Аксюта: другие произведения.

Рождённая летать

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 7.56*17  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Название изменено с "Крылья". Попадалово, фентезятина и приключалово.Совершенно невычитанный черновик - открывайте с осторожностью. Закончено 05.04.2015


Аксюта

РОЖДЁННАЯ ЛЕТАТЬ

  

1

   Шерил
   Двадцать два года - время выбора. Не для всех, но для близнецов-менестрелей - этот день всегда становился определяющим, от слов которые прозвучат в Зале Советов, будет зависеть вся их дальнейшая жизнь. Или, по крайней мере, значительная её часть. И ни сами они, ни их родители не могли повлиять на решение, который принимал Высокий Совет Творцов единолично. Только выслушать и подчиниться. Или взбунтоваться, но такие выходки, как правило, ничем хорошим не заканчивались.
   Хотя, что там, собственно, выбирать? Понятно же, что их разлучат, со всеми близнецами так бывает, и даже со слишком тесно сработавшимися просто братьями-сёстрами иногда. Потому, что каждый менестрель должен быть самостоятельным Творцом, а не придатком-резонатором другого. Шерил не повезло. Дар менестреля у неё хоть и обнаружился, но был настолько слаб, что полноценно заклинать у неё получалось, только войдя в резонанс с Алишером. Впрочем, и у него от этого способности тоже только усиливались. Так что вопрос состоял только в том, насколько далеко и надолго их друг от друга ушлют. А пока оставалось стоять в парке перед Дворцом Советов, переминаясь с ноги на ногу, ожидать своей очереди, да как бы невзначай обшаривать взглядом группы и группки в поисках знакомых.
   Вот как раз невдалеке от них остановилась знакомая парочка: Тор и Тирлин Вайда. Обычно нанесённые на кожу узоры и разная одежда делали этих двоих совершенно непохожими, но сегодня, в таких же штанах и рубахах из отбеленного полотна, как и на всех присутствующих, без грамма косметики на лице, они стали абсолютно неотличимы друг от друга. Но им-то хорошо, братья Вайды хоть и резонаторы друг для друга, а такого значительного перекоса в способностях как у Шерил с Алишером у них нет. Вон, скалятся, нервно-зло-весело, утешают себя тем, что кое-кому из присутствующих здесь родственных пар наверняка придётся ещё хуже, чем им. Шерри быстро отвернулась, избегая встречаться с ними взглядом.
   - Шерил и Алишер Тлор, - голос распорядителя церемоний гулко разнёсся над притихшей толпой. И их словно бы кто-то в спины подтолкнул, заставляя двигаться в сторону длинной лестницы с широкими ступенями. Спинами оба ощущали тревожные взгляды родителей, присутствие которых на самой церемонии выбора было нежелательным, но ни разу не оглянулись. Так почему-то казалось легче.
   Разбирательство оказалось довольно долгим, правда, от них почти ничего не требовалось, иногда только подтверждать или уточнять факты своей биографии. То, что их разлучат - не вызывало никаких сомнений, а вот способ мог быть разным: могли расселить по разным городам, повелеть поступить в разные институты на разные специальности, а тех, кто уже учился - перевестись, предложить одному дневную, а другому ночную работу. В общем, существует множество способов развести людей во времени и пространстве.
   Однако вердикт собрания всё же оказался для них неожиданностью. Статная седовласая дама, имя которой вылетело у обоих из головы, стоило толь отзвучать его последним звукам, произнесла:
   - Длань Судьбы. Кто из вас решится её испытать?
   Сердце дрогнуло. Длань Судьбы - стихийный портал, из которого могло выкинуть куда угодно, использовался довольно редко и только в тех случаях, когда решение было неочевидным и коллегия расходилась во мнениях настолько сильно, что никто не решался взять на себя ответственность сказать решающее слово. Речь идёт ведь не о безделице какой-то, решается судьба двух Творцов.
   - Я, - она сделала шаг вперёд и эхом услышала голос брата.
   - Значит, оба одновременно. Ну что же, пусть Музы решают.
   Лязгнул замок и отошла в сторону металлическая дверь, за которой скрывался наплыв из светлого камня по форме отдалённо напоминающий раскрытую ладонь. Одновременно, стараясь даже дышать в такт, они поднялись на каменный монолит, остановились в центре, и она исчезла, а он так и остался стоять.
  
   Плюх! Это она не удержалась на ногах, поскользнулась и села в воду, погрузившись в неё по самую шею. Острый запах несвежей воды и какой-то зелени ударил по очнувшимся от шока рецепторам. Ять! Это куда же её закинуло? Шерил поспешила вскочить на ноги и оглянуться. Болото. Или озеро мелководное, основательно заросшее какой-то плавучей зеленью. В любую сторону, куда только не обернись, до самого горизонта простирался один и тот же пейзаж: бесконечная водная равнина под тускло-серым небом. В голове стало пусто и гулко, а все её знания о географии родного мира куда-то внезапно делись. Нет, ей случалось читать о случаях, когда таких же вот невезунчиков закидывало в далёкие от цивилизованности ландшафты. Но ничего подобного этому мелководному болотистому морю, она вспомнить не могла. Шерил задрала вверх голову, чтобы найти солнце и хоть со сторонами света определиться и обомлела: по небу, мерно взмахивая крыльями летел человек. Нет, точно человек, со зрением у неё проблем никогда не было, да и находился он не так уж высоко - можно было рассмотреть. Широкие и мощные крылья редко и мощно распрямляются и складываются, в промежутках между взмахами распластываются во всю ширь, опираясь на воздух, остальное тело напряжено и вытянуто, руки сжимают какую-то палку.
   - Эй! - закричала она и замахала руками над головой, стараясь привлечь внимание летуна. Привлекла. Тот заложил крутой вираж над нею, что-то прокричал - ветер отнёс слова в сторону и, развернувшись, принялся медленно удаляться. Правильно. А что она хотела? Не на воду же ему садиться! Как он с неё потом взлетать будет?
   А потом она долго стояла, пялилась вслед улетевшему крылатому человеку и медленно приходила к мысли, что занесло её совсем уж далеко, и хорошо если в один из соседних миров, с которыми налажены какие-никакие взаимоотношения. Но надежды мало. Ладно, Музы с ним с этим болотом, мало ли в мирах разнообразных ландшафтов, но вот о том, чтобы люди в каком-то из миров овладели машущим полётом она не слышала. Нет, в воздух люди поднялись уже давно, для этого существовала масса способов от обычного планера до громадных машин с двигателями разных типов, но это было всё совсем не то. И будем, для собственного спокойствия, считать, что это какое-то очень уж особенное летательное приспособление, а не отдельная раса крылатых людей.
   Однако, всё это, как минимум означало, что до ближайшего полицейского участка, куда рекомендовалось обращаться в подобных случаях, можно даже не пытаться добраться. И родители и брат теперь настолько далеко, что Шерил постаралась воспоминания о них запихнуть куда подальше, в самый дальний уголок сознания. Не время сейчас рефлексии поддаваться. И медленно побрела в ту сторону, куда улетел крылатый. А почему бы и нет? Для неё сейчас все направления равны, так почему бы и не туда, где есть надежда хоть кого-нибудь встретить.
   Болото под ногами шлёпало и хлюпало, на тонких сандалиях, вовсе не приспособленных к длительным переходам по пересечённой местности, давно оборвались ремешки и сами они упокоились в мутноватой жиже, поросшей сплошным ковром стелющейся мелколистной растительности. Необходимость постоянно использовать дар, и без того не слишком могучий, выматывала до появления "чёрных мушек" перед глазами, но она упрямо твердила своё: "Соль-ль-соль-ль-соль-ль". Звонкое "ль" проходило сквозь воду, отражалось от грунта и возвращалось к заклинательнице, сообщая ей о глубине и твёрдости поверхности под ногами. Несколько раз пришлось сворачивать, плутать, в поисках тропы, так что она уже была далеко не уверена в том, что ей удастся выдержать избранное направление. А конца и края этой топкой равнине всё не было. Не появился он и когда на землю опустился сначала вечер, а потом и ночь.
   Из последних сил Шерил выбралась на сухую гривку, какие время от времени встречались на её пути, густо поросшую жёсткой травянистой растительностью, чтобы на ней переждать тёмное время суток. О сне речи не было. Выбившаяся из сил, продрогшая, в мокрой одежде, которая ничуть не грела, она сидела на жёсткой кочке, и чутко прислушивалась к голосам ночных тварей. Вот же чудь какая: днём здесь было не только безлюдно и беззверно, но даже безнасекомно, а сейчас болото зашевелилось, запело, заухало, зашуршало на разные голоса. Тоненько запели над ухом насекомые, некоторые из них даже присаживались на её кожу, однако кусать не пробовали, и она перестала обращать на них внимание. Бесшумно, коснувшись её слуха лишь тенью звука, пронеслась над головой ночная птица, с плеском и шлёпаньем резвились неразличимые во тьме мелкие тварюшки, о размерах которых она смогла догадаться только пропев: "пи-и-о" и прислушавшись к отзвуку вернувшегося эха. Мелкие - они нестрашные.
   Впрочем, очнувшись ранним утром от пронзительного визга неведомой зверушки, она поняла, что на некоторое время всё же провалилась в сон. Нестерпимо ныла шея, впрочем, и всё остальное тело нельзя было назвать отдохнувшим, тяжёлая голова отказывалась соображать, во рту поселилась Великая Герийская пустыня, а желудок сжался до размеров детского кулачка. Где бы достать питьевой воды? Еда не так важна, во время Больших Бдений ей и по двое суток случалось не брать ни крошки в рот и ничего, только невиданная лёгкость поселялась в теле. Вода - другое дело. Без воды долго не проживёшь, но она ещё не дошла до такой степени нужды, чтобы попробовать хлебнуть той жижи, что плескалась сейчас вокруг её коленей, а временами доходила и до пояса.
   Солнце из-за туч так и не выглянуло, что, наверное, было и неплохо: если к влажности добавится ещё и жара, станет совсем уж невыносимо. Шерил брела вперёд (или уже не вперёд? определение направления было проблематичным), время от времени прощупывая дно звуком и изредка поднимая голову вверх: не появятся ли в небе летучие люди?
   Резкий, пронзительный вскрик заставил её приподнять голову и пробежаться глазами по окружающему пейзажу. Раз, другой, третий. И была тому виной её усталость и оттого невнимательность или способность незнакомки хорошо прятаться даже на казалось бы открытой местности, но заметила она это странное существо только на третий раз. Женщина, вроде бы женщина, в серо-замызганной хламиде и плетёным коробом на плече, пригнувшись, в полуприсяде стояла на одном из тех небольших островков, на которых хватало твёрдой земли, чтобы послужить пристанищем низким, стелющимся кустарничкам. Шерил, выпрямившись во весь рост, тупо моргала, разглядывая незнакомку: её носик-пуговку и вытянутые вперёд челюсти, руки и лицо, покрытые короткой, гладкой рыжеватой шерстью, подвижные ушки-на-макушке, выглядывающие из под, даже на вид, жёстких волос, сплетённых в две куцые косицы ... хвост, который после повторного резкого вскрика начал нервно хлестать свою хозяйку по ногам. И только после этого до неё дошло, что к ней обращаются и нужно как-то реагировать, что-то отвечать, и поэтому Шерил просто сказала:
   - Здравствуйте, - ну а как ещё дать понять, что ничего не понимаешь? Только обратившись на таком же непонятном языке.
   Незнакомка осторожно приблизилась, оглядела её с ног до головы, даже кажется за спину попыталась заглянуть и, видимо придя к каким-то выводам разразилась рычащей тирадой. Смысла слов Шерил не поняла, но указующий жест, которым женщина-кошка повела в сторону, был весьма красноречивым, мол, пошли туда. Шерил размашисто кивнула, надеясь только, что здесь этот жест означает то же, что у них. Туда так туда, она уже настолько вымоталась, что ей было практически всё равно, да и до того, никакой определённой цели не имелось кроме как выйти к людям или хотя бы к какому-нибудь более-менее пригодному для жизни ландшафту.
   И воды. И поесть. Да, поесть было бы неплохо. Во время Больших Бдений ей всё-таки не приходилось настолько активно двигаться, Творцы посвящали это время духовному совершенствованию, а не физическому и её уже ощутимо пошатывало.
   Однако немощь телесная не помешала ей отметить несколько занятных моментов. Например, что хламида женщины-кошки была так коротка, что едва прикрывала самое сокровенное, но тем не менее обладала такими длинными и широкими рукавами, что скрывали руки вплоть до кончиков коротких толстых пальчиков. Что шла она, перескакивая с кочки на кочку и очень редко наступая непосредственно в воду (у Шерил так, не получилось бы даже в лучшее время - всё-таки прыжок в два с половиной метра, это всё-таки многовато). Что длинный, мощный хвост служил ей во время этих прыжков в качестве балансира. Что временами, и очень часто, тревожно она поглядывала на небо. И что так же тревожно оглядывалась назад, проверяя, не отстала ли Шерил.
  
   Алишер
   Иногда секунда промедления, мелькнувшая на задворках сознания мыслишка, или посетившее в самый неподходящий момент сомнение могут изменить столь многое, что после только и остаётся, что клясть себя последними словами. Нет, своё: "Я!" он произнёс одновременно с сестрой и так же дружно они шагнули вперёд, в Длань Судьбы, однако почему-то стихийный портал сработал только для неё, оставив его, мужчину и старшего брата (пусть того старшинства и было всего пара минут) стоять на месте, в окружении господ из Высокого Совета. Может потому, что в последний момент его посетила мыслишка: а не лучше ли ей будет оказаться от всего этого подальше? Сколько дуэлей у неё было только за последний месяц? Да, сестра - Мастер, и до сих пор ей удавалось выходить победительницей или сводить бой к ничьей. Но не может же везти постоянно? А на то, что вызовы прекратятся, не было никакой надежды. Нет, она не была забиякой, никого не задевала специально и даже, кажется, сама вызовов ни разу не посылала. Но, как рассказывал в порыве откровенности один из его приятелей, его бывших приятелей, в один далеко не прекрасный момент накатывает что-то такое, какое-то беспричинное раздражение, нервозность, злость на всех и вся начинает застилать глаза и выход остаётся только один - сорвать её на этом недотворце. Это потом уже, после того как бой закончен, начинаешь чувствовать себя скотиной и сволочью, сорвавшемся на совершенно постороннем человеке, более того, девушке, но прошлое есть прошлое, его не вернуть.
   А сейчас, в один момент, её просто не стало. Словно часть души в один момент отсекло. Молча, слабо понимая как со всем этим смириться и как теперь дальше жить, он сошёл с монолита Длани Судьбы.
   - Так было нужно и так правильно. Так Музы распорядились, - тяжёлые тёплые руки Распорядителя Церемоний легли на его плечи и подтолкнули к арке бокового выхода.
  
   Все Творцы - эгоисты и чем больше талант, тем меньше они способны замечать что-то помимо собственного творчества. Алишер всегда это знал, но это знание отнюдь не мешало ему жить. Да что там не мешало, наоборот, понимание собственной натуры и побудительных причин позволяло ему быть весьма эффективным в достижении цели. Обычно. Но не сейчас. Не тогда, когда даже не знаешь, с чего стоит начать дело.
   - А может, они всё же определили её местонахождение, а тебе просто не говорят? - Корис поставила джезву в горячий песок, на котором будет медленно подниматься кофе, и в красивом танцевальном па развернулась к шкафчику со специями. Это была не поза и не желание покрасоваться, просто все дети Трепсихоры во время занятия важным делом (а попробуйте только сказать, что приготовление пищи дело не важное) пританцовывают. Это в тех случаях, когда не отдаются танцу с головой. Будь у Алишера подходящее настроение он бы ещё и свой голос вплёл в это действо и тогда даже простейший кофе с корицей вышел бы не хуже легендарной амброзии. Однако настроения не было.
   - Нет. Нет, мне конечно же не говорят и это вполне ожидаемо, - он ухватил с блюда сырный рогалик, но ко рту не потянул - принялся вертеть его в руках, - но я менестрель не из слабых, а она моя сестра и я всегда могу подобрать звучание, эхо которого вернётся от неё ко мне и расскажет, что там с сестрой творится. По крайней мере, насколько она далеко и в каком настроении находится. Раньше мог. А сейчас звучание уходит в пустоту и там затухает. Я вижу этому только одно объяснение: Шерил закинуло так далеко, что я даже дозваться её не могу. Никто не может. Отец на эту тему даже отказывается говорить, только всё свободное время проводит в Высоком Совете Творцов, а у матери такие круги под глазами ... Я раньше думал, что такие можно только нарисовать.
   - Значит, её всё же ищут. Профессионалы. Успокойся и дождись результатов.
   - Да не могу я просто ждать, - он кинул на блюдо так ни разу и не надкушенную выпечку. - У меня не просто какая-то там родственница потерялась, а словно часть меня самого была отрезана. И я бы мог с этим смириться, в конце концов, нам, а ей особенно, нужно было научиться жить самостоятельно, овладеть всеми гранями Дара, но... если бы я хоть примерно знал, где она и что с нею всё более-менее в порядке..
   Посидел, покачал головой в раздумье и ушёл. Даже не дождался, пока кофе сварится, и это при том, что пить его любит в той же степени, в какой ненавидит варить. Корис, прервав танец, с досадой кинула кухонное полотенце на спинку стула. Вот всегда так, вечно Шерька всё портит! Казалось бы, разлучили их с братом на некоторое время и всё, и теперь можно владеть вниманием Алишера безраздельно, но вместо этого он перенёс фокус своей души на пропавшую близняшку. И совсем забыл о своей невесте! Даже не попрощался когда уходил!
   Ноги сами собой несли его к Университетскому Городку - тому району, где вокруг Студенческой площади сгрудились сразу три университета: Художественный, Медицинский и Технический. Между прочим, входящих в двадцатку лучших в стране. Последний год, готовясь к вступительным экзаменам, он много времени проводил в здешних кофейнях с взятыми из библиотеки "на вынос", на пару часиков книгами, вот ноги и запомнили дорогу. Или, может он шёл, повинуясь неслышимому звучанию мира?
   Скажи, Мельпомена, не твоя ли песнь привела меня сюда?
   Алишер оглянулся. Тихие тенистые улочки (большая часть студентов разъехалась на каникулы), затемнённые витрины маленьких лавчонок, угол общежития с оббитой штукатуркой, одноэтажное здание библиотеки с ложными колоннами у входа. Ага. Если уж ему, опасаясь что-нибудь нечаянно сдвинуть в хрупкой психике Творца, никто ничего о Шерил говорить не собирается, и даже из родственников информацию выпытывать бесполезно, он уже пробовал, то можно же попытаться зайти с другой стороны, от Длани Судьбы.
   И он решительно толкнул знакомую до последнего древесного завитка, дверь.
   Сегодня ему не повезло (или повезло, как знать?) - за библиотечной стойкой сидела немолодая, неспешная дама, равнодушная ко всему, кроме вязания в собственных руках.
   - Можно мне что-нибудь о природных магических феноменах, что-нибудь попроще, скорее популярное, чем научное? - он заискивающе улыбнулся. Пару раз попробовал сразу, с налёта, схватить серьёзные труды и только зубы о бесконечные формулы с заумными рассуждениями и заковыристой терминологией обломал, так что теперь, наученный горьким опытом, начинал с литературы, рассчитанной на широкий круг читателей.
   - "Истоки возмущений и колебаний" Верварга вас устроят? - она пошарила рукой под стойкой и бухнула на неё толстый, порядком истрёпанный том.
   - Да, да. Спасибо.
   На самом деле, ни имя, ни название ему ничего не говорили, до сих пор он собирался поступать на архитектурное отделение Технического университета, но то, что книгу держали под рукой, позволяло надеяться, что это именно то, что ему нужно.
   - Здесь читайте, выносить литературу из библиотеки запрещается.
   И сказано это было как-то так, что Алишер не усомнился в том, что библиотекарша не побрезгует отобрать книжку у ослушника. Вот же ж! Как и думал - не повезло. Не любил он работать в одном помещении с ещё кучей людей, ибо индивидуалистом был и границы личного пространства блюл свято. Нарушать их дозволялось только Шерил (хотя, если разобраться, какое же это нарушение?, если она почти часть его самого) и Корис (как женщине, с которой он временами делит свою постель и которую в будущем собирается назвать своей женой). Даже родители, с тех пор как он вышел из отрочества, не прикасались к нему без веской на то причины. У каждого из Творцов есть какие-то заморочки, и эта ещё из безобидных. Сестре, с её бесконечными поединками не так повезло.
   Пролистнул вводную часть - там половина "воды", половина той самой зауми, в которую ему так вникать не хотелось, и сосредоточился на описании самих феноменов, выбрав, для начала Длань Судьбы. Так, история обнаружения, первые попытки использования - это немного не то. Оп-па! Оказывается, их город возник как жреческое поселение вокруг святыни. А вот и кое-что полезное: "При всей очевидности случайного срабатывания природного портала, конечной точкой прибытия вступившего в него Творца будет то место, где его таланты окажутся наиболее востребованы".
   Это, что же получается, Дланью Судьбы портал назван не случайно? И это вовсе не такая своеобразная природная "рулетка"?
   А что дальше? А дальше шли примеры такого срабатывания, приводившиеся в качестве доказательств. И приличная статистическая подборка. В другое время, Алишер даже получил бы удовольствие от занимательного чтения, но сейчас он их только пробегал глазами и пролистывал, пролистывал, не задерживая внимания на том, что не могло помочь в поисках сестры. Нынешнее время - Длань Судьбы используется только изредка и только в День Выбора для молодых Творцов. А интересно, почему? Ведь так занимательно было бы шагнуть на камушек и раз, и оказаться там, где тебе самое место. Если доверять трудам множества учёных-аналитиков, портал срабатывает безошибочно.
   - О чём задумался молодой человек? - это к нему подошёл старенький, можно даже сказать совсем ветхий старичок-библиотекарь, об отсутствии которого на рабочем месте Алишер успел пожалеть при входе в библиотеку. На тёмном изборожденном морщинами лице ни одной линии, ни одного завитка нарисовано не было - старик Творцом не был, однако светлые глаза смотрели так ласково, что не довериться - не возможно.
   - Я, - Алишер отвёл взгляд от одной из двух картин, висевших под самым потолком (лесной пейзаж с могучими деревьями и маленьким ручейком, текущим по их корням) и понял, что все мысли куда-то разбегались, а сам он вот уже несколько минут прослеживает взглядом прихотливый изгиб нарисованных струй, и косые стрелы солнечных лучей, пробивающихся сквозь кроны растительных гигантов. - Читаю вот, - скомкал он ответ.
   - И над какой проблемой вы так задумались, что потребовалось очистить сознание? - старичок присел за соседний стол, развернувшись к нему лицом.
   Рассказать? Чем Талия не шутит, вдруг чего полезного подскажет?
   - Да вот думаю, зачем закрыли Длань Судьбы? Ну, там, решётка, дверь металлическая? Ведь сколькие же люди могли бы найти свою СУДЬБУ, а не довольствоваться судьбой! - в произнесении настоящего, пусть и очень молодого менестреля "судьба" имела разный вес, хорошо различимый даже для человека, не имеющего музыкального слуха.
   - Э-э, брат, думаешь, хорошо будет нашему миру, если он начнёт терять своих Творцов? - библиотекарь по-птичьи склонил голову на бок.
   - Как терять? - Алишеру даже притворяться удивлённым не пришлось.
   - Так. Здесь об этом не написано, - старик приподнял книгу, которую читал Алишер, чтобы взглянуть на её обложку. - Очень просто. Вы, Творцы, обладаете способностями, востребованными в очень многих мирах, и большую часть тех, кто вступил в Длань Судьбы в зрелом возрасте, разыскать не удалось - так далеко их закинуло.
   - А если в незрелом? - сердце его замерло в предчувствии того, что сейчас он услышит что-то очень особенное.
   - Совсем молодых, не успевших накопить опыта Творцов, обычно выбрасывает в нашем мире, исключение составляют только те, кто обладает очень сильным или уникальным даром. А взрослые туда просто не допускаются. Опасно, да и совершенно незачем это.
   Алишер опустил вниз глаза, скрывая замелькавшие со страшной скоростью мысли. Сильный и уникальный Дар? Что-то тут не сходится. Из них двоих сильным был именно он и это абсолютно точно. Уникальным? Что могло быть уникального в довольно-таки слабеньком менестреле? Ведь ей даже на отборочной комиссии сказали, что такой дар применим только для личных нужд, для использования в профессиональной деятельности он слишком слаб.
   - И ещё одно, - старческий дребезжащий голос отвлёк его от размышлений. - Вы у нас здесь не слишком часто оставались и потому можете не знать: если вам нужно не очистить сознание, а наоборот, сосредоточиться на проблеме, смотрите лучше на правую картину.
   Алишер поднял на него заинтересованный взгляд, потом перевёл её на картину. Городской пейзаж - аккуратный внутренний дворик между какими-то невысокими домами. Стенка, стенка, стенка, арочный проход и в центре сломанный, занесённый песком фонтанчик. Ничего особенного.
   Однако же почему он сразу отмёл вариант с уникальностью дара сестрёнки? То, что менестрель нормальный из неё не получился, это ещё не значит, что не осталось другой, до сих пор нераскрытой грани Дара. Примем это как аксиому. Всё равно не так уж важно, из-за чего именно так получилось, вопрос в том, как выяснить, куда именно забросило Шерил этим судьбоносным порталом. Хотя, стоп, что толку ему от голого знания? Нет, вопрос нужно ставить иначе: как попасть туда, к ней?
   Ещё раз, благодарно взглянув на обе картины (наверняка ведь не просто краска на холсте, а результат работы художника-творца) он вновь уткнулся в "Истоки возмущений и колебаний". Хороша придумка: одно полотно помогает очистить сознание, другое - сосредоточиться на проблеме. Недаром читальный зал при библиотеке в учебное время полон так, что свободное место найти чего-то стоит. Больше не интересуясь Дланью Судьбы, с которой ему всё было более-менее ясно, Алишер принялся выискивать какой-нибудь другой природный магический феномен, способный переносить в нужное место без сложной настройки, или такой, которая была бы доступна Дару Творца.
  

2

  
   Алишер
   Зря он надеялся, что вот так просто, в первой попавшейся книжице, найдётся рецепт путешествий между мирами. Нет, природных порталов в мире хватало и даже нестабильных, которые вели не в конкретную точку, а могли выбросить где придётся, но все они были тщательно переписаны, огорожены, а некоторые ещё и использовались по прямому назначению. Да и вели, в лучшем случае куда-нибудь, а не туда, куда надо. Нужно было придумать что-нибудь другое.
   Он досидел до самого закрытия библиотеки, пытаясь найти ещё что-нибудь полезное, но так и не преуспел. Вышел, поёживаясь, в вечернюю прохладу и не спеша направился к дому. Мимо, дребезжа и постукивая, проехал припозднившийся трамвайчик. Алишер отвернулся - до остановки было всего ничего, можно было бы и пробежаться. Но поездка означала, что домой он приедет довольно скоро, и там придётся с кем-то разговаривать. А не хотелось. И именно поэтому, а не из каких-то других соображений, в дом он практически прокрался, постаравшись не только не хлопнуть дверью, но даже не щёлкнуть отпираемым замком.
   Мама чем-то тихонько шуршала на кухне, но, кажется, его возвращения не заметила, отцу было вообще не до того: у него были гости и разговор вёлся на повышенных тонах.
   - Нет, меня не слишком волнуют ваши трудности! Когда мы соглашались разделить наших детей, нам пообещали, что с ними ничего не случится!
   - Прошу вас, не волноваться так..., - этот голос прозвучал на тон ниже и не так разборчиво.
   - Нет, я буду волноваться! Я отец и имею право!
   - Мы ищем и делаем всё возможное...
   - А мне надоели пустые отговорки. Я хочу знать, что УЖЕ было сделано!
   - Мы закончили обрабатывать снятые волновые параметры и окончательно убедились, что ни с одним из знакомых нам миров совпадений нет.
   - И? - голос отца прозвучал напряжённо, да Алишер и сам забыл, как дышать.
   - Будем подстраивать параметры стационарного перехода и рано или поздно...
   - Сколько это займёт?
   - Повезти может в любой момент, - тактично ушёл от конкретного ответа гость, но даже Алишеру, который только в последнее время начал интересоваться этим вопросом, было ясно, что "любой момент" может растянуться на очень долгий срок. Одно хорошо: поиски они не бросят даже спустя годы.
   - Сын? - задумавшись, он не заметил как из кухни выглянула мама. - Давно здесь стоишь?
   - Да только что пришёл, - Алишер кинул куртку на вешалку и стряхнул с ног ботинки.
   - И много услышал? - она настороженно на него посмотрела и утянула за собой на кухню. - Руки помой.
   - Ничего такого, о чём сам бы не догадался, - он с готовностью отвернулся к раковине, чтобы мать случайно не увидела, как судорожно исказилось его лицо, и почувствовал, как та уткнулась лбом в его спину. - Ну что ты, ма? - он обернулся и осторожно обнял её.
   - Мы даже представить не могли, что с нашей деточкой что-то такое может случиться, - она отстранилась от сына и присела за кухонный стол. Чуткое ухо молодого менестреля уловило в её голосе смесь горечи и облегчения. Облегчения от того, что теперь хоть от сына таиться не нужно, он и так всё знает.
   - Я тут почитал сегодня кое-что, - начал он осторожно и присел перед матерью на корточки.
   - Да? - подтолкнула она его.
   - И не понял, - начал Алишер с самого безобидного из вопросов, которые в последние несколько часов непрерывно крутились у него в голове (наверное, всё-таки немного переборщил с настройкой сознания, которую проводил при помощи картины неизвестного Творца), - почему Дланью Судьбы продолжают пользоваться. Закрыли бы его и не рисковали.
   - Это же одно из Чудес нашего мира. А чудо, если оно не проявляется время от времени, может и выдохнуться. Но дело даже не в этом, - она опустила глаза и нервно хрустнула пальцами, - оно ведь действительно помогает найти наилучшее место в жизни. Хотя бы географически. Даже тех, кого выкидывает Музы знают куда. Тому множество примеров. Да вот хотя бы моя кузина...
   - То есть, к Длани Судьбы приводят не только близнецов?
   - Не только. Ещё и тех, кто не знает, что с собой делать и готов рискнуть, шагнув в неизвестность. А таких каждый год набирается пара десятков. Но всех их, конечно, проверяют на предмет соответствия, и слишком сильных не допускают. Чтобы, - голос её сорвался.
   - Понятно, - поспешил оборвать тему Алишер, пока мама не расплакалась. Как её утешать, если это всё-таки произойдёт, он не имел ни малейшего представления - раньше обычно бывало всё наоборот.
   - Чтобы избежать утери талантливого Творца, - в кухню вошёл отец, успевший выпроводить своего сегодняшнего гостя. - Их способности и в нашем мире весьма полезны. И у меня возникает вопрос: что же такого мы проглядели в нашей дочери? - он с силой растёр ладонями лицо, не боясь растереть геометрический орнамент, выписанный вокруг глаз и по щекам. Краску, которую использовали Творцы для украшения собственных лиц и прочих открытых взору частей тела, мог смазать только специальный растворитель. Мать пожала плечами - её сейчас не особенно волновали недораскрытые возможности.
   - М-м-м, - осторожно начал Алишер, - скажи, а нельзя ли, если не извлечь Шерил, то хотя бы попасть туда, где она сейчас находится?
   - Как ты себе это представляешь?
   - Ну, э, я тут краем уха слышал, что с Длани Судьбы при переходе всё же снимаются кое-какие параметры. Может можно их вписать в настройки стационарного перехода?
   - Можно. Именно это и было проделано. Только "эхо" от Длани Судьбы приходит размытым, без подробностей, отвечающим по параметрам множеству мест, как в нашем, так и в сопредельных. А так же и в неизвестных мирах. Так что - жди, не занимайся изобретательством велосипеда.
  
   Как это не занимайся?! А что же тогда делать?! Ждать?! Он не может и не хочет. В коне концов, это его сестра, его половинка, практически часть его самого. И Алишер засел за книги и справочники, радуя родителей усидчивостью и целеустремлённостью, решивших, что мальчик усиленно готовится к вступительным экзаменам. Ага, как же. Архитектурный факультет, отделение для Творцов, куда он мечтал попасть лет с шестнадцати, был, не забыт, но основательно отодвинут на второй план. Ему было нужно найти Шерил. Мало ли что Длань Судьбы выкидывает в неслучайное место, рискнувших ступить на неё. И ещё нужно проверить, так ли на самом деле оно подходит его сестре. Так что ручки в ручки и вычерчиваем схемы потоков и колебаний по всем известным природным феноменам, связанных с переносом и притяжением. Основные потоки, побочные завихрения, а так же контрточки, в которые можно вставить нечто своё, дополнительное, нужное. И нашёл ведь. Неожиданное, нетривиальное решение и не здесь, в соседнем мире и потому, когда однажды мать, подойдя к засидевшемуся над учебниками сыну, спросила, не хочет ли он съездить куда-нибудь, развеяться, он уверенно ответил:
   - Хочу. К пагоде Разбитых Сердец.
   - А Корис согласна с тобой туда отправиться? - удивилась мать. Путь неблизкий, а от родителей девушки она не слышала, чтобы их дочь планировала какое-то длительное путешествие.
   - Это будет сюрпризом, - он постарался улыбнуться как можно непринуждённее и сам себе дал мысленную затрещину. Ведь читал же и вроде бы помнил, да и название у феномена соответствующее, а как начал планировать, так и упустил, что в пагоду Разбитых Сердец принято являться парами, а не в одиночестве. Те, кто сомневается в любви своей или партнёра, или просто хочет всколыхнуть улегшиеся было чувства приходили паломниками к святыне. Однако страстная и романтическая составляющая не единственная разновидность любви и вот этим он и собирался воспользоваться.
   - Ты, конечно же, смотри сам, сюрприз - дело хорошее, но я всё же предупредила бы девушку заранее. Вдруг у неё на это время появятся другие планы? Неловко выйдет.
   - Да-да, мам, ты права, - поспешил согласиться с нею Алишер, и подумал, что с Корис нужно будет поговорить в ближайшее время. Да и денег собрать. Путь-то неблизкий. Это там, в соседнем мире можно будет расплачиваться мелкими магическими услугами, там Творцы редкость и экзотика, а на дорогу здесь, в родном мире придётся рассчитываться в твёрдой валюте.
  
