, о которых в городе говорили только шёпотом. Это самые отважные люди на свете. Они стреляют в самого царя, не боятся ни виселец, ни тюрем, ни каторги. И не жалость к этим людям, как бывало раньше, когда Саша видел заключённых, а гордость охватывала теперь его Душу. Они шагают, высоко подняв головы, они делают то, что хотят, что велит им Совесть, а не то, что от них требует, потерявшее право на жизнь, самодержавие, обслужившее его духовенство и вся чернь, поддерживающая и тех и других. Именно таким людям Пушкин писал:""Во глубине сибирских руд храните гордое терпенье, не пропадёт ваш скобный труд и дум высокое стремленье!...Саша озабочен и молчалив. Ещё и ещё перечитывал стихи любимого поэта. Мысленно ставил себя на место этих закованных в цепи людей, и сердце начинало больно биться. Детская жажда подвигов, свойственная всем мальчикам этого возраста, пробуждала его воображение; он составлял самые невероятные планы освобождения узников из тюрьмы. Спрашивал себя: а мог сам он вот так, годами, сидеть за решёткой, шагать по заснеженным бескончным дорогам в Сибирь? Хватило ли бы у него силы умереть на висилице, за правое дело, но не отступиться от него.? Множество таких вопросов наполняло его детский ум, обвивало цепями нерешённых загадок, и он , стремясь до всего дойти своим умом, много читал и упрямо искал ответа на них.

Из министерства, из Казанского учебного округа рекой текли циркуляры. И всё чаще с пометкой "секретно." Из этих циркуляров Ульянов гораздо раньше и несравненно лучше, чем из газет, видел, как на верхах меняется отношение к народным школам. За 1873 год Илья Николаевич получил столько циркуляров всё с новыми и новыми ограничениями, что не успевал прочитывать их. Если верить циркулярам, просвещение народа - зло, с которым нужно вести непримиримую войну. .... (Вот она истина преисподней! Вот она - святая Русь). .... И вот 27 декабря 1873 года в газете "Петербургские ведомости" появился рескрипт Александра Второго на имя министра народного просвещения графа Толстого. Царь писал:"Граф Дмитрий Андреевич! В постоянных заботах моих о благе моего народа ( как же точно назвал их Христос:" порождения ехиднины, лицемеры и фарисеи.") я обращаю особое внимание на дело народного просвещения, видя в нём движущую силу великого успеха и утверждение тех нравственных основ, на которых зиждется государство... Но достижение цели для блага народа, столь важной, надлежит предусмотрительно обеспечить то, что в предначертаниях моих должно служить истинному просвещению молодых поколений, могло бы при недостатке попечительного наблюдения, быть обращаемо в орудие нравственного растления народа ( и сегодня, пришедшая к власти чернь проявляет большую заботу, чтоб как можно меньше в стране было образованных и думающих людей). Дело народного образования в духе религии и нравственности есть дело столь великое и священное, что поддержанию и упрочению его в сём истинно благом направлении должны служить не одно только духовенство, но и все просвещённые люди страны. Российскому Дворянству, всегда служившему примером доблести и преданности гражданскому долгу, по преимуществу предлежит о сем попечение. Я призываю моё верное дворянство стать на страже народной школы. Да поможет оно правительству бдительным наблюдением на месте к ограждению оной от тлетворных и пагубных влияний"... Кто писал этот рескрипт? Граф Толстой или шеф жандармов Шувалов, - по стилю его, по неграмотности, можно подумать, что написан он учеником младших классов гимназии. Ну, кто так пишет:" Я призываю моё верное дворянство стать на страже народной школы!" И потом, насколько я помню, за сто лет было всего три таких обращения к дворянству: когда Наполеон приближался к Москве; когда Николай Первый, подавив восстание декабристов, попрекал дворянство, за плохое воспитание детей; когда была "дарована "свобода" крестьянам. Значит, этим рескриптом государь, хочет он того или нет, признаёт: народные школы, не успев появиться на свет Божий, представляют такую же опасность, как и нашествие Наполеона. Ну, что может быть печальнее и комичнее этого? Так сказал Ульянову Ауновский. Да, печально, но факт: рескрипт - это шаг назад, - отвечал ему Ульянов. В прошлом году в Москве, на учителском съезде, я много слышал толков о том, что ретрограды (от латин.-назад идущие) во главе с шефом жандармов Шуваловым, граф Толстой и Катков делают всё для того, чтобы заставить государя повернуть на путь реакции. И теперь, читая циркуляры нашего министра, я почувствовал - назревает нечто очень серьёзное. Но что дойдёт до такого рескрипта - не ожидал. Теперь осталось только сказать дворянству: народные школы нужно немедленно закрыть, ибо они причина всех бед. Мужик теперь вместо того чтобы землю пахать, книжки читает. Многие помещики утверждают, что страшный голод, постигший Самарскую губернию, возник оттого, что мужик слишком грамотным стал и слишком большую свободу получил. Отсюда вывод, чтобы избежать голода, нужно и реформу девятнадцатого февраля отменить, и все народные школы закрыть. Ходило по рукам стихотворение:

Кто всей Россией управляет? Министров ставит и сменяет? Кто нас берёг от всяких ков? Михал Никифорыч Катков! Кто усмирил сепаратистов? И в грязь втоптал всех нигилистов? Кто русских спас от поляков? Михал Никифорыч Катков! Кто, убоясь естествознаья, как страшной гидры отрицанья, спас от него нас, дураков? Михал Никифорыч Катков!

Предчувствие не обмануло Ульянова. - 1873 - 1874 годы ознаменовались такими массовыми арестами молодёжи, каких не знала история России. Тюрьмы были переполнены революционерами, ходившими в "народ," но аресты не прекращались. Циркуляры, указания, предупреждения, наставления, как нужно борться с крамолой, охватившей молодёжь, затопляя канцелярии. А самодержавие начало закручивать гайки. Первый попал в поле зрения Ульянов и все его единомышленники. В мае 1875 года появился циркуляр графа Толстого, в котором он прямо заявил::"Революционеры избрали орудием своей пропаганды то, что для каждого честного и просвещённого человека составляет предмет особой заботливости и охраны - юношество и школу." Основная мысль этого циркуляра была явно провокационной: Толстой приказывал следить за тем, чтобы родители препятствовали такому влиянию, возлагая тем самым на школу полицейские обязанности. В 1877 году "Правительственный вестник" не успевал печатать отчёты о политических процессах. В январе месяце на скамье подсудимых сидели двадцать пять человек - среди них и Боголюбов, - которые были арестованы за участие в демонстрации на Казанской площади. Их обвиняли в "дерзостном порицании установленного государственными законами образа правления."(Угореть можно от этой бесстыдной наглости. Неправедная троица:самодержавие - духовенство, обслуживающее самодержавие, - безграмотное большинство - воюет с св.троицей: Бог (Законы мироздания) - Сын( Устав общения людей друг с другом) - СВ. Дух - Энергоинформационное поле мироздания!!!) Приговор был суров: 15 и 10 лет каторги, ссылка в Сибирь. Только закончился этот процесс, подоспел другой. На этот раз под суд было отдано 50 юношей и девушек за "составление противузаконного сообщества и распространение преступных сочинений." Приговор был ещё суровее. А в октябре суд рассматривал дело 193 пропагандистов, арестованных во время их "хождения в народ." Следствие продолжалось почти четыре года. За это время многие из подсудимых умерли в страшных казематах крепостей-тюрем, сошли с ума, тяжело заболели. А преисподняя не успокаивается и провоцирует новые выступления молодёжи. По приказу генерала Трепова высекли арестанта Боголюбова за то, что он при встрече с генералом не снял шапки. Молодая девушка, Вера Засулич, потрясённая обнаглевшей властью, стреляла в Трепова. Не убила, ранила. Её арестовали, судили, зашищал её известный адвокат Кони - оправдали. У Саши тоже произошло из ряда вон выходящее событие. Учитель латыни безнаказанно издевался над своими учениками. И против него гимназисты взбунтовались. Объявили бойкот и не отвечали ему на уроках. Это дошло до дирекции и учитель был переведён в Самарскую область. Саша участвовавший в бунте пережил необыкновенное чувство. Оказывается справедливость обязательно восторжествует, если все выступят вместе за правое дело ( да, только как это сделать, если безграмотное большинство есть легко управляемое большинство!!!). Об учителях, подобных Пятницкому, воспитанник Симбирской гимназии поэт Апполон Коринфский:" От ваших уроков, от вашей системы тупели и гасли умы...О, как глубоко ненавидели все мы! О, как презирали вас мы !"...

С 1869 по 1878 год Ульяновы сменили несколько квартир. Переезды Мария называла стихийным бедствием. Надо было обзаводиться своим домом. Ульяновы давно мечтали о своём доме. Илья Николаевич получал всего 73 рубля 50 копеек в месяц. Росла семья. В 1878 году родилась девочка - назвали Марией. Мария еле сводила концы с концами, но с детства приученная к трудностям - такую же большую семью её отец содержал тоже на 73 рубля и ухитрялся откладывать на дом. Так и она - всю жизнь откладывала деньги на дом. В августе 1878 года Ульяновы переселились в свой дом. Саша в сарайчике организовал настоящую лабораторию. Лето же всё равно проводили в Кокушкино. Саша в деревню всегда ехал с удовольствием. Отдыхать, в смысле праздно проводить время, Саша не умел. Саша всё больше увлекался естествознанием. Читал Саша строго по плану. В Кокушкино приезжал со своими книгами, вставал рано и каждое утро, никогда не отступая от этого правила, занимался. Чтение книг дополнял опытами: препарировал лягушек, собирал и изучал под микроскопом разных жучков. Делал всё это так серьёзно, с таким увлечением, что никто не решался смеяться над ним. Наоборот, все приставали с распросами, удивлялись, как много интересного знает Саша(Так он открывал для себя Бога истинного: -Высший Разум и Его законы!). Саша любил очень рано вставать. Отцу говорил:"Тихо Утром. Только кукушка кукует. И все тайны природы кажутся ближе и понятней." Илья Николаевич убеждался, у Саши есть всё, чтобы стать учёным. Кокушкино и в самом деле было очень живописно. Стояла деревенька на высоком берегу Реки Уши. Над обрывом возвышался старый дом, а невдалеке от него - флигель, окружённый садом. От мельницы к дому тянулся илистый пруд, откуда Саша таскал лягушек для своих опытов. И не только пруд был запущен, а и все постройки. В доме печи дымили, крыша протекала, когда налетала гроза, все комнаты заставлялись мисками и вёдрами. Прогнившие мостки купальни проваливались, дырявая лодка тонула. Всё ветшало, потому что не было средств на ремонт. Но все эти неудобства не замечались, и "весёлая деревенька" с чистой, точно капля росы, речкой, с глубокими оврагами, как остров, посреди необозримой степи, над которой звенели в густой синеве неба жаворонки, а в лунные ночи пели соловьи. Она была для Саши самым красивым уголком на земле. И если кто-нибудь начинал хвалить другие места, он недоверчиво и ревниво спрашивал:" Неужели там лучше, чем в Кокушкине?" Особенно Саша любил бродить по лесу с отцом, когда все уходили по грибы и ягоды. Они пели с ним студенческие песни. Саша просил:"Папа споём:"По чувствам братья мы с тобой..." И когда отец мягко картавя, затягивал чуть хрипловатым баском свою любимую песню, Саша громко и часто не в лад подпевал ему: "По чувствам братья мы с тобой, мы в искупленье верим оба, и будем мы питать до гроба вражду к бичам страны родной. Когда ж пробьёт желанный час и встанут спящие народы - святое воиннство свободы в своих рядах увидит нас." Саша волновался от мысли, что он также, как отец, будет "питать до гроба вражду к бичам страны родной." Потом просил отца спеть ещё другие песни, и Илья Николаеич охотно соглашался, а Саша за это ещё сильнее любил его, гордился им, во всём стремился подражать ему. Ни разу не было случая, чтобы отец за что-нибудь накричал на него. И чем больше подрастал сын, тем более крепла его духовная связь с отцом. В 1880 в марте был убит Царь Александр Второй. В кафедральном соборе епископ Евгений будет читать манифест нового царя..."Божию милостью, Мы, Александр Третий, император и самодержец всероссийский, царь польский, великий князь финляндский и прочая и прочая...Объявляем всем нашим верным подданным:: господу богу угодно было, в неисповедимых путях своих, поразить Россию роковым ударом и внезапно отозвать к себе её благодетеля государя императора Александра Второго. Он пал от святотатственной руки убийц, неоднократно покушавшихся на его драгоценную жизнь. Они посягали на сию столь драгоценную жизнь, потому что(внимание, разумные люди!) в ней видели оплот и залог величия России и благоденствия русского народа(вот так прямо про народ и его благоденствие! Угореть можно! А кого они вешали и гноили на каторге?! - своих врагов, потому что на войне, как на войне; жаль только, что себя в этой войне не видят. Убеждены, что святые и всё!) Смиряясь перед таинственными велениями божественного промысла и вознося ко всевышнему молитвы об упокоении чистой души усопшего родителя нашего, Мы вступаем на прородительский престол Российской империи и нераздельного с нею царства Польского и княжества Финляндского..." И уже послано новому царю письмо автора манифеста, обер- прокурора сввятейшего Синода Победоносцева; он писал новому царю: "Ваше императорское величество!! Измучила меня тревога. Сам не смею явиться к Вам, чтоб не беспокоить, ибо Вы стали на великую высоту. И я решаюсь опять писать, потому что час страшный и время не терпит. Или теперь спасать Россию или никогда. Если будут вам петь прежние песни сирены о том, что надо успокоиться, надо продолжать в либеральном направлении, надобно уступить так называемому общественному мнению, - о, ради бога, не верьте. Ваше величество, не слушайте. Это будет гибель, гибель России и Ваша: это ясно для меня как день. Безопасность Ваша этим не оградится, а ещё уменьшится. Безумные злодеи, погубившие родителя Вашего, не удовлетворятся никакой уступкой и только рассвирепеют. Их, можно унять, злое семя можно вырвать только борьбой с ними не на живот, а на смерть железом и кровью. (вот такая жестокая война объявлена всем, кто хочет жить по законам совести и разума т.е. по Новому Завету.) Хотя б погибнуть в борьбе, лишь бы победить. Победить не трудно: до сих пор все хотели избегать борьбы и обманывали покойного государя, Вас, самих себя, всё и вся на свете, потому, что то были не люди разума, силы и сердца, а дряблые евнухи и фокусники. Новую политику надобно заявить немедленно и решительно Надобно покончить разом, именно теперь, все разговоры о свободе печати, о своеволии сходок, о представительном собрании. Всё это ложь пустых и дряблых людей и её надо отбросить. Мы люди божии и должны действовать. Судьба Росии на земле - в руках Вашего величества."(Вот такая у преисподней истина в их последней инстанции - божьи люди есть - материальная скверна и вожделение плоти!) Александр Третий ответил своему учителю и наставнику, без которого не мог шагу ступить:"Благодарю вас от всей души за душевное (да уж!) письмо, которое я вполне разделяю." .....

Саша был восхищён борьбой террористов, хотя видел, что ни отец, ни мать, ни Аня (Володя и Оля были ещё слишком малы) не разделяют его симпатий. В этих обстоятельствах ему оставалось одно - отмалчиваться, что он и делал. Но когда отец, позвав его к себе в кабинет, завёл разговор об убийстве царя, Саша сказал:"Они правильно поступили. Они поступили с царём так, как он поступил с их друзьями по борье. Или ты считаешь, что они не имели права мстить?! Ульянов был потрясён. Оказывается, этот спокойный, увлечённый наукой юноша выработал уже не только моральные и этические, но и политические убеждения, и в них чувствовалось также и его влияние. Ведь он первый дал ему стихи Некрасова, посоветовал прочитать "Размышления у парадного подъезда" и "Песню Ерёмушке." Он пел с ним запрещённые революционные песни. От него услышал Саша пылкие слова:" И будем мы питать до гроба вражду к бичам страны родной." И хотя он никогда не говорил об этом, но по тому уже, как он пел эти песни, Саша не мог не почувствовать, что они для отца - "святая святых." Значит, уже с раннего дества в глубоком ясном уме Саши, в его чуткой душе начало вырабатываться отрицательное отношение к действиям власти, смеющей утверждать, что она божественна. Полицейские порядки в гимназии, зубрёжка мёртвых языков, жестокое подавление малейших попыток учеников отстоять свои права - всё это неизбежно укрепляло в свободолюбивом Саше его ненависть к произволу. И, зная об отношении Саши к гимназическим порядкам, понимая, что он прав, Илья Николаевич избегал говорить с ним об этом. А если уж и заходила речь, начинал сравнивать гимназию с сельскими школами : - Саша, мол, был в гораздо лучших условиях, чем крестьянские дети. Это надо ценить, а не обсуждать. Илья Николаевич, встревоженный Сашиным настроением просил его, никому не высказывать своё мнение о террористах. Саша пообещал. Проходили дни, в ворота тюрьмы гнали всё новых и новых узников. Из Петербурга шли противоречивые слухи. Но одно было ясно: многие революционеры арестованы. (И неправедное триединство ещё смеет судить репрессии в стране Советов!) Нового царя с обер-прокурор Синода Победоносцевым связывала давняя дружба. Победоносцев был его учителем. Консерватор, паникёр и трус, он страшился нового как огня. С упорством маньяка Победоносцев, подготавливая своего воспитанника к верховной власти, вбивал в его голову мысль; нужно возвратить Россию к тому, что было во времена Николая Первого. .... ( Интересно, кто нашим князьям тьмы внушал, что надо вернуть, Божьим промыслом построенную Новую Цивилизацию, к временам царства Романовых?! А может сам Далес задавал уроки?!).... Не верьте, когда кто станет говорить Вам, - пишет он будущему царю ещё в 1876 году, - что всё пойдёт само собой в государстве, и что на том или другом положении или законе Вы можете успокоиться. Это неправда. Придёт, может быть пора, когда льстивые люди, - те, что любят убаюкивать монархов, говоря им одно приятное, - станут уверять Вас, что стоит лишь дать русскому государству так называемую конституцию на западный манер, - и всё пойдёт гладко и разумно, и власть может совсем успокоиться. Это ложь, и не дай боже истинному русскому человеку дожить до того дня, когда ложь эта может осуществиться." ... Спустя два года Победоносцев уже открыто осуждает Александра Второго. Но имени его он, конечно, не называет, а все беды приписывает правительству. Как будто министры на свой лад правят государством, а не выполняют то, что приказывает царь. "Правительства нет, как оно должно быть, с твёрдой волей, с явным пониманием о том, чего оно хочет: с решимостью защищать основные начала управления, с готовностью, действовать всюду, где нужно. Люди дряблые, с расколотой надвое мыслью, с раздвоенной волей, с жалким представлением о том, что всё идёт само собою. Ленивые, равнодушные ко всему, кроме своего спокойствия и интереса. Средины нет. Или такое правительство должно проснуться и встать, или оно погибнет. А что погибнет с ним, о том и подумать страшно." А ещё через год -в 1879 году, в тот день, когда народовольцы подготовили аварию царского поезда под Москвой, но по непредвиденной случайности, под откос полетели вагоны с царской свитой, а не с царём, (на войне как на войне.) - Победоносцев ещё определённее высказывается о действиях правительства, то есть самого Александра Второго. "В нынешнее смутное время, - пишет он, - у всех добрых русских людей душа в крайнем смущении, в болезни. От всех здешних чиновных и учёных людей душа у меня наболела, точно в компании полоумных людей или кривляющихся обезьян. Слышу отовсюду одно натверженное, лживое и проклятое слово: конституция. Боюсь, что это слово уже высоко проникло и пустило корни. Лучше уж революция русская и безобразная смута, нежели конституция. Первую ещё можно побороть вскоре и водворить порядок на земле, последняя есть яд для всего организма, разъедающий его постоянной ложью, которой русская душа не принимает (надо же как распирает "знатока" русской души!) и должен Вам сказать, Ваше высочество, вот что. В нынешнее правительство так уже все изуверились, что ничего от него не чают. Ждут в крайнем смущении, что ещё будет, но народ глубоко убеждён, что правительство состоит из изменщиков, которые держат слабого царя в своей власти. Всю надежду возлагают, в будущем, на Вас, и у всех только в душе шевелится страшный вопрос- неужели и наследник может когда-нибудь войти в ту же мысль о конституции?" Всюду одна мысль, одно слово: царь окружён изменниками, а этих изменников народ будет видеть в высших сановниках государства." (эк как его холуйство распирает! И снова спекуляция словом "народ") В тот день, когда был убит Александр Второй, Победоносцев и возрадовался тому, что власть придёт в руки его воспитанника, и испугался, как бы бестолковый воспитанник не натворил глупостей. Он пишет ему:"Простите, Ваше величество, что не могу утерпеть и в эти скорбные часы подхожу к Вам со своим словом: ради бога, в эти первые дни царствования, которые будут для Вас иметь решительное значение, не упускайте случая заявить свою решительную волю, прямо от Вас исходящую, чтобы все слышали и знали:" Я так хочу или Я так не хочу и не допущу." Если бы у Александра Третьего, только что воссевшего на трон, была в голове хоть капля своего ума, он понял бы, что ему осмелились приказывать, и поставил бы такого советчика на место. Но Александр Третий не только не возмутился, а ответил так: "От всей души благодарю Вас за Ваше задушевное письмо, я молюсь и на одного бога надеюсь." Насколько новый царь был твёрд и решителен, видно из другого письма всё к тому же наставнику своему, Победоносцеву:" Так отчаянно тяжело бывает по временам, что, если бы я не верил в бога и в его неограниченную власть, (ах как точно о своём боге сказал!) конечно, не оставалось бы ничего другого, как пустить себе пулю в лоб." День и ночь Победоносцев строчит письма Александру Третьему о том, что нужно делать. От его всевидящего ока ничто не скроется. "В министерстве народного просвещения, - указывает он, - всего важнее и всего затруднительнее в настоящую минуту вопрос об университетах. Надобно сосредоточить власть в твёрдых руках и прекратить сходки. Из университетов смута начинает проникать в гимназии. Остановить её не трудно. Стоит только дать твёрдую опору людям порядка, которых везде много, но которые всюду обескуражены действиями министерской власти, обращавшейся, по какому-то странному ослеплению, всюду не к лучшим, а к худшим людям. Власть попечителей всюду расшатана. Необходимо обратить внимание на вопрос об устройстве средних школ, в коих люди низшего класса могли бы получить нехитрое образование, нужное для жизни, а не для науки. Народные школы - предмет великой важности. Здесь тоже прежнее министерство шло едва ли верным путём. Умножая сеть школ и наполняя их учителями, приготовленными в учительских семинариях, оно не в силах было следить за этими учителями, которых само искусственно отрывало от крестьянской среды. Учительские семинарии - учреждение едва ли правильно поставленное и стоящее весьма дорого. В народном первоначальном образовании министерству народного просвещения необходимо искать главной опоры в духовенстве и в церкви. ...(Кто б сомневался! Ведь образованный народ начнёт думать, а это прямая угроза неправедному триединству)... Эта именно мысль была заявлена и принята в последнем заседании комитета совета министров, и обер-прокурору Синода представлено разработать вопрос о церковноприходских школах. О всех сплетнях, о всех слухах обер-прокурор Синода узнавал первый и начинал бить тревогу. Не успел суд объявить смертный приговор Желябову, Перовской, Тимофееву, Рысакову, Гельфман, Кибальчичу (Кибальчич Николай Иванович -1853-1881 - революционный народник, изобретатель. Член "Земли и воли, агент Исполкома "Народной воли," организатор типографий и динамитной мастерской, участник покушений на Александра Второго. В 1881 году в заключении разработал проект реактивного летательного аппарата. Повешен в Петербурге 3 апреля 1881 г. Именем Кибальчича назван кратер на обратной сороне Луны.), как Победоносцев уже строчит Александру Третьему:"Сегодня пущена в ход мысль, которая приводит меня в ужас. Люди так развратились в мыслях, что иные считают возможным избавление осуждённых преступников от смертной казни. Уже распространяется между русскими людьми страх, что могут представить Вашему величеству извращённые мысли и убедить Вас к помилованию преступников. Может ли это случиться? Нет, нет и тысячу раз нет - этого быть не может, чтобы Вы перед лицом всего народа русского (бедный русский народ, кто только в преисподней не спекулирет этими словами!!!) в такую минуту простили убийц отца Вашего, русского государя, за кровь которого вся земля, кроме немногих ослабевших умов и сердец, требует отмщения и громко ропщет, что оно замедляется. Если бы это могло случиться, верьте мне, государь, это будет принято за грех великий и поколебает сердца всех Ваших подданных. Я русский человек, живу среди русских и знаю, что чувствует народ и чего требует (Обалдеть!!!.). В эту минуту все жаждут возмездия. .....

(Эти письма Победоносцева уникальны. Их надо читать и читать. Чем больше читаешь вообще документы о царствующих в материальной скверне и вожделении плоти, тем больше открывается истина о сути Зла. Стоят на своих неправедных, несправедливых, злых, разрушающих Божий мир позициях, и убеждены, что они истина в последней инстанции. Судят всех и вся, казнят, вешают, расстреливают, гноят на каторгах и как вопят, если услышат хоть малейшую критику о своём мировом порядке. )

Тот из этих злодеев, кто избежит смерти, будет тотчас же строить новые козни. Ради бога (своего, конечно, бога), Ваше величество, - да не проникнет в сердце Вам голос лести и мечтательности." ..... Александр Третий, как и полагается послушному ученику, ответил:"Будьте спокойны, с подобными предложениями ко мне не посмеют прийти никто, и что все шестеро будут повешены, за что я ручаюсь. "Смею думать, - пишет Победоносцев, развивая новую мысль, которая осенила его "мудрую" голову, - что для успокоения умов в настоящую минуту необходимо было бы от имени Вашего обратиться к народу с заявлением твёрдым не допускающим никакого двоемыслия. Это ободрило бы всех прямых и благонамеренных людей. Первый манифест был слишком краток и неопределителен. Часто указывают теперь на прекрасные манифесты императора Николая 19 декабря 1825 и 13 июля 1826 года." На следующий же день в Гатчину, где сидел, как в крепости, Александр Третий и колол дрова, потому больше нечем было заняться, летит новое письмо:"Спешу представить Вашему величеству выработанную мною редакцию манифеста, в коей каждое слово мною взвешено. По моему убеждению, - Хвалит сам себя обер-прокурор - редакция эта совершенно соответствует потребности настоящего времени. Вся Россия ждёт такого манифеста и примет его с восторгом, разумеется, кроме безумных людей, ожидающих конституции. Вы изволите усмотреть, что тут с намерением выражена твёрдая воля охранять самодержавную власть, - самое существенное, после чего должны уже замолкнуть толки, что сегодня или завтра явится конституция. И за границей этот манифест должен произвесть самое благоприятное действие. Я знаю, что и там ждут с нетерпением и удивляются, как ничего нет до сих пор. Такое слово Вашего Величества будет иметь решительное значение... Вместе с тем, продолжаю думать, что Вашему Величеству необходимо появиться в Петербурге. Безвыездное пребывание Ваше в Гатчине возбуждает в народе множество слухов, самых невероятных, но тем не менее принимаемых на веру. Иные из народа (да кто ж это "из народа"? - чиновники? дворяне? кто там ещё?!) уже спрашивают: правда ли, что государя нет и что это скрывают от народа? Распространение и усиление таких слухов может быть очень опасно в России." И его величество, как школьник, которому позволили прогуляться, появился в Петербурге. Точнее сказать, его перевезли под усиленной охраной из Гатчинского дворца в Аничков, вокруг которого за это время всё перерыли в поисках мин. В Зимний дворец новый царь не отважился заглянуть. Дворец страшил его, как призрак смерти. Сидел Александр Третий в Аничковом дворце под охраной, которой любой позавидовал бы, а Победоносцев продолжал свою неутомимую деятельность. Он пишет, когда обнародовать манифест и как это нужно сделать. "Благоволите накануне призвать к себе министра юстиции и вручить ему бумагу для изготовления манифеста к Вашему подписанию." Царю, который не только без возмущения, а с благодарностью принимал такие наглые советы, оставалось одно: обмакнуть перо в чернила и подписать отречение или же пустить пулю в лоб, как это ему с перепугу и хотелось сделать. Но обер-прокурор Синода крепко держал за руку своего слабоумного ученика и заставлял его выводить на своих манифестах только одно слово - "Александр." Царь покорно делал это, украшая свою венценосную подпись диковинными закорючками. За такой подписью появился и этот манифест, где, кроме самой подписи, не было ни слова, рождённого царским умом. В манифесте, который на много лет опередил внутреннюю политику страны, обер-прокурор Синода косноязычно вещал устами царя:"Но посреди великой нашей скорби глас божий повелевает нам стать бодро на дело правления в уповании на божеский промысел (хорошо сказано про божеский промысел- бог преисподней - золото! Бояться нечего если этот бог с тобой) с верою в силу и истину самодержавной власти, которую Мы призваны утверждать и охранять для блага народного от всяких на неё поползновений."(надо понимать - "от поползновений народа!) Манифест этот не произвёл того впечатления, какое предсказывал Победоносцев, посылая его на подпись царю. Уже через несколько дней он сам вынужден был донести, опасаясь, как бы кто-нибудь не опередил его и не настроил потив него царя:"В среде здешнего чиновничества манифест встречен унынием и каким-то раздражением: не мог и я ожидать такого безумного ослепления. Все говорят, что партия, желавшая свободы и блага, проиграла и что настанет, хотя и временно, период реакции." В этих словах обер-прокурора была истина: наступала разнузданная реакция... Лев Николаевич написал письмо царю с просьбой о помиловании. Но суд закончился приговором:"Желябова, Перовскую, Кибальчича, Михайловна, Рысакова, Гельфман, - к смертной казни. Саша тяжело переживал гибель лучших людей России, которые жизни свои не жалели, чтоб уничтожить власть, веками угнетающую народ. И неужели всё напрасно?. В посление годы учения в гимназии Саша был уже вполне самостоятельным человеком, первым в классе. Этого первенства в семье и классе Саша достиг спокойно, совсем незаметно. Он не прилагал никаких усилий к тому, чтобы подчинить себе других. Это как-то само собой, исходило из присущего ему обаяния, а не от преувеличенного мнения о своих достоинствах. И как все великодушные люди, он не только не пользовался своим положением, но явно стеснялся его. Саша свято уважал человеческую личность и был согласен с Писаревым, который говорил, что "человек счастлив только тогда, когда его природа развивается в полной своей оригинальности и неприкосновенности." Вторгаться в чужую, навязывать свои собственные убеждения, свои вкусы было для него так же дико, как и подчиняться другим. Саше глубоко противно было, что меньшинство, захватившее власть, уничтожает подавляющее большинство людей и считает, что это угодно богу. Саша всегда вдумчиво относился к миру, в котором он живёт. Он прежде старался со всех точек зрения изучить явление и только тогда составлял свое мнение. Строгое отношение Ильи Николаевича к выполнению общественного долга больше влияло на детей, чем тысячи разумных советов. Постоянный напряжённый труд отца, его неисчерпаемая жизнерадостность и оптимизм были превосходным примером для подражания. Мария все силы ума и души безраздельно отдавала детям. Замечая дурные черты в характере детей, она терпеливо и настойчиво боролась с ними. И хоть никогда сурово не наказывала, даже голоса никогда не повышала, они беспрекословно слушались её. Дети любили своих родителей, учились у них относиться ко свсему спокойно и сдержанно. Любовь Марии к мужу и детям была безгранична и поэтому они постоянно чувствовали заботу её любящего сердца, тепло её неутомимых рук. Всю жизнь она увлекалась музыкой и охотно играла. По вечерам, когда она садилась за фортопиано, весь дом как бы оживал. Мария играла так, что всем в каждом звуке слышалась частица маминого сердца. Дети никогда не слышали, чтобы родители ссорились, не находили общего языка. Постоянное согласие родителей, их нежная дружба и создавали ту обстановку всеобщего душевного спокойствия, в которой так хорошо жилось и работалось всем им. А ведь они просто выполняли высший закон взаимного должествования, когда не за власть борятся - кто главный в семье, а когда каждый выполняет свою миссию во имя всех. В семье много работали, мало и благородно отдыхали. На Руси ведь когда-то не говорили:"Они любят друг друга," а говорили:"Они жалеют друг друга" - так вот в семье Ульяновых уважали и жалели друг друга. Саша считал самыми страшными пороками в человеке ложь и трусость. Человек должен быть честным, обладать железной силой воли, любить труд. Как жить, чтобы стать полезным людям, - эти мысли очень рано стали занимать Сашу. Ответы он искал и в книгах и в жизни. В одном из гимназических сочинений на вопрос, что требуется для того, чтобы быть полезным обществу, Саша ответил так:"Чтобы быть полезным обществу, человек должен быть честен и приучен к настойчивому труду, а чтобы труд его приносил сколь возможно большие результаты, для этого человеку нужны ум и знание своего дела. Честность есть необходимое качество человека, какому роду деятельности он ни предался бы: без неё труд даже умного и трудолюбивого человека не только не будет приносить пользу обществу, но даже может вредить ему. Честность и правильный взгляд на свои обязанности по отношению к окружающим людям должны быть воспитаны в человеке с ранней молодости, так как от этих убеждений зависит и то, какую отрасль труда выберет он для себя и будет ли он руководствоваться при этом выборе общественной пользой или эгоистическим чувством собственной выгоды. Но честности и желания принести пользу обществу недостаточно человеку для полезной деятельности; для этого он должен ещё уметь трудиться, то есть ему нужны любовь к труду и твёрдый, настойчивый характер....Чтобы быть действительно полезным членом общества, человек должен настолько приучиться к настойчивому труду, чтобы не останавливаться ни перед какими трудностями и препятствиями: ни перед теми, которые предоставляют ему собственные недостатки и слабости; для этого он должен уметь управлять своей волей... человек должен также заботиться о том, чтобы выбрать себе ту отрасль труда, к которой он более всего способен и которая кажется ему более полезной, а также о том, чтобы труд его приносил по возможности большие результаты." Зрелые раздумья Саши о месте человека в жизни, о его служении обществу, людям (в те времена это означало - народу) - не были надлежащим образом оценены директором гимназии Керенским. Он вывел в конце страницы своим аккуратно-чиновничьим почерком "4" и расписался. А возвращая сочинение Саше, произнёс такую поучительную тираду:"Ваши рассуждения, Ульянов, достаточно зрелы, но в них есть один существенный изъян, который и вынудил меня снизить балл. Вы всюду пишете:"служение, обществу, людям" - и не только не подчёркиваете необходимости служения государству, но даже ни разу не упоминаете этого слова. А я, определяя тему, ясно указывал:"чтобы быть полезным обществу и государству." Не нашёл я в вашем сочинении также мыслей о верности престолу и вере, без чего, как известно, невозможна никакая полезная деятельность. Обходите вы молчанием и воспитание в человеке любви к священной особе его императорского величества, готовность каждого смертного отдать жизнь свою, если это потребуется, за государя. Именно эти качества - самые главные, именно их должен воспитать в себе человек, действительно желающий верой и правдой служить престолу! Именно без этих качеств человек может оказаться на ложном пагубном для него пути. Запомните это!" Осторожный Керенский сказал далеко не всё то, что думал о сочинении. Он читал и Чернышевского и Писарева и видел, под чьим непосредственным влиянием формировались взгляды Александра Ульянова... Он не мог не заметить, что его программа содержит все те требования, какие характеризуют "новых людей." Он понял, что подразумевал Александр Ульянов под теми "внешними обстоятельствами," которые создают препятствия для деятельности, полезной людям, то есть народу. Это было царское самодержавие, которое беспощадно уничтожало революционеров, самоотверженно боровшихся за облегчение тяжёлой участи своего народа. Именно для такой деятельности человек должен научиться управлять своей волей, что означало: и даже под угрозой смерти не отступать в борьбе за свои идеалы. В людях Керенский разбирался неплохо и знал: Александр Ульянов принадлежит к тем цельным натурам, у которых слово не расходится с делом. В его характере уже теперь было много таких черт, которые названы в этой, без сомнения, его собственной программе жизни: твёрдость, честность, трудолюбие, самобытный ум, жажда знаний. По своему умственному развитию он безусловно стоял на голову выше своих одноклассников. И если он пишет, что честный взгляд на обязанности по отношению к людям должен воспитываться в человеке с ранней юности, то совершенно ясно: на формирование его высоких общественных идеалов повлияли не только книги, но и семья. Любимый писатель Саши - Писарев. Самые важные слова Писарева взяты Сашей в программу жизни:"Такие люди как Рахметов, только тогда и там бывают в своей сфере и на своём месте, когда и где они могут быть историческими деятелями; для них тесна и мелка самая богатая индивидуальная жизнь; их не удовлетворяет ни наука, ни семейное счастье; они любят всех людей, страдают от каждой совершающейся несправедливости, переживают в собственной душе великое горе миллионов и отдают на исцеление этого горя всё, что могут отдать." (Писарев) Тот, кто не прочитывает ежедневно до ста страниц, никогда не будет образованным человеком! Всего за семь лет, проведённых в Петропавловской крепости, столько написать. В той же крепости Чернышевский написал роман "Что делать?" (Подумать только, в девятнадцатом веке происходит интенсивный энерго-информационный обмен с Высшим Разумом. Столько людей-посланников Бога пришло на Землю уже владеющими знаниями о действительно правильном мировом порядке. Мы живём после них, а значит имеем уникальную возможность видеть на ленте времени- кто есть кто. Только вот жаль, что не интересно нам оглядываться назад, смотреть в себя и гнать из себя чернь; не интересно самим докапываться до истины о преисподней (материальной скверне и вожделении плоти), о власти неправедного триединства, о лукавстве религий). Страшно подумать: всех, кто с наибольшей силой и смелостью говорит правду народу, держат в тюрьмах, ссылают в Сибирь, вешают. Жандарм, следивший за Писаревым, видел, что он тонет, но умышленно не позвал на помощь и сам не помог ему.

На глухой, заштатный Симбирск в Петербурге смотрели как на место ссылки. "Сюда отправляли под надзор полиции тех, кто административным порядком высылали из столиц. (Знаете, пишу о том времени и звучит Лунная соната Бетховена, так любима Владимиром Ильичём. Сразу возникло чувство живого общения с этой прекрасной семьёй). Все эти лучшие люди России несли людям свет правды о неправедном триединстве. Создавали политические кружки. (Сегодня же надо создавать школы коммунизма и на уроках школы надо учащимся читать лекции об истинном Боге, о коммунистической этике поведения, изучать Устав общения людей друг с другом и окружающим миром, читать произведения, оставленные для нас посланниками Бога, рассказывать правду о Новой Цивилизации - СССР и новом человеке - советском). Однажды кто-то наклеил прокломацию на стене гимназии- что тут началось! На следующий день после утренней молитвы - на неё явилось всё гимназическое начальство - директор собрал всех в актовом зале и принялся читать мораль. Говорил он долго и нудно:"Вы обязаны бесприкословно повиноваться начальству. Вы должны следить за поведением своих товарищей и, если нужно, поправлять их, удерживать от неблаговидных поступков. Ваш священный долг - исполнять требование религии и церкви...(вот это особенно ценная, дошедшая до нас информация: вот как рьяно блюдёт духовенство неправедную, Богу не угодную власть. Сегодня тоже!) законоучитель, протоиерей Юстинов, согласно закивал широкой бородой: так, мол, так. Вы должны уважать чужую собственность, - продолжал вещать Керенский, - оберегать её от всяческих посягательств. Наша гимназия гордится тем, что ни один её воспитанник не был замешан в преступных политических делах, какие ныне всё чаще и чаще нарушают общественный порядок (и сегодня чернь у власти и тоже считает, что те, кто митингует в её честь - пусть митингуют, а те кто про чернь правду говорит, тот нарушает общественный порядок. Вот такой он - мировой порядок). После Керенского так же долго и нудно поучал гимназистов протоиерей Юстинов, грозя обрушить на их головы небесные кары(нормально, да?!!!) Затем принялся за них инспектор Христофоров. А за ним начали высказываться и те учителя, которые больше всего на свете боялись, чтобы их не занесли в списки неблагонадёжных. Князь Дмитрий Андреевич Толстой сел в кресло министра народного просвещения благодаря выстрелу Каракозова. А выбросил его из этого насиженного кресла взрыв в Зимнем дворце 5 февраля 1880 года, подготовленный Степаном Халтуриным. Итак, граф Толстой с помощью Каткова и Победоносцева четырнадцать лет искоренял крамолу, но древнегреческий и латинский языки явно подвели его: революционное движение в стране не только не затихало, но с каждым годом разгоралось сильнее. Катков начал доказывать Толстому, что это происходит потому будто бы, что они до сих пор не реорганизовали университеты. И что это нужно сделать как можно скорее. Катков сочинил проект нового устава. Граф Толстой передал Устав в Государственный совет. (Сегодня наша чернь всё вытащила из прошлого и государственный совет тоже. Нашёлся даже художник, намалевал копию старой картины "Государственный совет", только физиономии вместо почивших в бозе намалёваны сегодняшние. Вот такое позорище, хотя они этого не понимают.) и тут раздался взрыв в Зимнем. К власти пришёл Лорис-Меликов. Всем стало ясно, что дни графа Толстого сочтены, - человек,"созданный, чтобы служить орудием реакции," явно не устраивал Лорис- Меликова с его "диктатурой сердца." Нужен был только повод, чтобы устранить Толстого. И он нашёлся - Толстой обвинил министра внтренних дел Макова в том, что его "подкупили раскольники." Маков вызвал Толстого на дуэль. До дуэли не дошло, но царь после этого сказал:" Я тебя поддерживал... Но теперь, когда против тебя даже твои товарищи, нельзя оставаться министром... "После двухмесячных трудов и усилий, - писал одному из своих корреспондентов Лорис-Меликов, - удалось, наконец, достигнуть смены графа Толстого, злого гения русской земли. Радость была общая в государстве. В Зимнем дворце целовались у заутрени, приветствуя друг друга словами:Толстой сменён, воистину сменён!" (вот она преисподняя во всей своей красе со всем своим духовенством в Божьем храме!) Так Толстой и ушёл в отставку, не успев провести в жизнь написанный Катковым университетский устав. На должность министра народного просвещения Лорис-Меликов поставил Андрея Александровича Сабурова, бывшего пять лет попечителем Дерптского учебного округа и, по слухам, врага Толстого. Сабуров, как и Лорис-Меликов, проводил политику "кнута и пряника." 8 февраля 1881 года, когда Сабуров прибыл в университет на торжественный акт, студент Подбельский дал ему пощёчину. А студент Коган, забравшись на хоры, произнёс речь, объясняя, что эта пощёчина - "благодарность" министру за его хлопоты о новом уставе. Ульянов в это время переживал тяжёлые дни: Сабуров не согласился оставить его после двадцати пяти лет службы ещё на пять лет, как это обычно делалось, чтоб дотянуть до пенсии. Он неодобрительно смотрел на прогрессивную деятельность Ульянова и разрешил ему прослужить сверх срока в должности директора народных училищ всего лишь один год. Было ясно: всё, что сделал Илья Николаевич для просвещения народа, не только не считалось его заслугой, а наоборот - вменялось в вину. А если вспомнить, что на содержании у Ильи Николаевича была большая семья, то нетрудно представить себе, в каком положении он очутился. Саша рассказал дома о пощёчине, но не встретил понимания даже тогда, когда объяснил, что пощёчину министр получил за новый устав, в котором есть пункт о наказании студентов, вплоть до разрешения сечь розгами. Илья Николаевич сказал Саше:"Я устава не читал, но не думаю, чтобы там был такой пункт. И вообще, Саша, эта история не делает чести студентам. Я говорю это потому, что, вижу: ты одобряешь поступок студента. Но представь себе на минуту: Я вхожу в класс, а какой-то гимназист встаёт и бьёт меня по лицу...."Тебя никто и никогда не посмеет ударить! - необычайно горячо ответил Саша. - Я тебе никогда об этом не говорил, а теперь скажу, чтобы ты знал, - тебя все товарищи мои, все гимназисты, вообще все ученики очень уважают. Если б ты знал, как все возмущены, что тебе разрешили служить директором только один год, и теперь все говорят: так министру и нужно. Эта пощёчина ему и за Илью Николаевича, за тебя то есть... "Я рад, Саша, что ты и твои друзья хорошо относятся ко мне, - сказал с улыбкой Илья Николаевич, его растрогала эта необычная откровенность сына. - Но бить по лицу человека, тем более старшего тебя годами, всё-таки очень не хорошо, это унижает человеческое достоинство и того, кого ударили, и того, кто ударил. - Согласен. Но как быть, если все другие формы протеста невозможны? Ведь ни одна газета не согласится напечатать письмо студентов министру с протестом против этого варварского устава. Студенты могли бы устроить демонстрацию. Но ты знаешь, как жестоко поплатился Боголюбов, участник демонстрации на Казанской площади? Мало того, что дали пятнадцать лет каторги, его ещё и высекли розгами. Кто скажет, что стрелять в людей - дело хорошее? Никто! Но ведь суд оправдал Веру Засулич, хотя она и ранила генерала Трепова? Оправдал! И эту пощёчину, если хочешь, папа, так же как и выстрел Веры Засулич, все оправдывают. Добавляют только : жаль, что граф Толстой ушёл в отставку без пощёчины. А ему за всё, что он натворил, не только пощёчины, а и пулю не жалко. Вот, папа, какие разговоры вызвала эта пощёчина министру. Я думаю, ты не станешь сердиться на меня за то, что я с тобой, как всегда, говорю откровенно. Нет Саша, за это тебе спасибо. Я тоже всегда откровенен с тобой и сейчас скажу, что меня больше всего взволновало в твоём рассказе. - Илья Николаевич помолчал и снова заговорил: - Я замечаю, что ты одобряешь выстрелы, демонстрации, крестьянские волнения. Или, может быть, я ошибаюсь? - "Нет, папа, ты не ошибаешься. Всякое насилие вызывает во мне лютую ненависть. И если на казнь отвечают выстрелами - я не могу понять, где ж тут несправедливость, о которой так кричат газеты?! Ведь если принять эту официальную логику, то и турки во время трёх штурмов Плевны не имели права стрелять в наших солдат. Нет, на войне как на войне, ты и сам это нередко говорил.( Замечательно сказано! Точно сказано! Это каждый здравомыслящий человек хорошо понимает и знает, что идёт много веков жестокая война на планете между неправедным и праведным триединством! Так почему это чернь, неправедным путём захватившая власть, возомнила из себя хозяйкой мира, установила неправедный мировой порядок и всех, кто только подумает жить по Уставу, который принёс Христос, которого чернь казнила лютой казнью, а сама устроила религию так, что заморочила, голову наивным людям, казнит всех, кто хочет жить по высшим законам Высшего Разума! И её победа всегда только потому, что мы, безграмотное большинство позволяем дурить себе голову, а то и подражаем ей, нам нравиться жить в преисподней! На войне как на войне! И если не мы, Бога избравший советский народ во главе с Коммунистической партией, то кто же будет говорить людям правду и разоблачать прежде всего чернь укоренившуюся в самом человеке! Если не ты, Компартия, то кто же организует Школы Коммунизма?!) .... Сашины слова были слова его мировоззрения, его убеждения. Вчера отец спросил Сашу:"Ты пойдёшь ко всенощной?" Саша долго молчал, потом коротко ответил: -нет! Было ясно - Саша порвал с религией. Он выбрал жизнь по высшим духовным законам. Полученная пощёчина, а вслед за этим - убийство Александра Второго, вынудили Сабурова подать в отставку. Победоносцев, взявши бразды правления в свои руки, писал Александру Третьему:" Управление Сабурова министерством народного просвещения останется памятным надолго. Оно посеяло такие ядовитые семена, что бог знает, когда удастся заглушить их." Здесь, как и во всех своих письмах в первые дни царствования Александра Третьего, Победоносцев сгустил краски: Сабуров посеял не так уже много "ядовитых семян," как он ему приписывал. Просто Победоносцев ни перед чем не останавливался, чтобы освободить все места в правительстве для своих людей. "Эти люди - враги Ваши," - пишет он царю про Лорис- Меликова и всех, кто поддерживал его, опасаясь, как бы они не перетянули царя на свою сторону, и требует их немедленной отставки. Он лихарадочно ищет людей , которые могли бы занять освободишиеся министерские кресла. В кресло министра просвещения Победоносцев сажает дряхлого, ограниченного барона Николаи."Позволю себе доложить Вашему величеству, - пишет он Александру Третьему, - что я, по совести и разумению своему, не знаю другого лица, кроме барона Николаи. Как ни перебираю в памяти - никого не существует..." Победоносцев на полуслове обрывает мысль, но её не трудно продолжить:"никого нет, кто бы разделял мои взгляды на народное просвещение." Услыхав о назначении барона Николаи министром народного просвещения, Илья Николаевич сказал Яковлеву, который как раз зашёл к нему в этот день поговорить о постройке чувашских школ. - "Думаю, Иван Яковлевич, что это последние наши постройки.... - "Почему - удивился Яковлев. - вас не хотят оставить ещё на пять лет?... - "Это, Иван Яковлевич, ещё полбеды. Не буду я - будет кто-нибудь другой. Беда вот в чём: новым министром нашим назначен барон Николаи. Но барон Николаи не устроил Победоносцева, - старик оказался слишком упрямым, обидчивым. А Победоносцеву нужен был такой министр народного просвещения, который умел бы делать одно: заискивающе глядеть ему в глаза, на лету ловить его мысли и беспрекословно выполнять его повеления - это был Иван Давыдович Делянов, много лет состоявший при министерстве. После падения Сабурова Илье Николевичу было разрешено остаться в своей должности ещё на пять лет. Произошло это вовсе не потому, что наконец увидели, что он сделал для народного просвещения губернии, и оценили его труды. Нет!Барон Николаи, усевшись в министерское кресло, по подсказке Победоносцева отменил все распоряжения Сабурова; раз от Сабурова, значит, плохо, значит, нужно отменить. Но в последующие годы Илье Николаевичу не однажды приходила в голову мысль, что, пожалуй, лучше было бы ему покинуть должность. Ведь на его глазах разрушалось, по одному мановению Победоносцева, всё то, что он с таким трудом строил. Его детища - земские школы - уничтожались, а насаждались церковноприходские. Епископ Евгений и его братия провозглашали анафему всему, что было введено Ульяновым в сельских школах. А Саша закончил гимнзию. Столько было сказано тостов, но запомнился всем Сашин:"Покорись - о ничтожное племя, неизбежной и горькой судьбе. Захватило вас трудное время, не готовы вы к трудной борьбе. Вы ещё не в могиле, вы живы, но для дела вы мёртвы давно, суждены вам благие порывы, но свершить ничего не дано... тихо прочёл он, а потом сказал:" Я в вечную жизнь верую:"Пламя юности, мужества, страсть и великое чувство свободы не угаснут в наших сердцах! Мы никогда не покоримся "неизбежной и горькой судьбе!"... Саша закончил гимназию с золотой медалью. Выбор факультета был для Саши делом решённым. Саша выбрал естественное отделение. Это всех удивило. И понятно: все старались получить такую специальность, которая позволила бы скорее "сделать каръеру." А Саша любил науку и ненавидел чиновничество: чиновник должен служить царю верой и "правдой," о чём Саше даже думать противно. Отдать все силы науке - это совсем другое дело... Сашу провожали учиться в Петербург. С этого момента Мария потеряла покой, что-то тревожило её и эту тревогу она ничем объяснить не могла. С отъездом Саши Володя лишился лучшего друга, к которому привык обращаться по любому поводу. Брат умел работать так увлечённо и настойчиво, что нельзя было не подражать ему. И если Володя, когда подрос, уже не говорил:"Как Саша, так и я," это отнюдь не означало, будто он ничему не учился у старшего брата. Напротив! От наивного детского подражания он перешёл к сознательному освоению того, как нужно работать, добиваться поставленной перед собой цели. Провожание было волнительным и каким-то тревожным. Володя с трудом отрвался от Саши. У него было такое чувство, будто он не сказал Саше чего-то очень важного - а чего, никак не мог понять. С таким чувством он и домой вернулся. Сел за книгу, но не мог сосредоточиться на чтении. Подошёл к Сашиной книжной полке, и сердце сжалось. Теперь он уже не найдёт здесь новых интересных книг. Не с кем будет и поспорить. А как хорошо было! Прочтёт книгу, а вечером, когда Саша, весь пропахший в своей лаборатории едким дымом, возвратится, они начинают обсуждать её. И Володя часто радостно отмечал: он обратил внимание на те же места, что и Саша. Но случалось и так, что они по-разному понимали прочитанное. И Володя, при всём уважении к авторитету брата, горячо отстаивал своё мнение. Поднимался такой шумный спор, что Марии приходилось вмешиваться. Саша ехал в Петербург в третьем классе. Его попутчиками был тот самый обездоленный народ. В Кокушкине и окрестных деревнях, Саша внимательно присматривался к жизни крестьян. Карпий с которым он дружил, о многом рассказывал ему, и Саше казалось , что он знает, как живёт народ. Но выяснилось, что знает он далеко не всё. Да, народу тяжко. Земли у крестьян так мало, что она не обеспечивает им даже хлеба насущного. И всё-таки существуют ещё более обездоленные люди. Свои впечатления Саша прислал в письме. Наслушался за дорогу всякого, что заставило задуматься о многом. "Отрезали нам, значит, тот дарственный надел, - рассказывал с какой-то желчной иронией тощий, сгорбленный старик. - И что же это, люди добрые, за земля? Солонцы! На них и бурьян не растёт! Вот и вышло: подарили нам, что никто и даром не брал. Ну вот. Мужики поскребли затылки да к помещику! Что ж это, мол, такое? А он достаёт какую-то книжицу и говорит:" Вот положение, подписанное самим государем императором, а в нём указано..." и пошёл читать. У меня тут вот, - мужик ударил себя в грудь, - всё вскипело. Не выдержал и кричу:"Враньё! Не может быть для мужика воли без земли! Давай нам землю!" Тут мужики и вспыхнули, как солома на ветру. А помещик в ответ:"А шомполов не хотите? Так я сейчас солдат вызову." Тут все как завопят:"Что ж это такое? Царь волю объявил, а он, подлец, вон что говорит! Так не бывать же по-твоему! Бей! Жги!" Ну, и разнесли мужички всё как есть... И всю дорогу разговоры были только одни : о том как бедствует большинство и как жирует за счёт этого большинства меньшинство, да ещё и убеждают, что бог так велит. А ещё бог этого меньшинства велит духовенству окармливать овец так, чтоб не мешали жить спокойно царствующему меньшинству. Саша измучился за дорогу, он не сомкнул глаз, от услышанного разболелась голова. Всё, абсолютно всё делается так, - думал Саша, - что оборачивается наказанием для народа. Свободу объявили - земли не дали, железную дорогу строили на костях народных, а возят народ как животных. Саша пишет:"Я столько всего наслушался, что постарел, должно быть, лет на десять. Того чиновники ограбили, того в тюрьме ни за что всю жизнь гноили, того до смерти засекли... (сегодяшняя чернь всё вернула, только в более жестоком и циничном виде, и не секут - убивают словом и делом!!!) Я прямо понять не могу, какое должно быть сердце у царя, чтобы не видеть и не слышать всего этого? (как похоже на наше сегодняшнее "счастье", которое строит нам госпожа преисподняя, ставшая нашим опекуном). В Петербурге он остановился у своей двоюродной сестры. Комнату себе стал искать на второй же день - не хотел обременять родственников. Саша прочитал много о Петербурге, кажется всё о нём знал. Но сотню лет можно изучать город по книгам, картам, рисункам, но всё это не сравнится даже с одной только поездкой по нему. Здания, улицы, мосты - большие и малые, наконец, памятники, - глаза разбегаются, а душу всё больше охватывает восторг от одного сознания, что всё это - творение людских рук человеческих, что всё это он видит, что здесь он будет жить и учиться. В первый же день занятий ректор как бы всех предупредил:"Господа, очень, очень прошу вас: с первого дня, с первого шага твёрдо запомните: вы сюда пришли не разрушать, а создавать. Поиски научной истины во всей её чистоте и совершенстве, святое самоотверженное, вдохновенное служение ей - вот ваше главное и единственное призвание. Университет отныне - ваш родной дом. А это означает, что вы должны поддерживать порядок в этом доме... Вся речь ректора сводилась к одному: студенты должны не выступать против властей, а повиноваться им. Беспорядки - величайшее бедствие для университета, и оно, как он надеется, никогда уже не повторится. В гимназии Саша не изучал химии, она считалась предметом крамольным. Но он приобрёл книгу Менделеева "Основы химии" и штудировал её. В этом ему помогал отец, который недурно знал химию, так как слушал в своё время лекции профессора Бутлерова. И желание увидеть великого Менделеева, послушать его лекции, а возможно, и поработать в лаборатории под его руководством, об этом Саша мечтал как о великом счастье и было зерном, из которого выросло твёрдое решение поступать только в Петербургский университет. И вот объявили: завтра в седьмой аудитории - лекция Менделеева. Саша почти всю ночь не спал, так не терпелось ему поскорее увидеть и услышать всемирно известного учёного. На лекции Дмитрий Иванович говорил о призвании каждого, кто переступил порог университета и готов раскрывать тайны химии как науки тем, кто пришёл в эту аудиторию и слушает его. Дерзать, открывать новые законы природы. Высший Разум наполняет информацией вселенную и она не скрыта от людей. Она среди нас. Она во всём мире рассеяна, - её везде искать можно: и в химии, и в математике и в духовном искании.

