Вербовой Александр: другие произведения.

Бродяга

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


Оценка: 6.45*22  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Парень попадает в другой мир. Боги, маги, мечи, погони, тюрьма, каторга, бунт, месть. Постараюсь без роялей, возможно вылезет пару маракасов ))) (Не знаю как Карол/Керол, но Торт точно маракас!) ГГ имеет пару свойств, благодаря земному происхождению, вот с ними он и будет вертеться. Поседняя прода сюда уже включена.


* * *

У личности всегда есть этическая основа, которая не может быть пересмотрена из-за изменений внешних условий.

Сергей Бережной

Сон совести рождает чудовищ.

Перефраз

* * *

   -- Или этот слизняк гораздо смелее, чем я думал, или он сильно переоценивает мое чувство юмора, -- я был в ярости рассматривая "мир бога зла". Абсолютного зла. Окружение вовсе не потрясало. Оно даже не впечатляло.
   Небольшая комната. Стол и два неодинаковых стула - вот и вся обстановка. Зелень листвы за окном. И какой-то мальчишка пьет кофе, аромат которого повсюду. Розетка с печеньем и пиала с янтарной жидкостью, напоминающей мед, стояли на столе рядом с ворохом каких-то бумаг и аккуратной стопкой книг. 
   Серый с тигриными разводами кот сверкнул презрительным взглядом и вновь равнодушно уставился на аквариум с красными рыбками. Было видно, что он всерьез и надолго устроился на коленях у мальчишки, и никакие незваные гости не нарушат его кошачьего спокойствия. 
   Я же, в отличии от кота, закипал. В первое мгновение показалось, что меня переместили назад на Землю. Сбивал контраст этой комнаты со всем увиденным за последние пол года: дворцы, блистающие роскошью, или маленькие комнатушки с земляным полом, посыпанным соломой. Комната напоминала квартиру в многоэтажке -- не тесную, но сжатую со всех сторон такими же унылыми коробочками из кирпича или бетона. 
   Первая растерянность, вызванная этим контрастом, прошла, и я внимательнее взглянул на сидящего за столом.
   Мальчик откинулся на спинку стула и с каким-то странно детским беззащитным выражением смотрел на меня. Его выражение лица можно было принять за отчаяние, но раскованная поза и усталый взгляд хозяина комнаты, путали все впечатление и выбивали из колеи. 
   -- Послушай, куда это я попал? 
   -- А куда бы вам хотелось попасть, сударь? -- легкая улыбка скользнула по лицу пацаненка. 
   -- Малыш, к чему эти шутки? Один вот уже пошутил со мной, и теперь даже я не знаю, чем это для него кончится. Скажи-ка мне лучше, где здесь выход, и я избавлю тебя и твоего кота от своего присутствия.
   -- А какой бы выход вы предпочли, сударь? -- продолжал упорствовать мальчишка. Кот на его коленях упорно продолжал гипнотизировать рыб.
   Что делать абсолютно неясно. "Типичный заморыш-вундеркинд, скучающий от безделья", -- мелькнула мысль, -- "Куда же меня все-таки занесло?"
   -- Парень, я спешу. Мне нужно вернуться туда, откуда я пришел, -- процедил я, всем видом стараясь показать, как тяжело мне себя сдерживать и как повезет этому заморышу, когда я его избавлю от своей компании. 
   -- Зачем же вы явились оттуда сюда, раз вам надо туда, сударь? -- удивленно спросил мальчик, невинно подняв брови и даже приоткрыв рот, словно несказанно пораженный подобной бессмыслицей, -- К тому же вернуть вас обратно не в моих силах, сударь, -- скороговоркой прибавил он, наверное увидев, как у меня от ярости потемнели глаза, а рука потянулась к мечу. 
   -- Это я и без тебя знаю, щенок, что не в твоих силах. Ты мне просто скажи, где я нахожусь и кто здесь поумнее тебя? -- взорвался я, раздраженный идиотизмом ситуации, своей вспыльчивостью и явным испугом "вундеркинда".
   -- А где бы... -- начал наглец и осекся. Задумавшись, он начал вновь, в явно непривычной для себя манере, -- Вы находитесь во владениях бога зла, сударь.
   -- Неужели? А ты, стало быть, его секретарь?
   -- А зачем вам его секретарь, сударь?
   -- Малыш, ты меня бесишь. Ничего если я тебя придушу?
   -- Сударь, давайте и правда представимся. Я бог зла. Меня зовут Сна, если не добавлять всяких глупых титулов. С кем имею честь, сударь? 
   Я не выдержал и расхохотался.
   -- Ну, парень, тебе действительно удалось рассмешить меня. Как говорится: "Кто хочет тот добьется". Но может... -- теперь осекся я.
   В мальчишке произошла неуловимая перемена. Казалось, что изменилось только выражение лица, но это было так неожиданно, словно полотенце, превратилось в твоих руках в ядовитого гада. Этот другой был не страшен, страшна была сама перемена. Он словно повзрослел, его губы исказила презрительная усмешка, кожа на лице стала смуглее, а черты его резче. 
   -- Ты зачем пришел? -- грубо спросил изменившийся "вундеркинд".
   Я вдруг почувствовал себя жутко. Забытое ощущение бегущих по телу мурашек. Острое ощущение, что в этой комнате я один на один с чем-то непонятным и потому страшным сковала мышцы. Внезапно душу резанули детали, еще минуту назад не имевшие значения. Раздражавшее ранее отсутствие дверей теперь струнами натягивало нервы и мутным холодком шевелилось в желудке. Незаметная ранее музыка вдруг въелась в мозг, и в нем зазвучал набат, похожий на марш и стоны, напоминающие песню сирен. Непонятный пасмурный свет из окна стал вдруг зловещим. 
   Ужас. Это называется ужас.
   Я ощутил что скован. Воздух вокруг превратился в камень. Кот откровенно презрительно смотрел на в упор. Его вертикальные зрачки то сужались, то расширялись. "Вранье, будто люди не верят в собственную смерть" -- мелькнула жуткая мысль, и похоже у меня задрожали губы. Это заставило встряхнуться. Вернулась ярость. 
   Стало почти не страшно, но губы продолжали дрожать. Ненавидя себя за эту слабость я пытался собраться с мыслями. Захотелось хоть что-то сказать, чтобы сгладить этот эффект и перебить вкус ужаса. Или это кровь во рту?
   Смерть. Какая разница.
   -- Никогда не думал, что зло это смерть, -- выдавил из себя я.
   -- Ты всегда от страха становишься философом или это просто истерика? -- презрительно спросил Сна.
   -- Ты не убьешь меня. Зачем бы ты со мной столько возился?
   -- Не надолго же тебя хватило. Ты первый человек, душу которого мне удалось разбудить лишь на миг.
   Оковы, сковывающие тело, внезапно исчезли, кот вновь равнодушно уставился на рыб.
   -- Смертельный ужас ты называешь пробуждением души?
   -- Не будем об этом. Итак, ты пришел, чтобы уничтожить зло. Ты обнаружил, что немного задолжал Добру и решил разом расплатиться. Легкий путь - уничтожить зло, заставив бога зла не нести людям зло? И быстрый! Но ты же даже не знаешь, что такое зло. Что-то много зла в моих словах, -- рассмеялся Сна. 
   -- Просвети меня неразумного, мудрый Сна, -- у меня не было желания поддерживать его шуточки.
   -- Ты думаешь, я бог зла? Нет. Это выдумки смертных, которые просто боятся, но не знают меня. Я Сна -- абсолютное зло. Как говорил один мудрец: "Нет зла, есть искажённое добро ". Он счастливец -- он не знал меня. Ведь я не зло. Никто не назовет меня злым, но разве я добрый? Я -- то, что всегда там, где добро встречается со своим настоящим врагом бессилием. А ведь это постоянные спутники, не так ли? 
   Не так много бессилия было в моей жизни последние пол года. Но Сна продолжал:
   -- В тебе достаточно бессилия, чтобы все твое добро превратилось в зло. И я тебе в этом помогу. Сна -- это то, что может оправдать любое зло, глядя на него глазами как бы добра. Это Сна делает из добра зло. Ты пришел уничтожить абсолютное зло? Зачем же далеко ходить? Тебе достаточно совершить самоубийство и ты добьешься своего. 
   Сна разразился жутким хохотом. Это был еще один неожиданный и неуловимый переход. Иррациональный, необъяснимый страх вновь холодком пробежал по телу.
   -- Если ты действительно абсолютное зло, зачем же пытаешься уничтожить во мне самого себя?
   -- Неужели ты думаешь, что, рассказав тебе о Сна, я что-то меняю? Не думал, что ты настолько глуп. Ты же раньше знал обо мне, но вот я стою и смотрю на тебя как в зеркало. Не ври, что не слышал о Сна и не знаешь, что такое равнодушие.
   Реальность потекла грязными потоками, и только в последний миг я понял, почему лицо Сна вызывало во мне странную жуть.
   Как в зеркало...
   Зеркало.
  

Часть первая. Наивный пилигрим.

В диалоге с жизнью важен не её вопрос, а наш ответ.