   Шерил
   - Глупая, - ворчала Ойсеррин. - Цели нет, смысла нет. Как жить будешь? - толстые, покрытые короткой шерстью пальцы, при свете заходящего солнца ловко перебирают собранные за день травы, косматая голова клонится то к одному, то к другому плечу.
   Шерил упрямо покачала головой. Все два месяца, что она уже прожила на болотах у старой кошки, та непрерывно ворчала. А она действительно была стара. Жилистая, сухая, ещё вполне крепкая старуха, способная жить в одиночестве, вдали от сородичей. И тем не менее безжалостно эксплуатирующая чужие, внезапно подвернувшиеся свободные руки. Поначалу Шерил, благодарная за пищу, кров и воду, против помощи по хозяйству не возражала, а потом привыкла, приспособилась и даже начала получать удовольствие от неспешной жизни, особенной цели у которой, права Ойсеррин, действительно не было. Дома бы она знала что делать: училась, совершенствовалась в Искусстве, завела бы семью или просто отношения. Понятная судьба, проторенная дорога. А здесь? Выжила - и ладно. Вот даже язык местный худо-бедно выучила, да узнала где на болотах брать пищу и воду - и то хлеб.
   - А вот выгоню тебя, куда пойдёшь? - круглые жёлтые глаза с вертикальной прорезью зрачка хитро щурятся.
   - Куда-нибудь, - Шерил безразлично пожала плечами. - Вот хоть людей-птиц поищу.
   - Айи? - неодобрительно встопорщила вибриссы травница. - Чего их искать? В горах они, бедами нижнего мира не интересуются, своей правдой живут.
   - А всё равно..., - Шерил уставилась в безоблачное небо. Тот недолгий полёт крылатого, свидетелем которому она стала сразу после того, как сюда попала, что-то затронул в её душе, отчего она раз за разом вспоминала тонкую фигурку в сером небе. Тоже без особой цели, но почему-то думать о нем было приятно.
   - Человеку нужно к людям, не к кошкам и не к птицам, - настойчиво продолжала Ойсеррин. - Всякая тварь должна жить на своём месте и со своими.
   Как уже успела узнать Шерил, в этом мире жили три расы: привычные ей люди, полукошки и полуптицы. Причём, если первые и вторые имели от природы такой облик, то третьи получили крылья в незапамятные времена в результате рискованного магического эксперимента.
  
   - Гонишь? А я ведь полезная, - Шерил искоса глянула на свою хозяйку, оценивая, действительно ли та говорит всерьёз или так, бурчит, жизни учит. Напрасный труд - по покрытому короткой жесткой шерстью лицу и так-то ничего понять невозможно, а уж в неярком свете заходящего солнца... Сомневалась Шерил не просто так, её дар, совершенно незначительный с её собственной точки зрения, да и по мнению других Творцов тоже, здесь оказался весьма востребован. Подсушить траву, заговорить небольшие ранки, отыскать мелководный проход - всё это было вполне в её силах.
   - Не гоню. На путь направляю.
   Разговор был и прошёл, а зёрнышко идеи, зароненное в её разум, дало свои всходы. Пусть не пышные, пусть всего лишь тонкой былинкой проросла мысль, что пора бы двигаться дальше. Нет, она и не думала застрять в болотном жилище Ойсеррин на весь остаток жизни. Она вообще гнала от себя мысли о будущем, потому как стоило только о нём задуматься, как сразу же вспоминалось прошлое - брат, родители, друзья, учителя, мечты, планы и надежды. Такая отстранённость давалась не то чтобы легко, но фиг бы она выстояла в стольких поединках, если бы не умела концентрироваться на важном, отставляя в сторону всё остальное. А важным было сейчас перетерпеть, переждать, не удариться в сопливую истерику. Так что сосредотачиваемся на настоящем, на добывании водяных огурцов, из которых можно выжать пригодную для питья воду, на сборе болотных орехов, которые вечером пойдут в общий котёл и на перебирании лекарственных трав, которые Ойсеррин запасала прямо таки в промышленных масштабах. И не вспоминаем о прошлом, и не думаем о будущем.
   Прошёл не один день, прежде чем она собралась хотя бы заговорить о продолжении путешествия.
  
   В небольшой пещерке, одной из нескольких вырытых во чреве глинистого холма, который на добрых пять метров возвышался над окружающим болотом, робко потрескивало пламя в очаге под небольшим котелком, варева в котором едва хватало на двоих. Болото - сухой хворост здесь приходилось экономить, используя его только для приготовления пищи. Шерил колдовала над собранными поутру травами. Хрупкие былинки, проходя через её руки, теряли остатки влаги, сохранившиеся в стеблях, а надтреснутый голос старой травницы плавно вплетался в её напев: "Виррао-оорон". Тихо, почти неслышно, одними губами, но не менее действенно, чем тогда, когда они с мамой на кухне готовили домашние цукаты.
   - Это сонничка. Три щепоти сей травы на стакан кипятка - и человек будет спать всю ночь. Мы, ойры, не заснём, но ещё пару часов будем чувствовать себя слегка навеселе, а айи могут пить его литрами - жажду утолит хорошо, а больше никакого эффекта от него можно не дожидаться.
   - А зачем тебе столько всего? - Шерил замолчала, уложила в короб очередную былинку и широким жестом обвела внутренность пещеры, заставленную и завешанную разнообразными ёмкостями с травами и снадобьями.
   - Глупый ребёнок, - сердито прошипела старая кошка. - Думаешь, многие из моего народа смогут так долго жить в тени? А травы, которые здесь растут, нужны всем: шаманам на зелья, прочим - на лекарства. Без них нам не выстоять, никак не выстоять. Вот уйдёт Большая Вода, - она вновь принялась привычно бормотать, сменив только тему, - придут сюда ко мне молодые, будут ходить, шуметь, силы пробовать. Хорошо. А потом уйдут и буду я до следующего сезона одна. Тоже хорошо. Тоже правильно.
   - А молодые - это ученики? - подбросила вопрос Шерил.
   - Ученики. Шаманы! Молодые, глупые, сильные. Ещё не потратившие себя по пустякам.
   - А что такое тень? - ведь ей же не почудилось, и старая знахарка произнесла это слово по-особенному. А то выслушивать, что же именно думает Ойсеррин о подрастающем поколении, было ей не особенно интересно, брюзжащих стариков ей и дома хватало. Однако ответа она не дождалась. Послушав немного тишину, Шерил подняла от трав голову и уставилась в пульсирующие, то разгорающиеся во мраке, то чуть притухающие круглые жёлтые глаза.
   - Все знают про тень.
   - Я - не знаю, - возразила Шерил.
   - Знать не обязательно, - настойчиво возразила Ойсеррин. - Можно чувствовать.
   - Что именно?
   - Тяжесть, гнёт, давит, мутит. Многим, с непривычки, дышать тяжело. Многие, злиться начинают, или нервничать, или грустить.
   Шерил удивлённо развела руками, мол, ни чувствую ничего подобного и вообще не понимаю о чём речь. Попробовала расспрашивать, но не особенно поняла объяснения, хотя Ойсеррин и не отказывалась отвечать - так всегда было, когда разговор заходил о чём-то более сложном, чем решение простейших хозяйственных вопросов.
   - А там, куда ты меня хотела направить, там есть эта тень? - попробовала она зайти с другой стороны.
   - Там есть свет, - ответила Ойсеррин маловразумительно, причём слово "свет" произнесла почти тем же тоном, что и "тень". Как будто говорила о чём-то малоприятном.
   - А чем он-то плох?
   - Дарит радость и счастье, - тщательно подбирая слова попробовала объяснить старая травница. - Глупые радость и счастье, - тут же уточнила она. - Разума лишает и покорность внушает некоторым.
   - А вы, ойры, к кому относитесь, к тени или к свету?
   - Те лезут, эти напирают, а мы сами по себе. Молодые придут - учить буду. Как сознание чистить, как самим выстоять, как другим помочь. Тогда и тебе провожатый сыщется.
  
   Этот разговор ещё не заставил Шерил отправиться в путь, но пробудил любопытство. Что такое эти тень и свет? И почему она их не чувствует? Это какая-то местная аномалия, что-то вроде поля, воздействующего на эмоции? Особенность местных школ магии? Просто фигура речи, а она всё не так поняла? Нет ответа. Ойсеррин особо не расспросишь, та хоть и говорила довольно много, но тему для многочасового ворчания выбирала сама и сбить её с неё было довольно сложно.
   А ещё через некоторое время воды бескрайнего болота пошли на убыль. Первые признаки она, по неопытности, прозевала, но когда вода от подножия холма, служившего им пристанищем, отхлынула на добрых пол метра, а к зарослям болотного ореха стало возможным пройти практически посуху, наступление нового сезона стало очевидным даже для неё. В отрезанных от большой воды бочагах билась крупная рыба, которую ловить можно было практически руками, под кочками сизолистника обнаруживались длинные прочные капсулы с икрой лавинника, а высушенного на солнце хвороста было столько, что им хватало не только на повседневные нужды, но и была возможность насобирать вязанку-другую про запас.
   - Идут! - торжественно провозгласила Ойсеррин одним жарким полуднем, когда они с Шерил занимались разделкой рыбы в четыре руки.
   - Где? - Ширил посмотрела в ту же сторону, куда уставилась старая знахарка. Ничего, только разморенный жарой воздух неровным одеялом колышется над болотом.
   - Не зрением смотри! Чувствуй! Молодые, глупые, идут - Силой плещут.
   Шерил послушно попробовала почувствовать нечто особенное, приближающееся с той стороны, но как и в прочих случаях, когда Ойсеррин пробовала передать ей хотя бы начатки магических умений своего народа, ничего не вышло. Тогда она напела пару звуков, отправив их вдаль, однако тоже ничего не услышала: видимо расстояние пока ещё было слишком большим для её слабенького Таланта. Однако уже два часа спустя Шерил воззвала к Каллиопе, благодаря за дарованную сцену: грязные, усталые, но мужественно выпрямляющие спины пара десятков молодых ойров обоего пола цепочкой продвигалась к пещерному дому Ойсеррин. Чисто герои эпоса Сказания О Первопроходцах. И лица такие же одухотворённые. А она тут, у коптильни - встрёпанная, уже который день нечесаная (а попробуй, расчеши её лохмы кривоватым, разнозубым деревянным гребешком), руки по локоть в крови и рыбьей требухе. Шерил даже стало немного неловко.
   Вновь прибывшие выстроились в одну шеренгу, ноги на ширине плеч, подбородки вздёрнуты вверх, кончики хвостов сжаты в левых руках.
   - Приветствуем тебя, Мудрейшая, - произнёс один, первый и вся шеренга синхронно склонила головы. Шерил моргнула сначала левым глазом, потом правым. Но тут на звук из землянки выскочила Ойсеррин и замахала на них руками:
   - Ишь, расшумелись! Быстро расползтись по углам и чтоб вас видно не было! - замахала она руками, разгоняя молодёжь, и, как это часто бывает, тревожно глянула наверх. Что оттуда могла прийти какая-то неведомая опасность Шерил уже давно поняла, а вот какая... Ограниченность словарного запаса не позволяла ей выяснить это точно, но, по крайней мере, это были не айи. Почему-то Шерил очень не хотелось считать этот народ злым и опасным.
   Слова старой знахарки имели прямо магические последствия. Два десятка крупных здоровых особей кошачье-человечьей наружности шустро разбежались по холму и его окрестностям и принялись сооружать нечто вроде низеньких палаток-навесов на одного, максимум - двоих. Не дома, нет, даже на самое примитивное жилище это не тянуло, зато в качестве временного укрытия вполне годилось. Особенно если учесть, что крыши-навесы каждый, как мог замаскировал местной растительностью.
   Неужели они в них жить собираются? Похоже на то. Ни один даже близко не подошёл к входу в их с Ойсеррин землянку, хотя та могла ещё вместить если не всех девушек, то троих-четверых точно. Это они от избытка почтительности или чтобы никому обидно не было?
   Занятая этими мыслями, Шерил не заметила, как кто-то увёл с коптильни ещё не до конца приготовившуюся тушку, очнулась только тогда трое самых наглых устроили возню, деля самые лакомые кусочки.
   - Эй! А подождать пока сготовится?! - возмутилась Шерил вслух. Нет, рыбы ей было не жалко, благо её сейчас полным-полно, но глотать полусырое мясо?! Бя.
   - Долго. Есть хочется, - удостоили её ответом ещё пятеро, которым не досталось ни кусочка, и уставились на неё голодными глазами. Да и остальным рыбки, пусть и немаленькой, хватило на один зуб. Только раздразниться. - Ещё есть?
   - За припасами - к Ойсеррин! - сказала Шерил решительно и принялась пластать следующую рыбину. Вот ещё, не хватало, чтобы она начала едой в чужом доме распоряжаться.
   С некоторой оторопью Шерил наблюдала, как стремительно исчезают припасы, которые они с Ойсеррин готовили последние несколько дней, и сознавала, что эти два десятка молодых шаманов не проголодавшиеся, а просто голодные и, похоже, уже давно. Ну да, сезон изобилия на болоте начался вот только что и сомнительно, что в тех местах, где живёт основная часть ойров природа намного изобильнее.
   Вот же ж! Только попадёшь в чужой прекрасный мир (а чужой, он всегда прекрасен, хотя бы на первых порах, по причине своей загадочности), и тут же выясняется, что у них куча своих, трудноразрешимых проблем.
   - Ничего, - бормотала рядом, как бы в подтверждение её мыслей, Ойсеррин, - пара дней, отъедятся, отдохнут, тогда и заниматься можно будет начать.
   - У вас тут всё так плохо, что даже шаманы голодают? - тихонько, чтобы не расслышали неделикатный вопрос остальные, спросила Шерил. Эх, ей бы расспросить Ойсеррин заранее, но кто же знал, чем стоит у неё интересоваться.
   - Война, - коротко пояснила старая знахарка и недовольно мотнула хвостом. Впрочем, недовольство было направлено не в её, Шерил, адрес. - Пока Тьма и Свет выясняют отношения, нам только и остаётся, что прятаться и обороняться.
   - А уйти в сторонку?
   - Уйти с наших равнин? Где соки горьких трав поят силой наших шаманов? Тогда от ойров совсем ничего не останется.
  

3

  
   Алишер
   Это бездари и дилетанты думают, что менестрелю, для того, чтобы заклинать обязательно голосить вслух. Нет, голос у Алишера тоже был красивый, низкий, густой, хорошо звучащий как в концертном зале, так и дома в маленькой компании среди друзей. И он с удовольствием им пользовался. Но самое главное, чего так и не смогла почувствовать сестрёнка, нужно чтобы не он, а душа менестреля пела. На нужные стихи он наткнулся почти сразу, в отцовском сборнике, вышедшем ещё в те незапамятные времена. Когда он только начал ухаживать за мамой. Там любовной лирики было предостаточно, и среди неё отыскался стих под названием "Зов одинокого сердца" как нельзя лучше подходящий к ситуации. Там нужно было всего пять слов заменить, чтобы подходили по смыслу, и с нужным звучанием, попадающим ровно в те контрточки природного феномена, которые он решил задействовать. С выбором же правильного направления поможет сама магия этого места. А то, что рифма при замене сбилась, это не так уж важно, это можно мелодией подправить, если стихи на музыку положить. И напеть, и вложить в песню, пусть и пока безмолвную, весь Дар отпущенный Мельпоменой менестрелю. И то, что к пагоде Разбитых Сердец было принято идти в почтительном молчании, ничуть ему не мешало, наоборот, отсутствие отвлекающих факторов давало возможность настроиться, сосредоточиться на главном, на основном.
   Шедшая рядом Корис только изредка позволяла себе бросать на него любопытные взгляды. Уж кто-кто, а она знала его как облупленного и ничуть не сомневалась, что вовсе не для какой-то там мифической проверки чувств притащил он её сюда. Что там проверять? Оба были настроены друг на друга давно и основательно, оба чувствовали, что юношеская влюблённость вот-вот грозит перерасти во что-то более серьёзное. К тому же весь последний месяц он, как одержимый, искал способ вернуть сестру, потом внезапно затеял эту поездку, сорвался, как из пращи выпущенный. Неужели-таки нашёл, что искал? Но каким образом это странное место, кстати, ни разу не портал, поможет им вернуть Шерьку домой? Не ясно. И сейчас уже не спросишь, разве что по завершении всего действа. Согласно правилам этого места, к пагоде Разбитых Сердец, следовало приближаться молча (что исключало возможность расспросов), взявшись за руки и облачившись в ритуальные одеяния (для иностранцев дозволялось заменить их просто праздничной одеждой).
   Молчать, шествуя Дорогой влюблённых, роль которой играл деревянный настил, было почему-то очень трудно. Так и подмывало прервать молчание, спросить что-нибудь, да хоть дёрнуть Алишера за руку посильнее. Что угодно, чтобы только разрушить сгустившееся вокруг них напряжение. Да ещё и каблуки в рассохшихся досках настила застревают! А Дорога длинная, тянется через всё это необъятное, густо заросшее сорняками поле (это у местных придурь такая, чтобы нога человеческая не ступала на святую землю иначе, чем в границах пагоды), а прошли они, ещё дай Музы терпения, от силы половину. Хотя уже и теперь можно разглядеть пагоду в подробностях.
   На вид ничего так, высокая сводчатая беседка из серого камня с пятью арочными проходами, открытая всем ветрам. Да не в ней дело. Само по себе строение никакими волшебными свойствами не обладало, оно лишь обозначало то место в пространстве, где концентрация чуда была максимально высока. Но всё равно красиво. Даже барельефы каких-то большеглазых зверушек, служивших здесь символом верной любви, казались вполне уместными.
   И вот уже сходит и вступает на обратную дорогу предыдущая парочка, а сами они вступают под своды пагоды. Времени влюблённым давалось только пока следующая пара паломников не пройдёт весь путь по Дороге Влюблённых. От камней тянет сыростью и Корис невольно поёживается, а Алишер, так на чём-то сосредоточившийся, что если бы она не придержала его за руку, так, наверное, и не остановился бы. И вдруг вскидывает голову и низким, протяжным голосом выдыхает пару звуков. И всё. И она остаётся одна, медленно осознавая, что чего бы её возлюбленный ни хотел от этого места, своего он добился. А вот что ей теперь делать?!
   Обратную дорогу Корис не прошла - пробежала, отмахнулась от вопросов служителей, куда подевался её возлюбленный и быстрым шагом, то и дело срываясь на бег, направилась к гостинице, где они с Алишером сняли один номер на двоих. Вот её сумка, впопыхах отброшенная на стул куртка, а вот его тощий рюкзачок на постели, на самом видном месте. Дело за малым: высыпать весь хлам, скопившийся на дне рюкзачка и среди разнообразного мелкого мусора (на самом деле важных и нужных вещей) обнаружить запечатанный конверт.
   "Дорогая Корис, если ты читаешь это моё письмо, значит у меня всё получилось и я сейчас нахожусь где-нибудь рядом с Шерил. Сожалею, что не смог всё объяснить заранее, но тогда был риск, что природная магия пагоды сработает не так, как запланировано. Надеюсь на твоё понимание. Вернусь, как только смогу.
   Всегда твой.
   Алишер".
   Обратный билет на одного человека и деньги на дорогу. Тоже на одного.
   "Гад! Сволочь! Негодяй! Сожалеет он! Найду - голову отверну! Нет не так, неправильная настройка, это не он виноват, это всё Шерька."
   Корис упорно и целенаправленно настраивала себя против любимой подруги, вытравляя из сердца и из души сожаление, сочувствие, желание помочь (которое, кстати, заставило её таскать Алишеру из семейного архива кое-какие ценные и редкие книги), понимание того, что та вовсе не виновата в том, что пропала. Упорно и целенаправленно злилась всю обратную дорогу и когда приехала домой, и когда начала ходить на занятия в балетную школу и когда подавала прошение в Высокий Совет Творцов, добиваясь нужного решения. Раздувала в себе обиду, злость, ненависть, и при этом, тщательно, даже от себя самой, пряча цель, с которой делает это. А иначе не сработает.
  
   Шерил
   Ойры, когда Шерил получила возможность за ними понаблюдать в массе, оказались народом самобытным и занимательным до жути. В дивной пропорции смешались в них черты кошачьи и человечьи, и не ко всем из них Шерил удавалось приспособиться с лёгкостью. И ладно ещё способность подкрадываться совершенно бесшумно, или любимая игра в охоту а ля "кошка ловит мышку", но вот к привычке знакомиться, утыкаясь носом в нос собеседника, вдыхать его запах и щекотать щёки вибрисами она никак привыкнуть не могла. А те, видя смущение и оторопь девушки, и рады были стараться. Однако, за их игривостью и эпатажными выходками агрессии не чувствовалось, максимум - любопытство приправленное лёгким налётом зависти. Как же так, чужачка, человек и удостоилась чести жить рядом с Великой Шаманкой ойров. Да-да, именно так, Великая с большой буквы и изрядной дозой почтения в голосе.
   Впрочем, долго наблюдать за ойрам в естественной среде Шерил не пришлось, уже следующим вечером Ойсеррин, отозвав её в сторону, со значением посмотрела ей в глаза и спросила:
   - Пойдёшь?
   - Пойду, - Шерил решительно кивнула. А зачем тянуть? Оставаться и дальше рядом с ойрской шаманкой бессмысленно, тем более что ни научить своему искусству, ни овладеть чужим даром она не смогла бы, а жизнь на болотах тяжела и для неё совершенно бесперспективна. Нужно двигаться дальше. Может, где-то в этом громадном мире и найдётся подходящий для неё уголок.
   Сборы в путь были недолгими. А что там собирать? У неё и вещей-то своих почти не было: штаны да рубаха. Сумку с едой и старенькую накидку, чтобы было чем от холода спасаться, ей от щедрот выделила старая травница. В отдельной тряпице аккуратно уложенные на дно сумки лежали болотные орехи, подсушенные при помощи её дара настолько, что могли храниться неограниченно долго. Большой редкостью и деликатесом на Большой Земле они были. Вот же какая несправедливость, росли эти дары природы только во влажный сезон, а стоило только выглянуть жаркому солнышку, способному выпарить влагу даже из бескрайнего болота, как они исчезали. Семена рассеивались по земле, а ростки усыхали настолько, что шли в ход для разжигания костров вместо щепы. Редкое получалось лакомство, а потому дорогое.
   - Занесёшь в лавку - там у тебя купят за дёшево. Если постучаться на кухню богатого дома - дадут много больше. Но с ними нужно ещё уметь договориться, - давала ей последние наставления Ойсеррин. Рядом топтался невезунчик, выбранный старой травницей в проводники.
   - А я плохо разговариваю, - подхватила Шерил.
   - Это ты на тарриш, на нашем языке, плохо разговариваешь. Языка людей империи ты не знаешь совсем. И вот ещё что, ты свою магию там шибко не показывай. Странная она, нездешняя, как бы кто чего не заподозрил.
   - Это не магия, это Талант, - устало вздохнула Шерил. В чём разница между тем и этим она так и не смогла втолковать старой кошке, хотя в своё время, на занятиях в школе получила за ответ на этот вопрос высший балл.
   - Всё равно не показывай. Продашь орехи - денег на первые дни хватит. А потом устроишься как-нибудь.
   - Спасибо, - Шерил обняла Ойсеррин за плечи и крепко прижала к груди.
   - Иди уже. Но если твои Музы ещё когда-нибудь занесут тебя в эти края, буду рада встрече.
  
   А край болота (или его всё же основательно заросшим мелководным озером считать?) оказался не близко. Четыре дня пешего хода да таким хитро изогнутым маршрутом, что повторить его Шерил не взялась бы даже на спор. Тем более что если и встречались им по пути какие-то ориентиры, то для девушки большую часть жизни проведшей в городе, они были неразличимы. Кроме одного. На исходе второго дня пути Тларг, её проводник, вывел к окраине полузатопленного поселения. Собственно даже не самого поселения, его руин: дома одно - двухэтажные (выше стены, если и были, то не сохранились) щеголяли отсутствием окон и провалами на месте дверных проёмов. Однако Шерил это не отпугнуло, наоборот, в ней проснулся археологический зуд, какой случается у каждого более-менее любопытного человека при виде древних развалин. Захотелось зайти внутрь, осмотреться, может даже найти что-нибудь любопытное (на роль любопытного сгодился бы любой черепок или гнутая вилка, лишь бы были старинными), она даже пару шагов успела сделать, когда молчун Тларг уложил на её плечо тяжёлую лапу, затормозив движение.
   - Нельзя внутрь. Опасно. Даже на окраине опасно. Обычно мы предпочитаем здесь не задерживаться, проскакивать это место засветло.
   - А что так? Дикие звери, - Шерил сама остановилась и смерила подозрительным взглядом полуразрушенные стены.
   - Нет. Воздушные патрули Гегейргона.
   - Кого?
   - Тёмной империи, - нетерпеливо и раздражённо бросил Тларг. - Они здесь часто появляются, местечко уж больно приметное, да и удобное для ночёвок случайных путников.
   - Это опасно?
   - Очень.
   Такой ответ Шерри не удовлетворил, и потому она продолжила расспросы:
   - А чем именно? Убивают?
   - Забирают. И что там делают - никто не знает, но до сих пор ещё никто не возвращался.
   - Так что же мы стоим? Пошли.
   Тларг досадливо сморщился, от чего на носу шкура пошла мелкими складочками, а вибриссы агрессивно встопорщились, и подтолкнул её вперёд. Однако, молча шла Шерил недолго.
   - Слушай, а раз здесь так опасно находиться, то нельзя ли было обойти это место?
   - Можно. Крюк большой. Плюс целый день пути.
   - Так что? Я никуда не спешу.
   Он недовольно рыкнул:
   - Я спешу! Четыре дня туда, четыре дня обратно, плюс ещё два и потратить на человечье недоразумение вместо того, чтобы вместе со всеми учиться контролировать потоки.
   - Потом доучишься, - не произвела на Шерил эта отповедь особого впечатления. - У тебя что, жизнь короткая?
   - Жизнь может быть разная. Но придёт большая вода, и пора будет возвращаться в Род.
   - А там что, учиться нельзя? Ёпть! - земля, с виду казавшаяся твёрдой, провалилась под ногой Шерил, да ещё и ступня в ямке зацепилась за что-то неповоротливое.
   - Осторожно! - жёсткая рука в очередной раз схватила её за плечо, удержав от падения. - Учиться там можно, только долго и трудно, когда нас собирается много, всё то же самое получается легче и быстрее. Да ещё под руководством Великой Шаманки.
   - А вас, шаманов, что, совсем мало?
   - Один - два на Род. Три - уже хорошо, уже много. Да и в обычное время сил не остаётся. Нужно работать, нужно Род от Тёмных прятать, детей лечить, дичь приманивать, дурную воду отводить. Много всего.
   - Подожди, ты сказал: "от Тёмных прятать", а от Светлых что, не надо? Ты прости что спрашиваю, - Шерил постаралась добавить в голос вины, - но по рассказам Ойсеррин я поняла, что и те и эти не очень хороши.
   - А Светлым мы не особенно интересны.
   - А как прячете?
   - Известное дело, с помощью Дара.
   - А как? - нет, она не надеялась что-то понять, просто интересно было взглянуть на чужое магическое искусство, И раз уж Тларг впервые за два дня разговорился, то почему бы не воспользоваться этим обстоятельством, не развеять скуку долгого пути. Но тот только рыкнул:
   - Повезёт - не увидишь, - и с целеустремлённостью носорога пошёл дальше.
   Не повезло. Отойти от поселения они так и не успели, когда в небе, как на заказ, появилась тёмная громадина, не то дирижабль, не то вообще летающий остров, которая медленно и величаво двигалась в их сторону.
   - Прячемся? - Шерил почему-то не было страшно. Вместо ответа Тларг рывком усадил её себе под ноги, а сам статуей замер, выпрямившись в полный рост. Она вывернула вверх шею, желая спросить, что же ей делать, но так и не произнесла ни слова. Судя по отрешённо-сосредоточенному виду Тларга, в данный момент он её даже не услышит, а ещё, Шерил могла в этом поклясться, на шерсти ойра, поверх естественного её рисунка начали разгораться синеватым потусторонним светом правильные геометрические орнаменты. Сначала блёкло и медленно, потом вспыхнули так, что начали просвечивать даже сквозь одежду в тех местах, где она прикрывала тело. Очень странная маскировка. Совершенно непонятно в чём заключается её смысл.
   Медленно и величаво, чуть левее от того места где они сидели-стояли проплыла тёмная громадина. Не дирижабль, хотя это явно что-то было искусственное, на днище Шерил смогла смутно рассмотреть части каких-то механизмов, что-то вроде труб и выступающих из общей сложносочинённой массы зубчатых колёс. Странно, неужели эта штука механическая? Не может такого быть. Но и на реактивный способ движения это медленное переплывание по воздуху ничуть не похоже. Шерил даже шею вытянула, пытаясь разглядеть подробней исчезающую в вечернем сумрачном небе странную машину.
   - Что ты такое, существо? - Тларг отмер, сдвинувшись с места впервые, с тех пор как ими был замечен тёмный патруль. Шерил обернулась, недоумённо взглянув на своего провожатого - она просто не знала, что ответить на такой вопрос. - Для того чтобы прикрыть и тебя и себя мне пришлось выжечь всю силу дарованную травами.
   - Это очень плохо? Ты сильно пострадал? - встревожилась Шерил.
   - Нет. Но утром узоры нужно будет восстановить хотя бы частично.
   - А сейчас?
   - Света нет.
   - А если второй такой пролетать будет?
   - Значит, нам не повезло.
   Пару раз потоптавшись на одном месте, он обернулся вокруг своей оси, опустился на землю и свернулся в такой замысловатый клубок, что у человека, вздумай он повторить любимую ойрскую позу для сна, непременно повредился бы позвоночник.
   - Спи давай. До утра всё равно ничего сделать нельзя.
   Сомкнул глаза и, если верить моментально выровнявшемуся дыханию, заснул. Даже собственный плащ-накидку не распаковал, чтобы на него улечься, да и место для сна выбрал не самое удачное - хоть и сухое, но находящееся в небольшом понижении, так что если ночью вздумает пойти дождик, просыпаться им придётся в луже.
  
   Проснулась Шерил с первыми лучами солнца. И вовсе не свет её разбудил, а всегдашняя утренняя сырость, пробирающая до костей, даже не смотря на тяжёлую тёплую накидку, которой её снабдила добрая травница. Тларг уже не спал. Аккуратно сложив собственный плащ, которым его с вечера Шерил всё-таки накрыла, он расставил на более-менее ровном участке земли ряд небольших стеклянных флаконов и разложил кисти. Всё это богатство он рассматривал не то с неудовольствием, не то с сомнением.
   - Я сейчас начну нательную роспись, - начал он вместо утреннего приветствия, когда заметил, что Шерил уже не спит, - но мне нужна будет помощь. Здесь нет зеркала, и я не до всех участков тела могу нормально дотянуться.
   - Ойсеррин меня этому не учила, - предупредила девушка.
   - Ничего сложного в этом нет, - он по-прежнему гипнотизировал взглядом свои склянки. - Узоры я тебе покажу. Самые простые, но этого до конца путешествия должно хватить. Но это не сейчас, сначала я сделаю всё, что смогу сам.
   В пару движений ладоней он разровнял небольшую площадку, а потом когтем, выдвинувшимся из мягкой подушечки, не прибегая к дополнительным приспособления, схематически начертил ойрскую фигуру - вид со спины и схематическое расположение линий-полос на ней.
   - Примерно так. Если поведёшь криво, я почувствую и поправлю.
   Нимало не смущаясь, Тлаог скинул свои нехитрые одёжки, удобно устроился на ближайшей кочке и раскупорил склянки. В нос ударил резкий спиртовой запах. Короткие толстые пальцы ловко удерживали кисть, то и дело обмакивая её то в одну, то в другую баночку походного шаманского набора, Тларг привычными, автоматическими движениями наносил боевую раскраску. Боевую в прямом смысле этого слова. Шерил подозревала, что при помощи этой странной магии можно не только "прятаться". Кстати...
   - Кстати, не объяснишь, что именно вчера было?
   - Летучий патруль Тёмной империи.
   - Нет, я не о них, а о том, что такое ты вчера делал. Как так можно спрятаться? Ты же светился, как горящий факел - видно должно было быть издалека.
   - А, вот ты о чём, - он закончил линию лихим завитком и вновь потянулся к флакону со снадобьем, - У них в днище обзорных окон нет, они не смотрят. Они рассылают импульсы страха и ловят отклик и вот именно от этого нужно прикрываться.
   - Не логично. Зачем делать так сложно, если можно просто. Зачем ловить какие-то там отклики, если можно просто посмотреть.
   - Откуда мне знать? Только если мы не защищаемся своей магией, нас ловят, а если - да, то нет.
   Шерил нахмурилась, пытаясь переварить это заявление. Пошарив в сумке, она захрустела сочной мякотью прихваченного вчера по дороге водоплода.
   - А вот ещё интересно: ты мне сейчас в двух словах объяснил, что происходит и чего нужно опасаться, а когда это делала Ойсеррин, я ничего понять не могла.
   - Потому, что я рассказал о внешней стороне дела, - он на мгновение прервал роспись и кинул на неё любопытный взгляд, - а она вникает и передаёт суть.
   - Понятно, - ещё один хрустящий кусочек отправился внутрь. - Тогда может быть, так же по простому расскажешь, что за свет и тьма такие?
   - Магия, влияющая на чувства. Про Ияннорир, то есть Светлую империю, известно, что носителями этой магии является особая каста магов, Сиятельных, а откуда та же сила взялась в Гегейргон никто не знает. Никто из нас. Светлые-то уже наверное давно выяснили.
   И раз уж у провожатого было такое разговорчивое настроение (а то он до сих пор, чуть не двое суток, молчал бука букой) Шерил принялась расспрашивать его о правилах жизни в обеих империях, и о том, как существуют ойрские Роды. Узнала много интересного, а потом пришла очередь и ей браться за кисточки.
  
   Раз - полоска, два - полоска,
   Краской я рисую ловко.
   Три - полоска, возле ушка
   Мы малюем завитушку.
  
   Детская песенка-бормоталка помогала ей сосредоточиться на нанесении нательной росписи. Получалось вроде бы красиво, хотя ей до жути непривычно было не видеть результаты своего творчества - соки горьких трав, не раз упоминавшиеся Ойсеррин, были почти прозрачными и видимых следов на шерсти не оставляли. В песенке было много куплетов, таких же не слишком "умных" и не особенно отличающихся друг от друга по смыслу, зато способствующие твёрдости руки и чёткости линий. Эх, будь она художником, а не менестрелем, эти знаки получили бы ещё и дополнительную силу. Вспомнить хотя бы Эзру Вайо - художника со специализацией по нательной росписи, с которой они пять лет подряд отучились в одном классе. Она создавала такие орнаменты, что даже такая бездарь как Шерил могла заклинать практически наравне с Алишером. Правда, побаловавшись этим пару неделек, она отказалась от использования заёмной силы, несерьёзно это, да и неправильно. Всё равно, что всю жизнь костылями пользоваться вместо того, чтобы ходить на собственных ногах.
   - Что за язык? - Тларгу надоело молчать.
   - Мой родной, - охотно отозвалась Шерил.
   - И в далёких местах на таком говорят? - спросил он с доброжелательным любопытством.
   - В далёких, в слишком далёких.
   Вот только что, кажется, она была расслаблена и даже спокойна, но этих последних слов оказалось достаточно, чтобы пробить её сдержанность: в груди у Шерил что-то сжалось, горло перехватило, а из глаз хлынули слёзы. Словно рухнула сдерживающая их плотина. В сознании принялись тесниться образы родных и близких, оставленных на далёкой родине, с необычайной скоростью сменяющие один другого, а сердце полоснуло острой болью осознания собственного одиночества.
   - Ну что ты? - на плечо опустилась тяжёлая лапа и мягко, почти нежно, сжала его. Она вскочила, вырвалась и, отбежав в сторону на десяток метров, уселась спиной к своему спутнику и ко всему миру. Ей нужно было выплакаться, дав себе волю отреветься, раз уж держать заслон спокойствия нет больше никаких сил, чтобы потом можно было вернуться к дню сегодняшнему и как-то планировать свою дальнейшую жизнь.
   Тларг не мешал. Стоял, распушив шерсть на утреннем солнышке, высушивал почти законченные узоры, которые на этот раз вышли на диво удачными. Чутко поводя ушами прислушивался к сдавленным всхлипам Шерил. Полчаса, которые понадобились девушке, чтобы выплакаться и успокоиться, тянулись для него как добрых полдня.
   - Я - всё, - голос Шерил был хриплым, нос распухшим, а глаза красными, однако слёзы из них больше не катились. - Давай, дорисую.
   Он молча повернулся к ней спиной и вручил кисточку и флакон, остро пахнущий спиртом и вытяжкой из трав. Больше Шерил никакие песенки под нос не мурлыкала, однако привычные к такой работе руки двигались быстро и уверенно, и вскоре работа была закончена.
  

