Малышев Александр: другие произведения.

Ппп. Сокрушить Рим. Миссия невыполнима. Некоторые проблемы вмешательства попаданцев в Аи

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
Оценка: 4.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Реальность имеет тенденцию сопротивляться...

  Пролог
  
  Земля-1. Центр Службы Контроля Альтмиров.
  Время текущей реальности - 2179 год, 14 февраля, 12:43.
  
  - Мы обнаружили полный аналог Мира-221. Эта Земля даже получила наименование 221-б (бис). События там развиваются в точности по сценарию первого мира... и это печально.
  - ???
  Шеф заметил моё движение бровями и ответил на невысказанный вопрос:
  - По эталонному времени Земли-0 у них третий век до нашей эры. Через 400 лет там должна разразиться стеклянная чума. В мире 221-а эта пандемия унесла жизни 92% населения. Человечество отброшено в каменный век, а мир закрыт. Он просто смертельно опасен для всех.
  - Там осталсь четверо наших, - грустно добавил он, помолчав. Скорее всего они уже мертвы подумалось мне.
  - Решение?
  - Надо сокрушить Рим. Создание мировой державы на базе римского господства приведет к тому, что весь мир окажется связанным с центрами возникновения чумы в Европе и Африке. Чума проникнет даже в Китай по шелковому пути, а оттуда и в Америку. Уничтожение Рима и распад единой системы связывающей Европу, Азию и Африку на отдельные изолированные и враждебные цивилизации позволит локализовать вспышку болезни в более-менее приемлимых границах.
  
  - А почему я?
  Это не моя эпоха, я плохо разбираюсь в тонкостях событий на рубеже эр...
  - Не только ты. Объявлена всеобщая тревога, но увы... наши возможности ограничены, а перебросить матрицу сознания в кого-то из местных вообще пока невозможно - слишком большое расстояние и время нас отделяет. Поэтому - личный переброс. А ты лучше всех готов физически и психологически к тем условиям...
  - И у тебя есть "вампирий глаз", - мысленно закончил я фразу шефа.
  Наноброней, мускульными усилителями, встроенными ментокомпьютерами полевых агентов Службы не удивишь. Но многие люди из рафинированного 22-го века смогут убить другого человека? Врожденная деликатноть и глупый гуманизм уже не раз губили стольких юных мечтателей...
  Мы, агенты из других Миров,бывшие жители более низких временных эпох гораздо устойчивей к таким стрессовым условиям, жестче, злее.
  Но и среди них никто не сможет вырвать у вампира глаз, а затем решиться себе его переставить вместо потерянного. Вживить. Чтобы выжить.
  Так что мои шансы априори выше, тут шеф прав.
  - Вот, почитай. Первая попытка уже была.
  Монокристалл лег в мою руку.
  - Разрешите идти?
  - Игорь, - молчание почти на минуту так непохоже на шефа; наконец - это сотни миллионов жизней...
  А то я не понимаю?
  
  Хотя решение все-таки странное. Понятно, госпиталь туда не перебросишь. Но ведь можно разработать рецептуру лекарства или прививки какой? А я научу аборигенов этим пользоваться.
  
  Ладно, посмотрим, что имеется. Так... ага... это я помню... вот, интересно... уг-м...
  Странное ощущение. Ведь я всегда с симпатией относился к Риму, по крайней мере до тех пор, пока он не выродился и превратился в Кощея над златом чахнувшего. В моем мире (Земля-11) страну, где я родился называли иногда Третьим Римом. Подчеркивая преемственность и величие. Да и к тому же, Рим оставил цивилизации столько всего, от цифр, алфавита и языка* до римского права и примеров величайшего героизма.
  Сокрушение его в ближайший век-два отбросит развитие тамошней цивилизации лет на пятьсот. Но выбора нет.
  "Время - ничто, только жизнь имеет значения" - повторил я про себя один из важнейших постулатов Службы. И добавил для верности:
  - Только жизнь...
  Неплохое напутствие для человека, отправляющегося загеноцидить целый народ (а по-другому тогда вопросы редко решались) и уничтожить великую цивилизацию.
  
  Первая попытка.
  Македонский.
  Вот как. Матрицу перебросить невозможно, но голограмму внедрить в его сновидение удалось. Царю полумира приснился сон... страшный, кровавый сон. Где его наследство захватили грубые ребята из молодого государства на западе...
  Заодно удалось подкачать Искандеру здоровья. Великий полководец не загнулся на далеком Востоке, а триумфально (и это слово нам подарил Рим, вот жеж...) вернулся на Родину, чтобы разобраться с делами на Западе.
  Но как часто бывает и в реальности, царь хоть и поверил в предсказание, но опасность Рима недооценил. Он стал готовиться к войне с... Карфагеном; наследник проклятого Тира, который посмел обидеть греческие колонии в Сицилии.
  
  (СПОЙЛЕР.Вопреки высказанному Тойнби мнению, на итальянском театре военных действий главным противником македонцев оказался бы отнюдь не Самний, представлявший собой достаточно рыхлый конгломерат небольших царств. И даже не Рим, в то время еще недалеко ушедший от положения укрепленной деревни и оказавшийся во главе Латинского союза скорее благодаря удачному стечению обстоятельств, нежели своей действительной мощи и непобедимости (102, 35). Врагом номер один на этот раз оказывается Карфаген.
  
  Тому был целый ряд важных причин. Первая: именно Карфаген был наиболее богатым и могущественным государством этого региона. Подчиниться власти Александра [30] означало для него потерю практически всего достигнутого за несколько столетий. Лишиться владений в Иберии и Сицилии, утратить власть над союзниками, вполне вероятно - передать македонцам свой огромный флот. Вторая: Александр в войне на Западе выступал как союзник и покровитель греков, давних и непримиримых врагов Карфагена, с которыми он боролся уже не первый и даже не второй век. Грекам предназначалась роль проводников господства Александра на завоеванных землях, и в случае его победы именно грекам принадлежала бы полная гегемония во всем Западном Средиземноморье, в том числе, разумеется, и в торговле. Пунийцев, и в особенности Карфаген, как бывшего фаворита, ждали бы всяческие ущемления и дискриминационные меры со стороны властей империи Александра (и это еще мягко сказано). Наконец, было еще одно весьма важное обстоятельство, а именно: не кто иной, как Александр Великий, как мы помним, приказал уничтожить Тир - прародитель Карфагена.
  
  Предвидя надвигающуюся опасность, пунийцы принимаются лихорадочно сколачивать антимакедонскую коалицию. Вполне возможно, среди их потенциальных союзников оказался бы и Рим. Ведь - обстоятельство широкой публике практически неизвестное - некоторое время спустя Карфаген и Рим совместно выступят против царя Пирра, пытавшегося силой оружия создать объединенное эллинское государство на Апеннинах.
  http://militera.lib.ru/research/leschenko_v/01.html )
  
  Для похода "к последнем морю" на западе готовились грандиозные армия и флот; десятки народов прислали свои отряды; корабли строили лучшие мастера Греции, Египта и Малой Азии; жрецы гадали на внутренностях. суля успех походу под личным командованием самого царя-полубога.
  А вот римский вопрос Александр Македонский отправил решать своего полководца Антиппа с малочисленной армией; набранной наспех из местных, народов греческих полисов и некоторых ближайших союзников.
  
  Итог.
  
  Риму удалось отбить Антиппа и затянть войну на несколко лет; несмотря на то, что Александр все время посылал пополнения в Италию (в том числе своих земляков-македонцев - неудержимых бойцов в фаланге; а с ними и отменную персидскую конницу) и привлек к войне ряд местных племен.
  А потом Александр в разгар подготовки к походу на Карфаген внезапно умер. Грандиозное напряжение сил, малярия и прочие болячки, подхваченные в Восточном походе и проклятья убитых врагов все-таки сказались.
  Ему не было и 40...
  
  Последовал распад Македонской державы, войны наследников-диадохов, в которых принял участие и Антипп со своей армией; и всем надолго стало не до дракончика, растущего на итальянском сапоге. Рим получил передышку. Заодно набравшись опыта и уверенности в сражениях с лучшей армией мира.
   Латины обогатили свою тактику. Не рассчитывая победить неудержимую фалангу и мощную конницу на равниных полях, римляне упорно защищали города, высоты, строили укрепленные лагеря, рыли рвы...
  ...и выстояли.
  
  *в свою очередь скопипащено у этрусков, что кагбэ намекает.
  
  
  Попытка номер два. Карфаген.
  
