Al1618: другие произведения.

Снайпер.Глава 22

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:


  -- Глава 22. А на войне как на войне.
  
   В коптер набились как шпроты в банку. Молодой парнишка в кресле пилота весело оскалился, подняв кулак с оттопыренным большим пальцем, а потом рванул машину в небо. Слева будто ударила пулеметная очередь - импеллер зацепил ветки деревьев, но мир покорно провалился вниз размазываясь коричнево-зелеными полосами.
   Именно в эти полосы и слился весь остальной полет. Позабыв обо всякой гордости и прочих приличиях, отчаянно цеплялись друг за дружку, пища от ужаса на виражах. Машина шла "облизывая" рельеф и верхушки высоких деревьев айсбергами проносились в иллюминаторах значительно выше слившихся в круги винтов. Хорошо так проносились - будто в зеленом ущелье летели, и только мигание света давало понимание, что стены не цельные.
   Время от времени весь ком наваливался то на один борт, то на другой, или размазывался по полу. Это автоматика уводила машину от столкновения с "айсбергами" которые пилот не успевал заметить. А ещё все дружно молились, чтобы этот "царь и бог" не вогнал их консерву в такую щель, где и автоматика не поможет.
   Неизвестно что оказалось действенней - искренние молитвы атеистов или совершенство автоматики, но их полет таки завершился ударом, коротким скольжением и новым ударом. И только секунд через сорок самые сообразительные поняли, что это была посадка. Удачная, поскольку в авиации "удачной" считается посадка, с места которой можно уйти собственными ногами.
   Вторым чудом этого дня следует считать то, что когда все рванули на выход, при этом никого не затоптали. Уже почувствовав берцами твердую землю, Дара обернулась - их пилот, продолжая жизнерадостно улыбаться, нюхал руку после инспекции сиденья своего кресла. Обзор с его места видать был не в пример лучше.
   Группу мигом, что называется, "расхватали" - едва успевала прощаться и бросать вдогон последние наставления. Счастливчики рысью уносились, получив приказ, а вот Воробушку, Рыжику и Мелкой пришлось лезть назад в чрево летающей консервной банки. Все их проводили взглядами в которых мешался ужас и облегчение, а не верящая ни в бога, ни в черта Фекла размашисто перекрестила отрывающийся от земли борт.
   Последнее прощание было с Марусей. Её увезли серьёзные дяденьки на характерном для этих мест грузовике с колёсами в человеческий рост. Только у этого сооружения корпус был куда как ниже обычного -- в аккурат до верхней кромки этих самых колёс. Зато сверху присутствовало нечто, затянутое маскировочного окраса тентом. Орудийная башня или ракетная пусковая установка -- и не скажешь. Или ещё что?
   Расставаясь с человеком, уходящим в бой, не принято говорить прочувствованных или трогательных слов -- суеверие такое. Махнул рукой или головой кивнул -- и всё. Так что ограничилась строгим наставлением:
   - Пристрелять Моську свою по новой со штыком не забудь!
   - Зачем? - кажется, последние приключения не прошли даром даже для этой оторвы.
   - Зачем, зачем... Чтобы ствол при выстреле не так болтало. Подарок мой хоть не забыла?
   Маруся со всей силы хлопнула себя сначала по лбу, потом по нагрудному карману и вытащила оттуда с немалым трудом изготовленный винтовой зажим для штыка. В свое время Дара еле нашла чертеж этого полезного приспособления.
   Обнялись. Подавая в распахнутую дверь тюк с массивным маскировочным костюмом -- самодельной кикиморой -- Дара только улыбнулась двум молодым бородачам и пошутила:
   - Не откажите в любезности, милостивые государи, помогите девушке переодеться, когда наступит срок.
   - Ты не сумлевайся, глазастенькая, - сверкнули из полумрака показанные в улыбке зубы. - Накормим, напоим и попку вытрем... - десяток глоток заржало из темноты.
   - Убери локоть, шутила! - спокойно, словно оказалась среди родных братьев, откликнулась Маруся. - А ты, пузатый, Мосеньку мою осторожней держи. Натура у неё тонкая, на добро отзывчивая. Ну, двигай свой зад, подтирун, уступай даме место. А кикиморку далеко не запихивайте, под рукой держите.
   "Эк она освоилась быстро!" - позавидовала такой лёгкости характера Дара. И пошла к тому месту, где грудились большие мужики, водя пальцами по расстеленной прямо на траве карте.
   - Так, слухай сюда, девка! Людей у нас мало, а откель беда нагрянет не ведаем. Вот распадок этот, вишь с какими голыми склонами! Тут, считай, любая техника пройдёт. Потому инженерная рота, что скоро сюда выдвинется, станет готовить местность к непроходимости. Я ясно объясняю?
   - Да, командир, - Даре не до того, чтобы прикалываться над косноязычием этого... пейзанина? Грузчика? Он дело говорит, хотя и нарочито кривоватым здешним языком.
   - Вот и ладно. Вот и прикрой их отсель. Ну, ты поняла, что отсель у нас заслон имеется, это в который толстячка твоего прикомандировали.
   Дара присмотрелась к пометкам на карте -- редкая россыпь опорных пунктов на ней выглядела жалкой и отчаянной попыткой накрыть как можно большую площадь. Это притом, что о неприятеле вообще ничего не известно. Ни кто он, ни откуда появится, ни -- куда и какими силами двинется. На Прерии в эфире гробовая тишина - приемники не в состоянии различить сигнал на фоне помех. И несущая тоже не прослушивается, что говорит об очень многом.
   Глянув ещё раз на карту, Дара поняла, что место, куда уткнулся заскорузлый палец командира -- отличный наблюдательный пункт. То есть повышенное внимание к нему в случае начала боевых действий можно гарантировать.
   - Ясно. А прикрытие? - спросила она, внутренне ожидая неопределённого ответа и смущённого взгляда.
   - А не будет его, - спокойно ответил дядька. - Вон парней из городских видишь? Двух бери по своему выбору. Больше никого дать не могу - всех опытных твоим же ребятишкам и отдал.
  
