Акулова Мария: другие произведения.

Вдох-выдох. Заложница

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
Оценка: 7.75*140  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Автор обложки - AnSa
    Саша знала о бизнесе отца две вещи: что он есть и что он приносит деньги. Она даже не подозревала, что очень скоро ей самой придется стать частью бизнеса, козырем в войне за тендер. Ставкой, вот только не отца, а его заклятого конкурента... Ярослав Самарский думал, что делает беспроигрышный шаг, обеспечивает себе очередную победу в борьбе с Константином Титовым. Похищение - всего лишь один ход в длящейся долгие годы шахматной партии. Так думал он... Так было бы, не вернись в их жизнь прошлое. Так было бы, не измени они сами течение настоящего. Так было бы, не люби судьба вмешиваться в игры тех, кто считает себя творцом своей жизни. Продолжение выкладывается здесь



Часть 1. Заложница

Глава 1

   Когда папа предложил Саше выбрать место для отдыха, девушка долго не думала - Алиса давно ныла, что хочет поехать куда-то вместе с ней, что из-за всех этих бесконечных экзаменов, зачетов, практик и прочего, летом они провели чертовски мало времени вдвоем. Не за книжками, втупившись в планшеты или по дороге из университета и в него, а так, как бывало раньше - беззаботно, весело, вкусно, утомительно, смешно, незабываемо. Так было раньше, так должно было быть и сейчас. Куда отправиться отдыхать? В Париж.
   Почему в Париж? Саша тут уже была, Алиса еще нет. Саше тут понравилось, Алисе обязательно должно было понравиться. Хотя не будь этот город заветной мечтой подруги, Саша предпочла бы другое место. Где рядом море, туристы и местные понимают хотя бы английский, если уж не твой родной язык, а наркотиками и собственным телом торгуют не так открыто и не на каждом углу.
   Но в выборе Саша с Алисой согласилась, чем сделала подругу совершенно счастливой. Вот такой она сейчас и сидела напротив за столиком уличного кафе. Сегодня шел четвертый день их августовского вояжа. Осталось еще три, а потом домой - снова в осень, в рутину, в свою обычную жизнь.
   - Алекс, а ты знала, что в Париже не подают капучино? - Саша мотнула головой, продолжая увлеченно вглядываться в заполненный людьми проспект. - Тут так написано: "Если вы закажете капучино, официант ехидно скажет, что вы не в Сан-Франциско". Мило, правда? Нужно будет попробовать... - Алиса общалась скорей сама с собой, требуя ответов подруги или молчаливых вопросительных взглядов лишь для успокоения совести.
   Причина достаточно тривиальна - в кафе был вай-фай... Саша давно заметила, что все чаще люди чувствуют себя вполне комфортно сидя с человеком напротив, с тем, кто дорог и интересен, и при этом посвящают свое внимание неодушевленному предмету... И им нормально. Людям нормально сидеть за столом, и вместо того, чтобы сопровождать прием пищи интересной живой беседой, заниматься пролистыванием ленты новостей. Без определенной цели, просто надеясь, что так получится скоротать скучное время. А ведь подними они глаза, встреться взглядом с живим собеседником, задай вопрос и получи ответ, время не было бы скучным.
   - Слушай... - Алиса отложила свою любимую трубку на стол, вспомнив что-то поистине важное. - Я забыла тебя спросить, ты видела ту толпу туристов, которые постоянно были где-то рядом? В Лувре?
   - Нет, - Саша ответила честно - действительно не помнила. Там было столько народу, и, переходя из зала в зал, девушке постоянно казалось, что она уже видела и людей, и расположенные в помещениях произведения искусства.
   - Ну как же, Алекс, ты что? Ну, эти... - Алиса попыталась изобразить отличные черты, которые могли бы помочь припомнить таких значимых для нее туристов... - Ну, в общем, не важно. Представь, они фотографировали указатель к Мона Лизе... Алекс, тот распечатанный листочек, черно-белый, на котором изображена она и стрелочка... - видимо, Сашино непонимающее лицо - совсем не то, что ожидала увидеть Алиса. Лишь разочарованно махнув рукой, она вновь взяла в руки новомодный гаджет.
   Алекс... Саша ненавидела, когда ее так называют. Хотя нет, не ненавидела. Просто не любила. Саша. Александра. Так назвала ее когда-то мама, и девушке была ей благодарна хотя бы за это, если больше не за что. Официально - Александра Константиновна Титова, студентка юридического факультета. Алекс же - имя, которым величали девушку все, поголовно. И отец, и друзья, и друзья отца. А Сашенькой, видимо, называла мама, если ей не изменяет память. Может, Саша должна была ненавидеть это обращение, может, радоваться, что больше никто к ней так не обращается, но почему-то не получалось. Иногда жутко хотелось, быть Сашенькой. Для нее.
   В двадцать один позволено иметь причуды, именно поэтому, оставаясь Сашей внутри, Титова всегда представляюсь Алекс, а потом нервничаю из-за того, что люди обращаются к ней так, как она сама когда-то попросила. Успокаивала себя Саша тем, что ее причуда не самая страшная. Она не убивает младенцев, не грабит дома, не насилует женщин, и даже мужчин. Ее тараканы остаются в голове, не вредя при этом людям, в отличие от той части населения, которая этими тараканами активно делится с окружающими.
   - Они никогда не принесут нам заказ! - Алиса в отчаянье снова отбросила телефон на стол, возводя глаза к небу. - Сколько мы уже тут сидим? Полчаса?
   - Двадцать минут, - Саша посмотрела на часы. - Не нуди, Лиса. Скажи спасибо, что официант вообще разобрал твой заказ, ибо ваш французский неподражаем... - девушка улыбнулась подруге.
   - Ну, получше, чем у некоторых... - Алиса же в ответ обижено надула губы. Она учила французский в школе и не забывала об этом периодически напоминать, обещая, что сама будет улаживать все дела. - Не верю глазам своим... - девушка посмотрела куда-то поверх плеча подруги, провоцируя обернуться и ее.
   Официант нес к их столику поднос, заполненный до отказа тарелками. Трапеза обещала быть знатной.
   - Я в уборную, - как только все обилие вкусностей было водружено на стол, Саша вспомнила, что помыть руки они так и не удосужились, проводя время ожидания за другими, не менее "важными", делами.
   Схватив со спинки стула сумочку, Саша получила одобрительный кивок подруги, и лишь потом направилась в помещение, почему-то не в силах справиться с расцветшей на лице улыбкой.
   Лавировать между столиками за каждым из которых кто-то сидит - занятие достаточно забавное, напоминает детский тетрис. Тут тоже нужно подбирать комбинации, позволяющие достичь цели с наименьшей затратой усилий. Пришлось несколько раз бросить "екскьюз ми", вынуждая людей подвинуться, один раз - улыбнуться милому мальчику, играющемуся с машинкой прямо посреди прохода. Один раз - улыбнуться мальчику постарше. И вот - она обнаружила нужную ей дверь.
   Зашла, положила сумочку на раковину, расстегнула молнию, в сотый раз проверяя, не пропало ли чего. Нет, телефон, деньги, паспорт, баллончик - все на месте. Со спокойной душой открыла кран, опуская руки под холодную воду. По сравнению с постоянным шумом крыльца, да и зала, в маленькой комнатке было так тихо, что Саша невольно заслушалась. Сполоснула руки, положила мокрую ладонь на шею, помогая самой себе взбодриться, оторвала полотенце, вытерла и шею, и руки, взяла сумочку. Есть хотелось не только недовольной Алиске, Саша тоже умирала с голоду.
   Аккуратно прикрыв дверь, она сделала шаг в сторону лестницы, отделяющей подвальный туалет от зала. Дальше все произошло быстро и для девушки непонятно.
   Все тот же "мальчик постарше", которому она ответила лишь улыбкой, теперь возвышался над ней, преграждая своими достаточно широкими плечами проход.
   Заученное уже:
   - Екскьюз ми... - и Саша отступила в сторону, давая мужчине дорогу. Вот только он с места не сдвинулся. А когда улыбаться девушка перестала и сделала еще шаг назад, подступил ближе.
   - Александра? - не французский акцент. Да и внешность, как она вдруг увидела, не французская.
   Черт. Пытаясь не привлекать внимания, она схватилась за ручку. "Дернуть, прошмыгнуть, закрыться, а оттуда позвонить Алисе. Или лучше папе. Если он попытается вынести дверь, будет слишком много шума". План действий сложился в голове моментально.
   - Не спешите, - но ему не суждено было дожить даже до начальной стадии реализации. - Александра?
   Вместо того чтобы ответить, Саша продолжала блуждать взглядом по узкому коридору в надежде все-таки найти выход, хоть какой-то, а паника все подступала, сжимая сердце.
   Не получив ответа, мужчина оглянулся, проверяя нет ли кого наверху, дернул за держащие ручку руки, разворачивая к себе спиной, накрыл рот и нос каким-то платком.
   - Не волнуйтесь, о вашей подруге мы позаботимся, - и вокруг разлилась темнота.
  

*****

   Каждому знакомо чувство, когда открываешь глаза и еще несколько секунд пытаешься вспомнить, где же ты находишься. Обычно оно длится лишь пару мгновений, а потом осознаешь, что над головой знакомый балдахин, или в окне все тот же вид, что и последние годы твоей жизни. Так бывает обычно.
   Саша открыла глаза, в голове пульсировала боль, во рту пересохло, язык будто пристал к небу. Так чувствуешь себя после неплохой гулянки с огромным количеством алкоголя, а то и чего-то покрепче.
   Когда взгляд, наконец-то, сфокусировался на окружающей ее обстановке, подозрения о вчерашних событиях возросли в разы. Это не ее комната, и даже не комната в гостинице... Париж... Черт, что же они вчера делали с Алисой, что так ужасно трещит голова?
   Алиса! Саша резко повернулась, ожидая увидеть подругу тут же, на второй половине кровати, мирно пускающей слюни в подушку, но там было пусто. Зато у двери, облокотившись о косяк, стоял мужчина. Все тот же...
   Воспоминания вчерашнего дня вдруг разом вернулись. Они с Алисой были в Лувре, потом, решив, что пора бы отдохнуть, отправились в одно из многочисленных кафе, заказали царский обед, она отправилась в уборную. Вышла, столкнулась с этим мужчиной, а потом... А потом темнота.
   "- Александра? Не спешите. Не волнуйтесь, о вашей подруге мы позаботимся."
   - Где Алиса? - это прозвучало не так, как Саша планировала - без угрозы в охрипшем ото сна, да и дрогнувшем, голосе. - Где я?
   - Вы в гостях, Александра Константиновна, - "нефранцуз" оттолкнулся от стенки, сделал шаг в направлении кровати.
   В тот же миг Саша подскочила. Ее ведь предупреждали, отец предупреждал, что стоит быть осторожной. Черт.
   - Где я? Кто вы? Где мои вещи? - девушка выставила вперед руку, предупреждая нежеланного собеседника двигаться в ее сторону, иначе... Она готова была даже рискнуть выпрыгнуть из окна, ведь в висках било лишь понимание опасности и нежелание признавать очевидное - ее выкрали.
   - Вам скоро вернут ваши вещи, не переживайте. Вы, как я уже сказал, в гостях, - такой спокойный, будто истинный французский аристократ восемнадцатого века, или английский. Не важно. Боже, о каких глупостях начинаешь думать, когда оказываешься в подобной ситуации!
   - В гостях? Кто вы? - осознав, что мужчина не собирается подходить ближе, Саша опустила руки, пристально посмотрела на собеседника.
   Мужчина лет тридцати, типичной славянской внешности, ничем не примечательное лицо, миловидное, каких сотни, серые глаза, пепельного цвета волосы, рост - чуть выше среднего, да и говорит он никак не на французском, во всяком случае, те несколько сказанным ним слов, давали возможность понять, что русский для него родной. Раньше Саша его не видела, если не считать кафе. А даже если видела - не запомнила бы.
   - Можете называть меня Артемом. Вам принесли завтрак, - он указал на журнальный столик у изголовья кровати. - Поешьте. Не волнуйтесь, ничего плохого вас не ожидает. Считайте это слегка продленные каникулы, - и мужчина улыбнулся. Все так же, как говорил - спокойно, неэмоционально, безразлично, как кассир в магазине или официант в кафе.
   - Отдайте мои вещи. Мне нужно уйти, - перегруженный мозг отказывался складывать в уме два плюс два. Переведя взгляд со стоявших на столике тарелок на "Артема", Саша сделала шаг навстречу, потом еще, попыталась обойти. Почему-то мысли о том, что эту комнату покинуть ей не дадут, даже не возникло.
   - Нет, - Артем перехватил ее за локоть, заставляя остановиться. Этот его выпад был все так же деликатен, как все слова, сказанные за несколько минут их знакомства. - Вам, Александра Константиновна, придется побыть некоторое время тут. Поешьте, - и он снова кивнул на эту чертову еду, которая волновала сейчас Сашу меньше всего. - Скоро приедет Ярослав Анатольевич, и, думаю, вы сможете задать все вопросы ему.
   - Кто? - девушка вскинула взгляд на собеседника.
   - Ярослав Анатольевич, - Артем повторил, будто маленькому несмышленому ребенку. - Самарский Ярослав Анатольевич.
   Издевающийся над хозяйкой мозг выдал мысль, что в этот самый момент можно было бы упасть в обморок. От страха, от неожиданности, да от чего угодно! Самарский. Конкурент отца в бизнесе, вечный соперник. Молодой, но такой борзый "владелец мира", которому все средства хороши в достижении цели.
   Гостья... Она гостья Самарского. Похоже, ее действительно выкрали.
   - Поешьте, - убедившись, что сказанное произвело на нее должный эффект, Артем наконец-то отпустил вдруг застывшую девушку. Отступил до двери, не оборачиваясь, открыл ее, вышел. Саша сосчитала три щелчка замка.
   Гостья... Гостей не запирают в комнатах. У гостей не забирают личные вещи, телефоны, а ни того, ни другого она так и не увидела возле себя. Гостей не усыпляют какой-то дурью, чтобы они проснулись неизвестно где. Боже, да она даже не знает, в каком государстве находится! Заснула во Франции, а проснулась... Где?
   Из пересохшего горла вырвался нервный смешок.
   Схватив стакан наполненный соком, Саша осушила его в несколько глотков. Нет. Нельзя паниковать.
   - Дыши, Саша... - девушка сделала глубокий вдох и медленный выдох, как ее учили. - Просто дыши, - и еще один.
   Можно злиться, можно думать, но не паниковать. Еще один вдох, сердце отбивает бешенный ритм, и снова выдох. Схватившись за столбец кровати, Саша закрыла глаза.
   Что делают в таких случаях? Что им нужно? Они уже позвонили отцу? Он знает, где она? И где Алиса? Алиса! Она наверняка в такой же комнате где-то по соседству, всего лишь заложница ситуации. Самарский. Папа сотни раз говорил, какой он подонок, но никогда, ни разу в жизни Саше и в голову не могло прийти...
   Сердце снова начало биться быстрее. Нет. Нужно срочно успокоиться, иначе прихода "радушного хозяина" она просто не дождется, вот только совсем не по той причине, по которой хотелось бы ей...
  

