Серый Александр: другие произведения.

Свод без Звёзд 2 Падение в свет

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 8.69*19  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Бессмертные наёмники с поверхности разрушили вековое спокойствие легко управляемого насилия в Кворвате, священном городе тёмных эльфов. Война неизбежна, и Старшей матери Дома Огня предстоит решить судьбу и будущее её семьи - семьи, которую у неё пытаются отобрать.
    ВНИМАНИЕ! В тексте присутствуют: сомнительные описания, насилие и сцены секса


     Глава 1

     Старшая мать Алистраи влетела в просторную кухню своего дома как пламенный вихрь, едва не выбив дверь:
     – Ты мне нужен, немедленно!
     Кей удивлённо оглянулся, переводя внимание от служанки перед ним. Девушка с длинной плотной косичкой, чинно сложив руки на сдвинутых коленках, сидела на стуле. Её голова была запрокинута, пустой взгляд направлен в потолок. Перед остекленевшими глазами летали блестящие формулы тайной магии.
     – Что… здесь происходит? – озадаченно протянула Алистраи.
     Кей сделал рассеянный жест, указывая на девушку:
     – Ничего такого, просто небольшой сеанс… внушения.
     Утро белокожего наёмника дома Молув’итар началось необычно. Девушка подошла к магу в коридоре и, трепеща как последний жёлтый листик в ветреный осенний день, сбивчиво попросила «сделать то же, что с выброшенной… то есть, с бывшей смотрительницей». Кей не сразу понял, что её прислали за рецептами для плодов поверхности. Хоть караулила его в коридоре его уже пару часов, служанка отказывалась признавать принуждение. Аура новой хозяйки слуг, менее склочной, но не менее суровой, угрожающе витала за ближайшим углом.
     И несмотря на опаску перед теперь уже бесповоротно страшными белокожими монстрами, девушка сама верила, что риск того стоил. Ей не терпелось стать особенной и нужной среди другой прислуги – Кей прочёл это, едва коснувшись её разума. Теперь опустошённое на время сознание служанки наполняли экзотические образы шкварчащей в жиру золотистой картошки, варенья из ломтиков груш и пенных ягодных напитков.
     Алистраи пару секунд удивлённо таращилась на девушку. Затем отмахнулась:
     – Неважно. За мной, живо!
     Цапнув мага за руку, огненная колдунья пронеслась по коридору волной жара и резко нырнула в какую-то кладовку. Дверь с треском захлопнулась, Алистраи стала в центре комнатушки и свирепо рявкнула короткое заклятье, подтвердив ударом посоха в пол. Все звуки мигом растворились в совершенной тишине. Оставив Пламя стоять вертикально, Алистраи быстро задвигала руками, сплетая символы на зыке жестов:
     «Немедленно скажи мне, когда она очнётся!»
     Ей даже в голову не пришло, что маг может не знать жестового языка, магический перевод был не всесилен. И хоть она была права, и жесты он понял, Кей со скептической миной описал рукой круг в воздухе, возвращая звук.
     – Не беспокойся о тишине, сфера только на нас. Я не знаю, когда именно Вьерна очнётся, это вопрос…
     – Ты сказал, что это займёт всего четыре часа!
     Алистраи агрессивно насела на мага. Кей наискось прижал к её груди свой посох.
     – Я принял очень сомнительное даже для меня решение, Алистраи, – резко сказал он. – Ты видела, что она жива. Теперь мы можем только ждать, когда её организм отправится от потрясения. Её разум спит, и сколько это займёт времени, зависит только от неё самой.
     Дроу открыла рот, но Кей прервал её жестом:
     – Она очнётся. Просто… Ты ведь оставила кого-то на страже?
     – Разумеется, – фыркнула старшая мать. – Я не… не желаю потерять её ещё раз…
     Справившись с секундным смущением, Алистраи взглянула на мага исподлобья:
     – Она правда очнётся?
     – Разумеется.
     Дроу сдержанно вздохнула.
     – Знаешь, не будь ты столь могучим чародеем, мне стоило бы тебя убить, – сухо протянула она. – Показывать слабость перед кем-то, особенно мужчиной! Даже младшие матери подняли бы меня на смех – если бы не боялись, что я сожгу их в пепел, конечно.
     – Нам всем нужно расслабиться время от времени…
     Алистраи смерила мага коротким взглядом.
     – Но тебе ведь уже приходилось видеть мать Правящего дома перед собой на коленях, не так ли?
     Кей озадаченно приподнял бровь. Алистраи надвинулась на него вплотную и зло прошептала:
     – Ты… держал её жизнь в своих руках, колдун! И ты просто… развернулся и ушёл?!
     – А. Мать Мафае…
     – Лучше бы ты просто убил её на месте, – сказала дроу, отстраняясь. – Ты хоть представляешь, что эта сука может поднять против тебя? Простив меня, моего дома!
     – Верно, я мог бы… – протянул Кей. – И тем не менее…
     Повисла пауза. Алистраи фыркнула.
     – Не в настроении играть в игры, Кей! Если б я хотела погрузиться в недомолвки, то отправилась бы в город!
     – Если ослабить правящий дом слишком сильно, на него могут легко повлиять. Ты хочешь, чтобы в Иннива’шанра у власти встала чья-то марионетка?
     Алистраи поражённо смерила мага взглядом. Колдун был прав, в такое время это было вполне возможно. Неосознанное желание проредить совет совершенно застило её разум.
     – Что?.. Ты хочешь сказать, что оставил её в живых поэтому? Что ты… – Она запнулась. – Нет, что вы задумали?
     Кей просто развёл руками, немедленно напомнив, старшей матери второго белокожего.
     – Работа есть работа.
     – Вы двое это… Пф. Ты так и не сказал, чего ты желаешь добиться… – Алистраи замешкалась, – вернув мою дочь.
     Маг качнул головой с ноткой раздражения:
     – Мы уже говорил об этом. Я просто не хочу, чтобы ты её потеряла.
     – Да. Но почему?
     – Почему бы тебе самой об этом не подумать, – с уже заметным раздражением отмахнулся Кей.
     Алистраи недовольно чмыхнула носом. Затем махнула рукой, снимая заклинания на комнате. Маг сделал то же.
     – Что ж, раз ты хочешь послужить моему делу, – едко заметила дроу, – то тебе стоит отправиться в порт. Тессару нужна твоя помощь.
     – Да, мне передали. С вашего позволения, госпожа…
     Маг вскинул руку в характерном жесте заклятия перемещения.
     – Не зови меня так, – буркнула колдунья. Затем спохватилась: – Ах, да. Твой друг, он выплатил Кровавый долг на Арене.
     Кей, задержав магию, удивлённо приподнял брови:
     – Это какой-то ритуал?
     – Традиция. Кажется. Но дело не в этом – обретя свободу, он вышел из здания Арены и… исчез.
     Кей пожал плечами и снова отвёл руку. Алистраи удивлённо подалась вперёд:
     – Тебя не волнует его судьба? Я думала, жители поверхности гордятся своим… «товариществом»? Так это говорят?
     Кей сдержанно усмехнулся.
     – Тебя ждёт множество открытий о мире наверху, Алистраи. А о Бессмертном мы будем волноваться, когда он начнёт рушить город без спросу.
     С этим словами маг плавно провёл рукой, растворяясь в воздухе. Старшая мать Дома Огня сжала губы и недовольно хмыкнула. Дела с сородичами были как падение в яму с ядовитыми клинками – эти двое были как падение в пустоту.
     Вдали от крепости Молув’итар горели на берегу подземной реки огни порта. Их становилось всё больше с каждым днём. Дроу со всего города приходили сюда, каждый по своим собственным делам – и в тоже время, по одним и тем же причинам.
     Недалеко от дороги расположился наспех возведённый лагерь. Маги подняли из смягчённого заклинанием камня длинные бараки, укрытие для отдыха солдат. Вокруг стояли шатры из плотной ткани, прикрывая походное хозяйство отрядов. Из многих доносилось шипение точильных камней, и звон ещё не смазанных как следует кольчуг.
     На окраине лагеря стояла широкоплечая женщина дроу в простом платье из тёмной красной ткани, с суровым лицом присматривая за десятком орков. Рабы спешно возились под широким навесом временной кухни, разделывая мясных жуков и нарезая для готовки грибы и клубни.
     К женщине подошёл молодой парень в некрашеной рубахе и штанах.
     – Кажется, мы теперь на постоянной службе, госпожа? – заметил он.
     – И что с того? – недовольно ответила женщина, не отрываясь от работников. – Ты хочешь, чтобы наши продукты просто пропали? Не уберись мы вовремя с фермы, кровососы из Фарренниа уже давно уложили бы нас в собственные ямы.
     Юноша помолчал, но решился:
     – Но мы ведь вернёмся обратно, так? Потерять всю нашу рощу…
     Женщина резко обернулась к работнику. Тот поспешно потупился.
     – Так хочешь вернуться обратно в грязь? – едко спросила дроу. Затем добавила уже без издёвки: – Я говорила с одним из капитанов Молув’итар. Они собираются дать нам солдат в охрану.
     Женщина отвернулась.
     – Мы вернёмся. Это наша роща и те ублюдки её не получат. – Она качнула головой. – Подумать только, дом Фарренниа… Столько гордости, но чуть их прижали – и они отдались Мелларун, как какие-то шлюшки.
     Стремительное движение в стороне привлекло внимание дроу. К ним приближался мелкий гуманоид – меньше гоблина, тощее, покрытое чешуёй создание с узкой змеиной головой и тонкими конечностями. Над головой оно держало крупную рыбину.
     Подбежав ближе, кобольд что-то проскрежетал на трескучем родном наречии, выглядывал из-под рыбьего хвоста. Дроу ошарашенно уставилась на ношу, затем зло прорычала:
     – Я же сказала принести красного толстобрюха! А этот синий!
     Кобольд, сняв рыбу с головы и осмотрев её, удивлённо щёлкнул какой-то вопрос. На миг дроу окаменела с ошарашенным лицом. Затем рыба покинула тощие лапы кобольда и сжатая рукой хозяйки с силой обрушалась на его чешуйчатую голову.
     – Разумеется красный толстобрюх будет красным!! Тупое животное!
     Ушибленный рыбиной кобольд заверещал и припустил прочь. Дроу свирепо фыркнула и метнула негодную рыбу в одного из таращившихся на сцену орков.
     – Почистите, но не вздумайте класть в котёл! – рыкнула дроу. – Ну что за бесполезные твари…
     Выудив из-за широкого пояса платок, женщина брезгливо вытерла руки.
     – Зачем мы держим этого дуралея? – спросил парень. – Он даже не умеет говорить, спустя сколько, девять лет?
     Женщина закатила глаза и буркнула:
     – От него больше пользы, чем вреда, как ни странно. И ты не представляешь, сколько стоит новый раб для подхвата. Даже за простого гоблина нужно отдать три монеты. Три! Крендиал совсем лишились всякой меры…
     На краю света от огней лагеря для солдат Дома Огня шевельнулись тени. Три укутанных в плащи низких фигуры прокрались прочь от зданий порта, в тень пустоши.
     – Мне прям не верится, что у тебя всё получилось!
     – Ага, я сам не верю… Вара точно не станет злиться сегодня!
     Безродные мальчики прошли не больше сотни шагов, когда неподалёку из-за бесформенных очертаний группы сталагмитов скользнула крупная тень. С испуганным писком дети замерли перед мордой крупного чернокогтя. Солдат направил на них обнажённый клинок и свирепо рявкнул:
     – У вас одна попытка не превратится в ужин для ящера!
     Дети испуганно задрожали.
     – Да мы… мы только…
     – Мы… возвращаемся с работы! – нашёлся, наконец, старший.
     – Точно, мы… нас отпустил хозяин и мы теперь… – замялся другой.
     Солдат смерил безродных детей взглядом.
     – Границы порта закрыты, – сухо сообщил он. – Или найдите себе укрытие в домах, или в следующий раз я вас просто прикончу.
     Он характерно ткнул ящера в бока, и тренированный зверь издал свирепый клёкот. Дети рванули так быстро, что мигом растворились в темноте как призраки. Патрульный двинулся дальше по маршруту.
     Отдышавшись в одной из множества ниш у стены грота, мальчишки продолжили путь к укрытию.
     – Ты думаешь, они знают, что мы тут прячемся? – заметил один.
     – Ну это… – замялся другой. – Если бы они знали, то уже убили бы нас, так?
     – Но это солдат сказал так, будто они…
     Короткий шорох заставил их умолкнуть и прислушаться. Неожиданно со стороны рванулась высокая фигура. Раздались глухие удары, и мальчишки со стонами повалились на камни. Вара встала над ними, свирепо замахнувшись короткой палкой из сухого гриба:
     – Идиоты! Я вам говорила, чтобы вы не совались больше в город?!
     Палка свистнула над головой старшего, тот едва успел пригнуться.
     – Но мы ж не просто так…
     – Нам хватает еды как есть! – свирепо рыкнула девочка. – Вы что, хотите закончить в яме?!
     – Да чего там… – протянул старший.
     Вара молча замахнулась на него, мальчишка поспешно закрылся руками.
     – Но там вправду ничего такого, нас никто не ловил, даже солдаты не гнались, правда! – зачастил он. – Мне даже камней дали, за работу, правда! Смотри!
     Поспешно выудив упрятанный в самый глубокий карман улов, мальчишка протянул главной раскрытые ладони, показывая три тусклых зелёных шестигранника втянутой формы – деньги дроу. Вара ошарашенно уставилась на достаток. Из темноты раздались шуршание, к ним подтянулись другие безродные.
     – Здорово, правда? – сказал мальчишка. – Мы теперь можем просто купить еды если надо!
     – Можно рыболюду деньги дать! – встрял мелкий в стороне.
     Вара ошарашенно обернулась:
     – Чего?..
     – Рыболюд говорил, что нам можно будет ловить рыбу вверху по течению, – охотно ответил мальчишка.
     – Ты чего это с рыболюдами говоришь? – подозрительно спросил старший.
     Мелкий насупился.
     – А чего? Домашние дети с ними говорят! Они тоже рыбу ловить ходят, даже на лодках…
     – Что ты…
     Дети нервно замерли, глядя на потупившуюся вдруг Вару.
     – Что ты сделал за эти камни?.. – протянула она тихо.
     Мальчишка спрятал глаза и загорелся щеками.
     – Да ничего такого…
     Встретив злой взгляд Вары, он поспешно добавил:
     – На посылках бегал! Меня мастеровой послал бумажкой какой-то на склад на другой стороне порта, а оттуда назад бежать сказали с другой бумажкой! Прости, Вара…
     Девочка удивлённо свела тонкие брови.
     – Чего?.. А чего сразу не сказал, балда?! Ты хоть знаешь!.. Да я ж такое я поду!.. думала…
     Вара сбилась, неожиданно для детей загораясь в смущении.
     – Ну ты же говоришь, чтобы мы никому не служили… – протянул мелкий. – Но может мы просто… ну, знаешь…
     – Что? – свирепо спросила Вара.
     – Ну это… – Мальчишка спрятал глаза. – Поработаем… Там полно мальчишек по улицам бегает, может и мы тоже…
     Вара понурилась. Потом резко взмахнула тонкой рукой:
     – Переловят вас всех, и чего я с вами вожусь только!
     Дети печально умолкли. Жить, как хотелось их предводительнице, не удавалось. Получить деньги за работу казалось приятней, чем всё время пытаться украсть. Украсть порой удавалось больше – но и били за это беспощадно.
     – А может мы… – неуверенно протянул старший, – если все вместе насобираем камней, то… платье тебе купим хорошее?
     Дети испуганно замерли – тема в шайке плавала давно, но поднять её не решались. Вара встала перед предателем как скала:
     – Чего ты сказал?! – наполнил округу зловещий клёкот.
     – Да просто это… – бесстрашно вмешался мелкий, – с хорошим платьем тебе можно будет к кому-то наняться. Ты же девочка…
     Дети, ощутив силу, загомонили с одобрением. Вара затравленно обернулась:
     – Вы чего удумали?..
     – Так ведь не только я слышал, что девочек в прислугу берут, – сказал старший.
     Вара свирепо махнула палицей, заставив мальчишку отпрянуть.
     – Я не служанка!
     Дети затихли, но продолжали таращиться на неё с надеждой.
     – Так ведь лучше, если бы ты в благородный дом пошла, – протянул мелкий. – Хоть простой прислугой… Они одежду дают.
     – И кормят каждый день…
     – И деньги тоже платят за службу…
     – А солдаты их охраняют.
     – Особенно тех, кто служит благородной дочери!
     – Как та, что на чернокогте была, мы один раз видели…
     Волна наблюдений о желанных вещах сомкнулась вокруг Вары, погребая под собой. Но девочка не желала терпеть поражение и, свирепо фыркнув, открыла рот…
     Вдалеке что-то громко треснуло. Дети испуганно присели, глядя в сторону порта.
     За пару поворотов от центра на одной из главных улиц треснулись бортами две стальные повозки, обе запряжённые парой испуганно заурчавших круглобоков. Одну заполняли клетки с нервно забегавшими внутри мясными жуками, в другой лежали накрытые грубой тканью рулоны.
     – Ты чего творишь, тупица?! Да я тебя щас!..
     Возница мясной кареты, немолодой мужчина дроу, запнулся, увидев как с рулонов поднимется молодая девушка в голубом платье, крупная и широкоплечая.
     – Тыыы!.. – зашипела тёмная эльфийка не хуже туннельной гадюки.
     Грандиозный скандал кончился тем что, бросив поводья, спутник девушки принялся отрывать её от испуганно закрывавшегося руками виновника. Может мясник и стал бы сопротивляться, но поднимать руку на женщину было опасно. Особенно на молодую и наглую – нахальство в Кворвате всегда чем-то подпитывалось, и рисковать возница не желал.
     Пнув напоследок провинившегося, девушка позволила усадить обратно в повозку.
     – И чего мы прёмся в эту дыру? – Дроу всё ещё кипятилась от негодования. – Наш лучший товар!
     – Мать приказала отвезти всю партию на площадь, – ответил её возница. – Ты же не хочешь, чтобы она опять взбесилась? Она такая нервная в последнее время…
     – Может потому, что нам не платили уже дней сто, – буркнула девушка, раскинувшись на рулонах.
     Повозка вышла на центральную площадь. Молодая дроу поражённо уставилась на небольшую огненную сферу, медленно парящую по кругу над зданиями порта. Хоть намного меньше чем «сферы богини», огненный шар всё равно был поразительной штукой.
     Повозка встала у одного из зданий напротив закрытых ворот. Те приоткрылись, и вышла высокая дроу в сопровождении пары орков рабов.
     – Наконец-то! – воскликнула она. – Немедленно грузите всё на склад.
     – Как прикажете, госпожа…– сказал мужчина, слезая на землю.
     Дроу, уже отвернувшаяся было к воротам, вдруг резко подскочила к нему и безжалостно цапнула за ухо, как ребёнка.
     – Я тебе сто раз говорила, чтобы ты прекратил меня так называть, – сурово приказала она. – Ты мой муж, веди себя соответственно!
     – Хо…хорошо… – выдавил мужчина.
     Жена отпустила его ухо но, смерив взглядом, тут же цапнула за щеки и жадно поцеловала.
     – Живо. Вам предстоит ещё пара заходов.
     – Чего?!
     Девушка свесилась с повозки, оторвав масляный взгляд от троицы крепких патрульных, проходивших мимо верхом на чернокогтях.
     – Я думала, мы просто доставим груз и всё!
     – Мы переезжаем сюда.
     Дочь поражено задохнулась, но женщина живо вскинула палец:
     – И не вздумай спорить, девчонка!
     Молодая дроу фыркнула:
     – Нам хоть заплатят в этот раз?
     – Потому мы и бросаем мастерскую. Здесь есть отличное здание, нам его отдаёт Дом Огня.
     – Дом Огня? – ахнула девушка. – Благородные из нас все жилы вымотают!
     – Не мели чушь. – Хозяйка фыркнула. – Молув’итар всё богаче, они не станут платить угрозами и бесполезным мусором…
     Хозяйка мастерской исчезла за воротами склада, орки и мужчина, возвышенный недавно из любовника до мужа, принялись вынимать рулоны ткани. Старшая и единственная дочь маленькой семьи встала в полный рост, оглядывая улицы вокруг. Порт был куда беднее, чем Подножье трона, где они жили. Украшений на здания почти не имели, а огни на них сияли совсем простые. Но здесь было светлее и шумней чем в городе. В шуме звучали приятные, безопасные нотки.
     И в особенности молодой дроу нравились патрулирующие улицы солдаты. На её соблазнительную улыбку они приятно отвечали заинтересованными взглядами, в отличие от слуг церкви, которые походили на ожившие доспехи, холодные и пустые.
     На противоположном конце площади стояло трёхэтажное здание, округлое, и ступенчатое как небольшой зиккурат. Некогда, сотни лет назад это была резиденция зародившегося у реки младшего дома. Потом его обратили в базу созданного незримым поработителем кабала, взявшего власть в порту. Теперь оно служило новым хозяевам – Дому Огня.
     На самом верхнем балконе сгустилась тень. Беззвучно соткавшись в воздухе, Кей обернулся к проходу в комнату.
     – Вижу, я чему-то помешал?
     Тессар сдержанно вздохнул и жестом приказал всем опустить оружие. Десяток дроу, магов и воинов, ощетинившись клинками и окутанными магией жезлами, стояли вокруг длинного стола в центре просторного помещения. Увидев белокожего, они медленно расслабились.
     – Возможно, в следующий раз стоит воспользоваться дверью, – ровно заметил Тессар.
     Кей вошёл в помещение Собрание, на котором капитаны отрядов и ответственные маги получали свои приказы, подходило к концу.
     – Итак, как я говорил, нет нужды прерывать патрули только потому, что вы подозреваете засаду, – бесстрастно продолжил Тессар. – Отправьте отряд на разведку. Не вступайте в бой, вы меня поняли?
     – Но если это солдаты… – начал один капитан.
     – Вам приказали охранять наши караваны к фермам, – прервал Тессар. – Если разведка обнаружит большой отряд, тогда отправитесь с ними разобраться. А пока собирайте солдат и отправляйтесь на эскорт.
     На лицах бойцов появилось упрямое выражение.
     – И если вам хватит наглости своевольничать, – равнодушно добавил Тессар, – то вы быстро узнаете, от кого сестра Вьерна унаследовала её характер. Старшая мать, однако, не станет с вами нежничать, для неё вы просто солдаты. Это ясно?
     Одни из капитанов вспыхнул щеками – несмотря на суровый нрав, Вьерну солдаты обожали совсем не платонически, чем она охотно пользовалась. Другие командиры только кивнули.
     – Свободны. Теперь на счёт жезлов от Нартеру. Если я ещё раз услышу, что кто-то позволил себе нелестное обращение с их поставкой, я лично отправлю виновника – и заодно трёх случайно выбранных коллег – к старшей матери Ссавате, с повинной.
     Над магами пронеслась волна паники.
     – Мне всё равно, что вы думаете об их работе, – бесстрастно продолжил Тессар. – Но раз наш дом сделал вам одолжение и нанял на службу, то вы не можете просто скомпрометировать отношения с нашими союзниками. Тем, кто слишком глуп чтобы понять эти элементарные вещи, стоит отправиться обратно в Башню.
     Один из магов усмехнулся:
     – Не думаю, что придётся далеко идти, ты звучишь как один из наставников, Тессар.
     – Какая ирония. Я, кажется, единственный, кто не бредил положением нового магистра. А теперь за работу. Если «Сердце» рухнет на улицы, нам всем не поздоровится.
     Старшие матери благородных домов почти поголовно были жрицами. Даже те, кто предпочитал путь тайной магии, провели в Соборе хотя бы пару лет. В такой обстановке подчинённое положение выпускников Башни Энма-Тириум считалось естественным. Очень редко жрицы, особенно высокого положения, снисходили до того, чтобы объединить свои силы с магами города для создания каких-либо чар.
     Каково же было удивление вставших на службу Молув’итар магов, когда Алистраи согласилась влить собственную магию в их небольшой проект – огненную сферу, созданную для освещения улиц неожиданно ожившего порта.
     Совместными усилиями маги создали чары, и старшая мать наполнила их своим огнём. И так «Серце» стало не просто достижением влившихся в Молув’итар магов. Это был также символ их связи с новой хозяйкой. Символ её доверия.
     А предавать доверие Алистраи никто не желал.
     Маги, сдержанно проговариваясь о новых достижениях в области чар, разошлись. Кей подошёл к столу, рассматривая бумаги, над которыми сидел Тессар.
     – Вижу, ты принял командование без особого труда, – заметил путешественник.
     Дроу приподнял брови:
     – Мать попросила меня проверить, или это твоя личная провокация?
     – Просто к слову. Итак, что же ты хотел?
     Тессар поднялся.
     – Я, конечно, понимаю, что приказать тебе здесь никто не в состоянии, но есть работа, которая требует твоих особых умений – нужно проверить чары на оружии. Это должны быть лучшие клинки, но их источник вызывает сомнения. Уверен, ты сможешь…
     Кей прервал его жестом.
     – Да, нет… Я боюсь у меня нет времени просто перебирать железки. – Он вскинул палец. – Однако. Полагаю, я могу помочь. Просто раздашь это своим коллегам из Башни и… Хм, мне нужен письменный прибор…
     Вскоре Кей сидел за столом перед чистым листом бумаги и рассматривал вытянутый предмет с острым концом.
     – Чернильное перо, – протянул он. – Очень интересная конструкция.
     Маг быстро зачеркал пером по бумаге.
     – Итак, почему именно тебя Алистраи поставила над всеми солдатами? – заметил Кей, не глядя на дроу.
     – Я думал вам двоим плевать на наши дела, – протянул Тессар.
     – Верно, но о чем ещё мы погорим? О ценах на клубни?
     – Здесь тебе лучше поспрашивать на рынке, но кажется, цены падают, – флегматично заметил дроу, садясь на другом конце стола с бумагой в руке. – Но раз ты натаиваешь – я боюсь, дело в простом исключении. Теперь, когда Вьерна мертва…
     – Она не мертва, – буркнул Кей. – Я говорил с Алистраи только что, она очнётся скоро!
     – Разумеется, – протянул дроу. – Но как я сказал, без неё никто особо не может послужить командиром. Я не знаю, что ты сказал Ирае, но она закрылась в своей комнате в компании одних древних талмудов, и с таким видом, будто собирается вскрыть некую страшную тайну. Греянна осталась в Соборе, а Брия…
     Дроу умолк. Кей вопросительно поднял взгляд, не переставая писать:
     – Что-то не так? Она в порядке?
     – Эм… случай с сестрой Вьерной сильно на ней сказался. Она сбежала в Пустоты на патруль, и не уверен, что даже возвращение Вьерны в чём-то поможет.
     – Ты явно кого-то упустил, – протянул Кей. – Неужели Шалшари так далека от дел семьи?
     – Сестра Шалшари предпочитает проводить время в городе, – сообщил Тессар. – Кажется, масса благородных дочерей понятия не имеет, с кем кувыркается в бархатных залах.
     – Я так и думал. Итак, вот небольшая схемка…
     Проявив обширные знания в полузабытых на поверхности формулах тайной магии, Тессар быстро разобрался в схеме чар, и несколько минут маги перебрасывались сухими академическими терминами.
     – …и как видишь, в отличие от прямого подхода, этот подход работает подробней, выявляя подделку.
     – Очень… необычная модификация, – сдержанно заметил Тессар. – Многие адепты попросту не посмеют настолько нарушить формулу, но это…
     Он смерил Кея взглядом.
     – Я полагаю, это не попытка просто убить меня очень странным способом?
     – Есть масса способов убить кого-то и без модификации формулы, – заметил Кей. – Итак, проблемы с оружием решены. Но ты уверен, что вам нужно именно оружие? В порту и так полно солдат…
     Тессар ощутив подвох, молча сделал вопросительный жест.
     – Здесь собралось немало народу, – заметил Кей. – Но я не заметил присутствия великоуважаемого духовенства Тёмной Матери…
     – Боюсь, чёрные мантии мы теперь увидим только против острия своих клинков, – протянул Тессар.
     Отношения с церковью оказались натянуты настолько, что даже союзники дома огня уже имели проблемы с дочерями богини. Настолько, что даже самые неразборчивые жрицы не рисковали связаться с ними за спинами соратниц. Все чего-то боялись.
     – Я слышал, что жрицы Тёмной Матери умеют исцелять даже смертельные раны. Чем охотно пользуются.
     Тессар пожал плечами.
     – Несколько алхимиков сломались и согласились служить под началом Эзоры, а она взамен решилась… подвинуть свой нейтралитет.
     – Знаешь, дроу не единственный народ, который зависит от милости своих богов, – вкрадчиво заметил Кей. – И какое совпадение, что духовенство всегда держит монополию именно на исцеление страждущих.
     Ощутив деловой тон, Тессар подобрался. Кей выудил из воздуха небольшой свиток и развернул перед дроу на столе.
     – К счастью, мне приходилось общаться с несчастными, лишёнными… милости божества. Это заклинание не искупит грехов, но всё же способно срастить кости и плоть не хуже чем молитва священника.
     В глаза Тессара сверкнула редкая искра огня. Возможность нанести удар помешанным на контроле дочерям Тёмной Матери взбудоражила даже его – на исследованиях методов магического исцеления много тысяч лет в Кворвате лежало плотное вето, и нарушить его позволяли себе только самые ловкие из адептов и только иногда. Глаза мага засветилась разноцветными огнями – чтение ауры, познание языка, познание тайной формулы. Изучив записи в свитках, Тессар откинулся на спинку стула.
     – Что это вообще такое?
     – Это мой друг, – протянул Кей, – зелье регенерации, созданное на основе троллей плоти, экстракт настолько чистый, что совершенно лишён побочных эффектов.
     – Если бы не видел твои способности в деле, – заметил дроу, – я бы попытался тебя убить как наглого шарлатана. В рунах нет ни капли смыла, хоть я и вижу заключённую там энергию.
     Кей по очереди указал на центральные связки:
     – Раз ты прочёл руны, ты видишь, что формула состоит из двух частей.
     – Верно, первая это внешний контур, которым активируется свиток, а вторая…
     Тессар запнулся, Кей покивал.
     – Вторую ты не прочёл верно? Я знаю, что дроу используют старые руны Незерата – о боги, сколько воспоминаний… Постарайся прочесть их буквально.
     Тессар задумчиво покрутил в голове значения замысловатых рун древнего языка силы. Затем вскинулся:
     – Это… иллюзия?
     Кей молча смотрел на адепта. Тот нахмурился:
     – Нет… Ты сказал что это физическое заклинание. Тогда…
     Тессар помедлил, потом его глаза расширились.
     – Подделка!.. – выдохнул он. – Это имитация эффекта зелья?!
     С потрясённой усмешкой дроу пробежался глазами по свитку, потом посмотрел на мага:
     – Если это работает, то… – Сын дома запнулся. – За такое… Попади это в руки других домов…
     – То начнётся война?
     Молодой дроу сдержанно вздохнул, поджав губы. Маг с поверхности смотрел в окно на улицы порта, необычно шумные для города дроу.
     – Война началась давно, – протянул Кей. – Можно даже сказать, что она идёт уже десять тысяч лет…
     Резкая вспышка огня заставил магов нервно вздрогнуть. Помещение скользнула живым потоком пламени огненная змея и рванулась к Кею.
     – Посланник матери?.. – удивился Тессар.
     Белокожий сдержанно дождался, пока змейка взберётся выше по нему на предплечье. Треугольная голова встала ровно.
     – Живо возвращайся ко мне!
     Из пасти раздался звенящий голос старшей матери Алистраи, змея испарилась в воздухе.
     – Даже не хочу знать, – протянул Тессар. – Но тебе не стоит медлить.
     – Порой я не сожалею о своём положении мага Архива.
     Кей испарился в воздухе без единого жеста. Тессар, задумчиво помедлив, вернулся к формулам таинственного заклинания.
     – Хммм… Кажется, мы можем превратить это в жезл…
* * *
     Юная Мелларика стояла в центре украшенного живым огнём зала. Стояла неподвижно, испуганным светлячком застыв перед сидящей на троне Старшей матерью дома Молув’итар.
     В воздухе висела нарушаемая треском пламени тишина. Мелларика не знала, стоит ли смотреть в глаза старшей матери или за это её немедленно убьют. Она очень жалела, что пришла сюда. Но пути назад не было.
     В зале раздался тихий смех.
     – Такая миленькая…
     Мелларика машинально посмотрела на единственную присутствующую благородную дочь – высокую и стройную, с чёрными локонами и в откровенном платье из алых лент, подчёркивающих обводы красивого тела. Поймав взгляд блестящих изумрудных глаз, девочка испуганно потупилась. Шалшари рассмеялась снова. Смех будто обнимал Мелларику как тёплый туман.
     Неожиданно двери зала распахнулись, и стремительно вошёл Кей.
     – Как только получил ваше послание… – протянул он.
     Алистраи указала на застывшую посреди зала юную дроу и ровно сказала:
     – Этот ребёнок говорит, что она пришла тебе.
     – Я не…
     Мелларика поспешно осеклась. Алистраи вопросительно приподняла брови.
     – При всём уважении, Старшая мать… – пролепетала девочка, – я не ребёнок.
     – Нет… – протянула Алистраи. – Уже нет. Итак, Кей?
     – Кей!.. – шепнула Мелларика.
     Обернувшись, она уставилась на белокожего мага:
     – Ты… ты Кей? Ты маг, который…эм…
     Девочка замялась.
     – Откуда ты меня знаешь? – спросил тот.
     – Меня… я видела… белокожего дикаря в ямах. Он назвал себя…
     – Джей, – сдержанно перебил маг. – Ну разумеется… Тебя прислал Джей?
     – Да… я…
     Она запнулась. У Мелларики была масса времени обдумать свои слова и действия по пути к крепости Молув’итар. Но теперь она слегка растерялась.
     – Почему бы тебе рассказать всё по порядку, – предложил маг. – Где ты его видела, и самое главное, что он тебе сказал?
     Взяв себя в руки, Мелларика честно изложила короткую встречу с белокожим в подземельях Арены – опустив лишь детали с теневым клинком и его фривольным поведением. Неожиданно она наткнулась на жадный взгляд глаз второй дочери Молув’итар – Мелларику посетило странное ощущение, будто её видят насквозь.
     – Итак, – протянула Алистраи, – ты хочешь занять место своей сестры? Хочешь стать… Какой у неё номер? Пятый?
     Издёвка в голосе покоробила Мелларику, но она всё же вскинула подбородок.
     – Да. Я хочу стать выше, я должна занять положенное мне место! Я… я готова рассказать, что я знаю о планах нашего дома, если вы… – Мелларика запнулась, – если вы прикажете этому белокожему…
     Ей прервал звонкий смех Шалшари. Мелларика покрылась жаром и метнула на неё злой взгляд, но тут же отвела глаза – закусив губу, Вторая дочь Молув’итар неотрывно смотрела на девочку изучающим взглядом.
     – Этот белокожий здесь не в качестве раба, – ровно ответила Алистраи. – Он поможет тебе, если сам того пожелает. Однако…
     Старшая мать встала и подошла к Мелларике. Та изо всех сил сталась держаться, как подобает благородной дочери – но в присутствии прекрасной, сияющей властью Старшей матери она ощутила, как у неё дрожат коленки. Ей не было так страшно даже когда её собственная старшая мать накричала на неё однажды.
     – Ты хочешь предать свой дом, дитя?
     Алистраи ласково приподняла подбородок девочки, заглядывая ей в глаза. Мелларика судорожно сглотнула.
     – Я… я хочу…
     Она отчаянно пыталась сообразить, что же сказать в ответ. Она ощущала, что её судьба висит на волоске.
     – Я хочу быть принцессой, – выдавила Мелларика. – Полноценной благородной дроу! Я не могу больше жить как служанка…
     – И ты поэтому пришла просить у меня милости?
     Жар ударил Мелларике в голову, и она резко отшатнулась.
     – Я не пришла просить милость! – возмущённо выпалила девушка. – Я пришла для сделки! Если вам не нужно, что я знаю, то!..
     – Ты же не вернёшься обратно?
     Шёлковый голос Шалшари мягко коснулся её горящего лица. Мелларика удивлённо посмотрела на Вторую дочь:
     – Что?..
     – Ты зашла так далеко, милое дитя.
     Алистраи прошлась вокруг девочки.
     – Слишком далеко. Даже если ты вернёшься обратно – тебя больше не ждут в твоём доме.
     – Что?!..
     Мелларика панически обернулась, когда ворота распахнулись. Пара солдат втащила связанного дроу, его пинком отправили на колени перед присутствующими.
     – Ты узнаешь этого мужчину? – спросила Алистраи.
     – Не… нет… – протянула Мелларика.
     – Но он уж точно узнал бы тебя. – Старшая мать полуобернулась к магу: – Скажи, колдун, ты можешь развязать ему язык?
     – Не проблема…
     Маг подошёл к нервно заёрзавшему пленнику и раскрыл ладонь над его головой. Глаза дроу засветились голубоватым.
     – Он ответит на три прямых вопроса. Больше… не советую.
     Алистраи подошла к пленнику.
     – Как зовут эту девочку?
     Дроу в забытье открыл рот:
     – Мелларика Шалдори…
     – Зачем ты преследовал её?
     Мелларика нервно вздрогнула – она была уверена, что никто даже не заметил её отсутствия!
     – Мне приказали… её убить…
     Молодая дроу ощутила тошноту.
     – Его спугнули наши солдаты, – довольно прошелестела Шалшари. – Ты у нас в долгу, маленькая Мелларика.
     Девочка отчаянно вспыхнула, изо всех сил подавлял желание заскулить от страха.
     – Кто отдал тебе приказ убить это дитя?
     – Старшая мать Шалдори…
     Судорожный вздох застыл на губах юной дроу. Она так боялась, что это случится – и вот это случилось.
     Она стала безродной.
     – Он умрёт если я задам ещё вопрос? – с интересом спросила Алистраи.
     – Нет, – качнул головой Кей.
     – Очень жаль. – Алистраи и махнула рукой: – Убрать. Я подумаю, как его использовать…
     Солдаты деловито вздёрнули пленного на ноги и поспешно вытянули наружу. Двери в зал закрылись.
     Мелларика стояла оглушённая и разбитая. Из транса её вывело прикосновение Алистраи.
     – Кажется, твоя мать не желает тебя больше видеть, малышка, – протянула хозяйка Молув’итар.
     Мелларика подвила дрожь в теле и отчаянно сжала кулаки, не глядя на старшую мать.
     – Я… я всё ещё… могу рассказать… Я много знаю… Я знаю, что они хотели делать. Я знаю, с кем они хотели связаться…
     – Никто не замечал твоего присутствия.
     Мелларика затравлено вскинула глаза на Шалшари. Та все ещё сверлила её пронизывающим взглядом.
     – Я не… я скажу всё. В обмен на защиту…
     – Защиту? – переспросила Алистраи.
     Мелларика нервно сцепила руки, глядя как старшая мать садится обратно на трон.
     – Но ты же просто безродная дроу, – протянула Алистраи. – Ты больше Шалдори.
     Мелларики затравленно дёрнулась.
     – Но я не!.. Даже так, я всё равно!..
     – «Всё равно» что?
     Повисла нелёгкая тишина. Затем девочка подняла на Алистраи твёрдый взгляд. В её глазах стояли слёзы, но она смотрела твёрдо.
     – Я… благородная дроу! Пусть от меня отказались, я не стану простой безродной бродягой! Я не!..
     Алистраи устало завела глаза под лоб и вздохнула, заставив девочку испуганно прерваться.
     – Столько гордости, – протянула хозяйка Молув’итар. – Ты так стремишься быть благородной, даже если не была такой ни разу в жизни.
     – Но я родилась!..
     – Молчать!
     Прервав свои протесты, девочка испуганно присела, прикованная взглядом к вставшей с трона Алистраи.
     – Твоя собственная жадность виной тому, что ты сейчас в моих руках, целиком и полностью, – холодно заметила старшая мать.
     Мелларика судорожно вцепилась подол платья, опуская глаза.
     – Я просто…
     Она подавила судорожный всхлип. Потом подняла на Алистраи несчастный взгляд:
     – Вы убьёте меня?..
     Старшая мать смерила девочку острым взглядом. Затем снова азкатила глаза и села обратно.
     – Тебя уже убили, дитя, – протянула Алистраи. – Мелларики Шалдори больше нет. Убийца перерезал ей горло в пустошах.
     Мелларика удивлённо захлопала ресницами. Что-то жуткое наваливалось на неё прямо сейчас, и она не могла понять, что именно.
     – Что?.. Нет… Нет! Я не мертва, я!.. Прошу, если вы защитите меня, я!..
     – Тебе нечего предложить мне, дитя, – равнодушно протянула Алистраи. – Твои сведения мне без надобности, я не жалуюсь на агентов.
     – Но я же!..
     Мелларика судорожно дыша, обхватила себя руками. Должно было быть хоть что-то что она может сделать!
     – Неужели тебе нечего больше отдать?..
     Тихий шёпот раздался у неё за спиной. Мелларика испуганно подпрыгнула, но Шалшари уже крепко обняла её за шею, не позволяя повернуться.
     – Отдай нам что-нибудь…
     Мелларика замерла на секунду – будто искра в полной тьме, её озарило понимание, что же она может отдать Дому Огня. Не так уж много она имела в жизни…
     – Я… – прошелестела девочка, – я… стану вашей… если вы меня защитите…
     Ей очень не хотелось умирать. Не от рук убийц матери так точно. Хватка на шее пропала. Мелларика покосилась назад и вздрогнула – там никого не было. Шалшари уже стояла на своём месте.
     – Ты хочешь служить моему дому? – надменно протянула Алистраи. – Что ж, я беру немало безродных…
     Мелларика подавила желание застонать.
     – Я разрешаю поклясться мне в верности. Итак?
     Мелларика подошла ближе и, дрожа, опустилась на одно колено.
     – Я… я клянусь вам именем Тёмной Матери, что…
     – Нет!
     Резкий окрик заставил девочку испугано дёрнуться, едва не прикусив язык. Алистраи оказалась совсем рядом, и схватила её за подбородок.
     – Тёмная Мать желает, чтобы ты прислуживала своей сестре как рабыня, пока не наберёшься наглости всадить нож ей в спину! – рыкнула хозяйка Молув’итар. – Она привела тебя в мои руки, девчонка! Всё ещё желаешь поклясться мне её именем?
     Алистраи отпустила Мелларику и прошлась вокруг, зловеще постукивая огненным посохом. Девушка, дрожа всем телом, вдруг ощутила, что старшую мать окружает аура сверхъестественного жара. Испуганно сглотнув, она отпустила голову.
     – Я… я клянусь, что буду служить тебе, Старшая мать Алистраи… – пролепетала Мелларика в надежде, что более прямой подход придётся суровой госпоже по нраву.
     – Итак, – протянула та, – ты хочешь стать моей служанкой?
     Мелларика дёрнулась не столько от слов, сколько он колкого тона в голосе. Алистраи двинулась к трону, Мелларика панически рванулась за ней:
     – Нет, я не!..
     Она запнулась. Затем поднялась на ноги, неотрывно глядя на остановившуюся Старшую мать.
     – Я… клянусь, что буду тебе верной дочерью, мать Алистраи. – Голос почти не дрожал. – Возьми меня как дочь Дома Молув’итар!
     Мелларика выдержала всего пару секунд глядя в глаза старшей матери. Затем вдруг обнаружила, что судорожно комкает платье, уставившись в пол.
     – Что ж, – протянула Алистраи. – Я согласна. Ты станешь моей.
     Мелларика, поражённая страшным согласием, застыла на месте. Откуда-то из соседнего уровня бытия раздался мягкий смех Шалшари. Алистраи подошла к девочке и положила руку ей на голову.
     – Отныне твоё имя Мелларика Молув’итар, Шестая дочь Дома Молув’итар.
     Она отвернулась от всё ещё не верящей в успех девочки и обратилась к другой дочери:
     – Шалшари, я заметила, что ты питаешь самую каплю интереса к этой малышке.
     Вторая дочь ответила хитрейшей улыбкой и коротко куснула губу. Алистраи отмахнулась и двинулась мимо замершей Мелларики:
     – Тогда она твоя. Позаботься об её обучении.
     – Как ты прикажешь, мать Алистраи…
     Прежде чем старшая мать достигла дверей, за ними раздался гомон, и они резко распахнулись:
     – …вы смеете меня удерживать!
     Возмущённый вопль определи Греянну всего на миг. Упакованная в чёрную мантию жрицы, девушка хаотично ворвалась в зал, едва не врезавшись сослепу в старшую мать.
     – Ты уже дома? – ровно произнесла Алистраи. – Не ждала что ты…
     – Мать Алистраи! – взвыла Греянна. – Почему эти служанки пытаются меня удержать?! Я благородная дочь, я могу…
     – Я дала приказ никому меня не беспокоить, Греянна, – сухо ответила мать. – У нас был гость.
     – Гость?..
     Греянна в упор уставилась на Мелларику, заставив ту нервно дёрнуться.
     – Что это за девчонка?
     – Твоя новая сестра. Её зовут Мелларика.
     Греянна оглушённо замерла на месте, позволяя матери покинуть зал. Затем рванулась следом, оглашая коридоры панически криками:
     – Сестра?! Старшая мать, ты удочерила какую-то соплячку?! Даже не посоветовавшись!..
     Шум затих вдалеке. Сопровождая Алистраи в тенях, легийки скользнули следом. Мелларика ошарашенно стояла посреди зала, ощущая как в груди колотится сердце.
     – Сколько всего навалилось, да? – протянул Кей. – Думаю, тебе стоит пойти отдохнуть.
     – Да…
     Мелларика не сразу сообразила, что она понятия не имеет куда идти. Она впервые была в этой огромной крепости – хоть это и был теперь её дом.
     Неожиданные объятия со спины заставили девочку испуганно вздрогнуть. Шалшари сжала её, обвивая одной рукой за живот и другой за плечи.
     – Сколько тебе лет, сестра?
     Вкрадчивый голос пробирал до костей, и Мелларика, даже не мечтая солгать, нервно пискнула:
     – Пять… пятнадцать.
     – Тебе давно пора стать ученицей…
     Шалшари резко развернула девочку к себе лицом. Поймав жадный взгляд сияющих зелёных глаз, Мелларика ощутила странную смесь беспричинного ужаса и приятного возбуждения.
     – Теперь ты моя.
     Мягкий шелковистый голос пропал, сейчас тон Шалшари резал острым ножом. У Мелларики похолодели кончики пальцев.
     – Да, сестра…
     Перечить она и не подумала. Глаза сестры были такими холодными. В голове шевельнулся страх, что хоть она и получила настоящий титул и новую семью, она всё так же будет в услужении старшей сестры. С ней всё равно будут обращаться как с бесполезной рабыней.
     – Ты боишься? – ровно спросила Шалшари. И неожиданно погладила девочку по волосам. – Нет нужды, на твой счёт у меня другие планы. За мной, я покажу твою комнату.
     Мелларика послушно пошла следом за новой сестрой и наставницей.
     Белокожий маг, казалось, без единого движения оказался у дверей зала, безразлично глядя куда-то за спины эльфиек. Но стоило Шалшари поравняться, как в зале вдруг раздался его спокойный голос:
     – Ты подготовила ей комнату?
     Едва заметная нотка неожиданной угрозы в голосе мага резанула Мелларику не хуже лезвия.
     – Как… предусмотрительно.
     Шалшари с рычащей сквозь абсолютное равнодушие голоса злостью мягко протянула:
     – Она моя сестра.
     Перепуганная невесть откуда взявшимся напряжением, Мелларика не посмела даже поднять головы.
     Возможно, жизнь в правящем доме будет страшнее всего, что было с ней прежде.
* * *
     Кверсати Аллат’сенери лежала на покрытой шёлковыми простынями постели. Кровать была огромна, способная разметить небольшой отряд первоклассных любовниц. Что периодически и случалось – Первая дочь никогда не оставалась с фаворитами без поддержки солдат.
     Но сейчас она была в одиночестве. Тонкое покрывало сбилось в плотный жгут, и дроу по-детски сжимала его ногами, позволяя шёлку скользить по обнажённой коже. Кверсати всегда спала нагой.
     Ей снилось нелепая, но приятная ситуация. Мать-настоятельница Алаурун попалась на поклонении какому-то культу белых эльфов и Кверсати с наслаждением строила планы её свержения. Почему-то в кругу самых сомнительных служанок дома, которые обещали привести на встречу её пропавшую старшую сестру…
     Кверсати уже поднесли сделанный из ноги паука кинжал, когда видение сменилось. Окружение растворилось в сопровождении резкого ощущения тревоги. Дроу встрепенулась, её разум пробудился ото сна. Но не её тело. Кверсати всё ещё находилась в плену горячечного видения.
     Её поглощала непроглядная холодная пучина Пустот, тёмные пещеры то смыкались, то расходились вокруг как живые. Она ощущала себя нагой и даже бесплотной, не в силах сделать ни единого движения. Тренированный годами ментальной дисциплины разум бился в клетке бессилия, ничто не работало, как она не концентрировалась.
     Что-то подавляло. Что-то больше самой Кверсати – и стоило мысли мелькнуть в голове, Первая дочь вдруг увидела… её.
     – Госпожа…
     Хриплый шёпот отразился в темноте нижней тьмы. Бесформенная фигура вдалеке сделала жест и Кверсати с первобытным ужасом ощутила, как её конечности изгибаются в принуждении. Невероятным усилием воли она подавила желание сопротивляться.
     Тёмная Мать не любила бездумного бунтарства.
     Отдавшись воле богини, Кверсати с ужасом следила, как фигура разрастается в физическом и ментальном плане, поглощая сознание дроу. Тяжесть присутствия богини становилась невыносима. Фактическая хозяйка Первого правящего дома дроу, самая безжалостная и свирепая дочь одного из самых жестоких народов в мире готова была зарыдать от ужаса.
     Её богиня гневалась.
     – Зачем я выбрала тебя, Кверсати?
     Голос сочился в голове дроу как яд. Кверсати с трудом разлепила губы:
     – Служить твоей воле…
     – Нет!
     Резки окрик пронзил тело болезненным ударом.
     Кверсати любила иногда ощутить боль. Порой, когда на неё находило настроение, одна из любовниц получала необычные приказы. И за все годы только одна оказалась достаточно хитра, чтобы пережить находивший на Кверсати… откат.
     Но тщательно скрываемая слабость оказалась прозрачна для богини – и умело использована. Кверсати униженно ощутила, как вопреки всему её тело отвечает на наказание совсем не желаемым образом. И осознание пытало её куда сильнее – не говоря уже о самой боли. Агония заставляла её мысли плавиться.
     – Я выбрала тебя потому, что ты возвысилась по моей воле!
     Шипение невыразимой злости привело Кверсати в чувство. Неожиданно она рухнула вниз, будто падала в бездонную пропасть, кружась как пылинка.
     – Ты служишь не потому, что ты верна! Ты служишь, потому что ты такая, какая есть!
     Падение неожиданно приобрело приятный оттенок. Кверсати уловила, что её не будут наказывать просто так.
     – За это я возвысила тебя над другими, девчонка! Ты желаешь опробовать что бывает грешниками?
     – Нет!
     Отчаянный крик вырвалась из горла Кверсати раньше, чем она могла его остановить. Терять своё положение обласканной богиней благородной дроу на вершине мира было страшно. Страшнее, чем Кверсати хотела признать – хоть всегда гордилась своей почти безумной решимостью всеми силами карабкаться наверх.
     – Тогда почему ты ждёшь? Ты бесполезна, Кверсати!
     Голос вновь блеснул болью – в этот раз простой болью удара в наказание.
     – Ты желаешь быть мне бесполезной?
     – Никогда! – взмолилась Первая дочь. – Никогда я не буду тебе бесполезна, моя госпожа! Скажи свою волю, и я исполню! Я исполню все, что ты прикажешь!
     Резкое падение превратилось в лёгкое парение. Кверсати с лёгкой опаской ощутила, как её тело опутывают мягкие сети. Будто живые тени окутывали её, обращаясь в роскошное длиннополое платье. Непроницаемо чёрное, как тьма Пустот.
     – Ты будешь продолжением моей воли вновь
     В голосе богини звучало особенное величие, наполняя Кверсати почти сексуальным возбуждением. Богиня любила её! Такая честь – и редкость.
     – …когда исполнишь свою.
     Раскосые белые глаза возникли под капюшоном теней, очерчивая лицо прекрасной, идеальной тёмной эльфийки, наполняя душу Первой дочери вожделением и завистью – богиня была столь великолепна.
     – Я хочу, чтобы они все умерли, Кверсати. Все.
     Видение неожиданно прервалось – Кверсати показалось, будто мягкое платье с её тела сорвали одним мощным движением, отправляя в полёт как сломанную игрушку. С испуганным воплем она взмахнула руками, стараясь сохранить равновесие…
     И неожиданно совершенно запуталась к какой-то тряпке, испугано вскрикнула, и кубарем скатилась на пол.
     – Не подведи меня…
     Прохладный камень впивался в мокрую от жаркого пота кожу как ледяное лезвие. Кверсати, придавленная напутствием, замерла как испуганный ручной ящер, медленно приходя в себя. Затем поспешно поднялась, всё ещё дрожа от прикосновения Тёмной Матери. Кого-то менее опытного подобное видение привело бы или в затяжной экстаз, или свело с ума. Кверсати же знала только одно – пришла пора действовать.
     Богиня отдала ей приказ! Теперь никто посмеет встать между ней и очищением её города от чужаков и отступниц!
* * *
     Была уже поздняя ночь, когда новая дочь дома Молув’итар проснулась. Всё, что случилось днём, казалось диким видением.
     Но оглянувшись, она со смешанными ощущениями поняла, что это не так.
     Вчера утром комнатой Мелларики был всё тот же узкий чулан, где она провела всё своё детство. Она так надеялась что став ученицей она, наконец, попадёт на верхние этажи дома, где жили сестры и старшая мать – и даже их личные служанки! Но её оставили в прежней «комнате», где с трудом умещались кровать и сундук для её старых потрёпанных вещей.
     Сейчас же она проснулась на широкой мягкой кровати, в просторном помещении. С окном! Его края украшала резьба. Овальный стол стоял рядом с кроватью, на спинке стула висело плотное мягкое платье нежного бирюзового цвета.
     Мелларика не могла поверить, что её дают такую комнату. Казалось что это розыгрыш – но когда явилась служанка, то она не сообщила что пришла пора спуститься куда-то в подвал. Она пришла, чтобы принести юной госпоже обед. Мелларика уснула, как только коснулась головой подушки, хоть была уверена, что не сможет сомкнуть глаз до конца жизни.
     Потому что сестра Шалшари приказала ей вечером явиться в свои покои, на несколько этажей выше.
     С удовольствием стянув с себя старые тряпки прежней жизни, Мелларика застыла ненадолго, рассматривая новое платье. Оно было странного покроя, очень лёгким. И очень откровенным – Мелларика не ждала, что когда-либо увидит в зеркале больше своей обнажённой кожи, чем лицо и запястья.
     Она обожала это платье. Молодая дроу ощущала себя счастливейшей девушкой в Нижней Тьме нарядившись в прелестный подарок.
     – Интересно, кто приказал мне его дать?..
     Вряд ли старшая мать заботилась такими делами. Ощущая жар на щеках, Мелларика прогнала мысли, что это был подарок от сестры, её новой наставницы.
     Вскоре она стояла у высокой двери покоев Второй дочери её дома. Мелларике приказали прибыть после отдыха немедленно, и начинать новую жизнь с раздражения своей наставницы девушка не рискнула бы. Да и нечего ей было делать в этом незнакомом доме.
     Стоило ей занести руку чтобы тихо постучать – скорее даже, поскрестись – в дверь, как та приоткрылась. Мелларика удивлённо потянула на себя, раздумывая, не ждёт ли её пустая комната.
     – Закрой дверь на замок.
     Сестра Шалшари стояла посереди помещения, спиной ко входу. Мелларика послушно запрела дверь и осмотрелась мельком. Комната сестры была куда больше, как Мелларика и ожидала. Шалшари была Второй дочерью, конечно, она будет жить в роскоши. Пара шкафов тонкой работы, круглый стол с парой книг и широкая овальная кровать составляли интерьер. Стены покрывала красивая тёмная драпировка с замысловатыми узорами.
     Шалшари отвернулась от прикрытого полупрозрачными занавесками прохода на балкон.
     – Я… пришла, как ты приказала, сестра, – робко протянула Мелларика, стараясь не сбиваться на жалобный тон.
     Сейчас на Шалшари было уже другое платье, украшенное разрезами, обнажавшими гладкую чёрную кожу на плечах, боках, бёдрах… Мелларика ощутила, что таращится на стройное тело сестры и быстро потупилась.
     – Я вижу.
     Прохладный голос мигом напомнил Мелларике, что она всё ещё просто младшая дочь, возможно вовсе здесь не желанная. Сестра подошла ней и смерила взглядом. Затем обошла вокруг, мягко касаясь волос Мелларики кончиками пальцев.
     – Ты знаешь, зачем ты здесь?
     Мелларика уже качнула головой в отрицании, но быстро спохватилась. Это был вопрос с подвохом.
     – Я… должна начать обучение? – с надеждой протянула девушка.
     Малейшая перспектива вырваться из рутины простой прислуги вселяла болезненную надежду. Убирать в комнатах, таскать одежду и бельё на стирку, полировать барельефы в коридорах – всё это было такой ужасно нудной и тяжёлой рутиной. Мелларика ненавидела эту жизнь. Даже слуги могли просто отвлечься, но она должна была только прислуживать сёстрам!
     Шалшари ласково провела рукой по её волосам, потом подхватила пальцами локон младшей сестры.
     – Верно. Ты моя ученица. Пора тебе узнать о своих обязанностях.
     Неожиданно ладони Шалшари скользнули по шее Мелларики, заставив ту окаменеть. Ласковое дыхание прошлось по уху новой дочери Молув’итар. Она ощутила мягкое прикосновение к шее, ладони сестры скользнули ниже, обнимая её маленькую грудь…
     С испуганным восклицанием, Мелларика рванулась вперёд, вырываясь из рук Шалшари и…
     Не смогла. Ладонь на шее кольнула неожиданно острыми ногтями, другая рука плотно обхватила девочку за талию.
     – Что ты… делаешь?! – в ужасе выдохнула Мелларика, вцепляясь в руки сестры.
     – Ты не понимаешь, что я делаю? – прохладно протянула Шалшари.
     Хватка на горле опасно усилилась, Мелларика с нарастающей паникой застыла в руках не в пример более крепкой и сильной женщины.
     – Ты разве не знакома с лаской женского тела?
     В глазах младшей дочери потемнело на мгновенье. Она понятия не имела, к чему всё может обернуться, но уж точно не ожидала… такого.
     Рука сестры скользнула по её животу – Мелларика прокляла тонкую ткань платья, сейчас она ощущала, как пальцы вжимаются в каждую складочку её тела. Огладив бёдра девушки, Шалшари поднялась выше, приближаясь к прикрытым лишь воздушным подолом складкам нижних губ.
     – Я не хочу…
     Жалобный протест сорвался с губ Мелларики почти непроизвольно. Хватка на её шее ослабла, и девушка рванулась прочь, будто спасаясь от туннельного хищника. Мелларика панически перевела дыхание, комкая платье на груди.
     – Мелларика.
     Младшая дочь испугано застыла, не в силах обернуться к наставнице.
     – Сними одежду и ложись в постель.
     Приказ был совершенно спокойный, будто она просила принести обувь. Впервые в жизни Мелларика пожалела, что слышит совсем иной приказ таким тоном.
     – Я… я не стану… – отчаянно выдавила девушка.
     Она резко обернулась, встав с сестрой лицом к лицу.
     – Ты смеешь перечить мне? – холодно осведомилась Шалшари.
     – Ты!.. Ты не можешь заставить меня!.. Я не твоя!.. Не твоя!..
     Мелларика задыхалась от ужаса и паники, не в силах даже осознать, чем же она не является для сестры-наставницы. Шалшари шагнула вперёд, заставив Мелларику в ужасе попятиться.
     – Ты… принадлежишь мне.
     Ледяной тон сёстры колол разум. У Мелларики задрожали губы.
     – Я не…
     – Ты здесь только потому что я тебя захотела, Мелларика.
     Девушка отвернулась, пряча глаза от пронзительного взгляда. Но Шалшари грубо схватила её за подбородок и повернула к себе.
     – Ты моя ученица, – почти зло сказала она. – Я заставлю тебя повиноваться, силой, если понадобится.
     Мелларика открыла рот, чтобы протестовать, она хотела сказать, что не позволит просто избить себя, как простую рабыню, крикнуть, что она не будет просто игрушкой в постели.
     Но смогла только тихо застонать от беспомощности.
     – Ты хочешь почувствовать боль? – прохладно спросила сестра. – Я ударю тебя, если хочешь.
     Она отпустила подбородок Мелларики, и будто выбирая место, провела ладонью по её щеке.
     – Нет…
     Жалобный скулёж вырвался из груди беспомощной девушки. Шалшари отошла, давая сестре место. Под её холодным взглядом Мелларика негнущимися пальцами растянула завязки платья, медленно сбросила его с плеч, стараясь сдержать рвущиеся наружу слёзы.
     Когда платье соскользнуло на пол, Шалшари неожиданно приблизилась, взяв Мелларику за подбородок, и заставила посмотреть себе в лицо. Прикосновение стало последней каплей – по щеке Мелларики скользнула одинокая слеза. Она была сломлена.
     – Не страшно. – Шёпот Шалшари звучал неожиданно нежно. – Ты можешь плакать, за это я наказывать не стану.
     Мелларика отстранённо ощутила, как сестра ласково гладит её по щеке.
     – Мне нравится, когда ты плачешь. Ты красива. Ложись.
     Девушка, стыдливо прикрываясь руками, села на край кровати. Затем исполнила приказ, беспомощно упав на спину. Потолок комнаты терялся в темноте, но Мелларика не желала видеть ничего. Размытый слезами унижения облик сестры, однако, немедленно навис сверху. Опираясь руками у плеч сломленной сестры, Шалшари поставила колено между её бёдер.
     – Очень хорошо, – одобрила вторая дочь. – Теперь…
     Устроившись сверху, Шалшари деловито провела руками по животу и груди маленькой жертвы. Мелларика непроизвольно отвернулась. Движения сестры будили в ней нежеланные ощущения. Её почти тошнило от принуждения. Мысль, что её просто используют как грязную игрушку для утех, заставляла кричать в душе. Но в тоже время сердце гулко стучало, приятное тянущее чувство возникло в низу живота, а в груди росла лёгкость. Мелларика тихо застонала, когда Шалшари задела пальцами мягкие бугорки сосков, погрузив их в приятный зуд.
     – Мои руки куда приятней того ничтожества с Арены…
     Мелларика резко напряглась, пронзённая волной неопределённого страха. Но его тут же смыло ощущение пальцев сестры – Шалшари мягко прикасалась к её нижним губам. Лёгкое давление стало сильнее, и Мелларика выгнулась, закрывая лицо сжатыми кулаками, как маленький ребёнок.
     – Скажи мне, сестрёнка, – тихо протянула Шалшари, – ты всё ещё хочешь, чтобы твой первый раз бы с пальцами?
     Она убрала руку из опасного места, но Мелларика застыла, едва дыша.
     – Что?..
     – Как в тот раз, когда ты увидела свою сестру и её служанку впервые…
     Ужас откровения с уст почти незнакомой женщины поглотила волна возбуждения – ладонь сестры опять мягко легла Мелларике между ног. Тонкие пальцы вонзились во влажную плоть, вырывая из груди юной дроу сначала испуганные, затем возбуждённые, и наконец, мучительно сладкие стоны. Шалшари нависла над сестрой, умело лаская пальцами её мягкую плоть, от паха по телу Мелларики расходились волны жара и холода. Она сжала зубы, стараясь сдержаться, прижала руки к лицу, погружаясь во тьму… но возбуждение только усилилось.
     – Ты хочешь грубее? Ты всегда так хотела…
     Видения в голове Мелларики плыли на волнах удовольствия. Она вдруг позабыла, что это пальцы новой сёстры ласкаю её тело – она помнила только свои руки и своё хриплое дыхание. Она вновь стояла в тёмном коридоре старого дома, судорожно сжимая свою плоть через ткань грубого платья. Из-за двери доносились сладкие протяжные стоны, два сияющих во тьме тела ритмично двигались вместе…
     Мелларика фантазировала столько раз с того дня. Она больше не могла смотреть в лицо служанке сестры – она не знала даже её имени, но она мучительно помнила, как красиво двигались её крупные полные груди.
     Резкое осознание, что Шалшари знает о её фантазиях – именно этих фантазия, этих воспоминаниях – пронзило её разум острым копьём, вместе с тем как её тело выгнулось в экстазе. Мелларика обмякла, тяжело дыша, даже не замечая, что сестра убрала руку от её бессильно раскинутых ног и теперь просто легко касается её живота влажной ладонью.
     – Посмотри на меня, Мелларика.
     Младшая дочь не двигалась, всё ещё испуганно прижимая руки к лицу. Хриплое сбивчиво дыхание с трудом покидало грудь.
     – Я сказала, посмотри на меня!
     Почти злой окрик хлестнул страхом, и чуть ли не вопреки рассудку Мелларика убрала руки. Лицо Шалшари было холодным, но пугающе красивым. Величественным, будто выточенным из камня искусным мастером. Низ живота младшей дочери снова скрутило от возбуждения.
     Шалшари пригнулась, безошибочно сжимая тёплой ладонью комок страсти в теле ученицы.
     – Никогда не перечь мне. Ты поняла?
     Мелларика судорожно вздохнула.
     – Да… сестра…
     Всё что она могла, это жалобно проскулить. Но жестокой сестре этого хватило, черты Шалшари заметно смягчились. Выпрямившись, вторая дочь демонстративно подняла руку и провела перед собой. К удивлению Мелларики платье сёстры вдруг исчезло – Шалшари осталась сидеть на ней совершенно нагой.
     Мелларика скользнула взглядом по её высокой, точёной груди с рельефными сосками, по плотному животу с едва заметным узором мышц… и ощутила, как сердце дало перебой. Их нижние губы почти касались. По телу младшей дочери прошла волна жара, вырвавшись постыдно невольным и жадным страстным выдохом.
     – Прикоснись ко мне.
     Помогая с приказом, Шалшари взяла вялые руки сестры и приблизила к своей груди. Мелларика, ощущая как в груди колотятся молоты, с дрожью положила ладонь на мягкие полушария. В её ладони ткнулись упругие бугорки плотных сосков.
     Девушка машинально облизнула невесть когда пересохшие губы.
     – Конечно, моя грудь не такая пухлая, как ты любишь, – с насмешкой протянула Шалшари, – но тебе придётся смириться, жадная развратница.
     – Откуда ты… знаешь…
     В забытье Мелларика смотрела, как Шалшари отнимает её руки от груди, медленно подносит к своим мягким губам и, обдавая тёплым дыханием и не отрывая парализующего взгляда блестящих изумрудных глаз, ласково облизывает её пальцы. Один за другим.
     Шок от ощущения шелковистой плоти языка старшей сестры на кончиках пальцев прошёл сквозь тело Мелларики незнакомой прежде волной, ударив где-то внизу живота. Что-то словно оборвалось внутри, Мелларика ощутила, как все внизу расслабляется, как после высшей точки. Её дыхание стало ритмичным и тяжёлым.
     С пустой головой младшая дочь позволила себе фривольность – её пальцы нежно прошлись по шёлковым губам сестры. Шалшари с игривой улыбкой нежно куснула их в ответ. Затем крепко сжала ладонь Мелларики своей, сплетая их пальцы почти до боли, и резко упала на неё.
     Это был первый поцелуй в её жизни – и Мелларика ощущала, как сестра пытается выпить из неё душу. Шелковистый язык ласкал её собственный, жадно, умело и беспощадно. Она даже не подумала, чтобы ответить, просто послушно следовала движениям сестры.
     Когда удушье стало нестерпимым, Шалшари прервала мучительную ласку, позволяя ученице судорожно вздохнуть.
     – Ты совершенно бесполезна в постели, – проворковала она, пригибаясь к самым губам Мелларики. – Не страшно. Я обучу тебя и этому тоже…
     Губы Шалшари были самым мягким, чего Мелларике когда-либо приходилось касаться. Она хотела, чтобы сестра убила её своими губами.
     Она хотела, чтобы они всегда были вот так. Все фантазии, пробуждённые словами Шалшари, смешались с реальностью. Мелларика с трудом отдавала себе отчёт, что и когда она хотела, и что происходит на самом деле.
     Пальцы сестры проникли внутрь её тела. Мелларика хотела закричать от восхищения и счастья, но только застонала, протяжно и сладко. Как стонала служанка её сестры. Фантазии переплелись новым узором в её погружённом в хаос сознании. Раньше Мелларика всегда видела, как её руки ласкают мягкое возбуждённое тело. Теперь она изгибалась под чужими руками, сгорая от возбуждения сама. Пальцы внутри неё ритмично двигались, увлекая за собой всё её тело. Шёлковые губы сестры накрыли её рот, Мелларика охотно позволила чужому языку погрузиться как можно глубже в себя, неловко прикасаясь к этой нежной пытке в ответ.
     Напряжение вновь достигло пика, Мелларика ощутила, как где-то в глубине её тела возникает волна – куда мощнее, чем все прежде испытанные. В тот же миг Шалшари оторвалась от её рта, одновременно погружая пальцы вглубь мягкой влажной плоти сестры. С криком наслаждения Мелларика судорожно выгнулась на кровати, непроизвольно дёргая тазом, горячая влага покрыла её бёдра и ягодицы. Мелларика задыхалась от наслаждения, судорожно комкая простыню одной рукой. Другой рукой она до боли сжимала ладонь сестры…
     Маг устало зевнул. Он сидел на широком уступе окружающего балкон барельефа, опираясь ногой на голову какой-то статуи. Полупрозрачные занавески не заглушали звук ни капли, поток сладких стонов явно не собирался иссякать в ближайшее время. Эльфийки целеустремлённо забылись в развлечении.
     Кей безразлично смотрел на далёкие огни города дроу.
     – Н-да. Это не совсем то, что я ожидал, посылая девчушку сюда.
     Растопырив руки и ноги как огромная жаба, Джей медленно съехал вниз, вцепившись стену башни всеми конечностями.
     – Приветик.
     Мечник побалансировал на узком уступе секунду, потом плюхнулся рядом с напарником.
     – Привет, коль не шутишь. Что за шмотки?
     Белокожего бойца украшали подозрительно узкие для его фигуры тёмные рубашка и штаны модного в Кворвате фасона. На мощных плечах натянутая ткань, казалось, готова была лопнуть по швам, стоит мечнику напрячь могучий бицепс.
     – Новая мода, говорят. Из восточных городов.
     – Ага. Украл?
     – Не, трофейные. Сломал шею одному прыгну. Прыгнул на меня с крыши, а я его ногой…
     Какое-то время путешественники сидели молча. Снизу доносились шумное пыхтение и возбуждённое мурчание распалившихся любовниц.
     – Ну, как твоя маленькая авантюра?
     – Успех! Кажется. Они не способны объединиться даже под угрозой смерти, буквально. Сопротивление будет ослаблено. Видел паровую башню в городе.
     – У эльфов? – удивился маг.
     – Ну! – поддакнул боец. – С ума сойти. А ты что?
     – Разузнал кое-что об их маленькой богине, – протянул Кей. – Но ещё не всё, к сожалению. Теперь хотя бы я знаю, чем занята вот эта…
     Кей кивнул вниз. Джей приподнял брови.
     – И? Она же культист.
     – И Алистраи это явно не волнует. Судя по всему, Шалшари необычайно верна семье. Родной, я имею в виду. Она клинок, теперь это довольно очевидно.
     – Да уж, верно… Что с другими?
     – Ирае лишались магии.
     – Серьёзно?
     – Нет, на время. Я постарался дать ей пинка в нужную сторону, от эльфов толку нет, пока их не клюнет. Уверен, она скоро станет настоящей жрицей. Будет весело…
     – Брия наверно в депрессии, они так сдружились в походе.
     – Ну, если учесть, что Вьерна умерла, то…
     – Вьерна мертва? – поразился Джей. – Алистраи же свихнётся от ненависти! Мы здесь навеки застрянем в их детской вендетте.
     – О да, – протянул Кей. – Она бы так и сделала.
     – Что ты?.. – подозрительно протянул Джей. Потом выпрямился: – Эй, ты же не…
     Маг прервал его жестом:
     – Не говорил о плохом вслух.
     Мечник тоскливо фыркнул.
     – Ты её вернул?
     – Притащил тело с Костного двора.
     – Это же владения правящего дома, – заметил Джей. – И что, устроил бойню?
     – Нет, просто припугнул.
     Мечник свёл брови неодобрительно:
     – Сбрендил? Дроу в страхе и унижении воспитывают, это их только распалит! Вот вид собственной крови их пронимает…
     – Верно. Но когда кое-кто неизбежно попытается на них нажать, – протянул Кей, – я хочу чтобы они сопротивлялись.
     Мечник поднял брови понимающе:
     – А.
     Постепенно стоны и шорохи снизу стихли.
     Обессиленная Мелларика тяжело дышала, влюблённо пожирая глазами лежащую рядом сестру. Приподнявшись на локте, Шалшари ласково поглаживала ей губы. Младшая сестра приоткрыла рот и игриво лизнула кончики тонких пальцев. Шалшари с тихим смешком вложила пальцы в рот жадной молодой любовницы, та охотно обняла их языком.
     – Твоё тело такое слабое, – протянула Шалшари. – Не страшно. Это ты тоже исправишь…
     Неожиданно Мелларика поняла, что странный привкус на пальцах Шалшари не что иное, как её собственный вкус, вкус её любовного сока. Жаркая волна возбуждения заставила её перекатиться на бок и, обвив ногу сестры своими, жадно впиться в изящные пальцы, слизывая всё до капли.
     – Ты больше не станешь мне перечить, Мелларика?
     Вопрос сопровождался ласковым движением коленом по влажным нижним губам младшей дочери. Мелларика опала на кровати, без капли смущения раздвигая ноги поудобнее.
     – Никогда…
     Шалшари рассмеялась и обняла сестру за плечи, привлекая к себе.
     – Знаешь, ты должна быть мне благодарна, – сказала она. – Бесконечно благодарна. Моя собственная наставница не прикасалась ко мне и пальцем. За все те годы.
     Мелларика, всё ещё не выпустив руки Шалшари, страстно поцеловала тыльную сторону её ладони.
     – Сестра… ты правда будешь меня обучать?
     Мелларика вдруг игриво прильнула к Шалшари и, обвив руками шею сестры, возбуждённо хихикнула:
     – Ну, кроме этого!
     Улыбка удивлённо увяла, когда она наткнулась на прохладный взгляд наставницы. Выждав секунду, сестра всё же поцеловала Мелларику в губы. Но в этом прикосновении было куда меньше нежности и ласки. Младшей всё ещё было приятно, но теперь казалось, что сестра… пробует её на вкус.
     – Ты ведь понимаешь, что я хочу с тобой сделать, Мелларика?
     Младшая преданно посмотрела в лицо сестры, перебирая сотни вариантов признания в бесконечной страсти – сейчас ей было всё равно, что именно с ней хотят делать. Но просто коротко кивнула.
     Шалшари молча уложила ученицу ровно. Затем медленно села ей на бёдра и выпрямилась, демонстрируя свою головокружительную фигуру. Мелларика с удовольствием подумала, что только что жадно целовала это прекрасное тело. В голове мелькнула злорадная мысль, что никто из её прежних сестёр никогда не прикоснётся к такой прекрасной женщине, с которой она, Мелларика, только что жарко переспала!
     Неожиданная тревога кольнула разум девушки,за мгновенье до того как глаза Шалшари резко потемнели. Это была не такая мягкая тьма, как покрывая глаза при темновидении. Но чёрная, как первосортный полированный базальт, она затопила глаза Второй дочери.
     – Будь моей, сестра, – спокойно приказала Шалшари, тихим мягким голосом. – Отдай мне… всё.
     Мелларика лежала вновь парализованная. Чёрные глаза сестры поглощали её сознание. Комната вокруг растворилась, осталась только сияющая фигура сестры и два чёрных моря непроницаемой тьмы.
     – Всё… – прошептала Мелларика, не чувствуя собственного тела, – твоё… я…
     Вокруг была только тьма. Абсолютное, полное Ничто окружало молодую дочь Дома Огня. Мелларика билась в ужасе и судорожно пыталась понять происходящее – и в то же время, она не ощущала ничего.
     – Я… твоя…
     Облик Шалшари растворился в темноте уже давно. Века назад. Тысячелетия. Эпохи. Осталась только чёрная маска – темнее самой чёрной тьмы, образ хранил резкие черты красивого лица её сестры. Два непроглядных мрака служили маске глазами.
     Маска резко приблизилась к лицу Мелларики. Та не видела ничего – вокруг не было ничего. Только образ в её сознании. Губы маски прижались к губам Мелларики. Она закрыла глаза, хоть и не имела ничего, что могла бы закрыть.
     – Ты…
     Шёлковый язык, совсем как у сестры, которая подарила ей восхитительный первый раз, обвился вокруг языка Мелларики, заставляя безмолвно стонать от наслаждения. Он вился всё дальше и дальше, проникая на многие мили, в безграничные пространства внутри неё, и каждый миг был слаще первого оргазма. Сотни рук ласкали её тело, которого не было, сотни пальцев проникали в её всесущую плоть – Мелларика таяла, обращаясь в волну счастливого наслаждения.
     – …теперь я.
     Сознание, наполненное чистым экстазом, медленно двигалось в центр Вселенной. В глубины, наполненные вечной Пустотой. Начало концов и конец начал. Совершенство в отсутствии.
     Запрокинув голову, младшая дочь лежала на кровати как тряпичная кукла. Шалшари устроилась на ней сверху и, обняв руками лицо, жадно всмотрелась. Глаза Мелларики обратились в две антрацитовые, непроглядно черные сферы. От возбуждения успехом тело послушницы всесущей Пустоты горело.
     Вкус её слюны, тепло её кожи, запах её пота – всё в Мелларике сейчас пропитывала восхитительная аура безымянной сущности, которой они обе теперь служили. Ощущая лёгкость в голове, Шалшари страстно впилась в пухлые губы её первой ученицы, вжимаясь в её бесчувственное тело. Она не знала, чего хочет больше – проглотить сладкую девочку целиком или съесть медленно, по маленькому кусочку за раз…
     Джей, заглядывающий в комнату высунувшись лишь на волос вниз головой, перевернулся и на одних руках вскарабкался по барельефу как огромный жук. Его рубашка опасно хрустнула в районе плеч.
     – Великолепно. Теперь их стало уже двое!
     Мечник уселся обратно на бортик. Кей всё так же равнодушно смотрел вдаль.
     – Мы так и будем сидеть?
     – А что ты хочешь, вырвать кого-то из Вечного Ничто силой? – едко заметил маг. – Щас, оседлаем арсенал – и мигом в центр галактики! Забудь, девчонка нашла себя.
     – Да они только увиделись! Так?
     – Часов десять. Но Шалшари много лет сидела без подопечного, а ты знаешь, как они устроены…
     – Да уж. К чему бы все эти игры в постели, хотел бы я знать.
     – Просто. Или так, или через кровь, пытки, через разрушение сознания. Дело-то в доминировании. Пустоте.
     – Вот уж верно, – буркнул мечник. – Знаешь, если начнётся конец света – опять – я сваливаю.
     Кей ухмыльнулся.
     – Спрячешься у невесты на луне?
     – Нет никакой невесты, – буркнул Джей. – Но шутки шутками – а два культиста. Два! Кей!..
     Маг прервал напарника коротким жестом и ровно сказал:
     – Они обе «спящие» агенты. Волноваться будем лет через сто. А сейчас давай узнаем, за что же дроу предают свою столь любящую мать…
* * *
     Тяжёлые двери в зал собраний открылись, будто медленней чем прежде. Греянна не обратила внимания – она мало интересовалась окружающими деталями, которые не приносили ей пользы.
     – Я пришла, как только мне сообщили, мать Алистраи.
     Сообщение застало Четвертую дочь поздним утром, как раз когда она закончила привычную работу над своей служанкой. Широким шагом Греянна вошла в зал собраний, смело распущенные волосы ритмично плескались на её плечах – в этот раз она вернулась в дом другой женщиной!
     Но неуловимое напряжение в воздухе слегка поубавило её самоуверенность. Старшая мать не сидела на троне как прежде. Её огненный посох остался у трона, но мать стояла в центре зала, спиной к Четвёртой дочери. Они были в зале одни. Двери закрылись.
     – Хорошо, – ровно произнесла Алистраи. – Есть кое-что, о чём нам следует поговорить.
     Она коротко оглянулась на дочь через плечо.
     – Ты пришла при оружии?
     – Да, – озадаченно кивнула Греянна. – Как ты и приказала…
     – Ах, не нужно делать вид, что тебе нужен был приказ, дорогая. Ты так гордишься своими успехами в тренировках…
     Алистраи обернулась и Греянна ощутила, как в груди сжался колкий комок. Старшая мать держала в руках ножны, одной рукой на рукояти меча. Греянна никогда не видела, чтобы мать Алистраи носила меч.
     – Я надеюсь, это была не простая похвальба, Греянна, – протянула старшая мать. – Сейчас тебе придётся показать все, на что ты способна…
     Девушка нервно отшатнулась, машинально положив руку на оружие. Но тут же её отдёрнула.
     – Я не… не понимаю, что ты имеешь…
     Её прервал шелест обнажаемого клинка.
     – Ты хочешь убить меня, Греянна?
     В тоне матери не было ничего кроме искреннего интереса. Умом Греянна понимала, что её дела плохи, но мать не показала даже намёка на гнев. Ножны упали на пол с глухим стуком.
     – Я… – ошарашенно протянула девушка. – Разумеется нет, почему ты!..
     – Но разве это не нормально для тебя, желать моё место? – вкрадчиво протянула Алистраи.
     – Я бы… я бы не посмела!..
     Греянна подавила желание отступить. Ей пришлось подавить его снова, когда Алистраи двинулась вперёд, чуть отведя свой меч.
     – «Не посмела»? Почему? Ты настолько слаба? Ты настолько бесполезна?
     С пары шагов Алистраи неожиданно рванулась вперёд, делая быстрый короткий выпад. Греянна и испуганным вскриком отпрянула, хватаясь за оружие.
     В движениях старшей матери не было и капли сдержанности. Она атаковала с намерением ранить. Как минимум.
     – Ты благородная дочь правящего дома, Греянна! – с яростью крикнула вдруг Алистраи. – Ты должна взять моё место! Силой! Как велела нам Тёмная Мать!
     Отшатнувшись от пары коротких взмахов, Греянна сорвала с пояса палицу и отбила третий удар в сторону, поспешно отскакивая назад.
     – Мать Алистраи! – взмолилась девушка. – Что ты делаешь?! Если я в чём-то провинилась, то просто…
     Звонкий смех пробрал Греянну до костей. Старшая мать, казалось, веселится как ребёнок, но мрачные нотки обречённости звучали отчётливо до боли.
     Подняв меч перед лицом, Алистраи провела пальцами по лезвию.
     – Ты знаешь, кто обучил меня обращению с мечом? – Её словно сменила какая-то другая женщина, настолько лицо и голос матери стали отстранёнными. – Твой отец.
     Греянна ошарашенно смотрела, как старшая мать ласково гладит лезвие, будто любимую игрушку.
     – Ты, может, слышала о нём? С ним я родила также Мидорае. Я не видела её уже много лет…
     Алистраи будто погрузилась в особую сферу, где не было ничего, только её меч и воспоминания.
     – Он был таким верным воином. Едва ли старше Вьерны, но она его приняла. Всё началось с моей нежданной ревности, я побоялась, что она заберёт его себе – он был простым солдатом. Ах, как я его любила…
     Вибрирующий тон прервался вонзившимся в Греянну острым взглядом. Та вздрогнула.
     – А потом его забрали у меня. Убили. Пару лет назад. Может, ты помнишь, Греянна?..
     На молодую жрицу обрушилась волна ударов. Она едва успевала отражать хищные уколы и отскакивать в сторону от злых взмахов. Алистраи была совершенно спокойна. Но Греянна, опробовавшая пару продвинутых тренировок в школе, с уколом ужаса ощущала, что её противник колеблется.
     Колеблется, сдерживая смертельный удар.
     – Если продолжишь так и дальше… – прошептала Алистраи, делая короткую паузу. – Я убью тебя, Греянна!
     Длинный выпад едва не оставил на груди юной послушницы широкий кровавый след. Отбив меч матери в сторону, Греянна отскочила назад, выбрасывая руку с клубящейся в ней магией.
     – Мать Алистраи! Если ты желаешь меня наказать, то скажи хотя бы!..
     Её вновь прервал прежний звонкий смех. В этот раз откровенно издевательский.
     – Наказать тебя? – протянула Алистраи. – Нет-нет… Это ты наказываешь меня. Ты так жестока, дочка.
     Греянна тяжело задышала, ощущая, как сгущается рок.
     – Знаешь, я бы хотела убить тебя в бою. Чтобы между нами было хоть что-то… путь даже это окровавленный клинок…
     Озвученная цель заставили Греянну внутренне содрогнуться. Она боялась, что она здесь за этим. Её призвали, чтобы уничтожить. Она собрала всю свою выдержку в кулак:
     – Что… что я сделала не так, старшая мать?
     – Всё. – Бесстрастный ответ резанул ножом. – Ты слаба, ты глупа, ты бездумная и ты алчна – и это всё моя вина.
     Тихий шёпот старшей матери, пропитанный незнакомой, непостижимой для Греянны злобой, пугал даже больше чем, если бы она орала как наставница на лекциях.
     – О чём ты говоришь? – поразилась девушка. – Я… я единственная кто осталась верной! Я могу представлять наш дом в церкви! Я могу остаться единственной жрицей для нашей семьи!
     Бесстрастное лицо матери показывало, что эти достоинства ей не нужны.
     – Это моя вина, – повторила Алистраи. – Я отдала тебя им, и они превратили тебя в ничтожество. Жадное тупое ничтожество, одержимое властью. Как и все они. Как я вас всех ненавижу…
     Греянна балансировала на грани паники, лихорадочно ища малейший шанс сохранить себе жизнь.
     – Я… я не знаю, что случилось, но я!..
     Волна атак заставила её отчаянно защищаться. Звон продлился всего пару секунд – Алистраи обошла её неловкую защиту с изяществом атакующей тоннельной тени. Палица ударилась об пол. В панике Греянна выкрикнула слова силы – и заклятье сорвалось с её руки, ударив Старшую мать Алистраи прямо в грудь. Белую фигуру хозяйки Молув’итар окутало чёрное облако «Гнева богини».
     Греянна испуганно отступила, когда магия рассеялась, не причинив колдунье и капли вреда.
     – Ты не посмеешь меня убить… – пролепетала девушка. – Я… я единственная, кто может…
     – Скажи, тебе самой-то было интересно, что случилось с Вьерной? Или ты просто следовала их указаниям? Как ручная ящерица.
     Греянна окаменела на миг. Алистраи стояла, опустив клинок – но он в любую секунду мог оказаться у Греянны в горле.
     – Я… я вернулась потому, что…
     – Я знаю, зачем ты вернулась, Греянна.
     Алистраи подняла свободную руку. Над ладонью вспыхнул факел ослепительного пламени. Затем она бросила что-то на пол – по чёрному камню со стуком перекатился многогранный кристалл.
     Греянна готовилась к этому так долго, что даже не дрогнула.
     – Что это? – спросила она поражённым тоном, затем подняла не менее поражённый взгляд на мать: – Я никогда не видела этой штуки! Старшая мать, если кто-то…
     – Нет.
     Короткое слово перерезало Греянне всё желание спорить не хуже клинка, вскрывающего горло.
     – Бесполезно юлить, дочь моя, – равнодушно продолжила Алистраи. – Бесполезно прикрываться шансами, бесполезно говорить, что его подбросили, или что тебя подставили… Ты ведь понимаешь? Скажи, что ты понимаешь, Греянна. Я так хочу, чтобы ты понимала, кто тебя убивает…
     Девушка судорожно перевела дыхание. Потом нервно оглянулась на двери зала…
     Алистраи с мученическим выражением прикрыла на миг глаза.
     – Как я разочарованна, – несчастно прошептала расстроенная мать. – Ты даже не враг. Ты не достаточно умна даже для этого…
     Две дроу застыли одна напротив другой.
     – Я… только хотела служить нашей семье…
     Губы Греянны дрожали – это была её последняя ставка. После этого – конец.
     Алистраи взглянула на дочь глазами ледяного янтаря, подтвердив её самые страшные опасения.
     – Знаешь, даже самая тупая из высших жриц Собора не могла не сообразить, что в моём собственном доме меня не обмануть, Греянна.
     Алистраи слегка подалась вперёд, заглядывая дочери в глаза.
     – Когда ты говорила вчера с помощью этого кристалла, это было не для того чтобы узнать, что же этот белый колдун сделал с её телом.
     Греянна испуганно всхлипнула, отступая назад.
     – Это было, чтобы твоё предательство услышала я, – тихо закончила мать. – Они убили тебя, Греянна. Убили моими руками.
     Девушка с трудом проталкивала воздух в грудь, где бешено колотилось истерзанное ужасом сердце.
     – Я… я!..
     Греянна резко рухнула на колени, склоняя голову перед матерью:
     – Умоляю, я только хотела!.. Гииййяаа!!..
     Вопль вырвался из груди проигравшей свою жизнь послушницы, когда волна пламени сомкнула вокруг. Жгучая боль сковала ей руки и ноги, пламя как живое пробиралась под одежду, прижимаясь, прилегая к коже плотней. Сжигая её плоть без жалости.
     Живая огненная река вскинула Греянну над полом, распиная в беспомощности перед неизбежной гибелью. Алистраи жестом подозвала к себе Безымянное Пламя, подходя к дочери ближе.
     – Нет, ты не умрёшь на коленях, как раб, – тихо протянула старшая мать. – Это я ещё могу себе позволить.
     Схватив девушку за волосы, она приподняла её голову. Греянна не могла сдержать дрожь. И слёзы.
     – Я только хотела… – пролепетала она, отчаянно сжимая руки в режущих болью путах.
     – Я знаю, чего ты хотела, Греянна, – холодно отрезала старшая мать. – Но знаешь ли ты? Ты хотела быть дочерью другого дома. Ты хотела грызться с сёстрами за место во тьме. Хотела планировать ловкие предательства и годами вынашивать планы желанного возвышения. Хотела бесконечно карабкаться по этой… этой пирамиде…
     Алистраи отпустила волосы дочери. За спиной колдуньи соткался вихрь пламени и, изогнувшись золотой змеёй, направил своё острие прямо в грудь пленницы. Греянна заворожённо смотрела в ослепляющее пламя. С дрожащих губ сорвался жалобный голос, оплетённый детским отчаянием:
     – Но ведь… это жизнь дроу…
     – Я знаю, дочка, – тихо шепнула Алистраи. – И именно поэтому ты умираешь.
     Старшая мать вскинула руку. Пламя взревело, сжимаясь в ослепительный белый клинок. Греянна обречённо зажмурилась.
     Алистраи двинула рукой, раскалённая магия скользнула над её плечом, срезая локон волос и…
     …с резким ударом о пустоту, всё вокруг застыло.
     Подавив мгновенную панику, Алистраи распознала ощущение. Это была очень странная… пауза во времени. Какую она видела совсем недавно.
     – Я приказала оставить меня!
     С яростным рычанием затравленного зверя, Алистраи резко обернулась вокруг, ища ненавистного в этот миг нарушителя.
     – У меня есть предложение.
     Кей возник из воздуха в паре шагов, спокойно глядя в перекошенное бешенством лицо старшей матери. Алистраи направила на него взревевший столбом пламени посох:
     – Прочь.
     – Ты так желаешь её смерти? – невозмутимо поинтересовался маг.
     – Она теперь просто мусор, – зло выпалила Алистраи. – Мне плевать, если это моя вина! Я не могу позволить, чтобы кто-то угрожал моей семье! Пусть даже!..
     Боль потерь навались на неё лавиной, прорывая многолетние барьеры. Алистраи тяжело опёрлась на Пламя.
     – Пусть даже это моя собственная дочь, – хрипло выдавила она, закрывая глаза. – Пусть лучше она, чем все…
     Кей деловито прошёл мимо разбитой горем женины и осмотрел застывшую на миг от смерти дроу.
     – Такая потеря… – протянул он. – Члены семьи – ценная вещь. Особенно для тебя…
     – Вещь?..
     Алистраи, вернув контроль, обернулась к Кею с каменным лицом.
     – Прочь отсюда, белокожий.
     – Я ещё не озвучил предложение, – заметил маг. – Уверяю, тебя это заинтересует. Ты слишком любишь своих детей.
     Алистраи горько рассмеялась.
     – И что теперь колдун? – с едкой злостью вопросила она. – Вновь вернёшь время вспять? Но это было так давно!
     Женщина снова горько рассмеялась, почти на грани истерики.
     – Что ты сделаешь? Заставишь её вернуться в моё лоно? Ты не вернёшь мне дочь! Только не эту!!!
     Отчаянный крик был адресован дальне стенке – Алистраи уже не могла смотреть ни на наглого чужака, ни на свою обречённую дочь.
     – Есть… метод.
     Старшая мать замерла на вдохе.
     – Это не менее опасно, чем мои прежние… эм… действия. Но он даст тебе шанс. Шанс попробовать ещё раз.
     Кей обернулся к Алистраи, вскинув палец:
     – Но только один шанс. К сожалению, это оставит на ней… след.
     Повисла пауза. Дроу сверлила его полубезумным взглядом исподлобья.
     – И что ты хочешь… взамен? – протянула старшая мать. – Даже не пробуй отвертеться в этот раз, белый дьявол…
     С деловым выражением лица Кей подошёл ближе:
     – Верно. Смерть Вьерны была помехой. Досадной, досадной помехой…
     Встав рядом, маг, не глядя на женщину, чуть склонился вперёд:
     – Но то, что я сделаю, – если ты согласишься, конечно – создаст помехи другим. Это более не только между нами.
     – И… этого ты хочешь? – протянула дроу. – Создать кому-то… помехи?
     – Я хочу больше, – резко сказал маг. – Я хочу, чтобы ты сделала кое-что взамен.
     Отвернувшись, он шагнул обратно к застывшей в огне дочери-изменнице.
     – Греянна снова окажется в твоих руках. У тебя будет шанс сделать всё иначе. Лучше. Взамен…– Маг обернулся. – Я хочу следующее – когда придёт время, ты исполнишь своё самое. Сокровенное. Желание.
     Алистраи нервно поёжилась, крепче сжимая пышущий жаром посох.
     – Что?..
     Белокожий колдун резко указал на неё пальцем:
     – В глубине твоей души, внутри тебя, есть нечто. Это что-то, чего ты хотела всю жизнь. Я же хочу, чтобы ты это исполнила. Время придёт. Может даже скоро. Ты согласна на мои условия?
     Кей повернул голову к Греянна, и плавно повёл рукой в её сторону:
     – И пусть тебя не обманывает пафосная формулировка – это будет испытание. Откажись исполнять, попытайся выкрутиться – и всё вокруг рухнет. Ты вправе отказаться от сделки, но только сейчас.
     Маг безмолвно застыл с каменным лицом. В полной тишине, окружённая неподвижным, пустым миром, Алистраи медленно подошла к своей дочери. Греянна висела в её пламени как статуя, с закрытыми глазами и искажённым предсмертным ужасом лицом.
     Алистраи колебалась. Предложение белокожего чужака, путешественника из чужих, неведомых ей земель, жгло старшую мать безумием – она не знала, что и как он сделает, но инстинктивно ощущала, что он не лжёт. Греянна вернётся. Снова будет её доверью. Не дочерью их проклятой богини.
     Но в тоже время она ощущала и другое – огромное бесформенное нечто клубилось над её выбором. Нечто, от чего она желала бы уйти.
     И теперь предстояло решить, чего она хочет больше – свою дочь или лёгкости выбора.
     Скрипнув зубами, Алистраи бессильно склонила голову.
     – Верни мне её… – Тихий шёпот хранил влажные нотки. – Верни мне мою дочь!
     Ответ прозвучал неожиданно близко:
     – Сделано.
     Алистраи нервно шарахнулась, когда маг шагнул прямо у неё из-за спины и выбросил руку, накрывая лицо Греянны. Одновременно с этим всё вокруг пришло в движение в единый миг, будто сам воздух закружился вокруг.
     Раскалённый клинок пламени врезался в пол, едва разминувшись с белыми локонами Греянны, и с хрустом вгрызся в камень. Сверкнула голубоватая вспышка и молодая дроу безвольной куклой рухнула на пол.
     Кей жестом приподнял девушку в воздух и… Двери в зал мощно распахнулись, Джей влетел как на пожар:
     – Что?! Что это было?! Кей! Кей!..
     Он уже сменивший трофейный наряд на привычную потёртую кольчугу и меч на поясе. Глаза воина панически оббежали помещение, и сосредоточились на товарище. Потом на зависшей над полом Греянне.
     – О… о нет! Ты это не серьёзно! Просто дай ей её убить, это семейное дело она просто!..
     – Тихо, – зловеще перебил Кей. – Или отправишься на поверхность.
     – Но ты не можешь просто!.. – От избытка впечатлений слова отказали, и середину Джей заменил хаотичным взмахом рук. – И сказать, что так и было!
     Вместо ответа Кей махнул рукой и тело Греянны, набрав неплохую скорость, врезалось в Джея, тот едва успел подхватить опавшую девушку, неловко сжав её в охапку как мешок.
     – Идём, в подвале есть подходящее место, – скомандовал маг. – И не держи её головой вниз.
     – Да я не…
     Джей с раздражённым вздохом закинул ношу на плечо и двинулся за другом, нечленораздельно что-то бурча. Алистраи безмолвно смотрела, как её дочь уносят белокожие. Кей задержался на пороге:
     – Я сообщу, когда закончу.
     Двери за ними закрылись. Старшая мать осталась одна.
     Ноги дроу подкосились, и Алистраи рухнула на пол бесформенной грудой. Только Безымянное Пламя надёжно стояло на камне, даря ей единственную опору.
     – Что же это такое?..
* * *
     Собираться с мыслями было тяжело. Уже минуть десять, а может полчаса, а может даже час, или день, как Вьерна пришла в себя. Но сколько бы она не ждала, она не могла сообразить, как же она умела двигаться раньше. Вот дыхание первая дочь уже освоила. Почти. Стоило об этом подумать, как она начинала сбиваться, хрипя загнанным круглобоком.
     В конце концов, через пару минут – а может дней – странная, путаная слабость отпустила. Первая дочь дома Молув’итар с трудом разлепила стальные веки. Казалось, она просто умрёт от напряжения. Но первые движения словно разогнали кровь – ей стало легче. Ощутив надежду, Вьерна усилием воли приподнялась на руках…
     Первым что она увидела, когда темнота в глазах прошла, была её мать. Алистраи сидела рядом, спиной к Вьерне, опираясь руками на край кровати в беспокойной позе.
     – Мать Алистраи…
     Голос прозвучал совсем хрипло. Мать не ответила, молча глядя перед собой.
     Вьерна с ужасом обнаружила, что её властная мать выглядит ужасно. Она сидела почти по-детски, понурив голову и бессильно опустив ровные резные плечи. Её посоха с ней не было.
     – Ты наконец-то проснулась, Вьерна.
     Мелодичный голос прозвучал глухо. В душу первой дочери забрались подозрения об ужасных вещах. Казалось, будто они уже проиграли – она не знала что, но что-то проиграли.
     – Йха…
     Первая дочь неуверенно захрипела, и покашляла, пытаясь прочистить сухое горло. Алистраи полуобернулась и положила ладонь на руку дочери поверх мягкого покрывала.
     – Лежи. Ты была без сознания почти пять дней.
     – Что?!..
     Вьерна панически дёрнулась, но затихла, когда хватка матери окрепла.
     – Как ты себя чувствуешь, дочка?
     – Как будто по мне пробежало стадо круглобоков…
     Вьерна умолкла, осознав, как именно только что назвала её мать. Такое простое обращение было почти оскорбительным в отношении старших дочерей. В конце концов, Вьерне было за двести, она уже имела собственную дочь… хоть и отдала её матери как будущую принцессу, лишившись права звать Квейлан своей.
     – Старшая мать, что случилось? Я… – Вьерна потерянно запнулась, – я ничего не помню…
     Она осмотрелась вокруг.
     – Это моя комната… – До неё вдруг дошло, что она одета в ночное платье и лежит под мягким покрывалом. – Меня ранили?
     Вместо ответа Алистраи убрала руку и снова взялась за край кровати, словно хотела встать. Вьерна попыталась приподняться и сесть. Но её собственные руки так дрожали, что вырваться из плена покрывала не представлялось возможным.
     – Не двигайся, Вьерна. Он сказал, что ты сильно ослабла, и даже теперь тебе понадобится отдых…
     Алистраи всё-таки поднялась, и шагнула прочь от кровати. Вьерна, прилагая титанические усилия, поспешно перевернулась:
     – Кто сказал?.. Что?.. Мать Алистраи, что случилось? На нас напали?
     В её разуме всколыхнули воспоминания – крики, свист стрел, рывки её ящера. Паника, быстро зажатая в тисках железного расчёта…
     – Я вела отряд… – прошептала дроу. – Кажется…
     – Была засада, Вьерна, – перебила старшая мать. – Тебя…
     Алистраи сбилась, завив дочь удивлённо нахмуриться. Энергия постепенно возвращалась в тело Вьерны, хоть она всё ещё ощущала себя ужасно. Женщина приподнялась в кровати.
     – Тебя ранили, – закончила наконец Алистраи, всё ещё не глядя на дочь. – Но теперь всё хорошо. Ты в безопасности. Ты будешь в безопасности…
     Странный дрожащий тон её голоса парализовал дочь как яд на дротике. Вьерна тяжело дышала, не в состоянии прогнать слабость в теле.
     – Не… нет… – сипло выдавила она. – Что-то ещё… я не просто…
     Алистраи обернулась и Вьерна замерла, увидев её перекошенное болью лицо.
     – Не нужно, дочка, – тихо произнесла мать. – Не нужно вспоминать. Всё кончилось. Ты дома, ты… в безопасности.
     Алистраи медленно шагнула к закрытому прозрачной занавеской окну. Сражаясь за каждый волос прогресса, Вьерна сдвинула себя на край кровати и опустила ноги на пол. Видения отчаянной схватки становились всё отчётливей, приобретая болезненные краски реальности. Она вспоминала.
     – Я ведь… – хрипло выдавила Вьерна. – Я умерла, так ведь?
     Режущее страхом откровение осталось висеть в воздухе. Старшая мать опёрлась о подоконник.
     – Как я устала…
     Собравшись с силами, Вьерна буквально метнула себя вперёд и вверх, поднимаясь на ноги. Перед глазами пошли круги, но она устояла.
     – Как я ненавижу всё это…
     Горячий шёпот заставил Первую дочь сжать себя в кулаке. Теперь Алистраи упиралась о подоконник обеими руками.
     – Как я ненавижу этот город… – шептала она. – Это место было моим домом всегда, всю мою жизнь! Я не знаю ничего другого! Но я так его ненавижу!.. Ненавижуу!!
     Клокочущий рык вырвался из глубин существа Старшей матери Молув’итар, рассылая по коже Вьерны легионы ледяных мурашек.
     – Старшая мать…
     – Я привела вас в этот мир, чтобы вы были моими, – почти жалобно произнесла Алистраи и вдруг злобно рыкнула: – Так приказала нам богиня! И я никогда не думала, как это будет!.. Как сильно я буду вас…
     Она потерянно запнулась. В языке дроу не было слова, которое описало бы искреннюю заботу или нежную привязанность.
     У них не было слова «любить».
     – Мать Алистраи…
     Вьерна шагнула на негнущихся ногах, протягивая к матери руку. Та не двигалась, вцепившись пальцами в холодный базальт.
     – Я просто… просто хочу, чтобы вы были в безопасности, – разбито прошептала Алистраи. – Я хочу, чтобы вы были со мной. Мои дети…
     – Мама!..
     Алистраи обернулась, очнувшись от глухого вскрика дочери – и совершенно не успела подхватить рухнувшую на колени Вьерну. Первая дочь упала пред ней и, судорожно сжав в почти бессильных объятиях, уткнулась носом матери в живот. Алистраи поражённо застыла на месте, растерянно приподняв руки.
     – Никогда… – дрожащим голосом прошептала Вьерна, – я никогда тебя не предам!.. Моя мать…
     Вокруг повисла тишина, укрывая постыдный момент обнажённых чувств двух благородных дроу.
     – Я умру ради тебя, мама… – шепнула Вьерна, сжимая объятия крепче.
     Алистраи ответила тихим смехом. Затем положила руки на голову дочери и ласково погладила пушистые мягкие волосы.
     – Это грех, дочка, – шепнула она. – Тёмная Мать ненавидит тех, кто отдал свою жизнь кому-то кроме неё…
     – Пусть так, – пролепетала Вьерна, поднимая голову. – Мне не нужна другая мать! Никто другой не нужен…
     Поглаживая волосы дочери, Алистраи заглянула в лицо своего первенца. Голубые глаза блестели от едва сдерживаемых слёз, как два драгоценных сапфира. С нежностью мать провела по её щеке ладонью:
     – Моя самая верная дочка…
     Круглое, такое простое для благородной дроу, лицо Вьерны озарилось неуверенной улыбкой. Алистраи вновь ласково погладила дочь по голове, затем склонилась и, мягко разрывая её объятия, взяла под руки:
     – Тебе нужно прилечь, дорогая… ты едва на ногах стоишь…
     – Я могу сама идти… – Запротестовала первая дочь.
     Не обращая внимания на смущённое бурчание, Алистраи подвела её к кровати и помогла лечь.
     – Ты скажешь мне, что случилось? – кротко спросила Вьерна.
     – Ты была права, дочь моя, – ровно ответила та. – Тебя… убили. Была засада недалеко от города, вернулся только один твой солдат. Ещё двое нашлись позже, сбежали в Пустоты и плутали там два дня. Остальные мертвы.
     – Но как тогда?.. – тревожно вскинулась дроу.
     – Маг. Он… – Алистраи помедлила. – Кажется, он вернул… твоё…
     Резкая волна опаски прошила колдунью от макушки до кончиков пальцев ног. Она поспешно прижала палец к губам дочери.
     – Мы больше не будет это обсуждать, – строго приказала Алистраи. – Ты поняла?
     Вьерна послушно кивнула – в награду её снова с любовью погладили по голове. Первая дочь неожиданно ощутила, что наслаждается каждым прикосновением матери. Она готова была умереть сотни раз, если это позволит ей снова вот так побыть с матерью наедине.
     – Но что случилось?.. – протянула Вьерна. – Нас предали? Анх… Я ничего не помню!.. Я кажется, ушла сама…
     Алистраи молча смотрела как Вьерна, откинувшись на подушку, пытается вспомнить. И неожиданно дочь вздрогнула:
     – Она!..
     Алистраи сжала её руку, но Вьерна не заметила, судорожно вцепившись в мать:
     – Греянна! Это была… она!
     Старшая мать молча отняла руку первой дочери от себя, и положила на кровать, прижимая ладонями.
     – Тебе нужно отдохнуть, дочка. Поспи.
     Поразив Вьерну совершенно неоправданным равнодушием, Алистраи поднялась и двинулась к двери.
     – Но, мать Алистраи, – задохнулась Первая дочь, – она же!.. Греянна прислала то сообщение, она настаивала, что её хотят убить и ей!..
     – Я знаю, Вьерна. Она предала нас.
     Повисла тяжёлая тишина. Вспышка гнева по отношению к мелочной и жадной младшей сестре, которая только и умела, что грезить о бесполезной власти положения жрицы, быстро улеглась. Вьерна понимала, что значат слова матери.
     – Ты… уже приказала её убить? – неловко протянула дочь.
     Алистраи замерла. Затем обернулась к Вьерне с озадаченным лицом:
     – Честно говоря, я сама не знаю, что я сделала…