  
   ***
  
  
   Городские, невесть каким ветром занесенные в столь неудачное место, держались насторожённой группой, видимо не до конца понимая, что происходит, и зачем они вообще здесь. На всех новый камуфляж -- в том смысле, новый, что не заношенный. А модели -- самые что ни на есть обычные, издавна известные. Вооружены тоже однообразно -- армейские автоматы с подствольниками.
   Подошла спокойно, невольно копируя Марусины ухватки, и представилась:
   - Снайпер Серая. Двоих парней покрепче духом у вас забираю к себе в прикрытие, - и, угадав командира по тому, как задвигались остальные, обратилась уже к нему: - Ты уж не обмани, реально самые понятливые нужны.
   - А вы замужем? - нашёлся-таки зубоскал на её голову. Посмотрела на него -- он и захлопнулся, и даже улыбку будто проглотил. Да что это опять сделалось с её взглядом?
   - Дубасов, Клеймёнов - в распоряжение снайпера, - командир и не подумал выделываться. Только спросил: - А что, Серая, федералы что ли на город развернулись? Против кого исполчаемся? Никто ничего толком не говорит.
   - Если ты про тех, которые вчерась свалили из города на учения, так нет, - ответил за девушку мужчина, сопровождавший её от начальства. - Они как спозаранку начали движение на север, так и топали весь день. Однако, прав ты, дядя Ваня, ясности всё ещё нет. Непонятно даже есть ли что на месте города. Ты, это, лопаты просила, так вот -- протянул он два затрапезных огородных заступа.
   Кивнув в знак благодарности, Дара заспешила к назначенной ей позиции, слыша за спиной шаги не отстающих парней. Километров пять нужно отмахать пока солнце из-за гор не вылезло, да осмотреться, да позиции подготовить -- некогда мешкать.
   Вскоре дыхание помощников стало сбиваться:
   - Ты куда так несёшься? - наконец взмолился один из них. - Непонятно зачем, непонятно против кого, а жилы рвёшь и себе и нам.
   - Извините, не подумала, что это может быть утомительно, - Дара вдруг снова вспомнила ехидные приёмчики Егора Олеговича и пустила их в ход. - Сядьте, передохните. А как наберётесь новых сил -- думаю, обратную дорогу вы сумеете отыскать и без меня.
   Повернулась и пошла дальше. Топотание и сопение за спиной никуда не девались -- парни почувствовали себя пристыженными и теперь старались ей что-то доказать. А, и пусть их! Может быть, так оно и лучше.
   Каменистая макушка пологого холмика, торчащего посреди просторной луговины, оказалась действительно идеальной позицией, с которой прекрасно просматривалась прилегающая местность на протяжении нескольких километров. Обращённые сюда склоны окрестных возвышенностей были как на ладони, если не считать относительно небольших участков, укрытых листвой редких деревьев и чахлых кустарников. Главный вопрос -- о направлении обстрела -- никак не решался. Тут в любую сторону можно эффективно вести прицельный огонь.
   Недолго думая, решила перекрыть все направления. Особенно к этому сподвигла возможность не слишком беспокоиться об удалении вынутого грунта -- для него оказалось много ёмких промежутков между торчащих то там, то тут камней. Парни обречённо взялись за лопаты, и сразу стало ясно -- не те они люди. Не те, к которым она привыкла за последнее время. Как про них местные говорят? Городские. Поскорее забралась к себе в рюкзак и добыла две пары нитяных перчаток с пупырышками -- ни к чему ей кровавые мозоли на руках стрелков.
   Примерно через час работы наметились две основных закрытых и восемь запасных снайперских позиций. Прикинула где будет тень в ближайшее время - в паре мест придется копать замаскированные траншеи для скрытого перемещения, но не сильно много, больно рельеф удачный. А парни, наконец, поняли замысел и втянулись в работу. Хорошо так роют, понимают что не на дядю работают. Не грех таких работников и покормить. Густой наваристый супчик сварила под натянутой тряпицей на кубиках сухого спирта. Помощнички обрадовались горячему, и обстановка вокруг котелка стала дружеской и непринуждённой.
   Дальше -- одни копают, а другим нужно думать о грядущем. Вытряхнула из рюкзака заранее припасённые "заготовки" и двинулась в обход окрестностей. Раз уж ей выпала удача оборудовать позицию задолго до появления в поле зрения противника, то все тайные мечты снайпера она осуществит по полной программе. Вместо, "вундервафли" как обычно выдали чего попроще - обычные постановщики электромагнитных помех, в быту - глушилки. Что не есть хорошо, но могло не быть и этого. Тут не против техники работать. Будем надеяться. А на обычную пешую разведку должно хватить.
   В последние десятилетия в войсках сложилась практика накрывать любой обнаруженный источник опасности артиллерийским огнём -- пушки давно уже стреляют далеко и точно -- им только цель укажи. Поэтому средства отыскания противника и наведения на него гнева бога войны доведены до высокой степени совершенства. В обычных боевых условиях после первого же выстрела нужно вспомнить -- снаряд летит около четырёх секунд, а в мире электроники за это время вообще проходят геологические эпохи. То есть за эти четыре секунды нужно или унести свои ноги за пределы зоны поражения, или спрятаться за надёжной бронёй.
   В её положении ни то, ни другое, не возможно. Значит, нельзя дать себя обнаружить. То есть -- надо заглушить чуткую разведывательную электронику тогда, когда её доставят на опасное расстояние. Или -- не стрелять.
   Но, послали её как раз для того, чтобы стреляла. Потому и расставляет она неприметные контейнеры, содержащие примитивный генератор импульсов и мощный источник питания, привести который в действие намерена по лазерному лучу. Правда, отключить его потом не удастся -- инфракрасный приёмник "накроется" от работы включенного им же генератора -- нет в мире совершенства!
   Так вот и бродила, мысленно разыгрывая будущее сражение, представляя себе, кто и откуда полезет и какими силами. Ну и других сюрпризов попроще наставила в местах, откуда могли бы грозить её позиции всякие неприятности. Рюкзачок заметно полегчал, а далеко не всё удалось прикрыть -- увы, грузоподъемность у неё ограниченная.
   Что же -- остаётся ещё пассивная оборона. Вернулась на позицию, чтобы проследить за ходом земляных работ. Хорошо, что парни действительно понятливые - лежачие окопы и траншеи для переползания по-пластунски завершили и даже удовлетворительно замаскировали. Правда львиную долю трудов за землекопов выполнила сама природа. Поправили огрехи и начали располагаться. Несколько особо важных пунктов прикрыли сверху полотнищами маскировочных сеток, накидкой, задерживающей инфракрасное излучение, кикиморой и маскхалатом.
   - И это всё ты на себе пёрла? - удивлённо воскликнул один из ассамблейцев. - А с виду и глянуть-то не на что!
   Второй же молча рассматривал протёршиеся перчатки. А потом ухмыльнулся и добавил:
   - Двух здоровых мужиков заездила. Эх, Лёха, видишь, как внешность обманчива. Так, какие распоряжения будут, командир? - это уже Даре.
   - Спать ложитесь. Я посторожу. Разбужу как начнется. Отдыхайте, мальчики -- хорошо поработали.
  
