Хоуп Алекс: другие произведения.

Беглянка. Часть 1 (в написании)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:

   "БЕГЛЯНКА"
  
  
   Глава первая. Кайса. "На ушедшие поезда билеты не продаются".
  
   История нашего Рода всегда тесно переплеталась с историей нашей планеты. Даже когда появились путешественники, из космоса, которые называли себя чудным словом: "Первопроходцы-Предтечи". Оно всегда вызывало у меня гнев, ну какие они первопроходцы? Ведь планета, когда они на неё приземлились была не просто обжита аборигенами, а довольно долго существовала в реестре открытых планет с разумной жизнью. Но они словно и не заметили этого. Нет, в начале войн не было, но нас стали потихоньку вытеснять, постепенно подменяя наши верования и устои на свои. Как ни странно, но им это удалось, а мы, те кто были безусловной, необходимой составляющей нашей земли, с течением времени оказались почти вне закона, их закона.
   Это произошло не сразу, а тогда, на уроках мне часто, бывало, невтерпёж слушать прописные истины. Ведь и так понятно, мы были всегда и так же вечны в мире, как горы, что окружали наш лес. Да и сам лес, полный загадок и всегда готовый прийти на помощь, если знать, как просить, и не нарушать его законы, тоже был наш. Милое детство с его уверенностью в собственной ценности и неуязвимости. Только повзрослев, я стала часто вспоминать одну сценку в лесу, и думать, что наверняка мне её не просто так показали. Ведь лес не любил вмешательства в свои дела. Может, так он хотел предостеречь меня или, наоборот, подготовить к будущему? Но даже теперь, по прошествии лет, каждый раз это воспоминание заставляет вновь сжиматься сердце, от несправедливости происшедшего. И вместе с тем, уверенности, что оказаться в нужный момент в нужном месте - это и есть то, что многие именуют судьбой.
   Из-под коряги, где было их логово, первый раз на свет вышел маленький котёнок. Его братишки и сестрёнки еще пугливо жались в сумерках безопасности. А этот вышел, огляделся, гордый собой и своей смелостью, хоть гордо задранный хвостишко, напоминавший короткую морковку, немного подрагивал. Но он уверен в себе, и в том, что этот солнечный и такой интересный мир, будет добр к нему. Уверенность и гордость продержались минуты две. А потом на малыша спикировала крупная хищная птица. А на птицу - я! И пусть я помнила, что вмешиваться в лесные дела нельзя, но погибнуть, или потерять уверенность в том, что тебя ждут в этом мире, котёнку я не дала. Может, заодно, и себе. Дар жил со мной долго, а когда ушёл за радугу, я оплакивала лесного кота, как лучшего друга. Единственный дар моего мира маленькой девочке, для её уверенности в собственном могуществе. В том, что она рождена для доброты и любви.
   Мысленно листаю рукописные книги Рода, "Мудрые женщины", хранительницы своих Кланов, "Богини", которым поклонялись и которых вопрошали, не смотря на то, что ответ, зачастую, оплачивался не золотом, а жизнью вопрошающего, или его близких. Всё это было, но задолго до моего рождения. "Проклятые ведьмы", это уже позже, когда наши знания стали злом, поскольку давали уверенность, а уверенные в завтрашнем дне люди не поддаются панике и не спешат выполнять приказы. Это всё о нас. Как и то, что всегда найдутся те, кто посчитает, что если ведьм сжечь, то с ними исчезнут и знания. Так на моей земле на несколько веков запылают костры, и нас станет совсем мало. Оставшиеся примут решение рассеяться по свету, и не встречаться, надеясь сохранить своих дочерей, робкие побеги некогда огромного древа.
   К тому времени, когда я стала превращаться из угловатого подростка в девушку, мама сумела обустроить нашу жизнь в безопасности и покое. Я всегда знала, что не такая, как подруги. Как и то, что, если хочу такого в дальнейшем, надо просто молчать и внимательно следить за собой и своим даром. С мамой мы были близки не просто как мать и дочь, мы были подругами души друг для друга, и она не переставала меня учить нашему Ремеслу, стараясь успеть передать как можно больше. Но это я поняла, увы, значительно позже. После смерти моего отца, которого я помнила очень смутно, мама предпочла уехать из города в небольшой пригородный коттедж, стоявший словно на границе между шумным городом и тишиной огромного леса, что расстилался за ним. Другие родственники предпочитали городскую жизнь, и на этот домик желающих не нашлось. Мы же, наслаждались близостью природы и отсутствием близких соседей. Но жизни без изменений не бывает, независимо от того, хороши они или несут беду. "И это пройдет", гравировка на кольце древнего мудрого царя, о котором часто рассказывала мне мама, всегда приводила меня в уныние, хотя она считала иначе.
   Так, совершенно неожиданно, в соседний давно заброшенный дом, въехал молодой человек. И тут же пришёл знакомиться. Недаром говорят, что первое впечатление всегда правильное. Оно идёт от сердца, это потом уже включается разум и, зачастую, побеждает. Так и его внимание к нам с мамой, мне совсем не польстило, а скорее насторожило. В дальнейшем я умело, как мне казалось, старалась свести общение к минимуму, но он оказался умнее. Видя, что ни вода из далёкого родника, ни корзина отборных грибов на крылечке, меня не привлекают, однажды он пришёл за помощью, сильно поранив руку. Мама, на мою беду, ушла к дальней соседке, именно тогда, почему-то не взяв меня с собой, и я была одна. Отказать в помощи, согласно законам нашего Ремесла, было невозможно, кровь заливала руку. Испугавшись, я поторопилась залечить так, как не должна была. Просто взяв в свои руки и прошептав заклинание. Сосед, вместо благодарности, посмотрел каким-то долгим взглядом и ушёл.
   Когда вернулась мама, я ей всё рассказала и вдруг, прямо на глазах, она постарела. Я испуганно смотрела на то, о чём раньше только читала. У женщин нашего Рода нет понятия "возраст", просто каждой, с рождения даётся определённое количество сил, которые она и расходует. То, что люди называют "старостью", мы называем "усталостью от жизни", при том, что она может наступить и достаточно рано. Исчерпает себя женщина, помогая близким или не сумеет пережить потрясение, вот и увянет, как цветок. Срезала её Богиня Судьба своим серпом, и хоть продержится она ещё немного, но, как цветок в вазе, уже не жилец этого Мира, так и она, вскоре угаснет, на прощанье порадовав мир своей красотой и благоуханием. Я потрясенно смотрела на маму. Нет, она не изменилась, лицо всё так же было молодо и королевская осанка при ней, но изменились глаза. Из юных, задорных и смеющихся они стали мудрыми и печальными. Словно она увидела будущее, и оно оказалось не настолько интересным, чтобы продолжать жить. Мне стало страшно. Вечером Коста пришёл уже к маме и попросил разрешения ухаживать за мной. Мама, даже не взглянув на меня, молча кивнула и надолго ушла в лес, оставив нас вдвоём.
   Потекли странные дни. Коста не спешил, приручая меня очень медленно, как пугливого зверька. Не протягивал рук и не повышал голоса. Интересовался делами, и восхищался каждым распустившимся цветком на нашей клумбе-часах. Оберегал и защищал от всего. Одна я уже больше нигде не была. Когда мы ходили гулять, и я уставала, он мог нести меня на руках всю обратную дорогу. И я видела, ему это было в удовольствие, и совсем не тяжело. Он был сильным и заботливым, умным и красивым. Я поверила ему и доверилась. Он стал моей первой любовью.
   Вскоре приехал его отец, познакомился со мной, долго говорил с мамой. И она согласилась, что бы я вышла за Косту замуж. Меня увезли почти сразу. Свадьба была скорой, служанки восхищались платьем и причёской, говорили, что я красавица. Но мне уже всё становилось не в радость. Я чувствовала, как меня словно затягивает в омут, и уже поздно пытаться выплыть. Когда я уезжала, мама отказалась ехать со мной. Она вообще, как-то отдалилась и словно заледенела. Сказала, что на время уедет к подруге, и что потом мы встретимся и обязательно поговорим. Конечно, я пыталась понять, что с моей мамой, но Коста или его отец были всегда рядом, а я была влюблена. Уже перед самой свадьбой, когда я ожидала своего выхода, отец Косты, который и вел меня к жениху, тихо сказал, что наш коттедж сгорел, мама погибла, а всю другую недвижимость мама отдала родственникам, притом уже очень давно. Так что теперь я полностью принадлежу их семье. Мой ужас и массу вопросов заглушили праздничные трубы и словно запечатали мне губы. Так я и шла к алтарю, с гордо выпрямленной спиной, ослепительной улыбкой и глазами, полными слёз, и которым не суждено было пролиться и облегчить мне боль. Она затаилась внутри меня. Я так никого ни о чём и не спросила. Коста казался влюбленным, я старалась быть хорошей женой и только по ночам, когда он засыпал, подолгу смотрела на ночное, звёздное небо, гадая, какой звездой стала душа моей мамы.
   Забеременела я быстро, хоть врач семьи и был недоволен, что я слишком молодая. Меня почти не выпускали из комнаты, берегли, как утверждали все вокруг. Но я, как-то быстро внутренне повзрослев от известия о гибели мамы, уже смотрела на окружавший меня мир без наивной уверенности котёнка. И флер влюбленности осыпался к моим ногам увядшими лепестками свадебного венка, что некогда венчал голову глупой, наивной девочки, верящей в то, что она любима. Теперь я видела многое вокруг, и прекрасно понимала, что не я была важна, а мой ребенок, это именно его охраняли и служанки в комнате и охрана за дверями. Потом были затянувшиеся, тяжёлые роды, когда моя душа пыталась уйти, улететь от нескончаемой пытки тела. Я словно видела всё со стороны и даже слышала разговор врача и свёкра, о том, что он сможет спасти только одну жизнь, и уверенное решение отца моего мужа: "спасайте ребёнка, мне нужен только он!". А ещё я нигде не видела Косту, своего мужа и любовь. Помню, как снова вернулась в тело, боль и крик младенца, радостное "мальчик"! А потом я умерла.
   Я пришла в себя в кромешной темноте. Было холодно и одежда сильно давила, словно была из железа. Подняв руку, я наткнулась на гладкий камень. Мозг ещё не полностью осознал ужас погребения заживо, и я просто попыталась сдвинуть плиту. Как ни странно, мне это удалось, над головой всё шире становилась полоска света и вскоре я уже сидела, в собственном гробу, как в кровати, кутаясь в роскошные погребальные одежды. Семейный склеп состоял из ниш, в которых и находились последние прибежища усопших. Наверное, мой поставят в следующую, вот только куда деть меня, живую?
   - Значит, ты действительно, ведьма! - услышала я голос и повернув голову, увидела свёкра.
   - Как мой ребёнок? - тихо спросила я, понимая, что в воскресших мне осталось быть недолго.
   - Это мальчик, мой внук! Он абсолютно здоров и, наконец, давно задуманное свершилось. И именно в нашем Роду! Наследник будет нести гены ведьмы, сможет предвидеть интриги и предсказывать исход битв. Мы никогда не станем зависимы от чувств и не будем искать любовь, всё свершилось! - свёкр торопливо вылил поток информации и настороженно уставился на меня.
   Он выглядел счастливым и немного сумасшедшим в своём триумфе. Я молча ждала развития событий. Мысленно проверяя себя и удивляясь, что вообще-то полностью здорова, это ж сколько я тут лежу?
   - Чем ты мне всегда нравилась, так это умением молчать, - хмыкнул он, - даже о муже не спросишь?
   - Но ведь он меня забыл, - горько откликнулась я, чувствуя, что жива только внешне, внутри всё было прочно скованно льдом. Видимо у меня иссякли жизненные силы, те, что были даны от рождения - Влюблённость в любовь не переродилась, - добавила я, видя растерянность свёкра.
   - А ты не молода для подобных выводов? - свёкр казался удивленным.
   - Молодость и глупость не всегда синонимы, - отозвалась я, - на моём надгробье нет цветов, ни живых, ни подвядших. Но раз вы здесь, то и он мог приходить, но не пришёл.
   Свёкр смутился:
   - Видишь ли, наш Род не менее древен, чем твой. Только мы прилетели на твою землю. А вы на ней жили. С нашим прилётом ваш мир стал меняться. Двум силам вместе не ужиться. Я долго думал и придумал, что надо объединить Рода, а не истреблять вас. Но так, чтобы ведьма этого не знала, что бы ребёнок от любви родился. Мальчик, обязательно! Что бы здоровым был и жил долго. Вас, мудрых женщин, а по-нашему, ведьм, осталось мало. Пока тебя нашли, много времени потеряли, да и твоя мать была из неуступчивых. Ладно, теперь это всё в прошлом, в итоге всё получилось. Не думай про Косту плохо, он действительно был увлечён тобой. Пожалуй, ты и есть его первая любовь, раз он так убивался и печалился, будто и не мой сын. Я его к жене отправил, она хоть и не ведьма, но цепкая, найдёт, чем утешить.
   Я, растерянно, смотрела на свёкра. Коста женат? Значит, мой брак - это фикция. Вот только мамы больше нет. Я первый раз оказалась совершенно одна в мире, которому не нужна. Как свёкр легко признался, что она погибла от их рук. Ничего не боится, наверное, ещё поговорим, он и со мной расправится. От этой мысли стало тревожно, но пока я не видела выхода. А Коста, любовь моя первая. Как же ты мог со мной так, за что? Неужели можно любить двоих, одновременно? Нет, конечно. А вот обманывать, легко! Почему же мама меня не предупредила? Ведь она не могла не узнать Предтеч, так они называли себя, те, кто прилетел на нашу землю и стал наводить свои порядки, считая себя первооткрывателями дикого мира. Видимо потому и не сказала, что знала и как птица уводила охотника от гнезда, что бы я могла выжить и жить. Только вот зачем, мама?
   - Внук от такой, как ты, нужен не ему, а мне, - вещал, между тем, свёкр, - Хоть и неприятно мне такое о сыне говорить, но он слабоват. Внука выращу сам, на него наш Род оставлю. О том, кто родил мальчика никто не узнает. Жена Косты помалкивать будет, ей положение важнее, на похождения мужа давно сквозь пальцы смотрит.
   - Тогда почему вы не дали мне умереть? - задала я резонный вопрос.
   - Должок у меня перед твоим родом, - глухо, словно выталкивая из себя слова, ответил мужчина, - а главное, перед Кайиссой, за свою жизнь. А раз внук родился, пришло время рассчитаться. Вставай, пошли!
   Я словно оцепенела, он назвал маму по имени, под ним она была известна, ещё когда мы не скрывались. Значит, и он её знал раньше, и она его, потому и не предупредила, и не увезла она меня, понимала, всё равно найдут, раз уже след взяли. Медленно, послушно поднимаюсь, сбросив с плеч богатые шали и погребальное платье. Выскользнув из каменного плена, я оказалась босой и в белой холщовой нижней рубашке, до колен. Эта рубашка была из моего сундука с приданным. Я сама и сшила и черными нитками расшивала, когда ещё девочкой была, это традиция моего Рода, мы словно поле будущей жизни своей расшиваем разноцветными нитями. Я успела только черным контуры нанести, дальше надо было цвета пускать, да я рукой махнула, а мама, может забыла или наоборот, не хотела, чтобы я вспомнила. Кто теперь узнает. Надо же, нашли, и использовали. Свёкр скептически окинул меня взглядом:
   - Что, бабочка, не нужны одёжки моего Рода, сбрасываешь?
   - Была бы жива, нужны были бы, а теперь я сама по себе, - прикусила я дрогнувшие губы.
   - Гордыня ведьмовская? - он брезгливо окинул меня взглядом.
   - Достоинство женское! - отозвалась я и выпрямилась в свой небольшой рост, перебросив косу на плечо, как единственную свою защиту.
   Он, неожиданно, стушевался, опустил плечи и зашагал в темноту. Мы шли довольно долго, а потом ещё и спускались в какую-то шахту. Зато, когда вышли на свет, я ахнула:
   - Звездный корабль!
   - Звездолёт! - довольно кивнул свёкр, - одна из последних моделей. Жизнь за жизнь. Как и договорился с твоими, когда ведьма Кайисса Огнейя меня спасла. Красивая, гордая была, совсем как ты, сейчас. Только тогда молодой я был, сам ничего не решал, отец правил. Зато теперь, вот, - он говорил сбивчиво, торопясь и оправдать себя перед собой и простить, и не выглядеть негодяем, ломающим чужие жизни себе в угоду.
   Я внутренне дивилась, как это у него выходит, хотя чувствовала, ему было нелегко, да и годы брали своё, но теперь свёкру было, для чего жить. Вернее, для кого. И он ликовал в душе. Наверное, мне действительно лучше так, в неизвестность, но живой, чем оказаться игрушкой у влюбленного и подлого наследника Рода, да ещё и при жене. Или, обратно в гроб, если заартачусь. Выбор у меня есть.
   - На корабле всё, что потребуется, на первое время. Там и карты, и навигация. Сейчас войдёшь, там всё само сработает, автопилот настроен на нужную планету. Как долетишь, или корабль продашь, или ещё как. Решай сама, а сюда не возвращайся и сына не ищи. Ты для всех умерла, помни! И воскреснуть я тебе не дам, - уже с угрозой проговорил свёкр, явно встревоженный моим молчанием. Недаром же он заговорил о маме и назвал её по имени, значит видел, на что была способна Кайисса Огнейя, а ведь меня тоже зовут Кайса.
   - Как корабль зовут? - разбила я вопросом повисшее молчание.
   - Звали "Изгой", а ты как хочешь, назови. Только скажи, я быстро в документы забью, что бы на подлёте проблем не было, - проговорил свёкр, облегчённо вздохнув.
   Я подошла, положила руку на поблёскивающую обшивку, погладила. Посмотрела на себя, на подол рубашки, на грязные, босые ноги.
   - Назови его "Беглянка", - попросила я.
   - В смысле, убегаешь отсюда? - недобро хмыкнул он.
   - Бежать можно не только от кого-то, но и навстречу. Например, навстречу Судьбе, - громко сказала я, и поднялась на корабль, по спустившемуся, небольшому трапу. Я не оглянулась, и даже когда за мной захлопнулась дверь или как она тут называется, мне удалось сдержать слёзы самого обыкновенного страха. Я пробежала в открывшийся отсек, села в кресло и присягнувшись, хрипло скомандовала:
   - Кораблю - взлёт!
   Наверное, свёкр считал, что делает благое дело. Спасает жизнь девчонке, вот так, как кутёнка в воду, бросив её в космос. Даже не спросив, умеет ли она хоть что-то. Я не умела, но воспоминания других, тех, кто жил задолго до меня, сейчас пришли мне на помощь. А это могло значить только одно, я осталась единственной ведьмой, последней, что покидает Мир, когда-то созданный для нас.
   "Предтечи" и их потомки, так и не поняли главного. Мы, ведьмы, были его основой, а теперь, без нас, он обречён. Свекр был прав, женщины нашего Рода передавали знания через кровь, но только девочкам, дочерям. В жилах сына будет течь кровь отца. Благослови Боги моего мальчика, пусть будет счастливым. Я знаю, сын станет умелым воином, в деда, и хитрым политиком, в Косту, но не более. Жаль, что умные и сильные воины не приняли Мир, который открыли, с любовью и благодарностью, а решили уподобиться Богам и изменить его. Но они сами выбрали свою судьбу.
   Я отдала команду и гордо выпрямилась в кресле, ожидая исполнения. Странно, но ничего не произошло.
   Так началась моя история.
  