4

  
   Алишер
   Ой дура-ак! И чего стоило оглядеться, сообразить, что не стоит выпускать зов посреди людного места, подождать, отойти в сторонку. Так нет, звучание сорвалось с его губ, как стрела с туго натянутого лука, стоило только Алишеру перенестись на новое место. Но хоть дождался отклика, понял, что Шерил действительно где-то здесь, в этом мире, и всё было не зря.
   Здесь-то здесь, однако, чем он ей поможет, если сам сидит в заточении? Он ещё ловил остатки эха, стоя посреди площади небольшого городка откровенно средневекового вида, когда парочка мужчин в одинаковой одежде подхватила его под руки и, не слушая вопросов и объяснений, куда-то поволокла. В темницу как выяснилось. Нет, не в сырое-тёмное-мрачное подземелье, место можно сказать было даже вполне комфортабельным, но тяжёлые запоры и стражники, разносившие скромные пайки ровно по часам, не оставляли сомнений в том, чем оно являлось на самом деле.
   Очень долго ничего не происходило, а на исходе первых суток в камере появился ОН. Самый занудный старикан из всех, кого Алишер знал когда-либо в своей жизни. Даже с Райгом Муранге, который вёл родную словесность в их школе пять лет подряд, не шёл ни в какое сравнение. Языков этот человек, наверное, знал пару десятков (на слух они хорошо отличались друг от друга, а слух у молодого менестреля был тренированный) и все их испробовал на Алишере. Да не просто так, по разу задал вопрос на каждом из них, а раз по надцать менял языки и наречия, отвлекал, задавал вопросы в самый неожиданный момент и пытливо заглядывал в глаза, ловя тень понимания. Алишер взгляд не прятал, скрывать ему было особо нечего, а добиться понимания он и сам бы не отказался.
   То, что только благодаря этому он был избавлен от посещения подземных этажей, где добивались понимания гораздо более радикальным способом, Алишер узнал намного позднее. В Тёмной империи неповиновения от потенциально ценных кадров не терпели.
  
   Шерил
   - Дошли почти. Ияннорир начинается на том берегу.
   Тларг остановился у самой воды неширокого - другой берег можно было различить вполне отчётливо, но на удивление длинного озера.
   - А дальше как? - Шерил попробовала оценить, как далеко простирается эта водная гладь - и не заметила её окончания ни с той, ни с другой стороны.
   - Вплавь, - сказал он как о чём-то само собой разумеющемся, но увидев как вытянулось её лицо, уточнил: - Не умеешь? Вот же ж недоразумение человечье!
   - Умею. Немножко, - на самом деле плескаться на мелководье Шерил нравилось, она даже немного умела держаться на воде, однако заплывать на глубину, где ноги уже не могли нащупать дна, не любила, да и не видела особого смысла в этом. - А обойти его нельзя?
   - Нельзя. Это же не просто озерцо, это Граница.
   - Какая ещё граница? - переспросила она, оттягивая момент погружения в воду.
   - Граница между ойрскими и человечьими землями, - и снисходительно добавил: - Она же не сама по себе такая, её такой сделали.
   - Как?
   - Соединили каналами цепочку из естественных озёр, а потом и их расширили. Тогда, давно, когда у нас было ещё нормальное государство, а вместо болота была равнина с множеством озёр, это было очень удобно.
   - И что, никаких мостов или перешейков там нет? - Шерил не особенно взволновали картины былого величия ойров, а вот уточнить ближайшие перспективы было делом насущным.
   - Есть, - Тларг ухмыльнулся, - как ни быть. Мосты, правда, разрушены, потому как за ними давно никто не следит, но перешейки никуда не делись, все на месте. И на всех есть если не пост стражи, то какие-нибудь лихие люди счастья поджидают. Рискнём?
   - Нет уж, тогда лучше вплавь.
   Не то, чтобы у Шерил были какие-то причины избегать встречи с местными органами правопорядка, но и попадаться им на глаза почему-то было боязно. Кто их знает, какие у них там порядки, а у неё ни документов нет, да и языка она не знает. Те несколько слов, наверняка с сильным ойрским акцентом, что ей показал Тларг, не в счёт.
   Пришлось раздеваться и лезть в воду. Прохладную и основательно заиленную у самого берега и пронзительно-ледяную на глубине. Но всё оказалось не так уж страшно: одежду и сумку с вещами нагрузили на несколько коряг, которые нашёл и сцепил между собой Тларг, и за них же цеплялась сама Шерил, пока её спутник и проводник толкал всю эту конструкцию вперёд. Кстати, стиль плаванья у них был примерно одинаков и в простонародье назывался "собачка", но почему-то у Тларг передвигаться таким способом получалось и шустрее и увереннее.
   - А я-то думала, что кошки не любят воду, - отдыхиваясь и отплёвываясь проговорила Шерил, когда они через неопределённый отрезок времени пристали к другому берегу.
   - Что именно навело тебя на такую мысль? - Тларг счастливо оскалился. Вот уж для кого заплыв через озеро не представлял особых затруднений.
   - Да вот, - ну не говорить же ему, что воду не жаловали домашние любимцы из её мира, - вспомнила, как Ойсеррин всегда прыгала с кочки на кочку, когда передвигалась по болоту во время высокой воды.
   - Так это чтобы одежду не замочить. Сухая одежда - это тепло, тепло - это здоровье. А обсушиться в нашем климате, сама понимаешь...
   - Слушай, - ей вдруг пришла в голову совершенно неожиданная мысль, - А те письмена, что вчера мы с тобой наносили на твою шерсть, они как, не смылись?
   - Фр-р, - это фырчание заменяло у ойров смех. - Нет, конечно. Пока я их магией не пережгу, никуда они не денутся. Хоть купайся, хоть с мыльным корнем оттирайся.
   Он начал было объяснять что-то ещё, но сам себя поймал на том, что начинает оттягивать момент расставания с девушкой. Когда же такое успело случиться, что он к ней привязался? Когда получал от Великой своё задание, она тогда его только раздражала. Он ни словом тогда не соврал девушке, говоря, что время на обучение весьма ограничено. Да и потом злился на ситуацию в целом и на свою спутницу так, что предпочитал даже лишний раз не заговаривать, чтобы не сорваться, ведь разумом-то понимал, что она-то как раз ни в чём не виновата. Так когда же всё изменилось? Когда она, раскрашивая его, с упоённым видом мурлыкала себе под нос какую-то простенькую песенку? Когда громко всхлипывала, о своей утерянной родине? Когда расспрашивала об ойрских обычаях, всем своим видом демонстрируя доброжелательный интерес? Нет, всё не то. Он ещё раз по крупицам перебрал все свои воспоминания, стремясь прочувствовать каждое из них. Тогда? Нет? И внезапно понял, когда всё изменилось. После ночного боя. А это был именно бой, пусть противник о нём и не подозревал, а самому Тларгу приходилось держать глухую оборону, даже не помышляя о возможности атаки. Именно тогда всю его глухую злость и раздражение, словно громадной приливной волной смыло.
   - Ты что-то притих? - она уже успела одеться, перекинуть сумку через плечо и теперь с любопытством рассматривала его задумчивую физиономию.
   - Прощаться пора, - он произнёс это с явным сожалением.
   - А разве ты меня дальше не проводишь?
   - Да я бы с радостью, - ответил он искренне, - да не любят нас в светлых землях и тебе такой провожатый на пользу не пойдёт. Не отлавливают как у тёмных, но и, а, ладно, чего это я жалуюсь, сама в местных заморочках разобраться успеешь.
   И хлопнув друг друга по плечам, они разошлись: Шерил поспешила вперёд, по чуть виднеющейся под ногами тропке, которая должна была вывести её к нормальной дороге, а Тларг отступил в тень куста ручейника, увешанного ярко-красными ягодами, и провожал девушку взглядом до тех пор, пока она не скрылась вдали.
  
   Без обычной нательной раскраски она чувствовала себя голой. Так и тянуло поставить хотя бы две симметричных коричневых точки себе на переносицу, но местные не имели привычки наносить на своё тело абстрактные узоры, а ей не следовало так уж выделяться из толпы. Пусть и толпы той было всего несколько путников, тяжело и мрачно тащившихся по дороге да пара обогнавших её телег. Ничего, скоро город будет, Тларг говорил, что вышли они сравнительно недалеко от него. Что странно, пока она в одиночестве брела по болоту или отсиживалась на островке у Ойсеррин, таких проблем не было. Может потому, что кроме ойров там и людей-то не было? Нет людей - нет проблем - хорошо звучит. Нет, кровожадной Шерил никогда не была и даже не считалась, хотя к восемнадцати годам оставила за плечами более ста дуэлей, а после двадцати и считать их перестала. Нет, забиякой она тоже не была, собственно из всей той пресловутой сотни сама она отправила всего два вызова. Первый - потому что решила, что это непорядок каждый раз драться исключительно по чужой прихоти, и второй - потому что ДОСТАЛИ! К семнадцати годам она стала обладательницей собственных именных клинков, которые теперь бесполезно пылятся на парадном гобелене в её комнате, хотя здесь они бы ей ох как пригодились. Хотя отсутствие оружие её всё же беспокоило не так (накостылять и обычной палкой можно), как невозможность облачиться согласно принятым в обществе Творцов приличиям. Неудобно, некрасиво и жуть как нервирует. Словно бы ты злонамеренно прикидываешься обычным, лишённым Таланта человеком. Такого с нею не случалось лет примерно с трёх, с тех пор, как она научилась держать в руках кисточку и краски. Исключения составляли разве что дни больших праздников, которые следовало встречать очистившись и телом и душой, но на то они и исключения. Притвориться что ли, что это путешествие что-то вроде паломничества? Нет, глупости, нужно привыкать к этому миру и к его обычаям. Неизвестно ещё, сможет ли она когда-нибудь вернуться домой.
  
   Лавка была так себе, одноэтажная, с узкими окошками из мутноватого стекла. Ни в какое сравнение не шла с витринами супермаркетов у неё дома. Шерил даже усомнилась, а туда ли она попала, куда её направила Ойсеррин. Но потом прикинула, что именно в такое место и могут заявиться ойры не вызывая недоумённых взглядов и решительно толкнула тяжёлую дверь. Внутри оказалось довольно светло, хотя светильники не горели, а того света, что проникал сквозь узкие окошки было явно недостаточно. Шерил даже на мгновенье подумалось, что может это какая-то магия. Ну мало ли. Раз в этом мире есть крылатые люди, так может здесь научились создавать рассеянный свет, не имеющий источника. Потом взгляд уловил блик, другой, шаг в сторону дал возможность рассмотреть небольшое зеркальце, наклонно укреплённое в стене, потом другое, третье. Так вот как они освещают это помещение! И не проще ли было просто расширить окна? Наверное, не проще. Люди никогда не будут сооружать что-то сложное, если простое им доступно.
   - Эй, что ты там глазеешь? - донёсся до слуха Шерил возмущённый голос. По крайней мере, так она для себя перевела эту длинную фразу. Язык-то, как и предупреждала Ойсеррин, оказался незнаком. Шерил молча подошла к прилавку, за которым обретался тощий жилистый субъект и выложила не него тряпицу с засушенными болотными орехами. Молча, потому, что своё незнание языка империи решила не демонстрировать. Это для ойров вполне естественно незнание самого распространённого в этих местах наречия, а она-то человек.
   - Три менке, - в глазах у торговца заплясали алчные огоньки.
   Что именно три, а не сколько-нибудь ещё Шерил поняла, потому, что ей это показали на пальцах, а название самой мелкой из монет она различила на слух. И принялась молча сворачивать тряпицу со своим товаром. Озвученная сумма была слишком мала, даже с учётом того, что полную стоимость ей всё равно не стребовать, а торговаться она не умела, да и не горела желанием учиться.
   - Стой! - торговец цепко ухватил её за руку и быстро залопотал что-то непонятное. Шерил уставилась на него с максимально безразличным видом, вызвав ещё одну порцию нераспознаваемой трескотни. В конце концов, они сошлись на одном минге за орех, и это была очень неплохая цена. Равно выгодная для обеих сторон.
   Из лавки Шерил выходила ступая твёрже и оглядывая улицы городка благодушнее, чем раньше. Надо же, какой уверенности добавляют человеку звенящие в кармане монетки! Кстати денежные знаки здесь были презабавные: округлые, перламутрово-прозрачные, с небольшим продолговатым отверстием у одного края, так, что носить их можно было, нацепив на шнурок или крупную булавку. И действительно отличались по размеру: менке - с ноготь большого пальца, минг - в два раза крупнее, а майна - в три. Курс обмена немного отличался от места к месту, но был примерно равен одному к семи (эту ценную для любого путешественника информацию ей сообщила ещё Ойсеррин, когда давала последние инструкции).
   Что делает нормальная девушка, когда у неё в кармане неожиданно оказывается чуть больше монеток, чем она рассчитывала? Правильно, идёт в ближайший торговый центр, ну или на рынок, как в данном случае. Нет, потратиться пришлось бы в любом случае, еды купить (не одним же подножным кормом питаться), да и из вещей кое-что. Вот хотя бы расческу нормальную. Ойрам хорошо, их жёсткие гривы ниже плеч не отрастают, да и не путаются почти, а её мягкие человечьи волосы требуют ухода. Точно требуют. Шерил медленно брела между рядами с товаром и остановившись у какой-то блестящей отполированной металлической поверхности, внимательно на себя посмотрела. Мда. Не зеркало, конечно, но видок тот ещё.
   Неожиданно над ухом прозвучала длинная насмешливая фраза, произнесённая низким красивым мужским голосом. Шерил очнулась, отшатнулась от блестящей поверхности, наткнулась на насмешливый взгляд торговца и развернувшись, поспешила по делам. Надо же, столько не медитировала, что теперь при виде собственного отражения чуть в транс не провалилась. Нужно срочно с этим что-то делать. И она даже знала что именно. Вот только провизией закупиться и несколько жизненно важных мелочей прихватить.
  
   Не строят в чужих странах храмов чужим богам, но Творцам в этом плане повезло. До сих пор не найдено ни одного мира, где предметы искусства не собирались бы в одном месте, а что лучше музея подходит для служения Музам? И состояние у неё самое то: от голода ещё не покачивает, но лёгкость в теле чувствуется небывалая, а душа готовится отлететь навстречу покровительницам искусств. То, что из сумки одуряющее аппетитно пахнет пирожками (неважно как они тут называются, по умолчанию примем, что начинка, завёрнутая в тесто - это пирожок), служило дополнительным стимулом покончить с делами духовными и заняться делами телесными. Ноги сами выбирали дорогу, почти не советуясь с витающим в эмпиреях разумом, но следуя какому-то дремучему инстинкту, несли её в нужном направлении. А чем иным объяснить, что блуждая по совершенно незнакомому городу, она с сомнамбулической точностью вышла к наверняка единственному в этом городке музею?
   - Стой! Куда?! - когда она уже почти ступила за порог, за плечо её схватила чья-то мосластая ладонь. Шерил остановилась как вкопанная, и недоумённо моргая глазами уставилась на дряхленьккого дедка, которого она совсем не заметила, и который так и удерживая Шерил на месте, принялся что-то экспрессивно ей доказывать то и дело тыча в приколоченную у двери табличку. Шерил перевела на неё взгляд и долго не могла сообразить, что же это всё значит, хотя надпись была предельно ясной даже для неё, практически не владеющей языком и письменностью. Три менке за вход. Это как? Это за прикосновение к Искусству деньги платить? Святотатцы, варвары и идиоты!
   Однако потребность в общении с покровительницами искусств и балансировке внутренних энергий была столь велика, что она без возражений рассталась с требуемой суммой и вошла под сень храма. Она не замечала скудноватого освещения, и общей неухоженности помещения. Бродила от статуэток к картинам, от причудливо расписанных масок к длинным узорчатым тканым полосам непонятного назначения и всей душой впитывала эманации творения. Ей даже не слишком было важно, насколько мастерски исполнена та или иная вещь и так ли уж она красива. Гораздо ценнее были порывы вдохновения, овладевавшие мастером во время создания шедевра. Они то и дело проглядывали то в мазке краски на холсте, то в причудливости древесного завитка резной шкатулки, капризном изгибе губ каменной девушки или россыпи лепестков нарисованных цветов.
   Музейоны, где Творцы поклонялись своим покровительницам, отличались от музеев, и хотя тоже собирали экспонаты, делали это по непонятному для неодарённых признаку. И не раз служили темой для анекдотов. Странным, наверное, на посторонний взгляд казалось собрание, где настоящие шедевры соседствовали с откровенной мазней и примитивными поделками (а так же детскими рисунками, но творения своих обожаемых малышей Творцы на суд общественности не выносили, выставляли в отдельных залах и только для своих). Но как уже было сказано выше, мастерство исполнения экспоната было далеко не самым определяющим фактором при помещении его в музейон.
  
   И ведь находясь в храме искусств, не думала ни о чём мирском и приземлённом, вообще полностью от всего отключилась, а выйдя из музея, поняла, что делать и как жить дальше. Идти. Выбрать себе какую-нибудь промежуточную цель и двигаться к ней. Причём не в философском смысле этого понятия, а вполне географическом. Ей нужно узнать этот мир, понять, есть ли в нём для неё место и есть ли возможность вернуться домой. Второе - в любом случае, надо же дать родным знать, что она жива-цела-здорова.
   О возможности путешествовать между мирами она пробовала расспрашивать и Ойсеррин и Тлора, но успехов в этом деле не добилась - Ойрам об этом ничего не было известно. Свои маги (Сиятельные) были и в Светлой империи, и в Тёмной и у людей-птиц. На последних было даже больше надежды. Из того, что Шерил смогла понять по рассказам Тлора, основной специализацией Сиятельных была ментальная магия, о тёмных магах почти ничего известно не было, кроме того, что с ними лучше не связываться, зато границы возможностей айев никто очертить не мог. Но уже одно то, что в далёком прошлом их предки смогли приделать людям крылья, говорило о многом, и было весьма многообещающим. Так что, ближайшая цель - горы. А там, в пути, может и ещё какая цель жизни отыщется. Кроме самой простой - выжить.
  
   На ночь в городе она не осталась, хотя подозревала, что вырученных за орехи денег хватит, чтобы несколько дней прожить на постоялом дворе. Однако одна, в незнакомом городе, среди чужих людей Шерил внезапно ощутила собственную беззащитность. Странное чувство, незнакомое и неприятное, не возникавшее даже тогда, когда она в одиночестве, по ночному городу возвращалась с поздних тренировок. Там, дома, было всё понятно, там были известны правила игры и знакомы опасности. А здесь? Что толку с её мастерства владения лёгкой саблей, это же по большей части не способ самозащиты, а нечто сродни спорту. А попробуй на неё напасть, ну хоть вон тот звероватого вида мужичина, что на той стороне улицы тянет куда-то кучу досок, и что она будет делать? Или вон та бабища необъятных размеров, что так недобро зыркает на неё из-под платка. А? Искать внутри себя Внутреннего Стоика, как рекомендует мастер Пэй или всё же улепётывать со всех ног? Так что ну его, этот сомнительный комфорт постоялого двора, а несколько оставшихся светлых часов можно потратить с пользой - начать долгий путь к горам.
  
   Нет, это не было обострением паранойи, на странно одетую молчаливую девицу поглядывали где с неодобрительным интересом, а где и очень расчетливо. В конце концов, даже если монеток у неё окажется не как много как показалось когда она рассчитывалась на рынке, то всегда можно продать одинокую девицу, не имеющую заступников в гарем к Сиятельным, им там всегда требуется пополнение. Пусть малый, а всё же доход. А та и возразить не сможет - языка не знает, это было вполне заметно. Жаль исчезла из поля зрения как-то уж очень быстро.
  

5

  
   Алишер
   То, что место, куда его занесло, называлось Тёмной империей, Алишер узнал случайно, из разговора охранников, когда те ещё не усвоили, что привилегированный пленник в достаточной степени изучил их язык, чтобы понять суть разговора. А поняв, призадумался. Слишком уж негативную смысловую нагрузку несёт это название. А потом и прикусил язык. Между делом, во время лингвистических штудий, слишком многое он успел выболтать о том, кто такие Творцы и каковы их возможности. Сначала, пытаясь объяснить, что он ничего такого не делал, за что его можно было бы лишить свободы, потом - потому что спрашивали. Аккуратно так расспрашивали, целенаправленно и со знанием дела. А он не видел причины, почему бы и не отвечать. А потом, соврать уже не получалось. Несколько его осторожных попыток слегка исказить правду, были моментально и довольно жёстко были пресечены. Словно у того, кто так и не представился, велев называть себя Учителем, был где-то детектор истины припрятан. И что ему оставалось? Разве что попытаться создать неверное представление о своих собственных возможностях.
   Внутренний сад той крепости, куда его перевели вскоре после того, как хозяева этого места, кем бы они ни были, узнали, что за птица попала в их сети, был невелик, но по-своему очарователен. Правда, за те недели, что Алишер провёл в заточении, и это очарование и вид из окна его камеры на поле и изгиб реки успели основательно приесться. Он меланхолично, не слишком много внимания уделяя тому, что делает, отстукивал ритм на бубне и тихонько, под нос, мурлыкал простенькую песенку, а в воздухе перед ним, извивался, возносился ввысь и опадал, постоянно менял форму и цвет мираж красочного букета.
   - И это всё, на что ты способен? - тот, кого велено было называть Учителем, надменно приподнял брови, не меняя остального, каменного в своей неподвижности лица.
   - Девушкам нравится, - Алишер постарался улыбнуться как можно беззаботнее.
   - И ты до скольких, до двадцати двух лет, только и делал, что девушкам нравился? Ты же взрослый уже мужчина, должен же ты был как-то зарабатывать на жизнь. Или ты только и делал, что со сцены голосил, - Учитель пренебрежительно скривил уголок рта, тем самым выражая своё отношение к подобным занятиям, однако Алишера этим было не пронять.
   - Любой профессии нужно учиться. - Вы же не будете утверждать, несмотря на свой более чем значительный возраст и наверняка немалые знания, что способны самостоятельно создать, - Алишер поискал глазами что-нибудь технологичное, или, хотя бы просто сложное, что можно было бы привести в качестве примера. - Ну, вот хоть этот искусственный водоём.
   Он кивнул на небольшой прудик, не больше пары метров в поперечнике в самом широком месте, с тёмной водой, по которой плавали глянцевитые зелёные листья водных растений и крошечным фонтанчиком, бьющим из небольшого грота.
   - Я не каменщик и не садовник, - отрезал желчный старик. - Но и тот и другой, в твоём возрасте, вполне способны повторить это нехитрое сооружение.
   - Так и я, отучись своё, не был бы простым мастеровым или рабочим, - молодой менестрель умышленно не стал упоминать названия профессий, потому как самое простое дело, которому отдавал себя Творец, становилось чем-то совершенно невообразимым. Мама у него, например, была садовником, но разве можно было сравнить то, что делала она с достижением местных землекопателей-поливателей?
   - Так чего же не отучился?
   - Не успел, - лицо его собеседника застыло в неподвижности, что как уже знал Алишер, служило одним из признаков недоверия, и он счёл за лучшее дать более развёрнутый ответ: - Обычные люди, те получают общее образование до, примерно, восемнадцати лет. Для таких как я, этот срок растягивается ещё на четыре года, потому как мы, кроме общеобразовательных предметов изучаем ещё и свои, специальные: сначала учимся будить свой Талант, а потом и управлять им. Я должен был выбрать себе профессию только в этом году, да вот, сорвался в эту поездку и случайно угодил к вам.
   Не так давно ему зачитали сказку в стихах, а потом и отрывки из исторических хроник, подтверждающие истинность произошедшего, в которых рассказывалось о мастере по имени Джиннан, который в мгновение ока умел возводить целые дворцы. Важная деталь: при этом он пел. Алишер без труда догадался, что речь в ней идёт об архитекторе-менестреле, каким он смог бы стать сам, если бы жизнь пошла по плану. Как и то, что его пленители попытаются выяснить, не способен ли и Алишер на нечто подобное.
   - Случайно? - ему достался острый, испытывающий взгляд, кажется даже кожу прокалывающий.
   - Попадать к вам я точно не собирался, - с извиняющейся улыбкой промолвил Алишер. Мол, мне очень неловко на это намекать, но мне у вас не комфортно.
   - А что за магию ты использовал сразу же после попадания? - намёк был проигнорирован, зато расспросы продолжились.
   - Проверил, отзывается ли моему голосу ваш мир. А что?
   - Допустим. И как, отзывается?
   - Ну, я же могу это делать, - Алишер кивнул на не до конца развеявшийся цветочный фантом. - А зачем вы всё это у меня спрашиваете? Может, хоть раз ответите, Учитель, - в последнем слове промелькнули чуть заметные ироничные нотки. Не удержался. Устал из себя дурачка и простофилю корчить. Но пронесло, слух неодарённых не настолько тонок, чтобы уловить некоторые нюансы.
   - Твой Дар уникален для нашего мира. И нужно заранее определить область его применения. Ты же не собираешься до конца жизни на шее у государства сидеть? - удостоился он высокомерного ответа. Алишер даже задохнулся от такой наглости: это вроде как он сам, навязался им и уходить не желает! Но опять же сдержался, не стал выказывать норов, помнил, что ничем хорошим это обычно не заканчивается.
  
   Шерил
   Легко сказать: "Не демонстрируй Талант". А чем на жизнь зарабатывать, если никакие иные её способности здесь не востребованы? Не подавальщицей же в трактир идти, право слово. Да и любая постоянная работа означала окончательный выбор и остановку в пути, а у неё не было чувства, что её место в мире наконец-таки найдено. И потому, остановившись в очередном селении, Шерил некоторое время приглядывалась к его жителям, их нуждам и потребностям, соотносила со своими возможностями и пробовала предлагать помощь. Некоторые соглашались и, как правило, не жалели об этом. Требуя оплату, Шерил была неприхотлива: нет денег, она брала провиантом, если того пока достаточно, можно взять в оплату отрез ткани из которого потом выйдет новая рубаха взамен совсем износившейся, а уж её ей раскроит и сошьёт третья хозяйка в следующем селе.
   Роль странствующей волшебницы, зарабатывающей мелкими чудесами, пришлась ей впору. Да и не было в ней в общем-то ничего нового: когда они с Алишером путешествовали во время каникул, именно так и зарабатывали себе на проезд и пропитание. Заговорить зубную боль или младенческие колики, вывести плесень из подпола (вот здесь она уработалась до состояния полутрупа) или попросить огород разрастаться дружнее и гуще - всё это ей было вполне по силам. Правда и бралась она не за всякую работу - любое чудо не бывает безграничным.
  
   - Мам, у меня всё равно ничего не получается, - уморительно-серьёзная мордашка десятилетней Шерил отвернулась от подоконника, на котором стоял упрямый кактус. - Он не хочет меня слышать.
   Всю последнюю неделю она употребила на то, чтобы уговорить подоконничного питомца зацвести. Ведь она твёрдо усвоила простую истину: цветут все комнатные растения, кроме, разве что папоротников. Ведь она же мамина дочка? Мамина. А значит, у неё всё должно получиться. Мама же носила прозвание Рейселлин Поющий Сад и была, по общему мнению, одним из лучших садоводов, от волшебного голоса которой растения начинали цвести и плодоносить в сезон и не в сезон.
   - Ох, детка, а поливать-то ты его не забывала?
   На мордашке Шерил засветилось озарение.
  
   Это детское воспоминание согрело душу и добавило убедительности её словам:
   - Нет, милейший, с вашим огородом я ничего сделать не смогу - у вас почва плохая. Удобрять нужно было не забывать вовремя - и не было бы у вас проблем. И не кивайте мне на соседа, у него другая ситуация была, - здоровенный лохматый селянин смотрел по-прежнему просительно, но взгляд его был недобрым. Небось, уже раскатал губу поправить дела за счёт заезжей волшебницы.
   А вот сосед-то как раз своё поле не запускал да и пострадал-то, можно сказать, от излишнего усердия: закупил по осени семян дающих урожаи невиданные, а того не учёл, что всходить им предназначено было совсем в другом климате. И остался бы практически ни с чем не занеси её в эту деревню вольный ветер и песни Клио. А так, поползав полдня по грядкам, лично познакомившись и "поговорив" с каждым капризным ростком, Шерил уже на следующий день могла самолично наблюдать результаты маленького чуда. Ну и заказов наполучать от односельчан счастливчика. Не всегда выполнимых, как выяснилось. Люди почему-то всегда хотят чуда, за которое ничего не будет и забывают о том, что изниоткуда ничего не берётся.
   Нет, пора бы уже уходить отсюда, и так чуть не на неделю задержалась, а то заработков постепенно становится всё меньше, а недовольных отказом или недостаточностью чуда всё больше.
  
   Господин Дронт, Смотрящий Фаюмского улла
   Скучная жизнь была у господина Смотрящего За Деревнями и Весями Фаюмского улла. Тихое местечко, сонное, самый юго-восточный край Империи да к тому же граничащий с ничейными бескрайними болотами, которые имперские картографы лихо пририсовывали к остальной территории государства, а на самом деле пойди, разберись, чья там власть и что там происходит. Или ничего не происходит. Здесь нигде ничего не происходит, ничто не нарушает монотонность объездов, которые господин Дронт по долгу службы был обязан совершать не реже чем раз в сезон. Деревенька за деревенькой, село за селом, тихие, мирные, нищие, а если и кипят какие страсти за покосившимися заборами, до него даже отзвуки не долетают. Не того он полёта птица, чтобы кто-то рискнул с ним местными сплетнями делиться. Чужак, да ещё и начальник.
   - Дозвольте слово молвить, господин Смотрящий!
   Оп. Однако же бывают и исключения. Вдруг откуда ни возьмись, появился этот мужичонка.
   Прилично одетый мужчина средних лет остановился перед рухнувшим перед ним на колени мужиком и брезгливо скривился. Нет, поза была самой правильной, именно так, с колен имел право обратиться простой крестьянин к человеку его статуса, однако именно такие из них, неприкрыто раболепные имели самую неприятную натуру. Из тех, что мать ради мимолётной выгоды запродать не побрезгуют. Или дочь. Да, дочь - это пожалуй ближе к теме.
   - Что, девки на выданье в доме завелись, а приданного даже для одной не наскребётся? - противно было вступать с таким в переговоры, однако ничего не поделаешь - служебная необходимость. Пополнять гаремы Сиятельных - одна из важнейших задач всякого Смотрящего.
   - Что вы! - вроде бы искренне возмутился то. - Мои ещё малые, Да и не нуждаемся мы, благодарствую, ради благоденствия Сиятельных стараюсь я, не за ради вознаграждения, и по причине всегдашней заботы о...
   - Ближе к делу, - оборвал господин Дронт славословия, в которых сам проситель уже похоже окончательно запутался.
   - Господин Смотрящий, девка есть, одинокая, без родных, сама по себе шляется по трактам. А ну как кто обидит? Вы-то уж всяко позаботитесь, сбережёте жизнь молодую.
   Селянин переступил с колена на колено - под одно из них очень некстати мелкий камешек попался - ногу прострелило болью аж до самого паха, и он чуть не взвыл. А тут ещё высокородный господин самым неприятным тоном протянул:
   - Я-а-сно. Не подскажешь, где мне сию деву можно встретить?
   - А как же ж, подскажу, - он ещё раз переступил с колена на колено, подобравшись к самым носкам, некогда хорошо начищенных, а теперь уже слегка запылившихся сапог. - В трактире у Сеньки-Бражника каждый день ужинает. Как раз к вечерней зорьке поспевает.
   В пыль упала мелкая монетка. Не такого вознаграждения можно было бы ожидать спровадь он в гаремы собственную кровиночку, но эта дева странноглазая и не в его собственности была. Так что всё прибыток, всё копеечка, не так, так иначе.
   А господин Смотрящий, бодрым шагом, уже не помня о скуке, направился к местному очагу культуры. Нет, правда стоило взглянуть на самостоятельно путешествующую по трактам девицу, может действительно из тех, кому лучше будет оказаться за надёжными стенами гарема? Попасть в тепло и сытость, с вполне определённым, пусть и не самым завидным будущим. Нет, рано решение принимать, надо на неё действительно взглянуть. В любом случае следовало для начала заняться собственными делами: поговорить со старостой, записать суммы подушных и поземельных податей, обновить списки родившихся, умерших, уехавших, а заодно, прежде чем с нею встречаться, порасспросить местных, кто такая и чем занимается, а то может на разговоры с нею и время тратить не стоит.
   Искомую деву он отыскал без проблем, даже уточнять местопребывание не пришлось. Молодая, но уже не юная, русые волосы давно не знавшие ножниц едва достают до плеч, а с загорелого лица смотрят очень светлые, даже сразу и не поймёшь голубые или серые глаза. Добавить к этому штаны и рубаху, плетёные по местному обычаю сандалии и накидку, какие носят ойры болотные - вот и вырисовывается образ опытной путешественницы, совсем не легкомысленной девицы, за каким-то надом шляющейся по окрестным деревням.
   - Не помешаю? - он подхватил со стойки кружку с пойлом, которое местные почему-то называли пивом и остановился у стола, который занимала незнакомка.
   - Места много, - очень спокойно ответила она. - Садитесь где хотите.
   Голос был низковатый для девушки, надтреснутый, словно она горло застудила, и с весьма отчётливым акцентом.
   Дронт присел напротив, отхлебнул пива, скривился и невольно скосил глаза в тарелку соседки по столу, содержимое которой та поглощала деловито и целеустремлённо. Огуречник. Холодный суп из кислого молока, в котором плавали ломтики свежего огурца, зелень и рубленое яйцо. Бр-р.
   - Как вы это есть можете? - невольно спросил он, хотя намеревался начать разговор совсем с другого.
   - А я, - она очередной раз зачерпнула свою похлёбку, - отношусь к той счастливой категории людей, которые могут есть всё что угодно. К тому же, это - вкусно.
   И замолчала надолго, ровно до тех пор, пока в миске не показалось дно.
   - Итак, - она подняла на него очень светлые глаза, - о чём вы хотели со мной поговорить?
   - А вы так уверены, что разговор есть? - опешил он.
   - Да бросьте, в вас за километр видно начальника.
   - А что за мера длины такая, "километр"? - зацепился он за незнакомое слово.
   - Не важно, - не пожелала она удовлетворить его любопытство. - Так что там с разговором?
   - Чем вы успели местным насолить, что вас поспешили сдать мне? - начал он с наиболее очевидного.
   - Ничем, - не задумавшись ни на мгновенье, ответила она. - Может, вы скажете, кто конкретно меня "сдал" и заодно в чём именно заключалась эта "сдача"?
   - Имени, извини, не спросил, не по чину мне таким интересоваться. А так, мужичина здоровенный, краснорожий, патлы сивые, отродясь нечесаные.
   - Свен, - моментально опознала своего обидчика даже по настолько расплывчатому описанию. Похожих мужиков в деревне было много, наружность у Свена была самая типическая, но вот настолько не дружил с расчёской, чтобы его лохматая шевелюра попала в особые приметы, только он один. - Вот же слизень капустный!
   - И что вы с ним не поделили? - блеснули острым любопытством глаза Смотрящего.
   - Не взялась за заказ.
   - И-и? - настойчиво протянул Дронт. - Что за заказ был?
   - На увеличение урожайности полей.
   - А вы можете?
   - Немножко.
   - А как?
   - Могу "поговорить" с растениями и "попросить" их.
   Это было, конечно не совсем так. Не говорила она, а пела, пусть и очень тихо, чтобы даже рядом стоящий человек не услышал и не уговаривала, а меняла их в нужную сторону. Слегка. На сколько хватало её понимания и таланта.
   - Как попросить?
   - Голосом, - ответила Шерил и тут же поняла, что сболтнула лишнего.
   - Это как джинна? - Смортящий загорелся каким-то нездоровым азартом, так что нервы Шерил опалило ощущение опасности. Джинна. Что такое джинна? Или может быть джинн? Какие-то такие сказания здесь бродили и, кажется, она даже три селения назад в трактире от бродячего сказителя что-то такое слышала.
   - Это вы о той сказке, где один кудесник при помощи песни в момент дворцы возводил? - она иронически изогнула бровь, чтобы сидящий напротив мужчина сам смог прочувствовать глупость своего предположения. Хотя, сказка - ложь, да в ней намёк, Алишер, если всё-таки закончит архитектурный, как и собирался, будет способен на нечто подобное.
   - А тогда как? - продолжал допытываться Смотрящий.
   - А не знаю, - она чуть было не развела руками. - Наследственная способность. От матери к дочери передалась, она и научила кое-каким приёмам. Только по сравнению с нею, я - бездарь совершеннейшая.
   И ведь ни словом не солгала. О природе дара менестрелей, да и вообще Творцов, толком не известно ничего, сколько ни пытались его исследовать, а про маму она сказала чистую правду.
   А вот смотрящего этот момент заставил задуматься. От матери к дочери? Значит, скорее всего речь здесь идёт не о дальнем наследии Сияющих. У тех, помнится, женщины вовсе лишены магической силы за исключением устойчивости к ментальному воздействию. Что-то новенькое. Или, наоборот, старенькое, сохранившееся с тех тёмных веков, когда ещё не было Сиятельных с их благословенной магией. Так что не след в гарем такую деву отправлять, потому как всем известно: что туда попало, то пропало. Не отдавать в гаремы женщин, которые могли пригодиться кому-нибудь из обычных мужчин, ну или как-то самостоятельно пристроиться в этом мире, было негласным, но неукоснительно выполняющимся правилом для всех Смотрящих. Нечего обеднять собственный генофонд. Если, конечно, от кого-либо из Сиятельных не поступало прямого обратного приказа.
  