   ***
   Пока ребятки сопели, Дара вела наблюдение и припоминала, что ещё важного осталось не сделанным в этой жизни? Вроде всё по уму, а вот ведь, зудит какая-то мысль словно комар над ухом. А что делают люди перед боем?
   Как водится, мысль всплыла - стоило чуть отвлечься на созерцание окрестностей. Дара задумчиво посмотрела на почивающее прикрытие, - "Умаялись ребятки - жалко будить. Так что, с девственностью, пожалуй, расставаться сегодня не стоит. Да и второму будет обидно... ". Хмыкнув над собственной заботливостью: "Нашла, называется, отмазку. Сознайся честно - никто тебе теперь не нужен, кроме него..."
   А что бы делал он? Да что там, Бероев сам, небось, ни разу не участвовал в бою. И лучше бы так оно и оставалось...
   А кого ещё она знала так хорошо, кто бы в таком понимал? И ответ пришел почти сразу: Егор Олегович. Могучий старик с лохматыми седыми бровями и острым взглядом. Отставной военный, прошедший не один бой и даже не одну войну. Что делал он в эти часы затишья? В эти страшные минуты, когда чувства все почему-то притупляются, и страха, как такового и нет. Но просит чего-то душа.
   Молился? Но от него она никогда подобного не слышала. Да и будь даже так, никто её этому не учил. И верит ли она в то, что есть Бог? Смутилась, словно кто-то мог её видеть, не думала она об этом, боялась думать плохо, и сейчас начинать не стоит.
   Да и потом, на Бога надейся, а изменение ветра не прозевай. Сыграть бы на гармошке, да не время. Хихикнула, представив эту картину. Как хорошо, что в прошлом больше загадок не осталось - самое время вернутся к наблюдению.
  