  
   Глава вторая. Тиронэль. "Одно из двух, чего желаешь?"
  
   Тиронэль, насильно выдернутый из транса, в который погрузил себя, Боги знают когда, вздрогнул от боли, заломившей виски. Она так скрутила, что парень не сдержался и выругался сквозь зубы, особенно, когда понял, что надежды не сбылись, и снова ничего не произошло. Каждый раз, погружая себя в транс всё глубже, он надеялся из него не выйти, затеряться в глубинах сознания и слиться наконец, со Вселенной. Стать еще одной искрой, взлетевшей ввысь от костра вечности, погаснуть и никогда не возрождаться пробуждением, чтобы вновь, раз за разом не проживать приход воспоминаний и осознания того, что он остался один, навсегда. Это стало почти удаваться и в этот, затяжной транс. Рон собирался, как в последний. А тут такое. Он недовольно повёл головой, потом потряс ею, пытаясь заставить мозг работать. Потёр занывшую шею, и вскочив на ноги сдавленно охнул, вместе с возвращением реальности пришла и мышечная боль затёкшего от долгого сидения, тела. Пришлось срочно разминаться, попутно активируя все экраны. Сцепив зубы, парень пытался понять, что же его выдернуло и кому сказать "спасибо", за сорванный переход в вечность.
   Их племя было немногочисленно, и тщательно берегло свою тайну, уходя глубже в лес, едва пограничники замечали чужаков. Но и его Роду требовалась новая кровь, чтобы не потерять то, чем их наградили Боги. Так отец, женился на маме, украв девушку из каких-то далёких земель, под странным названием Космопорт. Подросший Тиронэль не раз слышал, как он кричал маме, что жалеет об этом. Слишком странными и зачастую, неуместными оказались её умения и знания. Именно от неё сын унаследовал желание не скрываться в лесах, а выйти на простор и осмотреться. Так, ребёнком, он объяснял отцу, почему пограничники всё время ловят его на выходе из "их" леса. Он помнил участившиеся скандалы родителей, когда отец кричал на мать, что она погубит их Род, если не подчиниться вековым правилам выживания. А мама хотела на простор полей и под шатёр звёздного неба.
   Однажды она пропала, отец сказал, что мама ушла к своим. Но мальчик, как все эмпаты, был настроен на частоту истины и по боли, сковавшей сердце, понял, что мамы больше нет. Пустоту, образовавшуюся в душе, он, как послушный сын и продолжатель Рода, заполнил воинской дисциплиной и науками. И то, и другое ему очень пригодилось, когда он сбежал из леса и добрался до Школы, где обучали летать на Звёздных кораблях. Мама давно всё очень подробно ему объяснила, рассказывая, как он окончит эту школу, и они вместе улетят и будут нестись на огромном корабле между звёзд. Это была его любимая сказка, и мама часто рассказывала её, всё больше приукрашая. Корабль будет таким большим, что одна из палуб будет полностью застеклена и там можно будет танцевать: "мы будем танцевать с тобой среди звёзд, ты услышишь, как поют планеты, а корабль будет плыть в темном Космосе и нести нас к будущему, прекрасному, как сказка". Иногда во сне он ещё слышал мамин голос и улыбался, сначала счастливо и доверчиво, а с годами всё более скептически. Но даже во сне старался, что бы мама не видела его грусти, где бы её Душа сейчас не обитала.
   Рассказывая о будущем, она о многом его не предупредила, ни о бедах, ни о разочаровании в друзьях, ни о том, что он хоть и Принц, но только в своём Лесу, границы которого, как и его покой и безопасность, оберегают пограничники. Стоило Рону попасть в большой, столь любимый мамой, мир, как там он оказался не принцем, а чуть ли ни дикарём из леса. И только то, что в школу брали за способности, коих у него было в избытке, не растоптало его тогда. Пусть его Род был одной из ветвей рода эльфов, но видно самой маленькой и забытой, так что многому пришлось учиться почти заново. Но он искренне считал, что вот, выучится, вернётся и отец примет его взгляд на изменившийся мир. Ведь он, его сын и наследник Рода, и что значат недопонимание между родными по сравнению с узами крови, сердца и тайны их Рода. Он, Принц Тиронэль, сумеет объяснить всё это отцу и тот не только простит его побег, но и разрешит общение с теми, кто живёт на границе леса. Разрешит детям их Рода выбирать себе жизнь. И если не всё, то многое изменится, как и хотела мама, и это примирит её Душу и Душу отца, когда они встретятся там, где поют звёзды. Дети Рода станут возвращаться в Лес, после обучения и приносить с собой знания и полезные связи. Их род обретёт былую силу и мощь и он, Тиронэль, когда придёт время сменить отца, станет во главе не кучки дикарей, а значимого и известного на планете Рода.
   Эти воспоминания Рон любил, хотя жизнь прошлым осуждалась в религии его Рода, парень не мог и не хотел закрыть дверь в воспоминания, теперь, когда он был полностью уверен в том, что будущего у него нет, а нынешний день надо просто пережить. Жаль, что отец поздно вмешался в его воспитание, и не отдал его няням, которые наверняка рассказывали бы нужные сказки, а не мамины мечты. Воспоминания снова нахлынули и Рон, ссутулившись, попытался их прогнать, но память была не лентой в кинозале, куда их водили в бытность эльфа кадетом-пилотом, и кадры из неё было не вырезать. Будь его воля, эту часть своей жизни он бы похоронил навсегда, но это было невозможно. Парень, сжав зубы, вспоминал, как вернулся во владения своего Рода, в новенькой форме. С дипломом и контрактом в кармане. Специально не подписал, хотел порвать на глазах отца. Доказав, что дела Рода для него важнее. Только, доказывать, оказалось, некому.
   Рон помнил, как непонимающе смотрел на открывшуюся картину странной пустоши, что уже затягивалась тонкими прутиками деревьев и порослью дикой малины, которая так любит селится на вырубках. Его родной лес, словно на миг поднял занавес над происшедшим здесь, согласившись с его правом знать, и эльф видел то, что отказывался принимать разум. Никого не осталось, ни домов, ни людей. Взглядом охотника, выросшего в лесу, Рон без труда считывал происшедшее, тут, где совсем недавно жил его род, пусть и малочисленный, но отчаянный в своём желании выжить. Всё их наследие базировалось на вере отца, в законы предков и то, что главное, ничего не менять. Рон горько усмехнулся. Отец, видимо до последнего, был уверен в том, что его воины смогут противостоять своим древним оружием тому, что существует теперь.
   Принц эльфов, прекрасно обученный лучшими воинами их Рода и учителями Школы пилотов, видел, тут была не битва, не на жизнь, а на смерть, тут была просто бойня. Притом, кто-то явно потрудился скрыть и её, и последствия. Не было ни остовов домов, ни кладбища. Только пограничный ров засыпан и тщательно сровнён с остальной землёй, став навеки братской могилой его Роду. То, что тут было раньше, осталось только в памяти Рона. Лес, словно сжалившись, опустил незримый занавес, и шумом ветвей налетевшего ветра дал знать Рону, что ему пора уходить. Теперь незримое кладбище, это тайна леса, и живым здесь не место.
   Бывший принц угрюмо кивнул. Неискупимая вина сковала сердце, выморозила душу. Зачем ему все его знания и умения, если в трудный час, когда он был нужен своему Роду, его не было с ними. И теперь он проклят отцом за побег, и обречен на вечное одиночество. Рон вскинул голову и заставил себя распрямить плечи. Пока он не нашёл убийц своего рода, он не имеет право на скорбь. Потом, найдя их и покарав, он окончательно потеряет себя, поскольку порвётся последняя нить, связывающая его с домом.
   Тогда Рон вернулся в город, чтобы найти и отомстить. Завербоваться в наёмники с его дипломом было не трудно, но прошли годы прежде чем юный эльф стал своим в их среде и при нем перестали смолкать разговоры тех, кто случайно встречался в кабаках, на дальних планетах. Помогли время и заработанные оружием деньги, а главное, слава пилота, который может вести корабль с закрытыми глазами и не бросает своих, спасая собственную шкуру.
   Рон передернул плечами, этот кусок воспоминаний тоже был неприятен. Парень узнал, что его мама была невестой молодого военного и летела к нему, на свою свадьбу. Пережив удар судьбы, мамин жених не махнул рукой, а пошёл проторенным путём, став наёмником. Заработав денег, собрал отряд и приехал освободить невесту. Узнав о её смерти, он просто убил отца Рона, похитителя и убийцу своей невесты. А потом не смог или не захотел останавливать свой отряд. Рон не переставал думать о том, что сам на его месте, поступил так же. Бумеранг вернулся, а он, Рон, его осколок. Свершив месть и тем успокоив души тех, кто навсегда остался в лесу, Рон словно умер вместе с ними, душой. Но сам так и не решился перейти в другой мир, почему-то он был уверен, отец не будет рад ему.
   Поэтому он вернулся в Школу и снова заключив контракт, стал отрабатывать диплом. Вновь и вновь взлетая в звёздное небо, он мысленно говорил с мамой, надеясь, что её Душа всё же танцует между звёзд. За внешнюю без эмоциональность и механическое выполнение приказов, его прозвали "Киборг".
   Так, и будущий отец Косты, решил, что пилот не человек, а андройд и нанял его вместе с кораблём. Рон не стал его разубеждать, уверенный, чем дальше улетит, тем лучше. Долгие дни эльф просто ждал, когда время жизни закончится и Верховные призовут его к себе. Но вместо этого, неожиданно услышал возню у входного шлюза, разговоры. И то, что шлюз открылся и впустили кого-то, уже требовали его внимания. А потом вообще случилось невероятное - он явно услышал полузабытую команду: "Кораблю - взлёт!", произнесенную тонким, прерывающимся девичьим голосом, и полностью очнулся.
  
  
   Глава третья. Знакомство. "Если врёшь, будь краток."
  