     Глава 2

     – Что ты сказала?..
     Кверсати сама того не понимая с угрозой приподнялась из кресла. Глупый жест – в цитадели Дэв-Пала даже её разорвут на куски, и богиня её не спасёт.
     Но она сгорала от бешенства, едва контролируя в безумии свои мысли. Мать-настоятельница спокойно опустила бокал с сияющим вином на стол. Дикое поведение Кверсати её не страшило – она знала, что так будет задолго до того, как Первая дочь явилась к ней в крепость.
     – И всё же меня удивляет, что ты этого не ожидала, – произнесла Алаурун, будто продолжала другой, более спокойный разговор. – Ты же не думала, что инквизиция Матери станет исполнять твои прихоти, Кверсати?
     В большом камине горел живой огонь, свет плясал на стенах высокого помещения. Резные колонны тонули в тенях, будто мерцая на границе золотого круга. Первая дочь подалась вперёд, нависая над не менее могущественной дроу с угрозой.
     – Как ты смеешь!.. – прошипела Кверсати. – Ты думаешь, я пришла сюда, чтобы выслушивать твоё самомнение?! Тёмная Мать не будет держать тебя в фаворитках вечно!
     – Я думаю, что власть ударила тебе в голову, девчонка, – протянула хозяйка Дэв-Пала. – Ты влетела сюда, будто тебя богиня несла на руках, но она всего лишь даровала тебе видение. Нет?
     Кверсати окаменела на секунду. Затем медленно опустилась обратно в кресло.
     Никто не знал о её видении, о её приказе. Никто. Кроме неё самой и её богини.
     – Она приказала мне… – прошипела Кверсати, – приказала уничтожить их! И я клянусь, что сделаю это, даже без тебя!
     – Я так и думала, – протянула Алаурун. – Тёмная Мать приказала уничтожить дом Молув’итар?
     – Разумеется! Она желает их смерти!
     – В таком случае я тем более не стану вмешиваться в вашу войну, – спокойно ответила настоятельница. – Или ты хочешь, чтобы Мать наказала тебя за слабость?
     – Они еретики! – взвыла Кверсати. – Алистраи всегда была самовольной выскочкой, безродной тварью, узурпировавшей чужой дом! Ты знаешь, что она просто приёмная безродная!
     Настоятельница только отвлечённо двинула бровью. Она знала куда больше о родословной старшей матери Молув’итар – но выдавать это Кверсати в её планы не входило.
     – Её дочери всегда были удалены от церкви, – продолжала злиться Первая дочь. – Одна из них посвятила себя какой-то жалкой бессильной сущности, а другая лишилась своих сил. Ты знаешь, что значит молчание на ритуале подношения!
     Алаурун покосилась на Кверсати коротким взглядом и с издёвкой заметила:
     – Ты забыла о третьей. Которая вернулась в дом пару дней назад… и пропала. – Мать-настоятельница изящно обняла подбородок пальцами:– Она, кажется, пыталась предать их, подстроила смерть своей сестры. Ты не слышала об этом?
     – Разумеется, нет, – отрезала Кверсати и глазом не моргнув.
     Обе женщины знали, что это была именно её идея. Двадцать пять лет назад, как только Кверсати узнала, что Алистраи родила очередную девочку, она планировала отрезать младшую дочь от семьи. Именно под её тайным влиянием голову девчонки наполнили самым сладкими фантазиями о жизни жриц Тёмной Матери.
     – Власть твоей семьи нужна именно для того, чтобы вы избавляли наш город от подобных ничтожеств…
     – Ещё одно слово в таком тоне, Первая дочь, – сухо перебила Алаурун, – и ты узнаешь, что милость богини спасает не всех.
     Стальные нотки в голосе матери инквизиции заставили Кверсати резко остыть. В конце концов, она была не на своей территории.
     – Не смей мне указывать, как мне исполнять волю Матери, – бесстрастно продолжила настоятельница. – Тебе следует гордиться, что богиня требует от тебя столь значительного деяния, как уничтожение целого правящего дома. Я надеюсь, ты пришла не просить подачек?..
     С грохотом кресло отъехало назад. Алаурун молча смотрела на опять вскочившую Кверсати.
     – Я уже сказала, – почти прохрипела душимая бешенством дроу, – я сделаю это с тобой, или без тебя!
     – Очень хорошо, – ровно ответила настоятельница. – Потому что ты всё ещё у меня в долгу. По твоей просьбе я отказала Алистраи в службе для города. Её солдаты из безродных, но обучены неплохо… – Алаурун с нарочитой задумчивостью отвела глаза: – Кажется, у неё под началом уже почти четыре тысячи бойцов, много женщин и магов…
     Она прервалась, заметив движение в воздухе. Кверсати покрылась тёмной пеленой, её платье будто таяло вокруг, как чёрный туман. Как аура сил их богини. Алые глаза утонули в темноте… и сменили синие на чисто белое.
     – Она нам не нужна.
     Шелестящая фраза пронеслась по залу как поток сухой пыли. Облик пропал так же внезапно, как и появился. Кверсати молча развернулась и, взмахом руки распахнув двойные двери, вылетела из помещения. Мать настоятельница отвернулась и откинулась в кресле, покачивая в руке бокал.
     Последняя фраза подразумевала, разумеется, огненную силу Алистраи, унаследовать которую всё ещё никто не мог… но Первая дочь явно считала это мелочью.
     – Осторожней, Кверсати, – протянула Алаурун, – если рассуждать так, то выяснится, что нам не нужен никто…
     Она перекатилась головой по спинке кресла и с недоброй улыбкой посмотрела вслед исчезнувшей гостье. Двери закрылись.
     – Приблизься.
     Повинуясь команде, из темноты за одной из колонн выскользнула тень. Стройная молодая женщина дроу встала за спиной настоятельницы. Полные латы обнимали поджарую фигуру как вторая кожа, не упуская ни одного изгиба. Её лицо было узким и сухощавым, но всё же привлекательным, плотный хвост шелковистых волос изящно лежал на плече.
     – Прочему ты отказала ей, старшая мать? – тихо произнесла девушка, шуршащим голоском. – Кверсати права, они еретики. Один приказ, и я…
     – Наклонись.
     Девушка прервалась и послушалась. Старшая мать фривольно обняла подчинённую за подбородок и властно поцеловала в губы.
     – Если ты хочешь иметь хоть малейший шанс сменить меня на месте настоятельницы Дэв-Пала, – шепнула Алаурун, – тебе придётся забыть свою глупую энергичность, мой пушистик.
     Девушка с искренним смущением вспыхнула щеками. Мать отпустила её, позволяя выровняться.
     – Но я всё равно не понимаю, – тихо произнесла фаворитка. – Прошу, твои слова всё для меня…
     Алаурун тихо рассмеялась и указала рукой возле себя. Девушка немедленно оказалась рядом на коленях, жадно заглядывая в лицо обожаемой хозяйке.
     – Ты ведь знаешь обо всём, что случилось с того момента, как дочери Алистраи вернулись с поверхности?
     – Да, госпожа.
     – Ты видела ту девочку, которая вела патруль в тот день?
     – Да. Я отослала её обратно в её дом, как ты приказала.
     – Ты допросила её?
     – Нет, – качнула головой девушка. – Но я была там, когда она докладывала.
     – Жалобно мычала, скорее, – перебила настоятельница. – Эти белокожие… Не знаю, кто их научил, но они хорошо её напугали. Девчонка теперь совершенно бесполезна… Как и те, кто был тогда на страже у Трона.
     – Но они оправились уже неделю назад… – озадаченно протянула дочь инквизиции.
     Алаурун снисходительно погладила её по голове.
     – Может они и делают вид, что готовы служить нам снова, но… я вижу это в их глазах. Сомнение.
     Настоятельница откинулась в кресле, глядя в потолок.
     – Пол в Соборе всё ещё не удаётся восстановить, – ровно сказала она.
     – Но ведь, – удивилась девушка, – его перекрыли уже на следующий день!
     – И после ты там больше не была, – закончила мать. – А в это время пол, по которому ударила магия Матери, вновь деградировал. Плиты просто плавятся, как от кислоты.
     – Что?..
     Повисла напряжённая тишина.
     – Но они выжили. Эта парочка белорожих ублюдков просто вышла из храма, из святилища, будто это долбанная купальня!.. И они уничтожили моих лучших агентов в тот же день…
     Девушка испуганно сжалась от кошмарно спокойного тона госпожи. Мать-настоятельница была в бешенстве, тайно кипевшем где-то в глубинах, как магма в толще базальта.
     – А теперь Кверсати вламывается ко мне и требует, чтобы я отправила всех солдат города на штурм крепости Молув’итар, – закончила мать.
     Девушка, озарённая догадкой, приподнялась, заглядывая Алаурун в лицо. Та ответила выжидающим взглядом, поглаживая фаворитку по щеке.
     – Но неужели… – пролепетала девушка. – Это же… просто парочка дикарей! Старшая мать, неужели ты!.. Ты…
     Она сбилась и потупилась, не в силах даже косвенно обвинить хозяйку в трусости. Алаурун, видя её насквозь, лишь ласково провела пальцами по резной шее, как гладят любимую ручную ящерицу.
     – Мне всё равно, что или кто ведёт этих созданий, – вкрадчиво протянула она. – Но я не собираюсь проверять их силы за свой счёт. Ты понимаешь?
     Девушка задумалась. Очевидно, что Старшая мать тайной семьи Дэв-Пала не желала связываться с войной, которую неизбежно начнёт Кверсати. Но в тоже время казалось нелепым, что она останется в стороне от приказа богини. Разве что…
     – Её видение, – вскинулась девушка, – оно… Неужели она солгала?
     – О нет.
     Настоятельница вновь откинулась в кресле.
     – Я ощутила волю богини в ту ночь. Одной из вас повезло, что тогда я спала сама… Пробуждение было грубым. Именно поэтому я знала, что Кверсати припрётся сегодня.
     Несколько мгновений она молчала, заставляя фаворитку дрожать от волнения.
     – Но разве тогда мы не должны следовать за ней? – несмело подала голос девушка.
     – Нет. – Ответ Алаурун был острым. – Наша семья призвана оберегать город. Для того нам дана вся эта власть, дана волей нашей богини.
     Мать-настоятельница не глядя коснулась склонённой головы дочери:
     – Я не позволю никому разорвать Трон Богини на части. Будь это пришлые дикари или благородные дочери.
     – Но что если…
     – Неважно кто победит, а кто проиграет, – властно перебила Алаурун. – Выжившие неизбежно ослабнут до крайности. И затем…
     Мать настоятельница выразительно умолкла. Осенённая пониманием, дочь инквизиции выровняла спину, счастливо глядя на обожаемую хозяйку и наставницу.
     – Слабые умирают… – шепнула она.
     Настоятельница ласково обняла лицо девушки и всмотрелась в тёмные преданные глаза. Затем отстранилась, огладив напоследок мягкие щёчки дочери.
     – Узнай, что случилось с младшей девчонкой и трупом Первой дочери. И куда делась девчонка из Дома Шалдори.
     Дочь инквизиции вскочила на ноги:
     – Да, моя госпожа!
* * *
     Мудрец Востока и Запада готовился к изощрённой казни.
     В глубоком подземелье Дома Огня в круглой каменной комнате было совершенно темно. Греянна испуганно оглядывалась вокруг, но стены скрывались от неё, будто их не существовало вовсе. Словно всё вокруг тонуло в полной пустоте.
     – Я так и не смог добиться эффекта над бессознательными существами.
     Дроу испуганно вздрогнула и повернулась на голос. Из пустоты к ней приближался белокожий маг.
     – К сожалению, это часть ритуала. Нельзя стереть то, чего нет в данный момент… – вздохнул Кей. – Я сожалею.
     – Ты… ты не смеешь меня тронуть!.. – пролепетала Греянна, тщетно дёргая руками, прижатыми невидимой силой к камню ложа.
     Маг не обратил на слова дроу внимания и, взмахнув руками будто собрался показать фокус, встал у изголовья. Вокруг них возникли экраны – голубоватые прямоугольники различных размеров образовали многослойный купол. На каждом речной водой текли бесчисленные формулы магических рун. Греянна секунду завороженно следила за магией. Движение сбоку вернуло её к реальности.
     – Ты не посмее!.. смее… ааахх…
     Руки мага расположились по бокам висков молодой дроу, заставив угрозы паники смениться тихим лепетом. Её тело расслабилось, девушка почти с наслаждением выдохнула, прикрывая глаза.
     На секунду воцарилась полная тишина. В ней дыхание Греянны постепенно стало ровным и глубоким, как во сне.
     – Скажи мне своё имя.
     Голос мага звучал сухо, как опавшие листья.
     – Греянна… – пролепетала девушка.
     – Ты помнишь, что было вчера?
     – Вчера я… вернулась в дом… я видела девочку… мать сказала… это моя новая сестра…
     Речь была почти невнятной, глаза дроу приоткрылась иногда, но сразу же закрылись. Она была не здесь. Формулы на экранах замедлились.
     – Потом я говорила с… наставницей… о теле Вьерны…
     Маг отнял руку от головы девушки и сделал короткий жест, будто смахивая что-то в воздухе.
     – Потом… а потом… я…
     Девушка издала тихий стон, мучительно пытаясь припомнить события.
     – Скажи, что было позавчера.
     – Я была в школе… наставница позвала меня к себе… мы говорили о моей семье… о том, что мы не в фаворе богини… я так хотела стать её фавориткой… я могу… ещё могу…
     Маг вновь отнял руку и коротко смахнул что-то.
     – И я… я буду… ммх…
     – Скажи, что было пять дней назад.
     – Я… сделала, как хотела богиня… сестра Вьерна мне поверила… и я сказала, где она будет… меня ждёт… таакая награда…
     Греянна счастливо улыбнулась, чуть поворачивая голову. Маг опять двинул рукой.
     – И я буду… буду…
     Лицо девушки омрачилось.
     – Я… что?..
     – Скажи мне, что было десять дней назад.
     – Я была в школе… на лекциях моя одноклассница… такая наглая… я подставила так чтобы… её выбрали в помощь… старой суке из библиотеки… ненавижу её… наглая..
     Довольный лепет журчал бесконечным потоком. Маг поднял руку, но замер неподвижно. Из темноты показалась широкоплечая фигура воина без смерти.
     – Явился мне мешать?
     – Помнится, ты говорил, что больше никогда не применишь эту технику.
     Маг двинул рукой.
     – А потом я… я взяла…
     Девушка на камне мучительно застонала, наморщив лоб.
     – Что же? Я не… не помню…
     Она с тихим стоном перекатилась головой по камню. Джей скрестил руки на груди:
     – Ну так… что дальше?
     Кей вернул руку к голове лишённой воспоминаний дроу. Уже скоро она будет чиста как новый лист бумаги. Готова вобрать всё, чем только её пожелают наполнить.
     – А дальше мы убиваем Тёмную Мать.
* * *
     Мрачные пещеры и гроты подземного мира часто освещает тусклое сияние растений или даже животных, которых невозможно найти в землях солнца. Истории о Нижней Тьме, рассказанные на поверхности, всегда изобиловали грибами высотой с дом и диковинными лишайниками, растущими на манер кораллов южных морей. И в простых тавернах, и в богатых дворцах путники из дальних краёв охотно вещали жадно внимавшим слушателям о сияющих рощах Нижней Тьмы.
     Но мало кто на поверхности знал об этих рощах самое важное – все они были целым маленьким миром, составленным из десятков и даже сотен различных видов.
     Дроу разводили эти культуры столетиями. Проводили селекцию, улучшали их магией, делали плодородней. Дикие грибы превращались из почти жалкой бесконтрольной поросли в источник пищи и материалов, две вещи столь редкие в каменных лабиринтах нижнего мира.
     Но чего не могли изменить даже лучшие маги, и не могли вымолить самые властные и верные Матери жрицы, так это способ сделать рощи менее капризными. Проклятые грибы, лишайники и мох могли существовать только в идеальном балансе, на тщательно подготовленной и удобренной почве. Иначе мигом вымирали. Фермеры обрабатывали свои владения столетиями, страшно ненавидя их капризную природу, и казня рабов десятками за малейший недочёт в уходе.
     Обычно по фермам деловито расхаживали десятки орков – бригадиры, присматривающие за работой гоблинов и кобольдов, которые в их очередь проверяли созревшие побеги грибов и поляны взрослого лишайника. По утрам рабы кругами расходились от своего барака в центре рощи, затем собирались вновь, сгружая урожай в короба или керамические ямы. Дом хозяев обычно стоял с краю, обведённый стеной с крепкими воротами.
     Но на одной из ферм к юго-западу от окраин Кворвата роща пустовала. Барак рабов стоял тёмный, без единого движения вокруг, что было странно для глупых и непоседливых низших рас. Дом хозяев, высокий купол с ребристыми стенами, стоял не просто тёмный, но закрытый наглухо.
     Белёсый свет грибов, приятный для глаз дроу, неожиданно приобрёл пугающий оттенок. Пара теней двигалась среди высоких грибов с тусклыми белыми стволами и выгнутыми вверх, как широкие плошки, шляпками.
     Патрульные продвигались бесшумно, стараясь не становиться в лучах льющегося от грибов света.
     – … и что, ты думаешь, мы сидим здесь не просто так?
     Голос тёмного эльфа было едва слышно. Его партнёр раздражённо ответил жестами:
     «Хватит трепаться, тупица. Она совсем рядом».
     – Мы их оставили за границей, – не унимался патрульный. – Не думал, что ты станешь таким послушным, где твоя гордость?
     – Ещё раз услышу это от тебя, выпотрошу как рыбу, – уже вслух буркнул другой.
     – Ха! Сраный светлячок вроде тебя? Ты дрожишь от одного вида благородных дочерей!
     Обычно такие разговоры у дроу служили прелюдией для чётко выверенного убийства через провокацию. Но патрульные не собирались заниматься глупостями на маршруте. В Доме Огня наказывали даже за превосходно проведённый несчастный случай.
     – Если тебе скучно, то почему бы тебе не встать ведущим? – парировал второй.
     Первый только хмыкнул.
     – Не для того я сбежал из дальней крепости, чтобы меня прирезали в нападении какие-то наёмники.
     Идти ведущим, значило почти гарантированно подставить себя под стрелы и клинки противника, неизбежно атакующего из засады. Другой тактики тёмные эльфы не признавали.
     Патрульные уже почти закончили обход рощи. Пока что никаких следов проникновения не было.
     – Тогда заткнись и исполняй приказ, – отрезал ведущий. – Если тебя подстрелят, я тебя назад не потащу, даже если госпожа Вьерна прикажет лично!
     – Можно подумать, что она вообще будет с тобой говорить, – парировал второй. – Она же отдаёт приказы только капитанам.
     – Она отдаёт приказы, кому считает нужным, идиот. Уж тебе знать неоткуда, ты никогда не был в её отря…
     Солдат резко умолк и прильнул к стволу гриба, скрываясь от кого-то впереди. Несмотря на ветреное поведение, его напарник немедленно повторил манёвр.
     – Трое, – коротко сказал он, мигом лишаясь шутливого тона.
     – Нет… их точно больше, – добавил ведущий. – Орки. Эти только приманка…
     Дроу застыли. Затем ведущий подался вперёд.
     – Избавимся от них…
     Напарник дёрнул его за плечо и зашипел:
     – И кто теперь не слушает приказов?! Нам же сказали…
     – Ты глухой? – оборвал ведущий. – Они приманка, тупица!
     Второй пожевал невидимыми под капюшоном губами и досадливо фыркнул. Ведущий молча двинулся вперёд.
     Безмолвными силуэтами дроу скользнули среди светящихся грибных колонн, неслышно ступая по мягкому ковру спелого мха. Тонкие стебельки споровых нитей тянулись понизу стволов, иногда с незаметным шорохом разрываясь под шагами.
     Три мускулистых орка с грубыми тесаками в руках, одетые в примитивные обмотки дикарей из восточных племён нервно оглядывались по сторонам. Рабы, без сомнения. Отправленны в рощу, чтобы проверить наличие патруля собственными глотками.
     Дроу, безошибочно выбирая интервалы, когда орки отворачивались, подошли вплотную. Дикари притормозили на поляне, озираясь по сторонам. Не сговариваясь, воины дроу вырвались из-за укрытия стволов, как только ближайшие орки отвернулись.
     Всего трое противников – патрульные не стали даже стрелять. Первые рабы не успели развернуться, клинки вошли в их тела одновременно, прошивая почки и лёгкие. Первый рухнул в густой мох, подняв облачко едких спор.
     – Чт?!.. Гадство!..
     Болтливый напарник машинально подхватил обмякшую тушу орка второй рукой, нервно дёргая оружие. Меч прошил тело до такой степени превосходно, что застрял лезвием где-то в рёбрах. Ведущий рванулся к последнему орку, обрушивая удар на дикаря. Не иначе как случайно, но орк с паническим воплем отбил атаку кривым взмахом, но тут же получил ногой в низ живота. Дроу коротким движением полоснул раба по шее, с удовольствием услышав хриплое бульканье.
     Но возможно, было уже поздно – плоскомордый успел крикнуть, пусть всего раз.
     – Ну да… вай!..
     С напряжённым выдохом второй вырвал меч из тела и угрожающе указал в сторону тёмного пятна, где под капюшоном скрывалось лицо его товарища:
     – Даже. Не. Думай!
     Ведущий помолчал секунду, потом едко хохотнул. Напарник издал злобное шипение и резко сбросил с меча кровь.
     Синхронно оба рванулись в разные стороны – с шелестом воздух пронзили тонкие копья грубой работы.
     – Они уже здесь?! – поражённо выпалил второй.
     – Я же сказал, эти просто приманка!
     Из-за стволов показались орки. Все, как и прежняя троица, дикари с востока, возможно проданные дому Крендиал их же сородичами целым отрядом. Десяток метателей размахнулся новыми копьями. Дроу поспешно рванулись на другой конец поляны, скрываясь среди грибов.
     – Если мы заведём их глубоко, с нас шкуру снимут! – нервно выдохнул болтливый.
     Подтверждая его догадку, за спинами патрульных раздался топот и боевые кличи орков.
     – Поворачивай!
     В отчаянно попытке исправить положение, ведущий свернул. Погоня сдвинулась к границе рощи. Дроу оставляли во мхе едва заметные следы, легко несясь по мягкому покрову. Толпу орков окутывала пылевая волна спор.
     Вскоре за светящимися стволами показалась темнота пустоши.
     – Давай!
     Синхронно остановившись, эльфы выбросили правые руки вверх. Раздался щелчок, и чёрные росчерки соединили эльфов со шляпкой ближайшего гриба.
     – Эти штуки нас точАаийа!..
     С испуганным воплем второй патрульный рванулся вверх, притянутый за руку прочным тросом. Ведущий в ответ на рывок только напряжённо выдохнул. Дроу повисли на краю шляпки, вздёрнутые за руки.
     – Живее, получишь копье в жопу… – пробормотал ведущий, поспешно подтягиваясь свободной рукой.
     Внизу раздался топот и вопли на корявом орочьем наречии. Второй солдат неловко перевалился в последний момент, все ещё прикованный рукой к наконечнику троса.
     – Эй, как эту?..
     Ведущий молча потянулся и что-то нажал на браслете-катушке партнёра – щёлкнуло, и зацеп втянулся обратно в направляющую трубку.
     Дикари растерянно шастали под грибом, на котором затаились сбежавшие патрульные. Дроу неподвижно лежали на шляпке, упираясь ногами в скользкую поверхность. В центре «чаши» поблескивало что-то влажное.
     – Если начнём соскальзывать, я стрельну в тебя … – выдавил второй, напряжённо цепляясь пальцами за влажную поверхность шляпки.
     – Кинжал воткни, идиот…
     Напарник застыл на мгновенье, затем осторожно послушался, тихо всадив лезвие рядом с собой и взявшись как за рукоятку.
     Орки продолжали копошиться внизу. След был окончательно потерян – затоптан самими же «охотниками». Судя по злобным окрикам глубокого грубого голоса, главный в отряде искал виноватых.
     – Нужно сказать, – шепнул второй, прислушиваясь к оркам, – эти штуки отличная вещь. Откуда наши хозяйки их берут, ты думаешь? Я б думал, что такое только солдатам правящих домов…
     – Ты и есть солдат правящего дома, кретин, – буркнул ведущий. – Знаешь, мне на твою шкуру плевать, но вякни такое при одной из хозяек, и тебя развалят пополам как мясного жука!
     Второй неопределённо хмыкнул.
     – И чем ты недоволен, вообще? – не выдержал ведущий. – Тебя взяли на службу, и не просто каким-то мясом, ты в патруле ходишь! Ты знаешь, сколько лет приходится пол в бараках мести, чтобы…
     – Знаю, – отрезал напарник. – Чего, ты думаешь, я сдёрнул из крепости?
     – Ясно «чего», с чего все ваши дёргают – в Кворвате халяву искать пришли.
     Второй только злобно фыркнул, поправляя себя на скользкой шляпке.
     – Вот только тут и без вас полно безродных, – продолжил ведущий. – Быстро понял, что тебе тут не рады?
     – В Разлом прыгни, я не идиот, – огрызнулся второй. – Я и так знал, что тут никому не рады. Всем места во тьме не хватит.
     – Чего ты тогда гундишь всё время? Не хочешь служить в Доме Огня – вали обратно в город! Ты знаешь, как старшая мать сказала…
     – И чтобы меня там какая-то девка прирезала за то, что я на неё случайно глаза поднял? – буркнул второй. – Ну уж нет, обратно в безродные я не подамся. Да и я слышал, там сейчас торговые кланы вцепились один в другого, как пауки в кадке. Не в мясо для благородных, так в мясо для торгашей… неизвестно, что хуже. Я просто…
     – Чего?
     – Да эти штуковины! – Он приподнял руку с катушкой. – Механическая же штуковина, с магией ещё. Такое только дом Альвирин делает. Откуда они у нас? Ненормально всё это…
     – Эти штуки делают для дома в порту, – нехотя ответил ведущий. – Одна семья ушла из города, я слышал, что их пытались прикончить конкуренты.
     – Кто ж их отпустил? – поразился второй. – Они же не… сбежали?
     – Конечно, сбежали.
     – Предательство благородного дома! За это их весь город ловить будет…
     – Только не на нашей территории, – усмехнулся солдат. – Смекаешь? Или ты вправду совсем тупой?
     Напарник открыл рот, чтобы ответить, но оба резко пригнулась к шляпке. Внизу раздались вопли орков. Топот усилился, крики вдалеке приблизились. К боевым кличам прибавились предсмертные хрипы. Вскоре крики стали паническими, раздался короткий лязг стали, то тут то там. Голосов становилось все меньше, пока наконец последний испуганный орочий крик не прервался на полуноте.
     Патрульные настороженно застыли в укрытии. Внизу раздались лёгкие шаги.
     – Они здесь.
     От мелодичного женского голоса у обоих по спинам пробежалась дрожь – сомнений не оставалось, это были свои.
     – Живо спускайтесь!
     – Да, госпожа!
     Ответ хором вызвал снизу пару смешков. Патрульные злобно покосились друг на друга, и придвинулись к краю.
     Внизу стояло два десятки воинов дроу, между грибами лежали нападающие орки. Солдаты вытирали клинки и поправляли сбившиеся в бою плащи. Эльфов среди павших не было. Прямо под грибом, где сидели патрульные стояли широкоплечий мужчина в броне тоннельщика и невысокая женщина дроу с короткими волосами, в кольчуге без плаща.
     Брия подняла взгляд на патрульных и недобро прищурилась.
     – Мне повторить? – сурово вопросила она.
     Патрульные замешкались. Стоящий рядом капитан усмехнулся, делая рукой жест.
     – Высоковато… – заметил он.
     Благородная дочь взялась за висок.
     – Мне что, объяснять по пальцам?
     – Позвольте мне. – Командир поднял голову и свирепо рявкнул: – Используйте крючья, пара дегенератов! Ко мне, живо!
     Панический переброс себя через край шляпки и нервный спуск на постепенной подаче троса заняли пару секунд. Патрульные вытянулись перед капитаном.
     – Вы видели другие отряды? – сухо спросила Брия.
     – Нет, госпожа!
     – В следующий раз постарайтесь использовать своё обмундирование правильно, или вас превратят в настоящую приманку, – зловеще сообщила Пятая дочь и отмахнулась: – А теперь прочь отсюда! Второй отряд у северной стены, отправляйтесь туда и помогите с перемещением тел.
     – Слушаюсь, госпожа.
     Ведущий поспешно двинулся в указанном направлении, напарник поспешил следом.
     – Я так и знал, что будет нападение, я же говорил, что…
     – Клянусь подолом Матери, да закрой ты уже рот!..
     Брия и капитан проводили патрульных взглядом, затем девушка фыркнула:
     – У нас точно нет никого получше? Эта парочка слишком туго реагирует на противника…
     – Я выбирал их лично, ты же знаешь. Они провели почти всю жизнь в Пустотах, – заметил командир. – И это первый раз, когда мы используем такую тактику. Даже госпожа Вьерна признает, что солдат нужно немного потренировать.
     – Нет времени на тренировку, – буркнула Брия. – Может… может, это и к лучшему. В настоящем бою они получат такой опыт, какой не даст простой бег с палками.
     Капитан удивлённо смерил её взглядом. Брия это заметила.
     – В чем дело? – сухо спросила она. – Недоволен моим мнением?
     – Я бы ни за что…
     – Не вздумай вить вокруг меня этикет! – оборвала юная госпожа.
     Капитан хмыкнул.
     – Как скажешь. Но ты… просто стала говорить как твоя сестра.
     Брия раздражённо фыркнула и двинулась к краю рощи, оставив солдат разобраться с телами рабов. Капитан двинулся следом.
     – Не думай, что ты знаешь Вьерну только потому, что она позволила согреть свою постель пару раз!
     Мужчина коротко хохотнул.
     – Я не настолько глуп, госпожа. Знаешь, как называют комнату генерала наши офицеры?
     Брия хмыкнула.
     – «Другая тренировка».
     – Вот именно. Госпожа Вьерна просто даёт нам понять, на что мы способны, будь то схватка или… постель. – Командир усмехнулся. – И прошу не спрашивать, насколько она превосходит меня и в том и в другом.
     – Только если ты не спросишь, насколько она превосходит меня, – кисло отозвалась Брия.
     Они вышли за границу рощи, перемахнув ограждающий владения невысокий забор. Он служил не столько преградой, сколько границей, за которой всем нарушителям стоило опасаться за свою шкуру.
     – Интересно, сколько раз мы сможем провернуть этот трюк… – протянула Брия, усаживаясь на ограду.
     Сегодня они впервые успешно обратили тактику противника против него.
     Обычное нападение тёмных эльфов состояло из простой и эффективной тактики – на позиции противника выпускали расходное мясо, рабов или нежить – обычно из тех же рабов, – и когда позиции противников становились очевидны, их атаковал скрывавшийся до того отряд воинов. Иногда это был просто сброд с оружием, если в бой вступали слабые дома или торговые кланы. Но чаще противника уничтожали опытные и обученные солдаты, порой с сотнями лет опыта в войнах и патрулях.
     Сегодня же, вместо того чтобы указать, и даже слегка ослабить позиции противника, мясо послужило усыплением бдительности своих хозяев. Как только орки атаковали патруль, скрывшийся хоть, и с трудом, среди грибов, Брия развернула свой отряд и двинулась к заранее разведанным потенциальным подходам противника. Силы противника нашлись почти сразу, ждущими ответа у северной границы.
     Разумеется, они выставили патруль охранения. Брия лично уничтожила всех, тихо и безжалостно. Затем её солдаты просто зашли с тыла и свалились на противника как пещерный душитель на спящего. И только потом они вернулись за парочкой олухов-патрульных.
     – Думаю, это сработает ещё не раз, – заметил капитан. – Дома не любят обмениваться даже успехами, а провалами тем более.
     – Дома… – протянула Брия. – Мы так и не нашли никаких символов. Это странно…
     – Они просто не хотят, чтобы мы…
     – Нет, – резко оборвала Брия. – Если бы они хотели скрыть свои следы, они бы подбросили чужие побрякушки! Нет. Это что-то другое. Что-то хуже. Я думаю…
     Она умолкла, оборвав себя на полуслове. Эти её мысли были не для солдат на поле боя. Пятая дочь соскочила с ограды и двинулась к стоянке, где остались их ящеры.
     – Я возвращаюсь в дом. Ты проследишь, чтобы всё уладили. Прикажи хозяевам продолжать работу, мы восстановим защитные заклинания вокруг фермы.
     – Разумеется. Я уже упоминал, что ты говоришь совсем как госпожа Вьерна? – усмехнулся командир.
     Брия остановилась и полуобернулась к нему.
     – А что, ты хочешь попробовать мою «другую тренировку»? – протянула она.
     Командир смерил её долгим взглядом. Затем чуть склонился, не отрывая своих глаз от её:
     – Если ты прикажешь.
     Брия помолчала секунду, затем усмехнулась:
     – Знаешь, ещё месяц назад я бы таак разоралась.
     Командир коротко улыбнулся в ответ.
     – Ты изменилась, Брия. Я боялся что ты никогда не найдёшь здесь своё место.
     Девушка, отворачиваясь, угрожающе качнула пальцем:
     – Не думай, что ты меня знаешь только потому, что это ты учил меня ходить в Пустотах. Назад к работе.
     – Да, госпожа.
     Проводив благородную дочь взглядом, старый Мастер оружия уничтоженного дома развернулся и вошёл в сияние грибной рощи.
     Одну атаку они отбили. Скоро будет множество других.
* * *
     Крепость Молув’итар сияла обновлёнными огнями. За дымчатыми занавесками одного из окон на верхних этажах башни виднелась невысокая девушка дроу. На ней было просторное лёгкое платье из белой ткани, перетянутое в поясе тонким шнурком. В таком обычно отходили ко сну те благородные дочери, которые не любили спать нагими. Белые волосы юной дроу спадали на плечи и спину роскошным потоком. Девушка стояла перед зеркалом, нервно сжимая тонкие ладони у груди.
     Из зеркала на неё смотрела незнакомка.
     – «Греянна»…
     Это было её имя. Так ей сказали.
     Она очнулась совсем недавно. Лёгкое недомогание привело её в чувство, она лежала на постели. В комнате, которую не узнавала. Обстановка казалась довольно богатой. Ей так… казалось.
     Она не знала ничего. Точнее, она ничего не помнила. Не помнила, как и почему здесь оказалась. Не помнила, кто она. Она не узнала себя в зеркале. Из полированного стекла на неё словно смотрел кто-то другой. Она испугалась и попыталась уйти.
     Но стоило ей неуверенно высунуться в коридор, как рядом немедленно выросла высокая женщина в полупрозрачном синем платье и с изогнутым мечом на поясе.
     – Госпожа Греянна?..
     Девушка без памяти уловила в голосе незнакомки напряжение. Она испуганно сжалась под взглядом лазурных глаз, хоть в них и не было угрозы.
     – Кто?.. О чем вы?.. – несчастно пролепетала растерянная дроу.
     Мечница замерла на миг, затем её лицо смягчилось, даря девушке надежду, что с ней не будут делать ничего плохого.
     – Ясно… Госпожа, вам стоит увидеться с вашей матерью.
     – Моей… – девушка потерянно сбилась. – Что? Простите, вы знаете… кто я?
     Мечнице удалось уговорить девушку немного подождать в комнате, и заодно привести себя в порядок.
     Она постоянно называла её «Греянна».
     – Наверно, это всё-таки моё имя… – прошептала девушка, глядя на незнакомку в зеркале. – «Греянна»…
     Она оглянулась вокруг. Как и прежде, ничего знакомого. Она ничего не помнила.
     Молодая дроу поморщилась и сделала пару шагов. В её разуме будто образовалась пустота, там, где должна была находиться её память. Она узнавала вещи – но не могла понять, откуда. Она говорила слова – но не знала, где их выучила. Она могла думать – но не знала, почему думает именно так.
     Усилием воли она попыталась сосредоточиться на текущем моменте. В голове всплыло её имя.
     – Греянна… – пробормотала она вновь. – Кажется… оно довольно милое? Может быть?
     Имя казалось умеренно приятным. Она была не против такого имени.
     Пустота отступила, позволяя немного расслабиться. Греянна огляделась вокруг, воспоминая, что ей стоит «привести себя в порядок».
     – Наверно… нужно переодеться, – решила девушка.
     Что-то говорило ей, что увидеть Старшую мать – это очень важно. Она не знала почему, и попытка вспомнить привела к очередному приступу «пустоты». Отбросив мысли, дроу подошла к шкафу, вырубленному прямо в стене и прикрытому украшенным орнаментом грибными дверцами. Дверца легко отъехала в сторону, являя гардероб.
     – Ой…
     Внутри оказались только странные длиннополые платья, все до единого чёрные как смерть. Девушка озадачено свела брови, перебирая наряды.
     – Да что же это?..
     Кроме мантий – Греянна вспомнила название совершенно машинально – внутри нашлась только пара платьев другого покроя, но очень похожих, и таких же чёрных. Это было ужасно.
     – Как мрачно… Чья это одежда?.. Гьях!
     Дверь распахнулась – совсем тихо, но от неожиданности Греянна испуганно подпрыгнула, издав нервный писк. Резко обернувшись, девушка поняла, что это просто вернулась голубоглазая мечница.
     – Я… вас напугала? – неуверенно спросила та.
     Греянна, отчаянно вспыхнув от смущения, покрутила головой.
     – Не… нет… я просто… отвлеклась.
     – Ясно… – Мечница замешкалась на секунду, затем спросила: – Вы… не собираетесь одеться?
     – Ну, я…
     Греянна обернулась к шкафу. Затем отчаянно сжимая ладони, повернулась обратно к мечнице:
     – А можно… можно так? То есть… если мне придётся, то я одену, но…
     Женщина озадаченно смерила девушку взглядом.
     – Я… думаю, старшая мать поймёт… ваши сложности. Прошу следуйте за мной, госпожа Греянна.
     Её провели по широким, украшенным колоннами и цветными волшебными огнями коридорам. Греянна понятия не имела как она умеет отличить магический свет от любого другого, но впечатляющая хоть и немного подавляющая обстановка её захватила достаточно, чтобы она сумела отвлечься от пустоты на месте своей памяти.
     Коридор изгибался, спускаясь вниз. Наконец показались массивные двойные двери. Неожиданно мечница резко выбросила руку, преграждая путь, и Греянна испуганно замерла на месте.
     Двери впереди резко распахнулись – грохот заставил девушку нервно пискнуть – и оттуда вырвался вихрь золотисто-оранжевого огня. Она заворожённо смотрела, как пламя тает в воздухе, открывая лежащую на полу женщину в лёгком, почти прозрачном чёрном платье, с парными клинками на поясе.
     – Ты не смеешь!..
     Злобное шипение вырвалось из горла тёмной эльфийки, когда она вскинулась. Её руки выгнулись в странном жесте, резко кольнувшем Греянну тревогой.
     Но дроу замерла на полу, так ничего и не сделав – к её горлу прижимались четыре клинка. Вокруг стояли четыре женщины с длинными изогнутыми мечами в руках. Греянна только сейчас поняла, что одна из них это её провожатая – мечница будто испарилась, возникнув уже в другом месте.
     – Только попробуй, подделка…
     Шёпот будто шёл от них всех. Одна выразительно коснулась щеки женщины кончиком клинка:
     – Оставлю тебе шрамик на память…
     – Или оставлю себе твоё ушко…
     По указанной части игриво прошлось лезвие. Греянна ощутила, как дрожит всем телом. Злое возбуждение мечниц было ей неприятно.
     – Прекратите.
     Красивый властный голос раздался из-за распахнутых дверей, и оттуда вышла высокая стройная женщина в облегающем белом платье, с огненным посохом в руке. Греянна завороженно прикипела к ней взглядом.
     – Как ты смеешь обращаться так с посланницей Первого дома! – крикнула женщина на полу. – Оскорбить меня, значит!..
     – Ты, – властно прервала её возмущение женщина в белом, – не более чем сошка на побегушках. И с тобой будут обращаться соответственно. Ты получила мой ответ, но тебе хватило наглости что-то требовать! Посметь мне угрожать!
     Женщина взмахнула рукой, и к ужасу Греянны из чёрного камня пола показались огненные хвосты или щупальца. Плотно обхватив испуганно вскрикнувшую посланницу, они подняли её в воздух и выровняли, приподняв перепуганное лицо к янтарным глазам женщины в белом.
     – А теперь будь послушным светлячком, и передай мои слова своей хозяйке.
     Колдунья резко взмахнула рукой, и огонь вспыхнул с новой силой. Испуганный крик поглотил кокон пламени, затем он сжался в миг и… исчез без следа. Греянна вдруг заметила, что мечницы тоже куда-то исчезли. Все, кроме её провожатой.
     – Мать Алистраи, – легийка чуть склонилась перед Старшей матерью, – я привела леди Греянну.
     – «Алистраи»… – машинально повторила девушка.
     Она уже поняла, что это имя хозяйки этого места. Но когда яркие, почти огненные глаза старшей матери остановились на ней, Греянна испуганно застыла. И ощутила, что невольно сжимает ладони у груди. Смущённая, она опустила руки.
     На секунду на лице женщины мелькнуло выражение тоски. Греянна вдруг ощутила себя так, будто сделала что-то плохое. Но, не дожидаясь ответа, старшая мать отвернулась и, постукивая посохом, вошла обратно в зал, обронив на ходу короткое:
     – Идём.
     Греянна нервно оглянулась на мечницу. Та сделала приглашающий жест, заставляя девушку переступить порог. В просторном зале горели огни, жаркие огни настоящего пламени. Греянна ощутила как здесь тепло, та комната была холодной по сравнению с этим. У дальней стены стоял трон, по обе стороны от него стояли странные полукруглые опоры, четыре по правую руку и три по левую.
     В зале находилось ещё две женщины. Одна высокая и широкоплечая, закованная в броню. Другая была куда стройней и тоньше, в лёгком и весьма откровенном платье приятного зеленоватого оттенка. Греянна невольно ощутила зависть – ей бы хотелось нарядиться во что-то такое. Не в те жуткие мантии.
     – Старшая мать, это уже чересчур, – начала высокая женщина. – Ты не можешь просто проигнорировать такое…
     Она резко замолкла, заметив, кто вошёл в зал следом. Греянна поймала её взгляд всего на секунду, и испуганно вздрогнула. В голубых глазах незнакомки мелькнуло что-то нехорошее.
     – Мы уже говорили об этом, Вьерна, – протянула Алистраи, усаживаясь на трон. – Когда-нибудь ты должна быть готова.
     – Я готова уже много лет, мать Алистраи, меня волнует… – Она запнулась. – Другое.
     – Ты сомневаешься в ком-то из нас, сестрёнка? – проворковала вторая женщина.
     Она пригнулась в сторону сестры и, опираясь на поручень обеими руками, демонстративно покачала бёдрами. Вьерна фыркнула.
     – Я советую оставить дрязги, – вмешалась Алистраи. – У нас есть другие дела.
     Греянна нервно вздрогнула, когда на неё уставились три пары ярких цветных глаз. Оставив попытки сдержаться, она нервно сжала ладони у груди.
     – Хммм… – протянула стройная женщина. – Стала такой лапочкой. Почему она в ночнушке?..
     Греянна ощутила, как у неё горят щёки под жадным изучающим взглядом зелёных глаз незнакомки.
     – Шалшари, – сухо оборвала старшая мать, – ты здесь не для этого.
     – Даа…
     – Греянна.
     Девушка вздрогнула и вытянулась.
     – Да?..
     – Приблизься.
     Она неловко сделала несколько шагов. Между ней и старшей матерью Алистраи оставалось ещё немало места. Хозяйка дома неуверенно склонила голову.
     – Ты совсем не помнишь, кто ты, Греянна? – мягко спросила она.
     Девушка расстроенно понурилась и покачала головой:
     – Нет…
     – Ты не помнишь своё место в этом доме?
     Она снова качнула головой.
     – Нет…
     Повисла тяжёлая тишина. Греянна рискнула поднять голову, но выдержать взгляды не могла. Тяжело было вот так стоять перед незнакомыми женщинами. Но кое-что давило на неё сильнее. Набравшись духу, она посмотрела в глаза старшей матери.
     – Вы… вы правда знаете, кто я? – несчастно спросила девушка. – Я… совсем ничего не помню. Я даже не знаю… я не знаю, откуда я знаю… то есть, я знаю… некоторые вещи, но…
     Она потерянно умолкла. Странное ощущение возникло в горле, и девушка с удивлением поняла, что готова зарыдать от беспомощности. Ей было так страшно.
     – Не знаю, чего хотел добиться этот колдун… – зловеще прошипела вдруг Вьерна, – но это куда хуже, чем я думала. Если она и вправду просто всё забыла…
     – А что конкретно ты хотела чтобы она вспомнила, сестрёнка? – едко заметила Шалшари. – Уж не желаешь ли ты…
     – Заткнитесь обе.
     Дочери удивлённо уставились на медленно вставшую с трона мать. Алистраи редко прибегала к резким выражениям.
     – Я объяснила ваши обязанности. Ведите себя соответственно.
     – Вьерна первая начала, – быстро сказала Шалшари.
     Воительница свирепо заклокотала в ответ, но промолчала. Греянна испуганно подняла голову, глядя как Алистраи приближается ней. Старшая мать осторожно положила руку на голову лишённой памяти девушке.
     – Ты Греянна, Пятая дочь дома Молув’итар, – спокойно сказала мать. – Ты моя дочь.
     – Правда? – зачарованно протянула та, затем смущённо вспыхнула: – То есть… я понимаю… простите…
     – За что? – мягко спросила Алистраи.
     – Я… я ничего не помню, – промямлила Греянна. – Это ведь… неправильно. Если вы моя мать, я должна вас помнить, но я…
     Она умолкла, ощутив как ладонь старшей матери мягко поглаживает её по волосам.
     – Всё хорошо, дочь моя, – сказала Алистраи. – Тебе не в чем себя винить. Всё будет хорошо.
     Греянна невольно дёрнула губами в несчастной улыбке и, заламывая руки, неуверенно кивнула. Почему-то к горлу вновь подкатили слёзы.
     – Хм… Сестрёнка, к чему этот ревнивый взгляд?
     Шалшари издевательски улыбнулась в ответ на свирепую мину Вьерны.
     – С каких пор ты взялась за мной следить? – рыкнула первая дочь.
     – С тех пор, как ты начала таращится на нашу младшую сестру, как на соперницу, – ответила Шалшари.
     Греянна смущённо вспыхнула.
     – Я сказала вам прекратить, – сурово скомандовала Алистраи, резко оборачиваясь.
     – Я не!.. – Вьерна метнула злобный взгляд на Шалшари, потом отвела глаза в сторону. – Я просто хотела сказать, что раз она забыла все что можно, то… очевидно, что она лишилась даже своего и так ограниченного обучения. Она бесполезна.
     Хоть слова были совершенной правдой, и Греянна не посмела бы спорить, они всё равно ударили больно, как острые осколки. Девушка несчастно понурилась.
     Ей не хотелось быть бесполезной. Не для её матери. Ей хотелось, чтобы Алистраи никогда на неё не злилась…
     – Ну, видишь, что ты наделала?
     – Ких!..
     Греянна испуганно пискнула, ощутив на теле захват плотных объятий. Шалшари испарилась со своего места, и теперь жалась к младшей сестре.
     – Бедняжка сейчас заплачет.
     Шалшари крепко прижала сестру к себе, зарываясь лицом в её волосы:
     – Не обращая внимания на эту злюку. Мы найдём тебе место, сестрёнка…
     – Ииниг… – Греянна отчаянно старалась собраться с мыслями сквозь волну смущения, её щёки горели как камни жара.
     Алистраи покосилась через плечо с усталым выражением:
     – Отпусти её, Шалшари.
     – Умгм…
     Несмотря на утвердительный звук, отпускать жертву она не спешила. Алистраи вернулась на свой трон.
     – Раз ты их забыла, то я их тебе представлю, – сказала она. – Это твои сёстры, Греянна. Первая дочь, Вьерна, и Вторая дочь, Шалшари.
     – Я… ясно… – выдавила девушка, не решаясь на попытку вырваться из захвата её новой сестры.
     Несмотря игривый настрой стройной красотки, Греянна ощущала в ней что-то зловещее, как в тех красивых, но жестоких мечницах, скрывающихся в тенях этого дома. Словно в ответ на её мысли, Шалшари склонилась и, жарко дохнув девушке в ухо, шепнула:
     – Не страшись, сестрёнка. Тебе уже нечего бояться среди нас…
     – Шалшари, отпусти её. Немедленно.
     В этот раз приказу матери повиновались немедленно. Шалшари растворилась в воздухе буквально, заставив напряжённую Греянну неловко шатнуться, и возникла на своём месте в облаке тёмного дыма.
     – У тебя есть другие сёстры, и один брат, – ровно продолжила Алистраи. – Ты встретишь их со временем. Пока что я хочу, чтобы ты отдохнула, если ты пожелаешь. Затем тебе следует вновь ознакомиться с нашей резиденцией. Это твой дом, и я ожидаю, что ты займёшь в нём положенное место, Греянна.
     Девушка сдержала волну неуверенности и почти машинально чуть склонилась перед матерью:
     – Да, госпожа…
     – Нет.
     Греянна поспешно выпрямилась, испуганно глядя на Алистраи. Её поправила Вьерна:
     – Тебе не пристало звать мать «госпожой», – сдержанно сказала Первая дочь. – Обращайся к ней «старшая мать» или «мать Алистраи».
     – Другие обращения дозволены только наедине… – вызывающе промурчала Шалшари.
     – Тебе они запрещены даже наедине, – едко заметила Алистраи, покосившись на Шалшари, и обратилась к Греянне: – Слушай своих сестёр. Они старше и опытней тебя.
     – Да, старшая мать, – кивнула девушка.
     – Хорошо, – довольно кивнула Алистраи. – Итак, ты хочешь вернуться в свою комнату, или ты… Что-то не так? – удивлённо спросила она, заметив ошарашенный взгляд девушки.
     – Э… это была моя комната? – потрясённо спросила Греянна.
     – Разумеется, – озадаченно протянула старшая мать. – Что такое?
     Греянна смущённо потупилась:
     – Но там всё такое мрачное…
     Звонкий смех Шалшари отразился под сводами радостным эхом, заставляя Греянну смущённо запылать щеками.
     – Ооох!.. Она стала такой славной! – прощебетала вторая дочь с игривой улыбкой.
     – Простите… – пролепетала Греянна.
     – Прекрати извиняться, – сказала Алистраи. – Ты… возможно, захочешь сменить комнату? Это не проблема…
     – Нет-нет! – Греянна отрицательно замахала руками. – Просто… я не… – Она смущённо потупилась: – Может, если у меня буду другие платья… я не люблю чёрное…
     – Она… определённо изменилась, – потрясённо проворчала Вьерна, взявшись за подбородок.
     Шалшари как охотничий ящер сделала стойку:
     – Ты хочешь новые платья?..
     – Позже! – поспешно оборвала Алистраи. – Я думаю, ей стоит немного отдохнуть. Греянна?
     – Да…
     Младшая дочь дома Молув’итар вправду ощущала, что ей хочется прилечь.
     – Тебя проводят…
     – Я! Я её провожу!
     Шалшари оказалась рядом, цапнув нервно шарахнувшуюся Греянну под руку. Алистраи недобро сузила глаза:
     – Я не потерплю глупостей, Шалшари.
     В ответ та рассмеялась без капли подвоха.
     – Ты меня переоцениваешь, старшая мать… – Она оглянулась на испугано сжавшуюся сестру: – Идём? Я не буду тебя тискать, обещаю.
     – Ладно…
     Греянна позволила вывести себя из зала под руку. До неё донеслось:
     – …дун не сделал, я такого никогда не видела. Где они, кстати?
     – Без понятия, я приказала…
     Конец Греянна не расслышала. Шалшари с мягкой улыбкой отпустила её, но прежде чем девушка успела расслабиться, сестра с пугающей игривостью провела рукой по её волосам. Греянна жарко загорелась.
     – Ты так много смущаешься, – проворковала Шалшари. – Тебе нечего стесняться в своём доме.
     – Я знаю…
     Какое-то время они шли в тишине. Затем Греянна осторожно тронула сестру за руку:
     – Что… что со мной случилось?
     Она заглянула в глаза сестры и нервно вздрогнула. На секунду ей показалось, что зелёные глаза сменились базальтовой темнотой. Всего на миг. Затем Шалшари осторожно погладила девушку по голове:
     – Ты хочешь знать, как ты потеряла память?
     – Да… то есть, это же не случилось без причины, так? Я… эмм…
     Греянна запнулась, пытаясь подобрать причину, почему бы она могла потерять память. Но тошнотворное ощущение пустоты в разуме вновь приблизилось к её сознанию.
     – Прекрати.
     Шалшари неожиданно остановилась, и взяла сестру за плечо. Греянна удивлённо посмотрела в её лицо.
     – Не старайся вспомнить, – мягко произнесла старшая сестра. – Тебе будет больно. Тебе ведь больно, так?
     Греянна удивлённо качнула головой.
     – Нет… просто… – Она вздохнула. – У меня будто дыра в мыслях… это скорее страшно, чем больно…
     – Тогда тем более. Идём, сестра.
     Греянна послушно пошла следом. Она уже решила, что её просто отведут обратно, когда Шалшари сказала:
     – Если ты хочешь знать, кто забрал твою прежнюю жизнь, то попроси мать указать, кто твои враги, Греянна. Наша мать никогда тебе не солжёт. Она нас не предаст.
     – Ла… ладно… – растерянно пролепетала девушка. – Но… У меня есть враги? Почему?
     Шалшари покосилась на сестру. Затем остановилась и обняла её лицо ладонями.
     – Потому что ты часть нашего дома, Греянна, – тихо сказала она.
     Тон сестры вдруг стал таким напряжённым, что Греянна могла лишь безмолвно смотреть на неё, не зная, что сказать.
     – Найди своё новое место поскорее, маленькая сестра.
     Шалшари пригнулась к лицу Греянны и ласково поцеловала её в лоб.
     – Ты нужна нам. Нам страшно без тебя.
     – По… почему? – ошарашенно выдавила девушка.
     – Потому что скоро будет война.
* * *
     Трон Богини сиял, окружённый многоцветными огнями своих создателей. Сияли грибные рощи на его окраинах, и сады в крепостях благородных домов. Сияли волшебные огни магов и простых дроу, украшавшие их дома и улицы. Сияли костры в рабских ямах, где невольники влачили своё обречённое существование.
     Город окружала тьма. И в эту тьму просачивалась из света города мрачные тени. Пустоши медленно становились неестественно оживлёнными…
     Широкие дороги разрезали Кворват на аккуратные, удобно делимые кусочки. Вдоль них тянулись бесчисленные резиденции общин и гильдий, возвышались колонны покрытых орнаментами и огнями жилых шпилей, прятались за высокими стенами замки благородных семей, со стройными башнями, украшенными цветными иллюзиями и изящными статуями.
     Иногда дороги пересекались, и перекрёстки по традиции архитекторы обращали в широкие площади. За день по каменным желобам путей проходили многие тысячи повозок. Чаще колёсные транспорты для грузов, но иногда богатые волшебные экипажи или изящные механические конструкты – последние всегда купленные в доме Альвирин.
     «Сфера богини» медленно ушла в сторону северного района. Площадь вновь осталась под светом одних лишь волшебных огней, плававших возле зданий и украшающих зубцы и ворота стен.
     По дороге прошёл эскорт из двух десятков воинов, – четверо всадников, остальные пешие – окружающих магический экипаж. Сияющий диск покрывала полукруглая конструкция из металла и ткани – путешествие старшей матери должно быть максимально комфортным. Встречные транспорты поспешно уступали дорогу, пешеходы, завидев эскорт, постепенно опускали взгляды из почтительной опаски перед потенциальным гневом незнакомого матриарха. Даже мрачные тени на границе света старались держаться подальше от кортежа хозяйки целого дома.
     Но, несмотря на окружающую эскорт сферу почтительного страха, на этой граничащей с нижними районами площади произошла задержка. Кортеж поравнялся с питейным заведением, таверной не лучшего сорта. Здесь обслуживали почти всех подряд, были бы деньги, монеты или камни, без разницы. Контингент составляли наёмники всех мастей и их посредники. Многие даже из низших рас, из везунчиков, на которых не надели ошейник сразу по прибытии в город.
     Из гула грубой речи и пьяных песен выделились злобные крики. Затем прямо перед ведущими солдатами кортежа из дверей мощно вылетел орк в простом снаряжении бродячего солдата. Всё случилось так быстро, что эскорт замер на секунду, но немедленно сжал оборону вокруг хозяйки, ощетинившись клинками.
     Из дверей, совершенно не обращая внимания на вооружённых солдат, вырвался крупный орк в лохмотьях, которые знающий дроу мог бы опознать как племенную одежду воина. Вскинув над головой длинную лавку, дикарь с рёвом метнул её в противника на земле. Тот смог лишь вскрикнуть, когда лавка с хрустом разломилась пополам о его голову.
     Старшая мать приподнялась в своём кресте, с отвращением на лице выбрасывая руку, но заклятие не успело сорваться с пальцев – орк с бешеным рыком ринулся на новых противников. За ним из дверей вылетели ещё двое воинов племени, оба в таком же диком состоянии.
     – Они под краской! – рявкнул ведущий на чернокогте. – Убить всех!
     «Краска» или «красное» – так звали особый наркотик, вызывающий исступление и жажду насилия даже у самых кротких существ. Вещество в особенности влияло на орков, и чем примитивней был субъект, тем яростней эффект.
     Воины поспешно сошлись с первым дикарём – один дроу немедленно отправился в воздух от мощного удара. Его товарищи поспешно всадили клинки в тело противника, но орк только рванулся в сторону, разметав троих лучших бойцов как кучку детей.
     – Уничтожить их!
     Яростный окрик оскорблённой таким обращением старшей матери бросил в атаку лучших солдат – верховые рванулись к оркам. Один дикарь в бешенстве прыгнул на всадника и, вцепившись зубами в горло дроу, сорвал его с ящера. Чернокогти с шипением пытались вцепиться в орков, но те с дикими воплями крушили всё вокруг мощными кулаками.
     Яростную схватку окружала пустота. Прохожие поспешно рассосались по переулкам, телеги и повозки стремительно сворачивали куда угодно, только прочь. Окна и двери закрывались так плотно, что сквозь них даже не проникал свет, погружая маленькую площадь в полутьму.
     С диким хрипом последний орк рухнул на камень дороги, покрывая всё вокруг кровью из десятка смертельных ран. Его тело всё ещё дёргалось, хоть глаза уже остекленели. Эльфы, тяжело дыша, отступили от неожиданного и смертельного противника – всего трое диких орков стоили им двоих мёртвыми и пять ранеными. И одного чернокогтя – ящеру проломили голову.
     Ощущая, что его ждут большие проблемы за такой результат, командир отряда обернулся к матери, чтобы припасть на колено и просить о милости…
     И уставился на обмякший в экипаже свежий труп. Широкая тёмная полоса рассекала горло женщины, на лице благородной дроу застыло безмерное удивление.
     – Милость богини… – прошептал солдат, ощущая тошнотворную волну паники. – Я же… Сказал же, следить за окружением!
     Он обернулся вокруг, в ярости глядя на своих бойцов. На лицах подчинённых гуляла растерянность. Один из всадников приблизился, его ящер слегка хромал задней лапой.
     – Я клянусь, что как минимум двое были рядом с матерью в каждый момент, – сдержанно заметил он.
     – Да, ну, это очевидно не помогло! – рявкнул командир.
     Дроу крутнулся вокруг, зло полосуя взглядом окрестности. Потом просто устало упал на дорогу, усевшись на камень.
     – Будь оно всё проклято! Уже второй раз за этот год!..
     На крыше здания, откуда открывался превосходный вид на площадь, скрывая корпус за парапетом, на одном колене стоял тёмный эльф в неприметной одежде. Наблюдая, как солдаты медленно разворачивают экипаж назад, он молча усмехнулся.
     – Хорошая комбинация.
     Голос заставил дроу резко развернулся на месте. Пара ручных арбалетов уставилась на две фигуры в десятке шагов за его спиной. Мужчина медленно поднялся, нервно соображая, как им удалось подкрасться так близко.
     – Расслабься, – насмешливо заметил один, – мы тут мимо проходили.
     Джей скинул капюшон и, игнорируя направленное на него оружие, прошёл к краю.
     – Подкормил плоскомордых? – поинтересовался он.
     – Когда-нибудь вся эта эксплуатация орков выльется боком. – Кей последовал за товарищем. – Всем нам.
     – Просто раскрыл их естественный дар, – протянул дроу. – В конце концов, орки всегда гордились своим бешенством. Почему бы не поставить его на пользу другим?
     – Настоящий предприниматель, – насмешливо заметил Джей. – Часто работаешь с благородными? Ты в курсе, что они болезненно злопамятные?
     Убийца помедлил, потом коротко двинул руками, заставив арбалеты с хрустом исчезнуть в рукавах.
     – Мои дела на том и построены, – заметил он. – Всегда есть работа, знаешь ли.
     – Как я тебя понимаю, – протянул Джей. – У нас с работой теперь проблемы…
     – Нельзя, впрочем, полагаться на излишнюю простоту, – добавил маг. – Довольно опасно использовать связных в таверне. Если их видели мы, то видели и другие. Планируешь убрать концы?
     Мастер-убийца удивлённо усмехнулся.
     – Они даже не знают на кого работали, разумеется. Собственно…
     – Рассчитываешь, что их поймают? – закончил Джей. – Как зловеще. Ты давно в деле, признай.
     – Не первое дело, верно, – усмехнулся дроу. – Но с парой белокожих работу обсуждаю впервые. – Он выразительно двинул бровями: – Ваша хозяйка желает вести дела?
     – Эта хозяйка нам не хозяйка, – заметил мечник. – Слушай, приятель, что творится в городе? Мы прошли мимо десятка отрядов на окраинах, одни шагают прямо по дорогам, разве что без песен, другие ползут на пузе по камням в кромешной тьме. Какой-то фестиваль в пустошах?
     – Может так быть, что младшие дома не могут усидеть смирно? – добавил маг.
     Дроу развёл руками:
     – Сами ответили на свой вопрос. Разумеется, никто не будет сидеть спокойно, когда правящие кланы на грани войны.
     – К чему им лишние дрязги? – удивился Джей.
     – Нет времени лучше, – охотно сообщил убийца. – Вы впечатляюще зажравшиеся наёмники, если забыли такие простые вещи!
     – Кто бы говорил про «зажрались», – парировал Джей. – Сколько благородных дам кормят червей за твои игрушки?
     – Вообще-то, – дроу выразительно указал на Джея, – их мне заработал ты… приятель. Потрясающая работа с Изаром, ублюдок перебил всех моих клиентов…
     – Убивать дроу так легко…
     Мечник едко оскалился, убийца ответил тем же.
     – С каких пор церковь позволяет гражданские войны? – бесстрастно спросил маг.
     – Обширной войны нет, нооо… – Дроу демонстративно замешкался: – Хмм…
     Джей фыркнул и обратился к товарищу:
     – Он хочет чего-то взамен?
     – Определённо.
     Наёмники и убийца смерили друг друга долгими взглядами. Потом дружно рассмеялись.
     – Ладно тебе, приятель, – подначил Джей, – жадность – грех.
     – Не в мире тёмных эльфов, белокожий, – парировал дроу и отмахнулся: – Но к демонам его, почему бы и нет? Может вы ещё не слыхали, но Первая дочь Кверсати Аллат’сенери весьма агрессивна в последнее время. А особенно…
     – В последние три дня? – перебил Кей.
     – Хмм? – Дроу приподнял брови. – Вы меня провели. Знаете слухи?
     – Нет, но… – Кей повторил выражение убийцы. – Это всегда Первый дом, не так ли?
     – Всегда, – согласился дроу. – Говорят, ей было видение. От нашей Матери.
     Когда наёмники одновременно издали короткий смешок, дроу не стал скрывать удивления. Белокожие звучали зловеще даже для его ушей.
     – Кверсати была избрана… – протянул мечник.
     – …её свирепой Матерью, – закончил маг. – Как мило. Что ж, приятно было поболтать, коллега.
     – Бывай, приятель, церковь будет через пару минут, – заметил Джей.
     – Уверены, что Дом Огня не заинтересован в моих услугах? – поинтересовался дроу.
     Джей усмехнулся:
     – Эй, если Алистраи понадобиться кого-то убить…
     – …она просто превратит всё в пепел, – закончил Кей.
     С короткой разбежки мечник прыгнул, взмывая с крыши на десяток шагов, и вцепился в край другого здания, с лёгкостью паука забравшись наверх. Маг испарился в воздухе.
     Дроу задумчиво посмотрел на север.
     – Трон Богини…
     Два монолитных здания сияли над городом. Собор Тёмной Матери и крепость Первого дома Аллат’сенери.
     Когда затянутые в чёрные костюмы убийц агенты Дэв-Пала явились на крышу, дроу в простой одежде уже шёл по тихим улицам соседнего квартала.
     – В Соборе они уже были, – пробормотал он на ходу, – теперь…
     Мастер-убийца усмехнулся. Почему-то он был совершенно уверен, что следующие большие новости вновь будут касаться Первого дома.
* * *
     – …но ты не можешь просто объявить войну, Алистраи!
     Накрииль Ортвилле потрясённо вскинула руки. Старшие матери издали почти синхронный сдержанный вздох, не желая признавать желание занять её сторону.
     Вновь хозяйки шести домов собрались в зале, словно небольшая копия того совета, что правил всем городом. Молув’итар превратился в настоящего монстра, даже по меркам Правящего дома. Сила Алистраи перестала играть роль – простой огонь не мог оправдать десятков ферм и многие сотни новых подданных, осевших в густо сияющем огнями порту. Оставаться в союзе с Алистраи было полезно, но так же и опасно. Все старшие матери знали, что избежать конфликта не удастся.
     – Не могу? – равнодушно переспросила Алистраи. – Но я уже объявила войну.
     Дроу резко насторожились, воздух зазвенел от напряжения. До них новостей о переговорах с Кверсати не доходило.
     – Что ты сделала? – ровно спросила Ссавата.
     – Отказала её зову на Совет, – не меняя тона, ответила Старшая мать Молув’итар. – Сегодня утром явилась её посланница.
     – А я ещё думала, чей это ящер стоит в такой расфуфыренной сбруе… – протянула Уливира.
     – Знаешь, я не ожидала, что ты зайдёшь так далеко, – протянула Ссавата.
     – Я не собираюсь доставлять Кверсати удовольствие, являясь на её маленькое представление, – сухо отрезала Алистраи. – Ты что, всерьёз полагаешь, что она собирает совет для чего-то другого?
     – Обойти её на шаг, объявив войну Первому дому, а не наоборот, не большая заслуга, – глухо буркнула Накрииль, откидываясь в кресле.
     – Послушай, Алистраи, – протянула Ларриа, – мне нравится вести с тобой дела, честно, я не лгу. Но с каждым днём это становится всё сложнее. Не так ли, сёстры?
     Хозяйка дома Росстару выразительно обвела взглядом собравшихся.
     – Она права, Алистраи, – вмешалась старшая мать Джула. – Мне не привыкать к нападению на мои караваны, но я не желаю превратиться в мишень озверевших от жадности младших домов. Они любят убивать друг друга, да, но если им представится возможность разорвать на куски кого-то из нас, то… – она склонила голову глядя на Алистраи исподлобья, – они сделают то же, что делаем мы.
     Жадные до власти младшие дома заключали временные союзы с такой же лёгкостью как вели войны, и немало правящих домов в прошлом стали жертвой падальщиков. Алистраи устало вздохнула, опираясь на подлокотник.
     – Просто скажи, что вести со мной дела стало невыгодно, и всё.
     – Но мы и так уже сказали, – буркнула Накрииль. – И почему тебе нужно было втянуть нас в свои дела…
     Алистраи смерила её недобрым взглядом, выпрямляя спину. Старшие матери с интересом подобрались.
     – Втянуть вас? – мягко повторила Алистраи. – Но вас втянула не я. Это сделала Кверсати.
     Ларриа звонко хихикнула, прикрывая рот ладонью, остальные просто ограничились приподнятыми бровями. Все, кроме Ссаваты Нартеру.
     – Ты же не станешь пытаться просто внушить нам неприязнь к Первому дому, сестрица? – с лёгкой издёвкой спросила мать Тимарит.
     – Мне не нужно внушать вам ничего, чего вы не знаете, – сообщали Алистраи. – Ты, Джула. Ты прекрасно знаешь, почему я обратилась к тебе, ещё тогда, десять лет назад.
     – А была какая-то особенная причина? – вызывающе протянула та.
     – Я всегда думала, что ты организовала ей торговлю с морем из-за того, что Алистраи избавилась от большинства своих жриц, – с интересом заметила Ларриа. – Они всегда любят… стоять над товарами слишком долго.
     Алистраи указала на мать Росстару:
     – Ты видишь? А теперь подумай, что себе навоображали эти мнительные стервы из Зиннатриум или Крендиал? Что на счёт Фьен’нетал, Иллиндае всё ещё пытается подослать к тебе убийц?..
     Мать Тимарит вскинула руку:
     – Ладно-ладно, не перегибай. Да, Тёмная Мать не любит мою семью, и не могу сказать, что мы не отвечаем ей взаимностью. Впрочем, не моя вина. Я не слышала её голоса со времён обучения.
     – Мне описать все ваши – или стоит сказать, наши – дрязги с правящими домами? – Алистраи покосилась на мать Нартеру. – Честно говоря, не понимаю, как ты ещё не схватилась с Айм’марис насмерть, Ссавата.
     – Сулрае всё ещё моя двоюродная тётушка по отцу, – равнодушно заметила та. – И говоря так, я имею в виду, что я знаю некоторые грязные секретки моих милых родственниц. Но право же, не это причина, почему мы не ссоримся. Причина… – старшая мать пожевала губами, – немножко в другом.
     – Мы это из тебя никогда не вытащим, да? – протянула Джула Тимарит.
     – И мы, конечно же, никому не можем позволить обмануть сестру Накрииль, да? – мяукнула мать Росстару.
     Вопреки обычной своей реакции, хозяйка дома Ортвилле лишь сухо хмыкнула и, скрестив руки на груди, обронила:
     – Не думаю, что мои отряды кому-то нужны в этом доме. С тех пор как у Алистраи стало больше подданных, чем у Аллат’сенери! Не удивительно, что Кверсати беснуется, ты посмела взять больше власти, и прямо притом…
     – Не мели чушь, Накрииль, – оборвала Алистраи. – Те, кто желает жить на моей территории, делают это по собственному желанию, мне не нужно охранять собственных ремесленников или караванщиков, как это любит делать Крендиал. Зачем им вообще нужны фермы…
     – Символическая независимость от Мелларун? – изящно подняла брови Ларриа. – Но ты многовато себе позволяешь, Алистраи. Ты хочешь сказать, что простолюдины хотят быть твоими подданными? Ты представляешь, что это повлечёт?
     Над матерями повисла мрачная тишина.
     Любая дроу была вольна признать над собой лишь одну власть – власть их богини.
     – Война с Первым домом? – бесстрастно заметила Алистраи. – Я не настолько глупа, чтобы объявлять себя королевой, я не доставлю удовольствия Кверсати, и я не доставлю удовольствия Алаурун тоже. Уверена, она только и ждёт чтобы я постаралась захватить власть в совете… Какая ирония, что я от него отказалась, не правда ли?
     – Но простолюдины тянутся в порт, Алистраи, – ровно заметила Ссавата. – Ты же не позволишь другим домам просто объявить какие-то семьи своими посреди твоей территории?
     Мать Молув’итар коротко двинула бровями:
     – Но я их ничем не держу.
     С усмешкой она осмотрела скептические мины союзниц.
     – Я не шучу, – добавила Алистраи. – Все, кто желает вернуться обратно в город, могут быть свободны. Собрать вещи и отправиться к новой хозяйке. Не моя вина, что порой общины попросту предпочитают переселиться в порт, вместо того чтобы пускать друг другу кровь на потеху своим благородным покровителям.
     – И что ты будешь делать, когда тебе придётся вести их на войну? – резко вмешалась Накрииль. – По-твоему, эти трусливые твари пойдут в бой?! Алистраи, заветы Матери…
     – Ты, кажется, сама сказала, что моя армия больше чем когда-либо, – резко перебила та. – Я уверена, что вы не поверите ни единому слову, но моя Первая дочь всерьёз набрала несколько отрядов из одних добровольцев. Не наёмников. Только представьте, дроу которые хотят служить в чьей-то армии…
     – Неужели это те дроу, которым больше некуда идти? – сухо напомнила Ссавата. – Безродные всегда легко примыкали к любому, кто готов их прикрыть…
     – И так же легко меняют хозяйку, стоит их лишь чуть прижать, – свирепо закончила Накрииль. – Нельзя просто набрать всякий сброд и превратить их в солдат за неделю!
     – Ты такая перфекционистка, Накрииль… – протянула Ларриа. – А в то же время именно отряды из безродных помогают тебе не задохнуться в городе. Мою последнюю поставку руды тоже сопровождали воины Алистраи…
     – За мой счёт, кстати говоря, – едко заметила мать Молув’итар. – Накрииль, ты лучше других должна понимать чего стоит дисциплина среди солдат. Ты же не думаешь, что Вьерна поведёт в бой кого угодно?
     Мать Ортвилле неопределённо хмыкнула, её щёки слегка загорелись. Женщины дроу редко выбирали путь профессионального солдата. Талантливые генералы и командиры среди женщин были ещё большей редкостью, и невольно ощущали друг с другом некую связь, солидарность.
     – Уливира, дорогая, ты сегодня такая тихая, – сказала вдруг Ссавата, обращаясь к матери Авармин. – Что случилось? Твои плоскомордые питомцы наконец-то подняли бунт?
     – Шанс бунта в племени всё ниже, чем больше воинов гибнет с честью, – ровно ответила мать Авармин. – Но мне интересно, когда вы прекратите себя успокаивать тем, какие вы способные, и всё-таки вспомните, с чем нам всем придётся иметь дело.
     От её сухого делового тона Ларриа и Джула издали синхронный вздох.
     – Ты не можешь просто сойтись с правящими домами, всеми или поодиночке, в красивой резне, Алистраи, – ровно проговорила Уливира. – Ты знаешь традиции. Наши правила.
     Алистраи коротко вздохнула и помахала рукой:
     – Разумеется, я знаю, Уливира. Никто не смеет воевать без разрешения совета. Я знаю это даже лучше вас, сестрицы, я сама выдала таких разрешений два десятка.
     – Насколько я помню, ты всегда слыла самой пассивной в совете, – с интересом вмешалась Ссавата. – Сравниться с тобой может только эта малышка из Альвирин.
     – Подумать только, сколько возможностей ты упустила из-за своей гордости… – протянула Росстару.
     Алистраи смерила её холодным взглядом.
     – Ты хочешь, чтобы я призналась? Ладно. Я не дура, Ларриа и разумеется я устроила всё это, – Алистраи выразительно обвела руками вокруг, – только из-за положения в совете. Кверсати и её пёстрый питомник поздно спохватились!
     Мать Молув’итар презрительно фыркнула. Ларриа сжала губы на секунду, затем не выдержала и серебристо рассмеялась.
     – Ааххх… я обожаю, когда она вот так рычит, – проворковала дроу, делая Алистраи глазки.
     – Опять говорила с Шалшари без моего ведома? – свирепо спросила та. – Когда она вырвет твою душу, не вздумай жаловаться.
     Росстару мечтательно закатила глаза:
     – Ах, если бы…
     – Алистраи.
     Холодный тон Уливиры вернул собрание в русло.
     – Ты знаешь, что я хочу сказать.
     – Да, я знаю, – вздохнула та. – Я не стану тебя удерживать, Уливира. Когда вернутся твои караваны из города, между нами не будет союза. Забирай своих рабов, и делай что пожелаешь.
     – Хамить вовсе не обязательно, – сухо заметила мать Авармин.
     – А что ты ожидала? – неожиданно вмешались Накрииль. – Ты пришла сюда, чтобы сбежать? Ты пытаешься вывести идеальных рабов-воинов, но сама сбегаешь, будто ты из младшего дома…
     – Я хочу избежать вашего самоубийства, – сухо отрезала Уливира. – Именно потому, что у меня есть работа, которую я не желаю терять! Мне уже пришлось отражать атаки на лагерь Чёрной скалы. Пока что это просто глупости младших домов и слишком тупых чтобы распознать силу наёмников, но одной удачной атаки хватит, чтобы я лишилась всего племени. Дерурва своей жадности даже не скрывает, так что я ожидаю отряды Крендиал в любой момент. И я напомню, что хоть Алаурун не позволила Кверсати отравить нашу сраную воду, этот запрет не распространяется на лагерь дикарей в милях от города!
     Тишина после злой тирады наполнила зал. Уливира сидела, скрестив руки и глядя в сторону.
     – Это всё из-за крепости, – протянула Ссавата. – Тебе стоило начать работы раньше, дорогая.
     Мать Авармин злобно фыркнула. Все они знали, что Уливира уже давно желает создать себе и своему проекту разведения орков надёжную опору. К сожалению, дому Авармин никак не удавалось выделить достаточно ресурсов, чтобы возвести за городом подходящий замок.
     – Почему бы тебе не воспользоваться моментом и не потребовать всё необходимое у нашей новой королевы, Уливира? – провокационно промурчала Ларриа.
     – Назови меня так ещё раз, и я выпотрошу тебя у подножья Трона, – угрожающе процедила Алистраи.
     – Но ты могла бы ей помочь, не так ли?.. – протянула Ссавата.
     Старшая мать Авармин с искренним замешательством хмыкнула.
     – Ушам не верю… Я сказала, что прерываю союз с Домом Молув’итар!
     – И я могу призывать огонь, Ссавата, но не деньги, – буркнула Алистраи. – Откуда такие безумные идеи? Строить крепость… Ещё одно поле боя, на котором Первый дом укрепился столетия назад.
     – Но у тебя есть одна плохая для Старшей матери особенность… – протянула Ссавата. – И спорю, что именно она всех и пугает…
     Алистраи, сверкая глазами, вызывающе выпрямила спину:
     – И что же это?
     Старшая мать Нартеру пригнулась, выразительно глядя на Алистраи:
     – Ты всегда держишь своё слово.
     Накрииль с иронией усмехнулась и протянула:
     – Мы все знаем, что это не так. Позиция Старшей матери не позволит такой роскоши, как принципы! Мы не какие-то вольные хозяйки торгового клана…
     – Но это правда, – веско сказала Ссавата. – Она всегда держит слово. Уже много лет. Я помню твой первый раз, моя дорогая…
     Алистраи устало потёрла висок.
     – Не начинай, Ссавата… Я не желаю слышать истории, как я сожгла свой дом.
     – Но я так долго ждала, когда же ты, наконец, предашь традицию и не сдержишь слова, – протянула Ссавата. – И к чему это привело? Простолюдины бегут от законных хозяек прямо в твои руки! Ремесленники, фермеры, солдаты…
     – Нет закона, который привязал бы их к дому, – оборвала Алистраи. – Мне не нужна власть Тёмной Матери, моё слово закон для меня, не для других!
     Старшая мать осеклась, и злобно фыркнула на короткое движение губ Ссаваты в довольной улыбке. Мать Тимарит чинно сложила ладони домиком на столе.
     – Я тоже считаю, что это довольно жуткая особенность, – заявила Джула. – Но я уже говорила, это помогает вести дела. Уж лучше, чем с Крендиал, Дерурва порой хуже воров в тоннелях.
     – Я тоже так думаю, – встряла Ларриа. – Алли всегда была на редкость упряма…
     – Прекратите меня обсуждать, будто я фаворитка на продажу, или я точно разозлюсь, – процедили Алистраи.
     Судя по невозмутимым минам, угроза женщин не впечатлила. Ссавата покосилась на мать Авармин:
     – Уливира?
     Дроу ровно вздохнула.
     – Я… должна подумать.
     Мать Нартеру откинулась в кресле.
     – Что ж, у тебя будет время, – сообщила она. – Если уловка Алистраи сработает.
     Ларриа с неприятным удивлением на лице вопросительно вздёрнула бровь:
     – Прошу прощения? Я, что-то пропустила? Каким образом её отказ от совета…
     Она резко запнулась и задумчиво возвела глаза к потолку.
     – Именно, – заметила Джула. – Если она не явится, Кверсати не получит противника.
     – И ей придётся стоять перед советом самой, – закончила Ларриа. – Ну разумеется.
     – Невелика уловка, – буркнула Накрииль. – С какой стати Кверсати остановится из-за этого? Как по мне, Алистраи просто отдала совет в её руки.
     – Именно, – кивнула мать Молув’итар. – А значит, Кверсати придётся перестать играть в тенях, и взять власть прямо.
     Старшие матери умолкли, погружая зал в тишину.
     В обществе тёмных эльфов, где блюсти тайну и создавать видимость было вопросом жизни и смерти, открытая игра мускулами была опасна. И тем опасней, чем влиятельней была дроу, которая к ней прибегала.
     В городе могла быть только одна госпожа – их Тёмная Мать. И все очень бдительно за этим следили.
     – Будем надеяться, что твоя уловка сработает, Алли, – протянула Ссавата. – До тебя дошли слухи? Говорят, Кверсати стала избранницей богини…
     – Это разве не произошло, ммм… лет сто назад? – мрачно пошутила Алистраи.
     Старшие матери дружно хмыкнули – это был прозрачный намёк на уход Старшей матери дома Аллат’сенери. Той, чьё имя даже толком никто не помнил.
     – Кстати, где твои белокожие? – спросила вдруг Ссавата. – Не ощущаю ни одного из них…
     – Понятия не имею, – отмахнулась Алистраи. – По-твоему, это важно?..
* * *
     Крепость Аллат’сенери была близнецом самого важного здания в Кворвате – Собора Тёмной Матери. В давние времена обе башни изваяли из базальтовых пиков, парой стражей стоящих в северной части города. Некоторые записи о первых столетиях Кворвата упоминали, что оба здания задумывались как огромный храмовый комплекс. Но в какой-то момент первая мать Дома Аллат’сенери, тогда ещё молодого, но уже невероятно влиятельного клана попросту… заняла его. Никто не знал, было ли это знаком благословения Тёмной Матери, или попросту признаком нарастающей власти, которая продержится многие тысячелетия.
     Резиденция Первого дома изменилась за столетия. Чёрный пик окружала высокая ограда, покрытая изваяниями пауков, летучих мышей и ящеров. Все статуи были магическими стражами – при малейшем нарушении охранных заклятий големы атаковали без задержки и без разбору. Немало молодых солдат лишилось жизни из-за своей самонадеянности.
     Башню покрывали строгие многогранные пристройки, прикреплённые к стенам в геометрическом орнаменте. В воздухе, на высоте сотни шагов силой одной лишь магии парили массивные базальтовые многоугольники, полированные до блеска и испещрённые окнами комнат. Со зданием их соединяли только тонкие мосты из сияющей энергии. Одна часть воздушных апартаментов служила жильём необходимой для огромной крепости армии слуг, другая – комфортабельными казармами для элитной стражи, набранной почти целиком из женщин.
     Две тени выросли на фоне чёрной башни Первого дома, встав на крыше высокого здания неподалёку.
     – Итак, Первый дом. Пора ей перестать прятаться…
     – Поднимаем ставки, приятель?
     – Такая работа. Идём.
     Тени испарились, то ли скользнув по окружавшему Первый дом ореолу света, то ли развеявшись в теплом ветре города тёмных эльфов.
     Апартаменты благородных членов семьи находились на самом верху. Нарушителю пришлось бы преодолеть десятки этажей, наполненных защитными ловушками, тайными переходами, охранными заклятиями и, разумеется, сотнями тщательно подготовленных и обученных убийц, которые считались лучшей обороной в мире дроу.
     Желающие обойти это всё прокравшись снаружи, встретились бы с магическими полями такой мощности, что даже волшебные огни, пущенные в полёт неловким слугой испарялись как упавшая в воду искра. А небольшая площадка на самой вершине служила гнездом для огромных летучих мышей, зачарованных повиноваться только их смотрителям и самим благородным.
     Единственный коридор перекрывали десятки дверей. У каждой стояли лучшие стражи, все до единой женщины с многолетней выучкой, многие уже не первое столетие на службе дома. Проход вёл через крыло, где располагались комнаты служащих в доме жриц Тёмной Матери. На стенах сияли магические руны – огонь, молнии, яд и чёрный гнев богини обрушился бы на посмевшего приблизиться без разрешения.
     В центре этой обороны находились покои Старшей матери Аллат’сенери.
     Прошли сони лет с того момента, как её видели в последний раз. Двери её комнаты, однажды закрывшись, никогда не открылись вновь. Хозяйке дома даже никогда не приносили пищу. Но сомневаться в том, что Старшая мать бдит, не приходилось – слуги и стражи не раз замечали странных существ, пауков и ящериц, снующих по крепости с необычной для животных осознанностью. Говорили, что она жива одной лишь магией своей госпожи – Тёмной Матери всех дроу.
     За массивными двойными дверями своих покоев она сидела в полной темноте. Иссохшие руки лежали на подлокотниках массивного мягкого кресла. Здесь, в глубине чёрного пика, не было окон. Старшая мать в них не нуждалась, чтобы видеть все вокруг. Толстый базальт был для неё прозрачней чистейшего стекла.
     Старшая мать видела свой город как на ладони.
     – Вы.
     Впервые за много лет хриплый голос разнёсся по комнате. Две укутанные в плащи фигуры за спиной древней дроу стояли без движения.
     – Наконец-то явились. Долго же мне пришлось вас ждать.
     Голос матери был хриплым – но нельзя было подумать, что она не говорила уже сотню лет.
     Фигуры безмолвно стояли в темноте. Двинув рукой, Старшая мать развернула кресло в воздухе, оказавшись лицом к лицу с нарушителями.
     Она была стара. Сухая кожа обтягивала её кости как чёрный пергамент, дроу походила скорее на ожившего мертвеца, чем на всё ещё живого старика. Но кожа, обычно выцветшая у старых тёмных эльфов до пепельного оттенка, была всё ещё черна, а алые глаза светились злой энергией.
     – Ну и кто вас прислал? Кто из них желает разрушить мой город? Эта соплячка из Стучащей башни? Или та наглая девка с её огненной палкой?
     Фигуры не двинулись.
     – С чего ты…
     – …взяла что мы…
     – …пришли сюда…
     – …по чьему-то приказу.
     Будто мысль плавала от одного к другому, два голоса повторяли одну речь. Дроу свела брови.
     – Вот оно что…
     Древняя жрица презрительно фыркнула, дёрнув головой.
     – Жалкие дикари. Кем вы себя возомнили? Как смеете вы даже на секунду допускать, что госпожа склонится перед отродьями солнца?!
     Злоба клокотала в голосе жрицы, придавая режущий тон.
     – Ты знаешь что…
     – …твоя богиня как…
     – …любая другая не…
     – …более чем…
     – …призрак.
     Дроу насмешливо вскинула голову:
     – Ха! Твари. Наша Мать создала нас! Десять тысяч лет наш народ правит Нижней Тьмой. Чем ничтожные смертные черви вроде вас смеют угрожать богине?
     Старшая мать издала хриплый смех. Её перебил холодный пустой голос:
     – …десять тысяч…
     – …лет ничто твоя…
     – …богиня ничто для…
     – …тех кто гасит…
     – …звёзды они придут и…
     – …мы не можем…
     – …ждать пока старые…
     – …хозяева соберутся…
     – …умереть мы…
     – …делаем то что…
     – …должно быть.
     Иссохшее лицо старой дроу перекосилось в маске ненависти.
     – Вы смее-ете!..
     Наглость заявления душила её, Старшая мать невольно подалась вперёд, яростно сжимая кулаки.
     – Вы сдохните как животные, какие вы и есть! Госпожа выше вас, она выше всех ничтожеств, с поверхности или нет!
     Фигуры не ответили. Дроу скрипнула зубами. Затем откинулась в кресле.
     – Тёмная Мать неприкасаема.
     Впервые фигуры двинулись – одновременно они слегка качнулись вперёд.
     – Тёмная Мать никогда…
     – …не существовала.
     Старая жрица тёмной богини не ответила, непреклонно вскинув голову. Из-под безликой тени под капюшонами раздался короткий синхронный смешок.
     – Верно…
     – …тебя это…
     – …уже не касается…
     Фигура справа выбросила руку в сторону. Длинный меч застыл на миг параллельно полу.
     – Старая ведьма.
     Короткий шелест рассёк воздух. Нарушитель спрятал меч под плащом. Старшая мать Аллат’сенери осталась сидеть неподвижно. Только её глаза постепенно остекленели.
     – Угх…
     С напряжённым выдохом мечник скинул капюшон и взялся за голову.
     – Ненавижу, когда это случается! Кей, у тебя нет какого… я не знаю, анти-что-бы-это-ни-было?
     Маг тоже сбросил капюшон и повёл плечами.
     – Ничего не поделать, Джей, – протянул он. – Такая работа.
     – Иногда я ненавижу нашу работу, – буркнул мечник, осматриваясь. – Чёт здесь пусто. Старуха жила скромно, для высшей жрицы…
     – Спорю, когда всё кончится, ты уже через неделю будешь ныть, что тебе скучно, – заметил Кей, тоже осматриваясь, но иначе чем его товарищ. – А. Удачно, она дома…
     Маг на секунду прищурился, склонив голову, будто задумался о чём-то. Затем не глядя сделал знак спутнику:
     – Ладно, приготовься к выходу…
     К полной неожиданности и лёгкой панике пары молодых стражниц, впервые стоящих на этом посту, двери в комнату Старшей матери вдруг растворилась. Женщины застыли на месте, судорожно соображая как нужно отреагировать – нападение демонов они бы отбили легко, но открытые двери? Событие совершенно беспрецедентное.
     Полная тьма комнаты дала понять, что нужно темновидение. Заметив две фигуры в плащах, женщины немедленно приняли стойки, сверкая клинками в тусклом свете. Но не успела командир даже раскрыть рта, как дальние двери коридора с грохотом ударились о стены.
     Первая дочь Кверсати, окутанная ореолом чёрной магии её богини медленно прошла вперёд. На резном лице властной дроу было написано редкое для госпожи дома неприкрытое удивление. Она неотрывно смотрела в темноту покоев Старшей матери.
     Две фигуры неподвижно стояли там. Потом неизвестный справа поднял руку, сжимая в ней некий округлый предмет.
     – Старшая мать мертва! – возвестил нарушитель слева гулким от торжества голосом.
     Правый коротким движением метнул предмет под ноги Кверсати.
     – Да здравствует Старшая мать!
     И заявив так, фигуры испарились в воздухе.
     Кверсати склонила голову, глядя на круглый предмет у себя под ногами. На её лице медленно возникла отстранённая, полубезумная улыбка. Первая дочь рухнула на колени.
     Затем она рассмеялась. Сначала сдавлено, неуверенно хихикнула – потом неудержимо захохотала, запрокинув голову. Дикий, неистовый хохот загрохотал под высокими сводами Первого дома.
     Перед Кверсати лежала отрубленная голова её матери.
* * *
     Нежно-оранжевый окрас парящей над окраинами «сферы богини» указывал на раннее утро, когда отряд покинул свои позиции. Приказы принёс магический вестник. Двадцать пять воинов дроу вышли из укрытия в небольшой группе сталагмитов и двинулись в южном направлении.
     Они пересекли пустоши быстро и неслышно. Вдали от дорог было опасно, неровный ландшафт часто скрывал бродячих тварей и отчаявшихся безродных. Но отряд легко находил путь в каменном лабиринте темноты.
     Вскоре отряд встал на указанном месте, и солдаты рассыпались, со сноровкой организовав превосходную засаду. Они прекрасно знали, откуда должен был явиться противник, и путь здесь лежал только по одному проходу – узкому провалу между вытянутыми пригорками.
     Вскоре, как солдатам и было сказано, вдали показалась группа. Они двигались без прикрытия, выставив только пару головных. Начеку, но едва ли подозревая, что им было уготовано.
     Когда весь отряд, двенадцать воинов, оказался в центре засады, атака началась. Повинуясь жесту командира, застывшие неподвижно стрелки ожили, умело прицелившись за долю секунды, и немедленно спустили тетивы. Болты, смазанные смертельным ядом, врезались в центральные фигуры. Раздались взволнованные крики и обрывистые восклицания.
     Но было поздно – дроу из засады уже приблизились на расстояние удара, врезаясь в противника со смертоносной грацией опытных убийц. Первые погибли в мгновение ока, а за ними…
     Неожиданно завязалась свалка. Отряд противника отреагировал не совсем так, как планировал командир – первая фаза сработала как надо, стрелы нашли цели, ослабленные противники оказались окружены, и первые пали, но… затем их товарищи врезались в нападающих с поистине ненормальным бешенством. Они также орудовали тяжёлыми двуручными клинками, довольно редкий выбор для тёмных эльфов, отдающих предпочтение скорости и мастерству.
     Вдобавок, солдаты, которые должны были сейчас корчиться от парализующей смертельной боли, начали подниматься. Нескольким помогли товарищи, предварительно влив каждому что-то в рот.
     – Что-то здесь не так…
     Ведущий отряда уже почти подступил к бою, чтобы прикончить парочку глупцов лично, но быстро вернулся назад.
     – Арбалеты!
     Несколько воинов вышли из боя, поспешно разорвав расстояние, и вскинули ещё не разряженные самострелы. В этот раз эффект оказался куда хуже, почти все снаряды прошли мимо яростно наседающих «жертв».
     И тут командир заметил на земле одного из убитых противников.
     – Орки!
     Несколько солдат ошарашенно оглянулись на него, другие присмотрелись к трупу и сами издали поражённые возгласы. Их противником был отряд орков!
     Они выглядели как дроу, но это очевидно была магическая иллюзия. Это объяснило все и немедленно. Ведущий зло зашипел, стремительно отходя прочь от боя.
     – Какой-то трюк!..
     До него доходили слухи, что опальный дом Кворвата использует уловки, грязные даже по меркам тёмных эльфов. Один сюрприз всегда предвещал больше…
     – Назад! Все назад, оставьте их!
     Он уже планировал путь отступления через небольшую поросль каменных наростов за холмом, когда раздалось шипение. Отступать было поздно.
     Массивный чернокоготь смял дроу, рухнув на него в мощном прыжке. Окружающие командира солдаты шарахнулись в стороны. Ближайший немедленно получил по лицу звонко хлестнувшим хвостом, другой с хрипом схватился за толстый дротик в горле.
     – Поздно.
     Женский голос привёл солдат в сознание – их было шестеро, а она всего одна!
     Первые выстрелили почти в упор – однако стрелы щёлкнули о идеально подставленный край щита. Самый жадный до славы солдат вдруг напоролся с разбегу на меч. Его напарник попытался воспользоваться преимуществом и атаковал всадницу из мёртвой зоны. Но его клинок только щёлкнул по прочной броне на бедре.
     Вьерна, теряя равновесие, просто кувырком свалилась с ящера – и так ловко спешившись, вдруг оказалась рядом с ошарашенным противником. Короткий взмах врубил лезвие в его горло, в обратном движении клинок звонко лязгнул, отражая оружие противника. Солдат попытался пырнуть Вьерну кинжалом в другой руке, но она гибко прогнулась, и мощно врезала ему в лицо щитом.
     Короткий выпад едва не нашёл шею первой дочери, но женщина просто хладнокровно спустила удар по наплечнику и всадила меч в живот открывшегося противника, легко прошив прочную кольчугу – магия бронебойного клинка кольнула ей ладони.
     Всего пара секунд – и их осталось лишь трое. Стоящий дальше всех молча развернулся и дёрнул в темноту.
     – Я сказала!..
     С гулом прошив воздух, меч Вьерны врезался в спину бегущему.
     – …поздно!
     Вырвав кинжал из ножен, Первая дочь крутнула его в бронированных пальцах и наставила на оставшихся противников.
     – Где ваша хозяйка?
     Солдаты, отчаянно перебирая в уме варианты, молчали. Наконец, один упал на колени:
     – Я сдаюсь! Я скажу всё, только… неХГаахраа!..
     Оставшийся дроу в ужасе обернулся к умирающему коллеге. Брошенный Вьерной кинжал распорол его шею как подушку – зачарованные наручи лишь усилили и так идеальный бросок.
     – Сегодня твой счастливый день, мясо, – мрачно сообщила Первая дочь дома Молув’итар, медленно подходя к солдату. – Слишком труслив чтобы бежать, слишком труслив чтобы сдаться. Ты-то нам и расскажешь…
     Прервавшись, она резко вскинула щит. Болезненный красный луч врезался в защиту, отразившись в землю. Из воронки в камне пошёл дымок.
     Стоящая на невысоком уступе в десятке шагов жрица в полной броне храмового стража резко скомандовала солдату:
     – Немедленно убей эту суку, или я вырву твою душу и скормлю демонам!
     Вьерна издевательски хохотнула.
     – Всё ещё не рискуете подойти ко мне близко? Ничтожная шлюшка…
     – Закрой рот, отродье, еретичка! – взвыла жрица. – Я принесу твою голову в храм, и ты!..
     – Засохни, – раздражённо пророкотала Вьерна. – Вот это и был ваш план? Ловушка на меня? Нет, нет, второй раз вам меня не взять…
     Она резко отскочила, перекатившись в сторону от рванувшей воздух молнии. Жрица затянула какую-то протяжную молитву, кольнувшую Вьерну тревогой – Ирае учила её, чего избегать любой ценой и, кажется, это было оно. Оказавшись у трупа, Вьерна вырвала кинжал…
     Солдат стоял замороженный паникой – ослушаться приказа было смертным приговором, но сойтись с генералом Дома Огня тоже…
     В последних словах силы жрица вышла на громогласный крик, выбрасывая руки в сторону опальной предательницы их богини и…
     С яростным шипением её подмял под себя тихо подкравшийся сзади ящер. Испуганный вопль поглотило злобное ворчание и влажный хруст.
     Вьерна встала ровно, с лёгким удивлением глядя как её чернокоготь ловко перекусывает жертве шею. Заметив внимание, ящер подбежал к хозяйке, волоча тело по земле и преданно урча.
     – Моя умница…
     Вьерна ласково потрепала любимца по мягкой шее. Распознав редкого противника, её личный, смышлёный и тренированный, чернокоготь спрятался, выжидая идеального момента чтобы помочь хозяйке.
     Вьерна обернулась к солдату, крутнув кинжал в руке. Тот тяжело дышал, сжимая клинок в руках. Убирая оружие в ножны, генерал указала на солдата, затем вниз:
     – Меч на землю.
     Оружие звякнуло о камень.
     – Ты тоже, руки перед собой.
     Пока солдат повиновался, Вьерна вытянула из седельной упряжи запасной клинок. Со стороны раздался характерный топот ящера, заставив её обернуться.
     – Сестра!
     На площадку под уступом выскочила новая всадница, тоже верхом на чернокогте.
     – Ты в порядке?! Где они, я нашла вас, когда!..
     – Успокойся, Брия, – поспешно сказала Первая дочь. – Всё под контролем. Ну, если не считать…
     Она покосилась на медленно исчезающее в пасти питомца тело жрицы.
     – Нет, она нам нужна… Плюнь!
     Ящер недовольно заурчал, сжимаясь всем телом. Вьерна устало выдохнула.
     – Ну опять… Помоги-ка мне, сестрёнка, нам может понадобиться её тело.
     Брия послушно слезла, недвусмысленно пнув солдата на земле.
     – Не вздумай даже шевельнуться, мясо, – злобно процедила она.
     Первая дочь выразительно усмехнулась, заставив младшую сестру слегка вспыхнуть. Общими усилиями они вытянули из пасти обижено урчащего ящера тело. Тело вдруг выскользнуло из их рук и увесисто плюхнулось на камень.
     – Да, она точно из выкормышей Собора, – буркнула Брия, – с такой-то задницей. Сестра, я думаю…
     – Лучше скажи, почему ты здесь, – прервала Вьерна. – Что-то случилось на востоке? О, очень надеюсь, ты не бросила патруль просто так…
     – Разумеется нет! – вскинулась младшая. – Я закончила, капитаны сами разберутся с трупами и погибшими.
     – Сколько ты потеряла?
     – Шестерых, – мрачно признала Брия, отбросив мысли солгать.
     – Хм. – Первая дочь выразительно двинула бровью. – Очень неплохо. Я ожидала, что тебе придётся отступить, честно говоря, у Разлома всегда легко ошибиться…
     – Но я… – задохнулась Брия. – Нет, я понимаю. Этого больше не повторится, я обязательно…
     Вьерна прервала её, похлопав по плечу:
     – Не мели ерунды, сестра. Ты отлично справилась, я пыталась тебя похвалить. Полагаю, просто не могу не излучать раздражение в последнее время, не обращай внимания. – Она повысила голос, отходя от тела жрицы: – Особенно теперь, когда на нас нападают со всех сторон! Не так ли?!
     Солдат испуганно сжался от очередного пинка.
     – Вы, ублюдки, сбросили все свои знаки и символы, но ваша хозяйка высунулась раньше времени, – процедила генерал дома Молув’итар. – Мы узнаем, кто вас прислал, не беспокойтесь.
     Брия издала короткий вздох и протянула:
     – Не думаю, что это большая тайна, сестра.
     Дом Огня окружали.
     Медленно, но верно в пустошах накапливались солдаты неизвестных домов, групп и кланов. Обученные бойцы и простые наёмники, все они скрывали своё происхождение, кто их послал, и кому они принадлежали.
     Это был признак войны между домами – любую улику можно было представить в совете как повод для мщения за атаку. И нужна была настоящая – за подделку легко мог пострадать её автор, неважно настолько она была в праве. А если старшая мать и могла продавить в совете подобную аферу, то она наверняка могла позволить себе просто сокрушить противника сама.
     Разумеется, для матери Алистраи путь в совет был заказан. И теперь она могла только стоять на смотровой площадке над воротами своей крепости, осматривая свои владения – окружающую её дом пустошь.
     Совсем недавно на востоке, у края Разлома сверкнула пара вспышек. Верный признак напряжённого боя, с магией. Учитывая, что туда ушёл один из лучших её отрядов, усиленный подчинёнными Тессара и под началом Брии, Алистраи прекрасно знала что происходит.
     – Она начала так быстро, – протянула хозяйка Молув’итар. – Спорю, что кровь Старой матери ещё не высохла, а она уже отдавала приказы окружить мой дом…
     Женщина положила руки на неровные камни странных стен её крепости. Затем злобно прошипела:
     – И всё это ваша вина!
     Ровные шаги за её спиной остановились. Кей невозмутимо взмахнул рукой.
     – И всё же ты была готова…
     – Заткнись! – рыкнула Алистраи, впиваясь пальцами в камень. – Вы проклятые белокожие ублюдки! Я пожертвовала своим местом в совете, чтобы связать эту суку Кверсати хоть на время! А вы просто взяли и вложили всех этих жадных злобных тварей ей прямо в руки!
     Колдунья тяжело дышала, вцепившись в каменное ограждение. Белокожие пришельцы невозмутимо стояли рядом.
     – Может мы ускорили слегка процесс… – заметил Кей.
     – Но ты же не собиралась просто сидеть смирно? – закончил Джей. – Год за годом, отбивая её всё более злобные выходки? Не смеши меня, рыжая.
     Дроу зловеще покосилась на мечника. Маг тоже скосил на товарища взгляд, приподняв бровь. Тот удивлённо оглянулся:
     – Что? Все огненные ведьмы рыжие, это традиция!
     – Но она дроу, – веско произнёс Кей.
     – Ну и что? Она может подкраситься, благородные так делают…
     Алистраи тяжело вздохнула и боком уселась на неровный бортик.
     – Если вы хотите уничтожить мой дом, то почему бы вам просто не убить меня и всю мою семью лично? – ядовито процедила она. – Вы так пропитались ядом нашего народа, что вас забавляют мучения?
     – Мучения выбрала ты, Алистраи, – ровно заметил маг. – Джей прав. Чего ты хотела добиться своей выходкой? Год за годом, изо дня в день ждать дурных вестей…
     – Я хотела держать Кверсати подальше от власти! – сплюнула дроу. – А что теперь?!
     Она вскочила и демонстративно обвела руками темноту пустоши:
     – Отряды правящих домов повсюду! Разумеется я не планировала явиться в совет с претензиями к Первому дому – последнее, что мне нужно, это вмешательство инквизиции. И вы, пара кретинов, сняли башку старой матери! – Алистраи фыркнула. – Любой другой дом это погрузило бы в хаос на годы, но в этом случае я не сомневаюсь, что церемония наследования уже началась. Если Первую дочь они могли сдерживать, то Старшая мать уж точно возьмёт всё, что ей нужно.
     Кей коротко вздохнул.
     – Кверсати ничто не удержало бы. Ты это знаешь.
     – Она избрана богиинеей, – заунывно протянул Джей с издёвкой.
     Алистраи досадливо скрипнула зубами.
     – Но теперь у неё в руках целая армия, – прошипела она. – Все только и треплются о моих растущих силах, но я не могу позволить себе выступить против всего проклятого города! На её зов явятся даже самые бесполезные младшие дома, только чтобы подлизаться к новой королеве…
     – Разве твои… подруги не примут на себя часть удара? – протянул маг.
     – Хотят они или нет, – добавил мечник.
     – Уверена, против них уже выставили достаточно фигур, – буркнула дроу. – Да, полагаю, что у нас теперь сил не меньше чем у трёх первых домов вместе взятых. По крайней мере, в городе – Аллат’сенери держит массу своих солдат в крепостях. На прошлой неделе мои силы составляли три тысячи, не считая магов. Может, даже больше, чем у Кверсати… – Алистраи опять фыркнула. – Но это ничего не значит, она натравит на меня совет. Это… кажется, тысяч пятнадцать? Не считая всё мясо, разумеется.
     Старшая мать покачала головой и вновь повернулась к темноте. Кворват прелестно сиял вдали, как драгоценность, совершенно не подавая виду, что в нём началась новая война.
     – Они в состоянии задавить нас числом, – признала Алистраи. – Так они и сделают. Правящие матери знают, что они могут предоставить лишь десятую долю своих сил и этого будет более чем достаточно.
     – Ты думаешь, она всерьёз потребует их солдат силой? – заметил Кей.
     – Ха! Ты же не настолько туп? Ей достаточно просто объявить меня еретиком – что она, без сомнения, сделала ещё вчера! – Алистраи злобно чмыхнула носом. – Ну вы знаете, прямо перед тем как вы прикончили старуху!
     – Но разве это не работа церкви? – поинтересовался Джей.
     – Разумеется, – сдержанно ответила Алистраи, смеривая белокожих подозрительным взглядом. – Впрочем, я ещё не замечала никаких движений со стороны Алаурун…
     Она выразительно двинула бровью. Очевидно, что белокожие что-то хотели ей сказать.
     – Церковь… не придёт, – выразительно склонил голову Кей.
     Старшая мать помедлила.
     – Тебе придётся вдаться в подробности, колдун.
     – Мать-настоятельница, – начал Джей, – если конечно она не полная дура – в чём я сомневаюсь, потому что ей шестьсот, как говорят, лет – не рискнёт ввязываться в этот бой.
     Алистраи напряжённо встала ровно, перебирая в уме массу деталей.
     – И отчего же?
     – Из-за…
     – …нас.
     Сухой голос белокожих поразил Алистраи неприятной дрожью. Но заявление всё равно было нелепым.
     – И что же, – протянула она, – вы хотите сказать, что даже Тёмная Мать не посмеет вас тронуть?
     Белокожие не отвечали. Алистраи нервно сжала кулаки, воздух вокруг неё разгорелся.
     – Отвечайте! Кто… кто вы такие? – Она запнулась и качнула головой. – Да. Отвечайте. Зачем вы здесь? Зачем вы пришли в город?
     Напряжение трещало в воздухе. Наконец Кей закрыл глаза и ровно вздохнул. Джей покосился на товарища.
     – Ты прекрасно видишь нашу работу, Алистраи. Зачем, по-твоему, мы пришли?
     – Пока что вы просто добились самой большой за последние пять тысяч лет гражданской войны, белокожие, – процедила Алистраи. – Этого вы хотите? Чтобы город пал? Эта сила, что стоит за вами, желает нашей смерти?
     – Не столько «за», сколько «из-за», – кисло буркнул Джей. – Но, знаешь ли, это не мы начали войну. Все эти кровавые прятки и заказные убийства.
     – И даже не ты. Не так ли? – добавил Кей.
     Алистраи равнодушно хмыкнула, вновь прислоняясь к стене.
     – Такова воля богини. Сильные выживают…
     – Именно, – охотно подержал Кей. – Такова воля богини.
     Странный тон заставил дроу насторожиться. Затем она поражённо усмехнулась:
     – Не может… Вы что же, явились сюда обвить войну Тёмной Матери? Безумие! – Она устало закатила глаза: – Будь проклят тот день, когда я решила вас использовать… Я сама обрекла себя на мучения!
     – Каждый кузнец своего рока, – заметил Джей. – Знаешь, ты так убиваешься из-за этой «войны», а ведь это даже толком не война.
     – Тебе легко говорить, – обронил дроу. – Я слышала, ты не можешь умереть, белокожий!
     – Это верно, – и глазом не моргнул мечник. – А вот ты вполне очевидно готовилась к этому уже давно. Очень давно. Задолго до того, как мы с моим другом появились на свет.
     Он выразительно подвигал бровями, вызвав у дроу вопросительный взгляд.
     – Потому что у тебя есть Вьерна, – веско закончил Джей. – Знаешь, она превосходный командир, прирождённый лидер. Солдаты её любят. Враги боятся. Я бы добавил «уважают», но ваша культура поострена на зависти…
     – Я горжусь ею, не буду спорить, – заметила Алистраи. – Но в одиночку она войну не выиграет…
     – И поэтому ты дала ей всё что можно, чтобы она не была одна, – заметил Кей. – Мы знаем, что твои солдаты обучены иначе, чем типичные кровопийцы тёмных эльфов. Она готовит их к бою с превосходящими силами, уже много лет. Новые тактики, новое оружие…
     – И это при том, что дроу не умеют и не любят воевать, – заметил Джей.
     Тут Алистраи не выдержала и взорвалась ироническим смехом.
     – Что?! Хах, ты, верно, съел не тот гриб, белокожий! – поразилась она. – Что ты несёшь?
     – Но это правда, – заметил Кей. – Тысячи лет дроу сражались по всему миру, регулярно выступая целыми армиями на другие народы, и на другие города.
     – И это доказывает, что мы не умеем воевать? – скептически вопросила старшая мать.
     – Разумеется, – заверил Джей. – Ваша богиня превращает вас во владык мира десять тысяч лет. И чего же вы завоевали за эти годы?
     Он издевательски раскинул руки и оглянулся вокруг:
     – Кучку голых пещер! Где даже крысы не живут, если их не попросить как следует.
     – Поверхность ничто по сравнению с жестокостью Нижней Тьмы! – рыкнула Алистраи.
     Огненная колдунья признавала за собой неприязнь к собственному народу, но такое поношение её всё же задело.
     – Дроу были редкостью в Раншане, но в северных землях они известный враг, – заметил странным ровным тоном мечник.
     – Ты ведь знаешь, что дроу ни разу в истории не сумели закрепиться на поверхности больше чем на пару десятилетий? – будто продолжил за спутника маг. – Крепость Мегал освободили в крестовом походе паладины Света, королевство Руша на востоке свергло марионеток тамошних жриц. Им даже пришлось запечатать сотни проходов в Нижнюю Тьму чтобы защитить город…
     – Видимо, такова воля Матери, – протянула Алистраи.
     – Видимо, так и есть, – согласился Кей.
     – И если так, то почему она не желает видеть вас на поверхности? – заметил Джей. – Стоит тёмным эльфам высунуться слишком сильно, и вы окажетесь один на один с дерьмом, которое засасывает целые континенты и не давится.
     – И что же это может быть, дикарь? – вызывающе спросила старшая мать.
     – К примеру, посланец Зимнего Двора, – ровно произнёс Кей.
     Маг картинно сделал жест, указывая куда-то в сторону – заодно заставив Джея заполошено дёрнуться:
     – Че?.. Вох!..
     В узком проёме между двумя камнями виднелась блестящая в темновидении овальная девичья мордашка. Алистраи напряжённо выставила вперёд вспыхнувший оранжевым посох.
     – Привет! Наконец-то я вас нашла! – прозвенел на подземном радостный голосок.
     Лицо исчезло, за стеной раздался шорох. Джей панически закрутился на месте:
     – Что? Как?! Почему она здесь? Почему я не слышал?!
     – Успокойся, приятель, – с усмешкой махнул рукой Кей. – Наверняка от тебя скрыться умеют все, если учесть, кто твоя невеста…
     – Нет никакой невесты! – взвыл Джей.
     – У него есть невеста? – удивилась Алистраи. – Поразительно… Но уж лучше вам объяснить, кто это был!
     – Я здесь.
     Дроу и Джей издали нервный вскрик, резко оборачиваясь вокруг. За их спинами на гребне стены, как некий ужас в ночи сидела хрупкая миниатюрная девушка. Фигуру частично скрывал плотный плащ, блокирующий всё тепло не хуже плащей дроу. Облегающая одежда походила на дорожный костюм, видимого оружия у девушки не было.
     Движением головы она сбросила капюшон, открывая иссиня-чёрные волосы, стянутые в плотную косу, и длинные острые ушки. Нежная белая кожа казалась едва ли не прозрачной.
     – Кххх!!
     Эльфийка мелодично рассмеялась.
     – Похож на злобного котёнка, Джей-Джей!
     Мечник перешёл на кошмарный хриплый скрип и, схватившись одной рукой за рукоять меча, выбросил другую к магу:
     – Что она здесь делает?!
     – Чего ты спрашиваешь меня? – неподдельно удивился тот. – Я не был у них десять лет…
     – Но ты всегда всё знаешь!..
     – Закройте рты!
     Алистраи вышла вперёд, обращаясь к девушке:
     – Почему бы тебе не представиться? – мрачно предложила она. – Прежде чем я превращу тебя в пепел, я имею в виду…
     Без капли опаски эльфийка улыбнулась, и спрыгнула со стены, на миг обратившись в бесформенную тень. Широкий плащ изящно опал вокруг неё, будто паутина.
     – Зови меня Зит, – радостно сказала она. – Конечно, это не настоящее моё имя. Но настоящее я тебе не скажу, иначе мне придётся тебя убить!
     Зит радостно засмеялась, будто забавно пошутила.
     – Мило, – кисло заметила Алистраи и покосилась на мага. – Ты, кажется сказал, что она…
     – Я летописец! – звонко вмешалась эльфийка. – Я хотела бы сопровождать тебя некоторое время. Ты ведь Алистраи? Хозяйка потерянного огня…
     – Для вас, прозрачных трусов, это Безымянное Пламя, – неожиданно сухо процедил Кей.
     Девушка сурово свела брови:
     – Я здесь не по приказу Высшего! Так что закрой рот, убийца!
     – Одно неверное движение и ты отправишься обратно в тени, соплячка, – отрезал маг.
     Летописец Зимнего Двора и Мудрец Востока и Запада сверлили друг друга неприязненными взглядами. Алистраи сдержанно вздохнула, усмиряя приближающийся приступ ярости. Зит вопросительно заглянула ей в лицо как маленький зверёк.
     – Почему бы кому-то из вас не объяснить мне кто она и откуда взялась?
     – Но я же сказала, я…
     – Она спрашивает не об этом, – перебил Кей. – Я объясню. Уверен, тебе понравится, Алистраи. Потому что твоя гостья… – маг демонстративно указал на белую эльфийку: – тёмный эльф.
     Старшая мать ошарашено посмотрела на девушку. Та утвердительно кивнула.
     – Но… она не дроу, – выдавила Алистраи.
     – Верно. Потому что она настоящий тёмный эльф! – театрально сообщил чародей. – Видишь ли, когда ваш древний род изволил наконец разделиться на народы, твои предки нашли убежище в Нижней Тьме. Её предки… – маг задумчиво умолк. – Впрочем, я даже не знаю из какого она поколения, у них нет ауры…
     – Из последнего поколения, – оскорблённо буркнула Зит. – Наш народ живёт в тайне от других разумных, скрытый от мелочности смертных.
     – Скрытый в глубокой тени, – мрачно добавил Кей. – Настолько глубокой, что она не из этого мира. Все эльфы, даже те, что зовутся теперь дроу, остались на материальном уровне. Они же… – он пренебрежительно махнул на гостью, – решили жить в фантазии.
     Эльфийка теней задрала нос и заявила:
     – Ты остался, как и был, Чёрный охотник, – самодовольный материалист!
     – Зато мне не нужна особая каста летописцев, чтобы не забыться в диких снах, – ядовито ответил Кей. – Этим она и занимается. Собирает сведения о «мире-по-ту-сторону», как они зовут реальность. Теперь, когда мы выяснили, кто это…
     – Не уверена, что мы что-либо выяснили, – буркнула Алистраи.
     – …почему бы ей не сказать, что Зимний Двор забыл в Нижней Тьме?
     Летописец свирепо фыркнула и повернулась к Алистраи:
     – Я хочу остаться рядом с тобой. Всего на некоторое время. Что-то важное должно случиться очень скоро, и я обязана это записать! Это мой долг! Перед моим народом, и не только. – Она недовольно покосилась на Кея. – Что бы тебе не говорили всякие шарлатаны…
     – Я… – Алистраи запнулась и крутнула головой. – Я даже не понимаю, кто ты такая, и откуда взялась. Но уж точно знаю, что ты выглядишь как белокожий эльф, и с меня хватит вашего…
     – Пожалуйста! – Зит резко подалась вперёд, завив дроу шатнуться. – Я сделаю всё что угодно! Мне необходимо быть рядом, я не могу просто сидеть в стороне, когда всё случится.
     – Что случится? – ровно спросила дроу.
     – Я не знаю, – качнула головой летописец. – Потому я здесь. Пожалуйста?
     – Эм… Алистраи. – Кей жестом привлёк внимание дроу. – От неё тебе не отделаться. Это хуже, чем мы, поверь. Просто… заставь её сделать что-нибудь полезное.
     Старшая мать ошарашено приподняла брови. Затем смерила странную пришелицу оценивающим взглядом.
     – Ты не похожа на воина… – протянула дроу. – Может и вправду просто…
     – Я могу убить кого-нибудь, если ты хочешь.
     Эльфийка теней сказала это столь легко, будто предложила подруге закуску. Дроу озадаченно покосилась на мага.
     – Я же сказал, они не из этого мира, – заметил Кей.
     – Хм… Я не нуждаюсь в убийцах… разве что…
     – Ты думаешь о своей противнице? – Зит качнула головой: – Прости, я не вижу её снов…
     Алистраи разочарованно усмехнулась:
     – Было бы слишком легко…
     – От этих призраков никакого толку, – буркнул Джей.
     – Она под защитой чужих глаз! – свирепо выпалила летописец. – Я не могу просто взять и сорвать Завесу со Скорби!
     – О нет, только не метафоры! – Мечник устало закрыл глаза, взявшись за виски. – Ты бард, не так ли?
     – Разумеется, – фыркнула Зит. – Как иначе я обращу эти знания в вечность? – Теневая мечтательно закрыла глаза. – Я превращу это в песню… Ой!
     Неожиданно «тёмная» эльфийка подпрыгнула от радости и подалась к Алистраи:
     – Я знаю, придумала! У тебя есть огромные владения, которые ты пытаешься защитить, верно?
     – Эм… да, но…
     – Я знаю, где найти тебе помощника! Эй, ты!
     Джей не успел даже дёрнуться – эльфийка из мира снова обратилась в тень и, оказавшись рядом, вцепилась в его руку мёртвой хваткой, затем с потрясающей для хрупкой девушки лёгкостью утащила к стене. Бессмертный воин панически махнул руками:
     – Оа-а!.. Кей! Меня похищают!..
     – Моё искреннее сочувствие.
     Зит обхватила Джея со спины и резко толкнулась ногами. Несмотря на ношу, прыжок эльфийки заставил обоих грациозно воспарить в воздухе.
     Алистраи ошарашенно следила, как светлое пятно тепла медленно тает в темноте пустошей.