Марина Цветаева

   Парень неспокойно ворочался во сне, блестящие капельки росы и утренний ветерок заставляли поеживаться его обнаженное, покрытое гусиной кожей тело. То и дело пробегала судорожная дрожь. Но вот веки задрожали, и он открыл глаза.
   Ему было около шестнадцати или семнадцати, но, несмотря на хрупкое, на первый взгляд, телосложение, он не выглядел слабым, скорее жилистым. Легкий загар, за исключением белого следа от плавок. Черные, коротко остриженные волосы, были растрепанны и в них поблескивала роса. Скуластое лицо говорило о силе воли или пристрастии к жевательной резинке. Нос с горбинкой слегка сломан. Губы тонкие...
   Проснувшегося звали Сергей, хотя от друзей он предпочитал кличку: Серый. Резко сев, он принялся ошарашено вертеть головой оглядываясь по сторонам. Парень явно был ошарашен столь необычным пробуждением.
   Он неизвестно как оказался посреди лесной поляны, со всех сторон окруженной чащобой и, что самое удивительное, поблизости не было никаких признаков их вечерней гулянки: ни костра, ни мятой бумаги и консервных банок, ни самой палатки. Поляну покрывал ковер высокой травы и кустарник вперемешку с зарослями сорняка.
   Прошлым вечером он с тремя друзьями поставили на берегу реки палатку и принялись за рыбную ловлю. Серый никогда не был фанатом рыбалки, поэтому, как стемнело, и следить за поплавком стало трудно, он завернулся в одеяло и завалился спать, а друзья остались у реки -- начиналась ночная поклевка.
   Серый вновь оглянулся вокруг в надежде увидеть хотя бы следы лагеря, но вокруг по-прежнему покачивалась трава, да шумел птичьим гамом недалекий лес. Но вот озадаченное выражение на его лице сменилось пониманием, и он, вскочив, закричал:
   -- Ну, жмурики, я вам устрою!
   "Это, конечно, оригинально и со стороны даже смешно, но если бы эти шутники оставили мне хотя бы трусы, можно было бы повеселиться вместе с ними. Но чтобы совсем голышом затащить неизвестно куда -- это уже перебор!" В то же время Серый понимал: участвуй он в подобной шутке, сам бы ничего не позволил оставить на жертве. Улыбка скользнула по его лицу, стряхивая росу и зябко поеживаясь, парень направился к ближайшим кустам соорудить какое-нибудь подобие набедренной повязки.
   Далеко они меня не перетащили, думал Серый, пристраивая себе на бедра лопухи. Небось наблюдают сейчас за мной и качаются со смеху. Ну, ничего, я им тоже устрою, когда вернусь в лагерь. Он, скорее всего где-то на севере -- не тащили же они меня ночью через реку.
   Пытаясь сориентироваться, Серый взглянул на восток. Сперва он подумал, что с солнцем творится что-то непонятное: красное и раздувшееся оно грозно выглядывало из-за черных верхушек деревьев. В окружении багровых облаков над горизонтом величественно поднималось... что? Серый вдруг понял: Это не Солнце.
   Как же так? -- растеряно подумал он, -- Откуда? Так не бывает. Не бывает такого большого Солнца!!! -- Жуткий холодок пробежал по спине Серого, заставив его передернуться, словно от озноба.
   Сердце его сорвалось и полетело в темную пропасть. Из горла вырвался сдавленный крик, и дикий ужас заколыхался в глазах, сжимая горло и заливая слабостью все тело.
   -- Нет! Не надо, нет... -- он застонал, опустился на землю и спрятал лицо в ладонях, -- Мама, как же... -- бессвязно бормотал он. Мутные мысли путались в голове, а тело сжалось в маленький комочек. Только ветерок перебирал ветки кустарника и пускал по траве легкие волны, да где-то щебетала птаха.
   Серый вспомнил, как когда-то в детстве заблудился в парке, и все за него жутко испугались, а он вышел сам и вывел какую-то девчонку, став чуть ли не героем семейных легенд. А теперь? Тогда было страшно, а сейчас просто жутко. Нет -- невыносимо жутко. Хуже, чем на луне -- оттуда хотя бы Земля видна. Один, один на весь мир. И как же мама? Никто не будет знать, что со мной. Они будут переживать... Серого охватила тоска и отчаяние. Отец окончательно поседеет.
   -- Нет выхода, нет... -- слышалось бессвязное бормотание. Наконец парень опустил руки и вновь огляделся вокруг. Непреодолимая тяжесть легла на сердце. Все выглядело теперь совсем иначе.
   Если над головой не Солнце, то под ногами не Земля, а чужой и неизвестный мир, из которого нет возврата. Это хуже, чем необитаемый остров. Там хотя бы есть надежда, что тебя спасут.
   -- Занесло же меня сюда как-то. Должен быть выход, -- смутное ощущение кошмарного сна не покидало Серого.
   Парень любил цивилизацию со всеми её удобствами и возможностями. Если он и мечтал стать первопроходцем, то обязательно с комфортом и в как можно большей компании. Ему отчаянно хотелось домой, и невозможность этого все сильней угнетала и повергала в отчаяние.
   Поднявшись на ноги, он, сломя голову, бросился в чащу, сам не понимая, что бежит от своего страха. Многие пытались убежать от себя, но мало кто преуспел. У Серого все было еще впереди. И он бежал.
   Ворвавшись в заросли кустарника, парень оцарапал лицо и руки, но даже не замедлил бег. Он ломился напролом, не замечая, что теряет силы на борьбу с колючками, которые гораздо легче обойти. Ему хотелось прорываться и ломать, ему нужна была хоть какая-нибудь победа.
   Постепенно безнадежность уступила место упорному стремлению жить, мысли начали проясняться, и, хотя легче не стало, но парень начал воспринимать окружающее.
   Пот жег исцарапанные плечи и грудь, сбитые и исколотые сучьями ноги отдавались тупой болью. Серый перешел на ходьбу. Мысли о родителях ледяными ручейками холодили сердце. Ребята вернуться, а меня нет, -- с ужасом думал Серый. -- Мама, она же не выдержит. Ну почему-у-у?
   Стон сорвался с его дрожащих губ, и светлые дорожки прочертили пыль на щеках.
   Пробираясь между корнями поваленных деревьев и цепким кустарником, он разбил в кровь пальцы ног, все тело его покрылось ссадинами и волдырями от едких укусов мошкары. Жажда и духота туманили сознание, но от этого становилось даже легче: отступали мучительные мысли о доме. Серый исступленно продирался вперед, все чаще спотыкаясь и падая. Так продолжалось несколько часов, но парень не замечал хода времени, его сознание почти ничего не воспринимало.
   Неожиданно Серый словно бы наткнулся на невидимую преграду, в его глазах начали просыпаться искры мысли. Перед ним из земли, раскинув узловатые корни, торчал пень. Самый обыкновенный пень, но с ровным срезом. Его спилили! Это означало, что где-то здесь были люди!
   -- Люди... Я спасен, -- Серый обессилено опустился на пень -- многочасовая гонка по лесу давала себя знать навалившейся усталостью и тупой болью в мышцах ног.
   Несмотря ни на что в нем просыпалась надежда, и вместе с ней возвращались силы, с глаз спала пелена безнадежности. Он заметил, что дышит тяжело и хрипло, а грудь вздымается часто и судорожно. Весь исцарапанный и искусанный комарами, с разбитой в кровь правой ногой и разодранным коленом он еле держался на ногах, но на губах его блуждала улыбка. Серый попытался вспомнить, когда же он поранил ногу, но тут же забыл о ней и начал торопливо оглядываться в поисках тропинки или хотя бы признака пути, которым ушли люди.
   Обшарив всю поляну и переломав на ней большую часть подлеска, Серый так ничего и не нашел. Обессиленный, со свежими кровоточащими и зудящими от пота царапинами, он вернулся обратно к пню.
   Теперь, когда первый восторг прошел, Серый заметил, что срез очень старый и начал уже немного трухляветь. Серый разочарованно пнул его ногой. Теперь ему мало было знать, что он не одинок в этом мире, что кроме него где-то есть другие люди. Он хотел попасть к ним и как можно быстрее!
   Решив, что глупо сейчас менять направление, он вновь заспешил на запад. Заметив, что задыхается, Серый заставил себя идти шагом, чтобы окончательно не свалиться от усталости. После еще нескольких часов безрезультатного продирания сквозь чащобу, он стал похож на бездумный автомат.
   Поднявшись в зенит, местное солнце пробивалось сквозь кроны деревьев душными столбами испарений. Все нестерпимей становилась жажда, к горлу подбиралась тошнота, а за ней накатывала чернота, оставляя после себя головокружение и металлический привкус во рту.
   Неожиданно Серый вышел на тропу, еле заметную среди травы и сухих листьев. Обилие отпечатков звериных лап и копыт, а так же полное отсутствие человеческих следов говорили, что она ведет к водопою, а не к жилью. Серый решил дальше двигаться по ней -- не надо пробираться сквозь колючие первобытные заросли, поэтому идти намного легче. К тому же тропа, хотя и петляя, держалась западного направления. Настроение у Серого поднялось, и он, забыв обо всех своих несчастьях, с удвоенными силами продолжал двигаться... Неизвестно куда.
   Вскоре деревья впереди расступились, открыв ярко-голубое небо без единого облачка, а еще через несколько шагов показалась река.
   Склон был довольно крутым, поэтому тропа сворачивала налево и постепенно подходила к самой воде. Животные замесили там жуткую грязь, превратив весь берег в кашу. Решив, что тащиться по солнцепеку не стоит, Серый с высоты трех метров бросился в воду. Предвкушая соприкосновение с речной прохладой, и заранее ощущая разгоряченным телом свежесть воды, он вдруг услышал вопль, похожий на рев быка, обиженного в лучших чувствах. От неожиданности Серый наглотался воды и едва не захлебнулся. Бешено замолотив руками, он вынырнул на поверхность.
   Взглянув на берег, он захотел обратно под воду, или куда-нибудь еще, лишь бы подальше от мечущегося на берегу чудовища. Приплясывая от нетерпения, оно поедало Серого голодными глазами. Его намерения выдавали, торчащие изо рта, желтые клыки величиной с палец. Огромные иклы на человеческом лице создавали чудовищное ощущение нереальности происходящего. К тому же это была самка. Одежда или другие признаки цивилизации отсутствовали, а совершенно звериное выражение лица говорило, что это не человек. Или уже не человек. Говорят, что внешний вид обманчив, но это был совсем не тот случай. Ужасная тварь опоздала всего на мгновение, и это спасло Серому жизнь... на какое-то время. Не задерживаясь, он поплыл к другому берегу. Оставалось надеяться, что не все люди здесь выглядят подобным образом.
   Упырица продолжала метаться по берегу жутко вереща и завывая, но не решаясь прыгнуть за ним -- возможно у нее водобоязнь, как у кошек. В таком случае это одна из лучших черт её характера. Серый тем временем не тешил себя напрасными надеждами, отлично понимая, что на противоположном берегу его не ждет ничего хорошего. Удивительно, что он до сих пор еще жив в таком враждебном мире. Из-за последней встречи все виделось ему в мрачных тонах. Хотя казалось бы куда уж дальше?
   Берег приближался мучительно медленно, а у Серого крепла мысль, что у упырихи были более веские причины не лезть в реку, чем водобоязнь. Ведь зубастые твари могут водиться не только на суше. Он вспомнил кадры фильма про охоту на крокодилов, а так же про охоту самих крокодилов, и ему захотелось как можно быстрее оказаться на берегу. Почувствовав под ногами дно, он, подняв целый фонтан брызг, выскочил из воды и бросился к ближайшему дереву.
   Прижавшись спиной к шершавой коре, Серый затравленно оглянулся по сторонам. Вокруг были только лес и тихая река. Опустившись на землю, он сорвал травинку и принялся нервно грызть. Продолжая внимательно всматриваться в лесную чащобу. Грудь его после быстрого плавания часто вздымалась. Немного успокоившись, парень направился к реке -- из-за страха и спешки он забыл, что хотел пить. Утолив жажду, Серый побрел дальше на запад. В сплошной стене деревьев и подлеска никаких тропинок видно не было, и ему вновь пришлось отвоевывать каждый шаг у колючек и мошкары. Земля стала не такой сырой, но из-за страшной жары духота не уменьшилась, и продвижение по лесу стоило Серому огромных усилий.
   Солнце начало клониться к закату и слепило Серого сквозь листву своими косыми лучами. Лесу, по прежнему, не было видно ни конца ни края, а бедняга уже не чувствовал своих ног. Снова вернулась жажда, от голода сильно кружилась голова. Жара спадала, и вечер обещал прохладу, но Серый со страхом думал о ночной тьме и ночных обитателях этого бесконечного леса. Он все чаще оглядывался на шорохи листвы в кронах, и в глазах его мелькали огоньки ужаса. Он понимал, что ночь в лесу ему не пережить. Но лес неожиданно кончился.
   Деревья расступились и открыли взгляду холмистую равнину и полоску дороги, вьющуюся по ней в километре от леса. Серый валился с ног от усталости, но к дороге он бросился бегом. Однако дневная гонка по лесу брала свое, и до цели он добрался, еле переставляя ноги. Дорога оказалась грунтовой и очень разбитой. Если не знать наших сельских дорог, можно было решить, что Серый попал в средневековье, когда кроме лошадей и повозок другой транспорт отсутствовал. Было заметно, что дорогой часто пользуются.
   Не долго думая, Серый направился на север. В нем теплилась надежда до темноты добраться до человеческого жилья. Вскоре дорога свернула на восток и подошла вплотную к лесу.
   Солнце ниже и ниже клонилось к горизонту, а Серый все больше спешил, но из-за усталости его усилия вызывали только боль в натруженных мышцах и совсем не прибавляли скорости. Подступающая справа темная громада леса пугала неизвестностью. Представив, что сейчас он мог быть где-то там, в дикой чащобе, Серый задохнулся от ужаса, но тут же отбросил это наваждение. Так совсем неврастеником стану, возмущенно подумал он. Сумерки сгущались, лес выглядел все более угрожающе, и даже собственная тень казалась зловещей. Нервы Серого натянулись до предела, сердце отбивало бешеный ритм. Он каждый миг ждал беды. В разбитом усталостью теле воле не оставалось места -- его двигал только страх.
   Вдруг на удлинившуюся тень Серого упала чужая. Сердце его упало в темную бездну, Серый бросился в сторону и покатился по земле. У левого плеча он услышал лязг зубов. Вскочив и обернувшись, Серый с ужасом взглянул на напавшего.
   Было еще довольно светло, и он разглядел тощего старика с впалой грудью и тонкими, словно усохшими, конечностями. Но огромные клыки и горящий голодом взгляд выдавал в нем хищника-людоеда. Казалось, его ощеренный рот состоял из одних клыков, но морщинистое землистого цвета лицо, безумно-голодное выражение глаз и текущая по подбородку слюна вызывали отвращение и жалость.
   Серого чуть не стошнило от омерзительного запаха гнили и мокрой псины. Неожиданно упырь напал снова. Серый, увидев разинутую пасть и растопыренные в прыжке руки со скрюченными когтистыми пальцами, несущиеся на него с неумолимой быстротой, попытался увернуться в сторону. Но упырь, невероятно изогнувшись, все же сумел полоснуть его когтями по плечу. Нестерпимая боль пронзила все тело, и Серый, не удержавшись на ногах, покатился по земле, но тут же вынужден был вскочить, ведь тварь и не думала давать ему передышку. Морщась от пульсирующей боли, Серый развернулся лицом к врагу. Краем глаза он заметил тусклый свет и, всмотревшись, увидел освещенные изнутри мерцающим пламенем узкие окна какого-то строения. В сумерках Серый его раньше не заметил, хотя до него было не более трехсот метров. Упырь атаковал беззвучно, и Серый, опомнившись, успел только слегка дернуться в сторону, и вместо шеи в пасти чудовища оказалось его предплечье. Рванувшись, как зверь из капкана, Серый сумел вырваться из страшных объятий. Упырь, по волчьи оскалив зубы, недовольно заурчал. Губы его окрасились кровью, а в глазах появилось удивление. Наверное, он не ожидал такой прыти от слабого и не вооруженного мальчишки.
   В душе Серого надежда задушила страх -- осталась одна решимость. В спарринге на ринге противники, хорошо знающие Серого и видя такое выражение в его глазах, переходили в глухую оборону, чтобы не нарваться на нокаутирующий удар. Когда Серый еще не бросил бокс, тренер пытался заставить его не сдерживать силу удара, ставя его с заведомо более сильными и опытными соперниками, но на Серого "накатывало" лишь иногда и по непонятным причинам. Серый-то знал, что в такие моменты в нем просыпалась злость на кого-то, а доставалось партнеру. Ему это не нравилось, и он ушел из спортивной школы.
   Понятно, что упырь знал Серого очень плохо, и следующий прыжок клыкастой твари тот встретил мощным ударом в челюсть. Даже в полете чудовище попыталось уклониться, но было поздно. К ногам Серого упало уже бесчувственное тело.
   Однако часто вздымающаяся грудь упыря показывала, что это всего лишь небольшая передышка. Ловкость, с которой упырь пытался отреагировать на его молниеносный удар, поразила Серого. Он понял, что второго шанса у него не будет, и бросился бежать на спасительный свет. Хруст веток за спиной подстегнул Серого -- тварь не собиралась отказываться от своей добычи. Усталость предательски замедляла бег, одышка разрывала грудь, но ужас, дышащий в затылок, гнал и гнал Серого вперед, не позволяя даже оглянуться.
   Впереди показался силуэт дома, но в свете окон Серый ясно увидел высокий частокол и закрытые ворота. Не замедляя бега, Серый всем весом бросился на них в надежде, что они не заперты, но деревянные створки даже не поддались.
   Страх зажал его в холодных объятиях, и он бешено заколотил по грубым доскам.
   -- Откройте!!! Ну откройте, пожалуйста! -- в ужасе закричал юноша. Голос его срывался, на глазах выступили слезы. -- Откройте!.. -- безнадежно крикнул он снова, но за частоколом не слышалось ни звука.
   Серый услышал сопение за спиной. Он обернулся, как загнанный зверь. К нему подбирался все тот же старый упырь. Теперь он стал осторожнее, поняв, что ему попалась не такая уж легкая добыча, однако съесть Серого ему все же хотелось. Но если раньше упырь недооценил Серого, то теперь он переоценивал его возможности. От голода и усталости несчастный валился с ног, рваные раны и последний безумный рывок отобрали последние силы, пульсирующая боль туманила мысли. Силы были не равны, и Серый понял, что обречен.
   Медленно приближаясь, упырь начал готовиться к прыжку. Серый от страха вжался в створки ворот. Бежать некуда, и сил для защиты уже нет. Над головой Серого раздался вибрирующий звук, и из груди упыря выросла стрела. Издав тихий стон, старик свалился в пыль.
   Сперва Серый тупо уставился на корчащееся тело, но, осознав, что упырь истекает кровью и бьется в предсмертных судорогах, он понял, что спасен, и волна облегчения нахлынула на него.
   Затем им овладела ярость. Лицо его исказилось, и он бросился добивать валяющееся на земле тело. Это была ярость загнанного зверя, увидевшего, что преследователь стал слабее его.
   Серый бил и топтал ногами уже безжизненный труп, не помня себя от ярости и пережитого страха. Немного успокоившись, он почувствовал, что чьи-то сильные руки оттаскивают его от мертвеца. Обернувшись, он взглянул на своего спасителя и увидел в неверном свете коптящего факела улыбающееся человеческое лицо.
   Обрадоваться Серый не успел, потому что потерял сознание.

* * *

   Парня, которого увидел Серый, звали Арм. Он легко подхватил бесчувственное тело и направился к распахнутым воротам. Лицо его было сильно озадаченное. Немного сбивали с толку его по детски веселые глаза, но это был настоящий воин. Из тех, что выбираются из любой передряги и вытаскивают бедолаг, попавшихся под руку.
   У ворот стоял его напарник Грат с арбалетом в руках. Во внешности обоих было что-то, отличающее солдат от остальных людей, не видевших войну. Было им лет под тридцать пять и большую часть жизни они провели в походах. Но повеселится любили и умели.
   -- А ты говорил, что сегодня неудачный день, -- усмехнулся Арм Грату, продолжая, по-видимому, прерванный внезапным появлением Серого, разговор, -- этот мальчишка притащил на хвосте целый золотой. Такие неудачи случаются довольно редко. Золотой! Да в нашей глуши это целое состояние.
   -- "Этот мальчишка", как ты его называешь, скорее всего, беглый раб. Мелочь, а для Нумара заморочка.
   -- Брось. Нумар переживет. И чего ты сегодня такой кислый? Не так уж много ты проиграл тому проныре... Забери лучше падаль с дороги и запри ворота. Мало ли кто тут еще шляется. Я занесу пацана в караулку и позову Нумара. -- с этими словами Арм направился к дверям харчевни.
   Вывеска над входом гласила "У бога за пазухой". Из открытых дверей пахнуло пивом и теплом. Короткий коридорчик вел в основной зал, но Арм свернул в караульное помещение и положил Серого на лавку. Избавившись от ноши, Арм вошел в зал и направился к стойке. На него никто не обращал внимания.
   -- Нумар, у нас гость, -- тихо проговорил Арм, обращаясь к мужчине за стойкой.
   -- Так приглашай его сюда, -- отозвался мужчина за стойкой.
   -- Это несколько необычный гость. Зайди в караулку -- он там.
   Нумар отозвался не сразу, продолжая задумчиво тереть полотенцем деревянную кружку. Ему было уже сильно за пятьдесят. Внушительная лысина и седина говорили, что он не легко прожил эти пол века, а крупный нос с голубыми прожилками и объемистое брюхо выдавали в нем большого любителя выпить.
   -- Показывай, что за гость, -- проворчал Нумар, выбравшись из-за стойки, и вытирая руки о промасленный фартук.
   Пока они вдвоем пробирались между столиками, Нумара несколько раз окликали посетители, требуя пива или вина -- в харчевне было довольно людно. Судя по пьяным выкрикам и торопливой суете молодых официанток, ребята гуляли по крупному. Выбравшись из духоты главного зала, Арм и Нумар вошли в караульную, где их уже ждал Грат. Увидев бесчувственное тело, Нумар помрачнел.
   -- Занятно... Кто бы мне еще тут кое-что объяснил? -- обернулся корчмарь к охранникам, задумчиво потирая подбородок.
   -- Да чего объяснять? Мы спокойно играли в кости, а этот пацан забарабанил в ворота, как сумасшедший. Он был в истерике и орал, как роженица. И должен сказать -- у него были на то причины. Когда мы подоспели, до него уже почти добрался упырь. Грат быстренько пристрелил эту тварь, а парень на радостях бросился его добивать. Я имею в виду упыря, а не Грата. Когда я вышел, чтобы его оттащить от трупа и немного успокоить, он потерял сознание. Вот и вся история, -- улыбнулся Арм.
   -- Да... здорово ты его успокоил...
   Нумар задумчиво разглядывал Серого, и на лице его было сомнение. Арм, посмотрев внимательней на непрошеного гостя, тоже посерьезнел. Гость без сомнения выглядел очень странно даже для беглого раба. Хотя иной раз кого только не приносит через границу. Грат успел узнать что-то еще, и глаза его лучились лукавством, но ни Арм, ни Нумар не обращали на него внимания.
   -- Он беглый раб -- это очевидно, но клейма не видно... -- неуверенно пробормотал Нумар.
   -- Наверняка игрушка какой-нибудь леди, -- подсказал Арм.
   -- Этого я и боюсь... У нас он не выживет. На Релаумской дороге не выдают беглых, но он же, очнувшись, сам начнет умолять найти его хозяйку. Наверняка случайно отстал от обоза: отошел по нужде и заблудился, -- Нумар взглянул на охранников, ища поддержки своим словам.
   Арм согласно кивнул ему, но Нумар заметил ухмылку Грата, расползшуюся на пол лица, и стал еще мрачней.
   -- Ты чего лыбишься? -- бросил он.
   -- Мне кажется, вы не все знаете... -- начал Грат, наслаждаясь озадаченным видом своих друзей. Нумар был босом, но это не помешало сдружиться этим хотя и разным по возрасту, но близким по характеру людям.
   -- Только не говори, что мальчишка очнулся, рассказал быстренько свою историю и так тебя расстроил, что ты опять его вырубил, -- съязвил Арм.
   -- Помните упыря? -- продолжал Грат загадочным тоном, -- Того, что приперся за пацаном... -- Голос у него был вечно простужен, говорил он словно сквозь зубы, -- Ну, вы должны помнить, такая милая зверушка... -- Грат серьезно взглянул на собеседников, но в тоне его сквозила ирония. Друзья знали и прощали ему эту привычку, но незнакомцев она здорово бесила, от чего они же и страдали. И порой довольно серьезно.
   -- Не тяни, иначе меня нудить начнет, -- нетерпеливо проворчал Арм. Нумар спокойно ждал продолжения.
   -- Ребята, а ведь парень может истечь кровью, -- заметил Грат, -- надо бы позвать Курат, пускай промоет укусы и перевяжет его...
   -- А чтоб тебя... Любишь ты потянуть кота за хвост. Выкладывай, что ты там надумал! Мы и так уже заинтригованы... Постой, какие укусы?! -- ошеломлено воскликнул Арм.
   -- А ты что слепой?
   Нумар тут же вышел. Позвав одну из официанток, объяснил ей, что необходимо сделать. Вернувшись, он застал немую сцену в исполнении Арма: он пялился на Серого, словно у того появилась вторая голова, а Грат корчился от едва сдерживаемого хохота.
   -- Все это странно... -- пробормотал Нумар, рассматривая раны Серого.
   -- Угу... -- только и выговорил Арм.
   -- Быстро бегает паренек. Чтобы выбраться из пасти упыря... Загадочный мальчик.
   -- Может он таки выживет у нас? -- напомнил о себе Грат.
   -- Кончай издеваться! При таком раскладе он переплюнет любого беглеца с каменоломен Канавы. Сбежать от упыря! Да он у нас национальным героем станет. -- Арм никак не мог успокоиться.
   -- Ладно парни, сейчас вы упадете... -- Грат окинул их оценивающим взглядом, словно прикидывая, удобно ли им будет падать и выпалил: -- Перед тем, как убегать от упыря, он его вырубил.
   -- Чем? -- спросил Арм, непонимающе глядя на Грата.
   -- А ручками, ручками...
   -- Грат, ты и меня доконаешь! Так не бывает. И откуда ты об этом можешь знать? -- не выдержал в свою очередь Нумар.
   -- Просто когда я вырывал клыки у твари, вся её морда была разбита, а нижние зубы шатались.
   -- Так он же мог его и палкой... Хотя бы.
   -- Что я не отличу, где поработала дубинка, а где кулак приложился? И у пацана все костяшки на правой руке сбиты. Не по деревьям же он на бегу от скуки стучал?
   -- Ничего себе игрушка для леди... -- протянул Нумар.
   -- Случайно заблудившаяся... -- в тон ему поддакнул Арм.
   -- И потерялся он не близко. Весь исцарапан, а ноги... Да он же весь день через лес продирался, -- заметил Нумар. -- Чего это Курат так долго возится?
   -- А я еще у ворот удивлялся: "Почему это упырь к малышу, как к тяжело вооруженному конному взводу подбирается?" Они же обычно сразу кидаются. А он, гад, уж научен был. -- Арм никак не мог прийти в себя.
   Вбежала Курат вместе с еще одной официанткой Ламой. В караулке сразу стало тесно и шумно. Нумар решил вернуться в зал -- надо же кому-то обслуживать посетителей.
   -- Пока отнесите его в комнату к Свиту на место Рвика, -- сказал он. -- Этот оболтус все равно назад из Арзарума не вернется -- не тот характер. Может пацан как раз его заменит.
   Когда Нумар ушел, ребята из охраны сели к столу, чтобы продолжить прерванную игру в кости, а Курат и Лама продолжали хлопотать над Серым о чем-то перешептываясь. Игра не клеилась: Грат любовался красивыми фигурами девушек, Арм никак не мог успокоиться, взгляд его оставался задумчивым, и время от времени он мотал головой, словно оглушенный.
   -- Грат, ты серьезно про выбитые зубы? -- не выдержал он.
   -- Да я сам обалдел, даже жутко стало, как представил. Голышом по Релауму, а напоследок небольшая потасовка с упырем. Не понимаю только, почему он его сразу же не добил? Прав Нумар -- странный мальчишка.
   -- О чем вы? -- девушки закончили перевязку и с любопытством посматривали на охранников.
   -- Мне кажется, вы упустили начало очень интересной истории... -- загадочно улыбнулся Грат.
   -- Не-е-ет, меня таки стошнит, -- воскликнул Арм, -- лучше я отнесу парня наверх, нечего ему здесь на лавке валяться.
   Грат проводил его отсутствующим взглядом и с улыбкой обернулся к замершим слушательницам -- он был в своей стихии.