   Убедившись, что тело стало вновь послушным и не подведёт, Рон еще раз посмотрел на экран, который показывал кресло пилота и босоногую девушку в нем, старающуюся поднять корабль голосовым приказом. Теоретически она всё делала правильно, но загвоздка была в нём, в Роне. Он давно отключил все автопилоты корабля, не считая нужным расходовать энергию, пока на планете. Парень медленно пошёл к залу управления, прикидывая, что может значить это явление и как ему себя вести. Войдя, он ещё раз убедился в том, что у народа, который он привёз на эту планету, проблемы с головой, иначе как объяснить то, что, не получив требуемого, девушка стала бить по пусковым панелям ладонью с криками: "да включитесь же, неужели так заржавели?"
   - С ними всё нормально, - подал он голос, - только вы не тому команду отдали.
   - А кому надо? - машинально отозвалась она и круто обернувшись так и застыла.
   - Мне, - честно ответил Рон.
   - А вы кто? - она задала вопрос таким обречённым голосом, что Рону стало не по себе.
   На него реагировали по-разному, мужчины заметив высокую, мускулистую фигуру, (что было не характерно для эльфийского рода, но очень удобно для профессии, которую выбрал эльф) напрягались и хмурясь, оценивали оружие. Женщины, в первую очередь, видевшие в нём красавчика-эльфа, стремились продолжить знакомство. Но эта девушка смотрела на него по -другому. Он не чувствовал ни её страха или заинтересованности, сейчас он был просто тем, что может заставить корабль взлететь, и всё.
   - Я - Киборг, - начал Рон знакомство со своей, уже давно ставшей привычной, клички.
   - Слава Богам за маленькие радости, - непонятно отозвалась она, - людей с меня уже хватит. Ты способен понимать со слов, или тебе нужны бумаги, чтобы прочесть и понять?
   Рон растерянно моргнул, так его еще не принижали. Хотелось брякнуть что-то типа "грамоте не обучен". Но не стал, просто протянул руку и взяв бумаги, быстро пробежал глазами, о чём пожалел почти сразу. В документе стояло новое название его корабля! И то, что теперь капитаном является эта девушка. Рон вскинул глаза и ещё раз осмотрел её. Хорошенькая, измученная правда, двигается скованно, словно внутри несёт боль и боится расплескать, знакомо. Но вот что аборигенке в звёздном корабле понадобилось? Покататься решила? Неожиданно его привлёк шум, на одном из экранов высветился отряд, не иначе, как местной военной элиты. Рон еле сдержался, чтобы не высказаться в слух и не подпортить свой имидж "киборга". Нет, ну это ни в какие ворота, прости меня, Великий Космос и Рогатый Лорд, покровитель воинов! С ружьями на звездолёт!
   - Если мы сейчас не взлетим, они ворвутся сюда, - как-то обречённо проговорила девушка.
   - Зачем? - Рон всё больше изумлялся происходящему
   - Что бы убить меня, - тихо пояснила она.
   - Почему? - он всё еще не мог взять в толк происходящее.
   Видимо девушка никогда раньше не сталкивалась с киборгами и решила, что он просто туповатая кукла.
   - Я ведьма, - пояснила терпеливо, опустив глаза.
   - Это понятно, - кивнул Рон, внутренне забавляясь.
   - Да нет же! - гневно проговорила аборигенка, - я действительно ведьма! - она сделала странное движение рукой и на маленькой ладошке расцвёл огненный цветок.
   С Рона мгновенно слетела маска "киборга", открытый огонь в рубке, хороши шуточки! Сейчас сработает сирена тревоги, а потом пойдет пена.
   - Туши! - крикнул он, бросаясь к пульту.
   - Ты сможешь поднять корабль? - недоверчиво спросила она.
   - А ты скомандуй! - буркнул Рон, торопливо набирая на клавиатуре отмену пожарных учений и чуть не присел, от силы голоса, властно произнесшего: "Киборг! Кораблю - взлёт!"
   Кайса медленно приходила в себя. Голова гудела, а вот телу было странно удобно. Повела глазами - ага, она в кресле, пристёгнута. Странные ощущения. Наверное, всё же удалось взлететь и оторваться от преследования. Хотя, откуда ей знать? О полётах лишь читала. Странный киборг, почему-то похожий на эльфа. В детстве у неё была книжка с картинками, там такой же красивый эльф играл на свирели и летал с цветка на цветок. Она поискала его глазами, ага, в соседнем кресле. Смотрит на неё.
   - Ты же правда, киборг, не человек? - спросила и даже самой неприятно стало, так жалобно прозвучал голос.
   - Правда, - кивнул Рон, уж человеком он точно не являлся.
   Рону было немного не ловко. Поднял корабль на автомате. Уж больно правильным голосом был отдан приказ. Напрочь забыл о девчонке. Потом, спохватившись, устроил её в кресле, обтер кровь с лица, что пошла от перегрузки. По документам он, как и корабль, теперь принадлежат ей. Конечно, от неё отделаться не проблема. Но вот только то, что она показала, могли лишь истинные ведьмы, а таких искали и брали в жены самые могущественные эльфийские Рода. Рон помнил, как их сказительница, долгими зимними вечерами рассказывала об этом. Как повезло тому или другому эльфу и какие силы получали от этого союза сыновья и дочери. Вот только полюбить ведьма должна была сама. Что ж, чтобы возродить свой род Принц Тиронэль готов на куда большие жертвы, чем просто побыть киборгом.
   Услышанное подтверждение явно обрадовало девушку, она слабо улыбнулась и устало откинула голову на кресло.
   - Я совсем не знаю киборгов, ты мне опасен или просто будешь здесь, за кораблём смотреть?
   Рон хмыкнул, сдержав смех, ответил серьёзно и как он понадеялся, с уважением:
   - У вас все документы на корабль и меня. Значит, вы моя хозяйка. Я не могу причинить вам вреда, напротив, я запрограммирован так, что на корабле отвечаю за него, а вне корабля за вас, - сказал и скосив глаза попытался понять, какое впечатление произвели его слова на дикарку-аборигенку, вроде бы всё, как в сказке. Пусть он не принц, а этакий джинн из лампы, но тоже не плохо. Тем более, готов служить и подчиняться. Разве не все женщины хотят этого?
   Кайса пристально посмотрела на парня и отвела глаза, чем-то он настораживал, но у неё есть время разобраться. Раз он киборг, то действительно ничего не сделает без её команды. А ей надо время чтобы немного отдохнуть и прийти в себя.
   - Так куда ты, простите, Вы, собрались лететь? - Рон задал вопрос просто чтобы поддержать разговор, сам внимательно смотрел на приборы и на то, что красные точки, обозначавшие местных воинов, собираются под ними в этакий муравейник.
   - Что будет потом, я ещё не знаю, - неожиданно заговорила девушка, - но я не могу улететь, не побывав дома. Мне надо проститься.
   - В смысле? А разве под нами не ваш дом? - Рон удивленно поднял глаза.
   - Я очень сильно ошиблась в выборе, - заговорила Кайса, скорее для себя, чем для странного собеседника.
   Но у неё так часто было, чтобы разобраться, девушке надо было проговорить проблему вслух. Раньше её слушала и помогала советом мама. Потом никто. И вот теперь этот непонятный "киборг". С которым зачем-то свела судьба,
   - И всё, что я не делала потом, было ошибочно. Понимаешь? Это как в лесу. Свернуть не на ту тропинку, вроде бы всё знакомо, а идёшь не туда!
   Рон растерянно кивнул, разумеется, он понимал. И ещё, почему-то совсем не хотелось слушать откровения этой, непонятной девушки, потому что каждое её слово заставляло ныть старый шрам, о котором эльф так хотел забыть.
   - Мне надо вернуться туда и снова начать свой путь. Но так, чтобы дорога действительно стала моей.
   - И для этого тебе понадобился звездолёт? Ножками не пробовала? - Рон сам не понял, как вырвались слова. Да ещё и так грубо.
   - Так было бы проще, - кивнула Кайса, - но Богине Судьбе захотелось поиграть, наверное, раз она сунула девочку-ведьму в летучий корабль, а в пилоты ей дала вздорного мальчишку. Который решил, что он, железный киборг.
   Рон опешил, осознав, что "вздорный мальчишка" это он. И ещё от того, что любая фраза, которую он собирался произнести в ответ, только подтвердит её слова.
   - Я могу поднять корабль. А потом мы спустимся в шлюпке, тогда будет не так заметно, - нехотя предложил он.
   - Я не очень хорошо понимаю, где мы и как далеко мой дом или то, что от него осталось. Но мне просто необходимо побыть там и так, чтобы нас не поймали. Ведь если я капитан, то я и за тебя отвечаю, ты же только пилот, так?
   Рон прищурился и искоса посмотрел на "капитана", однако девушка казалась погруженной в свои мысли и говорила скорее с собой, чем с ним.
   - В твоём доме одежда найдётся? Или хотя бы вода? - скрипуче ответил он, стараясь поддеть побольнее.
   - Не знаю, - Кайса окинула себя взглядом, - но думаю, ручей засыпать им в голову не пришло.
   Рон с трудом сдержал очередную грубость и попытался понять, что происходит. Ни здравый смысл. Ни, тем более, воспитание Принца не позволяли ему вести себя таким, неподобающим образом. Действительно, как подросток, старающийся бравадой и грубостью скрыть страх, негодуя на себя, подумал он.
   Страх! Ах, вот в чём дело. Он давно перестал чувствовать окружающих, словно действительно стал киборгом, не только внешне. А эта девочка, такая хрупкая и стойкая, пришла и коснулась его замороженной души, так в скованный стужей зимний лес приходит весна. И как оледеневший лес в первое время не рад изменениям и даже сопротивляется им, так и Рон был внутренне против. Зачем ломать то, что он создал с таким трудом? Что будет если тот лёд, который он сковал из боли и гнева и поставил незримым щитом между собой и жизнью, стает? Ведь под ним гарь и пепелище его прежней жизни, и всё. Он, считавший себя живым мертвецом и купающийся в жалости к себе вдруг устыдился, что позволил себе, воину их Рода, подобное. Почему он, Лесной принц, забыл, что весна, это всегда возрождение? Может статься, Боги всё же захотели оглянуться на него и помочь? Вот так, необычно. Давая ему возможность самому вначале помочь этой беглянке.
   Ни в бытность Принцем. Ни кадетом или даже солдатом удачи, наёмником, Рон не испытывал ничего подобного. И дело ни в босых ногах или коротком платье девушки. Она, невесть откуда взявшаяся на его корабле, пробуждала не желание плотских утех. Она пробудили в нем мужчину, того, кто по древней задумке Богов будет хранить и оберегать нежную хрупкость души женщины. Беречь её своей силой и оберегать своей мудростью. Медведь и бабочка. Полу стёршийся в памяти герб его рода. Только сейчас Рон полностью осознал, прочувствовал изображенное на нем. Бабочка - душа медведя и лишившись её, он станет просто машиной, для утоления своих нужд. Тиронэль понял откуда взялся страх. Душа эмпата раньше, чем разум, почувствовала ровню, соскучившись, да что там, исстрадавшись по теплу понимания и сопереживания. Открывшееся заставило Рона ещё раз внимательно посмотреть на девушку. Она ответила таким же, внимательным, чуть вопрошающим взглядом. А Рон только убедился в собственной правоте, иначе, почему ему захотелось расправить плечи, скинуть с них непомерно тяжёлый куль воспоминаний и не глядя на него шагнуть вперед, по дороге, что начертили ему Боги, и на этот раз пройти её до конца, не убегая в транс и не жалея о прошлом.
   - Я помогу, не бойся, - тихо сказал он, словно извиняясь за прошлые слова.
   - Знать бы, чего бояться. Было бы проще, - честно отозвалась Кайса.
   Потом они, с трудом, но всё же проложили маршрут, хотя Рон искусал себе губы, чтобы снова не начать грубить на ориентиры "Капитана". Мол, там была сосенка, а от неё берёзки.
   - Пусти меня в свою голову. Я сам посмотрю дорогу твоими глазами, - сдаваясь, попросил он.
   - Но как ты поймешь? - изумленно спросила Кайса, - ведь меня везли, а не я.
   - Поверь, я знаю, на что надо смотреть, что бы понять маршрут - уверенно отозвался Рон, - и поторопись с решением, - добавил он, видя её колебания, -иначе те, кого ты страшишься, окажутся там раньше нас.
   Кайса пустила, просто не видя смысла в перепалке, но как оказалось, он действительно увидел, раз сумел задать маршрут и корабль понесся.
   - Что ты ещё увидел, - задала она вынужденный вопрос.
   - Тех, кого можно убить. Что бы не пакостили в дальнейшем, - нехотя отозвался Рон.
   - В том то и дело, что убивать нельзя никого, - понуро произнесла девушка.
   - Любовь? - хмыкнул Рон.
   - Уже нет, - нехотя ответила Кайса, - но остался ребёнок. А его благополучие зависит от их жизней.
   - Забрать не хочешь? - вскинул бровь эльф.
   - Нельзя, - потерянно призналась девушка, - он не выживет больше нигде. Такие, как я, ведьмы, не могут рожать сыновей. Только дочек. Не знаю, как им удалось и чем меня кормили, но малыш способен жить только там. Иначе любая ведьма или охотник на нас, посчитает его своей добычей. А у них он вырастет значимым и в безопасности.
   Рон внимательно посмотрел на неё:
   - Я думал, ты совсем юная, а ты уже мама.
   - Нет, - качнула головой Кайса, - я просто была сосудом для опыта. Повезло, опыт оказался удачным. А мама, это совсем другое.
   - Пора! - другим тоном произнёс Рон, - давай так, я говорю, ты делаешь. Потом, когда всё закончится ты можешь мне высказать своё недовольство в любой форме. Но пока мы будем на земле, доверься мне, пожалуйста.
   Кайса вскинула голову, но лишь кивнула. Рон взял девушку за маленькую, влажную от волнения ладошку и повел к шлюзу.
   Кайса ступала по знакомой с самого детства, тропинке и не сдерживала слёз. За спиной был сожженный дом. Зачем-то порубили сад и вытоптали всё, что только можно. Она плакала от бессилия и невозможности мести. Ведь разреши она киборгу, тот бы наверняка справился и со свёкром, и с его воинами. Только что она этим изменит. Маму не вернёшь, а ребенку навредит.
   Девушка, в который раз вытерла рукавом глаза, стараясь, что бы слёзы не мешали видеть нужную тропинку, и тем самым только сильнее размазала грязь и пепел по щекам. Рон шёл чуть позади, чутко прислушиваясь. Его неприятно удивил неистовый страх нападающих, именно им пульсировали все следы, что видел опытный воин. Кого же они боялись? Неужели вот такой же, как эта девочка, что идёт впереди, почти согнувшись от горя? Пускай её мать и была старше, что с того? Женщина, цветок мудрости, а его растоптали. Какая дикость в проявлении цивилизации. Хоть садись и пиши трактат, для потомков. Почувствовав в девушке перемену, Рон застыл. Кайса повернулась к нему:
   - Я сейчас исчезну, но вернусь, постараюсь побыстрее. Ты дождись меня. Хорошо?
   - Я не вернусь на корабль без тебя, не волнуйся, - твёрдо сказал Рон.
   Кайса кивнула и пройдя между двух берёз, действительно исчезла с его глаз. Девушка медленно огляделась. Получилось! Тут она была только один раз, когда из девочки превратилась в девушку и принесла обеты Роду, принимая, впуская Ремесло не только в разум, но и в душу. Становясь единой с силами природы и радуясь единению. Тогда это был праздник: стихия её матери, Огонь, плясал у её ног, не обжигая, а согревая, потом вообще превратившись в пару туфелек, о которых девушка и мечтать не могла. Пели птицы Воздуха, и их серебряные трели коснувшись молоденькой колдуньи, превратились в серьги и браслеты. Серьги, что бы она всегда была юной и красивой, а браслеты, как напоминание о клятве. Земля одарила ягодами и цветами, из которых её мать сделала новой колдунье венок - корону. А грибной дождь, Вода, подарила радугу, из неё у Кайсы был плащ. Пока не истаял. Не исчез, под утро, когда праздник закончился, растаяв туманом. Сейчас это была просто поляна, поросшая невысокой травой. Сердце этого места. Точка безвременья. Кайса знала, захоти и она сможет навсегда остаться здесь. Там, за туманом, что отделяет её от всех, будут проходить века, а здесь всё останется неизменным. Как и она со своей юностью и знаниями, одна навсегда.
   - Я уже ошиблась, и расплатилась сполна! Не прошу решать за меня, просто укажите, остаться мне или уехать. Что мне делать? - если вначале Кайса говорила чётко и звонко, как учила мама, то постепенно от сознания потери и одиночества голос всё больше наполнялся слезами. И не выдержав напряжения девушка упала на колени.
   - Не убивайся так, дитя! Как бы не было трудно, жизнь не стоит на месте, всё преодолимо, надо идти, просто идти дальше, - послышался теплый голос.