     Глава 3

     Дверь приоткрылась легко и даже не скрипнув, несмотря на свой массивный размер. Греянна осторожно сунула нос в щель и пугливо втянула немного тяжёлый влажный воздух. Пахло приятно, чуть солоноватым и пряным.
     Осторожно скользнув в купальный зал, девушка закрыла дверь и осмотрелась. Ванная дома Молув’итар была огромна. Греянна не рассчитывала, что ей предстоит мыться в шикарном бассейне под сводом высокой пещеры. В отличие от гладких стен и полов в коридорах и комнатах, этот зал был обработан нарочно небрежно, так, чтобы его поверхность походила на естественную, будто это какой-то грот в Пустотах.
     Бассейн тоже был стилизован под естественное озеро, за исключением площадки, где в воду спускалась короткая лестница с широкими полукруглыми ступеньками. Над водой медленно двигался пар, скрывая дальние стены. Темновидение было бесполезно в горячем воздухе, и купальню мягко освещали тусклые цветные многоугольники, плывущие под потолком.
     Не было никаких поверхностей, куда можно было бы положить одежду. Греянна смущённо сообразила, что наверняка благородную дочь должна сопровождать личная служанка. Но она хотела бы немного побыть одна…
     – Интересно… Откуда здесь горячий источник?
     – Его создаёт магия нашей матери.
     С нервным вскриком Греянна отпрыгнула от бассейна. В ответ на миг повисла удивлённая тишина, затем раздался мягкий смех.
     – Она была права, я бы такого не ожидала от прежней Греянны…
     – Кто здесь? – нервно пискнула испуганная дроу, стыдливо прикрываясь руками, хоть даже не сняла платья.
     Одна из неопределённых фигур в тумане, которые Греянна приняла иллюзию свечения тепла задвигалась, обращаясь в образ невысокой девушки. Из тумана выступила тёмная эльфийка. Чуть ниже Греянны, с приятным узким лицом, на котором играла хитрая улыбка.
     – Прости, я не подумала, что здесь кто-то есть… – пролепетала Греянна.
     Незнакомая дроу коротко рассмеялась. Греянна невольно провела взглядом по её обнажённому телу. Незнакомка была ещё молодой, с маленькой грудью, но довольно широкими бёрдами, очень стройная, но не очень мускулистая.
     – Ничего страшного, это я виновата. Я сама тебя напугала, сестра.
     Девушка потянулась, изящно отставив резную ножку, и оправила влажные волосы. Греянна поспешно отвела взгляд, сообразив, что таращится на голую женщину. До неё не сразу дошло, что та сказала.
     – «Сестра»?.. – протянула Греянна. – Ты… эм… Прости, я не знаю…
     – Разумеется, – с улыбкой мягко прервала девушка. – Не думаю, что ты бы меня запомнила в любом случае! Я Мелларика, Шестая дочь дома.
     – Мелларика…
     Как Греянна и ожидала, имя совершенно ничего ей не говорило. Разумеется, она уже знала имена всех своих сестёр, и брата. Но она всё ещё ничего не помнила. Она совершенно не помнила эту девушку.
     – Ты пришла, чтобы расслабится? – спросила Мелларика, подходя к ступенькам. – Тебе, наверно, тяжело вернуться после такого… – Она запнулась, и чуть склонив голову закончила: – Шока.
     – Нет, я… – Греянна помедлила. – Да, наверно. Я вчера довольно устала…
     Весь день она провела на ногах в сопровождении мечницы в голубом. Её провели по крепости дома, показывая, где что находится, потом провели по внутреннему двору. Греянна честно старалась запомнить что где, и как это относится к ней. Вечером она совершенно валилась с ног. Ей хотелось принять ванну ещё тогда, но она слишком устала. Может, не столько физически, сколько ментально. Сегодня она решила посетить ванную как только проснулась – довольно поздним вечером. Проспав целый день, Греянна понадеялась, что никого не встретит так поздно…
     Заметив, что сестра медлит, Мелларика подалась из воды и двинулась к Греянне. Та нервно отшатнулась:
     – Что ты?..
     – Я помогу тебе раздеться, – охотно ответила та. – Ты кажешься немного растерянной…
     Перед чем Греянна успела запротестовать, тонкие ладони оказались у неё под подолом. Девушка испуганно охнула – платье слетело с неё как живое. Мелларика издала немного зловещий смешок, положив руки сестре на бёдра.
     – Тебе идёт белое… – протянула она.
     – Правда? – машинально спросила та.
     Ей всё ещё не давало покоя, что её прошлый гардероб стоял из чёрных мантий.
     – Правда. Сестра Шалшари тебя за это съест…
     Греянна издала неуверенный писк, ощутив ладони сестры на бедре, но Мелларика, скользнув по ноге вниз, совершенно не обратила внимания. Склонившись, она мягко приподняла сестре ногу, и ловко стянула туфлю.
     – Теперь вторую…
     – Я… могу раздеться сама… – выдавила Греянна.
     – Ты что же, стесняешься, сестра? – Мелларика мелодично хихикнула. – Глупости, ты старше, мне вовсе не зазорно тебе услужить.
     – Но дело не в этом…
     Греянна сама не знала почему, но ей было слегка некомфортно. Может потому, что она впервые стояла нагой перед кем-то, может потому, что впервые видела кого-то другого нагим. А может, потому что Мелларика излучала странное уверенное, и почти неестественное спокойствие.
     С другой стороны, прикосновения младшей сестры были не так уж и неприятны. Быстро лишив Греянну одежды, та просто небрежно бросила её на пол.
     – Не волнуйся, – сказала Мелларика, перехватив взгляд сестры. – Я прикажу слугам принести чистую одежду. Уверена, тебя уже ждёт новый наряд. – Она хихикнула. – Куда приличнее ночнушки! О богиня, это было так забавно!..
     Греянна смущённо потупилась и недовольно буркнула:
     – Я же не знала…
     – Именно потому это так мило, – заявила Мелларика. – Ну же, тебе нужно окунуться.
     В десятке шагов бассейн опускался на приличную глубину. Мелларика была несколько ниже и её ноги даже не доставили до дна. Но, без труда держась на воде, она сделала вокруг Греянны круг, будто предлагая, присоединится. Та неуверенно потопталась на месте. Ей казалось, что она умеет плавать, но… стоило коснуться воспоминаний, как вернулась пустота в мыслях.
     – Расслабься, сестрёнка, – неожиданно сказала Мелларика.
     Греянна ощутила, как та виснет у неё на плечах.
     – Помочь тебе помыться?
     – Что?
     Она ощутила, как горят щёки. Греянна прекрасно знала, как именно нужно себя мыть, она не была ребёнком, и мысли о том, что это будет делать кто-то другой, касались такой территории, какая заставляла её смущённо запинаться. Мелларика издала короткий смешок и потянула сестру за плечи куда-то в сторону.
     – Я просто потру тебе спину. И тебе стоит посмотреть, где лежат наши приборы.
     Это имело смысл, Греянна понятия не имела где здесь лежат мыльные кремы и мочалки – если они вообще здесь. Девушка неуверенно кивнула.
     – Верно…
     – Ну так идём?
     Когда они обе смогли встать на ноги, Мелларика взяла сестру за руку и вдруг провокационно улыбнулась:
     – Сделаю тебе массаж, если захочешь…
     От странных ноток в её голосе Греянна ощутила, как печёт лицо. Прежде чем она успела запротестовать, Мелларика бархатно рассмеялась.
     – Ах сестрица! Ты такая…
     Она вдруг осеклась и, метнув на Греянну короткий взгляд, качнула головой:
     – Нет. Ничего, прости. Я перестану тебя задирать, обещаю.
     – Почему-то я тебе не верю… – пробурчала Греянна, хоть и не попыталась освободить руку из тонкой ладони младшей сестры.
     Мелларика вывела её из воды чуть в стороне от входа. Здесь незамеченные Греянной за завесой пара стояло несколько гладких каменных лож, окружённых выемкой в полу, прикрытой железной решёткой. Оставив сестру у ближнего ложа, Мелларика подбежала к широкому шкафу у стены и с приглушённым бормотанием начала там рыться. Греянна с сомнением прикоснулась к ложу.
     – Ой, они тёплые, – удивилась девушка. – Но это же камень. Пол довольно прохладный…
     – Плиты зачарованы, – заметила Мелларика. – Ты же не хочешь лежать, прижимаясь голой грудью к холодному? Конечно, это бывает приятно, но…
     Сжимая что-то в руках, она картинно обернулась с игривой улыбкой:
     – …я боюсь, такие развлечения не для всех. Ты готова?
     Греянна невольно ощутила прилив смущения, хоть понятия не имела отчего.
     – Я должна лечь?..
     – Разумеется. – Мелларика вопросительно приподняла брови. – Что-то не так?
     – Не… нет…
     Четвертая дочь неловко взгромоздилась на тёплое ложе. Казалось, будто только что здесь кто-то лежал до неё. Мысль вновь вызвала волну смущения, было странно думать, что ты касаешься чьего-то тепла.
     Ощущение быстро затопила волна вполне осознанного смущения, когда руки Мелларики прошлись Греянне по спине. Сестра провела руками всего раз, но Греянна инстинктивно, как и со всем остальным знала, что Мелларика будет чрезвычайно хороша.
     – Ты… будешь делать мне массаж, да? – с нотками обречённости спросила Греянна.
     – Что это за тон? – возмутилась Мелларика. – Разумеется, буду! Вот тебе.
     – Гьях!..
     Греянна испуганно дёрнулась, когда сестра легонько щипнула её за бок.
     – Ты вся как натянутая тетива, сестра, – деловым тоном заметила Мелларика. – Расслабься, тебе нужно снять напряжение.
     Греянна коротко вздохнула и попыталась послушаться. Руки Мелларики мягко гладили её спину, нажимая ровно настолько, чтобы это вызывало слабое напряжение в теле, медленно таявшее в приятную лёгкость. Постепенно Греянна ощутила, как расслабляется. Чем меньше она сосредотачивалась на своём смущении, тем естественней казалось то, что сестра за ней ухаживает. Повернув голову, девушка издала тихий вздох облегчения.
     – Намного лучше, – одобрила Мелларика. – Знаешь, я понимаю, что тебе очень тяжело. Особенно сейчас, когда семья должна служить без отдыха. Но мне кажется…
     Сестра выразительно умолкла. Затем остановилась. Греянна удивлённо оглянулась назад, и растеряно спросила:
     – Что?
     – Тебя тяготит что-то конкретное, правда?
     Мелларика продолжила осторожно разминать сестре спину, захватывая плечи и бока. Скользкие от мыла пальцы поглаживали напряжённые мышцы, заставляя их расслабиться. Греянна повернулась обратно и тихо выдохнула.
     – Нет… ничего такого.
     Над ними повисла тишина, только вода журчала где-то в стороне.
     – Ничего… – повторила Греянна, – только… мне немного… страшно.
     – Страшно? – тихо переспросила Мелларика.
     Греянна ответила неопределённым урчанием. Она боялась признать, что её пугало.
     Её пугало то, кем она была раньше. Её прошлая жизнь.
     Всё случилось вчера вечером, когда она вернулась из путешествия по своему новому старому дому. Или старому новому дому. Она понятия не имела, как это назвать.
     И когда она вошла в комнату, там её ждала служанка.
     Конечно, Греянна ещё не знала кто это. Она просто увидела посреди комнаты невысокую худую девушку с короткими волосами, собранными в тощую косичку. На овальном лице мелькнуло затравленное выражение. Затем девушка низко поклонилась, и так и не подняла глаз от пола.
     – Прикажите мне, госпожа…
     Сухой шёпот как жеменька гравия царапнул Греянне слух, вогнав в прострацию на секунду. Казалось, девушка готова броситься в пропасть в любой момент.
     – Что?.. Ты… Кто ты такая? – ошарашенно выдавила «новая» дочь.
     Девушка испуганно вздрогнула и, не поднимая глаз, прошелестела:
     – Я ваша служанка…
     Греянна, с неловкостью взявшись за свой локон, чтобы занять руки, усилием воли сбросила оцепенение.
     – Я не… мне не нужна прислуга… кажется. Так что ты можешь идти…
     К удивлению Греянны девушка испуганно охнула, и вскинула взгляд. Замешательство Греянны усилилось, когда она увидела в глазах служанки страх.
     – Вы… не будет мне приказывать? – поражённо шепнула девушка.
     – Эмм… нет. – Греянна удивлённо склонила голову: – Ты… должна что-то сделать? Я не просила, чтобы мне присалил прислугу, я просто… думаю, мне нужно отдохнуть.
     В темновидении её лицо казалось странно тусклым. Греянна отметила это только сейчас, когда на сухих щеках появился свет.
     – Вы хотели, чтобы я ушла?
     – Эм… да?
     Греянна понятия не имела, почему ситуация настолько неловкая. Она уже привыкла к присутствию учтивых мечниц, и даже к быстро отведённым взглядам слуг, но это было совершенно другое. Девушка, склонив голову, поспешно скользнула мимо «хозяйки».
     – Прошу меня простить, госпожа…
     Кажется, она извинилась за то, что подошла слишком близко.
     – Ни… ничего… – растерянно пролепетала Греянна.
     Девушка поспешно раскрыла дверь и…
     – Постой!..
     Испуганно вздрогнув, служанка издала короткий писк, после стремительно согнулась в поклоне:
     – Простите, хозяйка!
     – Не… нет, я…
     Греянна ошарашенно подошла ближе. Она ни за что не стала бы задерживать странную девушку, если бы не заметила одну деталь.
     – Ты… твоя спина…
     Сбивчивое упоминание спины подрезало девушке ноги – Греянна нервно охнула, когда служанка рухнула на колени.
     – Я сделала, как вы приказали! – поспешно взмолилась она. – Я не накладывала лекарства!.. Я не лгу, правда!..
     То, что заставило Греянну окликнуть служанку, были заметные даже сквозь грубую ткань платья светлые полосы. И теперь она с ужасом поняла, что это было.
     – Ты… – в шоке шепнула благородная дочь. – Это что, раны?
     Вновь из пустоты в разуме пришло понимание, что жар испускали воспалённые раны. Если её спина горела так сильно, то наверняка её жгло как калёным железом.
     – Это раны, так ведь? Тебе же больно, поч…
     Греянна вдруг подавилась собственными словами.
     – Что ты… что ты сказала? – в ужасе шепнула она.
     Девушка начала заметно дрожать.
     – Я не накладывала лекарства… как вы приказали…
     Казалось, она готова умереть на месте от страха. Греянна ощутила, как в животе свивается комок тошноты. Она с трудом сглотнула.
     – Нет! Я не… Разве?.. – выдавила она. – Зачем я… Зачем мне приказывать такую жестокость?
     Девушка сжималась у неё в ногах, дрожа всем телом.
     – В наказание…
     – За что?! – поразилась Греянна.
     Она очнулась только сегодня, и уж точно ничего такого не приказывала! Значит, это было до её потери памяти, и девушка мучается уже несколько дней.
     Это казалось кошмаром.
     – В наказание… – повторила служанка.
     – Да, но… за что? – не поняла Греянна. – Что ты сделала?
     – Я ничего не…
     Служанка ощутимо осеклась полуслове, отчаянно склонив голову. Затем тихо выдавила:
     – Вы моя хозяйка… это ваше право…
     – Что?..
     Греянна вскинула дрожащие руки, отчаянно сжимая ладони у груди. Сердце билось как бешеное, тошнота впивалась во внутренности.
     – Это… это я с тобой сделала, да?
     Она не желала верить, что просто избила свою прислугу без причины. А потом запретила ей даже облегчить боль.
     – Вы наказали мен…
     – Нет!
     Греянна прервал тихий шелест, рухнув рядом с девушкой на колени. Осторожно взяв её за плечи, она заставила её разогнуться. Та всё ещё прятала глаза.
     – Ты… тебе запрещено смотреть на меня, да? – мёртвым голосом выдавила Греянна.
     – Да, госпожа…
     Ответ её не удивил. Она ощущала, как будто медленно тонула в грязи.
     – Это я запретила, да?
     – Да госпожа…
     В тоне служанки появилось удивление. Греянна вяла её за подбородок и подняла лицо к себе. Глаза девушки выдавали редкий испуг.
     – Я… Ты больше не должна этого делать, – выдавила Греянна. – Иди обработай раны… Ты сможешь сама? Может, я попрошу чтобы…
     Девушка немедленно опустила глаза вниз.
     – Спасибо, госпожа…
     Её голос был скорее удивлённый, чем облегчённый. Греянна усилием воли заставила себя подняться, хоть по телу шла мерзкая слабость.
     – Ты можешь больше не приходить… – ровно сказала она. – Мне не нужна прислуга, так что…
     Отчаянный хрип заставил её обернуться. Девушка смотрела на неё с откровенной паникой.
     – У… умоляю, только не так… – пролепетала она в ужасе. – Не выгоняйте!..
     – Что?..
     К ужасу Греянны, служанка растянулась на полу, вцепившись в подол её платья раненым животным.
     – Я умоляю, хозяйка Греянна… – прохрипела девушка. – Я сделаю все, что прикажете… Я никогда не буду кричать, я не буду плакать!.. Я не… я вынесу что угодно! Любой приказ!..
     – Что ты?!..
     Греянна попыталась оторвать руки девушки. Они дрожали.
     – Умоляю, хозяйка…
     – Прекрати! – отчаянно выдавила Греянна. – Я не… Я больше не буду тебя бить! Я не… ты можешь больше не служить мне…
     В ответ раздался отчаянный всхлип. Греянна застыла на секунду. Затем опять опустилась на колени и силой заставила девушку подняться с пола. И уверенно обняла, положив её голову себе на плечо.
     – Почему ты плачешь? – тихо спросила она, поглаживая необъяснимо впавшую в ужас служанку.
     – Вы выгоните меня, госпожа…
     Голос плавал, создавая странные нотки. Греянна отчётливо ощущала, как её платье на плече промокает.
     – Ты разве не хочешь этого? – неуверенно спросила Четвёртая дочь. – Я же… я над тобой издевалась! Как же так…
     Греянну совершенно обезоруживал тот дикий факт, что она обращалась с кем-то с такой жестокостью – и без всякой причины притом! С чего она так ненавидела эту девушку? Она же простая служанка…
     – Меня выгонят из Дома… – пролепетала девушка. – Меня выбросят в пустоши… и я просто умру…
     Её лепет обратился в неразборчивые стоны. Греянна ласково прижала служанку к себе, поглаживая по спине.
     – Шшш… всё хорошо… Тебя не выгонят… Всё будет хорошо…
     Медленно направленное усилием воли спокойствие изгнало до того тошнотворную атмосферу. Несколько минут понадобилось, чтобы девушка постепенно успокоилась. Греянна ощутила, как её обнимают в ответ. Погладив служанку по волосам, она чуть отстранилась. Заплаканное личико было душераздирающе несчастным, но из глаз исчез ужас.
     – Как тебя зовут?
     – Мали…
     – Какое милое имя. – Греянна осторожно погладила девушку по щеке. – Я тебя не выгоняю. Ты… ты хочешь, остаться моей служанкой? Ты моя личная прислуга, так ведь?
     – Да, госпожа…
     Мали снова резко опустила глаза. Греянна вздохнула и погладила её по спине. И резко спохватилась.
     – Ох, я же!.. Прости, тебе же больно! Я даже не подумала…
     Служанка вдруг удивлённо сдвинула брови, глядя в сторону. Затем подвигала плечами.
     – Я не… мне совсем не больно, – неуверенно протянула она. – Я даже не ощутила как…
     Мали удивлённо посмотрела на Греянну, её щеки вдруг резко засияли жаром, и глаза вновь нырнули вниз.
     – Ну, тогда… – озадачено протянула четвёртая дочь. – Тогда всё хорошо… наверное. Ты… можешь идти. Позаботься о своих ранах.
     – Да, госпожа…
     Мали ушла, тихонько прикрыв дверь. Греянна секунду растерянно сидела на полу. Затем рухнула на пол боком, как поваленный камень.
     – Кем же я была?..
     Она провела долгую ночь, бродя в жутких тёмных залах беспокойного сна, наполненных пустотой, и страхом, и тошнотворным осознанием, что она ранила кого-то. По пробуждении Греянна обнаружила, что Мали ждёт у дверей, кажется, уже не первый час. К счастью, из глаз служанки исчез страх…
     – …меня, сестра?
     …а её спина перестала гореть от воспаления и боли. Греянна всё ещё ощущала себя так, будто мучает маленькое животное, даже когда она просто попросила девушку принести ей ужин…
     – …не ответишь, то я сделаю что-то фривольное…
     Вдруг Греянна вернулась обратно в купальню, сообразив, что совсем затерялась в своих тоскливых мыслях, и кто-то пытается её вернуть обратно.
     – Прости, я, кажется, отвлеклаААйя-аайх!!!
     С паническим воплем девушка резко рванулась прочь, планируя нырнуть в бассейн прямо с ложа. Мелларика в последний миг удержала её за пояс, разразившись звонким хохотом.
     – Нет-нет, постой! Ха-ха, прости, сестрёнка, я просто пошутила!.. Ну же, ложись, ложись…
     Греянна, всё ещё ощущая очень необычное – и совершено смущающее – прикосновение тонких пальчиков между своих ягодиц, всё же позволила уложить себя обратно.
     – Ты сама виновата, сестра, – игриво попеняла Мелларика. – Я пыталась привести тебя в чувство, но ты будто уснула…
     – Прос… – Греянна сердито запнулась и буркнула: – Нет, тебе нельзя было так делать в любом случае!
     Шестая дочь ответила зловещим смешком. Она несколько раз провела по спине сестры, теми же мягкими массирующими движениями. Затем легонько коснулась её плеч:
     – Тебя тяготит прошлое. Да, сестра?
     Греянна ответила неопределённым мычанием, утыкаясь носом в руки.
     – Я просто… я не понимаю, какой я была… раньше, – глухо пробормотала она.
     – Перевернись.
     Перевернуться ей Мелларика помогла едва ли не силой – Греянна сразу сообразила, что лежать перед сестрой совершенно голой будет невыносимо. Но лицо младшей быстро отбило волну смущения. Мелларика выглядела очень серьёзной.
     – К сожалению, я не та, с кем тебе стоит это обсудить, сестра, – заметила она. – Боюсь, я видела тебя всего раз, прежде чем ты лишилась прошлого. Впрочем…
     Она решительно положила мыльные руки у шеи, заставив Греянну смущённо дёрнуться, и умело провела между полушариями груди к животу.
     – Мел… Мелларика, не трогай!..
     – …я, кажется, пришла в этот дом в лучшее время. – Сестра не обратила на смущённый писк и капли внимания. – Не думаю, что ты позволила бы мне даже коснуться себя. Не без твоего приказа.
     – Послушай, я сама могу себя помыть! – взмолилась Греянна, ощущая как горят щёки.
     Мелларика провокационно улыбнулась, не прекращая растирать мыло по животу и бокам сестры.
     – Ты уверена? Всегда намного лучше, когда тебя моет прислуга…
     – Нет, не говори так!
     Мелларика удивлённо застыла на секунду. Греянна смущённо отвернулась.
     – Хммм… – Протянула младшая дочь. – Я, кажется, понимаю. Ты стала такой… другой. Если бы в прежнем доме мне кто-то сказал, что я буду счастлива прислуживать старшим сёстрам как служанка, хоть в спальне, хоть в ванной, я бы провела весь день, мечтая всадить этому кому-то нож в горло.
     Греянна испуганно застыла под мягкими ладонями сестры. Игривая мягкость Мелларики неожиданно стала зловещей. Будто догадавшись, та хищно улыбнулась, заставив Греянну нервно поёрзать на ложе. Неожиданно четвёртая дочь вскинулась:
     – Погоди, о каком доме ты говоришь? Я думала, мы живём здесь…
     Мелларика застыла на миг и протянула:
     – Ах, да, конечно ты не знаешь. – Массаж продолжился. – Я не родная дочь матери Алистраи. Она меня удочерила. Я очень благодарна за эту милость.
     – Ты… что с твоей настоящей семь?.. Ой!..
     Она точно знала, что удочерение из другого дома невозможно пока с ним что-то не случится – и Греянна тут же неловко запнулась.
     – Бросила, – равнодушно ответила Мелларика.
     – Брос… Что?
     – Да. Ты думаешь, я поступила дурно?
     – Я… не знаю.
     Греянна отвернулась в сторону. Слова Мелларики неожиданно приобрели странный оттенок.
     – Ты… не любила свою семью? Ты сказала, что разозлилась бы…
     – За то, что меня заставляли служить? – уточнила Мелларика. – Да. Впрочем, как видишь, я не против услужить моим новым сёстрам.
     На её лице вдруг повило мечтательное выражение. Греянна сдавленно охнула, когда руки Мелларики вдруг неожиданно жадно прошлись по её груди.
     – Меня, наконец, будут обучать, – отвлечённо протянула та. – Я ученица сестры Шалшари. Ты наверно ещё не знаешь?
     – Неет… – протянула Греянна. – Но я, кажется… не удивлена.
     Мелларика снова мелодично рассмеялась.
     – Знаешь, я ненавидела своих прежних сестёр.
     Греянна резко напряглась. Руки Мелларики медленно остановилась на животе, хрупкая девушка смотрела ей прямо в глаза, почти холодным взглядом.
     – За что? – неловко выдавила Греянна.
     – За всё. Я ненавидела, потому что так они хотели, – равнодушно сообщила младшая дочь. – Потому что это должно стимулировать мои амбиции. Это даже сработало. На время. И теперь я здесь.
     Холод из тёмных глаз пропал. Мелларика провела рукой по щеке Греянны, оставляя влажный ароматный след.
     – Ты этого боишься, сестра? – шепнула она. – Ненависти?
     Греянна доверчиво положила руку на ладонь сестры.
     – Нет, – качнула она головой. – Но мне очень жаль, что так вышло. Я уверена, что здесь всё будет лучше.
     Мелларика мягко, в резком контрасте с тем холодным взглядом, улыбнулась, убирая свою руку.
     – Тёмная Мать возненавидела бы тебя в таком виде… – сообщила она игриво.
     – Тёмная Мать? – Греянна удивлённо свела брови. – Кто это?
     Мелларика с удивлением на лице недоверчиво хмыкнула.
     – Ты даже этого не помнишь? Но ты же была… Хм… Может потому колдун… чтобы тебя…
     Греянна приподнялась на локтях, удивлённая бормотанием сестры. Глаза Мелларики вдруг потемнели и… с коротким визгом, Греянна шлёпнулась на ложе – локоть резко поехал в мыле.
     – Осторожно!
     Младшая дочь со смешком придержала сестре голову:
     – Не ушиблась? Думаю, мы закончили, я принесу воды, чтобы ты обмылась…
     Подойдя к шкафам, Мелларика вынула широкий кувшин. Проходя обратно мимо Греянны, она плотоядно улыбнулась:
     – Конечно, если ты хочешь ещё…
     – Нет, хватит!
     Греянна жарко вспыхнула под мелодичный смех сестры. Но смущение лишь усилилось – вернувшись с водой, Мелларика опустилась на колени и по очереди осторожно обмыла ей ноги, мягко придерживая за лодыжку. Греянна горела.
     – Знаешь, если ты хочешь поговорить о своём прошлом, то куда лучше будет обратиться к…
     Мелларика запнулась на полуслове. Затем поднялась, подхватив кувшин обеими руками. Греянна удивлённо посмотрела на неё.
     Без единого слова Мелларика с каменным лицом подняла кувшин и вывернула сестре на голову. Испуганный вскрик потонул в весёлом смехе.
     – Она здесь, – сказала младшая.
     – Что?.. – Греянна отбросила с лица мокрые волосы. – Кто здесь?..
     Дверь купальни распахнулась, и в волнах пара показалось три силуэта. Один высокий и два низких.
     – Кто здесь?
     Незнакомый женский голос имел властные нотки, схожие с голосом матери Алистраи. Греянна поспешно встала с ложа, невольно прикрывая грудь рукой, в машинальной и неубедительной имитации защиты.
     – Здравствуй, сестра Ирае, – прозвенела Мелларика. – И это… Ах, это наши малышки!
     Из завесы пара вышла стройная длинноволосая тёмная эльфийка с янтарными, как у Старшей матери глазами. Её сопровождали две девочки, державшие в руках свёртки ткани. Греянне на миг показалось, что они прислуга Ирае – она знала, что это Третья дочь, её старшая сестра.
     – Греянна, – протянула дроу. – Верно, мне говорили…
     – Здравствуй, сестра… – неловко выдавила та.
     – Прости, что я не навестила тебя раньше, – заметила Ирае. – В мои обязанности входит следить за этими двумя. – Она указала на потупившихся девочек. – И это сложнее чем выглядит. Наши младшие принцессы – Мидорае и Квейлан.
     За спиной Греянны раздался плеск. Мелларика ловко соскочила в воду и теперь фривольно плескалась в бассейне. Ирае посмотрела на Шестую дочь, на её лице появилось неопределённое выражение.
     – Ты привела детей в качестве награды? – поинтересовалась Мелларика из тумана.
     – Нет. Просто хочу, чтобы они привели себя в порядок. Стоило мне оставить их всего на неделю, они запустились, будто орки в ямах…
     Со стороны девочек раздалось униженное урчание.
     – Мы мылись…
     – Плескаться над лоханкой в комнате не омовение для благородной дочери, – свирепо процедила Ирае.
     Она метнула на детей суровый взгляд через плечо – те испуганно вытянулись, закрывшись одеждой.
     – Раздевайтесь и воду, живо.
     – Да, сестра!
     Девочки подскочили к шкафам и нервно закопошились. Сама Ирае спокойно сбросила платье и, без всякой реакции на смущённо опущенный взгляд Греянны, вошла в воду.
     – Греянна, иди к нам, – позвала Мелларика и хулигански хихикнула: – Тебе стоит смыть с себя остатки мыла!
     Четвёртая дочь неожиданно ощутила волну сердитости.
     – Может если бы ты смыла меня аккуратней, мне не пришлось бы делать всё самой!
     Оказавшись в воде, Греянна совершенно инстинктивно толкнулась ногами, отправляя себя сквозь тёплый поток. Ничуть не смущённая упрёком, Мелларика издала мелодичный смех и нырнула на миг, показав над водой стройные ноги. Ирае, грациозно орошая себя горстями, внимательно наблюдала за младшими сёстрами.
     – Ты прислуживала Греянне? – подозрительно спросила она.
     – Да. – Мелларика игриво крутнулась. – Что-то не так, сестра?
     – Это тебе решать, – ответила Ирае. – Ты разве не принимала ванну сегодня?
     – Меня ждёт долгая тренировка. Я подумала, что неплохо будет освежиться пораньше…
     – Ах да, ваши тренировки…
     Ирае поморщилась и недовольно двинула бровью в ответ на изучающий взгляд Мелларики.
     – Что-то не так? – невинно спросила та.
     – Только то, что мой балкон прямо под комнатой Шалшари, – мрачно сообщила Ирае. – И ваши… тренировки мне уже довольно надоели.
     – …сама положи!
     – Ты первая их бросила!
     Благородные дочери обернулись к шкафам. Там девочки, сбросив платья, не могли поделить место в одной ячейке и теперь стояли нос к носу, готовые к бою.
     – Не припомню, чтобы я позволяла вам тратить время, – сурово сообщила Ирае.
     – Но она…
     – Она сама начала!
     Дети прогрузились в свирепый поединок зловещего урчания, готовые вцепиться друг дружке в волосы.
     – Прекратите!
     Благородные дочери и младшие принцессы удивлённо посмотрели на Греянну. Та приподнялась и села на бортик бассейна.
     – Не вздумайте сориться, вы же сестры!
     Большие цветные глаза испуганно уставились на сердито нависающую над ними Греянну.
     – Ну, и что такое?
     – Квейлан пытается!..
     – Она сама виновата, я!..
     – Нет, ты!..
     – А ты вчера!..
     Ирае с раздражённым лицом поднялась в воде чтобы…
     – Цыц!
     Греянна щёлкнула пальцами остренькие носы, заставив девочек очаровательно ойкнуть хором.
     – Я буду решать. А теперь снимайте одежду и лезьте в воду. Ну же…
     Под контролем старшей сестры младшие принцессы смирно начали складывать одежду в шкаф. Ирае задумчиво хмыкнула.
     – Ты не станешь спорить, сестра?
     Мелларика, бесшумно подплыв на спине, почти касалась Ирае своими распущенными по воде волосами. Та покосилась на сестру.
     – Вижу, твоя инициация прошла глаже некуда, Мелларика.
     – Хоммм…
     Кувыркнувшись в воде, младшая сестра выровнялась, и встала перед третьей дочерью.
     – Я стараюсь изо всех сил… – промурчала Мелларика.
     – Уж в этом я не сомневаюсь, – буркнула Ирае. – Как на счёт твоего настоящего обучения? Раз ты… посвящена, для тебя не секрет к чему всё идёт…
     Мелларика выжидающе посмотрела на Ирае. Та выдержала взгляд без труда. Наконец, глаза Мелларики мелькнули чёрным.
     – Сегодня была моя первая тренировка с оружием.
     Ирае поражённо хмыкнула и, отвернувшись, легла на спину.
     – Шалшари снова взяла в руки меч? Ради тебя. Клянусь Тьмой, вы и вправду готовитесь всерьёз. Это хорошо. Шалшари посвятила тебя в твоё место в семье?
     Старшая дочь двинула руками, отправляя себя по воде. Мелларика бесшумно скользнула за ней следом.
     – Конечно, сестра. Обещаю, я не подведу. Но что…
     Ирае резко встала. Мелларика притормозила рядом.
     – …с твоей магией, сестра? – промурлыкала младшая. – Моя наставница говорила мне, что случилось… Но ты ведь смогла её вернуть. Правда?
     Ирае смерила Мелларику коротким взглядом. Потом резко подалась вперёд, касаясь её губ пальцем. Тихий шёпот отдался вокруг них странным эхом.
     Мелларика чуть склонила голову, глядя на сестру антрацитово-чёрными глазами Ирае недовольно хмыкнула.
     – Не сработало…
     – Я уже умею отражать магию, – протянула Мелларика. – Шалшари говорит, что у меня талант.
     – Да-да, это я поняла, – отмахнулась Ирае. – Но я всё ещё разочарована. Не желаю, чтобы мои заклятья были такими слабыми…
     Мелларика мелодично рассмеялась, улыбаясь без капли подвоха.
     – Я не хочу, чтобы ты применяла что-то сильнее! Мне просто повезло.
     Ирае взяла сестру за подбородок и мягко её потрепала:
     – Уж я надеюсь. Мне хочется верить, что смогу рано или поздно запечатать твой трепливый ротик. И твоей наглой наставницы, раз на то пошло…
     Мелларика мелодично хихикнула и сделала круг вокруг третьей дочреи.
     – Знаешь, сестра, я была бы так счастлива, если бы присоседилась к нам хоть ра…
     С фальшивым испуганным писком она нырнула под воду, уворачиваясь от захвата Ирае – между пальцами старшей мелькнули голубоватые разряды. Вынырнула Мелларика только на дальней стороне бассейна, подняв волну брызг и вызвав испуганный вопль у младших принцесс, которые только вошли в воду. Гибким движением девушка взлетела на камень из воды.
     – Хватит на сегодня, – радостно заявила она, подхватывая с пола почти невидимое полупрозрачное платье. – Позови меня снова, сестра Греянна!
     Та смущённо улыбнулась.
     – Я подумаю…
     – Или я тебя сама поймаю.
     На ходу Мелларика ловко вскочила в платье, заставляя щёки Греянны вспыхнуть – платье не столько скрывало стройное тело, сколько подчёркивало все, что должно было бы скрыть.
     – Поверить не могу, что у нас их теперь две…
     Греянна обернулась к подошедшей сзади Ирае.
     – Они… очень похожи, да? – протянула Греянна. – Она и сестра Шалшари?
     За их спиной раздалось хлюпанье. Девочки отчаянно упирались, не желая идти мыться, – но оказавшись в бассейне, немедленно всё позабыли, охотно взявшись играться с водой.
     – Это так странно, Мелларика сказала, что она не родная дочь…
     – Их схожесть в другом, разумеется, – ровно заметила Ирае. – Ты наверняка уже видела как…
     Она запнулась. Затем взяла Греянну под руку, отводя сестру подальше.
     – Я знаю, что хотела бы узнать больше о своей прошлой жизни, Греянна, – начала Ирае, – но я советую тебе не спешить.
     – Но ведь я!.. – несчастно подалась вперёд Греянна.
     Пустота в разуме её убивала.
     – Ты не знаешь, – перебила Ирае, – но старшая мать отдала приказ не… скажем так, не тревожить тебя слишком сильно. Я могла бы подробно изложить, как и почему случилось то, что случилось, сестра. Я даже знаю кое-что, что поставит меня в неловкое положение перед матерью. И меня это не волнует.
     Она легко коснулась щеки Греянны.:
     – Но я поддерживаю её решение не тревожить твой разум. Прошу, доверься нам.
     Греянна несчастно кивнула, понурив голову:
     – Ладно…
     Ирае помедлила, затем коротко усмехнулась.
     – Надо же. Благородная дочь доверится кому-то просто по просьбе. Тёмная Мать будет в ярости…
     – Эм… Мелларика тоже упоминала эту Тёмную Мать, – протянула Греянна. – Кто это? Какая-то правительница? Я совершенно…
     – Ясно, – прервала Ирае. – Что ж, тебе стоит узнать основы. Возможно, даже придётся устроить урок вместе с моими…
     Их прервало появление нового посетителя. Дверь открылась, и из тумана, слегка позвякивая полным обмундированием, явилась невысокая девушка в броне и при оружии. Греянна испуганно спряталась за удивлённо вставшую из воды Ирае.
     – Брия? – поразилась та. – Что ты?.. С чего ты явилась в купальню как на войну?
     – Ирае? – Удивление Брии не уступало сёстрам. – Но ты же была… И эти тоже здесь?
     – Брия…
     Греянна вышла из-за сестры, оглянувшись на девочек. Те припали к бортику, во все глаза таращась на девушку в кольчуге с неприкрытым обожанием.
     – Я… только что вернулась с патруля, – с неловкостью признала гостья. – Хотела просто расслабиться…
     – И тебе лень сходить в оружейную? – Ирае выразительно двинула бровью. – Клянусь Семью адами, сестрица, ты стала совсем как Вьерна! Слуги вечно выгребают её железки из всех щелей…
     – Да нет, я просто!.. – Брия отчаянно загорелась даже в тепле зала. – Я просто… вернусь позже…
     Девушка развернулась, явно планируя сбежать.
     – Девочки, – Ирае даже не взглянула на воспитанниц, – помогите сестре раздеться.
     Малышки вскочили из воды как две чёрные рыбки и немедленно вцепились ойкнувшей Брие в пояс.
     – Что?.. Пустите, я ухожу!
     – Но сестра Ирае сказала, что тебе нужно помочь, – пропыхтела Квейлан, цепляясь за жертву. – Я сниму твой пояс…
     – Ух ты, боевые клинки!.. – Мидорае жадно рассматривала уже отвязанные ножны.
     – Эй, не трогай, ты пореж… Ирае! Отзови этих прилипал!
     Третья дочь в ответ издала короткий смешок и обратилась к Греянне:
     – Хоть их наставница я, они совершенно обожают только Брию. Может, потому что она так безнадёжно мягка с ними…
     – Ираеее!
     Брия отчаянно пыталась удержать на себе кольчугу, отчаянно отталкивая детей, но те упрямо цеплялись за все края, постепенно задирая её броню. Рост Брии им помогал.
     – Ты же пришла освежиться, сестра, – невозмутимо сообщила Ирае. – Прекрати быть ребёнком сама, и живо в воду. Не заставляй меня гнать тебя шлепками.
     Брия загорелась ещё сильнее.
     – Ах ты!.. Ну и ладно, я и так хотела… Квейлан! Не трогай оружие!..
     Наблюдая за вознёй вокруг их младшей сестры Греянна невольно заулыбалась, а потом и захихикала. Было совершенно очевидно, что именно так она сама выглядела со стороны, испуганно сжимаясь от любого смущения.
     – Греянна.
     Ирае мягко взяла её за плечо.
     – Если тебя что-то будет беспокоить, я хочу чтобы ты пришла ко мне, – серьёзно сказала сестра. – Это будет лучше для нас обеих.
     – Я… не совсем понимаю, – признала Греянна. – Но я так и сделаю. Спасибо, сестра.
     – Хорошо. Теперь. Ты хочешь помочь нам помыть Брию?
     – Да не пихайте вы меня, я… я сама могу спуститься в водууУООаай!!..
     Запутавшись в двух малышках Брия, всё ещё в нижней рубашке, кувырком отправилась в бассейн, подняв фонтан брызг. Греянна радостно рассмеялась и двинулась к сёстрам.
     – Очень хочу! Девочки, поднимите её…
* * *
     Ослепительная вспышка разорвала темноту над пустошами. Ящеры каравана, и так тревожно храпевшие из-за нервных окриков погонщиков, окончательно перепугались, и испуганно рванули вперёд, по дороге сбив с ног пару замешкавшихся охранников.
     – Нападение!
     Хриплый вопль на орочем наречии разнёсся вокруг, лишь на миг опередив массивные тени атакующих.
     С противным клёкотом боевые пауки врезались в неровный строй защитников. Орки пытались перестроиться направо, в направлении атаки, но бегство ящеров смешало их ряды. Всадники дроу, хоть и ослеплённые на пару секунд резким светом, немедленно воспользовались парой слабых мест в обороне.
     О жутких всадниках дома Фьен’нетал в Кворвате ходили неприятные истории. Злобные арахниды, служившие им скакунами, были не самыми крепкими, но чрезвычайно смертоносными тварями.
     Фланги неровного строя немедленно смяли. Десяток бойцов просто подмяли под себя пауки, даже когда их всадники подслеповато щурились от удара осветительной магии. Центр едва успел выставить копья перед собой, чтобы синхронными ударами отогнать наседающих тварей.
     Свет принёс незначительное преимущество, и часто этого было достаточно, чтобы изменить исход битвы. Но не в этот раз. Одного из излишне жадных до крови дроу удалось достать в корпус, но ощутив слабость всадника, обученный паук немедленно отошёл в сторону, стремительно скрывшись в темноте. Защитники попытались закрыть прореху, но дроу легко врезались в брешь, без промаха поражая легко защищённых воинов-рабов в уязвимые места.
     Несколько дроу метнули небольшие предметы. Ударившись о щиты, те взорвались мутной взвесью. В криках агонии полдесятка орков покатились по земле, врезаясь в товарищей и оставляя на камне кровавые следы.
     Раненые быстро замедлялись, некоторые сгибались и падали на колени, не в силах стоять на ногах. Разумеется, клинки дроу были отравлены.
     Паучьи всадники не пытались держать строй. Они не пытались даже сражаться с каким-то планом. Они просто жаждали прикончить уродливых дикарей поскорее, чтобы удовлетворить жажду крови и показать силу своей хозяйки.
     Их было всего девять против трёх десятков орков. И они побеждали. При каждом броске паука один из орков падал, а сражающихся изо всех сил рабам удалось лишь легко ранить пару тёмных эльфов. Дроу были попросту лучше. Сильнее, быстрее и совершенней в бою.
     Неожиданно над головами защитников пронёсся короткий гул. Приподнявшегося для смертельного удара дроу вдруг сорвало с паука – с коротким вскриком он улетел в темноту. Позади строя раздались предупреждающие крики – их обошли с тыла! Командир коротко оглянулся назад, но к его удивлению противников там не было. Только широкоплечая фигура резко взмыла в воздух над строем, затем командир ощутил как его ударило в макушку что-то тяжёлое, но на ногах он удержался.
     Впереди раздался влажный хруст и предсмертный визг боевого арахнида. Посмотрев вперёд, орк увидел, что на пауке кто-то стоит. До него вдруг дошло, что неизвестный просто пробежался по их головам и всем весом обрушился на насекомое.
     Воин скатился с мёртвого паука. Новый немедленно подмял его под себя, злобно шипя. Неизвестный безвредно перекатился сквозь массу тонких ног и легко вскочил на спину позади всадника. В его движениях не было и капли грации стройных эльфов – взамен они были смертельно эффективны.
     Резким движением выбив клинок из руки дроу, будто игрушку у ребёнка, воин захватил эльфа за шею и сорвал его с паука, странным ломаным движением отбросив в сторону. Даже сквозь шум боя раздался громкий хруст, дроу упал тряпичной куклой. Неожиданный союзник немедленно с рёвом бросился на другого всадника, свалив с паука. Они прокатились кубарем, как пара мешков с клубнями, но на ноги поднялся только воин, ловко продолжая движение. Дроу остался лежать на камне.
     Лишившись трети бойцов и двух пауков всего за пару секунд, тёмные эльфы неожиданно ощутили панику.
     – Назад! В укрытие, рассып!..
     Голос резко прервался, когда в голову дроу врезался небольшой булыжник. Второй камень метко нашёл единственное мягкое место между жвал паука. Насекомое резко скакнуло назад, затравленно клокоча.
     Воин издевательски хохотнул, демонстративно жонглируя парой камней. Сбоку выросла массивная тень…
     – Сзади!
     Командир орков невольно подался вперёд, глядя как воина подминает туша паука, жвала нацелены ему в голову – тёмный эльф умело выбрал себе момент для атаки.
     Секунду спустя из-под паука раздался хриплый хохот. Лёжа не земле, воин держал монстра за жвала, легко отталкивая от себя.
     – Маловато… массы! Гх!
     Согнувшись, он поднял ноги и, уперев их в голову насекомого, мощно толкнул. Раздался влажный хруст, паук заверещал, панически метнувшись в сторону. Дроу в седле едва не вылетел, но удержался – и тут же ему в голову врезались ядовитые лезвия жвал. Неизвестный боец легко импровизировал.
     Удары пришлись в шлем, и эльфу удалось удрать в темноту, зло понукая паука магическим приказом – ослепшая от боли тварь не слушалась простых команд.
     Джей усмехнулся и обратился к всё ещё держащим строй оркам:
     – Я бы сказал, что паучья кавалерия это самое странное, что я видел, но в Запретной земле бывает и не такое. Гигантские осы, которые читают мысли и плюют кислотой? Вот это был ужас.
     До командира не сразу дошло, что незнакомец говорит на орочьем, лишь с лёгким акцентом.
     – Ты… ты белокожий из Дома Огня, – понял орк. – Зачем ты здесь? Хозяева не говорили, что Дом Огня будет на этом маршруте.
     – Расслабься, я просто мимо проходил, – отмахнулся Джей и досадливо фыркнул: – Меня… унесли тени. Эй, вы бойцы из клана Чёрной Скалы?
     Командир сделал жест опустить оружие. Без лишних понуканий воины немедленно разошлись, помогать раненым и собирать тела, один отряд отправится вдогонку за ящерами. Сам лидер отряда подвинулся к белокожему:
     – Ты знаешь о нашем клане?
     Джей демонстративно указал себе на щеку:
     – Видел вашу метку. Вы принадлежите дому Авармин? Всё племя?
     – Они хозяева нам, верно, – кивнул орк. – За нашу службу они делают нас сильнее.
     – Полагаю, это лучше, чем просто признать себя рабами, – буркнул мечник. – Ваш вождь не боится, что однажды вас просто продадут на мясо?
     Орк свирепо вскинулся:
     – В Чёрной Скале нет вождя! Старейшины ведут племя, воины служат дому дроу за их защиту!
     – Вот как. Ну, я вижу, что хозяйка относится к вам с деловым подходом. Серьёзно, ни один дом не станет обучать рабов дисциплине в бою. Да и эта тактика…
     Джей хмыкнул. Мало того, что Вьерна учила солдат Молув’итар осадной тактике и почти партизанской войне – теперь выводящий боевых рабов дом обучил орков тактике и дисциплине строевого боя. О которых дроу, кажется, слышали только краем уха. Не было ничего удивительного, что глубоко традиционные правящие дома нутром чуяли угрозу.
     – Вашей хозяйке стоит лучше вас экипировать, раз на вас нападают эти монстры, – заметил Джей. – Почему в караване нет длинноухих? Я бы сказал, что вы приманка, но в округе определённо нет солдат союзных домов.
     Путешественник посмотрел в сторону, где пара орков деловито обирала тело пробитого чёрным мечом дроу. Ощутив взгляд, те уставились на белокожего в ответ. Джей выразительно ткнул пальцем в оружие, потом поманил к себе.
     – Старый маршрут, – мрачно ответил орк. – Здесь было совершенно безопасно, хозяева оставляют солдат на другие караваны. Дом Фьен’нетал совсем рядом.
     Он ткнул в дохлых пауков. Джей не глядя принял меч у орка Чёрной скалы, озадаченно оглядываясь на темноту пустоши. На севере виднелись размытые цветные огни.
     – Ты имеешь в виду, что их резиденция рядом?
     – Да.
     Орк оглянулся на показавшихся поодаль бойцов. Те подавали сигнал, что ящеры в порядке.
     – Нам нужно отправляться. Мне нечего дать тебе за твою помощь белокожий, но я скажу хозяйке, что ты защитил её вещи.
     – Как двусмысленно… – протянул Джей. – Ладно, удачи в дороге, вояки. Так, что ж она говорила о «живой клетке»?.. Лес?.. Ненавижу метафоры…
     Бормоча под нос, Джей двинулся в темноту.
     – Постой, – окликнул командир. – Ты хочешь идти к их дому? Их паучьи всадники всё ещё там. Если элитные воины вышли из дома, они готовы к войне, а значит, будут патрулировать границу. Эти воины сами как их пауки, ждут в засаде чаще, чем нападают прямо!
     Мечник с коротким смешком отмахнулся рукой и вскоре исчез в темноте.
     К северу от дороги, по которой вели свой караван рабы дома Авармин, лежали владения Пятого правящего дома Кворвата. В миле от западной стены грота возвышались три башни, созданные из массивных колонн. Башни покрывал орнамент из голубых, белых и пурпурных огней – свой цвет каждую. Белые огни означали покои женщин, в пурпурной жили мужчины. Голубая башня служила для отдыха и приёма гостей. Здания соединяли невесомые мосты из полупрозрачного хрусталя, пропитанные укрепляющей магией.
     Сияющий замок окружал великолепный лес из подземных грибов. Тусклое свечение овалом украшало несколько квадратных миль вокруг резиденции, доходя до самой стены. Различные породы сияли разными цветами, шляпки рисовали светом замысловатый цветной орнамент, насладиться красотой которого можно было лишь при взгляде с высоты – например, с верхних этажей крепости. Это был самый красивый сад в городе, по праву принадлежавший хозяйкам лучших рощ и тайных ферм с растениями поверхности.
     Сад же и охранял это право, давая помимо обильных урожаев поставки первосортных ядов из грибов и лишайников. Сад был также строгой границей – каждый десятый гриб покрывали незаметные мембраны паразитического лишайника. Такие, достигая зрелости, звонко лопались при приближении живых существ и выпускали облако пожирающих плоть спор, которые обращались в новое поколение паразитов.
     Без точного знания, как пройти к резиденции, прекрасная роща становилась смертельной ловушкой, а громкий звон служил оповещением для охраны дома.
     Разумеется, все элитные воины дома прекрасно знали расположение всех заражённых зон. Несчастные случаи бывали лишь иногда – порой один из командиров «забывал» сообщить новому, излишне амбициозному или наглому солдату точные границы зоны.
     Сейчас, однако, ведущего всадников больше интересовало, как оправдать провал его налёта. Отряд собрался на границе леса, в ожидании отставших после разделения бойцов. Пауки, остыв после боя, стали слушаться без применения магии и без труда замерли в засаде, обратившись в статуи. Затаившиеся в неровностях рельефа солдаты нервно поглядывали на командира, не рискуя обмениваться мнениями вслух. Пульсирующая боль на правой стороне лица сообщала ведущему, что они осторожничают правильно – ему не терпелось сорваться на ком-нибудь. Всё что его сдерживало, это тоскливые мысли, что положению оно не поможет…
     Лёгкое движение в темноте заставило отряд замереть в засаде. Командир коснулся магической броши на плаще и в стороне от него раздался призрачный голос:
     – Хозяин или раб?
     – Раб не смеет нарушать покой светлой рощи в час войны и смерти.
     Пароль был правильный. Не дожидаясь сигнала, ближайший солдат показался из укрытия, давая понять, что засада снята. К ним приблизился один из отряда.
     – Почему так долго? – прошипел ведущий, покидая укрытие.
     – Этот ублюдок… – солдат колебался между злобой и шоком, – он вырвал моему пауку жвала! Руками, прокляни его Мать!
     Раздался короткий поражённый гомон. Даже неопытные солдаты Фьен’нетал побаивались массивных монстров, хоть некоторым возможно когда-нибудь позволили бы оседлать такого. Животная дикость способности атаковать подобное существо голыми руками приводила дроу в замешательство.
     – Наверно, один из тех белокожих… – сдавленно выдавил кто-то.
     – Закрой рот! – немедленно рявкнул ведущий.
     Его нервная реакция не спасла от удара по морали – над засадой повисла недобрая тень. Весь город знал, что происходит между Домом Огня и советом. И весь города так же знал, что белокожий перебил на Арене чемпионов всех Правящих домов. И ушёл. Нетронутый гневом самой богини!
     Никто не верил всерьёз в сказки о том, какие ужасы творятся на поверхности. Жрицы всегда твердили одно – народы поверхности слабы, все там просто потенциальные рабы и корм для червей.
     Теперь же белокожие медленно ввергали целый город тёмных эльфов в хаос. Дроу любили хаос. Он нёс возможности, давал шанс возвыситься. Те, кто выныривал из хаоса живым, получали благословение Тёмной Матери.
     Но теперь хаос был незнакомый и пугающий. Хаос страха.
     Шорох шагов заставил отряд немедленно замереть в засаде. Командир активировал брошь:
     – Хозяин или раб?
     В ответ раздался характерный звук резкой разбежки.
     И не успели воины дроу вскинуть арбалеты, как из темноты вырвался силуэт широкоплечего гуманоида. Мощным прыжком он оказался на ближайшем пауке, пригнувшимся за камнем. Раздался влажный хруст и короткий вскрик.
     – Ну вы ж не думали…
     – Убить его!!
     Стрелы прошили воздух, но мечника там уже не было. С разбегу Джей нырнул под другого паука – и, к вящему ужасу всадника, с напряжённым выдохом резко поднял его над головой!
     – …что я запомню этот ваш бред!
     Дроу вскрикнул, паук издал тонкий клёкот – и оба кувырком отправились в их ближайшего товарища.
     Три ножа метко вошли в грудь открывшегося воина. Пара пауков немедленно рванулась на него с двух сторон, но тот просто подскочил вверх, пропуская головы насекомых под собой. Пауки стукнулись плоскими головами – тут же в них печатались тяжёлые ботинки, под звук зло смешка.
     Командир поспешно поднялся на ближайший сталагмит, заряжая самострел. Воины схватились с белокожим на мечах. Играючи отразив пару ловких атак, Джей в рывке схватил одного дроу за лицо и выдернул из седла. Взмах меча в падении отнял у другого паука три ноги, заставив неловко забиться на земле. Всадник выпал из седла – и в его шею немедленно впечаталась стальная подошва.
     Ведущий прицелился в белокожего и… тот резко выбросил к нему руку. Паук под капитаном с клёкотом дёрнул ногами и, неловко соскользнув со сталагмита, отправился вниз.
     Последний уцелевший развернулся, чтобы бежать, но его паук немедленно сотряс пинок под зад воистину чудовищной силы. Арахнид с писком кувыркнулся вверх ногами – удар о землю с хрустом лишил всадника жизни.
     Ведущий, едва отметив потерю последнего бойца, отчаянно цепляясь руками за камни, вытягивал себя из-под своего бьющегося в конвульсиях паука. Шаги рядом заставили его на слух отмахнуться мечом. Клинок рассёк воздух в волосе от ноги Джея, ответный удар погрузил лезвие в лицо дроу.
     – Итак…
     Джей коротко размахнулся и метнул небольшой камень в пытающегося ускользнуть солдата – того, что он вырвал из седла в начале боя. Вскрикнув, дроу с размаху врезался в землю. Последний паук с затравленным шипением сдал задом в темноту под суровым взглядом Джея.
     Тёмный эльф со стоном перевернулся на спину… и в ужасе замер, увидев над собой белокожего.
     – Пообщаемся?
     – Я… я ничего тебе не скажу ублюдочный черьВааа!!..
     Затравленный крик затих, дроу скосил глаза на чёрный меч у его головы – клинок погрузился в камень на добрых два пальца.
     – Что, вас самодовольных ублюдков не учат, как сопротивляться пыткам? – едко спросил Джей. – Или страх перед хозяйкой должен всё перекрыть, в идеале? Ладно, не важно. Видишь ли, я сам не знаю, зачем я здесь. Хммм…
     Джей оценивающе посмотрел на дроу, опираясь на рукоять меча.
     – Эй, чернозадый. Тебе что-нибудь говорит «живая клетка»? «Тьма под светом»?
     Тёмный эльф потряс головой, нервно поглядывая на шевелящийся в волосе от его глаза клинок.
     – Ладно… А что-нибудь странное в этом месте есть? Она кажется ткнула куда-то сюда… Что-нибудь… – Джей подвигал пальцами свободной руки, – эдакое. Странное. Необычное. В роще, может…
     Он оглянулся на грибы, таинственно сияющие в темноте.
     – Я не знаю… может это… ааагх!
     Рука дроу застыла, чуть касаясь рукоятки кинжала – но чёрное лезвие уже врезалось ему в висок.
     – Ладно. Жить ты не хочешь…
     – Нет!.. Я не… Я знаю!
     Джей скептически посмотрел на жертву.
     – Н-да? Какое совпадение…
     Лезвие нажало на череп эльфа сильнее, пуская струйку крови.
     – Есть пещеры! Вроде! Говорят, там никого не было уже лет сто! Только старшая мать и… кажется её тётка? Её убили лет десять назад… та-ам странное место, оно окружено спорами, и никогда не тронутое, но туда проходят иногда, я слышал, там иногда бывают чьи-то следы!
     – Гм. И где оно?
     – У стены! У самой стены, прямо отсюда, а вокруг прудов, через мост! Там ловушки, ловушки видно по тёмным пятнам на стволе, под особым углом если смотреть!..
     Тяжело дыша, дроу вжался в землю под клинком Джея. Мечник задумчиво смерил его взглядом.
     – Ну, ты определённо сказал, что знаешь. Пора тебе умереть.
     Джей размахнулся мечом, направив острие в глаз дроу. С коротким вскриком тёмный эльф…
     Зажмурившись, дрожал на земле. Джей издеватели хохотнул.
     – Шутка! А теперь пшёл отсюда, мясо!
     Без лишней нежности мечник пнул эльфа в бок, заставив перекатиться, судорожно корчась от боли.
     – И скажи хозяйке, пусть пришлёт ещё паучков – если хочет увидеть их на вертеле!
     Когда солдат, не веря, что всё ещё жив, смог разогнутся и встать на ноги, белокожий уже скрылся в грибной роще.
     Поиски пещеры заняли некоторое время.
     Лишайники росли красивыми узорами и мягко светились красноватым оттенком. Пушистые нити свисали со шляпок, украшенные как инеем хрупкими спорами. Воздушные хрустальные подвески цветущего лишайника блестели крупными каплями ядовитой влаги. В роще головокружительно воняло падалью и тленом. Иногда от земли шёл жар.
     Джей обнаружил пруды и перешёл мост. Затем ещё раз, благополучно заблудившись в покрытых пушистым мхом однообразных полянах.
     – Хм… Заблудился.
     Мечник коротко вздохнул, сбрасывая клинок с плеча.
     – Итак. Если в сомнении…
     Джей размахнулся, вскидывая меч над плечом в мощной стойке…
     Дочери дома в дымчатых платьях расслабленно лежали на покрытых чёрным шёлком ложах. Совершенно нагие мужчины – молодые солдаты, нелепо податливые для соблазнения – не поднимая глаз тщательно облизывали тонкие пальцы на изящных ножках своих хозяек. Из окна открывался вид на шикарные сады Правящего дома Фьен’нетал…
     Оглушительный звон лопающихся мембран разнёс интимную атмосферу в дребезги, заставив всех участников подпрыгнуть в испуге.
     Меньше чем минуту спустя из врат дома вырвался отряд паучьих всадников. Обнаружить место атаки удалось без труда – что-то врубилось в плотные заросли дальней рощи. И в этом месте практически все было укутано паразитическим лишайником, так что теперь поляна превратилась в зону быстрой и мучительной смерти.
     – Что за нахер?.. – протянул ведущий. – Какая-то магия?
     – Какого хрена они просто взорвали грибы? – поразился один солдат. – Прикажешь обыскать территорию?
     – Разумеется. Двигайтесь.
     Солдаты повиновались, только один задержался:
     – Вдруг они внутри?
     – Ну тогда мы найдём их кости, – усмехнулся ведущий. – Ты знаешь, что бывает с теми, кто попадает в облако!
     В сотне шагов от патруля, на другой стороне облака споровой смерти вывалился Джей, отчаянно кашляя и отхаркиваясь.
     – О бохи… Кхахаах!.. Оно у меня… Гхак!.. в волосах…
     Прорвавшись сквозь экзотическую защиту, Джей оказался почти у стены – тусклое сияние базальта медленно загибалось вверх, исчезая во тьме под невидимым сводом.
     Плотность грибов в этих рощах была меньше, мох и лишайники росли совсем редко. Здесь их плохо удобряли – падалью почти не воняло. Где-то журчал ручей.
     – Наконец-то. Итак, где же пещера? Хм, откуда они вообще знают, что там пещера, если…
     Под ногами что-то хрустнуло.
     – Вот гадство.
     Застыв с мечом на плече, Джей свечой провалился сквозь мягкие объятия мха, и рухнул с высоты в пять-шесть шагов на камень. Поднявшись, мечник отряхнулся, отмахиваясь от пыли.
     – Ладно. Пещеры найдены. Я сегодня на коне…
     Он стоял в довольно ровном округлом проходе, будто проделанным каким-то червём или вроде того. Но уже секунду спустя Джей понял, что догадка была не совсем верна.
     – Так-так, что тут у нас… – Он медленно крутнул меч в руке. – Местные?
     В тусклом свете темновидения это было почти неразличимо. Но стоило присмотреться, как стены и пол казались не такими уж и ровными. На самом деле их покрывала ребристая поверхность.
     Созданная сотнями округлых тел и тонких ног.
     Тоннель покрывали пауки. Сверху донизу, всех размеров, от мелюзги и до величины с голову быка. Джей осмотрелся вокруг. Затем отпустил оружие.
     – Ты можешь не бояться, если в этом дело. Я пришёл с миром. Наверное.
     Белокожий выжидающе заглянул в проход впереди. Там из-за поворота показалась худощавая светлая фигурка.
     – Кто… ты такой? Ты не дроу.
     Мелодичный глубокий голос выдавал эльфийку средних лет.
     – Зачем ты здесь? Ко мне никто не приходит, кроме сестры. Сестра тебя послала? Она никогда никого не посылает…
     Женщина подошла ближе, позволяя себя рассмотреть. Это была дроу, стройная, как и полагается её роду, но по сравнению с лощёными благородными дамами довольно тощая. На узком вытянутом лице выдавались высокие скулы, а глаза были раскосыми даже для эльфийки, придавая её внешности несколько чужеродный ореол. Хрупкую, слегка болезненную даже фигурку прикрывало облегающее платье странного вида. Будто… из паутины.
     – Ты живёшь здесь? – спросил Джей.
     Дроу кивнула.
     – Да. Ты не скажешь, кто ты? Мои друзья говорят, что ты пришёл меня убить…
     – Что? Я даже не знал что ты здесь, – запротестовал Джей, но осёкся и качнул головой: – Ну… полагаю меня сюда прислали, в некотором роде, но… У тебя часом не было сейчас странных снов? Я имею в виду, сегодня?
     Женщина удивлённо захлопала ресницами. Затем мило улыбнулась:
     – Что ты такое говоришь? Ты странный.
     Она коротко хихикнула. Где-то в глубине раздалось короткое шуршание.
     – Неет, мы не будем его убивать, – недовольно протянула дроу. – Прекратите! Вы просто голодные, идите на охоту, не мешайте мне! У меня никогда не бывает гостей, мне всегда таак скучно!
     В голосе девушки появились капризные почти детские нотки. Покров пауков ответил слабым шевелением. Среди арахнидов произошла незаметная ротация, теперь их окружали в основном крупные.
     – Н-да… – протянул наёмник. – Меня зовут Джей.
     – Я Эллали, – радостно прозвенела дроу. – Если ты не знал что я здесь, зачем ты пришёл? – Она вдруг насупилась: – Ты пришёл убить моих друзей? Тогда тебе лучше уйти!
     – Только если они попытаются убить меня первыми. К слову, прикаж… нет, попроси их не карабкаться над моей головой. Если кто-то рухнет мне в волосы, я ни за что не отвечаю…
     Эльфийка невинно улыбнулась и подошла ближе, разглядывая гостя.
     – Ты заметил? Ты такой умелый, другие никогда их не замечают. По крайней мере, они мне так говорят, но они маленькие, и любят хвастаться.
     Она задрала голову и махнула руками:
     – Ну же кыш, кыш!
     Покров пауков на потолке тоннеля нехотя рассосался.
     – Слушай, ты не против выйти наружу? – спросил Джей. – Мне немного некомфортно стоять на толстом слое чьих-то останков…
     Он демонстративно подцепил носком сапога толстую серую кость. Эллали неожиданно оробела.
     – Нельзя… – пролепетала она. – Мне нельзя выходить наружу. Сестра будет злиться. Она выгонит меня. И я не знаю, что потом делать…
     – Сестра… Кто именно твоя сестра?
     – Иллиндае…
     – Это же… – Джей озадаченно задумался. – Кажется, это имя их старшей матери… Ты сестра Старшей матери Фьен’нетал?
     Эллали озадаченно склонила голову.
     – Нет-нет, Иллиндае не Старшая мать. Разве не наша мать Старшая мать в доме? Я никогда её не видела, потому я не знаю…
     Она оглянулась вокруг. Из темноты подбежал здоровенный паук. Похожей породы, на каких ездили всадники дома, но меньше. Ласково поглотив его щетину, девушка уселась на паука как на стул.
     – Меня не пускают наружу, – тоскливо сказала Эллали. – Мне нужно оставаться здесь. Они меня защищают, и сестра позволяет им жить в её саду. Иначе нас всех убьют. И съедят.
     – Я не думаю, что дроу едят пауков, – заметил Джей. – Они священны для богини. Впрочем, наверно, они просто не слишком мясистые…
     Дроу озадаченно подняла на него взгляд.
     – Но ты же не дроу. Кто ты такой? Ты белокожий, да?
     Джей раскинул руки:
     – Самый настоящий.
     – Я никогда не видела белокожих, – призналась Эллали. – Я думала, вы похожи на червей. Но ты такой сильный. Ты… – Она снова насупилась: – Ты убивал тех, кто служит сестре. Ты точно не будешь трогать маленьких?
     – Пауки, – понял Джей. – Ты имеешь в виду пауков… Эй, это была самооборона. Да. Ты знаешь, что скоро будет война? Бездна, да она уже началась.
     – Война? – поразилась Эллали. – С кем? На нас кто-то напал? Хм… Сестра забрала несколько сильных охотников недавно. Ты думаешь, их убьют?
     Несчастный взгляд смотрелся странно на лице тёмной эльфийки.
     – Я… не знаю, – выкрутился Джей. – Ты говоришь, сестра забирает пауков из вашего… что это, племя? Проклятье, я видел такое только в Запретных Землях…
     Глаза эльфийки загорелись интересом.
     – Что такое Запретные Земли? Ты… ты путешественник, да? Ты точно из других земель… ты же с поверхности? Она существует, да? Там живут пауки? Как они прячутся от солнца, они наверно…
     Джей поспешно вскинул руки, прерывая поток вопросов:
     – Постой-постой. Слушай, ты точно не хочешь выйти отсюда? Ты, кажется, не прочь узнать, как живут вне твоих пещер.
     Эльфийка заметно заколебалась. Затем вскочила с паука и стала расхаживать, похрустывая костями на полу. Паук преданно семенил рядом.
     – Я не… но мне нельзя… сестра говорила, что меня убьют… нас всех убьют!
     Она резко развернулась к Джею:
     – Нас убьют правда? Скажи, что это правда!
     Озадаченный такими приоритетами белокожий, осторожно взял Эллали за плечо. Она удивлённо посмотрела на его руку. Затем прелестно засияла худощавым личиком.
     – Я не знаю, что тебе рассказала сестра, – осторожно начал Джей, – но я думаю, она, возможно, хотела бы оставить тебя только для себя. Ваш народ славится своим эгоизмом, знаешь ли. Так что нет, тебя не убьют. Не обязательно. – Он покосился на шуршащий ковёр вокруг. – Особенно когда вокруг полно твоих… друзей.
     Эллали тревожно помяла тонкие ладони. Затем взглянула на гостя:
     – Правда?
     Джей отстранился.
     – Только один способ узнать. Ты можешь уйти, если захочешь.
     – Не… нет, – качнула головой дроу. – Я не могу. Я не такая дура как выгляжу, знаешь ли. Я всегда посылаю больших в пустоши вокруг сада. Они мне всякое рассказывают, про город, и про Пустоты. Я знаю, что там опасно, я не смогу заботиться о них сама…
     Эллали неожиданно понурилась и с неприкрытой беспомощностью обхватила себя руками.
     – Они так хорошо обо мне заботятся. Они приносят мне еду. Они сделали мне это платье… – Женщина раскинула руки: – Красивое, правда?
     – Очень милое…
     Теперь было очевидно, что платье действительно из паутины. И что его буквально сплели на Эллали.
     – Если сестра не даст мне место, где жить, я не смогу защитить их, – повторила дроу.
     Джей задумчиво нахмурился. Слова эльфийки из мира теней нельзя было просто игнорировать – Зит отправила его сюда не без причины.
     – Контролировать территорию! – вдруг понял он. – Верно… Эллали, твои друзья могут ведь выжить в пустошах? Они могут, не так ли? – Наёмник склонил голову: – Но твоя сестра держит их здесь, чтобы они давали больший приплод… для её отрядов.
     – Чтооо? – протянула дроу. – Ты говоришь прям как дедушка! Но он такой старый, он иногда говорит совсем странные вещ…
     Она вдруг осеклась и оглянулась назад. Там бегали пауки, явно привлекая внимание.
     – Что?.. Но откуда она вообще о нём знает? Дуралеи, он его просто съест и…
     Эллали озадаченно умолкла, прислушиваясь к неслышному наречию пауков. Потом повернулась к Джею:
     – Они говорят, что дедушка хочет уйти и жить в другом месте, – ошарашенно протянул она. – Но он же… такой старый! Он всегда жил здесь…
     – Ты не хочешь слушаться дедушку? – строго вопросил Джей.
     Эллали поникла как маленький ребёнок.
     – Нууу… я всегда хотела увидеть, что происходит в других местах… И без дедушки мы совсем растеряемся. Он всегда знает что делать, когда сестра злится, или когда еда на исходе… Хм?
     Она снова повернулась к паукам. Неожиданно те развернулись, и дружно покинули проход. Окружавший их до того едва слышный шорох медленно затих.
     – Дедушка хочет тебя увидеть, – сказала дроу. – Не бойся, я не думаю, что он собирается тебя есть. Хоть обычно съедает нарушителей.
     – Очаровательно…– кисло ответил мечник.
     – Идём, я покажу доро…
     Джей удержал женщину за руку.
     – Эмм… нет. Уж прости, но почему бы тебе не встретиться со мной, когда твой дедушка вылезет на пустошь.
     – Что? – поразилась Эллали. – Ты знаешь, что он уже начал рыть? Но как?..
     – Думаю, я знаю, кто твой дедушка, – мрачно сообщил Джей. – Иди, я вас найду…
     И на глазах у ошарашенной темной эльфийки белокожий, резко присев, одним прыжком взмыл на два своих роста и вцепился в край провала над головой.
     Полчаса спустя Джей подошёл к ступенчатому склону у неровной возвышенности в миле от сияющих садов. Прорваться сквозь патрули не составило труда – мечник просто обрушился на пару всадников как лавина, они не успели даже пикнуть, как и их твари. Всё что его волновало, это не расстроится ли милая хозяйка выводка.
     Раздался хрустящий шум. Земля начала размеренно вибрировать, затем вспучилась и провалилась внутрь.
     Из груды камней показались мощные жвала, рассыпая грубую породу как старый хлеб. Затем продолговатое тело, покрытое жёсткой щетиной, медленно выдвинулось вверх. Толстые сегментированные конечности зацепились и с хрустом вошли в землю выдвигая тушу древнего арахнида наружу.
     – Аргар шартук… ураг-ххаа…
     Волна ломаного звука поплыла в темноте. Джей, прислонившийся плечом к наросту неподалёку, усмехнулся.
     – А я уже видел одного из вас. Ты не единственный выживший, знаешь ли.
     Несмотря на обращение стоящего в стороне человека, существо его будто не заметило. Выбравшись наружу, оно застыло как статуя, подняв переднюю часть тела вверх. К скрытому милями породы небу.
     Древний панцирник, с восемью кривыми угловатыми лапами, поднимающими продолговатое, покрытое геометрической, заросшей окаменелостями бронёй тело, походил на странную, первобытную смесь жука с пауком. Словно был чем-то средним между этими двумя видами, не зная особой разницы.
     – Харажуу… шаргак…
     – Нет, не на этом континенте, ты прав. Вас разделили лавовые разломы? Но скажи лучше, чего ты вылез сейчас? Эта девчон…
     – Урхаа…
     – Чего? – Джей ошарашенно поднял брови. – Бедняжка. Ты ведь понимаешь, что я отправлю её в Дом Огня? Ну ты знаешь, к…
     – Шарахарнк.
     – Ну и отлично.
     Из провала в земле медленно разливалась тень – полчища пауков всех размеров выбегали из тоннеля. Джей с лёгкой опаской следил, как они заполняют площадку перед выходом. Наконец в тёмной волне хитина мелькнул белый мазок.
     – Ой, ты уже здесь!
     Эллали радостно подскочила к Джею, цапнув его за руку.
     – Я думала, ты не успеешь! Дедушка так быстро рыл, я никогда такого не видела!
     Она со смехом рванулась к туше монстра и ласково погладила мощную лапу. Перспектива вырваться из тоннелей под ядовитой рощей её дома явно кружила эльфийке голову не хуже крепкого вина.
     – Дедушка так устал… Что? А это не опасно? Ты же совсем на виду…
     Без всякого предупреждения древний монстр вдруг поджал под себя ноги и бухнулся на камни, породив ощутимое сотрясение. Эллали подошла к Джею глядя на «дедушку».
     – Он сказал, что будет спать… – протянула она. – Я попрошу, чтобы его охраняли.
     – Не волнуйся, его заряд скоро… – Наёмник осёкся и поправился: – Он скоро отдохнёт. Уверен, он просто закостенел от безделья в последние… сколько, пару тысячелетий? Ладно. Знаешь, есть одна женщина, с которой тебе стоит увидеться. Видишь ли, если ты ей поможешь, она согласится тебя защищать. И твоих друзей, конечно…
     Джей двинулся на юг, поманив Эллали за собой. Дроу с энтузиазмом запрыгала по камням как маленькая, полчище пауков немедленно окружило их почётным эскортом.
     – Правда? Она, правда, станет? Она не станет мне лгать, как сестра?
     – Конечно. Она, как говорят, всегда держит своё слово…
* * *
     В глубине Подножья трона скрывалось невысокое здание, как и всё вокруг, из блестящего базальта. Оно было круглым – а точнее, многогранным. Двенадцать граней создавали его стены.
     Это число установилось ещё много тысячелетий назад, когда стало ясно, что двенадцать групп вполне достаточно, чтобы контролировать весь город.
     Здание не имело видимых входов или окон, просто каменный короб. О секретных проходах, ведущих внутрь, знали лишь те, кто был достоин в него войти. Они прибыли в незаметных экипажах, и проходили в зал совета тайными путями – даже если весь город знал о собрании, традиция диктовала, что привлекать к себе внимание не следует. Тёмная Мать не желала поощрять излишнее самомнение, особенно в правящей верхушке.
     Двенадцать каменных тронов стояли вокруг двенадцатигранного стола. Двенадцать проходов темнели в тускло освещённом зале. Но только десять фигур показались из них сегодня.
     Старшие матери Правящих домов собрались на совет.
     – Возможно, теперь мы, наконец, можем признать, что нападение на порт было просто вопросом времени?
     Гулкий голос разорвал тишину, как только матери заняли места. Первой заговорила мать Дерурва Крендиал, хозяйка лучших налётчиков в Кворвате. Десяток младших домов заполнял рабами с востока огромные бараки в её владениях, в то время как её личные отряды приносили добычу из дальних земель Нижней Тьмы, а порой и с поверхности. Сегодня, однако, свирепую широкоплечую дроу с неприятным лицом заботило лишь одно – уничтожение сомнительного товара дома Авармин.
     – Нельзя просто разнести там всё в дребезги, старшая мать, – проворковала изящная красотка в изысканном, тяжёлом от вышивки платье. – Десятки домов и гильдий всё ещё ведут через него торговлю. Молув’итар не так влиятелен, как многие думают.
     Майлиэль, Первая дочь Лируа’садра, всегда заменяла свою уставшую от политики мать, охотно бросившись в эту политику с головой. Её позиция в данной войне, впрочем, повторяла мнение матери – заведующий всеми платными удовольствиями Кворвата дом не желал связываться с грязными делами. Они убивали на расстоянии, и не любили когда портили их вычурные изящные игры в высшем свете.
     – Достаточно влиятелен, чтобы пережить настоящую блокаду, – фыркнула сухощавая дроу в облегающем платье и с высокой причёской. – Я лично проследила чтобы они не получили ни одного клинка из моих мастерских, но тем не менее именно моё клеймо нашлось на мечах солдат, что ты поймала в пустошах, Мафае.
     Старшая мать Эльтан Зиннатриум очень болезненно относилась к тому, что никогда не сможет контролировать всё изготовление жар-камней в городе. Лишиться топлива для очагов было не менее опасно, чем лишиться воды. Монополию на подобные вещи не могла держать даже церковь – слишком опасно для города.
     Потому мать Зиннатриум сосредоточилась на альтернативе – драгоценные металлы и лучше оружейники. Тот факт, что Ларриа Росстару не только держала независимость её от поставок руды, но ещё и украла из-под её носа тщательно изводимый младший дом, приводило Эльтан в тихое бешенство.
     В ответ на пассаж матери Зиннатриум Старшая мать Мафае Иннива’шанра только сухо фыркнула и процедила:
     – Это выпад против меня лично?
     Раздался бархатный смешок:
     – Если бы она хотела тебя оскорбить, то заговорила бы о той статуе…
     Мафае злобно скрипнула зубами, пронзая хамку взглядом. Миниатюрная девушка в мягком платье, сотканном словно из чистого мифрила, невинно улыбнулась в ответ. Её лицо хранило детские черты, тело было хрупким, почти болезненным. И мало кто мог поверить, что это взрослая, хоть и молодая женщина.
     Старшая мать Квиларра Альвирин внезапно заняла место в совете совсем недавно, невесть как получив молчаливое одобрение церкви. Возможно, дело было в её феерическом таланте к созданию искуснейших несущих смерть механизмов, будь это самозарядный арбалет или огромный конструкт, способный проломить стену одним ударом.
     – Вы её убрали? – обратилась Квиларра к соседке слева. – Я слышала, что её не удалось даже взорвать…
     – Разумеется, убрали, – ответила невысокая дроу в строгой чёрной мантии, эффектно оттеняющей нежное сияние потока белых волос. – Никогда не думала, что придётся воевать с собственными чарами. Впрочем, мать Мафае тогда сама пожелала самую крепкую защиту…
     Первая дочь дома Айм’марис, Занна, всегда представляла в совете ушедшую от дел мать. Многие считали, что дом Айм’марис лишается силы. Другие умолкали, не желая навлекать гнева лучших магов в городе. В конце концов, в совете или нет, её мать была одним из немногих архимагов Кворвата, и даже не покидая покоев легко пресекала интриги своих многочисленных детей.
     – Достаточно сплетен, сёстры, – властно перебила круглолицая женщина в пышном наряде. – Я согласна с матерью Дерурва, нам необходимо отсечь её от порта. Алистраи, возможно, смогла собрать целую орду бесполезного отребья, но как только на них нажмут, они станут молить любую оставить их хотя бы рабами. Лично я не против, если на Костном Дворе появится больше лишнего удобрения…
     Собрание выслушало Старшую мать Райлари Мелларун с неуловимо кислыми лицами. Даже не слишком заинтересованные в делах Майлиэль и мать Альвирин. Все прекрасно знали, что Мелларун в последнее время растёт не по дням. Мать Райлари легко, и порой изящно – а порой не очень – подхватывала всех, кто хотя бы слегка касался её сферы влияния. Множество младших домов, живущих со своих фермеров, обнаружили, что им придётся делать, как им намекает Старшая мать Мелларун, или внезапно исчезнуть.
     – Тебе не терпится просто сгноить своих подданных в земле? – гортанным голосом протянула высокая дроу в полупрозрачном платье из текучей ткани, цвет которой прихотливо плавал межу алым и багровым, всегда напоминая кровь.
     – Даже не думай, Слестинае. – Райлари погрозила старшей матери пальцем: – Порт нужно очистить от дряни Молув’итар, а не заселить твоими мерзкими питомцами!
     Старшая мать дома Санриг’сар издала короткий смешок. Уже шестое поколение её дома было связано с обитателями Бездны, привязывая к себе всё более и более жестоких, диких, и непостижимо могучих созданий. На поверхности её техники и магия сделали бы её чудовищем. В Кворвате она была одной из хозяек города.
     Кверсати, до того сидящая на своём троне с каменным лицом, обратилась к дроу слева от себя, погружённую в мрачное молчание:
     – Старшая мать Иллиндае, – ровно произнесла хозяйка Аллат’сенери, – разве тебе нечего сказать? Твои воины понадобятся нам всем, чтобы избавиться от предательницы.
     Старшая мать Фьен’нетал была красивая как резная статуя, и безжалостна как тоннельная тень. Её шея и запястья сияли от изысканных украшений, идеальное тело скрывал белый шёлк богатого платья, чудно оттеняющий тёмные алые глаза.
     Сквозь маску благородного величия прорвалось простое раздражение, когда Иллиндае мрачно покосилась на мать Первого дома.
     – Ты хочешь узнать, что я думаю? – сухо протянула она. – Я думаю, что твой план не работает, Кверсати!
     Над собранием повисло напряжение – все они были врагами, и каждая охотно организовала исчезновение любой другой. Но едкое обвинение в голосе матери Фьен’нетал было чем-то иным.
     – Так это правда… – протянула Занна.
     – Что именно? – с ноткой ехидства вопросила Квиларра. – Я не вижу разницы.
     Она серебристо хихикнула, давая понять, что слухи о доме Фьен’нетал разошлись по городу как чума. Все знали, что власть Иллиндае пошатнулась, и это как-то связано с её гордостью – боевыми пауками. В последние пару дней она запретила своим всадникам покидать владения.
     – Мой план, сестра?
     Голос Кверсати пролетел над старшими матерями как призрак. Старшая мать Первого дома встала с трона и слегка развела руки:
     – Если ты всё ещё считаешь, что принести нашей Матери кровь предательницы, просто чья-то глупая прихоть, почему бы тебе не присоединиться к моей молитве. Давайте воззовём, сёстры.
     Благородные дочери дружно издали короткий вздох.
     – Ты собираешься призвать Тёмную Мать? – ровно спросила Иллиндае. – Просто так. Без причины.
     – Кажется, Кверсати желает убить нас всех… – протянула Квиларра.
     – Я не желаю, чтобы вы питали сомнения в моих словах, сёстры, – холодно заявила Кверсати. – Вы признали Алистраи еретиком. Вы согласились убить её, по воле Тёмной Матери. Но теперь…
     Кверсати обвела глазами собрание. Соперницы без труда выдержали её взгляд.
     Это, однако, стоило им сил. Взгляд Старшей матери Первого дома был… диким. Как наполненная жаждой крови бездна.
     – Тёмная Мать ответит на мой зов, – веско произнесла Кверсати. – Взывайте со мной, сёстры…
     Квиларра Альвирин выгнула спину и вызывающе протянула:
     – Что, если кто-то из нас не имеет… благородного обучения?
     Кверсати скосила на неё холодные глаза:
     – Молитесь, чтобы богиня была вами довольна.
     Ритмичное песнопение быстро набрало силу, резонируя под высоким сводом каменного зала. Тусклые огни под потолком вдруг погасли, тёмное облако соткалось из пустоты.
     В кромешной тьме совету старших матерей предстала изящная фигура Темной Матери.
     – Я ощущаю, как её сердце бьётся.
     Холодный голос звучал в уме застывших женщин.
     – Почему ты медлишь, Кверсати?
     Старшая мать Аллат’сенери открыла глаза.
     – Моя госпожа, мы…
     – Хватит!
     Даже опытные жрицы, знакомые с гневом потусторонних существ, испугано задрожали, покрываясь испариной. Слегка отдалённые от церкви Квиларра и Дерурва ощутили, как их наполняет безотчётный ужас.
     – Убейте её! Я приказываю вам уничтожить Алистраи Молув’итар и всех её отродий! Убейте её, или будете уничтожены!
     В мгновенье ока фигура испарилась, оглушая всех в помещении ударом пустоты. Женщинам показалось, будто на них обрушился весь мир. В каком-то смысле, так оно и было.
     Несколько минут властные тёмные эльфийки просто сидели, бессильно облокотившись на стол и тяжело пыхтя, как будто их сюда гнал взбесившийся чернокоготь. Затем Иллиндае Фьен’нетал откинулась на троне.
     – Будь ты проклята, Кверсати… – Она шумно выдохнула. – Ладно. Чего ты хочешь?
     Старшая мать Первого дома ровно положила ладони на стол.
     – Всё. Я хочу чтобы вы дали мне всё.
* * *
     – Часть наших патрулей исчезла, и я хочу, чтобы вы узнали, что там произошло!
     – Да, Старшая мать, я отправлю своих лучших солдат!
     Алистраи устало вздохнула, отворачиваясь от склонившегося капитана. По внутреннему двору крепости дома двигались готовые к патрулю воины дроу. Старшая мать вышла на площадку у входной двери башни, чтобы проконтролировать отряд лично.
     – Наши лучшие солдаты сейчас сопровождают Вьерну – я не могу позволить, чтобы Накрииль опять попалась в какую-то глупую ловушку. Когда вернётся Брия, немедленно отправьте её ко мне. Прошло три дня, а мы так и не видели, чтобы они сделали ход…
     Мужчина в полной броне разогнулся и посмотрел на хозяйку:
     – Но госпожа, наши отряды постоянно в стычках с налётчиками. Они прощупывают оборону без передышки и…
     Молодой капитан умолк, встретив неприятный взгляд огненных глаз Алистраи.
     – Ты, кажется, из новых командиров? – протянула она. – Я оставила на Вьерну слишком многое, даже не знаю вас всех в лицо…
     Солдат поспешно упал на колено:
     – Прошу меня простить госпожа, я просто!..
     – Успокойся, я не стану тебя сжигать, – прервала старшая мать. – Но впредь запомни, что благородные дома привыкли убивать быстро. Все, что было раньше, просто игры, прелюдия, – настоящее нападение должно смять нас как мошку и стереть из Нижней Тьмы. Теперь иди.
     – Да, госпожа!
     Капитан поспешно покинул напряжённую компанию Старшей матери Молув’итар. Вскоре ворота открылись, выпуская в пустоши шесть нагруженных бойцами круглобоков в сопровождении десятка всадников.
     – Разве это не ниже Старшей матери, провожать солдат на войну?
     Алистраи полуобернулась к выступившему сзади магу.
     – Моё присутствие помогает вселить в подданных верность. И заодно избавляет от желания заниматься глупостями у меня за спиной.
     Старшая мать изящно взмахнула руками – факелы золотистого пламени у дверей, взревев на секунду, увеличились. Несколько проходящих мимо слуг боязливо покосились на возвышающегося над двором матриарха.
     – Практично, – заметил Кей. – Ты поговорила с девочкой?
     Алистраи усмехнулась.
     – Она похожа на ребёнка, не правда ли? Просто поразительно… Ты уже знаешь, кто она такая?
     – Я был немного занят…
     Кей оглянулся на дверь, немедленно за ней раздался топот и на улицу вывалился мечник.
     – Вот гад, я же попросил тебя!..
     – А, Джей, – прервал его маг. – Сбежал от своих фанаток? Мы как раз говорили о твоей находке под Фьен’нетал.
     – Что? Об Эллали?
     Джей подошёл ближе.
     – Я думал, Алистраи согласилась. – Он посмотрел на дроу: – Ты же согласилась её оставить нет? Знаешь, если ты её обманешь, это…
     – Мне нет нужды кого-то обманывать, – перебила старшая мать. – Она хочет остаться в пустошах, в каменной роще недалеко от нашей крепости. Если учесть что мне та груда камней без надобности, это чистая выгода. Она согласна выпускать своих… друзей для разведки пустоши.
     Алистраи хмыкнула и скрестила руки на груди, бросив посох стоять.
     – Поверить не могу, что Иллиндае держала свою сестру под землёй почти две сотни лет… Это создание было легендой, знаете ли. Иллиндае всегда утверждала, что она единственная дочь. Талант к обращению с арахнидами давняя особенность этой семейки, одна из причин, почему они так уважаемы – милость Темной Матери, близость с её любимцами… Я слышала, что при обучении первым же заклятьем Иллиндае напустила пауков на свою соперницу. Это чудо, что Эллали не свихнулась там в одиночестве.
     – Не совсем так, – заметил Кей.
     – Ты думаешь, что и я думаю? – протянул Джей.
     – Думаю, что думаю, – усмехнулся маг. – Девочка «Голос земли».
     – В Лунном Круге будет погром, когда мы о ней расскажем, – протянул мечник. – Мы ведь о ней расскажем?
     – Разумеется. Прирождённый друид. В Нижней Тьме. Дроу. Я хочу видеть, как вытянется морда Солнечного Шлема. Самодовольный лицемерный древолюб…
     – Помнишь как он заявил что настоящие друиды бывают только среди эльфов Летнего двора?
     – Я помню, как жрица Лазурной лагуны пообещала его утопить, сунь он в море хоть палец.
     Алистраи приподняла бровь:
     – Ещё дикие истории с поверхности?
     – Разумеется, – ответил Кей. – Я думаю, только Эллали родилась со способностью понимать арахнидов, и кто знает кого ещё. На поверхности она бы сбежала в лес ещё маленькой девочкой и вскоре превратилась в его фанатичного хранителя. Такова природа Голоса, они едины со своим окружением. Уверен, через пару лет она будет знать о Пустотах столько, сколько и не снилось лучшим патрульным. Но в Кворвате…
     – Ей не посчастливилось родиться в благородном доме, – закончила Алистраи. – Впрочем, если бы не её странный талант, Иллиндае просто прикончила бы её, как всех остальных. У неё было три тётки, знаете ли! – Дроу хохотнула: – Думаете, они тоже где-то сидят взаперти?
     – Скорее, их кости лежат под её любимой клумбой, – заметил Джей. – А где она, кстати? Наша паучья принцесса. Ты выгнала её нару?..
     Алистраи выразительно ткнула пальцем в сторону отдалённой пристройки. Там пара орков кормила ящеров в стойле, на крыше которого маячили размытые тени. Одна побольше и две поменьше.
     Младшие принцессы, призрев любую и всякую опаску, вылезли во внешний двор. Ещё вчера, сначала во дворе, потом в коридорах дома, а потом во дворе опять они заметили странную незнакомку, окружённую пауками.
     Знакомство с Эллали не могло пройти лучше.
     – Ой, какая прелесть!
     Стоило девочкам тайно забраться на крыши пристроек, чтобы не маячить на виду, рядом немедленно выросла стройная фигурка, едва не доведя Квейлан до обморока.
     – Это твой друг? – прощебетала Эллали. – Он такой миленький!
     – Что?.. А, Малыш?
     Девочка выудила питомца из волос. Малыш смущённо сжался под взглядом незнакомки.
     – Оо, он меня боится, – умилилась Эллали. – Лапочка… Ты ещё совсем маленький. Ничего, когда ты вырастешь, тебе не нужно будет прятаться… – Она удивлённо умолкла. Затем рассмеялась: – Ах, он хочет всегда остаться маленьким, чтобы прятаться в твоих волосах!
     – Ты умеешь говорить с Малышом? – поразилась Мидорае. – Но он же просто паук!
     – Чего ты такая злобная? – ревниво вспыхнула Квейлан. – Ну и что, что он паук, Малыш умный!
     Эллали удивлённо свела брови:
     – Вы ссоритесь? Но вы же сёстры…
     Девочки смущённо потупились.
     – Ничего такого… – выдавила Мидорае. – Просто сказала… Ой, ещё пауки!
     Вокруг медленно собиралась шевелящаяся тень.
     – А, это мои друзья! – Эллали подхватила одного на руки и сунула к Мидорае: – Он говорит, что ты ему нравишься.
     Младшая принцесса смущённо зарделась.
     – Правда?.. Мне… можно его погладить?
     Выходя во двор, девочки прекрасно знали, что сестра-наставница безжалостно их выпорет. Ирае заметно изменилась в последние дни, проводя время в основном за книгами в одиночестве – но всё равно оставалась очень строгой.
     Перспектива поиграть с пушистыми пауками, однако, была необорима.
     – Не знаю, стоит ли мне закрывать на это глаза… – протянула Алистраи. – В последнее время у меня плохое предчувствие, если дети не закрыты в комнате на замок.
     – Почему-то мне кажется, что рядом с урождённым друидом они в полной безопасности, – заметил Джей. – Вдобавок, её вырастил… Ах да, кстати.
     Он прервался и, понизив голос до заговорщицкого шёпота, пригнулся к Кею:
     – Мы обсудим этот вопрос?
     – Нет нужды, – отмахнулся маг. – Это просто паук.
     – Это Панцирный Страж! Ты знаешь, чем они напичканы…
     – Ты параноик. У нас уже есть работа.
     Алистраи недовольно хмыкнула.
     – Я вас слышу, знаете ли! Если это одна из…
     – Ворота!
     Резкий окрик прервал её на полуслове. Все, кто находился во дворе, обернулись к воротам.
     – Живее, живее, открывайте!
     Створки постепенно разошлись и почти сразу во двор на полном ходу ворвались круглобоки – всего два, и солдат на них было куда меньше нормы. За ними влетел единственный всадник на клокочущем чернокогте. Немедленно ворота захлопнулись, по стенам побежали солдаты.
     – Это не тот отряд, что отправился только что… – выдохнула Алистраи.
     – Старшая мать!
     Всадник осадил чернокогтя, едва не врезавшись в стоящих на площадке Алистраи и белокожих. Буквально свалившись с ящера, он выпалил:
     – Старшая мать!.. Они идут к крепости! Целая армия, несколько тысяч как минимум!.. Всадники, целая орда мяса – орки гоблины, огры, даже боевые огры с Арены!..
     – Тихо!
     Командир послушно замолк, переводя дыхание. Алистраи помолчала, выдавая лихорадочные мысли лишь лёгким напряжением на скулах. Наконец она ровно спросила:
     – Где бы ваш маршрут?
     – Мы шли вдоль огней Леса, от порта, госпожа, – уже спокойней ответил дроу. – С нами не было мага, я не мог послать сообщение с магией, так что… то есть, когда мы наткнулись на отряд… армию.
     – Как начался бой?
     – Их силы не выслали передовые отряды, но нас как-то заметили. – Капитан потерянно качнул головой: – Я понятия не имею как! Я был уверен, что мы сможем отойти, но когда отдал приказ поворачивать, нас атаковала почти сотня всадников. Смешанный отряд, часть на пауках дома Фьен’нетал, остальные на ящерах.
     – И тебе удалось оторваться?
     Алистраи спросила ровно, но вокруг возникла аура недоверия. Дроу склонился ниже:
     – Я… пожертвовал медленным ящером, – признал он. – Часть осталась, чтобы отвлечь их. Они бы нас всё равно нагнали, но… они перестали преследовать через пару миль.
     – Они далеко?
     – Миль пять, но… – Дроу запнулся.
     – Что? – резко потребовала хозяйка дома.
     Командир поднялся и неуверенно посмотрел на Старшую мать.
     – У них есть осадные конструкты, мать Алистраи. Я видел только шесть, но их может быть больше.
     – «Осадные»… – недоверчиво протянула та. – Ты имеешь в виду големы дома Альвирин?
     – Да госпожа, такие, как нам описывали на подготовке…
     Секунду Алистраи молчала. Но даже без её участия всё вокруг давно пришло в движение – двор начал медленно наполнятся бойцами, командиры окриками собирали отряды, стрелки с тяжёлыми арбалетами занимали позиции на стенах. Из башни дома выскочила пара магов, которым сразу подвели пару ящеров, и они затерялись среди отрядов. Над забегавшими по двору слугами и рабами неслись приказы.
     Пара наёмников рассеянно осматривалась вокруг.
     – Вьерна их хорошо выучила, – заметил Джей.
     – Лучший генерал в городе, без сомнения, – добавил Кей. – Жаль, что от пауков нет толку, идея Зит запоздала…
     Алистраи выбросила руку к солдату:
     – Достаточно, ты знаешь что делать. О выживших позаботятся маги.
     – Да, госпожа.
     Поднявшись, командир трусцой отправился к казармам, где присоединился к группе офицеров. Ящеров слуги спешно отвели к пустым стойлам. Раненых солдат с них уже сняли и поспешно оттащили на руках прочь с дороги, потом положили под стену ждать помощи.
     – Как же так… – сквозь зубы выдавила Алистраи. – Я так старалась не допустить именно этого!..
     – Что именно тебя смущает? – ровно спросил Кей.
     Дроу обернулась к нему с яростью на лице. Затем прикрыла глаза на секунду и вздохнула, беря себя в руки.
     – Меня смущает огромная армия прямо у меня под носом, колдун, – сплюнула Алистраи. – Разумеется, я была готова к нападению на дом! Именно потому мне не нужно раздавать приказы капитанам, они сами прекрасно знают что делать. За эти дни я дважды разбивала отряды в пустошах, раз у Разлома и раз у восточной дороги.
     – Но?..
     Старшая мать раздражённо фыркнула и отвернула к воротам дома. Там поспешно выстроился отряд, и после коротких приказов они втянулись в помещения внутри стен.
     – Но их слишком много… – скрипнула она зубами. Потом вскинулась: – Вот оно что!
     – Сколько ты потеряла патрулей? – уточнил мечник.
     Дроу покосилась на него:
     – Теперь ты ещё и тактик? Сколько талантов ты скрываешь?
     – Вышивать умею, – охотно сообщил Джей. – Пропажа патрулей это нормально, разве нет? Ты же наверняка знала, что что-то не так…
     – Я выслала отряд только что, – буркнула Алистраи. – Наверняка уже мертвы…
     – Не обязательно, – заметил Кей. – Если они шли в другом направлении, то их могли даже не заметить. Фокус «внезапной армии» не молод, сейчас на поверхности его называют «точечный удар». Они быстро провели подвижные силы вглубь твоей территории, поймав брешь в наблюдении, и сейчас желают смять тебя одним ударом. Разве это не…
     – Излюбленная тактика дроу? – Алистраи фыркнула. – Да. Но раз вы оба такие гении, то скажите мне, откуда они взяли боевых големов? Эта мелкая сучка!..
     Она скрипнула зубами вновь, подавляя вспышку гнева. Затем вдруг усмехнулась.
     – Нет. Квиларра делает всё правильно. Она всегда была оппортунисткой. Спорю она просто бросила свои игрушке Кверсати под нос, как подачку… Но как, провалится ей в Седьмой ад, она провела их из города?!
     – Ах, это… – протянул Джей. – Они их разобрали, провезли на ящерах. Эти штуки очень… воздушные. Как витой стул.
     Алистраи поражённо усмехнулась.
     – Ты… ты что, серьёзно? Боевой голем не украшение, белорожий дикарь! Железки Квиларры размером с дом, одно только оживление требует…
     – Но это не боевые големы, Алистраи, – веско прервал Кей. – Подумай. Это конструкты нового поколения. Гарантирую, их можно просто разобрать, собрать и… нажать на рычаг. Никаких ритуалов, песнопений, рун, слов силы и прочей белиберды. Не знаю кто эта девчонка, но она гений.
     – Ты всерьёз говоришь, что они просто притащили груду железа, которую потом обратили в осадную машину за пару минут? – зло протянула Алистраи. – Нелепо. Это же!.. – Она осеклась и побеждённо выдохнула. – Это именно то, чего стоило ждать от Квиларры. Ты прав, Кей. Девчонка гений.
     Двери за их спиной растворились.
     – Мать Алистраи.
     Ирае вышла из башни без капли тревоги на лице, одетая в странное платье. Это была мантия из тёмного материала, схожего покроя с мантиями жриц. Но в отличии серебряной вышивки на одежде слуг Тёмной Матери, эту украшала лишь чистая белая кайма на рукавах, воротнике и подоле.
     – Мне сказали, что к нам движутся силы правящих домов, – ровно спросила Третья дочь. – Ты уже связалась с Вьерной и остальными? Я могу отослать сообщение Тессару, если ты хочешь.
     Старшая мать качнула головой.
     – Нет нужды, я сделаю всё сама, Ирае. Останься здесь и проследи… Нет, для начала отправь…
     – Я уже вернула их в комнату, – прервала Ирае. – Квейлан и Мидорае искренне раскаиваются в непослушании и наказаны, пока я не решу иначе.
     – Хорошо, – кивнула Алистраи. – Я хочу, чтобы их держали взаперти. Ты видела Эллали?
     – Она говорит, что отправится к своим… друзьям. Не думаю, что нам стоит беспокоиться о её сохранности, даже усиленный патруль не стравится с её… сопровождением. Впрочем, я не думаю, что её даже найдут.
     Алистраи раздражённо фыркнула.
     – Ну почему эта девчонка не попала ко мне раньше?!.. Поздно. Останься здесь, проследи, чтобы всё было готово. У нас меньше часа, Ирае.
     – Я хотела бы сначала позаботиться о раненых.
     Старшая мать ошарашенно замерла на миг, проследив глазами взгляд дочери. Ирае смотрела на лежащих под стеной солдат.
     – Что?.. У нас нет времени, чтобы ты!..
     Алистраи осеклась. Машинально она предположила, что Ирае планирует заняться тем, чем должны бы заниматься слуги – но это было нелепо! Её дочь куда умнее подобных заявлений…
     – Что ты хочешь сделать? – подозрительно спросила старшая мать.
     – Если противник думает, что может смять нашу оборону, – ровно ответила Ирае, – то их силы велики. Нам понадобится каждый солдат. Это не займёт много времени…
     Ирае обошла мать и двинулась к раненным бойцам.
     – Что это значит? – потребовала Алистраи ей в спину.
     – Почему бы тебе просто не посмотреть?
     Дроу зло покосилась на мага, тот спокойно сделал приглашающий жест. Ирае уже стояла над ранеными.
     – Хочешь, я посмотрю что снаружи? – вмешался Джей.
     – Не заходи далеко, – предупредил маг.
     Мечник неожиданно зловеще усмехнулся и двинулся к лестнице на стену.
     Слуги, двое мужчин и женщина, озадаченно замерли недалеко от раненых. В руках они сжимали шкатулки с жезлами, совсем недавно доставленными из порта – Тессар быстро разобрался, как сделать заклятье регенерации простым и доступным в использовании. Это преимущество уже спасло не меньше десятка их солдат.
     Из отряда уцелело всего шестеро, не считая командира. Ранены были все – на них приходилось три стрелы, девять рубленых ран и два перелома. Двое уже лежали без сознания, возможно из-за яда, возможно из-за боли.
     Ирае остановилась у дальнего бойца. Стрела торчала из плеча, он, сжимая от боли зубы, придерживал руку.
     – Ты. Ляг ровно.
     Солдат озадаченно оглянулся на третью дочь, затем на слуг с жезлом, которым его собирались лечить. Стараясь не морщиться, он вытянулся.
     Без лишних слов Ирае провела над ним руками. Затем неожиданно сложила ладони в странный жест перед грудью – правая ладонь свободно обнимала левое запястье.
     – Оу… – Кей вопросительно приподнял бровь. – Давно не видел такой техники…
     Алистраи напряжённо сжала кулаки. Она прекрасно знала, чем Ирае была занята всё это время. Она знала, как сильно ударила по дочери потеря магии. В груди матери росла отчаянная надежда на чудо – жёстко душимая горьким пониманием того, что единственная богиня дроу желает их смерти.
     На выдохе Ирае произнесла короткую фразу на давно забытом языке. Алистраи с удивлением узнала несколько слов.
     – Но это же…
     Кей взял её за плечо:
     – Шш.
     Воздух вокруг Ирае неожиданно поплыл на миг, затем возникла тёмная аура.
     – Но это же… – выдавила Алистраи.
     Плавным стремительным движением Ирае приложила руку на грудь солдата. Тот нервно вздрогнул, затем расслабился.
     – Боль… уходит, – поражённо прошептал он.
     Третья дочь медленно отняла руку, и застыла на секунду… затем быстро схватилась за стрелу и резко вырвала. Боец вскрикнул и скорчился.
     – Эту рану обработают слуги, – ровно заметила Ирае. – Перелом восстановится вскоре.
     Оставив первого солдата, она подошла к другому. За спиной Третьей дочери скользнули слуги, исполнять её косвенный приказ. Ирае вновь сложила руки на груди, произнося прежнюю формулу.
     – Эта речь… на старом языке, – ошарашенно протянула Алистраи. – Но как… неужели она… – Дроу качнула головой: – Нет. Невозможно. Тёмная Мать никогда никого не прощала, и уж точно не мою дочь!..
     Алистраи обернулась к белокожему и зловеще процедила:
     – Ты… случайно ничего об этом не знаешь?
     – Почему бы тебе не поговорить об этом с дочерью, – невозмутимо предложил Кей. – Подозреваю, тебя ждёт очень интересный разговор. Твоя дочь стала безбожной жрицей.
     – Что? – Алистраи нахмурилась. – Но… это нелепо! Это как сказать «безмагический маг», что ты…
     Прервавшись, Алистраи качнула головой и отвернулась:
     – Нет, верно. Мне стоит просто поговорить с ней после. Сейчас нужно сообщить дочерям и Тессару, что мы в осаде. Придётся связаться и с другими матерями… если они ещё не заключили союз против меня…
     Кей поймал её за плечо:
     – Ты идёшь в заклинательный покой? Позвольте помочь с перемещением, моя госпожа.
     Алистраи скептически хмыкнула не испытывая и капли сомнения, что колдун что-то задумал. Но руку подала.
     – Не надейся, что я буду обниматься кажд…
     Мир вдруг померк, и они внезапно оказались на вершине крепости Молув’итар.
     – …ый раз, – кисло закончила дроу. – И как я терплю тварей вроде вас? Другая бы уже давно свихнулась от паранойи.
     – Это просто доказывает твою силу духа, Алистраи, – заметил маг, отходя к краю площадки. – Ты собиралась оправить сообщения, но прежде я хотел бы…
     Он сделал задумчивую паузу, вглядываясь в окружающую Дом Огня темноту. Старшая мать скрестила руки на груди.
     – Да. Мне нужно управлять своей армией, знаешь ли. Я не могу позволить, чтобы мои солдаты, и тем боле дочери, просто набрели на проклятый сброд Кверсати.
     – Кроме того, отсюда ты сможешь хорошо проредить нападающих своей магией, не так ли? – заметил Кей. – Скажи, как, по-твоему, они будут тебя блокировать?
     – Они не будут, – равнодушно ответила дроу.
     – В городе не хватит мяса, чтобы забросать твою стену огня…
     – Они просто проломят стену крепости, умник! – веско обронила Алистраи. – Ты всерьёз не понял, почему я так нервничала?
     Кей сдержанно рассмеялся.
     – Ну, разумеется, понял. Не злись, повелительница огня, но мы с товарищем знаем куда больше чем вся ваша шайка вместе взятая.
     – Не злиться, да?.. – раздражённо прошипела Алистраи. – Ладно. А теперь скажи, что ты задумал, или я столкну тебя вниз!
     – Мы оба умеем летать, – охотно парировал Кей. – Но прежде я хотел бы воспользоваться твоим покоем, Алистраи.
     Дроу мрачно приподняла бровь:
     – Зачем? Хочешь обрушить на нас свод?
     – Не совсем так… Ну?
     Старшая мать помедлила, затем отмахнулась рукой, давая понять, что разрешение дано. Без лишнего промедления Кей развернулся к темноте пустоши и развёл руки, будто собирался коснуться невидимого стола.
     – Итак…
     Волна невидимой энергии прошлась по площадке, заставив волосы на голове Алистраи шевельнуться. Магический фокус её личного заклинательного покоя активировался так легко, будто чары сейчас творила она, а не пришлый чужак с поверхности!
     Рядом с магом возник многогранник, сотканный из светящихся линий. Его грани покрывали руны, знакомые колдунье тёмных эльфов лишь отдалённо.
     – Запрос на соединение. Пользователь, кодовое имя. Введение рун. Ки. Ет. Йо. Система навигации, сектор местный.
     Маг раздельно называл незнакомые Алистраи фразы, которые попросту не могли быть тайными формулами. Но его многогранник поворачивался, и одна из граней отделялась призрачной копией, чтобы встроиться в узор перед магом. Вскоре перед ним собрался испещрённый символами широкий экран.
     Алистраи медленно подошла сзади.
     – Нет нужды так осторожничать, – заметил Кей, оглянувшись мельком. – Заклятья стабильны.
     – Я… даже не представляла что такое возможно, – протянула дроу. – Неужели ты вправду просто отбросишь все нормальные формулы? Почему на поверхности всё такое странное?..
     – Потому, что там прошло десять тысяч лет, а здесь… – Кей небрежно крутнул ладонью. – Здесь живут эльфы. Итак, вот наши гости…
     Повинуясь короткому жесту, экран пошёл рябью как вода, символы в рамке исчезли, оставляя только черноту тьмы. Затем неожиданно в ней сверкнула россыпь блестящих изображений.
     – Это же… контуры, – поняла дроу.
     – Верно. Эта магия как стеклянный экран, которые обводит… всё, что хочешь, фактически. В данный момент я обвёл…
     – Их вправду не меньше пяти тысяч… – Алистраи быстро поглотила практическая сторона. – И големы! Конструкты… Девять. Вот же сучки, разделили их на всякий случай…
     Над сотнями гуманоидных контуров возвышались массивные образы шестиногих и четырёхруких фигур высотой в десяток ростов среднего тёмного эльфа. Конструкты размеренно шагали в передних рядах, по три штуки на каждом фланге и в центре. Хозяйка Молув’итар злобно фыркнула и отклонилась от рамки.
     – Знаешь, Тессар доложил мне, что ваш маленький сюрприз с защитными чарами на стенах принёс плоды. Ещё вчера на свитке появилась кровь.
     – Я говорил, что тебе понравится. Есть идеи, по кому пришёлся удар отката?
     – Одна из сестёр Сулрае, матери Айм’марис, наверно, одна из менее смышлёных… Но они всё же решили не откладывать веселье, хоть и знают, что чары устояли.
     Контуров в рамке становилось всё больше, магия продолжала распознавать скрытые во тьме фигуры, заодно обрисовав детали ландшафта. Армия правящих домов расположилась между невысокими холмами как раз на границах темновидения дроу. На холме слева стоял отряд, едва заметно отделённый от общей массы солдат и рабов.
     – Командующие. Им стоило бы остаться позади… – кровожадно процедила Алистраи. – Когда Вьерна и Брия вернутся, я передам им позицию, и они снесут змее голову одним махом! Ах, и почему я отослала Шалшари так рано?..
     – Это было бы очень неплохо, да… – протянул Кей. – Но знаешь, что ещё лучше?
     Он приподнял руки. Экран поплыл на секунду, затем в центре рамки появился многогранник, а вокруг неё возникли полосы с незнакомыми рунами, на десятке разных языков.
     – Избавиться от всех сразу.
     – Что?..
     Алистраи нервно поёжилась – в голосе маг не было ни капли насмешки или иронии. Только сухая констатация факта.
     – Ты… знаешь, я сказала про «обрушить свод», но я не могу тебе такое позволить, – прошипела Алистраи. – Если ты нарушишь общие запреты, то Алаурун будет вынуждена вмешаться!
     – Даже если так, это не важно, – бесстрастно ответил Кей. – Но тебе нечего боятся Алистраи. Я не желаю терять такой возможности. Потеря их «армии», – маг выдел слово сарказмом, – даст отличный результат. И я, честное слово, не думаю, что мать-настоятельница будет против. Подумай, зачем ей беснующийся в припадке верности фанатик в городе? Уверен, Кверсати ей как кость в горле – делить с ней милость богини? Тёмная Мать сама выбрала себе судьбу. Ей стоило просто уйти вместе со всеми…
     Голос мага сошёл на злой невнятный шёпот. Алистраи глубоко вздохнула, смиряясь с тем, что в попытке выскочить из одного кипящего котла, она просто булькнула в другой.
     – И что ты сделаешь? – сухо спросила дроу. – Заставишь камень разверзнуться? Вызовешь армию демонов? Напустишь на них чуму?
     – Последнее не избавит от конструктов, – задумчиво заметил Кей.
     Он двинул рукой, и «зачерпнул» из воздуха тонкий кристалл. Покрутив его в руках, маг потряс кристалл как бутылку. Затем широко размахнулся и с силой швырнул куда-то в темноту.
     – Наш последний маяк… Но я рад, что ты спросила. В ответ я хочу, чтобы ты вспомнила все эти ваши детские сказки о солнце…
     Руны на краях экрана побежали, он снова пошёл рябью. Рамка с многогранником чуть сдвинулась, обхватывая всю медленно собирающуюся в холмах армию. Все всадники на ящерах и пауках, все загруженные солдатами дроу круглобоки, все пешие отряды мяса с высокими фигурами огров тут и там, и все девять мощных силуэтов осадных конструктов.
     Рядом проявился другой экран, с парой ровных кругов, соединённых линями и подписанных незнакомыми рунами. Кругов было три: большой, один намного меньше, и с ним рядом едва заметный, почти точка. Вдоль линий возникли символы.
     – Сказки о том, как оно… сжигает. Дотла.
     – Это… цифры? – догналась Алистраи. – Я видела это в книгах об империи первых эльфов, это их цифры.
     – Верно, в некотором роде их, – рассеянно кивнул маг. – Мне нужно точно определить расстояние… Ты знаешь, что такое солнце Алистраи? Это огненный шар. Тебе, как избраннику первобытного пламени, стоит взглянуть на него хоть раз. Не подумай, будто я подшучиваю…
     Цифры на линиях менялись, шестигранник на рамке расположился идеально в центре обхвата наступающей армии.
     – Огненный шар?
     – Точно. Просто огромный огненный шар, безумной температуры. Он висит в пустоте, за границей планеты, нашего мира, в непредставимой дали. И мир вращается вокруг него. Это тоже шар, кстати.
     Не оборачиваясь маг показал дроу сведённые указательный и большой пальцы:
     – Вот такой маленький по сравнению с солнцем.
     Цифры вдоль линий прекратили меняться. Кей кивнул:
     – Отлично. Кстати, все эти фокусы – просто иллюзия. Я предпочитаю визуализацию, а при настройке, в общем-то, всё равно, что ты используешь для указания, краску на полу, или линии света…
     – И к чему все эти разговоры о солнце? – протянула Алистраи.
     – Потому что вы, подземные жители, были правы. Солнце сжигает. Дотла.
     Армия Правящих домов Кворвата собралась на указанном месте. Самая могущественная армия со времени воины с дворфами пару десятилетий назад – и даже тогда основные силы собрали под рукой Собора. Сейчас же шли отряды правящих домов. Элитные солдаты, жрицы и, самое главное, конструкты дома Альвирин, совершенное оружие. Силы тёмных эльфов окружала волна расходного мяса, кипящая пеной предбоевой ярости.
     Командование давно получило сообщение, что чары на стенах Дома Огня не пали, и что их союзники из Айм’марис говорят о каких-то проблемах. Поставленная над всеми командирами армии верховная жрица, одна из вернейших союзников бывшей Первой дочери Аллат’сенери, а теперь самой могущественной Старшей матери в городе, пренебрежительно отмахнулась.
     – Мы обратим их в щебень, – довольно произнесла она, глядя на светящуюся крепость впереди. – Начинайте штурм стен. Заклинания наложены, её огонь не тронет конструкты. Когда они подойдут для удара, бросайте мясо, затем солда…
     Острая вспышка магии заставила её прерваться. Сопровождавшие её младшие жрицы тоже ощутили укол без труда. Лёгкое замешательство быстро сменилось поисками источника – ощущение возникло где-то в высоте. Там собиралась мощная магическая аура…
     – Это кажется… – жрица присмотрелась к ауре, – заклятье портала?..
     В следующую секунду под вечно тёмным сводом грота Кворвата ослепительной точкой раскрылся портал – и глаза высшей жрицы взорвались огненной болью. Шок был таким, что она едва ощутила, как её сминает ударная волна.
     А затем она испарилась в огне.
     Ослепительный конус с вершиной где-то в воздухе возник в паре миль от крепости Молув’итар, накрыв основанием холмы неподалёку. Огненный поток ударил по собравшейся там армии. Невольно дроу на стенах поворачивались к ослепительному свету и немедленно с шипение прикрывали глаза. Орки только ошарашенно щурились. Пару секунд спустя по ушам всех ударил короткий гром, сменившийся низким гулом.
     В волне раскалённой плазмы камень и металл не успели превратиться в лаву – они просто испарялись, обращаясь в газ и пепел. По краям удара рванулись к своду клубы дыма, хлопья сажи и шлака взмывали в воздух раскалённой взвесью. Магия медленно таяла, сливаясь с естественным фоном горящего как уголь базальта.
     От живых существ не осталось и следа. Всё поглотило сияющее инферно.
     Алистраи ошарашенно наблюдала за огненным адом, взявшись за лицо.
     – Что?.. Что, во имя всех проклятий, это такое?.. – сбивчиво выдавила она. – Мне тошно от одного только света…
     – Солнце, – невозмутимо протянул Кей. – Видишь ли, всё что я сделал, это… принёс сюда всего лишь единственный луч.
     Огненная волна исчезла, оставив в глазах наблюдателей чёрное треугольное пятно. Маг небрежно смахнул рукой экран, заставляя иллюзии погаснуть.
     – Но как видишь, этого более чем достаточно.
     – Да уж… – сдавленно протянула дроу.
     Она медленно подошла к краю площадки, словно желая получше всмотреться в остатки холмов. Раскалённая пустошь ярко сияла в темновидении, достигая глаз тёмных эльфов в миле от бывших позиций их врагов.
     – Знаешь, это даже не вся разрушительная сила, которую таят звёзды, – бесстрастно заметил Кей. – Если бы портал пропускал не только жар, всё вокруг пропиталось бы смертельным излучением. Вроде того, что иногда находят в некоторых металлах на глубине. Оно просто… убивает.
     – И так сойдёт… – спокойно протянула Алистраи.
     Она обернулась и, слегка склонив голову, спросила:
     – А ты… можешь сделать так со всем городом?
     Кей сдержанно рассмеялся. На заклятье ушёл его последний маяк для портальной сверхсвязи, создание новой партии было бы приключением само по себе. Но он всё равно учтиво поклонился:
     – Разумеется, госпожа. Желаете прямо сейчас?
     Алистраи, прекрасно зная цену подобной магии, понимающе рассмеялась.
     – Для начала, я отзову своих дочерей…
     Окончательно вернувшись в форму, дроу прошла в центр заклинательного покоя. Безымянное Пламя испарилось, огонь обнял фигуру своей хозяйки. Один язык медленно оформился в маленькую огненную ящерицу, скользнувшую прочь прямо по воздуху.
     – Знаешь, она всё равно найдёт способ. – Старшая мать стояла к магу спиной. – Кверсати. Она не остановится.
     – Хорошо.
     Алистраи полуобернулась. Маг молча смотрел на неё.
     – Этого вы хотите? Чтобы они пришли, и вы убили их всех?
     – Верно.
     Приблизившись Кей, нисколько не опасаясь пламени, взял её за плечо:
     – Скоро придётся решать, Алистраи. Ты помнишь наш договор?
     Дроу безмолвно отвернулась. Второй язык огня превратился в пушистую летучую мышь.
     Не дожидаясь ответа, маг растворился воздухе.