*

   Просыпался Серый скверно. Нумар слегка встряхнул его за плечо, и от этого слабого движения по телу разлилась адская боль. Серый тихо застонал и открыл глаза. Словно сквозь туман он увидел пожилого мужчину в полотняной рубахе и потертом кожаном переднике с добродушной улыбкой на лице. Это был Нумар. Серый попытался улыбнуться в ответ, но новый приступ сильной боли заставил его судорожно сжаться и закрыть глаза. Черты его лица исказились, а вырвавшийся из груди стон был похож на скуление. Когда боль немного отступила, Серый попытался вновь осторожно осмотреться. За спиной Нумара он увидел еще троих мужчин помоложе. Это были Арм, Грат и сын корчмаря Фосэр. Их странная одежда напомнила Серому прошедший день. Все произошло наяву. Серого охватила паника, но он попытался взять себя в руки.
   -- Кто ты и что с тобой произошло? -- задал Нумар вопрос, который последние сутки интересовал всех, кто слышал о необычном госте.
   Но слова корчмаря оказались для Серого полной бессмыслицей. Такого языка он никогда не слышал, что не удивительно. Он понял, что его о чем-то спросили, но о смысле сказанного мог только предполагать и постарался всем своим видом выразить непонимание.
   Нумар озадаченно обернулся к остальным. Словно спрашивая совета, что же делать дальше. Тем временем мысли Серого неслись, словно сорвавшись с цепи. Он вспомнил, как его спасли от лесного упыря, и как он потерял сознание, увидев того парня, что стоит позади пузатого у дверей. Ему не желают зла, решил Серый, и его настроение значительно улучшилось.
   Он решил немного сменить неудобную для разговора позу, но, слегка пошевелившись, едва вновь не потерял сознание от пронзительной боли во всем теле.
   Нумар попытался обратиться к Серому не на исорском, а по тюрюкски, но столь же безрезультатно. Парень решил упростить им задачу и заговорил сам:
   -- Меня зовут Серый, и знаю я русский, украинский и очень плохо английский.
   Все четверо обменялись вопросительными взглядами. На лице Грата появилась обычная лукавая улыбка.
   Нумар был приятно удивлен, когда мальчишка заговорил на незнакомом языке. Это означало, что парень достаточно сообразительный и притворяется непонимающим, или же он не беглый раб. Потому что, не зная исорского, на рудниках Канавы долго не протянешь -- это язык приказов, а неповиновение не поощряется надсмотрщиками. В любом случае исчезали проблемы с властями -- за укрывание беглого раба налагался штраф в пять вак. Конечно, любому релаумцу начхать на подобные указы, но все же... К чему лишние неприятности. Теперь можно законно нанять пацана на место Рвика. Релаумская вольница -- это здорово, но законы соблюдать все же нужно, иначе наша дорога превратиться в приют для всяких проходимцев, работничков с большой дороги и иного отребья.
   Но если он не врет, остается проблема, откуда он появился. Язык довольно странный, если это вообще язык. Грат уже сделал из него легенду... А парнишка ничего -- держится.
   Молодой и прямолинейный Фосэр не понимал еще тех трудностей, с которыми сталкивался его отец и не видел никаких особых неясностей в истории Серого.
   -- Не страшно, что он не понимает по исорски. Он наверно из глухой провинции, где и говорить то нормально не могут. Пока ему все жестами объясним, а там приспособиться...
   Приняв окончательное решение, Нумар взял инициативу в свои руки:
   -- Значит так. Я возьму его вместо Рвика мальчиком на побегушках, -- все трое кроме Фосэра с любопытством взглянули на Серого, но тот никак не реагировал, он старался найти наименее болезненное положение, и все его внимание было направлено на то, чтобы не застонать от боли.
   Удовлетворенно кивнув, Нумар продолжал:
   -- Фосэр, проследи, чтобы ему принесли какую-нибудь одежду, а затем приведи его ко мне. Когда он немного подучит язык, мы продолжим этот разговор. Остальные отправляйтесь работать -- нечего здесь зубы скалить.
   Эти слова адресовались Арму и Грату, которые, тихо перешептываясь и посмеиваясь в кулак, бросали ироничные взгляды на Нумара.
   Раздав приказания, корчмарь первым вышел из комнаты. Судьба Серого на ближайшее время была решена.

*

   Просто удивительно, как быстро человек может выучить новый язык, когда у него действительно возникает в этом необходимость. В школе Серый учил английский много лет, имел по нему твердую четверку, потом пару лет колледжа и при этом весьма приблизительно представлял, что же он учит и зачем ему это нужно.
   Спустя две недели после своего эффектного появления у ворот харчевни Серый уже неплохо понимал речь релаумцев, но всячески старался не показывать этого. Ему хотелось немного осмотреться, прежде чем давать какие-либо объяснения. Часто он был свидетелем интересных разговоров о нем самом -- его "битва" с упырем стала самым интересным событием за последние несколько лет.
   И сейчас, привлеченный звуком своего имени, он прислушался к разговору.
   -- Странное имя -- Серый. Никогда такого не слыхал. Может это кличка, а он не может нам объяснить.
   Говорил Фосэр. Вместе со Свитом и Серым они пытались выкатить из кладовки новую бочку пива. Арм с Гратом "как раз проходили мимо" и решили её "продегустировать".
   -- Мало ли чего ты еще не слышал! -- насмешливо бросил Арм. -- Когда мне было лет двенадцать, к нам в графство зашел один бродяга. Так он говорил, что пришел с Великих черных гор. В сравнении с ними Горы смерти -- небольшая возвышенность, хотя Вольный отряд бродил по ним больше девяти лет... иногда, правда, немного задерживаясь...
   -- Арм, про твои подвиги лучше слушать за кружкой пива, а не в этой тесной комнатушке, -- нетерпеливо перебил его Фосэр.
   -- Ну, так пива хватает! -- нимало не смущаясь, продолжал Арм,-- но я вот к чему веду: по словам бродяги в тех местах поклоняются богу с таким же именем.
   -- Это еще веселее упыря с расквашенной губой, -- хохотнул Грат, а на лице Фосэра появилось выражение совершенно детской растерянности.
   -- Откуда же он пришел, и что это за страна такая, где детей называют именами богов? Или может все-таки кличка? -- добавил он смущенно.
   -- Второе даже круче, -- подмигнул Арм Грату.
   Поняв, что его разыгрывают, Фосэр разобиделся и безапелляционно заявил:
   -- Проваливайте работать -- нечего меня отвлекать.
   -- Ого! -- с поддельным испугом воскликнул Арм, -- сказывается наследственность! -- и они с Гратом, шатаясь от хохота, вышли из кладовой.
   Серый уже знал, что попал в провинцию королевства Пикасто -- на Релаумскую дорогу. Свое название этот уголок получил от старой военной дороги и леса Релаума. Дорогу построили, когда старая граница была еще новой -- около трехсот лет назад. После переноса границы на восток местность стала едва ли не более дикой, чем до её заселения. Местные жители замечали королевские указы только тогда, когда из них можно было извлечь выгоду. Взимать налоги здесь было более накладно, чем просто плюнуть и забыть о них. Крупные землевладельцы все же считались с королевскими сборщиками налогов, но их было мало. Релаумская дорога была краем маленьких фермерских хозяйств.
   В более цивилизованных местах эти края называли Упыриной гатью из-за главной напасти -- упырей. Какой либо серьезной магии в этих созданиях не было, если не считать того, что на них самих ничто магическое не действовало. Как на тараканов. Обычное оружие их убивало неплохо, но нужна была фантастичная ловкость и умение. Во времена старой границы солдаты пытались перебить тварей, но минуло время, и их стало еще больше. Король со спокойным сердцем отказался бы и от таких земель и от таких подданных, если бы Упыриная гать не располагалась в самом центре разросшегося королевства.
   За столетие после переноса границы местные крестьяне научились бороться с напастью не хуже бывалых воинов. Кроме воинской сноровки они приобрели еще и независимый нрав, от чего столичные чиновники жутко расстроились. Один королевский министр, возмущенный таким положением дел, предложил снарядить поход "для усмирения бунтарей", на что тогдашний король Ролам V ответил: "Если бы у меня была армия для усмирения релаумцев, я бы использовал её для завоевания всего мира". Он хорошо запомнил печальный опыт своего предшественника: после его карательного похода вся Релаумская дорога взбунтовалась, и страна несколько лет была разрезана на две части. Ролам IV был вынужден объявить такие вольности всей провинции, каких не имел даже старейший город королевства -- великий морской порт Арзарум. Короли Пикасто весьма редко повторяли ошибки предков, и глупый министр полетел с кресла, а релаумцы по-прежнему что хотели, то и делали.
   Большинство королей Пикасто отличались завидной мудростью и дальновидностью. Политика этой без сомнения великой державы заключалась в расширении владений мирным путем -- за счет диких неосвоенных земель. Пикастинцы любили шутить: "За нашими границами успевают угнаться только контрабандисты". И тут Релаумская дорога -- оставалась главной зубной болью королевских министров, ведь по ней в королевство шел основной поток контрабанды.
   Арма и Грата занесло в Релаум, благодаря одному из недавних указов, направленных на истребление упырей. Указ гласил, что за каждого убитого упыря выплачивается награда -- золотой. Пять монет -- не маленькая сумма, но в доказательство требовались зубы упыря.
   Воинов и охотников набежало в Релаум больше, чем в нем побывало со времен сотворения мира, а выбралось живыми едва ли половина. Очень скоро желающих "легко" подзаработать не стало вовсе. Арм и Грат были из числа первых.
   Встретившись на Великой войне малых империй, они вместе побывали еще в шести боевых походах. Услышав о "Зубастом указе", друзья отправились за легким заработком -- упыриными зубами. Добравшись до Релаума, они отправились в лес вдвоем и, спустя неделю, выбрались из него живыми. Живыми, да еще и с полусотней упыриных клыков! Среди релаумцев они стали настоящей легендой. Но подобный "легкий" заработок им не понравился -- Грат провалялся две недели в постели из-за двух рваных ран: на боку и на шее. Но им понравилась жизнь вольных фермеров, и они устроились охранниками харчевни у Нумара, чему тот был жутко рад. Еще бы: и охрана отличная и реклама немалая.
   Если Арма и Грата релаумцы уважали, то Серым они просто восхищались. Правда, жизнь ему это не очень облегчало. Релаумский фермер не даст попрошайке и корки хлеба, если тот способен сам её заработать. Но зато даже вся королевская гвардия не смогла бы добраться до Серого при всем желании. Такового, правда, пока не наблюдалось.
   Пикасто не было рабовладельческим королевством, но, не желая портить отношения с соседом, оно возвращало в королевство Канава беглых рабов. Если конечно они попадались. Релаумцы никогда не выдавали беглецов, поэтому сюда и пробирались рабы с приграничных рудников и каменоломен. Правда, чтобы выбрать между рабством и соседством упырей последнее, нужно было очень любить свободу.
   Всех этих тонкостей Серый понять еще не мог, но он видел, что его считают беглым, и, несмотря на все восторги, он вытирает столы и моет полы. Для Серого было ясно одно: лучше быть обыкновенным, но свободным человеком, чем легендарным беглым рабом.

*

   В соседней деревеньке остановился на лето странствующий бард. Он называл себя Итол из Аурали -- славной столицы королевства Трим. Познакомившись с ним, Серый сдружился с этим веселым и еще довольно молодым парнем. Несмотря на молодость Итол успел повидать жизнь, а также получить неплохое образование. Серый попросил своего нового друга научить его языку тримлян, пожелав якобы лучше понимать баллады древнего Трима. Может, Итол и догадался, что Серым движет не только тяга к искусству, но виду не показал, и вскоре Серый мог говорить как по исорски, так и на тримском бросте.
   Работать ему приходилось наравне со всеми, поэтому спал он в два захода: перед рассветом и после обеда. Днем вообще было мало народу. Купцы использовали весь световой день для перехода.
   Оправившись от ран, Серый втянулся в жизнь харчевни и стал её полноправным обитателем. Теперь ему был не страшен ни королевский гнев, ни местная шпана. Но сам Серый об этом не догадывался, и все его силы были направлены на укрепление своего положения.
   Жил он вместе со Свитом -- таким же, как сам, мальчишкой на побегушках в маленькой комнатушке. Стены из огромных бревен кое-где утыканные клочками мха составляли самую примечательную её часть. В стене над кроватью Свита -- узкое оконце больше смахивающее на бойницу. Кровати упирались в толстую дверь и представляли собой кучу соломы накрытую дерюгой похожей на мешковину. Накрывались они тем же. Все было чистым, хотя и имело совсем не эстетичный вид.
   Серого мучила неопределенность, он никак не мог разобраться, как к нему относятся релаумцы. Одно было очевидно -- большинство считает его беглым рабом. Приятного в таком положении было мало, и Серый решил создать себе "легенду", чтобы немного узаконить свой статус и сделать его менее рискованным. Выдуманная им история получилась мало романтичной, но зато правдоподобной. Оставалось рассказать её так, чтобы ему поверили.