Аня училась на Высших Бестужевских курсах и снимала комнату рядом с курсами. После отъезда Саши и Ани Марию не оставляла тревога. С нетерпением ждала от них писем. Саша писал не часто и письма были короткие и сухие. Ни жалоб, ни просьб. Всё его устраивало, всё было хорошо. И в жизни и в письмах он не любил говорить о своих чувствах. Аня конечно писала совсем другие письма. Она очень скучала по дому. Из Симбирска на курсах не было ни одной девушки; Аня поехала туда первой. Вообще на курсисток смотрели тогда как на законченных нигилисток. Они, мол, и одеваются не так, как все, и стригутся коротко, а в этом благонамеренные обыватели уже видели "попытку ниспровергнуть существующий строй." После отъезда Саши отец всё чаще звал Володю сыграть в шахматы и поговорить по душам. А Саша впервые сильно заболел. Аня выхаживала его. Какое счастье что они были вместе и поддерживали друг друга. Володя учился отлично, предметы постигал с живым интересом. Подружился с чувашем Охотниковым, который хотел экстерном сдать курс гимназии. Ищет того, кто бы ему помог бесплатно подготовиться. Я с радостью, но не спешу, может он найдёт более знающего, чем я. Но если обратится ко мне я с радостью ему помогу. Думаю ты, папа, возражать не будешь?..."Конечно нет, но это не должно отразиться на твоей учёбе.

год - во Франции умер Иван Сергеевич Тургенев. Это была тяжёлая утрата для всех разумных светлых людей. Русский писатель всему миру показавший высокие духовные качества и одарённость русского крестьянина. Катков опубликовал письмо Тургенева Лаврову, в котором Иван Сергеевич сообщал что обязательно будет давать деньги на издание журнала "Вперёд, чем доказал, что он не только в своих произведениях симпатизировал революционерам, но и материально поддерживал их. ....

(Вы только вдумайтесь, как чернь - неправедное триединство, попирая все законы Бога, с наглым упрямством воюет с святой троицей и теми, кто выбрал жизненный путь по Уставу - духовным законам мироздания. С видом праведницы, под опекой духовенства тащит мир к гибели. Дорогие мои потомки, делайте всё возможное и невозможное чтобы учиться, учиться и учиться какими надо быть и как надо жить выбрав обязательно идеологию праведного триедиства. Как видите, это возможно и тогда, когда миром правит преисподняя.) ....

Революционно настроенная молодёжь собиралась участвовать в похоронах Тургенева. Департамент полиции (теперь в Россию и это "счастье" вернули новые князья тьмы!) готовился хоронить Тургенева:"Особый наряд на вокзале от полиции и жандармов. Часть этого наряда сопровождает шествие, и, кроме того, по пути следования усиленный наряд полиции. Волково кладбище с утра будет очищено от публики, а затем усиленные наряды полиции займут около двух входных ворот и у Новой церкви, близ которой и приготовлена могила. Кроме того, в шествии будет находится 100 человек наблюдательной охраны, а на кладбище 130 человек наблюдательных агентов. На случай потребности в усилении наряда, в помещении Ямской команды будет находиться полицейский резерв. Чтобы оберечь забор кладбища, который может повалиться от напора публики, которая не будет допущена на кладбище без билетов, кругом него будут поставлены казаки. Воспрещено вывешивание траурных флагов и убранство домов трауром. На кладбище не будет дозволено произнесение речей. На кладбище усиленный наряд полиции останется до тех пор, пока не разойдётся вся публика. Кроме того, последующие два дня будет назначаться наряд полиции и наблюдательные агенты.! ....( Это, конечно, нормально и понятно! На войне как на войне! Не понятно, только, как поворачивается язык у черни, осуждать репрессии в СССР! Осуждать ликвидацию церкви, которая никогда не выполняла свою миссию, служила и снова служит неправедному триединству. Неужели до сих пор уверена, что можно навсегда держать народ в прошлом, отжившем и лукавом?!) ... Саша и Аня были свидетелями этой погребальной процессии, тесно окружённой казаками и городовыми. Не верилось что это хоронят Тургенева. Того самого Тургенева, который так пламенно любил Россию, так вдохновенно, воспевал и красоту её природы, и могучую силу духа народного?! Да, царь во всём остаётся верен себе, он показывает свою власть не только над живыми, но и над мёртвыми. Саше было не только больно, но и стыдно. Он говорил Ане:"Нужно быть абсолютным идиотом, чтобы не понимать, что это позорный страх царя унижает его! Невольно вспомнились слова Ивана Сергеевича:"Как не впасть в отчаяние при виде всего, что творится дома..."(как современны его слова сегодня). Полицейские не пропустили их на кладбище, и Саша с Аней остались стоять у ограды. Саша спрашивал:"До каких же пор это будет?. Когда же придёт время - да и придёт ли оно вообще? - той свободы от неправедных опекунов и народ сам будет строить свою жизнь и жизнь своей страны. (Сегодня новые опекуны решают наши судьбы и судьбы наших детей, снова тащат нас в свою преисподнюю!) Осенью 1883 года в университете говорили только о новом уставе. Все ожидали его как Страшного суда. Толки об этом новом уставе шли уже десять лет. Но постоянно что-то мешало Каткову провести в жизнь своё детище: то Толстому дали отставку, то царя Александра Второго убили народовольцы, а Александру третьему на первых порах было не до университетского устава - он не решался даже короноваться из опасения, как бы и его не убили. Но Победоносцев делал своё чёрное дело - возвращал к власти всех своих клевретов. И когда они уселись в министерские кресла, то сразу принялись извлекать из архивов и все свои творения, казалось бы похороненные на веки вечные. Михаил Никифорович Катков, как и полагается "архипринципиальному" публицисту, " за версту обходил графа Толстого после того, как тот вылетел из министерского кресла. Как говорится, дружба дружбой, а служба царю службой. И тот, кто вылетел из этой службы, Каткову уже не друг. Толстой проклинал Каткова за измену, жаловался всем, что это он, Катков, уговорил его ввести систему классического образования, а сам остался в стороне. И вот теперь ему приходится расплачиваться. Но не один Катков, а вообще все, кого Толстой в своё время облагодетельствовал, то есть предоставил какую-то должность в награду за лакейство перед ним, теперь тоже не отвечали даже на его визиты. Но вот всемогущий обер-прокурор Победоносцев посадил графа Толстого обратно в министерское кресло, и вся братия, ещё недавно шарахавшаяся от него, как от прокажённого, опять начала пресмыкаться у его ног. Одним из первых кинулся обнимать его сам Катков, всё с тем же камнем за пазухой - с проектом нового университетского устава. Хотя граф Толстой занимал теперь кресло министра внутренних дел, Катков отлично понимал, что в его руках вместе с Победоносцевым - бразды правления. Делянов и прочие министры только исполняли волю этих двух "столпов" России. (Диву даёшься, знакомясь с жизнью черни всех времён. Из века в век она только совершенствуется в эгоизме, властолбии, сребролюбии, подлости, каръеризме, разврате тела и мысли и других смертных грехах, которые потом успешно замаливает в церкви, веря в единственного бога - золотого тельца.).... В конце ноября по университету пошли тревожные слухи: Катков приехал из Москвы проталкивать устав. Негодованию студентов не было предела. Вслух говорили, что таких как Катков надо убивать. А Катков в это время строчил длинное послание Победоносцеву:"Реформа университетов была бы первой органической мерой нынешнего царствования, за которой должны были бы неукоснительно последовать другие... Неудача законодательной меры, стращает он Победоносцева, зная, какой тот паникёр и трус, - отзовётся не на одном только университете, но и на всём нашем государственном деле," ибо Катков ещё с подавления польского восстания все государственные дела считал своими личными, ему подведомственными. В университете царило уныние; все понимали, что на этот раз нового устава не миновать, потому что все, кто отстаивал его - Катков, граф Толстой, Победоносцев и их лакей Делянов, - опять пришли к власти. ..... (до чего ж похоже на наши дни!) Назначенный министром внутренних дел, граф Толстой, который считал себя великим учёным - когда-то он напечатал Историю финансовых учреждений России со времён основания государства до кончины иператрицы Екатерины Второй," - не колеблясь сел в кресло президента Академии Наук; не были избраны учёные, которых знал весь мир: Менделеев, Сеченов, Столетов, Ковалевский. И только потому, что граф Толстой враждебно относился к их общественной деятельности. От одного Граф Толстой, несмотря на своё честолюбие, упорно отказывался - от командования полицией. Шефом жандармского корпуса был назначен генерал Оржевский - человек властолюбивый, желчный и завистливый. Граф Толстой говорил:"Пускай генерал Оржевский отвечает за все карательные меры. Пускай в него стреляют, а не в меня. И всем стало ясно, что Толстой отказался командовать корпусом жандармов не потому, что у него не было военной жилки. Просто он боялся, как бы и его не постигла та же участь, что и приснопамятного Мезенцева, которого ревоюционеры среди белого дня закололи на улице кинжалом. (На войне, как на войне!)... . И первый год у Графа Толстого всё ладилось. Он уже начал было всё чаще докладывать Александру Третьему, что всех крамольников переловили, что их нечего бояться. Можно, дескать, готовить манифест о коронации. И вдруг страшная новость: убили начальника Петербургской охранки полковника Судейкина. Тут же к Толстому прискакал куьер с письмом от Победоносцева. "Многоуважаемый граф Дмитрий Андреевич! Убийство Судейкина - крайне прискорбное событие. Но я больше всего опасаюсь, как бы оно не произвело излишненго смущения. Избави боже(всё бога поминают - это больше всего потрясает) упадать духом в этом деле, как и во всех других. Мы ведём борьбу, которая ныне происхдит не у нас одних. Убийство полицейского сыщика в политических делах ныне дело обычное... Заговоры и прокламации ныне вещь заурядная. Что с Судейкиным случится подобное, этого надо было всегда опасаться, и сам он на это шёл и сознавал это. Нет его - надо действовать другим, кто есть под рукой, а не останавливаться. Особливо же надо подумать об исправлении испорченного строя наших государственных и общественных учреждений. На события, подобные этому убийству, мы всегда должны быть готовы заранее. (18 декабря 1883 год).... - "Совершенно согласен с Вашими взглядами и мыслями, многоуважаемый Константин Петрович, - ответил граф Толстой, - но признаюсь, что бедный Судейкин не выходит у меня из головы, чем бы не занимался - он передо мной. Мне обидно и досадно, что эти разбойники могли провести такого опытного в полицейском деле человека; мне жалко человека и незаменимого сыщика. .... "Упадать духом не в моём характере, напротив, чем труднее обстоятельства, тем более усиливается энергия. Но ещё повторяю, это событие меня совершенно перевернуло; дай бог, чтобы оно не отразилось на моей физике... Теперь эти мерзавцы замышляют убить меня. Конечно, мои приближённые принимают все меры предосторожности: но так как за успех их ручаться нельзя, когда имеешь дело с подобными разбойниками (удивительные персонажы преисподней)! Фашисты в Отечественную войну, будучи захватчиками чужих территорий, всех сопротивляющихся тоже называли бандитами, да и все прочие так делают. Ну и наглые!!!), то мне кажется, что на случай несчастья со мной следовало бы подумать теперь же о лице, которое могло бы заместить меня. Это было бы благоразумно и обеспечило бы правильный ход дела."... А вот ещё::"Мне кажется, - подсказывает Победоносцев графу Толстому, - следовало бы напечатать в "Правительственном вестнике" краткое сообщение о болезни государя. После внезапной отмены парада пошли уже гулять тревожные и вздорные слухи, которые эксплуатируются обыкновенно неблагонадёжными людьми. Я знаю, что в публичных собраниях сообщают друг другу на ухо, что в государя стреляли. Нетрудно представить себе, в каком виде слухи эти будут повторять внутри России.".... - Но на этот раз в царя никто не стрелял. Его императорское величество на охоте изволили выпить сверх меры, вывалились из саней и вывихнули правую руку. Несколько дней пришлось подписывать бумаги левой рукой; но подчинённым это безразлично - хотя и левой ногой, лишь бы царской. Ставили же его верноподданные вместо подписей кресты. Должно быть, именно в эти дни в голове царя и утвердилась окончательно мысль, что народу не нужно образование: достаточно научить его расписываться и читать молитвы, затверженные наизусть под диктовку попа. А Победоносцев пишет царю:"Имею честь(честь он имеет, как вам это нравится?!) представить Вашему императорскому величеству правила о церковноприходских школах...Если Вашему императорскому величеству благоугодно будет утвердить оные, не благоволите ли означить это наверху текста подписью: -"согласен" или "утверждаю." И царь послушно вывел "утверждаю." А когда эти правила прочитал Илья Николаевич, понял - это приговор всем его школам, которые он создавал с таким трудом. "Боже мой! - говорил он Марии, - Какое великое несчастье, когда царь - человек не только малограмотный, но и совершенно безвольный. Задушит, уничтожит обер-прокурор Синода Победоносцев всё, что мы здесь делали, что делают такие, как мы, по всей России. Не думал, никогда не ожидал, что до этого дойдёт...

Саша очень хотел побывать в Петропавловской крепости. Он прочитал о ней всё, что мог найти. Пока шли по городу Саша рассказывал:"За всё время её существования у стен этой крепости не было ни одного сражения. С неё началось строительство города, она стала главной его тюрьмой. А теперь и весь город превратили во всероссийскую тюрьму. Страшно подумать, сколько людей томилось в могильных казематах крепости: Радищев, Писарев, Чернышевский, Желябов... Двенадцатиметровые, одетые в гранит, стены крепости, точно скалы, поднимались прямо над Невой. День был ветренный, сизо- чёрнный, по Неве ходили тяжёлые водяные валы. Казалось, они в бессильной ярости, брызгая пеной, бились об эти стены. Невольно Саша подумал: вот так и волны восстаний разбиваются о твердыню самодержавия. На колокольне собора глухо, точно церковные колокола, ударили куранты: раз, два, три,...одиннадцать. Во дворе, зажатом высокими стенами, бой курантов звучал, как похоронный звон, и если не видно было крестов и могил, так это лишь потому, что кладбище необычное - тут людей хоронили заживо. Под пристальными взглядами караульных Аня и Саша с другими посетителями направились к собору. Зловещая тишина тюремного двора, нарушаемая только бряцанием оружия да окликами часовых, сразу же сообщалась всем посетителям. Люди брели по двору, понурясь, с таким выражением на лицах, точно они шли за гробом. В соборе стояла ещё более гнетущая могильная тишина. Хриплый, глухой голос надзирателя доносился точно с того света...- "здесь покоится прах государя императора Петра Великого. Великий государь почил в бозе в ту пору, когда собор не был ещё оконченной постройкой. Гроб с его прахом шесть лет стоял посреди собора - вот на этом месте - и только после того, как постройку закончили, был предан земле... Саша слушал эти слова, переходя от одной гробницы к другой и думал:"А сколько же эти государи похоронили здесь лучших людей России?! Сколько и сейчас умирает их в крепости?! И какой удивительный курьёз истории: всех государей привозят хоронить на то же кладбище, где они хоронили в казематах врагов своих." Выйдя из собора, Саша внимательным взглядом окинул тюремные стены, за которыми страдали, сходили с ума, умирали мученической смертью отважные борцы за свободу от неправедного триединства. Задавал постоянно себе вопрос:"А что он сделал в своей жизни?! Чем он помог им в этой неравной, самоотверженной борьбе. Проходите! Проходите! - наступая на людей грозно командовал караульный, который провожал всех до самых ворот. Ходить можно было только по обозначенному пути. Для Саши и Ани это было зримое, а не вычитанное из книг дыхание тюрьмы. Ощущение это было таким острым ещё и потому, что они не привыкли к столице, которая в сравнении с Симбирском казалась им просто тюрьмой. Они чувствовали себя в эти минуты как бы заключёнными в одном из бастионов самодержавия.

(Всё это понятно На войне как на на войне. Непонятно, как это преисподняя не понимает, что и она для нас враг. Так почему им дозволены самые жестокие методы для удержания своей неправедной власти, нам нельзя даже заикаться о правом деле борьбы за торжество праведного триединства? Правильно учит Христос:" Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими и, оборотившись не растерзали вас." А мы не понимали этого. Теперь проходим жестокий урок. Не судить преисподнюю мы должны, а учиться у неё должны, как её побеждать и прежде всего в сердце своём!)

С нетерпением Аня ждала каникул, мечтала как они с Сашей скоро будут дома. Но Саша заявил, что не поедет, потому что нет у него денег, а ехать за счёт отца ему неудобно. Аня так была огорчена! Спрашивала:"Неужели Саша ты не скучаешь без мамы, без папы, Володи, Оли, Мити, малышки Маняши? Но Саша, очень скучающий по дому и семье, - остался непреклонен. Аня решила тоже не ехать. Саша, чтоб немного её успокоить, предложил поход в Эрмитаж и посмотреть выставку картин Верещагина, которая открылась в залах общества поощрения художников. На всех, кто видел картины Верещагина, они произвели необычайное впечатление. Ходят слухи, что царь - ведь он тоже командовал отрядом под Плевной - давно не любит Верещагина, и выставку могут закрыть....Тысячи людских черепов смотрят на Сашу пустыми глазницами, зияющими ртами, на которых застыл смертный крик. Над курганом из этих черепов кружит вороньё. Сразу видно как высок этот страшный курган, выросший на недавнем поле битвы. "Апофеоз войны," - подпись под картиной. Картина "После атаки" - у лазаретных палаток корчатся в предсмертных муках и умирают раненые, потому что некому подать им помощь. На поле, усеянном уже разложившимися трупами, священник служит панихиду по убитым. А вот на картине на посту, обняв ружьё, стоит часовой, тщетно пытаясь согреться. Бушует буря, заметает снегом часового. Но его не идут сменить: офицеры за пьяной пирушкой забыли о нём. И вот из снежного сугроба выглядывает только башлык и штык ружья. Пока начальство развлекалось, буран похоронил часового в снежной могиле. Подпись под картиной:"На Шипке всё спокойно." Когда шла турецкая война, Саша был ещё мал - ему едва исполнилось двенадцать лет. В далёкий Симбирск долетали только вести, что русские войска штурмуют, побеждают, отличаются в боях. Как и все мальчики, Саша завидовал героям Плевны, восхищался подвигами генерала Скобелева, имя которого знали буквально все. Он видел, как город встречал Калужский полк, возвратившийся с турецкой войны. На специально сооружённых триумфальных воротах было написано:"Слава героям Ловчи и Плевны." Когда полк под оглушительный грохот барабанов приблизился к воротам, генералу поднесли хлеб-соль на серебрянном блюде. Все кричали "ура" и забрасывали офицеров и солдат цветами, а после того пять дней в городе гремел духовой оркестр, под заборами валялись пьяные... Вот и всё, что сохранилось в памяти Саши от турецкой войны. Но сейчас, перед картиной Верещагина, у него возникло такое чувство, точно он сам побывал на этой страшной войне. Всомнилось: такое же настроение создалось, когда прочёл рассказ Гаршина "Четыре дня." Перевернув последнюю страницу гаршинского рассказа, он, как и теперь, покидая выставку, испытывал не боль даже, а страшную душевную муку. В голове, заслоняя все другие мысли, мелькали слова:"На Шипке всё спокойно!" И виделось: вся бескрайняя Сибирь покрыта снежными могилами. Только из них торчат не ружейные штыки, а кандалы. И священник, стоя посреди, трупов, отпевает не солдат, погибших в бою, а казнённых, замученных, похороненных заживо революционеров. Царь же, любуясь этим кладбищем замученных им людей, радостно восклицает, крестясь (лицемер и фарисей):"В России всё спокойно!".... Катков в своих "Московских ведомостях" договорился до того, что обвинил Верещагина в сочувствии турецкой армии. Художник, по его мнению, перестал быть русским патриотом." Президент Академии художеств, брат царя Владимир, назвал Верещагина "сумасшедшим." Сам Александр Третий, ещё не будучи на престоле, писал, что ему "омерзительно" смотреть на картины Верещагина. И не удивительно: если бы собрать все солдатские головы, какими заплатили за бессмысленные действия отряда, которым командовал Александр Третий на турецкой войне, - выросла бы не одна пирамида черепов. "Знаете ли вы, - писал Верещагин критику Стасову, - что во время моего посещения Питера городовой стоял на посту у моего дома? А Михаил Николаевич всюду говорит, что я возглавляю нигилизм." Дядя царя, Михаил Николаевич, как все знали, повторял слова Александра Третьего. Германский военный аташе генерал Вердер советовал Александру Третьему сжечь всю серию картин о турецкой войне. В условиях такой травли выставка продержалась только до 15 января 1884 года и была закрыта. Приближалась весна, и всё больше усиливались слухи о том, что готовится закрытие журнала Салтыкова-Щедрина "Отечественные записки." По новым цензурным правилам, введённым стараниями Победоносцева, это делалось просто: собирались три министра, обер-прокурор Синода и постановили прекратить издание. Журнал "Отечественные записки" был единственным органом революционно-демократической литературы, который продержался до этого времени. Кое-кто говорил, - это, мол, потому, что граф Толстой ненавидел "Отечественные Записки", которые, как ему докладывали (самому министру, разумеется, некогда было читать журнал), занимались проповедью социализма и пользовались большим уважением среди отъявленных врагов существующего строя"(режима! Строй это когда люди в одном строю идут по одному пути к общей цели, коллективно строят жизнь счастливую для всех в святом духе и в праведном триединстве). По началу он опасался закрывать журнал, так как за это можно было и жизнью поплатиться. Когда же благодаря провокатору Дегаеву - это он впоследствии, чтобы реабилитировать себя, убил обер-сыщика Судейкина и скрылся, - были арестованы последние из могикан грозной "Народной воли,"граф Толстой решил - пришло время действовать. Предстоял суд над семнадцатью народовольцами. Конечно, их приговорят к смертной казни. Но не повесят, а будут держать заложниками до окончания коронации Александра Третьего. Это была идея Победоносцева, и она очень понравилась царю, который никак не мог дать согласие на коронацию, боясь, как бы его не убили во время поездки в Москву. Десятого февраля по доносу Дегаева, была арестована Вера Фигнер - последний член исполнительного комитета партии "Народная воля." Александр Третий готов был расцеловать графа Толстого, когда тот доложил, что Фигнер уже заключена в камеру Петропавловской крепости. Можно короноваться! Царь желает, чтобы месяца за два до коронации вся эта сволочь (вот как их, врагов наших, мы должны называть, а? Мы сволочь, а они, эти исчадия ада, совесть и честь планеты?) должна быть приговорена к смертной казни. Всем объявить, что они сидят заложниками. Министр юстиции обещает, что в начале апреля первая группа арестованных предстанет перед судом. А Фигнер с компанией, поскольку там имеются и офицеры, я полагал бы судить военным судом. И царь повелел всех таких мерзавцев судить только военным судом! (Ну что ж, на войне как на войне, если враг не сдаётся-его уничтожают. Только что ж ты, преисподняя нас судила за репресси?). ..... Ну что ж, война продолжается во имя Отца, Сына и Святого Духа и наше правое дело! Новой Цивилизации-социализму и высшей стадии духовного развития человека-коммунизму - быть или не быть ничему. Смахнёт Земля с своих уставших плеч всё это чудовищное цивилизованное стадо скотов, признающих только материальную скверну и вожделение плоти).

Отец Саше и Ане высылал по сорок рублей в месяц. Саша понимал, что это тяжело для родителей. Просил отца высылать тридцать рублей, но не убедил. Поэтому Саша жил на 30 рублей, 10 откладывал и когда приехал домой отдал отцу скопленных 80 рублей. Отец был потрясён и растроган поступком Саши. Когда Саша поступил в университет, ему было всего семнадцать лет. Начинать жизнь самостоятельно было не легко. А тут ещё болезнь. Появились расходы на докторов и лекарства. И всё-таки Саша не отступал от своего: кроме обеда, который давала хозяйка, питался только хлебом и чаем. Когда приходилось уж очень трудно, говорил себе:"А разве тем, кто на каторге, легче? Моя жизнь по сравнению с их жизнью - сущий рай. Так почему же я должен давать себе поблажки? Нет, чтобы выдержать характер в большом, нужно начинать с малого." Володя всегда очень ждал Сашу на летние каникулы. Днём было невозможно уединиться и поговорить - надо было заниматься младшими. Но когда дом засыпал, они сидели на балкончике и не могли наговориться. Володя расспрашивал о Петербурге, об университете. Рассказывал о гимназических учителях, о начальстве, особенно возмущался учителем французского языка. Это не учитель, а авантюрист, - возмущался Володя. Подхалим, доносчик Поре. Самомнения на тысячу, а ума на грош. Но что самое смешное: он вдруг решил обучать нас хорошим манерам. Это такая смехотворная глупость, что никакими словами не передать, нужно показать. - Володя встал, принял франтоватый вид и начал показывать, как нужно кланяться на улице, при входе в комнаты, как надо садиться, разговаривать с дамами... Получалось очень комично. Ну, история с Пором - сущие пустяки. А вот кто-то принёс сборник революционных песен, и спрятал в умывальнике. Сторож нашёл и передал начальству. Директор собрал всех старшеклассников и требовал, чтобы выдали тех, кто читает запрещённые книги. В год приезда Саши в Петроград революционно настроенная молодёжь ещё надеялась на возрождение "Народной воли." Но после ареста Германа Лопатина, возвратившегося из-за границы, чтобы наладить революционную работу, все поняли: партия старых бойцов разбита. Восстановить её невозможно. Значит, нужно создавать новую организацию. (Сегодня встала во весь рост эта же задача - возродить компартию и комсомол СССР, чтобы возродить нашу Родину - страну Советов! Но прежде коммунисты и комсомольцы должны осозанть, что сегодня это время осмысления своей Божественной миссии. Пришло время истины). И вопросы борьбы тоже решаь по-новому, ибо несостоятельность взглядов народников на развитие общества была - после ознакомления с трудами Маркса - очевидна... Но, как и всегда в переходные периоды, в передних рядах шёл процесс брожения: от народников чистой воды с верой в общину более или менее оторвались, а к марксизму не пристали. Однако даже те, кто ещё стоял за террор, то есть признавал тактику народовольцев в вопросе о судьбе капитализма в России, о разложении общины и роли пролетариата в борьбе народных масс за освобождение от неправедного триединства, были ближе к социал-демократам, чем к народникам. Уцелевшие остатки ещё совсем недавно грозной "Народной воли" существовали разрозненно, без взаимной связи и единства действий. Рекция торжествовала, празднуя свою полную победу над революционерами....(Сегодня преисподняя ведёт себя ещё циничней!) Царь и его приспешники всё больше наглели. Были закрыты передовые журналы, создавались всё новые и новые комиссии, направленные против демократических свобод, добытых народом в борьбе с самодержавием, шла наряду с усилением экономического гнёта. Правительство вводило всё новые налоги и подати. Волна уныния и пессимизма охватила передовые слои общества. Студенческая молодёжь всегда очень чутко реагировала на перемены в настроении общества. В её среде тоже появились нытики и пессимисты. Реакционно настроенная часть студентов, почуяв за собой поддержку, принялась наводить свои порядки. Шпионство и доносы процветали, как никогда. В революционные кружки пробирались провокаторы и выдавали их охранке. Это ещё больше усилило атмосферу растерянности, подозрительности и неверия. Свои мысли студенты решались высказывать только в узком кругу друзей, да и то с опаской. Поистине получалось: слово стало маской, под которой скрывались мысли. Но у Саши появились верные друзья. Они были единомышленниками. Саша и его друзья всё время обсуждали как вести борьбу с коронованным деспотом. Разногласия в основном сводились к одному вопросу - Какой характер должна носить эта борьба: боевой, то есть политический террор, или подготовительный, то есть пропаганда своих идей, собирание сил для открытой борьбы за власть народа (за демократию). Когда уставали спорить, декламировали стихи. Начинал, как правило, Андреюшкин. Родом он был с Кубани, из украинской семьи. Он ходил всегда в вышитой сорочке, говорил с заметным украинским акцентом. Шевырёв и Швидова были родом с Украины. Все они боготворили Тараса Шевченко, и, как только речь заходила о стихах, Шмидова просила Андреюшкина почитать что-нибудь из Шевченко. Тот наизусть знал не только весь "Кобзарь," но и запрещённые стихотворения, которые ещё в гимназии переписал себе в тетрадку.

"А кто речет, яко люблю Бога, а брата своего ненавидит, ложь есть." (соборное послание Иоанна гл.4.ст.20)

И темнеет, и светает, и ночь наступает, люд, измученный работой тоже засыпает. Лишь я плачу, как проклятый, дни и ночи сидя на распутьях многолюдных. И никто не видит слёз моих! Ослепли, видно, не слышат - не знают; святой правдою торгуют, цепь на цепь меняют, насмехаются над Богом,- в ярмо запрягают человека. Пашут горе бедой засевают...Что ж вырастет?! Погодите! Увидите всходы! Опомнитесь! Спохватитесь, нелюди! Уроды! Поглядите на рай тихий, на мать-Украину, полюбите чистым сердцем и её руины! Сбросьте цепи, станьте снова братьями, а где-то на чужбине не ищите того, чего нету и на небе, а не только что на чужом поле. В своём доме - своя правда, и сила, и воля!... (Т.Г.Шевченко)

После Шевченко читали Некрасова, Никитина, Надсона, Курочкина, революционные стихи безымянных авторов. Пели любимую дубинушку. "Но настанет пора - и проснётся народ. Разогнёт он могучую спину, и на бар и царя, на попов и господ он отыщет покрепче дубину..." (это понимает очень хорошо наша чернь, оттого и закрылась за высоким заборами, холуйскими охранами и т.д.) Всё лето 1885 года Саша усиленно готовил материал для своей научной работы. Вставал чуть свет, забирал свои банки, удочки, сачки и вместе с Володей отправлялся на реку. Там садились в лодку и, кружа по протокам, собирали жуков и червей. Возвратясь домой, Саша нёс всё это к себе в комнату и изучал под микроскопом. Когда был свободен много и интересно рассказывал о животном мире. Братья много говорили о несправедливом устройсте общества, но слушая рассказы Саши о природе часто думал, что не может быть Саша революционером. В это лето Володя окончательно порвал с религией. Было это так. К отцу приехал один сельский учитель. Был он из семинаристов, а потому считал: главный предмет в школе - закон божий. Он жаловался, что молодёжь заражена нигилизмом, равнодушно, а нередко и пренебрежительно относится к религии. От этого, по мнению учителя, и рапространяется крамола. Учитель доказывал, что человек, который не посещает церкви, - опасен для общества. Таких нужно гнать в Сибирь. Это была, что называется, последняя капля в стакане, который переполнен лицемерием и фарисейством "духовенства," с детских лет наблюдаемых Володей. Он так рванул с себя шнурок, что поранил шею. Илья Николаевич боялся за сына, помня, как Саша отнёсся к убийству Александра Второго. Каждое известиие о выступлении студетов встречал с тревогой, думая:"Не попал ли Саша в беду.?" К лету 1885 года Саша прочёл много политико-экономической литературы, и у него выработался свой взгляд на многие волновавшие всех вопросы. Собираясь домой на каникулы, он взял "Капитал" Карла Маркса, о котором после с восхищением сказал Говорухину:"Ни одна книга в мире не сможет сравниться с этой. Для отца не было тайной, что Саша отрицательно относится к существующему мировому "порядку." Илья Николаевич видел, какие книги читает сын, что его больше всего занимает. В это лето у Ильи Николаевича было подавленное настроение. Он часто рассказывал Саше о том, как тяжело стало работать, какие неимоверные трудности переживают народные школы. Он был недоволен политикой правительства в области народного просвещения и не скрывал этого. На вопрос Саши:"Что же делать?" - отвечал:"Сам не знаю! Нужно, должно быть, устранить от управления Победоносцева и всех его приспешников. Министр просвещения всё делает под диктовку обер-прокурора Синода (орган, отвечающий за чёткую работу церкви). Ульянов думал: достаточно назначить в правительство честных и порядочных людей, как всё изменится к лучшему. Саша думал иначе: пока будет самодержавие, обслуживаемое духовенством - ничто не изменится. Он говорил отцу:" Ты всегда не одобрял террора. Но ведь это самодержавие и его правительство ведёт войну, защищая свой режим, стоящий на неправде и несправедливости. Передовые люди только отвечают на беззаконие власти, борятся за идеологию равенства и братства, которое проповедовал сам Христос. Разве церковь этого не знает? Интеллегенция на усиление реакции отвечает усилением террора. Идёт война и эту войну народу объявило неправедное триединство. И если ты хочешь знать моё мнение о том, как нужно решить вопрос народного просвещения, так вот оно: начальное образование должно быть всеобщим, обязательным и даровым. "Саша, ты говоришь о невозможном! Об этом можно только мечтать!..." Папа, Писарев учил мечтать и добиваться исполнения мечты. Правительство по доброй воле никогда ничего не сделает для народного образования. Вернувшись к власти в 90-х 21 века преисподняя не только уничтожила самое лучшее высокодуховное в мире образование, но и разобщила детей по школам самого сомнитедьного содержания). А между тем, если бы правительство хоть сотую долю тех средств, какие оно тратит на содержание охранки и полиции, отдало на народное образование, можно было бы построить тысячи и тысячи школ. (Что и сбылось в стране Советов!) Нет, папа, только уничтожив самодержавие, народ может обрести свободу и устроить жизнь без чьей либо опеки. "Как это - уничтожить? - удивился Илья Николаевич..."Пока это трудно сказать. Одно только я знаю из истории революций: ни один деспот не отдал своей власти добровольно. Всегда это сопровождалось борьбой. Так было во Франции, (в древних Афинах, в Шумерах), так было и в других странах. Не исключена возможность, что так будет и у нас. Народ терпелив, но есть предел терпения. В первой половине декабря Ульянов был в длительной поездке по школам. Вернулся после этого объезда школ в очень плохом настроении. Реакция пошла в наступление на всё, что с такими трудностями было заваёвано народными школами. Из школ под любыми предлогами изгонялись преданные делу учителя. Учителям приклеивались ярлыки "неблагонадёжных", против них выдвигались самые нелепые обвинения. В официальных постановлениях указывалось:"Духовно-нравственное развитие народа, составляющее краеугольный камень всего государственного строя, не может быть достигнуто без предоставления духовенству преобладающего участия в заведовании народными школами." Попы, против которых столько лет воевал Илья Николаевич, таким образом, официально признавались главными руководителями народных школ. И вообще, народные школы под всякими предлогами сокращались. А открывались жалкие одногодичные школы грамотности да двухгодичные церковноприходские, подчинённые только епархии. Реакция наступала везде. (и сегодня уже мечтает преисподняя о введении в школах уроков закона божьего, как преисподняя это понимает по свим понятиям). ..... А Саша очень много работает. Заканчивает свою научную работу. Хочет представить её на конкурс. Профессор Вагнер хочет забрать его после окончания университета к себе на кафедру зоологии, а профессор Бутлеров советует Саше заняться химией. Здоровье Ильи Николаевича беспокоило. Он переживал, что гибнут все труды его жизни. Только за последние четыре года число церковноприходских школ увеличилось в четыре раза, а законоучителей - вдвое. К концу года у Ильи Николаевича всегда бывало много работы по составлению отчётов. Шестого января у Ульяновых была вечеринка, и Илья Николаевич так хорошо чувствовал себя, что даже танцевал польку. Но 11 января ему стало плохо. Мария встревожилась и послала Володю за доктором. Но доктора Кадьяна не было, куда-то уехал. Позвали другого, который всех успокоил, что отдохнёт и всё будет хорошо. Но хорошо не было. Володя побежал за доктором. Доктор пришёл и не нашёл причин для беспокойства. Аня с вечера читала ему бумаги, но заметив, что он заговаривается, попросила прекратить работу и отдохнуть. Сам Илья Николаевич, видя, как волнуется жена, уверял, что ему гораздо лучше. Но обедать в столовую не вышел, сославшись на отсутствие аппетита. А когда все сели за стол, он подошёл к дверям и, постояв молча на пороге, ушёл обратно в кабинет. Смотрел на всех так, точно прощался. Тебе не хорошо - спросила Мария, увидев, что он лёг в постель. Что-то в груди жмёт... Два часа спустя он вдруг содрогнулся всем телом и затих. Мария думала что с ним обморок, позвала Аню и Володю. Володя побежал за доктором. Тот пришёл, осмотрел Илью Николаевича и сказал:-кажется, кровоизлияние в мозг. Мария не поверила ему, она всё думала, что у него обморок... Вера Васильевна Кашкадамова (одна из первых воспитанниц Ульянова) услышала о смерти Ильи Николаевича только на следующий день. Побежала к Ульяновым и увидела: Илья Николаевич лежит в обычном своём вицмундире и как будто улыбается. Она смотрела на него и ей казалось - вот-вот встанет, засмеётся и скажет, что пошутил... Мария спокойно, без слёз и жалоб, опустив голову, стояла у гроба. Володя рядом с нею. Песковским написали письмо, чтоб Саше передали о случившемся и были с ним рядом. Страшная весть поразила Сашу настолько, что он забыл обо всём на свете и неделю молча, как зверь в клетке метался в комнате. Больше всего его угнетало, что не послушал просьбу Ани приехать хоть на несколько дней. Как предчувствовала. Но как не трудно было Саше, он заставил себя работать, закончить сочинение и сдать его на конкурс. Аня прислала газету "Симбирские губернские ведомости" с описанием похорон отца. "Вынос тела Ильи Николаевича Ульянова и погребение, - читал со слезами Саша, - происходили пятнадцатого января. К девяти часам утра все сослуживцы покойного, учащиеся и учащиеся городских народных училищ, все его почитатели, огромное число народа наполняли дом и улицу около квартиры покойного. Гроб с останками покойного был принят на руки его вторым сыном, ближайшими сотрудниками и друзьями... Впереди венки:"От приходских учителей и учительниц города Симбирска, поражённых безвременной утратой руководителя и отца," "От Симбирского трёхклассного городского училища незабвенному начальнику." Всем известна в Симбирске прекрасная семья Ильи Николаевича. Да поможет господь супруге его, пользующейся заслуженной известностью образцовой матери и жены, выполнить с успехом великое дело воспитания и образования оставленных на её попечение детей... Саше всё не верилось, что он больше никогда не увидит отца. А третьего февраля состоялось решение жюри конкурса.... "Сочинение студента шестого семестра Александра Ульянова, - значилось в протоколе заседания, - на тему "Об органах сегментарных и половых пресноводных Аnnlulata" удостоить золотой медалью." Мария , узнав о таком большом успехе Саши, горько плакала:"Как жаль, что отец не дожил до этого дня... После смерти Ильи Николаевича семья осталась без копейки. Назначение пенсии затягивалось, и тяжёлые материальные обстоятельства заставили Марию просить пособия. "Пенсия, к которой я с детьми моими представлена за службу покойного мужа моего, - пишет она двадцать четвёртого апреля попечителю Казанского учебного округа, - получится, вероятно не скоро, а между тем нужно жить, уплачивать деньги, занятые на погребение мужа, воспитывать детей, содержать в Петрограде дочь на педагогических курсах и старшего сына, который кончил курс в Симбирской гимназии, получил золотую медаль и теперь находится в Петербургском университете, на 3-ем курсе факультета естественных наук, занимается успешно и удостоен золотой медалью за представленное им сочинение. Я надеюсь, что он, с Божьей помощью, будет опорой мне и меньшим братьям и сёстрам своим, но в настоящее время он, как и остальные дети, ещё нуждаются в моей помощи, ему нужны средства, чтобы окончить курс. Вот за этой помощью я обращаюсь к вам..." Аня, видя, как трудно маме достаётся каждая копейка, не знала, что делать: ехать ли ей в Петербург или остаться дома? Мария была за то, чтобы Аня продолжала ученье. Но Ане тяжело было оставлять маму одну после такого несчастья. Однако твёрдость и выдержка матери, мужественно переносившей тяжёлые испытания, её уверения, что Аня не должна из-за неё оставаться дома, заставляли её колебаться. Боялась Аня ещё и того, что дома не сможет подготовиться к экзаменам, хотя Саша обещал выслать все нужные книги, да и Володя - хоть у самого было много уроков, и к тому же он ещё готовил к экзаменам на аттестат зрелости учителя чувашской школы Охотникова, - взялся помогать ей по латыни. Ане не особенно нравилось, что ей приходится обращаться за помощью к младшему брату-гимназисту, но Володя так интересно вёл занятия, что она вскоре совсем по-другому начала относиться к "противной латыни." Когда Аню брало сомнение, можно ли за такой короткий срок пройти весь гимназический курс, Володя говорил:"Это в гимназиях с бестолковой постановкой преподавания, тратят на курс латыни восемь лет, а взрослый сознательный человек может пройти его в два года... Саша советовал Ане остаться дома, но в конце, со свойственной ему деликатностью, сделал приписку: конечно, всё это не может иметь большого значения для тебя, потому что главное... - насколько удобно оставить маму - гораздо виднее тебе." После долгих колебаний Аня решила поступить так, как ей больше всего хотелось, - уехать. Но как только она очутилась в Петрограде, в своей комнате, наедине с книгами, Аня поняла, что совершила ошибку. Не она нужна была маме для поддержки, а ей самой необходима её близость, близость всей её семьи. Занятия не шли на ум: она терзалась мыслью, что не проявила характера и оставила маму одну с её горем. Кончилось тем, что Аня не сдала два экзамена и подала просьбу перевести их на осень, что бы вместе с Сашей уехать домой. Дома Саша ничего не узнавал, так всё изменилось со смертью отца. Материальные затруднения заставили Марию сдать половину комнат в наём. Там, где столько лет Саша жил с Володей, поселились чужие люди. Мама перебралась наверх, к Оле и Маняше, а Володя и Митя заняли её комнату.