  Я успел к концу Первой Пунической... увы, даже вмешательство попаданца ни к чему хорошему не привело. Пока я обживался в качестве наемника и успел поучаствовать в паре стычек, война пришла к логическому концу.
   Рим победил, но посеял зубы дракона. Вопрос "кто кого?" повис в воздухе... Зато я успел заслужить славу неплохого бойца, и стал в армии кем-то вроде инструктора. Заодно мне предложили давать уроки фехтования и владения метательным оружием разным богатым отпрыскам влиятельных особ. Устроился на теплое местечко. Так мне удалось избежать участия в войне с наемниками, а потом и пропустить Испанскую кампанию. Благодаря мастерству и мужеству Гамилькара Карфаген смог не только разгромить своих врагови восстановить силы, но даже значтельно усилиться.
  А предо мной потихньку открывались двери в дома средней знати города. Это позволило лучше узнать обстановку внутри кипящего жизнью и страстями городе.
  
  Карфаген произвел на меня страное впечатление. Сколько раз я читал, что т.н. торговая партия мешала Ганнибалу вести войну. И в этом есть доля правды. Но можно понять и тех, кто разорялся на упадке торговли... видел нищету на улицах... терял своих сыновей в сражениях.
  Это было не злонамеренная, а скорее естественная реакция на военное напряжение. Т.е. люди мешая партии войны, объективно действовали в ущерб собственному городу, но субъективно могли быть очень достойными и руковоствовались позитивными целями.
  Парадокс?
  Ничуть. Послезнания-то у этих политиков не было.
  
  Карфаген поразил и своей космополитичностью. Нумидийцы, потомки финикян, иберы... семиты, негры, белые... мелькали даже явно монголоидные лица.
  Чем еще поразил меня город, бросивший вызов Риму?
  Странным сочетанием несочетаемых качеств его жителей... вы никогда не ели мороженное с кетчупом?
  Карфагеняне чем-то напоминали евреев.
  1. Гордые, вплоть до презрения к другим народом.
  Но при этом
  2. Умные; правда, опять же, частенько чересчур расчетливые, если не сказать жадные... торговцы... однако черезмерный эгоизми жадность приводили к негибкости, а это всвою очередь к разрушительным последствиям. Вроде восстаний наемников или соседних племен...
  Им нельзя было отказать в
  3. Мужестве. В конце концов плавать (знаю-знаю - ХОДИТЬ) по морям в то время трусу было невмочь. Или вести торговлю с дикарями торгуясь за каждый медный грош.
  Но и у этой черты была оборотная сторона - некий обреченый фатализм, охватывающий солдат и все общество... Неверие в свои силы стало одной из причин поражения. Они приняли мысль о поражение, как моряк принимает мысль, что будет обзательно потоплен в 9-балльный шторм, ибо силы стихий ему неподвластны и им нужно покоряться. Эта почти рабская покорность Судьбе* видна и на примере другого Карфагена, из моей реальности...
  
  
  *СПОЙЛЕР. Мужественно принять смерть В БОЮ и мужественно (ака покорно, по-бараньи) встретить смерть - суть - разные понятия. Евреям понадобился Холокост, чтобы излечиться от привычки прогибаться, фаталично терпя истребление и сказать "Больше - никогда!".
  
  Проиллюстрирую двумя примерами из серии "ДВА МИРА - ДВА ДЕТСТВА":
  А. В ходе кампании на Сицилии 3-х тысячный отряд пунийцев был атакован 5 тысячами римлян. Карфагеняне смело пошли в бой, но когда увидели, что превосходство и военное счастье на стороне противника - очень быстро обратились в бегство.
  Однако, римская конница их перехватила, а подошедшие легионы устроили резню.
  Нет, пунийцы не бросили оружия, не молили о пощаде, но отбивались настолько беспомощно и бессистемно, что за два часа бойни (по другому не назвать) римляне вырезали 2 тысячи врагов; а еще 500 совершенно деморализованных карфагенян все-таки попало в плен. Потери латинов - всего 50 (пятьдесят) человек, главным образом ранеными.
  
  Б. Уже в ходе Второй Пунической войны крупный отряд римлян (два легиона, наполовину из ветеранов, наполовину из новобранцев = средней боеспособности + вспомогательные отряды союзников, всего до 6 тысяч) шедший на помощь своим вйскам в Испании был внезапно окружен всей армией брата Ганнибала - Гасдрубала (ок. 30 тысяч).
  Понимая что в открытом бою им не устоять, римские воины заняли ближайшую высоту и соорудили наспех оборону. Гасдрубал предлагал им сдаться, обещая жизнь и хорошее отношение. Отказ.
  Не желая понапрасну рисковать своими людьми, Гасдрубал попробовал уничтожить противника бесконтактно: в бой пошли катапульты, лучники, балеарские пращники.
  Целый день римские легионы осыпались тучами стрел. Оставшиеся в живых брали щиты у погибших, и усиливали ими свою защиту. Под вечер Г. бросил на рисмлян пехоту. Атака была отражена.
  Ночью, изможденные римляне, оставив раненых, вырвались из кольца прорвав слабую цепь дозорных. Рассвирепевший Г. бросил за ними в погоню конницу. Опять римляне были окружены и пол-дня отбивали атаки кавалеристов, пока к месту боя не подошел с основными силами Гасдрубал.
  В этот раз он не стал медлить и экономить силы - бросил свои войска с ходу на (как казалось)легкую добычу. Сплотив ряды, римский отряд опять отбил все атаки. Воины Вечного города выдирали стрелы и дротики из своих ран и возвращали назад.
  К концу второго дня боя у них на ногах оставалась буквально пара сотня бойцов... Напмню: они устали еще на марше, потом целый день сражались "не видя солнца из-за стрел и камней", потом шли ночь, и снова сражлиись без смены; тогда как пунийцы все время бросали на них свежие подкрепления.
  Потрясенные такой стойкостью, карфагенские военначальники приказали расступиться своим войскам и оставить ЭТИХ римлян в покое.
  Имея 5-кратный перевес и потеряв сопоставимое количество бойцов, Гасдрубал не смог раздавить римский орех!
  Как говорится - почувствуйте разницу.
  (Обе истории выдуманы, но "на основе реальных событий").
  
  В стране слепых одноглазый - король.
  На что я сразу обратил внимание - пунийцы предпочитали воевать чужими руками. Наемниками. Либо контингентами союзников: африканских или галльских племен; набирали войска в своих колониях - балеарцы, иберы, сицилийцы...
  Собственно местные составляли либо командные кадры, либо комплектовали флот. Небольшаячасть из богатых шла в "священный отряд" тяжелой кавалерии. И понятно, что многоплеменое разноязычное войско воевало гораздо хуже, чем более-менее однородные легионы Рима, связанные не только дисциплиной, но и любовью к Родине, личной дружбой, единой верой и языком.
  Первая попытка двинуть проект о формирование чисто карфагенских частей понимания у Гамилькара и его советников не нашла. И тогда я вспомнил опыт янычар. Вот. Способ формирования единого войска из разномастных призывников!
  Сформировать свою армию! По моим прикидкам 50 тысяч хорошо обученных и вооруженных бойцов смогут склонить чашу весов на стоорону Карфагена. Но как это сделать? Решение лежало на поверхности - наемничество.
  Пользуясь своим авторитетом учителя боевых искусств; некоторой суммой денег, заработанных в ходе войны и частных уроков я располагал. Стал формировать собственный отряд; набирал мальчишек 10-15 лет; кого покупал по дешевке у работорговцев, кто-то прослышав про обучение оружию приходил сам...
   Но в отличии от просто наемников, я ставил целью создать армию преданную не только лично себе или воюющую за деньги, а патриотов города.
  В ход пошло все. Молодым воинам прививалась идея неукоснительного следования дисциплине и верности - городу, командиру, друг другу. Все методики НЛП-треннингов и гипноза, (особено эффективно было очетание легких наркотиков и внушения), суровые тренировки и проверки кровью. На первом этапе я использовал практику гитлерюгенда: но только вместо кролика были щенки и кошки, а вместо убийства - от них надо было просто избавиться любым способом, хоть просто отдав в другие руки; и якудзы - с отрубанием мизинца или другой части тела - на втором...). Все они проходили "таинственные" обряды и давали "страшные" клятвы...
   Воину касты Бесстрашных (так я назвал свой отряд) запрещалось иметь семью. Он лишался имени, его заменял номер, а потом прозвище. При поступление в отряд ему наносилась татуировка; когда боец продвигался по служебной лестнице, ему выкалывали новые рисунки. Своеобразный знак отличия, вместо погон и орденов: больше места занимала татуировка - выше звание.
  Поскольку я планировал использовать Бесстрашных как своеобразный спецназ, разведчиков и диверсантов, то татуировки наносились не на открытые части тела (руки, ноги, лицо). а по возможности на места спрятаные под одеждой (спина, грудь).
  первые три года их учили владеть разным оружием (меч. копье. лук. праща) и рукопашному бою, а также плавать-скакать-преодолевать препятствия - своеобразный КМБ; потом наступала специализация. Особое внимание я уделял лучникам.
  Откуда брались деньги? Хе-хе. Обученные Бессташные нанимались охранниками и телохранителями, брали под защиту караваны и морские перевозки или отправлялись наемниками в соседние державы; некоторых бойцов приглашали учителями в другие отряды, а кого-то нанимали для участия в смертельных боях по типу гладиаторских; а я имел неплохой процент. Но каждый уходящий из Казармы давал клятву вернуться в случае приказа или начала войны Карфагена с Римом.
   В конце концов, Гамилькар оценил мои усилия. он дал добро на разворачивание 5-тысячного отряда и разрешил брать в него не только выкупленных у хозяев маленьких рабов или всяких нищих попрашаек с улиц, но и добровольцев из карфагенян. Слава Бесстрашных была настолько велика, что ко мне стали присылать "вторых сыновей" из лучших домов города.
  Даже обычай приносить младенцев в жертву получил новую тенденцию. Лишенный всякой связи с бывшим окружением мальчик отданый Бесстрашным "умирал" для своей родни.
  