*****

   - Позовите ко мне Дмитрия, - Ярослав сидел в своем кабинете, следя за тем, как солнце по сантиметру скрывается за верхними этажами соседних зданий.
   - Минуточку, Ярослав Анатольевич, - идеальная секретарша, идеально вписавшаяся в его идеальный офис, идеально исполняла свои обязанности. Только такой расклад его устраивал. Только так он хотел работать, жить, побеждать.
   - Ты еще тут? - в кабинет вошел беззаботно улыбающийся друг, а по совместительству его правая рука.
   - В смысле? - Ярослав резко развернул кресло, оказавшись лицом к лицу с собеседником.
   - Я думал, ты уже улетел. В Париж. Или ты передумал? И поручишь все Артему?
   - Нет. Самолет завтра днем.
   - А там... - Дмитрий указал на карту мира, висящую на одной из стен. - Уже все сделали? Нашли, кого нужно?
   - Да. - Ярослав откинулся в кресле, закрыв на секунду глаза, но уже через мгновение вернул на лицо обычное свое сосредоточенное выражение. - Артем звонил, сказал, все правильно, они проверили.
   Друг облегченно выдохнул. Он не доверял начальнику Яровой охраны так, как Самарский. Сам вызывался исполнить это маленькое задание, но вечно гнущий свою линию Слава настоял. Не сработал даже аргумент о том, что идея-то принадлежит именно ему, Диме.
   - И что? Когда будешь звонить Титову?
   - Я не буду, - когда Ярослав вот так улыбается, холодок идет по коже, даже у него, лучшего друга, которому, казалось, бояться собеседника нечего. - Я устрою разговор более плодотворный. Позвонит отцу сама дочь.
   Диме ничего не оставалось, как ответить на слегка хищную улыбку друга.
   - А не боишься, что она ляпнет лишнего?
   - Не ляпнет, - Самарский снова стал серьезным, его кардинальные смены настроения иногда заставляли напрягаться даже самых приближенных. - Перед разговором я объясню ей последствия. Титов слишком долго стоял у меня костью в горле. На этот раз я собираюсь договориться с ним окончательно. И девочка послужит мне в этом отличную службу, а если будет вести себя не так... Я умею убеждать.
   - Самарский... - Дима в очередной раз позавидовал хладнокровию друга, и понял, какое дикое упрямство и самоуверенность помогли достичь ему всего, что они оба сейчас имели. - Титов же может и убить... За дочь... Не боишься?
   - Пусть сначала откажется от тендера, а потом... Мы поговорим о том, что нам делать дальше.
   - На сколько ты едешь? - Дмитрий решил перевести тему, прекрасно понимая, что больше информации из друга он пока не вытянет.
   - Не знаю, все зависит от Титова, я собираюсь лично вернуть ему дочь после отказа. Не хочу доверять это посторонним. Артем в последнее время часто лажал...
   Но стоило Диме открыть рот, чтобы в очередной раз напомнить, какого он мнения о молодом и неопытном начальнике охраны, как Ярослав продолжил:
   - Но это не значит, что я его уволю, Дима. Мне нужны верные люди. Особенно теперь.
   Смиряясь с таким решением, Дима кивнул.
   - А что ты скажешь Снеже? Опять командировка? Ты хоть предупреди, что я должен отвечать, когда она будет звонить.
   - Она знает, - по лицу Ярослава вдруг заходили тени. Когда он позвонил Снеже чтобы сказать, что ему придется снова на время уехать, она бросила трубку, пожелав удачи и прося больше не звонить. Опять. Это ему пока не удавалось - совмещать успех в деле и с ней. Вечно чему-то приходилось страдать, причем чаще всего именно ей. - Снежа не будет звонить.
   - Вы что, опять поругались?
   - Нет, - ответ получился слишком грубым. - Она просто попросила ей больше не звонить.
   - Яр, может, я поеду? Она ведь серьезно... - Дима наклонился к столу, вглядываюсь в лицо друга.
   - Нет. Я улетаю завтра. Остальные проблемы решу позже, - и во взгляде столько решимости, что, кажется, скалу подвинуть легче, чем заставить его передумать.
   - Ну, как знаешь... Но когда... - Дима знал, что это уже тысячная ссора, и что Снежа рано или поздно позвонит, сначала ему, а когда он все объяснит, придумав версию вместо друга, и самому Яру. - Когда она позвонит, я скажу, что у тебя новые клиенты в Европе. Не перепутай, балбес. Не заложница, дочка конкурента, а новые клиенты!
   Несколько секунд они сверлили друг друга взглядами, а потом лицо Самарского снова осветила улыбка.
   - Хорошо, новые клиенты.
  

*****

   Саша лежала все на той же кровати, потеряв счет времени. В комнате часов не было, за окном - глубокая ночь. Вот только сон никак не шел.
   Оставленный на столе поднос все так же нетронут, окно, после десятой попытки открыть его, оставлено в покое. Она заглядывала и под кровать, в надежде найти там случайно упавшую сумку, и в смежную ванную комнату, вход в которую оказался открыт. Но там не то что телефона, не было даже элементарных предметов, которыми можно было бы обороняться, когда придет его высочество, господин Самарский, или кто-то менее вежливый, чем Артем. В комнате - ни малейшего указания на то, где она находится.
   Из-за напряжения, заставляющего работать мозг с утроенной силой, Саша даже забывала моргать, и делала это лишь тогда, когда глаза начинали предательски щипать. Хорошо, дышать пока не забывала.
   Глупая затея, но не попытаться она не могла. Единственное, что у нее не отобрали - шпилька в волосах, обычная заколка, которой она убирала непослушную челку. Саша вспомнила о ней совершенно случайно, она просто больно врезалась в голову, заставляя кожу ныть. Девушка со злостью вытащила ее, бросила на широкую кровать, и лишь потом поняла, какое сокровище было у нее в руках.
   Теперь Саша ждала того момента, когда была бы уверена - дом спит. Она понятия не имела, сколько тут находится человек, где эти люди, какого размера здание и вообще, куда она попадет, открыв дверь, но не попытаться, не могла. Девушка встала с кровати, прошла по дощатому полу на носочках, боясь издать хоть какой-то звук, присела у двери. Сначала нащупала рукой замочное отверстие, благо, ночь выдалась достаточно светлой. Потом попыталась заглянуть, чтобы убедиться, не ждет ли ее за дверью ослепительный свет, параллельно Саша прислушивалась к доносящимся извне звукам, точнее тишине. Лишь после этих манипуляций взялась за то, что, понимала, из всего плана самое проблемное. Она не взломщик. Никогда не пыталась делать этого даже в шутку. Никогда ее не запирали в комнате, ей не приходилось сбегать на тайные свидания. И лишь теперь она жалела об этом.
   У Саши не было конкретного плана, что делать после того, как удастся освободиться. Блуждать по дому в поисках Алисы или мчаться прочь со всех ног, чтобы помочь ей уже оказавшись на воле. Так далеко девушка не заглядывала, ей хотелось для начала взять эту высоту - открыть замок. Аккуратно вставив шпильку в скважину, Саша попыталась найти, где находится тот механизм, который заставит щелкнуть замок. Никаких движущихся элементов, никаких рычагов и переключателей, просто цельное гнездо.
   - Блин, - в борьбе с замком шпилька оказалась бессильной, один из зубьев отломался.
   Правда это не остудило желание Саши пытаться снова и снова, вставлять калеку-заколку в отверстие, в надежде, что ей просто повезет, замок откроется чисто случайно. И ей повезло. Но немного не так.
   Сначала с той стороны послышались шорохи, в щель под дверью ударил свет, кто-то вставил в дверь ключ, провернул трижды, дернул на себя.
   В ярком ореоле света стоял Артем. Все такой же - спокойный, уравновешенный, в костюме с иголочки, будто это была не поздняя ночь, а свежее утро. На лице лишь снисхождение, видимо, ее попытка и правда была жалкой.
   - Александра Константиновна, я на вашем месте перестал бы заниматься глупостями. Если вам что-то нужно - просто постучите. Я всегда тут, - и он указал на стоящее в нескольких шагах кресло. - Ваше орудие, с вашего позволения, я изыму. - Артем протянул руку, требуя отдать позорную заколку.
   - Где Алиса? - Саша только сильнее сжала свою последнюю, пусть и рухнувшую, надежду.
   Артем тяжело вздохнул, видимо, смиряясь с тем, что в собеседницы ему попалась беспросветная тупица.
   - Александра Константиновна, не заставляйте повторять дважды, вы сможете задать все ваши вопросы завтра, и отдайте, пожалуйста, то, что у вас в руках.
   Когда Саша отрицательно помотала головой, Артем присел. Их лица оказались на одном уровне, мужчина накрыл ее руку своей, разжал напряженный кулак так легко, будто раздавил сырое яйцо, а прежде чем подняться и снова оставить ее наедине со своими мыслями, сказал:
   - Не дури, девочка, - напускная вежливость куда-то пропала. - Яр терпеть твои выбрыки не будет. Слушайся с первого раза, и твое пребывание тут действительно будет напоминать каникулы. Иначе... Я тебе не завидую.
   Комната снова окунулась в кромешную тьму. Саша слышала, как слегка скрипнуло кресло, принявшее на себя вес мужчины, слышала, как щелкнул выключатель, погружая и коридор в темноту, вот только отреагировать на это не могла.
   Во что же она вляпалась? Что от нее хотят? То, во что она упорно не хотела верить, вдруг накрыло с головой. Она заложница злейшего врага родного отца. Разменная монета их будущей игры.
  

*****

   - Слава! Мы ждали тебя позже! - стоило Яру открыть дверь, как навстречу вылетела Глафира, видимо, увидевшая его из окна кухни. В руках женщина держала какой-то черпак, а на фартуке виднелись хлопья муки.
   - Я спешил к тебе как мог, Глаша, - он склонился к женщине, позволяя себя обнять. Именно она заменила ему мать. За это он предоставил ей жизнь, достойную ее доброты, в которой он сам когда-то так нуждался. Его французский дом был предоставлен Глафире полностью, за редкими исключениями. Например, когда он нужен был ему, чтобы держать тут Александру Титову.
   - Я тебе не верю, негодяй, - Глаша поцеловала несносного мальчишку в щеку, провела по лицу, будто проверяя, цел ли ее мальчик, и лишь потом отпустила. - Ты даже не звонил эти два месяца. Если бы не... обстоятельства, - она сделала паузу, намекая, что к этим обстоятельствам относится очень скептически. Когда ей запретили зайти в комнату к гостье, поздороваться, Глафира поняла, что все не так просто, как пытается ей навязать Артем. - Ты бы не явился как минимум до Нового года.
   - Прости. Я... - но вместо того, чтобы выдумывать очередную отговорку, просто улыбнулся, заставляя няню расплыться в ответной улыбке.
   - Негодяй, - констатировав факт, Глафира еще раз обняла своего любимого мальчика и отступила, предоставляя его в распоряжение незаметно подошедшего Артема.
   - Ярослав Анатольевич, - он протянул руку, которую шеф незамедлительно пожал.
   - Как наши дела, Артем, все удачно? - они оставили качающую головой домоправительницу в холле, а сами направились вверх по лестнице, подальше от ее ушей.
   - Да. Удачно, - наверное, одна из черт, которые заставили Ярослава доверять Артему безоговорочно - его немногословность, за которой скрывается такая многозначность.
   - Как она вела себя?
   - Лучше, чем я мог бы рассчитывать... - Артем как обычно флегматично улыбнулся, вспоминая единственную вчерашнюю попытку открыть дверь. Раньше подобным ему заниматься не приходилось, но почему-то казалось, что реакция у выкраденной должна быть другой: истерика, попытки выцарапать глаза нападавшему и вырвать клок волос у себя. Александра этот его стереотип разрушила.
   - Рыдает, требует немедленно вернуть ее папочке? Возмущается по поводу отобранной куклы?
   - Нет.
   Самарский остановился на секунду, удивленно взглянув на собеседника.
   - А что тогда?
   - Ждет вас. Хочет знать, где ее подруга и почему ее тут держат.
   - Ждет? - Яр улыбнулся своим мыслям. - Ну, пусть ждет.
   - Титов уже в курсе? - чем быстрее о случившемся узнает папаша, тем быстрее согласится на все условия Самарского, вернет себе дочь, а лично ему, Артему, уверенность в том, что они все же не отожествляют собой "сторону зла".
   - Нет. Я ему не сообщал.
   - Почему? - наверное, впервые начальник охраны не смог скрыть за своим напускным равнодушием удивления.
   - Позвонит девчонка. Как ее?
   - Александра.
   - Да. Позвонит сама. Думаю, папашу больше тронут всхлипы Александры, чем мои деловые предложения.
   Артем остановился у двери, за которой скрывалось их тайное оружие, всю оставшуюся ночь и утро ведущее себя подозрительно тихо. Мужчина заглядывал утром в комнату - сморенная нервами, собственными мыслями и элементарной усталостью, Саша таки заснула, свернувшись калачиком на самом краю кровати.
   Она была похожа на его сестру, младшую, ей тоже всего двадцать, она учится на филфаке, и понятия не имеет, чем занимается ее брат. Именно поэтому ему так сложно было исполнить это задание, так жалко было действительно случайную жертву обстоятельств.
   - Что? - Ярослав снова оглянулся на остановившегося Артема.
   - Вы хотели поговорить... - мужчина взялся за ручку, собираясь отомкнуть дверь, впустить Самарского к бедняге.
   - Не сейчас. И Титову, и девчонке нужно время, чтобы понять, в какую же дрянь они вляпались.
  