  
   ***
  
  
   Поспать "мальчикам" удалось недолго. С запада из-за гор в небе показались многочисленные блестки. Дара тут же растолкала ребят и отправила их по ячейкам. Потом с юга докатились звуки множественных взрывов и, наконец, голос одного из бойцов: "сетка пропала", - окончательно прояснил картину - началось.
   Через несколько минут тоже на юге полыхнула короткая яркая зарница, а потом пять ярких косых чёрточек промелькнули в небе далеко на востоке. И всё затихло. Ни одного сигнала в эфире.
   "Итак, действия в условиях отрыва от командования, - спокойно констатировала Дара. - Причём, разбираться в том, кто свои, а кто враги, придётся самостоятельно".
   - Сначала выбросили десант в капсулах, это их ложные цели мы видели. - А вот что произошло после этого -- не знаю. Но логически - готовят зону высадки техники.
   - Гляди, вертикальник!
   Тяжелая туша, формой похожая на гигантский диск пронеслась по небу, и теперь целилась факелами реактивных струй за далекий холм, расположенный на северо-востоке. Со стороны города -- то есть с противоположной -- показались четыре мотоцикла. Они довольно быстро приближались, подпрыгивая на неровностях.
   "Местные", - однозначно определила для себя Дара, - то есть свои.
   Между тем, огромный корабль сел, скрывшись за вершиной, а мотоциклисты, двигаясь через ровную низменную часть луговины, объехали по дуге холм, где была оборудована позиция, и теперь удалялись в сторону севшего корабля. Опять все пропали из виду и стало тихо. Потом с востока донёсся выстрел. Показалось, что это противотанковое ружьё Колобка. Но из-за большого расстояния уверенно сказать было невозможно.
   Оставалось пожалеть о несбыточном. Неподалеку, буквально в считанных километрах, приземлился наверняка напичканный десантурой и военной техникой крупный корабль. Одно обычное артиллерийское орудие с закрытой позиции способно в считанные минуты превратить его в ни на что не годный хлам. Где вы, пушкари? Эх!
   В это время в стороне города на луговине опять появились местные -- они копошились в траве, явно готовя какие-то сюрпризы. Точно, от места посадки десантного корабля и до города по дну этой долины самый удобный путь -- ни через горы карабкаться не надо, ни через лесные заросли продираться. О, коптеры взлетели от вертикальника! Сюда идут. Вот они прижались к земле, скрывшись в складках местности, но через считанные секунды появились низко над днищем долины, обогнув склон.
   Х-ха! Ракета вылетела слева и завалила один. И её одна -- второй. По всему выходит -- мотоциклисты постарались. Да уж, с точки зрения удобства для наблюдения её позиция исключительно хороша. Вот, ещё один коптер взлетел, но пошёл в другую сторону, словно нащупывая иной путь. Удаляется в сторону океана... упал. Ай да наши! Ай да молодцы.
   Оба-на! Фигуры в камуфлированных брониках идут по склону. Прячутся в зелёнке и только изредка мелькают в просветах. Далеко -- не достать до них отсюда. Недаром говорят, что работа снайпера состоит почти из одного сплошного терпения. Судя по всему, пешая разведка осматривает этот самый короткий путь. То есть, скорее всего, собираются провести тут колонну транспортёров, а может и танков -- на вертикальнике много чего можно привезти.
   Прикинем, когда эти парни увидят минёров? Нескоро ещё, вон с того места, где поворачивает склон, не раньше. То есть, уже, повернувшись к ней спиной. Дистанция будет в аккурат девятьсот метров и метров на двадцать выше. Как же удачно, что как раз там она поставила глушилку!
   Направила в ту сторону прицел и послала контрольную посылку в инфракрасном диапазоне. Пятнышко ответа позволило уточнить положение гостинца. Всё на месте - ждём и не отсвечиваем.
   И чего наши минёры так долго ковыряются на этой поляне? Непохоже, что скоро закончат -- всё таскают и таскают какие-то крупные предметы -- даже в оптику не удается разглядеть, что они там закапывают.
   Томительно тянутся минуты. Разведчики, перебегая от одного укрытия до другого, приближаются -- видно их всё лучше и лучше. Вот, наконец, подошли к нужному месту. Пора. Дала командную посылку - в прицеле блеснула вспышка сработавшего пиропатрона, а наушники выплеснули волну треска - генератор помех, в просторечии "глушилка" - сработал штатно. Исполнительное устройство забило эфир хлёсткими электромагнитными импульсами. Теперь никакая электроника ей не опасна -- можно работать по правилам англо-бурской войны. Замерла, затаила дыхание и выстрелила. Попала. Перезарядила и... цели залегли, правда, не зная, где она, разведчики укрылись не слишком удачно. Двое из оставшихся в живых шестерых, остались на виду.
   "Вот теперь, ребятки, посмотрим как вы умеете обнаруживать позиции снайпера без всякой электроники", - подумала Дара "дожимая" спусковой крючок. Выстрел. Попала. Сменить позицию? Пожалуй не стоит. Винтовка-штатив не самое удобное оружие для полевого сражения. Ни глушителя у неё нет, ни системы беспламенной стрельбы, и магазин невелик. Но если не заметили, то суетиться точно не стоит. Перезарядила и... цели снова сместились. Правда, не зная, где она, теперь уже трое из оставшихся пятерых, доступны для её пуль.
   Не очень здорово у ребят без электроники выходит, даже азимут определить не смогли, хотя, казалось, в этом-то что сложного? А самое главное - связи со своими у них нет и огненный вал на её голову из-за горизонта не прилетит. Даже если была у этих бойцов резервная рация, с короткозамкнутой антенной, все равно есть еще восемьдесят секунд пока горит пороховая шашка в МГД-генераторе, по меркам войны - целая вечность.
   Сняла третьего. И тут остальные открыли ответный огонь. Её, наконец, засекли. Переползла в другую ячейку, слыша, как Лёхин автомат выплёвывает короткие очереди. А вот и Слава ударил одиночным. Тем временем приладилась к новому месту. Ага, один из неприятельских разведчиков отползает в сторону -- как раз хорошо виден -- не так-то просто укрыться на склоне, обращённом в сторону стрелка. Попала. Смена позиции. Дудукают автоматы прикрывающих, а она ползёт, извиваясь ящерицей, и слышит свист пуль над своей головой. Не вздрагивает, нет. Точно знает, что, если не поднимать задницу -- её не достанут. Ага. Попрятались все. Как же их высмотреть? Пару минут напряженно вглядывалась в склон, анализируя происхождение каждого пятнышка, и "вычислила". После попадания тело дёрнулось -- значит не ошиблась, не по пустому месту стреляла. Пятеро из семерых уничтожены. Где ещё двое?
   - Колонна с севера, - доложил Слава.
   - Минёры отходят, - откликнулся Лёха.
   Взглянув на приближающуюся технику, Дара увидела облепленные десантом невысокие коробочки. Длинноствольные автоматические пушки, - определила она "палки" наклонно торчащие из маленьких башен.
   - Мальчики! Ползите к шестой ячейке, пора менять позицию, потому что тут нам не удержаться.
   Ползли практически через открытое место, таща животы сначала по сухому дну старой промоины, а потом и просто по ручью. Только трава закрывала их от посторонних взглядов. Вокруг расстилалась ровная, как стол поляна и никакого укрытия нигде не было. Одно хорошо -- отползти успели далеко. Остановились в глубоком месте, где вода полностью покрыла их горизонтально расположенные тела. И увидели, как снаряды взрыли высотку, на которой буквально несколько минут назад располагалась их позиция. А потом туда же пошли десантники -- сначала гранаты из подствольников накрыли вершину холмика, а потом и пехотинцы "взяли" её стремительной атакой. Видели, как два разведчика тащат со склона третьего, видимо, раненого, а не убитого. А потом замешкавшаяся на десяток-другой минут колонна продолжила движение к городу, пройдя в сотне метров от Дары и её ассистентов. Передняя машина страшно пылила - и из-за поднятого ею шлейфа уже ничего было невозможно рассмотреть.
  