   Увы, война началась раньше, чем я закончил свой грандиозный проект. я даже не успел сформировать один пятитысячный легион. правда с учетом разбросанных по всему миру учеников и вновь набранных неофитов под моей командой могло собраться до 7 тысяч бойцов. Но пацанов-юнитов я брать на войну не стал. Во-1-х, жалко... а во-2-х, война будет долгой - я это знал. Пришлось оставить и полтора десятка отличных инструктроров для продолжения обучения. Но 3.400 человек "под ружьем" я уже имел.
   Теперь оставалась еще дождаться возвращения своих птенцов. Все ли вернуться? И сколько из них сгинуло на чужбине?
  
  Ганнибал
  Ни один полководец до него не был окружен столь огромным почетанием своих и столь пугающим уважением врагов, как Ганнибал. Даже Македонский.
  Величие проверяется не только победами. Но и поражениями. Александр Великий тоже терпел поражения, вроде индийского похода; но это были достаточно локальные неудачи, на фоне грандиозных успехов. Ганнибалу пришлось пережить крах всего, потерпеть поражение, покинуть Родину, но он остался великим и не сломался даже в изгнании.
  Не надо забывать, что они начинали с разных позиций. Александр, как полноправный монарх, не был связан по рукам и ногам ловким дельцами-политиками. Да и противники у них были разного калибра...
  (СПОЙЛЕР: Одно дело - выиграть чемпионт Азии, а другое - играть в финале Лиге Чемпионов УЕФА. Так-то.
  
  http://militera.lib.ru/bio/liddel-hart3/text.html#t17
  Победы Александра были одержаны над азиатскими ордами, в которых отсутствие тактического порядка и метода обесценивало их численное превосходство, причем, как указал Наполеон в своем хорошо известном замечании о мамелюках, недостатки азиатских войск возрастают пропорционально их численности.
  Ни один критик не поместит Клайва в первом ряду великих полководцев, и, если бы не ослепительный блеск его маневров и масштаб его завоеваний, Александр был бы отодвинут на соседнее с ним место.
  Цезарь также, до Илерды и Фарсала, был немногим более чем способный 'сипайский генерал' и, как он сам, говорят, заметил, отправился 'в Испанию драться с армией без полководца, а потом на Восток - сражаться с полководцем без армии'.
  Даже при этом Цезарь, благодаря неосторожному распылению сил, дважды оказался вынужденным сражаться с более сильным противником. В первой битве, при Диррахии, он потерпел поражение, и, хотя он отплатил за него при Фарсале, эта единственная первоклассная победа кажется довольно хилым основанием для претензий на высшее полководческое мастерство.)
  
  Чтож, попав под обаяние личности Ганнибала, я решил сделать все возможное, чтобы Молниеносный не пережил в этом мире того же ужаса, что в текущей реальности.
  
   Война была неизбежна. Оставалось выбор хода. Ганнибал решил играть белыми, перенести боевые действия в Италию и начал свой бесконечный поединок с драконом. Из Испании через Альпы в Италию - к славе и великим победам.
  Я не участвовал в этом походе, ибо по приказу совета 104-х мой отряд отправлен в Испанию. (СПОЙЛЕР: пропустить такой квест!).
  
  В Испании мои бесстрашные прошли первое серьезное боевое крещение как единая боевая структура. В сражение против Сципиона нас поставили в первую линию (понятно, что новички не имели такого авторитета - "смазка для штыка"). В самом начале битвы я применил новую тактику: не растягивать силы в нитку, а собрать "сгусток" в центре построения, пробить фронт римских легионов стремительным ударом и дорваться до их командующих. Смутить, напугать, а при удаче - уничтожить или пленить. Я надеялся на высокий профессионализм, тактическую грамотность и стойкость моих птенцов(любая другая армия при таких сложных мневрах просто запуталась).
  Тактика сработала своей внезапностью, а мастерство моих бойцов не подкачало. Вдохновленные действиями Бесстрашных пуны и их союзники действовали вдохновенно исмогли отогнать римлян споля боя. Однако римская армия проедемонстрировала свою стойкость - потеряв треть войска -отошла в полном порядке в лагерь и смогла отбить всенашиатаки.
  Осада не принесла успеха и Гасдрубал разумно решив не рисковать, а наслаждаться победойвелел отступить.
  
  Первая морская победа.
  На море господствовал римский флот. В глубокой тайне я готовил своё секретное оружие - катапульты и зажигательные снаряды.
  Последние стали моим ноу-хау. Изобретать греческий огонь я не стал. брались кусок камня или бронзовый шар, оматывался тканью и веревками, пропитанными смолой, маслом, серой - короче всем, что могло гореть.
  Готовилось порядка тридцати кораблей, не триер, а маленьких, какие нашлись. Главное, чтобы хватило места для установки пары катапульт.
  Моряки были в основном местные, а вот у катапульт я поставил своих.
  Внезапной атакй нам удалось застать римский флот на стоянки. забрасав его горючими снарядами. Выиграть так морское сражение не удалось бы, но несколько сгоревших огромных квинт выброшенные на берег экипажами (или ветром и течением, после того как команды в ужасе по выпрыгивализа борт) невероятно вдохновили карфагенян.
  
  Два таких успеха позволили мне стать правой рукой Гасдрубала. Поэтому он благосклонно отнесся к идеи переправить моих Бессмертных в Италию, к Ганнибалу. Время дорого, и я вверил судьбу кораблям. Это был страшный риск. В охране шли мои метательные "крейсера", но кто спасет от налетевшей бури или подводной скалы невидимой на карте? Так я плыл в Италию, тревожно высматривая небо и водную гладь, а в трюме моего личного корабля лежали полторы сотни новодельных зажигательных снаряда. Опасаясь, что на других кораблях это оружие может попасть в руки римлян, мало ли - буря или навигационная ошибка -я решил держать "чудо-оружие" при себе.
  Для Рима.
  
  
  На Рим!
  
  Прибытие подкреплений, а также обещание использовать зажигательное "чудо-оружие", сподвигли Ганнибала идти на Рим. Весной 215 г. его армия двинулась на ненавистный Город.
  Штурмовать такую громадину? Ведь взятие сопоставимого с Римом по размерам и численности населения (500-700 тысяч) Карфагена потребовала от римлян несколько лет. Лет!!! И при том, что к концу осады Карфаген был полностью блокирован. А здесь об этом оставалось только мечтать... сил у ганнибала было мало, а на море господствовал римский флот. Тогда зачем7 Уколоть булавкой, но в самое сердце.
  Даже с учетом того. что тысячи мужчин были в армии. а нкоторые некрепкие духом бежали из города при нашем приближение, в Риме оставалось более 300 тысяч. Там судорожно формировалась новая армия (вместо погибшей под Каннами), куда принимали даже рабов.
  
  Расчет был на панику и страх. И действительно, несколько сенаторов заговорили о мире. Однако, "ястребы" прямо на заседании набросились на них и буквально забили-запинали досмерти. Тела трех "изменников" были брошены на площади, в назидание. Рим решил драться.
  