*****

   Когда Саша во второй раз проснулась в этом, неизвестном ей, доме, на улице снова светило солнце. Голова все так же трещала, вот только как-то сразу вспомнилось, и где она, и почему ей тут так некомфортно. За время сна часов в комнате не прибавилось, узнать, который в мире час - не суждено. А вот на смену вчерашней еде принесли новую. Тосты, снова апельсиновый сок, джем, на тарелочке лежало подтаявшее масло. Саша сползла с кровати, дотронулась до чашки с чаем. Еще теплая, значит, кто-то заходил не так давно, а она даже не заметила. Не так должна вести себя испуганная заложница! Ей нужно быть постоянно на чеку, вокруг - неизвестные, совсем не дружественно настроенные люди.
   В голове будто бил барабан, отдавая дикой болью. Раньше, в детстве, она часто мучилась подобным, вот только в один момент боли пропали, а теперь вернулись. Девушка спустила ноги на пол. Встала, проверяя способность двигаться, обошла кровать с другой стороны, склонилась к накрытому столу. Истина знакомая с детства - голова может болеть от голода.
   Правда еще она может болеть от той химии, которой ее усыпили, или просто от ситуации, в которую она попала.
   Втянув ароматы носом, Саша метнулась в ванную. Нет, есть сейчас не лучшая идея, если даже от одного запаха ее уже тошнит.
   Включив холодную воду, Саша сначала подставила под струи руки, потом плеснула несколько раз в лицо, смывая остатки былой роскоши - от недавнего макияжа остались лишь темные следы под глазами. Умывание оказалось более продуктивным, чем возможная трапеза. Сознание чуть-чуть прояснилось.
   Итак, ее выкрали, взяли в заложники, держат с целью получить выкуп, в общем, как не назови, суть одна. Из этой комнаты выйти она сможет только тогда, когда люди, удерживающие тут, получат желаемое.
   Страшно? Да. До дрожи в руках. Вот только слишком много мыслей в голове, чтобы страх смог занять в этом сумбуре достойное место.
   Чего они хотят? Артем не объяснял, да она и не спрашивала, хотя ведь ответ очевиден - они пытаются подобраться к ее отцу. Она сама быть причиной не может. Слишком много чести для обычной студентки, не имеющей ни толком друзей, ни тем более врагов.
   Друзей... Алиса. Ей нужно знать, все ли хорошо с Алисой. И если подруга не тут - она обязательно поможет, свяжется с отцом, и тот разыщет Сашу по горячим следам. Ведь не мог никто не заметить, как ее выносит из кафе какой-то мужчина! Это должно было привлечь внимание. Должно!
   Саша вернулась в комнату, подошла к двери, прислушиваясь к доносящимся оттуда звукам. Такая же тишина, как и после ухода Артема. Девушка прошла к окну, в десятый раз попыталась его открыть, не надеясь на успех. Даже если разбить - оно ограждено решеткой, бессмысленно. Снова села на кровать. Неопределенность пугала больше всего. Чтобы бороться, нужно знать с чем. Она готова была пытаться, что-то придумывать, договариваться, просить, драться, что угодно. Лишь бы знать, что именно нужно делать!
   Что сказал Артем? Самарский должен появиться сегодня? Ну и где он? Черт. Она, наверное, видела его множество раз - в журналах, в каких-то светских хрониках или бизнес новостях, но ни разу не пыталась запомнить, ни разу не обращала внимания на то, что это именно он, никогда не относилась серьезно к просьбам отца быть осторожной! Зря. Дура. Знала бы, была бы внимательней, могла бы узнать этого наемного Артема, могла бы просто не поехать, не подставлять ни себя, ни близких. Могла бы сидеть дома под присмотром отцовой охраны. Могла, могла, могла... А вместо этого сидит сейчас здесь и не может сделать ровным счетом ничего.
   Самарский... Что она знает о нем? Он владеет строительным холдингом под дивным названием ССК. Впрочем, тем же может похвастаться и семья Титовых, да и еще множество людей в стране, где миллионер погоняет миллионером, а население при этом бедствует. Она даже понятия не имеет, как этот человек выглядит, не говоря уже о том, что у него на уме.
   Неведенье убивало. Ожидание всегда страшнее, чем расплата, эту истину знает каждый, и бессилие это изменить - не менее изощренная пытка. Саша уже в десятый раз встала с кровати, чтобы сделать очередной круг по комнате. Самарский, Самарский, Самарский... Черт.
  

*****

   - А что Дмитрий Олегович? - Артем дождался, пока шеф закончит разговор по телефону, чтобы задать интересующий вопрос.
   - Это был он, - Яр кивнул на отложенный секунду назад аппарат. - Дима остался за старшего в Киеве. Надеюсь, надолго это все не затянется, но оставлять дела без руководства я тоже не могу.
   - Вы можете руководить отсюда... - ничего удивительного в том, что антипатия Артема и Димы была обоюдной, Ярослав не видел, ему даже льстило такое своеобразное проявление ревности между ними. Конечно, ревности к влиянию на него. Здоровую конкуренцию он одобрял и поощрял, но лишь до поры до времени.
   - Я и буду руководить отсюда. Лучше скажи, как все прошло?
   - Без проблем. Титову мы забрали, ее подруга уже, должно быть, в Киеве. Возможно, даже успела попасть на прием к отцу.
   - Что она знает?
   - Кто? Подруга? Или Александра?
   - Обе.
   - Подруге мы посоветовали не задавать лишних вопросов, отвезли в аэропорт, посадили в самолет. Там-то в милицию она не пойдет, а тут нам эти проблемы не нужны. Она вела себя смирно, ничего не спрашивала. А Александра знает, у кого она ... в гостях. - Артем многозначительно посмотрел на босса. Его самого уже изрядно подташнивало от того, что они в один голос величали гостинами. И, если честно, он со страхом ждал, кому из участников каламбура по этому поводу первому сорвет крышу. Что-то подсказывало, что все той же, казалось, такой спокойной девчонке.
   - И что она?
   - Ничего. Вообще ничего. Она ведет себя тише воды, ниже травы.
   - Она странная? - Самарскому даже стало интересно, как так? Он не жаждал, лишь оказавшись в доме, услышать визг заложницы, увидеть выломанную дверь в комнату, просто был к этому готов, а не получив - искренне удивился.
   - Нет. Она просто видимо не понимает еще...
   - Наверное. Что спрашивала?
   - Постоянно спрашивает о своей подруге, где она... Ничего особенного.
   - Ну, ты ей все объяснил? - Яр посмотрел на начальника охраны слегка насмешливо, ведь чудесно помнил, что сам приказывал свести контакты к минимуму, и собственные, и, тем более, Глафиры.
   - Она ждет вас.
   - Ах да, я уже забыл. Ждет меня... Ну что ж, ведь нельзя заставлять девушку ждать? - Ярослав оттолкнулся от поручней кресла, рывком встал. Артем последовал за ним.
   Вот только стоило открыть дверь, как мужчина столкнулись нос к носу с одним из охранников.
   - Что? - Артем будто перевоплотился, мягкость в голосе мгновенно пропала, подчиненных он держал в строгости, не допуская даже мысли о нарушении субординации.
   - Там Титова... - молодой совсем парень замялся, переводя взгляд с одного серьезного лица на другое. - Она требует Артема...
   - Требует? - Яр оглянулся на оставшегося чуть позади виновника торжества.
   - Да. Сказала, что ей срочно нужен Артем.
   - А зачем, не сказала?
   - Я спрашивал, отказалась отвечать.
   На вопросительный взгляд шефа, Артем лишь пожал плечами, не понимая, какие дела девчонка может доверить только ему.
   - Ну, пошли, "советчик", будем консультировать Александру, или как там ее, в вопросах, которые она может доверить только тебе.
  