*

   Проснувшись после ночного кутежа, устроенного симоканнскими погонщиками мулов, Серый попытался размять затекшие руки и ноги. Спать ему часто приходилось прямо на лавке в обеденном зале, потому что добраться до своей комнаты не хватало ни сил, ни желания. Он оглянулся по сторонам, изучая место вчерашней попойки и, прикидывая, сколько времени займет уборка. Более расторопный Свит уже суетился между столами, сметая с них объедки. Взяв веник, Серый принялся подметать пол.
   Приведя зал в порядок, Серый со Свитом пошли на кухню в надежде перекусить и узнать (для вида, конечно) не нужна ли помощь. Их сильно привлекал запах копченой зайчатины, хотя светила им максимум каша. В дверях они столкнулись с Нумаром.
   -- Куда это вы направляетесь, бездельники? Что вы забыли на кухне?
   -- Ну, может помочь чем надо... -- протянул Свит.
   -- Да и перекусить не мешало бы, -- добавил Серый.
   -- А кто салон убирать... -- Нумар увидел блестящие влагой поверхности столиков, -- да, ребята... Видно вы действительно здорово проголодались. Идите быстренько поешьте и назад. И Серый, я гляжу, ты уже неплохо говоришь по исорски -- есть просишь шибче Свита. Пора уж поведать нам откуда ты и как добрался до харчевни. Кое-кто уже пищит от любопытства.
   -- Прямо сейчас? -- спросил Серый, разочаровано глядя вслед побежавшему на кухню Свиту.
   -- А вот как поешь -- сразу ко мне за стойку.
   -- Ага, -- бросил Серый уже на бегу.
   На кухне Свит, прислонившись к стене, уже уплетал свою порцию каши. Серый направился к Ламе, потому что никого другого видно не было.
   -- Привет! Как насчет того, чтобы накормить умирающего от голода копченой зайчатиной?
   -- А как насчет того, чтобы за нее заплатить? -- ответила Лама, очаровательно улыбнувшись.
   -- Если бы он мог за нее заплатить, то не умирал бы от голода, -- усмехнулся Свит, слизывая с ложки остатки каши.
   -- С оплатой действительно туго, придется есть кашу.
   -- Будешь так корчить нос -- и её не дам, -- смеясь, прибавила девушка, протягивая Серому полную миску.
   -- Умг, -- только и ответил Серый. Он уже жевал. Прислонившись к стене рядом со Свитом, Серый взялся за еду всерьез, и его миска пустела на глазах.
   -- А она симпатичная девушка, -- сказал Свит, робко поглядывая в сторону Ламы.
   -- Ну... -- Серый также покосился на девушку, -- чего же ты ждешь? Вперед!
   -- Есть одна проблема.
   -- Да? -- удивился Серый немного притворно, все его внимание поглощала пища.
   -- Ей нравишься ты.
   Поперхнувшись от неожиданности, Серый чуть не подавился ложкой. Он удивленно взглянул на Ламу, но она была занята мойкой посуды и не слушала их разговор. Обалдение на лице Серого сменилось озабоченностью.
   -- Вообще-то это её проблемы, -- растерянно пробормотал он.
   -- Я ей так и сказал, но ты же знаешь этих девчонок -- они ни за что не станут слушать другого парня.
   -- На что ты намекаешь?
   -- Ты мог бы поговорить с ней.
   -- Ха! У меня и так проблем по горло. И откуда ты знаешь, может она мне тоже нравиться? -- в ответ на эти слова лицо Свита приняло такое отчаянное выражение, что Серый испугался, как бы он не запустил в него миской или вообще умер от горя. Выглядел парнишка довольно комично, хотя ничего смешного во всем этом не было. Серый испытал это на собственной шкуре. Нужно было спасать парня.
   -- Но что я могу сделать?
   -- Просто скажи ей, что она тебе не нравиться, -- с надеждой пролепетал Свит.
   -- Да нет, Свит, брось. Ничего такого я девушкам говорить не стану. Зачем мне её обижать? Давай я просто не буду ничего предпринимать, а ты действуй. Согласись -- это огромное преимущество.
   -- Преимущество... Тебе бы такое преимущество, -- несмотря на недовольное ворчание, Свит заметно повеселел. -- Ты герой, о тебе говорят по всей Релаумской дороге, а я просто мальчик на побегушках.
   -- Нет, Свит. Нет такой работы -- герой. Я занимаюсь тем же, чем и ты -- вытираю столы. Да! Мне же к Нумару надо. Идем вместе? -- и не дожидаясь ответа, Серый вышел из кухни.
   Нумара они нашли за стойкой протирающим деревянные и глиняные кружки. Протирание кружек и стаканов до полной прозрачности -- любимое занятие барменов всех миров, -- подумал Серый. -- Причем материал этих изделий не играет никакой роли, хотя иногда значительно усложняет задачу. Деревянным кружкам Нумара до прозрачности было еще далеко, но, судя по всему, он не собирался сдаваться. За стойкой сидели Арм с Гратом и потягивали местный аналог виски. Их тоже интересовала история Серого. Немного смущенный такой широкой аудиторией, Серый нерешительно начал рассказ.
   -- Родился я в Узи -- тримском портовом городке на реке Васибор. -- После этих слов Грат с Армом переглянулись и их улыбки стали еще шире. Но Серый, стараясь не обращать внимания на их провокации, невозмутимо продолжал. -- А так как был я в семье уже пятым и к тому же не последним, то родственникам я был нужен, как рыбе зонтик. Поэтому, когда мне исполнилось шестнадцать, я выпросил немного денег и отправился в Арзарум на первом же корабле. На девятый день пути, когда корабль вошел в большой разлив и встал на якорь прямо на реке, я вышел на палубу по нужде и умудрился свалиться за борт. К счастью корабль стоял не посреди реки, потому что я спросонок в темноте перепутал направление и вместо корабля выбрался на берег. Проблуждав в темноте битый час, и едва не свалившись обратно в реку, я понял, что лучше дождаться рассвета, иначе совсем заблужусь.
   Проснувшись утром, корабля на реке я уже не увидел, впрочем, как и самой реки -- вокруг были сплошные джунгли.
   -- Интересно как это ты умудрился свалиться за борт в такой неподходящий момент? -- невинно удивился Грат.
   -- А-а-а... -- Серому от волнения перехватило дыхание. Неужели ему не поверят, и все его старания и планы рухнут? -- Мы с матросами немного отпраздновали мой выигрыш в кости, поэтому ходил я не совсем ровно.
   -- Но таки доплыл до берега, -- поддакнул в свою очередь Арм.
   -- Я ведь родился в портовом городе! -- попытался возмутиться Серый.
   -- Парни, не мешайте рассказывать. Продолжай, Серый, нам всем интересно дослушать до конца твою историю, -- вступился Нумар.
   -- А дальше и рассказывать нечего. Я вышел к реке и берегом дошел до дороги. А к вечеру был уже здесь.
   -- Ну парень, ну дает. "К вечеру был уже здесь", -- передразнил Серого возмущенный Арм, -- да любой из нас к вечеру был бы уже покойник, а большинство еще к утру. Увеселительная прогулочка. А где ты надыбал того упыря, которого притащил с собой?
   -- Так он напал на меня возле самой харчевни, и я чудом от него убежал.
   -- Сам ты чудо, -- не выдержал Нумар, -- ты же ему зуб выбил!
   -- Когда? -- Серый по настоящему удивился. Несмотря на множество услышанных о себе сплетен всей истории он не знал.
   -- Ну, я уже не могу! -- от смеха Грат повалился на стойку.
   -- Ладно, не приставайте к парню, -- решил разрядить обстановку Нумар, -- а ты, Серый, оставался бы пока в харчевне. Тебя же в Арзарум волки не гонят? Чего тебе там делать? Хоть и говорят, что деньги там на земле валяются, но поверь старику: трупов там валяется еще побольше. Особенно как шайки меж собой какие-нибудь сцепятся. Мой тебе совет: пока не заработаешь денег, в Арзарум даже не суйся. Через два дня у тебя первая зарплата. А вы не цепляйтесь к человеку, -- обратился он к охранникам, -- все, что хотел он уже рассказал. Если захочет -- расскажет еще. Вот, кстати, и первый посетитель, пора работать.
   Первым посетителем оказался купец из Валы. Он прибыл с караваном вчера вечером. За ним спускались два его охранника и пять погонщиков мулов. Вскоре появились остальные люди из его каравана. Такие купцы были основной клиентурой Нумара. В основном за их счет и существовали харчевни вдоль Релаумской дороги. Название контрабандисты подходило им гораздо больше. Караваны пробирались по опасной дороге вдоль Релаума, потому что предпочитали встречу с упырем свиданию с королевскими таможенниками Пикасто и Канавы. Иногда погибали целые караваны, но всегда находились все новые и новые авантюристы. Поэтому, хотя Релаумская дорога и была глухой окраиной, но забитой и мало оживленной её никак нельзя было назвать.

*

   Серый все чаще всерьез задумывался о своей дальнейшей судьбе. После слов Нумара, что без денег никуда не податься, он понял, что ему действительно необходимо. Хорошая легенда, конечно, здорово, но без гроша в кармане он так и остался никем, что бы ни рассказывал. И что бы ни рассказывали о нем другие.
   Но где взять деньги? Неизвестно как в Арзаруме, но на Релаумской дороге они точно не валяются, -- печально размышлял Серый, протирая очередной стол. На заработки в харчевне много не накопишь. Судьба его оставалась по прежнему неопределенной.

*

   Серый со Свитом как раз сидели возле стойки, когда пришлый бард сцепился с Фосером. Дракой вроде бы не пахло, но разговор шел на таких повышенных тонах, что слышно было, наверное, даже упырям в лесу.
   -- Фосэр, все это самообман. Тебя это просто не интересует, -- запальчиво выкрикнул бард видно уже не в первый раз.
   -- Да ну что ты так кричишь, Итол? Нету просто времени, да и деньги нужны, -- пробормотал примирительно сын корчмаря и с надеждой заглянул в свою кружку. Судя по скорченной им роже, пива там уже не было.
   -- Если бы ты действительно интересовался книгами, ты бы нашел и время, и деньги. И если бы тебя по настоящему интересовали науки, я бы встретил тебя не здесь, а в Арзарумском университете философии, -- не унимался разгоряченный тримец.
   -- Все ведь не так просто. Отцу тоже может не нравиться его работа, но он же ради меня...
   -- Да ведь ты же несчастлив, тебе тоскливо и плохо -- сам ведь жаловался!
   -- Но я должен помогать... -- пытался оправдываться Фосэр.
   -- Я -- никому, ничего, не должен. Я занимаюсь любимым делом, мне хватает и денег и времени на все, что мне необходимо. И повеселиться я успеваю тоже будь здоров. Просто надо знать чего ты действительно хочешь, и дело само тебя найдет. Повторяю: ты -- не философ, тебе это не интересно и не нужно. Тебя интересуют деньги и спокойная, размеренная жизнь. Или нет... Ты просто сам не знаешь, чего хочешь. Важно чтобы ты понял это не очень поздно.
   -- А как же твои родители, ведь ты же их бросил?..
   -- Да, -- твердо и уверенно ответил Итол.
   -- Я так не могу. Для меня моя семья очень важна. Ведь родители для меня делают все. Я просто обязан им помогать.
   -- Ни черта они не делают, если ты несчастлив.
   -- Это сейчас время такое...
   -- Втянешься -- потом будет поздно. И начнешь калечить уже своих детей по образу и подобию... Твоему, и твоих родителей, и всех твоих предков до бог знает какого колена, -- жестко процедил бард.
   -- Ты просто эгоист, Итол. Думаешь только о себе, -- запальчиво выкрикнул Фосэр с обидой в голосе. -- Если я не буду работать, мы вообще перестанем сводить концы с концами... У нас и долги, и... Ты же ничего не знаешь... и не понимаешь.
   -- Послушай, Фосэр, чем нравится заниматься твоей матери?
   -- Да ей все равно... Главное чтобы деньги на семью...
   -- Отлично, -- в который раз перебил его Итол, -- А отцу?
   -- Тоже. Я же говорю: они думают в первую очередь обо мне.
   -- Но тебе же паршиво, черт возьми! Что они себе об этом думают, а?
   -- Эгоист ты. Для тебя собственное я -- главное, -- пробормотал Фосэр и приложился к пустой кружке. Выпить, конечно, ничего не удалось, и он со злостью стукнул ею об стол.
   -- Значит я эгоист? Посмотрим, -- не унимался Итол. -- Во-первых, я счастлив, занимаюсь любимым делом и ко всему прочему у меня полно перспектив. Ведь если человек любит свою работу, то постепенно становится в ней профессионалом. А меня приглашают в Арзарумскую академию -- это ведь кое-что. А мне лень оседать -- побродить еще охота.
   -- Бродяга, -- пробормотал Фосэр.
   -- Во-вторых, -- словно не заметив реплики Фосэра, продолжал Итол, -- мои родители счастливы. Я им не помогаю по дому? Ну что ж, зато я сам себя обеспечиваю, и им не приходиться "все делать для меня". А с какой гордостью они говорят, что их сын -- известный бард, что я пишу в столичной газете, что когда-нибудь я буду академиком. Они видят, что достигли того, чего хотят все родители: их сын счастлив, хотя и не всегда сыт. Если бы я был дома в нашем магазинчике, то им, без сомнения было бы легче. Но им эта работа в какой-то мере нравится, и они с нею вполне еще справляются без меня. Торговля -- это способ проведения времени: болтовня с посетителями... А меня от этого тошнит. И если бы я был рядом, то денег стало бы чуть побольше, но зато мы грызлись бы через день, и всем было бы плохо.
   Серый вспомнил бесконечные сварки Фосэра с Нумаром из-за какой-нибудь мелочи. Возможно, Итол и прав, кто их знает этих бродяг - бардов. Но Фосэру от этого не легче -- сидит, как убитый.
   -- Родители и сами по чуть-чуть занимаются любимым делом: отец в треки поигрывает, а мама пишет стихи. Есть, конечно, и проблемы, но они вполне решаются. Пока твои родители могут сами справиться с харчевней дул бы в Арзарум учиться. А откладывать на потом -- совсем глупо, потому что на старости им действительно может понадобиться твоя помощь. Возможно я и эгоист, но зато ты -- мазохист. Нравиться ныть: "Как все паршиво и ничего не поделать". А я тебе скажу вот что: тебе нравиться та жизнь, которую ты ведешь, но ты почему-то стыдишься этого. А, по-моему, так: нравиться зарабатывать деньги, так не обманывай себя. Тебе же легче будет. И кто это придумал, что спокойной жизни следует стыдиться? Каждому нравиться свое. Ты обыватель, ну и бог с тобой...
   -- Ты просто... Ты просто настоящей жизни не видел! -- выпалил красный как рак Фосэр.
   Серому показалось, что с Итолом что-то случилось, но затем он понял, что странные булькающие звуки, издаваемые им -- хохот. Бард, не видевший жизни -- это Фосэр загнул, подумал Серый.
   -- Серый, Лама вышла в зал, пошли к ней, -- оборвал мысли Серого Свит, -- меня уже нудит от этой сварки. Скоро морды начнут бить.
   -- Морды вряд ли, -- пробормотал Серый, -- но что-нибудь обязательно побьют, -- и сочувственно посмотрел на кружку, которую Фосэр все еще сжимал в руке. Он соскользнул с табурета и побежал за Свитом.

* * *

   Заканчивался обед. Последние посетители допивали пиво. Лама как обычно подошла к Серому и начала дурашливо подтрунивать над ним. Свит называл это откровенным навязыванием. Еще больше его возмущало поведение Серого: он вроде бы и не отказывался от ухаживаний девушки, но и не предпринимал никаких ответных действий.
   В такие минуты Свит обижено забивался в угол потемнее и не показывал носа, пока в его юной душе не затихала обида на друга и девушку, в которую безнадежно влюблен.
   Лама пыталась сказать очередную глупость. Она наматывала свои белокурые локоны на пальцы левой руки и потихоньку наступала на Серого, который уже упирался спиной в стенку. У него перед глазами стояло обиженное лицо Свита, и он с надеждой поглядывал на вход. Словно оправдывая его ожидания, в харчевню вошел воин.
   Такой шикарной одежды Серый еще не видел. Из-под расшнурованной кожаной куртки виднелась искрящаяся кольчуга с полированными стальными нагрудниками. Штаны были в цвет куртке мышиного цвета. Низкие сапоги со шпорами для корса, местной ездовой зверюги довольно жуткого вида, и длинный красный плащ с черной подкладкой создавали впечатление стремительное и хищное. Немало способствовал этому и длинный меч с великолепным эфесом.
   Незнакомец выглядел гораздо мощнее Арма и Грата, а ведь они не отличались хрупкостью телосложения. В нем чувствовалась та же кошачья грация и цепкий взгляд бывалого солдата или авантюриста. Узкое лицо обрамляли черные волосы, стянутые на лбу кожаным ремешком.
   Лама просто онемела. Рассеяно откинув назад волосы, она обвела вошедшего растерянным взглядом.
   -- Извини, Серый. Мне надо обслужить посетителя, -- заговорщицки прошептала она и порхающей походкой направилась к воину, который уже усаживался за крайний столик у центрального окна больше похожего на бойницу.
   Глядя вслед Ламе, Серый ощущал страшную обиду на нее. Казалось бы, только что Серый не знал, куда деваться от настойчивости девушки, но, когда её внимание привлек другой мужчина, это сильно задело самолюбие юноши.
   Пока Серый испытывал то, что Свит чувствовал ежедневно, Лама подошла к посетителю и, судя по улыбкам, которые сверкали на лицах обоих, их разговор только вскользь касался заказа обеда. Серый сидел, нахмурившись, на угловом столике и бросал недовольные взгляды на разговаривающую парочку.
   Зарумянившаяся и веселая Лама, приняв, наконец, заказ, убежала на кухню, а посетитель, развалившись на табурете и, прислонившись к стене, начал лениво рассматривать остальных посетителей.
   Вид расстроенного и растерянного Серого вызвал у незнакомца понимающую улыбку (Серый считал, что тот как раз ничего не понял), а остальные присутствующие в зале оставили его целиком равнодушным.
   В зал зашел Арм. Он заслужил у незнакомца долгий оценивающий взгляд, на что ответил короткой усмешкой и через всю харчевню направился к дверям на второй этаж. Проходя мимо Серого, он бросил на стол свой арбалет, непонятно почему не оставленный в караулке. Показав в ослепительной улыбке почти все свои зубы, спросил:
   -- Ты чего нос повесил, малыш? Может, съел чего-нибудь или влюбился ненароком?
   -- Брось, Арм! Чего пристал? -- грубо огрызнулся Серый и зло сверкнул на друга глазами.
   -- Ого! -- фальшиво удивился Арм, и его улыбка стала еще шире. -- присмотри за железкой, а то в караулке пара умников меня в кости обыграть пытаются. Не охота им оружие оставлять. -- и, бросив насмешливый взгляд на необычного гостя, продолжающего скучать в ожидании своего заказа, охранник вышел.
   -- Приспичило, -- буркнул Серый и положил руку на арбалет. Ощутив прилив воодушевления он уверенно взглянул на незнакомца.
   Уже после Арм никак не мог понять, что его дернуло доверить оружие мальчишке. Лучше бы потащил его с собой в уборную. И он сам, и Грат с Нумаром склонялись к мысли, что здесь потрудилось провидение.
   После ухода Арма Серый пожалел, что был с ним слишком грубым. Лама слишком расстроила его безобидным флиртом с гостем. Только что Лама меня вовсе не волновала, а я отчего-то злюсь, -- растерянно думал Серый. Он начал демонстративно беззаботно раскачивать ногами стул, и даже напевать одну из тримских баллад, но тут же оборвал себя, решив, что выглядит глупо.
   Тем временем события продолжали развиваться и притом стремительно. Пока Серый путался в собственных мыслях и чувствах, в дверях харчевни появилась четверка, хотя и менее разодетая, чем предыдущий посетитель, но вооруженная так же основательно. Одеты они были в одинаковые кожаные куртки и плащи -- форму пикастинской полиции, но Серый еще не знал этого. Для него они казались толпой головорезов, ворвавшихся с оружием в таверну.
   Взгляды четверых вошедших устремились на сидящего воина. С его смуглого лица сразу исчезла самодовольная улыбка, а взгляд стал и вовсе растерянным. Но длилось это лишь мгновение. Уже в следующий миг глаза его сделались жесткими, а лицо посуровело и словно даже постарело. Теперь он выглядел еще опасней. Незнакомец вскочил с табурета и выхватил меч. Четверка, обнажая на бегу свои клинки, бросилась к нему. Окружив, они прижали его к стене.
   Контрабандисты, сидевшие в центре зала, шустро перебралась к противоположной стене рядом с Серым. Два релаумских фермера, как ни в чем не бывало, продолжали неторопливо потягивать пиво за угловым столиком. Один из четверых -- беловолосый парень с мрачным выражением лица -- нервно обернулся к ним, так как они оказались прямо у него за спиной. Окинув их быстрым обеспокоенным взглядом, он что-то решил про себя, и вновь все свое внимание обратил на воина в плаще.
   Оказавшись перед четырьмя направленными на него клинками, воин злорадно улыбнулся и процедил сквозь зубы:
   -- Какая же это сволочь меня заложила?
   -- Да вот видишь, мир не без добрых людей, -- ответил ему, криво улыбаясь одними губами, самый толстый среди нападавших.
   -- Предателей хватает! -- окруженный воин продолжал так же бесшабашно поигрывать мечем.
   -- Брось меч! -- крикнул дрожащим голосом нападавший одетый немного шикарней остальных, -- Брось меч, бандюга! Пойдешь с нами. -- Выглядел он самым испуганным, у него даже подергивалась щека.
   -- Спокойней, Блов, -- прошептал белоголовый.
   -- Не надо меня учить! -- истерически взвизгнул тот.
   -- И чего там Ясл возиться? -- зло пробормотал толстый.
   -- Ребята, да у вас у всех уже полные штаны! -- жизнерадостно улыбаясь, сказал воин в плаще.
   -- Ты бы заткнулся, Керол. Все равно ты уже покойник, -- холодно бросил ему белоголовый.
   -- Всех не перевешаете! -- на лице Керола появилась злость.
   -- Тебя уж постараемся, -- так же зло ответил ему толстый и угрожающе повел своим мечом.
   Наблюдая за стычкой, Серый никак не мог сообразить что происходит, кто эти люди, знающие друг друга, но при этом угрожающие один другому оружием. И четверо здорово боятся одного.
   Кучка так называемых купцов, пробравшись гуськом вдоль стены к выходу, с шумом бросилась вон из харчевни. Блов и еще один тощий бандит испуганно оглянулись. Керол сделал выпад, пытаясь достать одного из них, но клинки белоголового и толстяка зловеще заплясали перед ним.
   -- Торговцы чертовы, -- выругался Блов.