  Ночной штурм.
  Ганнибал действовал крайне осмотрительно. Сначала он покрасовался на виду у Города, вызывая армию римлян на бой в открытом поле. Римляне не повелись.
  Потом он сделал вид, что собирается осаждать город, окружить его лагерями, валами, траншеями. пытался перехватить сообщения по Тибру, поставив катапульты истрелков по берегу реки.Но то был лишь отвлекающий маневр. Осада нчего не дала бы, кроме изнурнения собственного войска.
  А потом последовал ночной штурм.
  Пользуясь темнотой, мои Бесстрашные практически бесшумно подкрались прямо к стенам и валам, а когда катапульты выпустили 200 зажигательных снарядов - ринулись в атаку.
  Пожар и стемительное нападение сделали свое дело. Рим охватила грандиозная паника, тысячи обезумевших римлян бросились кто куда: кто в ворота ведущие из города на противоположном конце; кто в воду, спасаясь от огня; кто в храмы, под защту богов; кто на холмы, ища спасения в цитаделях... Давка и паника сделала даже больше, чем огонь... около сотни тысяч жителей Вечного Города задохнулись, были затоптаны, утонули или упали в рвы и канавы.
  И в который раз спасло мужество немногих. Не успев надеть доспехи, наскоро похватав оружие сотни римских воинов бросились в бой. Конечно, в хаосе ночного сражения при свете зловещего пожара, они стали отличными мишенями для наших лукв и дротиков; Бесстрашные и опытные наемники Ганнона истребляли их, нападая сотней на десятерых и пятидесятью на одного. Но они задержали нас до утра.
  Когда взошло солнце, а пожар поихоньку спал, со всех сторон города к месту штурму подтянулись подкрепления. Пришлось отступить.
  Вечером Ганнибал послал пленного с ультиматумом.
  Рим ответил проклятьями! Хороня убитых и оплакивая погибшие дома, утирая соленые слезы и смахиваяя кровь с ран, римляне клялись сражаться до последнего...
  
  Дневной штурм.
  
  Два дня спустя, мы повторили штурм. Уже днем. Мои Бесстрашные в это раз были в резерве. Потери их были невелики, в ночном бою я потерял всего пару сотен убитых и раненых. Но Ганнибал решил не рисковать своей лучшей (УЖЕ!!!) частью без нужды.
  
  Двухдневная атака ничего не дала. Несмотря на то, что катапульты, пращники и лучники буквально засыпали защитников стрелами и камнями, лишь в одном месте удалось проникнуть в город. Но после ожесточенного боя на улицах пунны обратились в бегство и там.
  
  Разорив окрестности Рима и набрав огромную добычу, Барка приказал отступать...
  
  Атака Рима не принесла мгновенно победы, да и не могла принести. Но многие союзники Рима задумались. Мужственные и верные заколебались, колеблющиеся впали в панику, а ждавшие только повода восстать против Рима - перешли на нашу сторону.
  (СПОЙЛЕР
  http://lib.rus.ec/b/95231/read#t46 : Побоище в лесу.
  Консульские выборы в том году состоялись очень поздно. Избраны были Тибёрий Семпрбний Гракх - тот начальник конницы, который пытался оказать помощь осажденным в Казилине, и командующий войском в Галлии[29] Луций Постумий - заочно. Едва, однако же, миновали связанные с этим хлопоты и заботы, как пришла новая страшная весть: Луций Постумий и все войско погибли.
  
  Римлянам предстояло пересечь обширный лес (тамошние жители зовут его Литанским лесом), и галлы подрубили деревья по обе стороны дороги, так что они продолжали стоять ровно, но готовы были рухнуть от первого, самого легкого толчка.
  
   Постумий вел за собою двадцать пять тысяч воинов, в том числе - два римских легиона. Когда войско углубилось в лес, галлы, притаившиеся близ опушки, толкнули крайние из подрубленных деревьев, те повалились, увлекая за собою соседние, и в течение нескольких минут вся походная колонна оказалась похороненной под стволами и сучьями.
  
   Многие были убиты на месте, остальных, потерявших от страха голову, умертвили галлы. В живых осталось всего десять человек. Постумий отбивался отчаянно и пал с оружием в руках. Его голову и доспехи торжественно принесли в самый почитаемый из тамошних храмов. Череп, по галльскому обычаю, оправили в золото, и он служил священным сосудом для возлияний богам, но также и винною чашею на пирах жрецов.
  
   Не меньшей, чем победа, была и добыча, потому что деревья раздавили и изуродовали только людей и животных, но весь обоз и солдатская поклажа нисколько не пострадали.
  
   Страх и уныние объяли Рим. Много дней подряд не открывались лавки, на улицах была пусто и тихо, словно ночью. Наконец сенат распорядился, чтобы эдилы обошли город и уничтожили все признаки и следы общественного траура. Консул Тиберий Семпроний обратился к сенаторам с утешительной речью: - Мы пережили и перенесли Каннскую катастрофу, не дадим же сломить себя меньшему несчастью! Главное - это одолеть пунийцев, войну же с галлами и месть за коварство можно без опасений отложить до более спокойных времен.
  
   На том и порешили. Распределив далее войска и провинции между полководцами, приняли особое постановление насчет беглецов с поля битвы, при Каннах: Клавдий Марцелл, под командою которого они тогда находились, получил приказ всех переправить в Сицилию, и там им предстояло служить до тех пор, пока в Италии остается хотя бы один чужеземный солдат.)
  
  
  Македонцы, Сиракузы и даже сирийские Антиохи прислали Ганнибалу посольства с поздравлениями и подарками. Рим почувствовал себя в шкуре одинокого волка, затравленного стаей собак.
  
  
  Козельск.
  
  Никакой ошибки уважаемый читатель. Вот что пишет Тит Ливий: "Город Казилин осажден пунийцами и доведен до такого голода, что люди ловили и ели мышей и даже ремни и кожу, снятую со щитов; но римляне сплавляют к ним по реке Вультурну орехи и этим помогают выжить" ( http://ancientrome.ru/antlitr/livi/periohae.htm#23 ).
  Ганнибал два раза два года подряд (216 и 215) пытался взять его и штурмом и осадой. Безуспешно... Злой город одним словом. Просто назывался он Казилин.
  Но в нынешней реальности у Великолепного (еще одно прозвище, данное льстецами из Капуи) был существенный перевес. С ним был попаданец, а армия получила навык штурма города, и ни какого-то, а самого Рима. Успех привлекает к себе. За счет местных союзников армия выросла до 88 тысяч.
  Судьба Казилина решила река. Защитница и спасительница, она превратилась в самого страшного врага. Под руководством лично Ганнибала, его лучших инженеров и моих Бесстрашных тысячи рабов и местных жителей перекрыли реку выше по течению. На стройке работали нессколько слонов. которых переправили из карфагена усилиями брата Магона - помощь, хоть по каплям, но шла. У берегов укладывали камни и целые скалы, а в середине плотины построили "ворота" из бревен. Осень способствовала насыщению реки водой, образовалось целое озеро. В нужный момент ворота распахнулись и Казилин буквально смыло наводнением: снесены были рвы и стены, "нельзя было найти двух целых домов рядом".
  Напор воды был настолько мощен, что деревянные ворота шлюза разлетелись на отдельные бревна и вместе с течением понеслись вниз, став своеобразными таранами. Неожиданность. но благоприятная.
  Потрясенные, видя в этом волю богов и самой природы, остатки гарнизона сдались без боя. Бескровная победа* стала очередным триумфом Молниеносного.
  
  * если не считать несколько сотен рабов-военнопленных простудившихся, забитых палками или просто умерших от тяжелой работы на "стройке века"; а также одного моего Бессмертного, утонувшего в реке (подозреваю - ему сильно помогли).
  