Глава 2

   Может это и глупо, но постучав в дверь, Саша надеялась увидеть Артема. Нет, тут не шла речь о доверии - какое доверие к тому, кто выкрал тебя? Просто она почему-то была уверена - этот, которого поставили на замену ее первому охраннику, - знать ничего не может в принципе, и ответить на ее вопросы тоже не сможет. А сидеть в четырех стенах ей уже надоело, до одури хотелось хоть какой-то определенности. Хоть минимальной. И теперь, нервно заламывая руки, она кружила по комнате, готовясь снова высыпать на Артема все важные для нее вопросы и любой ценой заставить на них ответить.
   Когда за дверью послышались голоса, и трижды щелкнул замок, сердце ускорило темп.
   Первым в комнате появился все тот же парень, которого она застала, постучавшись десять минут тому, вслед за ним показался Артем, а вот третьего она узнала не сразу.
   Мужчина, выглядящий может ровесником, или чуть младше Артема, выше обоих охранников на пол головы, с темными, слегка завивающимися волосами, и контрастно светлыми глазами. В отличие от облаченных в костюмы бодигардов, этот был одет в темные потертые джинсы, футболку свободного кроя. Он не был похож сейчас на того, кто должен вселять в нее ужас. Самарский Ярослав Анатольевич.
   Мужчина бросил безразличный взгляд на застывшую девушку, кивнул охранникам, позволяя оставить их наедине. Все так же храня молчание, один из них вышел, а вот Артем остался. Пока.
   - Александра Константиновна? Вы что-то хотели? - Яр уже во второй раз за день оглянулся на своего помощника с удивлением. "Александра Константиновна... Вы", он будто общался с наследницей короны, причем прибывая у нее в гостях.
   Саша открыла рот, чтобы в сотый раз задать один из тех вопросов, которые ее сейчас волновали, но не успела издать ни звука.
   - Думаю, на все вопросы Александры Константиновны, - мужчина с холодными глазами перевел взгляд на нее, - я отвечу сам.
   Кивнув, Артем последовал примеру своего товарища, ретировавшись из комнаты. В помещении снова воцарилась тишина.
   - Вряд ли эта встреча для вас столь же приятна, как для меня, но, думаю, стоит представиться. Самарский Ярослав, - он сделал шутливый реверанс, с наслаждением отмечая растерянность девушки. Правда странная. Любая на ее месте уже давно рвала бы волосы на себе, если не пыталась бы наброситься на него, а эта - стоит, ловя ртом воздух, будто рыба.
   Не получив хоть какого-то ответа, Самарский усмехнулся своим мыслям. Нет, о том, что дочь Титова блаженная, он не слышал. Какого ж лешего тогда папаша отправил ее одну в Париж? Хотя не его ума это дело.
   Яр прошел вглубь комнаты, сел в одно из кресел, демонстрируя полную уверенность, владение ситуации и расслабленность, закинул ногу на ногу, и лишь потом вновь заговорил:
   - Так что, неужели вопросы адресованы были лишь Артему? И я никак не смогу помочь?
   С того момента, как дверь за охранниками закрылась, Саша пребывала в ступоре. Она представляла себе похитителя не так. Старше, страшнее, по-другому. А этот Самарский... Он будто издевается, просто издевается. Лишь его насмешливый вопрос заставил девушку повернуться к креслу.
   - Зачем я тут? - хоть и не так страшен, как она думала, девушка решила пока не приближаться, на безобидного щенка мужчина тоже явно не походил.
   - Это... - он развел руки, - мой скромный дом, вас все устраивает в комнате? - и еще одна снисходительная полуулыбка, заставляющая не только побаиваться, но и раздражаться с каждой секундой все больше.
   - Где я? Что вам от меня нужно? И где Алиса? - Саша выпалила три интересующих ее вопроса на одном дыхании.
   Нет, он ошибся, кажется, не полоумная. Во всяком случае, быстро прийти в себя все же смогла. Удивительно, но на фотографиях она выглядела не так. Говорят, что люди отличаются в динамике и статике, это о ней. Яр мог бы и не сразу узнать дочь Титова после тех пары снимков, которые ему принес Артем, увидь ее на улице.
   Собранные сейчас в тугую косу волосы, она обычно носила распущенными, во всяком случае, тогда, когда ее снимали. Цвет - слегка отливает рыжиной, но все же темный, черты лица, казавшиеся на фото слишком заостренными, сейчас сгладились, медового цвета глаза смотрели на него из-под насупленных бровей, безмятежности в выражении - ни грамма. Яр попытался понять, похожа ли она на отца, и вот сейчас - да. Слегка курносый нос, сжатые в тонкую линию губы, так же выглядит Титов, когда ему приходится расставаться с прибылью или только надеждами на прибыль. Об этом Ярослав был осведомлен из первых уст, именно он обычно становился виновником таких событий в жизни Константина Титова. Единственное, что сильно отличало девушку от отца - ее хрупкость. Невысокий рост, тонкие кисти, длинная шея. Это создавало впечатление беззащитности и нежности, чего отродясь не было в Титове-старшем.
   - Алиса, это подруга, госпожа Титова? - он почему-то решил подыграть такому вежливому обращению к ней Артема. Возможно, все и правда окажется намного легче, чем они думали.
   - Да.
   - Скорей всего, с минуты на минуту влетит в кабинет вашего многоуважаемого папеньки, конечно, если подруга настоящая...
   - Она не тут? - Саша почему-то была уверена, что Лису они не отпустят.
   - Она в Киеве, - Самарский стал серьезным. Не любил повторять, и глупости человеческой не переносил, не делая скидки на обстоятельства. - Что-то еще? Или это все, что вас интересует?
   - Что вам нужно?
   - От тебя мне не нужно ничего. Хотя нет... Не так. Мне нужно кое-что от твоего отца...
   - Сколько? - почувствовав облегчение от того, что Лиса в безопасности, Саша закрыла на секунду глаза. А вот теперь распахнула их, бросив на Самарского злой взгляд. Пусть совсем скоро храбрости ей будет уже недоставать, хотя бы сейчас она могла показать, какого "высокого" мнения об этом человеке.
   - А сколько отец даст за такое сокровище? - Яр склонил голову, глядя оценивающе. Он просто издевался, ему всего лишь стало интересно, во сколько она себя оценит.
   - А сколько вы дали бы за родную дочь? - еще один злой взгляд.
   - Я бы не пускал дочь без сопровождения в сомнительные места, чтобы там ее похищали разные злые люди.
   - Сколько? - меньше всего ей сейчас хотелось еще из чьих-то уст слышать о том, какую же глупость она совершила, поехав в это путешествие.
   - Я не нуждаюсь в деньгах, у нас будет честный уговор - услуга за услугу. Я - возвращаю наследницу в объятья любящих родителей, а твой отец - отказывается от одного малюсенького тендера. Ничего сверхъестественного.
   Тендер. Саша знала, что они конкурируют уже много лет, не в состоянии поделить рынок застроек. Знала, что каждый новый объявленный тендер или конкурс - усиление охраны, нервные вечера в компании отца, а часто в раздумьях, где он может быть сегодня и страхом даже позвонить, а каждое завершение - или пир на весь офис, означающий победу, или несколькодневный траур по проигрышу. Так было всегда, вот уже много лет. Саша знала, что сейчас вновь проводится тендер, отец об этом не раз говорил. И поехала она в Париж после совещания с отцом, чтобы быть подальше ото всего, пока сам он занят делами более важными, чем надзор за ней. Вот только зря он не подумал о том, что его могут достать именно через нее. Зря он не сильно настаивал на сопровождении охраны, а она зря так просто от этого предложения отмахнулась.
   - Что ответил отец? - обидно быть причиной провала родителей. Обидно быть причиной провала уже не единожды. Но сомнений в том, что папа на условия Самарского согласится, у Саши даже не возникало.
   - Пока ничего. На этот вопрос ответишь мне ты, - Самарский достал из кармана телефон, набрал какой-то номер. Когда мужчина включил громкую связь, по ту сторону раздались гудки.
   - Да! - сколько Саша себя помнит, лишь однажды ей приходилось слышать подобную интонацию в голосе отца. И тот единственный раз оставил в ее памяти неизгладимый след. Она содрогнулась.
   - Добрый день, Константин Львович, - Самарский говорил все так же спокойно, улыбаясь, чем раздражал еще больше.
   - Ты, сукин сын, где Алекс? - телефон не может передать всего, что вкладывает в слова человек, но и этого было достаточно, чтобы понять - Титов до одурения зол.
   - Наслаждается моим гостеприимством. Правда, Александра Константиновна? - голубые глаза выжидающе уставились на нее. А в трубке - напряженное, давящее молчание.
   У Саши перехватило дыхание. От нее чего-то ждут. Ждет папа, ждет Самарский. Каких-то слов. Но каких? Ей задали вопрос? Что?
   - Алекс? - в трубке недоверчивый оклик отца, тон чуть менее жесткий, чем тот, которым он говорил с похитителем. - Ты слышишь меня, Алекс?
   - Да, - оклик вывел ее из ступора, она метнулась к сидящему в кресле Самарскому, попыталась схватить телефон, вот только он дернул его на себя, предупредительно мотнув головой.
   - Не дури.
   - Отпусти ее, ублюдок, приезжай ко мне, и поговорим тет-а-тет. Или боишься? Ты смелый только чтоб вот так... шантажировать? - отец явно снова обращался к своему давнему противнику.
   - Приеду, обязательно приеду, Константин Львович, только не поговорить, а проследить за тем, как вы отказываетесь от тендера.
   По ту сторону снова повисло напряженное молчание, а Саша как завороженная смотрела на светящийся экран, который отсчитывал секунды разговора.
   - Ублюдок, - наконец-то прозвучало из Киева.
   - Я на вашем месте попридержал бы язык, мое терпение тоже не безгранично. За ваши слова придется отвечать не вам. Неужели не жалко собственного ребенка?
   - Алекс, ты слышишь меня? - сначала девушка лишь кивнула, и только увидев, как ненавистное уже лицо расплывается в улыбке, поняла, что по телефону ее кивок не передастся.
   - Да.
   - Я решу все в несколько дней. Слышишь меня?
   - Да.
   - У тебя есть все необходимое? - Саша подняла взгляд, встречаясь глазами с жестким, тяжелым ответным взглядом Самарского.
   - Да... - не так уверено, как хотела. По правде, ничего необходимого у нее с собой не было. Ее сумку забрали, оставив не только без средства связи, а и без единственного действенного средства в случае чего...
   - Не недооценивайте меня, Константин Львович, я содержу вашу дочь не хуже, чем вы сами. Во всяком случае пока... А что будет дальше - всецело зависит от вас.
   - Если с ней что-то случится, Самарский, клянусь, ты за это заплатишь, - интонация, с которой были сказаны слова, не предвещала легкой смерти, хотя вряд ли могла сейчас и вправду испугать Яра.
   - Все зависит только от вас одного, всецело. Не забывайте об этом... - и прежде, чем Титов успел что-то ответить, Самарский нажал отбой.
   Резкость была присуща этому человеку во всем, как в словах, выражениях, взгляде, так и в движениях. Стоило разговору закончиться, как он уже встал, тем самым заставляя Сашу отпрянуть.
   - И что же из "необходимого" у тебя есть?
   - Мне нужны мои вещи, - Саша вскинула голову, пытаясь если не бросить вызов, то перестать чувствовать себя столь ничтожной, уткнувшись взглядом в широкую грудь.
   - Какие?
   - Мне нужна моя сумка.
   - Что в ней?
   - Мои вещи.
   Яр сделал глубокий вдох, пытаясь сохранить самообладание.
   - Девочка, ты понимаешь, что подобным поведением заставляешь меня сильно нервничать?
   - Мне. Нужна. Моя. Сумка, - Саша отчеканила каждое слово, будто проблема была в том, что собеседник их элементарно не понимает.
   - Зачем? Что в ней?
   - Мои вещи.
   - Нет, - терпение Самарского закончилось. Если раньше, возможно, он пошел бы на небольшие уступки, подобная манера общения не вызывала в нем никаких чувств, кроме как желания пристукнуть эту маленькую заразу на том же месте. - Если ты будешь продолжать в том же духе, комнату придется сменить на подвал... Приятного дня, Александра Константиновна, - и так же поклонившись, как сделал это в самом начале беседы, Яр вышел из комнаты.
   За дверью послышались голоса, люди перекинулись парой фраз, снова трижды сработал замок.
   - Черт, - Саша вернулась к кровати, упала, зарывшись лицом в подушку. Спокойно, папа сказал, что все решит быстро, значит так и будет, а с этим... С этим, может ей и не придется больше встретиться. Во всяком случае, есть надежда, что все необходимое от нее он уже получил. Главное - не поддаваться панике.
  

*****

   - С ней была сумка? - Яр вышел из комнаты, протянул руку, требуя у стоявшего неподалеку Артема ключ.
   - Бал. Я взял ее с собой.
   - Что в ней? - замкнул, вернул ключ "хранителю" сокровища, которое непостижимым образом успело уже изрядно взбесить.
   - Телефон, деньги, наушники... Ничего особенного.
   - Принеси мне, я посмотрю.
   - Хорошо.
  

*****

   В самолет Алиса села под пристальным надзором странного мужчины. Странного мужчины, подсевшего за их столик в тот самый момент, как она собиралась уже идти разыскивать Сашу.
   - Не стоит спешить, - он положил руку поверх ее ладони, предостерегая от движения.
   - Мы знакомы? - Алиса почему-то подумала, что мужчина - такой же турист, как она сама.
   - Скажем так, я знакомый вашей подруги, Александры.
   - Да? - девушки дружили давно, тесно, но утверждать, что она в курсе всех знакомств Алекс, Алиса бы не стала. - Она должна вернуться с минуты на минуту, а лучше я сама ее приведу... - Алиса еще раз попыталась встать, правда, все с тем же успехом.
   - Я хотел сказать, что Александра уже ушла.
   - Куда? Вы шутите? - нет, ее подруга никуда бы не ушла. Сама, в чужом городе, не сказав ни слова...
   - Вы закончили? - незнакомец кивнул на еще даже не тронутую еду. - Мне кажется, нам нужно прогуляться.
   В воображении Алиса начала вырисовываться странная, совсем не нравящаяся ей картина.
   - Я никуда с вами не пойду. Где Алекс? - она выдернула руку, все-таки встала.
   Незнакомец тоже встал, вот только когда девушка направилась в сторону уборных, следом за ней не пошел.
   Она спустилась, открыла дверь туалета, там пусто. Совершенно.
   - Алекс? - Алиса уже даже сама не верила, что подруга отзовется. - Ты здесь, Алекс? - выждав минуту, повторила оклик.
   - Ну что, может, все же поговорим? - в дверях снова стоял тот же, подсевший за столик, мужчина.
   Нет, разговаривать с ней никто не стал. На ее вопросы отвечать тоже. Крепко сжав предплечье, незнакомец "проводил" ее на улицу, предупредив, что лучше слушаться, и не привлекать внимания, усадил в автомобиль, сам сел за руль.
   Все, что ей удосужились объяснить, не лезло ни в какие ворота - Саша встретила какого-то давнего знакомого, он предложил ей продолжить путешествие вдвоем, она, несомненно, согласилась, а вот Алисе об этом сказать почему-то не захотела, смывшись с этим знакомым прямо из уборной, через форточку, видимо. При этом саму Алису отвезли в аэропорт, всучили именной билет, чемодан, заполненный частично ее, а частично Сашиными вещами.
   Лишь оставшись в зале ожидания сама, Алиса осмелилась попытаться позвонить подруге. Абонент вне зоны доступа сети. Кто бы сомневался? И без того слишком натянутая версия незнакомца теперь казалась совершенно абсурдной. Вот только выйти из аэропорта, вернуться, пойти в полицию смелости не хватило. Об этом "знакомый" тоже позаботился, пригрозив напоследок:
   - Если дорожишь собой, не стоит вмешиваться в чужие дела.
   Подруга. Ну и какая она после этого подруга, если вместо того, чтобы разыскивать пропавшую, спокойно ждет, когда объявят ее рейс?
   Нет. Все правильно. Тут она не поможет. Она в принципе не поможет. Она должна сообщить все, что знает Титову. Он выяснит, что произошло с его дочерью.
   Рейс порядком задержали, запланированный на девять вечера, вылет перенесли на два часа. Они летели в ночь. Вот только проведенное в сумбурных раздумьях время не принесло желаемого - в голове все воедино не сложилось. А страх усилился. И не только за Сашу, но и за себя. Как? Как о таком сказать ее отцу? "Простите, я оставила вашу дочь неизвестно где, неизвестно с кем, а сама прилетела первым же рейсом подальше от греха?"
   Она была под офисом в семь утра, а вот зайти осмелилась лишь в полдень.
   - Алиса? Вы уже вернулись? Я думал, встречать вас только в субботу, или я что-то перепутал? - девушка успела подойти к рецепции, репетируя речь, которую пропоет перед сидящей за столиком блондинкой, как ее окликнул мужчина.
   Гена. Геннадий Светличный. Один из многочисленных помощников Титова. Не правая рука, но человек приближенный. Об этом сама Алиса знала от Алекс. По совместительству, Гена числился в воздыхателях последней. У молодых людей были странные отношения, с одной стороны, близко к себе его Саша не подпускала, с другой, прямо тоже не посылала.
   Когда Алиса пожурила ее за такое поведение, только отмахнулась. Правда и Геннадий не вел себя как завоеватель, жаждущий, чтобы его крепость сдалась. Он давал ей право выбора, возможность самой решить - хочет ли она быть с ним. Он хотел.
   - Перепутал? - среднего роста молодой человек с милым, даже может слишком слащавым лицом, подошел к растерянной Алисе, поставил кофейный стакан на стойку.
   - Нет. Я вернулась раньше, - Алиса моргнула несколько раз, пытаясь придать лицу выражения не такой потерянности.
   - А Алекс? Она тоже тут? Вот будет сюрприз, Константин Львович будет рад, - он улыбнулся подруге своей подруги, искренне желая, чтоб его слова были правдой.
   - Нет. Алекс... - Алиса осеклась. - Гена, Алекс пропала... - может, если рассказать ему, он сам возьмется сообщать новость своему начальнику?
   - Что значит пропала? - Гена резко выпрямился, вырастая в момент на полголовы. - Что за шутки, Алиса? Где Александра?
   - Я не знаю, Гена! Я не знаю! - лишь когда секретарша, следящая за ними, кашлянула, оба поняли, что их разговор грозит стать достоянием общественности.
   - Идем со мной, - не особо церемонясь, позабыв об оставленном на стойке кофе, Гена схватив Алису под руку, направился размашистым шагом к лифтам.
   В полной тишине они поднялись на один из последних этажей, все так же молча Гена подвел ее к дальнему кабинету, на котором висела табличка "Титов К. Л. генеральный директор".
   - Если ты шутишь, Алиса, лучше объясни мне, когда нужно смеяться тут, иначе...
   - Я не шучу. Алекс пропала.
   Гена трижды постучал, услышав глухое "войдите", толкнул одну из створок.
   - Что? - Константин Титов, мужчина средних лет, чьи виски уже покрыла седина, сидел в своем кресле, следя за тем, как шарики бьются друг о друга, успокаивая нервы и нервируя своей монотонностью одновременно. Он поднял взгляд на вошедших. Гена часто удивлялся, как одни и те же глаза могут быть такими разными. Сейчас на него смотрел Титов-старший, человек-скала, непрошибаемый ничем - ни счастьем, ни горем. А вот глаза Титовой-младшей хоть и казались точной копией отцовских, но где-то на дне всегда прятали мольбу о помощи, поддержке. Она никогда в этом не признавалась, но нуждалась в том, кто сможет подставить плечо, отец на эту роль не подходил.
   - Константин Львович, это Алиса, подруга Алекс.
   Алиса остановилась за спиной Гены, боясь реакции угрожающего вида мужчины, которого видела-то всего несколько раз в жизни.
   - Очень приятно, - он снова отвел шарик, а потом отпустил, заставляя отбивать постепенно замедляющийся ритм. - Чем могу помочь?
   - Саша пропала... - Алиса сказала слова прежде, чем успела испугаться окончательно.
   Мужская рука легка на шарики, заставляя их остановиться.
   - Как?
   Ни как, ни кто, ни почему - Алиса ответить не смогла. Пропала и все. Ушла в туалет и не вернулась. Почему подруга не пошла за ней? Пошла, но поздно. Почему не обратилась в полицию? Ее саму загрузили в машину, выкинули уже в аэропорту. Кто? Он не представился. Как выглядел? Она уже и не вспомнит.
   - Черт, Гена, убери эту дурочку, пока я ее не пришиб! - и прежде, чем Титов старший и вправду не выбросил беднягу из окна или чем-то не пристукнул, Гена вывел ее в коридор.
   - Жди меня здесь, слышишь? Уйдешь - пожалеешь, - слабо кивнув, Алиса упала в подвернувшееся кресло. Руки тряслись, сердце вылетало из груди, а на душе было тошно. Ужасно тошно. Она ведь искренне, всем сердцем любит Алекс, так почему же повела себя как последняя дрянь, бросив подругу в беде?
   - Что она несет? - Титов успел обойти стол, и теперь прохаживал по комнате, сжимая-разжимая могучие кулаки.
   - Они с Алекс были в Париже, в каком-то кафе, Алекс ушла, Алиса осталась за столиком. И Алекс пропала. Все.
   - Каком кафе? Что значит пропала? Ты пытался ей дозвониться?
   - Еще нет. Сейчас, - Гена достал из кармана телефон, нажал один из последних набранных. Даже не пошли гудки: "Абонент вне зоны действия сети". - Отключен.
   - Что за ...? В какой гостинице они остановились? Звони туда, узнавай! - Константин остановился напротив помощника, возвышаясь над ним на голову. - Я предупреждаю тебя, Гена, если Саша не найдется, ты лично поедешь в Париж ее искать. Ясно?
   - Ясно. - Гена собирался вернуться в коридор, взять в охапку Алису и вправду отправиться на поиски, когда телефон зазвонил уже у Титова.
   - Самарский... - он сжал трубку с такой силой, что, казалось, она сейчас затрещит, разлетаясь на куски. - Молись, сученок, чтобы это было просто совпадение.
   Гена застыл на полпути к двери. Ему тоже очень хотелось верить, что этот звонок конкурента - стечение обстоятельств.
   - Да. Ты, сукин сын, где Саша? - Титов рявкнул обвинение в трубку раньше, чем человек по ту сторону успел заговорить.
   По моментально потемневшему лицу заходили желваки.
   - Алекс? Ты меня слышишь?
   Сердце Гены юркнуло в пятки. Она у Самарского. А это плохо. Очень плохо. Этот не отступит. Он слушал весь разговор не шевелясь, боялся пропустить хоть звук, слово, интонацию. По ту сторону говорили двое. Алекс, и, наверное, сам Самарский. Тендер... Он хочет, чтобы Титов отказался от тендера.
   Когда там положили трубку, Титов напоминал готового на все убийцу. Причем от его рук мог пострадать первый же подвернувшийся человек.
   - Ты все слышал? - он отбросил телефон на стол, а сам продолжал наматывать круги по комнате, громко дыша, будто дракон, готовый в любую секунду извергнуть пламя.
   - Не все. Чего он хочет?
   - Он хочет, чтобы мы отказались от тендера. Ублюдок! - в стену полетел стакан. - Щенок, не знает еще, с кем связался. Это будет его последняя выходка, я обещаю. Мы получим этот проект, чего бы мне это не стоило.
   - Подождите... - Гена развернулся, уставившись на босса совершенно не понимая... - Что значит: "мы получим"? У него Алекс! Мы должны отказаться, он же неуравновешенный!
   Титов снова остановился как вкопанный.
   - Нет. Я не буду спешить. Он ничего не сделает Саше. Этот тендер я не могу упустить. Мы слишком много потеряли на протяжении года, - мужчина посмотрел куда-то за плечо Гены так решительно, что сомнений не оставалось - он принял для себя решение.
   - Но ведь у него Саша!
   - Он. Ничего. Ей. Не. Сделает, - отчеканил любящий отец, продолжая смотреть куда-то вдаль.
   - Как вы можете быть так уверены? Это ваша дочь. Какой тендер стоит жизни Алекс?
   - Не истери, Светличный. Я знаю, что делаю. Хочешь спасать - вперед, я не против, но идти на поводу у этого щенка, я не буду. Ясно?
   - Но Алекс!
   - Что Алекс? Не ной, Гена, она моя дочь, думаешь, я волнуюсь за нее меньше, чем ты? Я просто знаю, что делаю. И не смей меня учить, ясно?! - лицо снова темнело по мере того, как в крови с новой силой закипал гнев.
   - Ясно, - боже, ему хотелось ослышаться. А лучше, чтобы это все было сном. Тот, для кого не могло быть ничего важнее, чем благополучие собственного ребенка, только что поставил на чашу весов жизнь дочери, а на вторую - какой-то гребаный тендер.
  