   Шерил
   Вечер сгустился над полями, где ветер ворошил нежно перешёптывающиеся колосья, когда Шерил выбралась из деревни. Даже утра дожидаться не стала. Дела в этом селении поначалу шли настолько хорошо, что она задержалась в нём дольше, чем должна была бы. Даже вот неприятеля себе нажить успела. И чуть не загремела в гарем к местной магической элите. А уж зачем к ней за стол подсаживался господин Смотрящий, Шерил сообразила спустя пару минут после начала разговора. Дурочкой она никогда не была, а что случается с молодыми девушками, за которых некому заступиться или от которых отказались родные, её успели предупредить сердобольные селянки. Давно, ещё в самом начале её длинного пути, когда она только-только начала понимать местную речь.
   - Стой! - донеслось сзади. Шерил остановилась и обернулась, половчее перехватив палку, которую таскала с собой в качестве орудия самозащиты: широкими шагами, иногда переходя почти на бег, её догонял здоровенный детина. - Я с тобой пойду! - закончил он неожиданно, остановившись рядом с напружинившейся девушкой. Та, от неожиданности не нашла ничего лучше, чем спросить:
   - Это зачем ещё?
   - Ты ж на восток идёшь? - брови Шерил вопросительно чуть приподнялись, но парень почему-то решил счесть это согласием. - Так мне тоже туда нужно. Я слышал, как ты в трактире у Сеньки-Бражника про дорогу выспрашивала.
   - Я-то может и выспрашивала, - в отсутствие карт, которые здесь являлись дорогостоящей игрушкой для знати, расспросы являлись единственным способом ориентироваться на местности, - но вот зачем ты мне нужен, это другой вопрос.
   - Нужен, конечно, - парень хлопнул белёсыми ресницами. - Всё-таки я - мужчина, оборонить если что смогу. А если назовёмся братом и сестрой, то и приставать всякие там не будут.
   Шерил окинула скептическим взглядом высоченную тяжеловесную фигуру парня, встрёпанный белёсый чуб, не загорающую ни на каком солнце кожу, и подумала, что принять их за родственников можно только с перепоя. И почему-то страшно не хотелось присваивать этому недоразумению статус брата. Брат у неё может быть только один - Алишер.
   - Ладно, родственничек новоявленный, как хоть тебя зовут...?
   - Ярек, - ответил он незамедлительно, даже не дождавшись пока девушка закончит задавать свои вопросы.
   - ... а заодно, куда путь держишь и почему я вдруг понадобилась тебе в попутчицы?
   - Путь держу на границу, - он поправил перекинутую через плечо лямку объёмистой сумки, и зашагал, пытаясь приноровиться к её походке. - Там никогда крепкие парни не лишние.
   - В солдаты, значит, собрался, - заключила Шерил, - Ну а я-то тебе зачем понадобилась?
   - Так я дальше Сульской ярмарки никуда не ездил, - простодушно признался он.
   - Горюшко, - вздохнула она, уже внутренне смиряясь с таким попутчиком. - Что ж тебе дома не сидится?!
   - А что меня там ждёт?! - неожиданно зло взвился парень. - Сама-то небось у тятьки на шее тоже сидеть не захотела! - потом, спустя довольно продолжительный отрезок времени, когда они уже почти миновали поля и вышли на тракт, тихим невыразительным голосом продолжил: - У отца есть земельный надел, а у меня два старших брата и сестра есть. Сестру-то можно выдать замуж и так, приданного насобирать и дело готово, а сыновьям нужно выделить по куску земли, чтобы было, чем потом семью кормить. Только вот надел у нас совсем маленький, по-хорошему - на одну семью, ну, может быть на две, если совсем скромно жить, но уж никак не на три. Вот такие вот дела.
   - А жену взять из семьи, где молодых мужчин нет? Или у вас таких уже не осталось?
   - И потом полжизни примаком жить? Я хочу сам быть хозяином в своём доме!
   - А думаешь, в армии тебе сразу всех благ подвалит?
   - Нет, не думаю, - он весь как-то потух, - но надо же с чего-то начинать. А я ничего кроме как на земле работать, больше ничего не умею.
   Некоторое время передвигались они молча, думая каждый о своём, потом Шерил задала ещё один, закономерный с её точки зрения вопрос:
   - А тебя не хватятся?
   - Меня уже хватились, - он широко зевнул, даже не попытавшись прикрыть рот рукой, на долгое мгновенье закрыл глаза, потом энергично встряхнул головой, разгоняя сонную одурь. - У нас принято довольно рано ложиться и вставать на рассвете. Но ты не боись, мои все знают, куда я подался. А кто не знает, тот догадывается.
   - А чего ж тогда тебе нормальное сопровождение не нашли? Случайной попутчице пришлось навязываться.
   - Ну как? - ещё один широкий зевок. - Знать-то знают, обговорено всё было уже не раз. Только отпускать не спешат. Мать просто за меня боится, а остальным лишние рабочие руки в хозяйстве никак не мешают.
   - Значит, погони нам можно не опасаться, - сделала вывод Шерил.
   - Так это потому, ты гонишь, не останавливаясь на ночлег? - почти счастливо выдохнул парень и почти остановился.
   - Нет, не поэтому, - она, не сбавляя шага, обернулась на приотставшего спутника. - Днём - жарко, да и пыль на тракте телеги поднимают, тоже ничего хорошего. А ночью спать холодно, без костра в миг замёрзнешь. И то, что мы так меньше привлечём чужого недоброго внимания, тоже со счетов сбрасывать не стоит. А что, так спать хочется, что сил терпеть нет?
   - Есть, - он решительно встряхнулся, демонстрируя наигранную бодрость, но надолго Ярека всё равно не хватило, он опять принялся зевать, да и тащился нога за ногу. Есть всё-таки в твёрдом распорядке дня некоторые неудобства, заключающиеся в том, что если этот распорядок по каким-то причинам ломается, организм идёт в разнос.
   Ранним, самым ранним утром, когда солнышко ещё не успело показать краешек из-за горизонта, а ночной сумрак только-только посерел, Шерил принялась за поиск места для дневной стоянки. К тому времени Ярек уже спал с открытыми глазами, да и сама она успела здорово утомиться - тоже успела привыкнуть к дневному обитанию.
   - А спать где будем? Что, прямо в кустах? - Ярек наконец-то раскрыл глаза, и осмотрел место, на котором почему-то стоит пару минут, не двигаясь вперёд.
   - А чем тебе не нравится? Здесь сухо и достаточно места, чтобы вытянуть ноги, - Шерил от нынешней стоянки тоже была не в восторге: слишком близко от тракта, но другой растительности, кроме этого, высаженного вдоль дороги кустарника, здесь не было. Да и темно ещё было слишком, чтобы пытаться что-нибудь получше найти.
   - Нормально.
   Парень сел, где стоял, расстелил по земле тонкое одеяло, сунул под голову сумку и отключился, кажется даже раньше, чем успел веки смежить. Шерил только недовольно головой качнула, глядя на это, и взялась за установку охранного периметра. Сколько бы она не сетовала на отсутствие нормального Таланта, а срифмовать и напеть пару строк, вплетая туда подходящие звучания, ей было вполне по силам. И пусть её творение не будет расшвыривать врагов и недоброжелателей молниями шестого порядка, да и силовой купол у неё не получится, сквозь который может пройти разве что воздух, но предупредить о приближении чужака и дезориентировать его на пару минут, ему вполне по силам.
  

6

  
   Господин Дронт Смотрящий Фаюмского улла
   Несколько дней спустя, уже в самом Фаюме, расположившись в уютном полумраке самого дорогого из ресторанов города (правда, жители столицы, пожалуй, не признали бы его за приличное заведение) господин Смотрящий в неофициальном порядке докладывал новости одному из младших Сиятельных.
   - ... но в качестве кандидатуры для пополнения гарема я её отверг.
   - Извини Дронт, - тот повертел в руках чашку с крепко заваренным чаем, но пить не стал, отставил в сторону, - хороший ты мужик, но интересы Сиятельных блюсти совершенно не умеешь. Вот скажи, зачем ты отпустил эту девицу? Заметил же что интересная, может даже уникальная, даже вроде бы даже с какими-то неопознанными магическими способностями. Такой случай влить в род Сияющих свежую кровь упустил!
   - Нормальная девица, толковая, самостоятельная, не рохля какая-нибудь не способная выжить без чужой помощи, - отношения за те несколько лет, что Дронт занимал должность Смотрящего Фаюмского улла, сложились почти приятельские, так что он даже иногда позволял себе некоторую фамильярность. - Зачем же её разума лишать? А что до магических способностей, то есть они или нет, я засвидетельствовать напрямую не могу, не был свидетелем.
   - Нет, всё-таки ты - дурак, - резковато отозвался Сиятельный и Дронт внезапно почувствовал острый приступ вины перед этим существом. В само деле, какое значение имеет участь какой-то там девицы, перед благополучием рода Сиятельных?
   - Да не так уж она и была интересна, - он опустил взгляд в стол. - А каким-то магическим приёмам она вполне могла научиться у ойров. Помнится, у неё была при себе настоящая ойрская накидка.
   - Ойрский плащ? - переспросил Сияющий. - Настоящий? На какой-то нищей девице? Да ты знаешь, сколько он стоит?! Даже я в своё время походил-посмотрел да не решился так потратиться.
   Ураганом эмоций Дронту словно бы череп сдавило. На секунду, не более. А потом он ощутил небывалую лёгкость, счастье и желание сделать что угодно, горы свернуть, только чтобы оно не исчезало. Однако он, твёрдо усвоив как не любят Сияющие пускающих пузыри счастливых идиотов, собрался и ответил сравнительно членораздельно:
   - Тот наверное новый был, с выделкой и отделкой. А этот старенький, основательно потрёпанный, самого простого кроя и очень непритязательный.
   - Всё равно, увидишь ещё эту девицу - приведи её ко мне. Любопытно будет взглянуть, - потом бросил быстрый взгляд на собеседника, заметил, что тот стремительно начал терять адекватность и добавил с максимальным добродушием: - Да ты иди, иди, братец. Ты же только сегодня из инспекции вернулся? Отдыхай.
   Нет ничего удивительного в том, что Дронт с готовностью последовал этому совету-приказу. И потому, что воспротивиться повелению Сияющего очень сложно, и потому, что имел здоровое чувство самосохранения, которое буквально вопило, что убираться нужно отсюда как можно быстрее и как можно дальше. А ещё накатить на грудь чем-нибудь крепкоалкогольным. Именно спиртное являлось самым простым, легкодоступным и эффективным средством снятия эффекта воздействия Сияющих.
   Оставшийся в одиночестве представитель элиты Светлой Империи ненадолго задержался в уютном отдельном кабинете ресторанчика. Недовольство собой даже аппетит перебило, а чай он никогда особо не любил, хоть и вынужден был на людях довольствоваться безалкогольными напитками. Ему ни в коем случае нельзя было терять контроль над способностями, а это и на трезвую голову с ним происходило. Вот как это случилось только что. И опалу и ссылку в эту глухомань он заслужил собственной несдержанностью, и предупреждал его перед отъездом дядя, чтобы не смел калечить государственных служащих, их мозги империи ещё понадобятся.
   - Господин? - это уединение Сиятельного посмел нарушить хозяин ресторанчика. В голосе его в равной пропорции смешались страх, восторг и подобострастие, хотя лицо было невозмутимо, - Что-нибудь ещё?
   - "Бархат Ночи" пятилетней выдержки у тебя ещё остался? Пошли в мой особняк, - да, это пожалуй, единственно правильное решение. Расслабиться в уединении собственного жилища. А то вон даже этот, как же его там, а, не важно, хозяин ресторана начал демонстрировать ненормативные реакции. Уходить нужно.
   А то, о котором только что думал Сиятельный, сразу за дверями уединённого кабинета, выпрямился, вернув себе горделивую осанку и подумал, что нашём неплохой способ справляться с воздействием Сиятельного, повадившегося обедать в его заведении. Всего-то и нужно продемонстрировать ему преувеличенный восторг, как давление на психику исчезает, а глупая радость сходит на нет. Вот только открытие это только для личного пользования. Сомнительно, что Сиятельные отнесутся с пониманием даже к такому невинному способу манипулирования ими. Как и нет никакой гарантии, что и другие окажутся столь же совестливыми как этот.
  
   Алишер
   Относительную свободу ему удалось получить не сразу. Сначала его начали выпускать на короткие ознакомительные экскурсии по городу (под наблюдением и охраной), потом пристроили на работу во дворец местного правителя, где его автономность и самостоятельность тоже были под большим вопросом. Работать, смешно сказать, пришлось менестрелем. Из всех продемонстрированных им талантов применение нашёл самый простой и примитивный: эмпатия - трансляция эмоций, которые он испытывал сам на всю аудиторию слушателей во время исполнения.
   Самого властелина и повелителя этой империи он видел редко, издали и только во время больших официальных развлекательных мероприятий. Высокий, мрачного вида мужик, в пышных, красно-золотых одеждах, который крайне редко открывал рот, для того, чтобы сказать хоть что-нибудь.
   Впрочем, развлекать императора, слава Музам, вовсе не являлось его задачей. Чаще всего Алишера звали в одну из малых музыкальных гостиных, чтобы развлекать скучающих придворных дам и их кавалеров. Бессмысленное, на его взгляд, занятие и лишённое даже приятности. Не смотря на тщательно культивируемую атмосферу всеобщего праздника (чуть пьяную и явно нездоровую), у Алишера было тяжело и паскудно на душе (заниматься приходится всякой ерундой, а к поискам сестры он не приблизился ни на шаг со дня появления в этом мире) и потому транслируемые через музыку и песни эмоции оказывались не самыми светлыми. Чего только стоила переложенная на попсовый мотивчик рок-баллада "Золотая шлюха-осень" исполнявшаяся им на родном языке!? А ведь сидели, слушали, давились тоской пополам с раздражением. Зачем?
   - Ах, это было незабываемо! - в коридоре, не успел он пройти и десятка шагов, Алишера догнала одна из красоток, которая пришла на выступление без кавалера, сидела в первом ряду и весь вечер гипнотизировала молодого менестреля кошачьим взглядом.
   - Вам действительно понравилось?! - он резко развернулся на одном месте и приподняв брови, уставился на поклонницу.
   - Такие богатые переливы голоса и эмоций, - вкрадчиво заворковала она, а тонкие пальчики невесомо прошлись по рукаву Алишера. Что ж, дураком он не был и прекрасно имел ловить подобные намёки. Молодой менестрель отвёл руку мгновенно погрустневшей красотки, а потом подумал: "Какого демона!", может хоть это позволит встряхнуться и вырваться из круга обыденности, в который его всё плотнее засасывало. И он не столько сам увлёк, сколько позволил себя увлечь в сторону покоев, которые занимала прекрасная дама.
   "Лекарство" имело закономерный побочный эффект: следующим же вечером Алишер порадовал местное общество исполнением фривольных куплетов на местном наречии, после которых, благородное собрание стремительно растворилось в дворцовых коридорах, дабы удовлетворить внезапно вспыхнувший любовный жар.
   А подруги на ночь с тех пор у Алишера менялись с завидной регулярностью.
  
   Господин Цое
   Господин Цое, тот, которого Алишеру было велено называть Учителем, докладывал о делах текущих своему повелителю и новости в целом были неутешительными:
   - Ещё трое ублюдков Сиятельных сдохли. Все трое были причислены к разным гарнизонам, так что небрежностью нижних чинов это уже объяснить нельзя, - положение которое занимал этот весьма немолодой человек, скорее соратника, чем приближённого, давало ему право общаться с господином и повелителем целой империи в более чем вольной форме. И даже эмоции выказывать.
   - Мы с вами, и прочим коллегиумом это предвидели, - властитель Тёмной Империи, сам магом не был, но в теории волшебства, так же как и господин Цое, разбирался неплохо. - Сокращение срока жизни могло оказаться побочным эффектом от массированной выкачки Дара. Что от Ловцов слышно?
   - Почти ничего. Тот материал, что нам доставили с последней партией, годится только для подзарядки муниципальных амулетов. Хорошо ещё нам вовремя попался этот маг-менестрель и с магической защитой дворца не стало никаких проблем.
   - Кстати, о нём, - император откинулся на спинку массивного кресла, - уникальный экземпляр. И весьма сильный к тому же. Почему мы используем его так нерационально? и зачем вообще было потенциально опасного, несвязанного мага помещать во дворец? - "в непосредственной близости от моей персоны" не прозвучало, но было понято и проигнорировано.
   - По нескольким причинам. Во-первых, он молод, наивен и многого не замечает, пока его не ткнут в это носом. Да-да, не нужно недоверия, в их мире детство довольно затяжное. Даже неодарённых загружают какими-то лишними знаниями аж до восемнадцати лет, лишая их возможности приносить пользу обществу, - по лицу господина Цое, пробежала судорога внезапного раздражения от нерациональности устройства жизни чужого народа. - Второе: один из тех, о которых я докладывал, питал именно дворцовые амулеты и эту прореху нужно было срочно чем-то заполнить. Третье и самое важное: напрямую подключать к нашим приборам мальчишку бесполезно - магическая энергия выделяется только во время музицирования и никак иначе.
   - И как вы из этой ситуации вышли?
   - Расставили воронки-уловители возле всех музыкальных гостиных, куда его приглашают. А если что и мимо них попадает, не страшно: воздействие магии музыки маломощно и кратковременно. Кроме того, было ещё одно соображение: именно во дворце собран цветник из дам на любой вкус. Доступных дам, что тоже немаловажно.
   - Ах, это ты снова взялся за тот провальный проект? - император заинтересованно чуть приподнял брови.
   - Развести собственных магов и не зависеть от поставок из-за границы, было бы очень неплохо, - обозначил свои интересы господин Цое.
   - Мы пробовали. Сиятельные плохо скрещиваются с настоящими людьми, а сила дара в поколениях полукровок быстро теряется, - о том, что до сих пор службе внешней разведке до сих пор не удалось выяснить, как же сами Сиятельные справляются с этой проблемой, он решил не упоминать. Слишком болезненным был этот провал для обоих собеседников.
   - Этот - не Сиятельный, - намекнул господин Цое.
   - И как успехи? - император даже подался вперёд.
   - Пока - никак. Слишком мало времени прошло. Но никуда он от нас не уйдёт. Среди дам уже распространили слушок, сколько можно получить за ребёнка от этого отца и насколько мне известно, даже служанки включились в соревнование.
   - Ладно. Хорошая идея. Однако, в плане разведения магов одного производителя не достаточно, нужно ещё хотя бы несколько таких же. Распространи среди Ловцов и жандармерии приметы нового типа магов, пусть прошерстят и нашу территорию и у соседей.
   Господин Цое склонил голову, принимая к сведению упущенные им обстоятельства. Мало ли, что этот мальчишка рассказывает, что попал в это мир совершенно случайно. Где один, там может быть и второй.
  
   Шерил
   Проблем новый попутчик доставлял ей примерно столько же, сколько пользы приносил. Начать с того, что после первого же длинного перехода выяснилось, что он стёр ноги сапогами практически до невозможности в ближайшее время сунуть их хоть в какую обувь.
   - Как же ты это так? Сапоги новые, неразношенные, что ли нацепить догадался?
   - Почему новые? Ничуть не новые, я всегда их по праздникам и в люди одеваю, - возразил Ярек и болезненно скривился, когда девушка пришлёпнула к пострадавшей конечности какие-то широкие, бархатистые листья.
   - На вот, примотай. Это тебе будет вместо обуви на ближайшие дни. И не фасонь больше.
   Он не слишком был привычен к скромному по объёму (зато калорийному) походному рациону, с трудом переносил долгие ночные переходы, а днём подолгу не мог заснуть, каждого встречного, которого угораздит с ними заговорить норовил счесть своим хорошим приятелем и чуть ли не другом и был непробиваемо, до изумления наивен. Он плохо переносил перепады температуры, которых тренированное на саморегуляцию тело менестреля даже не замечало.
   Зато на Ярека можно было сгрузить большую часть их общих припасов и тот без вопросов, да и без особого затруднения тоже, волок их. А когда ей в голову приходила фантазия подзаработать чуток деньжат при помощи своего Таланта, никогда не вмешивался в её переговоры с потенциальным клиентом и не задавал лишних вопросов.
   - Не нужна ли помощь? - с той или иной разновидности этого вопроса она обычно начинала разговор с потенциальным клиентом. И в этот раз остановилась у кузни на самой окраине маленького городка и вот уже минут десять наблюдали за борьбой между норовистым конём, его хозяином и кузнецом, подрядившимся подковать благородное животное. Счёт пока вела злобная скотина, в очередной раз порвавшая верёвки, наподдавшая копытом подмастерью и отскочившая на пяток метров в сторону.
   - Ай! - кто из мужчин издал этот нетерпеливый возглас, было непонятно, но отмахнулись от её предложения так или иначе, все и вернулись к своему многотрудному занятию. Больше она в это действо не встревала, молча наблюдала, как верёвки заменили кожаными ремнями, потёртыми и уже связанными в нескольких местах, но, по-видимому, всё ещё прочными. И ценными, раз уж их не пустили в ход сразу. Рядом переминался с ноги на ногу братец названый, недоумевающий, что же такого занимательного могла найти эта странная дева в самом обыденном действе - замене подковы у коня. Но не торопил, помнил, как часто такие вот задержки оборачивались денежными заказами, как и свою собственную неспособность без посторонней помощи зарабатывать деньги в большом мире. Этот раз тоже не стал исключением.
   - И какую такую помощь вы хотели нам предложить? - хозяин коня прятал в усах "неприятную" ухмылку, а подошёл с явной целью поиздеваться над незадачливыми путниками. И в самом деле, стоят, и деревенского вида парень с копной соломенных волос и покрасневшей на солнце рожей и мелкая, на его фоне девица с русой, выгоревшей до белёсого оттенка шевелюрой и загоревшей до черноты рожицей, смотрят. Клоуны! Как над такими не поглумиться, не сбросить напряжение после трудного дела?
   - Укрепить верёвки, - Шерил небрежно пожала одним плечом. Мол, теперь-то что?
   - Или можно ненадолго коню нрав подправить, - неожиданно даже для себя самого вставил Ярек. На нём скрестились два недоумённых взгляда и парень почувствовал себя внезапно заговорившей мебелью.
   - Сделка? - взгляд мужика внезапно сделался из насмешливого расчетливым, словно его осенила какая-то неожиданная, но несущая немалую выгоду идея.
   - Сделка, - Шерил привычно взяла на себя роль переговорщика. - Условия?
   Потенциальный клиент пожевал губами и с некоторым сомнением вопросил:
   - А ты действительно можешь, это, верёвки укреплять? - видимо, гипотетические способности Ярека по успокоению животных вопросов не вызывали. Шерил молча отвязала длинную лямку от своей сумки, благодаря которой её можно было вешать через плечо, и вручила её потенциальному клиенту. Тот, недоумённо покрутив в руках широкую тканую ленту, вдруг решительно развернулся и направился во двор кузни, где пара слуг до сих пор пыталась призвать к порядку норовистого жеребца.
   Лямка выдержала испытания с блеском. Не удивительно. Очень немного времени понадобилось Шерил, чтобы на собственном опыте убедиться, насколько прочнее были синтетические волокна из её собственного мира, этих, натуральных. А монеток, звенящих в кармане, на частые обновки не хватало, да и давались они не так чтобы легко. Вот и пришлось заговаривать каждую вещичку из гардероба, включая и сумку тоже, на прочность. Кто бы мог подумать, что домашнее "аварийное" заклинание, помогавшее сохранять целостность чулок даже после получения затяжки, так ей тут пригодится.
   - Совсем никогда не порвётся? - с расчетливым интересом спросил бородач и ещё раз растянул в руках лямку, проверяя прочность.
   - Что угодно можно порвать, если приложить побольше дурной силы, - философски заметила Шерил и забрала у него свою собственность.
   - Брон, - мужик, представляясь, протянул руку для рукопожатия. - Такие вещи мне нужны. Дорого берёшь?
   - Договоримся.
   И договорились. Правда плата за магические услуги была предложена в вещах и продуктах.
   - И жить вы будете на полном довольствии, - расписывал перспективы Брон, пока они катили в удобном возке в сторону небольшой коневодческой фермы.
   - Не понимаю, почему не монетами, - качнула головой Шерил. - Это неудобно - подбирать эквиваленты, из того что есть у вас, к тому, что нам надо и того, что мы сможем за это предложить.
   - Э-э-э, так времена для этого неподходящие, - поднапустил тумана конезаводчик.
   - Дешевеет всё, а деньги дорожают. Война на носу, очередная, - это лаконичное объяснение Ярека должно было бы быть предельно ясным, но Шерил ещё больше запуталась: что-то ей в этом логическом построении показалось неверным - надвигается война, а всё дешевеет.
   - Это как? - она перевела взгляд с одного на другого мужчину.
   - Деньги изымаются из оборота, - неохотно пояснил Брон. - Из наших монеток доспехи хорошие получаются: и от удара и от магии берегут.
   - И кто может позволить себе подобную роскошь? - прикинула стоимость подобной защиты Шерил.
   - Элитные воины империи, - невесть с чего задрал нос Ярек. - И Сиятельные тоже, когда на поле боя выходят.
   - Не, - не согласился Брон. - У тех доспехи конечно же есть, но у них они родовые, от отца к сыну передаются, редко когда новый комплект делать приходится. А вот простые воины те - да, каждый за подшивку куртки сколько сможет менке насобирать, тот столько пришьёт.
   Ярек призадумался, прикидывая что-то, а Шерил продолжила расспросы:
   - Это перед каждой заварушкой у вас деньги из оборота исчезают? А потом так же резко появляются после войны. И как ваша экономика только выдерживает такие перепады?
   - Не после войны, а после первой же крупной битвы. Похоронные бригады, что наши, что тёмные (кто битву выиграет, тот тем и занимается) не только о телах заботятся, но и в обязательном порядке верхнюю одежду с покойничков срезают, - со спокойным цинизмом заметил Брон. - Правда, некоторая часть монеток опять же возвращается к выжившим. Свои же везде люди, а чем больше монеток под куртку вшито, тем больше вероятность и дальше оставаться в живых.
   - Постой, а металлические кольчуги и прочие там латы у вас не в ходу? - удивилась Шерил.
   - А толку в них? От магии всё равно не спасают. От кожаных стёганок и то больше толка бывает.
   Это последнее замечание натолкнуло Шерил на ещё одну тему для расспросов: почему здесь так мало были распространены изделия из кожи, а те что есть, стоят непомерно дорого? Повседневная обувь плетётся из таких тонких ремешков, какие в ином месте пошли бы только на выброс, а Ярековы так толком не разношенные парадные сапоги действительно имели немалую стоимость. И слушая пространные объяснения Брона о том, что дубильни расположены в основном на севере, а здесь их совсем мало, о слишком долгих дорогах и высоких торговых пошлинах, о прочем, что мешало организовать выделку кож прямо здесь, на месте, Шерил всё больше приходила к выводу, что у местных точно какое-то поголовное размягчение мозгов на почве всеобщей благостности. Уже сколько раз сталкивалась, с тем, что необходимость поднапрячься и сделать что-то новое, чтобы кардинально улучшить свою жизнь, вызывает ленивое недоумение. Зачем? Ведь и так всё хорошо и так всё идёт по накатанной. Вот и Брон, сетует, возмущается, а как-то впустую, без желания изменить порядок вещей.
  

7

   Шерил
   Наблюдать за Яреком, когда тот принимался ворожить над лошадьми, было настоящим удовольствием. Нежно, ласково, осторожно, словно бы не коня уговаривал, а с девушкой ворковал, подбирался он сначала поближе, потом ложил руку на плечо или мощную конскую шею, глядишь, и он уже во всё начёсывает и наглаживает копытного капризника. Два, три, таких сеанса и вот уже самый нервный жеребец спокойно позволяет войти конюху в стойло.
   Однако же действо это было только для избранного зрителя, до него допускалась только сама Шерил и их добрый хозяин - Брон. Вот и сейчас, когда она подобралась поближе Ярек дёрнулся, насторожился, потом осознал кто именно пришёл, успокоился и, ласково похлопав по шее кобылу, у ног которой путался крепенький тонконогий жеребёнок, направился к ограждению загона.
   - Как? Сговорились? - речь шла об их оплате. И дело было даже не в том, что Брон внезапно решил урезать гонорар бродячих кудесников, совсем нет. Просто не всё из запрошенного имелось у него в наличии и пришлось торговаться с соседями, обменивая мешки с зерном, капустные кочаны, кур и уток, свечной воск, и прочие товары по такому зубодробительно-сложному взаимозачёту, что Шерил даже не пыталась вмешиваться в торг.
   - Кое-как, - за последние дни, зарабатывая себе на одну очень важную вещь, Шерил практически без преувеличения натёрла себе мозоль на языке, так что без крайней необходимости предпочитала обходиться односложными ответами. Вместо объяснений она достала из простеньких ножен лёгкую саблю и протянула на осмотр. Ярек с жадным любопытством выхватил оружие из рук названой сестры и так лихо-неосторожно принялся вертеть её в руках, что Шерил сочла за лучшее вынуть её из его ладоней и вернуть в ножны.
   - А тебе не кажется, что оружие на поясе у мужчины будет смотреться намного естественнее? - с намёком произнёс Ярек.
   - Естественнее - не естественнее, какая разница? - она не удостоила названного братца даже взгляда, пристраивая оружие обратно на пояс. - Я умею им пользоваться, а ты нет - вот и весь сказ. Случись что, и у меня не будет времени просить тебя передать мне саблю. Это, надеюсь, понятно?
   Ярек тяжело вздохнул, признав разумность доводов, но кинул на ножны такой сожалеющее восхищённый взгляд, что стало ясно: не только от безысходности подался он на военную службу. Теперь весомых причин и дальше задерживаться на Броновой ферме у них больше не было, хоть он и звал временных работников остаться ещё, а то и вовсе осесть насовсем. Припасы, из категории долгохранящихся уложены в мешки, оружие, отсутствие которого всё больше и больше напрягало Шерил, доставлено (уже несколько раз им приходилось отстаивать свою свободу и имущество при помощи посох и кулаков) и оставалось только дождаться вечера, чтобы вновь вернуться на большую дорогу.
   При мысли об очередном сломе режима дня, у Ярека начала сводить челюсти неудержимая зевота, однако ноги, за последние недели привыкшие к длительным переходам, просились в путь. Да и жизнь кочевая, при всех её трудностях и недостатках постепенно ему начинала нравиться.
  