  
   ***
  
  
   Если располагаешься головой на юг, то смотреть на север удобнее лёжа на спине. Опять же винтовка рядом на сухом месте под правой рукой. Отощавший рюкзачок почти не давит спину, погрузившись в вязкое дно. Всё бы хорошо, но обстановка меняется буквально на глазах -- колонна проследовала на юг и пропала из поля зрения. А переворачиваться на живот оказалось трудно -- прилипла. И отцеплять рюкзак нельзя -- там основная масса патронов.
   Пока кряхтела и охала, неприятель заметно удалился. Стрелять в корму замыкающей машины стало поздно. Да и пыль заслонила всё. Не успела об этом пожалеть, как над луговиной там, на юге, полыхнуло. Пламя охватило колонну огромным огненным облаком.
   "Огнемётные фугасы, - охнула Дара, - это ж древность какая!" А вслух прибавила:
   - За мной, бегом!
   Лёха и Славка разом подхватились и понеслись к восточному склону распадка, не отставая от своего снайпера. После первой сотни метров залегли, послушные команде. А впереди начали взрываться мины -- кто-то не отвлёкся на созерцание развернувшейся трагедии, а продолжал наблюдать за местностью.
   - Вперёд, - выкрикнула, отсчитав семь секунд. Почему семь? Так показалось, что именно столько потребуется на перенос огня расположившейся на закрытой позиции батареи.
   Козликами, перепрыгивая через воронки, ассистенты неслись на этот раз впереди Дары -- что-то она захромала. Обернулись, рванули назад, подхватили.
   - В воронку, - только и успела прохрипеть.
   Туда они её и втрамбовали, накрыв сверху своими телами. Боже! Какие тяжёлые. Что-то где-то начало взрываться, потом перестало, потом её тащили под руки, не давая со вкусом приволакивать отстающую ногу.
   - В ручей макаем, - Лёхин голос. И сразу стало легче. - Реж на ней штаны.
   - Я тебе разрежу, - похоже, болевой шок опустил Дару, - потом я с тебя твои сниму, потому как мне голым задом сверкать несподручно, - завершила она неуклюжую шутку. - Чего там?
   - Осколок торчит из ягодицы, - откликнулся Славка.
   Дара встала на четвереньки... э-э... опереться получилось только на три точки:
   - Чего замерли, - ухмыльнулась она недобро. Стаскивайте, только без лишней суетливости.
   Чужие руки неуклюже распустили пояс, расстегнули молнию, а потом в правую половинку попы словно молния ударила.
   - Гляди, какой здоровенный, - на землю прямо под нос упало перо стабилизатора.
   Зато сразу стало легче. Даже смогла изогнуться и ухватить краем глаза картину ранения. Вот ведь зараза! Чисто в мягкую ткань угодило, но, видимо, удар оказался сильный -- отсюда и шок.
   Дали немного вытечь крови, продезинфицировали, свели края и напылили жидкий бинт. Оставалось подождать, пока повязка зафиксируется.
   - Куда вы меня заволокли, - спросила, осматривая каменную теснину.
   - Расщелина подвернулась, ну мы и нырнули сразу. Эти, как их, ещё десяток мин бросили, да и затихли.
   - "Эти, как их" - космодесант, - прояснила ситуацию Дара. Судя по всему -- хорошо натасканные части, экипированные лучше некуда. В общем, ребята, спасибо за жизнь. А теперь поставьте меня на ноги.
   Устояла. Раненая нога, приняв положенную ей часть веса, отозвалась вполне терпимой болью. Держась за Лёхину руку пошевелилась, посгибала немного колени, сделала пару шагов. Тошненько, конечно, однако терпимо. Разойдётся. Итак, они добрались до восточного склона. Что дальше? Вспомнила карту, в которую заглянула ещё там, на штабной поляне. Километра через три отсюда, как раз на востоке расположен другой опорный пункт наших, прикрывающий проход в сторону города. Если противник откажется от замысла воспользоваться этим путём -- скорее всего двинется туда.
   Прихрамывая подошла к краю расщелины и осмотрелась. Вдали, чуть справа - оставленный ими холмик. Влево вообще видно только противоположный каменистый склон -- остальное закрыто горкой. Правее тоже никакого обзора. Поползла.
   - Эй, куда? Ты же ранена, - и что на это ответить? Обернулась и только пискнула:
   - Не отставайте.
   Взяли вправо вверх и вскоре взорам открылась панорама всё той же ровной низины. Теперь через неё проходила дорога, промятая в траве недавно прокатившейся колонной. И, вот же гадство! Опять с севера, приближались ещё три коробочки, на этот раз безо всякого десанта на броне. Поравнявшись с недавно покинутым холмиком, транспортёры свернули в сторону затаившейся Дары -- взять их в лоб из её винтовки нечего и пытаться. Однако, вряд ли они сейчас атакуют -- подошли к месту, где начался подъём, высадили из кормовой двери пару бойцов и подождали, пока те поднимутся, проверяя дорогу.
   И вот первая машина поползла вверх. Откуда-то лязгнуло ружьё Колобка. Противотанковое. Симоновское. Отличное попадание в ведущую звёздочку -- высший пилотаж. Правая гусеница тут же замерла, транспортёр остановился и башня с длинным тонким стволом начала поворачиваться, разыскивая стрелка.