Глава 3

   - Привет бойцам невидимого фронта, - Яр улыбнулся, услышав голос друга. - Не верю, что сам Самарский снизошел до того, чтобы позвонить мне, простому смертному...
   - Не ёрничай. Ты не в офисе? - на заднем плане разговора различались звуки, сильно напоминающие дорожный трафик.
   - Нет, - Дима нажал на клаксон, желая водителю, создавшему эту пробку, долгих лет жизни. Он уже порядком опаздывал на встречу. - Знаешь, я тебя сейчас ненавижу. Вместо того чтобы париться в пробке, я мог бы смотреть на елисейские поля, есть французские круассаны, и... чем ты там еще занимаешься?
   - Ничем, только этим, можешь ненавидеть сколько угодно.
   Дима рассмеялся, радуясь возможности хоть чуть-чуть отвлечься от напряженной дороги.
   - Так как у вас дела? В офис Титов не являлся. Он не собирается разносить нас по кирпичику?
   - Видимо, нет, - Яр бросил взгляд на календарь. С момента звонка Титову прошло три дня. Три дня без сдвига. Титов никак не походил на поверженного горем отца. Он не пытался выйти на похитителя, не обрывал телефон, даже в офис не вломился, как сделал это после их последней стычки. Это начинало уже порядком раздражать. Иногда Самарскому даже казалось, что это его облапошили, подсунув в заложницы не ту, а не он полностью владеет ситуацией, держа Титова на коротком поводке. Но на постоянно повторяющиеся вопросы Артему, уверен ли он в правильности похищенной, тот всегда отвечал утвердительно. - Так что мы делаем, Яр? Может мне самому съездить к нему? Или вы не слишком там правдоподобно страдания изобразили?
   - Мы не изображали...
   - Ты что, правда, решил поиграть в пыточную? Слава? Ты ли это? - в голосе друга слышалось наигранное удивление.
   - Не мели чушь. Я не собираюсь играть ни в какую пыточную. Во всяком случае, пока в этом нет необходимости.
   - Думаешь, нет? Ты ведь так можешь годами там сидеть, в ожидании, пока Титов соскучится по дочурке. Может стоит его слегка подтолкнуть к действиям? Ведь никто не заставляет тебя орудовать раскаленными клещами, а так... Припугнуть, - раздражение снова дало о себе знать, Дима ударил по сигналу, смачно ругнувшись.
   - А ты гуманист, Дима.
   - Ну уж простите... Я не имею ровным счетом ничего против этой... Как ее там?
   - Алекс.
   - О Боже, Алекс? Серьезно? Это как Габриэлла или Эрика? Так же обычно себя называют звезды трансвеститы.
   - Тебе видней, как себя называют трансвеститы, я в этом не силен... - и Дима еще раз ругнулся, уже намекая другу, что шутка выдалась не сильно удачной, а вот Яр развеселился. - Так что ты там? Не имеешь ничего против?
   - Да. Я не имею ничего против этой ... Алекс... Просто девочка попала под раздачу, а раз ее папаша не хочет действовать быстро, нужно его стимулировать.
   - Хорошо, попрошу сегодня у Глаши иголки, начнем, пожалуй, с них, а там уже, может, и до раскаленных щипцов дойдем.
   В разговоре наступила пауза.
   - Я пробил этого Шутова, - первым снова заговорил Дима.
   - Которого?
   - Третьего претендента на тендерные застройки.
   Наверное, впервые за последние несколько лет в их противостояние вступил кто-то третий. Не слишком известный в городе застройщик, появившийся будто ниоткуда. Относительно новая фирма, неизвестно кем проспонсированая, дошедшая до второго тура, значит, имеющая подвязки в верхах. Пусть серьезно ее как соперника не воспринимал ни Титов, ни Самарский, перестраховаться было нужно.
   - И что узнал?
   - А в тот-то и дело, что ничего. Я просил пробить по базе, а там толком ничего.
   - Может менял фамилию?
   - Скорей всего, но это тоже настораживает. Просто так люди фамилию не меняют. Он же не замуж выходил.
   - Хорошо, узнай больше. Не хочу, чтобы еще и с ним возникли проблемы, мне хватит пока Титова.
   - Есть, сэр, - снова в трубке замолчали. - Снежа еще злится.
   - Я знаю... - Яр закрыл глаза. - Она не отвечает на звонки.
   - Ты пропустил ее выставку, чего ты ждал?
   - Ждал, что она поймет - я не могу по-другому.
   - Она будет "понимать" всю свою жизнь, дай ей возможность хоть сейчас показать, кто в доме хозяин. Это Снежа, Яр, она скоро успокоится, а как успокоится - позвонит сама.
   - Передай ей привет.
   - И все? А как же, что ты безумно ее любишь, что рвешь на себе волосы из-за разлуки, что закрываешь глаза и видишь ее? Самарский, ты полный профан в попытках попросить прощение...
   - Если мы будем продолжать в таком же духе, скоро, чувствую, стану профи. Ладно, позвонишь, когда что-то прояснится с этим Шутовым, ну и если Титов решит связаться со мной через вас.
   - Жди звонка и передавай привет Алекс... - Дима понизил голос, произнося имя так, как это делают представительницы самой древней профессии, предлагая свои услуги по телефону.
   Самарский положил телефон на стол, погружаясь в свои мысли. Пусть и слишком кардинально, но Дима прав, ему не хочется просидеть тут месяц, а то и больше, в ожидании, когда Титов соблаговолит снять свою кандидатуру. Выбор компании предстоит через семь с небольшим недель. Этот старый пень может тянуть сколько угодно.
   Еще и неизвестно откуда взявшийся Шутов. Кто он? Почему вдруг появился так некстати? Как дошел так далеко?
   Ему самому предстоит в этом разобраться, а чтобы взяться за него, сначала нужно было решить все с Титовым.
  

*****

   Что значит быть заложницей? В представлении Саши, смотревшей в детстве десятки сериалов о буднях милиционеров, разборках братков образца девяностых, каких-то американских фильмов-боевиков, все должно было быть не так, как происходило с ней. И слава Богу.
   Пятый день она пребывала "в гостях". Пятый день к ней наведывался вежливый до одурения Артем, оставляя и забирая еду. Ее кормили по расписанию, стоило Артему увидеть оставленный девушкой обед, он неизменно чинно спрашивал, что же не пришлось девушке по вкусу. На ее редкие вопросы почти всегда отвечал.
   Не было темного подвала, сырого топчана, крыс, снующих прямо перед носом, похлебки в жестяной тарелке. Не было палача, не дающего расслабиться ни на секунду. На нее не давили ни морально, ни физически. Единственное лишение - запрет передвигаться по дому, отсутствие простого человеческого общества.
   Самым родным существом на планете в эти дни Саше казался Артем. Она радовалась его приходам, будто ребенок, возвращению мамы с работы.
   - Не понравился пирог? - он взял со столика поднос, не замечая, с каким немым обожанием на него смотрит Саша, получившая наконец-то хоть какой-то объект за который можно зацепиться глазом. - Глаша расстроится.
   - Кто? - Артем улыбнулся, продолжая собирать посуду.
   - Глафира. Хозяйка дома. Она готовила пирог специально для вас.
   - Глафира? Мы что... Мы не во Франции? - Саша пыталась ухватиться за любой намек на их местонахождение, как за соломинку.
   - Я этого не говорил. И впредь лучше о подобном не спрашивать.
   Саша лишь тяжело вздохнула, в очередной раз, смиряясь с таким положением вещей.
   - Сколько я еще буду тут? - папа обещал решить все быстро, и она верила, вот только его "быстро" начало затягиваться.
   - Это зависит не от меня. Лучше спросить у Ярослава Анатольевича.
   - А где он? Как я могу спросить что-то у человека, которого видела раз в жизни? - пытаясь завязать волосы, Саша слишком сильно дернула резинку, та порвалась. - Блин, - девушка посмотрела на ни на что негодную теперь ленту.
   Кроме как о еде, ее похитители позаботились так же и о быте, частично. Ей был предоставлен сменный комплект одежды, не слишком подходящего размера. Обычного кроя сарафан, плотно облегающий до талии, а потом спускающийся вниз до колен, из банных принадлежностей ей было положено довольствоваться лишь тем, что хранилось в ванной изначально, набор весьма скудный, например, расческу пришлось просить у Артема, подобной роскоши тут не наблюдалось, а для длинных волос ее отсутствие - сродни смерти. Все эти пять дней Саша мечтала оказаться дома, просто снова там, где можно почувствовать себя свободной, где не приходится дергаться от каждого шороха, где не нужно изощряться, в поисках замены элементарным средствам личной гигиены, боясь попросить об оных у собственного похитителя.
   Порванная секунду тому резинка - единственная, найденная в кармане джинсов совершенно случайно.
   Глупое. Ее положение в этом доме можно было назвать лишь глупым. И это прекрасно понимала она сама, и боялась, что это же понимает и Самарский, а значит, рано или поздно, решит что-то менять. Единственное, о чем Саша молилась каждый день, чтобы переговоры, в которые ее больше не посвящали, имели свой успех. Молилась, не имея возможности даже узнать, есть ли в этих молитвах толк.
   - Из гостиницы доставили ваш чемодан... - Артем задумчиво смотрел на порванную резинку. - Как только мы его проверим, некоторые вещи оттуда можно будет взять.
   - Спасибо, - Саша бессильно опустила руки, смиряясь. По какому принципу будет проходить отбор этих "некоторых вещей" - ей явно не ответят.
   - А Ярослав Анатольевич... Уж поверьте, он тоже не намерен тянуть. Всем выгодно, чтоб ситуация разрешилась быстрее.
   - Чтоб она разрешилась, достаточно просто меня отпустить, клянусь, я не стану распространяться о том, кто и при каких обстоятельствах меня похитил! У меня даже доказательств не будет!
   Артем усмехнулся - разоблачение грозило им меньше всего. Французские власти за разборки славянских мафиози, как они называли всех бизнесменов из постсоветского пространства, не возьмутся, а единственный человек, которое это касается, уже давно в курсе, кто, зачем и почему выкрал его дочь.
   - Вы ведете себя очень хорошо, Александра Константиновна, просто продолжайте в том же духе, и совсем скоро мы расстанемся, вряд ли друзьями, но хотя бы не так плохо, как это могло бы быть.
   Слабое утешение. Очень слабое. Не сказав больше ни слова, Артем взял со столика собранный уже поднос, вышел из комнаты, а через несколько десятков секунд Саша снова услышала тройной щелчок. Закрывать ее не забывали никогда.
   Боже, это все похоже на какой-то фарс! Неудачный прикол. Вот только не смешно, совершенно не смешно. Как и вчера, и позавчера, после этого обеденного визита Артема, ей предстояло коротать время, вышагивая из угла комнаты в угол, в ожидании его возвращения с ужином.
   Какое сегодня число? Наверное, двадцатое августа, а может девятнадцатое или двадцать первое. Она даже уже не была уверена, в какой день ее точно выкрали, не была уверена, что проспала после похищения всего лишь несколько часов, а не полноценные сутки, не была уверена, что просыпается каждое утро, а не через одно. Если похитители ставили себе целью попытаться свести ее с ума, им это удавалась.
   А если так мечется она, не в состоянии никак повлиять на ситуацию, то что же должен чувствовать сейчас папа, от которого все зависит? Ему-то во стократ хуже, он ведь даже понятия не имеет, от каких мелочей мается она, он-то не знает, что ее не окружает сырой подвал, крысы, жестяные тарелки! Чертов Самарский со своими играми... Каждый день Саша просыпалась с мыслями о том, что она ненавидит этого человека, своего похитителя и злейшего врага. Артем, который, в общем-то, исполнял каждый его приказ, не заставлял клокотать в ней злость с такой силой. Ему она даже была благодарна за то, что тот пытается облегчить ее участь как может. А вот этот самоуверенный, напыщенный индюк, вершитель судеб... Каждый раз, стоило только подумать о нем, кулаки непроизвольно сжимались.
  