   Долгим, каким же долгим может оказаться путь, если проделывать его преимущественно на своих двоих! Редко когда кто из сердобольных селян подсаживал их себе на телегу, но и тогда скорость возрастала не сильно. Дни складывались в недели, а из недель постепенно образовался месяц. К горам, показавшимся сначала тенями на горизонте, они вышли в разгар осени.
   - Эх, - ностальгически вздыхал Ярек, - а у нас сейчас полные сады груш и яблок.
   - Здесь они тоже есть, - Шерил оторвала взгляд от дороги - в её плетёных сандалиях пропороть ногу о кусок острой горной породы, которые здесь встречались в изобилии, ничего не стоило. Вот когда стоило позавидовать Ярековым "настоящим сапогам". - По берегам речушек и за высокими заборами.
   - Да? - он вытянул шею и закрутил головой. Вдалеке, за двухметровыми сплошными оградами действительно виднелись макушки каких-то деревьев. Теперь, когда дорога стала каменистой, иногда вообще превращаясь в тропу, а ночи из прохладных по-настоящему холодными, они отказались от ночного способа путешествий да и, при наличии выбора, ночевать под открытым небом не оставались. - А у нас яблоки прямо через забор свешивались.
   - У вас они, небось, и росли сами по себе, а здесь, за каждым ростком ходить приходится. Да бог с ними, особой необходимости зарабатывать здесь на пропитание у нас с тобой нет, а случить такое, нам здесь не яблок со сливами отсыпят, а лепёшек и может даже с мясом. В горах, говорят, стада овечьи неисчислимые ходят.
   В последнее время они, не желая терять время на долгие остановки, и так уже немало потраченного на ферме у Брона, приспособились зарабатывать игрой и пением по случайным придорожным трактирам. Петь Шерил умела и даже любила, правда раньше стеснялась делать это на публике потому как в сравнении с Алишером получалось ... в общем её исполнение никакого сравнения с братовым не выдерживало. Ярек ни петь ни играть вообще не умел, но отстукивать ритм на простеньком бубне и он научился. Её талант менестреля и его дар привлекать людей складывались вместе и позволяли из каждой, даже самой простецкой забегаловки выходить не с пустыми руками. Выходило немного, но на прокорм в дороге хватало.
   Ярек обратил мечтательный взгляд в сторону совсем уже близких, как из туманной дымки вырастающих по левую сторону дороги скалистых кряжей. Для парня, всю жизнь не выезжавшего дальше окрестностей собственной деревни, зрелище должно быть было завораживающим.
   - Давай, может, путь срежем, - кивнул он на такие близкие горы.
   - Какой путь? Куда срежем? Дорога, пусть и петляет, ведёт прямиком к заставе, а в горах, по незнакомым тропкам можно так основательно заблудиться, что только к зиме к людям выйдем, - указала она на очевидную глупость.
   - Ну, хоть поближе подойдём. Страсть как по камням полазить хочется. Тут же совсем близко, только через лужок перейти, - он добавил в голос просительных ноток.
   - На самом деле они очень далеко, это просто кажется, что близко, - она выплюнула травинку, которую сгрызла практически до жёсткой остистой макушки, наклонилась и ловко подхватила следующую. - Может быть, даже целый день пути. А может и больше.
   В этом вопросе специалистом Шерил не была, и в горы прежде ей попадать не случалось, просто читала когда-то раньше, какие иллюзии со зрительным сокращением расстояний бывают на подходе к горам, и кое-что из этого случайно задержалось в памяти.
   Ярек носом покрутил, не убеждённый её доводами, однако спорить с подругой не стал. Действительно, баловство ведь, было бы из-за чего в пререкания вступать. Всё равно за время службы успеет налазиться по горам, просто хотелось бы побыстрее.
   Жизнь убедила в правоте сестры названой и в истинности когда-то вычитанных ею знаний. День шёл за днём, дорога где петляла, а где и ложилась под ноги прямая, как стрела, но неуклонно поднималась вверх, а горы всё не приближались, только чуть заметно глазу смещались в сторону. Впрочем, тут и там стали попадаться скальные выступы, прорывавшие ровный плотный дёрн и у Ярека появилась возможность полазать по большим камням. Небольшие речки превратились в сбегающие там и тут ручьи, а хутора стали настолько редкими, что от одного до другого приходилось добираться по нескольку дней.
   В таких условиях никак не рассчитываешь на появление случайных путников...
   - Простите, уважаемые, - эта обычная завязка для разговора между незнакомыми людьми донеслась откуда-то слева и сзади, где по идее никого не должно было бы быть, со стороны скал. Шерил нервно обернулась и автоматически ухватилась за рукоять короткой сабли, которая, с некоторых пор, постоянно висела у неё на поясе. Путники. Двое. Смуглокожие и востроносые как все местные жители, на голове какие-то тряпки намотаны, в руках длинные тяжёлые посохи, которые при желании можно использовать как оружие. Больше ничего не говорят, но улыбаются ненатурально широко, а приближаются стремительно.
   - Сзади ещё двое, - тихо, сдавленным голосом, проговорил Ярек.
   Шерил больше не медлила: отскочив в сторону, поближе к высокому плоскому скальному выступу, и сманеврировав так, чтобы названный брат оказался с той стороны, где добраться до него противниками будет сложнее всего, она обнажила оружие. Двое, ещё двое и вот ещё одна парочка, словно из разреженного воздуха сконденсировалась. И как это они ухитрились? Местность пустынная, спрятаться особо негде: скалы довольно низкие, кустарник, если где встречается, вообще полупрозрачный, а дорога, хоть и петляет, просматривается на пару километров вперёд и назад. Это, выходит, они прятались специально, кого-то здесь поджидая?
   Шерил мысленно зло усмехнулась: троекратное превосходство в живой силе - классика жанра и практически гарантия лёгкой победы. И это не слишком похоже на случайность. Вторая рука, практически без указаний хозяйки намотала на себя ойрский плащ. Эх, жаль второго клинка нет, но и так, ничего, пойдёт. Правда и противники, с её точки зрения, оказались вооружены кое-как: длинными ножами, посохами и ... сетями.
   А потом всё это утратило значение, и Шерил окунулась в привычный ритм боя. Звон-скрежет встретившихся клинков, намотанный на руку плащ отводит в сторону лезвие длинного ножа, разворот, уводящий от опускающегося на неё посоха и окружающий мир сузился для неё до троих, четверых, шестерых противников. Они стали, нет, не партнёрами по танцу, скорее участниками одной мистерии, свою роль в которой, роль ведущей фигуры и победителя в конечном итоге, она знала превосходно.
   Поначалу, когда странные незнакомцы окружили их, Яреку приходилась отбиваться. Палкой, конечно, не мечом и не саблей, но хорошо уже то, что была она довольно длинной, длиннее колюще-режущего оружия нападающих и ему, пусть даже довольно неловко, удалось отбить первые несколько выпадов. У него даже не было времени толком посмотреть, как там справляется его странная и удивительная названная сестра, только и успел краем глаза заметить, что машет своей лёгкой сабелькой она вполне уверенно. А потом она резко взвинтила темп движений и один из его противников, а потом и двое оставшихся были вынуждены присоединиться к коллегам. Она уже давно не жалась к скале, выбравшись на дорогу, где было больше простора для манёвра. Не спешила, не металась, хотя двигалась очень быстро и так, словно точно знала, где в следующий момент окажутся её противники. А ведь, если он правильно понял смысл происшествия, те трое, что предназначались ему, вовсе не собирались оставлять парня и переключаться на девчонку, у одной тройки была своя задача, у другой - другая, но вынуждены были защищать собственные жизни. Внезапно ритм боя немного изменился и один из участников действа выпал из него. В буквальном смысле выпал: на дорогу с распоротым горлом. За ним второй, третий и вот уже все нападавшие, расположились вдоль дороги на равном расстоянии друг от друга с одинаковыми кровавыми улыбками, глядящими в небо. Смотреть на это было страшно, но и глаз отвести не удавалось. Словно бы лихой росчерк подписи оставлен. Ровный, чёткий, аккуратный. Смертельный.
   Сама же мастер кровавых подписей, стояла, чуть покачиваясь, опустив голову и оружие вниз. Возвращение к реальности как всегда прошло одним мягким толчком, лёгким головокружением, ноющими мышцами и суставами и одуряющей слабостью, которая мешала в полной мере осознать первое в её жизни убийство, да ещё такое ... массовое.
   - Ловцы, - бледными, от пережитого страха губами промолвил Ярек. - Это я виноват.
   Шерил покачнулась и, не доверяя твёрдости собственных ног, присела на камень. Ей и раньше случалось впадать во время боя в некое подобие транса, когда воспринимает окружающее и принимает решения даже не под-, а какое-то надсознание. Правда, до сих пор, максимум чего удостаивались даже самые зарвавшиеся её противники, это длинные болезненные царапины. А тут... А может, всё дело в том, что у молодых Творцов, вызывавших её на поединки просто дурь в голове ходила, а эти субъекты реально что-то очень нехорошее хотели сотворить? Хорошая версия для самоуспокоения. Кстати, о какой это там вине бормочет Ярек? Не хватало ещё чтобы братец названый впал в истерику.
   - Ярек! - он не откликнулся и даже, кажется, её не услышал. - Ярек! Нужно отволочь этих в сторону, с дороги.
   Ярек посмотрел на неё более-менее осмысленным взглядом, отлепился от скалы, возле которой проторчал всё это время, тяжело ступая пошёл в сторону дороги и ухватив за ноги ближайший труп, поволок его в сторону ближайшего реденького кустарника. Укрытие из него получится так себе, но через несколько часов, когда тела начнут попахивать, это будет не так уж существенно. Шерил поспешно отвела взгляд в сторону и вверх, на далёкие пики айских гор - красочных воспоминаний ей и так хватит, чтобы надолго лишиться спокойного сна. Даже сейчас, стоило ей на пару мгновений прикрыть глаза, как на обратной стороне век начали мелькать страшные картинки. Нет, это не дело. Созерцая пустоту от них не избавишься. И Шерил принялась за приведение в порядок оружия, к которому она отнесла и ойрский плащ. Хорошая вещь оказалась, полезная.
   - Так что ты там говорил про каких-то там ловцов? - она возобновила разговор, когда Ярек, покончив с основной работой, ворошил ногой песок и мелкие камешки на дороге, стремясь хоть немного замаскировать лужи из крови.
   - Ловцы Тёмной Империи, - он бросил свой напрасный труд и подхватив их побросанные в спешке вещи на плечо, а саму Шерил под локоть, повёл её по дороге вперёд, подальше от страшного места. - Не слышала о них?
   - Ни разу.
   - Да и я, признаться, знаю не много, - попавшийся под ногу камень улетел далеко, аж за границу жёсткой клочковатой травы и вместе с немногими собратьями ссыпался куда-то вниз. -Известно только, что бродят по дорогам нашего государства шпионы тёмных, выискивают отмеченных силой Сиятельных, а потом отлавливают и больше их никто никогда не видит.
   - А ты, значит из таких, из отмеченных, - выделила она самое главное. Он молча и как-то виновато, кивнул. - И как такое случилось?
   - Как это обычно бывает: проходил когда-то через нашу деревню Сиятельный, нашёл себе девушку на ночь, а та понесла от него дочь. Мальчиков, сыновей, всегда забирают, а их-то, девчонок, распознают не всегда. Прабабка моя, если верить семейным легендам, именно такой и была.
   - Постой, если я всё верно понимаю, способности Сиятельных - это возможность влиять на людей. Так как же твоя семья умудрилась скатиться к бедноте, при таких-то талантах?
   - Мы не беднота! - Возмутился Ярек, потом уже на много спокойнее добавил: - от рождения к рождению способности угасают: моему отцу и братьям вообще ничего такого не досталось, дядья кое-что могут, но так, по мелочи.
   - Девкам головы дурить, - подсказала Шерил.
   - И это тоже, - ухмыльнулся Ярек.
   - А ты так можешь?
   - А ты не помнишь? Когда я в самом начале просил взять меня с собой, я очень постарался, чтобы ты мне не отказала.
   - Да? Напрасный был труд. Я таких вещей не ощущаю.
   - Как так?
   - А вот так, - это факт уже давно Шерил воспринимала как данность и даже подчас забывала о нём. - Ты мне лучше скажи, какое это всё имеет отношение к нашим сегодняшним неприятностям?
   - У Брона, помнишь, когда мы на лошадника работали, я пользовался родовыми способностями. Когда коней на добрый нрав заговаривал. У меня вообще с животными лучше получается, чем с людьми. Вот. Об осторожности совсем забыл. А Ловцы-то не дремлют.
   - Думаешь, Брон нас выдал? - задумчиво протянула Шерил.
   - Может, и не он, - постарался быть справедливым Ярек. - Да только это всё равно. Как нас заприметили, так теперь и не отстанут.
   - И это хороший повод прибавить шаг. Армия тебе послужит хорошей защитой, а меня, как выяснилось, не так-то легко взять, - её лицо на мгновенье исказила гримаса, весьма отдалённо похожая на ухмылку, а по позвоночнику пробежал ряд колючих мурашек. Потом, после продолжительной паузы: - А в трактирах, когда мы выступали, ты тоже что-то такое творил?
   - Совсем чуть-чуть, почти незаметно, - лицо его стало совсем уж жалостливым. - И только в самом начале выступления, чтобы привлечь к нам внимание.
   - Трудно не пользоваться способностями, когда они есть, - понимающе кивнула Шерил.
   - Нет, не то, - Ярек отрицательно качнул головой. - Просто так вдруг противно стало скрываться. Год за годом, с самого детства. Сначала, чтобы к Сиятельным не забрали. У них, может и неплохо, говорят они своих как-то пристраивают и вообще присматривают за потомками, но среди своих оно надёжнее. Да и сестру тогда выдали бы замуж не спросясь её мнения. А потом прошли слухи про Ловцов и мы все, кому какое наследие досталось не то что на Сульской ярмарке очаровывать покупателей перестали, но даже в деревне, среди своих, хоть те и так всё знали. Но я привычный был. Да и тяжело это, очаровывать, и жрать потом так хочется...
   - По тебе не заметно, - хмыкнула Шерил. - Твой аппетит - это нечто! У меня старший брат, примерно твоих габаритов парень, а и половины того умять за завтраком был не в состоянии.
   - У тебя есть старший брат? - Ярек так удивился, что почти забыл о собственных тяжёлых мыслях. - Ты не говорила.
   - Есть у меня брат, есть. И родители тоже есть и друзей детства множество, только все они так далеко, что почти нет надежды когда-нибудь встретиться. Ай, давай сменим тему?
  
   Алишер
   Может быть, кому-то со стороны и показалось бы, что он совсем забыл о цели своего появления здесь, но это было совсем не так. Раз в день, не чаще, чтобы не пошли побочные эффекты, он посылал зов Шерил, выясняя, здесь ли она ещё и в каком состоянии. Изучал этот мир, законы по которым он живёт, расстановку сил, ... а так же возможность вырваться из дворца. Следили за ним плотно, даром что ненавязчиво. Пока не выйдешь заграницы отведённой для свободного перемещения зоны, ничего не замечаешь, а как только, так сразу вырастает как из-под земли человек и вежливо, но непреклонно заворачивает тебя назад.
   Это если без магии. А если напеть песенку-исчезалку, с которой они в детстве в жмурки играли, то можно было пройти даже мимо самой бдительной стражи. Вот только побег следовало подготовить как следует, было бы глупо во второй раз попасться в лапы местной охранке. Глупо и недальновидно. Во второй раз ему точно даже такой относительной свободы не предоставят. И необходимость разобраться в странном сплаве магии и технологии стала не последней в списке его приоритетов.
   А началось всё с того, что стремясь улизнуть от одной из слишком настойчивых поклонниц, которая буквально преследовала молодого менестреля, он завернул в подсобное помещение рядом с музыкальной гостиной, дверь в которую случайно оказалась открытой. Завернул и обомлел: змеящиеся по стенам трубы, прочные жгуты кабелей, потроха каких-то механизмов, видимые в проём снятой для каких-то целей и приставленной рядышком дверкой и щит на одной из стен, с чем-то подозрительно напоминавшим кнопки и световые индикаторы - всё это было не тем, что ожидаешь встретить в явно магическом мире. А веяние Силы? Он его просто кожей ощутил. И поспешил убраться из загадочного места, пока его там не застукали. Может, в этом и не было ничего такого, а вдруг было? Преимущества (хотя бы информацию о мире) следовало копить, а вот лишние знания о себе врагам давать, наоборот, не следовало.
   Именно поиски новых знаний привели его сначала в дворцовую библиотеку, а потом и к её хранителю лично.
   - Молодой человек, я вам уже не раз повторял: наше собрание не содержит запрашиваемой вами литературы, - на лице заведующего книжным хранилищем мужчины отразилось тщательно нарисованное терпение.
   - А нет ли средства расширить ваши фонды? - Алишер покрутил на мизинце колечко с голубовато-прозрачным камешком. Взгляд хранителя прикипел к подношению и тонкий ободок, нечувствительно соскользнув с руки Алишера, скользнуло в подставленную ладонь.
   - Я посмотрю, что можно будет сделать.
   Уже через двадцать минут, потребовавшиеся на то, чтобы извлечь запрашиваемую литературу из хранилища (как Алишер и предполагал, её ему просто по каким-то причинам не выдавали) он стал обладателем скромной стопки из трёх книжек, по обложкам которых невозможно было понять, что в них содержится. И как они в таком случае находят их? Ответ оказался прост: все три были обвёрнуты тонким слоем цветной бумаги. Алишер, заглянув под неё, хмыкнул, и вернул обложку на место. Видимо кто-то озабоченный действительно оставил распоряжения, какие именно труды ему можно давать, а какие нет, и библиотекарь таким нехитрым образом замаскировал свой проступок. Ну и он тогда не будет нарываться на неприятности, демонстрируя какие именно письменные источники достались ему во временное владение.
   Первый, и самый толстый том, на который Алишер возлагал большие надежды, назывался "Теория магии", содержал представления местных магов-философов о природе нематериального и оказался практически бесполезен. Со вторым дела обстояли получше. "Краткая история магии", кроме действительно исторических фактов, содержала общее направление развития магии в этом мире. И настоящим сокровищем оказалось "Краткое руководство для магов-техников по починке неисправных агрегатов". Именно в нём обнаружились схематичные рисунки тех загадочных маготехнических приспособлений, которые Алишер впервые обнаружил в подсобке, а потом целенаправленно высматривал и выискивал по всему дворцу.
   Так молодой менестрель обнаружил, что выпускаемая им в мир магия аккумулируется хозяевами дворца для каких-то загадочных целей.
   Следующее открытие оказалось ещё менее приятным, а благодарить за него он мог свой слух, который был не только тонким, но и чутким. Разговаривали две дамы. Ну как дамы? Девушки, которые то ли выполняли какие-то работы во дворце, толи просто содержались в качестве компаньонок при состоятельных госпожах. Причём девушек он этих уже встречал, лиц может быть и не вспомнил бы, а голоса показались очень знакомыми.
   - Не знаю, всё-таки отдать своего ребёнка, это как-то..., - с сомнением протянула одна.
   - Ерунда, главное, к нему не привязываться, не привыкать! - решительно заявила другая. - Зато представляешь, как заживу потом!
   - Полгода не пройдёт как всё на цацки спустишь, - не дала размечтаться подружка.
   - Ничего подобного. А цацки, как ты говоришь, тоже неплохое денежное вложение, - обиделась та. - Сама-то, зачем к этому Алишеру бегаешь, если такая принципиальная?
   На этом месте, инстинктивно среагировав на своё имя он чуть было не вывалился из-за кадки с каким-то развесистым фикусом (названным так условно, на самом деле Алишер понятия не имел какого вида зелёный друг послуживший ему пристанищем), устроившись за которым он пролистывал очередную книжку.
   - Понравилось. Он ласковый и внимательный. Ну и потом ты права: рождение ребёнка-мага один из немногих способов выбраться из содержанок, - голос девушки звучал всё так же невесело, но с хорошо слышимыми расчетливыми нотками.
   Дробный перестук тонких каблучков растворился в тиши коридора, а Алишер всё сидел, раздираемый противоречивыми эмоциями, не в силах сдвинуться с места. Этот разговор, а так же обрывки случайно подслушанных других расставил всё по местам. Да его здесь за племенного лося держат! Породистого! А вот только хрен они от него потомства дождутся, что девицы эти расчетливые, что тот неизвестный, который решил заняться разведением магов. Творцов, всех, без учёта специализации и музы-покровительницы, на первых порах учили призывать и контролировать Талант, уделяя немалое внимание и саморегуляции организма, через который, как через преобразователь проходили немалые токи энергий. Терморегуляция, кровяное давление, иммунитет, многое, в том числе и витальность семенных жидкостей поддавались осознанному контролю. Так что у Творцов, обоего пола, случайных детей не могло быть в принципе.
   Однако позлорадствовать чужому просчёту мешало осознание собственного неприглядного положения. Послать всех лесом? Можно бы. В конце концов, насильно в койку его никто не потащит. Однако. Взгляд на руки, опять украшенные подношениями от поклонниц, которые почему-то предпочитали дарить именно кольца. Однако оплачивать нужную информацию, в том числе и книги чем-то нужно. И одежду, и прочие вещи, которые точно понадобятся ему в пути, когда он наконец-то соберётся бежать, тоже никто ему просто так не подарит. И монетки в дороге тоже лишними не будут.
   А между тем, оплачивать работу менестреля деньгами никто не собирался. В тот единственный раз, когда он подошёл с этим вопросом к Распорядителю Развлечений И Празднеств, много услышал нового о молодых нахалах, которым оказали великую честь, кормят, поят, да ещё и одевают за счёт казны, а они (в смысле, он, Алишер) имеют наглость требовать и что-то ещё, сверх того. Так что подарки поклонниц (большая часть из которых являлись для него ещё и любовницами) оставались единственным способом пополнения личного неучтённого бюджета. Придётся потерпеть.
  

8

  
   Шерил
   Вход в Приграничье охранял блокпост, состоящий из нескольких небольших строений казарменного типа и вышки. Казалось бы, чего проще: не хочешь встречаться со стражей, обойди его кругом. Однако плоская, как стол равнина предгорий просматривалась на много километров вокруг. Да и не стоит забывать о том, что если мы чего-то не видим, это ещё не значит, что там ничего нет и ровная плоскость равнины отнюдь не гарантия её лёгкой проходимости.
   - Куда путь держите? - усталый служака выдвинулся из полосатого небольшого, хлипкого вида строения, которым была украшена окраина тракта, на который они вышли, поплутав несколько дней по узким дорожкам, несколько дней назад.
   - Туда, - Шерил кивнула на дорогу и чуть улыбнулась, вспомнив старый анекдот ещё из своего мира: "Куда бы мы ни шли, но, кажется, уже опоздали". Большая часть (да почти все) гружёных скарбом телег и пеших путников направлялась им на встречу.
   - Так куда? - во взгляде служивого появилась подозрительность.
   - Младшего брата к Миретским Столпам провожаю. В гарнизон местный хочет вступить, - озвучила Шерил уже не раз выручавшую их "легенду".
   - Брата? Что-то не похожи вы на родственников, - солдатик смерил взглядом монументальную фигуру "брата" и едва достающую ему до плеча макушкой "сестру", её точеные черты лица и его грубоватой лепки физиономию, её русые волосы и загоревшую до черноты кожу и его льняную копну и розовую, незагарающую даже на южном жарком солнышке мордаху.
   - Так получилось, - она обезоруживающе улыбнулась и представитель власти успокоился. Она уже не в первый раз замечала, что вот такие, ничего не значащие отговорки, выглядят в глазах окружающих достовернее, чем более подробные, логичные на первый взгляд, объяснения.
   - Документы?
   Ярек тут же протянул выписку из домовой книги, которую тут принимали как паспорт, а Шерил только развела руками. Откуда бы у неё взялись местные бумажки? Да и те, настоящие, из родного мира так и остались лежать в ящике её письменного стола.
   После недолгих уточняющих расспросов, служивый недовольно покрутил носом, удалился в свою коморку и у стола быстренько накропал пару бумажек, шлёпнув по ним печатями.
   - Вот, временные пропуска. Тебе, - тяжёлый взгляд остановился на Яреке, - сменят его на постоянный при поступлении на службу. А с твоим, - взгляд переместился на Шерил, - в Приграничье лучше не задерживаться.
   Шерил привычно, за двоих, приняла обе бумаги. Простенькие писульки, в которых значилось кто, куда и с какой целью направляется. Разница была только в цвете печатей: у Ярека - синяя, у неё - лиловая.
   - А штемпели, почему такие ... неодинаковые? - спросила она на всякий случай. Вдруг, это важно.
   - Потому, что у парня есть подтверждающие документы, а на тебя бумага составлена только со слов. Всё, идете, некогда мне с вами...
   Шерил оглянулась: за их спинами очереди из желающих попасть в приграничье по-прежнему не было, но сунув документы в сумку, послушно потянулась вперёд по дороге и "братца" потянула за собой.
   - Легко отделались, - она облегчённо расслабила плечи, стоило только блокпосту скрыться за поворотом дороги.
   - А что такого? - наивно удивился Ярек.
   - А то, что документов у меня нет и взять мне их неоткуда, - разъяснила она, казалось бы очевидную вещь. Как представителю цивилизации с весьма развитым бюрократическим аппаратом ей даже немного странно было, что удостоверяющие личность документы до сих пор нигде ни разу не понадобились.
   - Так то ж бумажки! Мало ли что с ними в дороге могло случиться? - пожал Ярек могучими плечами. - И вообще, если они тебе так нужны были, могли бы заглянуть на любой пропускник на границе двух уллов, давно бы всё со слов выправили и даже синюю печатку поставили. Ну, может, монетку какую писарю сунуть пришлось бы.
   Шерил даже не нашлась что сказать. Как при таком порядке и таком отношении к документам это государство ещё к демонам не развалилось?
  
   Ближайший городок, прилепившийся аккурат у подножия Миретских Столпов не вызывал впечатления запустения только за счёт заполонивших его военных, которые спешили с какими-то поручениями, собирались группками и компаниями на небольших площадях, потягивались на балконах и курили на диво вонючие самокрутки. Одно хорошо, в какую сторону отправляться новобранцу им указали сразу и без промедления.
   - И в каком роде войск ты собираешься служить? - почти без интереса спросил молодой офицер, которому по долгу службы предстояло с ними возиться. Понятно же, что деревенского вида парень ни в стрелки, ни в горные рейнджеры, ни в кавалерию не годен и светит ему только рядовым в пехоту.
   - Да мне бы..., - ожидаемо начал неуверенно тянуть он, но парня перебила пришедшая с ним дева и вперив в молодого офицера взгляд странно-светлых глаз, потребовала:
   - А какие есть и какие в них критерии отбора? - она скользнула взглядом по табличке на столе: "Иранд Гровлер, младший айхон". Понятно, что младший, старшего бы на такую работу не поставили. А вот что за звание такое, Шерил не поняла.
   - Вот, ознакомьтесь, - айхон Иранд протянул им основательно потёртую по краям бумагу, на которой кратко и чётко было изложено всё запрошенное. Странная парочка отошла в сторону и, с явным трудом разбирая написанное, принялась совещаться.
   Удивительно, но и окончательное решение за парня тоже прияла его так называемая сестра (Иранд, за это время, успел сунуть нос в их документы).
   - Магом. У вас же есть тут какие-то курсы для обучения новобранцев?
   - Да курсы-то есть, - офицер смерил Ярека сомневающимся взглядом. - Да только для них природные способности нужны.
   - Способности есть. Демонстрация надобна? - Шерил была невозмутима и деловита.
   - Не помешает.
   - Ярек? - сказала она почти командным тоном и обернулась к своему спутнику. Тот нахмурился, напрягся и молодой офицер внезапно ощутил, как становится на самом деле симпатичен ему этот парень.
   - Достаточно! - быстро проговорил он, пока не появился соблазн счесть эти чувства естественными.
   Парень расслабился и постороннее воздействие исчезло как по мановению волшебной палочки так же моментально как возникло.
   - Действительно. Не ожидал. Это потребует некоторых дополнительных... Ждите меня здесь! - и он стремительно вылетел из комнаты, улаживать какие-то внезапно возникшие загадочные дела.
   - А ты уверена?.. - Ярек опустился на широкую деревянную лавку, стоявшую возле стены.
   - Насколько вообще можно быть в чём-то уверенной, - Шерил устроилась рядом. - Сам посуди: скрывать от имперских властей свои способности больше смысла не имеет - ты и так ушёл из деревни и пытаешься устроиться в большом мире, а начинать службу "пушечным мясом"...
   - Что такое "пушечное мясо"? - слов этих Ярек не понял, но звучало как-то неприятно.
   - Неважно. Важно другое: вряд ли здесь уж так много магов, даже таких слабеньких как ты, чтобы их пускать в расход. Так что тебя будут по-настоящему учить и беречь, хотя бы на первых порах.
   Странное дело, сколько они сюда добирались, а до неё только сейчас, как-то внезапно и вдруг дошло, что здесь же идёт война, а на войне, случается, убивают. А терять так по-глупому парня не хотелось. За время пути Шерил успела к нему привязаться - общая дорога связывает прочнее кровных уз.
   - И вот ещё, - она слазила за пазуху и достала тощенький кошелёк, в котором хранилась вся имеющаяся у них в наличии денежная мелочь, - возьми.
   - Что ты...! - он было начал отказываться, но Шерил не терпящим возражений тоном перебила:
   - Возьми, возьми. У меня есть надёжная защитница, - она демонстративно погладила ножны. - А у тебя пусть хоть такая будет. Всё равно на оружие и дорогу зарабатывали мы вместе, так что пусть всё будет по-честному.
   - Тогда ладно, - он аккуратно убрал тощий мешочек с монетками за пазуху.
  
   Алишер
   Устроить побег оказалось до смешного просто. Стоило только начать думать, как решение пришло само.
   Нет, не так. Предварительно была проделана немалая работа по изучению гейгергонийской артефакторики и сопутствующих дисциплин, пришлось беззастенчиво (гордость, цыц!) выцыганить у любовниц несколько простеньких амулетов и разломать их в чисто познавательных целях: первые два - нечаянно, остальные в порядке эксперимента. Они оказались удивительно хрупкими. Может, потому, что работали на такой капельке магической энергии, что удивительно, как вообще ухитрялись делать что-то полезное. А Алишер настолько тонко дозировать силу не привык. Вот у Шерьки, у неё бы всё точно получилось. Она, как теперь ему вспоминается, вообще до фига всего полезного могла. Его же талант, чудесный, могучий, тот, которым так восхищались учителя и наставники, которому завидовали сверстники, здесь, в отрыве от родного мира оказался почти бесполезен. Да, он мог добиться устойчивого эмоционального отклика от группы слушателей, считай, головы им заморочить, но и только. Да ещё насыщать энергией какие-то полумагические артефакты. Насыщать, перенасыщать, выводить из строя. Вот! И именно это стало решением задачи.
   Для своего последнего концерта он выбрал оранжерею. Отвратительная акустика, но Алишер и не собирался никого пленять звуками своего голоса, главное, магии она не мешала. И имела пять штук только явных выходов, ведших в разные части дворца.
   Чуткие пальцы в первый раз тронули струны и тихий, проникновенный голос поплыл по аллеям с цветущими экзотами, проник в сад песка, забрался под высокий купол с древесными гигантами, наполнил собой всё пространство и впитался в дальние артефакты-уловители. Ещё и ещё, и быстро и ещё быстрее, до насыщения, до перенасыщения, до выгорания предохранителей и отказа магической начинки артефактов, подключенных к общей системе дворца. Ненадёжная оказалась система, не рассчитанная на проникновение недружелюбно настроенного мага его силы.
   А теперь - ходу. Уложить только инструмент аккуратно (даже в спешке Алишер не мог себе позволить обращаться с ним неуважительно), подхватить сумку, спрятанную здесь же, под кустом и быстро, не останавливаясь и с таким видом, будто бы знаешь, что делаешь - наружу, на свободу. А там свернув за первый же попавшийся угол, не просматривающийся от ворот дворца, скинуть с плеч слишком яркий, расшитый цветными нитями и бусинами из полудрагоценных камней камзол, достать из сумки заранее припасённую неброскую куртку и полубегом полупешком в сторону ближайших ворот, пока их не закрыли по тревоге.
  
   Господин Цое
   Состоялась очередная встреча на высшем уровне. Такая, и всё же не такая как раньше. Сегодня господину Цое действительно приходилось держать ответ перед своим повелителем, докладывая результаты расследования инцидента, и результаты эти были неутешительны. Да что там сказать, парализована была не только охранная система дворца, даже обычные, поддерживающие жизнеобеспечение службы оказались неспособны функционировать без маготехнических устройств, и правителю пришлось временно разместиться в малой резиденции на другом конце города.
   - Прямых доказательств, что причиной всему этому стал маг по имени Алишер нет, но и других разумных вариантов я тоже не вижу. Если не принимать во внимание версию, которую распространила наша пропаганда о коварных врагах, проникших в самое сердце империи.
   - Это версия для пропаганды, - император был мрачен. И вовсе не из-за экстренного переезда, по правде говоря, малая резиденция была даже уютнее большой, но вот так внезапно и даже почти случайно узнать, об уязвимости собственной, считавшейся раньше почти безупречной защитной системы..., - а мне хотелось бы узнать, что там случилось на самом деле и какие меры приняты для предотвращения подобных инцидентов в дальнейшем.
   - Произошло масштабное, одномоментное перенасыщение энергетической системы. По понятным причинам, на такую мощь наши устройства рассчитаны не были...
   - Хочешь сказать, - громкость голоса резко пошла вверх, - что любой, самый задрипаный Сиятельный, прорвавшийся через линию нашей обороны способен на раз вывести все наши артефакты?! И вы на это якобы не рассчитывали?! Это для вас неожиданность?!
   - Наш исследовательский отдел занят поиском путей минимизации риска, - что бы ни думал и ни чувствовал господин Цое в этот момент, деревянная неподвижность его черт не дрогнула.
   На самом деле вариант недружественного проникновения сильного мага рассматривался ими и раньше и были даже придуманы и опробованы средства противодействия. Самым действенным оказалось рассредоточить всю систему по множеству самостоятельных узлов (замаешься каждый вырубать контактно!). И нужно будет ещё разобраться, какой гений догадался объединить все дворцовые маготехнические агрегаты в одну сеть. Так оно, конечно, удобнее, если источник питания тоже один. Теперь не важно, лень была тому причиной, глупость или прямое вредительство, виновный будет найден и понесёт наказание.
   А с начальником дворцовой охраны он разберётся сам, не привлекая повелителя всея империи. Сейчас только нужно пережить его гневную истерику и можно отправляться работать.
   И проверить результаты работы поисковых отрядов. Вернуть мальчишку и сдать в изыскательский отдел. Пусть хоть по шестерёнкам его разберут, но чтобы польза от него была. Нехорошо терять лицо, а в этот проект он вложил слишком много личных рабочих часов, чтобы можно было сделать вид, что этот маг-менестрель неважен и не имеет к господину Цое никакого отношения.
  