   Кайса вскинула голову, но никого рядом не было.
   - Кто Вы? - растерянно спросила она.
   - Сейчас я только посланница, подарок тебе передать пришла. Но если правильно сумеешь его использовать, то мы встретимся! - снова прозвучал грудной, явно женский голос. Кайса почувствовала, как её накрыло с головой, волна, но не воды, а скорее воздуха. Иссушая её горе и отчаяние и словно вытягивая его из девушки. Кайса видела, как чёрное облако, окружавшее её много дней, уменьшается, чтобы превратиться в кучку жухлых листьев у ног. А потом и просто в пыль, что рассеялась и исчезла в траве.
   - Память, это не боль, это опыт. Мы все состоим из опыта прошлого, поэтому и не забываем его, - слова прозвучали совсем близко, Кайса понимала, что её не торопят и оставляют право выбора. Как же трудно уйти от мягкого, понимающего голоса. Не обсудить или даже просто не поговорить. Вот только за разговором она может опоздать навсегда, ведь там, за туманом, время не ждёт.
   - Наверное, мне пора? - тихонько спросила она.
   - Ступай, Беглянка, - голос был удивленный, но самую малость, - И помни, раньше так называли Весну, задолго до появления тебя на свет. Это она приходит и несёт пробуждение от застоя зимы, но и от жаркого лета убегает. Ясных тебе дорог, малышка, ты - это мы. А мы - это ты. Мудрость не умирает, пока живёт последняя из нас, помни об этом ...
   Кайса почувствовала, как в её ладонь что-то легло, а сжав кулачок неожиданно очутилась там, где и была, вначале. У двух деревьев, что росли от одного корня. На несколько секунд пространство между ними превратилось в зеркало и Кайса увидела себя. Стройная девушка, в красивом платье - подарке от ушедших. Верхнее, цвета молодой листвы было щедро украшено вышивкой, по подолу и широким рукавам шла искусная вязь из цветов и трав. Нижнее, было цвета неба в первые дни весны и украшено искорками камней, как брызгами первой талой воды. Как и корсаж, обрамленный серебристым кружевом и рукава нижнего платья, что плотно облегали руки и подчёркивали тонкость запястий, на которых позванивали браслеты, которые девушка не видела очень давно и считала потерянными. И серьги были те самые, что подарил ей Воздух. Только теперь волосы юной колдуньи были не распущены, а собраны в замысловатую причёску, и только густой, длинный локон спускался на плечо, перевитый, как и вся головка, драгоценной сеткой, что удерживала волосы. Алый плащ и туфельки, подарки Огня, а может мама постаралась так, на память, завершали картину. Кайса подняла сжатый кулачок к лицу. Собираясь рассмотреть подарок, когда услышала:
   - Значит, отец был прав, ты сбежала!
   Она вздрогнула и подняла глаза, невдалеке стоял Коста. Как всегда, чуточку красуясь, зная как хорош, он то поводил широкими плечами, то отбрасывал непокорные, вьющиеся пряди волос со лба. Раньше Кайса смотрела на это представление, не отрываясь. Сейчас, после мгновения, когда от знакомого голоса сердце остановилось, а потом пустилось в скач прошли несколько минут, Коста ждал, когда она ответит. Кайса поняла, что не знает, о чём говорить с человеком, который предал её, погубил, а при встрече вновь пытается произвести впечатление. Да и не особенно он и рад их встрече и её воскрешению.
   - Как ты изменилась, - растеряно проговорил он, делая несколько шагов к ней, и лихорадочно осматривая и причёску, и платье. Под тяжестью недоброго взгляда платье потяжелело, Кайса поняла, что обережная вышивка сейчас обернулась драгоценным шитьём, показывая "мужу" богатство обманутой невесты. Судя по алчному взгляду, Коста был сражён.
   - И что ты теперь делаешь? Как живёшь, зная, что одну не любишь, а другую погубил? - не сдержалась Кайса.
   - Да я же не при чём! - искренне возмутился Коста, - отец не соглашался на развод. А ты умерла, так же бывает!
   Кайса растерялась, особенно, когда услышала сдержанный смех. С нижней ветки дерева, под которым стоял несколько минут назад, Коста, и на которой сейчас вальяжно расположился киборг. Он не только смеялся над её избранником, но и показал ей большой палец, явно ехидничая над её выбором. Кайса залилась краской стыда так, что запылали щёки.
   - Вот видишь, тебе самой стало стыдно за подозрения! - заговорил Коста, снова делая шаг вперёд, - и, ведь еще не всё потеряно, милая, я ведь могу купить тебе дом и приезжать, проведывать. Мы снова сможем быть вместе. Видно, отец был прав. Говоря, что у мудрых женщин богатство не только мудрость!
   - Я же любила тебя, - потрясённо сказала Кайса, - как же так? Я любила тебя, а ты оказался таким...
   - Каким? - Коста недобро рассмеялся, - Я воин, богатство и женщины, это мой удел! А ты поостереглась бы морщить нос, это сейчас нас тут только двое. Крикну, что колдунью нашёл, многие прибегут.
   - И как жить будешь потом, ведь на отца уже не свалишь, это будет твой выбор, - растерянно спросила Кайса из последних сил надеясь, что вот сейчас вместо этого алчно - презрительного типа, на его месте окажется тот, настоящий Коста, её любовь. И понимала, чуда не случиться. Люди не меняются, мама ведь говорила! Они могут надевать маски, чтобы понравиться, выглядеть теми, кого мы хотим в них видеть. Но маскарад не вечен. Это она, Кайса, ошиблась, не увидев маску, а приняв её за истинное лицо.
   - А мне по любому - хорошо, - каким-то высоким голосом произнёс между тем Коста и снова шагнул к девушке.
   - Я бы так не торопился, да ещё и с "пылью ведьмы", - проговорил киборг и в секунду оказавшись рядом с Костой, вывернул ему руку и злой подсечкой под колено бросил лицом вниз, в траву, - видишь? - он поднял мешочек, выпавший из его руки и показал Кайсе, - в нем сонный порошок. Тут его зовут "пылью ведьмы", он собирался бросить его тебе в лицо.
   - Тебя не должно быть! Женщина не может быть мудрой, только воин, только мужчина может быть повелителем! - проговорил Коста, которого киборг приподнял за шиворот.
   - Дельная мысль, - отозвался эльф и усмехнувшись посмотрел на Кайсу, - Если у вас все мужчины таковы, понимаю почему вы рожаете только девочек.
   - Это не наш мужчина, это залётные. Погубившие нас. Предтечи, как они себя называют, - горячо заговорила Кайса.
   - Да? А где же другие? Которые, по идее, должны вас защищать? - недобро спросил эльф.
   - Говорят, раньше были, - Кайса отвела глаза.
   - Вымерли? - хохотнул киборг, - может, и нам пора отсюда?
   - Да! -неожиданно вклинился Коста, - она умрёт, но оставит на память эти камни! И ты умрешь, раз ей помогаешь!
   - Да? - киборг перевел глаза на Косту, словно совсем забыл о том, что держит его, - а не больно большой кусок кусаешь? Не подавишься?
   - Ты же мужчина, ты же воин! Ты не можешь подчиняться женщине, это позор! - Коста, казалось, искренне верил в то, о чём говорил.
   - Позор - это сражаться с тем, кто слабее тебя, - спокойно отозвался эльф.
   - Они не слабее. Они - ведьмы, - убежденно произнёс Коста.
   - Похоже, ты, в детстве не с ребятами играл, а с крапивой сражался! - рассмеялся эльф, - она хоть и кусачая. Но ты победишь! Особенно с длиной, крепкой палкой. Вот только нагрянет голодный год и не из чего похлёбку будет сварить. И мешков для хранения зерна не будет. Глупый, как много вам еще предстоит узнать, но это уже без нас. Постарайся запомнить и передать сыну. Ведьмы от слова ведать, знать! Знания делают мир, который тебя окружает, понятным и, относительно, безопасным. Так видят мир мужчины. А женщины умеют видеть душой и тогда мир становится из черно-белого, цветущим и красивым. Но должно пройти время, что бы это поняли и оценили. Постарайтесь до того момента не вымереть. Глупость долгой жизни не советница. А это тебе на память, не от неё, а от меня!
   Киборг отшвырнул Косту и сделав кистью руки замысловатое движение что-то кинул в него, проговорив в след фразу на эльфийском. Вспыхнуло пламя. Вскрикнув, Кайса кинулась на помощь, но эльф её перехватил, удивлённо заглянув в глаза:
   - Ты чего? Я же сказал ограничения! Только волосы!
   Кайса растерянно посмотрела в сторону бесчувственного тела, действительно, всё было цело, и кожа и одежда и даже трава вокруг, исчезла только гордость Косты, роскошные, кудрявые волосы. Теперь он был абсолютно лыс.
   - Зачем? - растерянно проговорила она.
   - Считай, что заговорила моя мелкая, эгоистичная натура. Пожелалось враз изменить человека. Знаю, так не бывает. Но я просто зверею, когда вижу воина без мозгов, но с волосами в локонах. Неужели это наследник, да ещё и отец? Вот я ему время и сэкономил, пусть займётся тем, что в голове, а не на ней. Толку будет больше. И меня будет помнить и бояться, - невпопад добавил эльф.
   Киборг подхватил Кайсу под руку и почти силой увлёк за собой в капсулу, что стояла неподалёку. Кайса попыталась подхватить юбки и чуть не споткнулась. Рука, всё это время, сжатая в кулак, занемела. Девушка на секунду приоткрыла руку и увидев дар, изменилась в лице. Торопливо спрятала за корсаж и подхватив юбки побежала к терпеливо ждущему её эльфу. Едва они вошли под спасительную мощь корабля, как Кайса, повернувшись к парню, требовательно спросила:
   - Ты же не киборг, тогда кто ты?
   Рон, усмехнувшись. вскинул бровь:
   - Откуда такая уверенность?
   - Цветы на платье. - пояснила девушка, - видишь, они смотрятся живыми. А когда на них посмотрел Коста, они превратились в драгоценные камни. Значит ты, не алчен и тем более, не искусственный человек. Вряд ли они зацвели бы для робота.
   Эльф несколько секунд смотрел на девушку, а потом принялся смеяться:
   - Ты невозможная. Я уже голову сломал. Как объяснить тебе свои промахи, ведь выдавал себя по-дурацки. То смеюсь, то вредничаю. Эмоции и машина - несовместимы. - пояснил он на её непонимающий взгляд, - А оказывается, ты всё это пропустила. Зато цветы зацвели! Ладно. Признаю. "Киборг", это прозвище. Что ты еще хочешь знать?
   - Почему всё так? Почему Коста не обрадовался тому, что я жива. А словно разозлился на меня? - выпалила Кайса и сжалась в ожидании ответа.
   Эльф стал серьёзен:
   - Ты затронула непростую тему, но я постараюсь ответить так, как меня учили. Каждое утро наши Боги раздвигают занавеси ночи и позволяют солнцу осветить сцену. На которой будет происходить действо. Люди будут стараться жить еще один день, а боги веселиться, глядя на новую главу разыгрываемой пьесы. Подожди, сейчас поясню. Меня учили, что всё взаимосвязанно, многое предрешено, но, если ты не хочешь быть просто марионеткой в театре богов, то надо выбрать свою дорогу и идти по ней. Не в угоду кому-то или наперекор. А сделать выбор только для себя. Чтобы прожить свою жизнь. Если исполнишь это верно. Боги тебе мешать не будут. Твой Коста выполнял то, что говорил отец. Возможно, он был даже не влюблен в тебя, а, скорее увлечён юной ведьмой. Помнишь, что он там кричал о мудрых женщинах? Не нужна ты ему была взрослая и понимающая. Не потянул бы он такую жену. Это юную девочку он заболтать смог. Может, потом вспоминал тебя, ту, и себя жалел, что потерял любовь. А может и думать забыл, я, правда, не знаю. Но ты для него была уже в прошлом. Видимо, он из тех, кто предпочитает жить одним днём. А тут ты появилась. Повзрослевшая, явно богатая. Для него это имело значение. И ещё ткнула его мордой в то, о чём он предпочёл забыть. Ясно же, что он не обрадовался.
   - Значит, любви не было, - тихо, потерянно, проговорила Кайса, - мама погибла, и я никому не нужна.
   - Ты никому не будешь нужна только при условии, что ты не нужна себе, - жёстко сказал Рон, - найди свою дорогу. Стань собой и как только гордость за себя расправит твои плечи, удивишься. Сколько народу рядом окажется. Никому не нужны слабые спутники, все предпочитают льнуть к сильным.
   Кайса кивнула, соглашаясь со словами парня и нехотя призналась:
   - Я хотела быть женой и мамой, разве это так плохо, почему мне не позволили выбрать эту дорогу?
   - Это называется "у Судьбы на меня другие планы", - скривил губы эльф, - видимо, простая дорога, это не то, что от тебя требуется. Прошу, воздержись сейчас от банальных вопросов и чуточку подумай, почему твой свёкр сунул тебя сюда?
   - Я не знаю, - растерялась Кайса, - Он сказал, тут всё автоматическое, и корабль привезет меня на другую планету, где я смогу начать всё заново.
   Эльф скептически посмотрел на неё:
   - Вот всё так просто? Даже если представить, что ты долетела, как представишься на подлёте к планете, кто ты? Откуда у тебя свой корабль? Да и простой вопрос, на какую планету ориентирована навигация? Посмотри на звёзды, там множество миров, со своими законами, и в очень многих отношение к женщине похоже на то, как отнеслись к вам предтечи. Хорошо, допустим, всё сложилось, и ты прилетела туда, где мужчин не считают за людей. Ты уверена, что женщины тебе помогут? Они ведь тоже другие.
   - Ты как-то странно себя ведешь, - не выдержала Кайса, - то убеждаешь меня искать свою дорогу, а то доказываешь, что я никто.
   - Я пытаюсь найти разумное решение, и пока его не вижу. Ты последняя из своего Рода. Значит в тебе сконцентрировалась его память и умения. Но ты - ведьма, а значит многие планеты закрыты для тебя. Ты не бедна, но украшений с платья надолго не хватит, корабль заправляют топливом, а оно стоит денег. Значит, надо начать зарабатывать. Если я возьму тебя в жены, то вся ответственность за тебя станет моей проблемой. Но тут загвоздка. Я тоже последний в роду и вынужден зарабатывать на хлеб. Даже если мы найдем удалённую планету и станем на ней жить, рано или поздно на неё прилетят Предтечи. И мы в их глазах будем всего лишь аборигенами. В итоге всё повториться. Не думаю, что жизнь в постоянном страхе, это то, к чему ты стремишься. У меня в Школе всегда говорили, если не можешь идти на перекор, возглавь. Тебе надо собрать свиту и стать известной, чтобы лететь, куда хочешь, а тебя оберегали, давали зеленый коридор и охрану.
   - И каким это образом я могу осуществить подобное? - откровенно изумилась Кайса.
   - Надо начать с малого, тебе нужен Диплом известной Школы. В твоём случае Школа должна быть Магической, но с хорошей репутацией. Что бы выпускники ценились, понимаешь?
   - Но я же умею, - начала Кайса.
   - Ты умела дома, а раз дома больше нет, то и умения надо подтверждать, - отрезал Рон, - я помогу найти, с этим не волнуйся, на несколько перелётов энергии топлива хватит.
   Кайса в упор посмотрела на него:
   - А ты, вообще, кто? От кого я должна принять помощь? И почему? Я могу. Я могу справиться сама, - Кайса вскинула подбородок.
   Рон явно растерялся, разумеется, проще всего было развернуться и уйти, высадить эту ненормальную на планете, или даже отвезти к одной из известных ему школ и пусть живёт. Как может. Но, видимо Принц в нём если и спал, то не очень крепким сном. Девчонка была похоже на котёнка, у которого прорезались коготки, и он решил, что уже взрослый. Эх, малыш.
   - Моё родовое имя - Тиронэль, - нехотя произнёс парень, - я эльф, но ветвь нашего Рода давно отломилась от общего древа. Приятели зовут Роном, для остальных я - Киборг. Это прозвище, - пояснил он, снисходительно усмехаясь, - зарабатываю наемничеством, - проговорив это Рон понял, что так не открывался никому с тех самых пор, как покинул свой лес, стало неприятно и как-то холодно, - что ещё хочешь знать? - уточнил, стараясь скрыть напряжение.
   - Наверное, пока этого хватит, - пожала плечами Кайса.
   - Хорошо, а кто ты? - испытующе глянул на неё парень, контраст между чумазой дикаркой в смертной рубашке и юной ведьмой в наряде из живых цветов был слишком разительным.
   - Моё родовое имя Кайисса Огнейя, но раз я осталась последней, то теперь я ведьма четырёх стихий. А домашние звали меня - Кайса, - представилась она.
   - Искра? - хмыкнул Рон, - тебе подходит.
   - А ты откуда знаешь? - растерялась девушка, - это же древний язык, перевод, я имею в виду.
   - Эльфы долго живут, и не считают учение прерогативой юнцов, - нехотя ответил парень, - давай я покажу тебе твою каюту, и ты немного отдохнешь? Я подниму корабль, нас уже никто не поймает, а вот куда летим, решим завтра.
   - Хорошо, - кивнула Кайса, - я действительно устала.
  