*****

   Яр вышел из кабинета, собираясь наконец-то спуститься к обеду. Глафира звонила ему уже трижды, а перед этим даже поднялась. По приезду они еще ни разу не обедали так, как это было раньше. Не сидели в гостиной, обсуждая все на свете. По этому скучала Глаша, да и он сам. Вот только ей сейчас не объяснишь, что подобные посиделки неуместны, когда у тебя в доме содержится заложница...
   Ярослав уже практически проскочил мимо комнаты, вокруг которой сейчас крутилась вся жизнь этого дома, когда вдруг осознал, что кресло напротив пустое... Где охрана - неизвестно. Облокотившись о дверь, он решил подождать, пока "исправно" исполняющий свои обязанности бодигард вернется и объяснит, какой же понос его прихватил, заставив бросить пост. Зачем такие сложности? Зачем круглосуточная охрана под дверью, если как минимум двадцать человек снуют в доме и окрестностях? Именно потому, что ни в одном из них Яр не мог быть уверен.
   Царившая в коридоре тишина заставляла непроизвольно прислушаться к звуком за дверью. А там что-то явно происходило. И если сначала Яр отмахивался от ненавязчивого шебуршения, то когда что-то тяжелое грохнуло о пол, решил вмешаться.
   Ключ лежал на тумбе за вазой, Яр знал точно, так ему докладывал Артем, три щелчка, и он во второй раз является пред светлый взгляд личной заложницы.
  

*****

   Саша и сама бы сейчас уже толком не объяснила, почему идея подвязать волосы кисточкой шторы казалась ей еще пять минут такой гениальной... В реальности она провалилась. Сначала не хотел развязываться узел, потом оказалось, что лента к этой самой шторе просто напросто пришита, а когда, осознав это, Саша, рассердившись, дернула, на нее с потолка полетел деревянный карниз. В последний момент она успела отскочить, продолжая держать в руках злосчастную штору. Шнур так и не оторвался...
   - Блин...
   Кто-то вставил ключ в замочную скважину. Как любой человек, нанесший увечья чужой вещи, Саша испугалась возможной реакции Артема, который должен был уже через секунду оказаться в комнате. Но смысла пытаться вернуть все на место до его прихода не было. Как только Саша услышала звук открывающейся двери, выпалила на одном дыхании:
   - Я все исправлю! - и лишь потом обернулась.
  

*****

   Что он ожидал увидеть, открывая дверь? Забаррикадированный вход, оборонительные позиции у кровати, может, уже лежащего без сознания охранника, взятого в пленные. Яр успел передумать многое, но девушке удалось-таки удивить Самарского.
   У ног валяется упавший карниз, в руках - подол одной из штор. Она смотрит сначала на него, потом на штору, опять на него, а потом бросает орудие преступления.
   - Что тут происходит? - она выглядела не менее растерянной, чем он сам.
   Вразумительного ответа у Саши не нашлось, она могла лишь смотреть на неожиданно возникшего как из-под земли Самарского, хлопая ресницами.
   - Ты успела оглохнуть за несколько дней или забыла язык? - Яр подошел ближе, щелкнул пару раз пальцами, выводя испугавшуюся почему-то Сашу из ступора.
   Мужчина подошел к карнизу, поднял взгляд вверх, любуясь вырванной с мясом дырой на потолке, снова обратился к Саше:
   - Это тоже придется оплатить твоему отцу...
   И тут Саша наконец-то вспомнила кто же все-таки она, кто он, и что карниз сейчас должен интересовать ее меньше всего.
   - Сколько я тут пробуду? - она сложила руки на груди, чуть отступив.
   - Сколько потребуется.
   - Это не ответ. Даже у арестантов есть право одного звонка.
   - А мы уже звонили... Забыли, госпожа Титова?
   - Звонили вы. Мне нужно связаться с отцом.
   Самарский уже открыл рот, собираясь что-то ответить, но дверь вдруг снова резко открылась. На пороге показался побледневший Артем. Сначала он тоже узрел лежавшую у окна кучу, а уж потом людей в двух шагах от нее.
   - Что тут...? - задать вопрос он не успел.
   - Надеюсь, госпожа Титова сейчас мне это объяснит, свободен. Вечером зайдешь ко мне, - не смея ослушаться, Артем так же стремительно вышел.
   - Я тоже считаю, что пора бы позвонить Константину Львовичу... А то как-то не слишком он активно исполняет свою часть уговора. В отличие от нас...
   Яр достал из кармана телефон, зашел в адресную книгу. Звонить со своего аппарата он не боялся, ведь позаботился о безопасности. Засечь трубу сейчас нереально, говори хоть десять секунд, хоть час.
   - Только сначала мои пожелания... - он постучал телефоном по подбородку, будто что-то обдумывая. - Ты ведь хочешь быстрее оказаться дома, верно?
   Саша кивнула, не замечая пока подвоха.
   - Вот и славно. Я тоже не против, если ты избавишься от нашей компании как можно быстрее. Но для этого нужно прибегнуть к небольшой лжи.
   Ну конечно, без подоплеки обойтись тут не могло.
   - Считай это ложью во благо... Скажем так, тебе придется убедить папочку, что тебе тут плохо... Очень плохо... Понятно?
   - Нет, - в девичьих глазах блеснул гнев. Ей-то понятно, понятно, что Самарский хочет, чтоб она притворялась страдающей, чуть ли не умирающей в плену, чтоб отец поверил в плачевность ее состояния и поторопился. Проблема лишь в том, что ей хотелось быстрее оказаться на свободе, но не ценой нервов родителя. Он, наверняка, и без того тратит дни напролет на поиски выхода, и такое стимулирование ему ни к чему.
   - Что именно тебе непонятно? Можешь плакать, хочешь - кричи, мне не важно, главное - правдоподобно.
   - Нет, - Саша сделала еще один шаг в сторону.
   Яр глубоко вдохнул, пытаясь побороть раздражение. Она, правда, иногда напоминает дурочку, это если мягко...
   - Что нет?
   - Я не буду лгать.
   - Почему? - Он спросил будто невзначай, оглядываясь на дверь... Кажется, щипцы таки понадобятся...
   - Не собираюсь упрощать вам задачу... - она сама понимала, что нарывается, что до этого разговора ее содержание напоминало рай, по сравнению с тем, что ей могут устроить, но врать отцу было почему-то страшнее.
   - Вот так? - Самарский перекатился с пятки на носок, вложил телефон обратно в карман. Не говоря больше ничего, направился к двери, и только у самого выхода остановился. - А ведь может, врать-то и не придется. Подумай, Саша, даю время до вечера.
   Он вышел, снова три щелчка, недолгий разговор за дверью с Артемом, тишина. А Саша опустилась на кровать, чувствуя, какой бешеный ритм отбивает сердце. Чего она там боялась? Подвала, крыс, жестяной тарелки? Кажется, это ей могут с легкостью устроить.
  

*****

   Алиса глотала слезы, уже в десятый раз повторяя Гене одну и ту же историю.
   Она понятия не имела, куда пропала Алекс, кто ее выкрал, и как ей помочь. Но чувствовала свою вину, а значит, сидеть, сложа руки, не могла.
   - Нужно пойти в милицию, не знаю, обратиться в Интерпол, хоть что-то! - Алиса отбросила мокрую уже от слез салфетку на стол, собираясь встать.
   - Постой... - Гена опустил отяжелелую за последние дни голову на руки. - Мы не можем никуда обратиться.
   - Почему? Человека начинают разыскивать через двое суток после исчезновения, мы понятия не имеем где Алекс уже почти неделю!
   - Никто не возьмется впутываться в разборки бизнеса. Не дури. Кроме того, Константин Львович не позволит...
   - Что значит, не позволит? - Кто-то из них явно что-то недопонимает, она, Гена или сам Титов... Иначе это просто не укладывается в голове.
   - Он запретил привлекать посторонних.
   - Это правоохранительные органы, а не посторонние!
   - Не смеши, Константин Львович запретил. Точка. И ты никуда не пойдешь.
   - Дурдом, - Алиса отшвырнула подвернувшуюся под руку чайную ложечку. - Вы знаете, где Саша? С ней все хорошо? Как ты можешь быть так спокоен? Ты же как бы по ней сохнешь! - наверное, именно сейчас Алиса начала понимать, почему подруга так осторожничала с Геной. С каждым подобным разговором этот супермен раздражал все больше.
   - Нет. Мы не знаем. Но делаем все, чтобы узнать... - все, что позволяли требования Титова - действовать тихо, не создавая вокруг исчезновения ажиотажа.
   - Плохо делаете, - она бросила на собеседника еще один яростный взгляд.
   - Забыл тебя спросить... - Гена сверкнул в ответ глазами не менее гневно. - Алиса... - он попытался снова взять себя в руки. Если она считала, что эти дни стали для него сказкой - сильно ошибалась. Он оказался между сотни огней. Титов, жаждущий оставить все в тайне, никак не реагирующий на его неуверенные просьбы начать делать хоть что-то более эффективное, чем выжидание, Алиса, звонящая каждые пять минут, требуя подробный отчет о пропавшей подруге, иначе она пойдет в милицию. И именно ему положено было тушить подобные ее пожары по велению непосредственного начальника. Он даже реально волноваться за Алекс успевал не всегда, разрываясь между этими двумя.
   - Что?
   - Как только что-то будет известно, я сообщу тебе. Перестань вести себя как ребенок, и не трепись о случившемся на каждом углу, тебе ясно? О большем не прошу.
   - Когда это случится, Гена, когда станет известно?
   - Я сообщу, Алиса... - мужчина почувствовал, как непроизвольно сжимаются кулаки.
   Алиса кивнула, прекрасно понимая, что ей сообщат последней, вот только сделать с этим она не может ничего.
   - Хорошо. Только дам один совет, даже не так. Тему для размышлений: как думаешь, сколько Саша тянула бы с поисками пропавшего тебя или меня? Неделю? - девушка встала, чувствуя сейчас себя гадко, не только за Гену, Титова, но и за безвольную себя. - Я очень боюсь, что она вернется и узнает, какими лживыми трусами мы оказались.
   Гена снова закрыл глаза, считая про себя удары каблуков Алисы о кафельный пол террасы кафе. Он тоже очень надеется, что Алекс об этом не узнает...
  