* * *

   В углу снова зашуршали. То ли крысы, то ли этот перепуганный тип - в полумраке не понять. Хотя здесь наверняка все такие. Серый со стороны, наверняка, выглядит не лучше его. И не только со стороны.
   События того злополучного дня горели занозой в голове. А теперь обо всем могут узнать власти. И зачем я тогда ввязался? Серый бросил отчаянный взгляд в полумрак коридора. Свет факелов отблескивал на стенах, покрытых слякотью, и тусклых решетках без малейших следов ржавчины. О решетках здесь наверняка заботились особо. Но Серый уже не видел всего этого. Его взгляд потускнел, остановившись в одной точке.

*

   Нападавшие зажали воина в углу между столиками, но подступиться ближе не решались.
   Это не правильно, думал Серый, четверо пытаются трусливо убить одного, а остальные разбегаются подальше, как тараканы. И где же Грат? Может стоит сбегать в сортир за Армом? Надо что-то делать, иначе они его прикончат. А Лама потом скажет, что я, такой герой, просто стоял и смотрел. А что она подумает, и представить страшно. Ерунда это, Лама здесь ни при чем.
   Мысли у Серого путались, а на глаза постоянно попадался арбалет. И зачем только Арм его оставил, с досадой подумал Серый. Оглядевшись в поисках поддержки, Серый увидел Толстого, вышибалу по имени Алозам. Из кухни появился второй вышибала Глот. Он удивленно осмотрелся, и что-то озабочено процедил сквозь зубы. Толстый перепугано закивал головой. Ни тот, ни другой не сдвинулись с места. Судя по всему, вмешиваться они тоже не собирались.
   - Брось меч скотина, - снова закричал один из нападавших. По одежде он выглядел главным, но боялся, видимо, больше всех.
   - Спокойно, сейчас подойдет Ясл и быстренько подошьет его к стенке, - белоголовый был сплошное презрение, хотя и он не решался подойти на расстояние клинка.
   - Я и ему потом кишки выпущу, где он вечно возиться?! - главный зло зыркнул в сторону входных дверей.
   Они его точно убьют. Если не помешать, воину в красно-черном плаще конец. И он, Серый, будет виноват в первую очередь. У него под рукой арбалет, а он трусливо ждет, пока вернется Арм. Надо хоть как-то помешать им, хотя бы задержать или отвлечь.

*

   Унылая личность в углу снова зашевелилась, чем оторвала Серого от мучительных воспоминаний.
   - Тебя то за что посадили, а? Очнись, малой! - голос для мужчины был несколько писклявый, в нем прорывались сварливые нотки.
   - Я н-не знаю, - почему-то испугано ответил Серый и закашлялся. Во рту было горько и противно.
   - Че ты такое бормочешь?
   - Извините, я просто задумался.
   - Ясно. Тюрьма -- оно самое место, чтоб задуматься. Хотя оно вообще то раньше думать полезнее бывает.
   - Но я не виноват, у меня и времени не было. Чтобы подумать. И я же не знал... - Серый запнулся и замолчал.
   Поняв слова Серого по-своему, сокамерник сказал:
   - А ну иди сядь ближе, шепчешь там, ничего не слышно.
   Серый послушно поднялся и сел рядом. Мужчина выглядел довольно упитано, в полумраке тускло поблескивала обширная лысина. Одет был в темный костюм, цвета которого было не разобрать в отблесках далеких факелов. Лицо, обиженное на весь белый свет. Оно и понятно. Тюрьма. Унылое место, если быть откровенным, как ни посмотри. После всего Серому она оптимизма совсем не добавляла. Хотя с ТОГО момента он постоянно припаршиво себя чувствует.
   - У тебя как, тоже без шансов или еще вынюхивают? - спросил унылый собеседник, как показалось Серому, с ноткой сочувствия в голосе.
   - В каком смысле?
   - Приговор уже вынесли или нет?
   - Нет, меня так задержали, выясняют кто я. Меня наверно подставили...
   - Тебя подставили, а ты не уверен?
   - Я ему жизнь спас! - запальчиво возразил Серый, хотя у самого той уверенности не было и в помине.
   - А мне вот кранты. Смертник. Жду. И за что? Это же тоже за доброе дело. Нет, добро делать себе дороже, поверь, пацан. Я ведь маг. Магистр Риб, ты ведь слышал.
   - Н-нет...
   - С окраин, наверно?
   - С Релаумской дороги, а до того...
   - О, какая глушь. Ну, в наших делах ты темнота. А меня здесь знать не то что знала -- боялась. За советом или еще за чем -- ко мне. Мой Бог -- страшный Бог, но без него же никуда. Власть, деньги, сама жизнь -- все ему подвластно. Ну, жертвы требует, так без этого ни один бог не обходиться, а мой такой уж есть. Кровь любит. А я же подневольный, он мой владыка. А ему подавай самое дорогое
   Была у меня женщина. Красивая. А он её в жертву требует. Ну, я и взбунтовался. Требуй что хочешь, но её не тронь. Когда я еще такую найду, старею, вид совсем не тот стал, лысина, знаешь ли. А она молодая, но меня любит по настоящему, не за власть и деньги. Хотя тоже изменница. Сюда навестить ни разу не пришла.
   А мой Бог, Трост его имя. Бог коварства. Ни словом не предупредив все мои прежние жертвоприношения на всеобщее обозрение выставил. Гад! А власти у нас чародеев и вовсе не жалуют, от смертных простых никакого отличия не делают. А ведь мы не просто так, мы же служим. У них солдаты служат, на войне тоже убивают, так им награды. А нас как простых обывателей судят. Закон один. Сволочи. Знал бы - не стал её защищать. Даже не навестила. В пояс бы сейчас кланялись. И прокурор, и вся свора.
   Риб мелко затрясся. Серый не мог понять, то ли он рыдает, то ли это истерика. Жалость к самому себе подкатила к горлу. Ведь он сам совершил огромную глупость и его никто не заставлял, все сам.
   - Чего молчишь? Тоже меня презираешь? Все вы чистенькие, а как копнуть. - во взгляде мага горела ненависть, но она почему-то вызывала не страх, а жалость и, Серый боялся признаться самому себе, брезгливость.
   Ему захотелось доказать, что он не презирает, ничего подобного. Что он и сам виноват не меньше.
   - Я ничего подобного... Я хотел сказать...
   Риб словно сморщился, злость в нем пропала, и он стал еще более жалким.
   - У меня еще хуже было. - Серый почувствовал, что ему надо рассказать все, объяснить, что он не виноват, не знал.
   Риб поднял на него свои тусклые глаза и Серый, захлебываясь словами, начал лихорадочно говорить.

*

   - Арбалет лежал прямо под рукой. Я хотел им просто помешать. Чтобы они не успели ничего, пока не появиться Арм. Керол, так звали того воина, смотрел на них с таким презрением. Он сказал, что за него отомстят, что их не остановить и правду не утаишь. А нападавшие трусливо сдерживали его в углу, дожидаясь своего дружка с арбалетом.
   - Так это были полицейские? - уточнил Риб.
   - Да, но я тогда не знал, да и все равно это подло, так нападать на одного. И он не виноват. Он ведь не для себя старался.
   - Но ведь ты теперь здесь, а где он-то? - снова перебил Риб Серого.
   - Просто так вышло, мы не ожидали... Все произошло как-то странно.
   - Ну ты рассказывай, не отклоняйся.
   - Так вы ведь сами, - Серый привычно перешел на вы, ведь Риб был на лет сорок старше его.
   - Рассказывай, не буду я тебя перебивать.
   - Я хотел только задержать, помешать, чтобы его не убили. То есть Керола. Я взял арбалет и направил на нападавших. А потом... а п-потом сказал: "Не двигайтесь а-то выстрелю!" Все замерли. Больше всего, наверно, удивились наши вышибалы. Глот сделал такие глаза... Я думал, что он сейчас со стула свалиться. Но Полицейские не растерялись. Вернее не все они растерялись.
   Белоголовый как-то незаметно сменил позу и теперь был лицом и ко мне и к Керолу. Главный и еще один, да, те растерялись. Второй так хватал ртом воздух, что я подумал его приступ хватит.
   - Ну ты совсем. Направляешь на полицейского арбалет и беспокоишься о его здоровье. По моему перебор, как думаешь?
   - Я же не хотел их убивать. Они сами.
   - Верю, верю. Полицейские такие скоты, всегда сами нарываются.
   Серый был сбит с толку, но Риб больше ничего не говорил, только выжидательно молчал. Молчание затянулось, и Серый нерешительно продолжил:
   - Во всем виноват толстый полицейский. Когда я сказал не двигаться, он развернулся и с криком "Ах ты гаденыш" бросился ко мне. Я испугался. У него были такие глаза. Даже если бы я бросил арбалет, он бы меня убил. Нажав на спуск, я увидел, как стрела воткнулась ему чуть ниже шеи и он начал падать.
   - Болт.
   - Что? - не понял Серый.
   - Арбалет стреляет болтами.
   - А, да-а. А белоголовый что-то такое тоже начал делать. Он как-то так неуловимо двигался. Я подумал: "Сейчас он будет рядом со мной". И начал давить на курок, стараясь в него попасть.
   - Так арбалет был многозарядный?
   - Нет, только двух, но я в него попал второй стрелой, то есть болтом. В бедро. И тут на них набросился Керол. Я даже не сразу понял, что оба оставшихся полицейских мертвы. Он их так быстро. А белоголовый отбивался. На меня он даже не смотрел, когда понял, что арбалет пустой. Он оперся о стол и все равно отбивался. Как он вообще стоял не понимаю. Они дрались долго, но Керол как-то так отвел его меч, и рубанул от шеи до бедра наискосок. Он его надвое разрубил. А меня стошнило..
   А тут в двери вваливается еще один в форме и с арбалетом. Увидел, что твориться и обратно. Даже стрелять не стал. Морда дурацкая, как у пьяницы. Вообще на полицейского не похож. Керол его даже догонять не стал, не знаю даже почему.
   - Значит Лозакос мертв, надо же, как по дурацки иногда умирают легенды.
   - Какой Лозукос? - опять не понял Серый.
   - Крутой был страж, в Арзаруме его каждая собака знала. Теперь там рай. Этот Керол тебя на руках носить должен. "Белоголовый". Да он один десяток, таких как этот бродяга, положить мог, если его их живыми брать не заставляли. Один такой был. Сволочь изрядная, хоть и честный.
   - Вы его знали? - удивился Серый.
   - Спец по магам. Весь такой крутой. Нахамит кому-нибудь, того отпустят, а он его мордой в дерьмо, пока не разберутся в шестерках ходит. Полиция -- сплошная бюрократия.
   - Это кто кого?
   - Забудь, - Риб задумался, - Два копа, - пробормотал он. - Нет, ни черта мне не светит. Счастливчик ты Серый, хоть и дурак, в общем. Ни в чем тебя глупого и не подозревают. Если нет зацепок, может и вовсе отпустят.

* * *

   Кабинет начальника главного отдела тайной службы в Арзаруме был вовсе не скромен. За огромным столом в роскошных креслах сидели двое: сам начальник и оперативник отдела расследований. Разговор был явно не из простых.
   - Вы понимаете, Фарт, насколько важное задание вам предстоит? - Бъерк угрюмо смотрел на подчиненного.
   - Да ваша честь! - Фарт был само рвение. Это было первое самостоятельное задание. Ни одного проваленного дела, но пока все лавры доставались старшим следователям. Это был не просто шанс. Такое громкое дело могло вознести на такие вершины, до которых другие могут добираться десятилетиями.
   - Ни черта вы не понимаете! Смерть Лозакоса - огромная потеря для нас, но Релаумская дорога - не то место, где можно добраться до истины. А она нам нужна! Вам предоставляются широчайшие полномочия в расследовании и запрещены любые силовые методы. Вы умны и потому вам предстоит извернуться и узнать что там произошло. Найдите не местных свидетелей. Эти чертовы контрабандисты поют как соловьи. Но их там просто могло не быть. А найти их порой сложнее, чем этого проклятого Керола! Ясл заметил на месте убийства немало людей, но мало кого рассмотрел в спешке. Но зато хоть один живой и надежный свидетель. Берите его и на месте ищите других. Обращению с местными вас не надо учить? Если вместе с информацией вы добудете нам еще одну гражданскую войну вам вручат совсем не орден. Вам ясно?
   - Да ваша честь!
   - Проверьте магическую линию. Такую грандиозную засаду мог организовать и маг. Потому что если не маг, то там должен быть десяток головорезов. Тихо такую ватагу в подобную глушь не протащишь. Ройте землю и добудьте мне все детали. Если мы теряем оперативника подобного Лозакусу, то должны знать с чем столкнулись. При первом признаке божественного вмешательства рапортуйте. Если малые боги идут на конфликт, значит дело совсем плохо. Вы действительно осознаете всю сложность ситуации?
   - Да ваша честь! - Фарт действительно осознал только что, что дело дали ему, а не какому то зубру, потому что шансов мало и его просто не жалко. Но приз от этого только возрастает. Когда его смущали трудности?
   - Мы задерживаем всех подозрительных, идущих из Релаума, но это не тот контингент, который ходит через блокпосты, да и ловить пожалуй надо на границе с Канавой. Приступайте немедленно! И прекратите изображать солдафона, - устало добавил Бъерк.
   - Один вопрос.
   - Слушаю.
   - При обнаружении божественного вмешательства можно применять силовые методы к местным?
   - При обнаружении божественного следа вы сообщаете по всем доступным на тот момент каналам и медленно, осторожно... СО ВСЕХ НОГ мчитесь сюда. Считайте свою жизнь в таком случае государственным сокровищем. Для доводов подобных божественному вмешательству мне нужна ваша компетентность и ответственность лично для доклада на месте! Я упомянул про богов потому, что ситуация с этим убийством бессмысленна и невозможна. Именно из за таких мелочей и разгорались порой армагеддоны. Но тем не менее ситуация объяснима множеством земных причин. Месть мага пожалуй наиболее вероятна, но я не хочу вас настраивать на какие либо версии. Нам нужна правда и вы умеете её отыскивать. Не буду вас больше задерживать.