     Глава 4

     Три круглобока размеренно топали по шершавой полосе дороги в оплавленном камне, нарушая тишину пустошей. Большой патруль тёмных эльфов двигался между невысокими холмами, гладкими как стекло.
     Тяжёлый воздух над обожжённым камнем царапал обоняние дроу непривычной горечью.
     – Поверить не могу, что произошло вот такое, – заметил один воин, склонившись к соседу. – Ты где был, когда они напали на крепость?
     – С отрядом госпожи Брии, – ответил тот. – Мы шли по тоннелям в восточной стене. Хотелось бы мне увидеть, как спалили этих городских ублюдков…
     – Ты шутишь? У меня глаза чуть не взорвались, когда я это увидел!
     Сосед усмехнулся, тронув короткий шрам над глазом.
     – Эй, а правда, что это не старшая мать устроила тут пожар? – спросил он. – Раз ты был в крепости, то…
     – Закройте рты.
     Холодный голос командира быстро укротил все разговоры. Отряд приближался по оплавленным холмам к крепости Дома Огня. Недалеко от дороги темнела холодная груда металла, похожая на странный комок. Солдат со шрамом посмотрел вперёд, на огни крепости, сияющие за свитыми из каменных копий стенами.
     Вскоре ворота раскрылись, пропуская отряд во двор.
     – У вас есть два часа, потом я вернусь передать вам приказы, – скомандовал ведущий. – Теперь валите по койкам, мясо.
     Когда командир отошёл подальше, болтливый дроу снова склонился к солдату со шрамом:
     – Этот ублюдок вечно обращается с нами как с орками. Уже давно подумываю присадить ему острого в спину…
     Его со спины вдруг хлопнул другой боец:
     – Кто тогда будет за тебя заступаться перед хозяйкой? Госпожа Брия с тебя шкуру спустит за ещё один косяк в патруле!
     – Отправишься орков в ямах охранять! – подержал его со стороны другой.
     Обмениваясь на редкость незлобными для своего рода оскорблениями, солдаты отправились к казармам. Не сразу общительный боец заметил, что его сосед по ящеру остался позади.
     – Эй, ты идёшь?
     – Я… должен показаться одному из капитанов, – ответил тот. – Кажется, меня отправят в другое место.
     – Ты же из патруля, – не понял тот. – Разве тебя не отправили к нам только что?
     В ответ солдат со шрамом только пожал плечами и отвернулся. Несколько бойцов проводил его взглядами, но быстро отвлеклись на пару стройных служанок, выскользнувших из пристройки.
     Безымянный дроу обогнул крепость. Скрывшись из виду солдат у ворот, он остановился. Вокруг были только слуги и рабы, пара орков таскающих в мешках грибы для круглобоков.
     Солдат осмотрелся. Гул чужих мыслей вошёл в его разум, рисуя карту тайных проходов в толще камней.
     Вскоре он безошибочно выбрал единственные двери на этой стороне, которые вели прямиком на нижний уровень под центральной башней. С уверенным видом он миновал пару слуг, молодых тёмных эльфов, затем быстро прошёл сквозь широкий склад.
     Короткая лестница привела его к входу во внутренние помещения.
     – Опасно…
     Шелестящий шёпот покинул узкие губы. Дроу быстро отошёл от двери.
     – Нужно другое…
     Лабиринт коридоров его не замедлил его продвижение. Уже скоро обнаружился идеальный вариант.
     – Что?.. Эй, ты же из патруля?
     Стройная служанка в простом, но приличном платье строго смерила его взглядом.
     – Живо проваливай! Я твою подружку живо в подвал отправлю! Как мне надоело, что самцов пускают во внутренние помещения…
     Женщина «застукала» его в одном из помещений для стирки, где он «прятался» в темноте. Разумеется, её первым предположение было, что он, как многие другие молодые солдаты, явился сюда, чтобы развлечься вдали от чужих глаз с покладистой женщиной. Солдат почтительно склонился:
     – Прошу госпожа, я больше ни за что…
     Ему даже не надо было импровизировать, он делал так сотни раз.
     – Вот именно, кыш!
     Женщина свирепо фыркнула и отвернулась к выходу…
     Стальной захват на шее не позволил ей даже крикнуть, мощный удар о стену почти лишил сознания. С хрипом служанка забилась в руках убийцы.
     Медленно чёрные пальцы на шее дроу сжимались, теряя форму. Раздался короткий хруст. Чёрная гладкая кожа рук сменилась сухой серой плотью. Женщина обмякла.
     – Хорошо.
     Отпустив труп, существо встало над ним в полный рост. Отдалённо гуманоидной формы, создание не имело лица. Голова казалась надутым серым пузырём. Тощие конечности почти доставали до пола, а ноги могли гнуться в любую сторону. Одежда тёмных эльфов висела на нём как на нелепом манекене.
     Перевёртыш нагнулся над телом и рывком его перевернул. Рядом никого не было. Он слышал, как вокруг лежит пустота мыслей. Неловкое внешне, создание за миг выскользнуло из одежды.
     Обняв руками лицо мёртвой дроу, перевёртыш замер в странной позе, запрокинув голову. Затем его тело начало меняться. На коже появились бугры, будто что-то кипело внутри. Кожа покрылась чёрными пятнами, медленно сливаясь в кожу дроу. Из круглого пузыря головы появились белые волосы.
     Вскоре над трупом служанки стоял её идеальный двойник, нагая женщина дроу. Без труда оттянув тело в темноту за каменные ванны для стирки, перевёртыш переоделся. Бросив голый труп в воду, он прикрыл его одеждой патрульного. Кольчуга помогла утопить тело. Сверху легли грязные вещи, сваленные на столах.
     Оружие перевёртыш брать не стал. Дроу, особенно благородные, с почти сверхъестественной сноровкой замечали даже самое секретное оружие. Но почти никто не уходил от его крепкого удушения. Перевёртыш гордился своим методом.
     И вдобавок, душить эльфов было так легко.
     Вскоре он уже толкнул дверь во внутренние помещения резиденции. Оказавшись в освещённом цветными огнями коридоре, он ощутил, как просыпается привычка его новой формы. Служанки передвигались темноте, не показываясь хозяйкам. Это было идеально. Редко ему доставалась такая приятная работа. Перевёртыш плыл от одной формы к другой, поглощая всё больше знаний о его целях.
     Старшая мать Алистраи Молув’итар. Её дочери. И сын. Ходили слухи, что есть два ребёнка. Их он тоже убьёт. Позже.
     – Ха, тебя то я и ищу!
     Перевёртыш застыл в тени колоннады. По коридору приближалась высокая дроу в сплетённом из широких полос белом платье. Кончики её роскошной гривы чернели на фоне светлой ткани.
     – Негодница. Ты хочешь, чтобы тебя наказали?
     – Прошу меня простить, моя госпожа…
     Перевёртыш поспешно склонился. Как ни старался, он не мог найти никого отклика в форме. Служанка не знала, что должна что-то сделать для этой хозяйки.
     Но это было удачно. Перевёртыш планировал выяснить подход к целям. Одна вдруг пришла прямо ему в руки.
     Он знал имя. Шалшари Молув’итар. О ней ходили странные слухи. Но перевёртыш выяснил что она, скорее всего, просто расфуфыренный теневой клинок. Многие матери держали ручных убийц.
     Шалшари танцующей походкой подошла к служанке.
     – Ты раскаиваешься? – промурчала она. – Я тебя накажу… как ты любишь.
     Перевёртыш послушно поддался волне смущения, позволяя щёкам загореться. Очевидно, что служанка была фавориткой благородной дочери. Это бы удачно, редкий случай. Приняв форму дочери, он мог легко устранить мать.
     – Ты так думаешь?
     Перевёртыш вопросительно посмотрел на благородную дочь.
     Глаза Шалшари были непроглядно черны.
     – Из всех наших слуг тебя угораздило убить мою бывшую фаворитку…
     Руки перевёртыша застыли, не дотянувшись до горла дроу. Тьма спала с глаз посвящённой – но взамен взвилась облаком, зависнув между ними.
     – Что, тебе страшно? – презрительно спросила Шалшари. – Стоило думать об этом, когда ты принял свой заказ. Кто бы мог тебя нанять?..
     Из горла фальшивой служанки вырвался хрип. Тёмное облако медленно расползалось по телу. Лицо оплывало как свеча. Конечности вытягивалась. Платье опало на груди. Волосы съёживались как высыхающий мох и будто впитывались в серую кожу круглой головы.
     Перевёртыш отчаянно пытался удержать форму, не столько осознано, сколько из паники. Тело не двигалось, в глазах темнело. Образ стоящей перед ним дроу расплывался.
     – Потешься сопротивляться в своём разуме? – раздалось из темноты.
     Неожиданно ощущения тела совершенно пропали. Перевёртыш безвольно парил в полной пустоте. Ужас пронзил разум создания, когда он ощутил, как на него смотрят невидимые глаза.
     Смотрят со всех сторон. Он хотел обернуться, но вокруг была только пустота! Чёрное ничто забрало его сознание, лишало формы! Лишало его собственной идеальной, безликой, необъятной формы!
     Лишало его существования.
     – Шалшари?!..
     Ошарашенный возглас перекрыл беспомощный хрип перевёртыша. Плоть убийцы медленно расплывалась по каменному полу. Старшие матери во главе с Алистраи озадаченно наблюдали за процессом.
     – Что… ты делаешь? – протянула хозяйка дома.
     – Перевёртыш, – со знанием дела сказала Ссавата. – Хитро. Их в городе всё меньше.
     – Чтооо?.. – капризно протянула Ларриа. – Алли! Нас опять хотят убить! Ты меня вусмерть замучаешь, а мне нельзя волноваться…
     – Ах, мать Алистраи! – Шалшари просияла учтивой улыбкой. – Просто небольшая уборка.
     В доказательство она махнула рукой, и окутанные чёрным облаком останки перевёртыша отъехали в темноту.
     – У тебя даже старшие дочери занимаются уборкой? – вопросила мать Тимарит. – Ты строже, чем я думала, Алистраи.
     – Не вздумай так и оставить, – пригрозила хозяйка Молув’итар.
     – Конечно, мать Алистраи! – прозвенела Шалшари. – Ты не знаешь где Брия? Я хотела бы…
     – Не трогай её, она вернулась только вчера, – перебила Алистраи. – Ладно, идёмте…
     Оставив Вторую дочь позади, матери двинулись дальше по коридорам дома.
     – Вижу, Кверсати уже приступила ко второй фазе, – сообщила Ссавата. – Я подозревала, что в её текущем состоянии даже упавший свод не сможет её поколебать.
     – Богиня пометила её как любимую дочь, – пренебрежительно обронила Ларриа. – Спорю, она чувствует себя неуязвимой.
     – Она не настолько тупа, не надейся, – заметила Ссавата. – Ты же видишь, кого она послала за кровью Алли. Сколько агентов ты уже поймала, дорогуша?
     – Достаточно, – обронила Алистраи. – Меня больше волнуете вы, впрочем. Не хочу этого признавать, но Ларриа, Джула, мне не хотелось бы в какой-то момент получить сообщение, что ваши головы украшаю алтарь в Соборе. О чём вы думали, провалиться вам Бездну?! Мелочный рейд посреди войны! Вам хочется на тот свет поскорей?
     Старшие матери сделали невинные лица, как проворовавшиеся послушницы в библиотеке Шпиля.
     – Понятия не имею, о чём ты, Алистраи, – прощебетала Ларриа.
     – Но мне приятно, что ты мне доверяешь, – добавила Джула.
     – Не сомневаюсь, – буркнула Алистраи.
     – Мать Райлари сама виновата, – сухо заявила Уливира. – Обнажать свои лучшие товары, просто чтобы освободить сотню солдат? Нелепо. Её отряды подходили и к моим владениям тоже. Она наверняка уже поднимала бокал за свою победу, когда пришла весть, что их армия уничтожена.
     – Верно, – протянула Ссавата. – Вычёркивать её из игры рано, но она точно будет осторожничать. Впрочем, я скучаю по временам когда потеря целой армии решала итог любой войны. Сейчас всё затянется надолго…
     – Ты ещё помнишь те времена? – Ларриа поморщилась. – Когда всё, о чем нужно было волноваться, это принесут ли жрицы добрую весть от нашей великой Матери? Когда один единственный слух о немилости убивал целые дома?
     – Зато всегда можно было просто потянуть за ниточки в Дэв-Пала, чтобы отвадить даже совет, – заметила Джула. – Теперь придётся их обескровить. Сколько лет это займёт?..
     – Сколько бы ни заняло, у нас столько нет, – заметила Ссавата. – Алистраи. Ты видишь, что Кверсати не сдастся.
     – Верно. – Мать Дома Огня вздохнула. – Ты могла бы перейти к делу сразу. Я ожидала, что так случится. Разумеется, я же не дура.
     – И что ты собираешься делать? Уже скоро твои собственные подданные обернутся против тебя.
     Алистраи остановилась и повернулась к матери Нартеру.
     – Что заставляет тебя так думать?
     – Ты прекрасно понимаешь, что жить в тени проклятия богини они смеют только пока им это выгодно, – мрачно сообщила Ссавата. – Стоит на них нажать, и ты останешься с горсткой солдат, слишком трусливых, чтобы сбежать.
     В ответ на такую перспективу Алистраи лишь усмехнулась и продолжила путь.
     – Она что-то задумала, – протянула Ларриа.
     – Ты недооцениваешь глупость своих противниц, Ссавата, – заметила Алистраи. – Ты разве не слышала? Все служащие у огненной ведьмы предатели обречены на смерть.
     – Даже если это не ты распространяешь такие слухи, – заметила Нартеру, – найдутся те, кто пожелает им не поверить. Мы дроу, Алистраи, ты этого не изменишь. Твои подданные и твои солдаты, особенно те, кто слишком полезен живым, предпочтут вернуться в город, чем умереть за тебя.
     Некоторое время они шли в молчании.
     – Знаешь, в порту возникло несколько небольших гильдий в последнее время, – наконец заметила Алистраи. – Одна даже принадлежит мне, «Эльрута». Её хозяйка пришла ко мне за разрешением взять под контроль несколько семей.
     – Я их знаю, – заметила Джула. – Они занимаются тканями, ткачи и портные. Очень талантливые ученицы, я планировала использовать их для пары сделок, в караване с реки. Скоро с запада придёт груз длинного мха…
     – Неужели ты считаешь, что этого достаточно, Алли? – задумчиво спросила Ссавата.
     – Разумеется. – Алистраи ответила без капли сомнения. – Видишь ли, я думаю об этом уже очень давно. Ещё до того, как вот это всё началось. До того, как Тёмная Мать выбрала себе новую любимицу. И знаешь, те, кто пришёл ко мне… не хотят возвращаться. Чего они хотят, так это жить здесь. Они будут драться за это право, не мене яростно, чем жрицы дерутся за право подползти к подножью Трона.
     – Ах, ты так порочно грешна, Алистраи, – проворковала Ларриа. – Но мне это только на руку. Эй, ты не отдашь мне своих…
     – Нет. Смотреть, но не трогать.
     Старшая мать Росстару мелодично хихикнула. Собрание спустилось в прихожий зал и двинулось к выходу из башни.
     – Кстати, Алистраи, ты не скажешь, что ты сделала с нашими дочерями?
     Хозяйка Молув’итар невольно притормозила:
     – Что ты?..
     – Ирае прислала в мой дом сообщение пару дней назад, – уточнила Джула. – И теперь обе мои дочери испарились в неизвестном направлении.
     – Моя бедная девочка… – поддельно всхлипнула Ларриа. Дочь она держала коротком поводке.
     – Ярра сказала, что Ирае хочет поговорить с ними наедине, – закончила Уливира. – Зачем тебе пять благородных дочерей?
     Мать Нартеру хмыкнула.
     – Мою она, значит, видеть не желает?
     – Полагаю, дело в том, что твоя никогда не была жрицей, – протянула Алистраи. – Ирае не говорила мне, что она планирует собрать ваших дочерей…
     – Я дьявольски заинтригована, – протянула Ссавата. – Слухи ходят уже пару дней… Алли, ты знаешь, что бывает за организацию культа? Если Алаурун даже это проигнорирует, я начну волноваться всерьёз…
     – Ирае отправилась в нашу резиденцию в порту, – ровно ответила Алистраи. – Я могу прислать ей сообщение, что вы желаете с ней встретиться.
     – Кверсати взорвётся от бешенства, – проворковала Ларриа. – Я подожду, пока Вала вернётся сама. Идёмте же, пора возвращаться к делам…
     Стоящие у дверей женщины-стражи поспешно распахнули двери перед процессией.
     – …а я говорю, что их нужно перехватить как можно раньше!
     – Ах, вот и она, – заметила Ларриа.
     Над двором разносился свирепый рык старшей матери Ортвилле.
     – Просто броситься в лобовую атаку слишком глупо даже для тебя, мать Накрииль, – свирепо ответила Вьерна. – Нужно подождать пока они войдут на нашу территорию.
     Воительницы дроу стояли у подножья лестницы, обе закованные в латы и при мечах, готовые к бою в любой момент. Рядом стоял белокожий наёмник, меч в ножнах покоился у него на плече.
     – Вы ведь в курсе, что вы пререкаетесь без толку, да? – протянул Джей. – Речь идёт о чрезвычайно подвижном формировании, путь и пешем. Они наверняка уже на подходе к порту.
     – Откуда тебе знать, белокожий? – рыкнула Накрииль. – Может ты и можешь пережить пару стычек, но ты понятия не имеешь на что способно Крыло дракона!
     – Хотелось бы мне это поддержать, – фыркнула Вьерна, – но этот убийца куда хитрей, чем выглядит, старшая мать.
     – Наконец-то признание. – Джей покрутил рукой в воздухе. – Я слышал пару раз об этих ребятах. Дьявольски элитные? Лучшие тактики? Под предводительством лучшей мечницы города? – Он сделал паузу, потом издевательски развёл руками: – Погодите-ка, я думал, я убил лучшего мечника города! Да в этом городе каждый ящер лучший мечник города!
     – Может тебе и удалось прикончить Изара, – буркнула Накрииль, – но ты не совладеешь с ней. За триста лет Фалендира не проиграла ни одного боя, ни одной дуэли! И я знаю, что это правда, я её видела в деле, будь оно всё проклято…
     – Говорят, она вернулась с поверхности совершенно другой женщиной, – без удовольствия заметила Первая дочь. – Нам дорого будет стоить её атака…
     – Вьерна.
     К воинам приблизились старшие матери во главе с Алистраи.
     – Что происходит?
     – Крыло Дракона, старшая мать, – мрачно ответила Вьерна. – Они согласились. Я не знаю, что им пообещала Кверсати – только она могла пробиться к Фалендире – но они согласились. Я потеряла два патруля только чтобы выяснить, куда они двигаются.
     Мать Нартеру хмыкнула.
     – Пришла пора проверить твою теорию на практике, Алистраи. Скоро в порту все умрут…
     – Прекрати играть в драму, Ссавата, – оборвала Алистраи, – это тебе не к лицу. Ах, я не хочу покидать дом без причины…
     – Чт?!.. – Подскочив к матери, Вьерна чуть не давилась словами: – Мам!.. Мать Алистраи! Нельзя, ты не можешь покидать дом! Без тебя…
     – Вьерна, держи себя в руках, – веско прервала Алистраи, взяв дочь за плечо.
     Ларриа сдержанно хихикнула.
     – Она ведёт себя нелепо, но… я даже завиду… Ой!
     – Прошу прощения!..
     Из-за спины старшей матери Росстару вдруг выскользнул белокожий колдун, невежливо распихав женщин в стороны. Выскочив на свободное место, он забегал зигзагами, будто гонял невидимого светляка.
     – Всем в сторонку! – скомандовал Кей, наконец. – Ну же, давайте, все в сторону! Прочь, прочь, двигайтесь!..
     Хаотично отмахиваясь от окружающих, маг крутился по двору, рассматривая то камни под ногами, то вглядываясь в воздух вокруг.
     – Кей? – удивился мечник. – Ты чего… О нет.
     – Я не думаю, что рядом есть какая-то аура, – протянула Ссавата. Глаза матери уже горели сиянием магического зрения. Маг только отмахнулся:
     – Нет-нет, что-то…
     – Мне отойти, приятель? – деловито спросил Джей.
     – Да. Нет. Посмотри за дамами… я только… Ага!
     Маг резко сделал руками круговое движение и дроу, которые пятились недостаточно быстро не сильно, но настойчиво пихнуло невидимой силой в сторону.
     – Белокожие не знают своего места… – пропыхтела Ларриа, вцепившись в Алистраи для равновесия.
     Но короткие возгласы недовольства резко прервало едкое ощущение паники, ворвавшееся в разум всех присутствующих. Снующие по двору слуги немедленно разбежались, солдаты высыпали из бараков, часовые выстроились на стенах с арбалетами наготове.
     – Без паники! – крикнул маг. – Это просто портал!
     В доказательство этих слов перед ним в десятке шагов над землёй возникла тёмная точка в алом ореоле. Болезненный красноватый свет быстро расширялся.
     – Портал в Бездну, – хрипло выдавила Ссавата. – Они настроены серьёзней, чем я думала!
     Пространство стало наполняться нездоровым въедливым шумом, словно где-то что-то скрипело на грани слышимости, прикрытое какими-то… криками.
     – Опять! – зло крикнула Алистраи, буквально разгораясь на глазах. – Сука Слестинае, ты мне за это ещё заплатишь!!! Опять демоны!
     – Всё под контролем! – крикнул маг, поднимая руку. – Просто держитесь подальше!
     Несмотря его на уверения, благородные эльфийки немедленно ощетинились оружием и магическими жезлами. Портал всё расширялся, волны какофонии били во все стороны, жаркий ветер с едким тошнотворным душком вырывался наружу, гоня прочь пыль. Джей неспешно обнажил меч.
     – Эй, откуда вызывают? – крикнул он.
     – Нижние уровни! – крикнул в ответ маг. – Всё нормально, как только он вылезет, я…
     – УУГРАААРРАААРР!!!
     Сверхъестественный рёв разорвал воздух в округе, сотрясая землю. Из овального портала в Бездну, обитель созданий чистого хаоса, выступил хозяин первобытного ужаса.
     Массивный гуманоид, ростом в пятерых эльфов, стоял на коротких мощных ногах с копытами. Шесть длинных рук росли из треугольно торса увитого узлами мышц. Средняя пара заканчивались острыми клешнями. Конусовидную голову венчали два пары рогов – одни чёрные как базальт, другие металлические, раскалённые докрасна. Пустые глаза, широко расставленные на вытянутой морде, словно сочились языками грязно-оранжевого огня.
     – ГРУ ФАРКНАКХ РУГАШАААА!..
     «Обречены на муки во мне» – смысл фразы силой ворвался в умы всех, кто лишь едва услышал жуткую, дрожащую от гнева речь демона.
     Идея была проста – замучив до смерти, он сожрёт их души, и внутри него они будут мучиться в агонии вечно.
     Джей разочарованно опустил меч.
     – Ага. Это ж просто бреагар. Тьфу…
     С оглушительным рёвом демон раскинул руки и, ударив копытом в землю так, что она затряслась, рванулся вперёд…
     – Я так не думаю.
     Рогатая башка с оглушительным «томб!» врезалась в невидимый силовой барьер. Отшатнувшись, демон резко ударился в другой барьер сзади.
     – И кого это выбросило лавой на нашем берегу? – зловеще процедил маг.
     Взревев, монстр размахнулся всеми конечностями и обрушил их на магический щит. Звук «томб» пошёл по двору волнами.
     – Бруагар Нурахил. – Кей издевательски поклонился. – Прислуживаем тёмным эльфам за спиной своего хозяина? Нехорошо…
     Демон с рёвом обрушил на щит кулаки, но его глаза были прикованы к магу.
     – Гракарту!
     В рыке клокотала ненависть.
     – Эй, это ж вправду Нурахил! – воскликнул Джей. – Ах ты сука, так ты выжил!
     В ответ раздался оглушительный рёв, и барабанная дробь ударов столько могучих, что камень под ногами всех вокруг трясся. Кей поморщился, берясь за висок.
     – Нужно было закрыть и звук тоже…
     – Чего это он? – поразился Джей. – Что он, совсем ума лишился? А говорят, что бруагары самые умные из владык.
     – Может это ты ему последние мозги отбил, – буркнул маг.
     Резко перехватив посох, он сделал колющее движение. Щит, став на миг видимым, резко сжался, зажимая демона. Бруагар злобно взревел, но все шесть конечностей лишь бессильно подёргивались намертво прижатые к телу.
     – Нурахил, у тебя есть всего один шанс не отправится в Чёрную реку опять, – зловеще сообщил Кей. – Откажись от контракта с дроу, и вали обратно по-хорошему!
     В ответ демон застыл на миг, затем по округе разлился едкий гулкий хохот.
     – Воргук гракарту, ругаша сильфру!
     – Он сбрендил, – констатировал Джей. – Ты хоть понимаешь, где ты щас находишься? Я предлагаю вырвать его душу и отдать Мефарию!
     Демон затянул хриплое заклинание с грубой глубокой интонацией. Щит Кея начал медленно похрустывать.
     – Много чести, – холодно сообщил маг. – Джей, твоя очередь. Возьми Убийцу.
     Мечник ответил зловещим низким хохотком и рванулся с места – выронив из руки свой меч.
     Последний пассаж магии демона вырвался из его глотки диким рёвом. Щит тонко хрустнул… и распался.
     Кей выбросил руку вверх – сверкнула искра, и в тусклом свете волшебных огней блеснул длинный голубоватый клинок. Джей припал к земле и с натужным выдохом резко рванул вверх. Магические сапоги подбросил его к оружию, полупрозрачный меч кувырнулся и будто живой скользнул рукоятью в ладонь путешественника. Демон раскинул все шесть лап, в его горле заклокотало пламя.
     Выгнувшись всем телом, мечник врубил клинок в голову монстра и с рыком рванул лезвие сквозь кости, плоть, раскалённую лаву и металл тела демона.
     Тонкий хруст провёл линию к земле, клинок вышел из противника как из масла. Рухнув на камень, Джей отшатнулся от противника на пару шагов.
     Демон застыл. Клокотание пламени продолжалось недолго, постепенно смолкая.
     Резкий взрыв разнёс голову монстра на куски в фонтане огня. Тело медленно распалось на две половины, ровно разделённое пополам, внутри виднелись быстро стынущие подтёки лавы.
     – Есть! Идеально!
     Джей машинально махнул клинком, стряхивая кровь – хоть тот был чист. Хрустальное лезвие потемнело и вдруг… с хрупким звоном взорвалось сотней мигом растаявших в воздухе осколков.
     – Очень неплохо, мой друг, – одобрил Кей. – Одним ударом.
     – Дааа… – Джей с усмешкой демонстративно покрутил рукоять. – Жаль, что он всегда ломается, да? Красивая такая штучка… И года не прожил!
     – Новый рекорд. Хорошо, что он нужен только раз в пять лет. Итак, никто не пострадал?..
     Белокожие повернулись осмотреться. И казалось, порталы в Бездну открывались в крепости Молув’итар каждую неделю – потому что всё вокруг быстро приходило в норму. Солдаты поспешно расходились, повинуясь суровым командам Первой дочери. Старшие матери деловито беседовали между собой.
     – Недурно, но довольно расточительно, убивать таких тварей, – заметил Ссавата. – Бреагары отличные слуги. Жадные, жестокие, подлые – они чудесно предсказуемы.
     – Как по мне, туда и дорога! – Ларриа передёрнула хрупкими плечиками. – Бррр. Мерзкая тварь!
     – Интересно, его останки не исчезли, – заметил Джула. – Спорю, он убил его, изгнав душу – а значит, тело останется на материальном плане! Плоть демонов штука дорогая…
     Уливира закатила глаза.
     – Поверить не могу. Алистраи, я возвращаюсь в свой дом, организуй мне сопровождение!
     Мать Авармин резко развернулась и двинулась к своему экипажу – строгой чёрной карете, запряжённой тройкой низких тягловых круглобоков.
     – Видно, что она бесится, если она начинает приказывать другим матерям как слугам, – заметила Ссавата.
     – Сложно её не понять, – буркнула Накрииль. – Демон вылез прямо нам на голову!
     – Я и сама могла бы от него избавиться, – ревниво сообщила хозяйка Безымянного Пламени. – Возвращайтесь, я дам вам эскорт. А вы двое…
     Алистраи обернулась к белокожим:
     – Из-за вас это началось, вы это и закончите! – свирепо скомандовала дроу. – Я хочу, чтобы от Крыла дракона и демонов не осталось и следа! Кей! Делай что угодно, но избавь меня от порталов в Бездну в моём! Доме!
     Алистраи в сердцах стукнула посохом, вызвав маленькую волну огня. Джей усмехнулся:
     – Значит, мне наёмники? Ладно, я спрошу у Вьерны дорогу…
     Белокожий мечник отошёл. Кей с усмешкой поклонился властной дроу:
     – Не беспокойтесь, госпожа, у меня есть отличный план.
     И маг просто растворился в воздухе. За спиной Алистраи раздалось сомнительное бормотание.
     – И они просто… всё сделают? – протянула Ларриа. – Знаешь, Алли, я начинаю думать, что ты всё-таки прыгнула выше головы.
     – Скажи спасибо, что это не твой дом они оккупировали, – буркнула в ответ Алистраи.
     Вскоре три кортежа окружённые лучшими воинами дома покинули внутренний двор крепости Молув’итар. Мать Уливира покинула дом ещё раньше.
     Алистраи наблюдала за своими союзницами с балкона, размышляя, рискнут ли они её предать или хаос вокруг всё-таки будоражил их фантазию слишком сильно. С другой стороны, они все так глубоко увязли в этой войне против Первого дома, что пути назад могло и не быть. Вопрос – знали ли это сами старшие матери? Готовы ли они это принять?
     – Мать Алистраи…
     Голос неслышно подкравшейся дочери вывел Алистраи из задумчивости. Шалшари, обнимая сестру за плечи, вела к ней Брию, заметно уставшую, но всё равно одетую для патруля.
     – Ты сказала, что поможешь, а не сделаешь хуже, – буркнула младшая дочь. – Черноглазая предательница…
     – Нууу, не шипи не меня, маленькая тень…
     Алистраи удивлённо приподняла бровь. Она уже давно смирилась, что её вторая дочь принадлежит теперь не только ей. Но сама Шалшари всегда заметно злилась, когда кто-то упоминал её… особенность. Сейчас, однако, она это просто проигнорировала, и взамен погладила сестру по волосам.
     – Что случилось, девочки?
     – Брия желает тебе кое-что рассказать, мать Алистраи, – выразительно промурчала Шалшари.
     Отступив назад, она подтолкнула Брию как маленькую. Та метнула на сестру раздражённый взгляд, потом посмотрела на мать. Лицо приёмной дочери было расстроенным.
     – Я…
     Брия запнулась. Алистраи помедлила. Затем шагнула вперёд и обняла дочь, погладив по голове.
     – Всё хорошо, Брия. Просто скажи мне. Я не стану злиться.
     Та ответила горьким вздохом, потом отстранилась.
     – Мои сны… вернулись, мать Алистраи, – понуро сказала она.
     – Что?
     Алистраи удивлённо взяла Брию за плечи. Слуги наверняка донесли бы ей, если бы та просыпалась от кошмаров. Так было в прошлый раз, до того рокового похода на поверхность.
     – Да… – Брия криво усмехнулась. – Ты думаешь, как я смогла так долго это скрывать?
     Шалшари хихикнула, заметив как у матери светятся щёки, та метнула на дочь свирепый взгляд.
     – Просто… скажи, что ты видишь? Это опять поверхность?
     – Нет, это… это какие-то пещеры. Я уже давно вижу этот сон, – признала Пятая дочь. – Сначала всё было как раньше. Я стояла на поверхности, под светом точек на своде… но вместо солнца, я вдруг проваливаюсь под землю. Потом падение постепенно прерывается, я будто… парю в воздухе. Всё вокруг невесомое и я вижу эти залы… огромные пещеры. Они странно светятся, я не… не думаю, что это настоящий свет. Может, это просто воображение… но всё выглядит так естественно! Позже я… начала видеть их изнутри. Будто я бреду по тоннелю и неожиданно он кончатся этим огромным гротом с пиком в центре…
     Шалшари тронула сестру за плечо:
     – Скажи самое главное.
     Брия засияла румянцем.
     – С чего ты взяла, что это главное?
     – Я так думаю. – Шалшари провела пальцем по её уху: – Давай говориии…
     – Гнх!.. – Брия отчаянно отмахнулась. – Ладно! Я… никогда не боюсь. То есть утром поначалу меня продирала паника, но потом… это просто сны. Я даже… – она помешкала, – я даже ощущаю, будто там… безопасно.
     Она отвернулась и чмыхнула носом.
     – Я… будто снова стала ребёнком, которого тянет в Пустоты! Поначалу кажется, что там полно потрясающих приключений… пока кого-то не задерёт туннельная тень или исполосует ползун.
     – Ясно… – протянула Алистраи. – Это… странно. Я даже не знаю, что сказать… но пока это тебя не тревожит, я…
     – У неё редкий дар.
     Старшая мать резко взорвалась волной пламени, заставив Брию испуганно взвизгнуть. Огнь вырвал из тени за собранной занавеской хрупкий силуэт.
     – Решила показаться, тень? – протянула Шалшари.
     Теневая эльфийка Зит вышла из укрытия.
     – Я старше тебя, так что не вздумай мне дерзить! – Она игриво улыбнулась. – Или я не стану с тобой танцевать. Пожалеешь!
     Шалшари оценивающе прошлась по девушке взглядом. Та не обратила внимая, приближаясь к Брие.
     – Ты всегда видела сны, так ведь? – прямо спросила летописец. – Нет, не говори. Я знаю. Я видела твои сны в Плетении.
     Она дружелюбно улыбнулась, и взяла Брию за руку. Та настороженно молчала.
     – Она оракул, – сообщила Зит.
     – Чушь! – резко фыркнула Алистраи. – Оракул?! «Голос бога»? Если такие дроу и существуют, они принадлежат Тёмной Матери!
     Зит отчаянно закрутила головой:
     – Нет-нет-нет-нет! Она не избранница бога, или что-то вроде. Она слышит Мир!
     – Чего? – ошарашенно протянула Брия. – Я не… Ты просто чокнутая!
     – Это нормально, что ты боишься, – отмахнулась Зит. – Но тебе нельзя закрываться от своих сил, это единственный способ себя ранить. Я могу рассказать тебе, как успокоить видения. Я часто вижу оракулов во снах. Всего пару лет назад я встретила мальчика, который постоянно видел морского змея на другой стороне Мира. – Летописец рассмеялась: – Он так боялся поначалу! Теперь они путешествуют по Миру вместе.
     – Ты правда можешь?.. – Брия осеклась и качнула головой. – Нет, я не могу просто заниматься какой-то ерундой! Старшая мать…
     – Я хочу, чтобы ты помогла ей узнать.
     Брия отчаянно замерла. Алистраи взяла её за руку:
     – Ты мне веришь, дочка?
     Девушка открыла рот, чтобы запротестовать, но осеклась, и покорно склонила голову.
     – Да.
     Зит немедленно цапнула её за руку:
     – Идём! Я знаю, где твоя комната, я тебе всё расскажу!..
     Волна теней унесла Брию в глубину башни. Вторая дочь подошла к старшей матери и, обняв за плечи со спины, положила подбородок ей на плечо.
     – Мы превратились в цирк, да? – протянула Шалшари.
     – О, определённо, – заверила Алистраи.
* * *
     В вечной темноте подземного мира лента реки была непроглядно чёрной. И только вдоль оживлённой набережной порта воду украшали сотни бликов от множества огней.
     Отряд приближался к поселению из пустошей. В отличии всех остальных явившихся из города солдат, они шли не скрываясь, прямо по дороге. Несколько всадников прикрывали фланги колонны из полусотни пеших воинов. Лишь часть солдат имела маскировочные плащи практически неотъемлемые от воинов дроу. Но эти воины не боялись обнаружения в темноте Нижней Тьмы.
     Обычно это от них все прятались.
     В стороне от отряда возникли очертания всадника – к колонне приблизилась жрица на крепком чернокогте. Воины покосились на неё, без страха и не скрываясь. Женщина скривилась, но ничего не сказала, вопреки привычке пройтись хлыстом по любому мужчине, что посмеет поднять взгляд без причины.
     Жрица нашла командира позади колонны.
     – Мои солдаты пойдут прямо за вами, – сухо начала она. – Когда вы прикончите охрану на окраинах, мы…
     – Прочь отсюда.
     Женщина шла пешей, несмотря на свой ранг. Доспех покрывал её как вторая кожа, не скрывая роскошных обводом идеального даже по эльфийским меркам тела. Несмотря на кажущуюся слабость, броня была непроницаема для любого клинка, если только он не гудел от магии. Из-под шлема лилась струя белого шёлка роскошных волос.
     Хозяйка Крыла дракона была прекрасна и смертоносна.
     Но, несмотря на пугающую репутацию наёмницы, жрица не могла снести такого обращения от какой-то безродной. Резко дёрнув поводья, она заставила ящера перекрыть дорогу. Солдаты рядом немедленно остановились, но не посмели – как считала жрица – достать оружие.
     – Тебя наняли, чтобы исполнить волю совета! – рявкнула жрица. – Перечить мне, значит!..
     Резкое движение заставило её нервно дёрнуться. Жрица ощутила давление на бедре всего на секунду, затем испуганно взвизгнула – Фалендира вырвала её из седла одной рукой, будто трепала ребёнка. Верная дочь Тёмной Матери испуганно сжалась на земле. Чернокоготь свирепо заклокотал и… пара острых клинков прошили его голову как кусок мяса. Зверь, скребнув лапами, рухнул на землю.
     – Ты просто привязавшийся к нам паразит, – холодно обронила Фалендира, возвышаясь над жрицей. – По-твоему, тебе позволят подбирать за нами крохи славы? Дочери богини измельчали в последние годы…
     Жрица быстро оправилась от неожиданного развития ситуации и резко подалась вперёд прорычав:
     – Ты думаешь, тебе сойдёт с рук обращение с высшей жрицей?!
     Клинок прижался к её горлу, заставив умолкнуть.
     – Да. – Фалендира ответила бесстрастно. – И если не хочешь, чтобы твои кишки украсили пустоши, то проваливай отсюда, и не мешайся у меня под ногами. Приведёшь своих падальщиков, когда я скажу.
     Не дожидаясь приказа, солдаты Крыла двинулись дальше, тем же размеренным шагом. Фалендира слитным движением убрала клинок в ножны, занимая место в строю.
     Жрица, задыхаясь от ярости, неловко подобралась, встав на ноги. Сказать что-то вслед обидчику она не рискнула.
     Оказавшись на самой границе порта отряд остановился. Их провожатые из Собора и старших домов маячили поодаль, явно питая иллюзии на счёт своей незаметности. Рядом появился один из офицеров.
     – Они наверняка попытаются убрать нескольких из нас, – сказал первый капитан.
     – Тогда избавитесь от них.
     Фалендира встала за строем. Отдавать приказы было не нужно. Её бойцы сражались столетиями под её началом, каждый знал своё место в отряде превосходно.
     – Пока разберёмся с прямой задачей, – сказала Фалендира. – Вы изучили позиций Дома Огня?
     – Да. Они нас ждут. Стрелки на высоте. Всадники в тылу, скрыты. Они отвели магов.
     – Умно. Вьерна в доме, значит, её нет на обороне. И, тем не менее, я ощущаю её руку. Они не верят, что смогут удержать оборону, готовятся захватить нас в глубине порта.
     Хозяйка Крыла усмехнулась.
     – Начинайте.
     Без лишних команд отряд развернулся в атакующие связки. От трёх до пяти воинов, независимо друг от друга, но в то же время слитной силой двинулись к ближайшим позициям противника – группам наростов, провалам и погружённым в темноту крайним зданиям.
     Первые стрелы вырвались с позиций. Защитники действовали привычными методами, стараясь ослабить противника.
     Тактика была совершенно бесполезна против тяжело вооружённых воинов – дротики безвредно отскакивали от брони, воины Крыла не оставляли ни единой бреши.
     Всё больше дроу наёмников достигало позиций защитников. В первых укрытиях уже завязались короткие стычки. Воины Молув’итар держались на уровне с отрядами правящих домов, сражаясь на равных с тренированными воинами.
     Но бойцы Крыла были на ином уровне. Закалённые в сотнях схваток, пережившие жесточайшие битвы – каждый был выбран лично их хозяйкой, поставлен в идеальное место в отряде. Связки, созданные чтобы усилить сильные и прикрыть слабые стороны каждого члена, уничтожали противников с лёгкостью. Сопротивление даже не замедлило продвижения наёмников, они врезались в позиции противника, задерживаясь только для смертельного удара.
     Экзотическое оружие создавало свои проблемы. Воины Крыла в равной степени носили как привычные среди дроу мечи и щиты, или парные клинки, так и использовали невиданное в Кворвате оружие.
     Тонкое копьё с широким лезвием описало изящный пируэт и впилось в шею защитника, рисуя в воздухе кровавую дугу. Короткие топорики звонко разбили клинок воина и врезались в грудь, раздирая кольчугу как косы ползуна. Парные клинки на глазах ошарашенного противника с шелестом слились в двухсторонний шест-меч, оружие обратилось кольцо стали – свистящий круг вскрыл солдата как рыбу, отбросив прочь.
     – Мы двигаемся, как и рассчитывали, госпожа, – сообщил оставленный для сообщения второй капитан. – Последний отряд готов.
     – Начинайте.
     Оставшиеся солдаты Крыла выдвинулись к захваченным позициям. Фалендира в сопровождении капитана двинулась следом, осматривая затихшее поле боя. Воины Дома Огня лежали повсюду, покрытые кровью, там, где их настигли клинки наёмников.
     – Хорошее оружие, – заметила она глядя на павших.
     – Нам начать сбор?
     – Не мели чушь, нет нужды опускаться до уровня мяса правящих…
     Неожиданно женщина застыла и повернулась к зданию неподалёку.
     – Что-то не так.
     Капитан, уловив нотки напряжения в бесстрастном голосе хозяйки, не стал скрывать удивления.
     – Наши воины прошли там только что, – заметил он. – Если противники отступили, они просто…
     – За этим домом переулок, – прервала Фалендира. – Идеальный проход. Но там слишком тихо.
     Она резко двинулась к указанному зданию… И тут со стороны дома раздались резкие удары, такой силы, что казалось, будто в стены дубасит огр. Следом из дверей вылетел дроу и, прокатившись десяток шагов, врезался в невысокий каменный нарост.
     – Это же… – выдохнул капитан, распознав бойца Крыла.
     – Они здесь, – напряжённо сообщила Фалендира. – Отводи солдат, живо.
     Стальной тон не допускал расспросов – дроу приложил пальцы к губам и издал звонкую трель. Приглушённые расстоянием звуки боя резко начали затихать. Затем с захваченных позиций солдат Молув’итар начали быстро собираться наёмники.
     – Есть потери… – Заметил капитан. – В пределах нормы, но…
     – Не с этой стороны, – ровно прервала хозяйка. – Это они. Как минимум…
     Она не закончила. Из дверей дома показался силуэт. Выше и массивней самых широкоплечих эльфов.
     – Ясно, – сказал капитан. – Окружить его и…
     Хозяйка Крыла прервала подчинённого взмахом руки. За спиной фигуры появилась одна из связок – они, видимо, прошли глубоко по правому флангу и возвратились через дом.
     Их было трое: с широким двуручным мечом, парными клинками и странным даже для дроу стальным хлыстом. Заметив белокожего, связка атаковала машинально, не задумавшись.
     Первым обрушился ведущий с двуручником – его клинок со звоном отлетел в сторону вырванный из рук странным ломаным взмахом. Белокожий сразу рванулся вперёд, захватывая воина одной рукой. Солдат с парными клинками ловко увернулся от брошенного товарища, но тут же отскочил от взмаха, затем от другого. Третий пришлось блокировать – удар отбросил воина прочь. Хлестнул хлыст, обившись вокруг меча, дроу замахнулся веером отравленных ножей и…
     Белокожий мечник просто рванул его с такой силой, что эльф немедленно растянулся на земле, не успев выпустить оружие. Рукоять он тут же отпустил, не позволяя новому рывку лишить его руки, и тут же перекатился к лежащему рядом двуручнику. Хлыст злобно хлестнул возле его пальцев, затем обвился вокруг шеи.
     Белокожий бросил чужое оружие как раз когда к нему рванулся ведущий и… широким взмахом снизу вверх подбросил его в воздух!
     – Что за?.. – поражённо выдавила Фалендира.
     Её капитан просто вытаращился на безумную технику. Белокожий плавно развернулся вокруг себя и новым ударом поднял дроу выше – ещё раз, и ещё! Меч на миг обратился в тёмный круг, над которым застыл закованный в броню дроу.
     Последний удар подбросил бойца Крыла на добрых два роста. Картинно обернувшись, белокожий положил меч себе на плечо, безошибочно глядя на Фалендиру. Дроу плюхнулся за ним со стоном боли.
     Последний из связки давно скрылся в темноте, рассудительно решив просто обойти ненормального противника. На ходу сдирая хлыст, за ним последовал второй.
     – Эгей, в темноте! – радостно позвал Джей. – Я тебя вижу!
     Он медленно двинулся к застывшей на пригорке хозяйке отряда.
     – Это ты что ли здесь главная? Я о тебе много слышал.
     Солдаты вокруг собирались для атаки, без приказа и понуканий.
     – Не вздумайте атаковать, – холодно приказала хозяйка Крыла. – Он вам не по зубам.
     – Ему не остановить всех… – упрямо процедил капитан.
     Фалендира подняла руку – дроу шатнулся как от удара. Авторитет госпожи в Крыле дракона обсуждать было не принято.
     – Я сама с ним разберусь.
     Фалендира двинулась к белокожему. Окружённые солдатами Крыла мечники застыли в десятке шагов между ними.
     – Твои мальчики не присоединятся? – выразительно спросил Джей. – Всё верно, ты их побереги.
     – Ты считаешь, что можешь взять верх? – холодно заметила дроу. – Нет. Ты не сможешь.
     – Мне то же самое сказали на Арене, и посмотри, что их этого вышло, – едко заметил Джей, картинно крутнув клинок.
     Дроу саркастично рассмеялась.
     – Не знаю, какие фокусы там провернула твоя покровительница, белокожий, но здесь это не сработает!
     Джей идеально повторил её смех.
     – Ну это… Ты вправду думаешь, что это были уловки? Сколько ты проиграла на ставках?
     В ответ Фалендира неуловимым движением обнажила клинок и… удивлено приподняла бровь. Солдат, которым белокожий жонглировал как отрубленной головой, приподнялся на локте. К нему немедленно поспешили товарищи.
     – Жив…
     – Я сегодня добрый, – прояснил Джей и показал клинок противнице: – Чары такие, называется «Милость». Клинок не ранит, только… наказывает. Если кто не прав.
     – Советую избавиться от этой дряни, если не хочешь чтобы шкуру с тебя сняли заживо, – злобно процедила Фалендира.
     – Ты обиделась? – уточнил белокожий. – Довольно мелочно для мастера твоего уровня. Но не беспокойся…
     Джей двинулся к противнице, медленно покручивая клинок в руке.
     – Я могу убить и так.
     В единый миг дроу сорвалась с места, сверкнувший магической вспышкой меч врезался в «клинок милосердия». Мечники застыли, окружённые душераздирающим скрежетом. Сжимаемые в напряжённых руках мечи чуть двигались в хаотичных для неопытного взгляда движениях.
     – Умеешь работать вплотную? – напряжённо выдохнул Джей. – Ловко…
     – Ты слишком полагаешься на свою магию… – процедила дроу.
     Оба прекрасно ощущали, как их тела переполняет магическая сила артефактов, скрытых под одеждой и доспехами. И оба прекрасно знали, что это ничего не значит – победа всегда принадлежала лучшему мастеру.
     Скрежет прервался дикой нотой. Дроу выгнула руку и ударила коленом. Джей ответил похожим движением, отбив удар встречным кулаком. Клинки тонко звякнули на последок, мечники разошлись.
     Фалендира немедленно выстрелила собой в противника. Меч звонко обошёл защиту, отправляя клинок белокожего в сторону. Острие хищно рванулось к шее… и промахнулось – широкий взмах заставил дроу отклониться.
     Контратака пришла волной коротких ударов. Когда дроу уже готова была распознать уловку в простоте атаки – белокожий, разумеется, пытался усыпить бдительность – то противник… не остановился. Серия продолжалась по одному кругу снова и снова, всё ускоряясь. Хозяйка Крыла ощутила, что с трудом может поддерживать темп. Короткий укол паники, будто команда отбросил её назад.
     Она почти ощутила лезвие клинка, пронёсшееся перед лицом в последний миг. Но переведя дыхание, вдруг поняла, что белокожий… просто стоит на месте, с мечом в нижней позиции. Он не поднимал оружие после атаки. Он не наносил короткий удар.
     Взмах, который, она была уверена, чуть не рассёк её переносицу, случился только в её воображении!
     – Тебя что-то смущает? – невинно протянул Джей.
     Фалендира усилием воли подавила сомнения.
     – Не знаю, где ты этому научился, – процедила она, – но ты понятия не имеешь, с кем сражаешься!..
     Резко отбросив меч над плечом, дроу выгнулась в напряжённой низкой стойке. Джей в ответ хмыкнул.
     – Неверно. Теперь я точно знаю, с кем!
     Хозяйка потрясённо выдохнула, когда белокожий идеально скопировал её стойку. Стойку, которую она разрабатывала много лет.
     Но пора было решать исход – дроу ощутила, как кровь наполняется энергией. Мышцы сократились, будто в спазме, едва подконтрольные сознанию хозяйки. Клинок рассёк воздух, с громовым рёвом перерубая едва ли не само пространство.
     Полупрозрачная волна рванулась к белокожему.
     И взорвалась, врезавшись в крест накрест зеркальную волну!
     Пыль и мелкие осколки ударили во все стороны. Оглушающий грохот столкнувшихся силовых лезвий заметался под высоким сводом грота. Эхо закричало в отдалённых зарослях сталагмитов.
     Клинки мечников скрестились вновь.
     – А ты в хорошей форме, – выдохнул Джей. – Руки не болят?
     Фалендира не ответила, резко вывернувшись из-под оружия белокожего. Резкие удары пришли, будто с противоположных сторон заставив её закрыться в глухой обороне. Волна косых ударов отбросила на пару шагов.
     Джей резко разорвал дистанцию длинным отскоком. Затем плавным движением развёл руки, поднимая меч над головой. Рукоять двигалась в ладонях мечника будто живая…
     Знакомая пластика ударила в сознание дроу страхом.
     – Эта техника!..
     – Оо, ты знаешь эту технику?
     Кончик клинка противника хищно шевельнулся – Фалендира едва успела закрыться своим мечом от неизбежной смерти…
     Вновь раздался звуковой удар, тише, но резче. Излишний шум при создании силовой атаки всегда служил признаком небрежности.
     Почти невидимая волна искажения рассекла воздух и врезалась в дроу как в стальную статую, камни взорвались вокруг Фалендиры под рикошетом удара. Застывшая в нестерпимом напряжении мечница проехала пару шагов по земле.
     Меч дрогнул. Руки хозяйки Крыла дракона опустились – и одновременно клинок её меча медленно рассыпался в пыль. Сжимая в руках одну рукоять, дроу бессильно рухнула на колени.
     – Ооочень неплохо! – оценил Джей. – Честно говоря, я рад, что ты знаешь верную защиту от «кары», не хотелось бы соскребать тебя с пола…
     – Невозможно… – пролепетала дроу. – Эта техника…
     Джей подошёл к поверженной противнице, рассеянно помахивая мечом. Вокруг раздавалось почти неслышное роптание окружающих солдат.
     Фалендира подняла на Джея взгляд.
     – Мастер…
     Мечник озадаченно замер, потом с неловкой усмешкой замахал рукой:
     – Нет-нет! Что ты несёшь? Разве я похож на Мастеров? Мне хочется думать, что я не дурковатый!
     Джей неловко хохотнул, рассеянно потирая шею. Фалендира потрясённо качнула головой:
     – Но эта техника! Эти движения, и твой клинок…
     – А, вот оно что! – хлопнул себя по щеке белокожий. – Фокус в мече. Клинок разорвало как положено, он просто…
     Джей показал меч Фалендире и подвигал рукояткой. Лезвие заметно гнулось, будто свежий стебель.
     – Не совсем… железный. Вернётся в норму через пару часов. Ну же, поднимайся…
     Путешественник взял под руки ошарашенную дроу, помогая встать.
     – Нам друг перед другом гнуть спину не пристало.
     Фалендира, с трудом подавляя удивление рассеяно засунула рукоять меча за пояс, не отрывая глаз от Джея.
     – Ты… ученик?
     – Именно так, – охотно кивнул тот. – В каком храме ты училась? У мастера Вайга? Нет-нет, я угадаю, – ты из восточного храма, так?
     – Да… – поражённо протянула та. – То есть, нет. У мастера Вайга, в Обители Облака.
     – Я бывал Поднебесье, – кивнул Джей. – Неблизкий путь даже с поверхности. Что привело туда жителя Нижней Тьмы?
     – Что всегда приводит, – просто ответила дроу, приходя в себя. – Приказ богини. Я была на высоком положении, знаешь ли. В прошлой жизни.
     – Я слышал, тебя отправили на поверхность, после чего ты как говорят «вернулась другой» – с усмешкой заметил Джей. – Спорю, они понятия не имеют, насколько.
     – Ты даже не представляешь, – фыркнула Фалендира. – Меня отправили на поверхность с приказом прирезать пару «белокожих предателей». Эльфов, как ты понимаешь.
     – Уж верно…
     – Да. Когда я исполнила приказ, с рвением, наш отряд перехватили Мстители. Не думала, что белорожие эльфы умеют быть злее наших сородичей. Мне пришлось немало поблуждать в ночи под этими вашими звёздами, прежде чем…
     Фалендира запнулась и неуверенно отвела глаза. Джей поднял руку:
     – Нет-нет, не нужно. Я знаю, как это бывает.
     – Спасибо. Я не хотела бы обсуждать посвящение.
     – Не мели чушь, я не могу тебя заставить.
     – Но ты же выше по рангу, – усмехнулась дроу. – Хоть и вряд ли старше по возрасту…
     – Эй, полегче, ушастая ящерка, – возмутился мечник. – Когда это случилось?
     – Почти двести лет назад. Меня не было в городе всего два десятилетия, ничтожный срок по прежним меркам. Но многое изменилось. Я уходила благородной дочерью, наш дом был почти в совете, подумать только… Когда я вернулась, я уже была лет десять как безродной.
     – И потому ты собрала… – Джей оглянулся вокруг, – свой небольшой клуб?
     Фалендира покачала головой.
     – Что ещё было делать? Поступила, как меня учили, – фыркнула она. – Я вернулась горя желанием использовать посвящение в пользу дома, возвыситься. Всё, как желает богиня…
     – Тебя отпустили в паломничество, – понял Джей.
     Дроу горько усмехнулась.
     – И не предупредили об этом. Разумеется, я обучалась без оглядки на Путь! Кто знал, что он настигает тебя без разрешения…
     Она вскинулась с улыбкой.
     – Может тебе стоит просто убить меня на дуэли, путник?
     – Так нам Откровения не найти… – протянул Джей, оглядываясь вокруг.
     Как организм реагирует на болезнь, солдаты сжимали круг, реагируя на слова хозяйки. Фалендира чуть повернула голову и холодно скомандовала:
     – Прочь отсюда, здесь вам не представление. Почему ещё не перегруппировались?
     В темноте растерянно молчали.
     – Что планируешь делать теперь? – спросил Джей. – Играть в солдатиков уже не выйдет. Разве что ты хочешь, чтобы я их… – Он выразительно качнул мечом – клинок вильнул как палка колбасы. – И на мелкие кусочки.
     – Как же твои чары? – с иронией спросила Фалендира.
     – Сорвались, – просто ответил Джей. – Говорю же, меч разбился. Я потому его с собой и таскаю. Обычная железка по сути, но для силовых приёмов незаменим. Я за год две дюжины клинков бы переломал!
     – Я сожгла свои лучшие мечи за пару лет, – поддержала дроу.
     Послушники Пути сдержанно рассмеялись, излучая солидарность и доверие. Замешательство солдат усилилось до физически ощутимого уровня.
     – Ты должна им что-то сказать, – заметил Джей.
     – Сама знаю, – устало ответила Фалендира.
     Развернувшись, она сделала жест:
     – Стройтесь. Все, даже раненые.
     В темноте раздался шум множества ног. Солдаты Крыла дракона выстроились по приказу госпожи.
     – С этого момента вы все свободны, – сухо сообщила та, коротко оглядев бойцов. – Вы служили мне верно, и каждый вправе на вознаграждение согласно своему положению. Мой последний приказ – разделить казну поровну. Теперь уходите.
     Она снова повернулась к Джею, давая понять, что разговоры окончены. Тот с сомнением посмотрел на фигуры солдат за её спиной. Никто не шевельнулся.
     – Тебе необходимо отправиться в паломничество, – заметил белокожий. – Ты совершенно никудышный наставник…
     – Никогда не понимала «Учения мудрости»… – мрачно буркнула дроу.
     – Госпожа.
     Спокойный голос за спиной заставил дроу обернуться. Перед ней стояли капитаны – первый впереди, остальные чуть сзади, по старшинству.
     – Какая ирония, для той кто ведёт других… – протянул Джей.
     Под взглядом Фалендиры капитан опустился на колено.
     – Я сказала, вы больше не мои, – холодно сказала дроу. – Уходите. Вы знаете, что вам найдётся место в других армиях.
     – Невозможно, госпожа, – ровно ответил дроу. – Вы создали нас. Без вас мы вернёмся в те ямы, откуда вы нас вытянули.
     – Тогда это то, чего вы заслуживаете! – зло рявкнула Фалендира. – Я больше не стану указывать вам, что делать! Прочь!
     – Вы вправе отказаться от нас, госпожа, – продолжил капитан. – Но вы правы, вы больше нам не указываете.
     Капитаны за его спиной встали на колено. Первый поднял лицо к бывшей госпоже:
     – И потому я сам выбираю отдать вам свою жизнь. Я не покину вас, я последую за вами даже против вашей воли…
     Несколько солдат вышли вперёд и тоже преклонились.
     – …если вы желаете прервать мою жизнь, я буду сражаться, хоть и знаю, что мне вас не одолеть. Но если вы пожелаете отдать мне приказ…
     Солдат вокруг становилось всё больше. Рядами воины преклонялись перед заблудшим адептом Пути. На лице Фалендиры смешались растерянность и раздражение.
     – …то я исполню его, как вы учили нас, сделав из нас лучших воинов в Кворвате, – закончил капитан. – Вы создали нас, и только вы распорядитесь нашей жизнью.
     – Жертвовать жизнью для других – грех, – мрачно сказала дроу. – Ты смеешь идти против воли богини?
     Капитан не ответил. Холодные и бесстрашные наёмники, неожиданно испуганные перспективой лишиться своей жестокой и тяжёлой, но единственной жизни, выжидающе смотрели на избранную госпожу. Дроу устало обвела глазами чересчур верный отряд. Затем посмотрела на задние ряды, где ровно стояла одинокая фигура.
     – А я уйду! – довольно заявила тощая девушка, упираясь руками в бока. – Всегда хотела себе собственный отряд!
     Фалендира выдохнула.
     – Ну хоть кто-то не идиот…
     Её прервал звонкий смех. Распихивая коленопреклонённых солдат, девушка вылезла вперёд.
     – Я пошутила, конечно я останусь! – заявила она с улыбкой. – Ты злобная сука, Фалендира, но у меня больше никого нет!
     Шутница встала на колено прямо перед хозяйкой, заглядывая ей в лицо.
     – Дочь? – поднял брови Джей.
     – Племянница, – буркнула дроу.
     И запрокинув голову, неподдельно устало застонала. Джей сочувственно погладил Фалендиру по спине.
     – Это всё часть испытания, сестрица…
     – И это невыносимо! – несчастно выдохнула тёмная эльфийка. – Что мне с ними теперь делать?! Я так надеялась, что хоть теперь буду свободна. Что пришла пора просто бросить всё, что наконец-то я увижу Путь… А теперь что делать?
     Она выразительно обвела руками воинов.
     – Хммм… – Веско протянул Джей. – Знаешь, есть один дом…
     – О нет! – поспешно вскинулась дроу.
     – …который вполне может…
     – Даже не думай!
     – …взять их всех на службу, – с издевательской ноткой закончил мечник. – Да ладно тебе, ты знала, что этим всё кончится.
     Фалендира покачала головой.
     – Мы только что вырезали больше сотни её воинов. Сомневаюсь, что мать Алистраи будет рада видеть меня с предложением услуг.
     – Боюсь, ты её переоцениваешь, – заметил Джей. – Она всё ещё Старшая мать правящего дома, знаешь ли. Война есть война, с твоей стороны будет логично предложить свои услуги взамен потерянных бойцов.
     Фалендира помедлила секунду. Неуверенное выражение лица сменилось задумчивым. Она метнула на Джея короткий взгляд. Затем сделала рукой круговой жест:
     – Собирайтесь. Мы идём к дому Молув’итар.
     Солдаты немедленно повиновались, вскоре площадка вокруг послушников была чиста. Где-то вдали в темноте раздавались сухие команды.
     – Не прикажешь подать новый меч? – спросил Джей.
     Фалендира в ответ отбросила руку в сторону – во вспышке света возник простой прямой клинок, и она вложила его в ножны.
     – Уу, вижу, сама набралась фокусов, – заметил путешественник. – Знаешь, многие посвящённые никогда так и не уходят от мирского, ты здесь в большинстве.
     – Уж я думаю… – протянула дроу. – Но ты…
     Джей выразительно посмотрел на соученицу.
     – Ты ведь не просто так меня туда тянешь, – констатировала Фалендира. – Что-то происходит, так ведь? Неужели… – Она подалась вперёд, распахивая глаза, как ребёнок: – Может ли быть, что потому я просидела здесь почти сотню лет?!
     Джей с усмешкой поднял руки:
     – Я не Мастер, мне не знать. Но ты права, что-то происходит. Уже скоро. Очень скоро. Тебе стоит больше полагаться на свой…
     – …полагаться на свой Путь, – перебила Фалендира. – Да, да. Говоришь ты точно как Мастер… Так ты не из Обители?
     – Нет, меня нашли в северных королевствах. Мастер Ло.
     – Мастер Ло?! – ахнула дроу. – Я думала он легенда!
     – Я видел мастера Вайга только на фресках, – развёл руками Джей. – Это правда, что у него борода такая…
     – Похожа на шнурки? – Фалендира звонко рассмеялась. – О да! Я привыкала к этому дольше, чем к пробежкам к ручью.
     – Ох, я помню ваш ручей. Пытка, особенно когда облака поднимаются…
     – И дышать нечем, да! И камни такие скользкие. Поверить не могу, что есть места кошмарней Пустот…
     Великий Путь, который проповедовали вечные Мастера скрытых по всему миру небесных храмов, вёл каждого посвящённого его собственной, уникальной дорогой.
     Но сейчас Пути пары мечников на время пресеклись.
* * *
     Окружённая слугами Неркариен, дочь Дома Санриг’сар спешила по коридорам крепости. Безликие мужчины в масках принесли послание немедленно явиться в большой зал. Но ещё раньше она ощущала болезненные магические уколы. Это длилось уже пару часов.
     Крепость второго дома возвышалась в специально выделенной пещере, вдали от городских улиц. Магический барьер пресекал любые попытки проникновения без спроса. В центре грота возвышалась резиденция.
     Второй дом Кво’орвате Анх’сати не признавал любви своих сородичей к строгим формам. Создания бездны приносил с собой знания куда глубже, чем простое воображение смертных. Здание напоминало выросший в земле полукруглый комок плоти, покрытый неровностями и стянутый ветвистыми образованиями, будто венами. Базальт за сотни лет постепенно приобрёл красноватый ржавый оттенок, по мере того как стены здания пропитывались энергией Бездны.
     Десятки проходов коридоров и тоннелей прошивали комнаты и залы, превращая крепость в лабиринт. Огромное количество проходов заканчивалось тупиками и пустыми нишами. Разумеется, только члены семьи и доверенные слуги знали, где находятся все тайные проходы и секретные двери.
     В центре крепости размещался высокий зал. Свод возвышался на сотню шагов, три яруса изогнутых галерей тянулись вдоль стен.
     Несмотря на лабиринт переходов, в здании имелся всего один видимый выход – коридор по которому вели гостей, временно закрывая остальные проходы каменными перегородками. Неркариен выскочила на балкон напротив центральных дверей.
     Младшая дочь прибыла последней, Старшая мать Слестинае уже стояла там, окружённая дочерями – всё в красивых кроваво-красных платьях, дозволенных только колдуньям их дома.
     – Я вижу… вижу… вижу…
     У самого края балкона на коленях стоял одержимый. Сознание мага давно превратили в полный хаос магией и наркотиками, его тело укрывало только грубая ткань мешковатой робы. Он служил не более чем платформой для использования призванного из Бездны демонического духа. В данном случае, «всевидящего ока».
     – Он идёт, он идёт, он…
     Одержимый неожиданно захрипел, впиваясь в ткань на груди, затем резко выгнулся, рухнув на пол.
     – ААа!!! Я вижу его, вижу его!!..
     Старшая мать коротко двинула запястьем, и луч красноватого света впился в голову бывшего мага. Вопль резко прервался, сойдя на хрип.
     – Что за бесполезная тварь, – пренебрежительно обронила Арьорил, Первая дочь. – Он не может выдержать простого духа!
     – Дурочка, – сухо сказал мать. – Это и был дух. Что-то спугнуло мелкое отребье…
     Одержимый затих на полу, мелко вздрагивая. Неркариен брезгливо обошла будущий источник кожи для контракта.
     – Старшая мать, я…
     – Я вижу, что ты здесь, – сухо прервала Слестинае. – Держись подальше. Ты здесь для наглядного урока, так что смотри внимательно и не вздумай мешать.
     Прекрасно обученная младшая дочь даже не посмела подтвердить приказ и с безмолвным поклоном отошла назад. Ей вбивали понимание характера матери хлыстом, лучшим учителем из всех.
     – Начнём же, – скомандовала старшая мать.
     Неркариен с удивлением поняла, что ей предстоит увидеть настоящий ритуал. Её собственные способности ещё не шли дальше простой магии. Никто не позволял вызвать даже мелкого краснокрыла, хоть низшие демоны служили её сёстрам десятками.
     Мать и все дочери выстроились на краю балкона. Неркариен украдкой приблизились к краю чуть поодаль. Как она и думала, внизу на полу зала уже светился полностью заряженный круг союза с Бездной.
     Раздался речитатив, постепенно превратившийся в дрожащее наречие Бездны. Сплав звуков из материального мира и пространства демонов плыл под сводами зала, отдаваясь в ушах посторонних болезненным эхом. Круг засиял, огонь рванулся из замысловатого узора, но вопреки логике свет вокруг будто померк. Огненный хаос завораживал, языки пламени соблазнительно танцевали вокруг, обещая наслаждение боли, сладкую муку вечной агонии…
     С уколом ужаса Неркариен отшатнулась, отрывая глаза от круга. Желание нырнуть с балкона вниз головой было почти нестерпимым. Дроу поспешно начала дыхательное упражнение, изгоняя хаотичную силу демонов из головы.
     Резкий рёв огня, быстро слившийся с пронзительным воем демонических псов прервал её концентрацию. Неркариен боязливо взглянула вниз. Там в кругу бесновалась волна пламени…
     Нет, это были существа. Огромные, размеров с чернокогтя твари бились о края защитного контура. Она слышала, что эти создания отдалённо похожи на обитающих под солнцем простых животных, называемых «собаки» или «волки». Что за кошмарное то было место, если там жили такие неестественные твари! Совершенно не похожие на привычных дроу ящеров, или даже насекомых, сухие тела демонов поднимались слишком высоко на длинных ногах, а морды были странно угловатыми. Конечно, вряд ли даже тварей на поверхности окутывал этот жуткий огонь…
     Ужас от первобытного страха смешался в уме Неркариен с жадным вожделением власти. Её хотелось этих существ! Приказывать ими, видеть, как они повинуются каждой прихоти, как они повиновались её сёстрам, и особенно матери.
     Будто в ответ на эти мысли, старшая мать указала рукой вперёд, прорычав что-то на демоническом языке. Круг резко угас, и огненные псы взвыли с отчётливыми нотками паники. Новый приказ заставил их сорваться с места – обратившись в размытые лини пламени, псы скрылись в темноте прохода.
     – Мать Слестинае, откуда ты узнала, что он возле ворот? – спросила вторая дочь.
     Неркариен не сразу сообразила, что все её сестры давно выучили демонический, а значит, поняли приказ матери псам.
     – Там прервался этот ничтожный дух, – обронила мать. – Кроме того, этот червь явно шёл по кругу…
     – Червь… – протянула первая дочь. – Ты… ты думаешь это тот белокожий?!
     – Что это в твоём голосе, дочь? – обронила госпожа Санриг’сар. – Страх?
     Младшая колдунья поспешно склонилась перед матерью с истовым заверением:
     – Разумеется нет, мать Слестинае! Но… может, стоит подготовить слуг посильнее. Один из них убил Келевиру на Арене, и я думаю…
     – Умолкни.
     Дочь послушалась. Старшая мать безмолвно повернулась к тёмному зеву прохода.
     – Разумеется, нам понадобится слуга посильнее, – сообщила она. – Это другой, маг. Я его чувствую. Гончие его ослабят.
     Повисла тишина. Неркариен вспомнила, что это будет испытание и поспешно задумалась, что и почему её семья делает. Быстро стало понятно, что мать планирует избавить мага от части его заклятий – никто не мог колдовать вечно.
     За её спиной раздались шаги – сзади из ведущего вглубь дома коридора показалась группа дроу. Закутанные в алые мантии дома Санриг’сар жрицы Тёмной Матери сопровождали пару одержимых. Мужчин прикрывала одежда, но было видно, что их тела изменены мутациями. Это были воины. За ними мелькали балахоны и маски слуг.
     Но Неркариен нервно ахнула – её внимание приковало к женщине, которую они держали под руки. Стройная дроу шла будто пьяная, лицо ей закрывал мешок из мягкой ткани. За этим исключением, она была совершенно нагой.
     И это позволяло видеть, что чёрную кожу эльфийки покрывают сотни ритуальных шрамов.
     – Это же… – пролепетала младшая дочь.
     – Смотри-ка, ты не совершенно бездумная, – с ноткой превосходства сказала Арьорил. – Верно, это она. Тебе нравится?
     Неркариен вспыхнула щеками. Её первый опыт был со служанкой. Та соблазнила молодую дроу без труда, Пятая дочь только стала принцессой и, упиваясь преклонением слуг, не заметила подвоха. Позже выяснилось, что это был розыгрыш Второй дочери. Старшая мать наказала всех в равной степени, и Неркариен приказали провести «вступление в возраст» с одним из солдат. Ей понравилось владеть мужчиной, и Мать осталась довольна ритуалом, но сестры всё ещё поддевали младшую иногда.
     – Что, если нравится? – свирепо фыркнула Неркариен. – Может, ты мне её предложишь?
     – Закройте свои рты, дурные соплячки.
     Сухой голос матери уничтожил весь конфликт на корню. Оставив сосуд шататься как стебель лишайника на сквозняке, слуги поспешно отпрянули прочь, и скрылись в коридоре.
     – Она готова к вызову, – зловеще сообщила Слестинае. – И одно слово может сорвать заклинание. Будьте уверены, виновная вдоволь искупит глупость агонией даже без моего участия…
     Неркариен испуганно сжалась. Жрицы встали поодаль, позволяя одержимым подвести жертвенный сосуд к матери.
     – Вы знаете что делать, – сообщила старшая мать воздух. – Арьорил, ты будешь призывающей.
     – Слушаюсь, Старшая мать!
     Старясь не сиять от удовольствия слишком сильно, Первая дочь встала за сосудом, взяв её под руки. Младшие ревниво покосились на сестру – всем хотелось прикоснуться к самой совершенной призывающей технике их матери, увидеть хоть краешек её секретов.
     – Но старшая мать, – заговорила третья дочь, – этот сосуд, это же…
     Колдунью прервал резкий шум. Ни на что не похожий пронзительный звук, он постепенно нарастал… и скоро стало ясно, что это доносится из прохода!
     С истошным визгом из темноты коридора вырвался огненный шар. На огромной скорости пронёсся сквозь зал. И исчез в коридоре под балконом.
     – Что, пропади оно в Разломе, это бы?.. – выдохнула Неркариен.
     Она запнулась, осознав правду. Это была гончая.
     – Приступить сейчас? – спросила Арьорил.
     Старшая мать злобно покосилась на неё через плечо.
     – Нет. Жди приказа, или будешь наказана!
     Гнев матери обычно служил остановкой для любого раздора. Но сейчас дочери второго дома скептически переглянулись. Из тёмного прохода появилась фигура – гуманоид среднего роста, в похожей на мантию мага одежде, и с посохом в руках.
     На свету не осталось сомнений – это был белокожий.
     – Ах, наконец-то хозяева.
     Неркариен испуганно вздрогнула, когда голос чужака прозвучал будто у неё над плечом. Маг использовал заклятье, доносящее его речь всем вокруг.
     – Признаться, я ждал, что меня встретит кто-то, кто хотя бы умеет говорить…
     С бешеным рёвом из темноты коридора вырвался огненный шар – гончая врезалась в… окружающий мага небольшой купол. Защитный барьер даже не проявился, как бывает при атаках, его границы очерчивал только огонь демона.
     – Если это попытка проверить мои силы, то я слегка разочарован.
     Маг поднял руку, и… гончая внезапно взорвалась. Огненная волна бессильно обняла купол, но жар долетел даже до балкона.
     – Что прислужник проклятой богиней предательницы делает в моём доме?
     Старшая мать Слестинае вела себя так, будто белокожий стоял перед ней на коленях, а не взорвал одного из лучших демонов одним движением руки.
     – Не поймите меня превратно, мать Алистраи без сомнения желает передать вам своё неудовольствие вашими… – Кей сделал выразительную паузу, – проказами. Однако я здесь по несколько иному поводу…
     Маг медленно двинулся к центру зала.
     – И что же привело тебя сюда? От твоего ответа зависит…
     – Я хотел бы попросить одну вещь.
     Перебить Старшую мать Правящего дома было верхом глупости – но мага вполне очевидно не волновал гнев второго по силе матриарха Кворвата. Он встал в центре и поднял лицо к балкону.
     – Не могли бы вы пожалуста прекратить свою связь с Бездной?
     Старшая мать громко расхохоталась. Ей вторила Первая дочь. Другие, однако, были слишком озадачены, чтобы веселиться.
     – Я, возможно, нашла бы тебе применение, колдун, – со смехом заявила Слестинае, – но я лучше увижу, как ты падёшь перед той силой, которой так ничтожно страшишься!
     Хозяйка дома изящно полуобернулась к Арьорил:
     – Исполняй.
     Подхватив почти бессильно качнувшийся сосуд под руки, демонолог тёмных эльфов воспарила на левитации и спустилась с балкона. Они двигались прямо в центр круга, в десятке шагов от мага. И ещё в воздухе Первая дочь начала призыв.
     Сжав рабыню в объятиях, она с жадностью впилась всей ладонью в её полную грудь. Из-под мешка раздался сладкий мучительный стон. Правая рука Арьорил скользнула к паху, жёстко сжимая тело сосуда. Девушка стонала в ответ на грубые ласки.
     Когда они коснулись пола, тонкие пальцы первой дочери силой вошли в лоно рабыни, вызывая пронзительный вопль. Голос наполняла такая первобытная похоть, что у Неркариен волосы шевельнулись на затылке.
     Маг ошарашенно приподнял брови.
     – Что за дьяволов?..
     Первая дочь грубо всаживала пальцы во влагалище жертвы, её руки жадно комкали покрытые шрамами груди. Запрокинув голову, она резко раскрыла рот – и строгие черты её лица исказились. В демоническом облике голова Первой дочери была покрыта костяной короной, кожа получила красноватый оттенок, а рот превращался в широкую набитую острыми зубами пасть. Арьорил безжалостно впилась в шею сосуда в тот момент, когда по ногам девушки потекла жаркая влага.
     – А. Просто инъекция скверны, – протянул Кей, и небрежно махнул рукой: – Продолжайте…
     Неркариен знала только теорию, и только понаслышке. Потому странный и некомфортный, хоть стыдно волнующий ритуал оказался для неё загадкой. Но она была прилежной ученицей – она поняла кое-что.
     Сегодня Неркариен впервые видела, как призывают высшего демона.
     Первая дочь отскочила, как только колени жертвенного сосуда подломились. Размывшись воздухе колдунья возникла на балконе, вернувшись короткой телепортацией.
     Рабыню, страстно стонущую в центре круга, лишили разума уже давно. Её готовили много месяцев, может даже лет. Пытки и магия подготовили тело для слияния с энергией Бездны. Затем последовал оставивший шрамы на теле контракт.
     Сейчас пришло время Вратам открыться.
     Мешок, покрывавший голову рабыни, разорвали мощные черные рога. Когда лицо показалось, оно было уже тронуто изменением – черты эльфийки менялись, приобретая более резкие очертания, кости с хрустом ломались, превращаясь в шипы.
     Тонкое тело резко раздавалось, плоть текла, извиваясь узлами и множась, покрытые наростами кости вытягивалась. Неведомая сила подняла всю трансформацию в воздух. На секунду гибридный носитель застыл над центром круга. Затем её поглотило пламя.
     Оглушительный рёв огня смешался с громогласной какофонией стонов, воплей, рыков и дикого смеха, эхом идущей по всей крепости. Из пламенного столба медленно сформировалась фигура. Круг на камне постепенно исчезал – кровь, использованная для контура, обращалась в пепел. Медленно паря в воздухе он собирался в замысловатые узоры на теле шагнувшего из пламени существа.
     Гуманоидной формы, треугольный торс подпирали ноги с суставами наружу и длиннопалыми лапами. Мощные руки кончались когтистыми пальцами, четырьмя на левой и шестью на правой. Высотой демон не превосходил огра. Но все знали, что это просто внешний облик – создание окружала волна силы. Воздух будто рябил вокруг, особенно над прямой спиной, где искажение неуловимо создавало контур крыльев.
     Верховный демон Бездны вскинул украшенную длинными чёрными рогами голову.
     Заключённый в купол путешественник сдержанно вздохнул.
     – Пара смазливых эльфиек играется в шаге от тебя – и вдруг одна превращается в рогатого урода. История жизни.
     Пронзительный звон ударил по комнате, между рогами демона возникла ослепительная точка. Он резко поверну голову к болтливому магу – и огненный луч с рёвом врезался в барьер.
     Сверкнула вспышка, раздался взрыв. Когда дроу на балконе вновь смогли видеть… маг всё ещё стоял невредимым. Камень вокруг медленно плавился, обращаясь в лаву.
     – Мило, – сухо обронил Кей. – Здравствуй, Фарзарутус. Не знал, что ты водишься с мясными мешками.
     Старшая мать скрипнула зубами. Знакомая с этим демоном Первая дочь не удержалась и поражённо ахнула.
     Гость из мира хаоса и первобытной дикости медленно переступил, разворачиваясь к магу. Прочесть выражение на заменяющей демону лицо костяной маске было непросто, но глаза монстра сузились.
     – Аругразак.
     – Н-да? А ты не в курсе, что на них работает и Нурахил тоже? Работал, я имею в виду, – с едкой вежливостью уточнил Кей. – Его больше нет.
     Демон издал короткий смешок и сделал замысловатый жест правой лапой.
     – Ругаша сильфру фарурат.
     – Не мели чушь. – Кей фыркнул. – Ты всерьёз? И после таких заявлений ты удивляешься, почему Вещая выбрала Мефария.
     Демон рыкнул, вскинув руки. На костяной короне засияло белое пламя, ослепляя чувствительные глаза дроу. Когти демона раскалились добела, между сложенными лапами заискрились оранжевые молнии.
     – Аргурун!
     – Вы все ничтожества, Фарзарутус, и я ещё увижу, как вы вымрете. А теперь постой смирно секунду…
     Маг выставил руки перед собой и сложил пальцы квадратом, глядя через него на демона. Вокруг в воздухе появились символы.
     Энергетический шар в лапах демона превратился в вихрь неудержимого пламени, оранжевые кольца собирались вокруг в ослепительные линии. Демон вскинул руки над головой. Энергия с короны резко ударила в шар.
     Грохот взорвал пространство вокруг. Ревущий смерч раскалённой магии врезался в купол-барьер мага – впервые заставив его показаться.
     – Ии… всё.
     Ритуальный зал дома Санриг’сар на секунду затопил свет. И оглушающая тишина.
     Затем всех вокруг неожиданно будто вывернуло наизнанку. В глазах сверкнуло от боли. Даже привычные к жестоким ритуалам члены семьи демонологов рухнули на колени. Неркариен обнаружила, что корчится на полу как раненое животное.
     – Благодарим за сотрудничество!
     Голос белокожего чародея был довольным, но он вдруг резко фыркнул и закончил неожиданно зло:
     – Скажи спасибо, что я здесь сам, Фарзарутус! Здесь наша территория, и спрятаться тебе было бы негде.
     Арьорил отчаянно вцепилась в подол матери.
     – Что нам делать?! – панически прохрипела Первая дочь. – Он… он изгнал его!..
     Неркариен в ужасе рванулась к краю. И замерла, даже не пытаясь встать.
     Демон пропал. Исчез. Будто его и не было.
     – Невозможно… – пролепетала юная дроу. – Не может быть…
     Во всех томах, во всех трактатах и всех записях ясно говорилось, что ничто не может просто… изгнать вошедшего в мир через носителя верховного демона! Это было невозможно! Теоретически невозможно – даже богам приходилось уничтожать тело демона, чтобы затем изгнать его сущность обратно в Бездну.
     Но колдун что-то сделал. И теперь верховный демон больше не мог его уничтожить.
     – Мы… должны отступить… – Сдавленно проговорила вторая дочь. – Его отвлекут наши силы, и потом…
     Мать резко распрямилась, взмахнув рукой:
     – Закройте рты!
     – Нет-нет, это был хороший план, – протянул Кей, но зловеще добавил: – Если бы не одна… деталь.
     Маг сдержанно рассмеялся. Но опытные в социальных играх подлости и жестокости тёмные эльфы ясно различили в голосе самую искреннюю радость – издёвку.
     – Что-то мне подсказывает, что вы знаете, в чём дело, старшая мать, – продолжил Кей. – Не желаете им сказать? Нет?
     Дочери вопросительно уставились на Слестинае. Та ответила коротким злобным взглядом и свирепо рявкнула:
     – Идиотки! Вы купитесь на дешёвую уловку?!
     Истово рванувшись к краю, она выбросила руку и прорычала что-то на демоническом. И без того зычный голос прошёлся по залу волнами, отражаясь неестественным эхом.
     В ответ сами стены Второго дома будто издали пронзительный вой.
     – Ты пожалеешь, что не сдох в руках демона, белокожий! – крикнула мать Слестинае уже нормально. – Ты в центре моей паутины, ублюдок, и тебя ничего не спасёт!
     Даже на втором ярусе Неркариен почувствовала, как дрожит пол. По нижнему уровню из всех тоннелей в зал хлынули воины дома.
     Повелители демонов владели сотнями бойцов. Но для повелителей демонов было бы нелепо использовать простых тёмных эльфов – тварей слабых, эгоцентричных и туповатых.
     Вместо этого настоящую элиту, силу Второго дома составляли оболочки с заключёнными в них могучими духами Бездны. Погружённые в магический сон или окутанные сдерживающей магией, создания скрывались в стенах и тайниках крепости, где хранились до востребования.
     Сейчас время пришло, нарушитель пришёл в крепость Санриг’сар – и его ждала смерть! Мощные, увитые мускулами, и тощие, покрытие костяными шипами, вооружённые косами на руках и щупальцами, источающими кислоту, порой лишённые гуманоидной формы носителя, одержимые вырвались на свободу – рычащий приказ Старшей матери собрал их в зале.
     Огненные шары, конусы кислоты, лезвия и массивные шипастые кулаки массово обрушились на купол вокруг мага.
     – Что ж, ставки высоки, – заметил Кей. – Знаете, вы продемонстрировали мне редкий ритуал. Совершенно дикий, созданный жестокими невежественными животными – но редкий. Полагаю, будет уместно обменяться опытом…
     Пол зала скрылся под рычащей массой. В центре её возвышался невредимый купол с белокожим внутри.
     – Итак. В древние времена связь с Бездной была редка. Демоны контактировали с живыми как полагалось древним балансом – через из эмоции. Гнев, ненависть, похоть, жадность, ужас, отчаяние и так далее…
     Огромный одержимый прорвался к центру, разбрасывая собратьев как куклы. Шесть шипастых щупалец яростно захлестали по куполу. Барьер слегка потускнел.
     – Неважно, сколько сил он вложил в своё заклятие, – веско сообщила мать Слестинае. – Ему не устоять перед таким напором. И просто изгнать всех их точечным ударом уже не выйдет!
     Дочери оживились – тактика матери приобрела форму. Огненные лучи и полосовали барьер белокожего, молнии били без остановки и камень шипел от кислоты. Хаоса вокруг маг будто не замечал, размеренно вещая:
     – Со временем, однако, маги обнаружили, что обитатели обладают необычными способности. И разумеется, однажды… – Кей с досадой вздохнул, – какой-то идиот решил решить свои мелочные проблемы с помощью сил, которые никто даже не должен знать как контролировать. Хаос порождает хаос…
     Непреклонность барьера только раззадоривала одержимых. Многие уже вошли в бесконтрольную ярость, рассекая и круша всё вокруг. Некоторых уже рвали на части, пожирая живьём. И их убийцы становились сильнее…
     – Но как это помогает призвать обитателя Бездны? – продолжал маг. – Дело в том, что ритуалы, все эти кровавые бани, пытки, руны, песнопения – это чушь. Костыль для разума мага. И как знает любой специалист, именно имя самый важный и тайный элемент любого ритуала. А всё потому, что достаточно…
     Мудрец Востока и Запада выразительно помедлил.
     – …просто назвать. Имя. И слегка подтолкнуть…
     Он поднял руку и мягко коснулся невидимого барьера.
     – Имя твоё – Рунфахваршер. Гнев в огне гнева…
     Оглушительный взрыв вновь сотряс крепость второго дома, и так медленно прощающуюся в прелюдию к, по иронии, одному из Семи адов. Огненный смерч разметал все вокруг барьера. Столб поднялся до самого потолка зала, взметнув в воздух волну одержимых.
     И вместе с огнём пришло дикое ощущение сверхъестественного ужаса. Даже опытные демонологи дома Санриг’сар не смогли справиться с безудержной дрожью сразу.
     – Что он… – прохрипела Арьорил, – что он сделал?! Что это за ощущение…
     – Нет… – Старшая мать качнула головой, выравниваясь. – Это не он… Это было с той стороны!
     Неркариен испуганно замерла на вдохе, позабыв о слабости в ногах. Она слышала такое только в историях. Среди настолько могущественных магов, как в её семье, не могло быть и намёка на провал в призыве!
     Она никогда ещё не видела, как демоны вырываются в их мир самовольно.
     – ТЫЫЫРРРЫАААХХХ!!
     Дрожащий вопль раздался на демоническом наречии. Но аура была так сильна, что понимание ввинчивалось в разум любого, кто слышал злобный рёв.
     – Здравствуй, Руфа. Прекрасна, как всегда.
     Высокая тёмная фигура стояла рядом со скрывавшим в себе белокожего мага куполом. Вокруг ревело пламя. Несколько одержимых, окончательно лишившихся даже тени рассудка, рванулись к огненной стене и…
     Странные росчерки пламени ударили вокруг, отбрасывая созданий. С такой силой, что монстры пролетели над полом и врезались в тех, кто ещё стоял поодаль.
     – Я ВЫРВУ ТЕБЯ ИЗ ЭТОЙ ШТУКИ И ВСКРОЮ КАК МЯСНОЙ МЕШОК!!!
     Громогласный рык едва напоминал речь даже по мерке демонов, но в сознании Неркариен взамен звучал лишь чуть искажённый женский голос с нотками бархата.
     – Но я и есть мясной мешок, Руфа, – усмехнулся маг. – Всегда столь чарующе наивна…
     – ГАРАААРААРГ!..
     Вопль окончился оглушительным хрустом. Огненный смерч наконец опал, позволяя рассмотреть что случилось.
     Возле купола мага стояла фигура. Даже издали легко различались обводы женского тела, широкие бёдра, изящная линия талии. Роскошная грива скрывала спину от плеч до поясницы. И словно переходила в большой пушистый хвост, зловеще хлещущий по сторонам.
     Природа гостьи не позволяла ошибиться. Это был демон. Очень странный демон. На голове не было рогов, женское тело было ненормально красивым для жителя Бездны. Мех хоть и выглядел жёстким, сиял здоровым блеском даже в тусклом свете мира дроу. Она была совсем нагой, не скрывая гладкой тёмно-серой кожи.
     Демоническое происхождение являло себя в основном на руках и ногах: от колен начинались мохнатые лапы, а предплечья заменяли массивные мохнатые конечности. На всех «лапах» красовались антрацитовые серповидные когти.
     Сейчас когти рук-лап погружались по самое основание в щит белокожего, прошив барьер как бумагу.
     – Что это за тварь?.. – поражённо шепнула Неркариен.
     На голове незнакомого демона резко встали два черных треугольника – пушистые звериные уши. Демон чуть повернула голову, искоса глядя прямо на дроу. Младшая дочь ощутила, как сердце дало перебой.
     Оранжевый глаз ярко пылал, источая прекрасные языки полупрозрачного огня.
     Кей выразительно двинул бровью и бесстрашно потрогал массивный коготь-косу пальцем.
     – Думаю, тебе стоит…
     – Гррар!!..
     Демон будто обратилась в тёмное облако, с хрустом полосуя щит. На секунду показались заметные бреши, но они мигом затянулись. Когти вновь погрузились в щит.
     – Вылазь оттуда, грязь, и дерись как положено!! – взвыла демон тыкаясь носом в барьер.
     – …осмотреться вокруг, – закончил Кей. – Мы в гостях, знаешь ли.
     – Хрм?..
     Демон взмахнула хвостом и оглянулась, не вырывая когтей. Стало видно, что младшей не показалось – раскосые глаза демона горели оранжевым огнём. На груди мех рос аккуратным воротником странного цвета – с градацией от чёрного в центре, через красный, к оранжевому по краям – и красиво обнимал идеальную высокую грудь с тёмными кругами сосков. Пах скрывался под пушистым покровом меха на бёдрах.
     Неркариен ощутила укол неестественного влечения. Создание окутывала жаркая аура демонической красоты – звериной грации и первобытной силы. И в отличие от других обитателей Бездны, эту не портило уродство внешней формы…
     – Чего это ты меня сюда вытащил?! – свирепо прорычала Руфа. – И что это за вонючие бурдюки вокруг?
     Без перехода она развернулась и с хрустом прошлась когтями по щиту:
     – Вылазь! И где второй?!
     – Гуляет.
     Ответ потонул в хрусте.
     – Я вас обоих ПРИКОНЧУУ!
     Демон отскочила назад и, припав на четвереньки, злобно заворчала как голодный ящер. Шерсть на боках и кончики волос засветились оранжевым огнём, Руфа раскрыла рот, демонстрируя снежно-белые клыки – и клокочущее в глотке пламя.
     Ослепительный луч врезался в щит, и следом немедленно ударил мохнатый снаряд. Руфа злобно заурчала – когти даже с разгона не вошли дальше двух третей.
     – Ха!
     Старшая мать Слестинае пренебрежительно отмахнулась:
     – Он не может контролировать собственного демона!
     Злобное ворчание немедленно прервалось. Руфа поднялась, полуобернувшись к балкону, уши зловеще прижались к голове.
     – Ххаргх?..
     – Целая нелепая лекция – и всё что ты призвал, это просто какая-то полуоформленная в Яме девка? – надменно воскликнула дроу.
     – Это огненная гончая, – сухо заметил Кей.
     Старшая мать расхохоталась с искренней забавой. Неркариен могла это понять отчасти – они вызвали огненных гончих только что. Мохнатая красотка была ни капли на них не похожа, не считая огненный луч из пасти…
     Арьорил поспешно взяла мать за руку.
     – Старшая мать, я не думаю что это… – Первая дочь прервалась, не зная как закончить мысль, затем указала вниз: – Они не атакуют!
     Минут назад сумасшедшие от бесконтрольной ярости одержимые, кругом стояли на почтительном расстоянии от странного демона. Они всё ещё рычали и мялись, явно от желания напасть, но… не нападали.
     – Это остаточная аура, – веско заявила Слестинае. – Их инстинкты говорят, что создание опасно, даже когда это не так! Пусть она и ничтожество, она всё-таки явилась прямиком из Бездны.
     Под сводами зала раздалось дрожащее злое ворчание. От невыразимой, и какой-то чужой злости у Неркариен странно, почти приятно защекотало внутри.
     – Ничтожное?..
     Руфа резко вырвала когти из щита мага.
     – Я предлагаю тебе сделку, Рунфахваршер, – ровно произнёс Кей.
     Старшая мать Санриг’сар рассмеялась.
     – Контракт с этой мелочью? Я впервые вижу такого демона, у неё даже нет рогов! В ней нет силы!
     – Ах да, миф о длине рогов, – сухо сказал маг. – Вы практиковали контакт с ними тысячи лет, но всё ещё верите в эти предрассудки? Бич консервативного богобоязненного общества, я полагаю. Рунфахваршер, я хочу, чтобы ты убила их всех.
     Секундная пауза прервалась оглушительным хрустом.
     – Дочь Вещей не служит мясным мешкам!! – злобно рявкнула гончая.
     Её волосы раскалились до того что появился огонь. Неожиданно несколько одержимых взвыли и ринулись к демону – плавающая в помещении ярость лишила их разума.
     Черные когти разорвали плоть как старую тряпку, без труда рассекая броню, кости и металлические вставки в телах гибридов. Гончая будто не двинулась с места, но атакующие рухнули перед ней грудой окровавленного мяса.
     Языки пламени из оранжевых глаз танцевали вокруг серого овала её лица.
     – И чего взамен?! – свирепо рыкнула Руфа.
     – Ты знаешь чего.
     Со зловещим рыком гончая вдруг оказалась на вершине купола, когти с хрустом прошили барьер, их кончики остановились в пальце от головы мага.
     – НЕМЕДЛЕННО ОТДАЙ!
     – Сначала работа. – Кей усмехнулся. – И ладно, ещё кое-что. Ты можешь взять себе одну из них. Любую.
     Злобно рычащая гончая неожиданно умолкла, подняв уши торчком.
     – Серьёзно? – Хвост возбуждённо вильнул. – Любую?
     – Любую, – кивнул Джей. – Но только одну. Ты поняла меня?
     – НЕ ПРИКАЗЫВАЙ МНЕ, ПАДАЛЬ!
     От рыка новые одержимые лишились выдержки и рванулись к куполу – с ужасом Неркариен поняла, что сама хочет впиться в глотку гончей, залитая совершенно чужеродной яростью. Мага в куполе и гончую поглотила волна огня – Руфа на взрыве взвилась со щита в воздух, и приземлилась на одержимого, сминая его как мясного жука, с хрустом и чавканьем. Несколько других с истошным визгом повалились на пол, расчленённые парой взмахов мощных когтистых лап.
     – Эта тварь довольно сильна… – выдавила Первая дочь.
     – Неважно каким трюкам он её обучил, – отрезала мать Слестинае. – Ты ощущаешь её ауру? Нет! Это её естественный размер.
     Старшая мать подошла к краю, вынимая магический жезл.
     – Одного удара связующих чар хватит, чтобы лишить её подвижности!
     Из направленного на гончую жезла вырвались сияющие линии и…
     Резкий росчерк мелькнул перед глазами дроу. Вставшая рядом с колдуньей Руфа резко ударила её по голове лапой.
     И голова Старшей матери Слестинае, хозяйки Правящего дома Санриг’сар, Второго дома Кворвата, со стуком ударилась об пол.
     – Не эту! – брезгливо сплюнула гончая.
     В следующий миг тело матери распалось на куски. Кровь плеснула на пол, внутренности с влажным хлюпаньем ударились о красноватый базальт как перепачканные алым соусом клубни. Плоть смешалась с обломками жезлов и лоскутами платья.
     – Ааа… АААААА!!!..
     Неркариен в ужасе отшатнулась от груды мяса, только что бывшей её Старшей матерью. Ноги дроу подломились, и она рухнула на пол, отчаянно перебирая ногами в попытке отползти подальше.
     Старшие сестры рванулись прочь от демона. Пара одержимых на балконе с рёвом ударились о росчерки когтей – гончая будто прорвалась прямиком сквозь них, оставляя только окровавленные трупы.
     Раздался резкий окрик заклинания. Неркариен увидела, как сестра наводит сияющий алым жезл прямо на гончую – а гончая стоит прямо перед Неркариен. Это был жезл «Огненного потока»…
     – Нееет!..
     Отчаянный визг младшей дочери не спас бы её от страшной смерти, но… огонь её не достиг.
     Гончая припала к земле и будто увеличилась – распушив густой мех. Огонь врезался в неё… и окутав на секунду словно живой, всосался в жёсткий чёрный мех. Руфа зловеще прижала уши. Из чёрного мех быстро обратился в ярко-оранжевый, белый на кончиках.
     Словно это был раскалённый металл.
     – Любую?! – зловеще рыкнула демон.
     – Любую, – повторил бесплотный голос мага.
     Гончая распахнула пасть и с хрипом втянула воздух. Старшие сёстры синхронно раскинули вокруг себя руки, засверкали их магические щиты. Оранжевый хвост взметнулся над хозяйкой. Неркариен обдало жаром даже с десятка шагов…
     Ослепительная волна ударилась в колдуний Второго дома.
     Даже сквозь рёв пламени пробились истошные крики агонии, сменившиеся на пике звонким треском, с каким горит сухой мох.
     Ужас накрыл Неркариен чёрной волной, будто обвалившийся свод похоронил под собой ничтожную дроу. Всё что она видела, это облик демона на фоне факелов из её бывших сестёр.
     Гончая медленно полуобернулась, скосив на дроу пылающий раскалённой лавой глаз. Сердце эльфийки остановилось от ужаса…
     Тут в голову Руфе неожиданно врезался блестящий комок магии. С суровым рыком гончая упала на четвереньки и размытой тенью рванулась в проход. Оттуда раздались вопли ужаса, сменившиеся треском молний, влажным чавканьем и рёвом пламени.
     Поднявшись на дрожащие ноги, младшая дочь повелителей демонов отчаянно рванулась к дальнему проходу – прочь от огненного кошмара. Её преследовала дрожь пола под ногами.
     В зале раздался взрыв. Из стены возле прохода вырвался поток огня. Руфа вылетела из пролома окружённая кровавым вихрем – нечто отдалённо гуманоидное превращалось на её когтях в пасту.
     – Ты! – яростно взвыла Руфа. – Они убегают!
     Кей покосился на гончую.
     – Я накрыл это место барьером. Никто не уйдёт.
     Гончая свирепо фыркнула. Одним прыжком она оказалась на куполе, затем взмыла на второй ярус. Ровный голос раздался в опустевшем зале:
     – Да. Никто.
     Убитые им демонологи часто обвиняли Кея в лицемерии. Маг не оправдывался, считая излишним посвящать жадных неудачников в детали его политически-идеологических связей с правителями Бездны…
     Где-то в глубине крепости дома Санриг’сар камень сотрясли удары.
     Тяжело дыша, Неркариен бежала по коридору. Она жила здесь двадцать лет. Это был её дом, но её всегда контролировали. Где она спала, где училась, где пряталась.
     В этом доме были места, где она никогда не бывала. Крепость строили как лабиринт, превращая саму планировку в преграду для нападающих.
     И потому Неркариен заблудилась, как только оказалась в незнакомой части комплекса.
     Шаги эльфийки замедлились, и она постепенно перешла на шаг. Паника немного улеглась, отошла на задний план. Прошло уже некоторое время как она сбежала. Может полчаса? Она е знала, оно больше не слышала отчаянных криков боли. Порой она ещё ощущала удары. Что-то где-то взрывалось.
     Она даже не сомневалась что это тот кошмарный демон. Образ гончей горел в её разуме окутанный невыносимым чувством. Создание было потрясающим, сильным и привлекательным. Неркариен отдала бы всё, чтобы управлять этой красоткой.
     Но в тоже время дроу прекрасно понимала, что окажись она в досягаемости монстра – гончая превратит её в фарш. Как превратила их Старшую мать. В кровавые обрезки, корм для одержимых!..
     Опёршись на стену, тёмная эльфийка тихо застонала. К горлу подступили слёзы, тяжело дыша, она машинально их сглотнула, продавив обратно. Плаксивость из детей выбивали строго, особенно из благородных дочерей. Она не плакала уже давно.
     Неркариен огляделась вокруг. Коридор был незнакомый, совершенно лишённый света. Он странно изгибался оп горизонтали, как будто его пытались выкрутить. Она даже не заметила, как перешла на темновидение.
     Далёкий крик пронёсся эхом, подняв волосы у неё на затылке. Неркариен поспешно двинулась дальше. Она предположила, что где-то в жилище слуг. Не демонов, но нормальных слуг, других дроу.
     Несколько минут девушка быстро двигалась по коридору. Он стал шире и ровнее, показывая, что она права и где-то здесь жилые помещения. Возможно, ей удастся найти выход с другой стороны дома…
     На ходу она обняла себя руками. Ощущения взгляда за спиной становилось всё тяжелее. Крики и удары прекратились, но это было только хуже – теперь она понятия не имела, где опасность! Возможно, проклятая тварь идёт прямо за ней… может, она бросится на неё из темноты, подминая под себя, врезаясь когтями в её лицо и тело…
     Наконец дроу сдалась – и резко обернулась!
     Коридор за спиной был пуст. С облегчённым выдохом Неркариен повернулась обратно и…
     Жаркое дыхание обняло её лицо.
     – УАААААА!!!..
     Младшая дочь рванулась назад так дико, что опрокинулась на спину. Сверху над ней мигом нависло массивное тело огненной гончей.
     От ужаса дроу лишилась контроля над собой. Темновидение пропало, и теперь над Неркариен нависала жуткая маска. Красивое лицо гончей тускло освещало пламя её глаз. Оранжевые радужки горели, будто жерло лавовой воронки, разрезанные узкой полосой зрачка. Пухлые губы слегка светились как раскалённый металл.
     Неркариен замерла. Гончая стояла над ней на четвереньках совершенно неподвижно, тишину нарушало только судорожные короткие вздохи полумёртвой от ужаса дроу.
     Руфа медленно наклонилась к лицу жертвы. Губы приоткрылись, показывая длинные острые клыки. Жар опалил Неркариен шею…
     Ужас достиг совершенного максимума, и волна слабости прошла по телу. На секунду у дроу потемнело в глазах, а мышцы расслабились.
     По ягодицам потекло что-то горячее.
     Руфа озадаченно замерла. Потом приподнялась над жертвой на руках.
     – Ты обмочилась… – потрясённо протянула демон. – Совсем как щенок.
     Жадно заурчав, гончая облизнулась и ткнулась носом в щеку парализованной ужасом дроу.
     – Ты!
     Неркариен судорожно сглотнула, ещё не уверенная, умерла она или нет.
     – Это будешь ты, – повторила гончая.
     – Что?.. – выдавила дроу.
     Вместо ответа гончая вжалась бёдрами в живот дроу, оседлав, как будто они были в постели. Дочь дома Санриг’сар испуганно пискнула, когда когти гончей с хрустом вонзились в камень в пальце от её головы.
     Другой рукой Руфа поддела на избраннице платье.
     – Покажи мне своё тело.
     Дроу испуганно дёрнулась, но с таким же успехом она могла бороться со стальным конструктом. Машинально она схватилась за когти, но короткое движение взорвало болью её запястье – гончая просто щёлкнула её по руке.
     – Не мешайся! А то порежу.
     Раздался треск. Неркариен униженно отвернулась, не желая видеть, как гончая жадно рассматривает её обнажённую грудь.
     – Красиво. Да, ты мне нравишься.
     – Что ты?.. – пролепетала дроу, – что ты хочешь от меня?..
     Гончая озадаченно склонилась над дроу. Дочь со смущение поняла, что пухлые соски гончей напряжены и светятся в темноте как раскалённые. Всё тело демона испускало ощутимый жар.
     – Я заберу тебя в награду, – просто ответила Руфа. – У меня давно нет игрушки.
     Когти накрыли голову дроу острой клетью. Гончая выразительно двинула бёдрами, вжимаясь в тело новой рабыни.
     – Нет… – Выдавила Неркариен. – Я не… я не буду твоей игрушкой!..
     Руфа небрежно сжала когти, надавливая на горло.
     – А что ты сделаешь, щеночек? – небрежно сказала демон. – Ты сбежишь? Колдун не врёт, щит вокруг, я сама его трогала. Или может…
     Руфа отпустила горло дроу и, убрав когтистые руки, протяжно лизнула Неркариен в лицо, захватывая шею и край губ. Сердце девушки забилось от неестественного возбуждения, но дроу всё равно отвернулась, намеренно распаляя в себе нотки брезгливости. От гончей странно пахло – пеплом, металлом и чем-то незнакомым…
     – Я благородная дочь, – в забытьи выдавила дроу, – я не стану… служить тебе, демон!.. Я не твоя…
     Гончая резко встала над ней на ноги. Неркариен на миг заметила, что под густым мехом в паху скрываются красивые, будто вырезанные скульптором плотные губы влагалища. Их контур окружал жаркий оранжевый свет…
     Затем гончая резко взметнула дроу, подхватив когтями. На секунду Неркариен ощутила, как лезвия полосуют её тело и отрыла рот, чтобы закричать!.. Но затем только судорожно выдохнула, когда её придавили к стене в локте над землёй.
     Их лица оказались на одном уровне. Дроу со смешанными ощущениями поняла, что её прижимают к стене парой шикарных мягких грудей. Соски упирались ей в живот раскалёнными точками.
     – Тебе не нужно служить, дурочка, – проворковала гончая. – Ты просто игрушка! Всё что тебе нужно, это быть красивой.
     – Я не… я не твоя игрушка, я…
     – И миленькой…
     Давление мягких полушарий усилилось. Острый коготь отчётливо скользнул сзади по ягодицам дроу и прошёл чуть дальше, загибаясь вверх, к чувствительным складкам между…
     Дроу тоненько пискнула, судорожно сжимая ноги. Паника вернулась, пожирая её изнутри.
     – Вот видишь, ты такая миленькая! – проурчала Руфа. – Идеальная игрушка!
     Давление на грудь стало таким, что дроу начала задыхаться. Лицо гончей было прямо перед ней и…
     Неркариен даже не смогла дёрнуться, когда демон жадно впилась в её губы. Жар поглотил лицо и рот, язык гончей скользнул ей в горло, не встретив сопротивления. Девушка испуганно распахнула глаза – последнее, что она увидела, это как чёрный провал зрачка гончей раздвигает лавовую радужку.
     В следующий миг волна нестерпимого жара ворвалась в неё через рот, поглощая всё её существование. Дроу превратилась в огненный вихрь.
     Это было великолепно.
     Вдоволь нализавшись с бессознательной жертвой, Руфа небрежно распотрошила её платье, заголив молодое тело и оставив на полу ворох неряшливых обрезков. Потом забросила новую игрушку на плечо и зашагала по коридору, довольно помахивая пушистым хвостом.
     Ждать стоя магу, надоело довольно быстро. Щёлкнув пальцами, он создал силовые линии в форме стула и теперь сидел слово на пустом месте, уложив посох на плечо.
     Раздался взрыв, и в одной из стен образовалась дыра.
     – Ну наконец-то, – недовольно протянул Кей. – Час прошёл. Ты там с ними в прятки играла?
     Из провала показалась гончая Бездны, придерживая что-то на плече.
     – Не твоё дело! – свирепо фыркнула Руфа. – Закончила когда закончила! И я закончила, больше никого нет.
     – Хм…
     Кей оглянулся вокруг, всматриваясь куда-то вдаль. Гончая встала рядом с барьером, осторожно положив на пол свою ношу – молодую девчонку-дроу.
     – Да всех же! – свирепо повторила она.
     Усевшись на пол, она обняла свой хвост и, облизав когти на лапе, принялась его чесать.
     – Все мясные мешки, всех уродов, всех детёнышей, всех бездумных даже…
     – Опять пришлось убивать детей, – устало сказал маг. – Ненавижу культистов. Ненавижу! И почему им вечно надо?!.. – Он резко прервался и, успокаиваясь, коротко вздохнул. – Ладно. Это и есть твоя избранница?
     – Ага!
     Руфа бросила прихорашиваться и, встав на четвереньки, перевернула лишённую сознания Неркариен на спину. Девушка слабо застонала.
     – Хах. – Кей свёл брови. – Это же одна из дочерей.
     – И чего? – насупилась гончая.
     – Уверена что хочешь эту? Она из семейки зовущих. Матушка из тебя сделает коврик в прихожей.
     Зал наполнился зловещим урчанием. Руфа свирепо прижала уши к голове, хвост с шелестом крестил воздух. Маг поднял руки:
     – Ладно-ладно. Сделка есть сделка. Возьмёшь эту… Теперь главное.
     Кей поманил гончую пальцем. Та озадаченно наморщила нос. Затем свирепо заворчала. Дроу со стоном открыла глаза и медленно осмотрелась.
     – НИЗАШТО! – пророкотала Руфа, затравленно припадая к полу. – Ты выходи!
     – Ага, я что, идиот? – возмутился Кей. – Я тебя вне барьера и на милю не подпущу, мохнатый ураган. Давай поворачивайся задом!
     – Нет!
     – Рунфахваршер, ты хочешь назад свой хвост или нет?
     Кей сделал замысловатый жест и в его руке появился пучок жёсткого чёрного меха, похожий на кисть. Гончая издала зловещий, но в тоже время несчастный скулёж.
     – Что?.. – прошептала дроу приподнимаясь.
     Маг и гончая не обратили внимания. Свирепо ворча, Руфа нехотя подошла ближе к барьеру и, развернувшись, приложила хвост к щиту.
     – Ты должна быть довольна…
     Кей протянул руку, и медленно взяв хвост, втянул его на свою сторону.
     – Трофей не мой, мне Джей за него голову прокусит, – продолжил маг, прикладывая мех к хвосту Руфы. – Хвост верховной гончей! Он так им гордился…
     – Это я ему голову прокушу, – прорычала та. – Только покажитесь в Реке, ублюдки!
     Стоило их соединить, как кисточка срослась с хвостом в незаметном слиянии. Кей взвесил тяжёлый мех на руке. Потом с усмешкой раскрыл другую ладонь…
     Ощутив протяжное поглаживание, Руфа с нечленораздельным взвизгом рванулась вперёд. Маг рассмеялся, смех мигом поглотил оглушительный хруст полосующих щит когтей.
     – УБЬЮ!!!
     – Всенепременно.
     Кей указал на лежащую без сил дроу. Девушка дёрнулась, но Руфа немедленно оказалась рядом и ловко подхватила под руки. В когтистых объятиях новой хозяйки, Неркариен повисла в паре ладоней над полом. Вспыхнув, дроу стыдливо свела ноги. Маг жестом создал в воздухе светящийся многогранник.
     – Увидимся, принцесса, – сказал Кей.
     Рунфахваршер только рыкнула в ответ, свирепо махнув хвостом. Мягкая кисточка на самом кончике изящно плыла в воздухе, оставляя огненный след. Гончую с её ношей окутал светящийся ореол – и со слабой вспышкой они исчезли.
     – Что ж… пора.
     Кей повёл рукой. Купол вокруг него проявился на секунду и пропал.
     Вскоре маг стоял на проходе в уютную пещеру в северной стене грота Кворвата, глядя на спрятанное там уродливое здание дома Санриг’сар. Крепость всё ещё сияла тусклыми огнями.
     Путь даже там не осталось никого, кто мог бы увидеть их свет.
* * *
     На заднем дворе дома Молув’итар раздавились необычные для ведущего войну дома звуки. Там играла музыка.
     Никто толком не знал, как всё началось. Белокожая эльфийка бродила по дому уже несколько дней. Её, как и пару наёмников, защищал приказ Старшей матери её игнорировать. И хоть те сами были бы рады не связываться с чужаками, порой она сама приставала к кому-то из слуг. Слуги спешили от неё отделаться, и почему-то не желали отвечать на вопросы товарищей, чего же она хотела.
     Но в одно утро белокожую эльфийку заметили во внутреннем дворе, за башней. Вооружившись странными парными клинками, полукруглые в форме, с остро отточенным внешним лезвием, хрупкая женщина кружилась в опасном танце. Лезвия-полумесяцы хищно сверкали в свете огней.
     Сначала несколько служанок не совладали с интересом, и устроились недалеко, наблюдая за странным танцем. Затем пришли солдаты свободные от патруля.
     Постепенно образовалась небольшая толпа. Белокожая только игриво улыбалась в ответ на заинтересованные взгляды.
     Даже привыкшие к постоянному насилию под боком дроу устали за несколько недель беспрерывной войны – срок был дикий по меркам дроу, привыкших, что такие вещи решаются быстро, и быстро же забываются. Кто-то принёс с собой инструменты. Тёмные эльфы предпочитали странные инструменты, духовые и струнные, способные создавать отрывистые пронзительные звуки. Над собранием полилась колкая, но ритмичная мелодия.
     С серебристым смехом эльфийка легко вплела музыку в танец. Услыхав голоса инструментов, из крепости показались скучавшие музыканты. Случаев устроить праздник в последние месяцы не подворачивалось, и труппа в основном терпела помыкания сначала старой, а теперь новой смотрительницы.
     В мелодии стало больше нот. Танец теневой эльфийки с лёгкостью усложнился.
     Вскоре внизу танцевала не только она. Молодые служанки вытаскивали неубедительно отнекивающихся мужчин, и заставляли стоять смирно, пока они провокационно крутятся вокруг.
     Среди одежды собравшихся мелькнуло тёмное алое платье. В облаке тёмной дымки Шалшари возникла рядом с Зит, та со смехом увернулась от жадных объятий. Женщины игриво крутнулись в такт мелодии, словно танцевали вместе годами. Из толпы раздались возбуждённые шепотки и сдержанный смех – все знали, что Вторая дочь любит развлечься.
     – …и что, ты выгонишь её на поверхность силой?
     Алистраи наблюдала за своевольным весельем с балкона прямо под собранием. Лицо Старшей матери дома Молув’итар было отстранённым.
     – Сама выскочит! Эй, паломничество нельзя откладывать бесконечно…
     – А свадьбу можно?
     – Я тебе башку отрежу… Ты ещё и мой хвост отдал!
     – Это был не твой хвост. Разве что ты хочешь в чём-то признаться, приятель…
     Наёмники вышил из полутьмы зала за спиной старшей матери. Джей свесился с балкона, всматриваясь в толпу, и авторитетно заявил:
     – Теневые умеют затанцевать до смерти. Опасное дело.
     – Будем надеяться, что до этого не дойдёт, – заметил маг.
     Алистраи рассеянно обняла свой посох, положив его на плечо.
     – Мои дочери… смеются. – Голос хозяйки дома был мягким от меланхолии. – Они танцуют. И играют.
     Внизу мелькнули две маленькие тени. Младшие принцессы, снедаемые любопытством, выбрались ближе к «эльфийке с поверхности» и теперь увлечённо прыгали рядом. Зит со смехом крутнула клинки, обращая их в стальной вихрь. Девочки радостно рассмеялась.
     – Не думаю, что я за всю свою жизнь видела подобное, – протянула старшая мать.
     Наёмники промолчали. Дроу полуобернулась, глядя куда-то мимо них:
     – Вы вновь что-то задумали. Прошёл всего день…
     Демон явился вчера утром. Наёмники вернулись ещё до вечера, но позже вновь куда-то испарились, хоть она была уверена, что они не покидали дом. Магия Кея оставляла след, как любая другая… но в последнее время Алистраи заметила, что у этих двоих есть нечто общее с её черноглазой дочерью.
     – Есть кое-что, – сказал Кей. – Не беспокойся, это совершенно безопасно. На фоне того, что мы уже сделали. Нет нужды тревожить дочерей.
     Снизу раздался испуганный писк. Шалшари со зловещим смехом тянула маленьких сестёр танцевать, девочки смущённо вырывались.
     – Честно говоря, мне отказывает воображение, – признала Алистраи. – Ты уничтожил целый дом.
     Она обернулась к наёмникам.
     – Знаете, ваш план… работает. Они напуганы.
     Кей приподнял брови:
     – Неужели?
     – О да, – заверила дроу. – Младшие дома отвели отряды в город, не помогают даже угрозы их покровительниц. Некому больше их приструнить, видишь ли. Мафае и вовсе отказала совету в поддержке, закрывшись в своей крепости. А ты, Джей?
     Мечник сделал вопросительную мину.
     – Твоё выступление на Арене было игрой на будущее, так ведь? Солдаты смеют спорить со своими хозяйками, боятся каждой тени. Боятся бессмертных врагов. Мне донесли, что вчера за это казнили почти две сотни, из семнадцати разных домов.
     – Помогло?
     – Нет. Они напуганы.
     Старшая мать повернулась обратно, опираясь на перила.
     – Никто не хочет сражаться, – веско произнесла Алистраи. – Никто не видит в этом выгоды. Впрочем… есть и другие новости. Количество молящих Тёмную Мать о милости, судя по всему, достигло невиданного с Войны Королев числа.
     – Что ж…– протянул маг, – будем надеяться, что она услышит. И снизойдёт.
     – А пока что у нас есть сюрприз и похуже, – ровно сообщил мечник.
     Алистраи с мрачным смешком прикрыла глаза.
     – Что может быть хуже уничтожения целого дома?
     Ответом была тишина. Алистраи оглянулась через плечо, вглядываясь в остаточную ауру магии перемещения.
     Она была права – иногда этой ауры не было. Иногда они просто… исчезали.