  
  Нола. Вторая битва - 214 гднэ..
  (СПОЙЛЕР: Т.Р. - третья, но вторую - 215 - Ганнибал пропустил, ударив на Рим)
  Еще одно "проклятье" карфагенян. Именно здеь Марк Клавдий Марцелл нанес первое, пусть мелкое, поражение Ганнибалу.
  Но теперь ситуация изменилась. Самого Марка отозвали в Рим. Поэтому 30-тысячный гарнизон наполовину состоящий из римских легионов, наполовину - из местных италиков, трусливо спрятался за стены только от слухов о приближении нашей армии. Город охватила настоящая паника. Кто мог - бежал. Кто не мог - молился богам или устраивал прощальные оргии...
  Ультиматум однако нолийцы отклонили.
  Ганнибал прекрасно понимал, что осада ничего не даст; римский флот продолжал господствовать на море. И он решился на штурм.
  Был построен мощнейший таран. В рельности его могли бы толкать 6(!) тысяч воинов, но хватило и 300, двадцать быков, а также двух последних слонов, переживших зимовку. Вокруг тарана была построена колоссальная башня для защиты "живых двигателей", а на ее верхней площадке разместились лучшие стрелки. Башню окружили пять тысяч бойцов из союзников, чтобы отбить попытку вылазки.
  Но Ганнибал не был бы самим собой, если бы не придумал хитрый ход, даже два: одновременно с ударом таранной башни он запланировал атаку двумя полками* (еще 5 тысяч) наемников в другом месте. Наемники взяли с собой фашины, веревки, лестницы и скрытно, под защитой садов и рощиц, сосредоточились левее главных сил. Мои же Бесстрашные (4 тысячи бойцов - пополнил за счет добровольцев из армии - все из ветеранов, "имеющие не менее трех шрамов" и желающих служить НЕ ЗА ДЕНЬГИ), получили приказ атаковать с воды; я отобрал 200 самых лучших пловцов, и поручил им попробовать снять охрану порта. Остальных рассадил на легкие лодки, готовых по сигналу атаковать.
  Комбинированная атака началась днем, когда солнце юга больше всег ослепляло глаза противника. Значительная часть гарнизона вышла-таки навстречу башни, прорвала строй нашей пехоты и факелы полетели в обитые медью и политыми водой шкурами гигантское сооружение... началась свалка, грохот и огонь напугали слонов и они стали крушить башню изнутри...
  Моим бойцам не удалось скрытно снять дозорных, те подняли тревогу и мне пришлось отменить высадку. Но это не имело значения: наемники ворвались в город, открыли ворота и впустили нумидийскую конницу. Началась резня!..**
  Ганнибал отдал город на три дня солдатам для разграбления...
  
  ...Руины Великого Танка Античности вместе с телами погибших воинов и животных были торжественно сожжены на берегу моря. "Пусть даже в смерти они будут вместе". Их пепел пустили по ветру и воде в сторону далекой Африке...
  
  *каждый "полк" - команда наемников переформированные по аналогии с римским легионом - имел разную численность от 1-1,5 до 4-5 тысяч человек.
  ** квириты (так я буду называть и римлян и их союзников-италиков) снова доказали, что они бьются из-за всех сил - потери при штурме составили 12 тысяч , пусть главным образом раненых. Дорого обошелся нам этот успех...
  
  Кризис
  
  Ганнибал находился на вершине славы. Армия в Нола стала четвертой побежденной им.
  Он сразился с миллионом врагов и истребил 300 тысяч из них. Он взял "100 городов" и захватил огромные трофеи.
  Ганнибал сразился с шестью военачальниками - из них четыре были консулами, один диктатором и один начальником конницы. Из четырех консулов двое были убиты, один ранен, а еще один потерял все войско и едва убежал с отрядом в 50 человек' (Ливий). Плюс диктатор Фабий Медлитель ,первым нашедший средство против Веиколепного, был с позором снят самими римлянами!
  Весь юг Италии подчинился ему. Под контролем Рима осталось не более трети всей территории Италии.
  Армия была настолько велика (более 80 тысяч), что Ганнибал отправил 2.000 самых изувеченных воинов с богатыми подарками домой*, в Карфаген. В специальном письме к Совету 104-х он просил наделить ветеранов землей из общественных фондов или купить на деньги, посланные с ними же. Еще пять тысяч (смешанного состава) он послал в Сиракузы (с ними ушла и сотня Бесстрашных, получившая среди прочих приказов распоряжение защищать Архимеда не щадя жизни). Благодаря захваченным в портах кораблям и помощи новых союзников эта переброска прошла успешно.
  
  Но наступил кризис. Рим не сдавался и даже не помышлял о мире. Армия становилась все более неуправляемой, а ее снабжение - головной болью. Росло дезертирство. Начались грабежи и насилия. Уже при взятии Нолы Ганнибал отправил нумидийцев в погоню за бежавшими из города жителями и частью римских легионов. Бесподобные в деле преследования рабитого врага всадники однако преследовали римлян всего несколько миль, а затем повернули и устремились в город за добычей.
  А вы знаете город Асек? А нет такого. Городишко добровольно открыл ворота перед авангардом нашей армии. Но это не спасло его жителей от поголовного грабежа, насилия и кровавых убийств. Солдаты словно осатанели. Когда под вечер Ганнибал с малочисленной охраной ворвался в город, тот уже пылал (сложно сказать, что было виною - может случайность; а может месть - ответная акция устрашения - от местных жителей)... Он жестоко наказал командование авангарда, а рядовых подверг жестокой децимации... но авторитет пуннов серьезно пострадал.
  Следующие города уже не открывали ворота.
  Выход Ганнибал нашел, составив новый план: опять атаковать Рим. Ну а если взять его не удасться, то уйти на север, в земли галлов. Оттуда можно послать отряды в Испанию, на помощь брату и в Иллирию - для поддержки Македонии.
  
  *пиар-акция удалась. Даже Совет решил поддержать войну в Италии. Тысячи молодых людей, жаждущих славой и опытных наемников со всего мира, мечтающих о богатой добыче вербовались в армию. Приток в Бесстрашные был десятикратный против необходимого.
  
  
  Второй поход на Рим.
  
  С самого начала войны я ориентировал Бесстрашных на охоту за знатными командирами римлян. Специально выделлись меткие стрелки, выцелевшие на полях боев или при осадах вражеских полководцев. Отряды диверсантов рыскали вокруг армий противника, выискивая возможности напасть на подвернувшихся офицеров. Марк Клавдий Марцелл стал очередной жертвой этой тактики.
  Во многом его судьба в этой реальности стала символом тех неесчастий, которые сыпались на Рим. Он смог нанести поражение Ганнибалу под Нолой в 216-м. Но в 215 Ганнибал изменил Судьбу. И атаковал Рим, пройдя незамеченным в обход армии Марцелла. Того срочно с легионами вызвали в Рим, но он не успел к разорению города. Оставленная им Нола была сокрушена в следующей кампании.
  Т.о. он крайне неудачно провел два года "не там и не тогда".
  Но слава первой Нолы еще жила, и в должности проконсула он готов был встетить "врага номер один" и защитить Вечный Город. И тут вмешалась моя домашняя заготовка. Славившейся своей бесеконечной храбростью, Марцелл с небольшим отрядом выехал на разведку. И столкнулся с разведпартией карфагенян (Ганнибал послал впереди армии десятки мелких отрядов и групп - и для разведки, и для разорения окрестностей... я отправлял с каждой партией по три-четыре лучника-снайпера).
  Трудно сказать чья стрела - моего специалиста или обычного нумидийца - попала Марку Клавдию в бедро. Он был всего лишь легко ранен, но рана загноилась и Рим потерял на время лучшего своего командира.
  Более чем зловещее предзнаменование в момент повторного приближения карфагенян.
  
  
  Армия подошла к Риму весной 213. Численность ее превышала 60 тысяч; поэтому тем нескольким легионам, что составляли гарнизон города лучше было не высовываться, тем более что из-за болезни Марцелла лишилась единственного достойного командира.
  Если уж Ганнибал регулярно бил превосходящие силы римлян, то теперь одно его имя парализовывала активность латинов.
  
  Мы стали лагерем у А. ворот, и потянулись обычные осадные дни: стычки, копка окопов и постройка частоколов, перестрелки катапульт и лучников.
  
  Вылазка.
  
  Целая батарея мощнейших катапульт методично метала снаряды. Днем - камни и свинцовые шары, стремясь пробить стены или сбить со стен защитников, а ночью - "зажигалки", пытаясь поджечь кварталы города.
  В один из первых июньских дней Ганнибал, объезжая сильно разросшийся лагерь и поглядывая на римские укрепления внезапно притормозил коня и обратился к немногочисленной свите:
  - Они готовят (крупную) вылазку!
  Как он это узнал? Не знаю, это просто ДАР. Интуиция или умение по мелочам видеть то, что обычным людям (и даже мне с моим "инфракрасным" вампирьем зрением) не заметить. Возможно на одной из башен было слишком много вражеских наблюдателей в дорогих доспехах... Или облоко пыли, чуть больше обычного показалось из-за стены, выдав крупный отряд легионеров марширующих к воротам?
  Решение Барки молниеносно готово: устроить засаду. Полк наемников спрятался в ямы между воротами и батареей сверхкатапульт*, а священный отряд тяжелой кавалерии приведен в готовность и подтянут к месту вылазки.
  засада блестяще сработала. Когда римские воины выскочили из ворот в гтовности разметать немнгочисленную охрану и прорваться к катапультам. Их ждало жестокое разочарование: удар во фланг затаившихся наемников. Лучники, которых тоже заранее, по одному-два человека подтянули к центру, выпустили тысячи стрел по бегущим. Атака тяжелой кавалерии довершила дело.
   Две тысячи из примерно трех атаковавших остались валяться на земле. напитывая жаркую сухую землю своей ковью. А паника началась такая, что ворота были заперты прежде, чем половина уцелевших успела забежать обратно. Последних из них римляне затаскивал на стены веревками, изрядно веселя победителей.
  