Запретив "Отесественные записки," самодержавие лишило революционную демократию её последней трибуны. (Ну что ж! На войне, как на войне!) На этот реакционный акт передовая студенческая молодёжь ответила прокламациями. Было решено направить приветственный адрес Салтыкову-Щедрину. Студенты московских учебных заведений начали собирать подписи под адресом. За несколько дней - это, разумеется, делалось нелегально - под адресом появилось больше шестисот подписей. Выбрали делегатов, и они поехали к Салтыкову-Щедрину. Но эта делегация, как и многие другие, не только не помогла, а повредила писателю. Именно эти адреса едва не привели его на скамью подсудимых. После арестов среди студентов, готовивших адрес, московский обер-полицмейстер запрашивал директора депортамента полиции:"Как поступить относительно Салтыкова, то есть допросить его только как свидетеля или же произвести у него обыск и действовать затем согласно его результатам. В письме Аненкову спустя несколько дней после закрытия журнала Михаил Евграфович жаловался::"Неужели я, больной, издыхающий, переживу эту галиматью! В городе разные слухи ходят: одни говорят, что я бежал за границу, другие - что я застрелился; третьи, что я написал сказку "Два осла" и арестован... Столько я в две недели пережил, сколько в целые годы не переживал..." Студенческим научно-литературным обществом руководил профессор Орест Фёдорвич Миллер. Он терпимо относился к самым пртиворечивым взглядам в вопросах науки и литеоатуры. Ульянов сразу же оценил это и начал принимать деятельное участие в работе общества. Это была единственная легальная студенческая организация. Собирались довольно часто, заседания продолжались долго, поскольку докладов-рефератов на литературные и общественно-политические темы готовилось много, разгорались бурные дебаты. Осенью 1886 года при перевыборах президиума в секретари общества была выдвинута кандидатура Александра Ульянова. После того, как он получил золотую медаль, его начитанность и недюжинные способности признавали все студенты. Его избрали единогласно. Этой работе он отдался с энтузиазмом, и общество под его влиянием стало уделять больше внимания общественно-политическим вопросам. Студенты валом валили на заседания общества. Необычное оживление в обществе заметила охранка. В рапорте Петербургского охранного отделения, направленном в департамент полиции тридцать первого декабря 1886 года, сообщалось, где живёт Ульянов, кто его родные, с кем он ведёт знакомства. В заключение указывалось:"Политическая благонадёжность знакомых Ульянова, равно и его самого, весьма сомнительна." Чтобы отметить годовщину смерти Добролюбова, студенты решили собраться на Волковском кладбище и возложить венки на его могилу. Семнадцатого ноября направились к кладбищу. Но тут оказалось, что полиция опередила их. Ворота кладбища были заперты, у ограды стояли городовые. Ещё больше их пряталось за воротами: (вспомнилось, как в 93 году мы шли на митинге протеста и видели как пряталась милиция во дворах, готовая каждую минуту броситься против советсих людей. Как быстро было перестроено сознание или оно и было такое; безграмотное большинство, что с него возьмёшь) студентам хорошо было видно, как они осторожно выглядывали оттуда. Толпа росла. Приехали студенты с венками. Городовые разводили руками, повторяли:"Приказано не пускать!" Конечно, студенты настаивали, требовали самого генерала Грессера, давшего приказ "Не пущать!" Разрешили только пропустить делегатов с венками. Саша предложил отслужить панихиду в церкви. Однако радость была преждевременна. Не успели студенты выйти на Невский, как навстречу им прискакал верхом на лошади генерал Грессер. Тот самый Грессер, который выиграл в жизни лишь одно сражение - заставил городскую думу отменить постановление об ассигновании денег на похороны Ивана Сергеевича Тургенева. Тогда о нём презрительно говорили: "Ну и храбрец этот генерал, если не побоялся выставить своё имя на всеобщее посмешище!" - " Нельзя!" - отрезал Грессер и приказал казакам остановить студентов. Казаки преградили выход на Невский проспект, справа - двор полицейского участка, а спереди и сзади - цепи казаков с шашками наголо. Толпа остановилась, поскольку проход остался один - в ворота участка. Ловко!

Шевырёв создал террористическую группу и предложил Ульянову и Говорухину примкнуть к ним. Грубой силе, на которую опирается правительство, мы противопоставим тоже силу, но силу организованную и объединённую своей духовной солидарности..."Прокламация была адресована общественности, и в ней, конечно, Ульянов не мог не высказать всего, что было у него на Душе. Но даже то, что он сказал, показывает с какой ненавистью относился он к самодержавию, когда прямо заявлял: дни тёмного царства (то есть самодержавия)) сочтены, грубой силе будет противопоставлена тоже сила. Силу эту он видел в терроре. До поздней ночи за круглым столом Александра кипела работа: студенты запечатывали в конверты прокламации, подписывали адреса и разносили по почтовым ящикам. Аня участвовала в разноске конвертов. Но общественность (безграмотное большинство и преисподняя) на это пылкое, взволнованное обращение студентов ответила молчанием. Но молодёжь не успокаивалась. Желание ответить ударом на удар порождало толки о возобновлении террора. Прошли даже слухи, что было организовано покушение на генерала Грессера. Всё больше говорили, о том, что готовится покушение на царя. История с конвертами закончилась вызовами в участок. Повестку получил и Ульянов. Перспектива исключения из университета была не из приятных, и успокаивало только то, что он не один. Досадно, что наказание придётся понести абсолютно ни за что. Хотя кто же мешал ему все эти годы вести активную борьбу?! Никто. Просто он раздумывал, искал путь борьбы. Должно быть, революционеры потому и не заявляют о себе, что полиции удаётся арестовать их и выслать прежде, чем они приступят к какому-нибудь делу. Пока шли аресты и высылали из Питера студентов, участвовавших в добролюбовской демонстрации, Ульянова несколько раз вызывали в полицию, но, ничего не добившись, оставили в покое. Он ждал обыска, но полиция на квартире не появлялась. Подготовка покушения на царя отнимала у всех много времени. А нервное напряжение мешало заниматься другими делами. Почти все они перестали посещать лекции. Шевырёву начали мерещится шпионы даже там, где их не было. Борьба с самодержавием угрожает нам, Александр Ильич, - говорил Лукашевич, оставшись как-то наедине с ним в лаборатории, -виселицей или пожизненной каторгой. Погибнуть в рассвете сил и причинить своей смертью глубокое горе родным - всё это, разумеется, очень больно. Однако я с этим примирился. Но в глубине души моей поднимается тихий, несмолкающий стон протеста. Чей же голос зовёт меня к жизни?!... - "Голос науки, - не задумываясь, ответил Александр, которого мучили такие же мысли. Ульянов переживал такую же трагедию. И только потому, что был сдержан и не любил экспансивных излияний, никто об этом не знал. Трагедия Саши усиливалась ещё вот чем: изучая труды, Маркса он начинал подумывать о том, что террором вряд ли можно изменить неправедный мировой порядок. Но с другой стороны - отступать уже было некуда... Как Саша не скрывал от Ани свои действия по подготовке покушения, они то и дело пробивались наружу. При всей своей сдержанности он иногда выдавал себя. Однажды, придя к брату, Аня застала у него всё того же ненавистного Говорухина. Саша уже был одет. Он сказал, что скоро вернётся, и просил подождать его. В руках у него был какой-то предмет, завёрнутый в бумагу и похожий на ружьё. По тому, что Говорухин тоже остался дожидаться его, Аня заключила: он знает куда идёт Саша, и знает, что он несёт. Аню охватило смутное беспокойство. Куда это Саша пошёл в такой поздний час? Что он понёс? Не грозит ли это ему чем-нибудь? Саша долго не возвращался, Говорухин читал какую-то книгу и непрерывно курил - видно было, он нервничает. Терпение Ани истощилось, и она спросила с нервной дрожью в голосе: :"Куда ушёл Саша?!... - "Я не знаю."... - Нет, вы знаете! И вы всегда...вы всегда что-то скрываете от меня!" Но вот наконец хлопнула дверь, и на пороге комнаты - Саша. Но Говорухин уходить не собирался и Аня, обиженная невниманием брата ушла, встревоженная и недовольная. Смутная тревога не давала ей покоя. Утром Саша принёс ей перевод Маркса. Аню очень обрадовало такое доверие. Она охотно взялась за правку перевода. Почти перестала беспокоиться о Саше, видя, как старательно он занимается, переводит статьи. Ей и в голову не приходило, что наряду с этим он ведёт активную подготовку покушения! - Победа над абсолютизмом всегда проходила под гром уличных мятежей, - говорил Лукашевич, когда Ульянов начинал обсуждать будущее России. -И мы тоже никак не можем расчитывать на мирную эволюцию государственного строя в России. Нам не обойтись без насильственного воздействия на самодержавие... - Но на какие же слои общества, на какие классы мы можем расчитывать в этой борьбе? - спрашивал Саша. - На крестьянство? Но мы знаем к чему привели даже крупные крестьянские восстания прошлого века. Мы сами видели, чем кончилось хождение в народ. Класс пролетариев в нашей стране ещё не вырос в могучую силу, способную нанести удар неправедному триединству. Остаётся одно: систематический террор. А если под влиянием террористической борьбы царское правительство созовёт учредительное народное собрание, то, вероятно, туда попадёт много крестьянских депутатов. Может случиться и так, крестьяне получив землю, не станут бороться за политические свободы. Тогда революционная интеллегенция вместе с рабочим пролетариатом должна продолжать борьбу за свободу, так как политическая свобода есть необходимые условия и залог здорового, нормального развития государства. - "Допустим, - рассуждал Лукашевич, - наихудший оборот вещей: правительство своими полицейскими мероприятиями подавило прогрессивное движение в обществе. Тогда должна произойти задержка в развитии науки, техники и вообще производительных сил России. Это повлечёт за собой сильную отсталость страны в экономическом отношении от западноевропейских государств. А вместе с тем и экономичексую зависимость от более культурных стран. А экономическая зависимось влечёт за собой и политическую. Тут ни обширность территории, ни многомиллионная цифра населения не спасут государственной самостоятельности. А сделаться игрушкой в чьих-то руках - такая перспектива не может быть заманчивой даже для царской власти.Чтобы быть в состоянии дать отпор своим соседям, вооружённым с ног до головы, необходимо не только содержать многочисленную армию, но и располагать соответственным техническим аппаратом, то есть нужно иметь сеть железных дорог, свои фабрики и заводы. Одним словом, необходимо поддерживать уровень промышленности на высоте, не слишком разнящейся от состояния промышленности культурных стран. Отсюда неизбежен вывод: Россия должна пережить фазу капитализма. ..."Всё это верно. Но если страна пойдёт таким путём, нужна ли будет нам террорестическая борьба? - сомневался Саша. ..."Да, нужна! И даже необходима! - горячо заверил Лукашевич. - Во-первых, исторический опыт нас учит, что достижение конституционного режима осуществляется раньше, чем сложится сильная, влиятельная рабочая партия, и что в борьбе с абсолютизмом принимают деятельное участие и другие заинтересованные группы населения. Во-вторых, сам процесс организации рабочего класса при абсолютизме идёт очень туго и болезненно, вследствие того, что рабочие вынуждены вести борьбу на два фронта: с капиталистами и правительством. В третьих, под сильными ударами народовольцев заколебалось самодержавие, и не исключена возможность, что от новых ударов оно пойдёт на уступки. ..."Ничего нет ужаснее сознания общей безнадежности, - говорил Александр, как бы раздумывая вслух. - Конечно, силы наши не равны. Но вспомним Ирландию. Когда были затронуты жизненые интересы общества, а силы борющихся сторон были очень неравны, то более слабая сторона - ирландцы - взялись за динамит. Активно бороться со всем этим злом не только долг - обязанность каждого честного человека. Группа Шевырёва состояла из пяти человек: А.Ульянов, П.Шевырёв, В. Генералов, В. Осипанов, П.Андреюшкин.

Программа террористической фракции партии "Народная власть." ... .... .... По основным своим убеждениям, мы социалисты. Мы убеждены, что материальное благосостояние личности и её полное всестороннее развитие возможны лишь при таком социальном строе, где общественная организация труда даёт возможность трудящемуся человеку пользоваться всем своим продуктом и где экономическая независимость личности обеспечивает её свободу во всех отношениях. Только тогда государство выполнит свою задачу доставить человеку возможно больше средств к развитию. И только в таком обществе при отсутствии конкуренции и борьбы интересов, (каръеризма) будет возможно беспредельное нравственное развитие личности. К социалистическому строю каждая страна приходит неизбежно естественным ходом своего духовного и экономического развития; он является таким же необходимым результатом капиталистического производства и порождаемого им отношения классов, насколько неизбежно развитие капитализма, раз страна вступила на путь денежного хозяйства. Этот закон не выражает собой, конечно, единства, но возможного пути; он не исключает борьбу с центральным правительством, но и местные террорестические протесты против административного гнёта. В виду этого строгая централизация террорестического дела нам кажется излишней и трудно осуществимой. Сама жизнь будет управлять его ходом и ускорять, или замедлять его по мере надобности. Сталкиваясь со стихийной силой народного протеста, правительство тем легче поймёт всю неизбежность и законность этого явления, чем скорее осознает оно своё бессилие и необходимость уступок. (Александр Ульянов 21 марта 1887 год)

Высланные из Петербурга за участие в добролюбовской демонстрации студенты в письмах друзьям рассказывали в каком тяжёлом положении они оказались. Многим из них высылка представлялась вершиной несчастья. В письмах они рассказывали о дикой несправедливости властей. Все понимали: студентов выслали не за какую-то вину, а для устрашения других. Репрессиями правительство как бы говорило: смотрите, так будет со всеми. А это означало - каждый не только сам должен вести себя тихо и мирно, но и других одёргивать. Такая полицейская логика возмущала студентов, и разговоры о том, что нужно дать ответный бой властям, то затихали, то снова вспыхивали - особенно после очередной порции писем от высланных. Восьмого февраля собирались праздновать годовщину основания университета. Студенты решили провести в актовом зале демонстрацию. Весть об этом быстро облетела университет и взбудорожила всех. Начались споры о том, какие требования выдвинуть. Одни говорили - надо требовать возвращения всех высланных, другие считали, что этого мало, что ради этого незачем и выступать. Надо требовать не только возвращения всех высланных, но и отмены нового реакционного устава. Были и голоса, что это под силу только революции. Против был и Ульянов. Такими выступлениями ничего добиться невозможно, а правительство только больше озлобится. Этим выступлением можно добиться только новых арестов.

С первых же дней создания группы Александр начал думать о программе. Он часто советовался с товарищами о том, под каким знаменем нужно выступать. При этом возникали большие споры, потому что единства взглядов по теретическим вопросам у участников группы не было, хотя все они признавали тактику народовольцев - систематический террор - правильной. В это время уже не только Александр был под влиянием идей марксизма, но их разделяли и другие участники заговора. Лукашевич читал Маркса и Энгельса. Он говорил Ульянову, что путь к поискам истины могут указать революционерам только труды Маркса и Энгельса. Генералов проштудировал работы Плеханова "Наши разногласия," и у него появилось желание обстоятельнее познакомиться с трудами Маркса. Ульянов достал ему нужные книги, и он просиживал за ними ночи напролёт. Говорил восхищённо, что ничего интереснее и умнее не читал в своей жизни, ругал народников, называя их путанниками. Прочитав первый и второй тома "Капитала," он согласился, что капитализм в России исторически неизбежен. В это время в Петербурге вела деятельную пропаганду идей марксизма социал-демократическая группа Дмитрия Благоева, с которым были связаны некоторые студенты Университета. Благоевцы выступили со своей программой, в которую было включено много положений из программы группы "Освобождение труда," выработанной в 1884 году. В своей программе петербургские социал-демократы отмечали, что русское государство с отменой крепостного права вступило на тот же путь экономической конкуренции, что и Западная Европа. Капитализм у нас уже зародился и растёт." В программе благоевцев указывалось:"Относительно политичекого террора как системы вынуждения уступок у правительства мы должны сказать, что при настоящих условиях, при отсутствии прочной рабочей организации, могущей непосредственно поддержать эффект террорестического акта, мы не признаём продуктивности террора." Однако, отрицая террор как систему, благоевцы находили возможным пользоваться им в отдельных случаях. Александр внимательно изучил программу группы "Освобождение труда," в которой Плеханов, делая уступку народничеству, оказывавшему в ту пору сильное влияние на молодёжь, отмечал, что в боях с правительством рабочие могут прибегать и к "террористическим действиям, если это окажется нужным в интересах борьбы. Группой была принята программа, в которой была обозначена цель борьбы: победа социалистичекого устройства жизни людей. Александр воздавал дань ещё очень живым традициям народников с их верой в крестьянксую общину, как зародыш социализма; он выдвигал и марксистское положение о роли рабочего класса в социальной революции. Он пишет, что рабочий класс по своему экономическому положению является естественным носителем социалистических идей. "Рабочий класс будет иметь решающее влияние не только на изменение общественного строя, борясь за свои духовные и экономические нужды, но и политической борьбе настоящего он может оказывать самую серъёзную поддержку, являясь наиболее способной к политической сознательности общественной группой. Он должен поэтому составить ядро социалистической партии, её наиболее деятельную часть, и пропаганде в его среде и его организации должны быть посвящены главные силы партии." Выходило: хотя Александр ставил в программе на первом месте крестьянство, рабочему классу в революционной борьбе он отводил более значительную роль. В этом он, по сравнению с программой исполнительного комитета, сделал большой шаг вперёд.

Покушение было назначено на первое марта, но охранка давно следила за группой и первого марта была готова к арестам подозреваемых, как только они появятся на Невском. Были арестованы Осипанов, Генералов, Андреюшкин, задержанные с бомбами, вели себя на допросах твёрдо и выдержано. Был произведён тщательный обыск. Ничего не нашли. Министр внутренних дел граф Дмитрий Толстой уверял всех, что в России не осталось ни одного революционера, и вот пожалуйста, - заговор! Опять студенты появились на улицах Петербурга с бомбами! Это происшествие вызвало переполох и полную растерянность слуг царёвых. В своём донесении Александру Третьему граф Толстой обстоятельно описывал, как и где, с какими бомбами были задержаны студенты. Подчёркивал то обстоятельство, что охранка перехватила письмо Андреюшкина и установила за ним слежку. Но умалчивал, разумеется, о том, что полиция не знала, за кем следит. Желание скрыть от общественности истинное положение вещей у графа Толстого было так велико, что он писал в том же донесении царю:"Во избежание преувеличенных толков в городе по поводу ареста на Невском проспекте трёх студентов с метательными снарядами, я полагал бы необходимым напечатать в "Правительственном вестнике" краткое сообщение об обстоятельствах, сопровождавших их задержание." Царь начертал резолюцию:"Совершенно одобряю и вообще желательно не придавать слишком большого значения этим арестам. По-моему, лучше было бы узнать от них всё, что только возможно , не предавать их суду и просто без всякого шума отправить в Шлиссельбургскую крепость. Это самое сильное и неприятное наказание. На этот раз бог нас спас (чёрт спас), но надолго ли? Спасибо чинам и агентам полиции, что не дремлют и действуют успешно." (О! А как сегодня чины и агенты полиции не дремлют. Простенько так сообщают, что нарушающих порядок привели к норме)... Однако просто и без всякого шума," как того хотелось царю, покончить с революционерами не удалось. Слух о том, что грозная "Народная воля" опять заявила о себе - мигом разнеслась по городу.

Покушение не удалось. Готовящие покушение арестованы. Никто не убит! Никто не пострадал! Но ребята в крепости в руках врагов. Путь на голгофу начался. Их будут распинать за то же, что и Христоса - за истину! Они будут ошибаться, думая, что надо рубить деревья, приносящие плохие плоды и тогда придёт ццарство праведного триединства на землю. Не понимали, что плохое дерево это чудовище, имя которому материальная скверна и вожделение плоти - неправедное триединство:самодержавие -духовенство - безграмотное большинство. Конечно, все судьбы борцов за жизнь по Уставу, это путь мученников. Но я хочу заострить ваше внимание, мои дорогие, на судьбе Александра Ульянова. Он был одним из тех посланников Божьих, которые прокладывали пути к истине, они призывали всех жить по законам Устава, законам общения людей друг с другом и окружающим миром. Сашу посадили сразу в одиночную камеру. Именно потому, что он был от всех сразу изолирован, то и не мог знать состоялось покушение или нет. Саша попал в тюрьму в день своего рождения - это и день когда Митя Каракозов стрелял в ненавистного царя. Тогда у Ильи и Марии было тревожно на душе, их долгое время не покидало какое- то предчувствие. Отца уже нет, а Марии предстоит пройти вместе с сыном на его голгофу за правое дело по восстановлению равновесия между Духом и плотью. Со второго на третье марта первый допрос. Вёл допрос ротмистр отдельного корпуса жандармов-Лютов. Первый вопрос:"Расскажите, какое участие вы принимали в подготовке покушения на священную особу государя императора. Саша отказывался отвечать на вопросы. Тогда ему дали прочитать показания Канчеры. Саша был потрясён:"Канчер предатель! Он подробно описал всё, что знал! Саша собрал всю свою волю и равнодушно ответил:"Что ещё дадите почитать?!" За три с половиной часа допроса в протоколе появилась такая запись:"На предложенные мне воросы о виновности моей в замысле на жизнь государя императора я в настоящее время давать ответы не могу, потому что чувчствую себя нездоровым и прошу отложить допрос до следующего дня." Когда Ульянова увели, прокурор Котляревский сказал:"Удивительная выдержка! По-моему, он и есть организатор всего дела. С таким умом и с такой силой воли человек просто не может быть на вторых ролях. Канчер и Горкун называли всё новые имена и адреса. Охранка сбилась с ног разыскивая названных. Искали Шевырёва. Канчер именно его называл организатором. Охранка шла по следу, указанному предателями. Арестовали Лукашенко. А царь решил не рисковать и снова укрылся в гатчинской крепости. Он слишком высоко ценил свою августейшую особу, чтобы рисковать жизнью, опровергая такой пустяк, как разговор о том, что будто бы страх перед революционерами удерживает его в Гатчине. Четвёртого марта Ульянов признает, что принадлежит к террорестической фракции партии "Народная воля", что он принимал участие в заговоре против царя. Когда возник заговор? Он отказывается назвать точную дату. Он не отрицает, что приготовлял азотную кислоту, белый динамит, свинцовые пули. Из протокола признания Саши:"Собственно, фактически моё участие в выполнении замысла на жизнь государя императора этим и ограничивалась, но я знал, какие лица должны были совершить покушение, то есть бросать снаряды. Но сколько лиц должны были это сделать, кто эти лица, кто доставлял ко мне и кому я возвратил снаряды, кто вместе со мной набивал снаряды динамитом - я называть и объяснять не желаю..." Вот и всё, что прокурору Котляревскому удалось добиться от Ульянова. Саша признаёт только то, что невозможно отрицать, но делает это так, чтобы никому не навредить. Он не называет даже фамилии предателей. На следующем допросе Саша говорит уже о мотивах своего участия в заговоре. "Я не был ни инициатором, ни организатором замысла на жизнь государя императора, - отвечает он, видимо, на вопрос следователя. Моё интелектуальное участие в этом деле ограничивалось следующим: в течение этого учебного года, приблизительно не ранее второй половины ноября, я раза два или три имел разговоры с некоторыми из лиц, принявших впоследствии участие в том деле, по которому я... обвиняюсь. Разговоры эти касались ненормальности существующего общественного строя и тех возможных путей, которыми он может быть изменён к лучшему. Моё личное мнение, которое я держал в этих разговорах, было таково, что, для того, чтобы достигнуть наших конечных духовных и экономических идеалов, что возможно только при достатоной зрелости общества, после продолжительной пропаганды и культурной работы, необходимо достичь предварительного известного минимума политической борьбы, без которой невозможна сколько-нибудь продуктивная пропагагдистская и просветительная деятельность. Единственное средство к этому я видел в террористической борьбе, которая, как я надеялся, вынудит правительство к некоторым уступкам в пользу наиболее ясно выраженных требований общества." Далее он признаёт, что разговоры эти оказывали влияние на других, кто желал посвятить себя террористической деятельности. Саша признавал в этих двух показаниях (а также в последующих) лишь то, чего не отрицают все арестованные. В последнем своём показании от двадцать первого марта - двадцать второго марта Ульянов говорит уже только о политических мотивах дела. Посколько полиции не удалось найти ни одного экземпляра программы, он по памяти восстанавливает её. "Если в одном из прежних показаний, - в заключение пишет он, - я выразился, что я не был инициатором и организатором этого дела, то только потому, что в этом деле не было одного определённого инициатора и руководителя; но мне, одному из первых, - продолжает он, беря этим самым на себя всю ответственность за подготовку покушения, - принадлежит мысль образовать террористическую группу, и я принимал самое деятельное участие в её организации в смысле доставления денег, подыскания людей, квартир и прочее. Что же касается до моего нравственного и интелектуального участия в этом деле, то оно было полное, то есть всё то, которое доставляли мне мои способности и сила моих знаний и убеждений."

Весть об аресте студентов, участников заговора, мгновенно разнеслась по университету. Образовалось два лагеря, одни одобряли действия террористов, другие их осуждали. Университетское начальство во главе с ректором Андреевским перепугалось насмерть. Шестого марта всех собрали в актовом зале и, не обращая внимания на протестующих, провели фарс принятия адреса царю, в котором единогласно выразили верноподданические чувства. Корреспондент "Правительственного вестника," сообщая о собрании в университете, ни словом не упомянул о криках протеста. Он так закончил свой отчёт:"Речь ректора была прерываема продолжительными рукоплесканиями, а по окончании оной восторженные возглассы студентов довершились пением народного гимна, (что это за народный гимн выяснить не смогла. Боже царя храни, что ли?!) и громкое "ура" долго оглашало университетские стены." Союз объединённого петербургского студенчества в ту же ночь выпустил прокламацию. В ней писалось с негодованием и гневом:"Вчера, 6 марта, Санкт Петербургский университет был опозорен...Он холопски пополз вслед за своим ректором к стопам деспотизма и сложил у его ног свои лучшие знамёна. Он забрызгал несмываемою грязью свои лучшие традиции, которые были его украшением, его силою..." Мы же , со своей стороны, спешим всем нашим товарищам заявить и всему русскому обществу, что мы не отступались и не отступимся от наших традиций, освещённых тысячами жертв, что всегда стремились и будем стремиться к воплощению правды в общественные формы, как мы её понимаем, и всегда будем учиться находить, понимать и любить её; что никогда мы не порицали и не будем порицать и оплёвывать погибших борцов, наших товарищей по делу и братьев по сердцу, но преклонимся перед их нравственной высотой и будем учиться, как нужно любить и бороться... Как жила, так и живёт и вечно будет жить в петербургском студенчестве лучшая его часть, исповедующая искание правды и свободы от неправедного триединства в общественной жизни, искреннее служение своим чистейшим убеждениям, умение страдать и умереть за них.".... Тринадцатого марта, то есть неделю спустя после речи Андреевского, директор департамента полиции Дурново в своём донесении министру внутренних дел Толстому пишет: "Студенты Санкт-Петербургского университета до сих пор ещё не успокоились: вчера, например, в седьмой аудитории был побит вольнослушатель Чудинов, один из сочувствующих адресу. Чудинов будет завтра у меня для объяснений о лицах, его побивших.

Письмо Вере Васильевне Кашкадамовой принесли перед уроками, и она не успела его прочесть. Обратного адреса на конверте не было, но по почерку она догадалась: из Петербурга, от племянницы Марии Александровны - Песковской. Пробежала глазами первые строчки и глазам своим не воверила. Саша и Аня арестованы, их обвиняют в подготовке покушения на государя... Что делать? Принести такую ужасную весть, Марии Александровне, предварительно подготовив её. Мария ждёт, мечтает, что Саша и Аня закончат ученье и им станет легче. И вдруг такое несчастье. Арест Саши и Ани. И за что - за участие в покушении! Арест старших детей, на которых она возлагала такие надежды. Решила прежде поговорить с Володей, посоветоваться с ним, как лучше подготовить Марию к этому страшному известию. Вера Васильевна послала за Володей. Когда пришёл Володя, она начала издалека его готовить, уговаривала спокойно её выслушать; рассказала о письме. Володя взял письмо, быстро пробежал его раз, второй, брови его сурово сдвинулись, глаза остро прищурились.. Долго он молчал, не отрывая глаз от письма. Лицо его побледнело, губы твёрдо сжались, и весь он преобразился, - это был уже не прежний, шумливый, жизнерадостный мальчик, а взрослый человек, глубоко задумавшийся над важным вопросом. Веру Васильевну поразило, что он не испугался и не растерялся. - "Дело серьзное, -после продолжительного, напряжённого молчания сказал он, - это может плохо кончится для Саши. Эти слова поразили Веру Васильевну. Она никак не ожидала, что этот, как ей всегда казалось, беззаботный мальчик, так мужественно примет страшное известие и так трезво оценит его значение. - ..."Я сам скажу маме." Попросил письмо - Вера Василевна не дала. Просила Володю что-то придумать, чтоб смягчить удар. Мама ещё не оправилась после смерти Ильи Николаевича. Надо сказать ей всё очень осторожно. Эта новая страшная беда может совсем её добить. А ведь у неё на руках вся семья. Володя только ответил:" Вера Василевна, вы плохо знаете маму!" По дороге Володя обдумывал, что посоветовать маме. Сидя здесь, в Симбирске, конечно, ничего сделать нельзя. Нужно ехать в Петербург. И вот каков, значит, Саша! А он ещё прошлым летом, глядя, как Саша возится со всякими червяками, думал, что не выйдет из него революционера. Было и жаль брата, и в то же время Володя был горд тем, что Саша стал в ряды революционных борцов. Зачем только он примкнул к террористам? Ведь он видел, что убийство Александра Второго ничего не дало. Сам же говорил, что Маркс ему на многое открыл глаза. Раздеваясь в передней, Володя слышал: в столовой стучит швейная машинка. Это неутомимая мама шьёт Мите рубашку. После смерти отца у неё особенно много работы. Она ни минуты не сидит без дела. Володя старается помогать ей, но получается как-то так, что она незаметно предупреждает его намерения. А на все его упрёки отвечает одно:"У тебя скоро экзамены на аттестат... Мария заметила, что Володя не в себе. Спросила:"Что-то случилось?!" ... - "Да, мама. Вера Васильевна просила не говорить тебе всю правду, но я не могу сделать этого. Саша и Аня арестованы.... -"Арестованы?! За что?!"..."Они обвиняются в покушении на царя!" Мария не ахнула, не вскрикнула, только побледнела и пошатнулась на стуле. Овладев собой, она встала, сурово спросила: "Где письмо?!... - "Она не дала его. Мария, не сказав ни слова, оделась и ушла. Прочитав несколько раз письмо, твёрдо и спокойно сказала:"Я сегодня же еду в Петербург, навещайте пожалуйста моих детей. И ушла.... Проводив мать, Володя остался главой дома. Он сразу почувствовал, как много забот легло на него. По городу ползли слухи, один гнуснее другого, и обыватели, приближаясь к дому Ульяновых, переходили на другую сторону улицы и украдкой крестились - мол, пронеси, господи! Да и как было им не креститься, если все говорили, что при обыске в доме Удьяновых (а такого и не было) полиция обнаружила целый склад бомб! Боясь угодить в списки неблагонадёжных, - был слух, что за домом всё время следят шпики и записывают приходящих, - Ульяновых перестали посещать почти все знакомые. Вера Васильевна Кашкадамова была в числе тех не многих, кто не изменил Ульяновым и в эти дни. После отъезда Марии она часто заходила в домик на Московской улице. Володя был суров и молчалив. Он аккуратно посещал гимназию. Уроки, как всегда, готовил лучше всех. Злорадные расчёты тупоголовых сынков симбирской аристократии на то, что Владимир Ульянов перестанет быть первым учеником, не оправдались. И они принялись донимать его злобными замечаниями о судьбе брата. Да и некоторые учителя не удерживались от попрёков: вот, мол, какой у тебя брат! Мы ему золотую медаль дали, а он вот что натворил. На самого царя руку поднял... Чаще всего Володя отмалчивался, слушая эти верноподданические рассуждения. Но когда терпение истощалось, он спокойно уточнял:"Золотую медаль брат получил за успехи в учении, как помнят все, заслуженно." Приготовив уроки, Володя приходил к младшим - сестре Маняше и брату Мите, по-прежнему забавлял их, мастерил им игрушки. И малыши, очень скучавшие без мамы, с нетерпением ожидали когда старший брат придёт к ним. Вера Васильевна несколько раз, оставшись с Володей наедине, пробовала завести разговор о Саше, высказывая всевозможные догадки о том, какое наказание ждёт его. Володя отмалчивался или отвечал:"Наши суды наказывют так, как им велят. А почему Саша поступил так, а не иначе?! Значит иначе было нельзя.

Главным тюремным надзирателем узников был сам царь. Он лично указывал, куда их посадить, как содержать. Ему немедленно доставлялись все протоколы допросов. Он скрупулёзно, как и надлежит главному сыщику, прочитывал их, сопровождая пометками на полях и резолюциями. Был этот русский самодержец человеком не только тупым, но и не шибко грамотным. Даже слово "идиот," которое царь весьма часто употреблял, он писал "идеот." Дочитав программу, составленную Ульяновым, до конца, царь, брызгая чернилами, пишет резолюцию:"Эта записка даже не сумасшедшего, а чистого идеота." После кто-то дрожащей рукой выправил эту царскую ошибку... Мария добивалась свидания с сыном. Ей везде отказывали. И вдруг вызвал сам директор департамента Дурново. Он ей говорил "Мы испробовали все средства, чтобы остановить его, чтобы удерживать его, но... тщетно. Он упорно стоит на своём. Государь император уже не может спокойно читать его показания, ибо в них что ни слово, то дерзость и упорство. Вот прошу взглянуть: на последнем допросе вашего сына рукой его императорского величества начертано:"От него, я думаю, больше ничего не добьёшься." Вы понимаете, что это означает?...Мария молчала, пристально глядя в глаза Дурново, она начала догадываться - директор хотел через неё добиться желаемых ответов от Саши. Грозился:"Вы можете потерять сына." Да, потерять, если не поможете нам спасти его! Жизнь вашего сына отныне, говорю вам со всей ответственностью, в ваших руках! Вы понимаете, что я этим хочу сказать?... - "Не совсем... - Буду с вами вполне откровенным, - нам нужны настоящие организаторы подготовки к покушению Но он молчит. Государь император повелел дать вам свидание, дабы вы повлияли на сына... - "Вы отдаёте себе отчёт в том, что вы требуете от меня? - поднявшись с кресла, спросила Мария. - ...."Этого не я требую, а государь император, - сердито выкрикнул Дурново. И делает его величество это лишь для того, чтобы избавить от виселицы вашего сына! Марии Александровне выдали пропуск на свидание с Сашей. На свиданиях родные арестованных вели себя по-разному; одни плакали, другие униженно заискивали перед каждой тюремной сошкой, пугливо озирались по сторонам, не чая, видимо, как побыстрее, уйти отсюда. Мария держалась с таким достоинством, что даже тюремщики не могли не проникнуться уважением к ней. Их поражала её выдержка. Ни выражением лица, ни голосом она не выдавала своей душевной муки. И только в глазах её было такое страдание, что все, кто встречался с нею взглядом, отводили глаза в сторону. - "Обождите здесь, - сказал надзиратель, открыв дверь в пустую камеру. - Сейчас его приведут. Мария присела на голую койку, глубоко вздохнула, чтобы успокоить сердце. Наконец она увидит своего Сашу! Увидит... Она так долго добивалась, так долго ждала этой минуты, что ей начинало казаться: оттого, что она увидит его, поговорит с ним, многое изменится... Вернее сказать, прояснится, потому что полиции она не верила, и в душе у неё теплилась надежда, что вина сына не так страшна и тяжела, как ей говорят... Но вот его походка! Мария встала, шагнула к двери. Нет, провели мимо кого-то другого. Может кого -то из его друзей?! Но вдруг услышала тихий глуховатый голос:"Мама... Сердце её на мгновение замерло - она узнала бы этот голос среди тысячи других! - и вдруг так заколотилось сердце, что перед глазами всё поплыло. Невероятным усилием воли подавив волнение, она обернулась к двери и увидела юношу... очень похожего на её Сашу, Но нет, это уже был не юноша, а взрослый, много выстрадавший мужчина. Или, может быть, арестанская одежда так изменила его? На лице этого мужчины появилась такая родная, несказано радостная улыбка, что у Марии невольно вырвалось:"Саша! Сынок... - "Мама! Родная моя, - ласково говорил Саша, обнимая узкие, худенькие плечи матери. - Я так хотел видеть тебя... Я так виноват перед тобой... - "Полно, Сашенька! - улыбаясь сквозь слёзы, говорила Мария - Полно... Я только одного не пойму: как ты мог решиться на такое? Или тебя ложно обвиняют? - Нет, мама, - сразу посуровел Саша. - Я принимал участие в покушении. За это я и должен отвечать. И я готов к этому, - продолжал он с такой решимостью не поступиться своим, что Марии сделалось страшно за него. - Я понимаю, что причинил много страданий тебе, - об Ане я и не говорю: я очень, очень виноват перед нею! - Володе и Оле, всем вам. Я об этом много и мучительно думал. Но... я не мог поступить иначе. Кроме долга перед тобою, родная моя, перед всей семьёй, у меня есть долг перед родиной. А родина моя стонет под таким игом деспотизма, что я, поверь мне, не мог оставаться равнодушным. Я не мог не бороться... - "Да, но эти средства так ужасны. - "Что же делать, мама, если других нет! Пойми только одно: не бороться я не мог. Я не мог спокойно видеть страдание народа. Это выше моих сил! - ..."Саша, но как же другие?... - "Не знаю. Они, должно быть, как-то по-другому устроены. А у меня всё сердце истлело от боли. ....( Знаете, мои дорогие, вот и мое серце изболелось за ваше будущее и за свою Родину, ведь опять преисподняя сидит на троне. Ведь она разрушила Божье творение - СССР, а вас выращивает в зловонной среде нечистого духа неправедного триединства материальной скверны и вожделения плоти, лживой религии ничего общег не имеющей с учением Христоса). .... Эта ужасная рабская жизнь отвратительна! ... - Время кончается! - напомнил надзиратель.... - "Ещё одну минуточку, - взмолилась Мария, вспомнив, что о главном она ещё и не поговорила. - Сашенька, Матвей Леонтьевич нашёл хорошего адвоката... Я советую тебе взять его защитником. Запомни, как его зовут... - "Мама, я очень благодарен тебе и Матвею Леонтьевичу, но... я не могу воспользоваться услугами защитника... - "Саша! - воскликнула поражённая Мария. - Не делай этого! это может погубить тебя. Саше очень хотелось сказать, что участь его, как и всех других участников заговора, давно уже решена и суд ничего не может изменить. Но ему не хотелось заранее огорчать мать: ей предстояло ещё много испытаний и это только подорвёт её силы. Он сказал:"Лучше меня, мама, никто не знает, что определяло мои поступки. А раз так, то, значит, один я смогу лучше всего и рассказать об этом. Ещё и другое - отказ от защитника даст мне возможность изложить на суде те идейные мотивы, которыми мы руководствовались в нашей борьбе. Мне это совершенно необходимо сделать, чтобы не было никаких кривотолков. - Время кончилось! Прошу, сударыня... - До свидания, мама! - Саша обнял мать. - И не грусти, родная, мы ещё встретимся... - "Саша, может, тебе что-нибудь нужно? смахнув слезу, спросила Мария... - Нет, пока ничего... Обними Аню, если увидишь её. Скажи... - Саша увидел прокурора Котляревского, который вошёл в камеру, заговорил о другом: - Если разрешат, я ей всё напишу... Саша ещё раз обнял мать, поцеловал её в седой висок и вышел из камеры, не оглядываясь. Мария опустилась на койку, едва удерживаясь, чтобы не зарыдать. Но спустя минуту, собралась с силами, встала. ... - "Госпожа Ульянова, - остановил её прокурор Котляревский - он всё время находился в соседней комнате и всё слышал, - я не хотел мешать вам откровенно поговорить с сыном, а потому пришёл под самый конец свидания. Надеюсь, вы не злоупотребили добротой его императорского величества и уговорили сына сознаться во всём? Мария гордо подняла голову, ответила дрожащим от боли и негодования голосом:"Я никому и ничего не обещала!... - "Жаль...Очень жаль мне вашего сына, - процедил сквозь зубы прокурор. - Думаю, вы не раз ещё пожалеете, что не послушались доброго совета... Песковский, узнав об отказе Саши от защитника, раздражённо воскликнул: "Это безумие! Он сам себе надевает петлю на шею!... - "ну что же делать? Я просила его... - " А надо было требовать! Да, да, требовать! Нет, я просто понять не могу, что с ним случилось? В своём он рассудке? Ведь он не может не понимать, как пагубно отразится его поведение на всей семье. Мария только вздохнула.... - "Нет! - продолжал Песковский. - Я сам должен поговорить с ним. Я сегодня же подам просьбу... Матвей Песковский был из числа верноподданных литераторов, которые руководствовались принципом:"Чего изволите?" С этой своей меркой он и подходил к оценке действий Саши. Он просто не мог понять, как человек, попав в петлю, не делает всего возможного, для того, чтобы выбраться из неё? И вообще, как Александр Ильич мог отважиться на такой бессмысленный шаг? Ведь его ждала учёная карьера. Он со своим умом, своим талантом, феноменальной работоспособностью стал бы мировым учёным. Нет , с ним что-то стряслось?!..(Невольно приходят мысли об Иисусе Христосе. Он тоже мог бы посвятить жизнь себе, жить в своё удовольствие, не испытала бы его мать столько горя, но Он выбрал - Богу служить и Ему одному поклоняться!!!) - "Зная прошлое Ульянова, - писал в своём заявлении в департамент полиции Песковский, - трудно не заподозрить нормальность умственных его способностей - так резка несообразность в том, чем был Ульянов и чем он оказался по делу первого марта. Человек может скрытничать, притворяться, но быть окончательно не самим собой - это уж совсем слишком непонятно." Да, Песковскому, человеку совершенно равнодушному к судьбе своего народа, поведение Саши представлялось загадкой.

Сашу в его камере словно забыли и он терялся в догадках. Обдумывал свою речь на суде. Как много хотелось сказать! Но времени у него, конечно, будет слишком мало. Речь нужно составить так, чтоб его не могли сбить с толку судьи. Саша знал, как судьи не давали говорить Ипполиту Мышкину, Петру Алексееву, Андрею Желябову и другим революционерам, выступившим с програмными речами. Поэтому выступление нужно построить так, чтобы за короткий срок сказать всё. Иногда казалось, что ничего не пропущено. И вдруг всё в голове мешалось. Тогда Саша присаживался к столику и, обхватив руками голову, говорил себе:"Спокойно. Я просто переутомился. Вот отдохну и всё припомню." Наконец в камеру пожаловал сам комендант крепости и вручил Саше обвинительный акт!. Когда комендант ушёл, Саша стал изучать обвинение. Произошло то. чего он боялся. Вообще весь обвинительный акт был построен только на показаниях Канчера, Горкуна и Волохова. Саша всегда говорил Шевырёву: нельзя привлекать в группу непроверенных людей. Но что теперь об этом думать! После того как ошибка совершена, легко найти виновника, но невозможно ошибку исправить. И вот суд! Первым вызвали Чеботарёва, приказали читать присягу. Во время присяги Чеботарёв посмотрел в сторону подсудимых и встретился взглядом с Сашей, который давно уже за ним следил. Взгляд был уверенный и такой ободряющий, что у Чеботарёва немного отлегло от сердца. Услышав спокойный голос Чеботарёва Саша понял: тот будет вести себя достойно - и кивнул ему, точно хотел сказать : держись, мол, смелее! Это удивительное самообладание Саши в таких тяжёлых обстоятельствах казалось Чеботарёву просто невероятным, - у человека хватает сил не только самому держаться, а ещё и других ободрять! Свидетелями обвинения выступали агенты охранки, околоточные надзиратели, дворники. Всех их учили заранее, что нужно говорить, но толку от этого было мало. Саша внимательно следил за председателем суда и при малешей возможности просил разрешения задать свидетелю вопрос (один и тот же):" Видели ли вы у меня Новорусского и Ананьину?" Свидетели все отвечали, что не видели никогда. Так Саше удалось спасти двух товарищей. Их участие в покушении так и не было доказано. Верные же слуги царёвы так бесстыдно и нагло лгали, что Ульянов, Андреюшкин и другие подсудимые нередко загоняли их в тупик своими вопросами. А некоторые свидетели просто уклонялись от ответов на вопросы. Защитников не имели: Ульянов, Генералов, Андреюшкин и Новорусский. Первые трое по убеждению, четвёртый - вследствие недоразумения. Защитительные речи Генералова и Андреюшкина были очень кратки. - Выслушав обвинительную речь, - заговорил Генералов, как всегда, глухо и спокойно, - и находя фактическую сторону дела совершенно верною, я желаю обратить внимание суда на мой взгляд на террор. Каким его представил господин прокурор? В обвинительной речи он воспользовался цитатою из обвинительного акта и только первою частью того, что я говорил на следствии о моём взгляде на террор. Я сказал, что предоставил себя в распоряжение партии "Народная воля" на всякий террористический факкт, но господин прокурор упустил вторую часть предложения, где говорится о том, что я считал в этих целях полезным. Но и в обвинительном акте не совсем верно выражено то, что я объяснил и что я старался подробно выяснить в моих показаниях при дознании. Там я говорил, что террор считаю только необходимым, ввиду существующий у нас реакции, для достижения ближайшей цели партии - свободы слова, сходок и некоторого участия общественных сил и управлении. Свободы слова и сходок - для того, чтобы иметь возможность мирно проводить высокодуховную идеологию в среду тех, которые пожелают нас слушать. Иметь некоторое участие общественных сил в управлении, дабы иметь администрацию, которая бы, при свободе слова, могла сочувствовать нашим идеям и исполнять их... Всё это Генералов проговорил, не отрывая взгляда от прокурора, который сидел потупясь, точно это его совсем не касалось. Один только раз он покосился на председателя суда: отчего, мол, не остановите его? Дейер, сонно моргая, недовольно пробормотал:"Это ваши возражения господину прокурору. А что вы можете сказать в своё оправдание? - В своё оправдание я могу только привести то, - твёрдым голосом, громко проговорил Генералов, - что всегда, как и в данном случае, я поступал вполне так, как был убеждён и согласно со своею совестью!