   "Ну уж нет! Только не Колобка!", - воспротивилась душа, а руки навели винтовку, и пуля "Дартс" надёжно заклинила башню. Она ведь всего с сотни метров стреляла, поэтому, словно гвоздь забила в нужное место, приколотив подвижную кромку к неподвижной. Сама тут же отползла назад и вниз. Вовремя -- заговорили автоматические пушки двух других машин, и каменная крошка, выбитая снарядами с кромки естественного бруствера, посыпались на голову.
   Опять лязгнуло ружьё Колобка, а потом послышались хлопки минных разрывов.
   - Этих, накрыли, - Славка что-то разглядел со своего места, а Лёха сидел, прислонившись затылком к камню и смотрел вдаль неподвижным взглядом. Теперь уже его волокли ползком вниз по склону и... напрасно. Ни пульса, ни дыхания -- никаких признаков жизни. И раны нигде не видно. Положили на спину и закрыли ему глаза. А снаружи, за пределами расщелины, рвались снаряды. Иногда даже в каменную теснину что-то залетало, а уж взрывная волна то и дело ощущалась всем телом... как-то отдалённо. Высовываться наружу Дара запретила.
   Едва канонада закончилась -- опять выползли наружу и, на этот раз, двинулись низом, огибая обломки камней. Слева было тихо, справа гремел невидимый бой, постепенно затихая, а на далёком противоположном склоне появились человеческие фигурки. В оптику было видно, что одна размером побольше, а остальные поменьше. Деталей толком не разглядеть, но на космодесант непохоже. И, опять справа заходит боевой коптер.
   Не задумываясь перевернулась на спину и открыла огонь по воздушной цели. Слышала как лязгает в отдалении противотанковое ружьё и ещё какой-то знакомый звук вплёлся... но всё заглушил голос крупнокалиберного пулемёта. Коптер отвернул, так и не атаковав оказавшуюся на голом склоне группу. Звуки боя прекратились совершенно.
   - В расселину уходим, - Дара показала налево, куда и поползла, сопровождаемая Славкой. Через считанные минуты они оказались под прикрытием ветвей слегка посечённой осколками группы деревьев. Осматриваясь и прячась пошли на восток.
   Через километр с небольшим их остановили
   Здесь, в густых зарослях, царил испуг. Живность куда-то попряталась, а под ноги постоянно попадались свежие ветки -- свинцовая метель прогулялась по кронам деревьев. Зато ожил инфракрасный канал:
   - Серая, я Стебель, доверни на полвторого.
   - Поняла, исполняю, - Дара приняла правее, и вскоре оказалась в ровчике, накрытом древесными стволами.
   От приглашения присесть учтиво отказалась -- прилегла на бочок и получила прямо под нос котелок разварившихся липких макарон, пропитанных каким-то тяжеловесным жиром.
   - Стебелёк сказала, что ты Серая. Так тебя твоя группа прикрытия разыскивает. Они западнее, но подойти пока не могут -- неприятель контролирует долину и по всему движущемуся открывает огонь, - сообщил главный тут мужчина в пятнистом комбинезоне. Вроде как, маскхалат на голое тело. - Чего они так упираются, - добавил он недоуменно, - ведь прошли уже до Ново-Плесецка вдоль берега океана и, говорят, начали на аэродроме принимать челноки с орбиты.
   - Заход на посадку находится как раз над этими местами. Опасаются, что мы их транспорты начнём сбивать, - рассудил другой дядька, заканчивающий набивать патронами автоматный рожок. - С другой стороны, если у них задача -- подавить сопротивление, то вот и будут они нас давить. Слышь, Серая, Колобок у нас нынче -- кум королю. Мы ему позицию срубили -- закачаешься. Лёгким оружием не пронять. Только надо дать ему вздремнуть хотя бы часок, а то он, как коптер не сбил -- одним матом стал разговаривать. Нервничает человек, в отдыхе нуждается. Подменишь парня? Я провожу.
   "Партизанщина...", - не додумав до конца эту мысль, Дара поднялась на ноги и пошла за проводником. Славка привычно сопел сзади. Пока добрались -- и нога разошлась. Всё ложками да ложбинками, а то и овражком. Потом вползли в нору и метров через десяток оказались в срубе, закопанном, будто колодец. Впрочем, был тут и бревенчатый потолок, сквозь неплотности в котором время от времени на головы сыпалась земля. Узкая горизонтальная щель давала обзор на две стороны, так что половина горизонта попадала в поле зрения.
   Бывший курсант, а ныне некровный родственник монарха, что-то разглядывал в большой бинокль самого антикварного вида. Разумеется, никто и не подумал его отвлекать. Дара просунула в бойницу ствол винтовки и прилипла к окуляру прицела.
   - Что видишь, курсант? - спросила она через минуту.
   - Стереотруба. Рога у неё широко.
   - Ага. И лазерный дальномер работает, - более совершенное прицельное приспособление штатива-винтовки сразу обнаружило то, чего не видно в оптику. - Думаю артиллерийский корректировщик нас срисовывает. Давно он здесь?
   - Минут десять. Но сначала крутил своими гляделками в разные стороны, а теперь упёрся в меня и будто гипнотизирует.
   - Сваливать надо с этой позиции. Сейчас накроют нас средним калибром, - и, повернувшись к провожатому: - Старшому скажи, чтобы уводил людей. Перемесят тут всё.
   - Ага, - мужик мигом исчез в проходе.
  