   Шерил
   И как-то так получилось, что Шерил задержалась на заставе ещё на несколько дней. Сначала ей пришло в голову, что неплохо бы заговорить на прочность и Ярекову одежонку - не доспех, но хоть в малом, а поможет. Потом ему выдали на руки стандартный армейский контракт и на его разбор они потратили ещё чуть ли не пол дня - Ярек читал плохо, а Шерил письменную грамоту Светлой Империи так и не освоила - некогда, да и без надобности ей это было. Не то, чтобы они надеялись выторговать какие-то дополнительные выгоды, всё-таки стандартный контракт он и есть стандартный, пререканий по пунктам не предполагает, но знать, на что подписываешься нужно точно. Несколько раз за разъяснениями пришлось обращаться к не то будущим коллегам, не то начальству Ярека - вникать в хитросплетения чиновных отношений в армии Шерил не собиралась. И как-то между делом ухитрилась завести кучу знакомых-приятелей, в чём Шерил немедленно убедилась, стоило ей только опять засобираться в дорогу.
   - Сама-то у нас остаться не желаешь? - проявил некоторую заинтересованности молодой офицер, у которого они оформляли документы в день прибытия. - Такая справная молодая девка работу себе в гарнизоне всегда найдёт. И за брательником непутёвым заодно присмотришь. Парень он у тебя хороший, но по складу характера - чистый телок.
   - Нет, - она отрицательно качнула головой. - Я своё дело сделала. Дальше он сам.
   Может, она и перестаралась немного с опекой, и у окружающих возникло неверное впечатление о Яреке, но за оставляемого "братца", пусть и ненастоящего, сердце щемило.
   - Может оно и верно, - так просто отпускать понравившуюся девушку Иранд не собирался и принялся изобретать темы для разговора начав с самой банальной: - Сама-то теперь куда? Домой?
   - Туда, - Шерил повела подбородком в сторону близких гор и подумала, что молодой офицер вполне сгодится в качестве источника информации и путях и проходах к крылатым.
   - Так там только айи живут, да и то, высоко в горах, - он здорово удивился, но решил, что девушка просто слишком небрежно указала направление.
   - К ним мне и надо, - разочаровала она его. - Есть отсюда дорога покороче?
   - Нет. В смысле совсем нет. С тех пор, как у нас с тёмными немирье, а это уже стони две лет, айи заперлись в своих горах и тропы к нам завалили. А до того, если честно, с Гегейргоном у них были гораздо более тёплые отношения, чем с нами.
   - Да? - Шерил удивилась. Об этой особенности межгосударственной политики она слышала впервые.
   - Нейтралитет блюдут. Не желают становиться ни на одну из сторон.
   - Но ведь есть же у вас хоть какая-то связь? - продолжала выпытывать она, уже не сожалея об очередной задержке. - Нейтралитет нейтралитетом, но новости-то они как-то узнают? И вообще, отношения между государствами - это одно, а между людьми - это другое.
   - Не знаю как на счёт информации о внешнем мире, но иногда наши горные рейнджеры встречаются с их патрулями. Без особой теплоты, но расходятся мирно.
   - Ага, - в её голове начал выстраиваться план.
   - Только вот соваться в горы одной - не лучшая идея.
   - Очень надо, - она твёрдо посмотрела ему в глаза. - И я, наверное, всё же пойду.
   Упустить тот небольшой шанс вернуться домой, который у неё есть? Ни за что!И, не желая выслушивать дальнейших уговоров, Шерил побежала собирать свой нехитрый скарб. С Яреком ещё нужно проститься, всё же пусть названый, а брат.
   - Уходит? - к Иранду подошёл сослуживец, годами много старше его самого, но почему-то задержавшийся в том же невысоком звании.
   - Такая девушка! - он мечтательно закатил глаза. - Не размазня, не трусиха, вполне могла бы и здесь, у нас устроиться ... мужа себе найти, а лезет за каким-то мхыром в горы. Надо ей, видите ли!
   Вопрос устройства личной жизни на заставе был не то чтобы больным, но достаточно проблематичным. Война там, не война, стычки на границе бывали всегда, а жизнь продолжается, и в ней, в этой жизни некоторые рискуют заводить семью и кое-кто даже успешно. Нет, барышню из провинции, или даже из самой столицы привезти было не сложно, всего-то и стоило в ближайший отпуск смотаться туда на какой месяцок, а уж там барышень на выданье всегда в избытке. Вот только толку с такой жены? Обуза одна. Ни помощи от неё, ни сочувствия, одни только жалобы и проблемы будут. Эта же, сразу видно, и о себе позаботиться в состоянии, и, случись что, детей защитить сможет. Не женщина - волчица. Спокойная, уравновешенная, но оттого не менее хищная. А что наружностью серенькая, так не всем райские пташки надобны.
   - Этой, похоже, действительно надо, - старый айхон поймал на себе недоверчивый взгляд и продолжил: - Нет, я с ней не говорил и ничего о том не знаю, но человека имеющего цель и твёрдо идущего к ней видно сразу.
   Иранд не ответил, но подумал, что поход в горы, ещё не гарантирует попадания к айям. Побегает, вымотается, вернётся и может быть и задержится ещё на некоторое время. Нужно только чтобы она шею себе не свернула за это время, но вот этому он как раз мог поспособствовать.
  
   Нет, Шерил особо не рассчитывала, что её кто-нибудь возьмётся провожать в горы, всё же у них здесь и поважнее дела имеются, однако же уже через пару часов её разыскал весьма нелюбезный вояка и уведомил о ближайшем времени отправки группы горных рейнджеров. Видимо, Иранд всё же, с какой-то радости, решил поспособствовать её путешествию. И наверняка ещё и немало поуговаривал их, потому как ей были так очевидно не рады, что не заметить этого было невозможно.
   Однако же цель путешествия приближалась, и это было - главное.
   И как же меняются в горах представления о расстоянии! Что такое километр, если движешься по равнине? Тьфу! Пройдёшь - не заметишь. А здесь, ко времени когда рейнджеры решили устроить привал, она так вымоталась, что даже мёрзнуть начала.
   Ещё и палец на ноге ушибла. Говорили же ей, что плетёные сандалии - обувь для гор неподходящая и нужно что-то вроде тяжёлых тёплых ботинок, но она отнеслась к предупреждению с недостаточной серьёзностью, решив, что холод ей не так уж страшен, а с остальным справится как-нибудь. Всё равно денег нет - всё Яреку отдала. А тут камни под ногами шатаются. Под её ногами точно шатались, когда они перебирались через полосу свеженькой осыпи, там и палец себе рассадила, а вот шагов горных рейнджеров даже слышно не было.
   Обидно. Не столько больно, сколько обидно и времени на залечивание потребует столько, что на то, чтобы просто посидеть, понаслаждаться отдыхом совсем ничего не останется.
   Молчаливые парни, то и дело поглядывали на ненормальную деву, за каким-то фигом отправившуюся в горы, которая как объявили привал, рухнула на голый камень, даже не дождавшись пока на него кто-нибудь куртку бросит, да так и сидела, прикрыв глаза и ни разу не шелохнувшись. Ногу одну на колено другой закинула, пальцами стопу обхватила, глаза прикрыла и, кажется, отстранилась от всего земного. Даже пайку, выделенную ей, игнорирует. Так вымоталась? По правде сказать, при первом взгляде, и даже ещё до него, её сочли обузой. И ни за что не взяли бы, будь это приказом (ага, кто бы нашёлся ещё такой приказ официально отдать!), но просьбе начальника и, что гораздо важнее, уважаемого человека, ответить отказом не смогли. Однако же, несмотря на их общие опасения, девушка проблем не доставляла, шла тихо, ходко, так, что про неё даже умудрились забыть и взвинтили темп передвижения до своего обычного, хотя поначалу, помня что с ними новичок, собирались щадить.
   - Эй, девушка? Как тебя там? - тихонько позвал её один из парней. - Не засыпай, не время.
   - Я не сплю, - она медленно, словно бы это движение требовало от неё значительных усилий, раскрыла глаза и повернула голову.
   - А что тогда делаешь? - вступил в разговор другой. Ей их, конечно, представили, но имена парней моментально выветрились у Шерил из головы. Здесь вообще редко у кого звучание имени соответствовало сути и для запоминания прозваний ей приходилось прикладывать усилия.
   - Палец на ноге ушибла...
   - Покажи! - требовательно взвился третий, который в их отряде отвечал за первую медицинскую помощь. Травма, может и невелика, и с такими люди обычно справляются сами, не обращаясь к целителю, но походные условия ... за какой-нибудь мелочью не уследишь и приходится иметь дело неприятными с последствиями.
   - Так всё уже. Залечила, - она потуже затянула ремешки на сандалии и покрутила стопой из стороны в сторону, проверяя удобство.
   - Ты маг?! - похолодело от недобрых предчувствий на сердце у второго. И ведь не вспомнилось ему в такой момент, что женщины, хоть и могут являться носителем, сами лишены магического дара. Факт общеизвестный.
   - Да не то чтобы. Так, по мелочи кое-что умею, - она удивилась такой бурной реакции. - А это имеет значение?
   - Ещё бы! Знали бы мы - экранирующие амулеты с собой взяли. А так, при любом более-менее значительном выплеске силы, нас засекут патрули Гегейргона. Они сюда, случается, залетают.
   - Тогда можешь быть спокоен - мой Талант с Даром Сиятельных не имеет ничего общего, - чуть снисходительно разъяснила она, - и, следовательно, на моё излучение силы у них настройки нет.
   И это не было ложью. Способы взаимодействия с магическим полем настолько различались у магов в разных мирах, что, подчас, они могли опознать друг друга только по видимому эффекту воздействия на материальный мир. Уж всяко, для настройки что оборудования, что мага-сенса нужен маг-образец.
   - И всё же Ловцы...
   - А что Ловцы? Не так уж они и страшны. Мы с младшеньким не так давно... а впрочем, неважно, - она внезапно вспомнила, что убийство ни в одном из известных ей миров не считается чем-то в порядке вещей. А то, что это была самозащита, попробуй, докажи.
   С места снялись быстро - Шерил только-только успела покончить с выданным ей холодным пайком. И вновь начался путь всё вверх и вверх, и хорошо хоть отвесных стенок не попадалось, преодоление которых потребовало бы известного мастерства и сноровки, которых у Шерил не имелось. Трудно было, но всё же преодолимо. А если на пять секунд оторвать взгляд от тропы, да окинуть им простирающийся под ногами пейзаж, то и пожалеть можно, почему ты не птица и почему красоту эдакую каждодневно обозревать не способна.
  

9

  
   Шерил
   И второй день ничем не отличался от первого и третий. Разве что рейнджеры потихоньку начали с нею разговаривать, расспрашивая о возможностях и способностях (заодно и познакомились как следует). А на привалах осторожно просили продемонстрировать что-нибудь эдакое, магическое. Шерил пожимала плечами и пробовала напеть что-нибудь простенькое, но зрелищное. К примеру, если вспомнить: славными песенками когда-то Алишер радовал своих поклонниц. Иллюзии выходили у неё нечёткими, расплывчатыми, но уже само их появление приводило неискушённую публику в восторг.
   Мирное и размеренное течение похода закончилось как-то внезапно и вдруг, когда на одном из привалов Шерил заметила медленно и величаво выползающее из-за дальнего хребта неуклюжее бочкообразное тело.
   - Это что такое? - заинтересовалась она и откусила ещё один кусочек от бутерброда с вяленым мясом. Обеды, как и завтраки, всегда были холодными, только вечерами, в надёжных укрытиях, команда позволяла себе горячую пищу.
   - Где? - ближайший из сидевших рядом с нею парней, Юстас, принялся настороженно оглядывать горизонт.
   - Да вот же! - Шерил удивилась: бочка летучая была немаленькой и весьма заметной, и ткнула пальцем в её направлении.
   - Ох, иржейково отродье! - вскочили все и уставились на дальний хребет так, словно только что прозрели. - Патруль! Да ещё и целый корвет!
   - Они же так высоко в горы не поднимаются!
   - Значит, поднимаются!
   Перебрасываясь замечаниями, парни быстро, но без суеты свернули лагерь.
   - У нас два варианта: затаиться ли бежать. И не будь с нами мага, я бы точно решил искать какую-нибудь расщелину, чтобы спрятаться, - и быстрый оценивающий взгляд на Шерил. Причём такой, что она моментально почувствовала себя ценным грузом, который во что бы то ни стало нужно сохранить. - Туда. И быстро, - скомандовал Кенз, выполнявший роль командира в их небольшом отряде, и уже начиная двигаться в нужную сторону, куда указал направление. Там, на приличном расстоянии от рейнджеров, стояли два приметных камня, узких и высоких, в которых при известном воображении можно было опознать опорные стойки ворот.
   - А что там? - спросила Шерил. Дыхание при беге, конечно, лучше поберечь, но когда знаешь цель пути, двигаться получается шустрее.
   - Граничные столбы. За ними начинается территория айев, - сказал Юстас.
   - Они нейтралы и туда тёмные не суются, - добавил Варга, нервно озираясь и пытаясь на глаз оценить скорость приближения летучего корабля.
   Ну, если так, то это действительно реальный шанс избежать крупных неприятностей. Ловцы, сами люди, пугали Шерил не слишком, в конце концов, она опытный, уверенный в себе боец, да и не одна она, парни вон тоже профессионалы не из последних. А вот что делать с чудом иномирной техники, она не имела ни малейшего представления.
   Вниз по склону, в расщелину по дну которой журчал ручей они ссыпались быстро, чудом не переломав себе руки-ноги-шеи. Быстро, но не быстрее, чем приближался летучий корабль Гегейргона. А тот шёл, пусть и медленно, но точно, как по нитке, выдерживая направление на них. Всё-таки их как-то засекли. Плескавшегося в крови адреналина хватило ровно на половину склона, а дальше, когда её собственные силы почти закончились, на помощь пришли парни. Они подталкивали, подсаживали, вытягивали девушку, и всё это почти не снижая темпа собственного движения. До приметных каменюк и дальше, выше, до почти отвесной стены, которую полагалось обходить то тонкой, осыпающейся под ногами каменным крошевом тропинке.
   - Продолжает преследование, - процедил один из парней сквозь зубы, заметив, что постепенно нагоняющий их летучий корабль пересёк условную границу.
   Шерил не удивилась. С чего бы? Кто в своём уме прекратит преследование ценной добычи, когда до неё осталось всего-ничего, а права нейтралов вообще никогда никого не заботили. Зато она имела возможность рассмотреть чудо техники, запомнившееся ещё со времён марш-броска через болото. Хотя тот, что встретился им с Тлором, был вроде бы заметно крупнее. А этот, хоть и меньше, но всё такой же странный, словно бы нормальную машину вывернули на изнанку, спрятав кожух внутрь, а все потроха, наоборот, вывалив наружу.
   Но это так, одним глазком глянуть, большую же, даже основную, часть внимания приходилось уделять тому, куда ногу ставишь. А ещё она тихонько, стараясь сохранить и выровнять дыхание, приговаривала:
   - Тень, тень, на плетень, жаркий будет нынче день, - такой же глупый стишок, как и все ему подобные, но смысл был в данном случае совершенно неважен. Зато мягкое "нь" на конце слов, проникало под кожу, бередило кровь, заставляя её быстрее течь по жилам и вселяя в тело бодрый дух. Хорошая песенка, удобная, а ещё лучше, что именно так, на ходу - на бегу её и применяли (согласитесь, мало кому нужен прилив сил, если он находится в покое) и у Шерил был соответствующий опыт. Нет, самой ей она ничуть не помогала - магия менестрелей всегда была направлена наружу, а не внутрь, зато парни, обнаружившие в себе не только второе, но и пятое дыхание, поглядывали с благодарностью. Расплата за потраченные силы всё равно будет - усталость навалится, ноющей болью скрутит мышцы, но это случится потом, а сейчас главное - выжить.
   Выжить и остаться на свободе. Их всё-таки настигли. Сначала их небольшой отряд накрыла тень от летучего агрегата, который, снизившись, показался им просто гигантским. Потом, из какого-то раструба в днище выметнулась тонкая сеть, щёлкнула грузиками по краям буквально в полуметре от Шерил (а ей показалось, что гораздо ближе) и втянулась обратно, видимо, для второй попытки. Страшно. В поисках хоть какой-то капли уверенности она вцепилась в рукоятку сабли, а потом и вовсе, вытащила её. Хоть по сети рубануть можно будет. Нет гарантии, что её возможно перерубить, уж больно подозрительно, прямо-таки металлически поблескивала она, но хоть отмахнуться. В любом случае, не стоять покорно, ожидая своей участи.
   Однако второй попытки не случилось. Одна из скал, с виду ничем не отличающаяся от прочих, проблеснула вспышкой нестерпимо-яркого света, и летучий корабль закрутился на месте и, кажется даже в двух плоскостях, а остановившись, атаки не возобновил, вместо этого со всевозможной скоростью поспешил прочь.
   - Спасены, - выдохнул Кенз и опустился на землю. Остальные тоже не видели больше причины держаться на собственных ногах.
   - А вам что грозило? - полюбопытствовала Шерил. С ней-то всё понятно, в отношении её намерения ловцов были предельно ясны.
   - Свидетелей они не оставляют, - просто сказал командир. - С точностью стрельбы у них проблемы, так что после того, как изъяли мага, тебя, на остальных просто сбросили бы химический заряд помощнее и с концами.
   От спасшей их жизни скалы отделились три крылатые фигуры и, мерно взмахивая крыльями, понеслись в их сторону.
   - Теперь главное чтобы эти не зашибли, - хмыкнул Юстас.
   - А они могут? - удивилась Шерил.
   - Эти? Эти могут всё. Хотя с одной стороны нас - особо не за что, а с другой, очень уж они не любят конфликтов на своей территории. Нейтралы, - и это, последнее, слово было сказано с превеликим уважением.
   Чуть в стороне от них, там где имелось несколько метров относительно свободного ровного грунта. Приземлились трое айев и тут же направились к нарушителям границы. Трое молодых мужчин, высоких, сухопарых, со сложенными за спиной мощными крыльями - они производили неизгладимое впечатление. Такое, что даже смертельно уставшие от гонок наперегонки со смертью рейнджеры, тяжело и неохотно, но всё же поднялись на ноги.
   - Что забыли Светлые у наших границ? - вопрос был задан не слишком дружелюбным тоном, но и без особой агрессии.
   - Мы, - начал Кенз, но тут же был перебит встрявшей в разговор Шерил:
   - Меня они провожали. И так уж получилось, что шла я именно к вам.
  
   Нельзя сказать, что Шерил не думала, как будет объяснять крылатым, что ей у них понадобилось. Думала, и ещё как. Даже какие-то аргументы подбирать пробовала, но когда её конкретно спросили о причинах такого странного паломничества, вместо заранее заготовленного ответа неожиданно выдала:
   - На крылья поближе взглянуть захотелось, а то вдруг - ненастоящие?
   И пробежалась оценивающим взглядом по стражу границы. От страха, что ли наглость проснулась? Тот с самоуверенной и очень мужской ухмылкой развернул одно крыло и протянул его в сторону девушки. Громадное, почти трёхметровое в длину (в сложенном виде за спиной они казались как-то меньше), покрытое пёстрыми перьями. Настоящими, здорово похожими на птичьи. Это Шерил выяснила, когда ухватилась за кончик крыла и подтащила его к себе поближе. Ну а почему бы и не рассмотреть, если предлагают?
   - Осторожнее, - страж, под глумливые ухмылки оставшихся стоять чуть в стороне сослуживцев выдернул из цепких пальцев девушки конечность. - А если серьёзно? Что тебе у нас понадобилось?
   - А если серьёзно, то я маг и ищу Знания.
   Страж подался чуть назад, потом спокойным, обыденным тоном произнёс:
   - Горный Престол приветствует тебя, гостья. Не согласишься ответить на несколько вопросов?
   И из пристёгнутой к бедру сумочки появилась тонкая каменная пластинка с начертанными на ней знаками.
   - Отвечать правду и только правду? - спросила Шерил, не столько узнав, сколько догадавшись, что это какой-то примитивный детектор лжи (а все они искусственные - примитивны).
   - По возможности, - страж согласно склонил голову на бок.
   - Хорошо, - она аккуратно уложила ладошку на каменную пластину.
   - Твоё имя?
   - Шерил Тлор.
   - Не слышал такого имени и такого рода не знаю. Тлор. Ты, наверное, из далёких краёв?
   - Очень.
   - Как называется твоя страна и где находится?
   - Называется Уиллори. Где находится - не знаю. И никто доподлинно не знает, где находятся разные миры и что их окружает.
   - Нет лжи в твоих словах, но смысла в них я не вижу. Что значит разные миры? - она постаралась не улыбнуться, настолько по-детски искренним было удивление сурового стража границы, но и здорово удивилась: как это не знать о многомирье?
   - То и значит. Есть мой мир, есть ваш, а есть ещё и множество иных. Что в этом непонятного?
   - Так, отставим этот вопрос пока в сторону. Цель вашего прибытия в Горный Престол?
   - Поиски знания и возможного пути домой, - она ответила честно, но сероватая пластинка слегка побурела.
   - Ответ неполный, - слегка напрягся страж.
   - И крылья хотелось бы поближе изучить, - спустя минуту размышления и раскопок в собственных мотивах добавила Шерил. Послышались смешки, а страж, взявшийся проводить допрос, слегка покраснел. Зато детектор моментально восстановил свой исконный цвет.
   - Имеешь ли ты обязательства по отношению Иннояниру или Гегейргону?
   - Нет.
   - Хорошо, разрешение на проход получено, - страж границы потянул на себя пластинку детектора, но теперь уже Шерил не захотела заканчивать разговор и вцепилась в неё кончиками пальцев.
   - Почему так легко? Вы же, по слухам, никого к себе не пускаете.
   - Ты - маг, а для магов сделано исключение. Особенно для магов, ищущих Знания.
   - А вдруг я наврала?
   - А Ловцы на тебя охотились просто так, от нечего делать?
   - Слушайте, а вам не кажется, что этот ваш разговор имеет некоторый налёт абсурда? - фыркнул тот из крылатых стражей, который до сих пор не принимал участия в разговоре. Шерил и её собеседник смерили взглядами неожиданно встрявшего, потом переглянулись и она наконец-таки отпустила детектор, а он решил представиться:
   - Юджин, это Краали и Маас, - он по очереди указал на своих спутников.
   - Моё имя вы знаете.
   - Эй, - подал голос Кенз, - а с нами что?
   - Ничего, - все трое крылатых с некоторым недоумением, словно бы уже успели забыть, что кроме них и девушки здесь ещё кто-то находится. - Свободны. Горный Престол к горным рейнджерам Ияннорира претензий не имеет, - официальным тоном произнёс Юджин, а Шерил добавила:
   - Но вам бы ещё несколько часов отсюда лучше никуда не двигаться. Отдохнуть. То заклятье, которое я на вас накладывала, использовало ресурсы ваших собственных организмов. Ещё добавите нагрузки сверху - и постэффекты могут быть оч-чень неприятными.
   Она улыбнулась извиняющись, но парни только отмахнулись. Живы, здоровы и ладно. И командованию будет о чём доложить. И о выходке гегейргонцев и о месте расположения поста стражи айев, которые так удачно себя демаскировали. Обычно-то и не заметишь, с какой стороны те приближаются: просто, раз, и кружит у тебя над головой парочка крылатых.
  
   Шерил
   Ей уже говорили, и не раз, что Горный Престол прекратил сношения с внешним миром, напрочь отгородившись от него, но Шерил не представляла, что настолько. Прохода в горную страну, для нормальных, не крылатых людей не было. Ну, может, кто-то их профессиональных альпинистов (если здесь такие есть!) или тех же горных рейнджеров и смог бы туда просочиться. А остальным предлагалось или идти своей дорогой мимо или попробовать доказать стражам границы свою полезность, чтобы те перенесли путника на собственных крыльях.
   Доказала. А вот способ переноски ей не понравился.
   - Сеть? Хочешь сказать, я уворачивалась от одной сетки, чтобы тут же добровольно залезть в другую?
   - Что тебе не нравится? В одиночку ни один из нас тебя даже не поднимет, - втолковывал ей Юджин.
   - Я не такая уж толстая! - на самом деле, Шерил подозревала, что особого выбора у неё всё равно нет, но это ещё не причина, чтобы не помотать нервы стражу: от одной только мысли, что придётся беспомощно болтаться на высоте десятков метров над каменными, неровными склонами, ей делалось нехорошо.
   - Не в том дело, - терпению Юджина можно было только позавидовать, - просто полёт требует намного больше энергии, чем любой другой способ передвижения, а уж с дополнительным весом...
   - Не боись, не уроним, - тот, которого ей представили как Краали, покровительственно положил на плечо руку, а потом и крылом сверху прикрыл. - Нам так часто приходится разные ценные грузы таскать.
   - А я, значит, ценный груз? Знала бы я...
   - ... ни за что бы сюда не пошла? - закончил за неё Маас сочувственно.
   - Пошла бы, - со вздохом сказала Шерил и вступили в границы сети. - Очень надо.
   Концы сети взметнулись вверх, трое крылатых, ухватились за длинные верёвки и действуя предельно синхронно, замолотили крыльями по воздуху. Поднять её вверх было действительно трудно. Да и дальше стало не на много проще. Один общий на троих груз стягивал их вместе, в одну точку пространства и приходилось постоянно работать крыльями, чтобы не допустить этого, да к тому же ещё и продвигаться вверх и вперёд. Земля проносилась под Шерил с немалой скоростью и её так и тянуло зажмурить глаза. Страшно. Страшно, что если крылатые не удержат сеть и на такой скорости она рухнет вниз, разлетится по запчастям. А ещё, временами, её проносили над самыми макушками (всего в каком-то десятке сантиметров!) довольно острых, на вид скал. И всё выше, выше и выше. Воздух стал ощутимо холоднее и вроде даже как разреженнее. По крайней мере, айи принялись взмахивать крыльями чуть не в два раза чаще. Перевал. И внизу открывается долина, с чашей синего-синего озера и жизнерадостной зеленью вокруг. Далеко внизу, куда ещё добраться надо. А спуск идёт нервными, неровными рывками, а камни и с этой стороны не менее твёрдые и острые. Кроткий свободный полёт-падение, и она, спеленатым в сетку кульком падает на какую-то упругую поверхность. Падает, несколько раз по инерции подпрыгивает, выпутывается из сети и наконец-то высказывает всё, что она думает о таком способе передвижения.
   Тяжело дышащие летуны слушают её выступление как самую лучшую в мире музыку и комплименты собственным способностям одновременно, улыбаются, крылья чуть растопырили и вокруг каждого маревом крутится облачко перегретого воздуха. Шерил обратила внимание сначала на это, а потом на то, как заострились и без того не слишком полные лица, щёки запали, глаза ввалились и желание ругаться как-то само собой пропало.
   И неужели же нельзя было хоть какие-то подъёмники соорудить, просто для того, чтобы самим себе жизнь упростить? Так нет же, мы не ищем лёгких путей!
   Шерил, пятясь задом, сползла с большой, метров пять в диаметре, упругой подушки, чуть пошатнулась, утверждаясь на собственных ногах, поправила сумку и вернула на место перевязь с оружием и, по очереди оглядев каждого из Стражей Границы, спросила:
   - Куда дальше?
   - Мы - вернёмся на свой пост. А за тобой сейчас придут, подожди немного.
   И улетели. Нет, ну вот как так можно? А если она шпионка, диверсантка, воровка, нужное подчеркнуть? И устроит здесь погром, разгром, ещё какое-нибудь непотребство, опять же нужное подчеркнуть? Ну и что, что в пределах видимости нет ничего кроме "посадочной площадки". Может быть, какие-то постройки тут всё же скрываются, только хорошо замаскированные, должен же этот неведомый "Кто-то", который должен проводить её куда-то откуда-нибудь выйти?
   Через полчаса она уже не было так уверена. Пусто, тихо, холодно. Хорошо хоть не голодно - в сумке оставалась фляжка с водой и парочка изрядно помятых, не доеденных в обед, бутербродов.
   А ещё минут через десять, снизу, на едва различимый между камнями тропе, появилась медленно приближающаяся фигура. Старик. Не идёт - ковыляет. Перо так потёрлось на сгибах крыльев и обтрепалось по краям, что те уже навряд ли способны носить даже это тщедушное тело. Короткие, редкие волосы, тонкие губы, россыпь морщин на пропечённом высокогорным солнышком лице, но большие, ясные глаза смотрят спокойно и пристально.
   - Идём со мной, гостья, - а голос красивый, глубокий, пусть и с изрядной хрипотцой.
   - А куда? - Шерил немедленно вскочила с посадочной подушки, готова двигаться куда угодно, лишь бы хоть куда-нибудь.
   - В сторожку ко мне. Переночуешь. Сегодня уже поздно куда-то отправляться.
   Почему-то при слове "сторожка" Шерил представилась ветхая деревянная хижина, с незамысловатыми удобствами, достаточными для того, чтобы пересидеть там пару ночей, но никак не жить. Действительность опровергла её предположения и, как это ни удивительно, на этот раз в лучшую сторону. Жилищем старику служила пещера, то ли естественного происхождения, то ли вырубленная искусственно, сейчас уже было не разобрать из-за рук человеческих, изрядно поработавших над камнем стен и потолков, там, где он был виден, не прикрытый шкафами и ткаными гобеленами. В общем, нормальное такое жилище, комфортное и основательное.
   - Там, - старик махнул в сторону, откуда доносилось слабое журчание воды, - можно умыться, а я пока сооружу, что-нибудь поесть.
   Есть хотелось не сильно (хотя, если будет что-нибудь горячее!), а вот вымыться... После нескольких дней походной жизни в горах, да и до того нормально искупаться получилось только в гостинице гарнизона при Миретских Столпах. И Шерил только надеялась, что предложенная умывальня, не окажется протекающим пол стеной ручейком с ледяной водой.
   Ручеёк тёк и вода в нём была ледяной, только тёк он из трубы на потолке, вода утекала в слив на полу, а по стенам располагались какие-то пиктограммы, вызывавшие надежду, что эти нехитрые удобства можно трансформировать во что-то более комфортное. Например, в горячий душ. Шерил потыкала в настенные рисунки, попробовала нажать, проверила температуру воды - ничего.
   - А можно водичку как-нибудь подогреть? - высунулась она из купальни.
   - Там всё есть. И подогреть, и напор увеличить, и распылитель включить. Знаки подписаны, - не отрываясь от нарезания каких-то овощей в кастрюльку, проговорил старик.
   - Читать я по-вашему не умею, - виновато ответила Шерил, заставив этим хозяина дома оторваться от приготовления ужина и пройти за нею в купальню, дабы растолковать неумехе всё "на пальцах".
   - Увеличить напор, ещё больше, меньше. Увеличить температуру, ещё, ещё, уменьшить, отключить нагреватель. Включить распылитель, выключить, - проговаривая всё это, он тыкал в нужные части пиктограмм, и вода послушно нагревалась и остывала, увеличивала и ослабляла напор. Шерил попробовала повторить за крылатым, но без особого успеха.
   - Не получается, - констатировала она.
   - Бестолочь, - с беззлобной снисходительностью проговорил старик. - Ты же вроде как маг. Силу на них направь.
   Шерил подступилась к пиктограммам опять и на этот раз с песенкой, которую напевала только сегодня и которая первой пришла ей в голову:
   - Тень, тень, на плетень, жаркий будет нынче день.
   И всё отлично получилось. И наслаждаться горячим душем ей не мешало осознание того, что Стражи Границы, улетевшие сразу после того, как перетащили её через хребет, каким-то образом передали информацию о ней, иначе как бы старик узнал, что она маг?
   И дальше, когда разомлевшая от обилия горячей воды и мыла Шерил клевала носом над тарелкой с горячим и потрясающе вкусным варевом, не раз ловила на себе испытующий взгляд хозяина. А потом дошло дело и до расспросов:
   - Значит, ты из настолько далёких краёв, что о Знаках никогда не слышала.
   - Из таких, - Шерил согласно кивнула.
   - А такой вот очаг встречать приходилось, - продолжил он таким же ровным тоном, указывая на горелку, под которой ещё совсем недавно трепетали синеватые язычки пламени.
   - Газовую? Видела. Только немного другой конструкции, - она отвечала кротко, но не потому, что хотела что-то утаить, просто разморило её и лень, и спать хочется.
   - А между тем, нигде, кроме Горного Престола газ не добывают и не используют.
   - Наверное, им древесного топлива хватает, - сонно предположила Шерил.
   - А вам? В вашей далёкой стране.
   - А нам деревьев жалко. Да и муторно это сильно, постоянно дровами отапливаться.
   - И где же такие чудные традиции?
   - В другом мире. В Уиллоре. Разве Стражи не передавали?
   - Передавали, да больно диковинно звучит, - он недоверчиво покачал головой и отправил девушку устраиваться спать, а сам устроился у окна. Бессонница - удел стариков и долгие размышления удел для них же. Пока же, всё что эта странная дева о себе рассказывала, неплохо согласовывалось между собой. Её невладение грамотой и неумение читать на самом распространённом языке этого мира, её странная магия, для которой необходимо издавать какие-то звуки, и отсутствие удивления там, где впервые посетивших Горный Престол людей обоих империй настигал шок. Тот же горючий газ. И то, что они с отрядом горных рейнджеров вовремя заметили приближение летучего корабля Тёмной империи и даже почти успели убежать, хотя гегейргонцы обычно так мастерски прячутся за иллюзиями, что ничего не подозревающая жертва замечает их только в самый последний момент.
   Всё это было очень любопытно и может быть даже полезно. Мудры, всё-таки, были предки, оставившие для магов свободный доступ в Горный Престол.
  
   Утро началось для неё рано, с первыми лучами солнца, поднимавшегося над хребтом. И ведь не то, чтобы её кто-то будил: недреманный старик конечно уже шебуршал чем-то в большой комнате, но так тихо, что не разбудил бы и дремлющего младенца, постель тёплая и мягкая, но предчувствие чего-то нового и, несомненно, радостного, подняло её ни свет ни заря. Цель! Цель путешествия близка! Здесь есть маги, настоящие, грамотные (чего только стоят техномагические примочки даже в этом, удалённом от основных поселений жилище!), а значит, возможность вернуться домой, становится вполне реальной.
   - Доброе утро! - в большую комнату, где уже тихонько шипел закипающий на горелке чайник, она влетела свежая и бодрая.
   - Доброе, - покладисто согласился старик.
   - Куда мы дальше?
   - Провожу тебя вниз, в долину, до станции подземки, а там тебя встретит высланный Советом Мастеров сопровождающий, чтобы отвезти в столицу.
   - А это обязательно, чтобы был сопровождающий? - Это известие Шерил не воодушевило. Отвыкла она от контроля за время существования в этом мире, да и в прошлой жизни, дома, родители позволяли проявлять своим отпрыскам немалую самостоятельность.
   - Это обычная практика, - кипяток с глухим, булькающим, звуком полился в чашки, где вода моментально окрасилась в сиреневатый, приятный глазу оттенок. - Принятая ещё в те времена, когда Горный Престол имел более активные связи с внешним миром. Чужестранцы, незнакомые с нашими порядками слишком часто терялись и попадали в неприятности.
   - А почему "престол", если у вас Совет Мастеров? Ведь не монархия же, нет? Или я чего-то не понимаю в вашем политическом устройстве? Мне говорили, что вашей страной управляют самые именитые мастера.
   - А вон, - не тратя попусту слов, старик подтолкнул её к выходу и молча указал на одну из вершин. Та имела весьма примечательную форму: широкую ложбину, с трёх сторон (в центре несколько выше, чем по бокам), окружённую горными хребтами. Издали, при должном воображении, её можно было принять за кресло для великанов, или же за трон. - У подножия этой горы было основано наше первое поселение.
   - Исторические места? А у меня будет возможность их посетить? - почувствовав себя в лоне цивилизации, Шерил вернулась к привычному для представителей её возраста и сословия поведению и уже прикидывала, как бы не упустить местные достопримечательности. Что характерно, пока она бродила по ойрским болотам и территории Светлой Империи, таких мыслей у неё не возникало.
   - Обязательно, - старик был благодушен, и уведя её с через чур свежего утреннего воздуха, сунул в руку кружку с горячим напитком. - Всех новоприбывших, так же как и новорожденных представляют Крылатой, а именно там находится главный Храм её, именуемый Высоким.
   - А кто такая Крылатая?
   - Богиня. Наша богиня, покровительствующая тем, кто способен летать во всех аспектах жизни. Надо объяснять, кто такие Боги?
   - Нет, - Шерил здорово удивилась: до сих пор ей не встречались культуры, где бы не было представления о каких-либо высших существах. - У нас есть Музы - покровительницы искусств, а неодарённые талантом в нашем мире поклоняются Вседержителю.
   Беседа тут же приняла познавательный характер и между делом Шерил выболтала немало об условиях жизни, возможностях магов и достижениях техники в своём мире и продолжалась долго-долго. Она даже немного осипнуть успела, пока они спустились по довольно пологой, но немилосердно петляющей тропе к подножию склона, а у старика вопросы всё не заканчивались. Это же надо сохранить такую любознательность в таком возрасте! Или это просто у него должность такая?
   Наверное, всё же не только должность, потому как следующий провожатый, которому старик передал её с рук на руки на станции подземки, отличался редкостной молчаливостью и не только сам не задавал вопросов, но и отвечал крайне коротко и неохотно. А жаль. Вокруг столько всего было интересного и необычного! Взять хотя бы ту же подземку, которая как Шерил и ожидала, оказалась транспортным узлом. Тоннели, отполированные до зеркального блеска, и по ним движется не состав с вагонами, а один длинный и гибкий транспорт. И ни намёка на рельсы. На вопрос как всё это устроено, сопровождающий дал короткий, но ёмкий ответ:
   - Магия, - и на том успокоился. И даже к стене отвернулся, хотя смотреть там было совершенно не на что - никаких окон на ней не наблюдалось.
   Шерил начала было уже подумывать, а не пристать ли с расспросами к другим пассажирам, случайно оказавшимся в том же вагоне, тем более, что те поглядывали на неё с ощутимым любопытством, но так до конца путешествия и не решилась.
   А после высадки на очередной остановке, её передали уже третьему провожатому, которого Шерил прозвала про себя гидом. Этот говорил много и охотно, но только на те темы, на которые собирался, пропуская мимо ушей те вопросы, на которые не знал ответа или почему-то считал неудобными. Типичный экскурсовод. Зато Шерил удалось узнать много лишней и необязательной, но, несомненно, занятной информации.
  