*

   Серый опять мучительно вспоминал события на Релаумской дороге. Непонимающие лица Нумара и Арма. Даже вечно насмешливый и подкалывающий Грат не скрывал озадаченного выражения лица. Радовался, похоже, только Керол. Сразу после схватки он подошел и, положив руку на плечо бледного и заблеванного Серого,сказал:
   - Ты спас мне жизнь, парень. Спасибо, я такого не забываю. Отправляйся со мной в Арзарум и ты не пожалеешь!
   Серый уже жалел, но понимал, что надо бежать. И лучше не в одиночку. А когда Нумар сказал, что ему лучше исчезнуть из харчевни, а Арм с Граном грустно кивали своими озабоченными мордами, он окончательно осознал, что сидеть тихо больше не получится. Пора бежать. Знать бы еще куда.
   Нумар дал ему приличную куртку и ботинки. "В счет зарплаты". И пару серебряных. Арм протянул кинжал в потертых ножнах и пояс для него. Видимо он чувствовал вину за оставленный арбалет. А еще они с Гратом отдали ему золотой "за упыря". Все смотрели волками на Керола. Арм и Грат переговорили с ним у стойки, однако выражение лиц не поменялось ни у них, ни у него. Видимо они не могли понять кто он Серому и кто такой сам Серый. Да что там, Серый и сам уже не понимал кто он в этом мире: беглый раб, убийца полицейских или потерявшийся подросток. События шли необратимой чередой и, похоже, все участники смирились с неизбежностью. Керол забрал пару полицейских лошадей, на одной из них поехал Серый, а вторую нагрузили небольшой поклажей. Выехали налегке и рысью помчались в Арзарум, чтобы добраться до дальней харчевни к ночи. Не отставать от убежавшего полицейского также было важно. Встречная облава не способствует путешествию, как сказал Керол.
   Дорога получилась без приключений. Серый рассказал уже привычную выдуманную легенду. Остальное время Керол рассказывал о своих похождениях и нахваливал злачные места Арзарума. Город тысячи кораблей. Крупнейший порт и административный центр королевства. Пусть бывшая, но столица. Вольница для магов. Даже пираты умудрялись проскальзывать туда незамеченными. Если имели в городе покровителя. Порой в укромных уголках жемчужины Королевства Пикасто из рук в руки переходили состояния, равные годовому бюджету мелких стран.
   Для Серого поездка была не из легких, сказывался его куцый опыт езды верхом. Но жить хотелось больше, чем отдыхать, а ныть в таких обстоятельствах он считал недопустимым.
   Когда добрались до харчевни Керол предложил Серому сперва спешиться и пойти в одиночку. Если облава уже началась, то ищут именно Керола. Без полицейской лошади Серый не вызовет подозрений. В случае отсутствия опасности нужно будет просто вернуться за ним. В противном случае добираться в Арзарум порознь.
   - В любом кабаке Центрума, крупнейший порт в западной части, спроси Серого.
   - Мне спросить о себе самом?
   - Я предупрежу, кого надо и тебя поймут. С таким то редким именем.
   Серый отметил, что имя и правда теперь у него как приманка для ищеек.
   В харчевне было все спокойно и, вернувшись за Керолом, они быстро сняли комнату, перекусили и завалились спать. Утром их ждало продолжение безумной гонки со временем и приближающейся облавой.
   А потом был мост. И опять Серый пошел вперед. И тут его взяли. Судя по количеству арестованных, которых колонной вели в Арзарум, хватали всех подряд. Серому закралась мысль, что непростые полицейские погибли в той харчевне. И он к этому причастен. Отчаяние поглотило все его мысли. "Лучше бы меня считали беглым рабом!"

* * *

   Фарт спокойно обдумывал варианты. Дело сложное. В лоб не взять. Местные почти наверняка будут говорить правду, но умалчивать самое важное. Это если они причастны. А они наверняка никак не участвовали в убийстве и это многое упрощает. Но исключать причастность нельзя. Поэтому надо перед отправлением получить максимум сведений от посторонних свидетелей. Благо их пол тюрьмы уже насобирали. Идеальными свидетелями были бы караванщики, прошедшие в Канаву до инцидента, а вернувшиеся после. Контрабандисты народ глазастый и разговорчивый, если прижать и если дело не касается их собственных делишек.
   Так же важно выяснить все необычное, что могло происходить на Релаумской дороге до убийства. Подготовка большой засады наверняка где-то засветилась. А уж если в Релаум маг пожаловал, то и подавно. Эти высокомерные господа ценят свою жизнь превыше всего. Не зря на Релаумской дороге такая глухомань - ни магической связи ни толкового лекаря, ни надзора. Магия - приманка для упырей. Которых этой самой магией никак не пронять. Двести лет назад поставили форт, помнится, с магом внутри и усиленным гарнизоном. Через месяц округа кишела упырями, как нищий вшами. Ни провиант подвезти, ни дров нарубить. Вывозили мага с боем и огромными потерями. Хоть нечисти прилично перебили. Но маги в Релаум ни ногой. Мог найтись среди них мстительный смельчак? Маловероятно. Мог он устроить засаду не засветившись? Вообще невозможно. Но учитывать следует и этот вариант. Нанятые магом головорезы на первом этапе расследования приводят нас к варианту с ватагой.
   Керола преследовали, предварительно заманив в тщательно спланированную ловушку, отрезав его от города. Погони он не должен был ожидать. Если секретная операция полиции привела к засаде преследователей, то это опять признак вмешательства влиятельного мага. Про операцию знали немногие и уличные надзорные, не брезгующие мздой, к информации допущены не были. Надо получить все отчёты групп, которые обеспечивали операцию.
   Что же ещё? Мог инцидент стать результатом случайного стечения обстоятельств? Мог. Но не с Лозакосом. Не тот уровень. В харчевню вошли все абсолютно здоровыми. Стычек с упырями не было. Немного уставшие от бешеной скачки со сменой лошадей. Керол, не ожидавший погони берег своего коня. Так это выглядело в описании Ясла. Единственный выживший. Почему ему дали уйти? Ведь если это тщательно спланированная засада, то оставлять столь ценного свидетеля - глупость. Он сообщник? Его проверили очень серьёзные люди с применением магии. Обман исключён. Значит что-то пошло не так и понадобились все силы? Но в харчевне были только трупы полицейских. Даже раненых Ясл не заметил.
   Всё говорит о случайности, либо Керол получил какие-то возможности, позволившие ему справиться с полицейской бригадой во главе с лучшим оперативником в том числе неплохо защищённым от магии. Про физподготовку и говорить не стоит. А Лозакос был разрублен надвое. Керол не слабак, но против Лазакоса он щенок. "Взять живым" - бич полицейских. Но Лозакос легко нарушил бы его, он ценнее любых Керелов в любом виде.
   Ничего не клеится в этой истории. Чем больше её обдумываешь, тем больше противоречий. В версию с засадой это просто никак не лезет. Надо отдать распоряжения дознавателям собирать свидетельства по месту преступления до, во время и после происшествия и мчаться на место. Но сперва перечитать отчёты по подготовке и проведению операции ловли Керола.
   И нужен список магов, проходивши по делам, которые вел Лозакос.
   - Писарь! Три бланка приказов и срочно ко мне!
  

* * *

   Мысли Серого метались между мучительным вопросом зачем он влез с арбалетом в непонятную разборку и попыткой придумать правдоподобную историю своего появления на мосту. Рассказ про падение с палубы вызывал смех даже у тех, кто относился к нему с симпатией. Полиция такому не поверит ни за что. Но ведь теперь он не обязан придавать правдоподобия своему вояжу через Релаум. Можно просто придумать историю с чистого листа. Где нет упырей и чудесных спасений, а есть путешествие из канавской глухомани в славный Арзарум - лучший город королевства Пикасто, чтоб заработать денег простому парню без ремесла. Шел с обозами, а под конец пути пошёл сам, так как обозные просили денег за покровительство, а места начались спокойные. Ничего подозрительного не происходило. Ночевали в "Топоре", "У бога за пазухой" даже не заходили. Ничего не слышал, ничего не знаю. Всё просто вроде бы и не придерёшься. А как оно обернётся - попробуй угадай. И зачем я за тот арбалет схватился. Всё только налаживаться начало. Застрял я в этом мире надолго похоже. И вопрос выберусь ли из этого подземного мрака.
   Риб снова заворочался и закряхтел.
   - Что, думаешь как бы жил припеваючи, не сделай свою роковую глупость? А ведь тебе пути назад нет, даже если выкрутишься. - сухой смех прозвучал как кашель. - И мне пути назад никакого. А что б я только не отдал, чтоб вернуться в свой замок в престижном районе. Но провидение глухо к мольбам таких как мы.
   Серый с острой тоской вспомнил дом. Мама всегда спрашивала "как школа?" пока не поступил в колледж. Потом стала спрашивать "как колледж?" Как будто боялась, что я рано или поздно с этой школой или колледжем что-то сделаю. Собака радовалась больше всех. Ну или больше всех это демонстрировала. Отец под самый вечер приходящий с работы. Они решат, что я утонул. Но не будут в это верить до конца. Но я никогда не смогу их успокоить. Сообщить, что жив. Уж точно не из этой проклятой тюрьмы! Надо что-то делать.
   В коридоре раздались шаги, и к решётке подошёл охранник с ключами.
   - Эй, пацан с Релаумской дороги, выходь. К дознавателю тебя кличут.

* * *

   По лестницам и каменным коридорам вели не долго, минут десять. Но полумрак озаряемый редкими факелами и ещё более редким непонятно откуда прорывающимся слабым солнечным светом, а может просто лунным, скрадывал расстояние и время и подъём в каморку без окон казалось тянулся вечность. Стол, стул и лавка, тройка свечей на столе и пара в углах возле лавки. Обстановка не радовала глаз, но отсутствие каких либо инструментов для пыток или тех же кандалов немного успокоило бешено колотящееся сердце.
   Первыми словами дознавателя были:
   - С кем ты шёл по Релаумской дороге?
   - Сам, - тут же ответил Серый.
   - Давай не начинать с вранья? По Релауму сами не ходят. 
   - До "Топора" я шёл вслед одному обозу, но не с ними. Батя говорил, что они деньги зря только сдерут. А после "Топора" он велел не мешкать и шевелить ногами. Места уже мирные.
   - Значит имён никаких знакомых или хотя бы попутчиков назвать не можешь? - Лицо дознавателя из равнодушного стало суровым. "Это он меня пугает? Или правда решил, что я и есть главный злодей? И самое поганое, что он ещё и прав" - заметались мысли в голове. Видимо на лице Серого этот всплеск не отразился или в полумраке был не так заметен. Потому что дознаватель равнодушно продолжил:
   - Тогда начнём с начала. Я дознаватель Торва. Если вспомнишь чего или спросят кто первый допрос снимал - так и скажешь. Ко мне обращайся сейчас постоянно так же. А то забудешь через час. А забывать не советую. Как и врать. Особенно врать. Не выпустят тебя, пока твои слова не подтвердятся. И чем больше соврёшь тем печальней для тебя будет следующий допрос. Ясно?
   - Да, дознаватель Торва.
   - Смышлёный? Про враньё тоже сообразил, чем чревато? 
   - Мне незачем врать, дознаватель Торва, мне на волю надо деньги зарабатывать. Сезон не бесконечный, меня дома с наваром ждут.
   - Ха, будто кто-то из вашего брата потом домой возвращается? Или сгинешь или приживёшься. Может чё домой с оказией и передашь, но твою физию родня уже вряд ли увидит. 
   Четверть часа Серый рассказывал свою историю, выдумывая почти на ходу. Важно было не только правдоподобно рассказать, но и запомнить. Словят на вранье сейчас и пыточная встретит жаркими объятьями уже сегодня, а не когда-то потом. Но то, что потом всё равно будет и пыточной не избежать было ясно. Сколько времени надо властям Пикасто, чтобы узнать отправлялся ли в дорогу и известен ли местному крестьянину Свиту из глухой канавской деревеньки Мелкие Хлебцы некий его отпрыск Орс. Все имена выдуманы, а точнее взяты у друга свита, уроженца Канавы, из его же рассказа про корешей. Хоть название деревни правда. Может не сразу за шкирку возьмут. Но дело пропащее. Вся правдоподобность рассказа про путешествие за обозом и до моста - чушь. Главного никто в Мелких Хлебцах не подтвердит. А те, кто мог за него вписаться все в той харчевне, которая сама по себе уже приговор. 
   "Так что жить мне отмеряет сейчас расторопность арзарумской милиции или стражи. А рыть они будут резво раз всех с дороги замели. Может огромная толпа задержанных их немного замедлит?" Такие мысли бродили в голове по пути обратно в камеру. 

* * *

   А в камере царило полное уныние. 
   - Меня завтра убьют. Повесят гады, пришли, обрадовали! - Риб был мрачнее тучи, - Ты то отбрехался? Наплёл то чего?
   - Сказал, что из деревни в Канаве.
   - Ну это тебе до пыточной неделя. Помучаешься и меня догонишь, - истеричный смешок Риба прозвучал дико и страшно.
   Должен же быть выход! Почему я не маг? Дома, на Земле Серый придумывал себе всякую всячину. Представлял, что владеет силой, что может захотеть - и сбудется. И можно сказать, что был он довольно везучим - сбывалось. Или просто реального хотел и простого? Но кончилось везение в этом каменном мешке. Если бы немного силы дать Рибу.
   Риб издал странный звук. Серый обернулся и увидел лицо колдуна в отблесках далёкого факела. Было похоже, что ему вкатили клизму. Здоровую, литров на пять. И ещё в глазах его появился непонятный страх. Риб нервно сглотнул и просипел:
   - Надо попробовать, - озираясь по углам и поглядывая на Серого он пошёл к решётке, - обмотай руки соломой и вот этой тряпкой велел он сам подавая пример что требуется сделать. - Быстрей, пока не прошло! - взвизгнул он и снова со страхом покосился на Серого.
   Подойдя к решетки и вытянув к ней руки Риб закрыл глаза и что-то пробормотал. Полыхнуло, Серого обдало жаром и проморгавшись он увидел, что стальные прутья буквально испарились. В решётке зияла здоровенная трехметровая дыра с пылающими жаром обрубками по краям. А Риб смотрел на него уже в абсолютном ужасе. 
   - Ну, что дальше? - спросил Риб. 
   - Наверное надо выбираться?
   - Ага. Ну пошли.
   И они пошли. Но не в ту сторону, куда водили Серого.
   - Ты уверен, что нам сюда? 
   - Нет, но к охране нам точно не надо. Хотя... - Риб снова как то странно посмотрел на Серого. - Попробуем сперва сюдой.
   Они торопливо бежали коридором, пока не упёрлись в решётку, перегораживающую проход. Дверь в ней была и была она закрыта на пару висячих замков. Риб плотоядно улыбнулся и вновь вытянул руки вперёд. Через миг решётка исчезла в оранжевой вспышке. Узники заспешили дальше.
   - Ты уверен, что мы найдём выход? - снова заговорил Серый.
   - Уже да. Я же не только решётки плавить умею. Теперь. Плавить. Испарять!!! - бросив взгляд на Серого он уверенно трусил вперёд. Последний факел был возле решетки и вскоре их обступила тьма. В ответ на бормотание Риба у него засветились волосы и почему-то ногти. Вид колдун приобрёл жуткий, но стало светло, тьма перестала нагонять прежнюю жуть.
   Появились ответвления, после пары пропущенных Риб уверенно свернул в очередной боковой проход. Он перешёл на наг и Серый понял, что надежда на свободу реальна. Риб явно перестал боятся, что их поймают и похоже точно знает дорогу. "Может у крыс спросил? Или у какой местной тёмной живности?" Очень скоро Серый потерял счёт поворотам и развилкам. Он просто шёл за Рибом. По пути испарилось ещё парочка решеток, правда намного более ржавых и хлипких. Последнюю они бы пожалуй смогли бы сломать голыми руками. За пару дней. Вскоре они оказались на дне колодца со скобами и начали взбираться вверх. Высота была огромная, но усталости не чувствовалось. Азарт побега и вкус надежды на избавление от жуткого будущего пьянил и придавал сил. Вместе с тем вновь обретший силы Риб вызывал беспокойство. "Как бы он не решил на всякий случай и меня испарить. Характер то у него паскудный как ни крути," - Серому совсем не хотелось из каменного мешка властей попасть в цепкие руки колдуна темного бога. - "Похоже получил таки старый хрен прощение, попугали и простили. Но мало ли какие ему испытания выпишут. Явно его бывшей любимой не ограничатся. И Риб явно теперь будет жутко покладистым. Надо рвать когти и разбегаться при первом же случае".
   После колодца было ещё пол часа петляний по катакомбам, один завал, разлетевшийся вдребезги особенно впечатлил Серого. Похоже магия в этом мире очень могучая вещь. И вот впереди забрезжил свет. Солнечный. Снова колодец, но невысокий. Свет пробивался сквозь щели кругового люка. Как оказалось деревянного. Проходом пользовались часто и выходил он в какой-то каморке в глухом переулке рядом с несколькими другими хлипкими дверями. Выбравшись из переулка и оглядевшись Риб сказал:
   - Это Говейный Ряд, окраина Арзарума. Ты со мной или будешь искать этого своего Керола? - судя по лицу ему тоже не хотелось продолжать совместное путешествие. Похоже он даже побаивался. Оставаться с колдуном, который тебя то ли боится, то ли не доверяет почему-то Серому не хотелось совсем. 
   - Поищу. Спасибо за помощь.
   - Тебе спасибо.
   - Ты бы с тёмными силами лучше завязывал, - Серому захотелось хоть как-то вспомнить про совесть и про справедливость почерпнутую на тихой Земле.
   - Хорошо, - как-то нервно ответил Риб, - я пошёл?
   - Да, может ещё увидимся. 
   Риб кивнул и пошёл не оглядываясь направо по улице, а Серый не медля зря и не испытывая судьбу припустил налево. Предстояло искать дорогу к Центруму.