  Отступление.
  
  Приближалась зима 214/213. Взять город невозможно, это понимали все. Предстояло решит куда двигать армию. После долгих обсуждений решен было отступить не на юг, на север. Там -неразоренные провинции, там союзники галлы, там связь с Испанией и Македонией.
  Изрядно поредевшая в многочисленных стычках с римским гарнизоном и от болезней с дезертирством армия (46 тысяч всего, не считая 5-тысячнго отряда Ганнона, посланного в Испанию еще летом) шла вперед. Даже "ее отсупление выглядело как нашествие".
  Это вполне очевидное решение едва не обернулось крахом всей кампании. Первая неприятная новость нас ждала на полпути между Римом и Миланом(?). Македонсий царь Филипп-5 потерпел сокрушительное поражениие в Иллириии; потерял весь флот и почти всю армию, и с жалкими остатками войск бежал к себе домой... шанс "сомкнуться флангами" для двух союзниками растаял как дым. Вторая весть пришла из Испании. Гасдрубал, не дождавшись отряда Ганнона, потерпел поражение от войск братьев Сципионов. Не сокрушительное, но довольно болезненое - большая часть иберских племен опять отшатнулись от Карфагена.
  Сам Ганнон-младший, племянник Ганнибала, застрял в Галлии; набирая отряды рекрутов из кельтских варваров в свою армию и наслаждаясь местными красотками.
  Наверняка честолюбивый юнец хотел войти в Иберию во главе многотысячной армии и стать "спасителем отечества". И вдобавок он потратил много времени на осаду мелкой крепости на своем пути через Пиренеи; вместо форсированного марша получилась 2-х летняя волокита.
  Одновременно, Ганнибал открыл путь римским легионам на юг, к Капуи. И римские стратеги тут же этим воспользовались, послав обоих консулов с армией наказать "изменников". Попутно они отбили Таррент, воспользовавшись предательством одного из кельтских комндиров.
  Но были и счастливые моменты. Когда к Ганнибалу присоединился очередной отряд варваров, я лично наблюдал трогательную сцену. Несколько мужчин, явно пунической наружности, вышли из нестройных рядов кельтов и (чуть ли не опускаясь на колени) протягивали руки к Молниеносному.
  Оказалось, что это воины первого набора армии Барки. Они шли через Альпы, но в пути попали к галлам в плен. Несколько лет прожили у "дикарей" в качестве толи военнопленных-рабов, толи почетных гостей... кто-то даже женился, кому-то надели ошейник... смотря в какую деревню повезло попасть. И вот эти племена решили поучаствовать в войне уже на стороне Ганнибала. Пленников быстро поставили в строй и галлы отправились к Риму, надеясь славно повоевать и захватить богатую добычу. Но не успели к завершению осады, встретившись с нами у северных провинций.
  Для вырвавшихся на свободу солдат Барка, в сияние славы своих побед, наверняка казался чем-то вроде героя-полубога, Ахиллесом и Гераклом в одном лице. Не меньше.
  Но если встреча старых друзей была приятной, но все же мелочью, то подход 10-тысячной свежей галльской армии сильно приободрил подунывших ветеранов. Став лагерем у Медиоланума(Милана) Ганнибал разослал отдельные корпуса по соседним областям.
  Вторым успехом стало взятие Брешии. Население этого галльского города долгое время было верным союзником Рима. Но при подходе наших сил там вспыхнуло восстание, имевшее как антиримский, так и социальный характер - движение низов. Проримские силы были изгнаны из города. Демос, захватив город, открыл ворота перед корпусом под командованием греческого наемника Пелентина.
   Осторожный и опытный командир не стал вводить своё войско в город, боясь эксцессов. Отправил туда лишь небольшой гарнизон из 500 самых надежных бойцов, а сам встал лагерем рядом. Ганнибал одобрил это решение; сам не одобряя разлагающего влияния городов на свою армию, он старался держать армию в лагерях.
  Добыча, взятая в походе на север превысила 20 миллионов сестерциев. Это позволило не только расплатится с наемниками и одобрить союзников подарками, но и существенно пополнить рацион, обновить доспехи и оружие войск.
  
  Кампания 213 года поставила вопрос ребром. Для обеих сторон.
  Победа или поражение.
  50-тысячная армия Ганнибала двинулась на юг, при благополучном развитии он собирался вновь атаковать Рим или разгромить новые легионы волчицы в полевом бою; в качестве плана-минимума - освободить Капую от блокады.
  Уже в апреле Ганнибал одержал новую победу. Некто Флакк(ий) возглавлял 16-тысячное войско, действовавшее против северных союзников Карфагена - этрусков и галлов.
  Ганнибал сумел обойти его, отрезать от Рима и окружить.
  Первый раз за все время я видел такую панику среди итальянцев. Сам командующий бросил рать и с отрядом в 200 всадников пустиля в бегство.
  Кое-как выстроенные римляне и италики отбили первую волну легкой пехоты, но когда на них с трех сторон устремились ветераны-гоплиты и нумидийские кавалеристы, стали беспорядочно отступать.
  К концу дня 10 тысяч врагов погибло, две тысячи попали в плен*.
  Мы потеряли 273 человека убитыми и около тысячи - ранеными (половина из них либо умрут потом, либо станут калеками - уровень медицин был еще тот).
  * невероятные цифры сооотношения потерь битв античности вполне объяснимы.
  В самом бою проигравшая сторона потеряла 1,5К убитыми в ходе боя и огромное количество раненых. А поскольку их никто не эвакуировал, то после боя они были добиты прямо на месте.
  
  Из 2 тысяч пленных пятьсот человек (этруски* и италики) согласились служить Ганннибалу, в знак чего им сделали клеймо на руке в виде льва - символ Ганнибала, выбранный им в противовес римской волчице; остальных заковали в железо отправили в галльские города.
  
  Некоторые в Сенате Рима потребовали для Флакка смертной казни, но у него нашлись защитники. Приговор ограничили изгнанием.
  
  Марцелла в Риме не было. Он отправился в Сицилию, где нанес ряд поражений пуннам и осадил Сиракузы. Но в городе оставались новонабранные легионы. Штурмовать Рим было бесперспективно, и Ганнибал двинулся на юг, к Капуе, где были оба консула с 40-тысячной армией**.
  
  Противники уже поняли, что в открытом бою им мало что светит, поэтому спрятались за целую систему укреплений: рвы, валы, частокол.
   Деблокировать Капую, находящуюся на пороге голода мы не смогли. Ночное нападение - козырь в предыдущих кампаниях - бездарно провалилось. Когда штурмовые колонны двинулись на приступ, несколько десятков человек проваллись в волчьи ямы. Шум поднял на ноги всю римскую армию и штурмовавших встретил ливень дротиков и стрел.
  Ганнибал приказал трубить отход.
  После двухмесячного бодания, стычек и борьбы саперных хитростей, потеряв треть армии от болезней и дезертирства Барка решил отступить на юг. Он не был бы самим собой, если бы не придумал еще какую-то каверзу.
  Оставив отряд нумидийцев и "бесстрашных" в засаде между двумя холмами недалеко от покинутого лагеря.
  Когда несколько отрядов римлян вышли следом за пуннами, чтобы убедиться в нашем отступлении, их атаковали и перебили. Но судьба Капуи была решена. Весной 212 истощенные капуанцы сдались на каптуляцию. Условия были не самыми жесткими. Римляне казнили 500 самых знатных мятежников, их семьи сделали заложниками в Риме, но полностью выселять население не стали. Им теперь нужен каждый...
  
  Ганнибал опять провел блестящую кампанию, прекрасный марш-маневр к Капуе, по пути разгромив очередную армию Рима и вновь напугав Город. Он вызвался сразится с двумя консулами и 70-тысячным войском, но те даже не высунули нос из-за укреплений; настолько боялись могущества Барки.
  Однако итогом всех этих достижений стали одни горькие плоды... Капуя пала, Сиракузы были взяты римлянами. Сицилия была потеряна.
  Рим,напрягая все силы, ставя в строй даже 17-летних юнцов и стариков выставил против нас 20 легионов, а всего с союзниками - 230 тысяч человек.
  
  ** узнав о приближение Барки консулы затребовали помощь. И им прислали пополнения отовсюду - даже из далекой Испании и два легиона из Рима - так был велик страх перед Молнией; довели численность главной армии до 70 тысяч.
  
  *этруски в целом поддерживали Рим до конца. Но отдельные представители их переходили к нам по одиночке или мелкими группами.
  