  
   ***
  
  
   - Кажись, никого не забыли, - старшой только что оглядел сгрудившихся на полянке бойцов.
   - Убитых не вынесли, - раздался голос справа.
   - Они нас простят, - нахмурился командир и повернулся туда, откуда только что вывел людей. На оставленной позиции рвались снаряды. - Одинцов, выставляй заслон. Задача, обстрелять преследователей издалека и быстро отойти. Остальные -- пошли. Окопаемся после Шестакова озера.
  
  
   ***
  
  
   Первый день войны выдался трудным и безумно длинным. Дохромав до озера, Дара чувствовала себя выжатым лимоном -- сморщенным и пустым. Кроме того, из-за раненой задницы она не могла толком копать и теперь чувствовала себя неудобно, глядя как другие работают. Да ещё и покрикивая на уставших не меньше её мужиков насчёт того, куда откидывать и как складывать вынутый грунт -- в отношении маскировки у снайперов вообще очень строго.
   Тихая ночь, насторожённая и недобрая, пахла гарью и не звала побегать. Всё вокруг смолкло и не выражало никаких чувств. Откуда-то слева с запада донеслось короткое покашливание станкового гранатомёта, и всё стихло.
   - Да не звени ты так, копай тише, - донёсся сдавленный шёпот Славки, - не видишь, закемарил детёныш.
   "Про кого это они?", - подумала Дара и смежила веки.
  