* * *

   Солнце стояло в зените. Улица небольшим уклоном сбегала куда-то вниз. Дома с двух сторон стояли деревянные старые и обшарпанные. Из дверей курсировали явно набравшиеся личности средней степени поношенности. Видимо это были сплошь кабаки. Видимо порт рядом. Хотя Керол что-то говорил, что порт в Арзаруме далеко не один. И Риб сказал что окраина. Возможно именно порт и есть. 
   "Хватятся нас быстро, уже наверняка хватились. Такой побег незаметным не назовёшь. Я никого не знаю, город вижу первый раз, деньги все забрали при аресте как и кинжал вместе с поясом". Ботинки и куртку оставили, они то и не дали Серому совсем закоченеть в холодном каменном склепе камеры. Но сейчас в плотной полотняной куртке здорово припекало. Лавок видно не было, а заходить во встречные кабаки, чтоб спросить дорогу у Серого не возникало никакого желания. Даже трезвые прохожие не попадались, у которых можно было бы спросить дорогу. 
   Впереди показался перекрёсток - Говейный Ряд пересекал более широкую и респектабельную улицу и после неё тоже выглядел более презентабельно. У дверей кабака на перекрёстке стоял трезвый мужик, почесывающий бороду. Видимо решал зайти или нет. Серый решился на вопрос: 
   - Уважаемый, отсюда далеко до Централа? 
   - До Центрума может? Совсем дикий? Из Канавы, небойсь, недавно вылез? Может ещё и беглый? - ощерил мужик в ухмылке щербатый рот. 
   - Да, вот только сегодня в городе. У меня с братвой встреча в Центруме. Мне эти названия без разницы. Потом сами прилипнут. 
   - Встреча, деловой! - заржал мужик, - Ну, малёк, так и иди по Говейному пока через мост не перейдёшь, там сразу налево и вдоль Соснянки по Портовому Тракту до конца. Как на площадь Семи Якорей выйдешь, так это самый что не на есть центр Центрума и есть. 
   - А Соснянка это?
   - Река это, балда. Деловая, - и мужик снова заржал.
   - Спасибо добрый человек, - решил не менять тона Серый. 
   - Ага, добрее видали. Вали уже, а то я так трезвым луну увижу с тобой. - И мужик уверенно вломился в двери кабака. 
   Идти оказалось больше часу только до моста. По дороге Серый подумывал уточнить дорогу снова, очень уж дальней она оказалась. Дома вдоль улицы становились всё приличнее, появились каменные фундаменты, лавки, Особняки за заборами вполне шикарного вида, небольшие площади с базарчиками. Город приобретал какой-то курортный колорит. Это немного не совпадало с пониманием Серым, что есть портовый район. 
   Река Соснянка оказалась широкой, с зелёными берегами и великолепным мостом. Вид с него открывался великолепный, множество то ли дворцов, то ли храмов, а может всего вперемешку возвышалось на отлогих берегах. Вдалеке по течению виднелась плотина, а дальше синела морская дымка. И стал слышен прибой. На реке виднелось множество барж. Гребных. Видимо мосты здесь не разводные и мачты не в ходу. 
   Уже совсем в праздничном настроении Серый пересёк мост и прошёл мимо очередного отряда равнодушных стражников. Вспомнил, как первый встреченный им отряд вынырнул из-за угла переулка и заставил его сердце гулко ухнуть по мостовой сквозь пятки, и улыбнулся. Никто его похоже не искал, да и Риба похоже тоже. Это удобно, хотя и непонятно. 
   Поворот на Портовый Тракт. Это была широченная улица с совсем уж шикарными домами. И очень оживлённым движением: телеги, фургоны, кареты разных размеров текли беспрерывными потоками в обеих направлениях. Движение левостороннее, отметил Серый.  
   На жаре хотелось пить, множество ярких лавок предлагало порадовать желудок едой и питьём, но отсутствие денег всё больше портило настроение. Серый споро продолжил путь к цели. На площади Семи Якорей точно найдётся местечко, где о нём предупреждены. Стражники рано или поздно начнут искать Риба и его по приметам, а может и по рисунку. Сыск в Арзаруме похоже поставлен серьёзно. Похоже даже правила уличного движения существуют. 
   Пол часа быстрой ходьбы и улица стала меняться, меньше стало дворцов, больше стало каменных коробок с чадящими трубами или просто гудящих как улей. Промышленность. Лавок и базаров меньше не стало, а кабаков стало даже больше и попадались совсем уж похожие на рестораны или даже отели. Ощущение курортной зоны не пропадало. Ещё через пару десятков минут Портовый Тракт раздался в огромную площадь. По центру кипел базар. Но широкая полоса по кругу была заполнена круговоротом повозок и пешеходов. Порядка в движении на площади было совсем немного по сравнению с Трактом. Вот и площадь Семи Якорей. Серый двинулся по кругу налево в поисках кабака. 
   Искомое нашлось довольно быстро. Это был кабак или харчевня Сломленный Якорь. С вывеской и рисунком. Читал Серый пока весьма коряво, но как он заметил ещё в релаумской харчевне, многие читали не лучше него. Внутри был полумрак, но без шума и без драк. Как для портового кабака, то было ещё и довольно чисто. Большая часть столиков была занята, к тому же за ними похоже ели, а не пили. Хотя в такую жару пить - это удел наверное совсем уж пропащих дураков. 
   У стойки было пусто, хотя бармен или корчмарь или кто он там по местным понятиям был на месте и тёр стаканы. Стеклянные. Цивилизация. Столица.
   Серый уверенно плюхнулся на один из стульев у бара. Бармен вопросительно уставился на него.
   - Я Серый, возможно мне что-то передавали?
   - Что пить будешь? - равнодушно спросил бармен.
   Серый почувствовал себя дурак дураком без денег и без понятия что же делать.

*

   - Имя у тебя больно забавное, угощу тебя. Пива или покрепче чего налить? 
   - Фреш есть? - это был любимый утренний напиток караванщиков - смесь соков двух фруктов, кисловатый и тонизирующий как кофе. Стоил правда сильно дороже того же пива. 
   - Это Сломленный Якорь, шкет. Тут все есть. Чай не твоя деревня, - и бармен налил большой стакан из толстого зеленого стекла, - иди вон в уголок, не отсвечивай тут. 
   Выбора особенно не было и Серый направился к указанному месту в темном закутке. Из-за столиков на него поглядывали равнодушно или вовсе игнорировали. Когда Серый был на полдороге к цели снаружи донесся раскатистый то ли гром, то ли грохот, закончившийся басовитым звуком гигантской лопнувшей струны. Или даже стального каната. Пол дрогнул. Посетители ошеломленно оглядывались. 
   - Это что за хрень случилась? - гаркнул здоровенный мужик за соседним столиком и оттолкнув Серого рванул к выходу. Его примеру последовали немногие и Серый решил, что ему метаться тоже не стоит. Тут вокруг неизвестного и непонятного полно, и грохот погоды не делает. 
   Устроившись в углу Серый принялся потягивать фреш и осматриваться. Напиток оказался еще и холоднющим - видимо в заведении в подвале был ледник. Вообще кабак был респектабельным да и в целом город шагнул далеко за средневековые рамки, как их себе представлял Серый. об освещении судить было сложно, ни факелов, ни свечей, ни магических источников видно не было, солнечный свет из окон вполне справлялся. Посетители успокоились после недавнего грома, даже здоровяк вернулся, что то ворча под нос. Еда и выпивка местных похоже волновала больше, чем непонятные звуки снаружи. 
   Время тянулось, фреш закончился и Серый все чаще поглядывал на бармена подумывая не напомнить ли о себе. Может он и не слышал о нем и действительно просто угостил? А может потом еще и платить заставит? 
   Просидев на иголках еще с пол часа Серый внезапно увидел направляющегося к его столику пацана лет одиннадцати. Как он зашел Серый не заметил, но шел он к нему вполне целеустремленно. 
   - Напился? Дуй за мной, - нагло заявил мелкий без малейших формальностей. Серый опешил от такого оборота событий.
   - Куда дуть? Ты кто?
   - Серый, не тупи. И не борзей.
   "Это я борзею?" - изумленно подумал Серый, но спорить не стал. Раз имя назвал, значит не случайный сопляк. Серый ждал, что Керол лично придет, но сейчас это ему самому стало казаться глупым. Видимо местные опасались ловушки. Чувствую себя наивным лопухом, Серый направился за своим мелким проводником. Проходя мимо стойки он кивнул бармену имя которого так и не узнал, но тот даже не взглянул в его сторону. "Ну и черт с ними всеми тут" - и Серый вывалился в жару главной площади Центрума. 

* * *

   Они бродили по базару в центре площади уже битый час. Один раз пацаненок купил пирожков и два дал Серому это было кстати, так как вспоминать непонятную кашу, которой кормили в подземельях было неприятно, но желудок похоже уже бы и от нее не отказался. Но несмотря на утоленный голод Серый начинал закипать от бесконечного кружения по торговым рядам. 
   - Нам еще долго по жаре бродить кругами? 
   - Спешка при ловле крабов в тему. А ты чего такой нервный?
   - Сбежишь из лап стражи без копейки денег - поймешь. Я вообще не уверен, что отсвечивание мордой на рынке после такого - сильно здоровое занятие. 
   - Не ищут тебя - не парься. Керол был бы в курсе. 
   После упоминания Керола Серый слегка успокоился, и через несколько минут они выбрались из рыночной толчеи и направились по одной из улиц с площади. Это был не Портовый Тракт точно. Пройдя квартал они свернули в переулок и попетляв выбрались на другую оживленную улицу. Каково же было изумление Сергея, когда вскоре они вышли на ту же уже хорошо знакомую площадь Семи Якорей. 
   - Решил пирожков докупить? Может я в Сломленном Якоре тебя подожду? - ехидно спросил Серый.
   - Ты из каталажки выбрался, а умничаешь, словно к мамке дрыхнуть ходил. Может за тобой дубье следом идет?
   - Это вы проверяете не следят ли за мной?
   - А ты тупой. Приживешься у нас. Наверное.
   - А ты явно умней местных стандартов - не страшно?
   - Неа, хуже чем было не будет точно!
   Их оживленную беседу внезапно прервал мрачный тип в приличной одежде, но со шрамом в пол лица и выбитым передним зубом.
   - Закругляйся хороводы водить, Медяк, и дуй прямо на хату. Рысью.
   После этих слов парнишка по имени или прозвищу Медяк тут же начал выбираться из по прежнему оживленной толпы и снова направился на улицу, на этот раз ведущую к морю и звукам прибоя, которые уже не глушил базарный гам. Вскоре они нырнули в переулок и переходя из одного двора в другой запетляли в гулких туннелях меж каменными стенами. 

* * *

   Ко входу трехэтажного здания они выскочили внезапно спустя четверть часа. У дверей ошивалась парочка мутных типчиков. Серому атмосфера все больше не нравилась. С подобной гопотой на Земле он бы связываться не стал ни за что.
   Внутри одноглазый косматый мужик Медяка отправил куда-то, а к Серому приставил амбала и отправил вверх по лестнице. И наконец войдя в одни из дверей на третьем этаже Серый увидел Кэрола. 

*

   И был он злой как черт и явно чем-то недоволен. Никаких следов залихватской удали, не покидавшей его даже под мечами арканумской стражи в харчевне, не было и в помине. Похоже кто-то его здорово взбесил, а может даже напугал.  
   - Рассказывай, - хмуро бросил он. 
   - У вас тут вообще никто не здоровается что ли? - оказанный прием Серому нравился все меньше. Впрочем люди из окружения Керола ему не понравились вообще. 
   - Это как с кем, - мрачно ухмыльнулся Керол. 
   - Я видимо не заслужил? Сперва в харчевне, а потом на этом гребаном мосту? Да и в каталажке вашей арзарумской не сладко. 
   - Заслужил, привет тебе и спасибо. Не бери в голову, тут навалилось на меня внезапно. Рассказывай как выбрался. Как попал я вроде бы в курсе. Сбежать умудрился? Герой! - и Керол улыбнулся почти прежней улыбкой, хоть и осталась в ней некоторая вымученность.
   - Один колдун темный помог, вот и умудрился, - и Серый не вдаваясь в подробности начал рассказывать историю своего странного освобождения. Керол мрачно слушал и изредка вставлял уточняющие реплики. 
   - Решетка быстро расплавилась?
   - Она мгновенно испарилась.
   - Вот так он плавил их одна за другой? Без приседаний и поклонов всяких? По пять штук в час?
   - Ну да...
   - Дорогу он знал значит? Шли уверенно?
   - Сперва вроде не знал, но потом будто увидел дорогу и шел не задумываясь на развилках. Вроде не кружили, а в тупики точно ни разу не заходили и назад идти не пришлось тоже. 
   - Хреново, - мрачнее тучи пробормотал Керол.
   - Почему?
   - Да это я так, магов не люблю, особенно всяких мутных и подозрительных.
   - Думаешь ко мне его специально подсадили?
   - А ты знаешь, не исключено, - как то даже обрадовался Керол.
   - А зачем?
   - Поди знай. Дальше что было? Что-то еще мутное магичил колдун?
   - Завал в одном месте разбил одним махом.
   - Жесткий тип.
   - Только я где мы выбрались теперь не найду точно. После безумной гонки по катакомбам я и не сообразил запомнить место. Мы вышли и разбежались он по улице направо, я налево. Так вот до Семи Якорей и добрался. 
   - Да где ты вылез это сейчас без разницы. Там дубья наверняка больше чем крыс. И, кстати, тебя не ищут. Только колдуна этого, Риба. 
   - Так ты и без меня в курсе? 
   - Ну дубье тоже вкусно есть хочет. А если хочешь держать всю тень Центрума, то самых шустрых и наглых лучше подкармливать. 
   - А дубье?..
   - Да стража это по нашему, - ответил Керол, задумчиво потирая подбородок, - Ладно, иди, тебе комнату покажут, там парни нормальные, не обидят. Вечером посидим, подвиги наши на Релаумской дороге повспоминаем. Сейчас надо мне тут раскопаться из кучи проблем, в том числе и твоих. 
   - А что я...
   - Вечером поговорим. Реально много дел срочно надо сдвинуть с места. Вали отдыхай, - и Керол практически вывел Серого за двери, - Определи Серого в лежку к Гаду и Зеленому, - сказал он так и стоящему невдалеке громиле и захлопнул дверь.
   Серый вздохнул и продолжил плыть по течению. Хотя направление ему все больше и больше не нравилось. Но качать права было явно не время и не место. Тут похоже просто уйти будет проблемно.

*

   Пока спускались по лестнице и петляли коридорами второго этажа Серый пытался понять, почему разговор с Керолом был таким напряжённым и вообще непонятным. Он больше выспрашивал про колдуна, а не про побег. Зачем ему нужен этот колдун? Хотя магия вещь любому в хозяйстве полезная. Опять же полная уверенность Керола, что Серого не разыскивают. Стража у него прикормленная. А может и он стражей прикормлен? Может его очень серьёзно попросили помочь в поисках колдуна? Тут и не так запсихуешь. Хотя он ведь не спросил даже в какую сторону пошёл Риб. Хотя какая разница в какую сторону он пошёл из неизвестного места. Но мог бы какому богу тот поклонялся спросить? Хотя если его попросили помочь, то он знает про Риба больше чем я. Странно. Но эта вся бандитская среда малоприятна как не крути. И оставаться здесь - это надо быть полным идиотом. Правда и бежать очертя голову вряд ли стоит. Ох и влип я тогда в харчевне и теперь всю жизнь похоже расплачиваться буду. Не исключено, что весьма короткую.
   Зашли в комнату и сопровождавший Серого здоровяк так же молча ткнул пальцем на одну из трёх кроватей. "Хоть не двух ярусные, а то казарма какая-то. Ещё бы орущего сержанта и полное погружение. Может этот типчик немой?" Серый уселся на указанную кровать, и молчун тут же скрылся так же тихо притворив дверь. "Жуть какая-то" - подумал Серый, не раздеваясь и не разуваясь лёг и тут же заснул.