  
  
  http://www.e-reading.org.ua/chapter.php/82775/388/Iieger_-_Vsemirnaya_istoriya._Tom_1._Drevniii_mir.html
  Истощение Италии
  Но он все еще стоял на почве Италии, и эта страна, которая уже в течение 10 лет источала кровь из своих бесчисленных ран, начинала выказывать явные признаки истощения. В 209 г. до н. э. при случае нового набора 12 латинских городов заявили, что они дошли до последней степени крайности, что у них нет больше ни солдат, ни денег, и даже в самом Риме кое-кто решился заговорить о мире.
  Сильная оппозиция поднялась против Марцелла, стоявшего за войну до последней крайности, и против аристократии, стоявшей во главе правления. Не без труда удалось провести его в консулы на 208 год.
  Вероятно, к этому времени относится поэтический рассказ о сновидении, которое будто бы видел Ганнибал на пути своего первого движения к берегам Ибера: богоподобный юноша явился перед ним в качестве проводника и приказал ему следовать за собой, не оглядываясь назад. Когда же он, несмотря на это предупреждение, оглянулся, то увидел позади себя громадную змею, которая ползла за ним следом, среди громов и молний, уничтожая все кругом на своем пути. Тогда он спросил своего спутника, что может обозначать это странное явление.
  'Это опустошение Италии', - отвечал ему спутник и приказал в молчании ждать исхода событий.
  
  207 г.до н.э. Великий перелом.
  http://www.e-reading.org.ua/chapter.php/82775/389/Iieger_-_Vsemirnaya_istoriya._Tom_1._Drevniii_mir.html
  (СПОЙЛЕР:Год 208-й начался для римлян довольно благоприятно. С востока не грозила больше никакая опасность. Сицилия в такой степени была упрочена за римлянами, что проконсул Марк Валерий имел даже возможность предпринять экспедицию в Африку и вернулся с изрядной добычей из Клупеи в Лилибей. Затем оба консула двинулись с сильным войском в Апулию. Но в то время, когда уже ожидали известий о победе из лагеря обоих консулов с апулийско-луканской границы, а вместе с победой и об окончательном решении войны, оттуда пришла весть о том, что оба консула попали в засаду, в которую Ганнибал их заманил, причем Марцелл был убит, а его сын и его сотоварищ консул Криспин, оба раненые, едва ускользнули от гибели. И даже эта весть показалась ничтожной в сравнении с теми вестями, которые шли с Запада и, казалось, грозили тем, что дела опять могут принять тот же неблагоприятный поворот, который пришлось переживать 11 лет тому назад при вторжении Ганнибала.
  Брат Ганнибала, Гасдрубал, приближался к границам Италии, и притом с таким войском, которое по численности не уступало войску, приведенному в Италию Ганнибалом в 218 г.
   А между тем Италия была уже не та, что в пору, когда она еще изобиловала незатраченными силами, и в Риме были уверены в прочности связи ее составных частей. Город Рим не мог бы теперь перенести поражения, подобного поражению в Каннах. В подробностях воинские движения и условия, при которых Гасдрубал мог выполнить этот смелый план, неизвестны. Несомненно, лишь то, что его выполнение оказалось возможным только благодаря самым грубым ошибкам Сципиона, который совсем упустил врага из вида... Увлекшись своим планом перенесения войны в Африку, он не принял мер к тому, чтобы заградить Гасдрубалу путь в Италию.
  Гасдрубал же, перейдя Пиренеи, очутился на торной дороге в Италию. Через Альпы он перешел с большей легкостью, чем некогда переходил его брат, т. к. местное население успело убедиться, что война его не касалась и что подобный переход войска, при умении им воспользоваться, мог даже принести свои выгоды. Галлы в долине По, конечно, присоединились к его знаменам, т. к. между ними и римлянами никакое примирение уже не было возможным.
  И когда Гасдрубал весной 207 г. до н. э. спустился с Альп на почву Италии, наступил опаснейший момент всей войны. Положение римлян оказалось более опасным, чем после поражения при Каннах.
  На этот раз, действительно, судьба Рима, Италии и всего западного мира зависела от случайностей и превратностей одной битвы. Весьма любопытно для характеристики общего настроения, господствовавшего среди населения Италии, было то, что и теперь, как зимой 217 г., отовсюду доносились слухи о самых устрашающих знамениях и всюду по-прежнему с величайшим усердием прибегали к тем же искупительным жертвам и покаянию во избежание грозящих бед.
  При избрании консулов внимание главным образом было обращено на то, чтобы консульства были удостоены только люди, испытанные в военном искусстве, и были избраны Гай Клавдий Нерон, уже предводительствовавший войском под стенами Капуи и в Испании, и Марк Ливии Салинатор, уже в 219 г. до н. э. бывший консулом, затем удалившийся в уединение, из которого его опять вызвали, возлагая большие надежды на этого замечательного деятеля.
  
  
  Потеряв Сицилию и Испанию, бездарно растратив силы флота и армии Магона в попытках захватить Сардинию, Карфаген стоял на грани поражения.
  Но счастливая звезда Баркаидов снова взошла.
  Гасдрубал, вытесненный Сципионом из Испании за два месяца прошел по пути старшего брата в Италию. И непросто привел армию, а удвоил ее за счет кельтов и прочих варваров. С 50-тысячной армией и слонами он шел на соединение с братом.
  Все в этой кампании было против римлян.
  Во-1-х, Ганнибал вовремя узнал о подходе брата. И начал прорыв на север. Чтобы облегчить путь весь обоз, трофеи, пленных, раненых - все что могло помешать форсированному маршу -он приказал оставить под небольшой охраной в крепости [...], недалеко от Канн.
  Во-2-х, когда армия Нерона перекрыла ему путь, а сам Нерон 7 тысячами лучших воинов бросился на помощь Ливию (северная армия, против Гасдрубала), наша разведка этот маневр вскрыла.
  Уже на следующий день Ганнибал атаковал оставщуюсю без комндующего и лучших бойцов армию. Возможно, римляне, оградившеся по привычке рвом, валом и частколом и смогли его задержать, но в самом начале боя пал от стрелы оставшийся за комндира легат (заместитель) Нерона "Серпеций".
  И даже этот удар выдержали легионеры, они все-таки не варвары, для которых гибель вождя - сигнал к отступлению или упадку духа. Но Ганнибал на правом фланге сосредоточил штурмовую колонну. Только с одной целью - прорвав оборонительный рубеж ввести кавалерию в погоню за Нероном...
  Увидев скачущию им в тыл нумидийсукую конницу (которым и дела не было ни до удара в тыл леионам, ни до грабежа лагеря) римляне запаниковали и поспешно отступили в лагерь, оставив 2 тысячи трупов. Будь целью Ганнибала уничтожение врага, он мог бы добиться полной победы; настолько страх овладел римскими солдатами.
  Но Ганнибал спешил навстречу к брату; он лишь блокировал лагерь 4 тысячами легких бойцов, придав им все метательные машины. Римские воины настолько были напуганы поражением, что даже не пытались выйти из лагеря и ударом во фланг помешать броску Молниеносного на север. Сидели под ливнем стрел, дротиков и камней и ждали возвращения Нерона.
  В-3-х, сам Нерон спешил на север так, что шел ночью. И заплутал. В результате нумидийцы его не только догнали, но и обогнали. И потеряли. Однако, пытаясь выбраться из теснин и болот, Нерон отправил вперед передовой отряд и он по счастливой (для нас) случайности столкнулся с нумидийцами. При соотношении 3000 всадников против 100 его элементарно перебили.
  Нерон, напрасно прождав полдня возвращения разведчиков, все-таки двинулся вперед и неожиданно для себя столкнулся с нумидийцами. Два дня шли ожесточеные схватки. Конница пунов наскакивала с разных направлений, осыпая противника стрелами и дротиками, римляне выстраивали монолит, наши откатывались, как волны от скал... и так повторялось раз за разом.
  Нерон бросил в бой конницу, но надо же такому случиться, в первой же атаки они потеряли своего командира "..." и разбежались. По иронии судьбы его ("...") сразил римский дротик-пилум - нумидийцы, истратив свой боезапас собирали вражеские копья и стрелы. Атака принесла римлянам только большие потери.
  Эта задержка позволила Ганнибалу (он шел не напрямки, как Нерон, а другой, кружной, дорогой... так как мы хуже знали местность) не только отыграть гандикап, но и выиграть суточный переход.
  