  
   Глава четвёртая. Астра. "Всегда говори то, что чувствуешь, и делай то, что думаешь. Молчание ломает судьбы". Пауло Коэльо.
  
   Кайса огляделась, каюта хоть и была отдельной, но на жилую совсем не похожа. Металлические переборки, узкая кровать и стол, всё откидное. В общем, жуть.
   - Есть ещё капитанская, она пошире, - предложил Рон.
   - Мне не нужно больше места, мне нужно зеркало! - честно отозвалась Кайса, - а капитанскую возьми себе. Так будет справедливо, ведь я скорее пассажирка, чем капитан.
   - Я и так в ней живу, - нехотя отозвался Рон, Кайса только усмехнулась. И едва за ним закрылась дверь, торопливо достала из декольте подарок: кольцо в виде бегущего кота, оно было не замкнуто и ловко село на палец, а в голове неожиданно прозвучало:
   - Приказ принят к действию.
   Испуганная Кайса поспешила его снять, правда, для этого кольцо пришлось разогнуть, и отбросила в сторону. Но оно не упало, а словно зависло в воздухе, а по каюте прошёл ветер, принеся за собой перемены. Стены, до этого момента покрашенные в практичный сероватый цвет, неожиданно оказались теплого, золотистого, несколько переборок отъехали и на глаза изумленной Кайсы предстали и вожделенное зеркало, и шкаф, в котором виднелась яркая одежда.
   - Ну, наконец Боги ответили на мои молитвы, - раздался голос, и Кайса, круто обернувшись, чуть не столкнулась с девушкой, стоящей неподалёку.
   - Не бойся, я не призрак, - усмехнулась та, - я Астра, из Космического народа. Наверное, тебе будет понятней, если я назовусь духом этого корабля. Когда то, очень давно, когда мы строили эти корабли, то у уходящих за Грань был выбор, мы могли слиться с Абсолютом, а могли стать духом кораблей. Путешествовать туда, где до нас никто не бывал, помогать капитанам находить правильную дорогу и коротать долгие вахты. Когда, подобных этому, кораблей осталось очень мало. О нас забыли, или, правильней сказать, мы стали преданием. Сказкой. Потом придумали подпространственные автопилоты и еще всякие устройства. Но мы остались, просто поскольку нас не вызывали, мы не могли дать о себе знать, понимаешь? Да и команды корабля давно было только мужским. А этот корабль, изначально, был построен для женщины. Ты сразу поняла, едва только коснулась, что он никакой не "Изгой", "Беглянка" мне нравится гораздо больше. И вот, ты позвала, я пришла, чем займемся?
   Кайса ошарашенно смотрела то на изменившуюся каюту, то на девушку. Астра была совсем молоденькой. С точёным, немного капризным личиком и яркими, синими глазами. Золотистые волосы подколоты заколкой с каким- то цветком, немного встрёпанным, как и сама девушка. А наряд... Кайса изумилась. На девушке было синее, под цвет глаз, платье выше колен, да ещё и скроенное под углом так, что с одной стороны юбка была ещё короче. Ниже по подолу была пришита густая бахрома. Она и скрывала точёные ножки и открывала их при каждом шаге.
   - Да не смотри ты так, сама знаю, что сглупила, - недовольно отозвалась незнакомка.
   - Что ты имеешь в виду? - осторожно поинтересовалась Кайса, всё ещё не веря, что говорит с реальным собеседником.
   - Я погибла в свой день рождения, в первое совершеннолетие, только окончила школу и первую ступень обучения профессии, - пояснила она, - дальше я могла выбирать, кем стану и учиться уже целенаправленно. Я хотела стать духом корабля, но до этого у меня впереди имелась целая жизнь. Должна была быть, - горько усмехнулась девушка, - мой отец был Коммодором нашего Флота. Вот видишь, ты даже не понимаешь, что это значит! - с каким-то отчаянием произнесла Астра, - а ведь это значит очень много! Он подарил мне этот корабль! Понимаешь? Это мой корабль и комната моя! И платье, что так тебя поразило, оно с того вечера. Тогда мы все увлекались гонками, были такие маленькие звездолётики, мы их называли космическими мотоциклами, вижу, не понимаешь, ладно не важно. В общем, мы летели на этом корабле, моём! Не удивляйся, управлять подобным Космический народ умел почти с детства. Потом заметили планету, зеленая и голубая. С высоты она была прекрасна и когда приземлились - тоже. Там были цветы и птицы и трава! Нам для жизни это было не нужно, но ценить красоту мы умели. Ключом от моей каюты была полоска в виде бегущего кота, я её кольцом вокруг пальца обернула и потеряла. А когда мы обратно летели, на нас напали. И я погибла. Отец перенёс мой дух в корабль и отправил в космос. И началась моя жизнь, совсем другая. Только я, внешне навсегда осталась девчонкой в выпускном платье, что так не понравилось отцу, - проговорив всё это Астра, нахмурившись, посмотрела на Кайсу, словно ожидая её реакции, на свой рассказ.
   - Но ты же живая? - тихо уточнила Кайса.
   - Вряд ли, - оглядела себя Астра, - я же не старею, не ем и не пью. Но за прошедшее время многому научилась, это точно и ничего не забываю, значит, голова работает. Я не показывалась членам экипажа, давно уже. Теперь, если честно, я и сама пока не очень понимаю, кто я и что. Найденный тобой ключ открыл мою комнату, а не каюту, что мороком скрывала её очень долгое время. Думаю, это и дало возможность проявиться мне, такой. А то я так, прозрачным духом тут была.
   - Астра, а ты платье мне можешь помочь снять? - тихо спросила Кайса, чувствуя, что для неё на сегодня впечатлений уже достаточно.
   - Могу, - девушка покрутила рукой, выставила из-под платья ножку и скептически её осмотрела, - я вполне себе материальна. Но видеть меня можешь только ты и те, кому меня покажешь сама. Хотя, советую с этим не торопиться.
   Зайдя за спину Кайсы, она умело развязала шнуровки, помогла снять тяжелые юбки ловко унесла всё богатство в шкаф, а вернулась с легкой ночной рубашкой и халатом.
   - Вот, возьми. Тут всё новое.
   Кайса растерянно приняла подарок и взглянула на девушку заблестевшими глазами:
   - Спасибо, я очень признательна, - проговорила тихо и прижала вещи к груди.
   Астра кивнула:
   - Ложись. Отдыхай! Я приду потом, ещё наговоримся. И не стесняйся меня, дальние перелёты сложные, даже если летишь к себе.
   Девушка шагнула к стене и словно растворилась в ней. А Кайса, медленно развернула подарок, рубашка была приятной на ощупь, но ткань совсем не знакомая, будто и ненастоящая. Космический народ. Никогда о таком даже не слышала, устало подумала девушка и надев рубашку, легла. Странно, но несмотря на усталость, сон не шёл. Она с досадой в очередной раз перевернулась на другой бок и взбила тонкую подушку, стоило закрыть глаза, как в голове начиналось "кино" из образов и переживаний, пережитых совсем недавно. Однако, странная мысль всё время крутилась на поверхности, Кайсе во что бы то не стало надо было вновь надеть кольцо- ключ. Не выдержав, она с досадой вскочила и прошлёпав босыми ногами по тонкому, чуть бархатистому покрытию, прошла в ванную, где и оставила колечко. А вот едва его надела, как сон чуть не сморил прямо там, чудом доплелась до кровати.
   Кайса проснулась неожиданно, словно кто-то толкнул или позвал. Оглядевшись, девушка с удивлением поняла, что сон про Астру - дух корабля, сном не был. Каюта, которую теперь так назвать и язык не поворачивался, осталась такой же. В приглушенно бежево- золотистой гамме и с бархатистым покрытием на полу. Интересно, как отреагирует Рон на изменения в "своём" корабле. Особенно, когда узнает, что они тут оба не хозяева. Она медленно встала и прошлась по комнате, конечно, шкаф с нарядами манил. Но, во-первых, это не её. А во-вторых, если там платья похожие на то, что было на Астре, то она и носить то такие не умеет. Конечно, можно и в рубашке выйти, но это они уже проходили. Кайса даже себе не хотела признаться, почему ей было важно, чтобы Рон всё же увидел в ней нормального человека, пусть и не обычного, но вполне вменяемого. И одежда должна была ей в этом помочь, а не навредить, - Кайса невесело усмехнулась своим мыслям и услышала:
   - Чего ждём?
   Кайса повернула голову и нахмурившись посмотрела на снова невесть откуда взявшуюся Астру.
   - Видишь ли, - начала она.
   - Я же сказала вчера, меня зовут Астра, а не "видишь ли" - с вызовом оборвала её пришелица.
   - Значит так, - тихо, сдерживая себя, вновь заговорила Кайса, - вчера ты подробно объяснила, что по глупости и молодости построила свою жизнь так, а не иначе. И именно я, этим кольцом вызвала тебя к жизни. Теперь давай решать, или мы найдём компромисс и нам обеим будет удобно, или я сниму кольцо, и ты снова станешь просто бесплотным духом.
   - Подожди, чего ты взъелась? - непонимающе смотрела на неё Астра.
   - Это чья комната, моя или твоя? Почему ты появилась без зова? И что мне надеть, я понятия не имею, - обозначила проблемы Кайса.
   - С комнатой проблемы, она твоя, но и я в ней присутствую. Понимаешь? Могу, конечно, "полетать" по кораблю, но всё равно вернусь. Тут мой дом, хочешь ты этого или нет. Почему я появилась без зова? Так я тут и была, просто проявилась, увидев, что ты встала. А проблема "что надеть", это действительно не так просто. На корабле принято ходить в форме. И мужчинам, и женщинам, если таковые появляются. Так удобнее, быстрее можно включиться в общее дело. Но в мою бытность всё обстояло по-другому, - неожиданно Астра заговорила совсем другим, мечтательным тоном, - Наши женщины были и драгоценностями, которые далеко не каждому были по карману, и считались сокровищами. Но, взамен мы почти полностью подчинялись мужчинам. У Космических людей женщина была единственной возможностью продлить свой Род. Хотя далеко не все пары подходили друг другу. Поэтому, если рождался ребенок женщине больше ни о чём не надо было беспокоиться. Мы не учились военному делу и не бились за себя, для этого были мужчины.
   - Но ты говорила немного другое, - начала Кайса.
   - Так я и была "немного другим", - невесело улыбнулась Астра, - я была единственной дочерью в семье. Отец не мог больше иметь детей, а приемные дети у нас не приветствовались. Только поэтому я и умела, и знала многим больше. Наверное, за это и поплатилась. Так что ты хочешь надеть? Не стесняйся. Давай посмотрим шкаф. Там всё новое. Я, живой, в корабле даже и переночевать не разу не успела.
   Кайса внимательно посмотрела на Астру. Сейчас девушка показалась ей старше и грустнее, чем при первом знакомстве. Астра бродила по комнате, тихонько касаясь мебели, зеркала и даже стен самыми кончиками пальцев.
   - Понимаешь, я же и не жила толком, - она обернулась к Кайсе, - в начале, когда я была ребёнком, в семье была масса правил и в школе надо было быть лучше всех. Отец, да и мама другого бы не потерпели. Потом, когда мамы не стало. Я возвращалась на каникулы почти хозяйкой нашего дома и словно сдавала экзамены, но уже отцу. Были приёмы в доме или на озере. Ко мне присматривались, а отец присматривал мне жениха. Конечно, иногда я срывалась, вот как тогда... И ещё, за прошедшее время я поняла, что зря хотела быть духом корабля, просто тогда была мода этого хотеть. И кто я сейчас? И зачем я? - голос Астры задрожал, а она поникла, как цветок, под дождём.
   - Платье будет лучше, - твёрдо сказала Кайса, - разумеется, она понимала, как плохо сейчас было её собеседнице. Но девушка знала по себе, начни они жалеть Астру, так и слёзы пойдут, потом Кайса о себе заговорит. Не дело это, себя жалеть. Если сумела с колен подняться, надо шаг вперёд делать. Иначе, если остаться на месте, колени снова могут подогнуться.
   - Платье надо подобрать, - повторила она на удивленный взгляд Астры, - не дело это, утро уже наступило, а я в рубашке брожу. Но его надо с умом выбрать. Такое, как на тебе, мне не подойдёт.
   - А такого и не будет, - запальчиво начала Астра, - это единственное, в своём роде.
   - Ещё скажи, что сама сшила, - поддела Кайса забавно негодующую девушку.
   - А кто ж? Думаешь, портниха согласилась на такое? Да отец бы её уволил и в приличный дом не дал бы устроиться!
   Кайса внимательно осмотрела платье:
   - А сшито хорошо, я думала - мастерица делала.
   - Я безрукой никогда и не была! - негодующе проговорила Астра и даже ногой притопнула, густая бахрома разошлась, открыв не только точёную ножку в чулке- сеточке. Но и украшавший её маленький веночек из мелких цветов, который подчеркивал высокий подъем.
   - Как ты на таких каблуках ходишь? - подивилась Кайса.
   - Нас учили, - отмахнулась Астра, - вот как меня угораздило в этом на космомотик сесть? Может и хорошо, что всё так закончилось? Ведь отец, если бы увидел, сам бы убил.
   Она решительно подошла к шкафу и распахнув, через плечо глянула на Кайсу:
   - Ты уверена насчёт платья? На корабле женщины ходят в форме или брюках.
   - Так то ваши, а я в платье, - твёрдо сказала Кайса.
   Астра еще раз внимательно окинула девушку взглядом и достала платье. На вешалке оно выглядело просто вишнёвой тряпочкой. Но стоило Кайсе его надеть, как оно не просто село, оно заструилось по фигурке девушки, словно только её и ждало. Вырез, неглубокой лодочкой подчеркнул точёную шею и высокую грудь. Пояс, более густого цвета, обвил тонкую талию, а складки юбки качнулись на стройных бедрах. Платье немного меняло цвет при движении, стоило повернуться и оно становилось то густо вишнёвым, а то светлело, так, словно на него падало солнце.
   - Откуда что взялось, - нехотя признала Астра, и протянула улыбающейся Кайсе гребень, пока та расчесывала свои каштановые волосы, заплетала сложную косу, а вьющиеся у лица пряди, накручивая на палец, превращала во вполне благопристойные локоны. Астра снова нырнула в шкаф и подала Кайсе пару тёмно-вишнёвых туфелек. На небольшом каблуке.
   - Возьми. У нас, похоже, один размер. Они подстроятся под ногу. К тому же подошва мягкая и ты не будешь стучать при ходьбе, как призовая лошадь. Для таких каблуков, - она вытянула и продемонстрировала свою ножку, - нужна практика и умение.
   Кайса лишь счастливо кивнула. В зеркале отражалась пусть и не молоденькая девушка, а юная женщина, но она была красивой и живой. Кайса встретилась глазами со своим отражением и улыбнулась ему. Глаза в зеркале были вновь готовы удивляться и радоваться жизни, а не угрюмо- мрачными, полными мглы и сожалений, какими она их видела в последнее время. "Всё пройдет, всё минует, моя девочка..." - словно услышала она мамин голос.
   - Теперь бы тебе руку надёжную, для опоры, - проговорила Астра.
   - Да у меня из рук, на которые я могу опереться, в последнее время, была только ручка моей сумки, - не задумываясь, бросила Кайса и осеклась.
   Как странно, но её отсутствие она заметила только сейчас, а ведь раньше везде носила с собой или в руках, или к поясу пристёгивала. Сумочка была совсем небольшая, но в ней Кайса хранила браслеты и серьги, те, подаренные Воздухом. Значит свёкр сумку забрал, только и серьги, и браслеты вернулись к Кайсе, вот, на руках позвякивают и серьги льнут к лицу, красивые. Недаром Астра так зыркает, но молчит.
   Астра удивленно смотрела на неё, а потом, кивнув, проговорила:
   - Кольцо с руки не снимай, это не только ключ, но и связь тебя и меня. Не буду объяснять, всё равно не поймёшь. И ничего не бойся, он на моём корабле, и я его сюда не звала.
   Кайса непонимающе посмотрела на девушку, но та только качнула головой на двери.
   Для Рона прошедшая ночь снова не задалась, казалось бы, что проще, пассажирка спит. Они над планетой, где население в небе видит только звёзды и даёт этому научные обоснования. Но что-то беспокоило, как ноющий зуб. Сны снова были переполнены мороком, девушкой в синем платье и на безумных каблуках. Она и раньше появлялась в его снах: то просила поговорить, то хотела помочь. Он всегда гнал подобное наваждение прочь, не хватало ещё делить свой разум с не пойми кем. Она давно отстала и надо ж, опять появилась. Рон встал и с досады пустил в душе такую холодную воду, что сам чуть не заорал. Зато проснулся. Почему-то захотелось предстать перед Кайсой не просто заурядным наёмником. Рон распустил косу, которую обычно прятал под футболкой. Обрезать волосы он решился только раз, уйдя в новую жизнь. Потом решив, что так и себя потерять можно, всё же вновь отпустил, теперь они доходили до середины спины, но в косе были короче. Золотисто- русые, прямые, как ливень и очень густые, они окутали плечи Рона блестящим плащом. Парень с трудом сумел заплести из них легкую сеть, что легла поверх. Она сдерживала и не давала лезть в глаза в бою, а на праздник такую причёску украшали родовыми камнями и именно они служили и опознавательными маячками, и оберегами для эльфов. Рон про себя удивился тому, как пальцы с трудом "вспоминают" с детства привычные движения. Неожиданно обрадовался появлению аборигенки, ведь иначе и вовсе мог забыть! При этом он старался не думать, почему в "ливне" волос спрятал тоненькую косичку-оберег. Неужели он всё же опасался необычной пассажирки? Ведь отмахиваясь от мучавшего его по ночам, морока, он даже и не вспомнил о таких вещах. Чёрная футболка со скалящимся в ухмылке черепом тоже была уступкой новой жизни, в его эльфийскую бытность такое не приветствовалось. Зато штаны с тяжелым ремнём, способным удержать оружие, и высокие сапоги были привычны. Он вышел из каюты довольно быстро, стараясь не думать почему оделся так, а не иначе и при первом же повороте столкнулся с Кайсой. И растерялся. Девушка была одета, как одевались дочери из Высоких Домов на нескольких, известных ему планетах. Иногда он пересекался с ними в барах, в Космопортах, где они искали экзотику, а он пытался не забыть, что наемничество не навсегда. И он сможет остановиться, едва подвернётся что-то более интересное. Неожиданно, именно одежда, словно открыла ему глаза, пусть она и была аборигенкой, но явно из высших слоев общества и со своей планеты, а вот он оказался перекати-полем, пусть и в Космосе. Рону стало неприятно от этой мысли.
   Кайса же видела эльфа, чья метущаяся душа была сродни этому, такому непростому, кораблю. Вот сейчас, стоит ей заговорить и что-то непременно измениться. А пока она просто смотрела на красивого, сильного парня с восхищенным недоверием, смотрящего на неё. Кайса привычно перекинула косу на грудь и выпрямилась, конечно, будь на ней туфли как у Астры, она была бы выше. Ну, и ладно.
   - Рон! Кто такие "Космические люди"?
   Его лицо мгновенно изменилось и глаза, сузившись, снова приняли выражение: "боевые волчьи".
   - Это шакалы космоса, Кайса, самые опасные и самые беспринципные существа, с кем только можно в нем столкнуться. Сами себя они называют "Пиратами", но те, кто хоть раз столкнулся с ними, - Рон оборвал себя, и сцепив зубы, процедил: - они шакалы, а их женщины, часто бывают телепатами, и присутствуют на кораблях своих мужчин, как гаранты от опасности. Сложно вести бой, если твои шаги озвучивает противник. А откуда...
   - Ах, вот как! Значит, шакалы. А вы, наёмники, мальчики-цветочки? Да что бы ты вообще без меня тут делал? Думаешь, справился бы с кораблём. Без моей помощи, да? Так справляйся! - проявившаяся Астра топнула ногой и в корабле погас свет. Полностью. Подождав, Рон понял, что всё гораздо серьёзнее, чем он думал, ведь аварийный тоже не включился.
   - Кто это был, Кайса? Во что ты опять впуталась? - в полголоса спросил он.
   - Она сказала, что она дух этого корабля и она из Космических людей, - почти шепотом отозвалась Кайса.
   Рон чуть слышно застонал:
   - Я только слышал о них, но никогда не видел и не верил в их существование.
   - Тогда почему ты так плохо о них говорил? - неподдельное удивление Кайсы чувствовалось даже в темноте.
   - О них всегда так говорят, - нехотя признался Рон.
   - О ком? О шакалах космоса или о Космических людях? - прозвучал в темноте негодующий голос, - неужели в твоём ограниченном уме не разу не проскочила мысль, что это не разные названия одних и тех же. А совершенно разные существа?
   Воцарившееся после этой фразы молчание хорошо было бы в театре. Этакая эффектная пауза. Но Кайсе было не до эффектов. Кромешная тьма, что окружала девушку была для неё странно пустой и поэтому казалась враждебной. Такой, полной тьмы она никогда не знала. Даже в безлунную ночь, в лесу. Там было всё живое, а тут не знаешь, чего ждать.
   - Может быть, если включить свет, вам будет удобнее ругаться? - закинула она удочку вопроса.
   - Он должен извиниться, и я скажу. Чем он сможет искупить вину. Мужчин просто так не прощают!
   Эта фраза, сказанная капризным голосом, заставила Кайсу перевести дыхание, а уж потом понять, чего хочет Астра. Но Рон и понял, и отреагировал первым:
   - Ты сначала докажи, что существуешь, а потом и условия выдвигай! - парень говорил спокойно, ровно, но Кайса попыталась повернуть голову на звук и почти сразу её рука попала в плен его ладони. Он чуть сжал её и Кайса кивнула, не думая, как это странно, кивать в темноте. Она понимала, Рона что-то всерьёз тревожит. Но в чём именно дело?
   А Рон действительно был взволнован. И если вначале всё происходящее казалось ему абсурдом, то по прошествии времени, отставив эмоции он посмотрел на ситуацию как пилот, и вот тут ему стало по-настоящему жутко. Если ещё несколько минут пройдет, а даже аварийка не включится, то у корабля серьёзные проблемы. Про проблемы экипажа лучше вовсе не думать. Его корабль, его "Изгой" может стать мёртвым кораблём и носиться в Космосе, или висеть на орбите, пока не развалится, а они просто не выживут, ведь регенерация воздуха тоже может остановиться.
   - А как я докажу? Тут же темно! - капризный голос Астры казался удивлённым.
   - А ты включи свет! - как- то вкрадчиво предложил эльф.
   - Ну уж нет! Сначала обговорим условия! - вредно отозвалась Астра.
   - Хорошо, что ты хочешь? - Рон был сама вежливость.
   - Ты должен извиниться и ещё я хочу, чтобы ты со мной потанцевал! Я никогда не танцевала с эльфом, вот!
   - А..., - начал эльф и судя по резко сжавшейся ладони, фраза должна была быть не из приятных, но тут уже Кайса сжала его руку и Рон, сдержавшись, тихо произнёс, - хорошо, как скажешь, но включи электронику. В чём смысл извинений в темноте?
   - Хорошо! - почти радостный голос и, ничего.
   Кайса подёргала ладонь Рона, тот чуть сжал её руку в ответ и тихо спросил:
   - Мы не договорились? Ты хочешь что-то ещё?
   - Нет, - послышался растерянный голос, - просто у меня, почему-то не получается всё вернуть.
   - А ты сколько раз пробовала? - Рон постарался говорить как можно мягче.
   - Несколько! - в голосе из темноты звучала уже откровенная паника, - я несколько раз пыталась и ничего! Наверное, я не то про себя проговорила, когда обесточила корабль Я же рассердилась, из-за тебя!
   - А может тебе надо успокоиться и вспомнить, что надо говорить? - вступила Кайса.
   - Да я и не знаю точно, я же тебе говорила, чтобы быть духом корабля, надо готовиться к этому, учиться. Но я же не собиралась умирать! И учат на "духа" уже после возраста осознания себя, а у меня только первое совершеннолетие было. Просто папа меня сюда перенёс и отправил корабль, и всё, - голос Астры уже звенел слезами.
   Рон тихонько застонал и потянув за собой Кайсу, сел на пол. Вот уж истина на все времена, "бойтесь своих желаний, они могут сбыться". Хотел в транс и к предкам? Сейчас тебя доставят, правда, без транса. Но зато и без обмана. Корабль скоро начнёт остывать, Рон откинул голову на стену, какая жуткая смерть их ждёт. Вот и сбылось страшное пророчество, что он слышал в одном из кабаков: если в корабле проявился его дух, это к гибели корабля. Тогда он не поверил в серьёзность вопроса. Решил, что знакомый пилот или выпил что-то не то или надышался запретным дымом, раз такое спрашивает. Для пилотов всегда существовали ограничения. И последующую гибель того корабля, со всем экипажем, мысленно списал именно на это. Эльф с досадой на себя прикусил губу, видимо зря он не верил, считал всё это байками.
   Кайса, присевшая рядом, тихонько подёргала его за руку:
   - Что теперь?
   - Как не прискорбно это звучит, но ничего. Вопрос только в том, как долго это ничего продлиться, - ровно проговорил парень.
   - Так не бывает, - убеждённо отозвалась девушка, - что-то должно произойти или вы вспомните или вас подтолкнут, не зря же нас тут свели!
   - Твоё детское восприятие мира, с полной уверенностью, что ты кому-то необходима, конечно, делает тебе честь, но увы..., - заговорил Рон.
   - Подождите, но, если всё так плохо. Может стоит позвать Двоих?! - негромко предложила Астра.
   - Совсем ума лишилась? - вскинулся Рон.
   - А что мы теряем, или ты всерьёз хочешь погибнуть? - спросила Астра.
   - Вы сейчас про что? - тихонько вклинилась Кайса.
   - В Космосе, как и в лесу, свои страшилки, - нехотя отозвался Рон.
   - Не слушай его, Кайса, он из не верящих, и в болоте тонуть будет, а вопить, что по гати шёл! - мстительно отозвалась девушка.
   - Ты то, что можешь про болота знать? - вскинулся Рон.
   - Говорят так у нас, про упрямцев, няня моя говорила, - объяснила Астра, - У нас, Космического народа, всегда были не Боги, а помощники, или нет, не так, - с увлечением перебила сама себя, Астра, - Есть Абсолют, то, что движет светила и не даёт им сойти с орбиты. А если они сходят, то это по его решению. Но это сложно, космические законы разбирают уже в высшей школе. Я не про это! У него есть помощники, к ним относятся и духи кораблей, особенно, если это женщины. Но есть и другие, те кто не покорны ему и наказаны из-за этого. Но тем не менее, они и могут нарушать общую картину. Вмешаться и помочь. В Космосе их называют "Двое". Говорят, говорили, - поправилась она, - их можно призвать в самый отчаянный момент, и они помогут.
   - А ты что про это знаешь? - Кайса повернула голову к Рону, словно могла его увидеть.
   - У нас, в кадетском корпусе, это была одна из ночных страшилок, - нехотя отозвался Рон. - А вот когда я сам летать стал, то по-другому слышал, рассказывали, что были Пилот и Навигатор, то ли братья, то ли друзья. Тут мнения расходятся. Но только они могут помочь, если корабль сам отказал, а не люди тому причина. И знаешь, странное говорят, мол, те кто обращались, действительно не погибли, хотя их больше и не видели.
   - Тогда как узнали? - недоверчиво попыталась уточнить Кайса.
   - Не знаю, - откликнулся Рон, - больше ничего не знаю, и ты пойми, это же байки, если перелёт долгий, чего только не услышишь.
   - Давайте уже считать, что корабль отказал сам! - заговорила Астра, - и попробуем вызвать, я уже на кого угодно согласна.
   Кайса вновь почувствовала, как рука Рона пытается сжаться в кулак, но спросил он о другом:
   - Про плату за помощь у вас ничего не говорили?
   - Боишься? - поднажала неугомонная Астра.
   - Нет, - нехотя отозвался Рон, - жизни им не нужны, а больше у меня и нет ничего, хотя я, точно не знаю, байки всё это, - снова повторил он, то ли для себя, то ли для Кайсы.
   - Ты пока не верь, а мы попробуем. Терять то всё равно больше нечего, так? - судя по перестуку каблуков Астра уже готова была идти.
   - Что надо сделать? - поднялась и Кайса.
   На миг их руки разомкнулись, и Астра дёрнула Кайсу на себя:
   - Для призыва нужна кровь того, кто верит! Твоя! Согласна?
   - Великий Космос! Кайса, нет! - вопль Рона в темноте оказался странно далёким, словно Астра уже переместила их куда-то.
   - Что я должна сделать? - Кайса старалась говорить твёрдо, что бы в голосе не прорезалась паника.
   - Ты смелая, - услышала она враз изменившийся голос Астры. Сейчас в нем не было испуга или слёз, он казался холодным и немного насмешливым, - играешь с духом корабля, хочешь отдать кровь и призвать невесть кого? А зачем? В смерти нет ничего ужасного, там покой.
   - Неа, - неожиданно для себя отозвалась Кайса, - я там была. Никакого покоя, пока не выполнишь задуманное для тебя Богами, ни там, ни тут не будет. Так что давай делать, а то я состарюсь пока вы решитесь.
   Озадаченная тишина была ей ответом, а потом ледяные пальцы крепко взяли её за руку и перевернув ладонью вверх больно резанули чем-то по венам запястья.
   - Повторяй за мной, - холодные губы коснулись уха, и девушка передёрнула плечами от ледяного дыхания Астры, - Я призываю...
   - Я призываю, - повторила Кайса и, пока губы послушно выговаривали незнакомые слова, разум отказывался принимать происходящее.
  