Андреюшкин! - вызвал прокурор. Андреюшкин энергично встал, тряхнув кудрявой головой, и замер в такой позе, точно собирался читать стихи своего любимого поэта Шевченко. - Он помолчал, как бы собираясь с мыслями, потом заговорил, энергично и чётко выговаривая каждое слово:"В обвинительном акте приведена выписка из моей памятной книжки. Господин прокурор воспользовался этой выпискою, но не всею, а только первою частью, хотя и в обвинительном акте она взята сама по себе, отдельно, без связи с тем, что потом было сказано. Я имею сделать несколько объснений по поводу этой выписки. На основании этой выписки можно подумать, что социал-демократы и члены партии "Народная воля" находятся между собой в разладе, но это вовсе не так. Если я и выразился об антогонизме социал-демократов, то относил этот антогонизм не к существующему направлению, а только к нескольким известным лицам. В своё оправдание я ничего не могу сказать, потому что факты ясно говорят сами за себя. - В качестве члена партии "Народная воля," делу которой я служил, я должен сказать, что я заранее отказываюсь от всяких просьб о снисхождении, потому что такую просьбу считаю позором тому знамени, которому я служил! В тот день, когда Ульянову предстояло произнести свою защитительную речь, Марии удалось попасть в зал суда. Саша заметил, как она пробиралась поближе к скамьям подсудимых, стал и поклонился ей. Выслушав смелые, беспощадные к себе выступления Генералова и Андреюшкина и увидев, каким одобрительным взглядом Саша обменивался с ними, Мария поняла: он будет говорить так же. Она думала, что после Генералова и Андреюшкина дадут слово Саше, и вся замерла, Но Дейер предоставил слово защитнику Канчера, Горкунова и Волохова. Из его длинной и путанной речи Мария поняла: эти трое предали всех, и ей стало страшно при одной мысли, что так мог поступить её сын. Как ни тяжело было ей, как ни страдала она оттого, что над Сашей нависла смертельная опасность, но она не могла не восхищаться его силой воли, его бесстрашием. Она знала его твёрдый характер, но никогда не думала, что он способен на такую самоотверженную борьбу. Ульянов! Ваше слово" - Услышала Мария голос председателя суда, и сердце её глухо забилось. Она видела, как Саша неторопливо встал, сделал несколько шагов вперёд, нахмурясь, окинул взглядом весь зал и, встретившись с нею глазами, чуть приметно кивнул ей. В выражении его худого лица, в глубоко запавших, но ярко горящих глазах, в том привычном жесте, каким он всегда поправлял густые пряди волос, спадавшие на лоб, было такое непостижимое спокойствие, что у Марии даже сердце стало ровнее стучать.... - Относительно своей защиты, - начал глухим и ровным голосом Саша, - я нахожусь в таком же положении, как Генералов и Андреюшкин. Фактическая сторона установлена вполне верно и не отрицается мною. Поэтому право защиты сводится исключительно к праву изложить мотивы действия, то есть рассказать о том умственном процессе, который привёл меня к протесту именно таким действием, а не другим. Откинув движением головы прядь волос, упавшую на лоб, Саша продолжал после недолгого молчания значительно громче, как бы подчёркивая этим особую важность именно этих слов. С ранней молодости своей в моей Душе было смутное чувство недовольства общим строем, которое, всё более и более проникая в сознание, привело меня к убеждениям, которые руководили мною в настоящем случае. Но только после изучения общественных и экономических наук это убеждение в ненормальности существующего строя вполне во мне укрепилось, и смутные мечтания о свободе, равенстве и братстве вылились для меня в строго научные и именно социалистические формы. Я понял, что изменение общественного строя не только возможно, но даже низбежно... Что же это Саша сказал? Уже в ранней молодости у него было недовольство существующим строем? Председатель суда в этот момент взглянул на неё: слышали, мол, что ваш сын говорит? А если слышали, то куда же вы смотрели? Как воспитывали его? Ведь в детстве он нигде, кроме семьи не мог слышать речей о свободе, равенстве и братстве. Мария вспомнила как Илья Николаевич любил те стихи Некрасова, в которых наиболее ярко выражены именно эти мотивы, как он передавал эту любовь своим детям. Знал ли он, догадывался ли, на какую необычную почву падали эти зёрна? Наверно, знал, - ведь он так волновался, когда до него доходили слухи о выступлениях студентов. Она и теперь хорошо помнит, с какой тревогой ожидал он письма от Саши после того, как услышал, что за выступление студентов правительство закрыло Киевский университет. Саша тоже знал, что отец волнуется, и прислал письмо, успокоившее их... "Есть только один правильный путь развития, - слушала Мария своего сына, - это путь слова и печати, призывающих к совести, справедливости, нравственности, научной печатной пропаганды, потому что всякое изменение общественного строя является как результат изменения сознания в обществе. Это положение вполне ясно сформулировано в программе террористической фракции партии "Народная воля," как раз совершенно обратно тому, что говорил господин обвинитель... Объясняя перед судом ход мыслей, которыми приводятся люди к необходимости действовать террором, он говорит, что умозаключение это следующее, - в голосе Саши послышались иронические нотки: Всякий имеет право высказывать свои убеждения, следовательно, имеет право добиваться осуществления их насильственно. Между этими двумя посылками нет никакой связи, и силлогизм этот так нелогичен, что едва ли можно на нём основываться... Из того, что я имею право высказывать свои убеждения, следует только то, что я имею право доказывать правильность их, то есть сделать истинами для других то, что истина открылась пока только для меня. Если эти истины воплотятся в них через силу, то это будет тогда, когда на стороне её будет стоять большинство, и в таком случае это не будет навязывание, а будет тот обычный процесс, которым идеи обращаются в право... Я убедился, что единственный правильный путь воздействия на общественную жизнь есть путь пропаганды пером и словом. Но по мере того как теоретические размышления приводили меня к этому выводу, жизнь показывала самым наглядным образом, что при существующих условиях таким путём идти невозможно. При отношении правительства к умственной жизни, которое у нас существует, невозможна не только социалистическая пропаганда, но даже общекультурная; даже научная разработка вопросов в высшей степени затруднительна... - Мария ушам своим не верила: неужели это её Саша говорит?! Она никогда не думала что он может говорить так красноречиво и убедительно. И где?! На суде под тяжестью такого страшного обвинения" Но почему он ничего не говорит в своё оправдание?! Неужели он считает себя настолько виновным, что ему абсолютно нечего сказать?! У неё болезненно сжималось и щемило сердце. - ..."Правительство настолько могущественно, а интеллегенция настолько слаба и сгруппирована только в некоторых центрах, что правительство может отнять у неё единственную возможность, - продолжал Саша своим спокойным ровным голосом, - последний остаток свободного слова. Те попытки, которые я видел вокруг себя, идти по этому пути ещё более убедили меня в том, что жертвы совершенно не окупят достигнутого результата. Убедившись в необходимости свободы высокодуховной мысли и слова с субъективной точки зрения, нужно было обсудить объективную возможность, то есть рассмотреть, существуют ли в русском обществе такие элементы, на которые могла бы опереться борьба... Ближайшие политическое требование интеллегенции - это есть требование свободы правды. Для интеллегентного человека право мыслить высокими нравственными категориями и делится с теми, кто не достиг ещё таких достижений, есть не только нееотъемлемое право, но даже потребность и обязанность...(помните Христоса:"Кто хочет быть большим, будет всем слугой, а кто хочет быть первым будет всем рабом." Посланники Божьи именно такими приходят в мир, они всегда совершенствуются духовно через тяжкие испытания, чтобы стать светом духовным и знанием для многих.)..... Я имел целью возразить против той части речи господина прокурора, - выдержав паузу, спокойно продолжал Саша, - где он, объясняя происхождение террора, говорил, что это отдельная кучка лиц, которая хочет навязать что-то обществу; я же хочу доказать, что это не отдельные кружки, а вполне естественная группа, созданная Жизнью, которая предъявляет требования на свои естественные и насущные права... - Мария волновалась, болело сердце:"Что ещё хочет сказать Саша?" И если вначале ей хотелось, чтобы Саша скорее закончил свою речь и тем самым меньше обвинил себя самого, то теперь, когда председатель суда начал перебивать Сашу, ей уже хотелось, чтобы сын высказал всё, что думает. Говори, Саша! Говори!.... - Среди русского народа всегда найдётся десяток людей,- сказал Саша с силой непоколебимого убеждения,- которые настолько преданы своим идеям высоконравственной идеологии и настолько горячо чувствуют несчастье своей родины, что для них не составляют жертвы умереть за своё дело. Таких людей нельзя запугать... -"Верно! - кинул реплику Осипанов. - Совершенно верно!".... - "Когда же? Когда же у неё вот также щемило сердце? - В день смерти Ильи Николаевича! Перед глазами её возникла церковь, гроб... Боже праведный! Неужели и над Сашей неотвратимо нависла смерть? Марии стало так невыразимо тяжело, что она не могла больше оставаться в этом страшном зале суда, который казался ей теперь похожим на церковь в минуты отпевания покойника. Она едва сдержала рыдания, подступившие к горлу, встала и, посмотрев на Сашу долгим, словно бы прощальным взглядом, медленно направилась к выходу. Дейер, заметив это, взялся было за колокольчик, но увидев, что она идёт не к сыну, а к выходу, успокоился. Проводив мать долгим скорбным взглядом, Саша продолжал гневно:"Но ни озлобление правительства, ни недовольство безграмотного общества не могут возрастать беспредельно. Если мне удалось доказать, что террор есть естественный продукт существующего строя, то он будет продолжаться, а следовательно, правительство будет вынуждено отнестись к нему более спокойно и более внимательно. Тогда оно поймёт... Дейер сердито затряс колокольчиком и произнёс тоном приказа: "Вы говорите о том, что было, а не о том, что будет!... - Чтобы моё убеждение о необходимости террора, - спокойно пояснил Александр Ульянов, - было видно более полно, я должен сказать, может ли это привести к чему- нибудь или нет. Это составляет такую необходимую часть моих объяснений, что я прошу разрешения сказать несколько слов... - "Нет, этого достаточно, так как вы уже сказали о том, что привело вас к настоящему злоумымышлению. - Дейер переглянулся с прокурором, спросил :"Значит, под влиянием этих мыслей вы признали возможным принять участие в покушении?... - "Да, под влиянием их, - с открытым вызовом Ответил Александр Ильич. - Всё это я говорил с целью оправдать свой поступок с нравственной точки зрения и доказать политическую его целесообразность. Я хотел доказать, что это неизбежный результат существующих условий, существующих противоречий жизни. Известно, что у нас даётся возможность развивать умственные силы, но не даётся возможности употреблять их на служение народу и Родине. - Александр Ильич обернулся к Неклюдову, продолжил:"Такое объективно-научное рассмотрение причин, как оно ни кажется странным господину прокурору, будет гораздо полезнее, даже при отрицательном отношении к террору, чем одно негодование.... - Правильно ! - выкрикнул Генералов.... - "Вот и всё, что я хотел сказать.

В первые дни после отъезда матери в Петербург Володе было очень нелегко. В гимназии ученики - да и учителя! - не давали ему прохода, докучая расспросами о брате и сестре. Володя понимал: спорить - значит давать лишний повод к таким разговорам. И он молчал. Знал: кто злится, того ещё больше дразнят. Из двадцати шести учеников, поступивших в первый класс гимназии вместе с Володей, только пятеро дошли до восьмого класса. И все эти восемь лет Владимир Ульянов неизменно был первым учеником гимназии. Многим это не нравилось. Особенно завидовали Володе сынки симбирских богачей, почти в каждом классе сидевшие по два года. И когда они услышали, что брат и сестра Володи арестованы, радости их не было предела. Вот теперь Ульянов слетит с места первого ученика, теперь не видать ему золотой медали как своих ушей. Директору гимназии о разрешении Ульянову сдать экзамен на аттестат зрелости. Прошение рассматривал педагогический совет гимназии. Восемнадцатого апреля - в тот самый день, когда брат произносил свою речь на суде, - Володя отнёс прошение директору гимназии Фёдору Михайловичу Керенскому. У Владимира Ульянова по всем предметам были пятёрки, кроме логики. По логике Керенский поставил ему четвёрку. Это для того , чтобы не дать Володе золотую медаль, если гимназия получит соответствующие указания. Прошения подавались в канцелярии. Но когда Володя пришёл туда, письмоводитель, прочитав прошение, возвратил его Володе, сказав:"Господин директор приказал, чтобы вы, Ульянов, зашли к нему. У Володи сердце замерло: что это они надумали? Неужели болтовня о том, что его не допустят к экзаменам -он не раз сам это слышал, - окажется правдой? Но ведь это будет страшная несправедливость! Ну, ничего! Главное - не падать духом. Если даже и не позволят сдавать зкзамены, это не такое уж большое горе - знания, какие он получил в гимназии, уже не уменьшатся. Закроются только двери университета. И тут мелькнула мысль:"А как же Саша? Ведь вот какую неравную борьбу ведёт!" И сразу же все трудности показались ничтожными, не заслуживающими того, чтобы из-за них впадать в отчаяние. ... - А, Ульянов... - протянул Керенский, отрываясь от бумаг. - Проходите, садитесь... - "Благодарю вас, господин директор, - ответил Володя, удивлённый тем, что Керенский даже пригласил его, садится. - Мне передали, что вы велели зайти к вам... - Да. Ну-с, какие там у вас новости? - спросил Керенский и, заметив, что Володя не спешит отвечать, добавил:"Мария Александровна уже возвратилась из Петербурга?... - "Нет ещё.... -"Гм... А мне сказали, что уже вернулась, - несколько смущённо продолжал Керенский, - и я хотел бы попросить, чтобы она зашла ко мне... - Она приезжала и недавно опять уехала. ... - "Что ж она ко мне не зашла? - недоводьно нахмурился Керенский. ... - "Она дома была всего несколько дней и очень плохо себя чувствовала, - ответил Володя. (Это была чистая правда.) ... - "Так вы один с младшими? ... - "Нет. Уже вернулась из Пензы няня. ... -"Ну хорошо, - вздохнул Керенский. - Давайте ваше прошение и готовьтесь к экзаменам! У Володи отлегло от сердца: значит, к экзаменам на аттестат зрелости его допустят. Педагогический совет ничего уже не изменит, ведь там всё решалось так, как хотел директор. Володя помчался домой поделиться радостью с Олей и няней. Митя и Маняша были ещё слишком малы, чтобы понять его радость. У самого дома он нагнал Ивана Яковлевича Яковлева. Володя и раньше глубоко уважал этого честного, доброго чуваша. А после того как Сашу и Аню арестовали, Яковлев не только не отвернулся от них, а стал ещё заботливее. Володя искренне полюбил его. Ни с кем так откровенно не говорил о всех делах своих, как с Иваном Яковлевичем, потому что знал: так мог сделать разве что отец. .... - "Ты у Фёдора Михайловича был? - сказал Иван Яковлевич, весело жмуря свои добрые раскосые глаза. ..."Кто вам сказал? - удивился Володя. ... - "А я тоже к нему заходил... Володя понял: Иван Яковлевич, услышав что Володю собираются не допустить к экзаменам, пошёл к Керенскому. Вмешательству Ивана Яковлевича он обязан тем, что Керенский пригласил его к себе. Володе хотелось обнять Ивана Яковлевича, но он не любил излишних нежностей, а потому только крепко пожал ему руку, сказав растроганно:"Я не знаю как благодарить вас, дорогой Иван Яковлевич, за всё, что вы делаете для меня, для всех нас..."Чтобы там ни было, ты обязан сдать экзамены на золотую медаль!... - "Постараюсь. А в Петербурге продолжала разыгрываться трагедия. Песковский, услышав, что Саша отказался писать прошение о помиловании решил сам поговорить с Сашей. Смертная казнь...(Как преисподняя расправлялась с нами всегда и в 90-х тоже. Ещё язык у неё поворачивается говорить о сталинских репрессиях. А врагов было и есть немерено. Жаль только светлых, которых поклёпами загнали в погибель, но и это всё преисподняя!) Саша приговорён к смертной казни. Это никак не укладывалось в её голове! Смертная казнь... Боже мой, он ещё живёт, он ещё ходит по камере и думает... О чём он думает... Ведь совсем ещё не жил! И всё время шёл, как правильно сказал прокурор, прямой дорогой на эшафот. И во врмя свидания, и на суде - всюду он вёл себя так, словно твёрдо решил погибнуть, но ни на шаг не отступить от своих убеждений. Дело, за которое он боролся, было ему дороже жизни. Он всё время заботился только о том, как бы не навредить делу, друзьям. Ни слова в своё оправдание она не услышала от него ни на свидании, ни на суде. Так как же она может его спасти? Что она может сделать, если он решил умереть, но не поступиться своим? Свидание с Аней Марии было назначено на утро, а с Сашей - в двенадцать часов. Придётся сидеть и ждать в канцелярии тюрьмы. Один Бог знает, как надоели ей, как опротивели ей все эти приёмные и канцелярии. Век бы их не видеть и не слышать! Она слышала не раз от Ильи Николаевича, от других, сколько времени нужно потратить, чтобы добиться чего-нибудь в этих канцеляриях. Но всё, что она слышала, ни в какое сравнение не шло с тем, что ей довелось увидеть за эти несколько недель своими глазами. Более бездушных, чёрствых людей, чем те, кто сидит в этих канцеляриях, нет, пожалуй, на свете. У них не только сердца окаменели, но и глаза. Таких глаз, как у чиновников департамента полиции, Мария не видела у людей. У неё всё холодело внутри, когда она встречалась со взглядом этих людей. И удивлялась: неужели они и родились такими? Неужели они и на своих жён и детей смотрят таким стеклянным взглядом? (Да! Они такие эти граждане неправедного триединства, эта чернь, это цивилизованное стадо скотов, эта система минус- система изъятия потенциала и имя ей - преисподняя!!!) ... Наконец свидание с Аней. Очень тяжело Марии было обнимать своё дитя, невероятно исхудавшую Анечку. Её приговорили к ссылке в Сибирь, виновную только в том, что передала телеграмму, не ведая от кого она и что в ней. Тревога за Сашу истощила её нервы и она плохо себя чувствовала, очень плохо, совсем не могла спать. Разговор с Анечкой был тяжёлым испытанием для Марии. Анечка получила от Саши письмо, в котором он просил у неё прощения.

Граф Толстой приехал к царю с докладом о том, как закончился суд. Александр Третий спросил, кто подал просьбу о помиловании. И когда узнал, что Ульянов, Осипанов, Генералов, Андреюшкин и Шевырёв отказались подать прошения, ярости его не было предела. Как же так?! Даже после того как он надел этим мальчишкам верёвку на шею, они не падают перед ним на колени, не умоляют даровать им жизнь? Выходит, они и на тот свет хотят уйти победителями?! Нет, этого не будет! Он поставит их на колени!... -"Делайте, что угодно, но чтобы завтра же все написали просьбы о помиловании! - приказал царь графу Толстому. Возвратясь из Гатчины, граф Толстой вызвал Дурново, спросил:"Ульянов и его компания подали прошение о помиловании?... - "С великим трудом священнику удалось уговорить Шевырёва. Только после того как иерей Христовым именем поклялся, что царь дарует Шевырёву жизнь, если тот с раскаянием обратится к нему, Шевырёв подписал прошение. Он признаётся в своём злодеянии и просит государя императора даровать ему жизнь. Ульянов, Генералов, Андреюшкин и Осипанов отказались даже говорить со священнослужителем. (Да, больная карма у тебя, духовенство. Ох, больная! Чем занималось!!!).... Но граф Толстой требовал во что бы то ни стало заставить узников просить царя о помиловании. Очень обрадовался, когда свидания с Ульяновым попросил Песковский. Свидание немедленно было разрешено. Песковский наврал Саше, что мать на грани сумасшедствия, что Володю выгнали из гимназии, что царь приказал лишить семью пенсии, что он обрёк семью на голодную смерть. Саша воспитанный в отвращении ко всякой лжи, конечно и представить себе не мог, что такое враньё, какое лилось из Песковского, возможно. Саша поверил каждому слову. Саша написал прошение. Он обдумывал каждое слово и поэтому закончил писать, когда уже светало.

"Ваше Императорское Величество!

Я вполне сознаю, что характер и свойство моего деяния и моё отношение к нему не дают мне ни права, ни нравственного основания обращаться к Вашему Величеству с просьбой о снисхождении в видах облегчения моей участи, но у меня есть мать, здоровье которой сильно пошатнулось в последние дни, и исполнение надо мною смертного приговора подвергнет её жизнь самой серьёзной опасности. Во имя моей матери и малолетних братьев и сестёр, которые, не имея отца, находят в ней свою единственную опору, я решаюсь просить Ваше Величество о замене мне смертной казни каким-либо другим наказанием. Это снисхождение возвратит силы и здоровье моей матери и вернёт её семье, для которой её жизнь так драгоценна, а меня избавит от мучительного сознания, что я буду причиной смерти моей матери и несчастной моей семьи. (Александр Ульянов) Утром Дурново сам явился в крепость, чтобы забрать прошение Ульянова. Прочитав то, что там было написано, Дурново пришёл в ярость. Никакого раскаяния. Даже не написано "верноподданный," а просто- Александр Ульянов Александру Третьему. Неслыхано! И как тут всё обдумано, как всё взвешено! Ни одним словом он не признаёт своей вины, ни одним словом не говорит о том, что раскаивается, отрекается от всего, что совершил. Ему только, видите ли, жалко мать и семью. Да кому нужны его мать и его семья! Если помрёт такая мать и такая семья, из которой выходят такие преступники, то и слава богу. (Ну да! Все, кто выбирает жизнь по Уставу, который принёс в мир Иисус Христос и которого за это растерзала чернь, - преступники. Именно так и называли Иисуса -разбойник!!! Чернь! Какое же ты ничтожество во все века и у всех народов!!!)..... А может это ход конём? Он решил написать это письмо, чтобы успокоить мать, чтобы спасти её? Ведь если мать узнает, что сын обращался к царю, а его всё равно казнили, то каждому ясно, что она подумает, кого будет проклинать... Дурново решил сам поговорить с Ульяновым, но ничего от него не добился. На требование переписать прошение получил твёрдоё:"Ничего я больше писать не буду!" Письмо Ульянова к царю не попало. Его положили под сукно в департаменте полиции. Когда закончился суд Сашу опять привезли в крепость и поместили в 47 камеру, переодели во всё тюремное, заковали в ножные и ручные кандалы, но книги оставили. Вся борьба закончена. Осталось только ожидание смертного часа, готовиться к нему, чтобы встретить его так, как встретили Желябов, Перовская, Кибальчич и тысячи других бойцов, полегших в неравной борьбе за самые священные идеалы человечества. Проходил день за днём. Никто не говорил Александру, утвердил царь приговор суда или нет. Но по отношению к нему надзирателя он чувствовал, что находится на положении смертника. И вот дверь камеры открылась, надзиратель приказал: "Ульянов, идите за мной!" Саша, звеня кандалами, подошёл к решётке, взялся руками за железные прутья, наверное, и проржавевшие-то от тех слёз, какие были пролиты здесь при последних свиданиях. Сказал, как говорил ещё в детстве, когда, проснувшись поутру, входил в её комнату:"Мамуся, родная моя... - Здравствуй, Сашенька, - мягко, но как -то страдальчески улыбаясь, сказала Мария. - ..."Рад тебя видеть, мамуся. Как ты себя чувствуешь?"... - "Нормально, не беспокойся!"... - "А мне Матвей Леонтьевич тут такого наговорил, что я места себе найти не мог...Мария нахмурилась... - "Аню выпустили?... - "Нет , она ещё сидит. Ей, как мне сказали, придётся, должно быть отбывать ссылку в Сибири. Мы все тоже туда поедем. Я уже об этом говорила в департаменте полиции. Хочу только добиться, чтобы ей назначили какой-нибудь университетский город, где бы и Володя мог бы продолжить учение. Так что ты не волнуйся: мы устроимся. Всё будет хорошо... И вообще, Саша, всё будет хорошо. Ещё вчера Мария Александровна услышала, что царь заменил всем смертную казнь каторгой. Об этом говорил весь Петербург. Она воспрянула духом: значит, её Саша будет жить! Это главное. А цари, как известно, не вечны. Может быть, власть, даст бог, переменится, и двери тюрьмы, как это всегда бывало, откроются. Саша ещё молод, полон сил, даже если он двадцать лет пробудет на каторге, то в сорок выйдет на волю. А сорок лет - ещё далеко не вся жизнь. Ей очень хотелось всё это сказать, чтобы успокоить его, но она не имела права. Вот и старалась говорить так, чтобы он понял, о чём идёт речь. А Саша понял это так: Песковский сказал ей, что сын написал царю, и у неё появилась надежда на помилование. Время свидания кончилось! "Мужайся, Саша, - сказала Мария, ещё раз подчёркивая этим, что она не прощается с ним навеки. У Саши отлегло от сердца: это"мужайся" он воспринял как призыв матери и дальше держаться так же твёрдо. Он благодарно улыбнулся в ответ. Мария, увидев улыбку, подумала: он наконец понял, что она ему хотела сказать, и глаза её радостно засияли. ( Каким замечательным образом вмешался Всевышний в последнее свидание Марии с сыном, смягчив надвигающуюся трагедию.)... Он смотрел на мать и не мог выговорить: "Прощай!"- сказал, вкладывая в каждое слово всю свою любовь к этому самому дорогому существу на свете:"Мама, мне очень хочется обнять тебя, но я не могу дотянуться. Я целую руки твои, родная моя..."Мужайся! - Повторила Мария, когда он, остановившись на пороге камеры, оглянулся, чтобы в последний раз взглянуть на неё. После последнего свидания с матерью Александр внутренне успокоился. Мать и семья не в таком страшном положении, как изображали Дурнонво и Песковский. Мать ни в чём его не упрекает. Она уже строит планы, как облегчить участь Ани, как устроить Влолодю в университет. Нет они не пропадут... Вечером Александр, измученный непрервыной бессонницей, лёг рано и заснул как убитый. Но в полночь его разбудили, заставили переодеться, снова заковали в кандалы и приказали выходить из камеры. Окружённого со всех сторон стражей, повели на первый этаж. Там два жандарма подхватили под руки и втолкнули в карету. Сами сели напротив и карета тронулась. Не отпуская рук Александра втолкнули в люк парохода, и он попал в чьи-то крепкие объятия. Оказалось, здесь уже были Шевырёв, Осипанов и Генералов. Не успел Александр всех обнять, как привели и Андреюшкина. В трюм залезло человек десять стражи, и пароходик тронулся. Их привезли в крепость и развели по камерам.

Царь посмотрел все бумаги, которые привёз ему граф Толстой, спросил, взглянув на него исподлобья:"Значит, Ульянов не подал просьбы о помиловании?... - "Не подал, ваше величество"... - "С ним ещё трое не подали?"... - "Да, ваше величество."... - "Мерзавцы!"(А вы кто?! Неужели истина в последней инстанции?!!!) - в бессильной злобе выругался царь. - Всех повесить! И Шевырёва тоже, я не верю в его раскаивание! Он всё время нахально лгал и теперь не хочет выдать тех, чью волю они исполняли! Лукашевичу и Новорусскому, я считаю, смертную казнь можно заменить пожизненным заключением. Пусть гниют, пока не издохнут, в Шлиссельбургской крепости. Всем известно, что это самое страшное наказание! Канчеру, Горкунову и Волохову за то, что сказали всё, что знали и расскаялись, - каждому довольно и десяти лет каторги. А прочим - смертную казнь. Царь поставил свою размашистую подпись, отдал бумаги графу Толстому, приказал:"И немедля на висилицу!"... - "Мы сделали бы это завтра же, но..."Какие могут быть "но"! - сердито перебил царь. - Этой же ночью повесить всех!" (Вот оно истинное лицо династии Романовых, чёрная и больная карма и страшная расплата! Вот оно неправедное триединство! Как же духовенство могло разыграть спектакль о царской семье, о её расстреле, об этой лжи, что это дело рук большевиков, а не масонов во главе с Корниловым, лично арестовавшем царскую семью. Как могло духовенство возвести их в святых мучеников?! )

"Сегодня в Шлиссельбургской тюрьме, согласно приговору Особого Присутствия Правительствующего Сената, 15-19 минувшего апреля состоявшемуся, подвергнуты смертной казни государственные преступники: Шевырёв, Ульянов, Осипанов, Андреюшкин и Генералов. По сведениям, сообщённым приводившим приговор Сената в исполнение товарищем прокурора С-Петербургского окружного суда Щегловитовым, осуждённые, ввиду перевода их в Шлиссельбургскую тюрьму, предполагали, что им даровано помилование. Тем не менее при объявлении им за полчаса до совершения казни, а именно в три часа тридцать минут утра, о предстоящем приведении приговора в исполнение, все они сохранили спокойствие и отказались от исповеди... Ввиду того что местность Шлиссельбургской тюрьмы не представляла возможности казнить всех пятерых одновременно, эшафот был устроен на три человека, и первоначально выведены для совершения казни Генералов, Андреюшкин и Осипанов, которые выслушав приговор, простились друг с другом, приложились к кресту и бодро взошли на эшафот, после чего Генералов и Андреюшкин громким голосом произнесли:"Да здравствует "Народная воля!!" То же самое намеревались сделать и Осипанов, но не успел, так как на него был накинут мешок. По снятии трупов вышеозначенных казнённых преступников были выведены Шевырёв и Ульянов, которые также бодро и спокойно взошли на эшафот, причём Ульянов приложился к кресту, (и это ещё один знак Бога: соединение в святом единении Христоса и Его последователя Александра), а Шевырёв оттолкнул руку священника. Об изложенном всеподданнейшим долгом посталяю себе доложить Вашему Императорскому Величеству....граф Дмитрий Толстой 8 мая 1887г.

Мария была уверена, что Сашу помиловали. Все свои силы она теперь направляла на то, чтобы вызволить из тюрьмы Аню. Она уже примирилась с тем, что Аню высылают на пять лет в Сибирь. Даже прошение подала в департамент полиции, в котором писала:"Как ни разорительно распродать трудом нажитое имущество, но... я не могу не отправиться с остальными моими детьми в Сибирь же, с единственною целью, чтобы дочь жила при мне." Просила Мария, чтобы местом высылки Ани назначили Томск, - там был университет, где мог бы учиться Володя. "Университет, правда, - сказал Песковский, - который и посоветовал именно этот город, - ещё официально не открыт, но вот-вот откроется." Пока Аня отбудет срок высылки, Володя закончит университет. Да, это самое лучшее, что можно придумать. Аня будет рада, что все поедут с нею. Она перестанет болеть, ведь всему виной, как заверил врач, её расстроенные нервы. С такими планами утром девятого мая Мария шла на свидание с Аней. Она не знала, что в этот день в"Правительственном вестнике" был опубликован приговор суда, утверждённый царём, и сообщение о том, что осуждённых на смерть казнили 8 мая. Песковский, к которому она зашла, хотя и получил уже газету, но не дал ей, решив, что Марию нужно как-нибудь подготовить к этому страшному удару, тем более, что она идёт на свидание с Аней, а ей тоже будет лучше узнать о казни брата, когда её выпустят из тюрьмы. Газеты не писали ни слова о суде, это им было строжайше запрещено. Но как только появилось сообщение в "Правительственном вестнике, немедленно были отпечатаны экстренные выпуски, так называемые "Добавления" с материалами процесса. Поскольку и судебное следствие, и самый суд были покрыты глубокой тайной, по городу ходили всяческие слухи. И теперь вокруг продавцов газет стояли буквально толпы народа. Это было так необычно, что обыватели испуганно спрашивали друг друга:"Война началась,что ли?... - "Да нет, преступников казнили... Мария услышала это, и сердце её оборвалось. Взглянув на листок, приклеенный к стене дома, еле устояла на ногах: Сашу повесили... Она прислонилась к стене, чувствуя что вот- вот упадёт, так закружилась голова. Стояла, не в силах сдвинуться с места, а мальчишка, продавец газет всё выкрикивал:"Казнены! Государственные преступники казнены!.. Заметив, что ей стало дурно, к Марии начали подходить люди с этими страшными листками. Но она уже овладела собой, окликнула извозчика и поехала. И не домой, а туда, куда шла: на свидание с Аней. В её ушах неотступно звучал весёлый голос мальчишки-газетчика: "Казнены! Государственные преступники казнены!" Боже мой! Саши уже нет!.. Вчера когда она спала, палач накидывал на его шею петлю... Но нет, не палач, сам царь убил его... - "Так будь же ты проклят, бессердечный изверг!! - уже не подумала, а вслух произнесла Мария, и только сейчас, как ей показалось, она не одним умом, а всем сердцем поняла, почему Саша хотел убить царя. Она решила пока не говорить Ане, что Сашу казнили. Надзирательнице, которая вела Аню на свидание с дочерью, сказала:"Директор департамента полиции заверил, что дочь через несколько дней освободят и передадут мне на поруки.. в ссылку она поедет за собственный счёт. Я буду вам очень признательна, если вы до освобождения не скажете ей о смерти брата... -"Мы даже и права не имеем это делать, так что будьте покойны, - ответила надзирательница. Аню не беспокоила её собственная участь. Её волновала судьба Саши. А когда она узнала, что суд вынес ему смертный приговор, она жила в таком напряжении, точно её самое вот-вот должны были вести на казнь. В тюрьме Аня ни от кого не могла узнать о брате, поэтому она с нетерпением ожидала приезда матери: не спала, ни ела, а сидела на койке как каменная. Она исхудала, осунулась, точно после тяжёлой болезни. Марию это очень беспкоило, ведь Аня ещё совсем недавно так серьёзно хворала, и мать делала всё, чтобы успокоить дочку и тихо сказала, чтобы сразу же перевести разговор на её дела:"Через несколько дней ты, Анечка, будешь уже на свободе... - "Ой, не верится что-то, - вздохнула Аня... -"Нет,нет, это уже совершенно точно! - уверяла Мария. - Я уже и прошение подала в департамент полиции, чтобы всем нам поехать с тобой. И она опять заговорила о своих планах, стараясь избежать разговора о Саше. Аня заметила, что мать как-то необычно ведёт себя, но не решалась спросить о причине этого. Ей и в голову не приходило, что Сашу казнили, ведь недавно мама говорила ей, что царь его помилует. Но когда надзирательница сказала, что пора заканчивать свидание, Аня спросила:"Мамуся, а о Саше тебе удалось узнать что-нибудь? Подтвердились слухи, что его помиловали?... - Молись, Аня о Саше, - тяжело вздохнув, сказала мать - она не умела говорить неправду. Но так как Аня и прежде слышала от матери эти слова она не уловила их подлинного смысла. Для неё Саша был ещё жив. А мать, вернувшись домой, упала на кровать и дала волю слезам. Никогда в жизни она ещё так не плакала - даже тогда, когда умер Илья Николаевич, - никогда в жизни она не испытывала такого чёрного отчаяния. Впервые к ней пришла мысль о смерти. Казалось, нет больше сил жить. Скорее бы умереть, чтобы ничего не чувствовать, ни о чём не думать... Долго так лежала Мария. Уже не плакала: слёз не было. И ни о чём не думала, в голове ни одной мысли, только нестерпимая мучительная боль. Казалось, даже волосы болят. "Уж не схожу ли я с ума?" - мелькнула мысль, и в то же мгновение перед глазами, как из густого тумана, выплыло улыбающееся личико Маняши. "Боже мой, как же я о ней забыла? - Ужаснулась Мария, - Как я о всех них забыла??" Пересиливая боль в голове - перед глазами плыли красные пятна, - она поднялась, села, сказала громко:"Нет, так нельзя. Я не могу оставить их, мне нужно жить... Стиснула зубы, чтобы сдержать стон, рвавшийся из глубины души, тяжело вздохнула, повторила громко:"Я должна жить, без меня они все погибнут... Встала с кровати и, держась за стену, как слепая, пошла к дверям. Решила поехать к Песковским, чтобы не оставаться наедине со своими страшными мыслями. Надумала просить Матвея Леонтьевича - пусть поможет поскорее вызволить Аню, чтобы они могли уехать из этого города-тюрьмы. Она не могла без ужаса глядеть на шпиль Петропавловской крепости, которая поглотила её сына. Мария не знала, что Саша похоронен гораздо дальше, на берегу Ладожского озера, за стенами другой ещё более страшной крепости!...

Володя уже сдал два экзамена: по словесности и латыни. Получил пятёрки. А тут и от мамы пришло письмо, она писала: есть все основания надеяться, что царь заменит Саше смертную казнь другим наказанием. Аню освободят из-под ареста. Настроение Володи поднялось, и он сел гототовиться к экзамену по алгебре и арифметике. Утром восьмого мая Володя пришёл в гимназию и сел за свой столик в актовом зале, где проходили все экзамены. Пока не написали на доске условия задач, немного волновался. Но увидел задачи и успокоился: он знал, как их решать. Не знал только Володя, что в это самое время солдаты Шлиссельбургской крепости зарывали могилу, где лежал рядом со своими друзьями, его брат Саша. На следующий день Володя узнал, что он и алгебру сдал на пятёрку, и усиленно начал готовиться к экзамену по геометрии и тригонометрии, назначенному на двенадцатое мая. Повторить нужно много, каждая свободная минута на счету. Хорошо, что няня Варвара Григорьевна уже вернулась из Пензы, куда ездила к своим родственникам. Таперь у него гораздо больше досуга. Вставал Володя рано и сразу же брался за книги. И прежде к нему не часто заходили его одноклассники, потому что он не любил никчемных развлечений, на которые они убивали время. Лучше почитать какую-нибудь интересную книгу, чем болтать попусту. А после ареста Саши их дом вообще обходили стороной. Только Охотников, которому Володя помогал учить латынь - он сдавал экзамены экстерном, - не боялся навещать Ульяновых. А Яковлев и Кашкадамова обычно приходили только по вечерам, когда Володя уже заканчивал занятия. Готовился он к экзаменам не так как, как другие, не знающие, за что взяться. Он не зубрил день и ночь, а наметив, что нужно повторить, твёрдо придерживался этого плана. И обычно намечал просмотреть только те разделы, которые, как ему казалось, усвоил не совсем твёрдо. И как только выполнял заданное за день, уже не брался больше за учебник, а отдыхал. Маняша и Митя с нетерпением ждали той минуты, когда он кончит заниматься. Он шёл к ним, и начиналась такая возня, что, как говорила няня, даже дома по ту сторону улицы дрожали - так отчаянно все они бегали и кричали. Но сегодня - это было десятого мая - не успел Володя прочитать несколько страниц учебника, как услышал в коридоре голос Ивана Яковлевича. Тот что-то тихо спросил у встретившей его няни, потом постучался к нему. Володя отложил книгу, пошёл к двери. "Пожалуйте, Иван Яковлевич, прошу вас... - "С добрым утром, - поздоровался Иван Яковлевич, расправляя свою широкую бороду, как он делал всегда, входя в комнату.... - Я тебя, кажется, оторвал от занятий?... - "Ничего. Я уже много повторил, а в запасе ещё два дня. Иван Яковлевич сказал:" На вот, мой друг, прочитай, что тут напечатано... Володя взял газету и увидел строки, отчёркнутые красным карандашом:"Приговор Особого Присутствия Правительствующего Сената о смертной казни через повешение, над осуждёнными Генераловым, Андреюшкиным, Осипановым, Шевырёвым и Ульяновым приведён в исполнение 8-го мая сего 1887 года"... Широкие брови Володи сошлись над переносицей, глаза остро пришурились... - "Я так и думал, - после долгого молчания сказал он, и в голосе его послышалось скорее не отчаяние, а гнев... - А я верил, что государь помилует их, - печально проговорил Иван Яковлевич. - Бедный Саша... Какой это удар для Марии Александровны - страшно и подумать. Ведь она так любила Сашу, такие надежды возлагала на него... - Сашу все любили, - сказал Володя, - Очень любили... В комнату вошла Оля. Увидев Ивана Яковлевича, смутилась: "Здравствуйте... Прости, Володя, я не знала, что ты не один. Я вам помешала... - "Нет, - сказал Иван Яковлевич, - мне пора идти...Володя не удерживал Иван Яковлевича. Проводил его до ворот, просил заходить. Прощаясь. Иван Яковлевич сказал:"Володя, я понимаю: гибель Саши - невыразимо тяжёлая утрата. Тебе нелегко будет сдавать экзамены, но собери все свои силы, потому что теперь уже золотая медаль тебе нужна для поступления в университет так же, как аттестат... - Иван Яковлевич, я это понимаю... - Ну, помогай тебе Бог! Когда Володя сказал Оле, что Сашу казнили, она с рыданием упала на диван. На плач прибежала няня. Узнав, что произошло, сказала, утирая слёзы краешком платка: ""Так, значит, богу угодно было (вот как о боге понимает во все века и до сегодняшнего дня безграмотное большинство)... - "Не Богу, а царю! - давясь слезами, крикнула Оля. Палач проклятый! Оля долго молчала, всхлипывая, а потом вытерла слёзы, с гневной решимостью сказала:"Жаль, что царя не убили! Володя Оле объяснял::"Допустим на минутку, что это произошло. А дальше что? На трон сядет новый, ещё более жестокий царь. Вот и всё... Маняша и Митя, услышав, что скоро приедет мама, радовались. Слишком малы, чтобы понять беду. Володе вспомнилось, когда умер отец , Митя тоже не мог понять, что случилось, хвастался всем, кто приходил:"А у нас опять панихиду служат!" Нет отца, нет Саши. И всё это за какой-нибудь год. А как с Аней? Что мама там сейчас делает? Как она там бедная, мучается! Хоть бы с ней ничего не случилось...

Песковский не отказался похлопотать за Аню, - видел, что Мария еле держится. Больше того, они заметили с женой, что иногда она начинала заговариваться. Волосы её совсем поседели, а в глазах было что-то такое, что страшно было встретить её взгляд. Песковский решил поговорить с Дурново. На этот раз Песковскому удалось уговорить Дурново заменить Ане сибирскую ссылку на высылку в деревню Кокушкино. Аню выпустили из тюрьмы, отдав на поруки матери, и они в тот же день поспешили на вокзал, прочь из этого страшного города; провожали их только Песковские. Екатерина искренне любила Марию и не могла сдержать слёз при расставании. Мария была благодарна Песковским за все хлопоты, - ведь если бы и они отшатнулись от неё, как это сделали иные "друзья" в Симбирске, ей не с кем было бы даже словом перемолвиться в эти страшные дни. Поезд тронулся. Мария взглянула в окно. Над удалявшимся городом высился, сияя в лучах солнца, золотой шпиль Петропавловской крепости. Где-то там она навеки оставила своего Сашу. Слёзы застлали глаза, но она не дала им воли - отвернулась от окна... Мария и Аня вернулись в Симбирск вечером. Парадная дверь была уже заперта, и они, чтобы не будить всех, прошли через двор. Первой увидела их няня, кинулась обнимать. Её плач и причитания услышал Володя, выбежал из своей комнаты:"Мама! Аня!" И не успел обнять их, как в одних рубашонках бежали к матери Оля, Митя, Маняша. Кричали, плакали, смеялись... Когда все угомонились и вошли в комнату, буквально остолбенели. Их мама постарела и стояла перед ними совершенно седая. Пока мама и Аня раздевались и приводили себя в порядок с дороги, Володя уложил маленьких, с няней они приготовили чай и за чаем слушали скорбные рассказы о том, что было пережито в Петербурге. И когда всё в мельчайших подробностях было уже рассказано, Мария твёрдо сказала:" Довольно об этом. Сашу уже не вернёшь. Володя, как твои дела?" - Уже три экзамена сдал. Все на пятёрки... - "У меня тоже пятёрки!" - сказала Оля... - "И у меня тоже почти все пятёрки, - доложил Митя... - "Когда я пойду в гимназию, тоже буду получать только пятёрки! заверила и Маняша. Очень рада за вас, мои дорогие. Особенно за тебя, Володя. Ведь тебе уже надо думать об университете. Должно быть, о Казанском. Да и вообще, дорогие мои, придётся нам распрощаться с Симбирском и перебираться в Казань. Мы это ещё обсудим с тобой, Володя. Аня была очень слаба. Но лежать в комнате не хотела, как мама не уговаривала. Отвечала, что ей и в камере надоело видеть перед собой одни стены. Было уже тепло и она весь день проводила в саду. От неё ни на шаг не отходила Маняша. Выполнив намеченную программу занятий, появлялся и Володя. И тогда они, отослав Маняшу к маме, начинали говорить о Саше. Володя расспрашивал Аню о всех подробностях дела, о Сашиных друзьях. Особенно мучил его вопрс: чего они хотели достигнуть убийством царя? Что делали бы, если бы добились своей цели? Но Аня не могла дать ответ на эти вопросы, так как Саша никогда не говорил с нею об этом. Она смотрела на Володю, слушала, какие глубокие, интересные мысли он высказывает, размышляя о судьбе брата, и думала:"Как он вырос, как возмужал! На всё смотрит совсем как взрослый мужчина. А ведь ему только семнадцать лет." - Все склонялись перед верностью идеологии, перед железной волей Саши, - рассказывала Аня, - даже Матвей Лентьевич, который всё время возмущался поведением Саши, и то сказал:"Умер он как герой!"... - "Да, погиб он как герой!" - сказал Володя. - Но что же это дало народу? и что самое печальное: если бы даже они достигли своей цели - убили царя, то результат был бы, - я в этом уверен, - точно такой же, как и после Александра Второго. Нет, Аня, если уж начинать борьбу, то не таким путём надо идти!... - А каким же?.... - "Вот об этом я сейчас и думаю!" А ведь это означало только одно - Володя уже избран Высшим Разумом (Богом) и он получал готовые чертежи построения Новой Цивилизации. Каждое его слово станет програмным, понятным миллионам. И вообще, информация о семье Ульяновых ещё и ещё раз показывает, как готовит Бог своих посланников, какой непростой путь они проходят. Отец Ильи Николаевича крепостной крестьянин, но именно он станет началом осуществления Божьего промысла, по которому сложится всё именно так, а не иначе. Поражает судьба Марии. Её мать звали Анной и она умерла, родив Марию, сиротами остались шестеро детей. Воспитывала их сестра отца, детям-тётка. Семья Ульяновых тоже создана Божьим промыслом. В ней дети получают высокодуховное воспитание. Отец несёт свою миссию: становление народного образования в России. В семье у детей воспитывается коммунистическое мировоззрение, глубокое понимание, что у власти стоит неправедное триединство, не имеющее право на жизнь. Это неправедное триединство: самодержавие - духовенство - духовно безграмотное большинство. Чернь распинает, как разбойников всех, кто борется за правое дело - установление власти праведного триединства: Бог(законы Мироздания) - Сын (Устав общения людей друг с другом и окружающим миром) - Св. Дух (энерго-информационное поле Высшего Разума-Бога). Безжалостно царь казнит Сашу, сказавшему черни правду о ней самой. Перед смертью Саша целует крест с распятием пророка и поднимается на свою Голгофу, чтобы стать рядом с ним. Мария проходит страшный путь казни сына, лучшего из людей. Невозможно не сравнивать её судьбу с судьбой матери Иисуса. Страдания Марии-матери Иисуса, казнённого, как разбойника, посмевшего поднять слово правды против неправедной власти, становится близкими и ощутимыми, хоть прошла не одна тысяча лет. Нет их тел, но они живы, только захоти их услышать - услышишь. Именно этим книга Владимира Васильевича Канивца бессценна. Много лет он посвятил сбору информации о семье Ульяновых. Был собран огромнейших материал, но сосредоточился Владимир Васильевич на судьбе Саши. Так было задумано (и это обусловлено прежде всего исторически : действие романа обрывается 1887 годом), что на первом плане действует Илья Николаевич, отец Ленина, известный русский педагог-просветитель, последователь Чернышевского и учитель Дмитрия Каракозова и Александр Ульянов, один из главных участников подотовки покушения на Александра Третьего. Это не просто фон, на котором происходит сложный процесс формирования мировоззрения Володи Ульянова - человека и посланника Высшего Разума к людям, тщательно выписанный мир взаимоотношений в семье, в которой всегда и с любовью выполнялся высший закон Устава - закон взаимного должествования. Именно задачу "воспроизвести ту особую атмосферу дружбы и взаимопонимания, которая царила в семье Ульяновых", и ставил перед собой Владимир Васильевич Канивец. Истоки этой особой атмосферы автор связывает с жизнью ещё одного поколения - родителей Марии Александровны и Ильи Николаевича. Один из дедушек Володи был известный в то время врач-просветитель, последователь Н.И.Пирогова. Другой мещанин, в прошлом крепостной, до последних своих дней зарабатывал на хлеб портняжничеством. Выходцы из народа, Илья Николаевич и Мария Александровна считали себя неоплатными должниками народа. В тяжёлые годы реакции, когда была разгромлена "Народная воля," а попытки протеста или непослушания властям жестоко преследовались, политическая деятельность прогрессивных элементов общества часто ограничивалась узким семейным кругом, куда допускались лишь самые надёжные. Члены семьи Ульяновых постоянно общались с единомышленниками и коллегами отца - преподавателями Мартыновым, Шапошниковым, Ауновским, Захаровым, Логиновым и др. Как и М. Шагинян, Канивец решал нелёгкую задачу: не преувеличить (но и не преуменьшить!) роль Ильи Николаевича в развитии народного образования в России, в воспитании детей, раскрыть характерные черты просветителя девятнадцатого века. Лучшие педагоги мира давно доказали, что воспитание и образование - это единый процесс, и главная задача педагогики - воспитание воспитателей по высшим духовным законам, а это возможно только в социализме-коммунизме. Материал, собранный Владимиром Васильевичем Канивицем, необыкновенно важен для размышления о праведном и неправедным триединстве.