10

  
   Шерил
   Высокий храм, полностью оправдывая своё название, оказался высок и обладал не только большим центральным входом для пешеходов, но и множеством посадочных балкончиков для летучих посетителей. Фасадом он выступал из скалы, задней частью уходил глубоко в неё и был одним из самых прекрасных образцов архитектуры, который Шерил только доводилось видеть. С чёткими, лаконичными линиями, с высокими, арочными проходами, музыкально-звонким полом, полный света и цвета. Цвет, преимущественно, был белый. Как та статуя крылатой богини, что замерла на невысоком пьедестале в самом центре.
   - Мы зовём её Крылатой. Говорят, она пришла к нам ещё тогда, когда наши предки не были крылаты и жили на равнинах. История её обретения загадочна и неоднозначна..., - голос гида всё жужжал, постепенно отдаляясь от неё.
   Сказать, что Шерил была удивлена, это не сказать ничего. На мраморном возвышении, по которому барельефом струились переплетения из роз и виноградных лоз, стояла ... Муза. Именно такая, какой её принято было изображать у Творцов: юная девушка с нежными чертами лица и мощными, в человеческий рост крыльями за спиной. Материалом для своего творения неведомый скульптор избрал розовый мрамор (белый, на самом деле, конечно, имеющий лишь чуть заметный розоватый отлив), хотя стоп, почему неведомый скульптор, автором этого произведения совершенно точно был Творец. Да-да, если сосредоточиться и очистить сознание можно даже уловить очень знакомые эманации. Ощутимый творческий посыл. Вдохновение, которое окрыляет. Полёт фантазии. Причём аллегорический полёт как-то неощутимо переходит в материальный. Изображение Музы. Только какой именно? Руки её пусты, не сжимает она в них ни свитка, ни маски, ни музыкального инструмента, и в изящном жесте сложены на животе. Собирательный образ? Художник не нашёл какой именно из покровительниц искусств посвятить своё творение? Иногда Шерил допускала еретическую мысль, что муз на самом деле не девять, а столько, сколько найдётся вдохновенных порывов в душе творца, а предкам просто не хватило воображения. А незнакомый ей скульптор, ещё небось и обиделся, что избранное им направление для творчества когда-то давно сочтено было не искусством, а ремеслом.
   Когда она успела опуститься на пол перед статуей, куда делся проводник, приведший её сюда, и сколько вообще прошло времени, Шерил не сознавала. Как и не почувствовала момента, в который опять стала не одинока. Просто, когда окрылённая чужим вдохновением душа решила вернуться в родное тело, обнаружила что рядышком, почти касаясь её плечом, сидит крылатая девушка. Живая.
   - О чём вы с нею разговаривали? - гортанный, резковатый голос её был отрешённо-спокоен и на удивление уместен здесь и сейчас.
   - Мы не разговаривали, - Шерил так опешила от неожиданности, что принялась отвечать незнакомке совершенно откровенно. - Я так давно не медитировала, что впала в транс, только увидев её.
   - Нет, вы именно разговаривали, - продолжала настаивать девушка. Она повернула к Шерил лицо, давая разглядеть веки, давно сросшиеся над пустыми глазницами, и продолжила с нажимом: - Я видела, как от тебя к ней и от неё к тебе исходили потоки света.
   - Кто ты?!
   - Меня зовут Уллия. Я - зрящая.
   - Зрящая? - протянула Шерил, всматриваясь в беззастенчиво обращённое к ней лицо. - Горьковатая ирония.
   - Не ирония, - Уллия встопорщила перья на сгибах крыльев. - Это был мой собственный, добровольный выбор. Стать Зрящей, а не остаться без глаз, - уточнила она.
   - И в чём здесь добровольность? - не поняла Шерил.
   - Наши мастера могли, и могут, вернуть мне глаза. Неживые, конечно, искусственные, Но говорят, они ни на вид, ни по ощущениям не отличаются от настоящих. А потом и вовсе становятся неотъемлемой частью твоего тела. Но я решила служить своей богине.
   Шерил зачарованно слушала свою новую знакомую. То, что ей доводилось видеть, да и слышать, о достижениях магической науки здесь, в этом мире, не подготовило её к таким достижениям маготехники. Уж скорее у неё были все основания считать местных если и не дикарями, то народом достаточно отсталым, а тут...
   - Я вижу, тебя чем-то впечатлили мои слова? Но служить богине - это весьма почётно.
   - Нет, нет против служения каким бы то ни было Богам я не имею ничего против, как и против людей посвятивших себя служению, но искусственные, артефактные глаза... В моём мире, в Уиллори, ничего подобного не делают.
   - Зрение - очень важно, - убеждённо сказала Уллия. - Ходить без него можно, а вот летать - нет.
   - И как же ты теперь? Только по земле? - вопрос был не слишком деликатным. По правде говоря, кому другому в подобном положении Шерил не решилась бы его задать, но Зрящая рассказывала о себе настолько спокойно, словно бы её эта тема совсем не задевала и боли не причиняла.
   - Почему? Можно же ещё и вот так, - она достала из продолговатого кармашка на груди обруч, собранный из металлических звеньев с парой чёрных, непрозрачных вставок и одела себе на голову, поместив "стекляшки" прямо напротив глаз. - Ты не из нашего народа!
   - Ты и вправду видишь! - восхитилась Шерил. Это не слишком бросалось в глаза, но Творцы относились совершенно к другому расовому типу, неже ли жители этого мира.
   - Но никто из чужаков до сих пор не мог обращаться к Крылатой! - казалось, последнюю её реплику Уллия просто не услышала и продолжала настаивать на поразившем её факте.
   - Не знаю, что именно ты увидела, Зрящая, но для таких как я, подобное поведение естественно. И я не говорила, а она не отвечала, ничего такого. Просто, я раскрыла собственную душу, потянулась к ней чувствами и попыталась ощутить изначальный заряд вдохновения, вложенный в эту статую её Творцом, а через него к великим силам Гармонии и Созидания, - сказала, а потом подумала, что почему-то, когда начинаешь рассказывать о вещах нематериальных и даже немагических, всё это начинает звучать как-то глупо и косно.
   Тонкие светлые брови над металлическим обручем нахмурились:
   - Всё это звучит какой-то фантастической ересью.
   - Извини, я не в курсе ваших верований...
   - Но то что ты рассказываешь, Шерил из мира Уиллори, может оказаться весьма любопытным, - перебил их взаимные расшаркивания густой мужской бас. Шерил мгновенно обернулась: шагов приближения она не слышала, что само по себе странно, а уж при взгляде на подкравшегося незаметным... Что тут сказать, мужчина оказался под стать голосу: высокий, даже массивный, на фоне остальных встреченных ею айев, отличавшихся худощавостью на грани с субтильностью, он выглядел просто гигантом. Немолодой - тёмную густую шевелюру изрядно побила седина, а возле носа и губ залегли глубокие складки-морщины. Тёмные, почти чёрные глаза смотрят со спокойной уверенностью.
   - Светлого дня, Мастер, - Зрящая одним плавным, грациозным движением поднялась с пола и уважительно чуть склонила голову. Шерил тоже не осталась сидеть.
   - Как? - он перевёл взгляд на Зрящую.
   - Подходит, - она согласно склонила голову, - хотя я не понимаю: как?
   - Поясни.
   - Это не приятие, как это бывало раньше с чужаками в лучшем случае, у неё обозначилась настоящая связь с нашей Крылатой, правда, связь не того характера, что у Детей Неба, - несколько сумбурно начала объяснять Уллия, но Шерил, прислушивавшаяся к её словам весьма внимательно, кое- что поняла.
   - Не знаю как именно вы видите, но для мага моей разновидности вполне нормально тянуться душой к Шедевру, а этот, похоже, ещё был сотворён мастером из моего народа. Потому, видимо, и отклик пошёл.
   Она замолчала и поняла, что сказала что-то не то, настолько многозначительная пауза повисла в воздухе. И если Мастер рассматривал её с отстранённым интересом, то в Уллии чувствовалось неприятие и даже враждебность.
   - Считается, что ОНА сама пришла к нам ещё в те времена, когда наш народ жил на равнине и не выделялся из прочих. Изниоткуда явилась, - слова Мастера упали в гулкую пустоту.
   - Так часто бывает, - Шерил чуть дёрнула плечами, не понимая что им не нравится, - наши творения часто уходят бродить по мирам и обзаводятся своей собственной судьбой.
   - И для вас это была..? - он вопросительно склонил голову на бок.
   - Муза. Причём не конкретная, а как некая квинтэссенция Вдохновения.
   - Подожди, не так быстро. Давай по порядку. Кто такие Музы и какое отношение они имеют к нашей Крылатой?
   Шерил на секунду прикрыла глаза, выдохнула и принялась за подробное, пусть и несколько путаное изложения верований собственного народа. Уже один раз изложенное старику-привратнику и Шерил ещё тогда понадеялась, что больше не придётся читать эту теологическую лекцию ещё раз, но то ли тот в пересказе их разговора пропустил эту часть, то ли она осталась непонятой. Попутно, приобняв обеих девушек за плечи, Мастер повлёк их к одному из боковых выходов, ведущих вглубь горы, прочь из светлого высокого зала, который постепенно начал заполняться людьми. Даже странно, почему до сих пор это место пустовало?
   - Значит, ты утверждаешь, что нашу Богиню сотворили ваши мастера? - раздражённо проговорила Уллия после окончания рассказа девушки. - А не слишком ли самонадеянно с твоей стороны?
   - Не Богиню, - терпеливо поправила Шерил, - всего лишь статую.
   - Статуя тоже чудотворна, - заметил Мастер. - Это не просто камень. У нас, кстати, тоже скульпторы имеются и их творения вовсе неплохи, но ничего подобного Крылатой... - он покачал головой и Шерил не поняла чувства, которым был наполнен его голос.
   - Это понятно, - упрямо продолжила настаивать она. - Всё, что выходит из под рук Творцов так или иначе чудотворно. При чём, чем больше талант, тем сильнее воздействие на людей, а вашу Крылатую ваял, несомненно, гений.
   Стены внезапно раздались в стороны и они вступили под своды просторного, светлого зала, в центре которого, у подковообразного стола собралась группа людей, темпераментно что-то обсуждающая. Уллия, порывисто ухватив её за руку, прошипела на ухо:
   - О Крылатой больше ни слова! - Шерил понятливо кивнула.
   - Мастер Езекиил? - прозвенел над сводами молодой насмешливый мужской голос и все присутствовавшие айи обернулись в их сторону. - У вас очередная диковинка?
   - Вот, стражи притащили, - он чуть подтолкнул Шерил вперёд, но оставил руку лежать на её плече. - Говорит, что маг из другого мира.
   - Ну-ну, - на этот раз сомнение выразила женщина. - Разберётесь, не забудьте поделиться результатами.
   - Обязательно, - согласился мастер Езекиил, но таким тоном, что, наверное, даже обладателям не слишком тонкого слуха стал ясен подтекст: только если вы меня очень и очень попросите.
   Расспросы он возобновил только после того, как достиг собственных покоев и удобно устроил обеих девушек. Зачем там нужна Зрящая Шерил не поняла, потому как Уллия больше в их разговор не вмешивалась. Правда слушала весьма внимательно.
   - Значит, магия у вас проявляется через творчество, - обобщил Мастер всё от неё услышанное.- И что же конкретно является твоими способностями?
   - Я - менестрель. Пою и тем могу творить маленькие чудеса, - она напела пару тактов простенькой песенки, и в воздухе повисло марево иллюзии, пока ещё не оформившееся в конкретный образ. Шерил решила, что для демонстрации способностей этого вполне достаточно.
   - Значит, ты маг из джиннов, - это прозвучало не вопросом, а утверждением.
   - Нет, - упрямо возразила Шерил. - Вы меня, пожалуйста, сказками собственного мира не называйте. Я - маг Творец, и специализация моя называется "менестрель". Никакой не джин.
   Признаться, этот неведомый менестрель, который "наследил" здесь несколько веков назад, начинал здорово её раздражать. Ладно ещё, что все узнавшие о её Таланте начинали коверкать название магической специализации, с этим ещё можно было смириться, но ведь от неё начинали ждать подобных чудес.
   - И что ты можешь, маг-Творец?
   - Не слишком многое, - самокритично ответила Шерил. - Мои способности простираются не дальше гармоник первого порядка...
   - Так-так, остановись, что такое "гармоники"? - Мастер задумчиво потеет образовавшуюся между бровями складочку и плотнее сложил иссиня-чёрные крылья.
   - Простейшие гармонические звучания, которые в устах менестреля имеют силу и могут воздействовать на материальный мир, - заученно оттарабанила Шерил. - Гармоники первого порядка - самые слабые, их воздействие минимально.
   - И чем больше гармоника, тем сильнее её действие, правильно я понимаю?
   - Верно. Гармоники начиная с семнадцатого порядка способны воздействовать уже на нематериальный мир. На сферу разума и чувств.
   - Вроде того, что проделывают Сиятельные? И это у вас считается наивысшим мастерством?! - он так изумился, что даже перестал перемещаться по немаленькому помещению и замер в его центре.
   - Я не слишком хорошо знакома с их магией, но насколько могу судить, это немного не то. Тоньше и неопределённей. Очень многое зависит от структуры личности того, на кого оказывается воздействие. Это не ментальная магия, не прямое воздействие, а опосредованное, через искусство. Такой вид воздействия доступен и просто талантливым художникам, не одарённых Талантом, если вы понимаете, что я имею ввиду.
   - Есть надежда, что всё-таки понимаю. Так, ладно, это долгий разговор, а мне ещё нужно выяснить причину, по которой ты решила посетить Горный Престол. Всю, полностью, не тот укороченный вариант, который обычно излагают стражам Границы.
   - Да я и им всё полностью рассказала. Меня закинуло в ваш мир случайно, из стихийного природного портала, который у нас именуют Дланью Судьбы. И к вам я пришла в поиске дороги домой. Здесь, как мне говорили, живут самые искусные маги этого мира.
   - И сейчас ты говоришь с одним из них, - тихо, почти неслышно произнесла Уллия.
   - Что такое порталы?
   - Проходы между мирами, - беспомощно пожала плечами Шерил. - Там, где я выросла, множество миров были связаны воедино сетью станций-порталов. Я не знаю как они работают, и физической основой тоже не интересовалась.
   - Нет, мы не настолько искусны, чтобы ходить между мирами. Наверное, пока не доросли, - мастер сказал это не только без самоуничижения, но и без огорчения. Мол, да, пока у нас такого нет, но раз это вообще возможно, значит, будет.
   - При чём здесь искусность?! - воскликнула Шерил. - Она вообще не имеет никакого отношения к перемещению между мирами. Открыть путь способны даже шаманы Зелёных Островов, а они настолько примитивны, что не все исследователи даже соглашаются считать их за людей. Да и силой магической одарены не особенно. У нас - да, много проходов создано искусственно, но есть же и природные, которые существуют сами по себе.
   - Тогда в чём тут дело?
   - В природе мирозданья, - она вроде бы безразлично пожала плечами. - Все миры так или иначе связаны друг с другом, нужно только определить в каких местах и при каких условиях открываются проходы.
   - Так-таки все? - он хитровато прищурился.
   - Миры закрытые, не связанные с другими мирами, - назидательно промолвила она, - есть не что иное как философская абстракция, потому как неизвестно, есть ли они на самом деле, или же это выдумка.
   - А если не так, если есть мир, в который попасть можно, а выйти из него - нет?
   - Так не бывает, двери не открываются только в одну сторону и если есть вход, то обязательно имеется и выход, - она ненадолго задумалась и добавила уточнение: - Правда, может быть на движение в обратном направлении нужно будет затратить определённые усилия, но ничего невозможного в этом точно нет.
   - Возможно, тебе известны какие-либо приметы таких мест, - осторожно намекнул Мастер.
   - Да какие там приметы! - отмахнулась Шерил. - Подобная точка пространства может быть где угодно и выглядеть как угодно. Лес, пустыня, горы и ли даже открытая гладь моря - совершенно не важно. Единственное, что их может объединять, это то, что время от времени там или что-то пропадает или что-то появляется.
   - Тогда это должно находить отражение в легендах и мифах народов те места населяющих, - прикинул мастер Езекиил.
   - Обязательно, - решительно согласилась Шерил. - У вас, например, должно быть немало историй о том, как появилась Крылатая. Возможно, она возникла как раз на таком месте.
   - Постарайся больше нигде не высказывать подобных предположений, - с нажимом попросила Уллия.
   - Почему? - растерялась Шерил.
   - Айи не поймут. Это я видела, как Она тебя приняла. И пусть то, что ты говоришь, мне сильно не нравится, я могу принять, что не все пути Крылатой доступны человеческому разуму. А другие могут и нечаянно со скалы скинуть святотатицу.
   - Ну, - пробасил Мастер, - не пугай девочку, не всё так страшно. Те времена, когда кого-то за инакомыслие могли отправить в полёт крылья отращивать давно прошли. Но в высказываниях тебе всё равно стоит быть поосторожнее.
   Шерил пригорюнилась:
   - Так что же мне делать? Порталы у вас здесь неизвестны, да ещё и за языком следить нужно.
   - Раз они существуют, - преувеличенно оптимистично сказал Мастер, - значит, их нужно найти. И в том, чтобы получить доступ в наши архивы, нет ничего невозможного. Из этого может получиться очень интересный проект, - голос его постепенно становился всё тише и тише, взгляд начал постепенно "сползать" в сторону. - А пока я тебя могу оформить своим помощником-консультантом.
  

11

  
   Шерил
   Жизнь совершила очередной крутой поворот и из бродяжки без роду-племени она внезапно стала, для местных, магом экзотической разновидности и источником новых знаний. Сомнительного качества источником - самокритично решила она. Что уж там говорить, высокими теориями она в своём мире не увлекалась и сохранила в памяти лишь кое-какие отрывочные сведения, а практические навыки выпевания простейших гармоник оказались для айев совершенно бесполезны.
   Впрочем, рассказами о родном мире она делилась охотно. Всё-таки какой-никакой, а мостик к дому. Да и платили за это сколько-то, не слишком много, но при том, что жильём её обеспечили, на сиюминутные надобности вполне хватало. Шерил даже задумалась о покупке новой, утеплённой куртки. Саморегуляция - это хорошо, но на приспособление к некомфортным условиям существования тратятся дополнительные ресурсы организма, а это уже хорошо не очень.
   Рынка, в привычном для равнин смысле здесь не было, зато в склоне горы были выбиты маленькие магазинчики, каждый со своим товаром, к которым вели широкие, удобные дорожки и узкие крутые лестницы. Да, дорожки для пешеходов здесь тоже были предусмотрены и хотя взрослое население Горного Престола предпочитало пользоваться крыльями, а не ногами, но ведь были ещё и старики, и мамаши с подросшими детишками, которых на своих крыльях не утащишь, и молодые мужчины, переносящие явно нелёгкие грузы. В общем, было и где потолкаться и у кого дорогу спросить. Читала Шерил по-прежнему плохо, а демонстрировать посторонним это не любила.
   - Не подскажете, где здесь можно купить хорошую и недорогую куртку?
   Симпатичная молодая женщина, разрумянившаяся на веру, с большеглазым карапузом на руках, пристроила своё детище на бедре и указала в сторону шикарной вывески с набранной причудливым шрифтом надписью, всей в завитках и позолоте, куда сама Шерил сунулась бы в последнюю очередь:
   - Там, любая девушка сможет найти что угодно и на любой вкус.
   Поблагодарив, Шерил двинулась в указанном направлении. Что ж, даже если товар окажется ей совсем не по карману, по крайней мере, сможет оценить ассортимент. И вообще, за погляд деньги просят только в музеях и только в совсем уж ненормальных культурах. Так она рассуждала, пока не вошла в лавку и не зарылась в вешалки с верхней одеждой. Девушка она или нет? Чего тут только не было! Штаны, куртки, комбинезоны из кожи, меха, пуха и какой-то очень плотной ткани. С вышивкой и тиснением, с выпущенной наружу подпушкой и полностью гладкие. Напротив одной, из зеленоватой кожи с сохранившимся рисунком из мелких чешуек, Шерил зависла надолго. Интересно, с кого такую шкурку ободрали? Неужели, в горах подобного размера ящерки бегают?
   - У вас превосходный вкус, моя дорогая! - к ней неслышно подошёл не иначе как сам хозяин лавки. - Шкура морской змеи, причём великолепнейшей выделки и как раз вашего размера. Очень подойдёт такой красавице.
   Шерил перевернула болтающийся на рукаве ценник и почувствовала себя посетителем музея.
   - Мне не по карману. И сомневаюсь, что будет по карману даже что-нибудь попроще. Да и не нашла я тут у вас не одной куртки, которая подошла бы бескрылой. Я вообще сюда зашла больше посмотреть, чем купить.
   Все осмотренные ею экземпляры имели характерный вырез на спине и дополнительную застёжку сзади на шее. Понятно, для каких надобностей
   - Сможем договориться, - её интимно приобняли за предплечье и повлекли куда-то в сторону. - И со стоимостью можно что-нибудь придумать. Особенно, если у вас есть, что-нибудь интересное на обмен.
   - Что именно на обмен? - Шерил с интересом осмотрелась: заднее помещение, в которое её привели, судя по наличию раскроечных столов, обилию и бессистемному расположению фурнитуры, а так же недошитых вещей, являлось мастерской.
   - Куртка, та которую вы сейчас носите и которая испортилась или просто надоела.
   - Эта что ли? - она потрогала себя за тонкое матерчатое плечо. - А на что она вам?
   - Вы у нас, наверное, совсем недавно, - мастер-продавец смерил её оценивающим взглядом. - И потому не в курсе некоторых наших ... гхм, особенностей.
   - Чуть больше недели, - честно ответила она и переспросила: - А зачем вам моя куртка?
   - Эта? Ни за чем, - так же честно ответил торговец. - Просто у нас не принято выбрасывать старые вещи или откладывать их на длительное хранение. Если вы посадили пятно, порвали, просто вещь вышла из моды вы несёте свою куртку ко мне, а я уж найду как из старой вещи сделать новую. Разумеется, тем, кто приносит материал для работы, предоставляется существенная скидка.
   - Да, ваши обычаи мне ещё изучать и изучать, - протянула Шерил.
   - Да Нижние Боги с ними, с нашими обычаями, будете жить - привыкните, а вот как же вы целую неделю без нормальной одежды просуществовали? Это же, я правильно вас понял, и есть ваша единственная верхняя одежда?
   - Ну, - Шерил чуть сморщила нос: на вопросы о себе и о своих странных возможностях ей уже надоело отвечать. - У вас здесь не настолько холодно, чтобы это начало представлять для меня проблему.
   - Такая закалённая, - уважительно протянул мастер-кожевенник.
   - И это тоже, но в основном я умею регулировать температуру собственного тела.
   - Это как? - он по-птичьи, вопросительно, склонил голову на бок.
   - Это вот так, - она взяла его за руки, и через непродолжительное время крылатый почувствовал, как одна её ладошка буквально заледенела, а другая нагрелась так, словно прикасалась к горячему боку печки.
   - Магия? - ещё более уважительно поинтересовался он.
   - Специальный навык, - поправила она. - Хотя почему-то люди магически неодарённые не могут его освоить. Так что вы мне можете предложить, исходя из того, что монет у меня всего-ничего? - и она выгребла из кармана позвякивавшую там мелочь.
   На куртку они всё-таки сговорились. Простенькую и уже видимо не раз перешивавшуюся, но тёплую и лёгкую, как и все вещи, продававшиеся у айев. Да и то, Шерил сильно подозревала, что её пожалели, не слишком поверив в способность обходиться без тёплых вещей.
   Однако же случай этот не остался без последствий. Уже следующим днём, к ним в мастерскую Мастера Езекиила заглянул Мастер Вирао с просьбой:
   - Можно мне на пару слов твою консультантку?
   - Только в моём присутствии, - тут же среагировал Мастер.
   Тот досадливо сморщился, отмахнулся и смерил Шерил взглядом светлых, любопытных глаз.
   - Правду говорят, что ты вчера в одёжной лавке какие-то фокусы показывала?
   - Почему фокусы? - Шерил даже немного обиделась и сунула Мастеру в руки свои ладошки, дабы убедился на личном опыте. - Всего лишь мастерство владения собственным телом.
   - Занятный феномен... вы уже начали его исследовать? - вопросительный взгляд в сторону Мастера Езекиила.
   - У нас пока были другие приоритеты, - расплывчато ответил тот. В основном они занимались перебиранием письменных источников, в которых рассказывались легенды о внезапных исчезновениях-появлениях чего бы то ни было, и конспектированием того, что Шерил могла вспомнить из теории магии своего народа. Заодно и грамоте училась, а то как-то неприлично даже было считаться магом и не уметь ни читать, ни писать.
   - И что вы ещё что-то можете делать? - Мастер Вирао вернул Шерил всю полноту своего внимания. Та чуть не отшатнулась.
   - Со своим телом - практически всё. В пределах биологической нормы. То есть отрастить себе крылья или там хвост я не в состоянии, а вот кровяное давление, температура тела, скорость обмена веществ и прочее в подобном духе вполне поддаётся сознательной регулировке.
   - Это сложно?
   - А вам летать сложно? Вот и тут так же.
   - Это врождённый навык?
   - А что, способность к полёту врождённая и не требует обучения?
   - Ага, - сказал Мастер Вирао, но похоже не Шерил, а в ответ каким-то своим мыслям, развернулся и вышел из комнаты. Почти минуту они оба, и Мастер Езекиил и Шерил смотрели на закрывшуюся дверь, потом он перевёл на неё взгляд и произнёс с отчётливо прозвучавшей укоризной:
   - Почему ты мне об этом не рассказывала?
   - Вы не спрашивали, - растерянно ответила она. - То есть мы говорили всё время о магии, а в саморегуляции от магии один чих кошачий, считай и нет ничего.
   - В любом случае, это требует исследования и подтверждения, - в глазах мастера, вместо всегдашнего отстранённого интереса загорелся фанатичный блеск. - Идём.
   И они направились куда-то вглубь горы, где Шерил до сих пор побывать не довелось. Она вообще считала, что крылатые глубоких штолен не роют, предпочитая селиться у поверхности. Ошиблась. Кое-кто здесь себе вполне приличный лабораторный комплекс отстроил. Она бы могла сказать даже "современный" но аппаратура была столь непривычного вида, что о её сложности и точности можно было только догадываться.
   - Что это? - она осторожно, одним пальчиком потрогала странную фиговину, пока Мастер Езекиил запускал непонятные пока приборы.
   - Комплекс для снятия биомедицинских данных, - быстро, не задумываясь, ответил он. - По сигналу попробуй сотворить что-нибудь эдакое.
   И принялся крепить к её телу датчики. Даже не спросив разрешения на это у "мыши подопытной". Фанат своего дела. Можно даже сказать, фанатик. Но Шерил и не возражала. Не потому, что психов лучше не злить, ей самой было интересно, что же такого сможет узнать крылатый Мастер. Всё-таки, с такими достижениями биомедицины и протезирования ... Оказалось ничего особенного. Просто документально и опытно подтвердил, что феномен имеет место быть.
   - Занятно..., - Мастер растянул в руках длинную бумажную ленту, на которой сводил в единую таблицу-схему результаты обследования. - И этому можно научиться?
   - Меня - учили, - Шерил устало устроилась на высокой табуретке - низкая мебель, по причине наличия крыльев у коренных обитателей, распространения здесь не нашла.
   - Долго?
   - Почти всё моё детство. Параллельно с самоконтролем и развитием Таланта. Не владеющий собой Творец, сила - страшная и, чаще всего разрушительная. Необходимость, не более того. А то, что даёт саморегуляция дополнительно - не более чем приятный бонус.
   - И помогающий выжить, - добавил Мастер задумчиво и расчетливо. - Ты же, небось, и яды из организма можешь выводить и раны сращивать.
   - До определённого предела. И мне самой приходилось только заживлять синяки и ссадины да бороться с последствиями пищевого отравления. У нас мирная жизнь. В целом.
   - А здесь, в этом мире? - продолжил наводящие вопросы Мастер, отложив бумаги и принявшись педантично сматывать и раскладывать по соответствующим коробочкам свои приборы. Чистота и порядок у него в лаборатории царили просто маниакальные. - У нас-то не мирно. И далеко не так комфортно, как у вас, если судить по твоим рассказам.
   - Было, наверняка. Только вот если для того, чтобы что-то заживить раньше времени мне приходится прикладывать целенаправленные усилия, то многое выходит само собой, мимо сознания. Как, например, терморегуляция или вот блокировка ментальных воздействий.
   - Ментальных? - переспросил он совсем тихо и, как будто, сдавленным голосом. - Ты невосприимчива к воздействию Сиятельных?
   - Так прямо не могу сказать, - она небрежно и чуть нервно пожала плечами и скрестила руки на животе. - Именно с Сиятельными сталкиваться мне не приходилось, только с одним их отдалённым и слабосильным потомком. И общий, "расслабляющий" фон, о котором мне говорили, я не чувствую. А вот как на меня повлияет направленное воздействие профессионала, предсказать не могу.
   - Мда, - Мастер остановился и смерил Шерил очередным, оценивающим взглядом. - Чуть не попросил продемонстрировать, как ты это делаешь, но мне нечем на тебя воздействовать.
   - Поверьте на слово. Не влияет. Нас, Творцов в первую очередь учат отсекать посторонние воздействия. Своей дури в голове хватает в силу особенностей психики и уникальности дарования.
   - Всё настолько плохо, что вас целенаправленно учат держать себя в руках? - кажется, с серьёзными разговорами временно было покончено и Мастер, устроившись напротив неё, принялся за всегдашний лёгкий трёп, который очень часто включал рассказы о её мире.
   - Всё ещё хуже, - она ностальгически улыбнулась. - Иномиряне, впервые к нам попавшие, отзывались о Творцах, как о психах буйнопомешанных. Творческие кризисы, поиски своего пути в искусстве, больное самолюбие помноженное на магическую составляющую и всё это у не самой малочисленной и самой заметной части населения. Конечно, самоконтроль нужен. Если он не будет идти изнутри, то остаются химические релаксанты - алкоголь и наркотики, а это привело бы в скором времени к вырождению магов-Творцов.
   - И влиять снаружи на вас невозможно, - продолжал гнуть свою линию Мастер.
   - А никто, особенно не пробует, - она хмыкнула, представив, что бы было, скажем, с её братцем, попробуй ему кто-нибудь что-нибудь внушить. - Реакцию сложно смоделировать. А уж как она может трансформироваться в творчестве... Дураков нет и никому локальный конец света не нужен.
   - Как-то ты о своих сородичах рассказываешь как о снаряде, который, то ли разорвётся, то ли нет. Глядя на тебя, такого и не скажешь.
   - А на меня не смотрите. По меркам своего народа я - бездарь, ну и соответственно таких перепадов настроения и творческих вспышек у меня не бывает.
   - И всё же, как может существовать описанное тобой общество?
   - Мы привыкли. И негативные вспышки научились отслеживать и сглаживать. Я как-то в подробностях не вникала, действует - и ладно. А зачем оно вам?
   - Для общего развития, - он чуть прикусил губу. - По правде говоря, меня больше интересует эта твоя способность к саморегуляции и возможность её перенять. Что скажешь?
   - А что тут можно сказать? - она искренне удивилась. - Меня в своё время обучили, даже не так, натаскали. Но передавать эти навыки я никогда не пробовала, я не специалист и соответствующего образования не имею.
   - Но попробовать была бы согласна? - Он вопросительно чуть склонил голову на бок.
   - Что попробовать? Научить? - Шерил испугалась и даже чуть отпрянула. - Нет, нет, это опасно, да и ответственность слишком большая.
  
   Мастер Езекиил
   Все мастера, достигшие вершин в своей деятельности, состояли в Совете Мастеров и обязаны были принимать участие в управлении жизнью собственного народа. Мастера Езекиила эта практика раздражала и он раз за разом пробовал увернуться от почётной обязанности. В конце концов, он не слишком много понимает в экономике, в военном деле и того меньше, а его политические взгляды всем давно известны. Вполне можно заниматься решением текущих вопросов не отрывая занятого человека от действительно важных и интересных дел. Поэтому, когда очередное заседание он посетил сам, добровольно, на это не могли не обратить внимания и первым, кто к нему подступился был коллега-соперник, занимавшейся работами в смежных областях Мастер Вирао:
   - Случилось что-то страшное, что ты решил посетить наше сборище? - и шутливо пихнул его локтем в бок.
   - Скорее, появилось кое-что интересное, чем стоило бы поделиться с остальными, - Мастер чуть встопорщил мощные крылья.
   - Кстати, та девушка, маг, как долго ты собираешься держать её при себе? У меня появились кое-какие идеи...
   - И об этом тоже будет, - постарался ответить, ничего толком не сказав, Мастер Езекиил. Ещё чего не хватало: взять и своими руками отдать такой интересный источник новых знаний.
   Заседание началось и основную его часть, посвящённую текущим делам и проблемам Горного Престола, Мастер традиционно пропустил мимо ушей. Не интересовали его проблемы взаимоотношений городов, долин с горами, виды на урожай тепличных культур и прочее, в чём не считал себя специалистом. Вторая часть заседания, на которой именитые Мастера представляли Совету свои достижения и которую большинство "хозяйственников" добровольно покинуло, заставила его очнуться, вернуть своё внимание окружающему миру и сесть ровнее.
   - Ну, уважаемый Мастер Езекиил, не поделитесь открытием, благодаря которому вы решили почтить наше общество? - это встал с места молодой насмешник Азорра. Мастер-воин, разработавший методику противостояния летучим кораблям Гегейргона при помощи ручного лучевого оружия. Тоже, своего рода, гений.
   - Разумеется, - сказал Мастер Езекиил не вставал с места, - и это не открытие, а скорее возможность, о которой стоит знать не только мне одному. И связана она с магом-Творцом, которая сейчас числится у меня консультантом.
   - Кто это? - спросила Мастер-целитель.
   - Недавняя эмигрантка с равнин, - ответил ей ещё кто-то, кто был относительно в курсе происходящего.
   - Недавняя эмигрантка из другого мира, - поправил его Мастер Езекиил. - Но сам факт этого не столь существенен, раздвижение границ доступных крылатым территорий не стоит в приоритете.
   - Тем более, что иные миры могут оказаться не более, чем сказкой, - проговорил кто-то скептически настроенный и ему тут же нашлись, что возразить:
   - Не скажите, существует документально подтверждённый факт: предки современных Сиятельных пришли откуда-то из-за Грани и почему бы ею не быть другому миру?
   - Повторяю, - Мастер Езекиил повысил голос и поднял вверх ладони, привлекая внимание, - в данный момент это несущественно. Разве что как объяснение её необычным способностям.
   - А они действительно необычны?
   - Магические? Да, и если кому-то любопытно, я могу позднее об этом рассказать подробнее. Но способности эти врождённые, довольно слабенькие и в практическом плане для нас почти бесполезные. Интересно другое. Мастер Азорра, помните, я не так давно просил вас добыть артефакт Гегейргона, заряженный "панической волной"?
   - А как же! Вы нашли на ком его испытать? - нет, всё-таки вечная насмешливость молодого Мастера была неприятна.
   - Вот на ней и испытал.
   По залу пронёсся выдох удивления и возмущения, кто-то не удержался и хлопнул крыльями. Тяга Мастера к жестоким экспериментам была общеизвестна и большинством не одобрялась.
   - За что?! - это, в разнобой выкрикнули несколько айев.
   - Не за что, а для чего, - педантично поправил Мастер Езекиил. - Для того, чтобы подтвердить её нечувствительность к ментальным воздействиям. Подтвердил. Желающие могут ознакомиться с ходом эксперимента, - он уложил ладонь, на покрытую тиснением кожаную папочку, в которой содержались результаты целой недели напряжённой работы. - Причём, способность сопротивляться внушению у неё не врождённая, если верить девочке, этому можно научиться.
   Вот теперь тишина повисла всерьёз и надолго. Заявление было сенсационным и сулило немалые перспективы. Ни для кого из присутствующим не было секретом, что рано или поздно Горному Престолу придётся принять участие в уже начавшейся открытой войне между Тёмными и Светлыми и скорее всего на стороне Светлых. И так же никто не сомневался в полезности того, что самое действенное оружие Тёмных перестанет действовать на их воинов.
  