  
   Глава пятая. В гостях. "Чем дальше вы убежите от проблем, тем дольше вам придётся возвращаться, чтобы их решить."
  
   Бездна, тёмная воронка без дна, куда тебя непреодолимо втягивает что-то неотвратимо страшное. Ты корчишься от этого страха и готов на всё, чтобы вернуться и сделать совсем другой выбор пути. Но обратной дороги нет. Ужас от собственного бессилия и незначительности поглощает тебя, и ты перестаёшь сопротивляться. И тогда на смену ужасу приходит странный покой, он заливает тебя, словно свет и ты паришь в нём, без времени и усилий. Просто находишься где-то в покое и словно тут и должен быть. А ещё в кромешной тьме вдруг начинают проступать звёзды. Но не колюче-игольчатые, от взгляда на которые хочется закрыть слезящиеся от их неимоверного блеска, глаза. Нет, они превращаются в золотистые искры и от них идет не холодный вопрос, а скорее удивление и участие.
   Кайсе было тепло, это ощущение тепла и покоя нахлынуло на девушку, стоило ей прийти в себя. Чья-то рука поддержала голову и к губам прижался ободок чашки.
   - Пей, ты потеряла много крови, разве ж так можно? - голос был незнакомый и Кайса с усилием распахнула глаза.
   Рядом с ней сидел парень. Она перевела взгляд на его лицо и словно утонула в глазах, снова. Значит, вот кто вытащил её из бездны, когда она согласилась стать никем. Парень чуть поморщился, словно она, считывая происшедшее, причинила ему ненужную боль, и отвел глаза. Кайса, вздрогнув, тоже. Окинула уже всего взглядом и растерялась. Она до этого и никогда не видела "других", даже те, кто незваными прилетел к ним, были практически не отличимым от живущих на ее планете. А если отличия всё же и были, то они давно стёрлись. "Произошла ассимиляция", Кайса словно услышала голос Наставницы. Рон тоже был своим, просто крепкий парень, с немного другими ушами. А вот этот вызывал внутреннюю тревогу. И Кайса даже не могла сказать, чем именно. Одет во что-то на подобии формы, одежда словно обливает фигуру. Видно, парень сильный, хотя и уже в плечах, чем Рон. Лицо узкое, но приятное, а вот волосы у него были длинные и совсем белые. Как снег. Но судя по гибким движениям он был молод.
   - Кто вы? - тихонько спросила девушка и огляделась.
   - Один из Двоих, мы те, кого ты призвала. Притом так, что чуть жизни не лишилась, - он ответил сразу, словно ждал вопроса. Кайса, настороженным слухом уловила немного странную речь, так говорят те, кто хорошо выучил твой язык, но практики, явно, не было.
   - Но вы же помогли? Свет включили? - с надеждой спросила Кайса.
   Парень как-то странно хмыкнул, словно пытаясь сдержать смех, кивнул, соглашаясь:
   - Можно сказать и так.
   Дверь в каюту, где была Кайса, распахнулась и в неё почти влетел Рон, быстро подойдя к узкой койке, он присел перед ней на корточки и заглянул девушке в глаза:
   - Как ты?
   - Не знаю, - Кайса растерялась от заботливого голоса и встревоженных глаз эльфа, - хорошо, наверное, у нас получилось?
   - Да, милая девушка, получилось! - вновь послышался незнакомый голос и Кайса, с удивлением увидела ещё одного парня. Судя по всему, он был близнецом того, беловолосого. Хотя у этого волосы были черные, как смоль, но тоже длинные.
   Кайса растерянно взглянула на Рона, тот пожал плечами и легко встав, немного отошёл, давая Кайсе полный обзор. Незнакомые, странные парни с усмешкой переглянулись и встали рядом, давая возможность девушке их рассмотреть.
   - Давай знакомиться, - прервал напряженную тишину беловолосый, - Мы - Двое, кто-то считает нас братьями. Кто-то друзьями. Но мы всегда Двое.
   - А как вас зовут? - медленно спросила Кайса рассматривая вроде бы и одинаковые и всё же такие разные лица.
   - Я - Ивен, а он - Ян, - отвечал беловолосый с терпеливым ожиданием смотря на девушку.
   - Инь и Янь? Но тогда один из вас должен быть девушкой? У нас - так, - растерянно проговорила Кайса.
   Черноволосый фыркнул:
   - Видишь ли, мы немного больше, чем составные одной из религий, на одной из планет, не в обиду её будет сказано. И увы. Мы не девушки. Ни один. Но да, суть ты уловила, верно, мы противоположность друг друга и должны быть всегда вместе. Что бы Мир не затопила Темнота или не сжёг Свет. Не хочу отвергать твои знания, когда-то нас почитали, как Богов, было дело, но тот Мир давно канул в историю.
   Пока он говорил, Кайса неотрывно смотрела и мысленно сравнивала парней. Наверное, они были близнецами или просто ей так, казалось, из-за их "похожести" друг на друга и непохожести на них, Рона и её. Оба высокие, почти как Рон, но уже в плечах, хотя слабыми и не выглядят. Скорее напоминают хлысты, такие, смертоносные. У Ива глаза чуть больше и в них действительно проскальзывают золотистые искорки, когда он смотрит на неё. А вот глаза Яна чуть уже и в них бывают алые всполохи, словно он смотрит на огонь. Странные глаза, непривычные, темнота в них заливает целиком весь глаз, не видно ни белка, ни радужки, может и красиво, вот только не людские они и это настораживает. Силы Кайсы восстанавливались, она чувствовала сдерживаемое напряжение Рона. Легкую заинтересованность Ивина и неожиданное неприятие Яна.
   - Тебе нечего бояться или опасаться, - заговорил Ивен.
   - Ты смотришь на меня, как на насекомое, под микроскопом, - Девушка озвучила очевидное для неё и отвернула голову, уходя от пристального взгляда тёмных глаз.
   - Прости, обидеть не хотел, - немедленно отозвался тот, - ты не первая кто вызывает нас. Но ни с чем подобным я не сталкивался, вот и смотрю, пытаюсь понять, что делать дальше. Видишь ли, соглашаясь или отказывая в помощи, мы, тем самым, меняем и свою жизнь. Это одно из условий нашего существования. В начале это интересно, и мы действительно старались приходить на помощь, но "трудно быть Богом", со временем надоедает и мы довольно долгое время просто предпочитали не вмешиваться. Но твой призыв, и это количество крови, понимаешь, ты словно встряхнула нас. Заставила вспомнить, каково это быть жертвой, - понизив голос неожиданно закончил он.
   - В смысле? - тихонько спросила Кайса, - вы вампиры?
   - Кто?! - глаза Ивена полыхнули искрами, - нет, конечно. Фантазия у тебя! - он даже головой покрутил, немного опасливо смотря на Кайсу, - Думаю, для серьёзных разговоров ты сейчас слишком слаба, давай с ними немного подождём. Смотри, эту комнату я оборудовал так, что можно придумать любую обстановку и она станет такой. И будет, пока у тебя есть желание поддерживать иллюзию или ты не захочешь, чего -то другого. Попробуй!
   Кайса, заинтересованно огляделась и закрыв глаза, начала представлять.
   - Так вот чего хочет аборигенка с далёкой планеты, - услышала она и распахнув глаза увидела действительно преобразившуюся комнату. Она была похожа и на библиотеку, и на кабинет, такой, женский. Изящный, но крепкий письменный стол с придвинутым к нему креслом. Книжные стеллажи, камин, в котором потрескивают дрова и еще одно, более уютное, кресло рядом с ним. В нём Кайсе значительно удобнее, чем на твёрдой и узкой кровати. Вот только в дверях стоит Ян, этого в мечтах точно не было.
   - Тебе именно этого не хватает для счастья? Или ещё мужчина нужен? - Ян говорил спокойно, но Кайса чувствовала его неприятие и даже отвращение к ней.
   - Для счастья? - немного удивленно переспросила она.
   - Ну да, - нетерпеливо заговорил он, - как у вас принято, женщине для счастья нужен дом, деньги и мужчина. Который будет её обеспечивать. Так часто бывает в неразвитых мирах, подобных твоему, - он поджал губы в ожидании её реакции на свои слова.
   Кайса негромко рассмеялась, удивляясь про себя тому, что этот не человек из дальнего далека повторяет слова её свёкра.
   - Всезнайство - это палка о двух концах, - заговорила она, - Ты путаешь понятия. Это может быть нужным, чтобы стать счастливее, да и то не всем. А вот для счастья нужно совсем другое.
   - Как это? - он казался немного сбитым с толку.
   - Что бы стать счастливее, нужно уже быть счастливым, подобное к подобному. Понимаешь? Невозможно быть несчастным и вдруг стать счастливее. Непонятно говорю? - нахмурилась Кайса не видя у собеседника понимания.
   - Совсем не понимаю, - подтвердил он, - по-твоему, надо быть постоянно счастливым?
   - Такое могут только душевно больные, - пожала плечами Кайса, - я о другом. Мечта - это твоя искорка. То, что внутри тебя навсегда и это тебя согревает. Она и отличие твоё, и похожесть на других. Наличие мечты делает тебя человеком. Счастье - это воплотившаяся мечта. Поэтому оно не может быть долгим или вечным. Она как цветок, понимаешь? У неё, как и у него есть время, но все проходяще. Надо придумывать новую мечту и следовать за ней.
   - Зачем? - как -то сдавленно спросил Ян.
   - Что бы оставаться человеком, - тихо ответила Кайса, - мечтать это его прерогатива, те, кто живут как трава в огороде, на мечты не заморачиваются. Понимаешь, не важно, богат ты или беден, главное, не то, что вокруг тебя. А то, что у тебя внутри. Если внутри тепло, ты всегда сможешь посадить вокруг себя цветы и согреть их. Теперь понимаешь? - с надеждой взглянула на него девушка.
   Странно, но Ян казался взбешенным, он кусал губы, крылья прямого носа трепетали, а в глазах метались алые всполохи.
   - Ложь, - выдавил он из себя, - всё ложь! И ты - тоже. Ты маленькая, чумазая аборигенка, и единственное, что ты умеешь, это приносить дикие, кровавые жертвы. Тебе до понятия настоящей цивилизации ещё несколько веков надо прожить! Что ты можешь знать о счастье? Охота удалась? Мясо над костром не совсем обуглилось, вот твоё счастье!
   - Да? - почему-то Кайса совсем не обиделась, наоборот, внутри неё словно что-то лопнуло, выпуская на волю не мышку, какой она себя ощутила в этом, призрачном корабле, с командой из нелюдей. Сейчас девушка чувствовала себя кошкой, очень голодной, хищной кошкой и видела перед собой достойную добычу, - а кто же ты? Всезнающий Бог или, попроще, демиург?
   - Я из Предтеч! Я из Отряда тех, кто открывает Планеты и оставляет из обжитыми для последующих поколений, а мы, Первопроходцы Звёздных миров, вечные Странники, идём дальше, во имя тех, кто идет за нами, во имя их жизни и жизни их детей и внуков! - парень сказал это так, словно услышав подобное признание Кайса должна была потрясенно опуститься на колени перед его величеством, но всё пошло не так.
   Услышав признание Кайса, поняла, кто сейчас ответит за все её беды и страдания.
   - Как уродство не назови, хоть бантиком укрась, а оно уродством и останется! - отозвалась девушка, брезгливо поджимая губы, - эту чушь, возможно ты и провозглашал, сидя за столом и выпив уже столько, что сам был готов в это поверить. На деле вы убийцы. Ведь вы появляетесь на Планетах, как саранча, уничтожая то, что там развивалось веками. Уничтожая, грабя и вытаптывая и культуру, и быт только потому, что он не похож на ваш! Вы, наемники тех, кто обесценивает то, что не способен понять ваш, такой ограниченный ум. Вы не несете знания, вы оболваниваете тех, кто сдуру, готов вам поверить. Считая, что извне, из Космоса, виднее, как надо жить, на земле. Уничтожаете тех, кто умнее и достойнее вас, поскольку не можете с этим смириться! Твой приятель уже заявил, что: "трудно быть Богом", так вы и не Боги, вы заигравшиеся в них мальчишки, отупевшие от собственной безнаказанности! - Кайса понимала, что начинает срываться на оскорбления. Понимая, что так разговор не ведут и этим она может только всё испортить, тем не менее остановиться уже не могла.
   - Видимо, она вас развратила настолько, что понятия самокритика или, хотя бы оценки своих действий, вам стала чужда. Вы превратились в тупых убийц, грабителей. Вы уничтожили мою планету, как, наверное, и бездну других, до неё! Знай, те, кто выживут, навсегда будут проклинать тот день и час, когда ваши корабли нашли нас в Космосе! Вы Предтечи?! Вы убийцы! Будь прокляты все вы и каждый в отдельности! Ненавижу!! Вы считали себя цивилизаторами? Так и не поняв, что под одну гребёнку только в армии всех стригут. А Миры, потому и Миры, что они разные! Ограниченный ты, тупой солдафон! Но бумеранг вернётся, вот увидишь! Он всегда возвращается! - она уже почти кричала, не замечая, что лицо Яна из надменно-холодного давно стало сопереживающим. И слушает он не из вежливости, а словно проживая случившееся вместе с ней.
   Выдержка покинула девушку, в её мозгу запылали костры прошлого. Кайса не понимала, как и что она делает, но каким-то непостижимым образом словно транслировала в эту, с такой гордостью сделанную Ивеном комнату, то, что пережила сама. Через что прошёл её Род, до того, как она осталась последней. На снова ставших голыми стенах разворачивались картины уютных лесных уголков или шири полей и рек. Мирных картин золотистого, осеннего леса или пушистых снегов, а уже на следующих все это было изломано, сожжено и заселено кем-то в одинаковой форме, строивших что-то наподобие коробок-бункеров, тоже одинаковых. Уничтожались леса. Гибли звери и птицы, уже не было их пения и чистоты горных рек. Но была цивилизация и те, кто считал, что знают, что такое благо для всех, неся свою культуру и уничтожая предшествующую. Почему-то последним кадром оказался погибший в огне ежик, и это добило девушку, Кайса сорвалась:
   - Вот! Вот видишь, это единственное, на что вы способны! - Кайса зарыдала, выплёскивая из себя свою боль и ничего не видя, от слез, заливавших ей лицо.
   Она не видела, что в комнате уже все, сбежавшиеся на её крик, потрясенно смотрят на действо на стенах. А сам Ян, давно утративший выражение превосходства, уже несколько раз порывался к ней подойти. И только рука Ивена, лежащая на его плече, не позволяла это сделать. Наконец, Кайса вытерла лицо обеими ладонями, словно умываясь своими слезами и подняв голову, оглядела всех:
   - Пожалуйста, мне надо побыть одной, - тихо сказала и отвернулась. Словно была уверенна, ей не откажут.
   Дверь хлопнула, а Кайса мысленно стала представлять окно, а за ним дождь, такой, монотонно-осенний. Он тёк и тек по стеклу, смывая копоть и боль с души. Для себя она уже давно решила, что мужчине можно что-то рассказать, а вот объяснять или переубеждать не стоит. Он или понял и значит твой человек, или нет - вы совсем разные и с таким можно лишь болтать, а на серьёзный разговор вызывать больше не стоит.
   В коридоре парни старались не смотреть друг на друга. Конечно, каждый мог сказать, что всё совсем не так, и даже привести примеры. Но многое совпадало, слишком многое.
   - После такого вам осталось только найти верёвку и повеситься! - мстительно проговорила Астра.
   - И дать тебе возможность угробить ещё и их корабль? - вскинул бровь Рон.
   Парни облегчённо рассмеялись. Если не сможешь переступить прошлое и идти дальше, лучше действительно повеситься, притом уже после первого боя. Таков был удел воинов, их удел. И новичков среди собравшихся не было. Астра негодующе фыркнула и вернулась в комнату, к Кайсе.
   - Ты серьёзно говорила про счастье или просто его дразнила? - Астра, неожиданно появившаяся в комнате, заставила ту вздрогнуть от неожиданности.
   - Серьёзно, но это только моё мнение, - отозвалась нехотя, появление сейчас Астры, как ранее Яна, настораживало.
   Астра прошлась по комнате, видимо по привычке, держа спину и ставя ножки так, чтобы бахромчатый подол обрисовывал их наиболее заманчиво. Стрельнув глазами в Кайсу, она обиженно надула губы, та и не думала на неё смотреть.
   - Ты так любишь природу, - с удивлением в голосе снова заговорила девушка, - а у нас её почти и нет. В некоторых домах были теплицы, но это скорее для всех. Там на продажу выращивали цветы и зелень всякую. У тех, что побогаче, были небольшие оранжереи, цветы на гидропонике, - она осеклась и взглянула на Кайсу.
   - Я знаю, что такое гидропоника и даже знаю, какие таблетки надо было в воду класть, там, у нас, - тихо отозвалась Кайса.
   - У мамы был цветок, по стене вился. Она над ним, больше, чем надомной тряслась, - грустно усмехнулась Астра, - а когда мы на твоей планете очутились, там, где я кольцо-ключ потеряла, - пояснила она, - так я вообще боялась по траве идти. Как можно идти по тому, что шевелится? Оно же живое, а вдруг ему больно? Да и страшновато, если честно.
   Кайса только покачала головой.
   - Ты мне, всё же объясни, как ты про счастье так придумала, вроде бы я с тобой и согласиться готова, а что -то настораживает.
   - Так не соглашайся, - тихо уронила Кайса, - я же тебя под свои знамёна не зову. Просто я, когда оказалась нелюбимой и похороненной заживо вдруг поняла, что такое любовь. Словно озарение пришло, жаль, что поздно. Я раньше, как считала? Думай хорошо, будет хорошо. Не делай зла и тебе не сделают. Промолчи, уступи, улыбайся, не иди на конфликт, и всё обойдётся. Выполни, что просят, или даже требуют, - Кайса досадливо поморщилась от нахлынувших воспоминаний, - только жизнь оказалась гораздо сложнее, потому что другие воспитаны по-другому. Твою уступчивость никто не оценит, её примут не за мудрость, как тебе бы хотелось, а за слабость. Решат, что ты не способна отстоять своё мнение. Не способна отстоять себя. А раз так, то и считаться с тобой никто не будет. Или ещё хуже, если человек не твой, он может внешне и соглашается, а внутри думает иначе, понимаешь? А ты, глупая, словам поверила, а надо было на дела смотреть.
   - А если их нет, дел? Ну, так сложились обстоятельства? - заинтересовалась Астра.
   - У любящего тебя человека к тебе может быть лишь одно, единственное требование, чтобы ты, всегда, оставалась собой, понимаешь? - голос Кайсы зазвенел, - тогда ты будешь уверена, что любят именно тебя. Ты не стала заменой или тебя не пытаются сделать двойником кого-то. Носи другое или отрежь косу, у нас так не принято, это не о тебе беспокоятся, это о себе, ненаглядном. Что бы было что показать на первом же приёме, - Кайса досадливо махнула рукой и отвернулась.
   - Ты очень умная, не так, как я, по-своему, но умная, - задумчиво начала Астра, - но знаешь, тебе надо решить, хочешь ты жить дальше или нет. Вот прямо сейчас решить. Потому что прошлое изменить нельзя, но будущее - можно. А вот спрятаться от будущего нельзя, даже в корабле, что дрейфует в Безвременье.
   Кайса устало посмотрела на неё:
   - Знаешь, почему-то я сейчас даже не хочу знать, что такое "безвременье". Я вообще, ничего не хочу.
   Неожиданно Астра сверкнула глазами и выдала фразу на непонятном языке. Кайса, вздрогнув от неожиданности, вопросительно посмотрела на девушку.
   - Это значит, если хочешь, чтобы тебя понимали, говори на языке оппонента, - пояснила та, - ты много знаешь. Не спорю. Но ты знаешь только то, что пережила сама. Такие уроки не забываются. Но они хороши только для жизни в насиженном месте. В твоём лесу, например. Сейчас же дорога привела тебя совсем не к дому, и те, кто окружает, просто спутники, а не друзья или враги. И именно от тебя зависит, кем они станут и куда вы пойдете.
   Кайса недоверчиво посмотрела на собеседницу, вместо взбалмошно-недалёкой Астры на неё смотрела наследница тех, о ком Кайса и понятия не имела, но о них знал Рон и явно боялся.
   - Да, именно так, - кивнула её девушка, пусть ты и умна. Но только для своей прошлой жизни, тебя к ней готовили. А я из Космических людей, на планетах нас называли Странниками. Мы не Предтечи, не колонизаторы, нам это не надо. Наверное, такие, как мы были издревле, и в самых отсталых племенах, где и палка- оружие. Но однажды родится тот, кому станет интересно, что там, за пределами его пещеры. И он выйдет, и пойдёт всё дальше, поскольку увидит линию горизонта и захочет узнать, что за ним. Именно эта тяга познать непознанное и породила Космических людей. По крайней мере, наши легенды это утверждают. Космос чем-то похож на море, такое, бескрайнее, неподвластное пониманию и потому притягательное для исследователей или бродяг. Таких людей по-разному называют. Мы хотели знать и двигаться дальше, мы создали станции и звёздные корабли. Это как маяки и корабли, что ходят по морям. Но те, кто был до нас, оставили легенду о "Капсуле Безвременья", наверное, по-вашему, это может быть заимка в лесу, ты её находишь, когда заблудился в буран или любое другое ненастье. Промок. Голоден и силы на исходе. Может, оторвался от преследователей. Или, просто ушёл в никуда и надо остановиться, в безопасности и разобраться в себе. Не с горяча ли порвал с прошлым. И куда идти дальше. Тут можно переждать, отдохнуть. Решить, что делать дальше. И снова начать движение. Продолжить идти по дороге, что свила тебе судьба. Понимаешь? Такие заимки существуют, надо же! Для меня они были лишь сказкой, до этого времени. Кайса, перестань думать о прошлом, его у тебя никто не отнимет, возьми из него нужное и иди дальше. В легенде о Двоих есть оговорка, что когда они нашли приют, то там и остались. А это для меня невозможно. Я из рода Странников. Сейчас я говорю с тобой с благодарностью за то, что ты не побоялась и привела нас сюда, пусть я и не совсем честно с тобой поступила. Какое-то время я буду изучать открывшееся мне, а потом захочу идти дальше. Меня невозможно остановить, я дух, то, что всегда движется вперёд, притом, в оболочке прелестной девушки. Если не хочешь войн и гибели мужчин, думай, что делаем дальше. Думай, - повторила она, покидая каюту - только не очень долго. Мы, Странники, Космические люди, терпением не отличаемся. А я, Астра, из чистокровных.
   Кайса подошла к выдуманному окну и закрыв глаза, прижалась к нему лбом. Как в романах, хмыкнула она про себя. В любовных романах героиня прижимается лбом к стеклу, и оно всегда холодное, а голова горячая. Как всё зыбко, то, что вокруг только кажется твердыней, и чем-то вечным. Космос. Капсула Безвременья. Даже эта стена. А на самом деле обычный туман в родном лесу был гораздо более материален. Ты же знала, что за ним. Тут всё незнакомо и ошибки могут быть неисправимы. Бабушка говорила: "Женщина захочет, сквозь скалу пройдёт", вспомнилось ей. Эх, бабуля. Знать бы, куда идти ей, Кайсе, и главное, зачем?
  