ИОСИФ ДЖУГАШВИЛИ.

В девятнадцатый век приходит - посланник Бога, миссия которого будет наитруднейшей: он станет начальником строительства Новой Цивилизации, оттого и жизненный путь его будет полон испытаний, (именно так Бог открывает им истину и готовит их быть способными выполнить Божий промысел). Имя этого человека - Иосиф Виссарионович Джугашвили (Сталин).

Иосиф родился 21 декабря 1879 года в городе Гори что в Грузии. Отец Иосифа Виссарион Иванович Джугашвили происходил из крепостных крестьян села Диди-Лило, Тифлисской губернии. Мать Екатерина Геориевна из семьи крепостного крестьянина, урождённая Геладзе. Отношения в семье были, мягко говоря, не простые. Отец пил, был несдержан, с сыном жесток. Бог поместил Иосифа в обстановку, которая воспитывала в нём критическое отношение к миру, в котором он жил. Среда воспитывала в нём замкнутость, сдержанность, недоверие к людям, терпение, учила быть внимательным к поведению окружающих людей. В жизни он рано знакомится с предательством и перестаёт верить в дружбу. Что дружба чаще всего оборачивается враждой, станет его убеждением. Имея не очень хороший опыт отношений людей друг с другом и окружающим миром, он пристально присматривался к этому миру, желая понять, отчего так устроена жизнь, что только небольшое меньшинство владеет всем, что есть на планете. Этому меньшинству подчинются все остальные, принимают навязанное меньшинством рабство. Кто такой бог, который ничего этого не видит и не слышит и состоит в заговоре с меньшинством. Как это может быть возможным, что церковь тоже на стороне меньшинства. Много, очень много вопросов возникало у Иосифа с самых ранних лет. И всё, что происходит вокруг, он хочет понять. Крепостное рабство в Грузии было отменено на несколько лет позднее, чем в России, занял ряд лет: с 1864 по 1871 год. В конкретных условиях Грузии отмена крепостного рабства самым неблагоприятным образом отразилась на положении крестьян с точки зрения их материального положения. Отмена крепостного рабства не принесла никакого улучшения жизни крестьянам. Отмена рабства - это, конечно, шаг прогрессивный, но крестьянам не стало легче. И, конечно, жизнь родителей Иосифа мало чем изменилась, хотя они получили право свободно перемещаться и выбирать место жительства. К сожалению сведений о детстве Иосифа нет. Да и откуда им быть; семья жила как многие из крепостных. Никто не вёл родословную, да и не принято это было в народе. Есть сведения, что предки Иосифа были осетинами. Осетинские крестьяне были крепостными горийских князей и дворян (Эристави, Мачабели, Амилахори и др.) В 1802-1804гг, а также в 1807-1813гг в Южной Осетии и прилегающих районах Грузии произошли крупные крестьянские волнения, для подавления которых царское правительство использовало военную силу. Масштабы волнений были серьёзными, о чём свидетельствует тот факт, что было прервано сообщение по Военно Грузинской дороге и даже был прислан российский полк, вызванный из Владикавказа. Осетинские крестьяне проявляли особую активность в борьбе против притеснений со стороны помещиков и властей вообще. Это касается прежде всего Горийского уезда-родины предков Иосифа. Вот наиболее значимые события того времени, к которым может быть отнесена родословная предков Иосифа по отцовской линии. Так карательная экспедиция, посланная против осетинских крестьян в 1810 году сожгла 20 селений и истребила сотни людей. Затем царская администрация начала ссылать непокорных осетинских крестьян в Сибирь. (Нормально! На войне, как на войне! Это жестокая война между неправедным (Злом) и праведным (Добром) триединствами). В 1812 году на почве общего недовольства режимом и произволом царских чиновников вспыхнуло большое восстание в Кахетии. Восставшие перебили стоявшие там гарнизоны, разгромили правительственные учреждения и начали угрожать наступлением на Тифлис, появившись в 12 верстах от города. В 1830 году снова восстали осетинские крестьяне. Они отказались уплачивать подати помещикам, разгромили ряд помещичьих усадеб и церквей (в этом уже просматривается большое сомнение людей в существовании бога, который почему-то, всегда на службе у черни). Военной экспедицией под командованием генерала Ренненкампфа, восстание было жестоко подавлено. Целые сёла исчезли с лица земли. В 1840 году новое восстание осетинских крестьян. Вновь туда направлена царём военная экспедиция. Восставшие героически отстаивали свои права на землю. В восстании участвовали женщины и дети. Прадед Иосифа Заза Джугашвили - осетин по происхождению - был одним из активных участников крестьянского движения. Социальное происхождение самого Иосифа в решающей степени, предопределило его дальнейший путь, очертило магистральные вехи его жизненного движения, создало предпосылки формирования его характера и отношения к окружающей действительности. Социальная среда явилась тем фундаментом, на базе которого постепенно выработалось его критическое отношение к основополагающим устоям российского общества того времени. И в этом Божий промысел формирования будущего начальника строительства Новой Цивилизации. Светлана Алилуева в своей книге "Двадцать писем к другу" писала:"Отец любил и уважал свою мать. Он имел ввиду её душевные качества, а не образование,- она едва умела нацарапать своё имя. Он рассказывал иногда, как она колотила его, когда он был маленький, как колотила и отца, любившего выпить. Характер у неё был, очевидно, строгий и решительный, и это восхищало отца. Она рано овдовела и стала ещё суровее. У неё было много детей, но все умерли в раннем детстве, - только отец мой выжил. Она была очень набожна и мечтала о том, чтобы её сын стал священником. Она осталась религиозной до последних своих дней и, когда отец навестил её, незадолго до её смерти, сказала ему:"А жаль, что ты так и не стал священником..." Он повторял эти её слова с восхищением; ему нравилось её пренебрежение к тому, чего он достиг - к земной славе, к суете"... Именно мать передала ему некоторые черты своего характера - твёрдость, чувство собственного достоинства, жизненную стойкость. Светлана вспоминала о своей бабушке:"У бабушки были свои принципы, - принципы религиозного человека, прожившего строгую, тяжёлую, честную и достойную жизнь. Её твёрдость, упрямство, её строгость к себе, её пуританская мораль (чистота души, жизнь в строгих нравственных правилах), её суровый мужественный характер, - всё это перешло к отцу."...В начале мая 1937 года Екатерины Джугашвили не стало. Простая крестьянка, швея и прачка, мечтавшая, чтобы её сын стал священником и всё для этого сделавшая, покинула этот мир. Да, Иосиф не стал священником официальным, но именно эта, Божьим промыслом, у него будет миссия быть - бОльшим на стройке Новой Цивилизации и быть слугой у народа, который изберёт узкий путь Устава. Он будет первым и потому станет рабом своего любимого советского народа (людей, как и он раз и навсегда избравших идеологию Устава), Божьим промыслом его мама была невероятно озадачена:-во что бы то не стало, сын должен стать священником . В июне 1894 года Иосиф Джугашвили получил свидетельство об окончании им полного курса Горийского духовного училища. Ещё до поступления в духовное училище сосед Джугашвили Чарквиани по просьбе матери обучил маленького Иосифа грузинской азбуке. Мальчик проявлял способности к учёбе и это убеждало мать Иосифа, что её мечта обязательно исполнится. Она фанатично верила, что сын должен стать священником. Несмотря на то, что материальное состояние семьи было крайне низким, это не остановило Екатерину Георгиевну в желании дать образование сыну и именно образование духовное. В какой нищете жила семья Джугашвили вспоминает дочь Иосифа Виссарионовича - Светлана Алилуева:"Крошечная лачуга, не более курятника, где вся семья ютилась в одной комнатушке. Летом еду готовили на улице, а зимой на керосинке. Здесь жили мальчик, его отец-пьяница и мать, зарабатывющая стиркой белья. Мать отдала мальчика в приходскую школу, где он изучал три языка: русский, грузинский, греческий. Потом учился в семинарии."... Ни один крупный политический лидер во всей истории не был выходцем из таких глубоких низов. Удивительны дела Высшего Разума (Бога). Он ведёт своих посланников через тернии, чтобы они, пережив многое, стали духовно высокими и сильными для выполнения своей миссии. Именно здесь сформировалась любовь к народу, избравшему путь Устава и ставшего народом Богоизбранным. И этому народу он посвятит всю свою жизнь, и будет ненавидеть врагов народа, и будет с подозрением относится к тем, в ком будет замечать черты тяги к материальной скверне и эгоизму, обозначающему в человеке сребролюбие, тщеславие, амбиции, властолбие, зависть и т.д. Сегодня становится понятным, что именно Сталин, и никто другой, понимал, что враги везде и смертоносное оружие у них лукавые и лживые слова. Лицемерами, софистами, фарисеями, садукеями, николаитами, лжепророками переполнено человечество. "Порождения ехиднины - называл их Христос.

ГОРИЙСКОЕ ДУХОВНОЕ УЧИЛИЩЕ.

В Горийское духовное училище Иосиф Джугашвили был принят в сентябре 1888 года. В связи с тяжёлым материальным положением его семьи ему определили ежемесячную стипендию в размере 3 рубля, а также разрешили его матери зарабытавать в месяц до 10 рублей, обслуживая учителей и школу. В духовное училище принимали детей преимущественно из духовного сословия, а также из обеспеченных семей. Это говорит только об одном: Иосифа вёл Бог для выполнения в будущем тяжелейшей миссии - быть начальником строительства Новой Цивилизации, быть с своим любимым Богоизбранным народом в тяжёлое время испытаний. Всевышний творил личность исторического масштаба многомерного плана. Потому и власть была для него целью, а не самоцелью. Он стремился к ней во имя реализации духовных, социально-политических и экономических проектов. Бог его благославлял всегда и во всём, что касалось строительства Новой Цивилизации. Его лепила и сама суровая эпоха: время жестокой борьбы с чернью, великих свершений и побед, и вместе с тем кровавых событий, ибо материальная скверна и вожделенная плоть, установившая свой мировой порядок, основанный на неправедном триединстве: самодержавие - духовенство - безграмотное большинство, так уверовала, что бог это всё и создал, как истину в последней инстанции, что собиралась стоять до конца, защищая свою преисподнюю).... Училище было четырёхклассным, но Иосиф учился в нём шесть лет. Это ещё один удивительный факт. Его приняли сначала в подготовительный класс, что и вовсе уступка для ребёнка из самых низов общества да ещё и в духовную семинарию, удивляет. Другой год был потерян в связи с семейными конфликтами, вызванные самим фактом учёбы Иосифа. Отец также способствовал становлению Иосифа для его миссии. Конфликты по поводу воспитания сына вспыхивали постоянно. Отец требовал, чтобы сын учился сапожному делу, что он должен унаследовать профессию своего отца, а мать придерживалась совершенно иного взгляда и отстаивала его самоотверженно... - "Ты хочешь, чтобы мой сын стал митрополитом? Ты никогда не доживёшь до этого! Я - сапожник, и мой сын тоже должен стать сапожником, да и всё равно будет он сапожником! - так часто говорил Виссарион своей жене. Несмотря на то, что Виссарион жил и работал в Тифлисе, а Екатерина с сыном в Гори, она постоянно беспокоилась: " А ну, как приедет Виссарион, да увезёт сына и окончательно оторвёт его от учёбы? В конце концов так и случилось. Неистовому Виссариону не давала покоя мысль, что его сын ходит в училище, а не изучает ремесло. И вот в один "прекрасный" день в Гори приехал Виссарион и отвёз его в Тифлис, где отдал на фабрику Адельханова. Маленький Иосиф работал на фабрике: помогал рабочим, мотал нитки, прислуживал старшим и получал новые знания о жизни людей. Через некоторое время мать в свою очередь поехала в Тифлис и увезла сына с фабрики. Екатерина Гергиевна вспоминала: "Учился он прекрасно, но его отец, мой покойный муж Виссарион, задумал мальчика взять из школы, чтобы обучать своему сапожному ремеслу. Возражала я как могла, даже поссорилась с мужем, но не помогло: муж стоял на своём. Через некоторое время мне всё же удалось его снова определить в школу." (ей удаётся задуманное Богом). Так всё и было и поэтому вместо четырёх лет Иосиф учился шесть лет (Бесполезно мешать Божьему промыслу. Это только усиливает избранного посланника). В период обучения в училище с Иосифом произошло несчастье: 6 января на "Иордань" в день праздника "Крещения" возле моста через Куру, пришло множество народа. На главной улице были выстроены войска. После церемонии духовенсто возвращалось по своим церквам, причём все улицы были переполнены людьми. Столпились люди и в узкой улочке около Оконской церкви. Никто и не заметил, что сверху бешенно мчится фаэтон с пассажиром. В это время Иосиф рванулся из толпы, чтобы перебежать улицу (тёмные силы направлены были его убить, но Бог хранил). Фаэтон налетел на него, ударил дышлом по щеке, сшиб с ног, колёса переехали ноги ребёнка. Подняли потерявшего сознание Иосифа (ему было 10 лет) и доставили домой. При виде изувеченного сына, мать не смогла удержать громкого крика. Иосиф открыл глаза и прошептал:"Не бойся, мама, я чувствую себя хорошо." Мать сразу успокоилась. Пришёл доктор, промыл рану, остановил кровотечение, сделал перевязку, успокоил:"Внутренние органы не повреждены... Иосиф пролежал в постеле две недели и вернулся к занятиям. Этого мало. Он заболевает оспой, но Бог не даёт разыграться трагедии и Иосиф выздоравливает. Чернь всех цветов и оттенков в своих злопыхательствах на Сталина будет поминать ему и болезнь, и увечье руки полученное от удара фаэтона. А только не по силам преисподней сломать волю Бога. Ну, чернь есть чернь, она в своей войне с богоизбранным народом не гнушается никакими средствами, потому и имя ей - преисподняя. Иосиф в период обучения в духовном училище неизменно проявлял большие способности к учёбе и интерес к самому процессу приобретения знаний. Он изучает русский язык, в котором нет особой нужды; ведь он живёт в Гори, его родители прожили всю жизнь, зная только свой родной язык ( Высшему Разуму мироздания безразлично место рождения своего посланника. Христос родился в Иудее, но учение Он принёс всему миру. А иудейская чернь казнила его как разбойника, посмевшего поднять голос на их устои. Иудеи не приняли учение Христоса, но лжепророки Рима, удивительное дело, построили христианскую католическую религию на иудаизме, ничего с именем Христоса не имеющим). ... Вначале Иосифу не давалась учёба. Однако заложенные в нём природные способности, упорство и трудолюбие помогли ему в преодолении трудностей, он стал показывать примерные результаты в учёбе и проявил себя как один из лучших учеников училища. Осталось свидетельство об окончании духовного училища. Вот оно:

Воспитанник Горийского духовного училища Джугашвили Иосиф... поступил в сентябре 1889 года в первый класс училища и при отличном поведении (5) оказал успехи:

По священной истории Ветхого Завета...............(5)

По священной истории Нового Завета...............(5)

По Православному катехизису ................(5)

Изъяснению богослужения с церковным уставом..(5)

Русскому с церковнославянским ....................(5)

Языкам - греческому ....(4) - очень хорошо

Грузинскому ....(5) - отлично

Арифметике .....(4) - очень хорошо

Географии .........(5)

Чистописание .........(5)

Церковному пению русскому.......(5) и грузинскому.....(5)

По окончании полного курса учения в духовном училище в июне 1894 года причислен училищным правлением к первому разряду училищных воспитанников с преимуществами, присвоенными окончившим полный курс учения в духовном училище..."....Из воспоминаний М. Титвинидзе:"В нашем классе учились дети богатых и бедняков. Их отношение к нам постепенно обострялись ещё и потому, что Иосиф, считавшийся первым учеником, был из нашей среды. Иосиф обладал исключительной памятью. Объяснения преподавателей он усваивал отлично и потом в точности их пересказывал." В училище происходило осознание того, какое место он занимает в сословной иерархии тогдашнего общества. Это противоречило с тем, что он узнал из Нового Завета. Он невольно задумывался о том, что люди живут не по законам Нового завета; всё больше возникало вопросов, о несправедливом устройстве жизни. Его одноклассники, как правило, были из состоятельных семей. В раннем детстве такого рода "открытия" воспринимаются особенно болезненно и переживаются глубоко. И всё ещё и ещё раз говорит о Божьем промысле становления мировоззрения личности, которая сделает свой твёрдый выбор - жизнь по Уставу, который принёс Христос и которого те, кто владел деньгами и властью, зверски убили. Да, именно его происхождение повлияло на весь дальнейший ход его жизни. Горийский период его юности во многом схож с жизнью таких же как и он грузинских ребят. Из воспоминаний Светланы (дочери Сталина):" Церковная школа, где он провёл в общем более десяти лет имела огромное значение для становления характера отца на всю его жизнь, усилив и укрепив врождённые качества." Главным на всю жизнь для Иосифа стало самообразование. Он проявлял живой интерес к чтению и с самым непосредственным сопереживанием воспринимал прочитанное. Очень любил грузинскую литературу. Главный герой - смелый, сильный духом, немногословный борец с несправедливостью. В училище была неплохая библиотека, но подбор книг вскоре перестал удовлетворять Иосифа. Ученик старшего класса Ладо Кецховели рассказал ему о частной библиотеке Арсена Келанадзе. К концу своего пребывания в училище перечитал почти все книги, имевшиеся у Каландзе. Осваивая русский язык, он увлёкся русской литературой. Зачитывался Пушкиным, Лермонтовым, Некрасовым и др. Иосиф любил стихи. И сам начал их сочинять, когда ещё учился в Горийском училище. По словам его однокашника Елисабедашвили:"Он писал экспромтом и товарищам часто отвечал стихами. Писали стихи и его приятели, они друг друга поощряли к своего рода соревнованию. Зачитывался Иосиф приключенческими романами М. Рида, Ж. Верна и Ф. Купера. Иосиф хорошо рисовал, хотя в училище рисованию не учили. Принимал активное участие в общественных начинаниях молодёжи - концертах, любительских спектаклях т.п. Подводя итог горийскому периоду в жизни Иосифа, можно сказать только, что именно тогда он сделал первые шаги на долгом и трудном пути познания жизни, впервые соприкоснулся с её реальными проблемами, столкнулся с живыми фактами социального неравенства, на собственном опыте ощутил то, с чем сопряжено его положение на низших ступенях тогдашней иерархической лестницы. Учась в уилище он был поражён историей Иисуса Христоса. Он принёс законы общения людей друг с другом и окружающим миром, учил, что люди равны между собой, как братья, а кому много дано, тот должен всё отдавать людям, быть слугой народа, вести его к жизни, в которой главное - это знак Бога - движение и покой. А его казнили как разбойника те, кто владел деньгами и властью. Впечатления и ощущения, которые он вынес из всего этого, в немалой степени повлияли на его мировосприятие, каким бы наивно-детским оно ни было в его годы. Это было первое знакомство с реальностями классового мира. Мира, который противоречил Уставу - Новому Завету. Для этого понимания и провёл Иосифа Всевышний через учёбу в семинарии. Иосиф осознал значение знаний в жизни человека, необходимость овладения этими знаниями, поскольку они расширяли жизненные горизонты, открывали новые перспективы. Именно в этот период он соприкоснулся с таким поистине бесценным духовным богатством, которое представляла собой русская литература. Зародившаяся в его сознании любовь к русской литературе, стала одним из важнейших источников его дальнейшего духовного развития. Эту любовь он сохранил на всю жизнь. Горийский период жизни молодого Иосифа, стал той первой ступенькой, которая в дальнейшем привела к сознательным ниспровергателям неправедного триединства. В этом контексте несомненный интерес представляет вопрос об отношении юного Иосифа к религии. Ведь по своему существу религиозная идеология в царской России, не говоря уже о церкви, были призваны не расшатывать устои государственной власти, а, наоборот, способствовать всемерному укреплению этой власти, прививать верующим чувство незыблемости сложившегося на протяжении веков мирового "порядка." Православие играло роль государственной идеологии и являлось одним из главных элементов спокойной жизни неправедного триединства: Самодержавие - Духовенство - Духовно безграмотное большинство. В православной религии заложены идеи добра и справедливости, как и во всех других религиях, но духовенство за многие века покрыло лукавым туманом истинное триединство: Бог - Сын - Св. Дух, превратив религию в опиум для народа(определение Ленина). Религия сама по себе никогда не была в силу своей природы враждебна идее революции как выражению практических шагов по ликвидации несправедливости в жизни. Более того, религиозная среда часто давала миру великих революционеров. Дала она немало и мыслителей, оказавших большое влияние на формирование всякого рода революционных воззрений. В этом смысле нельзя возводить стену между религией и обществом, ибо церковь есть храм Бога, через который происходит энерго-информационный обмен с Высшим Разумом (Богом). Идеи добра и справедливости, заложенные в основу всех религий, диктовали необходимость критической оценки, скорее "пероценке" реальностей, с которыми сталкиваются разумные и думающие веующие. Таким думающим верующим был и посланник Высшего Разума - Иосиф. Те знания, которые он приобретал, убеждали его в том, что вселенная живёт по законам мироздания и законы эти нарушать смертельно опасно, а церковь свою миссию не выполняет. Иосиф был "ревностно" верующим; именно поэтому начальство Горийского училища рекомендовало его для поступления в Тифлисскую семинарию. Если бы существовали даже малейшие признаки того, что он не проявлял веры в Бога, то такую рекомендацию он, конечно не получил бы. Практический опыт способствовал тому, что он всё больше не верил в придуманного бога-дядьку злого и несправедливого, если он мог терпеть неправедное триединство. Он всё больше понимал, что православие, это триединство: Бог(Высший Разум) -Сын(Устав общения людей друг с другом и окружаюим миром) - СВ. Дух ( обмен с Высшим Разумом через знания, оставляемые Его посланниками). Вне зависимости от того какую эволюцию в юности прошёл Иосиф, на пути выяснения своих отношений с религией, стал он глубоко верующим в Бога атеистом, ибо не верил в бога, придуманного лукавыми лжепророками; религиозное воспитание и самообразование сформировали в нём высокодуховное мировоззрение и это была идеология праведного триединства.

ТИФЛИССКАЯ СЕМИНАРИЯ.

В России духовные семинарии представляли собой средне- духовные учебные заведения. Они сыграли важную роль в интелектуальном и нравственном развитии страны, в процессе приобщения народа к знаниям, в становлении самой системы среднего образования. Значительную роль семинарии сыграли в развитии революционного движения, бунтарских настроений в молодёжной среде. Содержательный элемент образования в семинарии состоял из преподавания богословских дисциплин и общеобразовательных, примерно тех же самых, что и в обычных гимназиях. Приоритет, естественно, отдавался богословским предметам. В основу общего образования было положено изучение классических языков, математики, причём за первые четыре года обучения (в семинарии был шестилетний курс) учащиеся проходили гимназический курс, а два последних курса посвящались преимущественно освоению богословских дисциплин. Повседневная жизнь воспитанников семинарии проходила под строгим надзором: запрещалось самовольно отлучаться из семинарии, участвовать в публичных чествованиях общественных деятелей, посещать театры, собирать сходки, читать "неблагонадёжную" литературу, а под ней на практике подразумевались почти все периодические издания. Интерес к такой литературе увеличивался хотя бы в силу самого факта запрета (запретный плод сладок.) А запрещали-то литературу духовную, а значит, ту литературу, которая рассказывала о неправедном триединстве, заставляла задуматься о том, что религия учит жизни высокодуховной, но почему-то это не касается паразитирующего класса; и вообще, почему он есть этот класс, почему людей делят по сословным признакам и много других вопросов.) Характерно в этом смысле признание главы Синода (высшего церковного органа России) К. П. Победоносцева:"Нередко случалось, - констатировал Победоносцев в 1890 году, что то же развращающее чтение, которое запретным своим свойством привлекало воспитанников, составляло в то же время любимую духовную пищу...у самих начальников и преподавателей."( Но ведь во все века и в 19 веке тоже, запрещали или сводили до минимума преподавание естествознания. Это понятно. Ведь именно естественные науки, как никакие другие, открывали людям Бога - Высший Разум, которым пронизана вся вселенная.) Репрессивные меры администрации семинарий, такие как прекращение или сокращение выписки периодики, всякого рода запреты приводили к тому, что учащиеся заводили тайную библиотеку, начинали издавать рукописный журнал; несмотря на преследования, такие "кружки самообразования" возрождались постоянно. Эти кружки самообразования и были школами коммунизма. Теперь эти "кружки самообразования" (школы коммунизма) надо возраждать немедленно). Политика религиозных властей вела и к иным тяжёлым последствиям: принудительная церковность, насаждаемая в духовной школе посредством обязательного посещения богослужений, участия в церковном пении и чтении, давала, как правило, обратный эффект. "Нельзя молиться по приказу, из-под палки, в продолжении четырёх часов, говорили преподаватели семинарий. Воспитанник стоит и проклинает всё. Нигде нельзя было услышать столько страшных проклятий, чем за семинарской службой." Озлобление учащихся обращалось не только против учебных начальников и церкви, но и против всего государстенного устройства, о чём говорили непрерывные волнения в семинариях. Глава Синода отмечал в 1890 году, что почти во всех делах о полититических заговорах было зафиксировано участие семинаристов. Существовавшая система довольно суровых наказаний за нарушение внутреннего распорядка семинарской жизни (а она включала в себя такие меры, как внушение, выговор, водворение на несколько дней в карцер и, наконец, исключение из семинарии с правом обратного поступления в семинарию или без такового) не только не могла устранить недовольства, рождала ещё более энергичный протест. С известной долей упрощения можно утверждать, что духовные семинарии в Росийской империи играли двоякую роль: кузницы духовных пастырей и кузницы кадров для революционной деятельности. Достаточно сказать, что выходцами из духовных семинарий были такие масштабные фигуры русской национальной и революционной мысли, как Н.Г. Чернышевский, Н. А. Добролюбов, под мощным воздействием идей которых формировались взгляды многих будущих революционеров. Тифлиская семинария немногим отличалась от семинарий России. И бунтарский дух существовал уже в семинарии, когда в неё поступил Иосиф. Этот факт не мог не сыграть и сыграл важную роль, если не в выборе конечной жизненной цели молодого Иосифа, то уж во всяком случае в общем направлении его дальнейшего развития. В Тифлисской семинарии ещё до поступления туда Иосифа произошёл поистине драматический случай, всколыхнувший всю Грузию и получивший довольно широкий отзвук в России. Исключительно жёсткий внутренний режим, постоянная слежка за семинаристами, бесцеремонные обыски их жилых помещений и личных вещей в поисках так называемой подрывной литературы, периодически приводили ко всякого рода конфликтам. Среди семинаристов возникало недовольство, принимавшее различные формы протеста. В ответ шли всякого рода наказания, ужесточение режима и т. п. меры. Так было, в частности, в 1873 году, когда, согласно донесению жандармского полковника своему начальству, некоторые учащиеся были замечены за чтением "недозволенной" литературы (Дарвина, Бокля, Милля, Чернышевского), а трое из учителей были уволены со службы и переданы в жандармерию. Вот так она (чернь) и действует: не иповедуешь неправедное триединство, понял, что надо служить триединству: Бог - Сын - Св. Дух - так тебя в жандармерию. В 1885 году при очередном обыске была обнаружена "недозволенная" литература. За этим, естественно, последовали суровые дисциплинарные санкции, в частности, ряд семинаристов, среди которых числились наиболее способные ученики, были исключены из учебного заведения. В их числе оказался Иосиф Лагиашвили - сын священника из Горийского уезда. Сильвестр Джибладзе ( с именем которого связано вступление молодого Иосифа на революционный путь) дал пощёчину ректору семинарии протоирею Чудетскому, вызвав этим поступком бурное одобрение своих товарищей. За это был исключён из семинарии, осуждён на три года штрафной военной службы. Вот так! В штрафную роту, чтоб другим не повадно было. А Иосифа Лагиашвили травили при попытках вернуться в семинарию. Позднее, в июне 1886 года доведённый до отчаяния Лагиашвили убил ректора семинарии протоиерея Чудецкого, который отличался особым мракобесием. Событие это всколыхнуло весь Тифлис. Семинария была на несколько месяцев закрыта. Начальник Тифлисского жандармского управления доносил по службе, что тифлисская семинария находится в весьма неблагоприятном положении по сравнению с другими семинариями в России, а её учащиеся часто выказывают антирелигиозный настрой мыслей и враждебность к России. (Вот так рождается национальная рознь. И впереди планеты всей вражда религий.) "Экзарх Грузии Питирим, ставленник Святейшего синода, с кафедральной трибуны проклял весь грузинский народ. Достойный ответ Питириму дал видный общественный прогрессивный деятель Грузии Дмитрий Капиани. Выступление Д. Капиани было воспринято как оскорбление Святейшего синода и самого самодержца. Петербург требовал предания суду - дерзкого защитника грузинского народа. Д. Капиани был осуждён на трёхлетнюю ссылку. Этот бесстрашный человек, защищавший честь своего народа, был зверски убит..." Недовольство учеников семинарии было порождено многими причинами. Прежде всего режимом, который царил в ней, непрерывной слежкой, издевательствами, которым подвергались учащиеся. К этому присовокуплялись и более серъёзные мотивы, связанные с растущим недовольством в связи с ущемлением чувства национальноо достоинства, бесцеремонным процессом руссификации не только самого преподавания, но и по существу всех основных сфер духовной Грузии. Постепенно намечались и вызревали элементы и социального протеста, как отражения общего для тогдашней Грузии компонента общественного развития. Общественная атмосфера, царившая в Грузии в тот период, формировалась под непосредственным воздействием таких факторов, как национальный вопрос, социальный вопрос и связанные с ним проблемы: комплекс проблем национально- культурного порядка; критика царизма с точки зрения демократизма. Эти процессы развивались на самобытной почве Грузии, и вместе с тем они какой-то незримой нитью постепенно связывались с общими тенденциями развития общественной жизни Российской империи в целом. Все указанные выше факторы в определяющей степени отразились на выборе жизненного пути молодого Иосифа Джугашвили. Буквально за несколько месяцев до его поступления в семинарию - в декабре 1893 года - там состоялась мощная забастовка учащихся, о которой жандармский генерал Янковский информировал своё начальство в Петербуре. По информации, учащиеся требовали увольнения некоторых преподавателей и введения преподавания грузинской литературы. Экзарх Грузии провёл целый день в семинарии, стремясь убедить учеников отказаться от забастовки. Его усилия не принесли результата. Тогда ректор семинарии обратился за помощью к полиции. Семинария была закрыта, а ученики отправлены по домам. Общественность Тифлиса была возбуждена и расценивала такие акции, как проявление несправедливости. Учащиеся, перед тем как покинуть семинарию, давали клятву солидарности друг другу. Суровые репрессии не заставили себя ждать: 87 учеников были исключены из семинарии, в их числе Ладо Кецховели (в дальнейшем один из тех, кто оказал на молодого Иосифа огромное влияние в плане вступления его на революционный путь), М. Цхакая - видный в дальнейшем деятель партии большевиков и один из ближайших соратников В.И.Ленина. Двадцати трём было запрещено проживание в Тифлисе. Один из западных биографов Сталина Дойчер пишет:"Когда пятнадцатилетний Джугашвили появился в семинарии, эхо последней забастовки было ещё очень свежим. Учащиеся наверняка должны были обсуждать это событие и коментировать исключение 87 своих товарищей, и новичок мог только симпатизировать требованию, чтобы его родная литература преподавалась в семинарии. Всё это определяло жизненный путь Иосифа Джугашвили." Но в семинарии овладение семинарской программой, освоение преподававшихся предметов перестало для него быть главной целью на даннонм отрезке пути. В семинарии Иосиф понял, что Христос не Бог, а один из многих посланцев Высшего Разума. Он принёс Устав общения людей друг с другом и именно за это был казнён. По этим законам не хотела никогда жить чернь всех стран и религий. Всё лицемерие, всё фарисейство, всю жестокость самодержавия, обслуживаемое церковью, нигде нельзя было так узнать, как учась в семинарии. Иосиф больше не терял времени и энергии на усвоение легенд из "священного писания" и переключился на самообразование, сделав выбор - Богу служить и Ему одному поклоняться! Узкий путь Устава, ведущий в жизнь! Больше всего его интересовали общественно-экономические вопросы и нравственное состояние общества, историческая литература, и в первую голову, история великой французской революции 1848 года, парижской комунны, история России. В это время молодой Иосиф внимательно изучает произведения Дарвина, (естествознание не преподавалось в семинариях и даже были попытки убрать этот предмет из гимназий (неправедное триединство боялось и боится сегодня, что эти знания откроют людям путь к познанию настоящих чудес - к познанию мира, в котором они живут и которым правит Высший Разум - Бог) Теккерея, Фейербаха, Спинозы др., проявляет незаурядные способности и во владении русским языком, который фактически стал для него родным. Иосиф проучился в Тифлисской семинарии неполных пять лет. За это время он изучал наряду с богословскими предметами также и общеобразовательные, к которым, у него был большой интерес. Богословские дисциплины изучал внимательно. Это давало ему возможность многое понять в неправедном триединстве: самодержавие - духовенство - безграмотное большинство. Вот так и готовит Высший Разум своего посланника - будущего начальника строительства Новой Цивилизации. Иосиф постигает для себя главные слова, которые сказал своим ученикам Христос, а значит сказал и ему:"Вы знаете, что князья народов господстуют над ними, и вельможи властвуют ими; но между вами да не будет так: а кто будет между вами бОльшим, да будет вам слугою, а кто хочет стать между вами первым, да будет вам рабом." (Евангелие гл. 20 ст.25-26 ). А Иосиф переживает время, когда надо сделать выбор раз и на всю жизнь - как когда-то выбирал Христос (и как каждый человек должен выбирать!!!) - Богу служить и Ему одному поклоняться, то есть - жить по Уставу, идти узким путём, который только и приведёт человечество к счастью. Иосиф будет служить народу - людям, избравшим узкий путь Устава и всю свою жизнь посвятит борьбе за победу праведного триединства: Отец - Сын - Св. Дух, против материальной скверны и вожделения плоти (против преисподней за возвращение рая на Землю)... Это будет сложно. Чёрный квадрат ведь в каждом человеке и очень трудно определить, кто рядом с тобой, поэтому уже у юного Иосифа вырабатывается недоверие к людям, появляется ощущение одиночества. Духовное образование, полученное им, повлияло на склад его мышления и особенно на манеру выражения своих мыслей. Каждому, кто знакомится с его речами и статьями, бросается в глаза весьма своеобразная речевая стилистика и манера аргументации. Они, бесспорно, несут на себе печать глубокого воздействия стиля изложения, присущего многим богословским сочинениям. Для того, Божьим промыслом, и прошёл Иосиф путь становления мировозрения через познание истины, что бог это не придуманный великими и лукавыми путанниками всесильный и жестокий дядька, который только и знает, что наказывает, которому надо приносить жертвы, желательно кровавые, и постоянно клянчить, чтоб простил, чтоб дал, чтоб управил и прочее и прочее, а что Бог - это Высший Разум Вселенной (Законы Мироздания: физики, химии, архитектуры и т. д. - и нравственные в том числе). Иосиф из семинарии вынес ценнейшее свойство ясности речи как результат ясной мысли (мысль продумана, осмыслена и находит своё адекватное выражение. Нельзя не отметить, что Иосиф любил поэзию и сам писал стихи. Его стихи были напечатаны в газете "Иверия". В июне - декабре 1895 года на страницах "Иверии" было напечатано пять стихотворений. Стихотворения молодого Иосифа обратили на себя внимание. В 1901 году грузинский общественный деятель Келенджеридзе, составивший пособие по теории словесности, поместил в книге среди лучших образцов грузинской классической литературы одно стихотворение Иосифа. Вот стихотворение Иосифа, посвящённое памяти грузинского писателя Рафаэля Эристани.

Когда крестьянской горькой долей, певец, ты тронут был до слёз, с тех пор немало жгучей боли тебе увидеть привелось. Когда ты ликовал, взволнованный величием своей страны, твои звучали песни, словно лились с небесной вышины. Когда Отчизной вдохновлённый, заветных струн касался ты, то, словно юноша влюблённый, ей посвящал свои мечты. С тех пор с народом воедино ты связан узами любви, и в сердце каждого грузина ты памятник воздвиг себе. Певца отчизны труд упорный награда увенчать должна: Уже пустило семя корни, теперь ты жатву пожинай. Не зря народ тебя прославил, перешагнёшь ты грань веков, и пусть подобных Эристави страна моя растит сынов.

Это стихотворение ясно говорит о гражданской позиции и об окончательном выборе Иосифа - Богу служить и Ему одному поклоняться; быть слугой народа, тех людей, которые сделали такой же выбор - жить по Уставу. Жестокие условия жизни в семинарии превратили весёлого живого паренька в серьёзного, сдержанного, погружённого в себя юношу. С 1896-1898гг он пристально изучает "Капитал" К. Маркса, "Манифест Коммунистической партии" и другие работы К. Маркса и Ф. Энгельса, Знакомится с ранними призведениями В. Ленина. Это чтение помогает ему лишний раз удостоверится в том, что Законы Высшего Разума правят миром, а не придуманные людьми. Законы общения людей друг с другом и окружающим миром - Устав (Новый Завет, в СССР это будет моральный кодекс строителя коммунизма). "Капитал" Маркса и есть написанная Божьим промыслом Библия Коммунизма, через которую открывались законы человеческого бытия, используя закон единства и борьбы противоположностей(закон диалектики), учила легко определять, где система минус(система изъятия потенциала - черный квадрат, избравший материальную скверну и вожделение плоти, а где система плюс - система развития потенциала, белый квадрат.

Иосиф родился и жил в стране, где национализм не играл сколько-нибудь большую роль в общественной жизни. Божьим промыслом он воспитывался в среде, где в подавляющем большинстве грузины осознавали, что присоединение к России спасло страну от порабощения со стороны соседних мусульманских Ирана и Турции, войска которых многократно на протяжении целой череды веков опустошали грузинские земли, а сама она не раз была в вассальной зависимости или под прямым господством персидских шахов и османских султанов. Принципиальное значение имело и то, что Грузия, как и Россия, была православной страной, что создавало предпосылки для налаживания дружественных отношений между их народами. Население грузинских городов состояло в своём большинстве не из самих грузин, а было смешанным, с преобладанием русских, армян т. д. Словом, довольно пёстрый состав населения создавал объективные предпосылки для мирного сожительства различных национальнотей. Процесс руссификации, проводившийся в Закавказье, не носил откровенно грубого неприкрытого характера и не воспринимался широкими слоями населения в качестве акта подавления их национального самосознания. Хотя, конечно, он не мог не нанести определённого ущерба престижу русских, в силу не зависящих от них причин, расплачивавшихся за меры царского правительства. Вместе с тем приобщение к русской культуре, влияние русской и грузинской культуры друг на друга, определённое переплетение и взаимодействие этих культур, в особенности литератур, со всех точек зрения было прогрессивным процессом, способствовавшим установлению добрососедских отношений между двумя народами. Националистический фактор играл заметную роль только в определённых слоях грузинского населения, прежде всего в среде грузинской интеллигенции, составившей социальную базу грузинского меньшинства в последующей истории. И тут прослеживается Божий промысел: будущий начальник строительства Новой Цивилизацции совершенно лишён национального превосходства перел кем то не было. Когда преисполняя навязывает и навязывает безграмотному большинству своё видение о великой эпохе - СССР, о культе личности Сталина, о врагах самого Бога - коммунистах и т. д. хочется вам, мои дорогие потомки, оставить на заметку факты о личности Сталина: Обычная норма чтения Сталиным литературы бвло около 300 страниц в день. Он постоянно занимался самообразованием. Оценить уровень образованности Сталина можно по количеству прочитанных и изученных книг. Его библиотека состояла из более чем 20 тысяч книг. Сталин всегда работал с опережением времени, порою на несколько десятков лет вперёд. Эффективность его как руководителя была в том, что он ставил очень далёеие цели и решения сегодняшнего дня становились частью масштабных планов. Он был умнейший человек и ему было тошно в окружении дураков. (Много было тех, кто пришёл в революцию, но так и не осознал зачем, не сделал тот самый наиважнейший выбор идеологии, не повышал свой интелект). Он стремился сделать всё, чтобы страна стала умной и разумной. База для развития интелекта, для творчества, для возможности получать знания развивалась всегда во-первых (хотя всё было в стране Советов во -первых). Знания обо всём и поэтому в стране миллионными тиражами издавалась литература своя и зарубежная, несущая в себе святой дух праведного триединства. Он был не только священником по образованию, но и избравший раз и навседа идеологию праведного триединства. Он делал невероятно много для решения задачи воспитания воспитателей, озвученной Христосом. И никогда столько не делалось для предоставления людям знаний для развития их интелекта и высокой духовности, как при Сталине. Страна была закрыта для тлетворного влияния материальной скверны и вожделения плоти запада и своя преисподняя шла в одном строю. Сталин с водкой не боролся, он боролся за свободное время людей Сутки делились на три части: 8 часов - рабочий день, 8 часов - свободное время, 8 часов - сон. Вот сколько свободного времени было у советского человека. Поэтому в стране развивался любительский спорт и именно - любительский. Каждое предприятие и учреждение развивало любительский спорт, были шефами в школах. Спортакиады были важной частью жизни страны Советов. Каждое предприятие имело обязательну статью расходов на развитие спорта, художественной самодеятельности, организация отдыха трудящихся и т.д. - всё не перечислишь. Во всех городах СССР, больших и маленьких развивалась парковая культура. Парки изначально предназначались для массового отдыха людей. В них обязательно должны были быть читальные залы, библиотеки, игровые залы (шахматы, шашки, биллиард и т.д.), кафе, танцевальные площадки, летние театры и многое другое. Сталин уделял большое внимание развитию плановой системы развития экономики. Эта система показала беспредельный потенциал во все времена тяжёлых испытаний, которые навязывали постоянно враги страны Советов. Но после Сталина не было больше такой личности, о которой можно было бы сказать, что это культурная личность. Культа личности просто не стало. Некому больше было развивать плановую систему, совершенствовать её. Социализму не давли развиваться враги и дураки. Многие из них уже обрастали плесеньб материальной скверны и вожделения плоти. Но Сталину не был дан преемник, потому что наступало время преисподней. Мы должны пройти этот путь, что познать всю сущность материальной скверны и вожделения плоти. И учиться у неё как не надо жить и какими не надо быть. Дух захватывает, когда задумываешься какой потенциал заложен в праведном триединстве. Мы были бы страной с самым высоким уровнем жизни всего народа, каждой личности самой высокой духовности, а не кучки паразитов, разоривших и разворовавших страну. Сталин любил советский народ и до фанатизма служил ему. Он был первым, а потому был рабом своего народа (людей, избравших узкий путь Устава праведного триединства.) Сталин понимал, что у советского народа врагов немеряно и имя врага - легион. Так говорил Христос. В отношении себя был фанатично скромен и бережлив. Даже оголтелые лжецы ничего не могут сказать по этому поводу. Во время войны, как и положено, сыновья ушли на фронт. Старший Яков попал в плен. Фашисты шантажировали Сталина, предложив обменять сына на бывшего на то время у нас в плену фельдмаршала Паулюса. На что Сталин ответил, что менять солдата на фельдмаршала, который должен отвечать за свои преступления перед советским народом - невозможно. Яков погиб в плену. Невозможно представить горе отца с которым жить всю оставшуюся жизнь, но не поступиться истиной. Это, конечно было испытание данное свыше. Кто тебе дороже, Бог и Его закон или сын? Жестокое испытание и Сталин выдержал его. Врагу не пожелаешь такое пережить. Сталин уделял самое пристальное внимание в воспитании воспитателей святого духа, а потому за основу воспитания был взят главный закон Устава - закон взаимного должествования и знак Бога - движение и покой. А репрессии?! Слишком много врагов было у советского народа. Сколько?! Мы видим сегодня Легионы! А честные советские люди страдали всё от тех же крыс. Это отдельный вопрос и я очень рекомедую прочитать книгу Кожинова "Правда о сталинских репрессиях. Личный архив Сталина был уничтожен сразу же после его смерти. Ему не дал Бог приемника. Наступало время материальной скверны и вожделения плоти." Информация из книги Н. И. Капченко "Политическая биография Сталина" - три тома иследования биографии Сталина автором - своевременный и бесценный труд. Читайте и вы откроете для себя всю гнустность преисподней и духовную высоту тех, кто посвятил свою жизнь борьбе за праведное триединство и утверждения его в жизни. Мы живём в ужасное и подлое время, которое построили лжекоммунисты и лжекомсомольцы, когда на нет сошёл энерго -информационный обмен с Высшим разумом, когда вообще старец по имени Разум изгнан повсеместно. Школа коммунизма должна этот обмен восстановить, восстановить строй, в котором плечом к плечу продолжат путь строители Новой Цивилизации - советские люди под руководством коммунистической партии. Это возможно только через высокодуховную литературу, через знания, которые были, есть и будут самым главным богатством мира. А Устав компартии и комсомола должен быть таким, чтобы чернь сама не хотела бы вступать в их ряды. Вы найдёте в этих книгах правду о тяжёлом пути праведного триединства. Сердца заняты материальной скверной и вожделением плоти. Я не могу дать больше информации из этих книг. Ведь моя цель - информация об истинном Боге, а это значит - нельзя отвлекаться от темы.

АНТОН СЕМЁНОВИЧ МАКАРЕНКО.