     Глава 5

     Даже во времена хаоса и неугодных тёмной богине междоусобиц, возвышенность, которую местные называли Старые шпили, выглядела превосходно. В давние времена огромные сталактиты и колонны у северной стены грота стали жилищем для множества тёмных эльфов. Со временем естественные формирования превратились в огромные комплексы помещений и переходов, укутанные роем волшебных огней и покрытые резьбой и статуями.
     Каждый шпиль был отдельным районом, обычно принадлежащим влиятельному благородному дому – хоть хозяева нередко менялись, стремительно и кроваво. Многие шпили традиционно разделялись на верхние и нижние ярусы. Теперь здесь жили не сотни а тысячи дроу, порой, не покидая сияющие гиганты неделями. Высота иногда в тысячи шагов служила препятствием для перемещения по вертикали – даже пожелай хозяйки заставить слуг карабкаться с самого низу, ни одна не пожелала бы ждать, пока желаемое доберётся до верха. Потому в комплексах организовывались целые общины простолюдинов, занятые производством и перемещением с улиц всего необходимого на верхние ярусы, где жили благородные семьи.
     Разумеется, будучи искушёнными в тайной магии, дроу создали массу волшебных подъёмников. Но их использование было уделом специалистов, и вдобавок подвижные платформы предоставляли излишне соблазнительные методы для несчастных случаев.
     На пустынном балконе-террасе одного из южных шпилей возникло две фигуры.
     – Ну и где оно?
     Джей оглядел панораму раскинувшихся внизу огней и ткнул пальцем в круг огней чуть справа:
     – Вон там. Видишь, пар…
     – Вижу, вижу. Так…
     Маг присмотрелся, ища точку обзора получше.
     – Так что, она утащила с собой последнюю дочь? – спросил Джей. – И ты ей просто позволил? Эти чернозадые остроухие самодуры повёрнуты на положении, если девка повлияет на Руфу…
     – Понятия не имею, откуда эти твои заблуждения, – прервал Кей. – Ты её знаешь лучше всех, и несёшь такой бред.
     Наёмники растворились в воздухе. Пару секунд спустя они стояли в миле от шпиля, между массивными барельефами на крыше здания на краю круглой площади.
     – С чего это я её знаю лучше? – не понял Джей.
     – Ты ей оттяпал хвост. По-моему, это самые интимные отношения в её жизни. Что впечатляет, раз ей три тысячи лет…
     – Думаю, эта честь принадлежит её первой рабыне, – хмыкнул Джей. – Ну, помнишь, которую она сожгла в приступе страсти? Может ты и прав, контакт с нашим миром вредит им не меньше, чем нам…
     – Я всегда прав, – заметил Кей. – И не забывай, что в её роду были суккубы. Спорю, девчонка в ней уже души не чает.
     В центре площади возвышалась стройная – на первый взгляд – пятигранная башня. В отличие от окружающих зданий, сияющих привычными для города огнями, её скрывала таинственная тень. Легкие, светлые в темновидении облака показывались порой вокруг здания, прорываясь прямо из стен.
     – Ладно, хватит болтать.
     – Да, есть работа… Мне взять побольше или поменьше?
     – Поменьше.
     Наёмники вновь испарились в воздухе.
     Тонкая башня служила резиденцией дома Альвирин, Четвёртого дома Кворвата. Отсюда сотни металлургов и механиков наполняли город сложными механизмами – оружием, инструментами и конструктами.
     Издали стальная башня казалось изящным строением, её углы были чуть повёрнуты, как грани сверла. Но, вместо обычных в Кворвате хитрых композиций из барельефов и статуй, эти грани создавали сотни труб. Они тянулись снизу вверх, ныряли в стены и возникали вновь, разделялись на тонкие связки и соединялись в толстые цилиндры.
     Трубы шумели круглые сутки, не прерываясь ни на секунду.
     Под улицами Кворвата башня уходила вглубь даже дальше, чем поднималась вверх. Стальные коридоры владений дома тянулись к лежащей под городом магме. Потоки воды, закачиваемые из резервуаров сверху, обращалась в пар под землёй. Этот пар рвался по увивающим башню трубам, приводя в движение сотни массивных механизмов для обработки металла и производства деталей. Обслуживать паровые машины в башне Альвирин умели только обученные специалисты, служащие дому не первое десятилетие.
     Машины работали беспрестанно, снабжая деталями сотни сборочных мастерских. И этот беспрестанный шум дал крепости дома другое название – Стучащая Башня.
     На самом верху находилась резиденции благородной семьи. Комнаты и залы, вырубленные в камне задолго до того как снаружи появилась стальная оболочка, были просторны. Интерьер дышал роскошью благородного, в последние годы ещё и Правящего дома.
     Большинство комнат сейчас пустовало. Как и все другие семьи высокородных дроу, Альвирин был пронизан междоусобицами. Тайная война между дочерями привела к почти случайной гибели Старшей матери лет пятьдесят назад.
     Но как ни странно, вместо войны за власть последовала быстрая череда невнятных событий, после которой дочери Альвирин постепенно исчезли. Все, кроме одной.
     – Нгхх… Ну же!..
     Под высокими сводами зала в верхних мастерских раздавался тонкий скрип. В помещении царил творческий беспорядок. По углам валялись груды искорёженного на вид металла. Длинный стол у дальней стены покрывали части механизмов из шестерёнок и пружин. Стальные стены прикрывали гобелены и ковры, их же в свою очередь покрывали исчёрканные замечаниями и комментариями чертежи и эскизы.
     Старшая мать Квиларра задумчиво хмурилась. На столе перед ней плавали шестерёнки. Они скрипели и гнулись, но соединяться в рабочую деталь не желали.
     Самая младшая в своё время дочь, Квиларра быстро стала единственной.
     Ещё в годы ученичества она проявила талан к магии. Но ещё сильнее в её семье ценились острый ум и конструктивная жилка девочки – Квиларра была прирождённым механиком. Она толком ещё не начала обучаться магии, но уже могла собрать простые конструкты. Пару лет спустя она начала создавать собственные дизайны.
     В то время старшие дочери сходили с ума от тирании матери, жёсткой и свирепой, но страшно не амбициозной женщины. Им хотелось власти.
     Скрип сменил тональность, гибкий металл тонко звякнул.
     – Пф! Глупая железка…
     Шестерёнки взвились роем мошек и сошлись в новом узоре.
     Ирония была в том, что Квиларра была совершенно не заинтересована в политике. Её интересовали только её заводные игрушки. Но когда Старшая мать погибла, в девочке внезапно проснулся настоящий талант. Холодный разум сделал вывод, что в живых её не оставят – даже поклянись она служить. Младшая дочь, хоть и важный ресурс для дома, была потенциальной угрозой.
     И с той лёгкостью, с какой переступают с ноги на ногу, Квиларра перешла от конструкции механических машин к конструкции планов по устранению сестёр. Управлять тёмными эльфами оказалось не сложнее чем стальными големами, нужно было лишь выяснить, где и как нажать – и юная дроу нажимала виртуозно.
     Под контролем новой хозяйки дом расцвёл. Поначалу мастера протестовали против продаж машин, видя в этом расточение их секретов. Но постепенно стало ясно, что дом Альвирин приобретает уникальное положение. От него начинали зависеть.
     Спустя несколько десятилетий пал Четвёртый дом Кворвата. Занять их место для расчётливой Старшей матери Квиларры стало естественным ходом. И утвердившись в совете, она немедленно уничтожила тех, кто уничтожил прежний Четвёртый дом.
     – Ну жеее!..
     С тонким скрипом шестерёнки вдруг звонко спрыснули и, свиснув в воздухе, врезались в груды металла вокруг. Квиларра злобно фыркнула.
     Самой молодой и успешной за сотни лет Старшей матери Кворвата было едва за тридцать. И настоящую всеобщую завить вызывало то, что она почему-то всё ещё сохраняла нежную внешность хрупкой миловидной девочки.
     – Мусор! Слишком толстые края! Слишком широкие зубья…
     Свирепо рыча в недовольстве, миниатюрная дроу прошлась по залу. Детали вокруг неё поднимались и падали, будто живые. Золотистый халат мягко парил при стремительном шаге.
     Вдруг дроу замерла, изящно приподняв тонкую ножку, потом резко обернулась.
     У двери её личной мастерской беззвучно стояли двое белокожих.
     – Ты, – сплюнула дроу.
     Кей вопросительно приподнял брови:
     – Кто именно?
     – Оба! – рыкнула старшая мать.
     Квиларра ткнула в мага пальцем:
     – Ты! Ты сжёг моих новых автоматонов! Я отдала их этой дуре Кверсати, а та просто выпустила их под ответственность одной из идиоток Джай-Крессва!
     – Не вижу каким образом это моя вина…
     – А ты! – Палец указал на мечника: – Ты своими лапами разбил мои новые боевые конструкции!
     – Укрепи им суставы. Они гнутся, когда…
     – Я знаю!! – рявкнула дроу. – Разумеется я знаю! Новые будут готовы через пару дней, и я клянусь что в этот раз ты превратишься в кусок мяса, как и должен был!
     – Мило, – констатировал Джей.
     – Но я боюсь, что испытания пройдут без вашего участия, леди Квиларра, – сообщил Кей.
     Груди металла по всем углам завибрировали, воздух вокруг миловидной красавицы пошёл волнами.
     – Неужели?
     Наёмники синхронно покосились друг на друга. Затем маг усмехнулся.
     – Нет нужды в браваде. Мы все здесь знаем, что драки не будет.
     Квиларра вскинула голову, свирепо сверкнув золотыми глазами:
     – Ты думаешь, я боюсь?!
     Кей сдержанно рассмеялся.
     – Разумеется нет. Ты мало чего боишься. Именно поэтому мы здесь. Чтобы убрать тебя из этой, и так затянувшейся войны.
     Дрожь в металле угасла, парящие шестерёнки легки обратно на пол. Но старшая мать всё ещё зловеще сверкала глазами.
     – И что ты сделаешь, дикарь? Посмеешь мне приказать?
     – О нет, – заверил маг. – Мы пришли, чтобы сделать тебе подарок.
     Мечник оживился:
     – Мне продемонстрировать?
     – Будь любезен.
     Резко выбросив руки, путешественник сложил ладони, будто что-то схватил – мелькнуло два тёмных силуэта, и в его руках оказалась пара предметов. Чуть изогнутые рукояти напоминали ложе ручных самострелов, но вместо лука и тетивы на них крепился примыкающий к стальной трубке толстый цилиндр. Изогнутая деталь в задней части со щелчком отогнулась.
     Раздался оглушительный удар. Два куска свинца расплющились о матовый магический щит перед лицом дроу. Квиларра ошарашенно сфокусировала взгляд на снарядах.
     – Что… это за штука?
     Громыхнуло ещё пару раз. Пули ударились о щит безвредно. Джей лихо крутнул оружие на пальцах и… машинально ткнул вниз, туда, где обычно носил кобуру.
     – Ой. Как неловко-то… – буркнул он.
     Кей двинул рукой и пистолеты пропали. Взамен в воздухе возникло похожее оружие, длинней и больше, но без цилиндра у трубки.
     – Это вам, леди Квиларра.
     Оружие медленно подлетело к эльфийке. Смерив мага подозрительным взглядом, старшая мать подхватила предмет в руки.
     – Ты не сказал, что это, – ровно заметила она.
     – Это называется «ружьё», – ответил маг. – Но ты ведь и так это знаешь?..
     – Ты думаешь, этого куска хлама хватит, чтобы я пошла против совета? – пренебрежительно перебила Квиларра. – Ты, верно, идиот.
     Кей усмехнулся:
     – О, прошу, не позволяйте мне нарушить ваши договоры с сёстрами по совету…
     – Вот ублюдок… – Мать Альвирин смерила мага недовольным взглядом. – Что… ты хочешь взамен?
     Маг качнул головой.
     – Мы все здесь знаем, что время сделок прошло. Никто не будет полагаться на чьё-то там доверие. Взамен, – Кей указал на дроу, – я положусь на твои инстинкты.
     – Ты смеешь звать меня животным?! – громыхнула старшая мать.
     Мановение руки – и скрытые в грудах металла острые лезвия рванулись в головы белокожих. Кей коротким жестом отразил пару, Джей ловко поймал одно пальцами.
     – Он хотел сказать, что ты слишком талантлива для своего же блага, – ответил мечник. – Заряды сбоку, кстати, в такой…
     – Я вижу! – рыкнула Квиларра, безошибочно вскидывая оружие, которое увидела первые, в правильную позицию у плеча. – Думаешь, я какая-то дура? И почему в этой конструкции нет цилиндра? Она однозарядная, какая глупость!
     – Почему бы тебе это не выяснить? – предложил маг. – А теперь, с вашего позволения, леди Квиларра…
     Маг коротко склонился – и оба наёмника растаяли в воздухе. Дроу злобно зарычала, сжимая подарок обеими руками, будто хотела его задушить.
     – Этот!.. Это мерзкий хам!..
     Старшая мать кипела от возмущения. Намерения белокожих были настолько прозрачны, что почти казались ловушкой. Он отдал эту шутку с расчётом, что она просто забросит всё вокруг, погрузившись исследование!
     С ворчанием Квиларра сделала несколько шагов туда-сюда. Затем выдохнула. Подхваченный магией «подарок» завис рядом.
     – Будь ты проклят, беломордый урод…
     Грохочущей лавной прежние проекты обрушились на пол. На очищенный стол легло загадочное «ружьё».
     – Хмм… это, конечно, рычаг для…
     Оглушительно бахнул выстрел. Мушкет прыгнул на столе, едва не треснув старшую мать стволом по лбу. Дроу, звонко хохоча, замахала тонкой ладошкой, разгоняя едкий дым.
     Алистраи не представляла себе, что может быть хуже уничтожения целого дома, хуже той паники и хаоса которые оно привнесло в души правящих городом женщин.
     Но белокожий маг знал.
     Возбуждённо закусив губу, Квиларра склонилась над оружием. Повинуясь движениям тонких пальцев, детали начали по очереди выниматься из пазов. Расстегнулись ремни и защёлки, бумажные обёртки патронов в ряд легли на столе, провернулись со скрипом винты.
     Хуже уничтожения целого дома могло быть только одно – целый дом останется жить.
     Сейчас и Кверсати, и совет, и весь город вокруг могли хоть в Седьмой ад провалиться! Квиларра Альвирин хотела только одного – заниматься своими проектами.
     И никто не смел её отвлекать.
* * *
     Под сводом часовни Первого дома царила мрачная тишина. Украшенные изображением пауков двойные двери растворились, и в зал вошёл архимаг Варатас.
     В тени тускло освещённого синим прохода маячили стражницы дома. Остановить мага, недвусмысленно идущего напролом, они не рискнули, окончательно лишившись схожести с самоубийственно уверенными легийками.
     Старшая мать Кверсати лежала перед алтарём, лицом к резному камню. Чёрное платье разлилось вокруг как жидкий металл. Массивный лик Тёмной Матери нависал из тьмы над избранной служанкой богини.
     Стоило магу пересечь порог, как дверь стремительно захлопнулась, едва не защемив одну из стражниц.
     – Я запретила входить в часовню, пока я сама не прикажу.
     Голос его бывшей сестры звучал совершенно спокойно, хоть выглядела она так, будто её убили.
     – Я знаю, – ровно ответил Варатас.
     – Ты смеешь противиться моей воле?
     Без капли угрозы в голосе, но Кверсати злилась. Играть в интриги маг не стал:
     – Всего лишь позволил себе вольность оценки магической ауры. Ты в порядке, Старшая мать?
     Кверсати медленно приподнялась и посмотрела через плечо на строптивого сводного брата. Из угла её рта тянулась свежая полоска крови.
     – Разумеется, Варатас. Зачем ты здесь?
     Со времени первого, судьбоносного видения Кверсати лишилась своих любимых вспышек гнева. Но Варатас знал, что ничего не проходит без следа. Его нервировали мысли о том, куда мог деться врождённый у женщин дроу яростный темперамент.
     – Я принёс новости о твоих приказах, как и всегда, – ровно сказал архимаг. – Но прежде я нижайше прошу сказать, получила ли ты ответ.
     Повисла пауза. Кверсати отвернулась и молча поднялась на ноги, медленно, но уверенно.
     – Она ответила тебе, Кверсати?
     Варатас напряжённо сжал голос почти до шёпота. Старшая мать смерила его холодным пустым взглядом.
     – Мне стоит от тебя избавиться, братец, – сухо сказала она. – Благодари богиню за свой талант.
     Маг едва удержался чтоб хмыкнуть – с именем Матери на устах, духовенство делало всё, чтобы удержать адептов Ремесла в своей власти. Богиня не имела с его талантом никакой связи. Даже наоборот.
     – Разумеется, она ответила мне, Варатас, – продолжила Кверсати.
     Отвернувшись, верховная жрица и мать Первого дома встала перед алтарём и подняла лицо к каменному изваянию над ней. Тишину нарушил маг:
     – И что же случилось со Вторым домом?
     Кверсати помедлила, затем отвернулась от статуи.
     – Ты хочешь узнать, был ли ты прав? – едко протянула Кверсати. – Да. Ты доволен собой, братец?
     – Значит, это были они. – Маг пропустил выпад мимо ушей. – Это был маг, без сомнения.
     – Всё ещё жаждешь вкусить его тайны?
     Варатас поморщился. Магистры, даже те, что поумнее, сходили в Башне с ума от желания распять белокожего колдуна на пыточном столе и высосать из его тела всю магию до капли. Из сотен магов в армии совета каждый грезил, что именно его интрига приведёт к поимке колдуна. Разумеется, конкуренция привела к боевым действиям задолго до того, как хотя бы один из них просто увидел белокожего. Потом у крепости Молув’итар случилось… то, что случилось.
     Варатас же прибёг к более тонкому методу – связался представителем Седьмого, глубочайшего ада. Существо явилось в круге, неотличимое от тёмного эльфа, за исключением полностью красных глаз и странного наряда, который дьявол назвал «костюм-тройка».
     На вопросы о белокожем маге с поверхности дьявол без перехода сухо сообщил, что контракт разорван, и исчез в ослепительном взрыве, обратившем покои Варатаса в Башне в закопчённую дыру. Попытки вырвать неустойку магией к успеху не привели – казалось, что в бюрократической вязи контракта где-то прятался пункт конкретно об этих белокожих…
     Варатас давно пытался убедить новую Старшую мать Аллат’сенери перенаправить усилия с и так нелепо затянувшейся войны на истинный источник проблем – пару болезненно непредсказуемых наёмников.
     Кверсати жёстко подавляла все его попытки. Это странно вторило схожему бездействию со стороны Дэв-Пала. Поначалу Варатас думал, что просто не осведомлён о манёврах настоятельницы, но со временем стало ясно, что… их попросту нет. Алаурун игнорировала чужаков.
     – Но ты всё же спросила… – сдержанно протянул маг. – Что ещё она сказала?
     – Ты суёшь нос в дела тебе не по положению, Варатас.
     Злоба в голосе Кверсати его неожиданно успокоила. Бывшая сестра вернулась в прежнее настроение.
     – Тёмная Мать желает смерти огненной сучки и всех её отродий, – гулко возвестила Кверсати. – И я исполню её приказ! Наш дом не лишится милости богини из-за слабости других!
     Варатас не сдержал короткого движения бровями, нарушая невозмутимость лица. Сдерживать сарказм было всё сложнее.
     – И что же ты прикажешь, Старшая мать? – ровно вопросил маг. – На новую армию потребуется время, да и второй раз провести её быстро не получится…
     – Это не твоё дело, Варатас.
     Теперь маг уже не сдержался.
     Голова любого слетела бы с плеч уже за то, что он не стоит перед Старшей матерью Первого дома на коленях. Но только архимаг мог бы пережить глубоко скептическую мину в отношении её слов!
     – Ты… – её ответ мог значить только одно, – ты хочешь попытаться выпустить убийц. Сменить методы.
     Кверсати молча смерила его злобным взглядом. Варатас поднял руки в ограждающем жесте.
     – Ты знаешь, что я хочу исполнить волю богини не меньше твоего, Старшая мать, – ровно сказал он. – Но даже перевёртыш, которого ты… тебе одолжили, не вернулся. И он вошёл в крепость, мне доложили, что он вошёл! Но после – никаких вестей.
     – Один провал ничего не значит, – сухо заметила Кверсати. – Ты думаешь, я опустилась до отчаяния? Тупица…
     Оскорбление Варатас даже не заметил. Он лихорадочно соображал, что такого могла приберечь Кверсати, о чём он не знал.
     – Кроме того, раз мы говорим о совете, – заметил архимаг. – Мафае тоже решила отказаться от войны. И раз теперь Санриг’сар просто уничтожен…
     Кверсати резко подскочила к бывшему брату:
     – Что ты несёшь?! – рыкнула дроу. – Войска Иннива’шанра собраны в пригороде!
     – Ах, это… – протянул архимаг. – Я подозревал, что тебе побоятся доложить. Тебе стоит выбирать представительниц поумнее, хоть они и опасней… Но солдаты, которых предоставила Мафае, это просто наспех набранный в городе сброд. Она выкупила отряды младших домов, на которые так неожиданно нашлось время у матери Алаурун.
     Недавно инквизиция – совершенно удалившись от грандиозной войны среди правящих домов – вдруг обрушила свою стальную длань на пару торговых кланов, возжелавших нажиться за счёт Собора. Кверсати невольно дёрнула руками, будто хотела вцепиться в горло матери-настоятельнице.
     – Ты выяснил, куда делись солдаты Второго дома? – сухо процедила дроу.
     Прошла неделя с того момента как по городу чумой разошлись новости о смерти целого дома, породив волну парализующего страха. Массовая гибель благородных была нормальным явлением – дроу жили этим. Но раньше любая старшая мать знала, кто кого и как уничтожил.
     Теперь же смерть пришла внезапно.
     – Разумеется. Потому я здесь, Старшая мать. Думаю, тебя не удивит то, что солдаты останутся, где они были раньше. На службе церкви.
     Отбросив выдержку, Кверсати злобно фыркнула и зашагала перед алтарём.
     – Девять сотен! Под ней и так уже тысяч десять, она что, хочет быть королевой Кворвата?! Как только Мать это терпит!..
     – Полагаю теперь мы знаем, почему Алаурун не желает действовать… – в полголоса протянул маг.
     – Заткнись!
     Кверсати резко взмахнула рукой оборачиваясь:
     – У тебя будут другие задачи. Чары на стенах Молув’итар уцелели, и это всё ещё твоя вина!
     Варатас не стал скрывать кислую мину. Спорить с Кверсати было бесполезно, и уж точно опасно. Почему-то она видела именно мага слабым звеном в цепочке той интриги – возможно, потому что иначе им была она.
     – Мы избавимся от Молув’итар в любом случае! – продолжала рычать Кверсати. – Алистраи слаба! И я ей это покажу!..
     Старшая мать Аллат’сенери вновь подошла к алтарю и подняла лицо к богине.
     – Новая армия встанет за пару дней, – ровно заговорила дроу. – Квиларра к этому времени передаст нам новые конструкты. А Алистраи… да… она больше станет прятаться. Не так ли, ты, проклятая всеми тенями наглая сучка?..
     По текущему в полумраке злобному шипению Варатас понял, что его бывшая старшая сестра окончательно вернулась в норму.
* * *
     – Ах, вы уже здесь!
     Невысокая дроу в опрятном платье и стянутыми в хвост волосами нервно распахнула дверь шире.
     – Но вы… мы… Мы не ждали вас так скоро, госпожа!
     Она умоляюще согнулась перед опешившей Греянной.
     – Всё… хорошо, – неуверенно сказала та. – Если мы… эм… застали вас в плохое время, то мы можем просто…
     – Нет-нет-нет! – Женщина панически затрясла головой. – Я просто… Ах, входите, госпожа, прошу вас!
     Они стояли у длинного двухэтажного здания с округлой крышей. Склад на окраине порта. Рядом стоял их запряжённый парой круглобоков экипаж. Сопровождающие солдаты слезали с патрульных ящеров и расходились вокруг.
     Поклонившись ещё раз, женщина жестом пригласила высоких гостей внутрь. Греянна двинулась было вперёд, но ощутив касание на плече задержалась. Первыми вошли капитан солдат и его помощник. Благородная дроу прошла следом, придерживая возбуждённо пританцовывающих маленьких принцесс.
     – Хватит подпрыгивать. – Греянна щёлкнула Квейлан по носу. – Ведите себя подобающе!
     – Но тут так интересно!.. – сдавленно пропищала Мидорае.
     Греянна неуверенно хмыкнула – «интересно» было сильное слово. Они вошли в просторное помещение, до потолка заполненное рядами ящиков, мешков и тюков. Странно пахло чем-то сладковатым и незнакомо пряным.
     – Простите, что вам придётся идти через склад, – поспешно сказала женщина. – Прошу, госпожа, сюда!..
     Их провели через лабиринт ящиков к невысокой лестнице. За дверью оказалась другая комната.
     – Ах, это здесь… – протянула Греянна.
     Мастерская тонула в полумраке, освещённая одним золотистым огнём. На паре столов лежали отрезы цветной ткани приятных тёмных оттенков, один рулон был ослепительно белым.
     – Я умоляю о прощении, госпожа. – Женщина вновь склонилась перед дочерью дома. – Нам передали, что вы лично придёте для примерки, но мы не ждали вас в этот же день!
     – Но ведь путь совсем не долгий… – протянула Греянна.
     Женщина удивлённо покачала головой:
     – Обычно это опасно покидать дом без предварительной проверки, госпожа…
     Греянна подавленно понурилась – слова были будто эхом. В это время женщина поспешила к двери на другой стороне помещения.
     – Вара! Я только позову свою служанку, госпожа Греянна, и мы начнём… Вара, живо наверх!
     Еда она коснулась ручки двери, как та распахнулась, и в хозяйку мастерской едва не врезалась щуплая девчушка с коротким хвостиком.
     – Их!.. – Девушка нервно шарахнулась назад.
     – Ты!.. – Женщина прервалась. – Нет, потом. Дочери дома прибыли, живо неси инструменты!
     – Уже?! – нервно пискнула Вара.
     Она с опаской уставилась на Греянну. Та неловко улыбнулась в надежде, что это служанку подбодрит. Та переменилась в лице и сгинула.
     Благородная дочь тяжело вздохнула. Нечто начинало её тяготить…
     – Уааайх!..
     Шелест и глухой стук похоронили под собой нервный вопль. Греянна испуганно подпрыгнула и обернулась к неожиданно возникшей у стола груде тканей. Из-под белого потока виновато выглянула пара лазурных глаз.
     Греянна повернулась к хозяйке мастерской.
     – Мы… всё поправим, – сбивчиво заверила она.
     Та озадаченно качнула головой:
     – Нет… нет. Всё равно пришлось бы разматывать…
     Сегодня Греянна привезла своих маленьких сестёр в швейную мастерскую, чтобы с них сняли мерки и пошили им новые платья. Это была её идея.
     – …просто хочу, чтобы они немного развлеклись вот и всё.
     Вчера она набралась духу и встретилась с матерью в зале собраний. Греянна смотрела на мать Алистраи, стараясь придать взгляду смелости. Она хотела верить, что поступает правильно.
     – Развлечься? – недовольно переспросила Алистраи. – По-моему, вы и так нашли способ повеселиться пару дней назад.
     Греянна жарко вспыхнула. Она была совершенно уверена, что недавние танцы и музыка были каким-то праздником. Её сильно удивило, когда вернувшаяся в дом Вьерна свирепо разогнала толпу, не выбирая выражений разъяснив, что времена войны не время для развлечений.
     Но именно когда Греянна уводила девочек в комнаты, она заметила, как милые мордочки маленьких принцесс тенью накрывает тоскливое разочарование. Дети грустили взаперти.
     – Но я… я думаю, что небольшой стимул необходим. – Греянна пыталась вывернуться. – Они хорошо учатся в последние дни, и я… считаю, что их стоит поощрить. Это всего лишь новая одежда, даже Ирае говорит, что её стоит сменить…
     Алистраи смерила дочь сомнительным взглядом, явно не купившись на попытку.
     – Значит, Ирае окончательно передала тебе опеку над детьми? – сухо заметила мать. – Без моего ведома? Без разрешения?
     Греянна напряглась.
     – Нет, я… – Она укротила свои мысли. – Сестра Ирае слишком занята в порту, старшая мать. Я могу позаботиться об обучении сестёр, пока её нет. Будет глупо оставлять их без присмотра.
     Алистраи с сомнением сжала губы:
     – Это не отвечает на вопрос об опеке, Греянна…
     Старшая мать была права. Греянна не желала говорить об опеке.
     В последние дни она возилась с малышками всё чаще. Девочки её любили, даже больше чем Брию. Греянна их не ругала – не сильно, по крайней мере – и всегда соглашалась играть, прежде чем задавать уроки и работу.
     Странные взгляды слуг и стражей Греянна не замечала долго. И когда заметила, то с удивлением узнала, что заниматься с детьми под чужой опекой практически оскорбление. Малышки принадлежали Ирае, она была их сестрой-наставницей. Хорошо воспитанные дети, особенно наследницы, считались превосходным достижением, методом приблизится к Старшей матери дома в качестве доверенной.
     Поначалу Греянна паниковала. Ей не хотелось ссориться с сёстрами, и тем более создавать проблемы матери. Ирае, однако, отнеслась к её извинениям почти равнодушно. Казалось, дети её мало волнуют.
     Но в разговоре с Ирае Греянна окончательно поняла, что… к ней в этой семье особое отношение. Она замечала суровую строгость Вьерны и скрытую жестокость Шалшари, и даже отчуждённая Ирае могла быть жёсткой.
     Но и старшая мать, и сёстры явно сдерживались перед потерявшей память девушкой.
     Четвёртая дочь ощущала, что в её прошлой жизни кроется тёмная тайна. Но вместо того чтобы поддаться жажде всё выяснить, она решила посвятить своё время заботе о маленьких сёстрах.
     – Если ты прикажешь, старшая мать, я немедленно верну их в комнаты…
     Греянна не притворялась, подпуская жалобную нотку в голос. И всё же она рассчитывала на…
     – Нет… нет. Хорошо, Греянна.
     Алистраи со вздохом двинула рукой:
     – Знаешь, они всё ещё просто дети, и тащить их за стены дома нет нужды, – заметила мать. – Я надеюсь, твой… метод сработает.
     – Я… Спасибо, мать Алистраи! Я уверена, что всё сработает.
     Младшая дочь просияла. Внутри, однако, шевельнулось тёмное ощущение. Она обманула мать – или как минимум, воспользовалась её слабостью.
     Ей было стыдно. Но она делала это ради воспитанниц.
     – С тобой отправится полный отряд, – продолжила мать. – И я хочу, чтобы ты вышла из дому как подобает благородной дочери, Греянна.
     – Эмм… С оружием? – кисло протянула та.
     По приказу матери Вьерна провела небольшую тренировку. Греянна ощущала, что, несмотря на сдержанную неприязнь, Первая дочь даже не пыталась на неё нажать. Но у Греянны всё равно целый день потом ныли руки, и брать в них меч снова не хотелось.
     – Но я думала, что раз в пустошах безопасно…
     – Безопасно? – сурово вопросила Алистраи. – Мы на военном положении, Греянна! Ты отправляешься не в бархатные залы под опеку чужой репутации. Тебя и детей будут сопровождать повсюду. Это ясно?
     – Да, мать Алистраи… – покорно кивнула девушка.
     Было очевидно, что малейшая строптивость запрёт её в доме навеки. Впрочем, Греянна и так явно зашла за границы дозволенного младшим дочерям. В конце концов, она так и не решилась выяснить всерьёз, какое же место в этом доме она может занять…
     Вскоре они были в порту. И после странного приветствия хозяйки швейной мастерской Греянна приступила к своему обещанию девочкам – новые платья.
     Завал тканей разобрали и детей извлекли наружу. Девочки послушно позволили себя обмерять и сейчас увлечённо копались в пёстрых отрезах. Хозяйка мастерской ловко набрасывали контуры выкройки на ткани.
     – Знаете, вам совсем необязательно было приводить их сюда, – тихо заметила она, обращаясь к Греянне. – Я с радостью посетила бы вашу крепость. – Она поспешно спохватилась: – То есть, если бы вы разрешили, кончено!..
     – Мы… эм…
     Греянна запнулась, выбирая, что сказать. Рука машинально нащупала рукоять меча. Необходимость таскать перевязь поначалу её раздражала. Но стоило надеть ремень и поправить, как Греянна почти сразу о ней забыла. Меч лежал на бедре почти естественно.
     – Просто… – Греянна вздохнула. – Я хотела их развлечь. Они чахнут за стенами…
     Она поймала удивлённый взгляд швеи, но та быстро отвела глаза.
     Время прошло быстро за примеркой. Девочки крутились вокруг как возбуждённые светлячки, хоть им чётко дали понять, что платья будут готовы не раньше чем через пару дней. Солдаты стояли у дверей почти без движения, явно привыкшие к такой службе.
     Молодая служанка со шрамом опасливо косилась на Греянну – но куда легче терпела приставания девочек. Постепенно малышки вытянули из неё признание, что она работает здесь совсем недавно, будучи безродной из группы детей, бросивших жизнь в городе.
     – Хватит трепаться попусту, Вара, – прикрикнула хозяйка. – Мне нужен шёлковый отрез и большой моток второго номера, живо.
     – Слушаюсь!
     Девушка исчезла в дальней двери. Греянна ощутила, как её требовательно тянут за платье.
     – Сестра Греянна, ты не будешь выбирать себе платье? – потребовала Квейлан. – Вара сказала, что у них есть даже уже готовые…
     – Ну, я не собиралась… – начала младшая дочь, но её перебили:
     – Ты говорила, что тебе нужны новые платья!
     Мидорае потянула её с другой стороны. Как опытные бойцы, девочки умели ловко брать жертв в клещи.
     – Но ведь… я могу обойтись тем, что есть.
     Греянна запнулась, глядя на умоляющие огоньки в цветных глазах малышек.
     – Я думала, мы будем все вместе… – жалобно протянула Квейлан.
     – С тобой вместе… – в тон сестре подхватила Мидорае.
     Неожиданно для себя Греянна ощутила волну принадлежности. Ей необходимо было сделать что-нибудь с ними вместе.
     – Ладно… – сдалась Четвёртая дочь. – Хватит на меня так таращиться, накажу.
     Несмотря на угрозу расправы девочки просияли.
     – Я не могу позволить, чтобы вы надели то, что мы шьём без мерки, госпожа! – беспокойно засуетилась хозяйка. – Прошу, позвольте снять мерку, у меня есть отрез прекрасного шёлка!
     – Конечно…
     Хозяйка исчезла в двери на склад.
     Потянулось время. Девочки радостно шушукались, копаясь в тканях. Трогать выкройки и разметки Греянна им запретила, строго шикнув и стукнув Квейлан по макушке.
     Время шло.
     – …не слышу…
     – …но наши вокруг…
     Солдаты обменивались тихими шепотками.
     – Что-то не так?
     Они нервно покосились на шагнувшую ближе Греянну.
     – Нет, просто… мы…– начал один, но признался: – Я не слышу, чтобы кто-то ходил за дверью.
     – Может она в другом помещении?
     – Может, но… её нет уже минут десять. Куда она могла деться без предупреждения…
     Напряжение неприятно ударило по разуму Греянны. Порт кишел солдатами их дома, брат Тессар был где-то здесь, а сестра Ирае выбрала для своих странных собраний здание совсем рядом! И даже все простые дроу зорко следили, чтобы в порт не попали лишние незнакомцы – такая бдительность весьма злила некоторые торговые гильдии в городе. Греянна была уверена, что всё будет в порядке.
     Но теперь стало ясно, что ей только казалось, что она уверена. В глубине души она боялась.
     – Мы пойдём посмотрим.
     Ведущий будто прочёл её мысли.
     – Нет, это просто…
     Солдаты уже вышли, и спускались по лестнице к лабиринту склада.
     – Девочки, живо ко мне.
     Командный голос Греянны прервал весёлое чириканье малышек. С озадаченными лицами девочки пристроились рядом.
     На другой стороне склада находилась ещё одна дверь, сейчас полуоткрытая. Бесшумно охранники приблизились к проходу. Один заглянул внутрь.
     – Никого…
     – Нужно проверить комнаты, – скомандовал капитан.
     Они двинулись к двери и…
     Первый неожиданно отшатнулся.
     – Невиди!..
     Его голос оборвался резким хрустом. И на секунду все, что видела Греянна, это широкая полоса сияющей в темновидении крови, плеснувшая в воздухе изящной дугой…
     За её спиной раздался сдавленный всхлип – девочки не завизжали, но замерли от ужаса. Невидимый клинок окрасился кровью на секунду. Затем пелена магии спала, позволяя увидеть сухощавую фигуру, укрытую непроглядной тьмой. Греянна не сразу поняла, что это была странно окрашенная чёрная броня.
     Первый солдат осел на землю. Второй резко обнажил меч, и… клинок другого убийцы погрузился в его шею сзади. Греянна даже не заметила, откуда взялась вторая чёрная фигура.
     Обмирая от страха, она смотрела, как тела их охранников падают в кровь. Убийцы развернулись к своим настоящим жертвам.
     Снаружи ждали солдаты, два десятка. Без сомнения, они будут сражаться по её приказу…
     Но к тому времени Греянна будет мертва. Она и её маленькие сёстры…
     Ближний убийца указал на Греянну клинком, из чёрного овала вместо лица раздался ненормальный, скрипучий голос:
     – Оставь детей и ты можешь уйтАаоу!..
     Резким броском Греянна рванула ближайший мешок – весь ряд в десять шагов накренился и рухнул как свод в ненадёжной пещере.
     Она даже не слышала, что ей сказали. Инстинктивно Греянна знала, что никаких переговоров не будет.
     – Назад! В комнату, живо!
     Девочки послушно рванулись к дверям в мастерскую. Чёрная тень скользнула в стороне – убийца пытался перерезать им путь.
     – Гррах!
     Врезавшись в ящик всем телом, Греянна опрокинула его на то место, куда должен был шагнуть убийца. Тот отскочил назад. К счастью, вокруг него обрушились другие товары, на секунду погребая в хаосе из рулонов и тюков.
     Стрелками взлетев к двери, девочки заскочили в комнату. Греянна подбежала к двери и схватилась за ручку:
     – На улицу, живо! Бегите к охране!
     Блестящие глаза младших принцесс Молув’итар округлились в ужасе.
     – Не… Сестра!
     – Мы не!..
     – Живо!!!
     Греянна резко рванула дверь на себя, вырывая из маленьких ладошек детей. За её спиной раздались неспешные, едва слышные шаги. Она развернулась, встав лицом к убийцам.
     – Ты, верно, первая благородная дочь в городе, которая умрёт из-за детей, – проскрипел убийца.
     – Может она знает, что это просто уловка. – Голос второго тоже был неестественным, как скрежет по металлу. – Неважно. Нужно убить всех.
     С неожиданной для себя самой грацией Греянна резко обнажила меч. Встав перед дверью, она машинально приняла боевую стойку:
     – Вы и пальцем не тронете моих дорогих сестёр!
     Разум звенел как натянутая струна. Всё, что сейчас существовало для Четвёртой дочери Молув’итар, это убийцы – и дверь, за которой скрылись дети.
     И она была единственной преградой.
     Убийца рванулся так быстро, что она не успела даже среагировать – тот просто оказался рядом. Широкий взмах снизу вверх едва не задел Греянне горло. Ужас быстро поглотил сознание… но лишь то немногое, что от него осталось.
     Греянна не видела ничего кроме врагов – клинок хищно рванулся к шее жертвы. Противник отскочил, хоть сказалось преимущество высоты и лезвие лишь едва разминулось с целью.
     – Обойди, – скрипнул первый.
     – Долго. Просто избавимся от неё.
     Вскинутая рука стала сигналом – стрелка из скрытого на предплечье оружия свистнула мимо цели. Греянна резко полоснула, метя в голову первого. Тот отскочил, и вскинул клинок, отбивая новую атаку.
     Младшая дочь готова была на всё, чтобы отбросить их от заветной двери.
     Убийца легко обошёл её защиту и ударил в мёртвую зону. Греянна хотела вскрикнуть, но сквозь сжатые зубы раздался только злобный рык. Она широко размахнулась, открываясь ещё сильнее…
     Широкая тень прошлась перед молодой дроу, рисуя след от её клинка.
     – Хоа!..
     Убийца отшатнулся, машинально хватаясь за грудь. Под его пальцами была заметная полоса. Греянна отпустила меч, дрожь в руках быстро проходила.
     – «Верный удар», – озадаченно скрипнул второй. – Нелепо, нам сказали, она потеряла память… Откуда у неё магия?
     Вместо ответа первый резко рванулся вплотную. Греянна отбила пару коротких взмахов. Затем…
     Её удар неожиданно ушёл в пустоту. Будто соткавшись из воздуха, второй убийца возник слева. Дочь не успела развернуться, когда клинок погрузился в её бок.
     Греянна не стала сдерживать крик. Но даже теперь это скорее напоминало рёв загнанного животного. В последний миг она успела дёрнуться, чтобы кинжал не прошёл глубоко. Вновь мелькнула тень – убийца с шипением отпрянул, хватаясь за руку.
     – Тварии!!.. – Из горла девушки хрипло рвалась злоба.
     Она знала, что такой удар лишил бы ублюдка руки – но нет! Их берегли странные чёрные доспехи.
     Убийца хмыкнул, и они разошлись в стороны. Греянна медленно поднялась на пару ступеней, не спуская с противников глаз.
     Она будет стоять здесь, пока не сможет стоять вообще. До конца.
     Отняв одну руку от меча, дроу сжала рану. Где-то в глубине разума часть её билась в ужасе, осознавая, что это жизнь покидает её тело липким теплом. Греянна едва это осознавала, сжав рану как горло врага. Из-под пальцев засиял красный свет. Боль притупилась и начал утихать.
     – Она лечит себя, – сухо заметил второй. – Откуда эти способности?
     – Неважно.
     Новая атака была с обеих сторон. Первого Греянна отогнала «верным ударом», как назвал его убийца. Ей было всё равно, магия или нет – всё, что она видела, это противник. И она хотела его убить.
     Второй убийца полоснул воздух, затем сделал выпад. Четвёртая дочь попыталась отбить удар, но тот вдруг зацепил её клинок своим оружием. Первый резко размахнулся. Повинуясь наитию, Греянна выбросила руку к маске второго убийцы. Лезвие кинжала прогнуло её клинок и врезалось в плоть.
     Судорожный жар окутал руку дочери – и убийца с вибрирующим скрипучим воплем боли рванулся назад. В этот же момент ноги Греянны подкосились, и первый лихо полоснул воздух впустую – цель осела на землю как тряпичная кукла.
     – Эта сука пыталась меня убить! – Скрипучий голос дрожал от смеси страха и злобы.
     – Неужели? – насмешливо спросил первый.
     – Закрой пасть! Я знаю эту магию, помню эту боль!
     Бессилие охватывало тело Греянны безнадёжно, будто её кровь перестала двигаться. Дышать становилось всё труднее.
     Убийцы встали над телом.
     – Мелкая тварь, она смеет использовать силу богини без её благословения! – проскрипел второй. – За эту ересь нужно отдать её для пыток в Джай-Крессва!
     – Кончай её, нам нужно поймать мелких тварей, – отрезал первый.
     Греянна попыталась рвануться, встать на ноги – нельзя сдаваться, девочки умрут из-за неё! Вышло лишь едва шевельнуться.
     – Её вовремя разобрало, – скрипнул первый. – Я думал, ты опять пожалел яд на клинки.
     – Да закрой пасть…
     Первый перешагнул тело младшей дочери Молув’итар. Греянна билась в путах собственного тела. Сознание горело от бешенства и отчаяния. Дыхание участилось, хоть и было тяжёлым.
     Второй убийца завис над ней. Острие ножа возникло у глаза девушки.
     – Ты заслуживаешь много худшего, отступница!..
     Сверкнуло лезвие – и всё вокруг поглотила тьма.
     На миг Греянна ощутила тоску. Она так и не узнала о себе. О своём прошлом.
     Но она хотя бы защитила своих сестёр… может быть…
     Резкий хрип вернул её к реальности. Темнота рассеялась – Греянна поняла, что это не объятия вечного небытия, но просто какой-то неестественный чёрный туман.
     – Ты сильно пожалеешь, что явился сюда, лизоблюд бесплотной тени…
     Голос Шалшари, мурчащий и шёлковый, сочился злобной издёвкой. Убийца дёргался, пытаясь оторвать что-то от своего горла. Греянна не сразу заметил на чёрной броне чёрные же жгуты.
     Сестра подошла к Греянне и, приподняв безвольное тело с поразительной лёгкостью, отступила от лестницы. Потом присела на пол и уложила сестру головой себе на колени.
     – Всё хорошо, маленькая сестрица, – мягко сказала она. – Всё будет в порядке. Хм, кажется, это яд…
     Греянна скосила глаза. Жгуты росли из чёрных кончиков волос Шалшари. Убийца хрипел и дёргался, но чёрные щупальца были сильнее всех его усилий.
     Руки Второй дочери коснулись лба и груди сестры, и неожиданно слабость отступила.
     – Ещё… один… – просипела Греянна. – Он…
     Шалшари ласково улыбнулась, поглаживая сестру по щеке:
     – Шшш, всё будет в порядке.
     Убийца резко вскинул руки и… мощный рывок вдавил его в пол. Чёрный туман покрыл его целиком – раздался дикий вопль…
     Который тут же перекрыл другой вопль, где-то в мастерской. Греянна дёрнулась, приподнимаясь, но испуганно вздрогнула, когда в волне ненормального, белёсого огня вырвался первый убийца и кубарем скатился по лестнице.
     Сверху из прохода возникла жрица Союза-во-Тьме. Так они себя называли, совершенно без гордости или самодовольства, просто сообщали, как факт.
     Белая окантовка на чёрной мантии будто сияла. Ирае быстрым взглядом обвела помещение и вскинула руку. Резкая фраза вызвала облако серебряных молний, застрекотавшее вокруг тонкой ладони. Кулак сжался – и молнии врезались в грудь уже вскочившему на ноги убийце. Тот, заходясь в диком вопле, выгнулся, окутанный дымом. И упал неподвижно.
     – Старшая мать будет недовольна, – произнесла Ирае, спускаясь вниз.
     – Сестра… – Греянна снова попыталась встать.
     – Всё хорошо, – прервала Ирае, обходя ещё дымящееся тело. – Я видела детей, они в безопасности. Шалшари, что ты здесь делаешь?
     – Я? Спасаю свою любимую младшую сестрёнку, разумеется.
     Греянна испуганно пискнула, когда неведомая сила подняла её в воздух.
     – А теперь серьёзно, – недовольно двинула бровью Ирае.
     – Ощутила беды, – сухо ответила Шалшари. – Не вздумай притворяться будто тебя привела твоя гениальная интуиция!
     – Не буду, – бесстрастно ответила Ирае. – Это было совпадение. Дети выскочили из здания, когда я ехала мимо. Возможно, есть другая богиня, что следит за нами…
     Ирае присмотрелась к младшей.
     – Она что, отравлена? Ты даже не можешь снять яд как следует…
     Третья дочь приложила руки к Греянне и что-то едва слышно зашептала.
     – А я не хозяйка какой-то секты, – оскорблённо буркнула Шалшари.
     Убийцы – или скорее, их тела – воспарили в воздух. Шалшари двинулась к двери.
     – Ирае, а ты видела девочку? – спросила она на ходу. – С таким милым шрамиком?
     – Да, она… была с детьми, – озадаченно ответила Ирае. – Откуда ты?.. – Женщина осеклась и отвернулась: – Впрочем, не важно.
     Двери не успели закрыться за спиной Второй дочери, как в помещение ворвались солдаты. Греянна невольно ощутила тоскливое раздражение. Сейчас от них не было никакого толку – может, мать была права, держа её и девочек взаперти, где они были в зоне слышимости как минимум десятка охранников…
     – Греянна, ты… использовала магию, так ведь? – вкрадчиво произнесла Ирае вдруг.
     – Я… Кажется, да, – кивнула та. – Откуда ты знаешь?
     – У тебя… – Ирае неожиданно усмехнулась, – глаза блестят как у сумасшедшей. Это бывает в первый раз. Что ты сделала?
     – Я, кажется… не знаю, зачаровала свой меч? И мои раны перестали болеть… и ещё этот, второй в маске! Он сказал, будто я… что я украла магию у богини…
     Греянна подавленно умолкла. Задавленная в минуту стресса паника и страх смерти начали до неё добираться. Думать о том, как близко она была к гибели, вовсе не хотелось….
     – Я хочу чтобы ты пришла на мою… – Ирае запнулась, – чтобы ты поговорила со мной, когда ты оправишься, Греянна.
     – Ты имеешь в виду, этот… эм… «Союз»? – неуверенно спросила младшая.
     – Верно. Если ты вернула себе магию, значит, у тебя есть талант обучиться быстро. – Ирае обняла руками лицо сестры и серьёзно посмотрела в глаза: – Пора тебе занять своё место в семье, Греянна. Нам нужны все. Враги сильнее, чем кто-либо может представить. И пришло время рассказать тебе как ты потеряла свою…
     Ирае озадаченно запнулась.
     – Греянна, ты… плачешь?
     По щекам младшей обильно катились слёзы.
     – Почему это происходит сестра?.. – жалобно простонала Греянна.
     Ирае заботливо вытерла сестре лицо прохладной ладонью и со сдержанной злостью обронила:
     – Такова воля богини. Они хотят нашу кровь.
     – Но… – Греянна шмыгнула носом, слёзы капали без остановки. – Почемуу?.. Они… хотели убить наших девочек…
     Она несчастно прижалась к сестре, утыкаясь Ирае в шею мокрым носом.
     – Чем мы заслужили всё это?..
     Спустя пару минут Греянна смогла взять себя в руки. Они вышли вместе, Ирае поддерживала обессиленную магией и страхом сестру за плечи.
     Но оказавшись снаружи Греянна всё равно упала – рухнула на колени, облегчённо ахнув и вытянув руки. В следующий миг на ней повисли заплаканные малышки. Ирае жестом подозвала солдат и пошла к скользнувшему навстречу хозяйке чернокогтю.
     – Мы не заслужили, сестра, – шепнула безбожная жрица, заключившая Союз со своей судьбой. – И я убью всех, кто считает иначе!..
* * *
     Алистраи оказалась в порту уже скоро. Сжатое сообщение Тессара заставило её взорваться пламенем – минуту спустя она стояла в окружении тревожного совета.
     Это случилось полчаса назад. Теперь Старшая мать дома Молув’итар с пустым лицом смотрела на горящие вдалеке огни родного города. За её спиной на земле лежали шесть остывающих тел.
     – Мы не можем просто так всё бросить, – рокотала Вьерна. – Это убийцы Дэв-Пала! Они подчиняются только настоятельнице, а это значит!..
     – Ты всегда спешишь с выводами, – ровно прервал Тессар. – Те, кто атаковал Греянну, очевидно служат – или служили – инквизиции, верно, но мы понятия не имеем, кто остальные. Мать-настоятельница не контролирует клинков прямо, они могут служить и высшим жрицам с достаточным влиянием.
     Из шести тел только трое были затянуты в чёрный доспех теневого клинка – двое напавших на Греянну, и один убитый Тессаром с его коллегами по Ремеслу. Двое других носили простую одежду.
     Мужчину убили солдаты в порту – он влез, куда не следовало и, зарезав слугу, попытался сбежать, но его подстрелили. Щуплую женщину дроу доставили молодые жрицы в мантиях с белой окантовкой – она пыталась проскользнуть на одно из их собраний, притворившись служанкой. Убийца так и не поняла, что её окружает не кучка благородных дамочек, но холодные приверженцы опасной идеи.
     – Не мели чушь, глупый самец! – рявкнула Вьерна. – Ты и вправду такой тупой?! Все нападения случились в течение часа, Ирае сама сказала, что они заметили ту девку, только ощутив её ауру магии! Порт наверняка кишит агентами Алаурун, мы должны…
     – Врываясь в наши собственные владения, крестя вокруг мечом, ты ничего не добьёшься, сестра, – резко перебил Тессар. – Если ты так хочешь поддаться паранойе, то подумай, что эти агенты просто приманка, рассчитанная чтобы ты начала резню.
     Вьерна свирепо засопела.
     – Сидеть и ждать клинка в горло я не!..
     – Хватит.
     Холодный голос матери прервал пререкания, заставив спорщиков обвернуться.
     – Греянна уже должна вернуться в дом. Вьерна, ты отправишься за ней и проследишь, чтобы всё было спокойно…
     – Мать Алистраи, но я же!..
     – Это приказ, Вьерна.
     Первая дочь понурилась:
     – Да, старшая мать.
     – Тессар, возвращайся в порт. Вы с Ирае будете следить, чтобы не начались волнения. Ей пора заняться делом прямо, пусть оставит своё безумие на время. Когда начнёт спорить, предай, что это приказ.
     Сын дома склонился в лёгком поклоне:
     – Да, мать Алистраи. Но я думаю, будет достаточно, если мне поможет Брия, её солдаты смогут…
     – Что? – поражённо перебила мать. – Брия в порту? Я же приказала ей не покидать дом! Когда она явилась?
     Алистраи обвела детей свирепым взглядом. Первая дочь нервно замялась.
     – Я выпустила её в патруль сегодня утром, – признала Вьерна. – Я… знаю, что ты приказала ей не покидать крепость, но…
     – «Но»? – сурово протянула Алистраи. – Ты знаешь, что Брию нельзя тревожить без причины, Вьерна!
     – Да, я понимаю, но… – Вьерна запнулась и увереннее добавила: – Она явно… скучает. Я думаю, нельзя держать её взаперти без причины, даже если у неё…
     Вьерна опять неуверенно запнулась. Она храбро готова была броситься на видимого противника, но когда дело касалось магии и сверхъестественного, она всегда слегка терялась.
     – Ей стоит прервать эти… тренировки на время, – заметил Тессар. – Излишнее напряжение её измотает. Это может сделать только хуже.
     – И ты предлагаешь просто отправить её в патруль, будто ничего не случилось? – едко заметила Алистраи. – Почему бы нам не отправиться в Собор всем вместе и не лечь у Трона самим? Живо на свои места!
     Алистраи отвернулась.
     – Я держу тебя в порту, Тессар, только потому, что это необходимо, – добавила она. – Особенно теперь. Я желаю, чтобы моя семья была вместе. Вы слабее порознь. Это понятно?
     Ответом было синхронное:
     – Да, старшая мать…
     Не дожидаясь иного понукания, Вьерна и Тессар отправились к солдатам неподалёку. Алистраи осталась в окружении тел тех, кто пытался убить её детей. Вдалеке, на другом конце тёмного мира дроу, горели огни Трона Богини.
     – Это никогда не прекратится… – прошептала мать Дома Огня.
     За спиной раздались шаги. Алистраи не обернулась.
     – Она никогда не остановится…
     – Это зависит от количества трупов, вообще-то.
     Джей вольно шагал по камням, держа меч на плече. Кей размеренно постукивал в шаг посохом.
     Как бывало, они явились словно из ниоткуда.
     – Конечно, теоретически полгорода может встать с мечом, больше двухсот тысяч? – заметил боец и едко добавил: – Но мы же знаем, что этого не произойдёт.
     – Всего треть, если быть точным, – поправил маг. – Фермер, ремесленник и воин – согласно словам богини. В третьей главе сказано, что по традиции…
     Алистраи резко развернулась, сухо перебив мага на полуслове:
     – Обычно вы всегда прямо в центре любого бардаки. Где же вы были теперь, когда Греянну чуть не прирезали, как безродную служку?!
     – Ходили… на охоту, – ровно ответил маг.
     – Хочешь посмотреть трофей?
     Джей скинул с плеча меч, и показал его дроу с гордостью мальчишки с привязанной к палке крысой. Алистраи брезгливо поморщилась:
     – Что за дрянь?..
     Вместо крысы на новом белоснежном мече красовалась лысая голова тёмного эльфа. Лицо было заляпано кровью и перекошено в ужасной гримасе.
     – Он говорит, если на его покричать, – гордо заметил Джей.
     Выставив голову перед собой, он свирепо потребовал:
     – Отвечай, дух ничтожен, кто прислал тебя!
     Кошмарный лик перекосило сильнее, глаза и рот открылись, из них полился слабый свет.
     – Мать во тьме, госпожа наша… – заунывно раздалось из глотки головы, – во имя богини… во имя богини!.. смерть!..
     – Правду ответь, кто послал тебя! – экзальтированно взвыл Джей, потрясая мечом. – С тобой кто говорил, ничтожен дух?!
     Голова издала страшный стон:
     – Тёмная дочь послала за смертью!.. кровь!.. кровь в теле огня!..
     – ОтвечаАЯй!..
     Джей резко схватился за ушибленное посохом плечо. Глаза и рот головы закрылись, свет пропал. Мечник обиженно уставился на друга:
     – Чего?
     – Разум этого убийцы одержим слабым духом, – сухо сообщил маг, демонстративно обращаясь к Алистраи. – Простой способ допросить покойника. Почему-то мой скудоумный товарищ вбил себе в голову, что это игрушка…
     – Но я допрашивал!
     – Мы перехватили небольшой отряд теневых клинков, – проигнорировал недовольство Кей, – которые пытались выяснить, откуда взялась паутина недалеко от твоего дома. Эллали забрала тела на прокорм своим подопечным.
     – Это были убийцы церкви? – мрачно спросила Алистраи.
     – Сложно сказать. Джей считает, что да, на нас нападали ищейки инквизиции ещё когда мы впервые зашли в город.
     – Они оказались не слишком разговорчивыми, – заметил мечник. – Много трепались о своей богине…
     – Маршрут патруля, который повела бы Вьерна, шёл мимо убежища Эллали, – бесстрастно сказала Алистраи.
     Старшая мать снова отвернулась к огням Кворвата вдалеке.
     – Кверсати…
     Имя повисло в воздухе как едкие испарения.
     – Вот что ты задумала?.. Убить их всех… долго же до тебя доходило, Первая дочь…
     Тихое бормотание, полное ненависти, тонуло в тишине окружающих пустошей. Джей отвлечённо рассматривал голову на мече. Кей смотрел на Старшую мать Молув’итар.
     – У меня нет выбора, – сухо произнесла Алистраи. – Я должна убить её. Убить их всех. Но это бесполезно… она просто выберет другую! И ещё одну. И ещё…
     Гнев Тёмной Матери никогда ещё не давил на Алистраи так сильно, как сейчас. Как глупо было противится боле бога.
     – Ты уже решила?
     Алистраи на голос мага не повернулась. Кей смотрел прямо на неё.
     – Ты хочешь знать моё желание? – протянула она. – Ты уже его знаешь, белокожий монстр!
     Она резко обернулась – пламя охватило её фигуру оранжевым покровом.
     – Я хочу, чтобы этот город сгорел! Я мечтала об этом всю свою жизнь!
     Злой крик тёмной эльфийки тонул в тишине Нижней Тьмы.
     – Я хочу убить их всех! И когда они все мертвы, я наконец-то!.. Наконец-то я!..
     Алистраи захлебнулась эмоциями. Пламя медленно угасло вокруг.
     – Этого никогда не будет, – со злой тоской обронила женщина. – Мне не сбежать. Моя семья никогда не будет в безопасности…
     Старшая мать тяжело оперлась на посох. Вес неисполнимой воли давил на неё как никогда.
     – Всегда есть способ.
     Кей шагнул вперёд, внимательно глядя дроу в лицо.
     – Она уже сказала тебе? О её снах.
     Алистраи удивлённо подняла брови. Мечник, до того рассеяно крутивший трофей, насторожился.
     – Откуда… – Дроу прервалась. – Впрочем, меня уже ничто не удивит. Ты говоришь о снах Брии? Да, она…
     – Снах?
     Джей тревожно влез перед магом:
     – Каких снах? Мне не говорили ни о каких снах!
     Кей молча подвинул его в сторону.
     – Раз ты знаешь, то Зит, наверное, уже начала ей помогать. Это…
     – Что за хрень!
     Джей вцепился в рукав напарника, заставив недовольно фыркнуть.
     – Что ты творишь, штукарь балаганный?! – рыкнул мечник. – Видения?! Я думал, Брия просто слабый оракул!
     – Они видела события за десятилетия. Очевидно, что она пророк…– сухо сообщил маг, пытаясь отодрать товарища, но тщетно.
     – Ты знаешь, что это опасно! – взвыл Джей. – Пророк?! Кого, по-твоему, мы отсюда вытас!..
     Кей резко треснул Джея по рукам заставив отскочить, и недовольно одёрнул одежду.
     – Алистраи, я не знаю, что именно видит твоя дочь. Но время близится, и тебе пора принять решение. Ты помнишь наш уговор?
     – Разумеется, я помню, колдун, – тоскливо отозвалась дроу. – Исполнить моё желание.
     – Твоё сокровенное желание, – поправил маг.
     И наёмники ушли. Их невнятный спор давно растворился в темноте, пустоши вновь погрузились в тишину.
     Алистраи осталась стоять в окружении тел. Она вновь смотрела на огни города дроу. Когда-то давно она обожала глазеть на Кворват издалека. Гордость её народа. Символ власти тёмных эльфов.
     Она уже не помнила тех времён. Теперь её радовали совсем другие вещи. И в холодной красоте блестящих огней не было и тени тепла от улыбки её дочери, или звонкого смеха беззаботных детей.
     Подняв руку, Алистраи щёлкнула пальцами. Трупы подосланных Кверсати убийц вспыхнули, озаряя темноту ослепительным для дроу светом.
     Но Алистраи уже привыкла к свету своего пламени.
     – Да. Пришла пора сделать то, о чём я так давно мечтала.
     Фигура старшей матери исчезла в вихре пламени. На пустоши остались только костры из тел её врагов.
* * *
     – Но ты не можешь так поступить!
     В голосе Накрииль сливались раздражение, шок и возмущение.
     – Я могу. И я это сделаю, – сухо отозвалась Алистраи. – Мне надоело играть с ней в игры… играть с ними со всеми в игры!
     – И как ты?.. Чего ты пытаешься добиться? – продолжала поражаться мать Ортвилле. – Это нелепо! Ты не сможешь просто взять и!.. и!..
     – Хватит, Накрииль, ты повторяешься, – вмешалась Ларриа. – Впрочем, это невежливо убегать от своих гостий, Алли…
     Перепалку сопровождал гулкий стук каблуков. Благородные дроу только что покинули зал для встреч, и сейчас быстро двигались по оплетающему башню Дома Огня коридору, уверенно двигаясь к вершине. Стражницы у проходов замирали, когда процессия проходила мимо. Легийки скользили в тени.
     – Но это нелепо! – взвилась Накрииль. – Как она себе это представляет?! Безумие!..
     – Должна признать, это первое, что подумала я, – протянула Уливира. – Если бы такое заявил кто-то ещё, я бы даже не засмеялась. Но от тебя это звучит пугающе, Алистраи…
     – Не уверена, что это кого-то испугает, – провокационно муркнула Ларриа. – Я бы сказала, совсем наоборот…
     – Поверить не могу, что я согласна с ней, но… – процедила Ортвилле и выпалила: – Так и есть! Это трусость, Алистраи! Ты показываешь слабость! И именно теперь, когда правящие дома стали отступать!..
     – Трусость?..
     Движение прервалось. Алистраи повернулась и смерила союзниц взглядом.
     – А вот я думаю, что наконец-то набралась храбрости, Накрииль, – мягко прошуршала Алистраи. – Вы все правы, это безумие. И я это сделаю. Никто меня не остановит.
     Она обернулась и зло отмахнулась рукой.
     – Я буду делать, что сама захочу! В Бездну Мать и её маленьких шлюх!
     Резко отвернувшись, Алистраи стремительно рванулась по коридору.
     – Ах, она будто под дурманом, – протянула Джула. – Неужели Лируа’садра ввязались в войну?
     – Я бы сказала, что в ней бушует молодая кровь, – заметила Ссавата. – Если бы мы не были почти одногодки…
     С лёгкой задержкой старшие матери двинулись следом.
     – Алли, я не стану утверждать, что мне не хочется увидеть тебя во всей красе, – заметила Нартеру. – Но ты должна понимать, что тебе никто этого не позволит. Твой огонь…
     Алистраи полуобернулась на ходу, сверкнув злым взглядом:
     – Даа?
     Ларриа звонко хихикнула:
     – Она свихнулась! Это даже заводит…
     – Вы все ждёте, пока это спрошу я? – холодно заметила Уливира. – Ладно. Алистраи, ты собираешься просто предать наши договорённости?
     Алистраи снова встала, затем обернулась.
     – Я ничего не предавала, – сухо ответила она. – Наши договоры в действии до самого конца. Затем…
     Старшая мать запнулась. Потом молча обернулась и пошла дальше. Сопровождение неумолимо двинулось следом.
     – Я почти убеждена, что она стесняется, – промурчала Ларриа. – Ну же, Алистраи, просто скажи нам свой план…