  
   Глава шестая. Двое. "Нет такого возраста, в котором поздно менять свою судьбу."
  
   - Пойдем к нам. Поговорить надо, - Ян кивнул Рону и шагнул куда-то вбок. Последовавшему за ним Рону открылась странная галерея, в ней свет шёл не сверху, а снизу. И видно всё и глаза не режет, но в кораблях так не делают.
   - Так то, в ваших, - нехотя отозвался Ян на невысказанный вопрос.
   - В наших, - повторил Рон, - а вы, тогда, кто?
   - Хороший вопрос, - отозвался Ян, - но ответ будет довольно долгим.
   Свернув, они оказались в комнате, если так можно было назвать абсолютно пустое помещение округлой формы.
   - Представь себе стул или кресло. На каком тебе будет удобно, - проговорил Ивен и сел, усмехаясь на удивление Рона его выбором. Невесть откуда появившийся абсолютно гладкий, неудобный стул. И, в свою очередь, с трудом скрыл удивление, глядя на кресло Рона: вырезанный из дерева, изукрашенный резьбой и при этом абсолютно жесткий трон.
   - Привычка, - пожал плечами эльф.
   Ивен подождал, пока Рон расположится в кресле, и медленно заговорил:
   - Если быть честным с тобой, то мы не хотели помогать. Мы уже давно не интересуемся делами тех, кто по ту сторону, - он качнул головой, видимо показывая на стену корабля, - но призыв был настолько необычен, что мы словно были выдернуты из своего бытия. Как будто нас выдернули, чтобы напомнить. Жизнь, это не дар или проклятие, а данность, и каждый с ней справляется по-своему.
   Рон только нахмурился. Странный хозяин говорил на всеобщем, космическом, которому Рона научили в училище пилотов. Говорил очень правильно, как на давно выученном, но ранее неиспользуемом языке. Да и внешность "хозяина" была эльфу незнакома. Хотя за предыдущие годы он довольно часто оказывался в разных точках Космоса. Хищника опознать не трудно, а то, что перед ним именно он, Рон не сомневался ни минуты. И хотя парень был вполне человекоподобен, Рону он напоминал рыбу. Такую, с какой однажды встретился, посадив подбитый корабль на воду. Она вынырнула почти бесшумно, глянула в иллюминатор. Рону тогда показалось, что она взглянула ему прямо в глаза. Абсолютно равнодушно, ей было всё равно, что он эльф, или то, что выжил после боя в космосе, с огромным трудом приземлив остатки покореженного корабля на воду. Ей было интересно только одно, подойдёт он на ужин или нет. Словно поняв, что корабль и его начинка просто так сдаваться не собираются, так же, бесшумно, ушла в глубину. Но в тот миг эльф понимал, она решает его судьбу, и на силу всегда найдётся кто-то более сильный. Вот таким же виделся Рону и этот незнакомец. Немигающий тёмный взгляд, удивительная пластика движений и сила. Внутренняя сила чужака давила, он, ничего не делая, тем не менее подавлял волю эльфа, одним своим присутствием. Словно за ним стояло что -то необъяснимое, тёмное, а не просто знания пока недоступные эльфу. Рон передёрнул плечами, сбрасывая чары. Дышать стало легче.
   Ивен неожиданно встал и подойдя к абсолютно гладкой стене провёл по ней рукой. Стена растворилась и будто исчезла, открыв им огромный мир Космоса. Рон снова перевёл взгляд, теперь он видел, что костюм странного человека - это комбинезон из какой-то незнакомой ему материи, он как бы обливал его, без швов и переходов. Но обтекая хозяина он не подчёркивал его фигуру, а словно отводил глаза смотрящему, тем более что цвет почти повторял открывшийся космос. Широкий кушак из каких-то ярких нитей белого и золотого цвета, напротив, притягивал взгляд и демонстрировал необычные рукояти кинжалов, за поясом их было два. Ещё один виднелся за голенищем сапога. Странно длинные волосы доходили почти до колен. Льнули к хозяину плащом или доспехом? Они закрывали спину и плечи, но ни разу не упали на лицо.
   - Твоя Хозяйка так потрясла Яна, что он повёл себя несдержанно, я таким его видел всего пару раз, - задумчиво заговорил он вновь, - Ян уже объявил, что мы из Предтеч, но судя по её реакции, наши потомки, или те, что присвоили наше имя, обесценили этот титул. Не ищи мне аналога в своей памяти, его не будет, - Ивен взглянул на Рона, - Мы из очень далёкого Космоса, там, где Абсолют тоже разрешает себе опыты, - он снова осёкся, словно совсем не хотел говорить или воспоминания затрагивали его слишком глубоко. Но вздохнув и словно подчиняясь внутреннему приказу, всё же продолжил, - Именно этим и допускает существования многих Демиургов, а те, в свою очередь, создавая свои Миры, стремятся доказать, что их творения достойны права на существование. Я говорю то, что мне удалось понять и то, почему мы выжили, хотя и не должны были, по замыслу наших Демиургов. Видишь ли, они решили, что произведут гораздо большее впечатление на своего Верховного, если не создадут, а разрушат. И не спонтанно, а продуманно. Да, я вижу в твоём разуме сравнение нас с ботинком и насекомыми. Уничижительно. Но похоже. Их было двое, Он и Она. В чём-то это было похоже на написание книги. Он создал Мир света, очень правильный, не подверженный сомнениям и поэтому воинственный.
   - Она любила вечера и звёзды, - вступил Ян, и Рон машинально отметил, что парни отличались лишь цветом волос.
   У Яна они были иссиня-чёрные. И кушак на нем сверкал алыми бликами, вот только оружие у парня было в разы больше, но рукояти кинжалов или что там у них было, так напоказ не торчали. Рон, намётанным глазом видел, что один из них чуть выглядывает из узкого рукава,
   - Её мир, красиво обманчив. То, что казалось незыблемым, через минуту могло стать колеблющимся туманом и ли вообще исчезнуть. Мир Тьмы, иллюзий и опасности. Но он такой красивый, мой мир, был, - тихо и грустно проговорил парень, - А красота, если она истинная, всегда беззащитна. В этом часть её прелести. Иначе получается ядовитый цветок.
   Голос Яна менялся всё больше, он словно смотрел вглубь себя и чем больше воспоминаний выпускал на волю, тем становился как-то беззащитней, хотя было видно, они причиняют ему боль. Подняв глаза и увидев направленные на себя взгляды, он с досадой, встряхнул головой, словно отгоняя морок прошлого и продолжил уже более отстраненным голосом.
   - И Он, и Она создавали, в итоге, Миры под себя. Так, как каждый из них представлял красоту. И ещё они соревновались, друг с другом и не хотели это признавать. Ведь каждый считал себя сильнее и заранее праздновал победу над тем, другим. По прошествии времени я думаю, в этом и была их ошибка. Они не поняли задумки Верховного, он хотел их объединить, сделать из двух миров один, совершенный. А получилось банальное противостояние. Они были равными в силе, и оказались одинаковыми, по сути, разнились только внешностью. Может всё дело было в этом? - он досадливо повёл плечами, - Верховный же придумал Его и Её не зря, они должны были быть разными, именно по сути. И понимая это, ценить и беречь эту, свою разность. Быть собой. Именно этим они должны были и заинтересовать друг друга, стать соратниками в творчестве, а может и чем-то большим. Создать тот Мир, который был бы интересен Верховному, и им, по его задумке. Но Она не поняла свою ценность, стала просто стараться походить на Него, этакая полу-мужчина, доказывающая что она может всё то, что может он. Но копия всегда хуже оригинала. А цельной личностью можно стать только если принимаешь себя полностью. В итоге задумка Верховного не удалась, и смысл игры был потерян.
   - Они пошли по пути наименьшего сопротивления, - снова перехватил инициативу в разговоре Ивен, - Даже придуманные ими Миры были очень сходны. Младенчество и детство, это время есть и у Миров. Время, когда закладывается основной фундамент будущего, созидание окружающего, природа. Быт тех, кого они привели в эти миры, чтобы жить. Всё это было им не интересно и потому пропущено, а ведь привязываешься только тогда, когда создаёшь. За основу населения были взяты гуманоидные дети, они воспитывались вместе, в дальнейшем почти все имели физическую подготовку воинов. Нас растили для войн и сражений, а не для жизни и познания себя. Но только к подростковому возрасту появились различия, некоторые девочки начинали выделяться. Думаю, это был последний раз, когда их Верховный пытался обратить внимание на то, что ему было очевидно и интересно, какое развитие событий он бы поддержал. Но Демиурги, как упрямые дети, намёка не заметили. А тогда, в некоторых наших девочках, неожиданно, стали проступать истинно женские черты. Они были мягче. Заботливее и сострадательнее, особенно после тренировок, когда хотелось просто лечь и не двигаться, помогали именно они, - Ивен отвел взгляд и как-то очень по-человечески, даже по-детски, прикусил губу, перебивая такой, физической болью, боль воспоминаний.
   - Понимаешь, это для нас была большая редкость, сочувствие. Мы были заточены на результат, спортивный, или боевой. Наши девочки были воинственны ничуть не меньше. А такие, будущие Хозяйки, именно они "на вес золота", как у вас говорят. Ведь они проявят себя не в своих достижениях, а в достижениях возлюбленного, мужа. Станут не соперниками, а соратниками. Сумеют создать, а не разрушить, понимаешь? Наверное, дело дошло бы и до детей, но так далеко нам зайти не дали, - хотя голос Ивена звучал спокойно и ровно, сжатые до белизны кулаки парня говорили Рону гораздо больше. - Подобная самоотверженность шла в разрез с условиями жизни Мира света. Так что намёк был не просто не понят, а отвергнут. Хотя уже становилось очевидным, развитие Мира света под вопросом, двигаться только в войны дело абсурдное изначально. Без них, Хозяек, Мир мог свернулся, за ненадобностью. Или превратился в механическое нечто. Ему стало не интересно, но мы оказались не просто марионетками, видимо именно из-за этих девочек, - как-то растеряно закончил свою мысль Ивен и посмотрел на Яна.
   - Соревнование и победа конечно важны, - послушно подхватил рассказ тот, - но жизнь намного многограннее, если сумеешь сойти с проложенной для тебя спортивной дорожки. Если осознаешь свою ценность и ценность своего времени в мире, где родился. Это, конечно, ересь. Но я же из Тьмы, чего ещё от меня ждать? - усмехнулся Ян и искоса взглянул на порозовевшего Ивена.
   - Итогом первого подобного разговора, именно разговора, а не поединка или, банальной драки, для меня была неделя карцера за неподобающие воину Света мысли, - напомнил тот, скрывая улыбку, - но семена уже упали в благодатную почву, к тому же я уже собрал всю коллекцию медалей и кроме звона, от них прока не было. Нас учили многому, а если развиваешь не только мышцы, а и разум, то это приводит к размышлениям. Как ты видишь, наши Демиурги стремясь упростить неинтересные для себя подробности, даже внешность нам придумали почти идентичную. Я в начале решил, что себя в зеркале вижу, непонятно только, почему волосы тёмные. Да ещё и сам с собой говорю. А оказалось, это Ян нашёл и открыл несколько точек-переходов между нашими Мирами и первым заговорил со мной.
   - По условиям, Миры должны были заселять "люди", - снова попытался объяснить происшедшее Ян, и снова со своей позиции, - нам дали красивую внешность, для него это было объяснимо, поскольку у красоты есть созидательное объяснение. А Ей нравились только красивые куклы. Но они оба выбрали своим Героем мужчину. Твоя Хозяйка правильно вспомнила, по условиям Мироздания один из двух составных частей шара равновесия Мироздания, Мироустройства должен быть женщиной, иначе сцепки, - Ян попытался изобразить окружность ладонями в воздухе и даже покрутил кистями рук, изображая сцепку, - но они хотели по-другому, мы же были экспериментом. И вот нас столкнули, и первый раз и ещё. Но мы же были производными от своих создателей, и никто не хотел умирать. Тогда мы с Ивом и встретились, так сказать, в живую. В паузах между битвами стали изучать друг друга, в начале с ненавистью, а потом и с интересом. Оказалось, в нас сходного гораздо больше, чем отличий. По их условиям нам был дан ум и способность развиваться. Через некоторое время мы поняли, что Миры идут к гибели, а они, наши Демиурги, не только не пытаются предотвратить такой конец, а наоборот, приближают его. К тому же мы им надоели, обретя свободу сознания. Ведь развитие к этому и ведёт. Мы стали бунтовать, доказывая своё право на жизнь, это в их планы вовсе не входило. Видя, что войны идут, а победы над другим не получается, они стали терять интерес и друг к другу, и к своей затее, напрочь забыв, что создают всё происходящее сами. Видя, что не один не уступит, а красота Миров, как и ресурсы планет, практически изведена, Верховный позволил им столкнуться лбами и на их примере наглядно показать другим, что разрушение ни ведет ни к чему, кроме гибели. Наши Миры оказались просто заложниками эксперимента, а о живущих там вообще никто не вспомнил, так, мелочь, не стоящая внимания. Но мы то об этом не знали, не понимали, что все уже предрешено и наши Миры обречены, - теперь Ян говорил не контролируя себя, в полночных глазах метались алые всполохи, смешиваясь со слезами. Он словно заново переживал потерю и вступал в конфликт с его величеством Временем, идя уже и против этого божества. Доказывая на своём примере, что Время не сумело излечить его боль.
   - Так что, пара мальчишек, этакие парламентёры от своих Миров, с искренней верой в свои возможности и каждый на своем корабле, решили вести переговоры в Космосе, - вступил Ивен, и словно случайно переместился так, что закрыл собой Яна от испытующего взгляда эльфа, - Мы искренне считали, что раз не можем изменить ход истории, то его нужно возглавить. Ведь общеизвестно, человек добр и умен, это толпа зла и неуправляема. Мы хотели медленных реформ, которые привели бы к изменениям. К постепенному пониманию друг друга без ненависти и войн. Мы, два юных идеалиста, действительно считали, что способны изменить то, что было заложено в самом начале и не подлежало изменению. Но мы верили, что разум должен взять верх. Раз уж мы, такие разные, смогли переступить пропасть непонимания, то сможем и другим объяснить. Вот только никому из Демиургов это было не нужно. Они мнили себя Богами и считали, что, если обезьяны и научились говорить, это ещё не значит, что их надо слушать. Я перешёл к Яну на корабль, для переговоров и заодно, так демонстрируя своё доверие. И почти сразу это и произошло. Наши Миры были взорваны и рассыпавшись огненным салютом, просто исчезли. А из не отключённого динамика раздался голос с названием их координат и сообщением, что место очищено и готово к следующему испытанию. Тогда взрывом наш кораблик отбросило в неведомые нам дали Космоса и мы, в немом испуге видевшие гибель своих Миров враз осознали, что мы не только выжили. Каждый из нас не одинок во Вселенной только потому, что мы - Двое.
   - И друга надо беречь, если не хочешь сойти с ума, - ровно проговорил Ян, уже справившись с собой, - тогда только присутствие другого и позволило сохранить разум.
   Парни замолчали, молчал и Рон, по-своему переживая услышанное.
   - Потом мы приходили на зов о помощи, - снова подхватил тему Ивен, немного торопливее, чем говорил раньше, было видно, что воспоминания не приносят ему удовольствия, - сами стали чуть ли не Богами, но всё надоедает. Похоже, ноосферы взорванных миров в последний миг перед своей гибелью передали нам неведомые, и так до конца не понятые нами, силы и умения. Когда долго наблюдаешь чужую жизнь, даже совсем непохожих на тебя существ, через некоторое время начинаешь замечать повторяемые точки. Мы их, про себя, стали называть точки невозврата. Это немного напоминает условия сказок той планеты, откуда твоя Хозяйка. Пойдешь налево, или направо или вперёд. Ключ тут в посыле. Нельзя остановиться и тем более повернуть назад. А развитие всегда будет окружено сомневающимися и недовольными. И не мы первые, кто говорит об этом, иначе откуда на планетах так много заброшенных капищ или храмов. Просто приходят другие, кому это ещё в новинку и пытаются вмешаться или переделать. Спустя время мы поняли, когда нас призывали для помощи, это было лукавство. Те, кто призывал хотел, чтобы мы всё сделали за них, помогли победить врагов, возвели их на вершину власти, где они потом будут жить, хорошо и праздно. Ты же разумен. Понимаешь, что помочь и сделать за кого бы то ни было его работу, это абсолютно разные вещи?
   Рон угрюмо кивнул. Слишком много параллелей в рассказе этих парней он проводил между собой и ими. Между ними и Кайсой. Которую они упорно величали его Хозяйкой.
   - Мы нашли "карман" Безвременья. Участок пространства, где разместилась эта удивительная, и до сих пор не до конца понятая нами, рукотворная Станция. Почувствовали и высчитали, что такое может быть и оказалось, действительно есть. Хотя, судя по библиотеки, которая тут хранится, и это все было задолго до нас. Возможно, создано силами, или существами, очень высокого порядка. Кто-то назвал бы их богами, а мы постарались просто об этом не думать. Мы решили продолжить, оставить и свои записи для тех, кто придёт потом. Этакую комнату отдыха в Космосе, - задумчиво продолжил рассказ Ивен, - Ведь мы даже не знаем, смертны мы или ограничены условиями? По-идее, с гибелью Демиургов и наших Миров мы не должны были остаться в живых, но живы. И тут мы уже довольно давно, и, наверное, так бы всё и было. Но твоя Хозяйка позвала нас, рискуя своей жизнью. Отдавая кровь, то, что в Космосе практически невозможно восполнить. Она была в сознании и шла на это добровольно, зная, что может погибнуть. Она хотела спасти вас. Так могли бы поступить девушки из наших миров. Те, кто хотел стать Хозяйками, но им не дали. И мы не смогли не откликнуться.
   - А как мы оказались здесь, после зова крови Кайсы? Да и зачем вы нас притащили, а не помогли и исчезли, не раскрывая своего дома? - уже окончательно терял логику происходящего Рон.
   - А тебе не все равно, каким образом тебя вытащили из холодного плена Космоса, уже собиравшегося забрать в свои ледяные когти замерзающий корабль? Мы и сами не всегда можем объяснить происходящее, когда происходит всплеск энергий высокого порядка - Ивен замолчал и выжидательно посмотрел на Рона, тот ответил ему хмурым взглядом.
   - И что же дальше? - подтолкнул вопросом эльф.
   - В том то и дело, мы не знаем, - нехотя признал Ян, выходя из тени, - наверняка многое, или даже всё должно измениться. Но как? Одно ясно, даже если вас убить, это изменения уже не остановит. Поэтому, живите. Можете даже погостить у нас, но недолго, слишком многое нам пришлось вспомнить из-за вас, а об этом мы даже друг с другом говорить избегали.
   Рон прикусил губу, не давая себе сказать хозяевам, что он думает о подобном гостеприимстве, просто кивнул и вышел.
  