...Героизм не на час, а

на всю жизнь. (М. Горький)

В девятнадцатом веке пришёл ещё один Божий посланник - Антон Семёнович Макаренко, человек, который Божьим промыслом будет наделён знаниями для решения наиважнейшей задачи, которую поставит Новая Цивилизация, - воспитания воспитателей в идеологии Законов Божьих, которые открыты человечеству с древнейших времён. Чтобы соответствовать званию Богоизбранного, над своей душой надо трудиться и день и ночь и день и ночь! (Заболотный). Это и есть подвиг не на час, а на всю жизнь. Весь Богоизбранный народ состоит из таких людей, а те кому больше других дано, становятся слугами своего народа. Вот именно таким был Антон Семёнович Макаренко. Есть люди счастливой судьбы. Счастливой не в плане обладания обилием материальных благ, добытых, как правило, неправедными путями, а напротив. Путь этих людей кремнист и труден. Всё новые и новые преграды возникают впереди. Но идут вперёд эти люди, наполняясь святым духом сами и насыщая им всё вокруг. Идут потому, что не могут не идти. Это их героический путь, единственный их путь. Другого для них нет - это их Божественная миссия, это их подвиг во имя рая на земле. Преодолевая одни препятствия, они обретают силы для борьбы со следующими ради конечной высокой цели, которая владеет всеми их помыслами. В этом их счастье. Счастье трудного пути. Счастье творческого дерзания во имя высших духовных целей. Самое высокое на земле счастье - жить с людьми и для людей. Таким был Антон Семёнович Макаренко - человек непоколебимой убеждённости и широкой души, блестящий педагог, поднявший науку о воспитании воспитателей на новую ступень, наконец, талантливый писатель. "Главный секрет его успехов, - по словам В.Н. Терского, хорошо знавшего Макаренко, - желание и умение работать для народа своей страны. Макаренко принадлежал к числу тех, "истино народных учителей, " о которых с таким уважением говорил в своей речи на Первом Всероссийском съезде работников просвещения В. И. Ленин:"Всё, что сочувствует народу не на словах, а на деле, лучшая часть учительства придёт на помощь, - и в этом для нас верный залог того, что дело социализма победит." Да и то верно, что только при социализме и высшей стадии духовного развития - коммунизме, могут исполняться заповеди Божьи. Невольно вспоминается, что Макаренко продолжатель дела Ульянова Ильи Николаевича, который свою жизнь посвятил народному образованию, но чернь неправедного триединства не допустила успеха и уничтожила народное образование. Макаренко говорил о себе своим бывшим воспитанникам:"Я живу, потому что люблю жить, - люблю дни и ночи, люблю борьбу за правое дело и люблю смотреть, как растёт человек, как он борется с негативом в себе и выходит победителем." Подходя к человеку неизменно с "оптимистической гипотезой," Макаренко считал, что "хорошее в человеке приходится всегда проектировать, и педагог обязан уметь это делать, а для этого он должен иметь мировоззрение жить по Уставу. К этому следует добавить, что процесс воспитания никогда не сводился для Макаренко к формированию в человеке неких хороших качеств вообще. Ясно представляя перспективу развития нашего общества, он с самого начала ставил перед педагогикой задачу коммунистического воспитания (то есть, человека коммунистической этики поведения, когда духовное во-первых, а материальое во-вторых). Макаренко умел поектировать "хорошее в человеке " и он убеждённо стоял на позиции социалистического реализма. Он говорил:"Я отвечаю за то, чтобы в моём художественном слове не было искажения перспектив и обмана. Там, где я вижу победу, я должен первым поднять знамя торжества, чтобы обрадовать бойцов и успокоить малодушных и отставших. Там, где я вижу прорыв, я должен первым ударить тревогу, чтобы мужество моего народа успело как можно раньше прорыв ликвидировать." Литература, по его мысли,"должна быть литературой конфликта и его разрешения, " она призвана бороться за духовное совершенствование человека, за улучшение его жизни. И ещё одна важная её черта:"Советская литература должна не только отражать то, что происходит. В каждом её слове должна заключаться проекция завтрашнего дня, призыв к нему, доказательство его рождения...она - разведчик будущего. Литература, искусство, кино, должны показывать жизнь какая она есть и какой она должна быть по законам Устава. Таким же разведчиком будущего был и сам Макаренко, человек, (Божьим промыслом!) избравший себе единственную специальность - быть Человеком Разумным. Антон Семёнович Макаренко родился 1(13) марта 1888 года в небольшом городке Белополье, Сумского уезда Харьковской губернии, в потомственной рабочей семье. И влияние семьи было первым существенным фактором, развившим наиболее яркие черты личности будущего педагога и писателя. Его отец Семён Григорьевич, сначала старший маляр Белопольского железнодорожного депо, а затем мастер малярного цеха в Крюковских железнодорожных мастерских, был для сына олицетворением высших традиций рабочего человека. Честный и добросовестный работник, требовательный к себе и к своим домашним, прямой и независимый по отношению к начальству и в то же время готовый поддержать в нужный момент своего брата-рабочего, Семён Григорьевич сумел воспитать эти ценные качества и в своём сыне. Мать педагога и писателя Татьяна Михайловна удачно дополняла сдержанного и внешне сурового мужа. Будучи натурой живой и одарённой, заботливая хозяйка, талантливая рассказчица, обладавшая к тому же прекрасным даром - чувством юмора, она представляла в семье творческое начало. Родителям Макаренко не пришлось учиться в школе. Тем сильнее стремились они дать образование сыну. Окончив двухклассное начальное училище первым учеником, Антон поступает в Кременчугское четырёхклассное городское училище. Поражает широта интересов мальчика. Обладая хорошим слухом, он учится играть на скрипке и поёт в школьном хоре. Изучает изобразительное искуство и сам неплохо рисует. Он регулярно посещает театр и участвует в импровизированных школьных спектаклях. Серьёзно занимается гимнастикой, иной раз даже заменяя на уроке учителя. Нужно ли говорить, какое место среди увлечений юного Антона занимают книги? Это были не только любезные сердцу каждого подростка книги о путешествиях и приключениях. Антон внимательно читает русскую классику, особенно Гоголя и Чехова, помнит наизусть множество стихотворений Пушкина, Лермонтова, Некрасова и других поэтов. Ведь именно так идёт обмен между разумным человеком и Высшим Разумом. Говоря о литературных пристрастиях молодого Макаренко, следует отметить ту исключительную роль, какую сыграло в его жизни знакомство с творчеством Максима Горького. Максим Горький стал для него не только первым писателем, но и учителем жизни."Горький вплотную подошёл к нашему человеческому и гражданскому бытию, - говорил Макаренко. Особенно после 1905 года его деятельность, его книги и его удивительная жизнь сделались источником наших размышлений и работы над собой." "Если понимание истории приходило к нам по другим путям, по путям большевистской пропаганды и революционных событий, по путям нашего бытия в особенности, то Горький учил нас ощущать эту историю, заражал нас ненавистью и страстью и ещё большим уверенным оптимизмом, большой радостью требования:"Пусть сильнее грянет буря!" Человеческий и писательский путь Горького стал для молодого Макаренко образцом поведения:"В Горьком мы видели какие-то кусочки самих себя, может быть, даже бессознательно мы видели в нём прорыв нашего брата в недоступную для нас до сих пор большую культуру. За ним нужно было броситься всем, чтобы закрепить и расширить победу." Пример Горького вдохновляет молодого Макаренко. Он с отличием оканчивает Кременчугское городское училище, а затем одногодичные педагогические курсы. Это дало ему право преподавания в начальной школе. В дни первой русской революции начал семнадцатилетний учитель свой педагогический путь с начальника Крюковского железнодорожного училища. И хотя непосредственного участия в революционных событиях Макаренко не принимал, атмосфера революционной бури способствовала быстрейшему формированию гражданских позиций интеллигента из народа. Конечно в девятнадцатом веке происходил невероятно активный обмен человека с Богом. Божьим промыслом готовилось рождение Новой Цивилизации и нового человека! Человека Разумного! Посланцев Бога было много, очень много; они зажгли свет, чтобы вывести человека из тьмы и вернуть на Землю рай. Прочитайте книги А.С.Макаренко: книга "Педагогическая поэма" даёт понимание Устава общения людей друг с другом и окружающим миром. Чтение поможет вам понять многое о праведном триединстве. Посмотрите советские фильмы, снятые по его книгам. Макаренко - посланник Бога, призванный стать первым, кто начнёт работу по решению главной задачи Новой Цивилизации - воспитанию воспиталей. И я счастлива, что работала в нашем родном сороковом интернате. Девиз нашего родного сорокового слова Чехова:"В человеке всё должно быть прекрасно - и душа, и мысли, и лицо и одежда," содержание работы - система Макаренко и А.В. Сухомлинского.

И невозможно не заметить, что Всевышний дал миру поэта -пророка, который пришёл в 1893 году в конце девятнадцатого века, чтобы стать бойцом революции, которая грядёт в веке двадцатом. Он прославит советского человека, советскую страну, он покажет миру всю гнустность идеологии материальной скверны и вожделения плоти. Чернь будет ненавидеть его и травить. Это Владимир Владимирович Маяковский. В год рождения Маяковского, Фридрих Энгельс в предисловии к итальянскому изданию Манифеста Коммунистической партии писал:"Теперь... наступает новая историческая эра. Даст ли нам Италия нового Данте, который запечатлеет час рождения этой новой пролетарской эры?!" Эпохального художника, страстного глашатая новой исторической эры дала Россия, куда переместился центр мирового революционного движения. В Маяковском как бы сконцентрировалась колосальная поэтическая энергия пролетарской революции. Он был призван совершить свою историческую (Божий промысел) миссию трибуна пролетарского этапа освободительного движения от неправедного триединства и "как русский поэт он ясно представлял себе историческое значение русской поэзии и нёс полную ответственность за своё участие в этом историческом процессе." (Н.Тихонов). Маяковский, - полнозвучный и ёмкий голос одной из величайших побед человечества... Маяковский будет слагать стихи городу, заводам, школам, лабораториям, колхозам, советскому народу, своей стране. Он покажет всю суть неправеднонго триединства, черни, озабоченной только материальной скверной и вожделением плоти. Он ушёл из жизни в 1930 году. Это было время, когда зоркий пророческий глаз поэта видел всю гнусную суть материальной скверны и вожделения плоти и громил её всей силой своего таланта и Божественного видения того, что не всем дано было видеть. Может его и убили за то, что он постоянно показывал суть черни и неправедного триединства. Чернь травила поэта, не давала дышать, да и видел он дальше других: как плесень постепенно заползала повсеместно, как проростала она в тех, кто носил партийные билеты, и должен был быть слугой народа, но не стал таковым, а может и знал к чему это приведёт. Может верны слова советского поэта Владимира Туркина:"Мной прочитано всё до последней страницы. Был ли он одинок. Я пока не пойму. Ведь на всех фотографиях лица и лица тех, кто в жизни когда-то был близок к нему. Как он мог?! - Он, несущий великое имя, понимавший масштабность и дел и пути, как он мог - окружённый друзьями своими - добровольно и резко из жизни уйти?! Предлагайте мне версию вашу любую. Только пламя догадки жжёт душу мою. Ведь пускает в себя пистолетную пулю комисар, окружённый врагами в бою." В стихотворении "Сергею Есенину" Маяковский писал: "Дрянь пока что мало поредела. Дела много - только поспевать. Надо жизнь сначала переделать, переделав - можно воспевать. Это время - трудновато для пера, но скажите вы, калеки и калекши, где, когда, какой великий выбирал путь, чтобы протоптанней и легше?..... " Для веселия планета наша мало оборудована. Надо вырвать радость у грядущих дней. В этой жизни помереть не трудно - сделать жизнь значительно трудней." Эти слова - мировоззрение, глубокое убеждение, но мерзости вокруг много, очень много, и врагов у народа не сосчитать - легионы. А может он прав и не надо стремиться стать Человеком Разумным и жить по законам Высшего Разума. Ведь всех устраивает быть в цивилизованном стаде скотов, которых он громил и только вызывал их ненависть. Такими же глазами смотрел на материальную скверну и вожделение плоти, на всё неправедное триединство и Сталин. Когда сегодня смотришь на преисподнюю, думаешь невольно, что это логично и очень правильно прекратить жизнь человечества. Тысячелетия мелькают, а человек всё не понимает, что ни хлебом единым должен жить, но словом Божьим и миссию свою - приумножая сохранять рай по имени Земля, исполнять с усердием. И показывал поэт гнусность материальной скверны и вожделения плоти, чтоб те, увидя, изгнали бы из себя сию напасть. Нет! Они только больше ненавидели поэта за то, что он хотел освободить их от преисподней. Чем больше проходит времени, тем полнее и явственнее вырисовывается перед нами гиганская фигура Маяковского. Это естественно, ибо Маяковский был поэтом народным, тайновидцем души народа, и народ сделал бессмертным своего певца. Маяковский - подлинный сын своей эпохи, эпохи строительства высокодуховного общества, живущего по законам Устава. Он про себя говорил:"Революцией мобилизованный и призванный. "Светить всегда, светить везде, до дней последних донца, светить - и никаких гвоздей! Вот лозунг мой - и солнца!"- девиз поэта. "В этот год весна вскипела разом, и разом с тютчевской грозой поэт горластый, солнцеглазый явился в город над Невой. Я помню вечер в шумном зале: его поэм, его стихов, казалось молнии сверкали от взрывчатых гремучих слов. Ему "долой!" и "бис!" орали, кто восторгался, кто шипел, а он, обиды презирая, в поэмах яростных кипел. Метался взор его горящий, а голос, словно медь , звучал; он словом, наповал разящим, на оскорбленья отвечал. Окончил он, и, не смолкая, перекрывая злой галдёж, его стократно вызывая, рукоплескала молодёжь. Он три часа держал сраженье, росою пот блестел на лбу. Он шагом проходил саженьим сквозь бушевавшую толпу. С карнизов вешние капели, звеня, текли по мостовым, и мы на мойке из Капеллы, восторженные шли за ним. Весна, весна. Вокзал Московский, и уличная суета... Тогда, прощаясь с Маяковским, не знали мы, что навсегда. (Александр Чуркин. "Маяковский в Ленинграде."-воспоминание). Кто ненавидел, травил, требовал замолчать, доказывал, что он не смеет критиковать преисподнюю; они, мол, другие и останутся ими навсегда. Чернь! Паскудная зловонная чернь всем неправедным триединством убеждённая, что только она имеет право на жизнь, убивала не только посланников Высшего Разума, она убивает Божий мир и толкает его к гибели. Сегодня преисподняя расцвела махровым зловонным цветом, отравляющим саму жизнь на планете. Со слезами счастья на глазах кричит их князь тьмы:"Мы победили!!!" и в ответ мощное - Да-а-а-а!!!" Неужели никого не осталось, кто способен понять, что плоть уходит, а слова и дела людей остаются или в системе плюс, делая её сильнее, или в системе минус, делая её сильнее. Неужели никого не осталось, кто понимает, что пришёл на эту землю не есть, пить, уничтожать, развращать и гадить в прямом и переносном смысле, живя в неправедном триединстве, а строить общество людей разумных и высокодуховных, жаждущих жить в праведном триединстве. "Дни бегут, и снова те же лики, разве что иные имена, разве что фамилии другие - тех знакомых нынешнего дня. Ненавидя новую Россию, подымают старую возню. Нет уже в живых борца-поэта, но его слова идут в века. Но его стихи, гремя по свету, всюду и везде громят врага." А враг сегодня празднует победу за победой и скоро не останется никого, кто хочет жить по Уставу. Цивилизованное стадо скотов без помех поведут мир к его гибели. Останется на планете золотой миллиард и заживёт, наконец, преисподняя по своим правилам игры. Ну, что ж, чернь, знамя своё чёрное бери в свои руки и веди Божий мир к гибели, но почему ты, чернь уверена, что останешься жить?! А если останешься - за чей счёт будешь жить, кого, будете жрать? Друг друга? Жаль, что не увидим!!! .... "В Харькове, летом, в театре "Миссури", я примостился за спинами всех. Глаз на меня капельдинер сощурил, я ж безбилетником был, как на грех. Влез - и довольно. Пробился - и баста! Рыцари нэпа заполнили зал. Помню - партер в сытых мордах брыластых лютую злобу во мне вызывал. Было мне от роду двадцать неровных, босых, голодных, обшарпанных лет. Знал я, что принадлежит мне по праву место под солнцем советского дня! Гневно глядел я на эту ораву, трижды и трижды их в сердце кляня! Пёрли они и локтями толкали, в шёлк расфуфырены и в коверкот, пахли духами, дюшесы жрали и набивали пломбирами рот. Только с галёрки, из-под плафона, точно внезапно оживший карниз, Вузовцы - люд молодой и зелёный - без уваженья уставились вниз. Пусто в кармане у них, без сомненья! Значит, останусь я тут не один. - Где ваш билетик? - Но вдруг на сцене чудом явился поэт-исполин. Лёгкий, в зал он вгляделся немо. Красивый, хоть воду пить с лица. Чем-то он был похож на поэму, ещё не дописанную до конца! Молча затихнуть велит он залу, - В сердце моём колокольный звон. Партер стихает мало-помалу. Станет читать перед ними он. Он - и для этих чарльстонов и шимми?! Я полюбил его пламенный стих. Как же он будет с ними, с чужими?! Строки его для нас, не для них! Вот он заполнил всю площадь эстрады, голос его со словами в ладу. Кто там? Растратчики и казнокрады сникли и стихли в первом ряду. Словно трубы коснувшись устами, в зале рокочет могучий бас: - И тот, кто сегодня поёт не с нами - тот, - я вслушиваюсь, - против нас!. Снизу камнями побили б поэта, Пушкина видеть изволите в нём?! Новое время поэтом воспето, он их сочтёт пулемётным огнём. Катятся строки, разя и тараня. Тучный партер беспокойством объят. Шикают злобно. А он им - "О дряни." Наши хлопки точно залпы гремят. Наши хлопки разрастаются в бурю. Нэпман бежит, ожидая пинка, - сыплется вниз галлерея "Миссури." - Наш - от паркета и до потолка! Поэт говорит уже только с нами; строки читает он только для нас: - И песня и стих - это бомба и Знамя, и голос певца поднимает класс! Так он и высится передо мною, в этом быльём не поросшей дали: не исчезая за далью иною, шлёт свои песни народам земли. Не опасаясь ни смерти ни тленья, душ человечьих колыша моря, в новые шефствует он поколенья, как живой с живыми говоря. (Леонид Первомайский "Встреча с Маяковским"- перевод с Украинского Луговского В.). Это стихотворение наводит на горькие размышления. Подумать только, рабочий класс, трудовое крестьянство, рабоче-крестьянская интиллегенция, рабоче-крестьянская армия победила, а результат мы видим самый плачевный. Впереди победившего строя лучшие из лучших, честь и совесть эпохи, избранные быть большими, то есть слугами народа. Но уже прорастала плесень материальной скверны и вожделения плоти. Коммунисты и комсомольцы всё больше и больше раздражали врагов народа. Появилась чернь, с партийными билетами в карманах, прораставшая плесенью материальной скверны и вожделения плоти. Плесень всё больше и больше заявляет о себе. Плесень насквозь видел Сталин, а только и он не знал и не предполагал всю подлость и мерзость чудовища имя которому материальная скверна и вожделение плоти, замешенная на эгоизме, жадности, зависти, гордыни, невежестве, сребролюби, властолюбии, прелюбодеянии, тщеславии, амбициях, но более всего на невежестве! Это чудовище, спекулируя именем Сталина, творили свои чёрные дела, сваливая на вождя все свои подлые делишки. С уходом вождя из жизни плесень стремительно разрасталась, захватывая всё новые и новые сердца, ведь это всеразрушающий грибок есть в каждом. Имя этого грибка - материальная скверна и вожделение плоти. Так стали они антикоммунистами и антикомсомольцами, которые, придя к власти подлыми путями, в 90-х годах 20 столетия, под руководством всевидящего ока масонов возглавили преисподнюю и показали себя драконами много страшнее своих предшественников... Читайте Маяковского кто не хочет гнить в преисподней. Стремитесь наверх, в белый квадрат. Спасись сам, передай другому, вокруг тысячи найдут спасение, выкорчёвывай из себя тьму невеженства, выходи из окружения преисподней!!!. Маяковский поэт - пророк, бичует плесень со всей страстью своего таланта. Плесень травит его. ..."Но пока ещё он на эстраде бушевал. Друзья лишь видели сверкающий его судьбы девятый вал. Ну, а для разной бледной немочи, для бальмотовских подпевал, для жирных нэпманов и неучей был страшен этой песни шквал. Не разменяв себя на мелочи, он звал, работал, воевал своим стихом, как едкой щёлочью, он в душах накипь выжигал. Он сердцем знал, как трудно вырастить нам мир без нищих и калек. Он грязь хотел скорее выскрести, чтоб стал счастливым человек... И он, к бессмертью предназначенный, установивший с солнцем связь, писал, грозясь, о всякой всячине, старью на горло становясь... С какой уверенной свободою гремел его весёлый бас! Как дрался он с мещанской одурью и славил огненосной одою встающий из мечты Кузбасс! Гордясь Советскою Отчизною, где зори красные горят, он говорил о коммунизме нам, как о любимой говорят." О себе он говорил:"А что, если я народа водитель и одновременно - народный слуга?! (стихотворение М."Разговор с фининспектором о поэзии"). Клеймя попов и неправедное триединство отлично понимал заповедь Христоса. Но видел он, хорошо видел, как плесень уже поражала души тех, кто призван быть слугами своего народа.... "Нью-Йорк огромен, говорят. Действительно, огромен. Рекламной пестротой объят, вдали залит огнём он. Но, заслонив махину ту, пейзаж крикливо-броский, стоит на Бруклинском мосту Владимир Маяковский. Как в молодости, полный сил, возник он предо мною, И небоскрёбы он закрыл широкою спиною. А ведь любой из них велик, коль по длине измерить. Но Маяковский выше их - я в это твёрдо верю. Ему бы жить, сквозь годы мчась, душою пламенея, ему бы выступить сейчас с трибуны Ассамблеи. Стихами заклеймил бы он войны проклятой бизнес. И с ним ворвался бы в ООН мир творчества и жизни. Он так на месте был бы здесь! Он, чувств своих не спрятав, сорвал бы маску, сбил бы спесь с продажных дипломатов. ...На мост гляжу осенним днём, на всё, что им воспето. Шумит Ист-Ривер под мостом, звучат шаги поэта. Он жив. Он средь стальных теснин - Нью-Йорк такому узок - Опять проходит - Гражданин Советского Союза. (Петрусь Бровка "Маяковский у Бруклинского моста." 1959г - Нью-Йорк - перевод с белорусского Хелемского). О любимом поэте-пророке написано много стихов советскими поэтами. Читайте их в книге "Советские поэты о Маяковском - составитель В.В.Макаров. Изд. Советский писатель, Москва-1976г). Читайте Маяковского, ибо он невероятно современен. Только у него вы увидите портреты элиты преисподней, её князей и правителей. Очень важно читать Маяковского в школах коммунизма и самообразовании. Он поможет увидеть плесень в её истинном свете, поможет увидеть её в себе, а значит поможет вычистить душу от дряни.

ДВАДЦАТЫЙ ВЕК - ВЕК РОЖДЕНИЯ НОВОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

1. Истинное лицо неправедного триединства.

"Лицемеры! Приближаются ко мне люди

устами своими и чтут Меня языком;

сердце же их далеко отстоит от Меня..."

(Ев. от Матфея гл.15 ст.28).

Клонится к закату второе тысячелетие от рождества Христова. Два века - 19-й и 20 -й стали временем выбора людей: жить ли им по законам Высшего Разума, идти по узкому пути, ведущему в жизнь, то есть по Уставу (Новому Завету, который в СССР назовётся - Моральный Кодекс Строителя Коммунизма), и который принёс людям Иисус Христос, и за который чернь его жестоко казнила, или по широкому пути свободы материальной скверны и вожделения плоти, ведущего в погибель мир. А третьего ничего нет на свете. В 19 и 20 веках усиливался энерго-информационный обмен людей с Высшим Разумом (Богом). Через Божьих посланников, люди получали знания о законах Высшего Разума и духовных законах в том числе. Божьим промыслом Россия избрана для рождения Новой Цивилизацией на планете. Всевышний уже готовил строй избранных людей, которые будут строить эту цивилизацию и, если будет надо, как и Христос, отдадут свои жизни за Устав общения людей друг с другом и окружающим миром. Хочется дать хоть самую малость информации о жестокой войне, которая идёт в мире между людьми независимо от сословий, потому что это война между праведным триединством: Бог - Сын - Святой Дух и неправедным триединством: самодержавие (не имеет значения под какой маской) - духовенство - безграмотное большинство (всегда обеспечивающее победу неправедному триединству). Но прежде хочу я вам дать для размышления информацию, которую взяла из книги Вадима Кожинова "Правда сталинских репрессий." Цитаты: - "Такие деятели Белого движения, как генералы Алексеев и Рузский, являлись не только участниками заговора против Монарха, но и высокопоставленными масонами. Их единомышленниками были Деникин, Корнилов, Колчак. Корнилов лично арестовал Императрицу и детей Государя. Командующий Донской армией генерал Деникин свидетельствует:"На знамёнах Белой Идеи было начертано: К Учредительному собранию, то есть то же самое, что значилось и на знамёнах Февральской революции..." А генерал Деникин готов был "благословить" любое жестокое насилие над русским народом, если оно завершится установлением в России власти парламента. Парламент - цель масонов, ибо парламент и его либерализм - это управляемый масонами хаос - наилучшим образом обеспечивает их власть в мире. Если в Белом движении главной составляющей политического руководства были масоны, то на Красной стороне такую же роль играли иудеи (не еврейский народ, а элита еврейской буржуаии, которая рвалась в руководители учреждений с известной целью покорения России и зовут их - ЖИДы - Желающие Использовать Других в своих целях мирового господства). Достаточно взглянуть на списочный состав советского правительства в первые годы революции, чтобы в этом убедиться. Разрушительная роль этих людей для России и русского народа сопоставима разве с атомной бомбордировкой. Таким образом, борьба Красной и Белой армий вовсе не была борьбой между "новой " и "старой" властями, это была борьба двух "новых" властей - Февральской и Октябрьской." За отступление от Бога предстоит платить по счетам; самые прозорливые поняли это сразу. Можно сколько угодно спорить о роли Сталина в истории, сколько угодно судить его и рядить (хотя закон Божий не велит этого), но правда сталинских репрессий в том, что суд Божий иногда вершится путями не понятными людям. Масоны лелеяли мечту захватить власть в России, навязать ей парламент и управляемый ими хаос. Неопровержимо доказано, что российское масонство 20 века, начавшее свою историю в Росии ещё в 1906 году, явилось решающей силой Февраля прежде всего именно потому, что в нём слились воедино влиятельные деятели различных партий и движений, выступавших на политической сцене более или менее разрозненно. Скреплённые клятвой перед своим и западноевропейским масонством, очень разные, подчас, совершенно несовместимые деятели, - стали дисциплинированно и целеустремлённо осуществлять единую задачу. В результате был создан своего рода мощный кулак, разрушивший государство и армию. Масонам в Феврале удалось быстро разрушить государство, но затем они оказались совершенно бессильными и менее чем через восемь месяцев потеряли власть, не сумев оказать, по сути дела, ровно никакого сопротивления новому, Октябрьскому перевороту. Бог не благословлял победы масонов над народом, избравшим узкий путь Устава, ведущего в жизнь. Это было время самого активного обмена с Высшим Разумом и Бог был с своим Богоизбранным народом. И то, что не удалось масонам захватить власть, навязать стране парламент, который позволил бы создать руководимый преисподней хаос - большая заслуга Иосифа Виссарионовича Сталина - посланника Бога. Февральский переворот, разрушение армии и государства, масоны, расправа над царской семьёй, настойчиво вводя в заблуждение безграмотное большинство, приписывают большевикам. Но факты - упрямая вещь: во время февральского переворота в Петрограде почти не было сколько-нибудь влиятельных большевиков. Поскольку они выступали за поражение в войне, они вызывали всеобщее осуждение и к февралю 1917 года пребывали или в эмиграции в Европе и США, или в далёкой ссылке, не имея сколько-нибудь прочной связи с Петроградом. Из 29 членов и кандидатов в члены большевистского ЦК, избранного на шестом съезде (в августе 1917г.) ни один не находился в февральские дни в Петрограде! И сам Ленин, как хорошо известно, не только ничего не знал о готовящемся перевороте, но и ни в коей мере не предполагал, что он вообще возможен. Заправилы Февральского переворота способствовали созданию к началу 1917 года серъёзного продовольственного кризиса." ..."Не менее примечательная запись, сделанная Богаевским 30 марта 1920 года, в последнем пристанище Белой армии - Севастополе. Вспоминая Николая Первого:"Суровый царь был - Император Николай Первый...тяжкой памятью в истории России останутся годы бесчеловечного рабства... жесток был гнёт полицейско-жандармского режима и управления 40 000 чиновников"..."Повидимому, "союзники" собираются превратить Россию в британскую колонию. Вершители европейских судеб, по-видимому, восхищались своею изобретательностью: они надеялись одним ударом убить и большевиков, и возможность возрождения сильной России. Положение Белого движения стало невозможным. С одной стороны, делая вид, что они не замечают интриг союзников, они призывали к священной борьбе против Советов, с другой стороны - на страже русских национальных интересов стоял не кто иной, как интернационалист Ленин, который в своих постоянных выступлениях не щадил сил, чтобы протестовать против раздела бывшей Российской империи..." (из воспоминаний великого князя Александра Михайловича). Крепко ненавидели и ненавидят Сталина свои и иноземные масоны за то, что он не дал им довести все свои планы до победы, оттого и не могут до сих пор успокоиться. Уж какую только грязь не месят, чтобы забросать ею его имя. А он всю свою жизнь посвятил, чтобы в этой кровавой каше жестокого апокалипсиса родилась Новая Цивилизация и новый Человек - Разумный. Свою миссию выполнил и Бог благославлял все наши победы. И, как всегда, затаились и продолжали плодить новую плесень свои и иноземные масоны и добились своего в России в 90-х 20-го столетия. Но об этом вы почитайте в книгах Кожина "Правда сталинских репрессий," "Политическая биография Сталина," -Н.Капченко, "Десионизация" В.Емельянова, "Третья мировая информационно-психологическая война." -Лисичкин и Шелепин, "Америка против России"- Максима Калашникова, "Щит, расколотый мечом НКВД против ВЧК," - А. Папчинского и Тумшиса, -"Крестный путь России," - Н.С. Леонова, "Терновый венец России О. Платонова, "Лондонград - Россия с наличными" Холлингсуорта и Лэнели. Книги невероятно необходимые для прочтения в школах коммунизма и при самообразованиии, чтобы получить полный портрет преисподней. Я же не могу отвлекаться от темы о Боге и боге, о церкви и о Храме Бога, о праведном и неправедном триединствах, о чёрном и белом квадратах, о черни и о людях в белых одеждах и чёрных, о системе минус и системе плюс.

1900 ГОД.

Флорентий Павленков, окончив Михайловскую артиллерийскую академию, служил в армейских арсеналах. Выйдя в отставку открыл в С-Петербурге книжный магазин и с 1865 года занялся издательской деятельностью. За подготовку издания сочинений Д.И.Писарева был арестован, однако суд оправдал его. В 1868 году за речь на похоронах Писарева выслан на десять лет в Вятскую губернию. В 1877 г вернулся в Петербург, но в 1880 году был заподозрён в сотрудничестве с "Народной волей" и вновь отправился в ссылку в Сибирь. После освобождения развернул плодотворную издательскую деятельность: выпускал книги русских и зарубежных классиков, научно-популярную литературу, а с конца 1880г. приступил к изданию знаменитой серии "Жизнь замечательных людей." Своё состояние завещал народным библиотекам и Фонду писателей.

На 77 году жизни скончался Пётр Лаврович Лавров. Многие годы он отдал военной службе, был полковником русской армии. С 1858г - профессор математики в Михайловской артиллерийской академии. В начале 1860г сблизился с членами тайного общества "Земля и воля." В 1866 г. отправлен в ссылку в Вологодскую губернию. Там написал "Исторические письма," которые стали "евангилеем" руской революционной молодёжи 1870 годов. В них он развил учение о "критически мыслящих личностях, как движущей силе общественного прогресса. Его мысль о том, что интеллигенция в неоплатном долгу перед народом, стала в 1870гг. идейной основой "хождения в народ." В 1870 г революционер Г.А. Лопатин (который пытался спасти Чернышевского) организовал побег Лаврова из ссылки. Вскоре он оказался во Франции. В эмиграции издавал журнал "Вперёд!," в котором призывал радикальную интеллигенцию объединитья в партию и начать подготовку социальной революции прежде всего путём пропаганды социалистических идей в народе. (А это, как известно всякому мыслящему человеку, и есть Устав общения людей друг с другом и окружающим миром - Новый Завет )... В Ялте умер Леонид Петрович Радин - революционер, поэт, популяризатор науки (написал "Простое слово о мудрёной науке химии - "Начатки химии," автор песни ""Смело, товарищи, в ногу!")

декабря-понедельник. В Лейпциге вышел в свет первый номер российской социа- демократической газеты "Искра" с передовой статьёй В. И, Ленина "Насущные задачи нашего движения."

Струн вещих пламенные звуки до слуха нашего дошли к мечам рванулись наши руки, и - лишь оковы обрели. Но будь покоен, бард: цепями, своей судьбой гордимся мы и за затворами тюрьмы в душе смеёмся над царями. Наш скорбный труд не пропадёт: "Из искры возгорится пламя, и просвящённый наш народ сберётся под Святое Знамя. Мечи скуём мы из цепей и пламя вновь зажжём свободы!... Она нагрянет на царей - и радостно вздохнут народы. (декабрист Александр Одоевский).

Из этого стихотворения взято для газеты название "Искра." А Святое Знамя - это и есть плащаница Божьим промыслом сохранённая, пропитанная святой кровью Иоана, Иисуса Христоса и всех последователей Его учения, жестоко убиваемых чернью и по сей день. Новая кровь брызнула на Святое Красное Знамя кровь пророка 21 века - Муаммара Каддафи, зверски растерзанного чернью Ливии под руководством запада. Какое счастье, что преисподняя, придя к власти убрала Святое Красное Знамя. Даже сердце болит как подумаешь, что могли его оставить ей служить.

1901 ГОД:.... январь:"В Москве тиражом 500 экз. вышел первый номер нелегальной газеты "Революционная Россия" - впоследствии центральный орган Партии социалистов (эсеров)..... 24 февраля - отлучение Льва Толстого от церкви. Напомню только примечательную информацию: отлучение происходило по велению Святейшего Синода,(высший церковный правящий орган) командовал которым обер-прокурор, стоящий на страже, дабы ничто не нарушило покоя неправедного триединства.... Второго марта в Петербурге от полученных ран скончался министр народного просвещения Николай Павлович Боголепов. (мотив:-придуманные им правила 1899года, по которым студенты, замешанные в беспорядках, могли лишиться отстрочки по отбыванию воинской повинности, с его санкции за участие в студенческих волнениях были отданы в солдаты 183 студента Киевского и 27 студентов Петербургского университетов. В ответ на это поднялась волна студенческих демонстраций..... " 4 марта происходит в Петербурге на площади перед Казанским собором массовая демонстрация студентов с требованием отмены "временных правил"-1899 года."..... "8 марта опубликовано обязательное постановление петербургского градоначальника "О мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия."(Наша неправедная власть, вернувшая к жизни неправедое триединство, действует по этому постановлению: охраняет свой покой, воскресив полицейское государство ).... 7 мая - торжественное заседание Государственного совета было приурочено к 100-летию образования императором Александром Первым Непременного совета, получившего статус совещательного органа, который готовил наиболее важные проекты. 1 января 1810 года был образован Государственный совет на основе Непременного совета, ставший высшим законосовещательным учреждением Российской империи. (Сегодняшние главные князья тьмы возродили Государственный совет и ловко правят им)..... "Этого же числа, 7 мая, в Санкт-Петербурге на Обуховском сталелитейном заводе произошли столкновения между рабочими и полицией."Мотив: увольнение 26 рабочих, не вышедших на работу Первого Мая. Кроме восстановления уволенных, забастовщики требовали внести Первое Мая в табель заводских праздников, а также введения 8-часового рабочего дня. Утром 7 мая рабочие, возглавляемые местными социал-демократами и эсерами, смяли полицейскую охрану завода и двинулись "поднимать" рабочих соседних предприятий. В ответ полиция открыла стрельбу из револьверов. Стычки с полицией переросли в уличные бои. В ночь с 7 на 8 мая начались аресты забастовщиков. На территории завода и в прилегающие районы были введены войска. В результате столкновений трое рабочих были убиты, 20 - тяжело ранены, 800 рабочих были арестованы и в большинстве высланы из С-Петербурга, 29 человек были приговорены к каторжным работам, 37 рабочих отданы под суд, из которых двое были приговорены к каторге. Вот так боролись рабочие за праздник Первое Мая - День солидарности трудящихся всего мира - боевой смотр сил трудящихся всех стран. Отмечается после принятого в июле 1889г решения Первого Парижского конгресса Второго Интернационала о ежегодном праздновании этого дня в память о героическом выступлении и борьбе с полицией рабочих Чикаго в мае 1886 года. Руководители выступления - рабочие Николо Сакко и Бартоломео Ванцети были арестованы. Над ними организована судебная расправа (это в США) на основе спровоцированного обвинения в убийстве (1920г). Несмотря на недоказанность обвинения и международную компанию протеста были казнены в 1927 году. На то она и чернь США, да и наша сегодня ни в чём ей не уступает. Вот так отвоёвывали рабочие свои права у неправедного триединства. Ложь - обычное дело и для нашей черни. Чтоб дети понятия не имели об этом празднике, нагло всё переврали, превратили в праздник весны и труда. Труд на чужого дядю. Этот вирус, что при социализме работают на чужого дядю, ввели враги ёщё в стране советов. Интересно, дошло ли до глупых, что именно теперь они работают на чужого дядю, на капиталиста. Впервые в России праздновали Первое Мая в 1891 году." "Распоряжением управляющего МВД Д. С. Сипягина за публикацию статьи "По поводу рабочих беспорядков временно закрыта газета "Новое время," издававшаяся Сувориным.... "в С-Петербурге в ночь с 8 на 9-ое марта статистик Самарской земской управы Н.К. Лиговский совершил покушение на обер-прокурора К. П. Победоносцева. Обер-прокурор не пострадал.... - "30 апреля, понедельник:"Государственный совет направил Николаю Второму мнение об отмене телесных наказаний для крестьян. Мнение возвращено с пометкой - "Это будет тогда, когда я захочу."....(Так чернь России объявила войну Богу и Бога избравшему народу. Станем же придирчиво внимательны к событиям в прошлом и сегодняшнем, чтобы понять будущее и сделать правильный выбор своего жизненного пути. Мы много найдём ответов на вопросы о праведном и неправедном в нашем мире и задумаемся сами, какой путь нам избрать: узкий, ведущий в жизнь или широкий, ведущий в погибель....). Важно всем нам понимать триединство (тесно связанные между собой настоящее, пошлое, будущее) и помнить, что живя на белом свете в своём настоящем, человек каждым словом, каждым поступком творит своё прошлое, а прошлое творит будущее самого человека и его потомков, своего рода, своей страны.

"Лев Николаевич Толстой ответил Синоду:"То, что я отрёкся от церкви, называющей себя православной, это совершенно справедливо. Но отрёкся я от неё не потому, что восстал на Господа, а , напротив, только потому, что всеми силами души желал служить ему... Я начал с того, что полюбил свою православную веру более своего спокойствия, потом полюбил христианство более своей церкви, теперь же люблю истину более всего на свете. И до сих пор истина совпадает для меня с христианством, как я его понимаю"

...Май:"В Москве образовано "Общество взаимного вспомоществования рабочих в механическом производстве, которое объединило несколько рабочих кружков, созданных по инициативе начальника Московского охранного отделения Зубатова. Создание рабочих организаций под присмотром полиции призвано было содействовать достижению "социального мира" с властями и предпринимателями.

- 8 декабря- суббота: "По политическим и религиозным соображениям Российская Академия выступила против назначения Льву Николаевичу Толстому Нобелевской премии." ( Чего ж тут не понять: Толстой объясняет безграмотному большинству настоящего Бога, такое чернь не прощает.)

1902 ГОД 16 января-среда: из письма Л. Н. Толстого Николаю Второму:"Треть России находится в положении усиленной охраны, то есть вне закона. Армия полицейских - явных и тайных - всё увеличивается; тюрьмы, места ссылки и каторги переполнены. Везде в городах и фабричных центрах сосредоточены войска и высылаются с боевыми патронами против народа. Во многих местах, уже были братоубийственные кровопролития... И как результат всей этой напряжённой и жестокой деятельности правительства, земледельческий народ - те 100 миллионов, на которых зиждеться могущество России, - несмотря на непомерно возрастающий государственный бюджет или, скорее, вследствие этого возрастания, нищает с каждым годом, так что голод стал нормальным явлением; стало всеобщее недовольство правительством всех сословий и враждебное отношение к нему... И причина всего этого, до очевидности ясная, одна: та, что помощники ваши уверяют вас, что останавливая всякое движение в народе, они этим обеспечивают благоденствие этого народа и ваше спокойствие и безопасность. Но ведь скорее можно остановить течение реки, чем установленное Богом всегдашнее движение вперёд человечества." ..... -

1мая, среда: В различных городах России состоялись первомайские демонстрации. Многие их организаторы и участники были арестованы. Демонстрация в Сормове послужила основой для повести Максима Горького "Мать." Прототипом главного героя повести Павла Власова стал один из организаторов сормовской демонстрации Пётр Заломов. Эту книгу М. Горького всякий мыслящий человек, должен прочесть внимательно в случае самообразования. В школах коммунизма было бы замечательно организовать диспуты). Речь В.И.Ленина о празднике Первого Мая:"Товарищи-рабочие! Наступает день Первого мая, когда рабочие всех стран празднуют своё пробуждение к сознательной жизни, празднуют своё объединение в борьбе против всякого насилия и всякого угнетения человека человеком, в борьбе за освобождение миллионов трудящихся от голода, нищеты и унижения. Два мира стоят друг против друга в этой великой борьбе: мир капитала и мир труда, мир эксплуатации и рабства, и мир братства и свободы. На одной стороне кучка богатых тунеядцев. Они захватили в свои руки фабрики и заводы, орудия и машины. Они превратили в свою частную собственность миллионы десятин земли и горы денег. Они заставили правительство и войско быть их прислужниками, быть верным стражем накопленного ими богатства. На другой стороне - миллионы обездоленных. Они должны выпрашивать у богачей позволения работать на них. Они создают своим трудом все богатства, а сами бьются всю жизнь из-за куска хлеба, просят, как милости, работы, надрывают себе силы и здоровье непосильным трудом, голодают в деревенских лачугах, в подвалах и чердаках больших городов. И вот эти обездоленные трудящиеся объявили войну богачам и эксплуататорам ( неправедному триединству - материальной скверне и вожделению плоти). Рабочие всех стран борются за освобождение труда от наёмного рабства, от нищеты и нужды. Они борются за такое устройство общества, в котором созданные общим трудом богатства шли бы на пользу всем трудящимся, а не горстке богачей. Они добиваются превращения земель, фабрик, заводов, машин в общую собственность всех работников. Они хотят, чтобы не было богатых и бедных, чтобы плоды труда доставались тем, кто трудится, чтобы все завоевания человеческого ума, все улучшения в работе, улучшали жизнь того, кто работает, а не служили орудием угнетения работника. Великая борьба труда против капитала стоила массы жертв рабочим всех стран. Много крови пролили они, отстаивая своё право на лучшую жизнь и на настоящую свободу (свободу от неправедного триединства). Нет числа тем преследованиям, которым подвергают правительства борцов за рабочее дело. Но союз рабочих всего мира растёт и крепнет, несмотря ни на какие преследования. Рабочие всё теснее объединяются в социалистические партии, число социалистических партий поднимается до миллионов, и они шаг за шагом неуклонно подвигаются к полной победе над классом капиталистов-эксплуататоров. Проснулся и русский пролетариат к новой жизни. Примкнул и он к этой великой борьбе. Прошли те времена, когда наш рабочий покорно гнул спину, не видя выхода из своего подъяремного житья, не видя света в своей каторжной жизни. Социализм указал этот выход, и к Красному Святому Знамени, как к путеводной звезде, потекли тысячи и тысячи борцов. Стачки показали рабочим силу союза, они научили их давать отпор, они показали, какой грозой для капитала является организованный рабочий класс. Рабочие увидали воочию, что их трудом живут и богатеют капиталисты и правительство. Рабочие потянулись к совместной борьбе, к свободе и к социализму. Рабочим нужен простор для борьбы, а царское правительство связывает их по рукам и ногам. Рабочим нужны свободные союзы, книги и газеты, а царское правительство давит тюрьмой, нагайкой и штыком всякое стремление к свободе. Клич:"Долой самодержавие!" пронёсся по всей России. Всё чаще и чаще повторялся этот клич на улицах, на многотысячных собраниях рабочих. Летом прошлого года поднялись десятки тысяч рабочих на всём юге России, поднялись на борьбу за лучшую жизнь, за свободу от полицейского гнёта. Буржуазия и правительство содрогнулись при виде грозной рабочей армии, которая одним ударом останавливала всю промышленность громадных городов. Десятки борцов за рабочее дело пали под пулями царского войска, посланного против внутреннего врага. Но этот внутренний враг не может быть побеждён никакой силой, потому что его трудом только и держатся правящие классы и правительство. Нет такой силы на земле, что сломила бы миллионы рабочих, которые становятся все более сознательными, всё более объединёнными и организованными. Каждое поражение рабочих поднимает новые ряды борцов, заставляет более широкие массы проснуться к новой жизни и, готовиться к новой борьбе. А Россия переживает теперь такие события, когда это пробуждение рабочих масс неизбежно должны пойти ещё более быстро и в более широких масштабах, когда нам надо напрячь все силы для сплочения рядов пролетариата, для подготовки его к ещё более решительной борьбе. Война привлекает интерес к политическим делам и вопросам со стороны наиболее отсталых слоёв пролетариата. Война разоблачает всё более ярко, всё более наглядно всю гнилость самодержавного порядка, всю преступность полицейской и придворной шайки, которая правит Россией. Наш народ нищает и мрёт от голода у себя дома, - а его втянули в разорительную и бессмысленную войну из-за чужих новых земель, населённых чуждым населением и лежащих за тысячи вёрст. Наш народ страдает от политического рабства, - а его втянули в войну за порабощение новых народов. Наш народ требует переделки внутренних политических порядков, - а его внимание отвлекают громом пушек на другом краю света. Но царское правительство зарвалось в своей азартной игре, в своём преступном расхищении народного достояния и молодых сил, гибнущих на берегу Тихого океана. Всякая война требует напряжения народных сил, а трудная война с культурной и свободной Японией требует от России гигантского напряжения. И это напряжение приходится на такой момент, когда здание полицейского самовластья начало уже колебаться под ударами пробуждающегося пролетариата. Война разоблачает все слабые стороны правительства, война срывает фальшивые вывески, война раскрывает внутреннюю гнилость, война доводит нелепость царского самодержавия до того, что она бьёт в глаза всем и каждому, война показывает всем агонию старой России, России бесправой, тёмной и забитой, России, оставшейся в крепостной зависимости у полицейского правительства. Старая Россия умирает. На её место идёт свободная Россия. Тёмные силы, которые охраняли царское самодержавие, гибнут. Но только сознательный, только организованный пролетариат в состоянии нанести смертельный удар этим тёмным силам. Только сознательный и организованный пролетариат в состоянии дать отпор всякой попытке обмануть народ, урезать его права, сделать его простым орудием в руках буржуазии. Товарищи рабочие! Давайте же с удесятерённой энергией готовиться к близкой решительной борьбе! Пусть крепче смыкаются ряды социал-демократов - пролетариев! Пусть шире и шире разносится их проповедь! Пусть смелее поднимается агитация за рабочие требования! Пусть праздник Первого Мая привлечёт к нам тысячи новых борцов и удвоит наши силы в великой борьбе за свободу всего народа, за освобождение всех трудящихся от гнёта капитала! Да здравствует 8-часовой рабочий день! Да здравствует международная революционная социал-демократия! Долой преступное и разбойническое царское самодержавие! (В.И.Ленин-2апреля1904г. т.8 стр.181-184) Как современны слова Владимира Ильича Ленина! Только вот методы современного неправедного триединства по отношению безграмотного большинства сегодня много подлее и меркантильней.

5мая" Некто Г. Леккерт совершил покушение на веленского губернатора В. В. фон Валя, применившего розги для наказания участников рабочей демонстрации в Вильне. Губернатор остался жив, а террорист по решению суда был повешен 28 мая.

-26 ноября стачка в Ростове на Дону; началась стачка железнодорожных мастерских, которая переросла в общегородскую. Рабочие требовали сокращения рабочего дня до 9 часов, повышения заработной платы, отмены штрафов. В ходе столкновений с полицией были убиты 2 человека.

1903 ГОД. "8 марта в Злотоусте на каменном оружейном заводе началась стачка. Причиной прекращения работы стало введение администрацией завода новых правил, согласно которым отменялись льготы рабочим, увеличивались штрафы и продолжительность рабочего дня. Выбранные рабочими уполномоченные для переговоров с администрацией были арестованы полицией как бунтовщики. Прибывший в Злотоуст уфимский губернатор Н.М. Богданович отверг все требования рабочих. 13 марта возмущённая толпа собрались на площади у дома горного начальника. Была вызвана воинская команда, которая, по приказу Богдановича расстреляла толпу: 28 человек были убиты, 40 человек скончались от ран. (Ну, что ж! На войне, как на войне! Вызов принят!)"Златоустовская бойня" вызвала волну возмущения в обществе. Спустя два месяца по постановлению Боевой организации эсеров губернатор Богданович был убит слесарем уфимских железнодорожных мастерских эсером Дулебовым.... - 27 мая - вторник: "Активистка партии эсеров Ф. М. Фрункина совершила в Киеве покушение на начальника Киевского губернского жандармского управления генерала Новицкого. Генерал остался жив, а террористка осуждена на 11 лет каторжных работ... - "1 июля - вторник:"На нефтяных промыслах и нефтеперегонных заводах в Баку началась забастовка. Рабочие требовали введения 8-ми часового рабочего дня, повышения заработной платы, улучшения условий труда. 6 июля стачка приняла всеобщий характер. Бастовало 40 000 человек. 9 июля в Баку были стянуты войска. Работа на промыслах и предприятиях возобновилась в полном объёме лишь 22 июля.".... - "Второго июля-среда "В правительственном вестнике опубликовано Высочайшее повеление об учреждении в 46 губерниях Европейской России полицейской стражи и старост на промышленных предприятиях."..... - "17 июля в Брюсселе в Лондоне начал работу Второй съезд Российской социал-демократической рабочей партии (РСДРП). Завершился съезд 10 августа.".... - "Июль - август. Стачка бакинских рабочих положила начало стачечному движению, охватившему весь юг Российской империи. Одновременно с бакинцами начали забастовку рабочие Закавказья, Украины и Донбаса (свыше 130 тыс. человек). Забастовщики требовали сокращения рабочего дня, увеличения заработной платы.