     – План? – сухо спросила та. – Я вам всё сказала, как есть…
     – Не мели чушь, – ровно ответила Джула. – Такое сумасшедшее заявление? Ты что-то задумала, Алистраи, и для нас всех – как всегда – будет лучше, если ты просто расскажешь, что ты собралась делать.
     – И не притворяйся, что ты просто решила сбежать как испуганная кротовья крыса, – заметила Уливира. – У тебя всегда есть план. Даже теперь.
     Алистраи встала на месте и резко развернулась, но её опередила Ларриа:
     – Или ты просто не хочешь, чтобы мы пошли с тобой? – протянула Росстару редким для неё острым тоном. Это значило, что шутки кончились, и она хотела ответ.
     – Я никого с собой не звала.
     Её встретила атмосфера искушённого сарказма.
     – Ну разумеется нет, – промурчала вновь мягким голосом Ларриа. – Именно поэтому ты собрала нас всех…
     – И ты прекрасно знаешь, что никто из нас не побежит втираться обратно в игры старших домов, – сухо заметила Уливира.
     – И как ты остановишь панику, которая поднимется после? – вкрадчиво добавила Ссавата. – Никто не даст тебе унести из города твой огонь.
     Алистраи смерила союзниц взглядом. Затем развернулась и двинулась к сужающемуся проходу.
     – Я собрала вас просто из уважения, сёстры, – с ноткой яда заявила Алистраи. – Чтобы вы первыми услышали о моих планах. Но раз уж мы уже здесь, то почему бы вам не послушать моё обращение к подданным…
     Алистраи скрылась в арке, за которой вела на её заклинательную площадку узкая лестница. По очереди матери скрылись в полумраке прохода. Последней осталась Накрииль Ортвилле.
     – Но это невозможно, – почти жалобно протянула дроу. – Невозможно просто взять и уйти!..
     Сумасшедшая новость рухнула на пятерых старших матерей как обвалившийся свод. Алистраи собиралась бросить всё – войну, положение в обществе и единственный на тысячи миль Пустот город.
     Она собиралась забрать свою семью, слуг, солдат, забрать Безымянное Пламя и… уйти. Навсегда.
     Когда Накрииль выбралась на площадку, Алистраи стояла в центре, укутанная покровом танцующего пламени, и звучным голосом зачитывала ряд заклинаний, сплетая их в одно. Перед колдуньей вспыхнуло пламя в воздухе. Затем в нём появились очертания.
     – Это же… – протянула Ларриа.
     – Улицы порта, – закончила Ссавата.
     У дроу не принято было собираться в толпы. На улицах это давало слишком хорошие шансы на убийство, после чего все рядом стоящие могли оказаться в беде. К тому же ни церковь, ни благородные дома не любили больших сборищ простолюдинов. Мало ли кто может воспользоваться толпой.
     Но сегодня в порту Кворвата случилось исключение. Огненный контур фигуры Старшей матери Молув’итар возник над центральной площадью. Над неплотным скоплением тёмных эльфов пронеслись редкие голоса, но без капли удивления. Их позвали сюда специально.
     Вчера ко всем, кто звал себя подданным дома Молув’итар, пришли вестники о словах Старшей матери Алистраи. Матери семей, главы гильдий и мастерских обеих полов, даже простые рабочие и слуги из простолюдинов собрались сегодня в утренний час, чтобы услышать свою госпожу.
     Напряжение было велико. Вестники благородных домов орудовали и угрозами, и «физическим воздействием» как погонщик кнутом – без стеснения. Но не посланники Дома Огня. Те просто сухо давали понять, что ослушавшись, эльфы сами будут виноваты. Это пригнало даже самых мнительных и самонадеянных.
     Фигура зависла вдали от огненной сферы, медленно плывущей над улицами. Алистраи явилась в огненной форме только до пояса. Волосы из живого пламени развевались как на ветру. Женщина подняла руки, оставляя в воздухе огненный след.
     – Многие из вас пришли сюда в поисках защиты моего дома.
     Голос старшей матери мягким эхом разносился над улицами.
     – Вы пришли в поисках того, в чём вам отказали другие хозяйки. Я всегда была справедлива. Верность награждали. Предательство вело к мести.
     Поданные дома напряжённо слушали. Подобное обращение было невиданным. Не к простым дроу.
     – Но мне не рады здесь. Наша госпожа во тьме желает моей смерти. И смерти всех моих детей.
     Над толпой пронёсся тревожный шёпот. Разумеется, все знали о войне, и все знали о покушениях. Все знал, что их госпожа в немилости у Тёмной Матери. Некоторые это терпели как неизбежное зло, но многие просто не обращали внимания. Церковь была не более чем источником страха и лишений для очень многих – а вот добраться до обещанной «верным» власти умели очень немногие.
     Никогда, однако, Старшая мать благородной семьи не говорила этого простому народу. Ведь благородные были неизмеримо ближе к Матери…
     – Потому я решила покинуть Кворват.
     Над дроу в порту повисла мёртвая тишина.
     – Я, мои, дети и мои солдаты уйдут. Но я не желаю прослыть предателем. Все, кто хочет вновь встать под мою защиту, может отправиться следом. Солдаты моего дома предоставят защиту в пути через Пустоты. Берите то, что необходимо. Если не можете взять необходимое с собой – останьтесь.
     Фигура подняла руку, огненный поток неожиданно рванулся к ладони. Ошарашенные дроу повернулись головы, чтобы увидеть, как свет огненной сферы парящей над улицами медленно тает. Вскоре шар потускнел и пропал вовсе.
     И невидимые с площади – но прекрасно видимые с площадки крепости – угасли огни, окружающее мрачные тёмные заросли у Разлома.
     – Но знайте, что сегодня мои огни угаснут. Дом Молув’итар более не Одиннадцатый дом Кворвата. Утром на пятый день я оставлю это место позади.
     Огненная фигура Алистраи вспышкой пламени растаяла в воздухе. Звенящая тишина над площадью постепенно наполнилась тревожным, потом паническим говором. Некоторые ошарашенно переговаривались с окружающими, другие поспешно проталкивались прочь, спеша по срочно возникшим делам.
     Угроза была ясна без объяснений – мать Дома Огня оставляла грот Кворвата на пожрание Гнилому Лесу!
     Вдали от сумятицы Алистраи опустила руки. Огненное видение в воздухе растворилось.
     – Вы слышали, – заметила Ларриа. – Она опять говорила про солдат… Алистраи, ты хитрая белая змея! Ты ведь решилась, только когда поняла, что твоя армия тебя не бросит.
     – Куда им деваться? – буркнула Накрииль. – Никто не возьмёт на службу солдата из Молув’итар. К тому же, раз теперь Крыло дракона подчиняется ей, её армия самое безопасное место к востоку от Моря…
     Алистраи обернулась, свирепо сжав губы. Это никого не смутило.
     – Меня больше поражают эти воистину исполинские амбиции, – заявила Ссавата. – Мы шутливо звали «королевой» Кверсати, но ты… просто хочешь вырвать из города кусок его плоти и сбежать?
     Мать Нартеру гулко хохотнула.
     – Я уже говорила – я никого не зову с собой, – зло обронила хозяйка Молув’итар. – Если кто-то пожелает остаться – это его дело!
     – И ты поэтому готова утопить город в Гнилом лесе? – мрачно протянула Уливира. – Если Алаурун не возьмёт штурмом твою крепость уже завтра, я съем собственный подол…
     – Готовься к плотному обеду, Вира, – промурчала Ларриа. – Алли, ну теперь-то скажешь, куда ты собралась? Все крепости в округе принадлежат совету, такие мелкие поселения и…
     Глаза матери Росстару неожиданно по-детски сверкнули:
     – О! У тебя же нет где-нибудь тайной крепости?! Ох, скажи, что у тебя есть тайная крепость!..
     Алистраи свирепо поиграла желваками на лице. В её представлении старшие матери уже должны были давно отвязаться и свалить в свои резиденции, чтобы поскорее загладить ущерб от их распавшегося союза.
     – Ну ты же не думала, что мы просто уйдём, Алистраи… – вкрадчиво протянула Ссавата. – Но скажу честно, мне тоже интересно, куда ты отпаришься со всем своим домом… хм… – Она прижала к губам палец в деланной задумчивости. – Уж не связано ли это с твоим первым приёмышем…
     – Тебя это не касается! – зло прошипела Алистраи.
     – Ну-ну, не надо сердиться, – усмехнулась Ссавата. – Не ты одна виртуозно владеешь прорицанием, Алли. Но теперь я просто обязана узнать, что же такого она увидела… Кто-нибудь хочет спуститься со мной? Идти по лестнице так долго…
     – Я хочу, спасибо, Ссавата.
     Джула пристроилась рядом с матерью Нартеру, когда они подошли к краю площадки.
     – Мне нужно уладить пару сделок, прежде чем я соберу солдат для похода… – задумчиво протянула мать Тимарит, и громко добавила: – Алистраи, скажи своей Ирае, чтобы отдала назад мою дочь! Она мне понадобится скоро…
     К ним поспешили Уливира и Ларриа.
     – Ты что, всерьёз собираешься отправиться кто знает куда, вдогонку за сумасшедшей дроу? – протянула Уливира.
     – Мм, почти треть её солдат ушла с караванами, а без солдат Алистраи её имущество в городе почти без защиты, – ответила взамен соперницы Ларриа. – Да, Джула?
     – Не твоё дело, маленькая крыса.
     Старшие матери воспарили в воздухе.
     – Ха-ха! Для нас нет разницы, откуда вести дела, куда важнее защита товаров. И мастерских, разумеется. Так что, чем дальше от Собора, тем лучше…
     – Вы обе совершенно лишены самолюбия, – заметила Уливира. – Разве не лучше умереть верной Матери благородной, чем жить жадной безродной богачкой?
     Ещё некоторое время звонкий смех доносился из-за края площадки.
     Тёмная Мать благоволила тем, кто добивался власти любой ценой. Парадоксально, этой ценой теперь стала верность её собственному слову.
     Накрииль без капли наигранности взялась за висок и медленно двинулась к лестнице.
     – Я… хочу пройтись, – протянула она. – Мне нужно подумать…
     Оставшись в одиночестве, Алистраи постояла некоторое время. Затем подошла к краю площадки и посмотрела вниз. Во дворе деловито сновали слуги и солдаты – шла подготовка к скорому отправлению всего дома.
     Алистраи сама не верила, что её не покинут все, кто только может. Она верила в своих детей. Но все до единого солдаты – которым Вьерна, нехотя повинуясь приказу, дала выбор отправляться прочь пока не поздно – остались служить дому и его старшей матери. Слуги хоть и нервничали, не спешили бежать. Даже маги и женщины, которых было под началом дома уже несколько сотен, остались верны.
     Но чего Старшая мать Алистраи не ожидала вообще, так это странного поведения её союзниц. Она искренне считала, что ей придётся принимать какие-то меры против пяти озлобленных разрывом договора домов.
     Взамен они собирались увязаться следом. Алистраи устало взялась за лицо.
     – От этого будет только хуже…
     Разумеется, целых пять домов, пусть и младших были значительной силой – но если все их хозяйки были так же безумны и отчаянны как она сама, то в Пустошах их ждало не что иное, как неизбежная катастрофа.
     Единственное что придавало матери Дома Огня сил, это ощущение лёгкости. Невидимый груз, давивший на Алистраи с самого начала этой глупой, безвыигрышной войны, неожиданно пропал.
     Он пропал, когда Алистраи Молув’итар наконец-то исполнила своё самое заветное желание – вырваться из когтей бесконечной пирамиды, по которой дроу обречены были карабкаться до конца времён.
* * *
     Необычная пугающая темнота легла на пустоши вокруг Кворвата. И вечно живущие в окружении мрака дроу ощущали совершенно особый, незнакомый страх, глядя в темноту их родного мира с опаской.
     Ведь почти исчезло сияние, так славно украшавшее темноту пустошей. Оттуда исчезли грибные рощи. Постепенно, начиная с южных окраин, темнота подкралась вплотную к окраинам. Остались только фермы у пригорода. Те, что так и не попали во власть Дома Огня.
     Хозяева ферм забрали всё, что могли – зрелые грибы были срублены, стволы и шляпки разделаны и засушены, мох и клубни собраны и упакованы, насекомые выловлены и рассажены в клетки. Молодые ящеры крутили треугольными головами, впервые ощущая тяжесть поклажи и всадников. Привыкшие к вольной жизни, декоративные светляки грустно шуршали крыльями в железных сетках.
     Всё, что фермеры не смогли забрать, они уничтожили. Некоторые намеренно, в пику конкурентам. Другие из принципа, не желая оставлять плоды своих трудов мародёрам.
     Исчезла густая россыпь огней в порту, сменившись едва заметными искрами тут и там. Чёрная лента реки шла рябью – караван из десятка плотов поспешно разворачивался, уходя прочь при помощи нанятых гудриль. Населявшие порт ремесленники и рабочие его покинули, забрав всё, что смогли навьючить на одолженных им круглобоков. Большие механизмы пришлось бросить – но хозяева забрали всё самое полезное.
     Некоторые идущие в караванах дроу сами не верили, что готовы покинуть единственный мир, который знали. Однако первые «переселенцы» пришли в порт несколько месяцев назад – другие готовы были просто подняться и уйти вновь…
     Но горожан куда больше странного марша безумцев пугала темнота в дальней части пустошей, у Разлома. Там, где всегда – сколько себя помнили старейшие жители Кворвата – горели огни Правящего дома Молув’итар.
     Разведчики домов и гильдий приносили в город дурные вести – Гнилой Лес! Он приближается! Уже подобрался к крепости Дома Огня, покинутой и пустой…
     Движущийся с юга поток тёмных эльфов разведчики предпочитали обойти как можно дальше. Но даже самые ловкие всегда ощущали, как за ними бдительно следят.
     Слуги Молув’итар и его союзники поначалу двигались прямо на Кворват. Но в паре миль от окраин «армия» – в которой солдат была едва ли половина – свернула. Теперь они направлялись к крепости у Призрачного моста.
     Чёрную цитадель, хранящую восточный вход в город, окружало пустое место. В давние времена жилища начинались в десятке миль, но постепенно окраина подобралась. Сейчас эти здания пустовали. Занимавшие их гильдии и общины поспешно покинули родные места, понимая, что те неизбежно обратятся в поле боя. Передовые патрули Молув’итар и Ортвилле прочёсывали дома на предмет неприятных сюрпризов.
     На ведущей к крепости Призрачного моста широкой дороге встали три всадницы на крупных чернокогтях.
     – Я всё ещё не могу поверить, что нам удалось собрать столь многих, – протянула Вьерна. – Почти десять тысяч тёмных эльфов идут за нами… в этот безумный поход.
     Алистраи недовольно покосилась на неё. Старшая мать сильно контрастировала с дочерью в полной броне, отказавшись даже в походе сменить белое платье на подходящий наряд.
     – Постарайся не говорить такого перед своими подчинёнными, дочь. Большинство из них простые слуги, рабочие и ремесленники. Я многим рискую, отказываясь признать, что мы понятия не имеем, куда и как долго нам предстоит двигаться.
     Сегодня Алистраи была без посоха. Бесценный древний артефакт бросили в поклаже как ненужную мелочь…
     – Да, разумеется… – поспешно заверила Вьерна.
     Словно в поддержку матери, Ирае тоже отказалась от походной одежды, оставшись в своей мантии. Оказалось, что подол имел разрезы на шнуровке, как раз для удобства в седле.
     – Меня больше волнует участие других домов, – вмешалась жрица. – В их отрядах в основном солдаты. Мне пришлось потрудиться, прежде чем я выяснила, что их подданные давно покинули город. Тайно, притворяясь караванами в порт. И теперь идут среди наших слуг. Без нашего ведома.
     – Разве твои… ученицы не отчитываются перед тобой? – недовольно спросила Вьерна.
     – Нет, – бесстрастно ответила Ирае. – Я не хозяйка Союза, Вьерна, тебе стоит это запомнить. Старые методы это именно то, чего я хочу избежать…
     – Я только надеюсь, что это не превратится в водоворот бесконтрольной власти, – заметила Алистраи. – Оставьте наших союзниц, если возникнут проблемы, они придут ко мне сами. Где ваши сёстры и Тессар?
     – Греянна с девочками. Шалшари шныряет среди караванов, вместе со своей маленькой копией, – ответила Ирае. – Так что о шпионах можно не беспокоиться. Брия же… пытается взять себя в руки, перед тем как всё начнётся. Она слишком переживает…
     – Я переживаю куда сильнее, потому что мы всё ещё не знаем куда идти! – вмешалась Вьерна.
     – Прежде давайте попробуем выйти в Пустоты, – заметила Ирае. – Тессар готовит магов. Они все выглядят так увлечённо к тому же… Знаете, в Соборе только и было разговоров о том, что колдуны должны знать своё место, но, по-моему, это болезненная паранойя. Убрать давление, и адепты тайной магии совершенно уходят от мира…
     – Твоя странная философия превратила тебя в сумасшедшую, – фыркнула Вьерна. – Маги всегда жаждут власти, это их сущность!
     – Ты готова утонуть в традиции, сестра…
     – Хватит играться, – прикрикнула Алистраи. – Раз наши маги готовы, почему бы не приступить к делу. Идёмте.
     Она ткнула ящера в бока, заставляя двигаться.
     – Старшая мать, ты же не собираешься выйти на передовую? – поразилась Вьерна.
     Дочери поспешили следом за госпожой дома.
     Крепость возвышалась над низкими зданиями окрестностей как скала. Символ могущества, пришедший из древних времён. Мощные стальные врата между парой шестигранных башен из гладкого базальта обычно стояли открытыми настежь, караваны регулярно проходили в Пустоты и обратно. Сияние моста виднелось на другой стороне, белой лентой пресекая темноту Разлома.
     Сейчас врата были закрыты. Мрачный чёрный прямоугольник, сливающийся с полированными стенами, давал понять, что никому не войти – и не выйти. Беглецов не желали выпускать так просто. Первое испытание ждало их безумную затею ещё в пределах города.
     – Не понимаю, почему мы не отправились по реке, – протянула Ирае. – Порт был у нас в руках, создать плоты можно было бы за пару дней, или вовсе просто переправиться в Пустоты на другой стороне…
     – Брия говорит, что нам нужно уходить на север, – недовольно заметила Вьерна. – Думаешь, мне хочется возиться с этой проклятой грудой камня? Но за рекой нет толковых проходов, и мы будем плутать месяца два, будь те тоннели прокляты …
     Вскоре они уже шли среди воинов. Солдаты Молув’итар почтительно расступались перед хозяйками. Удобную позицию для командования заняли на небольшой возвышенности, где под лапами ящеров и ногами солдат погибли чьи-то заросли декоративного мха.
     Ряды воинов строились на самом краю максимальной дальности тяжёлых арбалетов. В контраст с привычной для дроу тактикой, в первых рядах не было рабов.
     – Я даже не стала вести переговоры с матерью Авармин, – прокомментировала Вьерна.
     – И не стоит, – ответил Алистраи. – Уливира не отдаст своих первосортных плоскомордых как простое мясо на убой.
     – Но у тебя ведь есть план, так? – сдержанно сказала Ирае.
     Вьерна не стала скрывать кислого выражения на лице.
     – Если бы я знала, что так всё обернётся, я бы подготовила хоть какую-то осадную технику, – протянула она. – И задавить их позиции мясом очевидно не вариант. Значит, нам придётся полагаться на магов. Тессар подал пару идей, всё до единой сомнительные – хоть он, как всегда, совершенно спокоен.
     – Не ожидала, что ты опустишься до надежд и шансов, сестра, – прохладно сообщила Ирае. – Твоя слава стоит на звании лучшего тактика в городе. Одной из, по крайней мере…
     Не позволив Первой дочери огрызнуться, Алистраи развернула ящера:
     – У крепости должно быть слабое место. Возможно, нам стоит спросить того, кто знает толк в крепостях…
     Старшая мать указала на отдалённые фигуры за строем. Там тощий субъект в балахоне оживлённо жестикулировал, обращаясь к необычно заинтересованному Тессару.
     – Этот архитектор? – Вьерна нахмурилась. – Откуда ему знать о крепости Моста?
     – Давайте узнаем.
     С грандиозного объявления самоубийственных амбиций настоящие проблемы Алистраи только начинались. Вечер застал Старшую мать Молув’итар в рабочем кабинете.
     Просторное помещение заполняли закрытые, исписанные защитными рунами сундуки для бумаг. Широкий стол покрывали свитки и листы бумаги, от шёлковых листов для благородной переписки, до грубых бумажек с отчётами от солдат и простолюдинов.
     Старшая мать сидела за столом. Рядом неловко топталась Брия.
     – Судя по всему, подготовленный Тессаром график оказался точным, – пробормотала мать. – Твой брат умеет составлять планы… Мы не знаем, сколько мы будем в пути, потому нам понадобятся хорошие разведчики и, главное, охотники…
     – Всё равно придётся полагаться на припасы, – сдавленно протянула Брия. – Особенно если… если эльфов будет слишком много…
     – Об этом он и пишет. Кажется, он говорит о твоём знакомом, командире с которым ты пришла в наш дом? Он опытный тоннельщик…
     – Да, он… – Брия замялась, отгоняя воспоминания о прошлом. – Он ходит в Пустотах почти с рождения. Но я думала, он будет под командованием Вьерны, он же командир одного из отрядов…
     – Я отдаю его в твои руки, Брия, – перебила Алистраи. – Ты поведёшь нас, и тебе предстоит выбирать направление. Значит, головные патрули будут твои.
     – Да, старшая мать…
     Напряжение в голосе дочери было настолько очевидным, что Алистраи невольно оторвалась от дел. Брия нервно тискала рукояти кинжалов на поясе.
     – Не нужно нервничать, – мягко сказала мать. – Я верю в тебя, Брия. Ты найдёшь нам путь.
     Та подняла на Алистраи несчастный взгляд.
     – Я… я даже не знаю, куда я должна вести… – сдавленно прошептала она.
     – Ты же говорила, что ощущаешь направление, – напомнила Алистраи. – Разве видения не стали яснее?
     – Да, советы Зит помогают, – кивнула Брия, отводя глаза. – Но я…
     – Что? – Алистраи погладила её по щеке.
     – Я не знаю, что там, – выдавила Брия. – Вдруг я веду нас в ловушку? Весь наш дом! Ты, мои сестры, наши подданные!..
     Алистраи прервала поток сомнений, сжав дочь в объятиях. Брия сдалась и прижалась к матери, издав несчастный стон. В её голове мелькнула мысль, что совсем недавно она и представить не могла подобной близости с хозяйкой своего дома. Сейчас это было так естественно. Близость к матери наполняла её уверенностью.
     – И я даже не знаю, как далеко это место, – пробурчала Брия в плечо Алистраи. – Может, мы будем кружить по Пустотам годами. Я этого не выдержу…
     – Я думала, ты не боишься Пустот, дочка, – усмехнулась старшая мать. – Ну же, назад к делам, я слишком тебя разбаловала…
     Алистраи села обратно, оставлял Брию гореть жаром смущения. В дверь постучали.
     – Старшая мать, прошу прощения, но у вас посетитель, – раздался голос стражницы.
     – Что?..
     Алистраи удивлённо подняла брови. Она ждала массу посетителей по поводу её решения, но с ними было приказано разобраться Тессару и его доверенным. Посланников от других домов она не ждала.
     – Я могу посмотреть, кто это. – Брия приняла медлительность матери по-своему.
     – Нет… останься. Впускайте.
     Дверь растворилась, и в помещение ровным шагом влетел мужчина дроу. Высокий и тощий, с растрёпанными волосами до плеч, он явно был не молод. Наряд казался странной смесью мантии мага и рабочей одежды мастерового – рубашку с отворотами покрывал пёстрый балахон до колен, не скрывающий широкие, будто слишком большие штаны.
     – Мать Алистраи, моё имя Зарон, и я прибыл сюда с важным предложением.
     Глубокий голос гостя звучал как из кувшина, что странно сочеталось с его тощей фигурой.
     – Важность буду определять я, – прохладно сказала старшая мать. – Ты говоришь так, будто я должна знать твоё имя, но это не так.
     – Несомненно. – Дроу и глазом не моргнул на холодный приём. – Мы едва ли знакомы, разве что в самом отдалённом смысле. Мой наставник, Глиронд, был самым ярким противником некоего Вораха, из дома Ирдан, ныне, конечно, забытого как велит традиция.
     – Ворах… – ошарашенно протянула Алистраи, – это же..
     – Верно, – перехватил гость. – Тот, кто возвёл эту самую, весьма впечатляющую башню, где мы в данный момент находимся, мать Алистраи. И мой наставник был его врагом до самого конца, и даже после. Ему мало было видеть смерть Вораха вместе с его семьёй, он также желал уничтожения всех его зданий. Спешу заверить, что ваша резиденция, Старшая мать, определённо была в списке последней. Воистину редкая вещ… как жаль, что она достанется, почти без сомнения, этой весьма отвратительной поросли. Ведь, разумеется, без вашего огня Гнилой лес доберётся сюда уже вскоре.
     Отрывистая речь незнакомца привела благородных дроу в некоторое замешательство, но Алистраи воспользовалась первой паузой:
     – Итак, ты архитектор, – поспешно вставила она. – И полагаю, раз ты позволяешь себе меня донимать в такое время, ты весьма успешен в своём деле…
     Дроу строили на многие столетия. По крайней мере, в идеале – немало изящных зданий, служивших резиденциями благородным домам, уже через пару десятилетий обращались в руины. Профессия архитектора была непростой. Работа не переводилась – кто-то всегда что-то строил, в городе или под ним, и группы строителей входили в ряд влиятельнейших гильдий города, давая редкий шанс на власть и богатство для мужчин. Но конкуренция приходила из самых неожиданным сфер, а набор знаний требовался специфический, от инженерии, до тайной магии.
     – Уверяю, что успех вполне заслужен, Старшая мать, – заверил гость. – И именно поэтому я пришёл сегодня. Так случилось, что я застал ваше… обращение сегодня в порту. И сколь поразительным это было совпадение! Ведь я прибыл туда… Впрочем, оставим детали. Я хотел бы предложить вам свои услуги, мать Алистраи! Я и мои подмастерья, мы готовы отправиться с вами, лишь только вы дадите нам согласие вас сопровождать.
     – Мастер Зарон, я не нуждаюсь в…
     – Но вы нуждаетесь, Старшая мать, – веско перебил гость.
     Благородные дамы нахмурилась. Даже в свете хаоса, который навлекла на свой дом Алистраи, нарушения этикета оставались прерогативой могущественных – а простой архитектор таким не являлся.
     Будто желая это оправдать, Зарон подался вперёд и веско заговорил:
     – Я пришёл, ища встречи с вами, Старшая мать, потому что я был уверен, что ваши владения не долго останутся просто набором косых хибар на берегу реки! Но теперь я совершенно точно знаю, что именно вы держите в руках то чего я желаю больше всего, чего я не получу от других хозяек, неважно сколько буду ждать!
     – И что же это? – озадаченно спросила Алистраи.
     – Ну как же? – Архитектор театрально вскинул руки: – Мой величайший шедевр, разумеется!
     Повисла озадаченная тишина.
     – Если хочешь, я его выкину, – ровно сообщала Брия.
     Архитектор бесстрашно поправил полы мантии. Со сдержанным смешком Алистраи подняла руку.
     – Мастер Зарон, вы хоть отдаёте себе отчёт, что я собираюсь делать? – веско протянула она. – Я отправляюсь не в плодородные гроты где-нибудь на западе. Мы уходим в Пустоты. Возможно на долгое, долгое время.
     – Это не важно, – отмахнулся дроу. – Куда бы не привёл ваш путь, мать Алистраи, я знаю, что вам понадобится обозначить власть над этим местом. И вот в этом я послужу вам как никто иной.
     Архитектор двинулся перед столом по кругу:
     – Видите ли, я всегда мечтал создать что-то грандиозное. Но сейчас готовы строить только дворцы для благородных, матерей и дочерей, для жриц… – Зарон встал, махнув рукой: – Шестнадцать крепостей окружают наш город! Последние три возвёл я, для домов совета.
     – Ах, вот оно что, – протянула Алистраи. – Но я всё ещё не вижу, чего вы хотите от меня? Я не планировала возводить новую резиденцию… – Она запнулась и мрачно добавила: – Опять.
     – О, как я и сказал, мне нужно лишь ваше разрешение, Старшая мать, – напомнил архитектор. – Я и мои подмастерья и так живём у своих строек, и готовы двигаться в любой момент.
     Брия неуверенно посмотрела на мать.
     – Я не думаю, что… то есть, я даже не знаю как далеко…
     Она растерянно сбилась. Алистраи перевела взгляд на архитектора. Затем отмахнулась:
     – И что ты хочешь в оплату?
     Тот обернулся и развёл руками:
     – В оплату? О, всего лишь возвести нечто особенное. Уверен, с вашим покровительством, госпожа, у меня будет редкий шанс…
     Вскоре маг явился к Дому Огня с шестью подмастерьями, часть в простой одежде мастеровых, но двое в мантиях учеников из Энма-Тириум. Слабые, но стабильные навыки в магии обещали больше успеха в карьере архитектора, чем в грызне за каждый волшебный жезл среди адептов в Башне.
     О крепости Призрачного моста Зарон знал немало. Оторванный от беседы с Тессаром чародей-зодчий охотно вывалил на благородных дочерей подробное описание.
     По лицу Вьерны явно читалось, что это было вовсе не то, что она хотела услышать.
     – Идеальные углы обстрела, тайные окна, односторонние проходы, ловушки, обходы, односторонняя оборона, – мрачно перечислила она итоги. – Превосходно, эта груда камня неприступна! Нам нужно знать слабые места, а не насколько великолепна их оборона!
     – Леди Вьерна, я лишь описываю конструктивные решения, – ровно сообщил Зарон. – Существует, однако, одна слабость, о которой знают лишь специалисты моего круга…
     – И это? – с сомнением протянула Алистраи.
     Маг наставительно вскинул палец:
     – Мост, если верить слухам, нестабилен. И я говорю не о «случайных» его сбоях. А в том плане как принято возводить магические конструкты для длительно пользования. Как вы знаете, арочные переходы держатся за счёт рун, ведённых в тело конструкции при…
     – Ближе к делу, если можно, – сухо перебила Ирае. – Мы можем попасть внутрь, или нет?
     Зарон чуть склонился:
     – Прошу простить мою отвлечённость. Как многие древние конструкты, Мост держится…
     – Правильным ответом будет «нет».
     Спокойный голос Кея заставил всех нервно вздрогнуть – кроме Алистраи. Она почему-то перестала нервничать, когда белокожие появлялись из темноты как призраки. Словно, исполнив их с колдуном договор, стала ощущать с ними некоторую… солидарность.
     Маг и мечник подошли со стороны рядов солдат. Дроу за их спинами будто ничего не заметили, всё ещё деловито выдвигаясь на позиции.
     – Мастер Зарон, – привычно бесстрастным голосом сказал Тессар, – вы хотели предложить вмешаться в контур артефакта? Назвать это эксцентричным будет мягко…
     – Но, по-вашему, единственный способ, это ослабить центральные опоры? – обратился Кей к архитектору. – Чтобы стены сложились как бумажный домик?
     Тощий дроу указал на мага:
     – Я о тебе слышал, белокожий. Полагаю, слишком многое было правдой?
     – Чересчур, – ответил Кей. – Теперь я советую вам отправиться обратно в лагерь. Ваши подмастерья не смогут сдерживать мстительность матери Уливиры долго. Вы всё-таки отказали ей пару лет назад…
     Зодчий переменился в лице и поспешно склонился перед Алистраи:
     – С вашего позволения, госпожа!..
     – Что за дьявол? – протянула Ирае, глядя как маг несётся прочь.
     – Уливира хотела себе крепость, – ответил Джей. – Но Зарона одолела тоска – он только что закончил крепость для Зиннатриум. Представьте, что было, когда она узнала, что он просится на службу к Алистраи?
     – Так и знала, что с этим паяцем будут проблемы, – фыркнула Алистраи. – Что ж, взрывать крепость источником мы не можем. Без Моста это место бесполезно.
     Старшая мать развернула ящера к крепости.
     – Я пойду, Вьерна. Я создам нам путь…
     Благородные дочери уже открыли рты, чтобы рассыпаться в сопротивлении, когда раздался короткий смех мечника.
     – Ну же, что за ребячество, – протянул ему в тон Кей. – Благородным дамам не место на поле боя!
     – Особенно когда нужно просто открыть одну дверь, – добавил Джей. – Пусть и большую.
     Алистраи полуобернулась к наёмникам и прохладно ответила:
     – Я не желаю заключать сделки снова, колдун. Мы в расчёте.
     – Вполне. Но я когда-то уже говорил – мы не можем сидеть здесь вечно.
     – И что, ты просто разнесёшь её вдребезги? – протянула Ирае. – Мы не можем потерять мост, белокожий! Если хочешь показать своё могущество, почему бы тебе просто не перенести нас в Пустоты?
     Кей выразительно покачал пальцем, но ответил Джей:
     – За это нам придётся снять с вас ваши шёлковые шкурки. Но открыть двери? Это просто вежливость.
     Наёмники прошли мимо дроу и встали на дороге к крепости.
     – Ну что, кто пойдёт? – Джей рассеяно крутнул мечом.
     – Давай ты. Если я расколю край обрыва, тут будет бардак…
     – Да, не обрушивать же весь город в яму… Ладно, открывай заначку, гляну, что у нас там…
     Маг двинул рукой и перед мечником завис полупрозрачный прямоугольник. Джей размеренно двигал рукой, будто что-то перебирал внутри.
     – Нет… нееет… может быть… о, можно эту попробовать… но заряды тоже кончаются… а может мне взять…
     – Ещё секунда, и пойдёшь в бой голым, – пригрозил маг. – Бери уже свою кувалду, тупица!
     Джей презрительно фыркнул, делая возмущённое движение кистью.
     – Это не кувалда, а Боевой молот Валади, Небесное оружие Третьей династии, и дар Бога грома Вечному Императору. Неуч!
     Из пустоты в его руке возник огромный молот покрытый орнаментом и рунами. Отлитое цельным, оружие выглядело безнадёжно тяжёлым. Джей крутнул его в руке как деревяшку.
     – Тебе только с молотками играться, – буркнул маг. – Давай уже, время не ждёт.
     Когда фигура белокожего уже почти достигла крепости Алистраи и её дочери приблизились.
     – Это всё так неестественно, – протянула мать.
     – Нет-нет, – заверил маг. – Неестественно это когда он выбивает дверь голыми руками. Правда, леди Брия? Как в сокровищнице императора…
     – Не зови меня так.
     Приёмная дочь приблизилась из темноты, откуда-то со стороны зданий.
     – Куда делась тень? – спросил маг.
     – Не знаю. – Брия остановилась рядом с матерью. – Она такая же как вы. Как я всё это ненавижу…
     – Иногда с этим приходится просто жить, – вздохнул маг.
     Джей подошёл к вратам крепости без помех. Узкие щели бойниц оставались пусты. Магические руны тускло тлели. Горгульи, подготовленные ожить и броситься на противника, неподвижно сливались с камнем.
     – Что, даже не будете стрелять? – нагло поинтересовался воин.
     Стены безмолвствовали.
     За ними три сотни воинов из армии церкви, прибывших специально для защиты, напряжённо ждали команды ведущего, верного Собору, и лично матери-настоятельнице инквизиции, коменданта. Сотни глаз следили за белокожим далеко внизу, вскинув арбалеты, мощнее даже обычных крепостных. Маги, пригнанные обещаниями наград вровень с угрозами, шептали могучие заклятья. За тайными проходами на нижнем уровне рычали в особых клетях изменённые в монстров и одержимые демонами животные.
     Но командир ждал.
     – Как хотите, – буркнул Джей, – всё равно вам крышка…
     Без видимого труда вскинув тяжеленый молот, воин в низкой стойке отвёл оружие за спину для размашистого удара.
     – Знаете, как зовётся заклятье, вскрывающее замки?
     Скрытый за обороной надвратной площадки комендант усмехнулся.
     В металле тяжёлых ворот прятался один секрет. Секрет доверяли только коменданту, доказавшему свою пользу и надёжность перед лицом богини – так велика была ценность!
     – Его называют… «Стук»!!!
     Под напряжённый выдох молот с шелестом рассёк ставший почти твёрдым воздух, и титанической мощи удар обрушился на чёрную сталь.
     По окрестностям ударил оглушительный звук гонга.
     Командир позволил себе издевательскую усмешку. Но затем она медленно угасла…
     Чужак не умер!
     Чёрные врата скрывали в себе могучую магию неизвестного происхождения. Знали только, что любое существо, посмевшее атаковать зачарованные врата, немедля платило за глупость кровью.
     Вдали от «осады» Кей нахмурился:
     – У меня плохое предчувствие.
     Под ногами командира крепости возникла лёгкая вибрация. Защитники взволновано опускались на колено, прикладывая к полу ладони. Монстры затравлено рычали, заметавшись в каменных ловушках.
     – Хах, – удивился мечник, вскидывая молот на плечо. – Первый раз такое вижу! Что это за звук?..
     Массивные стальные плиты ворот начали испускать глубокий низкий гул. Едва ли не физически. Выворачивающая наизнанку вибрация нарастала всё больше и больше…
     Оглушительный в напряжённой гудящей тишине, раздался громкий треск. Джей посмотрел вверх – ему в лицо сыпануло облако каменных осколков.
     С пронзительным треском по стенам крепости от ворот рванулись глубокие трещины. Блестящий камень фонтанами ударил и наружу и внутрь. Полы проламывались, стены крошились как сухой песок. Несущие стены распадались на куски, внешние опадали грудами осколков. Вопли паники и злые окрики заглушал грохот обрушивающегося камня. Бастионы, чуть выдающиеся над Разломом, с шорохом осыпались во тьму.
     На глазах ошарашенной армии дома Молув’итар защищающая Призрачный мост крепость… рассыпалась.
     – Боевой молод Валади, – прокомментировал Кей, – известный так же как «Осадная кувалда». Его создали для императора небесных гигантов, способного, по легенде, разрушить гору одним ударом. Мы нашли его в руинах дворца Третьей династии, почему-то в уменьшенной форме. Но сила осталась нетронутой.
     Волна каменной крошки сошла небольшой лавиной с чёрного холма базальтовых обломков. Секунду спустя с краю вырвался в клубах пыли белокожий путешественник. Молота в его руках не было.
     Джею удалось отскочить довольно далеко и его лишь слегка прикрыло щебнем на исходе. Он рассеянно огляделся… и застыл. Потом резко взмахнул руками:
     – Да ну серьёзно, что ли?!
     Черным монолитом позади него стояли врата цитадели, нетронутые даже разрушением каменной рамы вокруг.
     Мечник раздражённо вырвал ноги из камней и с раздражённым бормотанием двинулся прочь. Резкий скрип заставил его обернуться.
     – О нет…
     Ворота медленно накренились.
     – Нетнетнет!..
     Оскальзываясь на грудах каменной крошки, Джей поспешно рванулся вперёд. Затем, ругнувшись, повернул в сторону.
     Манёвр остался безуспешен – величаво склонившись, врата с оглушительным грохотом обрушилась на груды колотого камня, погребая под собой и разрушителя. Волна пыли ударила во все стороны, окутывая плиту.
     На позициях Дома Огня безмолвствовали.
     – Просто постучать, да? – едко заметила, наконец, Ирае.
     Кей молча развёл руками.
     – Ты не собираешься ему помочь? – спросила Брия.
     – Если нам повезло, он уже мёртв.
     Со сдержанным смехом Кей неспешно двинулся к руинам крепости. Женщины дома Молув’итар остались. Армия, готовившаяся к напряжённому бою на неравных условиях, взялась перестраиваться, теперь для перехода. Караваны слуг, уже готовые к долгому ожиданию и, возможно, отчаянному последнему бою, спешно собирались двигаться дальше.
     Когда передовой отряд во главе с Брией подошёл к руинам, маг уже давно сидел на краю чёрной плиты врат. Двойные сворки, хоть и лишённые опоры, даже не раздвинулись, навечно скованные запорной магией.
     – Обыщите всё, и осторожнее, – скомандовала Брия. – От всех выживших нужно избавиться. Если они есть, конечно…
     Всадники разошлись вокруг, осматривая периметр каменной груды, и забираясь по ней для внимательной проверки. Брия приблизилась к магу и неуверенно спросила:
     – Он… он и вправду мёртв?
     – А ты как думаешь?
     – Я уже не знаю, что думать…
     Шорох рядом с ними заставил дроу немедленно обнажить клинки, ящер припал к земле, сверкая тонким языком.
     Из груды камней резко вырвалась покрытая пылью рука.
     – Уаарх!..
     – Он живёоот! – звучно воскликнул маг, и театрально продекламировал: – «И когда нет боле места на Серых равнинах, по земле пойдут вновь мертвецы!»
     – Гууараа!..
     Брия напряжённо следила, как из-под груды чёрного щебня постепенно выбирается покрытий мелкой крошкой и пылью мечник. Освободившись до пояса Джей, напряжённо хрипя, бессильно обвис в ловушке.
     – Ты когда-нибудь научишься рассчитывать свои силы или нет? – поинтересовался Кей. – Который раз тебя уже хоронит, и всё без толку.
     Мечник что-то хрипло рыкнул на непонятном языке. Брия только теперь вдруг поняла, что магия перевода, которую на неё наложили перед выходом на поверхность, выветрилась уже давным-давно.
     Всё это время она даже не задумалась, что белокожие говорят на идеальном подземном.
     – Я могу представить, как кто-то может пережить смертельные раны в теле, – заметила дроу, – но как, забери тебя Пустоты, ты выжил от удара железной плитой? Должно же раздавить в кашу…
     – Ловхость рукх… – прохрипел Джей.
     Напряжённо упёршись в камни, он попытался вытащить себя из-под завала. Не удалось.
     – Ну ты, на помощь? – рыкнул он магу.
     Тот молча покачал головой, барабаня пальцами по посоху. В стороне возник силуэт всадника.
     – Брия, вы что-то нашли?
     Вьерна с хмурым видом окинула заваленного камнем мечника взглядом.
     – Нет, сестра. Кажется… они все мертвы.
     – Вот и отлично. Оставим небольшой дозор на всякий случай. – Вьерна покосилась на Джея. – Мало ли что, но я дам команду двигаться. Нам нужно уходить через мост!
     – Но ведь круглобоки не пройдут по такому завалу, – удивилась Брия, – особенно гружёные, и многие эльфы идут пешком, так что…
     – Тессар сказал, у него есть план, – прервала Вьерна. – И лучше бы он был прав, потому что у нас проблемы, сестрица! Живо к отрядам, они на внешней стороне. Найди мать и останься с ней.
     Брия послушно развернулась ящера, но обернулась к сестре:
     – Вьерна, что?..
     – Армия Первого дома рядом.
     Дроу покосились на обвисшего в камнях Джея. С усмешкой маг встал и на ходу щёлкнул пальцами. Мечника выплюнуло из завала.
     – Как я тебя ненавижу… – проскрежетал тот.
     – Ещё одно слово и отправишься на луну к невесте.
     Вьерна поражённо хмыкнула.
     – У него есть невеста?
     – Нету!
     Джей немедленно оказался на ногах и, свирепо отряхиваясь на ходу, двинулся к окраинам, где поспешно перестраивалась армия Молув’итар.
     Отряды Аллат’сенери вышли среди покинутых домов на окраинах будто тени, как и полагается дроу. Закованные в чёрную броню крепкие женщины – гвардия дома – заняли удобные позиции. Среди них стояли опытные боевые маги, закалённые в патрулях и войнах. И немедленно эти позиции прикрыло мясо – рычащие от магии и дурмана группы рабов. Мешанина из гоблиноидов, ящероиды, огры – все готовы по приказу хозяев ринуться в бой хоть на исполинского дракона.
     Дракон, хоть и в переносном смысле, уже был. Фалендира двинула рукой, и линия её воинов неслышно обнажила оружие, готовая заставить любое нападение захлебнуться – в крови. Простые солдаты поспешно строились вокруг наёмников, прикрывая своими рядами путь для караванов.
     Стоящая невдалеке Алистраи с бесстрастным лицом смотрела на солдат её заклятого врага.
     – Чего они ждут? – протянула колдунья.
     Дочери уже отправились исполнять её приказы. Вьерна оставила её нехотя, и ушла укреплять оборону. Без крепости им придётся удержать нападение на пустом месте – тактика для дроу совершенно отчаянная и нелепая. И любая контратака неизбежно захлебнётся среди занятых врагом зданий, наверняка уже превращённых в смертельные ловушки.
     Слегка настораживало отсутствие в этой армии даже намёка на конструкты дома Альвирин, хоть о разрыве союза новости не приходили. Да и других «необычных» бойцов не было видно, ни всадников Фьен’нетал, ни одержимых Санриг’сар, если кто и выжил. Старшая мать Аллат’сенери явилась сама.
     – Мать Алистраи.
     Брия спешила обратно, несмотря на приказ возглавить солдат.
     – Вьерна приставила тебя следить за мной? – устало сказала Алистраи. – Не верю, что это произошло, но ваша опека начинает меня утомлять…
     – Старшей матери не место среди солдат в бою, – упрямо заявила Брия. – Прошу, вернись назад, где тебе могут обеспечить…
     – Я могу обеспечить свою защиту сама, Брия!
     Огненная волна заставила с ящера Пятой дочери Молув’итар нервно отпрянуть назад с испуганным шипением. Яркий свет выхватил стройные тени застывших неподалёку легиек.
     – Но ведь…
     – Начинается.
     Голос мага заставил молодую дроу нервно оглянуться. Белокожие оказались рядом неслышно. Они смотрели на ряды армии Первого дома… но словно их не видели, глядя будто вдаль.
     Солдаты Аллат’сенери разошлись, и в бреши показался отряд. Сама по себе, в окружении жриц в полной броне, по невысокой террасе у скромного здания выкатилась платформа с установленном на ней троне. На нём сидела дроу в длиннополом чёрном платье.
     – Надо же. – Алистраи хмыкнула. – Я слышала об этих регалиях, но признаться, думала, что это шутка…
     – Это… – протянула Брия.
     – Посланница вашей богини, – ответил маг. – Что она задумала?..
     – Мне вернуться назад? – спросил мечник. – На всякий…
     – Нет. Нет, послушаем, что она скажет.
     Алистраи ткнула пятками ящера и двинулась сквозь ряды солдат. Брия поспешила следом.
     – Стойте здесь. Я хочу её видеть, – сухо обронила она.
     Дочь остановилась, как и мечницы в цветных платьях. Но наёмники неслышно последовали за старшей матерью.
     Госпожа Аллат’сенери возвышалась за линией солдат ровно настолько, чтобы посмевшие сопротивляться глупцы могли её видеть. Кверсати медленно встала, окутываясь тёмной дымкой.
     Без всякой причины волна тревоги прошла по нервам всех тёмных эльфов. Караваны, направленные к Мосту, остановились против воли. Лица всадников и пеших обратились к тёмной фигуре на холме за линией вражеских солдат. И хоть многие едва могли её видеть – очертания хозяйки Кворвата ввинчивались в их разум.
     – Вы все заслуживаете смерти.
     Голос Кверсати слегка искажённый странным давлением, будто она шептала каждому на ухо, долетел до всех дроу в округе.
     – Тёмная Мать дала вам силу существовать в этом мире. И вы посмели предать её! Но Мать не лишена милости. Вернитесь на своё место, и ваша жизнь может быть спасена. Каждый, кто вступит на Мост, однако, – познает участь худшую, чем вечность мучительных смертей!
     На мгновенье всё вокруг затихло. Затем над караванами, и даже среди солдат Молув’итар пробежал тихий ропот.
     Немедленно раздались зловещие окрики – командиры и главы гильдий и семей наводили порядок среди наконец-таки подавшихся страху подчинённых.
     Неожиданно раздалась новая волна ропота, поднялись указующие пальцы.
     Там где стояла мать Дома Огня взвился вихрь ослепительного, почти белого в центре потока пламени. Оставив жаркое облако, огонь волной разлился в паре сотен шагов от линий дома Молув’итар.
     Теперь армии разделял барьер жаркого пламени. По обе стороны многие дроу поспешно надвигали капюшоны, скрывая глаза.
     Постепенно облако обратилось в узнаваемую фигуру женщины дроу. Над армиями разлился голос Алистраи:
     – Забери их, если не боишься обжечься!
     Сопротивляться мощи Первого дома города было феерическим безумием, даже теперь. Всё самое лучшее и смертоносное было у Кверсати на кончиках пальцев. Но впервые за две сотни лет Алистраи поняла, что именно давило на неё все эти годы.
     Она поняла это, когда освободила свой огонь от вечного оброка.
     Тысячелетиями Молув’итар, Одиннадцатый дом Кворвата, «Дом Огня», занимал место в совете по традиции. Со временем власть над защитой города от гнилой поросли превратилась в данность, принимаемую всеми как естественный процесс. Сотни матерей Молув’итар сжигали свою магию изо дня в день, проецируя мощь Безымянного Пламени только чтобы приструнить вечно тянущиеся из древнего шрама гнилые ветви.
     Лишь однажды Алистраи ощущала настоящую силу древнего артефакта. В тот день, когда её собственная, прежняя Старшая мать пыталась избавиться от излишне умелой ученицы. Алистраи не годилась в преемницы – слишком своевольна, так непредсказуема.
     Но в тот миг осколок первобытной силы выбрал её своей новой хозяйкой – и старая мать обратилась в прах. Вместе со всем домом.
     Сейчас Алистраи переполняло то же чувство. Она могла… сжечь всё вокруг.
     Оправившись от потрясения заявлениями благородных матерей, караваны Молув’итар и его союзников поспешно двинулись вперёд. Маги во главе с невозмутимым Тессаром закончили замысловатый ритуал – и груда обломков крепости как живая разошлась аккуратным ущельем, подвинув даже монолитную плиту ворот. С рёвом из завала вырвалась пара уцелевших при крушении одержимых тварей. Десятки солдат налетели на них плотоядными мошками, уверенно шинкуя в фарш.
     Караваны по очереди втягивались на широкое полотно сияющей магии Моста. Оставив на родственников присмотр за стороной города, Вьерна перешла мост в первой волне разведчиков – если вдруг на той стороне были ловушки.
     Посланница от сестры увлекла Брию прочь от матери. Ирае уверенно раздавала указания послушницам Союза-во-Тьме, после чего те спешили к своим подчинённым и подданным, раздавая указания уже им с не меньшей уверенностью. Многих эта новая группа пугала не меньше жриц Тёмной Матери – не тщательно тренированной злобой, но заразительной уверенностью в своей правоте. Адепты Союза не ведали сомнений.
     Держать темп движения размеренным было непросто. Некоторые напирали, другие приостанавливались. Но дроу двигались.
     И тут вокруг Кверсати поднялась волна нового тумана темноты.
     – Вот оно, – отчётливо сказал маг.
     Алистраи подобралась, готовая поглотить огненным щитом любое заклинание.
     Но взамен магии над уходящими тёмными эльфами разнёсся странный речитатив. Это явно была речь, но мало того, что язык был совершенно ни на что не похож – даже отдельные слова отказывались выделяться.
     И ответ на голос Кверсати над округой повисла неестественная тишина.
     А затем раздался низкий утробный стон. Будто сама земля мучилась от боли.
     Алистраи медленно обернулась к Мосту. Звук шёл из Разлома. Там, где его пресекала сияющая магия.
     Застигнутые на переправе дроу застыли на миг, парализованные низким звуком. Их кровь холодела, а волосы вставали дыбом. Разлом стонал пронзающим плоть голосом. Первыми запротестовали испуганные животные. Быстро раздались противоречивые окрики – одни требовали двигаться быстрее, другие – соблюдать строй. На другой стороне к Мосту поспешили дочери Молув’итар.
     – Что она собирается?.. – выдохнула Алистраи, глядя на подданных, тревожно заметавшихся по белой полосе над бездной.
     Неожиданно она поняла, что наёмников рядом нет. Новый стон, сильнее и громче разнёсся в воздухе, выкручивая разум как мокрую тряпку.
     А затем из чёрной пустоты Разлома вокруг Моста вылетели крупные тёмные щупальца. Будто вставшие из безликого ничто тени, огромные чёрные ленты взвились в воздух. Размером с башни они были гигантскими, покрытые едва заметными полосами на поверхности грубой, мелко сегментированной кожи.
     Восклицания и окрики на мосту невольно приобрели отчаянные нотки. Лица тёмных эльфов поднялись к десяткам черных колонн выросших вокруг из бездны. Животные ревели и бросались бежать, сослепу… ударяясь о силовые барьеры по краю магического полотна. Что-то не позволяло им сорваться вниз. Опомнившись, погонщики и всадники выхватывали магические талисманы и брали животных под контроль.
     Щупалец становилось всё больше, по два-три они возносились повсюду, насчитывая десятки. Они колыхалась тёмными полосами в темновидении, не просто не излучая тепло, но даже будто поглощая его. Казалось, щупальца тянулись до самого свода, где обитали полчища гигантских летучих мышей… которые все куда-то делись.
     Призрачный мост оказался в центре куста исполинского ужаса. Щупальца, ища опору, начали захватывать землю по краям Разлома. От ударов в «ущелье» в груде камней сошло насколько оползней, нервируя эльфов ещё больше.
     Воздух звенел от утробного воя. Уже из-под самого Моста разносился подавляющий звук. Щупальца опустились на заполненное тёмными точками белое полотно…
     Но огненная волна врезалась в черные щупальца, разбрасывая прочь от переправы. Алистраи неловко упала на сияющую белую ленту в сотне шагов от края, держа руки над головой.
     Вопль неизвестного монстра сотряс всю округу. Вытянутый огненный купол накрыл Мост по все длине, не позволяя щупальцам сомкнуться на заполняющих его дроу. Разделяющий же армии огонь угас.
     – Что же это?.. – напряжённо выдохнула Алистраи.
     Прикосновение щупалец к её магии вызывало дрожащую в горле тошноту. Если бы не годы тренировок колдунья выла бы от ужаса и боли, её выворачивало наизнанку ментальной пыткой.
     Вокруг разносились напряжённые окрики. Вьерна ворвалась под огненный покров, подгоняя командиров и караванщиков. Дроу бежали, обгоняя своих напуганных ящеров.
     Подданные обтекали застывшую в напряжении Старшую мать, поспешно уходя в темноту Пустот. Постепенно озеро собравшихся у руин крепости эльфов таяло. Но слишком медленно.
     В гулком вопле тянущего из тьмы чудовища звучала злость. Возможно, поэтому армия Первого дома медлила, их госпожа обратилась в чёрную статую с белыми глазами…
     – Боги, посмотри сколько их тут! Этот урод из первой волны!
     Наёмники возникли прямо из воздуха. Маг потрясённо всплеснул руками. Мечник повернулся к Алистраи:
     – Раз ты взяла на себя щит, держись как можно дольше. Кей загородил мост, чтобы лишние души не ушли в топку, но нам понадобится время.
     – Что это за тварь?.. – в напряжении не поднимая глаз прошипела колдунья.
     – Смерть, – просто ответил Кей. – Древняя смерть мира. Я думал, мы избавились ото всех, но… – Маг тяжело вздохнул. – И почему эльфам нужно цепляться за прошлое, эта дрянь понятия не имеет, что подняла!.. Джей, двинули!
     Боец лихо крутнул мечом:
     – Так точно!
     И по щелчку пальцев мага, белокожие… провалились сквозь полотно Моста. Алистраи ошарашенно проводила их взглядом.
     На секунду она взглянула в темноту под собой, сквозь мутную белую пелену магии…
     И в ответ на неё уставилась бесчисленная волна взглядов, из глаз на сотнях хлещущих вокруг тонких отростков, укутанных в непроглядную тьму.
     Отчаянно зажмурившись, дроу едва не потеряла контроль. Чёрные щупальца твари жадно шарили по огню, не обращая внимания на жгучее пламя, упрямо ища слабину…
     Секунды потянулись как часы. Топот и окрики продолжались. Тысячи тёмных эльфов бежали прочь из бывшего родного города.
     – Мать Алистраи…
     Она открыла глаза на зов. Шалшари стояла перед матерью на коленях.
     – Ты сможешь?
     Мелларика поспешила мимо, поразительно уверенно для молодой девчонки держась на мощном чернокогте. Алистраи посмотрела на свою вторую дочь.
     – Смогу…
     Шалшари обняла её лицо ладонями.
     – Я помогу всех увести, мать Алистраи. Я приду, если тебе станет хуже.
     – Шалшари… ты знаешь, что это?
     Дочь поднялась. Её глаза на миг почернели как базальт:
     – Древнее. Мы должны умереть.
     Дроу исчезла, оставив мать наедине с удручающим заявлением. Утешал только её тон – сложно было сказать, что именно Шалшари имела в виду, но всерьёз умирать она не собиралась.
     И неожиданно Алистраи ощутила, как одно из щупалец резко дёрнулось и конвульсивно сжалось вокруг щита. Она со злобным рыком выбросила огненную вспышку и…
     Щупальце бессильно рухнуло в Разлом. За ним отправилось ещё одно. И ещё.
     В вопле послышались незнакомые нотки. Гулкий вой теперь тянулся, будто забытая песня, словно чьё-то воспоминание из давних времён…
     Последние солдаты поспешно двинулись по мосту – воины Крыла во главе с Фалендирой прикрывали исход до конца. Алистраи вдруг заметила, что её окружает шесть легиек с клинками наголо. Со стороны Кворвата вырвалась верхом на своём ящере Вьерна.
     – Старшая мать! Ты…
     Тревожно склонившись, она замерла возле Алистраи. Та выровнялась, тяжело дыша.
     – Подними меня в седло, Вьерна…
      Первая дочь поспешно подхватила мать и посадила впереди себя. Легийки, то ли игриво, то ли угрожающе покачивая оружием, давно повскакивали в сёдла последних всадников Крыла.
     Группа вынырнула из-под покрова пламени. Краем глаза Алистраи заметила вспышки магических молний – группа магов била в ближайшее щупальце заклятиями. Чёрная конечность дрожала, но…
     Неожиданно поднялась и, бессильно вильнув в воздухе, опала обратно в бездну Разлома.
     Короткий вопль раздался над пустым Мостом. Полный отрешённого спокойствия, медленно затихающий вдали. Верхом на чернокогте, Брия вырвалась из ближнего прохода.
     – Что… что это было, сожри его демоны?!
     Она поспешила к Алистраи и, спрыгнув из седла, подала матери руку.
     – Я не знаю… – протянула та, спускаясь на землю. – Но в этот раз Кверсати превзошла себя безмерно. Вызвать такое чудище слишком сильно даже для Первого дома.
     – Но это… – Брия была на взводе. – Я поверить не могу, что этот кошмар живёт где-то… – она ткнула в Разлом, – там! И мы живём здесь уже тысячи лет!..
     – Как я сказала нашей матери…
     Шалшари возникла где-то в стороне, как тень и закончила:
     – …мы все должны умереть. Но мы не умираем. Я думаю, это место проклято…
     – Может наша затея не так уж и безумна, – пробурчала Вьерна, оглядываясь на сияющий за пропастью город. – Все эти рассказы об ужасах Разлома… В детстве они кажутся правдой. Потом мы узнали, что это просто сказки. А теперь мы узнаем, что они действительно были правдой…
     Резкое движение на краю провала заставило женщин вздрогнуть. Вьерна и Брия мигом оказались перед матерью, сжимая клинки.
     Джей с натужным выдохом подтянулся, взбираясь на край. Кей медленно выплыл за его спиной и спокойно опустился на землю.
     – Кризис миновал, – сообщил маг. – Наш гость отправился обратно в лёжку. На редкость покладистый попался, я скажу, обычно эти упираются до конца…
     – Что это было вообще?! – потребовала Брия. – Я даже никогда не слышала о таких монстрах, все эти щупальца и этот… вой! Он будто звучал и в ушах, и внутри головы, словно в… в памяти…
     – Ну, это довольно длинная история.
     Кей окинул женщин взглядом. Затем сделал короткое движение бровями, направленное на Шалшари. Та хмыкнула и вцепилась в руку ойкнувшей Брие:
     – Хватит болтать ерунду, сестрица. Вьерна, бери её, и ведите нашу маму в безопасное место. Ирае и Тессар организовали небольшую стоянку в центральном тоннеле. Нам нужно выбрать направление, так?
     Алистраи недовольно погрозила второй дочери пальцем. Лицо Вьерны явно отражало сомнения, но она хмыкнула и подыграла. Уставшую старшую мать подняли в седло на ящера Брии и отвели в сторону.
     В глубине прохода дисциплинированно перестраивались солдаты. Караваны простого народа уже ушли дальше, погружаясь в Пустоты Нижней Тьмы.
     Наёмники неспешно, но целеустремлённо двинулись в один из боковых проходов.
     – Слушай, ты точно уверен, что не нужно его добить? – пронял Джей. – Он же с Аугры, даже не…
     – Если начнём играть мускулами, сделаем только хуже, – качнул головой Кей. – Один Гнилой Лес пока никого не привлёк. Представь, что будет после полноценного заражения.
     Джей поморщился и зябко передёрнул плечами.
     – Твоя правда…– Он вдруг зло хохотнул: – Хах, а без осколка-то они в жопе! Думаешь, догадаются пустить проточную воду, чтобы преградит рост? Или опять будут жечь?
     – Ну, раздавать советы тупым ушастым сучкам я точно не в настроении. И кто только её надоумил?!.. Угх… И кстати.
     Кей поднял руку и щёлкнул пальцами.
     Вдали, в похороненной под грудой камней камере ярко сверкнули замысловатые руны, медленно таявшие в источнике сияющего моста…
     Повал такого козыря почти лишил Кверсати тонущего в ярости рассудка, но она быстро опомнилась. Её армия уже приближалась к Призрачному мосту… когда раздался мощный взрыв.
     Груда булыжников и щебня, разделённая надвое проходом, фонтаном взметнулась ввысь – и посыпалась в пропасть. Стальной монолит ворот подпрыгнул, вдруг разломившись. На краю Разлома образовалась массивная выщербина в сотню шагов шириной.
     Сияющий тысячелетиями Призрачный мост медленно угас.
     – Удачи с новой переправой над головой аугранца, – едко произнёс маг.
     Белокожие двинулись к головному каравану. По пути они прошли мимо одинокого круглобока, окружённого отрядом солдат. С другой стороны к отряду подошла Брия.
     – Что такое здесь?..
     Она озадаченно уставилась на стоящего в кольце клинков тёмного эльфа, закутанного в истрёпанный походный плащ.
     – Мы нашли его в одном из восточных проходов, – доложил ведущий. – Говорит, что знает вас, леди Брия.
     – Да, он… – поражённо протянула дочь. – Ты был вторым помощником ведущего в нашем караване!
     Мужчина ошарашенно безмолвствовал. Два месяца и два десятка смертей спустя, тёмный эльф наконец достиг родных тоннелей. И когда до города было рукой подать, он вдруг наткнулся на целую армию на марше.
     Брия отвернулась и помахала рукой на ходу:
     – Отпустите. Ему предстоит долгий обход. Кстати, твой дом уничтожили три недели назад, надеюсь, у тебя есть новый план.
     Пять минут спустя дроу стоял на краю Разлома. Моста в Кворват больше не было. Как и крепости на другой стороне.
     Пять месяцев назад он ушёл с караваном на поверхность. С собой они вели благородных дочерей, отправленных на поиски какого-то сокровища. Они бросили женщин на поверхности, и двинулись обратно, разрываемые противоречивыми приказами покровителей. Убивая один другого, дезертируя группами и поодиночке, и умирая из-за этого в Пустотах.
     И вот, до города добрался только бывший первый помощник ведущего. И его сонный ящер.