   Шерил
   Купив кулёк с какими-то солёными, хрустящими шариками, в последнее время она пристрастилась к этому лакомству, Шерил направлялась домой, мелкими перебежками из-под одного карниза к другому, спасаясь от колкой ледяной крупки, которую тяжёлые серые тучи сеяли с самого утра. Зябкая погода, противная, да к тому же заставившая большую часть крылатых опуститься на землю и потому, обычно довольно просторные улицы оказались запружены деловито спешащим народом. Холодные крупинки обкалывали острыми иголочками лицо, норовили забраться в рукава и за воротник и там растаять. Шерил, вступая под своды жилого комплекса, где выделялись небольшие квартирки для приезжих, размечталась, как придя домой, вывернет на полную мощность рожок газового камина, как пристроит над ним крутобокий металлический чайник и долго-долго будет вдыхать горячий ароматный пар, наслаждаясь уютом своего временного жилища... И, наверное, поэтому, не заметила и почти врезалась в целую делегацию из айев весьма представительного вида, которая собралась у двери в её комнату.
   - Прошу прощения, - она отступила в сторону и почти прижалась к стене.
   - Ничего-ничего, - тут же заверила её женщина с мягкими чертами лица, но необычайно цепким взглядом. - Мы сами должны были предупредить о своём приходе заранее.
   - А что-то случилось? - растерянно спросила Шерил.
   - У нас есть для вас потрясающее предложение, только может быть, мы обсудим его внутри? - продолжила та же женщина.
   - Да, конечно, - до сих пор никто так нахально не напрашивался к ней в гости и Шерил несколько опешила. Правда открыла дверь без промедления: кто все эти айи и зачем она им так внезапно понадобилась после недель спокойного и почти безвестного существования, было интересно. Комнатка была небольшая: кровать, небольшой камин, служивший и для обогрева и, в случае необходимости, для приготовления пищи, стол, пара стульев с высокими узкими спинками, шкаф для одежды и полка для всяких мелочей. На одного жильца - в самый раз, а вот когда туда кроме самой хозяйки набилось ещё трое айев, стало тесно.
   - Так что за предложение? - она решила не затягивать паузу. Пробежалась глазами по своим гостям - хороши. Высокие, тонкие, с широкими мощными крыльями, плотно сложенными за спинами. Одна женщина и двое мужчин и все, независимо от пола, смотрят на неё жадно и оценивающе.
   - Прежде всего, позвольте представиться, меня зовут Аяна, я - Мастер-целитель. Эти господа из военных: Мастер Азорра и мастер Лонгир. А вопрос у нас к вам следующий: это правда, что вы способны противостоять ментальным воздействиям?
   - Да, - коротко ответила Шерил. То, что эта её способность вызовет немалый интерес среди его соотечественников, предсказывал ещё Мастер Езекиил, но она как-то не придала этому значения.
   - И то, что вы этому можете научить...
   - Этому можно научиться, - перебила она Мастера-целителя. - То, что этому могу научить я сама, я никогда не утверждала.
   - Разве так уж сложно обучить тому, что умеешь сам? - этот вопрос задал, крылатый представленный Азоррой. Ах, какой у него был голос! Сильный, по-юношески звонкий, но в то же время чрезвычайно наполненный. Шерил чуть было не влюбилась. Не в мужчину - в голос!
   - Прошу прощения, вам ведь пришлось получать какое-то образование? Я имею ввиду, учебные заведения у вас же здесь есть.
   - Разумеется, - он вроде бы даже слегка оскорбился.
   - И, наверняка там был не один преподаватель, ведший каждый свою дисциплину...
   - Я понял вашу мысль, но в любом случае, тому, что сам умеешь делать можно попытаться обучить другого человека.
   - Можно, но я этого никогда не делала и имею весьма расплывчатые представления, с какой стороны вообще за это дело браться.
   - Но принципиально вы согласны попробовать? - это вступил в разговор третий, мастер Лонгир. Нетерпеливо, азартно и тут же отступил назад. Из всей этой троицы он был самым младшим: это айнское обращение "мастер" и "Мастер" имело весьма ощутимую разницу - ни за что не спутаешь, к кому как обращаются.
   - И за соответствующее вознаграждение, - поспешила добавить ей мотивации Мастер Аяна. - Никто не заставляет вас делиться ценными знаниями безвозмездно.
   - Что именно попробовать? Обучить саморегуляции? - устало спросила Шерил.
   - Нас в основном интересует устойчивость к менталу, - заметил Мастер Азорра.
   - Так я не знаю как этому можно обучить отдельно, я вообще не уверена, что смогу хоть чему-то обучить айнов, - она всплеснула руками, хотя в общем-то не была склонна к подобным театральным жестам.
   - Именно айнов? - женщина-целитель выделила в её словах главное.
   - Та методика, по которой обучали меня, рассчитана на людей обычного вида. Как ваши крылья сказались на перераспределении магических потоков в организме, я даже предположить не могу, - Шерил сцепила пальцы на коленях и нервно хрустнула суставами. Сейчас от неё потребуют чего-нибудь такого, по сравнению с чем, в мгновение построенный дворец покажется сущей ерундой. И точно:
   - Эти данные имеются у нас и будут предоставлены вам кратчайшее время, - тут же вставила Мастер Аяна.
   - Я - не целитель, - Шерил начала терять терпение. - Что бы вы мне не предоставили, я просто в этом не разбираюсь.
   - Довольно, - мастер Азорра положил руку на плечо женщины. - Достаточно того, что мастер Шерил согласилась попробовать. А бескрылых подопытных мы ей найдём.
   - Добровольцев, - Шерил в один момент подскочила.
   - Конечно, - на неё воззрились три пары настолько удивлённых глаз, что девушка моментально успокоилась.
   - И вот ещё что, - она замялась подбирая слова, - не знаю насколько это на самом деле важно, но нас начинают учить самоконтролю и саморегуляции в весьма раннем возрасте. Лет в пять.
   - Дети? - Шерил не смогла распознать прозвучавшие в этом возгласе чувства.
   - Я понимаю, что сложно чужачке доверить детей, но со взрослыми у меня просто может ничего не получиться. Я не специалист. Я помню, как в своё время учили нас и могу попробовать воспроизвести, не более того.
   Осторожные переглядывания, видимо Шерил всё же попала в точку, но, тем не менее, ей возразили:
   - Не в том дело. С детьми, ну, может, не совсем с детьми, с подростками, совсем маленьких мы действительно вам не доверим, это будет интересный опыт. Возможно, имеющий большое значение для будущего. Но подобные навыки пригодились бы уже прямо сейчас, и не мальчишкам, а взрослым воинам. Особенно тем, кто ведёт патрулирование вдали от родных скал.
   - Если получится с подростками, если вам удастся уловить суть методики, то, возможно удастся её воспроизвести и для взрослых воинов. Ничего лучшего я предложить не смогу.
   - Ну и последнее...
   Мастер Азорра пододвинул стул, уселся на него верхом, достал что-то из внутреннего кармана и уложил локти на спинку. На вытянутой руке закачалась перевёрнутая глиняная "капля" в ременной оплётке.
   - Аз, - в голосе Аяны прозвучало отвращение и укоризна. - Неужели, без этого нельзя обойтись?!
   - Нельзя, - твёрдо возразил он. - В своих планах я предпочитаю опираться на конкретику, а не на слова и бумажки, состряпанные сумасшедшим Мастером.
   Он крепко сжал "каплю" в кулаке. Шерил инстинктивно сделала шаг назад, под колени ей попался край кровати и она весьма неизящно с размаха плюхнулась на постель. Однако никаких магических спецэффектов не заметила, как не вглядывалась. Пока не догадалась, что тут не смотреть, тут чувствовать надо.
   - Уф, - изрядно побледневшая Мастер Аяна зябко передёрнула плечами и закуталась в крылья. - Никогда к этому не привыкну.
   Шерил перевела взгляд на мастера Лонгира, на плотно сжатые кулаки и крошечные бисеринки пота над верхней губой, на нарочито спокойного и невозмутимого Мастера Азорру и догадалась:
   - Это был тот самый амулет с "панической волной"? - вспомнила она опыты Мастера Езекиила. И видимо вопрос и откровенное недоумение послужили достаточным доказательством её устойчивости.
   - К счастью - нет. Магия этого амулета уже частично рассеялась и от "панической волны" осталась одна только "тень страха", но тоже штука весьма неприятная, - Мастер Азорра спрятал свой амулет и поднялся: - Мы с Лонгиром пойдём, а вам с Аяной ещё, наверняка есть что обговорить.
   Оба крылатых раскланялись перед дамами и в один момент испарились из комнаты - только звуки удаляющихся шагов зазвучали по коридору.
   - А я-то думала, зачем он притащил с собой адъютанта? - тихонько, как бы про себя, восхитилась Мастер Аяна. - А оказывается, для того, чтобы кроме меня и его был ещё один подопытный.
   - Зато, наверное, это было действительно наглядно, - Шерил ухмыльнулась.
   Они встретились глазами и обе пережили момент взаимного понимания.
  

12

  
   Шерил
   Их было всего трое, тех, кого ей доверили. Угрюмый подросток, совсем юная девушка и молодой воин годами вряд ли старше самой Шерил. Добровольцы. Не дети, которых обычно начинают учить владеть собой, но это всё что у неё было и с этим ей предстояло работать. Она попыталась вспомнить, с чего начиналось её собственное первое занятие, потом поняла, что то, что в своё время сгодилось для пятилетних малышей, совсем не подходит взрослым людям, немного нервно улыбнулась и начала:
   - Итак, всё начинается с дыхания...
   Дело пошло. Первое занятие, первые успехи, внимательно наблюдающие мастера из цеха целителей, поздравления и радужные перспективы. Весь день она летала как на крыльях.
   А к вечеру её "накрыло".
   Жизнь в Горном Престоле всё больше затягивала её, делая частью себя, частью актуальной реальности. А вот перспектива вернуться домой всё более подёргивалась туманной дымкой. Разве что удастся адекватно изложить теорию путешествий между мирами, ту её часть что она запомнила, и когда-нибудь, в отдалённом будущем, они все вместе, смогут найти дорогу пусть не в её родной, но хотя бы в какой-нибудь другой мир. Не слишком радужная перспектива. Нет, она догадывалась, что всё будет непросто, уже тогда, когда Стражи Границы не поверили, когда она заговорила о том, что родом из другого мира, в этот момент прозвучал первый тревожный звоночек, но тогда у неё оставалась надежда, что это просто знания "не для всех". А потом её захватила работа с Мастером Езекиилом, сотрудничество с цехом целителей, вот уже появились ученики, новые знакомые...
   Подхватив со спинки стула куртку, она выскочила из комнаты, в которой последний час просидела в темноте, не зажигая света и, инстинктивно выбирая самую короткую дорогу, понеслась к Высокому Храму. На их вершину надвинулось молочно-белое облако и двигаться приходилось в густом, как кисель, тумане.
   Здесь как всегда было тихо, пусто и темно. Только "посадочные" площадки огоньками подсвечивались, да вдоль стен мерцали лампады, и розовый мрамор статуи Крылатой таинственно отсвечивал в темноте. Почему-то айи беспокоили свою покровительницу только в по-настоящему поворотные моменты жизни, вроде свадеб, прощаний или именований детей, а в остальное время Храм пустовал, чем Шерил частенько пользовалась.
   - Грустишь? - к подножию статуи Крылатой скользнула тонкая фигурка Зрящей. "Очков" на ней на этот раз не было, только плотная повязка на глазах, но двигалась девушка очень уверенно.
   - Грущу, - Шерил согласно кивнула. Уж что-что, а своё состояние души она скрывать не намеревалась.
   - А почему здесь? - Уллия трепетно, кончиками пальцев, погладила постамент Крылатой.
   - Так, - Шерил неловко дёрнула плечом и, хотя точно знала, что Зрящей не понравятся её слова, всё же попробовала ответить честно: - Хоть какая-то материальная связь с Родиной.
   - Продолжаешь упорствовать в своих еретических воззрениях?
   - Я не богослов, я вижу так, как вижу и чувствую так, как чувствую. И в вашей Крылатой я узнаю свою покровительницу - Музу. К тому же за правоту моей точки зрения говорит весь мой прошлый жизненный опыт и к нему магические практики моего народа.
   - Вот именно это мне и не нравится, - неожиданно заявила Уллия и опустилась на пол рядом с Шерил, растопырив в стороны полусложенные крылья. - Ты со своей странной позиции каким-то образом оказываешься права, но и то, во что верим мы, несомненно истинно. А между тем, обе эти точки зрения здорово противоречат друг другу.
   - Если бы я могла по-настоящему показать тебе, на что способны настоящие Мастера-Творцы из моего народа, может быть, множество вопросов отпало бы само собой. Или если бы я исчезла, неудобное знание постепенно бы забылось, перейдя в область сказок и легенд.
   - Не говори так, - попросила Уллия. - И не думай, что знания твоего мира нам лишние, как бы они не ломали моё собственное представление о мироустройстве. Это не так уж важно на самом деле.
   - Вам не важна история появления вашей собственной расы? - наигранно удивилась Шерил. После стольких дней копания в древней истории айев у неё появились кое-какие догадки, а вот поделиться ими было совершенно не с кем. Будучи девушкой разумной, она вняла предупреждениям Зрящей и на богословские темы с посторонними бесед не заводила.
   - Хочешь сказать, что нам что-то о ней неизвестно?
   - Думаю о самом начале, предистории, вы даже не догадываетесь.
   - Опять какая-нибудь ересь будет! - тяжело, заранее смиряясь, вздохнула Уллия.
   - Ещё какая!
   - Ладно, валяй, в конце концов, меня никто не заставляет верить тебе на слово.
   - Суть в том, что произведения наших мастеров несут в себе изначальный творческий импульс, заложенный их создателем. Не просто несут, а через некоторое время начинают его ... м-м .. как бы излучать в пространство, воздействуя, в первую очередь, на людей. Если я ничего не путаю, а такого до сих пор ещё не случалось, чувствительностью я не обделена, при создании Крылатой имелся ввиду полёт, как квинтэссенция вдохновения. У нас это вообще довольно распространённый образ и недаром наши покровительницы, Музы, изображаются всегда с крыльями. А в вашем случае, аллегорический полёт вполне мог трансформироваться во вполне материальный, если человек, послуживший приёмником, с одной стороны обладал повышенной чувствительностью к таким вещам, а с другой обладал слишком трезвым разумом, чтобы отвлекаться на абстракции.
   - Не человек, группа людей, - поправила её Зрящая, вспомнив отцов-основателей, потом надолго замолчала, и сделала совершенно парадоксальный вывод: - Как ещё только вас никто не уничтожил, всех до последнего?
   - А что?
   - Такая мощь не может оказаться безнаказанной.
   - А кто о ней знает? - Шерил хитро сощурилась и склонила голову на бок. - А кто знает теоретически, тот не может принять. А большинство тех, кто принять способен, считают наше искусство одной из тех стихийных сил, что бесконтрольно влияют на жизнь в мирах, делая её разнообразной и непредсказуемой. К тому же настолько сильно оно может проявиться в "чистом" мире, свободном от воздействия других Творцов.
   - Всё равно... Такая мощь не может не служить источником зависти и опасения со стороны соседей, а оттуда и до прямой агрессии недалеко.
   - Это ты просто не была в моём мире, - с мечтательной полуулыбкой произнесла Шерил. - Он прекрасен. К тому же полезного с нас можно получить много, а вред слишком умозрителен и недоказуем.
   - Ваши методики саморегуляции - это просто чудо какое-то, - уважительно согласилась Уллия, имея ввиду полезность, а Шерил в который раз подивилась, с какой скоростью распространяются здесь новости.
   - Только не факт, что мне удастся достойно их представить. Да и вообще, это занятный эксперимент, не более того, а шла я сюда, чтобы отыскать путь домой.
   - Ты не думала о том, чтобы остаться здесь навсегда? - Уллия повернула к ней незрящее лицо.
   - Думала. А кем? Пока я диковинка и источник экзотических знаний, а потом кем мне тут у вас быть? Я не разбираюсь в вашей магии, я не представляю, какую профессию вообще здесь могла бы освоить, кроме самых примитивных занятий. А к ним меня не тянет.
   - А работа по обучению владению своим телом? Ты неплохих результатов добилась со своей экспериментальной группой в первый же день занятий.
   - Не моё. Это я о себе знаю достаточно точно, чтобы не обрекать и себя и своих учеников на затяжную неудачу, - ответила за неё нарождающаяся депрессия. - Показать самое начало, чтобы знающие айи ухватили самую суть методики, а вот всерьёз заниматься педагогической деятельностью...
   - Знаешь, - нетерпеливо прервала её Уллия. - У нас, те, кто не может определиться с будущим, идут в Патруль. Лишние глаза в небе никогда не бывают лишними.
   - Я летать не умею. У меня крыльев нет, - вырвалась нечаянно ещё одна причина для расстройства. Здесь, в горах, где ногами ходили только глубокие старики да дети, не достигшие ещё подросткового возраста (да и те, в обход запретов, то и дело пробовали на прочность свои крылья), она постепенно начинала чувствовать себя пусть не инвалидом, но в чём-то существом глубоко ущербным.
   - Это вопрос решаемый. Обратилась бы - уже бы давно училась летать.
   - Как? - в ночной тишине Высокого Храма это прозвучало так громко, что эхо принялось блуждать по углам.
   - Протезы. Очень хорошие. Те, у кого была возможность сравнивать, говорили, что они несколько хуже своих, родных крыльев, но лучше такие, чем никаких. А на вид так и вообще не отличить.
   - И что, я вот так сразу смогу летать? - недоверчиво воззрилась на неё Шерил.
   - Учиться придётся, - ответили ей назидательно. - Так сразу ты можешь только свалиться и шею себе свернуть. Но это ничего, присоединишься к группе новичков, и тебя за пару месяцев поставят на крыло.
   - У вас что, столько эмигрантов, что целая группа набралась? - Шерил не верилось, что одна из самых неразрешимых её проблем может исчезнуть вот так просто и потому она переключилась на второстепенные вопросы.
   - Нет, эмигрантов почти нет, а из тех, кто всё-таки к нам попадает с равнин, редко кто выражает желание подняться в небо, - она замолчала, но ненадолго, ровно на столько, чтобы пауза стала выглядеть значительной, но не растянутой. - Зато у нас иногда, одно на сотню-две рождений, появляются бескрылые дети.
  
   Со своей новой, фантастической, идеей, она помчалась к грозному мастеру Езекиилу прямо с утра. А к кому ещё она могла обратиться со своими проблемами, прожектами и начинаниями? Только к нему.
   - Да? - ровные, густые, чётко очерченные брови его поползли вверх. - А я думал это тебе неинтересно. Все кто хочет, обычно подают запрос на первый-второй день после прибытия.
   - А я вообще знала о такой возможности?!
   - А вот об этом я не подумал. Но вперёд, заполняй бумажки, получай крылья, записывайся в группу и на занятия. Потом сообщишь своё расписание, чтобы я его учитывал в наших совместных занятиях.
   И всё. Так просто. Прошение она составила с некоторым трудом, в основном потому, что письменной грамотой владела даже хуже, чем навыком чтения. Переписывать пришлось раз пять. Потом её обмерили, взвесили и отвели на склад. Длинные ряды, где как в одёжной лавке, на специальных подставках развешаны крылья. Действительно, крылья. Разные, большие и маленькие - на все возраста, пёстрые - серо-белой окраски, со сложной сбруей, крепящейся прямо на кожу.
   Здесь же её представили мастеру Морину - такому же внушительному как Мастер Езекиил, разве чуть ниже ростом, зато в плечах заметно шире. Атлет. И крылья не пёстрые, как у большинства местных жителей, а иззелено-чёрные.
   Немного смущаясь, она обнажилась до пояса, но мастер Морин помогавший ей с выбором дополнительной пары конечностей, был бесстрастен, как доктор на приёме, и постепенно Шерил успокоилась.
   - Рубашку придётся заменить, - заметил он, когда Шерил потянулась за своей одеждой. - В этой отверстие для крыльев не предусмотрено.
   - Ой, - разочарованно выдохнула девушка. Об этом она не подумала и если сейчас придётся с ними расстаться и идти искать подходящую по фасону одежду, это будет - не пережить. В видимо физиономия её отразила весь спектр испытываемых чувств, потому как айя, выразительно закатив глаза, отошёл куда-то в угол, где просматривалось что-то вроде наваленного вороха тряпок.
   - Вот, примерь.
   Предложенная одёжка оказалась слегка не по размеру - свободновата в плечах, но жала в груди, зато позволила выйти со склада в относительно приличном виде.
   - А теперь попробуй двинуть ими, - мастер выписал рукой сложную загогулину в воздухе и расправил свою собственную пару дополнительных конечностей.
   - Как? - Шерил удивлённо расширила глаза. Действительно, как? Если она в себе никаких изменений не ощущает, кроме легшей на плечи тяжести да каркаса, плотным обручем обхватившего грудь.
   - Как угодно, - мастер целенаправленно не замечал её затруднения. - Вытяни, расправь, вверх подними.
   - Я не умею! - обиженно воскликнула девушка и почувствовала, как в такт с её настроением, возмущённо приподнялись крылья, образовав полукупол над её головой.
   - Вот! Запомни это ощущение и не отпускай его от себя! - воскликнул мастер и обрадовано хлопнул собственными оперёнными конечностями. Редко такое бывает, чтобы артефактные крылья активировались практически моментально, войдя в резонанс с носителем.
   - Ну как? - в раскрывшуюся дверь просунулся любопытный нос Визаса - самого старшего из её учеников, вовремя прознавшего о предстоящем Шерил мероприятии и увязавшегося следом. По понятным причинам, его оставили за дверью дожидаться конца примерки. - О! Красотка!
   - Сам-то, когда придёшь? - смерил его мастер Морин вопросительным взглядом. - Пора бы. Реабилитация уже должна бы подойти к концу.
   - Я чуть позже. Сейчас занят одним интересным проектом, для которого мне нужно оставаться временно бескрылым.
   - А у тебя они раньше были? - удивилась Шерил. Она пока ещё не узнала своих учеников достаточно, чтобы знать подробности их биографий.
   - Конечно! Я же из Стражей Границы. Во время последней стычки с гегейргонцами попал под луч, - начал он объяснения деланно безразличным тоном. - Сам-то увернулся, а вот на крыльях нервы пожгло. Хорошо хоть ребята подхватить успели, а то бы шмякнулся со всего маха на скалы и поминай как звали.
   - И что, восстановить их было невозможно? - Шерил даже зажмуриться захотелось, стоило ей только представить эту картинку.
   - Заново отрастить нервы в неработающих уже крыльях? - парень невесело хмыкнул. - Нет, пока наши целители этого не умеют. Пришлось ампутировать свои с надеждой летать потом на артефактных. А тут это дельце интересное подвернулось, с тобой. Потом. Я ещё, может, и выиграю от этой истории.
   Шерил промолчала, но промолчала одобрительно. Оптимист. А вообще это их общее "пока" (пока мы ещё не можем этого сделать, но вот потом...) ей здорово импонировало. Такой вот устремлённый в будущее народ, не сомневающийся в собственных способностях. В конце концов, им однажды удалось невозможное - подняться в небо на собственных крыльях, так почему всё остальное считать чем-то для себя недостижимым.
   До конца дня Шерил, по команде мастера Морина, складывала и разворачивала крылья, вытягивала в длину и вверх, пробовала хлопать, поднимая в воздух пусть не себя, но тучи пыли и мелкого сора. И всё это время её душа пела от счастья. Неужели её мечта, невозможная и долгое время замалчиваемая перед сомой собой, родившаяся в первые же минуты пребывания в этом мире, вот так просто возьмёт и исполнится? Невероятно! Её не расхолодил даже вид тренировочного уступа, с которого Шерил предстоит прыгать в самом ближайшем времени.
   - А что ты хочешь, девочка, - усмехался мастер Морин, глядя на её восторженно и испуганно округлённые глаза, - птенцы тоже учатся летать, впервые выпрыгивая из гнезда. И им, в отличие от тебя, никто внизу подушки не раскладывает.
   Домой вернулась поздним вечером в полном счастье и изнеможении, таком, что сил едва хватило на душ и на то, чтобы рухнуть в постель, а не мимо неё.
  
   Она открыла глаза и потянулась, ойрский плащ, который Шерил в последнее время использовала вместо одеяла, сбился у самых ног, но холода она не испытывала: на спине, прикрывая её от плеч до самых коленей, приятной тёплой тяжестью лежали её собственные крылья. Вчера вечером, выполняя рекомендации мастера Морина, она не стала снимать их перед сном. И бодро вскочила с постели.
   Попробовала вскочить. Неподвижные крылья тяжёлым грузом обвисли и потянули её назад, в гнездо разворошенных простыней. Что такое?! Почему они, бывшие вчера сильными и прекрасными, сегодня безжизненно они обвисли и не ощущаются вообще никак? Что случилось?! Шерил, тяжёлыми от непомерных вчерашних нагрузок руками согнула одно крыло, другое - те двигались крайне неохотно. Попробовала расстегнуть и снять, но от волнения забыла, каким образом нужно сжать застёжку, чтобы она перестала удерживать сбрую на груди. А плечи не просто ноют - болят, словно бы и правда настоящими, не артефактными, работающими на магии крыльями двигать пришлось, а теперь на них ещё и дополнительный пернатый груз камнем виснет. Что делать?!
   Что делать, что делать? Прежде всего, успокоиться и позвать на помощь кого-нибудь более опытного. Вот хотя бы Мастера Езекиила, благо с ним и контакт имеется.
   Телефонов, привычных по родному миру, здесь пока не изобрели, да и иного способа голосовой связи тоже, зато существовали парные таблички, именуемые "контактами". Стоит что-то написать на одной, как этот текст тут же переносится на другую. Шерил, стянув с полки тонкую беломраморную табличку, подтащилась к столу (крылья волочились следом за ней, мешая передвижению) и набросала пару строк для Мастера. Наверняка с кучей грамматических ошибок, но будем надеяться всё же по смыслу понятно. А ещё будем надеяться, что Мастер вовремя заметит её послание и не будет занят ничем таким, что нельзя хотя бы временно отставить в сторону.
   Пришёл - и часа не успело пройти. За это время Шерил более-менее успокоилась, вспомнила, как работает застёжка, но снимать крылья не стала, дабы наглядно продемонстрировать суть проблемы. С волочащимися позади тяжеленными крыльями передвигаться было тяжело и зверски неудобно, держаться согнутыми они не желали, поэтому скромный завтрак и умывание из рядовой процедуры превратились в нечто подобное скачкам с препятствиями. Стук в дверь раздался как раз тогда, когда она размышляла, стоит ли заниматься мытьём использованной посуды сейчас, или отложить это дело на потом.
   - Проблемы? - Мастер остановился у порога и смерил её изучающим взглядом. - Действительно проблемы. К кому-нибудь уже обращалась?
   - К кому, - горько выдохнула она. - У меня здесь почти нет знакомых, а контакт вообще только ваш.
   - Интересно, очень интересно, - Мастер Езекиил обошёл вокруг неё круг, ещё один, рассматривая пристёгнутые крылья. - А вчера они работали нормально?
   - Нормально, - согласно кивнула Шерил.
   - Странно, странно. А ну-ка, попробуй что-нибудь напеть.
   Шерил послушно затянула первую пришедшую на ум песню и тут же умолкла: крылья вздрогнули, встрепенулись и ожили, но стоило только отзвучать последним нотам, как они опять опали.
   - А как же..., - начала Шерил, желая сказать, что вовсе она вчера не напевала весь день, но сама себя оборвала. Вспомнила как Алишер описывал владевшее им чувство вдохновения, которое посещало его стоило только начать петь и поняла, что это было оно и именно оно будило магию Творца.
   - Обычно достаточно бывает первый раз оживить крылья и дальше они уже действуют сами. На моей памяти не было, чтобы работа этого артефакта зависела от всплесков магической энергии.
   Шерил нашарила под одеждой застёжку, сильно сдавила её с двух сторон и уложила отпавшие крылья на свою постель.
   - И что же теперь делать? - она погладила пёстрые перья. - Распрощаться с мечтой о полёте?
   - Ну зачем же так? Во-первых, - размеренно начал перечислять мастер, - учиться летать, а на это всё равно потребуется немало времени, ты сможешь и так, напевая. Ведь сможешь же? Во-вторых, я постараюсь что-нибудь придумать. Это интересная проблема. Одна из интересных проблем. Ведь для того, чтобы регулировать собственный организм, тебе не требуется постоянно и активно использовать магию, хотя суть его завязана именно на магическую силу, так что думаю, проблема имеет приемлемое решение.
  
   Дни шли за днями. Шерил училась летать, постоянно напевая что-нибудь себе под нос и отчаянно надеясь, что Мастеру удастся придумать, что с этим можно поделать. Ведь нельзя же так жить постоянно! От настойчиво и неотвратимо вертящихся в мозгу рефренов (а вы попробуйте, напевать что-нибудь другое, часами, не отвлекаясь) она начала отупевать, а успехи в полётах имела настолько скромные, что о них даже упоминать не хотелось.
   Она продолжала вести занятия по саморегуляции, поближе познакомилась со своими учениками и с удивлением обнаружила, что до сих пор жила в неком подобии изоляции. А здесь оказалось немало таких местечек, куда молодёжь ходила поразвлечься и таких, где можно было посидеть, приятно провести время с друзьями. К примеру, небольшое заведение на северном склоне, где подавали национальное блюдо айев - чё, конвертики из тонкого солёного теста, в которые закладывались разнообразнейшие начинки. Здесь можно было занять отдельный закуток, заказать себе всяких разностей на большом, наборном деревянном блюде и сидеть тесной бескрылой компанией, обсуждая свои, никому больше неинтересные проблемы.
   К примеру, почему только спустя довольно продолжительное время Шерил начала полноценно включаться в жизнь местного общества.
   - Не подумай ничего такого, - говорила Илина, единственная девушка из её учеников, - просто у твоего Мастера и наставника такая репутация! - она окунула пальцы в чашу для умывания, которая стояла рядом с каждым из столиков и изящным жестом стряхнула капли. - Что остальные и тебя невольно сторониться начинали.
   - Какая-такая? - недоумённо пожимала плечами Шерил, сама не замечавшая ничего такого, из-за чего Езекиила стоило бы сторониться.
   - Хранителя древних знание и древних же магических практик, - хмыкал Ойк - тот самый подросток и спустя длительное время не утративший своей мрачности. - А они не отличались гуманизмом.
   - Ерунда, - встряхивал головой Визас, - он просто сам не рвётся общаться со всеми подряд. При таком количестве актуальных проектов, которые он ведёт, странно, что у него вообще хоть на что-то постороннее время остаётся.
   - А проекты-то какие! - хмурился Ойк. - Ты бы там поосторожнее, наставница, а то разберёт на запчасти в приступе исследовательского энтузиазма и сам не заметит как.
   - Да ну вас, - отмахивалась Шерил, погружая зубы в тесто, исходящее густым пряным мясным соком. С Мастером Езекиилом она была знакома лучше, чем кто бы то ни было, по крайней мере, ни с кем на её памяти он не общался так плотно как с ней, и считала подобные предупреждения не более чем предрассудком. Он был дотошен, аккуратен и слишком уж увлечён своей работой, из-за чего частенько забывал о некоторых условностях человеческого общения, но это было вполне объяснимо.
   - Зато благодаря тебе и у нас, бескрылых, появился шанс занять заметное место в нашем обществе, - Илина прямо-таки лучилась энтузиазмом.
   - М-м? - Шерил невразумительно промычала - рот был забит едой, а оставлять эту реплику висящей в воздухе ей не хотелось.
   - Крылья здесь - всё, - категорично заявила она. Визас снисходительно усмехнулся, слушая эти рассуждения, на лице Ойка, традиционно не дрогнул ни единый мускул. - Это и средство передвижения и признак взрослости, и статус. Бескрылых здесь не презирают, нет, но жалеют и относятся покровительственно.
   - И тебя это не тяготит?
   - Неприятно, конечно, - беззаботно ответила девушка. - Но высоты я боюсь намного больше, чем ощущаю неудобств от собственной бескрылости. Да и мои родственники - все эмигранты третьего поколения, преимущественно живут в долинах, где летать далеко не так удобно, как здесь.
   Эмигрантами третьей волны здесь считались разного рода маги, родившиеся на равнинах, случайно обнаружившие собственные способности и решившие эмигрировать в горы малыми семейными группами и поодиночке. В разное время. Предки Илины могли переселиться сюда и пятьдесят лет назад и две сотни.
   - Почему неудобно? Места нет? - не поняла Шерил, которая сама ещё толком не пробовала летать.
   - Спрыгнуть неоткуда, - снисходительно разъяснил Визас. - С ровного места взлетать можно, но тяжело очень.
   - А ты чего не летаешь? - этот вопрос она адресовала Ойку. Может, и не слишком деликатный, но это могло быть важно, а раз уж его пробило "на поговорить" этим нудно пользоваться.
   - Я родился бескрылым. А искусственные не приживаются. Организм отвергает. Редкий случай и медицинская аномалия, - он пальцами подобрал вытекшее из чё желе и отправил его в рот.
   Шерил согласно агакнула, не став расспрашивать дальше. Почему парень присоединился к их экспериментальной группе ей и так было понятно: возможность сознательно управлять собственным организмом была чуть ли не единственным шансом вести полноценную жизнь в мире крылатых.
   Все трое её учеников строили какие-то планы, связанные с этими их общими занятиями, а у неё, не смотря на первые успехи, не было никакой уверенности, что всё получится, и всё что получится, будет тем, что запланировано.


Оценка: 7.56*17  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список