1904 ГОД..... "27 января-вторник:"В ночь на 27 января японский флот атаковал русскую эскадру в Порт-Артуре. Началалась русско-японская война. Причины войны уходят корнями в возникшие ещё в 90-е годы девятнадцатого века противоречия в связи с разделом сфер влияния в Китае и Корее и настаивала на признании своих интересов в Маньчжурии. Чернь России, отрицая намерение аннексировать (аннексия-насильственное присоединение чужой территории) Маньжурию, стремилась распространить своё влияние на её территорию. 24 января японское правительство, прервав переговоры, разорвало дипломатические отношения с Россией. При дворе Николая Второго были настроены решительно. Император полагал, что итогом войны должна стать абсолютная победа России. Вскоре события показали беспочвенность подобных расчётов. Россия действително превосходила Японию как по экономическому потенциалу, так и по численности войск. Однако по качеству вооружений, по мобилизационной готовности армии и флота она уступала своему противнику. К тому же сказались отдалённость района боевых действий, низкая пропускная способность российских железных дорог. В ночь на 27 января японский флот атаковал русскую эскадру, стоявшую на внешнем рейде Порт-Артура. Борьба на море довольно быстро закончилась установлением господства японского флота. Порт-Артурская эскадра фактически оказалась блокированной. Отдельные героические схватки русских кораблей (крейсер "Варяг," канонерская лодка "Кореец," крейсер "Новик.") лишь подчёркивали трагичность русского флота. Военные действия на суше под командованием генерал-лейтенанта А.Н. Куропаткина также оказались неудачными. .... - "31 марта-среда"Близ Порт-артура подорвался на мине броненосец "Петропавловск." Во время взрыва погибли командующий Тихоокеанской эскадрой вице-адмирал Макаров и художник Верещагин, 700 матросов и офицеров. -

"В С-Петербурге в результате террористического акта осуществлённого членом эсеровской Боевой организации Е.С. Сазоновым, погиб Плеве, - министр внутренних дел, шеф отдельного корпуса жандармов.".... -

"13-31 декабря - "На бакинских нефтепромыслах и заводах началась стачка рабочих, охватившая 27000 человек. Итогом стачки стало подписание 30 декабря первого в России коллективного договора между рабочими и предпринимателями, получившего название "Мазутная конституция." Устанавливался 9-ти часовой рабочий день (в ночных сменах и буровых партиях 8-ти часовой, повышалась заработная плата.....

января, вторник:" Крейсер "Варяг" и канонерская лодка "Кореец" приняли неравный бой с японской эскадрой у мыса Чемульпо (Корея). Прорваться во Владивосток не удалось, и капитан 1-го ранга В.Ф. Руднев принял решение затопить крейсер. "Кореец" был взорван экипажем(16.4.1904г).

января, среда:"Военные программы России накануне войны." На рубеже 19-20вв. весь мир был охвачен гонкой вооружений. И Россия, всё более увязавшая в дальневосточных авантюрах, не составляла исключения. На первый план в 1890-х годах, вышли на морские судостроительные программы. Программа, принятая в 1895 г. предусматривала строительство 17 кораблей различных классов. Общая стоимость была определена в 326 млн. руб. Через 5 лет была утверждена новая программа по строительству 10 новых кораблей. Спешно выполнялись программы по её перевооружению полевой трёхдюймовой скорострельной пушкой, крепостной и осадной артиллерией и т.д. Всего к началу русско-японской войны на военные цели было затрачено 775 млн. руб. Для России эти расходы были весьма обременительны. В 1902г. Государственный совет предупреждал императора, что задолженность государства достигла 6629 млрд. руб., более половины которых падала на внешние займы, что дальнейший рост расходов, прежде всего на гонку вооружений, подорвёт не только финансовое благополучие государства, но и его внутреннюю мощь и международное политическое значение. Николай Второй не внял этим предостережениям. ... 29 января, в среду опубликован Высочайший манифест об объявлении войны Японии и указ о приведении в военное положение войск Дальневосточного наместничества..... 30 января, пятница - сформирована Маньчжурская армия (под командованием А.Н. Куропаткина) в составе 1-го, 2-го, 3-го Сибирских армейских корпусов и части Забайкальского казачьего войска. Районом действий армии определена Забайкальская и Квантунская области и Маньчжурии...... 3 февраля, вторник - из Кронштадта на Дальний Восток отбыл вице-адмирал Макаров, назначенный командующим Тихоокеанской эскадрой."..... 31 марта, среда: близ Порт-Артура подорвался на мине броненосец "Петропавловск." Во время взрыва погибли командующий Тихоокеанской эскадрой вице-адмирал Степан Осипович Макаров, Николаев и Художник Верещагин Василий Васильевич. Погибли также 700 матросов и офицеров. Новым командующим Тихоокеанской Эскадрой назначен вице-адмирал Н.И. Скрыдлов.

Реформатор батального жанра Василий Васильевич Верещагин родился в небогатой помещичьей семье. По настоянию родителей учился в Петербургском кадетском корпусе, который окончил в чине флотского гардемарина. Однако в 1860 г., отказавшись от карьеры морского офицера, поступил в Петербургскую Академию художеств. Избрав судьбу живописца, он остался неутомимым путешественником и искателем приключений: ездил по России, на Кавказ, в Западную Европу, на Ближний Восток, бывал в Индии, США, на Филиппинах, Кубе и Японии; во время русских колониальных компаний дважды посетил Туркестан, участвовал в русско-турецкой войне на Балканах. В своих батальных композициях (в особенности в среднеазиатских циклах), Верещагин с потрясающей силой изобразил "изнанку войны," её скорбь и ужас. В центре наиболее известной картины художника "Апофеоз войны." (1870-1871) - груда черепов; на раме - красноречивая надпись:"Посвящается всем великим завоевателям прошедшим, настоящим и будущим." (первоначально картина должна была называться "Апофеоз Тамерлана.") К началу нового века творчество Верещагина приобретает мировую известность, оказывая большое влияние на развитие международного пацифистского движения. Его выставки неоднократно устраивались в Западной Европе и Америке. За последние десять лет жизни у него было более тридцати персональных выставок.

Степан Осипович Макаров родился в семье офицера. После окончания Морского училища плавал на кораблях Сибирской флотилии. Молодым офицером начал исследования проблем непотопляемости корабля. В 1873г. На Венской всемирной выставке демонстрировал изобретённый им пластырь для заделки пробоин судов. В русско-турецкую войну (1877-1878) первым в мире в декабре 1877г. применил для атаки противника самодвижущуюся торпеду Уайтхэда. Командуя пароходом "Тамань" в Босфоре, он провёл гидрологические исследования и опубликовал работу "Об обмене вод Чёрного и Средиземного морей." В1886-1889гг. на корвете "Витязь" совершил кругосветное плавание, по результатам которого написал книгу "Витязь" и Тихий океан. За эту работу был удостоен премии Академии наук и золотой медали русского географического общества. В 1896г Макаров был произведён в вице-адмиралы и стал старшим флагманом Практической эскадры Балтийского флота. По его проектам и под его руководством был построен первый ледокол "Ермак," на котором Макаров совершил два похода в Арктику. В 1899г. его назначают главным командиром Кронштадского порта и военным губернатором Кронштадта, а 9 февраля 1904г. - командующим Тихоокеанским флотом. Это назначение приветствовала вся русская общественность - популярность адмирала на флоте была огромной. 24 февраля он прибыл в Порт-Артур. В кратчайшие сроки Макаров повысил боеспособность флота и готовил его к активным боевым действиям, однако после гибели адмирала действия флота сводились лишь к выходам в море для травления и попыткам прорыва из Порт-Артура. 24 февраля 1913 г. в Кронштадте был открыт памятник С.О. Макарову. На его пьедестале надпись "Помни войну."(Однако странная надпись. Кто должен помнить войну?! Макаров? Или самодержавие, которое войны затевает?! - Духовенство, которое именем своего бога благославляет идущих на войну за чужие интересы) или безграмотное большинство, которое терпит власть цивилизованного стада скотов, живущих за счёт этого безграмотного большинства?!)

августа, среда:"В то время как в С.-Петербурге шли торжества по случаю крещения наследника престола, с Дальнего Востока приходили новые тревожные вести. 5 августа редакторы ведущих газет были предупреждены о необходимости готовить общественное мнение к падению Порт-Артура. 9 августа издатель "Нового времени Суворин записал в "Дневнике":"Новик" японцы потопили у Сахалина. Это лучший наш крейсер. Не объявляют по случаю радости крещения наследника. В царские дни несчастия и поражения не признаются. Им хорошо в дворцах и поместьях. Лучшие места России забрали и благоденствуют. Что им русские несчастья! Вот революция - её они боятся. Но до неё так далеко, что они успеют увеличить свои богатства." (это точные слова и о сегодняшней черни, о сегодняшнем цивилизованном стаде скотов, очень точные - не прибавить, не убавить.)

- 27 сентября:"Николай Второй не хотел смириться с мыслью о поражении в войне. Свои надежды он связывал с 2-ой Тихоокеанской эскадрой, командовать которой назначил вице-адмирала З.П. Рождественского. В октябре эскадра вышла на помощь Порт-Артуру. Скомплектована она была из судов Балтийского флота (30 боевых кораблей, в т. ч. 8 эскадренных броненосцев). Делалось это, однако, наспех, поэтому в её составе оказалось много устаревших тихоходных кораблей. Их экипажи в значительной части состояли из новобранцев. Сам командующий эскадрой плавал ещё на парусниках, с новой боевой техникой был почти не знаком. Эскадре предстоял далёкий и трудный путь вокруг Африки.... из воспоминаний генерала Игнатьева:"Флот, как и армия, оказался неподготовленным к великому испытанию. Жутко было узнать впоследствии, что большинство офицеров уходило из Кронштадта с твёрдым сознанием своей обречённости. Конечно, они не могли подозревать многого, что открылось им в самом бою: японцы громили их бризантными снарядами, сносившими всё управление кораблями, и обращали суда в пылающие костры, тогда как наши бронебойные снаряды не причиняли врагу серьёзного вреда. Но все моряки наши знали, что, кроме четырёх современных броненосцев, пары крейсеров да десятка миноносцев, вся остальная эскадра представляла разношерстную армаду из старых "самотопов" до увесилительной великокняжеской яхты включительно; ради экономии на угле флот в учебные плавания ходил мало, а ради экономии на снарядах стрелял в мирное время ещё меньше; отпускавшиеся средства шли широким потоком в карманы подрядчиков и акционерных обществ как русских так и иностранных. Большая часть личного состава эскадры ознакомлялась со своими кораблями, а подчас и с самим морским ремеслом только на походе...."(Разве эти слова не потрясают своей современностью.!?)

сентября:"В Париже состоялся нелегальный съезд российских оппозиционных и революционных партий; участвовали "Союз освобождения," социалисты-революционеры, латышские социа-демократы, финляндская партия активистов, армянская революционная федерация, грузинская партия социалистов-революционеров. Была выработана программа, включавшая требования всеобщего избирательного права, права национального самоопределения. Общей задачей было признано свержение самодержавия "способами, свойственными тактике каждой партии."

декабря, понедельник:"После 8-ми месячной обороны сдана крепость Порт-Артур. Порт-Артур капитулировал. Это событие - одно из величайших событий современной истории. Эти три слова, переданные вчера по телеграфу во все концы цивилизованного мира, производят подавляющее впечатление, впечатление громадной и страшной катастрофы, несчастья, которое трудно передать словами. Рушится моральная сила империи. Выносится приговор целой политической системе, обрывается длинный ряд притязаний, сламываются могучие усилия. Конечно, падение Порт-Артура давно уже предвидели, давно уже отделывались словами и утешали себя готовыми фразами. Но осязательный, грубый факт, разбивает всю условную ложь. Теперь значение происшедшего краха нельзя ослаблять. Впервые старый мир унижен непоправимым поражением, которое нанесено ему новым миром, столь таинственным и, по-видимому, отрочески юным, вчера только призванным к цивилизации." Так писала под непосредственным впечатлением события, одна солидная европейская буржуазная газета. И, надо сознаться, ей удалось рельефно выразить настроение всей европейской буржуазии. Устами этой газеты говорит верный классовый инстинкт буржуазии старого мира, обеспокоенной успехами нового буржуазного мира, встревоженной крахом русской военной силы, которая долго считалась надёжнейшим оплотом европейской реакции. Неудивительно, что даже не участвующая в войне европейская буржуазия чувствует всё-таки себя униженной и подавленной. Она так привыкла отождествлять моральную силу России с военной силой европейского жандарма. Для неё престиж русской расы был неразрывно связан с престижем непоколебимо сильной, твёрдо охраняющей современный "порядок" царской власти. Неудивительно, что катастрофа правящей и командующей России кажется всей европейской буржуазии "страшной": эта катастрофа означает гиганское ускорение всемирного капиталистического развития, ускорение истории, а буржуазия очень хорошо, слишком хорошо знает, по горькому опыту знает, что такое ускорение есть ускорение социальной революции пролетариата. Западно- европейская буржуазия чувствовала себя так спокойно в атмосфере долгого застоя, под крылышком "могучей империи", и вдруг какая-то отрочески "юная" сила смеет рвать этот застой и ломать эти опоры. Да, европейской буржуазии есть чему пугаться. Пролетариату есть чему радоваться. Катастрофа нашего злейшего врага означает не только приближение русской свободы от неправедного триединства. Она предвещает также новый революционный подъём европейского пролетариата. Но почему и в какой мере падение Порт-Артура является действительно исторической катастрофой? Прежде всего бросается в глаза значение этого события в ходе войны. Главная цель для японцев достигнута. Прогрессивная, передовая Азия нанесла непоправимый удар отсталой и реакционной Европе. Десять лет тому назад эта реакционная Европа, с Россией во главе, обеспокоилась разгромом Китая молодой Японией и объединилась, чтобы отнять у неё лучшие плоды победы. Европа охраняла установившиеся отношения и привелегии старого мира, его предпочтительное право, веками освещённое исконное право на эксплуатацию азиатских народов. Возвращение Порт-Артура Японией есть удар, нанесённый всей реакционной Европе. Россия шесть лет владела Порт-Артуром, затратив сотни и сотни миллионов рублей на стратегические железные дороги, на создание портов, на постройку новых городов, на укрепление крепости, которую вся масса подкупленных Россией и раболепствующих перед Россией европейских газет прославила неприступною. Военные писатели говорят, что по своей силе Порт-Артур равнялся шести Севастополям. И вот, маленькая, всеми до тех пор презираемая, Япония в восемь месяцев овладевает этой твердыней, после того как Англия и Франция вместе возились со взятием одного Севастополя. Военный удар непоправим. Решён вопрос о преобладании на море - главный и коренной вопрос настоящей войны. Русский Тихоокеанский флот, вначале бывший не менее, если не более, сильным, чем японский, уничтожен окончательно. Отнята самая база для операций флота, и эскадре Рождественского остаётся только позорно вернуться вспять, после бесполезной затраты новых миллионов, после великой победы грозных броненосцев над английскими рыбацкими лодками. Считают, что одна материальная потеря России на одном только флоте составляет сумму в 300 млн. рублей. Но ещё важнее потеря десятка тысяч лучшего флотского экипажа, потеря целой сухопутной армии. Многие европейские газеты стараются теперь ослабить значение этих потерь, усердствуя при этом до смешного, договариваясь до того, что Куропаткин "облегчён," "освобождён" от забот о Порт-Артуре! Русское войско освобождено также от целой армии. Число пленных достигает, по последним английским данным, 48 000 человек, а сколько тысяч ещё погибло в битвах под Кинчау и под самой крепостью. Японцы окончательно овладевают всем Ляодуном, приобретают опорный пункт неизмеримой важности для воздействия на Корею, Китай и Маньчжурию, освобождают для борьбы с Куропаткиным закалённую армию в 80 - 100 тысяч человек и притом с громадной тяжёлой артиллерией, доставка которой на реку Шахэ даст им подавляющий перевес над главными русскими силами. Самодержавное правитеьство, по известиям заграничных газет, решило продолжать войну во что бы то не стало и послать 200 000 войска Куропаткину. Очень может быть, что война протянется ещё долго, но её безнадёжность уже очевидна, и все оттяжки будут только обострять те неисчислимые бедствия, которые несёт русский народ за то, что терпит ещё у себя на шее самодержавие. Японцы и до сих пор скорее и обильнее подкрепляли свои военные силы после каждого большого сражения, чем русские. А теперь, добившись полного господства на море и полного уничтожения одной из русских армий, они сумеют послать вдвое больше подкреплений, чем русские. Японцы до сих пор били и били русских генералов, несмотря на то, что вся масса лучшей артиллерии была у них занята в крепостной войне. Японцы добились теперь полного сосредоточения своих сил, а русским приходится опасаться не только за Сахалин, но и за Владивосток. Японцы заняли лучшую и наиболее населённую часть Маньчжурии, где они содержат армию на средства завоёванной страны и при помощи Китая. А русским приходится всё более ограничиваться припасами, привозимыми из России, и дальнейшее увеличение армии скоро станет для Куропаткина невозможным в силу невозможности подвоза достаточного количества припасов. Но военный крах, понесённый самодержавием, приобретает ещё большее значение, как приобретает ещё большее значение, как признак крушения всей нашей политической системы. Безвозвратно канули в вечность те времена, когда войны велись наёмниками или представителями полуоторванной от народа касты. Войны ведуться теперь народами, - даже Куропаткин, по свидетельству Немировича-данченко, начал понимать теперь, что эта истина годится не для одних только прописей. Войны ведутся теперь народами, и потому особенно ярко выступает в настоящее время великое свойство войны : разоблачение на деле, перед глазами десятков миллионов людей, того несоответствия между народом и правительством, которое видно было доселе только небольшому сознательному меньшинству. Критика самодержавия, со стороны русской социал-демократии, со стороны русского пролетариата подтверждена теперь критикой японского оружия, подтверждена так, что невозможность жить при самодержавии чувствуется всё более даже теми, кто не знает, что значит самодержавие, даже теми, кто знает это и всей душой хотел бы отстоять самодержавие. Несовместимость самодержавия с интересами всего общественного развития, с интересами всего народа (кроме кучки чиновников и тузов) выступила наружу, как только пришлось народу на деле, своей кровью, расплачиваться за самодержавие. Своей глупой и преступной колониальной авантюрой самодержавие завело себя в такой тупик, из которого может высвободиться только сам народ и только ценой разрушения царизма. Падение Порт-Артура подводит один из величайших исторических итогов тем преступлениям царизма (всей русской черни во веки веков и 21 века тоже!!!), которые начали обнаруживаться теперь ещё шире, ещё более неудержимо, после нас хоть потоп! - рассуждал каждый маленький и большой Алексеев, не думая о том, не веря в то, что потоп действительно наступит. Генералы и полковолцы оказались бездароностями и ничтожествами. Вся история компании 1904г. явилась, по авторитетному свидетельству одного английского военного обозревателя, преступным пренебрежением элементарными принципами морской и сухопутной стратегии." Бюрократия гражданская и военная оказалась такой же тунеядствующей и продажной, как и во время крепостного права. Офицерство оказалось необразованным, неразвитым, неподготовленным, лишённым тесной связи с солдатами и не пользующимся их доверием. Темнота, невежество, безграмотность, забитость крестьянской массы выступили с ужасающей откровенностью при столкновении с прогрессивным народом в современной войне, которая так же необходимо требует высококачественного человеческого материала, как и современная техника. Без инициативного, сознательного солдата и матроса невозможен успех в современной войне. Никакая выносливость, никакая стадность и сплочённость массовой борьбы не могут дать перевеса в эпоху скорострельных малоколиберных ружей, машинных пушек, сложных технических устройств на судах, рассыпного строя в сухопутных сражениях. Военное могущество самодержавной России оказалось мишурным. Царизм оказался помехой современной, на высоте новейших требований стоящей, организации военного дела, - того самого дела, которому царизм отдавался всей "душой," которым он всего более гордился, которому он приносил безмерные жертвы, не стесняясь никакой народной оппозицией. События и подтвердили правоту тех иностранцев, которые смеялись, видя, как десятки и сотни миллионов рублей бросаются на покупку и постройку великолепных военных судов, и говорили о бесполезности этих затрат при неумении обращаться с современными судами, при отсутствии людей способных со знанием дела пользоваться новейшими уовершенствованиями военной техники. Отсталыми и никуда не годными оказались и флот, и крепость, и полевые укрепления, и сухопутная армия. Связь между военной организацией страны и всем её экономическим и культурным строем никогда ещё не была столь тесной, как в настоящее время. Военный крах не мог не оказаться потому началу глубокого политического кризиса. Война передовой страны с отсталой сыграла и на этот раз, как неоднократно уже в истории, великую революционную роль, и сознательный пролетариат, будучи беспощадным врагом войны, неизбежного и неустранимого спутника всякого классового господства вообще, - не может закрывать глаза на эту революционню задачу, выполняемую разгромившей самодержавие японской буржуазией. Пролетариат враждебен всякой буржуазии и проявлениям буржуазного режима, но эта враждебность не избавляет его от обязанности различения исторически прогрессивных и реакционных представителей буржуазии. Дело русской свободы и борьбы русского (и всемирного) пролетариата за социализм очень сильно зависит от военных поражений самодержавия. Это дело много выиграло от военного краха, внушающего страх всем европейским хранителям порядка. Революционный пролетариат должен неутомимо агитировать против войны, всегда памятуя при этом, что войны неустранимы, пока держится классовое господство вообще. Банальными фразами о мире не поможешь угнетённому классу, который не отвечает за буржуазную войну между двумя буржуазными нациями, который всё делает для свержения всякой буржуазии вообще, который знает необъятность народных бедствий и во время "мирной" капиталистической зксплуатации. Но, борясь против свободной конкуренции, мы не можем забывать её прогрессивности по сравнению с с полукрепостным режимом. Борясь против всякой войны и всякой буржуазии, мы строго должны отличать в своей агитации прогрессивную буржуазию от крепостнического самодержавия, мы всегда должны отмечать великую революционную роль исторической войны, невольным участником которой является русский рабочий. Не русский народ, а русское самодержавие начало эту колониальную войну, превратившуюся в войну старого и нового буржуазного мира. Не русский народ, а самодержавие пришло к позорному поражению. Русский народ выиграл от поражения самодержавия. Капитуляция Порт-Артура есть пролог капитуляции царизма. Война далеко ещё не кончена, но всякий шаг её продолжения расширяет необъятно брожение и возмущение в русском народе, приближает момент новой великой войны, войны народа против самодержавия, войны пролетариата за свободу от неправедного триединства. Недаром так тревожится самая спокойная и трезвая европейская буржуазия, которая всей душой сочувствовала бы либеральным уступкам русского самодержавия, но которая пуще огня боится русской революции, как пролога революции европейской. "Прочно укоренилось мнение, - пишет один из таких трезвых органов немецкой буржуазии, - что взрыв революции в России вещь совершенно невозможная. Защищают это мнение всеми и всяческими доводами. Ссылаются на неподвижность русского крестьянства, на его веру в царя, зависимость от духовенства. Говорят, что крайние элементы среди недовольных представлены лишь маленькой горсткой людей, которые могут устроить путчи (мелкие вспышки) и террористические покушения, но никак не вызвать общее восстание. Широкой массе недовольных, говорят нам, не хватает организации, оружия, а главное - решимости рисковать собой. Русский же интеллигент настроен обыкновенно революционно лишь до тридцати, примерно, лет, а затем он прекрасно устраивается в уютном гнёздышке казённого местечка, и большая часть горячих голов проделывает превращение в дюжинного чиновника." Но теперь, продолжает газета, целый ряд признаков свидетельствует о крупной перемене. О революции в России говорят уже не одни революционеры, а такие совершенно чуждые "увлечений," солидные столпы порядка, как князь Трубецкой, письмо которого к министру внутренних дел перепечатывается теперь всей заграничной печатью. Боязнь революции в России имеет, видимо, фактические основания. Правда, никто не думает, что русские крестьяне возьмутся за вилы и пойдут бороться за конституцию. Но разве революции делаются в деревнях? Носителями революционного движения в новейшей истории давно стали крупные города. А в России именно в городах идёт брожение с юга до севера и свостока до запада. Никто не возьмётся предсказать, чем это кончится, но что число людей, считающих революцию в России невозможной, убывает с каждым днём, это факт несомненный. А если последует серъёзный революционный взрыв, то более чем сомнительно, чтобы с ним сладило самодержавие, ослабленное войной на Дальнем Востоке." Да, самодержавие ослаблено. В революцию начинают верить самые неверующие. Всеобщая вера в революцию есть уже начало революции. О её продолжении печётся само правительство своей военной авантюрой. О поддержке и расширении серьёзного революционного натиска позаботится русский пролетариат.(В.И. Ленин. газета "Вперёд"?1114(1) января 1905г. т.9 с.151 - 159).

1905 ГОД. 3-9 января "На Путиловском заводе С.-Петербурга началась забастовка. Поводом для стачки стало увольнение 4-х рабочих вагонных мастерских, членов "Собрания русских фабрично-заводских рабочих - организации, во главе которой стоял священник Георгий Гапон. Не добившись восстановления уволенных товарищей -путиловцы объявили забастовку. Их поддержали рабочие Обуховского, Семянниковского, Франко-Русского, Невского судостроительного и др. заводов. К 8 января бастовал почти весь пролетарский Петроград. 5 января по инициативе Гапона начался сбор подписей под петицией, обращённой к Николаю Второму. На воскресенье, 9 января, было назначено мирное шествие к Зимнему дворцу. Участники шествия хотели передать петицию императору: Николай Второй, предупреждённый полицией и опасавшийся терактов, на эти дни вместе с семьёй перебрался в Царское Село. Вечером 8 января депутации столичной интеллигенции посетили министра внутренних дел кн. Святополк-Мирского и председателя Кабинета министров графа Витте в надежде предупредить возможные беспорядки и кровопролитие. Однако эти переговоры ничего не дали. Вот эта петиция:

Государь!...

Не откажи в помощи твоему народу, выведи его из могилы бесправия, нищеты и невежества, дай ему возможность самому вершить свою судьбу, сбрось с него невыносимый гнёт чиновников. Разрушь стену между тобой и твоим народом, и пусть он правит страной вместе с тобой... Необходимо народное представительство, необходимо, чтобы сам народ помогал себе и управлял с тобой. Ведь ему только и известны истинные его нужды. Не отталкивай его помощь, повели немедленно, сейчас же призвать представителей земли русской от всех классов, от всех сословий... Пусть каждый будет равен и свободен в праве избрания, - и для этого повели, чтобы выборы в Учредительное собрание происходили при условии всеобщей, тайной и равной подачи голосов... Не одна мера всё же не может залечить наших ран. Необходимы ещё и другие... 1- меры против невежества и бесправия русского народа... - 2 - меры против нищеты народной... - 3-меры против гнёта капитала над трудом. Свобода борьбы труда с капиталом - немедленно... Вот, государь, наши главные нужды, с которыми мы пришли к тебе... Повели и поклянись исполнить их, и ты сделаешь Россию и счастливой, и славной, а имя твоё запечатлеешь в сердцах наших и наших потомков на вечные времена, а не повелишь, не отзовёшься на нашу мольбу - мы умрём здесь, на этой площади, перед твоим дворцом. Нам некуда больше идти и незачем."Утром к Зимнему дворцу направилось около150 000 человек - мужчины, женщины, старики, и дети. Участники шествия несли иконы, хоругви, портреты царя, пели псалмы, гимн. На Дворцовой площади мирная процессия, нёсшая петицию царю, была расстреляна войсками. Столкновения демонстрантов с войсками произошли на Невском проспекте у Казанского собора на Морской и Гороховой улицах, на Нарвской и Невской заставах, на Выборгской стороне. По официальным данным 9 января в Петербурге были убиты 96 и ранены 330 человек, из которых умерли 32 человека. В газетах сообщали о 1000 - 1200 убитых. Во многих районах столицы возникли баррикады. Акция мирного протеста сменилась вооружённым противостоянием власти и народа. 10 января предприятия Петрограда охватила всеобщая, продолжавшаяся до 17 января стачка. В городе распространялась большевитская прокламация, призывающая рабочих к оружию:"Захватывайте арсеналы, оружейные склады и оружейные магазины. Разносите, товарищи, тюрьмы. Освобождайте борцов за свободу. Свергнем царское правительство. Поставим своё." Город превратился в военный лагерь. В столице шли массовые аресты. По делу "9 января" были привлечены к следствию 688 человек, несколько сот человек были высланы из города в административном порядке. Волна забастовок охватила все крупные промышленные центры России. В России началась революция.

Да, на войне как на войне. Христос сказал, что не покой он принёс, а меч, потому что дерево, дающее плохие плоды, срубают и бросают в огонь. Строй - это когда люди встали в строй и строем идут, чеканя шаг, к единой высокой цели, одухотворённые построением справедливого, духовного, высокоинтелектуального коммунистического общества. Люди все товарищи друг другу, чувствуют плечо друг друга, все равны, как дети в семье у одного Отца, один за всех и все за одного, и каждый в строю знает свою миссию, делает своё дело с огромной ответветственностью, воодушешевлением. Как говорил Чкалов американским журналистам:"Я богат. У меня 170 млн. человек и все работают на меня, а я работаю на них." Так, что всегда надо помнить слова Христоса, что терпеть надо до поры, а когда исчерпывается запас терпения, не надо метать жемчуга святынь своих перед свиньями, чтоб они оборотившись не разорвали вас. А они сегодня вернулись, эти самые свиньи материальной скверы и вожделения плоти, те самые, которые только жрут, пьют, удовлетворяют пороки и страсти своей плоти и гадят, гадят и гадят!!!...

-16 января: - Вслед за Москвой массовые акции протеста против расстрела 9 января состоялись во многих промышленных центрах империи. 11-12 января забастовки, митинги, демонстрации прошли в Харькове, Киеве, Сормово, Саратове, Риге, Ревеле, Либаве, Могилёве. 13-14 - в Минске, Царицине, Лодзи, Варшаве. 15-16 - охватили почти весь центрально-промышленный регион и захватили Кавказ (Батум. Поти, Тифлис). В январе-феврале целые районы были охвачены революционными выступлениями.

Из дневника Николая Второго:"9-го января. Воскресенье. Тяжёлый день! В Петербурге произошли серьёзные беспорядки вследствие желания рабочих дойти до Зимнего дворца. Войска должны были стрелять в разных местах города, было много убитых и раненых. Господи, как больно и тяжело!" (С ума сойти!!! "Господи, как больно и тяжело! И всё?! Неужели ни в одном глазу ужаса перед причастностью целой преступной династии, столько на карме крови и преступлений против Бога, не своего придуманного, а перед Богом-Высшим Разумом. И как же ты, церковь, в 21 веке возводила их в мученников и святых?! Ведь число семь, число Творца, оно непредсказуемо, потому что, что посеешь, то и жнёшь! Неправедное триединство! Ты снова у власти неправдами и лукавствами и не ракаиваешься. Неужели так ничего и не понимаешь. Неужели ни разума, ни совести, ни понимания, что Бог - это законы мироздания и духовные тоже, что служить надо триединсву праведному: Высший Разум (Бог) - Новый Завет (Устав. Моральный кодекс строителя коммунизма) - Сын - Энерго-информационный обмен с Богом - СВ. Дух-Дух закона взаимного должествования. Не имеет права на жизнь "мировой порядок" - основа которого - материальная скверна и вожделение плоти.)

Из воспоминаний жандарма А. Спиридовича: "Так совершилось величайшее по своей трагичности и последствиям событие, прозванное революционерами "Кровавым воскресеньем." Провокация революционных деятелей и Гапона, глупость и бездействие подлежащих властей и вера народная в царя - были тому причиной. То было воскресенье, убившее в перербургских рабочих эту веру, давшее против государя жгучий, обидный осадок обманутой, разбитой надежды. Печальная, грустная, позорная для правительства, запачканная провокаторством революционных партий страница русской истории последнего царствования."

Из воспоминаний А.Ф.Керенского:" Воскресным утром мы с моим другом... отправились на Невский проспект посмотреть демонстрацию. Это было удивительное зрелище...Гапон, шедший во главе процессии, нёс крест, а многие рабочие иконы и портреты царя... И вот тут-то... вылетел отряд кавалерии и раздались первые залпы... Охваченные паникой, люди стали разбегаться во всех направлениях. Вслед им летели пули... Было совершенно очевидно, что власти совершили чудовищную ошибку, что они абсодютно неправильно поняли умонастроение толпы. Какими бы ни были замыслы организаторов шествия, рабочие шли ко дворцу без злых намерений... События кровавого воскресенья произвели коренной переворот в мышлении рабочих масс, на которых до этого времени пропаганда действовала весьма слабо. Генерал Трепов и те, кто позволил ему совершить этот безумный акт, разорвали духовные узы, которые связывали царя и простых рабочих."(Россия на историческом повороте."Мемуары.")

января, четверг:"По сообщениям печати, император Николай Второй и императрица Александра Фёдоровна назначили из своих собственных средств 50 000 руб. на помощь семьям пострадавших во время событий 9 января. Петербургская городская дума ассигновала на эти цели 25 000 руб. (Ты, чернь, вся в этом! Любишь благотворительностью" заниматься, а понять, что жить надо в праведном триединстве: не хочешь? Не понимаешь? Притворяешься?! - Коментарии излишни!)

В С.- Петербурге приступили к работе все предприятия кроме Невской ниточной, Никольской и Выборгской мануфактур.

Из письма В.Серова И.Репину:"То, что пришлось видеть мне... 9 января, не забуду никогда - сдержанная, величественная, безоружная толпа, идущая навстречу каваллерийским атакам и ружейному прицелу, - зрелище ужасное. То, что пришлось услышать после, было ещё невероятнее по своему ужасу, ужели же, если государь не пожелал выйти к рабочим и принять от них просьбу, то это означало их избиение?! Никому и ничем не стереть этого пятна." А вы, мои дорогие потомки, должны это знать, должны разобраться, как страшна преисподняя, запутавшая человечество религиями и не живущая по Божьим Законам, которые принесли народам пророки. Пока прошлое преисподней строит наше будущее. Доколе будем жить во тьме невежества?

- 9 февраля - армянские погромы: В различных районах Баку произошли вооружённые нападения на армянское население. В городе разрушены целые армянские кварталы, убито около 500 человек, ранены 830 человек.

- 22 февраля - новая забастовка в столице: 17 февраля прекратили работу рабочие и служащие Балтийского судостроительного завода. 19 февраля объявлены забастовки в мастерских механического отдела Путиловского завода. Забастовали также рабочие Трубочного и патронного завода, фабрики роялей Беккера, завода Симменса и Гальские, Арсенала, механического завода Сан-Галли и др. Забастовка на Путиловском заводе продолжалась до 22 февраля. В Баку начался армянский погром. Вооружённым нападениям и разграблениям подверглись дома зажиточных армян. В результате погрома погибло около 500 человек. 10 февраля нападения азербайджанцев на армянское население возобновились. Власти опасались распространения беспорядков на другие районы Закавказья. 11 февраля в Елисаветполе по инициативе местного губернатора состоялось совещание именитых гаждан, представлявших мусульманскую и армянскую общины. Участники совещания призвали население не допускать столкновений. Христианское и мусульманское духовенство осудили подстрекателей погрома в Баку и призвало население к "братскому единению."18 февраля Баку и Бакинская губерния были объявлены на военном положении.

февраля - пятница:"Высочайший рескрипт ( В Древнем Риме - имевший силу закона ответ императора на представленный ему для разрешения вопрос. Слово латинское и переводится на русский язык - письменный ответ): Император Николай Второй подписал рескрипт министру внутренних дел А.Г. Булыгину с обещанием привлекать к разработке новых законов выборных представителей общества. В рескрипте говорилось:"Преемственно продолжая Царственное дело Венценосных предков Моих - собирание и устроение Земли Русской. Я вознамерился отныне, с божьей помощью, привлекать достойнейших, доверием народа облечённых, избранных от населения людей к участию в предварительной разработке и обсуждении законодательных предположений. Соображая особые условия обширного Отечества Нашего, разноплемённость состава его населения и слабое в некоторых его частях развитие гражданственности, Государи Русские в мудрости Своей всегда даровали необходимые в зависимости от назревших потребностей, преобразования лишь в порядке известной последовательности и с осмотрительностью, обеспечивающей непрерывность крепкой исторической связи с прошлым, ( вот какие замечательные слова о приемственности лицемерия говорят в неправедном триединстве) как залог прочности и устойчивости преобразований в будущем, и ныне, предпринимая сие преобразование, уверенный что знание местных потребностей, жизненный опыт и разумное откровенное слово лучших выборных людей (кого это царь имеет ввиду?!) обеспечит плодотворность законодательных работ на истинную пользу народа. (а кто же тогда те, кто к народу себя не причисляет?! Конечно, это те кто живёт в мире материальной скверны и вожделения плоти, то есть -чернь,) Я, вместе с тем, предвижу всю сложность и трудность проведения сего преобразования в жизнь при непременном сохранении незыблемости основных законов империи..." (Замечательно! Ты, МВД, всё устрой так, чтобы поговорили, повыступали под твоим надзором и чтобы незыблемым осталось всё устройство неправедного триединства).

В Орехово-Зуеве объявили забастовку рабочие предприятий Морозовых. Их требования: участие рабочих в прибыли предприятий, введение 8-ми часового рабочего дня. На отдельных предприятиях забастовка продолжалась до 14 марта. Фабриканты вынуждены были пойти на некоторые уступки.

В сёлах и деревнях Курской губернии получила распространение т.н. "Золотая грамота," написанная якобы от имени императора. Содержала призыв к расправе над помещиками и чиновниками. В Дмитриевском уезде вспыхнули массовые беспорядки, которые перекинулись на другие уезды, а также на Орловскую и Черниговскую губернии.

марта, четверг:"Лев Толстой о кризисе в России." "В "Русских ведомостях, появилось изложение статьи Л.Н.Толстого, опубликованной в феврале в лондонской газете "Таймс." Толстой осуждал политическую борьбу революционных партий в России, заявляя, что единственным средством уничтожения зла является религиозно-нравственное совершенствование личности."

Этот вопрос встал только сегодня! Встал во весь рост! Мы живём в ужасное время оккупации Земли материальной скверной и вожделением плоти, скотами, которые снова вернули религии в руки великих путанников, чтобы они снова стали опиумом для народов, как говорил Ленин. К сожалению это невозможно решить мирным путём, скотов надо победить, режим капитализма надо уничтожить и тогда только возможно продолжение строительства Новой Цивилизации и именно путём решения основной задачи - воспитание воспитателей в мировоззрении Устава общения людей друг с другом и окружающим миром, который принёс Божьим промыслом Христос, за что чернь Его зверски убила. Поскольку скотина сидит в каждом из нас, то прежде всего для победы в информационно-психологической войне, объявленной нам преисподней, надо через школы коммунизма объяснять людям, где Бог-Высший Разум- и где бог, придуманный великими путанниками -туман и опиум для народа. А третьего ничего нет. Есть золотая середина, так это - Учение Христоса об узком пути, ведущем в жизнь, в СССР это был "Моральный кодекс строителя коммунизма". А пока вернулся атеизм в самом уродливом виде. В бога не верит никто, об истинном боге ничего не знает и не понимает, поэтому идёт разгул преисподней.

Март:"Положение в Закавказье." На части территории Тифлисской губернии в связи с массовыми забастовками и крестьянскими волнениями, сопровождающимися нападениями на административные учреждения, имения и магазины, введён режим военного положения.

- 27 апреля:"Начавшаяся революция ещё более высветила раскол в лагере российских социал-демократов. К концу 1904 г. обе социа-демократические фракции - большевики и меньшевики - имели свои руководящие и печатные органы. Между ними шла ожесточённая идейно-теоретическая и пропагандистская борьба за влияние на массы. В этих условиях состоялся Третий съезд РСДРП (12 - 17 апреля, Лондон), созванный большевиками. Общая численность партии достигала 26 500 человек(14000 большевиков и 12500 меньшивикрв). Съезд принял резолюции о характере начавшейся революции (определив её как буржуазно-демократическую), о расстановке политических сил, об основных задачах партии и формах и методах борьбы ( в том числе о вооружённом восстании), о временном революционном правительстве и т.п. Съезд поручил ЦК РСДРП выработать предложения об условиях слияния с меньшевиками. Был также принят новый устав партии, завершивший (Божьим промыслом) её организационное строение на принципах жёсткого централизма и партийной дисциплины. Меньшевики в это же время провели в Женеве конференцию партийных работников. Её решения выявили коренные разногласия с большевиками по важнейшим вопросам партийной политики и тактики. Раскол в партии усугублялся, что серьёзно ослабляло позиции социа-демократов. Объединительные настроения были особенно среди рядовых членов. Рабочие выражали готовность к объединению даже без социал-демократической интеллигенции. Большую роль в подготовке объединения социал-демократов сыграла работа В.И. Ленина "Две тактики социал- демократии в демократической революции, " вышедшая в конце июля 1905г. в Женеве. В ней Ленин раскрыл принципиальную основу разногласий между большевиками и меньшевиками и наметил пути их преодоления.( Ленин был настоящим генератором Высшего Разума, знал всё, что надо делать. Бог благославлял весь путь рождения Новой Цивилизации, потому что это было удивительное время активнейшего энерго-информационного обмена людей с Высшим Разумом)

Март. "После 40-летнего запрета цензурой вышел в свет роман Н.Г Чернышевского "Что делать?" (эта книга священника была для лицемерного неправедного триединства хуже атомной бомбы).... Май:"В различных районах страны начались крестьянские волнения, охватившие в мае - июне Украину, Кавказ, Белоруссию, Прибалтику, Поволжье, Черноземный центр.

- 15 мая в Корейском проливе у острова Цусима произошло сражение между русскими 2-й и 3-й Тихоокеанскими эскадрами под командованием вице-адмирала Рождественского и японским флотом адмирала Того. Японский флот, оснащённый новейшей боевой техникой, превосходил русскую эскадру в скорострельности артиллерии, мощности фугасных снарядов и в быстроте хода. Используя это превосходство, японские корабли в самом начале сражения повредили и подожгли флагманский броненосец "Суворов". Рождественский был ранен, и его штаб переправился на миноносец "Буйный", который был настигнут японцами и захвачен. Эскадру теперь фактически вели командиры головных броненосцев. Вскоре командование ею принял адмирал Н.И. Небогатов. Бой продолжался. Русские теряли один корабль за другим : затонули броненосцы "Ослябля", "Александр Третий", "Суворов"... В конце концов эскадра распалась на отдельные группы и одиночные корабли, которые были настигнуты и потоплены японцами. Утром 15 мая остатки главных сил под командованием Небогатова были окружены японцами и сдались. Во Владивосток прорвались лишь один лёгкий крейсер и два эсминца - всё, что осталось от морской армады. Из 14 000 человек команды погибли более 5 000, около 800 человек были ранены и контужены. Цусимская трагедия стала последним актом русско-японской войны. После этого сражения само название "Цусима" стало нарицательным для обозначения полной катастрофы поражения и капитуляции.

июня, понедельник:"Николай Второй принял в Петергофе депутацию майского земского-городского съезда (24-26.5.1905г.) В ходе приёма кн. Трубецкой заявил, что участие в народном представительстве должно быть предоставлено всему населению без различия сословий. Николай Второй, в свою очередь подчеркнул, что единение царя и народа должно происходить в согласии с традиционными устоями Российского государства. (Эти устои замечательно уточнил Пётр Первый. Он был убеждён, что народ это навоз для почвы его замыслов.)

-9 октября - начало всероссийской стачки. В Москве началась стачка рабочих Московско-Казанской и Московско-Ярославской железнодорожных мастерских. Седьмого октября Центральное Бюро Всероссийского железнодорожного союза направило на все железные дороги страны телеграммы с призывом к всеобщей забастовке

октября-четверг - Петербургский совет рабочих депутатов. Первые Советы возникли стихийно ещё в первой половине 1905 года. Забастовочные комитеты, делегатские и депутатские собрания, рабочие комиссии по мере роста революционных событий расширяли свои традиционные полномочия и превращались в выборные органы с определёнными властными функциями. Особенно ярко это проявлялось в ходе Всероссийской октябрьской политической стачки, когда возникло около 50 Советов рабочих (а кое-где и солдатских, матросских и крестьянских) депутатов. В Петербурге 12 октября забастовочные комитеты были созданы на каждом бастовавшем предприятии. Вечером 13 октября состоялось первое заседание 40 выборных представителей стачкомов, составивших Совет рабочих депутатов. Вскоре в него вошли 562 депутата, представлявших 200 000 рабочих 147 фабрик и заводов, 34 мастерских и 16 профсоюзов. Председателем был избран известный в рабочих кругах адвокат по трудовым делам Хрусталёв-Носарь. Совет пытался контролировать всю городскую жизнь - от охраны порядка в городе и на предприятиях до регулирования деятельности городских хозяйственных служб. В его составе оказались представители различных партий - социал-демократы, эсеры, бундовцы, которые с самого начала политизировали деятельность выборного рабочего представительства. Постепенно Совет стал превращаться во всероссийский политический центр, становясь зачатком новой революционной власти. Он установил связи с Всероссийским Крестьянским и Железнодорожным союзами, с возникающими Советами на местах. Власти долгое время не решались вмешиватьсяя в его деятельность. Только 26 ноября они решились на первый пробный удар, арестовав его председателя. Потом аресты стали регулярными, но Совет каждый раз возрождался. 2 декабря был опубликован т.н."Финансововый манифест" Петербургского совета: с целью подорвать финансовую базу режима он обратился к населению с призывом забирать вклады из банков и сберегательных касс, не платить налогов и податей. 4 декабря Совет постановил объявить всеобщую политическую забастовку. Забастовка началась 8 декабря, но в Петербурге она так и не стала всеобщей и её не удалось перевести в вооружённое восстание. После 50 дней борьбы Петербургский Совет прекратил своё существование.

октября. Император Николай второй подписал манифест "Об усовершенствовании государственного порядка," в котором декларировались основные гражданские свободы и содержалось обещание немедленного избрания и созыва Государственной думы. Накануне подписания манифеста Николай Второй заметил;"Да, России даруется конституция. Немного нас было, которые боролись против неё. Но поддержки в этой борьбе ниоткуда не пришло, всякий день от нас отворачивалось всё большее количество людей и в конце концов случилось неизбежное..."Утром следующего дня текст манифеста был опубликован в "Правительственном вестнике." "Об усовершенствовании Государственного порядка."..."Смуты и волнения в столицах и во многих местностях империи нашей великой и тяжкой скорбью преисполняют сердце наше. Благо Российского государя неразрывно с благом народным.(вот такую лицемерную чушь собачью мелет "помазанник божий." Неужели и в самом деле чернь не ведает что творит?! А послушайте дальше эту преисподнюю на Земле!)... От волнений, ныне возникших, может явиться глубокое нестроение народное и угроза целости и единству державы нашей. (Будто и в самом деле там, где есть в наличии неправедное триединство и триединство праведное это есть единая страна! Сегодняшнее воскресшее неправедное триединство тоже убеждает нас, советских людей, раз и навсегда избравших Богу служить и Ему одному поклоняться, стараются убедить, что только сегодня возможна единая Россия, призывают нас к толлерантности). Великий обет царского служения повелевает нам всеми силами разума и власти нашей (угореть, такое слушать. И ведь на полном серъёзе говорится такая чушь!) стремиться к скорейшему прекращению столь опасной для государства смуты. (прекращение смуты это значит загнать поскорее рабов в их стойла, ужесточить систему минус, чтоб более и думать забыли о свободе от неправедного триединства их богом помазанного). Повелев надлежащим властям принять меры к устранению прямых проявлений беспорядков, бесчинств и насилий, и охрану людей мирных, стремящихся к спокойному выполнению лежащего на каждом долга, мы, для успешнейшего выполнения общих преднамечаемых нами к умиротворению государственной жизни мер, признали необходимым объединить деятельность высшего правительства. На обязанность правительства возлагаем мы выполнение непреклонной воли нашей:...1)Даровать населению незыблемые основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести и слова....,2) Не останавливая предназначенных выборов в Государственную думу, привлечь теперь же к участию в Думе, в мере возможности, соответствующей краткости остающегося до созыва Думы срока, те классы населения, которые ныне совсем лишены избирательных прав, предоставив засим дальнейшее развитие начала общего избирательного права вновь установленному законодательному порядку... 3) Установить, как незыблемое правило, чтобы никакой закон не мог восприять силу без одобрения Государственной думы и чтобы выборным от народа обеспечена была возможность действительного участия в надзоре за закономерностью действия поставленных от нас властей. Призываем всех верных сынов России вспомнить долг свой перед Родиной, помочь прекращению сей неслыханной смуты и вместе с нами напрячь все силы к восстановлению тишины и мира на родной земле"...( Вот так совершенно замечательно царь приказал своей волей даровать населению ещё более замаскированные лицемерие и ложь...) А жизнь 20 века продолжается:"18-28 октября в России и на Украине (в 660 городах и сёлах) прошли массовые еврейские погромы. Жертвы: десятки убитых и погибших при пожарах.

октября, среда, опубликован высочайшиий указ "О мерах и укреплению единства в деятельности высших органов власти." Председателем Совета министров назначен граф Витте. Подписан указ об отставке обер-прокурора Святейшего Синода Победоносцева К.П.