*****

   - Ну что, госпожа Титова? Вы хорошо подумали? - Самарский снова вальяжно устроился в кресле, сверля сидящую напротив девушку твердым взглядом.
   - Врать отцу я не буду.
   Яр закрыл глаза, считая про себя до десяти. Из-за собственной гуманности ему, видимо, предстоит потратить вагон терпения. Но почему-то действительно не хотелось отправлять эту девчонку в подвал.
   - Ты же сама нарываешься на то, чтобы врать не пришлось.
   В ответ - только полный презрения взгляд дурочки.
   - Неужели у тебя нет элементарного инстинкта самосохранения? Или ты до сих пор не поняла, что с тобой произошло, и куда ты попала? Так я объясню. Сашенька, - он обратился будто ласково, но от лицемерности тона девушку передернуло. - Тебя похитили с целью заставить многоуважаемого папеньку сделать одну очень важную вещь. Это не отпуск, не незабываемое приключение, я не собираюсь с тобой нянчиться. Нужное мне я получу в любом случае. Просто из чувства человеколюбия предоставляю тебе возможность сделать все без принуждения. Но мое терпение не безгранично. Думаешь, у тебя есть два выхода? Нет, Титову ты позвонишь в любом случае, вот только рыдая по-настоящему или притворяясь - решать тебе.
   Саша открыла уже рот, чтобы снова ответить отказом, но не успела, Самарский продолжил:
   - Неужели ты не боишься, что я поведу себя так, как положено похитителям?
   Ему сейчас меньше всего хотелось выяснять, что же становится причиной ее отказа, упрямство или храбрость. И то, и то - глупо. И с тем, и с тем бороться можно лишь одним путем - заставляя испугаться.
   - Я слышал, что пленницам обычно отрезают сначала прядь волос, потом палец, ушко, отправляют все это родным, для наглядности, если ты понимаешь... - и улыбнулся так искренне и многообещающе, будто уже предвкушал все описанное.
   - Можете начинать. Я лучше умру от потери крови, чем...
   - Ты ведешь себя глупо, - наверное, все-таки и то, и другое - и храбрость, и упрямство, которое не оценит ни он сам, ни, скорей всего, ее отец.
   - А умно, это бросаться навстречу похитителю с распростертыми объятьями, каждый раз, когда вам придет в голову со мной побеседовать и сливать всю известную мне информацию или врать родным, заставляя их при этом дико нервничать? Чего вы хотите? Денег? Так скажите сколько! Только не стройте из себя благородного, предоставляющего мне возможность выбора... Пошел ты знаешь куда, со своим выбором... - нервы, к сожалению, как оказалось, действительно не железные. Саша понимала, что переходит грань, но остановиться не смогла.
   - А еще я могу разрешить своим доблестным стражам наведываться к тебе... - он продолжил свои размышления, будто и не было ее злобной тирады, а если и была, значила меньше комариного укуса. - Тебе ведь понравился Артем? Поверь, разнообразие тоже понравится...
   - Подонок! - Саша выплюнула оскорбление, желая скрыть подальше проснувшийся внутри страх. А ведь он может.
   - Что, не нравится такая перспектива? - Яр резко встал, облокотился о ручки ее кресла, склоняясь ближе. Саше пришлось вжаться в спинку, чтобы оставить между ними хоть какое-то расстояние. - Ты просто не знаешь, от чего отказываешься... Высокие, сильные, не дурны собой, и, подозреваю, от таких как ты - отбоя нет. Где ты еще получишь такое предложение? Хочешь, чтобы я сделал сказку былью? Продолжай сопротивляться, Саша, и твои ночи станут намного красочней.
   И так же резко, как приблизился, он оттолкнулся, вышел, хлопнул дверью. А вот Саша осталась сидеть, вжавшись в кресло. Ее пробрала дрожь. Черт, доигралась. Он не угрожал больше. Предупреждал.
  

*****

   Глаша взяла верх - выйдя из комнаты пленницы, Яр направился не обратно в кабинет, чтобы вести свои дела отсюда, а вниз, навстречу той, которую заставлял скучать о себе, даже будучи так близко.
   Он прошел к двери кухни, вечно остававшейся открытой, постучал, заискивающе посмотрел на Глафиру, которая продолжала что-то нарезать, мурлыча знакомую мелодию себе под нос.
   - Можно?
   - Тебе можно все, мой мальчик...
   В этом мире существовало трое самых близких для него людей, Дима, лучший друг с детства. С тех времен, когда мальчишки дают друг другу клятву на крови идти по жизни вместе, считая худшим грехом - предательство доверия. Снежа, в которой он нуждался так сильно... Которая олицетворяла все доброе, что только можно представить. Ему нужен был этот белый цвет, чтобы не ощущаться себя таким темным. И Глафира... Первая учительница, лучшая няня, искренне любящая почти что мать, хотя возможно даже больше.
   Продолжая улыбаться, Яр прошел на кухню, сел за стойку, внимательно следя за всеми манипуляциями еще и лучшей в мире хозяйки.
   - Гостье не понравился мой пирог? - нарушила уютную тишину Глаша.
   - С чего ты взяла? - Самарский непонимающе прищурился.
   - Артем вернул обед нетронутым.
   - Он был очень вкусный, не бери в голову... - перегнувшись через стол, Яр схватил лежавшее в корзинке яблоко, откусил.
   - Помыл бы ты руки... Как малый ребенок, - Глаша попыталась пожурить мужчину. - Кто она, Слава? Зачем такие меры?
   - Гостья... - Самарский напрягся, предчувствуя, что таким ответом любопытство Глаши не удовлетворить.
   - Гостья... - няня тяжело вздохнула. - Слава, я ведь никогда не лезла в твои дела, правда?
   Он кивнул.
   - Но я должна тебя предостеречь, это моя обязанность. Не совершай глупостей. А если уже натворил, то, Слава, ведь еще не поздно все исправить...
   - О чем ты, Глаша? Какие глупости? - взгляд мужчины из мягкого, улыбающегося, стал холодным. - Если ты хочешь что-то мне сказать, сделай это, а не поучай двузначностями.
   - Да нет, я сказала все, что хотела. А ты уж понимай, как хочешь, - не обидевшись на грубость, Глафира продолжила заниматься своими делами. - Если я снова попытаюсь познакомиться с гостьей, Артем отправит меня обратно так же деликатно, как сделал это уже трижды?
   - Да.
   - Почему?
   - Она предпочитает уединение.
   - Ну да, как же я сама не догадалась...
   - Глаша... - Яр встал, обошел стол, забрал из рук няни нож, развернул. - Мы ведь уже говорили об этом. Я забочусь о тебе, именно поэтому тебе лучше держаться подальше от тех мест и тем, которые я считаю для тебя опасными. Это - одна из них. Если хочешь знать, гостью зовут Александра. Уверен, пирог пришелся ей по вкусу, а даже если нет - это не твоя вина. Знакомиться вам смысла нет, со дня на день Александра покинет наш скромный дом, продолжит свое путешествие. Это все, что тебе стоит знать.
   - Я люблю тебя, мой мальчик, поэтому, безоговорочно доверяю. Честно. Хотя и прекрасно вижу, как ты врешь... - скинув руки Самарского со своих плеч, Глаша снова отвернулась.
   А ведь он знал, что просто это все ему не дастся. Не зря. Надо решать все как можно скорей, иначе он получит еще одну проблему в лице Глаши. Проблему, с которой он уже не сможет справиться, как привык - отбросив эмоции и простые человеческие чувства.
  

Глава 4

   Если Самарский хотел испугать, ему удалось. Принесшего ужин Артема Саша встречала уже не так воодушевленно, как днем.
   Как ни в чем не бывало, мужчина вошел в комнату, поставил поднос, начал выкладывать все на стол. Саша в это время стояла у двери в ванную, рассматривая его по-новому. Достаточно высокий, не слишком впечатляет своими объемами, но Саше почему-то была уверена - силы ему не занимать. Захочет побороть ее хилое сопротивление - сделает это одной левой. Она и без того чувствовала себя тут не слишком уютно, а после угроз Самарского стало откровенно страшно.
   - Что? - Артем выпрямился, посмотрел вопросительно, приподняв бровь.
   Саша моргнула, возвращаясь в реальность из своих размышлений.
   - Что?
   Мужчина хмыкнул. Он отметил и странный взгляд, настороженный, изучающий. Она не смотрела так, даже когда он преградил ей путь в кафе. Даже тогда смотрела открыто. Отметил и то, что она стоит, придерживая ручку в ванную за спиной, будто собирается сбежать.
   - Вот и я спрашиваю, что? - Артем уже открыто улыбался. Она его забавляла. Эта девочка сильно напоминала его младшую сестру, он удивлялся этому сходству каждый раз, как видел Титову, и не мог заставить себя относиться к ней беспристрастно. - Снова вопросы, Саша?
   - Нет, - откровенно испугавшись этого шутливого тона, она ответила быстро и уверено. Сейчас ее пугали любые отклонения от установленной на протяжении проведенных тут дней "нормы".
   - Уверена? А я хотел ответить на один любой... - не совсем правда, на один, который не сможет повредить Самарскому, и то, чисто из любопытства. Артем сделал шаг в ее направлении.
   Прищуренные, до этого его движения, глаза вдруг распахнулись, излучая истинный ужас.
   - Не подходите!
   Удивленный Артем, правда, остановился.
   - Если этот придурок считает, что я соглашусь на все под ... таким давлением, передайте, что он ошибается. Ничего он этим не добьется!
   Теперь уже Артем непонимающе посмотрел на девушку.
   - Что? О чем ты?
   - Я прекрасно знаю, как именно Самарский приказал заставить меня звонить отцу, и я этого не сделаю! Можете так и передать, а если сделаете еще шаг, я скорей утоплюсь в раковине, чем позволю к себе притронуться, ясно? За труп отец вас точно не поблагодарит! - сказав все, что считала нужным, Саша дернула дверь, собираясь скрыться за ней. Не успела, реакция у Артема отменная, он захлопнул дверь, правда тут же отскочил, жестом призывая не двигаться и не повторять попытки.
   - Я не собирался к тебе прикасаться! О чем ты? - или она пересмотрела фильмы о похищениях, или Самарский пригрозил ей чем-то таким, о чем забыл предупредить самого Артема. И, кажется, Артем даже понял чем... - Оуууу, - он окинул взглядом все так же убийственно следящую за ним Сашу.
   А Самарский, однако, действительно не прогадал, она испугалась, по-настоящему... Вот только ему самому от осознания ситуации почему-то стало смешно.
   Не в состоянии сдержаться, он прыснул, а потом и вовсе рассмеялся в голос, заставив бедную Сашу растеряться.
   - Прости, малышка, но ты не в моем вкусе! - это правда, Артем больше любит блондинок, повыше, да и к тому же, часто, она больше смахивала на подростка, чем на женщину. Может, конечно, только для него, но ни о чем подобном, он даже не помышлял.
   - О боже... - осознавшая свою оплошность, Титова залилась краской, скрыть это она попыталась, пряча лицо в ладонях. Черт, он ее облапошил. Даже не собирался исполнять угрозу, прекрасно зная, что она и без этого достаточно испугается. - Простите! - девушка лишь на секунду снова подняла взгляд на Артема, а увидев, как тот еле сдерживается, чтобы снова не рассмеяться, нырнула в свое укрытие.
   - Нет, конечно, если ты настаиваешь, я могу передумать...
   - Нет! - Саша так резко выпрямилась, что Артем таки не смог сдержаться, опять заливаясь смехом. Проходи кто-то мимо двери в этот момент, подумал бы, что пленницу решили взять смешливым измором.
   Когда мужчина чуть успокоился, да и Саша перестала чувствовать себя так глупо, девушка все же попыталась оправдаться:
   - Самарский хочет, чтобы я любой ценой помогала ему обвести вокруг пальца собственного отца... - сказала, а только потом подумала, что, наверное, зря. Ведь Артем помогает ему в том же. Он не тот, кому можно жаловаться на свою тяжкую долю.
   - Позволишь дать тебе совет? - Артем чуть отступил. Он сам бы не сказал почему, но ему захотелось попытаться ей помочь или хотя бы понять. Саша кивнула. - Все решается не тут, не в этой комнате. Поверь, Ярослав Анатольевич получает то, что хочет. Он получит это и без твоей ... помощи. Просто так оправдывается твое тут пребывание. Лучше так, Саша. Ведь оно может оправдываться и по-другому. Подумай об этом.
   Сработало. Саша действительно задумалась. От нее же и правда зависит не многое. Совсем не так много, как она сама на себя пытается взвалить.
   - Но я же обещал ответ на один вопрос, я о своем обещании помню, готов выслушать.
   - Чемодан. Вы... - под чуть насмешливым взглядом Саша исправилась, - ты говорил, что из гостиницы привезли мой чемодан, когда я смогу получить свои вещи? И сумку.
   - Вещи завтра, а вот сумку... Она не у меня. Это нужно спрашивать у Ярослава Анатольевича. Хотя зачем тебе сумка? Телефон, документы тебе не отдадут, а сама по себе она особой ценности не представляет. Или...
   - Нет. Не представляет, просто я хотела получить обратно свои вещи.
   - Я могу спросить у Ярослава Анатольевича, думаю, он не будет против...
   - Нет! - уже дважды за меньше чем минуту, Саша его перебила. - Не нужно спрашивать.
   - Как знаешь, Александра Константиновна. - Артем сделал в сторону двери несколько шагов, а когда поравнялся с Сашей, оглянулся, снова чуть сузил глаза, рассматривая девушку, как бы изучая. - Хотя, может я погорячился? Насчет не в моем вкусе?
   Как он и думал, только немного расслабившаяся девушка, вновь моментально напряглась, схватилась за спасительную ручку. Похожа на перепуганного зайца. Усмехнувшись, Артем спокойно пошел дальше к двери.
   - Меня можешь не бояться. Обещаю, я тебе вреда не причиню. Я просто пошутил, - снова улыбнувшись, мужчина вышел.
   Если физически они и правда не причинили ей вреда, то морально Саша чувствовала себя совершенно истощенной. Пошутил... Его шуток и угроз Самарского вполне достаточно, чтобы руки еще долго тряслись, не переставая.
  