     Глава 6

     По извилистому тёмному тоннелю пробирался одинокий орк. Тяжёлый ошейник выдавал в нём раба, темнота как живая сжималась вокруг потайной лампы с тусклым осветительным кристаллом. Опасливо поглядывая по сторонам, орк двигался вдоль стены. Призрачный шорох заставил его нервно вздрогнуть и тревожно закрутить головой.
     Не заметив опасности, орк двинулся дальше.
     Неожиданно сверху вынырнула пара ребристых щупалец и вмиг обвилась вокруг шеи жертвы. С хрипом орк повис над землёй, медленно поднимаясь вверх.
     Свет от лампы выхватил из темноты округлое тело пещерного ловца. Комок плоти увивал десяток щупалец – частью монстр уцепился за камни, другими ловил добычу. В центре пульсировал покрытый острыми резцами провал.
     Орк упрямо отрывал от себя щупальца, изо всех сил ослабляя хватку на почти передавленном горле…
     И тут пара теней вдруг отделилась от окружающей тьмы. Воздух рассекли взмахи клинков, тварь издала хрипящий визг и рванулась прочь, живо перебирая по стене щупальцами. Орк рухнул на землю, судорожно пытаясь вздохнуть.
     Острое копьё прошило воздух, почти пригвоздив охотника к камню. Тварь трепыхнулась, затем медленно отвалилась от стены как влажная тряпка.
     К тусклому кругу света упавшей лампы вышли дроу.
     – Отличный улов, плоскомордый, – похвалил ведущий охотник. – Уже третий, только в одной пещере.
     – У них тут гнездовье… – хрипло ответил орк, потирая щёку с татуировкой. В этот раз падение прошло неудачно, и он приложился лицом о выступ на полу пещеры.
     Дроу спрятал клинок, его товарищ вырвал копьё из тела ловца и теперь подкатывал ногой отрубленные щупальца.
     – Тощие твари попались, – заметил он.
     – Ладно, поднимайся, плоскомордый, – скомандовал ведущий. – Давай дальше.
     – Не могу, – мрачно ответил орк, – надо назад. Рассчитаемся, и я возвращаюсь к своим.
     – Мы не закончили охоту, – сурово напомнил дроу. – Свалишь, когда тебе скажут!
     – Не могу, – упрямо ответил орк. – Надо назад.
     Ведущий скривился, но отвернулся от раба:
     – Отлично, проваливай, возьмём другого. Забирай своё щупальце и вали…
     – Три.
     Дроу резко оглянулся на орка, хватаясь за меч:
     – Чего?
     – Три щупальца, – повторил орк. – За каждого ловца.
     – Уговор был на одно, дикарь, не наглей! – зло заметил охотник.
     – Вообще-то, – вмешался его напарник, – уговор был по одному с ловца. Так что за три ловца выходит…
     Ведущий зловеще помолчал, потом качнул головой и отмахнулся:
     – Ладно. Давай, вали отсюда, пока я не разозлился. Твои сородичи должны уже вынести первых, там отрубите свою долю.
     Орк молча поклонился и уверенно двинулся к выходу из пещеры, уже не крадясь.
     Вскоре охотничий отряд двинулся к основному лагерю, гружёный свежей провизией. Путешествие впереди ждало неопределённо долгое, и даже тощие пещерные ловцы послужат ценным источником пищи.
     На поверхности поселения часто стояли всего в дневном переходе одно от другого. Без вьючных животных путь был долгим и утомительным, а ночи на дорогах опасны. Путешественникам, особенно небогатым, неизбежно требовалось место для отдыха, желательно комфортное и безопасное. И по мере того как дроги опутывали своими сетями обжитые земли, в этих сетях возникали узлы. Деревни были «узлами» мелкими, крупными узлами – города, и гигантскими – столицы и порты.
     В Нижней Тьме, однако, мелких «узлов» было мало, и основным видом поселения были города. Между ними же лежала в основном каменная тьма Пустот. Торговцы нижнего мира полжизни проводили в дороге, верхом на ящерах или шагая рядом в долгих, утомительных и неизбежно опасных переходах. Солдаты либо охраняли эти караваны, либо неустанно патрулировали окрестности городов и крепостей.
     Почти десять тысяч тёмных эльфов и три тысячи рабов стояли сейчас лагерем посреди Пустот, расположились в трёх обширных пещерах. В одной нашлась вода, в другой росла роща из почти съедобных грибов, третья просто была удобной для палаток и временных загонов для уставших животных.
     Неяркие огни быстро заполнили все пещеры, среди палаток раздавались голоса. Повсюду мелькали фигуры тёмных эльфов и их невольников. Большая часть дроу чувствовала себя вполне комфортно – торговцы, солдаты и патрульные немало времени проводили за границами огней Кворвата, да и в городе многие вели почти походный образ жизни. Меньшую часть составляли те, кто до недавнего времени о путешествиях в Пустотах только слышал краем уха. Этих успокаивало лишь то, что за всё время им не грозила даже призрачная опасность – весь путь и стоянки патрулировались так плотно, что солдаты могли передать сообщение по кругу устно.
     Но сейчас все были слегка напряжены. Особенно после двухнедельного перехода, который окончился на границе владений дворфов.
     Алистраи с эскортом из шести легиек и дюжины стражниц, все верхом на чернокогтях, покинули лагерь и по длинному корриду вышли в бескрайний колодец Тысячи мостов. Ирае сопровождала мать неотступно.
     – Не думала, что увижу это место так скоро… если вообще когда-то, – протянула жрица.
     На другом конце моста, далеко за краем темновидения, прятались врата и бастионы заставы дворфов. Эскорт двинулся вперёд.
     – Нам стоит постараться, чтобы переговоры прошли успешно, Ирае, – сухо ответила мать. – Твоё присутствие мне не поможет.
     – Ты хотела бы получить Вьерну?
     Алистраи только хмыкнула.
     – Но я всё ещё думаю, что это бесполезно, – продолжила дочь. – Я не думаю, что видела упоминания о союзе с дворфами за всю историю.
     – Нам не нужен союз.
     – Но просто обойти вокруг было бы безопаснее, и уж точно проще.
     – Брия говорит, что нам необходимо двигаться на север. А Ларриа и Джула подтвердили, что пути так далеко к северу совершенно не разведаны. У нас нет времени блуждать в Пустотах годами, Ирае…
     Две недели прошло с тех пор как они покинули Кворват.
     Поначалу их путь оказался куда легче, чем дроу опасались. Караваны вскоре соединились с племенем Чёрной скалы, и когда вся её собственность оказалась на глазах мать Авармин перестала нервничать о возможных потерях. Ещё пару ней спустя в поход влились отряды Джулы и Ларрии – сотни солдат и несколько караванов с ценными товарами.
     Орки Чёрной скалы оказались самыми ценными. Племя веками жило под властью и защитой дома Авармин – но само по себе. Они не раз меняли свою стоянку в Пустошах, и знали окружение Кворвата не хуже лучших тоннельщиков, значительно усилив патрули и охотничьи группы.
     Марш покинувших родной город дроу оставил в Пустотах необычный для Нижней Тьмы след. Колонии монстров и животных – выбитые подчистую; рощи грибов и мха – очищенные почти до голых стен. Несколько мелких озёр выбрали до обмеления.
     Такая безжалостная эксплуатация окружения была нормальной для эгоистичных по определению тёмных эльфов…. но в этом случае оказалась лишь побочным эффектом необходимости. Тратить припасы без причины было запрещено матерями, а десять тысяч дроу – и их рабы – нуждались в провизии. Нижняя Тьма была не только жестокой, но и скупой, почти нищей хозяйкой.
     С другой стороны, тысячи дроу на марше оказались силой, способной очистить даже самые опасные для простого патруля пещеры. Колонии смертельных насекомых, гнездилища пещерных монстров, стаи хищных животных – все отправились на тарелки голодных эльфов.
     Кроме того неожиданно куда-то испарились все патрули и караваны в округе Кворвата. Видимо, верные слову богини Старшие матери не доверяли подданным и союзникам Дома Огня сохранить их слугам жизнь.
      Проблемы возникли к концу второй недели. Брия, несмотря на все свои сомнения, указала путь довольно легко – на север. Но быстро стало ясно, что им необходимо подняться выше – и единственный такой путь лежал через владения города-крепости Герин-Латор.
     С тех пор, разумеется, как дворфы разрушили десятки мостов. Чтобы добраться до нужного уровня в Колодце, караванам пришлось описать не один круг по окружающим переходам. С каждым днём Алистраи всё сильнее волновалась о возможной погоне. Невозможно чтобы Кверсати просто сдалась – их ведь даже не выгнали, они ушли сами! Такое оскорбление власти Тёмной Матери переживёт их всех…
     Но разрушение Призрачного моста, видимо, оказалось достаточно, чтобы замедлить погоню, если она и была.
     Десять дней ушло, чтобы подняться до последнего моста. Того, что вёл прямиком к заставе. Дипломатия, как и ожидалось, шла туго. Но всё же король дворфов признал беспрецедентность ситуации, и обещал лично явиться на переговоры. Разумеется, Алистраи пришлось пойти на уступки – она должна была войти на территорию противника сама.
     Её это не волновало.
     Но это, однако, волновало короля Герин-Латор.
     По другую сторону заставы, за двумя толстыми вратами его высочество Деммалек Третий прибыл только что. Округлую повозку для церемоний утром извлекли из дальнего угла хранилища, запрягли парой круглобоков, и теперь она встала у внутренних ворот южной заставы. Сияние осветительных шаров играло на отдраенных в кратчайшие сроки орнаментах.
     Раскрылась дверь и из экипажа поспешно выскочил мощный дворф в полных латах, шлеме с венцом аристократа, и с гладкой чёрной бородой. Увитый злато-серебряной белибердой ящик повозки король ненавидел – дворфы, будучи народом чрезвычайно выносливым, любили повсюду ходить пешком, и Деммалек, хоть и король, исключением не был.
     Но сегодня время не ждало. Дроу стояли на пороге Герин-Латор!
     – Что за дела творятся в последнее время? – пробормотал король Деммалек в раздражении. – Сначала троица белокожих невесть откуда, ещё и с полумёртвой остроухой на руках… Теперь это!
     – Ты же не думал, что тишина продлится бесконечно?
     За королём из повозки вышел Ларистан, советник по магии. Широкий даже для дворфа, он, однако, носил не доспех, а светлую мантию. На одетой поясом стальной цепи висела большая книга. Вопреки традиции взрослых дворфийских мужчин, скуластое лица чародея было чисто выбрито. Оба дворфа были темноглазыми и темноволосыми.
     – Я не для того устроил тот бардак после войны, чтобы чёрные демоны опять сюда явились! – рыкнул правитель.
     Солдаты на воротах – по случаю «переговоров» на заставу пригнали две сотни гвардейцев – стукнули молотами по щитам. Деммалек машинально вскинул кулак в приветствии.
     – Да ещё и с каким-то трюком в рукаве, – пробурчал король. – Если меня прирежет один из этих убийц, я приказал тебя четвертовать как предателя!..
     Советник гулко хохотнул.
     – Да ты и впрямь стареешь, мой друг! Мысли о смерти от рук дроу? Мы с ребятами тебе новую жену подберём, глупости мигом убавится…
     – На куски изрублю!
     Свирепо ворча в ответ на шуточки советника, король Деммалек поспешил к стоящему в центре заставы просторному шатру. К нему немедленно приблизились доверенные:
     – Ваше величество, мы следим за её эскортом, но…
     – Она уже внутри? – громыхнул король.
     – Да, но вы приказали…
     – Знаю, что я приказал!
     На ходу распахнув занавесь шатра, король нырнул внутрь. Освещением служила пара каменных ламп, обстановка состояла только из круглого железного стола и пары стульев. На одном уже сидела высокая дроу в белом платье.
     Заметив, что за её спиной стоит другая эльфийка, моложе, в чёрно-белой мантии, дворф нахмурился.
     – Я, кажется, ясно дал понять, что мы будем говорить наедине! – рыкнул Деммалек.
     – И, тем не менее, моя дочь предпочла увязаться следом, – мрачно сообщила Алистраи. – Уверяю, я бы приковала её к стене лично, но мы и так потеряли много времени.
     – Вы вольны убраться отсюда, когда пожелаете, – фыркнул король, усаживаясь в кресло. – А теперь просто отошли девчонку, и…
     – Возможно, буде лучше, если кто-то наоборот, присоединится к тебе, Деммалек.
     Первый мудрец Герин-Латор неспешно вошёл в шатёр.
     – Старшая мать Алистраи.
     Он чинно склонился перед дроу. Та кивнула в ответ, уверенно скрывая удивление. Король фыркнул.
     – Это не твоё дело, Ларистан!
     – Ты же не думал всерьёз, что я оставлю тебя наедине в таких переговорах?
     Король похлопал по пристёгнутому на поясе молоту:
     – Со мной всегда есть кое-кто…
     – Вот ему-то я и не верю. – Советник погрозил молоту пальцем.
     Встав за спиной короля Ларистан выразительно умолк. Деммалек фыркнул и обратился к Старшей матери:
     – Говори, чего вы хотите, и закончим с этим!
     – Ты знаешь чего, я хочу, король, – ровно ответила дроу. – Нам нужно право прохода.
     – Исключено! – громыхнул дворф, взмахнув кулаком.
     Алистраи сдержано усмехнулась:
     – Что ж, три дня ожидания – и так быстро всё решили.
     – Ты же не ждала другого ответа, тёмный эльф? – рявкнул дворф. – Ваш народ выпил из моей земли достаточно крови! Сколько моих сородичей гниёт в вашей дыре внизу?!
     – Насколько я знаю, нисколько, – ровно ответила Алистраи. – Держать живых дворфов после войны стало опасно, от них избавлялись наперегонки.
     Она откинулась в кресле и отвернулась от короля.
     – Знаешь, только сейчас я поняла, что на самом деле никогда не имела мнения на счёт твоего народа, – протянула колдунья. – Конечно, все дроу ненавидят… всех, если подумать. Даже других дроу. Но я никогда даже не задумывалась о различиях с другими народами…
     – И к чему всё это? – низко спросил король.
     – К тому, что дворфы слывут тупыми жадными затворниками, копящими драгоценности, как драконы в старых сказках. Что они просто мелкие грязные коротышки, которые грызут камень в поисках чего-то блестящего, что можно упрятать в груду.
     Легко выдержав свирепый взгляд правителя Герин-Латор, Алистраи подалась вперёд:
     – Но теперь очевидно, что вы прекрасно осведомлены, что происходит в стане ваших врагов, – сухо сказала она. – Ты знаешь, что случилось в Кворвате, и ты знаешь кто я такая.
     – С чего бы мне знать какую-то чёрную сволочь? – зловеще прорычал Деммалек.
     – Потому что мы ведём переговоры, – просто ответила Алистраи. – Ты закрыл все проходы, и вы на месте убиваете всё, что хоть отдалённо похоже дроу уже пятьдесят лет.
     – Возможно, я просто хотел выяснить, что ты задумала, прежде чем выбросить за ворота твой труп, – процедил дворф.
     Алистраи фыркнула.
     – Тогда в тебе больше от Старшей матери дроу, чем от короля дворфов. Не удивлюсь, если твоя борода вдруг отвалится, кожа почернеет, а броня лопнет под напором пары крепких сисек.
     В шатре повисла звенящая тишина. Дворф ошарашенно свёл брови, почти копируя выражение лица Ирае. Наконец Ларистан прервал неловкое напряжение громогласным хохотом.
     – Мне… стоит пробить тебе голову прямо на месте, остроухое отродье, – сухо заявил Деммалек, и покосился на советника: – А потом ему!
     – Хо-хо-ха!.. – Дворф-волшебник смахнул слезу. – Почему бы тебе не спросить уже что хотел, старый друг? Раз уж вы обменялись любезностями…
     Король фыркнул и обратился к дроу:
     – Ты потребовала проход по моим землям. Зачем?
     Алистраи озадаченно подняла бровь.
     – Что бы оказаться на другой стороне твоих земель. Очевидно же.
     – Не играй в дуру, чернорожая, – буркнул дворф. – Ты притащила с собой целую армию!
     – Половина моих подданных простые ремесленники и фермеры, – сухо заметила Алистраи. – Уверена, твои разведчики уже донесли.
     – А я уж боялся, что ваш огромный обоз и впрямь беззащитен, – буркнул король, припоминая, как бойцы клялись, что не оставили и намёка на след. – Куда вы идёте? Ты вырвалась из своего города с боем, так? Говорят, что твоя голова ляжет на алтарь вашей чёрной богини рано или поздно. Убегаешь?
     – Может и так, – ровно ответила дроу, – но пока что я просто желаю добраться до места, куда ведёт нас моя дочь.
     Дворфы озадаченно переглянулась. Ирае тревожно напряглась – и, ощутив это не глядя, Алистраи молча подняла руку, давая знак не мешать.
     – Чего? – забросив этикет, глупо спросил король.
     – Моя младшая дочь видит место в своих снах, – ровно ответила Старшая мать Молув’итар. – Я считаю, что там мы можем найти убежище.
     Повисла тишина. Король смотрел на дроу, ожидаемо, как на сумасшедшую. Ларистан, однако, выглядел задумчиво.
     – Очень интересно… – протянул он. – Может ли так быть, что… у вашей дочери талант к провидению?
     – Посетивший нас эльф из мира снов так считает, – ответила дроу.
     Советник, давно получивший некоторые сообщения от дружелюбных обитателей астрального плана, озадаченно покивал.
     – Ты… хочешь сказать мне, что это не ложь? – мрачно спросил Деммалек. – Что эта огненная ведьма не сумасшедшая?
     – О, это, без сомнения, правда.
     – Ну конечно же… – Король озадаченно постучал пальцами левой руки о наручник правой. – Даже если так… то куда именно вы собрались? Пустоты тянутся и под моими владениями.
     – Наши карты неточные и я не желаю плутать там веками, – признала Алистраи. – К тому же Брия… – она осеклась. – Моя дочь говорит, что мы должны подняться выше.
     – К Пограничью? – спросил советник.
     – Возможно, – острожное ответила дроу.
     – И куда же именно?
     Атмосфера изменилась, став окончательно напряжённой.
     – На север.
     Деммалек резко выпрямился:
     – Я так и знал! – рыкнул он. – Нет! Исключено, я не позволю чтобы!..
     – Но она не знает.
     Прохладный голос возник в палатке лишь за секунду до появления самого мага. Кей возник из воздуха возле стола.
     – Это ещё кто?!
     Деммалек оказался в стойке с молотом наготове, зло сверкая глазами над кромкой возникшего на руке щита.
     – Ага. – Ларистан был не в пример спокойнее. – Вот и они. Один из них, по крайней мере…
     – Бесплотным с Серебряных Равнин стоит держать язык за зубами, – мрачно заметил Кей. – Мастер Ларистан, я полагаю?
     – Верно, верно, – кивнул чародей. – А вы, видимо, новый мудрец Востока?
     – И Запада, – добавил Кей. – Представляться, как видно, излишне…
     – Что? – поразился король дворфов. – Но земли на Западе запретны!
     – Ваше величество, прошло уже триста лет, – суховато сообщил мудрец с поверхности. – Почему бы вам не вылезти из этих катакомб и не присоединиться к вашим собратьям под Вечным Сводом?
     Деммалек осмотрелся вокруг. Затем фыркнул и сел на место, зацепив молот обратно на пояс. Щит на руке растворился.
     – Отец приказал мне ноги не показывать на поверхности, и я так и сделаю, – рыкнул он. – Я не знаю, что ты…
     – Ку-ку.
     Джей просунул голову за ширму шатра как цирковой паяц.
     – Нас окружает сотня тяжеловооруженных Защитников трона, – радостно сообщил он, и жадно уставился на оружие владыки дворфов: – Эй, это Молот Королей? Он меньше чем мне рассказывали… Правда, что он светится, когда на нём кровь дракона?
     – Правда, что убивает одним ударом в лоб, – буркнул король. – А этот чей?!
     – Полагаю, второй… эмм… – Советник замялся и обратился к магу: – Мастер Кей, как вы себя называете?
     – Псевдонимами, – ровно ответил тот. – Но полагаю, стоит вернуться к переговорам. Я выступаю за леди Алистраи, и говорю, что она понятия не имеет о Вратах Стали. К слову, я понятия не имел, что здесь есть Врата Стали. Разве город не намного моложе системы Проходов?
     – Наш город постарше вашей магической братии! – отрезал король.
     – Кто-нибудь расскажет, о чём идёт речь? – ледяным тоном вмешалась старшая мать Молув’итар. – Не думала, что дворфы обожают загадки не меньше дикарей с поверхности!
     – Проходами зовут древние подземные пути, коридоры, созданные на заре Первой эры нашими предками, – покладисто начал Ларистан. – Это комплексы, специально предназначены, чтобы стереть опасность Пустот Нижней Тьмы в порошок. В легендах сказано, что путешествовать по ним было так безопасно, что родители посылали между городами детей, выдав им только еды на дорогу.
     – В последнее время столкновения с древностями для меня кончаются плохо, – заметила Алистраи. – Что же случилось?
     – Кто знает, – развёл руками советник. – Говорят, наш род проклят Подгорным Отцом…
     – Ларистан! – угрожающе рыкнул король. – Никто не знает, что случилось! Но Проходы были… уничтожены. В единый миг. Обрушены, прокляты, наполнены монстрами и призраками.
     – Наш единственный Проход лежит на севере, – добавил советник по магии. – «Врата Стали» – это особые ворота, преграда против зла не моложе самих Проходов. И они запирают его уже сотни лет.
     – Сказано, что день, когда Врата откроют, станет последним для города, – зло процедил Деммалек. – Думаю, не стоит уточнять, что при мне этот день не наступит!
     – Вообще-то…
     Схватив короля за руку, Ларистан силой утащил его за собой. Джей, всё ещё торчавший в завесе, посторонился, давая путь:
     – Ваше величество, господин советник…
     – Спасибо, молодой человек…
     Джей вошёл внутрь, Штора закрылась. Чуть позже снаружи раздались приглушённые споры между дворфами. Голосов становилось всё больше, постепенно набралось не меньше десятка.
     – Вы, конечно, встречались с подобным, – ровно сказала Ирае.
     – Пару раз, – ответил маг. – «Врата Стали» что-то вроде… магической печати. Но в тоже время, символ запрета, табу. И превосходная точка обороны.
     – И дворфы прошлого всегда метили Врата символом, – вмешался Джей. – Ты видел местные? Что на них нарисовано?
     Кей усмехнулся.
     – Звёзды.
* * *
     Под сводом исполинской каверны царила вечная недвижность. Пыль покрывала каждый уступ, камни были недвижимы эрами. Тьма скрывала содержимое великой пустоты.
     На дне лежал мёртвый город.
     Разрывая вековую тишину, раздался короткий шорох. Всадники на чернокогтях тенями скользнули по широкому мосту, в который переходил прямоугольный тоннель Прохода.
     – Пропади оно в Пустотах…
     Первый дроу ошарашенно обвёл глазами окружающий пейзаж. Насколько хватало темновидения, руины терялись вокруг в темноте необъятной пустоты, не уступающей обширным равнинам пустошей вокруг Кворвата. Украшенные колонами здания невиданной тёмными эльфами архитектуры группировались странным образом, будто маленькие модели, сдвинутые вместе чьей-то рукой. Высокие башни, короба многоэтажных домов, покрытые декоративными колоннадами храмы сжимались вместе как напуганные ящерята. Высокие круглые постройки зияли сотнями чёрных провалов окон. Треугольные покатые крыши, почти невиданные в Нижней Тьме покрывали кубические комплексы, укушенные ребристыми узорами на стенах, вокруг окон и дверей. Некоторые здания покосились, показывая признаки разрушения. Другие просто выглядели брошенными, хоть и сравнительно целыми.
     И повсюду не было ни искры света. И от края Прохода тянулся над руинами широкий каменный мост.
     Всадники дроу двинулись в обход, как было приказано. Патруль отослали проверить подземные руины на опасность. Пользуясь вездеходностью своих животных, тёмные эльфы опустись по опорам на уровень пола пещеры.
     Мост возвышался над предполагаемым дном пещеры на полсотни шагов. Под ним тоже стояли здания, поменьше. Но присмотревшись можно было заметить, что некоторые будто… вдавлены в землю.
     Алистраи, её сын и две дочери осматривали пещеру, оставшись на краю Прохода в ожидании патрулей.
     – Невероятно… – протянула Ирае. – Я слышала, что в глубинах Пустот можно найти всякое, но это…
     – Мне не нравятся эти руины, – заявила Вьерна, глухая к пугающему величию мёртвого города. – Обороняться на этом мосту будет невозможно!
     – Тогда мы просто не станем там задерживаться, – ответила мать. – Так, Брия?
     Младшая дочь кивнула.
     – Не думаю, что… нам нужно остаться здесь, – протянула она. – Мы просто пройдём дальше.
     – У меня плохое предчувствие на счёт другой стороны, – вмешалась первая дочь. – Дальней стены не видно, и сохранность переправы под вопросом. Неужели никто не знает, что это за место?
     – Я говорил с Зароном, – ответил Тессар. – Он видит такие здания впервые.
     – Ты уже выяснил высоту пещеры? – спросила Ирае.
     – Нет. Существа ещё не вернулись.
     Даже выслав патрули, дроу не стали пренебрегать магической разведкой. Тессар и его коллеги разослали летающих созданий всех видов, чтобы выяснить форму и размер этого места. Судя по задержке, пещера были либо огромна, либо смертельно опасна.
     – Думаю, стоит спросить кого-то ещё… – протянула Алистраи. – Где белокожие? Я не видела их уже несколько дней.
     – Они бродят среди караванов, – ответила Ирае. – Я попросила моих учениц приглядеть за их передвижениями. Во время привалов их видят в лагере то тут, то там, но сложно сказать, что они делают на марше…
     Караваны прибыли к краю странного города на исходе третьей недели. Сейчас тысячи дроу и их невольники получили приказ отдохнуть перед, скорее всего, быстрым и организованным маршем через руины.
     Таинственный Проход дворфов позволил тёмных эльфам двигаться с потрясающей скоростью. Идеальный прямой коридор, в сотню шагов высотой и вдвое шире, создали для совершенного комфорта при путешествии. На расстоянии дневного перехода – чуть длинней по меркам дроу – всегда находились просторные комплексы , явно предназначенные как для отдыха так и для заботы о животных. В каждом комплексе находился источник воды, которая в Проходе всегда была чистой, в отличие от диких Пустот, где воду обычно портили ядовитые минералы или окружали подпитанные падалью рощи.
     Несмотря на странные рассказы дворфов, Проход послужил огромным безопасным убежищем, отрезанным от остальной Нижней Тьмы. Судя по всему, его проложили тысячи лет назад, когда даже тёмные эльфы только начали осваивать подземный мир. И, казалось, время его почти не тронуло. Почти.
     В двух местах каменные плиты Прохода разрывали широкие трещины. Совершенно бездонные, но достаточно узкие чтобы через них перекинули надёжные мосты. Любопытные с ужасом обнаружили, что пара миль каменного комплекса теперь висит над бездонными пропастями. Но за всё время лишь однажды дроу встретились с реальной опасностью – целым выводком ползунов. Твари пробили стену и устроили из обломков небольшой «замок», тоннели от которого тянулись в глубину базальта за стенами Прохода.
     Опаснейшие твари в Нижней Тьме, ползуны замедлили марш всего на пару часов. Усиленная магами Молув’итар и Нартеру, армия домов прошла сквозь гнездовье как нож, с отрядами Ортвилле и Крыла дракона в качестве смертельного острия. Старшие матери долго не могли привести в чувство обуреваемую жаждой наживы Джулу – сотни туш ползунов обещали баснословную прибыль, но тащить их с собой было невозможно.
     За три недели дроу прошли столько, сколько по Пустотам пришлось бы идти три месяца. И хоть воды оказалось достаточно, голые стены были куда пустынней диких пещер. Пища начала стабильно убывать.
     Сдержать волнения помогали припасы, закупленные у дворфов перед тем, как Врата Стали раскрылись, и дроу вошли в тёмный коридор Прохода.
     Решившись на открытие Врат, король Деммалек и так пошёл на сомнительный ход. Дворфы Герин-Латор разделились во мнениях – некоторые считали, что запустить дроу стоит, просто чтобы узнать, что получится. Если они сдохнут – туда и дорога. Другие не желали видеть и ноги чёрного эльфа на своей территории.
     В итоге караваны всё же провели по владениям дворфов, под конвоем множества солдат. Холодный прём Джулу Тимарит нисколько не смущал – вопрос провизии изначально стоял остро, а рядом лежал вполне процветающий город. Старшие матери немедленно постарались связаться с дворфами.
     Переговоры кончились ничем.
     Несколько дней спустя, когда дроу медленно собирались недалеко от Врат Стали, в соседнем тоннеле остановился караван дворфов. Шахтёры из дальней штольни шли в Герин-Латор гружёные ценной рудой и минералами для алхимиков. Охранники разошлись по окружающим проходам, держась в виду огней лагеря.
     Нести бремя защиты был долг всякого лидера – хозяин каравана, бригадир-десятник шахты, вышел наравне со всеми. Не прошло и пары часов, как он вдруг заметил, что на него таращится из-за камня пара лазурных глаз.
     Раньше туда немедленно врезался бы метательный топорик, и страж заорал тревогу… но почти каждый дворф в Герин-Латор знал об их необычных гостях.
     – Чтоб меня, – буркнул бригадир-десятник. – Маленький эльф. Я думал, вас всех держат на поводке…
     Два фонарика в темноте принадлежали девчушке-дроу лет десяти. Не смутившись того, что её заметили, девочка показалась из-за камня, разглядывая караван за спиной стража. На фоне походных огней двигались приземистые фигуры, десяток крупных круглобоков жевали подложенные им рубленые грибы.
     – Ваш род двигается по соседнему тоннелю? – спросил десятник. – Ты потерялась, что ли?
     Девчонка покрутила головой.
     – Я убежала, – протянула она. – Мы услышали, как патрульные говорили про вас. Что караван дворфов в соседней пещере. Мне стало интересно.
     Звуки голоса немедленно привлекли внимание другого охранника неподалёку.
     – Ну ты нас за развлечение не держи! – фыркнул хозяин.
     – Слушай, отгони ты её, – вмешался солдат, подходя ближе. – Черношкурые только проблемы несут!
     – Да это ж мелочь ещё совсем, – пробурчал десятник.
     Ненависть к предельно злобным чернокожим эльфам была нормой для Нижней Тьмы – все ненавидели дроу. Но злиться на совершенно определённо маленькую девочку было чересчур даже для предельно прямолинейных дворфов.
     Малышка бесстрашно выглянула из-за камня.
     – А почему у тебя волосы не на голове, а снизу? – спросила она.
     – Это… это ж борода, мелочь бестолковая, – неуверенно пробасил десятник, оглаживая рыжеватую лопату. – Что ль у ваших мужчин совсем никто не носит?
     Девочка покрутила головой.
     – Нееет… У эльфов дроу волосы только на голове, – ответила она с интересом. – А на ушах у дворфов растут волосы?
     – Че… чего бы им там расти? – рыкнул хозяин каравана. – Вот же балда лупоглазая… Что ли вас ничему не учат родители!
     – Нас учит сестра-наставница, – сообщила малышка. – Но она нам ничего ещё не рассказывала про разных дикарей…
     – Дикарей?! – возмутился дворф, хватаясь за рукоять молота. – Сказано, черношкурые!
     Малышка испуганно спряталась за камень по глаза.
     – А я и говорил, просто отгони, как другую тварь, – брезгливо буркнул охранник. – Эти мрази рождаются ублюдочными, как видно…
     Первый дворф неуверенно хмыкнул – жёлчность товарища коробила не меньше чем наивная грубость девочки.
     – А сам-то хорош! – резко раздалось над патрульными. – Ишь, выискался, с детьми воевать!
     С треском по головам дворфов прошлась поварёшка, ловко сбив шлемы на глаза. Патрульные нервно дёрнулись.
     – Как против тоннельной тени – так сразу за щит прятаться!
     Из темноты к ним бесшумно подалась рослая дворфийка с копной вьющихся каштановых волос, в кольчуге, как и все караванные.
     – Эт не тебе дуралею решать, кто рождается ублюдком, а кого за так подвесят! – рыкнула женщина. – Так что вали-ка ты в обход, пока я тебе взыскание не выписала.
     Патрульный, бурча неразборчивые недовольства, поплёлся прочь.
     – А ты, муженёк, уж лучше должен знать, чем лясы точить на посту! – перешла она на десятника. – Сотню раз караван провёл, а вот потерять только раз можно.
     Главный караванщик под взглядом жены ушёл в оборону, машинально приподняв щит. Лучшая половина, скорее всего оторванная от стряпни, явно была не в духе.
     Дворфийка покосилась на светящиеся в темноте глаза.
     – А ты, мелочь, живо к своим давай, – сурово скомандовала она. – Детям в Пустотах бродить не след!
     – Ага… – потрясённо сказала девочка, но с места не сдвинулась. – А ты… ты женщина?
     Дворфийка удивлённо свела густые брови.
     – Уж утром ещё была, – сообщила она, демонстративно поправляя объёмный бюст. – Что ж, не похожа?
     – Похожа, – неожиданно пугливо ответила девочка. – А нам говорят, что у других рас женщины не выше мужчин…
     Дворфийка удивлённо умолкла на секунду, затем гулко рассмеялась:
     – Ну вас там ничему и не учат, малышка!
     Она слегка треснула сделавшего кислую мину мужа поварёшкой. Тот с недовольным бурчанием отмахнулся.
     – Достаточно.
     Малышка испуганно пискнула, но на её плечо уже легла тонкая ладонь. Тёмная фигура на фоне тьмы возникла за спиной девочки будто из воздуха.
     – Мидорае. Ты сильно провинилась, ты это понимаешь?
     В голосе Ирае хрустел лёд. Девчонка поникла, выдавив обречённое:
     – Да, сестра…
     – В таком случае, наказание тебя не удивит. Мы возвращаемся.
     Ирае обратилась к ошарашенным неожиданным появлением дворфам:
     – Надеюсь, она не создала проблем? – Жрица указала на сестру: – За лишние провинности не помешает наказать больше…
     – А что ж такого в наказание ей полагается? – подозрительно спросила дворфийка.
     Истории о крайней жестокости дроу были широко известны даже среди дворфов. Включая истории о воспитании детей.
     – Кто знает. Порка, лишение еды, тяжёлый труд без сна, возможно? – бесстрастно ответила Ирае.
     Лицо дворфийки стало суровым, но жрица Союза не отреагировала.
     – Или, возможно, я просто оставлю тебя наедине с Греянной, – продолжила она холодным тоном. – Она хотела было поучить своих младших сестёр магии, но взамен лишь обнаружила твою пропажу. Теперь она места себе найти не может.
     Мидорае отчаянно вцепилась в подол старшей сестры.
     – Я… я не хотела! Я не знала!.. – жалобно проскулила малышка. – Пожалуйста, сестра Ирае, пошли назад, я ей скажу!..
     – Мой ящер за той колонной, – прохладно указала жрица. – Живо.
     Малышка бросила на дворфов прощальный взгляд и припустила в темноту.
     – Хах, – озадаченно хмыкнул дворф. – Слыхал, что у дроу есть поговорка: «Старшая сестра злей туннельной тени».
     – Это правда. Я, однако, стараюсь обратить злость сёстрам в урок.
     Ирае отвернулась и шагнула прочь от границ лагеря. Дворф подался вперёд.
     – Эй, погоди-ка, – окликнул он.
     Жрица обернулась, вопросительно подняв брови.
     – Я тут слышал… – протянул десятник, – вы хотели связаться с нашими купцами?
     – Король запретил дроу входить в город, – заметила Ирае. – Нужно полагать, что наши товары вашему народу попросту не нужны.
     – Это… как сказать, – протянул бригадир. – Вот что… Я могу кое-что шепнуть паре ушей. Может, кому из ваших хозяек сможешь передать, что если к патрулю дворфы подойдут, чтоб их не прирезали с ходу?
     – Уверяю, если кто-то захочет связаться с каким-либо из домов, основной проблемой будут ваши часовые, – заметила Ирае.
     Когда дроу растворилась в темноте, жена снова треснула дворфа поварёшкой:
     – Ну ты кого из себя возомнил-то, борода твоя драная?! С чернорожими торговать? Сбежать от меня хочешь – уж беги, но в кандалы-то чего ты просишься?!
     Дворф только отмахнулся, поправив шлем. До города оставалось всего полдня пути…
     Врата оказались огромным железным прямоугольником, впаянным прямо в поверхность базальта. Стальные створки были лишены каких-либо украшений или орнаментов – за исключением странного угловатого узора. Так, согласно слухам, жители поверхности изображали звёзды, а точнее, абстрактные фигуры, которые видели в россыпи белых точек на ночном небе. Пара хорошо одетых молодых дворфов в сопровождении серьёзно вооружённого отряда явилась к лагерю тёмных эльфов в конце второго дня.
     Заключение сделок на себя взяли Ларриа и Джула, охотно схлестнувшись с бородатыми коротышками в торгах – сражении менее кровавом, но не мене ожесточённом, чем настоящая битва.
     Алистраи наконец-то поняла, почему младшие дома вели себя столь пассивно – они банально использовали её и её подданных в качестве прикрытия. И когда пришла пора воспользоваться редкими возможностями, ждать «союзницы» не стали. К счастью, старшим матерям хватило благоразумия воздержаться от старых привычек и не сплетать вокруг сделок с дворфами сеть интриг.
     Последние в свою очередь охотно расстались со всегда ценной в Нижней Тьме пищей. Живущие в тёмном мире дворфы не хуже дроу умели обеспечить своё выживание – мясо ящеров, съедобные лишайники и грибы, пещерная рыба и моллюски имелись у них в достатке. Единственное чего дворфы не разводили, это съедобных жуков – насекомые по их традиции считались исключительно мерзкими. На обмен почти целиком ушли ценные грузы Ларрии и Джулы, караваны с тканями, оружием, реагентами и металлом – умелые ремесленники, дворфы ценили производимые тёмными эльфами редкие материалы.
     Вскоре Ирае без удивления наблюдала как орки и другие рабы деловито перегружали тюки и бочки с провизией из телег дворфов на повозки дроу.
     – Меня поражает, что твоя уловка сработала, сестрица.
     Шалшари проявилась рядом из темноты.
     – Кому ты продала душу, чтобы так ясно видеть будущее?
     – Не стоит молить богов о том, чего можно добиться своими силами, – ровно ответила Ирае. – Фанатичная преданность – или фанатичный страх – не единственный способ обрести силу.
     Шалшари хихикнула, изгоняя черноту из глаз.
     – Кто бы мог подумать, что наши малышки окажутся такими полезными ещё до начала обучения, – проворковала она. – Но, конечно, использовать их вот так вслепую…
     Вторая дочь покосилась в сторону загона неподалёку. Маленькие принцессы Молув’итар возились там, скармливая ящерам резаные грибы. Неожиданно раздался испуганный писк – девочки бросились выцарапывать из пасти голодного круглобока обречённо сжавшегося Малыша.
     За время марша многие дети стали для семей полезней чем когда-либо. Раньше спасаемая лишь потенциалом пользы в будущем обуза, сейчас дети были безжалостно приставлены к работе. И многие оказались этому рады – жизнь взаперти с избытком порождала скуку, а теперь о ней говорить не приходилось. К тому же многие юные дроу впервые узнали, что такое компания сверстников. Раньше большинство росло в одиночестве.
     Неожиданной проблемой для наставниц и смотрительниц стали рабы – дети проводили много времени с ящерами, заботиться о которых помогали орки Чёрной скалы и прочие невольники. Вокруг загонов молодые дроу узнавали много нового о жизни за пределами общества темнокожих сородичей.
     На этой почве периодически возникали конфликты. И часто их, как и многие другие проблемы, разрешало неожиданное вмешательство – слово жриц в чёрных мантиях с белой окантовкой. Послушницы Союза-во-Тьме держались так властно, что перечить им не смели даже самые самоуверенные дроу. Молодые женщины в чёрно-белых одеждах неизбежно добивались своего, часто без капли магии – хоть и было очевидно, что странные послушницы не слабее жриц Тёмной Матери.
     Но даже все эти вопиющие перемены не нарушили стальной дисциплины марша. Дроу двигались по Проходу, растянувшись на пару миль, прикрыв фланги солдатами и всегда настороже.
     Когда караваны остановились на границе мёртвого города, многие ждали обычного приказа разбить лагерь на ночь – хоть и было рановато. Но приказ не пришёл. Хозяйки желали, чтобы караваны могли отправиться при первой возможности. Взамен, до самой группы идущих в хвосте рабов долетели новости о необычных руинах.
     Старшая мать Дома Огня и её сопровождение ждали вестей так и не ступив на словно растущий из камня под Проходом мост. Алистраи всегда в головном караване, хоть другие матери всё ещё предпочитали оставаться под охраной солдат.
     Патрули вернулись вскоре. Мост тянулся над руинами через всю пещеру, и на другой стороне обнаружилось продолжение Прохода.
     Согласно амулетам-часам – которые, за неимением «Сфер богини», стали чрезвычайно важны – прошло меньше часа, когда по обширному лагерю дроу прошёл приказ двигаться. Тёмные эльфы готовились пресечь странную пещеру.
     – Нужно двигаться как можно быстрее, – протянула Вьерна, глядя на сбор передового отряда. – Мне не нравится это место…
     – Я слышала, многие хотели осмотреть руины внимательней, – заметила Брия.
     – Маги Нартеру, – буркнула первая дочь. – Ищут, чем бы поживиться. Эта дыра разит какой-то дрянью, нам стоит убраться отсюда подальше.
     Плотным потоком дроу двинулись по мосту. Как и прежде, караваны держались внутри, их прикрывали солдаты. Сейчас, однако, немало отрядов рассредоточились среди простых дроу – опасность могла обрушиться сверху. Магам особо приказали держаться настороже. Надёжность моста проверили до самого Прохода, он оказался поразительно нетронутым.
     Впрочем, весь город казался достаточно целым, только странно… смещённым. Многие повреждённые здания кренились под странными углами, как небрежно брошенные модели или игрушки. В городе не было также ни намёка на улицы или площади, только промежутки голого камня между зданиями.
     В темноте под мостом среди необычных руин двигалась пара фигур.
     – Хм… всё это так странно, – протянул маг, глядя прямо перед собой.
     – Скажи что-то новое, – буркнул мечник. – Точно никаких идей? Мы были за краем мира, но никогда не видели таких зданий? Только не говори, что они из… будущего или что-то вроде.
     Кей только неопределённо хмыкнул. По его наблюдениям город рухнул – а точнее медленно проплавил себе путь откуда-то сверху. Но пещера имела потолок, значит, сегмент появился здесь, раздвинув породу…
     – Но меня даже удивляет их темп, признаюсь, – продолжил Джей, оглядываясь вокруг. – Отмахать так браво почти месяц…
     – Дроу, – ответил маг. – Напомню, что это не кучка беженцев с узлом из тёщиной скатерти на горбу. Среди них нет стариков, нет калек.
     – Нет даже больных, – согласился Джей. – Я видел, как в палатку к Эозоре силой запихнули одного с кашлем. Надышался каких-то спор, кажется…
     – И даже дети крепче некуда, – продолжил Кей. – Эльфы всегда легко приспосабливаются, а уж в юном возрасте… Малышки Алистраи вырастут куда опасней сверстниц из Кворвата.
     – Это ежели гнев Темной Матери не настигнет их слишком рано, – протянул мечник. – Они где, в паре недель?
     – Не уверен, мои ребята задерживаются…
     Джей резко обернулся в сторону:
     – А здесь они ничего не нашли?
     Путешественники подбежали к продолговатой тени неподалёку, едва заметной под порой массивных камней. Джей отбросил валун с лёгкостью пушинки и перевернул тело.
     – Один из них…
     Перед ними лежал мёртвый дроу. Мечник оглянулся вокруг:
     – Есть идеи?
     Кей понял раскрытую ладонь, над ней сверкали хаотичные огоньки.
     – О боги, – ровно сказал он. – Я знал, что они прячутся, но не рассчитывал…
     Над ними раздался пронзительный громкий хруст, задрожавший эхом среди мёртвых башен. Тысячи дроу на мосту замерли, с ужасом ощущая как камень под ногами сдвинулся.
     – …что их столько. В сторону!..
     Под оглушённый треск камня опоры моста обмякли, стремительно обращаясь в квадратные груды щебня.
     Каменное полотно моста над странными руинами почти грациозно осело… удержав форму лишь на секунду.
     Застывшие на мосту дроу вдруг ощутили неведомое многим чувство свободного падения – в следующий миг мощный удар выбил из тысяч дроу крики боли. Многие не удержались и рухнули, некоторые, в основном солдаты и женщины покрепче, сумели упасть только на колени. С грустным рёвом часть круглобоков опрокинулась, увлекаемая грузом поклажи.
     В мосте образовался провал почти в две мили длинной. Две пары опор перестали существовать.
     Пыль висела над обломками. Разбитый мост превратился в десяток каменных груд. Некоторые платформы упали на крыши, другие только зацепились, образовав ущелья среди брошенных зданий, по их «стенам» с паническими вскриками неловко скользили эльфы и животные. В пыли и обломках копошились фигурки ошарашенных внезапной катастрофой тёмных эльфов.
     Рёв испуганных животных быстро перекрыли громкие команды опомнившихся командиров и хозяек караванов. В голоса то и дело примешивались крики и стоны раненых. Слуги и простолюдины скрывались за линиями медленно собиравшихся в отряды солдат, раненых поспешно выводили – или вытаскивали – на безопасные поверхности. Из почти сотни магов сотворить левитацию успели немногие.
     Падение платформы выбросило Вьерну из седла. Когда она стряхнула шок и поднялась, её чернокоготь уже оказался рядом. Генерал вскочила в седло и рванулась туда, где осталась мать – Алистраи, упрямо идущая во главе похода, скрылась в облаке пыли чуть в стороне. Но опаска была лишней. Стоило Вьерне приблизиться, как обломки рядом вдруг отбросила волна пламени – в ореоле огня Старшая мать и шесть легиек появились среди раскалённых камней.
     – Обойди по периметру и выясни, что это было! – резко скомандовала Алистраи дочери.
     – Но, Старшая мать!..
     Хозяйка Молув’итар резко раскинула руки, и огненный смерч приподнял её над землёй. Легийки стремительно растворились в темноте.
     – Живо, Вьерна! И найди своих сестёр! Тессар!..
     Первая дочь мельком заметила сухую фигуру брата, уже развернув ящера. На чарах левитации Тессар подплыл к матери:
     – Наши силы собрались для обороны. Дом Ортвилле окружает слуг матери Ларрии и матери Джулы.
     – Полагаю, Ссавата в полном порядке? – буркнула Алистраи.
     – Её караван оказался на одной из крыш целиком, – ровно ответил Тессар.
     – Я ощущаю что-то странное…
     – Вон там.
     Тессар указал в сторону, на две крупные группы чуть накренившихся зданий в полусотне шагов. На открытом пространстве между ними – не площадь, но просто камень пещеры – всё ещё клубилась пыль.
     И сквозь неё к дроу медленно двигались скрытые темнотой безликие, бесформенные тени. Неизвестные приблизились постепенно, позволяя дроу рассмотреть неожиданные и пугающие детали…
     Здесь было всё, что могла предоставить Нижняя Тьма. Животные и монстры, эльфы и дворфы, орки и гоблины, гномы, люди, и гуманоиды, имя которым знали только искушённые учёные.
     Настоящая армия, мало уступающая в числе походу дроу, сжималась вокруг ещё не до конца выбравшихся из завалов жертв.
     Первым пролили кровь дроу – а точнее, Крыло дракона. Фалендира не стала ждать приказа, или даже медлить. Она коротко махнула рукой и её уже занявшие оборону бойцы без лишних понуканий пустили стрелы в зловещих гостей впереди – смешанную толпу дворфов в грязной броне, диких гоблинов и ненормально тихих тоннельных теней.
     Бесшумно явившиеся из темноты создания взревели, бросаясь в атаку так резко, словно обезумели в единый миг. Солдаты Крыла встретили волну не дрогнув, тёплое свечение крови быстро окрасило камень мёртвого города…
     Племя орков Чёрной скалы каким-то чудом не попало под обрушение – идя последними, они оказались как раз на краю устоявшего сегмента. Рабы дома Авармин стремительно собрались в круговую оборону. Воинов разделили на два отряда – один для обороны племени, а другой должен был спуститься и встать на защиту хозяев, как было приказано. Тревожные крики занявших оборону охотников прервали эти планы. На мост карабкались сотни врагов – животных и насекомых. Ведомые словно единой волей, противники врезались в первые ряды орков Чёрной скалы.
     Сквозь темноту сверкнули вспышки – пара огненных лучей вырвала заметные куски из разношёрстной толпы. К Алистраи, пробравшись через невысокий завал, поспешил отряд стражниц Дома Огня.
     – Старшая мать, госпожа Вьерна послала нас!..
     – Все в оборону.
     Холодный голос Алистраи магически разнёсся над округой. Сама колдунья резко взлетела в воздух, оставив шлейф жара в направлении центра разбросанных по завалам караванов.
     – Поработители рядом.
     Жуткие слова породили среди дроу тихую панику, перекрыв тревогу, как от падения моста, так и от атаки дикой смеси случайных созданий.
     В Кворвате хорошо знали силу странных «незримых хозяев». Эти создания никогда не показывали истинного облика. Взамен они врывались в умы всех, кто был слишком глуп или слаб, чтобы сопротивляться. В безвольные марионетки они легко обращали любого, и разумное существо, и животных с монстрами. Иногда их слуги очень походили на зомби – к примеру, как те, что окружали сейчас караваны застрявших в мёртвом городе тёмных эльфов.
     Вслед за голосом Старшей матери над дроу раздался другой голос. Глухой и низкий, на неизвестном наречии он беззвучно говорил о тщетном сопротивлении. Говорил, что нужно просто сдаться, что надежды нет, они пришли сюда, чтобы умереть…
     Многие даже не поняли, что голос звучит прямо в их голове, принимая за собственные мысли.
     – Не слушайте это, прокляни вас Мать! – Мощный рык Вьерны разнёсся над линией солдат. – Вы же знаете, что бывает!
     Раздались речитативы заклинаний – маги, годами тренирующие концентрацию, подавили «голос» без труда, и обрушили на противника разрушительные удары. Множество магических сгустков нашли цели в стаях гигантских летучих мышей и насекомых, возникших из темноты сверху. Часть голосов принадлежала жрицам Союза – их странная магия окутывала ближайших солдат, заглушая волю поработителя и наполняя верой в победу.
     Будто по неслышной команде, несколько десятков солдат, до того послушно занимающие оборону тут и там, безмолвно схватились за клинки и обрушились на своих товарищей с абсолютным бешенством. Несколько окровавленных жертв рухнули на землю, но безумцев быстро связали боем, не позволяя прорваться к явно намеченным целям – магам и жрицам в чёрно-белых мантиях. На защиту кинулись телохранители и ближайшие солдаты. Образовалась новая волна хаоса.
     Сухой голос прошёл по умам эльфов вновь, порождая…
     Резкий рёв пламени заглушил шёпот поработителя. Алистраи в волне огня зависла над расколотыми плитами моста, где собрались тёмные эльфы. Раскинув руки, она стремительно крутнулась в воздухе – огонь волнами разошёлся над боем, заставляя многих дроу невольно зажмуриться. Нескольким воинам это едва не стоило жизни – порабощённые животные и дикари атаковали с самоубийственным упорством.
     – Сосредоточьтесь на звуке пламени! – крикнула Вьерна, проносясь вдоль линий сражающихся солдат.
     Мимо её головы свистнули стрелы. В ответ Первая дочь метнула свой клинок с такой силой, что тощего ящероида унесло в темноту.
     – Сопротивляйтесь голосу до самого конца, если вам дороги ваши мозги!
     Меч со вспышкой вернулся в руку Вьерны. Рядом с сестрой вдруг вынырнула Ирае – плеть голубых молний ударила с её пальцев в пару хрипящих от бешенства ящеров странной породы.
     Схваченных за разум солдат теснили, несмотря на их исступлённые атаки. Все они были патрульными, ходившими на разведку в руны. Все до единого они теперь дико старались лишить жизни хоть кого-нибудь.
     Рядом с одним таким боем неожиданно вынырнула дроу в лёгком платье:
     – Идиоты! Не вздумаете их убивать!
     Ведущий резко развернулся но, заметив выражение лица Эзоры, пугливо отпрянул. Спорить с ней сейчас было опасно, но солдат всё же заметил:
     – С ними всё кончено. Если поработитель сожрал их…
     – Заткнись, – отрезала алхимик. – Вот!
     В руки ведущего плюхнулась сумка с колбами.
     – Парализуйте их и напоите снадобьем, – скомандовала Эзора. – Это зелье я делала для Дома Огня, когда они уничтожили кабал в порту. Солдаты потеряют сознание, а когда очнутся… будем надеяться, что всё уже кончится.
     Эзора двинулась дальше, следом за ней спешила пара молодых подмастерьев, юноша и девушка.
     Алистраи спустилась над рядами Крыла. Бой тут быстро стихал – толпа нападающих заметно поредела.
     – Нужно найти шепчущих, – скомандовала она, обращаясь к Фалендире. – Среди рабов скрываются создания, которые…
     – Я знаю, – прервала та. – Истории, как ты стёрла кабал, в городе были хорошо известны.
     Мимо без приказа пробежало несколько связок солдат Крыла. Пробравшись сквозь трупы, они обошли волну порабощённых с тыла.
     – Потому совет и упустил порт, – заметила Фалендира. – Никто не рискнул забрать то, что ты вырвала силой.
     – В таком случае, ты знаешь, как эти твари опасны, – заметила Алистраи. – Отправь своих солдат на другие места, я хочу чтобы…
     Резко движение в стороне заставило их прерваться – Фалендира размашистым ударом рассекла надвое крупную тоннельную тень, скакнувшую из темноты внезапно, как призрак. Осветив кучи трупов, волна пламени врезалась в массивное существо поодаль, укутанное лохмотьями. Алистраи злобно рыкнула и ударила вновь, покрывая создание огнём.
     – Ничтожество! – рыкнула старшая мать. – По-твоему, сможешь меня просто прикончить?
     – Это и есть один из таких? – спросила хозяйка Крыла.
     Сквозь сгорающие обмотки мелькнули очертания тела. Создание некогда было гуманоидом, может эльфом или человеком. Но теперь плоть пучилась от жгутов тёмных вен, конечности гнулись как щупальца. Голову заменяла вытянутая форма, в её нижней части дико дёргались короткие щупальца.
     – Был.
     Алистраи двинула рукой, и тело опало неподвижно. Резкие вопли агонии и паники, и дикий рёв животных вокруг сообщили, что контроль над этой частью рабов поработитель потерял.
     – Уничтожим их всех – тварь скроется восвояси, – сказала Алистраи. – Мои дети наверняка уже работают над этим. Но мой огонь блокирует только часть его голоса, если отойти далеко…
     – Это я уже поняла, – заметила хозяйка. – Тебе стоит заняться другой стороной, мать Алистраи. Здесь я закончу сама…
     Фалендира рванулась в темноту – оттуда немедленно раздались предсмертные вопли и визги. Алистраи поднялась выше, и опять поплыла в сторону центра, осматривая смуту внизу. Она успела вовремя – если голос и захватил кого-то, то их уже убили. Или даже пытались лишь обезвредить…
     – Я сказала, бери флаконы! – бушевала Эзора, наседая на солдата Ортвилле.
     – Они прикончили пятерых моих бойцов. – Командир был на взводе, храбро выступая против взбешённой женщины. – Их жизнь – моя!
     – Их жизнь принадлежит их хозяйке! – рыкнула дроу. – Только заикнись о долге крови!
     – Прикончить их безопаснее для…
     – Тебя! Трус!
     Эзора с силой пихнула солдата в сторону.
     – Ты по-другому запел бы, если бы это твои мозги жрал поработитель!
     Выхватив палочку она рыкнула заклятие – в сражающихся рядом дроу ударила волна молний. Бойцы дома едва успели отпрыгнуть, но захваченный голосом эльф рухнул на камни.
     – Мы должны вернуть всех кого сможем, кретины! – рычала дроу, вливая зелье в рот парализованного солдата. – Сколько, по-вашему, нас осталось?
     В стороне возникла одна из послушниц Союза. Пролетая мимо, Алистраи с удивлением узнала в ней одну из дочерей Джулы.
     – Несите убитых в центр, к моим сёстрам, – спокойно скомандовала благородная дочь. – О них позаботятся. Раненые могут подойти ко мне.
     Несколько солдат несмело приблизились. Жрица молча подошла к ближайшему, взяла разорванную клыками руку и начал шептать заклятие. Когда она закончила, один из бойцов, молодой эльф неуверенно подался вперёд:
     – Вы… собираетесь вернуть их?
     – Разумеется, – бесстрастно ответила послушница.
     Над солдатами возникло напряжение, перекрывшее даже напряжение ещё не оконченного боя.
     Жизнь дроу принадлежала Тёмной Матери. Таков был неписанный закон. Мать решала, кому вернуться, а кому навечно отправиться в забвение. Церковь безжалостно боролась с историями о поверхности, где по слухам боги нередко возвращали смертных к жизни руками преданных слуг. В мире дроу, однако, вернуться могли лишь избранные, обычно высшие жрицы или верные Тёмной Матери благородные.
     Адепты Союза-во-Тьме собирались переступить эти традиции. С уверенностью.
     Будто не замечая сомнений вокруг, жрица сделала ближайшему знак подойти. Затем вдруг полуобернулась, глядя через плечо:
     – Ты следующая.
     Под удивлёнными взглядами солдат сжалась молодая женщина в простом платье, державшая под руку мальчишку с окровавленным лицом. После короткой паузы один из солдат подхватил ребёнка с другой стороны. Потом просто взял на руки и поспешил к жрице…
     Дочерей Алистраи нашла у дальнего края «лагеря», там, где собрались идущие последними караваны дома Авармин. Вьерна раздавала приказы солдатам, Ирае рядом перевязывала голову лежащему на земле мужчине в одежде ремесленника.
     – И держитесь от них подальше, ясно?! – рыкнула Вьерна. – А теперь живо, и не возвращайтесь, пока каждая тварь не сдохнет!
     Воины дроу рванулись за пределы обороны, в промежуток среди поредевших толп обезумевших слуг поработителя.
     – Если у тебя кончилась магия, просто позови кого-то из колдунов! – рыкнула Вьерна сестре.
     – Он может умереть, если бросить его вот так, – сухо ответила Ирае. – Где Брия?
     – Гонит одну из тварей…
     – И ты отправила её одну?
     Дочери мельком оглянулись на опустившуюся рядом Алистраи.
     – Брия знает что делать, – заверила Вьерна. – С ней отправились её солдаты, они вернутся с головой шепчущего с минуты на минуту.
     – Я надеюсь, что не наоборот, – обронила мать. – Один из них напал на меня.
     – Он знает! – ахнула Вьерна.
     – Нашу мать трудно не заметить, особенно из-за огня.
     Ирае поднялась от раненого и сделала знак куда-то в сторону. Тут же рядом появилась пара слуг с матерчатыми носилками.
     – Вы уже собрали раненных? – удивилась Алистраи. – Я боялась, что мы пострадали сильнее…
     – Мне сообщили о сотне мёртвых, – ровно ответила Ирае. – Не думаю, что мы можем вернуть всех…
     – Я всё ещё считаю, что это лишнее искушение судьбы, – пробурчала Вьерна.
     – Где ваши сёстры? – неожиданно поняла кое-что Алистраи. – Где Шалшари и Мелларика?
     – Шалшари ушла в руины, – ответила Вьерна. – Так мне сказали, я её не видела, честно говоря… Мелларика, как я поняла, была с ней.
     – Наша новая сестра способней, чем мы думали, – задумчиво заметила Ирае.
     – А Греянна? И где…
     Дочери вдруг переглянулись с заметным напряжением.
     – Найдите их, – глухо сказала Алистраи. – Найдите их немедленно!..
* * *
     Убедившись, что она ещё жива, Квейлан осторожно попыталась высвободиться из камней. Но пара валунов держала крепко. Девочка не ощущала боли, однако нога оказалась захвачена каменным пленом всерьёз.
     Когда рухнул мост, разум Квейлан будто померк. Она даже не поняла что случалось, просто всё вокруг будто поехало вверх… Потом помнился только резкий удар в ноги, и как потемнело в глазах, и боль в спине. Сестра Греянна крикнула – её голос, очень испуганный, затих где-то высоко.
     Теперь Квейлан оказалась в темноте, под завалом камней.
     – Всё… всё будет хорошо…
     Она понятия не имела, почему говорит это, но это казалось важным. Конечно, куда лучше было бы, если бы это сказала её сестра… Желательно, Греянна.