октября, четверг, похороны Николая Эрнестовича Баумана, одного из лидеров социал-демократов (большевиков), превратились в грандиозную антиправительственную демонстрацию (участвовало около 30 000 человек). В Москве остановились все промышленные предприятия. Траурная процессия растянулась на несколько километров. Поздно вечером толпа, возвращавшаяся с похорон, была обстреляна, "охотнорядцами" в районе Манежа. Заранее спланированная провокация стоила жизни нескольким участникам похороной демонстрации. (На войне, как на войне! Борьба между парведным и неправедны триединствами всё острее и в ней врагам народа всё труднее скрывать соё истинное лицо). Выпускник Казанского ветеринарного института Бауман с середины 1890-х включился в активную революционную деятельность, был одним из сподвижников В.И.Ульянова (Ленина) по петербургскому "Союзу борьбы за освобождение рабочего класса"" - нелегальной организации, действовавшей с конца 1895 года. В 1897г. арестован и заключён в Петропавловскую крепость, в 1899г. сослан в Вятскую губернию, откуда бежал за границу. Был делегатом Второго съезда РСДРП (1903) от Московской организации. С 1903 г. возглавлял МК РСДРП и северное бюро ЦК РСДРП. В июне 1905 года был арестован и заключён в Таганскую тюрьму, из которой был освобождён 8 октября 1905 года, сразу после начала общегородской забастовки. Убит во время организованной большевиками демонстрации надсмотрищиком рабочих бараков фабрики Щапова черносотенцем Михалиным. ( У черни на войне с Богом и Бога избравшим народом, свои герои. Странно, что до сих пор наша чернь не переименовала Институт им. Баумана и не дала ему имя своего героя - Михалина.) Лучшие посланники Божьи гибли на этой войне, у них кроме слов правды о высших законах Устава общения людей друг с другом и окружающим миром, не было ничего. Всё время хочется цитировать Пушкина. "Пока свободою горим, пока сердца для чести живы, мой друг, отчизне посвятим души прекрасные порывы! Товарищ верь: взойдёт она, Звезда пленительного счастья, Россия вспрянет ото сна, и на обломках самовластья напишет наши имена." Да, и Отчизна написала имена своих героев, не жалевших жизней своих во имя Новой Цивилизации, но вернулась чёрная плесень и с остервенением, спеша и спотыкаясь, уничтожила Божьи творения и включила процеес самоуничтожения человества. Хотя она так не думает. Уверена - право на жизнь имеет только преисподняя).

Октябрь: черносотенные погромы (черносотенцы - члены погромно- монархических организаций "Союз русского народа," Союза Михаила Архангела" (нормально, да!? И ангелов призвали себе служить) и другие в 1905 - 1917 и "чёрных сотен," - вооружённых отрядов деклассированных элементов для борьбы с революционным движением в 1905-1907гг. - элита плесени!!!)

Октябрь - ноябрь:"Новая волна крестьянского движения. Крестьянские волнения охватили Воронежскую, Курскую, Тамбовскую, Пензенскую, Московскую, Тверскую, Нижегородскую, Самарскую, Саратовскую, Черниговскую, Екатеринославскую, Минскую и ряд других губерний, а также Дон, Закавказье, Прибалтику.

ноября, среда: Петербургский совет объявил о начале всеобщей городской стачки. Поводом стало предание военно-полевому суду участников Кронштадского восстания (26-28. 10. 1905г.) В стачке, продолжавшейся до 7 ноября, участвовало около 140 000 рабочих и служащих.

- 10 ноября проходивший в Москве Второй Всероссийский съезд Крестьянского союза высказался за эсеровскую программу решения аграрного вопроса, предусматривавшую экспроприацию всех частновладельческих земель и национализацию всей земли. (экспроприация - насильное отчуждение захваченной собственности: 1) в буржуазном праве - принудительное отчуждение, оплачиваемое или безвозмездное, имущества, производимое государственной властью; 2) лишение общественного класса или слоя находящихся в его собственности земли и средств производства, служащим для эксплуатации, посредством принудительного изъятия или экономическим путём - например, обезземеливание крестьянства помещиками и капиталистами, которые по сути своей в глубине веков стали захватчиками земли, то есть её оккупантами, национализация частнокапиталистической собственности в результате социалистической революции и восстановления справдливости : всё, что на Земле и в её недрах, принадлежит всем, а сама Земля не принадлежит никому.

- 4 ноября, четверг, опубликован высочайший манифест "Об улучшении благосостояния и облегчения положения крестьянского населения," объявлявший с 1 января 1907 г. полную их отмену (всего на сумму около 80 млн. руб.) без чего невозможно было бы передавать земли в частную собственность крестьян (что снова является несправедливостью, так как земля принадлежит всем и на ней возможна только коллективная хозяйственная деятельность.) В тот же день опубликован указ, предоставлявший Крестьянскому банку право неограниченной скупки помещичьих имений с последующей перепродажей их крестьянам ( Ничего не меняется в преисподней!!!)

ноября, воскресенье: 18 февраля 1905 года Николай Второй издал указ, предоставляющий право всем верноподданным "подавать виды и предложения" на высочайшее имя по вопросам, касающимся "усовершенствования государственного благоусторойства и улучшения народного благосостояния." (Имеется в виду, что чернь устроена и благополучна и с этим благополучием не собирается расставаться, но понимает, что надо задобрить опасное безграмотное большинство и, опять же, только во имя своего спокойствия). 6 августа 1905 г. были приняты указ "Об учреждении Государственной думы" и "Положение о выборах в неё, которые отменяли указ от 18 февраля. Отныне, как гласил 61-й параграф Положения, "В Государственную думу воспрещается являться депутациям, а также представлять словесные и письменные заявления и просьбы." Самовольные сходы крестьян не допускались или разгонялись силой. Однако остановить поток "обращений и предложений с мест " власти уже не могли. Эти обращения имели форму приговоров, постановлений, наказов, прошений, резолюций, писем, которые начинались, как правило, с описания бедственного положения крестьян, а заканчивалось изложением требований и пожеланий. ( И снова хочется почитать Пушкина. Кто из его современников лучше знал и чувствовал деревню при власти неправедного триединства как не он. Вот строки из стихотворения "Деревня": ..."Но мысль ужасная здесь душу омрачает: среди цветущих нив и гор друг человечества печально замечает везде невежества убийственный позор, не видя слёз, не внемля стона, на пагубу людей избранное судьбой, здесь барство дикое без чувства, без закона, присвоило себе насильственной лозой и труд, и собственность, и время земледельца. Склонясь на чуждый плуг, покорствуя бичам, здесь рабство тощее влачится по браздам неумолимого владельца. Здесь тягостный ярем до гроба все влекут, надежд и склонностей в душе питать не смея, здесь девы юные цветут для прихоти бесчувственной злодея. Опора милая стареющих отцов, младые сыновья, товарищи трудов, из хижины родной идут собой умножить дворовые толпы измученных рабов. О, еслиб голос мой умел сердца тревожить! Почто в груди моей горит бесплодный жар и не дан мне судьбой витийства грозный дар? Увижу ль, о друзья, народ неугнетённый и рабство, падшее по манию царя, и над отечеством свободы просвещённой взойдёт ли наконец прекрасная заря?"....А эта Пушкинская сказка совершенно точно и замечательно объясняет всю суть царских обещаний и вообще суть самодержавия...."Ура! В Россию скачет кочующий деспот. Спаситель горько плачет, за ним и весь народ. Мария в хлопотах Спасителя стращает:"Не плачь, дитя, не плач, сударь: вот бука, бука - русский царь!" - царь входит и вещает:"Узнай народ российский, что знает целый мир: и прусский и австрийский, Я сшил себе мундир. О радуйся народ: я сыт, здоров и тучен; меня газетчик прославлял; Я пил, и ел, и обещал - и делом не замучен. Послушайте в прибавку, что сделаю потом: Лаврову дам отставку, а Соца - в жёлтый дом: закон постановлю на место вам Горголи, и людям Я права людей, по царской милости моей, отдам из доброй воли."....От радости в постеле запрыгало дитя:"Неужто в самом деле? Неужто не шутя?" А мать ему:"Бай-бай! Закрой свои ты глазки: пора уснуть уж наконец, послушавши, как царь-отец расказывает сказки." У Пушкина много точных зарисовок из жизни русской черни и "счастливой жизни" народа. ... "Крестьяне часто посылали свои приговоры в газеты. Появление в газете первого такого постановления произвело на многих впечатление разорвавшейся бомбы... точно это был призыв к немедленным захватам и грабежам. Наибольшую известность приобрёл "Приговор сельского схода крестьян с. Маркова Московской губернии." Крестьяне Марковской волости Волокаламского уезда провозгласили у себя "республику," избрали своё правительство и перестали исполнять распоряжение властей. Их "Приговор" содержал 12 пунктов- требований. В ноябре "Приговор" появился в газетах. Позднее он вышел отдельной брошюрой (около 0,5 млн. экз.), а вскоре был напечатан в газетах Франции и США под названием "крестьянский манифест."

ноября, вторник:"В С.-Петербурге объявлено о создании правой политической организации "Союз русского народа." Основан по инициативе членов "Русского собрания." Председателем избран Дубровин, товарищем председателя Пуришкевич, Печатный орган "Русское знамя."

ноября, вторник. Правомонархические политические объединения стали возникать в начале 1905 г. как своеобразная реакция на развитие массового революционного движения. Крупнейшей и влиятельнейшей организацией среди них стал "Союз русского народа"(СРН), возникший в Петербурге по инициативе наиболее активных членов "Русского собрания." (26.1. 1901г). Его руководящую верхушку составили интиллегенция правой ориентации: духовенство, купцы, землевладельцы, государственные служащие; подавляющее же большинство членов составляли крестьяне, отчасти ремесленники, рабочие, мелкие торговцы и т.п. Главной целью организации объявлялась борьба с революцией. Основными програмными положениями союза были - единство и неделимость империи, сохранение самодержавия и единение его с народом путём созыва всероссийского совещательного Земского собора, господство православной церкви. Социальная программа, расчитанная на создание массовой народной опоры, включала требования: условия облегчения выхода из общины отдельных хозяев и признания подворного земледелия, уравнение в правах всех сословий, бесплатное народное образование, государственное страхование рабочих и т. п. Согласно устава союза, утверждённого МВД в августе 1906 г. членство в нём было как индивидуальным, так и коллективным; высшим органом объединения считались всероссийские съезды, исполнительным органом - Главный совет (первым его предселателем был выбран врач А.И. Дубровин). На местах образовались губернские и уездные отделы, подотделы, боевые дружины. Печатным органом стала газета "Русское знамя." К концу 1907г. СРН насчитывал около 350 000 человек. Он стал фактически основным координирующим центром правомонархического движения. В 1906-1907гг им было проведено четыре всероссийских монархических съезда, созданы Главная и губернские коалиционные управы объединённого русского народа. Не без его участия было проведено несколько террористических актов против революционеров и либералов, организованы еврейские погромы. Однако вскоре после подавления революции, численность СРН начала стремительно сокращаться. В результате борьбы за лидерство в его верхушке, обострения политических противоречий объединение распалось на несколько враждовавших между собой организаций. В 1908 г. от него отпочковался "Союз Михаила Архангела" ( ни перед чем не останавливается чернь преисподней, ангела призвала на свою неправедную войну) во главе с Пуришкевичем, и "Всероссийский дубровинский союз русского народа. В марте 1917г. все эти организации были распущены, а их деятельность стала предметом расследования Всероссийской чрезвычайной комиссии - ВЧК.( А как чернь хотела?! Объявила войну Богу и Богоизбранному народу, оккупировала Землю, вооружилась до зубов оружием, религией, ложью, лукавством и прочими штучками преисподней, держит безграмотное большинство в невежестве и благодаря этому процветает и чтоб её не судили. Обнаглела, однако!)

-15 ноября:"В Севастополе восстали моряки и солдаты, которых возглавил лейтенант в отставке П.П. Шмидт. Восстание подавлено правительственными войсками.

ноября, вторник:"В Москве открылся Всероссийский съезд землевладельцев. Председателем съезда избран А.Г. Щербатов. Около 150 делегатов обратились к правительству с требованием восстановить в сельских местностях империи прочный порядок и законность. (Понятное дело, эти господа из неправедного триединства свечи ставят своему богу - золотому тельцу, ведь знают прекрасно, что нарушают все законы Божьи, но на своём стоят, объявляя неправедный порядок мировым порядком, и лицемерят, что верят в святую троицу: Отца - Сына и Святого Духа. Как точно называл чернь Христос "порождения ехиднены," "Лицемеры! Приближаются ко Мне люди сии устами своими и чтут Меня языком, сердце же их далеко отстоит от Меня!" - точнее не скажешь. Внимательно читайте Новый Завет.)

ноября - 15 декабря:"В течение месяца продолжалась всероссийская стачка почтовых служащих и телеграфистов.

ноября , вторник: В Москве создан Московский совет рабочих депутатов. На своём первом заседании Совет решил направить в крупные города России рабочих депутатов для установления контактов и согласования тактики дальнейших действий."

ноября, четверг:"В Петербурге арестован председатель Совета рабочих депутатов Хрусталёв-Носарь. 3 декабря арестованы все 267 делегатов Совета. ( на войне как на войне. Неправедное триединство, вооружённое до зубов религией, армией, безграмотным большинством, мировым порядком и чёрт знает чем ещё).

декабря, четверг:"В Петербурге прошла общегородская политическая стачка, продолжающаяся до 16 декабря.

-15 декабря:"В Новороссийске началась общегородская стачка, в ходе которой 10 декабря был создан Совет рабочих депутатов, взявший в свои руки власть в городе. Образовалась "Новороссийская республика."

-19 декабря :"Политические стачки охватили Екатерининскую, Юго-Восточную и Владикавказскую железные дороги. 19 декабря Центральное бюро Всеросийского железнодорожного союза объявило о прекращении политической забастовки и призвало всех железнодорожников активно готовиться к предвыборной компании для проведения своих представителей в Государственную думу."

декабря, воскресенье :"Манифестом, 17 октября с.г. изданным, мы возвестили о непреклонной воле нашей, не останавливая предназначенных выборов в Государственную думу, привлечь к участию в ней, в мере возможности, те классы населения, кои избирательными правами не пользовались, предоставив дальнейшее развитие общего избирательного права вновь установленному законодательному порядку." Указ расширял круг избирателей. В основу избирательной системы в Государственную думу был положен принцип выборов по сословиям (куриям), который применялся в России земских органов с 1864г. Выборы были многоступенчатыми (т.е. неравными для разных сословий) и непрямыми, а через выборщиков. В новом избирательном законе вводилась рабочая курия. Выборы оставались многоступенчатыми, не всеобщими и не равными. Один выборщик представлял от землевладельческой курии в 2000 избирателей, от городской один от - 7000, от крестьянской один от 30 000 избирателей, от рабочей один от - 90 000 избирателей. Исход выборов зависел от соотношения числа выборщиков от отдельных курий в губернских избирательных собраниях, где избиралось 488 членов Думы из общего числа 524 (36 членов избирались непосредственно от 26 наиболее крупных городов). Землевладельцы избирали 32%, крестьяне - 43%, горожане - 22% -3% депутатов Думы. По данной системе и были проведены выборы в первые Думы. (вот такие они игры преисподней, только раньше все эти лукавые ходы-выходы назывались законом и порядком, а сегодня обнаглевшая преисподняя, уверенная, что пришла на века властвовать миром, так и называет всё, что творит - игрой, придумывает и придумывает правила игры. Доиграется! Ибо сказал Христос, что Он не покой принёс, а меч и быть борьбе, пока не победит скотов, людей неразумных - Человек Разумный - и не займёт плоть своё, отведённое Творцом, место: быть домом духовному Человеку Разумному.)

- 17 декабря:"В Таммерфорсе (Финляндия) состоялась Первая Конференция РСДРП, созванная большевистским крылом руководства партии. Принята резолюция об активном байкоте Государственной думы. "Аграрная резолюция" выдвигала требование конфискации всех государственных, церковных, монастырских, удельных, кабинетских и частновладельческих земель. Участники конференции высказались за созыв объединительного съезда РСДРП.

декабря, пятница:"В С.-Петербурге состоялось собрание "Крестьянского Союза правового прядка," организованного при одноименной партии. Около 100 участников собрания одобрили устав, провозглашавший задачей союза объединение крестьян всей России для установления монархическо- конституционного правления."

-19 декаря - Вооружённое восстание в Москве:"Первая кровь в Москве пролилась на исходе 9 декабря. Царские войска окружили гимназию Фидлера, где обосновались вооружённые револьверами и самодельными бомбами дружинники. Расположенные на перекрёстке артиллерийские орудия открыли пальбу по восставшим. К 9 часам вечера на Тверской улице, у Триумфальных ворот появились первые баррикады. Вскоре линия баррикад протянулась вдоль бульваров от Трубной до Арбатской площади, по Садовым улицам, от Сухаревской башни до Смоленской площади, соединила Бутырскую Тверскую и Дорогомиловскую заставы. На улицах Москвы шли настоящие бои. Газета "Русские ведомости" писала:"11 декабря происходит ожесточённая стрельба в разных частях города. Стреляли из пушек на Сухаревской площади, в Каретном ряду, на Страстной площади, Неглинном проезде, у Николаевского вокзала и в других местах. Жертв в этот день было особенно много; раненными были заполнены многие больницы, частные лечебницы и перевязочные пункты; в полицейских частях не хватало мест для убитых, которых сваливали в пожарные сараи." Мятежники постепенно занимали внешнюю линию бульваров. Положение властей становилось критическим. Московский генерал-губернатор Дубасов требовал от правительства прислать дополнительные войска для подавления восстания. (вот такой он, Дух, у людей избравших жизнь по Божьим Законам. Почти безоружные против вооружённых до зубов оккупантов Земли.) 15 декабря в Москву были переброшены гвардейский Семёновский полк и Ладожский полк из Варшавы. Получив подкрепление, Дубасов перешёл в наступление. Войскам удалось расчленить группы восставших. Один за другим очаги восстания были подавлены. Дольше всех держалась Пресня (получившая с тех пор имя "Красная"), где особенно стойко сражались анархисты, многие из них погибли. Захваченные же мятежники без суда и следствия были расстреляны на месте. Вот такая она жестокая война Богоизбранного народа с неправедным триединством.

24 февраля русская армия потерпела поражение под Мукденом.

- 25 июня:" На самом современном судне российского Черноморского флота броненосце "Князь Потёмкин Таврический" взбунтовалась команда. В "Правительственном вестнике" 21 июня появилось сообщение с описанием беспорядков в Одессе и "небывалого в России бунта матросской команды."

15 июня на одесский рейд пришёл броненсец "Князь Потёмкин", от борта которого отвалила шлюпка с трупом мёртвого матроса. Покойник был положен на молу с пришпиленной на груди запиской, гласившей, что матрос Омельчук убит офицером невинно за высказанное им недовольство пищей, что с броненосца ответят орудийным огнём по городу, если со стороны начальства порта сделаны будут попытки убрать труп или приблизиться к судну. К месту, где был положен покойник, стали двигаться из города тысячи рабочих, и возбуждение среди них всё росло. Когда же для проверки известий об убийстве прибыл вместе с портовым начальством товарищ прокурора одесского окружного суда, матросы с угрозой и бранью заставили его удалиться... Начались поджоги. Выгорела почти вся территория порта... 16июня в Одессе объявлено военное положение. Город со всех сторон был скован кольцом войсковых частей..., и беспорядки прекратились." Для усмирения броненосца из Севастополя вышла эскадра в составе 5 броненосцев и 7 миноносцев. 17 июня при приближении эскадры "Потёмкин" пошёл ей навстречу. Матросы эскадры отказались открыть огонь по броненосцу. После 11-дневного плавания по Чёрному морю прибыл в порт Констанцу и сдался румынским властям. (Вот такое оно энергоинформационное поле 20 века. Поле это никуда не исчезает, оно живо, стоит только захотеть прикоснуться к прошлому и настоящее станет понятным),

- 11 (23 - 24) июля:"В ходе двухдневного свидания российского императора и германского кайзера у о. Бьёркё был подписан союзный договор между Россией и Германией, имевший самые неожиданные последствия. Формирование франко-русского союза (Антанты) серьёзно обеспокоило Германию, которая не раз предпринимала попытки взорвать намечавшееся соглашение. Ещё в конце 1904г. после англо-французского договора 8 апреля 1904г., о разделе сфер влияния в Африке. Германия предприняла попытку заключить союз с Россией. Использовав англо-русский конфликт, вызванный обстрелом русскими кораблями английских рыболовных судов близ Гулля, которые были приняты за японские миноносцы, кайзер Вильгельм Второй предложил заключить русско-германский договор о взаимной помощи в случае нападения со стороны одной из европейских держав. Николай Второй согласился, но при условии предварительного ознакомления с проектом договора Франции. Это не устраивало кайзера, т.к. нарушало его планы поставить Францию перед свершившимся фактом. Соглашение 12 декабря 1904г. гарантировало вооружённую помощь России в случае конфликта с Англией из-за поставок угля. В июле 1905 года, используя тяжёлое внутриполитическое положение России в случае конфликта и срыв переговоров о займе с Францией, добивавшейся скорейшего заключения мира с Японией. Германия предприняла ещё одну попытку оторвать Россию от союзника и заключить русско-германский договор. Вильгельм Второй предложил Николаю Второму встретиться в финских шхерах близ о.Бьёркё. Встреча состоялась, и кайзер предложил царю вернуться к прошлогоднему проекту договора. Император согласился и даже поставил свою подпись, предложив подписать документ и сопровождавшему его морскому министру Бирилёву, предаврительно закрыв текст рукой. По возвращении в Петербург Николай Второй сообщил о договоре министру иностранных дел Ламздорфу. Тот пришёл в смятение и посвятил в дело Витте. Оба принялись убеждать Николая Второго в неразумности предпринятого шага. В итоге царь уведомил кайзера, что договор не может вступить в силу без согласия Франции, что было дипломатической формой отказа от договора. К этому времени был уже подписан русско-японский мирный договор. Перед Россией был вновь открыт парижский денежный рынок, и шли переговоры о заключении столь необходимого займа.

(Удивительное дело! Чернь! Скоты! Чёрные люди, идеология которых материальная скверна и вожделение плоти, решают судьбы целых народов, ещё и прикрываются богом. Мёртвые души, продавшие душу дьяволу, стремятся к власти и деньгам и каждая мёртвая душа уверена, что победит в борьбе за власть. Объединяясь в группировки, побеждая , устанавливая неправедное триединство, тем не менее всегда оказываются в собственном дерьме и всё начинают сначала. Это те, кто не участвует в энргоинформационном обмене с Богом, а только между собой в энергоинформационном поле чёрных людей, где все друг другу враги, потому что каждыйсам за себя. Доколе же будет подавляющее большинство людей разумных терпеть процветание чёрной человеческой плесени?!)

августа (5 сентября):" Подписанием мирного договора между Россией и Японией завершилась мирная конференция, проходившя с 27 июля по 9 августа в Портсмуте (США). Об этом возвестил салют, прогремевший у здания Морского арсенала. По договору Россия уступала Японии:1) арендные права на Ляодунском полуострове с Порт-Артуром и Дальним; 2) Южно-Маньчжурскую железную дорогу между станциями Чаньчунь и Порт- Артуром; 3) часть о. Сахалина, расположенную южнее 50-й параллели северной широты со всеми прилегающими к ней островами. Кроме того, Россия признавала за Японией в Корее "преобладающие интересы политические, военные и экономические." Стороны договорились вывести свои войска из Маньчжурии, эксплуатировать принадлежащие им в Маньчжурии железные дороги "в целях коммерческих и промышленных," не возводить в своих владениях на о-ве Сахалине и на прилегающих к нему островах никаких укреплений. Договор предусматривал также порядок обмена военнопленными и установления торговых отношений между Россией и Японией. За успешное ведение переговоров, а они проходили в исключительно трудные для России времена, в условиях полной изоляции, порождённой её внутренней политикой, в условиях, когда симпатии практически всей Европы были на стороне Японии, Витте был возведён в графское достоинство, что дало повод его недоброжелателям приклеить ему ярлык "Граф Полусахалинский."

сентября, понедельник. В Москве началась забастовка типографских рабочих. Требования забастовщиков - установление 9-ти часового рабочего дня и 2-х недельного отпуска, 20%-е увеличение зарплаты, право выбора депутатов для посреднических переговоров с хозяевами - были отклонены. К забастовщикам присоединились рабочие других предприятий города. Московская забастовка переросла в октябре 1905 г. во всероссийскую...3 - 9 октября: о ходе Октябрьской стачки из воспоминаний Мицкевича: "К концу сентября в Москве бастовали все типографии, многие булочные, несколько механических заводов, мебельные фабрики, табачники, некоторые железнодорожные мастерские... Да, с этого времени Москва стала действительно революционным сердцем России... 7 октября началась забастовка на Московско-Казанской железной дороге, а за ней и на других. В Москве началась знаменитая всеобщая политическая Октябрьская стачка, ставшая скоро всероссийской.... Начали её машинисты Казанской дороги... Железнодорожники одни за другими дружно присоединились к стачке... 12 октября к забастовке присоединяются городские коммунальные рабочие, останавливаются трамваи, конки, электрическое освещение, телефоны, но водопровод ещё действует... Закрываются большие магазины... есть слухи, что завтра закроются пекарни и булочные, и население спешно раскупает хлеб. Прекращаются занятия в среднеучебных заведениях, и даже духовная семинария забастовала... Шли непрерывные митинги днём и вечером... Вся Россия до отдалённых её углов находилась в революционном кипении. Чувствовалось, что мы переживаем великие события... 14-15 октября были днями наивысшего подъёма стачечной волны: в эти дни не работал в Москве водопровод... Москва в эти дни представляла собой жуткую и грозную картину, особенно вечером. Город как бы вымер - полная тьма на улицах, темно в домах... только в высших учебных заведениях идут митинги... С одной стороны - чувствуются мощь рабочего класса, приостановившего всю жизнь города, но с другой стороны, не видно её активных попыток перейти в наступление, к взятию власти в свои руки."....

- 18 октября в Москве состоялся учредительный съезд Конституционно-демократической партии (партии "народной свободы"), на котором принята программа и устав кадетской партии....16 октября, воскресенье: монархисты против городской думы. В Москве т. н. анархическая партия опубликовала воззвание к горожанам с призывом подписаться под адресом о лишении Московской городской думы её полномочий. По мнению монархистов, Дума "своей революционной деятельностью порвала последние связи с верноподданным населением Москвы."

ЧТО ПРОИСХОДИТ В РОССИИ?...Бунт или революция? Таков вопрос, который ставят себе европейские журналисты и репортёры, сообщающие всему миру о петербургских событиях и пытающихся дать их оценку. Бунтовщики или это десятки тысяч пролетариев, против которых победоносно выступило царское войско? И заграничные газеты, имеющие всего более возможности "со стороны," с беспристрастием летописцев, рассматривать события, затрудняются ответить на вопорс. Они сбиваются постоянно с одной терминологии на другую. И неудивительно. Недаром говорят, что революция есть удавшийся бунт, а бунт есть неудавшаяся революция. Кто присутствует при начале великих и грандиозных событий, кто имеет возможность лишь очень неполно, неточно, из третьих рук знать кое-что из происходящего, - тот, разумеется не решается высказаться определённо до поры до времени. Буржуазные газеты, по-старому говорящие о бунте, мятеже, беспорядках, не могут не видеть, однако, их общенационального, даже международного значения. А именно это ведь и придаёт событиям характер революции. И пишущие о последних днях бунта нет-нет да и переходят к речам о первых днях революции. Поворотный пункт в истории России наступил. Это не отрицается самым заядлым европейским консерватором, полным восторга и умиления перед могучей, бесконтрольной властью всероссийского самодержавия. О мире между самодержавием и народом (непарведным и праведным триединствами) не может быть и речи. О революции говорят не одни какие-нибудь отчаянные люди, не одни "нигилисты," какими всё ещё считает Европа русских революционеров, а все и всякий, сколько-нибудь способный интересоваться мировой политикой. Русское рабочее движение за несколько дней поднялось на высшую ступень. На наших глазах оно вырастает в общенародное восстание. Понятно, что нам здесь, в Женеве, из нашего проклятого далёка, становиться неизмеримо труднее поспевать за событиями. Но, пока мы осуждены ещё томиться в этом проклятом далеке, мы должны стараться поспевать за ними, подводить итоги, делать выводы, почерпать из опыта сегодняшней истории уроки, которые пригодятся завтра, в другом месте, где сегодня ещё "безмолствует народ" и где в ближайшем будущем в той или иной форме вспыхнет революционый пожар. Мы должны делать постоянное дело публицистов - писать историю современности и стараться писать её так, чтобы наше бытописание приносило посильную помощь непосредственным участникам движения и героям-пролетариям там, на месте действий, - писать так, чтобы способствовать расширению движения, сознательному выбору средств, приёмов и методов борьбы, способных при наименьшей затрате сил дать наибольшие и наиболее прочные результаты. В истории революций всплывают наружу десятилетиями и веками зреющие противоречия. Жизнь становится необыкновенно богата. На политическую сцену активным борцом выступает масса, всегда стоящая в тени и часто поэтому игнорируемая или даже презираемая поверхностными наблюдениями. Эта масса учится на практике, у всех перед глазами делая пробные шаги, ощупывая путь, намечая задачи, проверяя себя и теории всех своих идеологов. Эта масса делает героические усилия подняться на высоту навязанных ей историей (прошлым, построенном людьми строится будущее) гиганских мировых задач, как бы велики ни были отдельные поражения, как бы ни ошеломляли нас потоки крови и тысячи жертв, - ничто и никогда не сравнится, по своему значению, с этим непосредственным воспитанием масс и классов в ходе самой революционной борьбы. Историю этой борьбы приходится измерять днями. И недаром некоторые заграничные газеты завели уже "дневник русской революции." Заведём такой дневник и мы.... - (Ленин т.9 с.207-208).... (Такой дневник необходимо вести и нам, советским, особенно тебе, дорогая наша компартия, надо заняться хроникой событий, авторами которых стала наша и иноземная чернь. Учиться нам надо, а урокам, которые нам преподаёт чернь, цены нет. Нельзя ни одного пропустить.)

ПОП ГАПОН...."Что поп Гапон - провокатор, за это предположение говорит как будто тот факт, что он участник и коновод зубатовского общества. Далее, заграничные газеты, подобно нашим корреспондентам, отмечают тот факт, что полиция умышленно давала пошире и посвободнее разрастись стачечному движению, что правительство вообще (и великий князь Владимир в особенности) хотело вызвать кровавую расправу при наиболее выгодных для него условиях. Английские корреспонденты указывают даже, что энергичное участие именно зубатовцев в движении должно было быть особенно выгодным для правительства при таком положении дел. Интеллигенция революционная и сознательные пролетарии, которые всего скорее бы, вероятно, запаслись оружием, не могли не чуждаться зубатовского движения , не могли не сторониться от него. Правительство имело таким образом особенно свободные руки и играло беспроигрышную игру: пойдут -де на демонстрацию наиболее мирные, наименее организованные, наиболее серые рабочие; с ними сладить ничего не стоит вашему войску, а урок пролетариату будет дан хороший; повод для расстрела всех и каждого будет великолепный; победа реакционной (или великокняжеской) партии при дворе над либералами будет полная; репрессия последует самая свирепая. И английские и консервативные немецкие газеты прямо приписывают правительству (или Владимиру) такой план действия. Очень вероятно, что это правда. События кровавого дня 9 января замечательно подтверждают это. Но существование такого плана нисколько не исключают и того плана, что поп Гапон мог быть бессознательно орудием такого плана. Наличность либерального, реформаторского движения среди некоторой части молодого русского духовенства не подлежит сомнению: это движение нашло себе выразителей и на собраниях религиозно-философского общества и в церковной литературе, это движение получило даже своё название: "новоправославное" движение (это и есть попытки привести к власти праведное триединство: Бог - Сын - Святой Дух). Нельзя поэтому безусловно исключить мысль, что поп Гапон мог быть искренним христианским социалистом, что именно кровавое воскресенье толкнуло его на вполне революционный путь. Мы склоняемся к этому предположению, тем более, что письма Гапона, написанные им после бойни 9 января о том, что "у нас нет царя," призыв его к борьбе за свободу от неправедного триединства и т.д.,- всё это факты, говорящие в пользу его честности и искренности, ибо в задачи провокатора никак уже не могла входить такая могучая агитация за продолжение восстания. Как бы там ни было, тактика соцал-демократов по отношению к новому вожаку намечалась сама собой: необходимо осторожное, выжидательное, недоверчивое отношение к зубатовцу. Необходимо во всяком случае энергичное участие в поднятом (хотя бы и зубатовцем поднятом) стачечном движении, энергичная проповедь социал-демократических воззрений и лозунгов, такой тактики держались, как видно из вышеприведённых писем, и наши товарищи из Петербургского комитета РСДРП. Как бы ни были "хитры" планы реакционной придворной клики, действительность классовой борьбы и политического протеста пролетариев, как авангарда всего народа, оказалось во много раз хитрее. Что полицейские и военные планы повернулись против правительства, что из зубатовщины, как мелкого повода, выросло широкое, крупное, всероссийское революционное движение, - это факт. Революционная энергия и революционный инстинкт рабочего класса прорвались с неудержимой силой вопреки всяким полицейским уловкам и ухищрениям....(В.И.Ленин т.9 с.210-211)

ПЛАН ПЕТЕРБУРГСКОГО СРАЖЕНИЯ...Странно, на первый взгляд, говорить о сражении, когда рабочие безоружные мирно шли подавать петицию. Это была бойня. Но правительство расчитывало именно на сражение и действовало, несомненно, по вполне обдуманному плану. Оно с военной точки зрения обсуждало защиту Петербурга и Зимнего дворца. Оно приняло все военные меры. Оно убрало все гражданские власти и отдало полуторамиллионную столицу в полное распоряжение жаждущим народной крови генералам с великим князем Владимиром во главе. Правительство нарочно довело до восстания пролетариат, вызвав баррикады избиением безоружных, чтобы подавить это восстание в море крови. Пролетариат будет учиться этим военным урокам правительства. И пролетариат научиться искусству гражданской войны, раз он начал уже революцию. Революция есть война. (и эта война, объявленная народу, тем, кто живёт в праведном триединстве, много веков назад, не пркращается по сей день.) Это - единственная законная, правомерная, справедливая, действительно великая война из всех войн, какие знает история. Эта война ведётся не в корыстных интересах кучки правителей и эксплуататоров, как все и всякие войны, а в интересах массы народа против тиранов, в интересах миллионов и десятков миллионов эусплуатируемых и трудящихся против произвола и насилия. Все сторонние наблюдатели в один голос признают теперь, что в России эта война объявлена и начата. Пролетариат поднимется снова ещё бОльшими массами. Остатки детской веры в царя вымрут теперь так же скоро, как скоро перешли петербургские рабочие от петиции к баррикадам. Рабочие будут повсюду вооружаться. Нужды нет, что полиция удесятерит строгости по надзору за складами и магазинами оружия. Никакие строгости, никакие запреты не остановят городские массы, осознавшие, что без оружия они всегда, по любому поводу, могут быть доведены правительством до расстрела. Каждый поодиночке будет напрягать все усилия, чтобы раздобыть себе ружьё или хоть револьвер, чтобы прятать оружие от полиции и быть готовым дать отпор кровожадным слугам царизма. Всякое начало трудно - говорит пословица. Рабочим было очень трудно перейти к вооружённой борьбе. Правительство теперь заставило их перейти к ней. Первый, самый трудный шаг сделан. Характерный разговор рабочих на одной из улиц Москвы передаёт английский корреспондент. Группа рабочих открыто обсуждала уроки дня. "Топоры?" - говорит один. - Нет, топорами ничего не сделаешь против сабли. Топором его не достанешь, а ножом ещё и того меньше. Нет, нужны револьверы, по меньшей мере револьверы, а ещё лучше ружья." Такие и подобные разговоры ведуться теперь по всей России. И эти разговоры после "владимирова дня" в Петербурге не останутся одними разговорами. Военный план для царя, Владимира, распоряжавшегося бойней, сводился к тому, чтобы не пустить рабочие пригороды в центр города. Солдат постарались всеми силами уверить, что рабочие хотят разрушить Зимний дворец (при помощи икон, крестов и петиций!) и убить царя. Стратегическая задача сводилась к охране мостов и главных улиц, ведущих к Дворцовой площади. И главными местами "военных действий" были площади у мостов (Троицкого, Сампсониевского, Николаевского, Дворцового), улицы, ведущие от рабочих кварталов к центру (у Нарвской заставы, на Шлиссельбургском тракте, на Невском), и, наконец, Дворцовая площадь, куда всё же таки, несмотря на все скопища, несмотря на весь отпор, проникли тысячи и тысячи рабочих. Задача военных действий, разумеется, страшно облегчалась тем, что все прекрасно знали, куда идут рабочие, знали, что существует лишь один сборный пункт и одна цель. Храбрые генералы действовали "с успехом" против неприятеля, который шёл с голыми руками, заранее поведав всем и каждому, куда и зачем он идёт... Это было самое подлое, хладнокровное убийство беззащитных и мирных народных масс. Теперь массы долго будут обдумывать и переживать в воспоминаниях и рассказах всё произшедшее. Единственным и неизбежным выводом этих размышлений, этого претворения "владимирова урока" в сознании массы будет тот вывод, что на войне надо действовать по-военному. Рабочие массы, а за ними и массы деревенской бедноты, сознают себя воюющей стороной , и тогда... тогда следующие сражения в нашей гражданской войне будут проходить уже по "планам" не одних только великих князей и царей. Призыв "К оружию!", раздававшийся в одной толпе рабочих на Невском 9-го января, не может теперь пройти бесследно.... - (Ленин т.9 с. 213-214).

ДОПОЛНЕНИЕ К СТАТЬЕ "ПЛАН ПЕТЕРБУРГСКОГО СРАЖЕНИЯ":"План петербургского сражения был описан нами в ?4 "Вперёд." В английских газетах мы находим теперь некоторые небезынтересные подробности относительно этого плана. Великий князь Владимир назначил командующим действующей армией генерала князя Васильчикова. Вся столица была поделена на участки между офицерами. Царь играл в войну совершенно серьёзно, как будто бы он находился перед нашествием вооружённого неприятеля. Во время военных операций главный штаб сидел за зелёным столом на Васильевском Острове и получал донесения от каждого начальника участка через каждые полчаса. К сведению петербургских рабочих! (написано 18 января 1905г. Ленин т.9 с.215)

" ЦАРЬ - БАТЮШКА" И БАРРИКАДЫ: Бросая общий взгляд на события кровавого воскресенья, всего более поражаешься этим сочетанием наивной патриархальной веры в царя и ожесточённой уличной борьбы с оружием в руках против царской власти. Первый день русской революции с поразительной силой поставил лицом к лицу старую и новую Россию, показал агонию исконной крестьянской веры в царя-батюшку и рождение революционного народа в лице городского пролетариата. Недаром европейские буржуазные газеты говорят, что Россия 10-го января уже не то, что была Россия 8-го января. Недаром названная нами выше немецкая социал-демократическая газета вспоминает, как 70 лет тому назад начиналось рабочее движение в Англии, как в 1834 г. английские рабочие уличными демонстрациями протестовали против запрещения рабочих союзов, как в 1838 году около Манчестера, вырабатывали они на громадных собраниях "народную хартию" и пастор Стивенс провозглашал, что "всякий свободный человек, который дышит вольным Божьим воздухом и ходит по вольной Божьей земле, имеет право на свой собственный очаг," и этот же самый пастор приглашал собравшихся рабочих взяться за оружие. У нас в России во главе движения тоже оказался священник, который за один день перешёл от призыва - идти с мирным ходатайством к самому царю - к призыву начинать революцию. "Товарищи, русские рабочие!," - писал священник Георгий Гапон после кровавого дня в письме, прочтённом на собрании либералов. - "У нас больше нет царя. Река крови протекла сегодня между ним и русским народом. Пора русским рабочим без него начать вести борьбу за народную свободу. Благословляю вас на сегодня. Завтра я буду среди вас. Сегодня сильно занят работой за наше дело." Это не священник Георгий Гапон говорит. Это говорят те тысячи и десятки тысяч, те миллионы и десятки миллионов русских рабочих и крестьян, которые до сих пор могли наивно и слепо верить в царя-батюшку, искать облегчения своего невыносимо тяжёлого положения у самого царя-батюшки, обвинять во всех безобразиях, насилиях, произволе и грабеже только обманывающих царя чиновников. Долгие поколения забитой, одичалой, заброшенной в медвежьих углах мужицкой жизни укрепляли эту веру. Каждый месяц жизни новой, городской, промышленной, грамотной России подкапывал и разрушал эту веру. Последнее десятилетие рабочего движения выдвинуло тысячи передовых пролетариев социал-демократов, которые вполне сознательно порвали с этой верой. Оно воспитало десятки тысяч рабочих, у которых классовый инстинкт, окрепший в стачечной борьбе и в политической агитации, подорвал все основы такой веры. Но за этими тысячами и десятками тысяч стояли сотни тысяч и миллионы трудящихся эксплуатируемых, унижаемых, оскорбляемых, пролетариев и полупролетариев, у которых ещё могла оставаться такая вера. Они не могли идти на восстание, они способны были только просить и умолять. Их чувства и настроение, их уровень знания и политическгого опыта выразил священник Георгий Гапон, и в этом состоит историческое значение той роли, которую сыграл в начале русской революции человек, вчера ещё никому не ведомый, сегодня ставший героем дня Петербурга, а за Петербургом всей Европейской печати. Понятно теперь, почему петербургские социал-демократы, письма которых мы привели выше, относились вначале и не могли не относиться с недоверием к Гапону. Человек, носивший рясу, веривший в бога и действовавший под высоким покровительством Зубатова и охранного отделения, не мог не внушать подозрений. Искренне или не искренне рвал он на себе рясу и проклинал свою принадлежность к подлому сословию попов, грабящих и развращающих народ, этого не мог с уверенностью сказать никто, кроме разве людей, близко знавших Гапона лично, т.е. кроме ничтожной горстки людей. Это могли решить только развёртывающиеся исторические события, только факты, факты и факты. И факты решили этот вопрос в пользу Гапона... Сможет ли социал- демократия овладеть этим стихийным движением? - с тревогой спрашивали себя наши петербургские товарищи, видя неудержимо быстрый рост всеобщей стачки, захватывающей необычайно широкие слои ппролетариата, видя неотразимость влияния Гапона на такие "серые массы," которые могли бы увлечься и провокатором. И социал-демократы не только не поддерживали наивных иллюзий насчёт возможности мирного ходатайства, они спорили с Гапоном, они прямо и решительно отстаивали все свои взгляды и всю свою тактику. И история, которую творили рабочие массы без социал-демократии, подтвердила правильность этих взглядов и этой тактики. Логика классового положения пролетариата оказалась сильнее ошибок, наивностей и иллюзий Гапона. Великий князь Владимир, действующий от имени царя и со всей властью царя, взялся своим подвигом палача показать рабочим массам то, и именно то, что социал-демократы всегда показывали и будут показывать им печатным и устным словом. Массы рабочих и крестьян, сохранившие ещё остаток веры в царя и бога, не могли идти на восстание, - сказали мы. После девятого января мы вправе сказать: теперь они могут идти и пойдут на восстание. "Царь-батюшка" своей кровавой расправой с безоружными рабочими сам толкнул их на баррикады и дал им первые уроки борьбы на баррикадах. Уроки "батюшки-царя" не пропадут даром. Социал-демократии остаётся позаботиться о возможно более широком рраспространении вестей о петербургских кровавых днях, о большой сплочённости и организованности своих сил, о более энергичной пропаганде давно уже выдвинутого ею лозунга: всенародного вооружённого восстания. (Ленин т.9 с.219).

Неужели ж непонятно, что Богом присланные посланники не только несут знания о праведном устройстве мира, разоблачая неправедное триединство, но имеют чертежи построения Новой Цивилизации, которая будет жить по законам Высшего Разума. Неужели не понятно людям разумным, что посланники Бога (Энерго-информационного Поля Мироздания) это есть генераторы Высшего Разума и через них мы узнаём, что Жизнь по знаку Бога - движение и покой - возможна только в святом (праведном) триединстве: Бог (Высший Разум коим пронизано всё во Вселенной) - Сын ( посланник Высшего Разума, принёсший людям законы общения людей друг с другом и окружающим миром) - Св. Дух (энергоиформационные потоки Высшего Разума, пронизывающие всё мироздание и души людей, принявших Устав).

1906 ГОД..... - 2-й съезд Конситуционно-демократической партии обсудил подготовку к выборам в Государственную думу и занял позицию бескомпромисной войны с правительством.... - 7 - 11 января - съезд предводителей дворянства. На съезде принято заявление, требующее от правительства принятия "твёрдых мер" для подавления революционных выступлений. В С.-Петербурге, На Урале, В Сибири, Закавказье, На Украине, в Прибалтике, Польше и других регионах прошли митинги и политические стачки, приуроченнные к годовщине "Кровавого воскресенья."..... - 10 - 26 во Владивостоке вспыхнуло восстание солдат и матросов, поддержанное рабочими города....

февраля - понедельник: Манифест 17.2. 1905г. возвестивший о предоставлении Государственной Думе законодательных прав, ничего не говорил о второй палате. Но ещё в декабре 1905г. Витте, первый председатель Совета министров, заявил, что "для того, чтобы вывести Россию из переживаемого ею кошмара, нельзя ставить Государственную думу наряду с государем. Между ними должен быть поставлен Государственный совет в обновлённом составе. Совет должен быть второй палатой и являться необходимым противовесом Думе, умеряя её." После обсуждения этого вопроса в "верхах" 20 февраля 1906г. последовали манифест и указы императора, которые преобразовывали Государственный совет из совещательного при царе органа во вторую, верхнюю палату, получавшую равные с Думой права. Отныне все законопроекты, принятые Думой, должны были поступать в Государственный совет, и лишь затем предоставлялись на утверждение императору. В реформированный Совет теперь в равном числе (по 98 членов) входили лица по назначению императора и по выборам. В основу выборов была положена высокоцензовая сословно-куриальная система. В Совет избирались:1) представители от губернских земских собраний - 34 (по одному от каждого); 2) от дворянских собраний - 18 членов; 3) от православного духовенства - 6 членов; 4) от Академии Наук и российских университетов - 6 членов; 5) от предпринимательских организаций - 12 членов. (Новое самодержавие сегодня в 21 веке реанимировало устройство неправедного триединства в полной мере. Так ловко всё обустроили! Из народа никого, а от безграмотного большинства - тем более. По всему видать, преисподняя готовилась к этому всё время, с начала революции, только в большинстве она стала к 80-м. Безграмотное большинство ходит в дураках и избирателях).

марта - суббота. В условиях подъёма революции власти не в силах были сдержать появление разного рода объединений, которые фактически возникали явочным порядком. Практически организационное оформление их началось ещё с издания указа 18 февраля 1905 г., когда население получило легальные возможности для заявления своих политических требований. Возникли многочисленные профессиональные союзы.

марта в Озерках близ С.-Петербурга по постановлению Боевой организации партии эсеров повешен священник Георий Апполонович Гапон; мотив - он предложил Департаменту полиции выдать боевую организацию эсеров. Рутенберг (руководитель партии эсеров) сообщил о планируемой провокации Гапона ЦК партии эсеров, которые приняли решение убить его. С именем Георгия Аполлоновича Гапона связано начало русской революции. Он родился в крестьянской семье, в 1893г., закончил духовную семинарию в Полтаве. В 1898-1903гг учился в Петербургской духовной академии, служил священником в пересыльной тюрьме. Осенью 1902г. познакомился с Зубатовым, у которого позаимствовал идею создания легальных рабочих организаций. Задачу таких организаций Гапон видел в борьбе с "революционной пропагандой,"в распространении среди рабочих идеи взаимопомощи, а также в улучшении условий труда и быта рабочих, но без насильственного нарушения порядка и законности." Этой цели должны были служить клубы, библиотеки при них с соответствующим подбором литературы и т.п. Заручившись содействием полиции, Гапон создал "Собрание русских фабрично-заводских рабочих С.-Петербурга" - довольно многочисленную организацию, имевшую 11 отделений и насчитывавшую свыше 10 000 членов. Однако, как и вслучае с зубатовскими обществами, стачечное движение опрокинуло планы Гапона. Подготовленная по его инициативе и от имени рабочих петиция к царю, в которой переплетались жалобы рабочих на тяжёлое положение, вера в помощь царя и ряд леворадикальных требований, дошла до адресата только после расстрела 9 января 1905 г. мирного шествия к Зимнему дворцу. Из-под пуль Гапона вытащил эсер Рутенберг, он же помог ему бежать за границу. После амнистии, объявленной Манифестом 17 октября 1905г, Гапон вернулся в Россию. Здесь он начал опасную игру - предложил Департаменту полиции выдать Боевую организацию эсеров. Рутенберг сообщил о планируемой провокации