  
   Глава седьмая. Решение. "Нежданный гость всегда хуже...".
  
   Рон шагал по этой, неизведанной "капсуле Безвременья" и удивлялся себе, если бы, до встречи с Кайсой, он бы попал в такое место, то восторгу его не было бы предела. А сейчас он себя не понимал, куда рванул, почему ничего не спросил, не уточнил. Куда он, вообще, собрался? Но та буря эмоций, что поднялась в нём после рассказа Двоих, требовала выхода, хоть такого. Эх, если бы можно было оказаться в лесу, прямо сейчас. Эльф даже застонал сквозь зубы, выплёскивая свою тоску по дому, которого у него не было. Но лес часто встречался на планетах его странствий и заказов. Теперь он уже имел право хотя бы на этот выбор. Конечно, там были совсем другие деревья и не деревья. Но эльф знал, что он всегда может вернуться в свой лес и вновь пройти по пружинящей под ногами подстилке из мха. Вдохнуть пряный запах осенних листьев или полежать на холме, зарывшись в траву, чувствуя, как спину пригревает летнее солнце, а тени от бегущих облаков то укрывают его, то вновь дают насладиться теплом. Если бы этого не было, если бы его планеты не стало, наверное, Рон не смог бы жить, хоть, изредка не припадая к своему истоку. Сейчас ему было неловко за всё то, что он думал о несчастных ребятах, хорошо хоть не сказал ничего вслух. Истинно, молчание - золото! А ведь что только в голове не крутилось и убийцы, и пауки, заманившие глупых мух в свою паутину. Но, на деле, просто парни, слишком рано и насильно посвященные во взрослую жизнь. Он и сам там оказался не по возрасту и не по своей воле. Их учили выживать, а эти ребята, несмотря ни на что, еще смогли научиться жить. Ведь если ты способен думать о других, а тем более помогать им, то как человек ты состоялся, а значит, живёшь не зря.
   Эльф перешёл на спокойный шаг, а ведь до этого почти бежал. Так, ещё медленнее, вдох-выдох. Теперь ему предстоит самое важное, понять, как и что делать дальше, причем именно ему. Кайса, в отличие от "Демиургини" этих пацанов, имеет голову на плечах и мериться властью с ним ей в голову не придёт. Она принимает и его опыт и его умения. Разумеется, она выслушает всё, что он предложит и скажет, а решение они примут уже вместе. Хоть в этом ему повезло, встречал он таких, "Богинь", которые за власть и возможность командовать готовы были не то, что тело, душу продать. Вот только, в чём смысл? Это как чужую обувь надеть, вроде бы и удобно, но только и там и тут заклеить мозоли от неё надо и стельку подложить и всё равно, не так будет. И вокруг все будут виноваты, ноге то больно, даже от прогулки с дорогим человеком радости нет. И, кто виноват? Спутник!
   Рон отчётливо вспомнил маму, как она до последних дней находила себе занятия, что-то изучала или рукоделие новое придумывала. Как к ней тянулись эльфы его Рода, хотя она была совсем другой. Независимой. Вот какое слово он искал много лет. Мама была независимой, а отца это угнетало. Он очень старался стать для неё всем, даже воздухом. Хотел быть не просто возлюбленным, а главной величиной в её жизни. Отец страшно ревновал, но не к кому -то, он ревновал маму к ней самой. К тому что ей не скучно быть одной и одиночество её не тяготит, зачастую она вообще не нуждалась в обществе. И рада была только ему, Рону. А вот отец даже и нескольких минут не выносил в одиночестве, ему всегда нужна была свита. Видимо они были совсем разные, а притереться так и не смогли. Отец ошибся в самом начале, приняв вспыхнувшую страсть за другое. А маме это было не столь нужно. Другая крайность. Как же всё сложно и как просто ошибиться. Вот только за подобную ошибку расплата уж больно дорога. Рон досадливо поморщился. Куда-то не туда мысли пошли. Кайса ему верит и подвести её просто нельзя. Эта ответственность полностью лежит на нём, и он, Рон, с этим согласен. Но вот что же делать дальше?
   - Ага, - послышался рядом перестук каблучков.
   Скосив глаза, Рон обнаружил невесть откуда взявшуюся Астру.
   - Хорошо, что ты, наконец от них вышел, - немного нервно заговорила она, подстраиваясь под его шаг, - эти "небожители" решили, что я предмет интерьера и даже не удосужились пригласить на разговор.
   - Это единственный минус или еще есть претензии? - недовольно откликнулся Рон, сам ещё не понимая своего отношения к Астре. Ведь это она придумала, как им спастись, но и корабль чуть не погиб из-за неё же.
   - И вообще, ты кто? - Рон выпалил вопрос вслух и остановился от неожиданности.
   - Я дух корабля. По крайней мере, я так раньше думала, - Астра нахмурилась, - но сейчас у меня некоторые сомнения. Видишь ли, пока Кайса не подобрала ключ, и буквально, и фигурально говоря, я просто находилась на корабле. А сейчас, когда я, это я, начались изменения.
   - Какие? - напрягся Рон, от уже второго упоминания этого слова.
   - Ну, например, то, что за нами последовали несколько кораблей-охотников, так нелюбимых тобой Космических пиратов. Думаю, раз за всё время, пока ты был пилотом моего корабля ничего подобного не происходило, дело во мне.
   Рон изумлённо уставился на неё:
   - Как за нами можно было последовать. Если мы сами не знаем, где находимся?
   - А разве не ты говорил о своей ненависти к космическим шакалам? Любой зверь дойдет до искомого по запаху крови, как по навигации.
   - Ты..., - начал Рон, но Астра только отмахнулась,
   - Это сейчас не актуально, нам надо сообразить, как выжить. Эти "небожители" в своей обиде на вселенную забыли о мерах предосторожности. Иными словами. Если нас атакуют, небожителями станем все, но несколько в другом значении.
   Неожиданно по станции, как про себя называл капсулу Безвременья, Рон, пронесся странный звук. Это была не сирена предупреждения об опасности, но и приятным звук назвать было сложно. Стоящая рядом Астра тихо ахнула:
   - Неужели? Актёр и Прима? Ещё живы, или потомки?
   - Ты о чём? - пробормотал эльф.
   - В моё время у пиратов было несколько Глав, один из них звался Актёром. Его женщина, Примой. Они перед нападением давали три таких гудка. Как звонки в театре, - быстро объяснила развеселившаяся Астра.
   Рон кивнул и растеряно огляделся, из-за угла к нему спешила Кайса, сзади появились Ивен и Ян.
   Рон кивнул им:
   - Ваша станция способна дать отпор?
   - Нет, - Ивен был явно растерян и непонимающе смотрел на них, - ничего подобного никогда не было, мы даже не представляли, что можно вот так, зависнуть напротив "капсулы Безвременья". Это абсурд. Видимо, начались изменения, которые спровоцировал ваш приход.
   - Понятно. Мы плохие. Вы добрые и беззащитные хозяева, - эльф махнул рукой отметая обвинения, - сейчас стоит другая задача. Выжить и желательно всем. Или вы уже не хотите?
   - Что значит, не хотим? - сверкнул глазами Ян.
   - Тогда так, что вы умеете, чем сможете помочь, чтобы нам в живых остаться?
   "Небожители", как их прозвала Астра, переглянулись и пожали плечами:
   - Вот так, на вскидку, даже и не знаю, - протянул Ивен, - естественно, можем драться. Но из оружия у нас только ножи. В капсуле его никогда не было, это было не нужно, мы так считали, - тихо пояснил он.
   - Не пойдёт, - Рон покачал головой, - шакалы так не работают и живые им не нужны.
   - Мой, - голосом выделила Астра, - мой корабль здесь и уже исправен. Если всем улететь на нем, обойдёмся без жертв и капсулу спасём, уводя охотников за собой. Она достаточно помогла вам, - девушка бросила взгляд на двоих, - теперь пусть другим послужит.
   - А разве мы не можем отпустить вас и остаться? - Ян зло прищурился.
   - Не получится, - эльф помрачнел, - шакалы живых не оставляют. Вам надо лететь с нами и тогда можно будет понять, за кем они, вообще, охотятся. Посмотрим, может потом вам и получится вернуться. Что-то же вы умеете? Может, потом вспомните, а пока побудете солдатами.
   - А ты, командир? - с непередаваемым изумлением перед наглостью Рона уточнил Ивен и переглянулся с Яном, который только что не смеялся на изумление друга.
   - Рон капитан корабля, духом которого является Астра, - напомнила Кайса.
   - А ты? - уточнил уже Ян.
   - Я? Думаю, скорее всего, я врач, - девушка улыбнулась и немного растеряно пожала плечами. Ян, усмехнувшись, кивнул, - понятно.
   - Пока так, потом разберёмся, - Рон был уже немного отстранён, собран и готов к действию.
   - Ваш корабль стоит в конце этого коридора, - медленно проговорил Ивен. Было видно, что он не до конца верит в происходящее.
   - Отряд, бегом. Марш! - раскатисто скомандовал Рон.
   Кайса успела вжаться в стену. С изумлением видя, как стоило прозвучать приказу, с места рванули и Ян с Ивеном, и Астра. Её же сначала прикрыл собой от бегущих, а потом схватил за руку и потащил за собой Рон. Они успели вбежать в корабль и шлюз захлопнулся. За пультом уже сидели Ян и Ивен, вопросительно глядя на эльфа. Тот только усмехнулся:
   - Очнулись, Двое?
   - Побудка, что надо, - хмыкнул Ян. Ивен промолчал.
   Рон, подойдя, стал задавать координаты и парни, вызвав виртуальное окно, начинали рисовать кружево навигации, быстро и умело обозначали точки и прокладывали курс. Кайса, не отрываясь, смотрела на их руки. Наверное, именно так пробуждается пианист, который был надолго разлучён с инструментом. Вот пальцы ещё гнуться с трудом, вот и октава берётся с болью. Ошибки и тут же их исправление. Но пьеса сыграна! Память проснулась и не подвела. Только руки ещё мелко подрагивают, а в глазах одновременно и неверие, и восторг.
   Астра снисходительно посмотрела на Кайсу.
   - Они легендарные, Пилот и Навигатор. Хорошо, что за нас, а не против, - азартно проговорила Астра, возбуждённо сверкая глазами.
   - Почему шакалы не нападают? - тихонько спросила Кайса.
   - Они уверены, мы никуда не денемся, - ответила Астра, недобро улыбнувшись.
   Цокая каблучками, она прошла в небольшую нишу, которая до этого момента была словно и не заметна, а теперь, стоило Астре подойти, засверкала искорками разноцветных огоньков. Астра села на выдвинувшееся кресло и в свою очередь, пробежала по открывшейся панели пальцами, как музыкант, соскучившийся по инструменту. Затем, прицепив к уху гарнитуру, что-то сказала в неё, проверяя связь. Рон, а потом и Ивен, немедленно откликнулись.
   - Займи кресло. Кораблю - взлет! - отдал распоряжение Рон, слегка повернув к ней голову, и Кайса защёлкнула пряжки широких ремней, надежно пристёгивая себя в ковше кресла.
   Быстро окинув помещение взглядом, девушка не стала прятать улыбку. Она словно попала в дежавю, но в отличии от того раза, она была уже не одна. Да и корабль подчинился сразу, почувствовав у штурвала не случайную путешественницу, а умелых и опытных спецов.
   "Беглянка" вырвалась из паутины капсулы Безвременья и ринулась в просторы Космоса, унося на своём борту столь непохожих и вместе с тем нуждающихся именно друг в друге людей, которым еще только предстояло стать командой, и заодно, оставляя за собой, изумленных её прытью, пиратов. А покинутая Станция неожиданно для всех растворилась в пространстве, снова уходя в свой анабиоз вне времен, когда внутри не осталось никого живого, которым она в свое время открылась, по так до конца и необъяснимым причинам, известным лишь самым высшим силам Вселенной.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"