     Осторожно приподнявшись, девочка со страхом осмотрела свою ловушку. Камни лежали огромной грудой. Она подумала шевельнуть ногой… и не стала. Если всё это рухнет…
     Острожное касание к руке почти заставило Квейлан взорваться диким визгом паники. Но ощущение было знакомым!
     – Малыш… – выдохнула она, поднимая паучка на руки. – Глупый! Я чуть не закричала…
     Неожиданно она уставилась на ногу. Затем с напряжённым пыхтением нагнулась вперёд и потянулась к завалу. Пальцы с шорохом вошли в мягкую груду, и Квейлан снова чуть не взвизгнула, уже от радости. Под ногой была совсем мягкая насыпь.
     Она отгребла крошку и пыль и осторожно вынула ногу из камней. Выбравшись из жёсткой насыпи, младшая принцесса поднялась и отряхнула платье.
     – Вот и хорошо. Но куда теперь мне?..
     Она оглянулась вокруг. Квейлан оказалась в каком-то зале с глухими каменными стенами, совершено пустом, не считая каменных груд. Вдруг девочка в догадке подняла голову.
     – Вот же…
     В полке было едва заметное в темновидении неровное отверстие. Сверху раздавилась звуки, похожие на шум боя – дети уже слышали такие в этом походе…
     С вкрадчивым шорохом каменный завал резко схлопнулся. Квейлан всё же испуганно пискнула, заполнив помещение звонким эхом.
     Она испугано застыла, глядя по сторонам. Паника постепенно сошла на нет, и девочка перевела дыхание.
     Немедленно рядом раздался новый шорох. Квейлан нервно подобралась, перебирая в уме десятки способов защититься. Приёмы, которые она видела в спарринге сестёр, и магия, которой её учили в последнее время…
     Юная тёмная эльфийка быстро признала, что ничего из этого не окажет большего эффекта, чем она могла добиться кулаками. А кулаками она не всегда могла отогнать даже свою надоедливую сестрёнку…
     Над одним из дальних завалов показалось какое-то движение. Затем рывком поднялась знакомая фигура.
     – Квейлан!
     Кубарем скатившись в облаке пыли, щуплая тень рванулась к Квейлан и повисла у сестры на шее.
     – Мидорае, – облегчённо протянула та. – Ты тоже упала…
     – Как я рада, что тебя нашла!.. Мы наверно упали вместе.
     – А чего ты так резко выскочила? Может я как-то монстр…
     Мидорае хихикнула, всё ещё прижимаясь к сестре.
     – Я узнала твой испуганный писк! Ты как маленькая…
     Квейлан жарко вспыхнула и со зловещим клёкотом замахнулась кулачком:
     – Ах ты!..
     Она потухла так же резко, как завелась, и только легко стукнула сестру по макушке.
     – Дурочка, – пробурчала она, обнимая Мидорае в ответ.
     Младшие принцессы замерли на секунду. Малыш деловито перебрался с плеча Квейлан на её голову.
     – Нам нужно искать выход, – сказала Квейлан, отстраняясь от сестры и снимая паука с макушки. – Ты что-нибудь видела, с той стороны?
     – Нет… Давай в другую пойдём, там нет никого выхода. Я даже боялась, что застряла в этой яме. Где мы, по-твоему?
     – В одном из зданий, наверное… И чего этот дурацкий мост вдруг рухнул?..
     В зале, куда провалилась Квейлан, в дальней стене нашёлся проход. Надежда выбраться наружу умерла, когда тоннель заметно пошёл вниз. Но карабкаться к пролому в потолке казалось безнадёжным. Понизив голоса до шёпота, девочки осторожно двинулись по единственной дороге.
     – Смотри, тут будто кто-то стену грыз, – вдруг шепнула Квейлан, тыкая в странные отметины на камне.
     – Откуда ты знаешь? Выглядит как простой тоннель.
     – Вот такие метки я видела в книге… и Брия рассказывала, помнишь, про…
     Разговоры прервались, когда тоннель кончился, и девочки выбрались в широкое помещение. Пол и стены покрывали странные продолговатые наросты, по форме будто скомканная ткань, но определённо каменные.
     – Че… чего это? – выдавила Квейлан. – Мида, я… мне страшно…
     Мидорае промолчала, затем взяла сестру за руку.
     – Мне тоже, – не глядя на Квейлан сказала она. – Нам просто нужно найти кого-нибудь.
     – Да… Не обязательно даже кого-то из сестёр… или слуг. Нам любой поможет, да? Теперь нам можно не бояться других дроу…
     Они пошли дальше, стараясь не смотреть на искорёженное окружение. Странные складки придавали пещере пугающий оттенок. Казалось, что она то сжимается, то увеличивается, в то же время будто поглощая любое движение.
     Резкий шорох заставил девочек испуганно замереть на миг. Затем они резко оглянулись вокруг.
     – Мида… – жалобно протянула Квейлан.
     – Шшш. Я тоже вижу…
     Вокруг маленьких дроу без предупреждения началось странное шевеление. На «складках» камня начали возникать какие-то отростки. И быстро стало ясно, что это небольшие змеевидные существа выбирались из «скомканного» камня и замирали. Бесформенные комки на месте голов обращались к девочкам.
     Тела существ странно пульсировали. Квейлан с тошнотой поняла, что создания будто сплетены из пухлых жгутов плоти. Девочка невольно шагнули назад. По окружающему их морю узких тел прошло движение.
     – Они… повсюду… – обречённо шепнула Квейлан.
     Сестра в ответ сжала её руку.
     – Я… попробую их отвлечь, – ровно сказала Мидорае. – Убегай. Беги изо всех сил…
     Квейлан отчаянно вцепилась сестре в руку:
     – Не!.. Мида, не говори тако!..
     Но сестра неумолимо отняла руку Квейлан от своей, не глядя её в глаза.
     – Должна сбежать хоть одна, Лан. Ты же знаешь…
     Квейлан жалобно шмыгнула носом. Потом сжала зубы изо всех сил.
     Нельзя плакать.
     Мидорае медленно шагнула вперёд…
     И волна извивающихся тварей с глухим шелестом рванулась к дрожащим от страха детям. Куда быстрее, чем девочки могли представить, твари взвились вокруг, погребая их под волной непроглядной темноты!..
     Сильные руки вдруг обхватили девочек со спины. Раздался приглушённый двойной вскрик – малышки ощутимо стукнулись лбами. Что-то мягкое накрыло их с одной стороны, с другой они прижались к какой-то ткани. К чьей-то груди.
     – Что?!.. – панически пискнула Квейлан.
     По её волосам прошло чьё-то дыхание:
     – Шш. Всё будет хорошо.
     Незнакомый мужской голос раздался прямо над головой. Девочки испуганно замерли.
     – Они вас не тронут.
     Сквозь укрывшую их мягкую штуку девочки ощущали, как что-то двигается снаружи, будто пытается прорваться. Затем вдруг раздался странный скрежет, будто рядом точили сотни ножей, живо сменившийся влажным быстрым чавканьем.
     Квейлан попыталась поднять голову, но неизвестный со смехом её удержал. Девочка вдруг сообразила, что он говорил на совершенно непонятном языке – хоть она и поняла, что он сказал.
     – Уже лучше, – протянул неизвестный. – Куда эти двое опять влезли? У них талан находить всякую дрянь…
     Теперь было совершенно точно, что неизвестный говорил не на подземном. Звуки снаружи резко стихли.
     – Вот так. Я вас отпущу, но не вздумайте делать резкие движения.
     Мягкая преграда действительно ослабла – напуганные дети немедленно рванулись прочь. Квейлан замерла, ощутив под ногами что-то вязкое. Мидорае с испуганным воплем поскользнулась, раскинув руки и… незнакомец ловко подхватил её за плечи.
     – Сказал же, не дёргайтесь, – с усмешкой сказал он. – Можно серьёзно вляпаться…
     – Фууу! – брезгливо протянула Квейлан. – Что это за вонища?!..
     Всё вокруг тускло светилось в темновидении как сброшенная одежда. Странные твари исчезли, но вместо них появилась…
     Всё вокруг покрывала густая комковатая жижа. Квейлан поспешно отвела глаза, закрывая нос и рот рукой.
     – Гадость какая!.. – жалко выдавила она.
     – Тогда тем более не стоит в неё падать, – с тонкой издёвкой заметил незнакомец.
     Мидорае настороженно сжалась в его руках, но вырваться не спешила.
     – Ты… ты белокожий? – напряжённо спросила она.
     Незнакомец и впрямь не напоминал дроу, и вообще эльфа. Он выглядел как человек средних лет. Цвет кожи сложно было определить в темновидении, девочки просто предположили, что он из того же народа, что и пара наёмников с поверхности.
     На нём была простая одежда без особых примет, но на поясе висел меч. За спиной виднелась странная тёмная тень.
     – Можно и так сказать, – ответил он.
     Тень за спиной чуть дёрнулась и резко опала незнакомцу на плечи, превратившись длинный плащ.
     – Ты… ты друг тех наёмников? – несмело спросила Квейлан.
     Мидорае неуверенно попыталась отстраниться. Мужчина её отпустил, позволив отступить, и напоследок погладил по голове. Малышка вжала голову в плечи, смущённо вспыхнув щёками.
     – Не совсем. Я просто… странствую. Теперь. Вы двое, кажется, слегка потерялись? Давайте я помогу вам выбраться…
     Неожиданный спаситель отвернулся и шагнул к ближайшей стене. Квейлан подошла к сестре, невольно взяв её за руку.
     – Что… ты здесь делаешь? – спросила Мидорае. – Нам говорили, что здесь никто не живёт уже тысячу лет…
     – Сегодня я, видимо, спасаю кому-то будущее.
     Мужчина вдруг звонко щёлкнул пальцами и указал на стену. Девочки озадаченно уставились на камень. Ничего не случилось.
     Но вдруг стена резко хрустнула, и целый сегмент – в единый миг растрескавшись на сотню ровных кубов – втянулся внутрь, двигаясь с почти механической точностью. В камне возник ровный арочный проём.
     – Ооо! – жарко выдохнула Квейлан, позабыв про все страхи. – Ты маг?! Ты так нас нашёл?
     Незнакомец улыбнулся и поманил девочек жестом:
     – Не совсем. Давайте вверх, тоннель выведет вас к вашим сородичам.
     – Правда?
     Бросив сестру, Квейлан подбежала к проходу. Мидорае насторожено покосилась на неизвестного. Тот коротко усмехнулся и подбодрил:
     – Иди за сестрёнкой. Ты должна за ней присматривать, так?
     Мидорае молча засияла румянцем.
     – Мида, я, кажется, слышу что-то сверху, – энергично позвала Квейлан. – Идём, я думаю, там кто-то…
     Мидорае послушно зашла в проём… и тут сзади раздался короткий звук, будто взмахнули широким полотном. Девочки резко обернулись к незнакомцу…
     Но его уже не было. Пещера, покрытая останками странных тварей, была пуста.
     – Ты думаешь, стоит его слушаться? – протянула Мидорае. – Мало ли что этот колдун задумал…
     – Ну, тоннель ведёт вверх, так что это лучше чем здесь, – заметила Квейлан.
     Проход, даже с удобной лестницей, действительно поднимался вверх, и быстро вывел девочек из пещеры. Они выбрались наружу под стеной высокого, украшенного резными колоннами здания. В воздухе плыл какой-то треск…
     И стоило им сделать шаг, как из темноты сгустилась бесформенная фигура:
     – Где он?! Вы его видели?!
     Возбуждённый голос теневой эльфийки перекрыл даже тонкий взвизг перепуганных детей.
     – Ви… Кого мы видели? – пролепетала Квейлан.
     – Ну… – Зит замешкалась. – Его! Умх… Вам и вправду не знать. Не страшно… когда-нибудь… Ах, я опять почти опоздала!
     Малышки испуганно вздрогнули, когда острая сталь полукруглых клинков рассекла воздух перед их лицами. Мрачные тени вокруг – которые девочки даже не заметили – отпрянули прочь, оказавшись вдруг живыми.
     Зит врезалась в тени стальным ураганом, круговые движения врубались в них с влажным хрустом. Стальные полумесяцы летописца Зимнего двора с лёгкостью режущей бумагу бритвы секли плоть противников, животных и гуманоидов. Те падали, как и подкрались – совершенно безмолвно.
     Девочки испуганно таращились на танцующую вокруг смерть. Тени сжимались плотнее, делали выпады и броски. Казалось, они вот-вот поглотят даже смертельную пляску клинков Зит… И вдруг всё вокруг взорвалось воплями, рыком, визгом и истошным рёвом боли и паники, заставив девочек синхронно заскулить от страха.
     Животные и дикари рванулись во все стороны, теряясь в темноте руин. Зит, так же неожиданно как обратилась в облако стали, вдруг остановилась, заложив клинки за спину в изящном развороте.
     – Наконец-то она здесь…
     – Как мило, что ты меня дождалась.
     Мелларика явилась из теней, как никогда напоминая свою наставницу.
     – Вот вы нашлись, маленькие негодницы…
     Завидев сестру, малышки немедленно оказались рядом, пугливо вцепившись в её платье – новая сестра была лишь немногим менее страшной, чем Шалшари, но сейчас малышки были счастливы видеть любое знакомое лицо. Мелларика успокаивающе погладила детей по плечам, обращаясь к теневой гостье:
     – И кого же ты искала, если не секрет?
     – Хмм… – Зит потрогала пальцем подбородок и радостно ответила: – Секрет! Ты отведёшь их сама, или мне помочь?
     – Убегай, белая тень. Ты их спасла, этого достаточно…
     Летописец немедленно растворилась в темноте между грудами камня неподалёку.
     – Сестра, что случилось? – нервно спросила Квейлан, заглядывая Мелларике в лицо. – Почему мост рухнул? Все говорили, что он надёжный…
     – Это была ловушка, сестрица. Нас всех хотят съесть.
     – Чтоо?.. Но я думала, раз мы ушли из города… – грустно протянула Мидорае.
     – Тёмная Мать не единственная кто любит пить кровь нашего рода, – заметила Мелларика. – А теперь отпустите меня.
     Девочки несчастно повиновались. Приказ кольнул обидой – в последние дни они почти забыли, какой была жизнь в совсем недавнем прошлом. Забыться было легко, когда с ними играли, и не ругали по любому поводу, и не наказывали просто для порядка…
     Мелларика коротко улыбнулась, погладив девочек по волосам.
     – Не делайте грустные мордашки. Я просто хочу, чтобы на мне не висели два груза, если мне придётся сражаться.
     Теперь девочки стыдливо засияли щёками.
     Путь до вынужденной стоянки караванов был опасным. Первое, что заметили девочки, это огненный полог, накрывающий пространство между уцелевшими опорами гигантского моста. Это казалось странным, но треск, кажется, был шумом этого пламени. Полог освещал округу, но дочери Молув’итар шли сквозь пугающие тени.
     Несколько раз Мелларика прижимала девочек к земле за грудами камней. Вокруг двигались какие-то фигуры. Малышки боязливо проводили взглядами массивных монстров, с которыми бок о бок равнодушно шагали покрытые грязью орки, кобольды и другие дикари.
     Вскоре показались трупы. Гуманоиды разных рас, монстры, животные, насекомые…
     – Сестра, – не выдержала Квейлан, – что тут происходит?!..
     – Цыц.
     Сухой приказ отрезал все вопросы. Мелларика осторожно провела девочек между руинами. Затем заглянула за угол…
     – Ах, ну наконец-то.
     Повинуясь её жесту, малышки подошли ближе. По узкому проходу между странно покосившимися, будто утонувшими в камне зданиями спешил отряд солдат.
     – Леди Мелларика, вы нашли их!..
     – Отведите детей к Старшей матери, – приказала шестая дочь. – Нам нужно, чтобы она не отвлекалась лишний…
     – Девочки!!
     Греянна, едва не посбивав идущих впереди солдат, резко осадила ящера рядом с детьми и почти вывалилась из седла. Стоявшая ближе всех Квейлан сдавленно пискнула в стальных объятьях изволновавшейся сестры.
     – Больше ни на шаг от меня!..
     – Вахк!..
     К сестре присоединилась Мидорае. Четвёртая дочь облегчённо прижалась к драгоценным воспитанницам. Мелларика мелодично хихикнула.
     – Сестра Греянна, – позвала она, – они нужны нам живыми.
     – Когда я с ними закончу, им точно не выжить! – сурово сообщила Греянна, выжимая из девочек писк о пощаде. – Даже не вздумайте отойти хоть на шаг, вы слышите?! И почему я вам позволяю бегать, где вздумается… Будете жить на поводке, как ящерки!
     Раньше это привело бы девочек в отчаяние. Но после их «приключения» это казалось такой мелочью – по крайней мере, сестра всегда будет рядом…
     Резкий гулкий рокот возник где-то вдали.
     Дрожь сотрясала камень пещеры конвульсиями, словно что-то огромное билось в припадке где-то далеко. Все уцелевшие после атак порабощённые неожиданно замерли на месте. Солдаты ещё секунду продолжали машинально истреблять ближайших противников. Но постепенно даже самые увлечённые остановились, ощущая в камне дрожь отдалённых сотрясений.
     Нечто огромное билось в толще породы. И удары явно шли с другой стороны пещеры.
     – Он приближается… – протянула вдруг Фалендира.
     Женщина замерла, глядя словно куда-то вдаль, сквозь здания и уцелевший мост. Крыло вокруг неё поспешно строилось в передней части «лагеря». Удары приближались.
     Все лица постепенно обратились к дальней стороне моста – и вдруг с утробным рёвом, идущим будто со всех сторон, над краем вырвалась огромная туша!
     Щупальца толще руки дворфа и длинной в сотню шагов хлестали воздух. Поверхность тела огромного червя пульсировала между гладкостью полированного камня и пугающим узором вен, явно сплетённых в неестественный орнамент.
     Покрытая щупальцами голова задралась. Пещеру сотряс истошный рёв, словно сжимающийся лично вокруг того, кто его слышал. Жертвы поработителя стали падать на камень, теряя сознание от звука. Все, кроме шепчущих – те из уродливых тварей, что выжили, теперь беззвучно бились на земле в конвульсиях.
     Постепенно рёв затих. С гулким ударом, ощутимым на земле даже в полумиле, червь опал на мосту, свесив обмякшую голову вниз. Щупальца уродливой занавеской повисли до самого пола пещеры.
     Алистраи стремительно оказалась у передней лини солдат, в окружении Вьерны, Ирае и Тессара.
     – Я не… не могу поверить! – выдохнула Старшая мать.
     – Но, вероятно, это правда, – ровно заметил Тессар. – Это… должен быть поработитель.
     – И нам очень повезло, что он мёртв.
     Шалшари вынырнула из возникшего рядом тёмного облака.
     – Сложно поверить, что нечто столь огромное может оставаться незамеченным, – протянула Ирае. – Я изучала их и после того как мы избавились от кабала, но так и не нашла сведений об их облике.
     – Это их метод, дочь, – заметил Алистраи. – Им не нужно показываться на глаза, чтобы превращать всех вокруг в тупых марионеток…
     – Не удивительно, что с советом у кабала было такое взаимопонимание, – брезгливо обронила жрица Союза.
     Алистраи подняла руку. Огненный полог над лагерем постепенно испарился. Несмотря на обилие звуков, показалось, что наступила оглушающая тишина. Сзади раздалась возня и к осмотру явились старшие матери Ссавата и Джула.
     – Вы только посмотрите на эту штуковину… – протянула мать Тимарит.
     – Я сразу предупреждаю, что ни кусочка этой дряни рядом с моим домом не будет! – отрезала Алистраи.
     – Но мы можем остаться хотя бы на пару дней, – протянула Ссавата. – Подумать только, настоящий поработитель! О, это маленькое приключение уже себя оправдало…
     – Советую воздержаться от глупостей.
     Кей вышел из воздуха перед матерями. В тот же миг рядом в камни врезался Джей, подняв облако пыли.
     – Труп иллклкута исчезает за пару минут, – заметил мечник, поднимаясь без капли напряжения.
     – Это одна из причин, почему о них почти нет сведений, – добавил маг. – И не пытайтесь рисовать или даже применить магию для захвата изображения. Это невозможно.
     – Они просто – пуф! – Джей «всплеснул» пальцами. – Стираются из существования.
     – Это нужно принять за признание ваших заслуг? – спросила Ссавата.
     Джей равнодушно развёл руки. Вокруг исполинского червя медленно собиралось призрачное свечение. Прозрачные белёсые нити поднимались в воздух, словно на мягком потоке воздуха, и таяли, испаряясь без следа.
     – Такая работа. Путь свободен, кстати. Туша распадётся через… – Мечник оглянулся на труп. – Боги, сколько тысяч лет он сожрал? Полчаса, может?
     – Главное, не подпускайте никого близко, – предупредил Кей и выразительно посмотрел на Ссавату: – Даже кого-то опытного.
     Старшая мать дома Нартеру неопределённо хмыкнула.
     – Подъёма на той стороне нет, но я уверен, что вы что-нибудь придумаете, – закончил маг. – И не спускайтесь ниже уровня земли, под руинами очень опасно. А теперь, с вашего позволения, нам нужно оценить ущерб…
     Но гордо удалиться белокожим не позволили – мать Тимарит бесцеремонно цапнула обоих за плечи и требовательно развернула к себе.
     – Вы возьметесь найти ещё одного такого? Есть один полезный торговый маршрут, подъёмник в крепости, ведущий на мили вверх. Неизвестно кто его построил, контрольные чары, как мне говорили, лежат в крепости… её нельзя рушить, кстати, но уверена, вы сможете захватить их нетронутыми! Совсем недалеко, в паре недель от Кворвата. Сейчас им заправляет кабал поработителя, и раз вы можете!.. Ну ладно, отсюда может подъёмник и далековато, но…
     Белокожие скептически переглянулись. Матриарх дроу чирикала как маленькая девочка. В глазах сверкало возбуждение одержимого новой идеей ребёнка.
     Неважно насколько безнадёжным мог оказаться этот поход – пусть и отказавшись от покровительства своей богини, тёмные эльфы явно не желали отказываться от своего будущего.

     Глава 7

     В центре огромного грота возвышался высокий пик.
     Уступы подземной горы были почти отвесными, словно это была колонна с лишь слегка конусовидным основанием. Ровную, словно срезанную чем-то вершину украшали по краю недлинные уступы. Образование возвышалось не менее чем на четыре сотни шагов.
      За многие тысячелетия грот постепенно приобрёл куполовидную форму, хоть лёгкий изгиб угадывался тут и там у самого дна. Когда-то это была сфера. Поверхность стен покрывал узор из трещин и выщербины вывалившейся породы. Широкие монолитные пластины, однако, чуть изгибались от пола к своду, словно слегка закрученные вправо.
     От подножья пика к стенам грота расходились террасы. Некоторые разделяли заметные уступы, другие были сглаженные. Множество трещи и провалов разделяли дно грота. Некоторые, шириной в сотни шагов, выглядели как неглубокие каньоны.
     Единственный луч света вонзался в вершину пика ослепительным копьём прямо из свода.
     Жителю поверхности он показался бы тусклым, почти невидимым. Но для входивших в грот дроу этого хватало, чтобы осветить всю камеру семи тысячи шагов в диаметре.
     Десять тысяч тёмных эльфов медленно входили в пещеру. Ещё вчера, когда все караваны приостановили на отдых, по лагерю прошёл слух что передовые разведчики нашли что-то.
     Она пришли! Пришли в таинственное место, куда их вела дочь Дома Огня.
     Многие осматривали удивительный даже для позёмных жителей грот с интересом – наконец-то они добрались до конкретной цели. Другие относились скептически – это всё ещё была просто пустая пещера, крысиная нора в сравнении с обжитыми местами, откуда они пришли.
     Но последние предпочитали помалкивать. Мать Алистраи ясно дала понять, что не потерпит бунтарства. При том, что позволяла себе почти открыто показывать слабость, она всё равно была матриархом, и вела свой дом железной рукой.
     С нападения поработителя прошло две недели. И практически на следующий день, как только караваны вновь скрылись в Проходе, начались разговоры о том, что этот поход безумен. Что Тёмная Мать не позволит…
     И прежде чем возник даже призрак разброда, самых трепливых немедленно выставили перед Старшей матерью Алистраи. Верная своим привычкам, та просто предложила желающим собрать своё имущество и проваливать.
     – Тёмная Мать, без сомнения, вас защитит, – ответила она на нервные вопросы о провизии.
     Казалось бы, что живущие жестокостью тёмные эльфы просто казнят бунтарей, презрев их право на жизнь. Но взамен дроу обнаружили в себе нечто куда более злободневное – массовый остракизм. Слабые волей вдоволь хлебнули бытности парий, прежде чем им позволили тихо вернуться в свои общины.
     Ситуация обострялась и другой деталью – у жриц Союза появилась паства.
     Из трёхсот погибших очнулась лишь сотня. Ещё тысячу раненых жрицы исцелили течении нескольких дней, избавив караваны от обузы. Но даже вернувшись к жизни многие не находили покоя. Пустая темнота посмертия тяготила разум. Первое что возрождённые помнили из новой жизни, это спокойные лица окутанных сиянием жриц – к ним же они невольно обратились в поисках душевного спокойствия. К концу недели учение Союза-во-Тьме постепенно покинуло узкий круг послушниц.
     Белым кругом жизнь тёмного эльфа делила чёрное поле его мира на две части – внешнюю и внутреннюю. Хрупкие границы круга следовало беречь, сохраняя равновесие меду силами внутри и вне его.
      Жрицы говорили о положении в обществе и о личных достижениях. Несмотря на схожесть с заветами Тёмной Матери, послание разнилось в корне – излишняя власть лишь нарушала целостность круга, а личные успехи были осознанной необходимостью, укрепляя центр и ослабляя внешнюю Тьму. В единстве, в связи этих сил обреталось истинное могущество – спокойствие.
     Необычная идея странным образом резонировала даже с теми, кто раньше видел религию и церковь как неизбежное зло. Личная сила была не переходящим призом и не сокровищем сама в себе, но естественным результатом совершенствования себя.
     И тёмные эльфы потянулись к женщинам в чёрно-белых мантиях. Потянулись, в поисках лучшей версии самих себя.
      На исходе второй недели таинственный Проход неожиданно прервался – впереди просто показались ворота. Такими же как Врата Стали на другой стороне. Они отворились без магии и ключей, достаточно было одному патрульному просто толкнуть створки. Этим патрульным оказалась Брия.
     За вратами оказались Пустоты, почти такие, как и прежде. Тоннели вились, потом расширялись в пещеры, переходили в узкие ущелья, обрывались провалами и вновь тоннелями разбегались во все стороны.
     Подъём оказался незаметным. Караваны двигались по безопасным проходам, пресекали пещеры и гроты… и однажды кто-то заметил, что они, кажется, взбираются всё выше.
     Даже для дроу понять направление в подземном лабиринте было не просто. На девятый день патрульные принесли в лагерь весть, что они довольно близко к поверхности, невольно пустив по караванам волну тревоги.
     Пустоты вокруг, однако, казались почти неизменными. Дроу, никогда не покидавшее Кворвата, активно гадали, почему не показывается Пограничье, где Нижняя Тьма сходит на нет, и превращается в чужую, враждебную их роду поверхность. Но чёрный базальт сопровождал тёмных эльфов на всём пути, лишь иногда ненадолго пропадая. Часто также находились горячие признаки близкой магмы. Раскалённая кровь земли кипела где-то рядом.
     И наконец, их путь окончился. Брия вышла с передовым отрядом в огромный грот, как во сне. Она будто грезила наяву – но всё было совсем реально.
     Она нашла его. Пик из своих снов, огромную колонну с сияющей вершиной.
     Рядом ожила невысокая тень.
     – Вот видишь, я говорила, что у тебя всё получится!
     Зит бесстрашно вскочила с ногами на возмущённо хрюкнувшего чернокогтя и сжала молодую дроу в объятиях. Брия рассеянно положила ладонь на её руки, потрясённо осматривая свой воплотившийся в реальность сон.
     – Мне… нужно сказать матери Алистраи…
     Караваны вошли в грот на следующий день.
     Круглобоки размеренно топали по извилистому, но вполне ровному дну широкой трещины в нижней террасе. В стене грота обнаружилась дюжина проходов – тоннели и разломы в породе. Для основного движения выбрали самый широкий, оставив остальные разведчикам для проверки. За размеренно текущим по ущелью потоком тёмных эльфов присматривали их хозяйки.
     Алистраи стояла на обрыве, в сопровождении Первой и Третьей дочерей.
     – Я отправила новую группу разведчиков, чтобы осмотреть окружение, – доложила Вьерна. – Это место шириной миль в семь, но только внутри. Центральный грот окружает система пещер, не уступающая западной стене Кворвата.
     – Это правда, что они нашли реку недалеко? – спросила Ирае.
     – Да. В северной части, там есть небольшая впадина. Кажется, вода просачивается откуда-то сверху через песчаные слои, – озадаченно сказала первая дочь. – Никогда такого не видела…
     – Это делает воду чистой, разве нет? – уточнила жрица.
     – Да, но… Откуда ты знаешь?
     – О таком говорится в некоторых книгах о поверхности.
     Дочери обернулись к Алистраи. Старшая мать смотрела на окутанную светом вершину пика.
     – Не могу поверить, что мы так близко, – протянула старшая мать. – Вьерна, ты говорила, что кто-то нашёл рядом магмовые проходы?
     – Да, патрули доло…
     Дроу резко умолкли и обернулись. К ним приближалась массивная фигура всадника на панцирном жуке, блестящий хитин красиво поблёскивал даже в тусклом свете сопровождающих караваны огней. Джула остановила жука рядом, но слезать не стала.
     – Я слышала, что недавно отправились отряды разведки, – непосредственно начала мать Тимарит. – Вьерна, почему ты не попросила моих солдат?
     – Я предположила, что вы сможете выслать свои отряды лично, мать Джула, – кисло ответила первая дочь.
     Хозяйка дома Тимарит недовольно чмыхнула тонким носом.
     – Алистраи, твои дочери всё ещё нам не доверяют.
     – Ты станешь их винить? – протянула колдунья. – Ларриа, Ссавата, вы так и будете там стоять?
     Из темноты неподалёку раздался глубокий смех матери Нартеру. Вьерна нервно вздрогнула, Ирае же только искоса посмотрела на проявившихся вдруг в темноте «союзниц».
     – Она меня подначила, – капризно протянула Ларриа, отходя от Ссаваты.
     – Не слушай, это был её план.
     Алистраи в ответ на дурачество благородных дам устало завела глаза.
     – Я вижу, хорошее настроение добралось даже в покои Старших матерей, – сухо заметила она.
     – Раз больше не нужно постоянно оглядываться на Собор, почему бы и нет? – заметила Джула. – Я ожидала, что ты будешь немного веселее, Алли.
     – Для начала надо выяснить, где мы оказались, – протянула та.
     – Что говорит твоя дочь, Алистраи?
     Мать Молув’итар смерила Ссавату взглядом и отвернулась.
     – Ты разве не знаешь? Вы же поэтому здесь.
     – Мы здесь, чтобы присмотреть за нашими караванами…
     – Это которые расходятся в разные стороны? – резко вмешалась Вьерна. – Мать Джула, и вы мать Ларриа! Куда отправились ваши отряды?!
     Дроу синхронно отмахнулись.
     – Ты сама сказала, что мы можем выслать их сами, нет? – сказала Джула.
     – Я не имела в виду обнажение фланга… – сурово протянула Вьерна.
     – Брось. – Ларриа небрежно сделала жест рукой, посылая в воздух короткий магический приказ. – Нам нужно осмотреть интересные места, которые обнаружили ваши патрули.
     Алистраи проигнорировала странные сообщения союзниц, пристально глядя на Ссавату.
     – Да, я им сказала, Алистраи, – невозмутимо сообщила мать Нартеру. – Сны Брии прекратились, так ведь? Девочка стала такой энергичной в последнее время, несмотря на эту странную тень, что крутится вокруг.
     – Полагаю, с ней ты тоже поговорила? – недовольно протянула Алистраи. – Зит уверяет, что с этих пор Брия сможет контролировать свой дар идеально. А теперь скажите мне, что вы задумали.
     Из темноты явился чернокоготь в дорогой сбруе. Ларриа ловко вскочила в седло и прозвенела:
     – Что по-твоему мы задумали, Алли? Мы остаёмся с тобой, разумеется! Я хочу увидеть восточные тоннели и стены. Прихвачу с собой Накрииль, так что некоторое время она будет занята…
     Без прощания Ларриа пустила ящера в галоп, заставив скользнуть по стене, и скрылась в направлении к отколовшемуся от общего потока каравану.
     – Мои солдаты и слуги останутся с твоими подданными, Алистраи, – сказала Ссавата. – Но я отправлюсь с мальчишками на нижние уровни.
     – Ты хочешь осмотреть лавовые потоки?
     – Именно. Если мы останемся здесь, нам понадобится источник камней жара.
     Ссавата растворилась в воздухе.
     – Хм, даже не предложила мне компанию, – недовольно протянула Джула. – Не важно. Лично меня интересуют проходы на нижние уровни. Я спорю, здесь есть хорошие маршруты прямиком в Пустоты внизу.
     – Что, если нам придётся уйти отсюда?
     Джула сердито сверкнула на Алистраи глазами:
     – Тогда сделай так, чтобы не пришлось.
     Повинуясь приказу хозяйки, жук развернулся и проворно засеменил к краю ущелья.
     – Мне нравится это место, – не оборачиваясь, обронила мать Тимарит.
     Раздалось громогласное шуршание – лазурный жук грузно спланировал над потоком дроу на другую сторону ущелья. Джула тоже отправлялась к своим, уходящим чуть в сторону отрядам.
     – Мне кажется, или они хотели выбраться из города сильнее чем я? – кисло протянула Алистраи.
     Ирае со смешком положила ей руку на плечо:
     – Даже без бдящей в тенях Тёмной Матери, мы всё равно будем тянуться к власти. Разумеется, они хотят больше, чем просто править домом.
     – Будем надеяться, что власти хватит на всех… – протянула Алистраи.
     Вьерна отправилась вниз, перестраивать неприкрытые после отхода союзных караванов отряды. Ирае и старшая мать остались на уступе.
     Разведчики принесли необычные новости об этих пещерах.
     Места были богаты. Лава кипела прямо под ногами. Вода текла совсем рядом. И стены в некоторых тоннелях покрывал тусклый налёт, указывая на богатые жилы железа и адамантина. А в некоторых места даже сверкали желтоватые пятна с белыми крапинками – руда редкого даже в недрах мифрила.
     Здесь было всё необходимое для города тёмных эльфов. Путь даже поверхность, запретная, гиблая для дроу земля, была так близко.
     – Что же это за место?.. – протянула Алистраи.
     – Это называется «вулкан».
     Маг возник из воздуха – в этот раз заставив Ирае нервно дёрнуться. Редкое для дроу спокойствие стало для жрицы нормой в последнее время, но сейчас в янтарных глазах сверкнул, как когда-то, свирепый огонёк.
     – Всё это время, и ты всё ещё ведёшь себя как проклятое животное.
     Алистраи усмехнулась, положив дочери руку на плечо.
     – Вас не было в караванах.
     – Мы осматривались. Кстати, кое-кто желает тебя видеть.
     Кей указал в темноту. Оттуда немедленно раздалось шуршание множества ног – огромный паук лихо выскочил из-за наростов неподалёку. С его высокой спины сорвалась гибкая фигура.
     – Мать Алистраи!
     С радостным смехом на шее огненной колдуньи повисла хрупкая тёмная эльфийка в тонком белом платье. Та удивлённо обняла её в ответ.
     – Эллали?! Откуда ты здесь?..
     – Мы пришли ещё на прошлой неделе! – весело чирикнула дроу. – Дедушка сказал, что здесь есть хорошее место для спячки, он хочет остаться здесь.
     Со стороны мага донеслось озадаченное хмыканье.
     – Да, я тоже без понятия, – поддержали его из темноты.
     Эллали удивлённо обернулась к возникшему следом за ней Джею.
     – Ой, я не знала, что ты пошёл за нами.
     – Ты могла наскочить на патрульных. Ты же не хочешь, чтобы они столкнулись с твоими мохнатыми родичами без предупреждения?
     – Гуммм…
     Эллали потерянно поникла. Только недавно она поняла, насколько опасной может быть колония гигантских пауков. Их «семья» легко потрошила практически всё живое на своём пути – а ведь ей всегда говорили, что Пустоты очень опасны.
     – Мы скажем, чтобы тебе не мешали, – пообещала Алистраи. – Так ты… вы собираетесь жить здесь?
     – Да, возле выхода на поверхность. – Эллали подалась, вперёд сияя глазами: – О, я поверить не могу, что я увижу поверхность! Дедушка мне столько всего рассказал, он никогда не говорил столько много как за эти дни!
     Дроу возбуждённо запрыгала на месте как ребёнок. Алистраи невольно улыбнулась.
     – Ирае, ты разошлёшь сообщение? – спросила она. – Лучше сделать это скорее…
     – А где Греянна? – Неожиданно Эллали оживилась ещё сильнее. – И девочки! Ой, я так по ним соскучилась!
     – Кажется, нам придётся взять в дом ещё одну сестру… – протянула Ирае, беря девушку за руку. – Ладно, идём, я провожу тебя, пока ты не ушиблась о камень. И не тащи своего монстра к караванам, ты перепугаешь животных…
     Они отошли, недовольное стрекотание паука смешивалось с жалобным мяуканьем паучьей хозяйки.
     – Итак…
     Алистраи обернулась к наёмникам. Те сдержанно переговаривались на странном языке, но тут же умолкли.
     – Ты хотел сказать, что это за место, – выразительно напомнила магу дроу.
     – Вулкан, – повторил Кей. – Так зовут места, где магма выходит на поверхность.
     – Не удивительно, что я не знала. Это как-то связано с окружением?
     Алистраи оглянулась на пик.
     – Этот свет… Свет с поверхности? – протянула она. – Это… солнце?
     – Да, сейчас середина дня.
     – Мы так близко… – Дроу оглянулась на мага: – Но всё вокруг неотличимо от Пустот в месяце пути отсюда!
     Алистраи помолчала секунду, потом в её руке в сполохе пламени возник стальной посох.
     – Может, вы скажете, в чём дело? – сухо спросила мать Молув’итар. – Это место будто…
     Она сбилась. Даже говорить такое вслух казалось нелепо.
     – Да. – Кей покачал головой. – Нет.
     – На счёт этого вулкана… – протянул Джей с лёгким напряжением. – Мы… не знаем.
     Алистраи скептически двинула бровью.
     – Вы. Парочка неуязвимых монстров без смерти.
     – Я никогда не говорил, что у меня нет смерти, – поправил Кей.
     – Ага, «всего лишь» нет времени, – буркнул Джей. – Но, да. Слушай, мы повидали много всего, но это не значит, что мы знаем будущее!
     Повисла мрачная тишина. Наёмники невольно с сомнением переглянулись.
     – Не каждый раз, по крайне мере, – добавил маг. – Послушай, я выяснил только что базальт вокруг совершенно естественный, вся магия в нём простое излучение глубин.
     – Дело в том, – заметил Джей, – что, судя по виду, базальт просто… выбило откуда-то из Нижней Тьмы лет эдак тысячу назад.
     – Тысяч пять, – поправил Кей. – Но даже так, слои довольно смешаны и…
     – Ладно, хватит.
     Алистраи прервала лекцию жестом.
     – Ссавата отправилась в нижние проходы, и если она решит, что лавовые потоки стабильны, это всё не имеет значения. Мы…
     Она снова обернулась к пику. Свет с поверхности сиял белой колонной.
     – Мы останемся здесь. Не то чтобы у нас был особый выбор…
     – Да, насчёт долгосрочного пребывания… – начал Джей.
     – Старшая мать Алистраи!
     Его перебил вопль недалеко от них. По уступу кто-то поспешно карабкался, вскоре и из темноты показалась тощая фигура архитектора.
     – Можно было бы подумать, что маг твоего уровня умеет летать, – удивлённо заметила мать.
     – А, я просто… – Запыхавшийся Зарон встал рядом. – На сегодня… я уже истощил свою магию, я боюсь. Но я обязан был видеть вас немедля, мать Алистраи, это не ждёт отлагательств! Важнейшее… хуф… открытие!
     Следом за архитектором вскарабкались двое его подмастерьев, на лицах дроу был кислый неуверенный вид. Алистраи покосилась в сторону. И поджала губы – белокожие куда-то исчезли.
     – Мать Алистраи! – Архитектор энергично развернулся, указывая на раскинувшийся в темноте грот: – Это место! Это место подходит идеально!
     – Для… чего именно? – озадаченно спросила хозяйка Дома Огня.
     – Для возведения вашего города, разумеется!
     Алистраи незаметно вздрогнула.
     Конечно же она об этом думала. С того самого момента, как они начали двигаться по Пустотам. Ещё до того, когда она приняла решение покинуть Кворват, бросить всё, оставить позади!
     Первой проблемой было то, что им просто негде будет жить.
     Нижняя Тьма жестока к гостям. Пищу и укрытие найдут только те, кто умеет искать, а удержат только те, кто готов сражаться. Десять тысяч дроу были огромной силой – но в этом же крылась их главная слабость.
     Им было негде жить.
     Только теперь Алистраи поняла, что в глубине души не верила, что видения её дочери приведут их к убежищу. Она собиралась просто броситься в темноту Пустошей, на произвол судьбы. В тот момент это казалось лучше, чем продолжать барахтаться в грязи её старой жизни.
     Но теперь перед ней лежал путь куда более страшный, хоть и такой приветливый на первый взгляд.
     Им пора было построить новую жизнь. Без традиций прошлого. Без милости богини. Только они – и этот огромный грот, где в своде зловеще сиял свет покинутой её родом поверхности.
     – Вы… имеете в виду что-то конкретное? – сухо протянула Алистраи, сдерживая нечёткие потоки мыслей.
     – О, разумеется! Взгляните, вон там, у основания!
     Архитектор указал на некие фигуры в конце ущелья, по которому двигались дроу.
     – От этого пика расходятся террасы, каждая подходит для целого комплекса помещений. Трещины режут их на части как улицы – достаточно лишь слегка обтесать края и… Но куда важнее пик на возвышенности! Я взял пробу, и я должен сказать, что никогда ещё!..
     – Вы подходили к пику? – перебила Алистраи. – Караваны даже не достигли центра, как вы успели? Я запрещала отделяться от общего потока!
     – Да-да, – рассеянно отмахнулся архитектор. – Я, в некотором роде, вызвался добровольцем в первом отряде разведчиков. Я знаком с боевой магией, я не какой-нибудь повеса из бархатных залов.
     Алистраи раздражённо хмыкнула – очевидно, что маг просто навязался к кому-то из командиров.
     – Да, так вот, я взял пробы из основания, и вы не поверите госпожа Алистраи, но это базальт! Залегающий!
     Старшая мать вопросительно подняла бровь.
     – Он лучше всего поддаётся обработке, – поспешно перевёл Зарон. – Да! Эти места, эти уступы!
     Архитектор вновь хаотично обвёл рукой грот:
     – Здесь! Здесь идеальное место для города. И эта река, о которой говорят слухи, у северного зала, мы можем обратить её в каналы! Нижний уровень легко пройдёт под жилыми помещениями, а потом…
     – Достаточно.
     Алистраи властно указала на караваны:
     – Мастер Зарон, вернитесь на своё место. Я уже приказала разбить лагерь у подножья пика. Я не желаю принимать никаких решений – пока. Но если у вас есть идеи, подготовьте планы на бумаге.
     Архитектор замер на миг. Затем со спокойным лицом чуть поклонился:
     – Разумеется. Я понимаю. С вашего позволения, госпожа Алистраи…
     Зарон двинулся прочь, поманив жестом своих помощников. Прежде чем они скрылись из виду, Алистраи услышала неразборчивое:
     – Согласилась?..
     – Ты же видел!..
     – Но ведь планы…
     Алистраи снова повернулась к пику. Первые караваны уже выбрались из ущелья. Ей доложили утром, что проход придётся расчистить, и сейчас где-то там находился Тессар со своими магами, они выравнивали подъём. Скоро на верхнем ярусе появится обширный лагерь.
     В стороне отделился ещё один отряд, с большим роем сопровождающих огней. Это были орки дома Авармин. Уливира не показывалась несколько дней, но Алистраи знала, что та занята какими-то проектами с мотивацией дикарей. Племя Чёрной скалы готовили к превращению в опору для силы дома Авармин.
     Алистраи невольно подняла глаза к вершине пика.
     – Что там наверху?..
     Окутавшись пламенем, она поднялась в воздух. Дроу в караванах удивлённо проводили взглядами огненный росчерк, несущийся к вершине странной колонны.
     Вершина оказалась шире, чем выглядела снизу. Пик слегка расширялся у самого верха, наросты выдавались по краю во все стороны, создавая что-то вроде ограды.
     Чуть овальная площадка явно делилась на две части. С одной стороны находился странный предмет – округлый как полусфера и явно обломанный с краю, он лежал как надколотая чаша. Рядом с ним площадка в пару десятков шагов была идеально ровной и круглой, словно искусственно обработанной. Опустившись ниже, Алистраи заметила, что поверхность на самом деле не ровная – в центре было лёгкое углубление.
     Свет из свода бил прямо в него. Алистраи опустилась рядом, чуть щурясь. В воздухе висел лёгкий горьковатый запах.
     – Что это за штуковина?..
     Дроу озадаченно подошла к полусфере. Вблизи стало видно, что это «нечто» было почти идеальной круглой формы. Вблизи стало видно, что диаметр полусферы был не меньше полутора сотен шагов, а края не обломаны, но словно… разорваны. Как бывает с тонким металлом.
     Алистраи в догадке подошла ближе и коснулась полусферы.
     – Железное…
     Странные образования были из какого-то сплава. Колдунья задумалась, чем бы поскрести поверхность обломка – в отличие от всех своих сородичей, Алистраи уже давно не носила с собой клинков. Она полагалась исключительно на страх всего живого перед пламенем.
     Тихий шаг заставил её резко обернуться – магия взметнулась вокруг огненным покровом.
     Кей скользнул по дроу рассеянным взглядом.
     – О, она уже здесь.
     Мечник стоял рядом – они вновь явились из пустоты, Алистраи не ощутила и капли магии.
     – Продолжаете осматриваться? – остро спросила Алистраи. – Полагаю, вы также не знаете, что это за штука?
     – Хороший вопрос… – задумчиво протянул Кей, глядя на полусферу. – Это металл, не так ли?..
     – Ты думаешь, это то, что я думаю? – протянул мечник.
     – Не думаю, что ты думаешь, что я думаю… – в тон ему сказал маг.
     – А я думаю, я думаю не то, что ты думаешь, я думаю…
     – От вас, я вижу, всё меньше толка, – недовольно прервала их загадки дроу. – Откуда здесь эта воронка под светом? Только не говорите, что это делает солнце…
     – Нет, это… не солнце, – осторожно ответил Джей. – Тоннель тянется на полмили, довольно ровный. Мы… осмотрели края.
     – Полмили… – протянула Алистраи. – Всего полмили до поверхности…
     – Вообще-то, технически мы сейчас над так называемым «уровнем моря», – сказал маг. – Мы уже на поверхности.
     Алистраи удивлённо посмотрела на мага. Потом нервно передёрнула плечами:
     – Бррр! Я даже не заметила. Говорят, что всегда ощущаешь, как истончается над головой свод…
     – На самом деле, истончается интенсивность излучения вокруг, – заметил Кей. – Дроу чувствительны к излучению глубинного базальта, просто немногие это знают. Но нет нужды беспокоиться, над вами тонны породы. Это довольно стабильный горный кряж, хоть и окружённый океаном, так…
     – Вода?! – в ужасе перебила Алистраи.
     Затопления в Нижней Тьме были совершенно разрушительны, и неконтролируемая вода была страшным врагом. Кей поспешно поднял руку:
     – Как я и сказал, нет нужды беспокоиться, активность давно ушла в глубины коры. Куда глубже даже Кворвата.
     – Вам стоит радоваться, что море так близко, – добавил Джей. – Дроу ведь знают, как строить корабли? Конечно, морское дело не плаванье по катакомбам, но опять же, вы все просто эльфы, это у вас в крови. Первые кланы ведь были родом с острова…
     Мечник вдруг застыл с открытым ртом. Потом уставился на мага:
     – Кей! Я знаю, где мы! Это!..
     – «Остров демонов».
     – Остров де!.. Кгх! Вечно ты всё портишь!
     – А мне показалось, вы не знаете, что это за место, – сухо припомнила Алистраи. – Мне дозволено знать детали, или вы опять используете меня вслепую?
     Джей выразительно двинул бровями.
     – У, она злится. Но, честно говоря, мы никогда здесь не бывали. Остров, что над нами, в полудне пути от материка, и среди местных просто ходят слухи, что здесь бушуют нечистые. Ну там, огненные столбы, тени в ночном небе, и огни над кораблями… Чушь конечно, портал бы давно заметили, к тому же лет десять назад… Эй, кстати, ближайшие города ведь принадлежат Раншану! Это империя, где…
     – Куда поднимались мои дочери, – закончила Алистраи. – Да, я помню. Как странно, неужели мы так близко?..
     – Нет, просто империя довольно обширна, – заметил маг. – Но Джей не договорил – на острове десять лет как всё спокойно. Название не более чем страшилка.
     – И как же этот остров относится к прошлому эльфов?
     На секунду воцарилась тишина. Потом у головы мечника возникла прозрачная рука и треснула его по затылку:
     – Вот из-за таких как ты и возникает лжеистория! – процедил маг.
     – Ай. – Джей потёр голову. – Никак, это совсем разные острова…
     – Вот как. Но вы всё ещё не знаете, что это за штука?
     Алистраи выразительно кивнула на полусферу.
     – Я… – Кей замешкался, – думаю, стоит осмотреть склоны горы, прежде чем… делать выводы.
     – Во-хо! – Джей поднял руку: – Мы что же, ищем тормозные следы? Ты сказал, что это только теория!
     – Когда-то я думал, что суперпорталы это только теория, – мрачно буркнул маг.
     Алистраи раздражённо шагнула к наёмникам:
     – Если это место опасно, то вы немедленно!..
     Она прервалась и одновременно с Кеем повернула голову в сторону темноты слева – к группе на вершине пика стремительно подлетела небольшая летучая мышь из полупрозрачной дымки.
     – Мать Алистраи, ты немедленно нужна в лагере! – тревожно произнёс голос Ирае.
     – Полагаю, время истекло, – заметил маг. – Тебе стоит поспешить.
     Алистраи раздражённо оглянулась на наёмников, но решила не тратить время, и резко взорвавшись пламенем, взлетела в воздух.
     – Ладно, – протянул Джей, – пора карабкаться.
     – Такая работа. – Маг едко усмехнулся: – Тебе, засранцу, повезло, что сейчас день.
     – Ох, не начинай…
     Маг и мечник испарились в воздухе.
     Минуту спустя Алистраи упала в центре стоянки подтянувшихся караванов, рядом с Вьерной. Вокруг раздавались окрики солдат и приказы командиров.
     – Что случилось? Ирае пристала мне посланника, и…
     – Она догнала нас.
     Глухой голос Вьерны ответил на всё. Алистраи судорожно стиснула зубы. Первая дочь мрачно посмотрела на мать.
     – Армия Кворвата рядом.
* * *
     Бесшумными тенями воины тёмных эльфов тянулись из проходов на открытую местность грота. Несмотря на их бесшумное перемещение, впрочем, армию Кворвата окружал необычно отчётливый для Нижней Тьмы шум движения – армию сопровождало несколько тысяч мяса, измотанных переходом рабов-смертников.
     Армия выходила прямо напротив подножья высокого пика и безнаказанно строилась напротив позиций противника. Отряды рабов вливались в ущелья и маршировали по возвышенностям, подгоняемые тёмными хозяевами. Удары, тычки и короткие кровавые казни оказались необходимы – мораль среди рабов была на редкость низкой после долгого нещадного марша по иногда практически непроходимым для неуклюжих гоблиноидов и ящероидов пещерам.
     За солдатами показались командиры. В основном женщины из духовенства, отправленные на войну с благословением Тёмной Матери. Так же как солдаты подгоняли рабов, их самих охотно подхлёстывали жрицы. Избежать этого удавалось в основном магам, которых держали подальше от и так раздражённых служительниц богини. Кавалерия двигались рыхлыми отрядами, прикрывая уязвимые фланги.
     Но предатели не спешили проверять армию священного города на прочность. Столь же трусливо, как беглецы сдали Пустоты вокруг, сейчас они не двигались с позиций вокруг лагеря.
     Три дня прошло с первого контакта в тёмных пещерах. Разведчики Кворвата наткнулись на отряд патрульных солдат одной из предательниц. Обречённые на смерть трусливо скрылись, не позволив орде спущенных в проходы рабов себя окружить.
     После этого силы Кворвата лишь иногда замечали отряды противника – редкие группы разведчиков. Командующие немедленно бросали на них подавляющие силы, ловко отрезая противника от отступления!.. Но те выскальзывали каждый раз. В конце концов, один из тоннелей вдруг взорвался вокруг преследования, похоронив не меньше сотни рабов. Ответственные жрицы получили выговор лично от Старшей матери Аллат’сенери, и в дальнейшем силы двигались с осторожностью. Каждый камень проверяли на магические ловушки.
     Но после того случая ничего не нашли. Предатели отступили, сбежали. И теперь ждали своей гибели у каменного шпиля в безымянной пещере.
     Из прохода в западной стене вышли элитные отряды – адамантовые солдаты, боевые маги башни и стража первого дома. Это была ставка командования. Старшая мать Кверсати покинула тоннели вслед за лучшими из лучших, и встала во главе армии.
     За тремя линиями тщательно выверенной обороны.
     – Если бы мы не были так заняты, – протянула Вьерна, разглядывая экран увеличения, – я бы пошутила, что выход Кверсати был бы куда эффектнее, если бы они не топтались в Пустотах три дня.
     Дочери Дома Огня стояли на специально возведённом для обзора возвышении на краю лагеря. Шатры благородных домов окружали палатки простолюдинов, повсюду сверкали разноцветные огни. В отличие от огней города, в этом освещении не было единства артистичности – слуги и рабочие были слишком заняты беготнёй по лагерю и подготовкой к бою чтобы следить за красотой.
     – Они ждали, что мы поспешим юркнуть в Пустоты, – пренебрежительно заметила Ирае. – Туда, где солдатам будет комфортней…
     – И где у неё определённое преимущество, – закончила Брия. – Я не вижу никаких осадных машин…
     – Ты серьёзно? – фыркнула Ирае. – Как, по-твоему, она нас догнала? Замешана какая-то магия! Я спорю, что они едва прихватили самое необходимое, прежде чем Кверсати погнала их пинками.
     – Надеюсь, что ты права, иначе нас ждёт… – начала Вьерна, но запнулась.
     Увеличительный экран помутнел и стал блеклым, лишившись изображения. Вьерна озадаченно помахала жезлом. Ирае сдерживая усмешку, мягко забрала его у сестры и коротким жестом убрала экран.
     – Бесполезно. Её маги закрыли позиции от обзора, – объяснила жрица.
     – Тессар говорил, что это его собственное изобретение, так что его не перехватят! – возмутилась Вьерна. – От этих колдунов нет толку.
     – Не стоит его отвлекать, сестра, – поспешно вмешалась Брия. – Маги заняты укреплениями.
     Слегка вытянутый вдоль подножья колонны лагерь окружало кольцо укреплений. Украшенные шипами башни высотой в десяток шагов венчали широкие площадки с зубцами для стрелков. Рваные линии острых наростов рисовали между ними лабиринт, призванный замедлить неизбежные волны мяса, которые на них обрушит Первый дом.
     Маги всё ещё поднимали камни в нескольких местах. Хрупкие, одноразовые конструкции возвели за те дни, что удалось выиграть замедлением армии Кворвата.
     – Я вовсе не собиралась… – буркнула Вьерна. – Ирае, отправляйся к матери и узнай как дела с флангами, я проедусь по линии.
     Первая дочь отдала приказ командирским голосом, сама того не понимая. Ирае склонилась в поклоне с усмешкой:
     – Да, госпожа!
     Вьерна вспыхнула щёками – командовать сестрой было не уместно.
     – Да я вовсе…
     – Прекрати, ты только сильнее себя смущаешь, – прервала Ирае. – Я пришлю вестника.
     Брия вскочила на своего ящера:
     – Едем, сестра, я буду тебя сопровождать.
     Женщины разошлись от позиции – воины отправились проверять оборону, жрица двинулась сквозь лагерь к одному из широких шатров её временного дома.
     В нём Алистраи вела переговоры со своими союзницами. Пять младших домов всё ещё владели своими подданными безраздельно.
     – Я не собираюсь просто требовать от вас повиновения, – мрачно говорила хозяйка Молув’итар, – но почему я никогда не могу собрать вас всех вместе?
     В помещении из плотной ткани находилось только четыре матери, считая её саму.
     – Где Накрииль? Я понимаю, что Ссавата никогда не приходит вовремя, будто ей снова всего сотня, но возьми её Пустоты, я не ждала…
     Ларриа замахала рукой:
     – Ах, прекрати уже, Алистраи! Накрииль носится вдоль линий как бешеная. Она слишком занята, чтобы обращать внимание на всякие мелочи.
     – Мелочи, вроде боевых планов, – добавила Джула. – Но не понимаю, откуда это беспокойство. Накрииль всегда была среди нас самой надёжной…
     – Уж это я заметила, – буркнула Алистраи. – Уливира, ты всё ещё будешь трястись над своими питомцами, даже когда зубы Кверсати почти у нашей шеи?
     Мать Авармин спокойно поставила на стол бокал с вином.
     – Я отдала племени приказ выстроиться вокруг их лагеря обороной.
     – И ты уверена, что их не сотрут в порошок? – вкрадчиво протянула мать Тимарит. – Кверсати развернёт против них отряд железных лбов, и твои орки…
     – Кверсати так долго ждала, чтобы мы явились обратно к ней в тоннели, что я теперь сомневаюсь в её способностях, – прервала Уливира.
     – Хах! – Ларриа поражённо выпрямилась. – Ты, верно, выпила лишку. Мы даже не знаем точно число её солдат…
     Разговор прервало появление в воздухе расплывчатой тени, вскоре оформившейся в грудастую фигуру матери Нартеру.
     – Мы знаем, что это в основном наёмники, – невозмутимо сказала Ссавата, будто продолжая их беседу.
     Уливира и Ларриа спрятали оружие. Алистраи устало посмотрела на присевшую за стол колдунью:
     – Что ты выяснила полезного, Ссавата?
     – Немногим больше, чем мы выяснили парой прорицаний, Алли, – отмахнулась та. – Но Кверсати только что показалась из тоннелей. Дочь Тёмной Матери изволит ступить на порог…
     Алистраи откинулась в кресле и закрыла глаза.
     – Будем надеяться, что у неё не хватит ума просто устроить блокаду, – протянула она. – И заморить нас голодом, как непослушных безродных…
     – О, я бы хотела, чтоб она попыталась, – неожиданно зловеще протянула Ларриа.
     – У нас есть некоторые идеи на этот счёт… – вкрадчиво сообщила Джула. – Ссавата, ты видела подземные каверны под озером?
     – Да. Это будет интересно, если я думаю то же, что и вы…
     Алистраи резко выпрямилась:
     – Мы уже это обсуждали. Нам нельзя просто рушить всё вокруг, только чтобы выскользнуть из её рук на пару…
     Её прервали прямые взгляды всех матерей.
     – Ну что ещё? – устало спросила Алистраи.
     – Мы не собираемся ничего рушить, – ровно ответила Ларриа.
     – Не совсем, – добавила Джула. – Алли, ты всё ещё нам не веришь? Мы не желаем покидать это место!
     – Вы же это не всерьёз… – протянула Алистраи. – У нас может не быть другого выхода.
     – Тогда сделай так, чтобы он был! – неожиданно зло вскрикнула Ларриа. – Эти пещеры самые богатые, что я видела в жизни!
     Мать Росстару порывисто вскочила на ноги, оттолкнув кресло, и тревожно заметалась по шатру:
     – Металл! Он течёт здесь прямо в стенах! Железо и серебро, адамантин и медь, мифрил… Я сама видела те залежи. Я не оставлю это в руках этой жадной суки! Будь проклята эта богиня и её избранницы!..
     Ссавата молча поднялась и поймала союзницу за руку, хозяйка Росстару позволила почти силой усадить себя обратно.
     – А что с теми следами в стенах, о которых мне доложили? – мрачно спросила Алистраи.
     Ларриа, чуть успокоившись, только недовольно фыркнула:
     – Я скормлю предателя ящерам…
     – Может, прежде объяснишь, почему ты пыталась это скрыть? – холодно заметила Алистраи. – Если рядом есть новые угрозы, то…
     – Упокойся, – перебила Ссавата. – Вокруг грота на сотни миль просто дикие Пустоты. Эти следы оставила какая-то эрозия.
     – Патрульные сказали, что это похоже на следы инструментов, – сухо напомнила Алистраи.
     – А я говорю, что это просто какой-то внутренний обвал, – заявила Ларриа. – Да, я приказала своим жиловодам держать языки за зубами. Там не на что смотреть, просто выемка в жиле мифрила!
     – Впрочем… – протянула Ссавата. – Раз