*****

   - Так что, я готовлю документы? Сливаемся? - Титов сидел в кабинете со своим старшим юристом, заместителем, большим специалистом своего дела и человеком, которому, наверное, доверял в фирме больше других.
   - Нет. Я не допущу, чтоб этот щенок помыкал мной, как и когда ему захочется. Не дорос еще сопляк, чтоб за шантаж браться!
   - Что мы тогда делаем? - Ковальский Эдуард, тот самый юрист, знал Титова долго, достаточно долго, чтобы понимать - задавать вопросы о причинах ему сейчас не следует, его должны волновать лишь указки к действиям.
   - Ничего, я отказал журналу в интервью, помнишь? - собеседник кивнул. - Скажу, что передумал, дам интервью, где расскажу о серьезности своих намерений. Я не собираюсь плясать под дудку Самарского, сначала мы возьмем тендер, а потом он получит по заслугам за то, что ввязался во взрослые игры.
   Ни слова о Саше, это Эдуард тоже отметил. Лишь плоскость бизнеса, месть за то, что влез во взрослые игры, а не похитил дочь. Одно из двух: либо Титов пытается таким образом защититься сам от тех чувств, которые должны обуревать родителя, у которого пропал единственный ребенок, либо он просто не понимает, что же произошло.
   - Ты знаешь, где они ее держат? - кроме всего прочего, Эдуард считал себя другом мужчины, и такие вопросы ему, как другу, были позволены.
   - Нет, - Константин взял со стола дротик, метнул его в мишень на противоположной стене. Давно пора повесить там фотографию щенка. - Его не могут засечь.
   - В офисе заседает Димочка Ермолов, помнишь, блондин? - Титов кивнул. - Самарский в отъезде.
   - Еще бы... Искренне надеюсь, что этот придурок развалит Самарскому все к чертям, пока он сам пытается тягаться со мной!
   - Я до сих пор не могу понять, Костя, как она оказалась в Париже одна? Ведь ты знал, что...
   - Что? Что я знал? Я понятия не имел, что этот придурок возьмется за подобный абсурд! Я для того и отправил их подальше, чтоб не нарвались здесь. Вот откуда я должен был знать, что Самарский решит поиграть в похитителя?! - еще один дротик полетел точно в цель, но с фотографией было бы в разы приятней. - Он сделал ошибку, серьезную, непростительную. Он-то не знает, что я в эту игру уже не раз играл. И я готов играть до конца, а вот он нет. Он ничего Саше не сделает, я уверен, - третий, четвертый, пятый и шестой дротик были брошены молча, с такой силой, что Эдуарду даже захотелось подойти и проверить, не пробили ли они стену.
   - С тобой хочет встретиться Шутов.
   - Кто? - Константин резко обернулся, отвлекаясь от своего кровожадного занятия.
   - Третий претендент, помнишь, "Билдинг фо"?
   - Они еще не слетели? - много чести помнить компанию, появившуюся лишь затем, чтобы с треском провалиться.
   - Нет.
   - Удивительно. Что он за кадр? Я даже не слышал о таком. Запомнил бы.
   - Я тоже. Говорят, всего лишь назначенный, а за ним стоят более серьезные люди.
   - Кто?
   - Если бы я знал... - Эдуард взял со стола друга фотографию - улыбающаяся Алекс лет шести на коленях у такого же солидного, серьезного как сейчас Титова, резкий контраст детскости и взросления, а ведь в детстве Титов должно было улыбался так же, как и его дочь.
   - Я не буду встречаться с тем, о ком ничего не знаю. Пробей его. Лично. Тогда поговорим, кроме того, они все равно слетят.
   - Хорошо, надеюсь, они окажутся за бортом раньше, чем я успею этим заняться.
   Константин подошел к мишени, по одному достал все дротики.
   - Ты слишком ленив, никак не могу понять, почему ты до сих пор не уволен? Неужели я еще жду, пока ты выйдешь на пенсию?
   - Нет, Костя, это я жду, когда тебя наконец-то пристрелят, и я займу место исполняющего обязанности генерального директора, - Титов рассмеялся в голос, по достоинству оценив очередную язвительную шутку друга. Правду говорят, в каждой шутке есть доля шутки.
  

*****

   - Зайди на почту, - Дима не поздоровался, говорил не как обычно - неспешно, будто смакуя каждое слово, а быстро и четко, значит дело серьезное. Не мешкая, Яр открыл почтовый ящик, последнее не открытое письмо.
   - Что это? - в него были вложены сканы какого-то журнала.
   - Читай.
   "Константин Титов, президент строительной компании "Апартмент групп", известный благодаря своей активной общественной деятельности, частый гость проводящихся в городе благотворительных акций, меценат фонда помощи неблагополучным семьям, участник общественной инициативы обеспечения нуждающихся жильем ..."
   Яр перескочил взглядом перечисление всех регалий, прекрасно понимая, зачем Титову нужна вся эта благотворительность - простой набор очков в глазах окружающих, он сам вел себя так же: участвовал, спонсировал, привлекал.
   "Несомненно, сейчас у нас в приоритете получение государственного заказа на застройку нового микрорайона. Серьезный проект, трудоемкий и длительный, но, учитывая наш опыт, два десятилетия стабильной работы на рынке, идеальную репутацию наших домов, кому как не нам стоит поручить это?"
   Похоже, дедуля совсем свихнулся. Яр перевел взгляд на дату вверху страницы - вчера. Вчера Титов дал интервью, в котором ни слова не сказано о возможности отказа от тендера.
   "Это должны понимать все. "Апартмент" исполняет взятые на себя обязательства. Ничто и никто не может заставить нас оставить проект недостроенным. Вы не найдете в городе ни одного дома, лишенного окон, крыши, без проведенного водоснабжения, сооруженного "Апартментом". Так было всегда, так будет и дальше. Ничто и никто не заставит нас свернуть с дороги качественного и своевременного исполнения своих обязанностей".
   Тонко, Титов, тонко. Никто и ничто, "даже вы, Самарский Ярослав Анатольевич", будто читалось между строк. Но только он не рассчитал, что то же самое Яр мог сказать и о себе - никто и ничто не заставит отказаться от своих планов его.
   - Он сам заставляет делать меня то, что я не хотел.
   - Перестань нянчиться с Титовой, Яр, ты что, не видишь, он насмехается над нами?
   - Посмеемся вместе, - Самарский дал отбой, со злостью захлопнул крышку ноутбука. Чертов Титов... Он сам заставляет его становиться тем, кем бы очень не хотелось, пытается взять на слабо, старый идиот.
  

*****

   Ненавистные уже три щелчка, и Саша даже не оборачивается, чтобы в очередной раз встретить взглядом Артема или изредка кого-то другого, заменяющего мужчину на этом почетном посту. Достало. Это тупое, нелогичное, идиотское заточение ее достало.
   - Что за черт? - звук бьющегося стекла, скребущего по полу метала.
   Сегодня Саша решила объявить голодовку. С одним единственным условием: отпустить ее. И пусть сама она никогда не понимала, в чем смысл подобных методов шантажа, другого способа проявить протест не имелось. Принесенный на завтрак поднос она заботливо опустила под дверь, надеясь, что ее тонкий намек на то, что есть она не станет, будет понятен тому, кто придет его забирать. Но на то, что его сшибет резко открывший дверь Самарский, Саша как-то не рассчитывала.
   Когда девушка обернулась, Яр рассматривал кашу, образовавшуюся из осколков, сока и салата, частично вылетевшего из тарелки.
   - Что за представление? - бросив еще один яростный взгляд на пол, мужчина перешагнул поднос, громко хлопнув дверью за спиной.
   - Голодовка, - пытаясь приободрить саму себя, Саша уперла руки в боки. Если честно, это не сильно помогло, уверенности пока хватило всего на одно слово.
   - Чудесно, - Самарский стремительно подошел, снова скалой нависнув над жертвой. - Скажешь об этом папочке. Сейчас. Как можно красочней. Поняла?
   Он тоже говорил отрывисто, вкрадчиво, но, кажется, никак не от страха, скорей пытался сдержать гнев.
   - Нет, - ну вот, оказывается, хватило смелости на целых два слова.
   - Дура... - сначала Яр просто сверлил ее взглядом, не то пытаясь окончательно испугать, не то решая, что делать дальше, а потом подхватил, развернулся к креслу, швырнул в него, не заботясь особо о том, доставляет ли неудобства. От неожиданности Саша даже не успела воспротивиться. - Слушай сюда, если думаешь, что включишь стерву, и я начну прыгать вокруг драгоценной Сашеньки на пальцах, ошибаешься. Мне посрать на твои голодовки и отказы. Не хочешь по-хорошему, пришло время учиться по-плохому.
   Так же неожиданно как приблизился, Яр отстранился, вернулся к двери, поднял отлетевший в сторону немного раньше осколок стакана, и уже через мгновение снова нависал коршуном над девушкой.
   - Ну что, Саша, звоним папе, или сначала мне придется подпортить тебе лицо? - он раскрыл перед ее глазами кулак, демонстрируя острое орудие возможных пыток.
   - Ты не посмеешь! - Саша говорила и сама не сильно себе верила. Посмеет, еще как посмеет. Даже в глаза ему страшно смотреть, потому что в них-то явно читается отсутствие любых тормозов.
   - Много текста, или ты хочешь проверить, пойдут ли тебе шрамы? - перехватив осколок, он провел по щеке застывшей девушки. Не шутит, страх сковал моментально, и понимание тоже пришло - она одна в доме, полном неизвестных ей людей, во власти этого конкретного человека, никто ему не указ, и она в том числе, ни силой, ни уговорами она ничего не добьется. Сашу начала бить дрожь. - Ну, что молчишь?
   - Я закричу...
   - Кричи, как думаешь, кто прибежит тебя спасать? - Яр пугающе улыбнулся, холод пробрал до костей. Правильный ответ - никто.
   - Не надо... - продолжая чувствовать, как кончик стекла упирается в кожу, Саша боялась сделать малейшее движение.
   - Отчего же? - осознав, что упрямство почти окончательно преодолено, Самарский решил закрепить "успех". - Если ты так настаиваешь, я ведь могу начать не с лица, - продолжая держать осколок одной рукой, другой он взялся за подол глупого сарафана, неизвестно откуда у нее взявшегося. В первый раз он видел ее не в нем.
   Хотелось крикнуть, толкнуть, но у Саши получилось издать лишь невнятный писк.
   - Говорят, на бедре самая чувствительная кожа, знала? - укол, и со щеки, осколок стремительно перемещается вниз, теперь уже заставляя пульсировать под натиском точку на ноге. - Я даже слышал, что есть люди, которые оставляют себе порезы именно тут, чтобы ощутить боль. И шрамы потом не видны. Ты тоже любишь боль? Или просто дура? Ну что, готова? - неотрывно смотря в до смерти перепуганные глаза, Яр надавил чуть сильнее, на молочной коже бедра выступила капелька крови.
   - Нет, - почувствовав еще один укол, Саша непроизвольно дернулась.
   Ничего больше не говоря, Самарский достал телефон, набрал номер, включил громкую связь, опять гудки, опять раздраженный голос Константина Львовича.
   - Я не люблю, когда со мной шутят, Константин Львович... - с каждым словом Самарский злился все больше, сжимая злосчастный осколок.
   - Понравилась статья? Да, сученок? - где-то в Киеве собеседник рассмеялся.
   - Очень, нам с Сашей очень понравилась, некоторые самые лучшие ваши изречения, я даже вырезал ей на спине, она сама попросила, правда Саша? - снова натиск осколка усилился, подтверждая, что так оно и будет, вдобавок к этому еще и жесткий взгляд не давал сомневаться.
   - Папа, пожалуйста, забери меня... - получилось именно так, как он хотел - отчаянно, напугано, тихо, вымучено. Отлично, может, им даже удастся сработаться...
   Как бесновался отец по ту сторону, какую жуткую кончину обещал устроить, сколько новых слов услышала сегодня Саша, но значения это не имело, Яр чувствовал, как рушит планы такого уверенного в себе Титова - он поверил. Девочка сыграла на ура, хотя не совсем сыграла. И каким же придурком он будет себя чувствовать, когда Саша вернется к нему целой и невредимой. Очень жаль, что скорей всего сам Ярослав не сможет присутствовать при воссоединении семьи.
   Как же Саша в этот момент его ненавидела. Видела, как победная улыбка расцветает на самодовольном лице, как он совершенно открыто издевается над ее отцом, в красках описывая то, что сделает, если тот будет продолжать в том же духе. Слышала, как папа бьет словами наотмашь, будто дикий зверь, заточенный в клетку, неспособный сделать с ситуацией ровным счетом ничего, и ненавидела всей душой.
   - Я же говорил, что со мной шутки плохи, даю две недели, Константин Львович.
   - Урод, - Саша дождалась, пока Самарский нажмет отбой, и лишь потом бросила обвинение. Сама она выглядела сейчас не лучше, и от этого было еще более горько. Ведь соврала-то и она.
   - Ты меня разочаровала, малышка... - несмотря на то, что разговор закончен, он добился того, что хотел, оставлять жертву в покое Самарский не спешил. - А сколько было экспрессии вначале, какое категоричное "нет"... А что оказалось? Обычная маленькая слабачка... Не в отца пошла, явно.
   Он хотел просто уколоть, а получилось больней, намного больней.
   - Пошел ты... - Саша оттолкнула руку, даже не обращая внимания, что острый край стекла царапает кожу до крови.
   Яр опустил взгляд, следя за тем, как красные капельки выступают на коже - даже не поморщилась, значит, испугалась больше его самого, чем возможной боли. Странная.
   - Молись, чтоб это помогло ему понять, что же все-таки дороже, дочь или тендер, если он сделает неправильный выбор, я вернусь, и правила игры мы чуть изменим, мне надоело с тобой нянчиться, - он оттолкнулся от поручней кресла, подошел к двери. Не желая даже смотреть в его сторону, Саша повернулась, поджав под себя ноги, натянула сарафан до самых пят. - Артем, пусть уберут, наша принцесса предпочитает не завтракать. И одну с осколками ее не оставляй.
   - Хорошо. - Самарский вышел, вместо него в комнату вернулся Артем, но увидев творящийся на полу беспорядок, повернутую спиной Сашу, решил с разговорами и расспросами повременить, лишь покачал головой, предчувствуя, что все будет далеко не так просто, как он надеялся.
   - Саша...
   - Не сейчас, пожалуйста... - не хватало только перед ним изливать душу. Резко поднявшись, Саша проскользнула мимо охранника в ванную. Кожу саднило, а раз на такую щедрость как перекись ей надеяться не стоит, нужно хотя бы водой промыть.
  

Продолжение выкладывается по ссылке:

https://lit-era.com/book/vdoh-vydoh-zalozhnica-b14075


Оценка: 7.75*140  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Eo-one "Зимы"(Постапокалипсис) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) K.Sveshnikov "Oммо. Начало"(Киберпанк) Е.Кариди "Черный король"(Любовное фэнтези) А.Верт "Нет сигнала"(Научная фантастика) В.Пылаев "Видящий-4. Путь домой"(ЛитРПГ) А.Дашковская "Пропуск в Эдем. Пробуждение"(Постапокалипсис) LitaWolf "Любить нельзя забыть"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) Д.Сугралинов "Дисгардиум 4. Священная война"(Боевое фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"