  Битва на Метавре началась раньше, чем войска братьев и консулов соединились. Ливий узнал о приближение Ганнибала и ринулся в сражение. Гасдрубал,наоборот, еще не знал о приближение брата и принял вызов. Это была неточность, едва не погубившая все дело. Избегни Барка-младший сражения еще пару дней, и северная армия волчицы попала бы между Ганнибаловским молотом и его испанской наковальней!
  Слоны (10 штук) уже не были чудо-оружием, римляне выкосили шестерых дротиками и стрелами, а четыре уцелевших потеряли седоков и метались в ярости по полю, давя и разбрасывая своих и чужих.
  Но в самый разгар битвы, когда левый фланг манипулы римлян под давлением галлов из привычного шахматного порядка превратились практически в одну цельную линию, один из обезумевших гигантов врезался в римлян. СТРАЙК! Два легиона охваченные паникой просто разбежались.
  Гасдрубал прорвался!
  Он потерял всех слонов и половину армии, но сумел выраться из ловушки Ливия.
  Несмотря на победу, Ливий понес огромные потери. 3000 только убитых. Кроме того, два бежавших легиона подвергли децимации. Еще 500 трупов. Одних офицеров (центурионов и ...) полегло около сотни. Огромным было число раненых.
  
  И, наконец, братья соединились в Умбрии. Эта встреча чем-то напомнила виденную в детстве кинохронику прорыва блокады... или это был момент замыкания Сталинградское окружение? Люди бросались в объятья, поднимали к небу оружие и улыбающиеся лица, кричали и прыгали. Ликование охватило всех. Среди пришедших с Гасдрубалом были и "бесстрашные" из новых наборов - более 700 человек.
  
  Соединенная армия насчитывала порядка 55 тысяч (не считая 4-х тысячного легкого корпуса у лагеря римлян на юге и гарнизона ...). У римлян было больше (60К), но их силы были разорваны на три не связанных группировки:
  
  - Ливий, со своей измочаленной армией(25-30 тысяч);
  - Нерон, с 7 тысячами (потери у него были незначительны; в основном - раненые);
  - Южная армия, блокированная в лагере (20 тысяч).
  В шахматах это называется "белая ладья прорвалась на 7-ю горизонталь... в обжорный ряд противника").
  Инициатива - душа войны - снова оказалась в руках Ганнибала...
  
  
  Гонка за тремя зайцами.
  
  Сначала Ганнибал хотел уничтожить армию Ливия, чтобы взть немедленный реванш за брата. Но римский консул, захвативший огромную добычу, свыше 5 тысяч пленных и двух слонов решил не рисковать; он уклонился от сраженния и стал поспешно отступать к Риму.
  Страх перед Баркам настолько сильно овладел римской армией, что они пошли на варварское уничтожение пленных... сначала просто убивая отстающих, затем перешли к чудовищным методам: пленному отрубали ногу или руку и бросали умирать истекающих кровью прям на дороге. Более 2-х тысяч трупов и умирающих остались на кровавом пути консула в Город.
  Надо ли говорить, какой яростью наполнились сердца карфагенян при виде этого ужаса?
  Поспешным ходом отряд легкой пехоты и конницы Ганона настиг аръергард Ливия и могучим ударом разгромил его. Внезапность решила дело. Римские легионеры даже не успели надеть доспехи и полегли под мечаи и копьями, "как пшеница под серпом, как трава под косой"... удалось отбить около 50 еще живых пленных.
  Но задержать армию консула и позволить ее атаковать основным силам "драгунам" (часть пути легковорруженные вомины проделали за спиной у всадников-нумидийцев) Ганона не удалось. Ливий лишь ускорил марш.
  
  Мой корпус (12 тысяч, из них 3 тысячи бесстрашных и 1.000 кавалеристов-союзников) в этот момент гонялся за Клавдием Нероном. Бросая обоз, оставляя по пути раненых и больных местным жителям, Нерон сумел увести остатки своего отряда в крепость "...". Горная цитадель была удачно расположена, ее можно было атаковать только в одном месте, по вьющейся лентой художественной гимнастки дороге.
  Но положение осажденных оказалось тяжелым. В крепости просто не было столько продовольствия на 4 тысячи лишних ртов.
  Для блокады крепости Ганнибал решил оставить отряд наемников грека Миридия.
  А с основными силами он двинулся к лагерю южной армии.
  Там ситуация мало чем отличалась от первоначальной, противник практически не высовывался, теряя людей от болезней и дезертирства. Двадцать тысяч римлян и италиков сидели под веником, даже не помышляя разбить блокадный отряд в пять раз меньший по числености (возможно опасаясь засады Ганнибала?). Такой паралич воли труднообъясним, даже с учетом больших потерь в командном составе. Ничем не помогли блокированным и южные легионы и гарнизоны, типа Тарентского.
  Перебежчиков было мало, но многие из союзников бросали лагерь римлян и уходили домой. К подходу Ганнибала в строю оставалась менее 10 тысяч.
  Но квириты оставались верными себе - не сдавались.
  И не видя возможности победить, они хотели достойно умереть, чтобы захватить с собой побольше врагов.
  
  К тому времени, когда основные силы Ганнибала и Гасдрубала обложили римский лагерь, в строю там осталось не более 10 тысяч. Остальные - либо валялись ранеными и больными, либо погибли в ходе многочисленных стычках, либо дезертировали...
  
  Первая атака лагеря была отбита. Ганнибал не хотел терять времени, хотя вести из лагеря осажденных были благоприятны. Там начался голод, в еду пошли лошади... солдаты шатались от усталости.
  Но Барка решил повторить атаку ночью. С южного, более покатого склона наступали основные силы. В первой волне, с мешками и корзинами земли и фашинами шли перебежчики и пленные.
  Одновременно, 1000 отборных бойцов забралась по северному склону и внезапно атаковала слабое прикрытие... Пуны ворвлись в лагерь.
  Уцелевшие римские бойцы успели построили в центре лагеря монолитную фалангу.
  На рассвете эту фалангу просто засыпали стрелами и камнями. Я тренировал свих бесстрашных выпускать 7 стрел в минуту... рядом были балеарские пращники - лучшие в этом деле... Бесконтактное уничтожение полностью не удалось, но в рукопашной измотанных легионеров добили гоплиты. Только 200 человек сдались в плен. 12 тысяч убитых квиритов и разоренный лагерь остался за спиной армии уходящей на юг, на Тарент.
  
  
  Тарент останется греческим.
  Город испытыал на себе все превратности войны в Италии. Захвачен он был Ганнибалом с помощью хитростии приподдержки местного греческого населения. Перейдя на сторону Ганнибала, город был долгое время заблокирован - римский гарнизон укрылся в акрополе и блокировал гавань.
  Потом Фабий вернул его при помощи измены в пунском гарнизоне.
  Оба взятия оборачивались резней - сначала солдаты Ганнибала вырезали римских граждан, потом многих греков наказали римские легионы: часть казнили, часть продали в рабство...
  Город наполовину обезлюдел и был разрушен.
  Первоначально к Тареннту подошли только легкие силы, во главе сплемянником ганнибала ганноном. Гарнизон и срочно вооруженное ополчение из местных квиритов встали перед сложным вопросом: защищать акрополь ии выйти в поле и встретить врага лицом к лицу.
  Победила вторая точка зрения. Командование боялось. что завпасов продовольствия просто не хватит на всех.
  
  Римляне выбрли цепочку холмов. Атака легкой пехоты. вооруженной среди прочего и длинными копьями, и конных нумидийцев сразу опрокинула ополчение на флангах, но два римских легиона в центре выстояли. Они лишь медленно отступили к стенам города и укрылись там.
  Вдохновленные и окрыленные успехом, пуны бросились на штурм. Еще немножко, и они бы ворвались в Тарент... но и истощенные легионеры дрались отчаянно. Трибун одного из них бросил знамя в толпу карфагенян и повел своих бойцов на спасение святыни.
  Все они были изрублены в мелочь, а самого трибуна насадили на сариссу и словно майского жука прикололи к деревцу... Раскинутые руки распятого воина как ужасающий символ остался на поле боя...
  Но город квириты отстояли.
  
  
Оценка: 4.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Серганова "Танец с демоном. Зимний бал в академии"(Любовное фэнтези) О.Грон "Попала — не пропала, или Мой похититель из будущего"(Научная фантастика) Л.Вериор "Другая"(Любовное фэнтези) А.Григорьев "Биомусор"(Боевая фантастика) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) А.Платонов "Грассдольм. Стая"(ЛитРПГ) А.Белых "Двойной подарок и дракон в комплекте"(Любовное фэнтези) Ю.Резник "Семь"(Киберпанк) А.Емельянов "Мир Карика 12. Осколки"(ЛитРПГ) О.Гринберга "По Праву Крови"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"