  
   ***
  
  
   Те, кто во время сна неспособен реагировать на происходящие вокруг события, на Прерии выживают только в городах или, если ночуют в крепких жилищах. Что-то нехорошее, приближающееся со стороны океана, Дара почуяла тем самым чувством, что пробудилось в ней недавно. Прильнула к прицелу, и направила винтовку в сторону невидимой угрозы -- странная картинка предстала её взору в инфракрасных лучах -- огибая вершины деревьев летела люстра о шести бледных плафонах.
   Беспилотник. Дрон. Прицелилась, взяла поправки и свалила его.
   - Нас засекли, в укрытие! - и, уже скатившись вниз по склону оврага: - Сейчас накроют!
   Сверху земля вскипела от ударов и на головы посыпались комья, но было не до этих мелочей - едва успели завернуть за поворот прорытого ручьем оврага, как в спину ударила взрывная волна, а противоположный край обрыва вскипел от попадания осколков. Дальнейшее бегство превратилось в кошмарное состязание с бездушной автоматикой, вытягивающее все жилы - едва они пробегали следующий поворот, как за спиной ложилась очередная мина. И ведь специально в них никто не стрелял, программа наведения просто отрабатывала возможные укрытия беспокоящим огнем.
   Легкие горели, ноги наливались свинцовой тяжестью и стало ясно, что эту гонку им не выиграть, когда Дару резко дернули в сторону и, как пробку в бутылку, воткнули в узкую нору,
   - "Хорошо что у меня как у кошки - самая широкая часть тела, это голова", - успелось подуматься, пока её, ухватив за кисти рук, тащили вниз под уклон на животе, одновременно весьма фривольно пихая в довольно интимное место.
   Впрочем, завершить эту спасательную операцию до конца не успели, сзади послышался знакомый хлопок и по ягодицам и бедрам хлестнуло множеством тупых толчков. Отстранено подумалось: "если раз по какому месту достанется, жди что снова по больному прилетит". Но боли не почувствовала, видимо это была просто земля, да и не до того сейчас - подхватив подмышки её без всякой нежности вздернули на ноги, облапили, и толчком направили дальше похожим на кишку лазом. Сзади кто-то видно сунулся во входное отверстие, раздалась энергичная тирада в которой единственным цензурным словом было "завалило" и её, непочтительно толкнув снова в раненое место головой, матерно попросили ускорить свои поползновения.
   Дальнейшие события этой ночи слились в бесконечную череду стоп кадров, в которых она, подталкиваемая с разных сторон, металась из одного укрытия в другое, шарахаясь от вспыхивающих в темноте то там то здесь разрывов. На самом деле это был не массированный налёт -- продолжался всё тот же "беспокоящий" огонь, но сознание этого уже не воспринимало. Следующее "включение" произошло во время короткой передышки - ей сунули в руки флягу с невообразимо вкусной водой.
   - Совсем не такая война, как пишут в книжках, - посетовал совершенно незнакомый ей хриплый голос и добавил, - оставь и мне чуток.
   Славка, сидящий, рядом на дне расщелины, где они остановились передохнуть, только облизал сухие губы - ноктивизор особо подчеркнул какие они горячие.
   - Пушки современных самоходок попадают на дистанциях до двадцати километров. Основная задача остальных подразделений армии -- дать целеуказание. То есть -- обнаружить противника и навести на него удар артиллерии. Хорошо ещё, что боевых коптеров в небе не видно. Вот от кого не было бы нам житья, - Даре по-прежнему больно сидеть, и она прилегла.
   - И что, мы никак не можем укусить противника? - озадаченно протянул старшой.
   - Пока самый эффективный приём -- как можно быстрее понять, что нас обнаружили, и уйти из-под артналёта. Но это -- дело случая. Два раза уже повезло. Однако, нанесённый врагу урон -- просто потраченный им впустую боезапас. Даже остановиться, чтобы просто передохнуть, мы можем только днём, потому что ночью нас выдаёт тепловое излучение тел. Его обнаруживают с орбиты, а потом для уточнения посылают беспилотник -- так было в последний раз, - Дара встала. - Надо двигаться, меняя направление. И уходить туда, где гуще лес и причудливей рельеф, иначе снарядами забросают.
   Всё-таки остальные люди не настолько, как она знают современные военные реалии. Поэтому никто и не подумал возражать. Но сил встать и пойти ни у кого не нашлось.
   Или наоборот? Даре показалось, что от неё все как-то отдалились, даже звуки, усиленные аппаратурой стрелкового комплекса, стали звучать будто сквозь вату. Кто-то буркнул: "Вот черт, уплыла ведь девчонка!", потом: "У кого в аптечке осталось противошоковое, обезболивающее? Хоть что-то?!"
   Дара попыталась сказать, что у неё, но губы, кажется, только пошевелились. А потом просто стало темно и спокойно.
  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"