* * *

   Разбудил Серого какой-то сутулый парнишка с бегающими глазами. За окном была темень и комнату освещала свеча в руках полуночного посыльного.
   - Пошли в берлогу, тебя Керол зовёт.
   - Куда? - сонно пробормотал Серый, протирая глаза.
   - Вниз в зал жрать.
   - А, ну потопали. Выспался, если ещё и поем нормально, то у вас тут можно жить.
   - Если только жрать и спать, то жить где угодно можно, - осклабился сутулый. 
   - Ну это как кому. А тебя как зовут? 
   - Нырок.
   - Пошли, - вздохнул Серый, - Веди.
   В огромном зале на первом этаже стояло множество столов. В углу и у дверей шумно веселились какие-то посетители. За центральным самым большим и самым освещённым сидела группа людей во главе с Керолом. К нему и повел проводник Серого.
   - О, а вот и наш ловкач, - закричал гораздо повеселевший Керол. - Садись, живот небось сводит после жрачки из Последнего Приюта. Это мы казематы Арзарумского Бастиона так прозвали, - добавил он, увидев недоумение на лице Серого.
   Ему освободили место рядом с одноглазым, который встретил Серого днем. Одноглазый сидел справа от Керола и цепко рассматривал Серого не переставая обгладывать кость приличных размеров. Серый сел за стол и сразу начал высматривать что бы перехватить себе из еды.
   - В Упыриной Гати мы славно навели шороху, - продолжал весело рассказывать Керол, - Когда у Серого в руках арбалет на пути у него, братки, лучше не становитесь. Уж до чего Известь верткий и не убиваемый был, а Серый его слёты подстрелил, перед тем уложив другого дуба. Ты, Серый, в курсе, что половина магов в городе за Известь тебе благодарны должны быть? Белая, въедливая тварь. Была. Ловок ты шельма. Надо тебя к делу пристроить. 
   - Это какому?
   - Смотря что умеешь.
   В дверях послышался шум и ватага мужиков двинулась к их столу волоча с собой здорового парня. Заломленные руки не давали ему идти на своих двоих. Подойдя его поставили на ноги, но рук не отпустили. Лицо было избито в кровь. 
   - А, добегался? - радостно воскликнул Керол. - Вот гляди, Серый, этот гадёныш меня дубью сдал и в ловушку привёл. Да так ловко, что меня в твоей харчевенке и накрыли в одиночку. А другом звался. Считай он тебя в это всё и подписал. Что с таким делать, как думаешь?
   - Твой друг, ты и решай, - сказал Серый дожёвывая здоровенный кусок мяса. С такими раскладами опять в оборот попадёшь и снова голодным. Сами пусть разбираются. Но сами явно разбираться не хотели.
   - За такое предательство смерти мало, но тут такой повод тебе Серый себя показать. Сейчас его к столбу вон привяжем и ты Серый его стрелами нафаршируешь! - и Керол радостно осклабился глядя на Серого. Весь вид его как будто говорил: "И не благодари!"
   - Зачем мне его убивать? Он тебя предал, не меня. - Серому оборот событий не понравился вообще. Он отложил кость и огляделся. - Ты говорил мне маги благодарны должны быть. А ты мне не благодарен? В харчевне и на мосту я тебя спас считай. Да и жизнью рисковал. А свободой так и поплатился.
   Керол помрачнел. У Серого пробежали мурашки по спине и он понял, что к столбу привяжут сегодня двоих. Этот бандюган явно имел свои понятия о благодарности.
   - В харчевне меня бы максимум повязали и потом мои орлы меня бы шустро вытащили. А вот то что я Известь вынужден был  порешить мне только проблем добавило. И прибить эту крысу я тебя прошу, заметь, не в благодарность, а чтоб ты доказал свою верность мне. Но ты больно мутный как я погляжу.
   - Я к тебе в ватагу не набивался. И на проверки не подписывался. Убивать связанного человека, которого первый раз вижу я не хочу и не буду.
   - Ну и хрен с тобой, тащите его в подвал, пусть помучается.
   Серый напрягся и начал привставать, но ватага просто развернулась и поволокла избитого к лестнице. На Серого не обращал внимание никто. Только он успел сесть и немного расслабиться, как один из Мужиков с противоположной стороны стола встал и заговорил. 
   - Керол, ты я вижу считаешь стычку с Известью и его кончину ерундой. Парнишка, подсобивший тебе для тебя дурак дураком и не более. А мы к тебе под руку шли за этот твой так сказать подвиг. Не знаю как Клин и Шерсть, а я со своими ребятами выхожу из твоей тени. Ты чет совсем сбрендил после свиданки с тем магом. Так что порознь дальше пойдём. Два рослых парня по бокам говорившего в процессе этой речи встали и чутко заозирались. У дверей тоже началось какое-то шевеление. Говоривший выбрался из-за стола вместе с двумя охранниками и в полной тишине направился к выходу. У дверей к ним присоединились ещё двое.
   - Ну и вали! - зло бросил Керол, - убытки от тебя одни Серый. Вали спать, завтра утром разберёмся что с тобой делать. Раз оставаться не хочешь, то тоже проваливай. С дня на день тебя дубьё искать наверняка начнёт. Сам же и прибежишь, но второй шанс будет уже совсем не тот. Если он вообще будет. Может в Последнем Приюте сгинешь. Так что крепко подумай. И Керол выбравшись из-за стола направился к лестнице. Ещё четверо, включая одноглазого пошли за ним. Остальные пошли к выходу. Серый остался за столом один.
   "А и плевать, хоть наемся" - Серый начал смачно есть мясо с овощами и запивать судя по вкусу вином. Мысли при этом в голове крутились самые мрачные.

* * *

   Фарт трясся в казённой карете, впереди показались огни крайнего постоялого двора на Релаумской дороге. Предстояло заночевать и поспрашивать купцов и местных что слышно про убийство Лозакоса. На местных не надавишь, а вот купцы борзеть не станут. Может кто знакомый попадётся. Может кто заметил разницу по дороге туда и назад. Может чего прибыло или убыло. Может кто с местными накоротке, так и со следователем теперь поделится за прощение грехов. По дороге пока не стемнело Фарт читал копии допросных листов. Непонятных личностей набиралось десятка три. Половина релаумцев, которые в одиночку или по двое в Арзарум шли, и остальные из Канавы, а двое из Трима. Релаумцев можно проверить по дороге, а вот остальных через пограничников и по дип каналам надо запрашивать. А там чинуши Канавы такие твари, могут и не ответить порой. Мы то им беглых рабов через раз возвращаем.  Но дело серьёзное, должны дипломаты сработать. Из Трима пожалуй быстрее всего и ответят. Была бы на Релаумской дороге магическая связь - меня бы уже утром эти сведения и догнали бы, пожалуй. Как же ломает всю систему государственной службы это бельмо Упыриной Гати последи государства! Троих фигурантов прямо в Топоре и проверить можно. Ночевали или нет. Ох, спать пожалуй придётся утром в карете по пути в следующую харчевню. Про побег из Арзарумского Бастиона Фарту предстояло узнать от посыльного также утром, так что планы о сне в карете были несбыточны.

* * *

   Выйти в город Серому конечно не дали, так что послонявшись по залу и выпив ещё кружку вина он направился на второй этаж в свою лежку. Тем более, что зал наполнялся ужинающими бандитами или ворами или кем они себя считают и под их косыми взглядами Серому было совсем неуютно. Комната оставалась пустой и Серый улёгшись начал прокручивать в голове тот сумасшедший поток событий который подхватил его в харчевне и похоже не намерен отпускать. 
   Оставаться с Керолом однозначно не стоило. То, что Серый уже успел увидеть не только категорически ему не нравилось, оно явно не предвещало легкой и долгой жизни. Стража Арзарума или полиция или дубьё или как ни назови, но дело своё они знали. Чтобы словить Керола они устроили операцию, которую не каждая земная полиция осилит. И сами бандиты были совсем не лапочки. Легко можно нож в бок получить в пьяной драке или просто за мягкотелость. По волчьи прожить остаток дней очень не хотелось. Уж лучше в харчевне в Релауме. Там хоть люди были, а не зверьё. Но вернуться назад было сейчас почти так же несбыточно, как и вернуться на Землю. 
   Хотя почему собственно. Если повезёт вырваться из лап Керола, то рвануть в лес вполне возможный вариант. В харчевне странно относились к Серому и после убийства полицейских там самое опасное место, но пожалуй в какой соседней деревне спрятаться могут помочь. А если и откажут идиоту, то уж полиции не сдадут, а просто прогонят. Идеально найти законную работу в Арзаруме, поднакопить денег, осмотреться и в более спокойной обстановке искать место под местным солнцем. 
   Как ни крути, а вырваться из банды - первейшая задача. А вот выпустят ли живым то? Как ни странно, но похоже, что да. Судя по всему Керол почему-то не хотел убивать Серого. Уж больше пройти по краю чем сегодня не возможно пожалуй. Ну разве что выбежать на улицу и стражу начать звать, тыкая в двери этого притона пальцем. Опять же хвалил Керол Серого за меткую стрельбу. Хотя, кроме бокса, никаким спортом он не занимался, а стрелял только в тире из воздушки и то раз в год. И не сказать, что проявлял снайперские таланты. Арм с Гратом за упыря ещё хвалили. По всему выходило, что в стычках с довольно сильными противниками Серый выходил если и не чистым победителем, то уж точно живым. И судя по всему это удавалось не многим местным. Но тут похоже везение. И думать, что это можно повторять бесконечно - глупо.
   "Надо твердо стоять на том, что хочу уйти и на свободе уже решать по обстоятельствам. Можно матросом наняться - порт всё таки!" - Приняв такое решение Серый почти успокоился. Пребывание в банде давило на него не меньше, чем пребывание в подземельях Арзарумского Бастиона. То же чувство ловушки и безвыходности. - "Похоже Керол не готов убивать того, кто спас ему жизнь и на этом можно выехать. Если задержаться, то вырваться станет труднее. Да замажут сразу во всех возможных темных делишках. Хотя после убийства полицейских куда уж дальше? Но тут я перед властями бандит бандитом, а тут я  перед собой буду последней тварью".
   Развернувшись к стене Серый попытался заснуть. Уже задрёмывая в полной темноте Серый услышал, как в комнату ввалилась пара бандитов и заплясали отблески свечи. 
   - А, новенький! - заорал один из двух довольно молодых и здорово пьяных парней, тут же плюхнулся на одну из кроватей и громко захрапел. 
   - Что, обживаешься? - второй не спеша поставил свечу на один из трех сундуков и начал стягивать сапоги.
   - Заснуть пытаюсь, - буркнул Серый. 
   - Хорошее дело, - задув свечу второй заворочался на своей кровати и вскоре затих. Серый, подумав, что знакомится в бандитской среде похоже вообще не принято, снова отвернулся к стене и вскоре заснул, несмотря на храп по соседству.

* * *

   Утром Серого разбудил одноглазый. Оба его соседа ещё спали. Спустившись вниз он увидел Керола, одного сидящего за центральным столом. Зал вообще был ещё пуст. Одноглазый подтолкнул Серого к столу. 
   "Это либо очень плохой знак или очень хороший" - подумал Серый, - "Либо меня убъют без свидетелей, либо отпустят также без лишних глаз. Но убивали, наверное не за столом, а в подворотне или прямо наверху на койке. Так что сейчас или будет поздно."
   - Ну, что надумал? - сразу приступил к делу Керол. 
   Стол был пуст, только перед Керолом стояла кружка. "Видимо, если я не с ними, то и кормить меня не собираются. Бережливые бандиты". 
   - Мне кажется стоит поискать себя в мирной жизни. Не моё это - убивать людей. Грабить и воровать мне тоже вряд ли понравится.
   - А ты думаешь здесь кому-то это нравится? Пиво будешь? - внезапно спросил Керол?
   - Не откажусь. - хоть какая еда, подумал Серый, неизвестно когда что-то в желудок перепадёт.
   Керол махнул рукой и одноглазый принёс две кружки. Одну отдал Серому и устроился напротив за столом поглядывая исподлобья.
   - Здесь почти все сироты, бывшие беспризорники, - продолжил Керол, - Из вашей глухомани Арзарум может и кажется раем, да только жизнь тут, парень, жесткая как задница буйвола. - В мирную жизнь говоришь тянет? Ну а чё? Вон, воду носить можешь наняться. Целый день из реки её таскать. Тебе даже вёдра дадут. Старые, дырявые, зато примерно за них с тебя вычтут. Так что пару месяцев впроголодь попашешь. Да и потом с каши на похлебку перебиваться будешь. Солому тебе под лестницей кинут и будешь ночевать там вповалку с такими же оборванцами. Если тележку с бочонком купишь и право набирать воду в городском колодце, то жизнь наладится и голодать не будешь, может даже койку снимешь, но где же ты столько денег возьмешь? 
   - К кузнецу в подмастерья пойти можно, - попытался возразить Серый, чем вызвал только хохот Керола.
   - Подмастерья? Да тебя и в ученики возьмут только за деньги большие и будешь ты в учениках год, не меньше ходить. Тут денег надо ого. Это тебе не бочку водовоза купить. А то землекопом иди. Света белого не взвидишь, но накормят, да. На разносе ещё можешь побегать. Работа попроще, но ты же не девка, без чаевых не разгуляешься, да и счет знать надо. Да и с твоим характером поцапаешься с кем-то и ещё и должен денег останешься. Тебя такого доброго каждый стражник на счётчик поставить сможет. Наш  теневик  или из другого района - без разницы - прирезать или ограбить может. А где поприличнее и почище работа, да чтоб денежная, так с тебя сперва немало денежек слупят за вход. А где сиротам их взять? Вот и приживаются у нас.
   - Ну я то не сирота и не калека, может как-то выкручусь. Не лежит душа к вам, уж извини, - хмуро ответил Серый.
   - Ну нет так нет. Потом вернёшься - с низов будешь начинать. Сейчас то я тебя рядом с собой держать был готов. 
   - Если вернусь - значит судьба такая, - сказал Серый допивая кружку. В животе потеплело и захотелось на воздух.
   - Ну удачи. Извиняй, если что не так было. Жизнь у нас нелегкая, а ты ещё и попал в самый неудачный момент. Ещё и со своими проблемами. 
   - Да ладно, - размяк Серый, похоже вырваться удалось и предстоит непростые поиски места в тяжелой жизни Арзарумского рабочего люда.
   - Если будут какие тёрки с нашими - обращайся. Недоразумения разрулим. Нашим в ущерб идти не обещаю, но зазря обижать не позволю. Всё же ты мне помог не раз, а я не такой уж неблагодарный. Просто навалилось кучей то одно, то другое.
   - Договорились, - радостно сказал Серый и они пожали руки. 
   В это время в двери ввалилось пару взмыленых пацанов лет четырнадцати и с порога заорали:
   - Медяка черные храмовники на площади замели.
   Керол сел на стул, на лице его отчаянное выражение попеременно сменяло злость.
   - Как?
   - Да облаву устроили на мелких. Трех замели и Медяка нашего. 
   - Вот, Серый, а ты говоришь мирная жизнь. Что ты против храмовников этих поделаешь? Твари с военными скорешились и теперь беспризорную босоту для своих жертвоприношений вылавливают. А дубью и проще - воруют меньше. Надо Медяка отбивать. Зови Розгу с его братвой и Стырка с Бельмом, - обратился он к одноглазому. - И Шкет ещё должен на месте быть. Ну что, Серый, прощай. Беги за длинным арзарумским золотым. Или может поможешь пацанят вытянуть? Не заслужили они мучений на алтарях храмовников.
   - Вытащить пацанов помогу, но потом уйду, как договорились, - у Серого шумело в голове от злости. Медяк был самым адекватным из всех встреченных им у Керола теневых работников. Не помочь спасти этого ребёнка и остальных - это совсем уж скотство. Тогда и из банды уходить не стоит.
   - Так, давай подробности, где мы их подловить успеем? Они к себе поедут фургоном? - начал расспрашивать Керол.

* * *

   Серый и ещё двое стояли в узком переулке. Мужик по имени Стырк поглядывал из-за угла за движением, довольно вялым в это время. Выглядывал фургон храмовников - он знал их по виду. Второй парень чуть старше Серого ждал прижавшись к стенке. Звали его Бельмо. Вооружили Серого кинжалом и дубиной, хотя он рассчитывал на арбалет.с противоположной стороны и впереди поджидали ещё две ватаги. Храмовников должно было быть пятеро, а Керол собрал больше дюжины головорезов. И момент внезапности был на их стороне. 
   Мышцы ныли от напряжения, ноги подрагивали. Но Серый гнал страх от себя. Ожидание было мучительным, время тянулось медленно. По всему выходило, что в засаде они уже больше получаса. 
   - Едут коротко сказал Стырк и вынул саблю завёрнутую в какие-то лохмотья. Бельмо поднял дубинку, прислонённую к стенке. 
   - Твари, отпустите. Чтоб от вас ваш кровавый бог навсегда отвернулся. Волки позорные. - Серый узнал детский голос Медяка. В глазах у Серого потемнело, и он поудобнее перехватил дубину. 
   - Пора, - гаркнул Стырк и метнулся вперёд. Серый бросился за ним.
   Стырк уже рубился с мощным мужиком в кольчуге. На голове у него был капюшон с короткой накидкой, который он как раз отбросил на плечи. Серый попытался подскочить к храмовнику сбоку, но к нему уже подбегало ещё двое храмовников справа. От конца темного фургона спешило ещё двое. Сзади хекнул Бельмо и его дубина странно звонко столкнулась с палашом одного из набегавших храмовников. Серый успел дважды взмахнуть дубиной, а бельмо уже оседал на брусчатку.
   - А-а-а!!! - заорал Стырк и отчаянно бросился на уже троих. Один из охранников фургона плашмя ударил его по левому уху и Стырк тоже осел на землю. Серый успел ударить дубиной одного из храмовников по руке и даже услышать как звякнул об стену дома выбитый им палаш и погрузился во тьму.

* * *

   Пришёл в себя Серый от тряски и боли в голове. Был он не связан, но оружия не было. Полумрак внутри фургона позволял легко рассмотреть окружающих. Их как ни странно было трое, не считая самого Серого. Сидя в позе лотоса на него смотрел Медяк, Бельмо приподнявшись на локте тер второй рукой затылок, а Стырк валялся в беспамятстве. 
   - Что случилось? Почему ты один? - удивленно спросил Серый Медяка.
   - Всё таки ты тугодум. Кого ты ещё тут ожидал увидеть?
   - Ещё же двоих пацанов схватили вместе с тобой.
   - Один я был. Залез к фуражёрам целителей в комнату и попался.
   - К целителям? - взвыл Бельмо, на кой черт ты к ним полез???
   - Керол велел, вот и полез. Сказал, что отобьёте меня вместе с Серым, если он согласится остаться под началом Керола. А нет, так для тебя, говорит, Медяк, и план "Б" не плох. Ты, Серый, видимо не согласился.
   - И что? - Серый пока не понимал что происходит. 
   - И вот он - план "Б", - и Медяк похлопал рукой по дну фургона, - быть мне теперь монахом у целителей. А для вас всё хреново.
   - Гад, гад, гад!!! - заорал Бельмо.
   - Да что не так с этими целителями? - Серый понял, что его подставили и никаких злых храмовников нет, а есть непонятные целители.
   - Просто за нападение на целителей - каторга в кристаллической пустыне в Империи Лис. А хуже этой каторги почитай и нету, - мрачно пробормотал Стырк. Он пришёл в себя, но продолжал лежать навзничь равнодушно уставившись в потолок фургона.
   - А ты то зачем полез в это? - спросил Медяк.
   - А я должен был умереть. Но не свезло. - меланхолично ответил Стырк. - там на мне такой долг повис, что жене с сыном хоть топись. А так Керол долг простил и им денег подкинул. Может выпутаются. 
   - Сам то зачем к этим вашим целителям на каторгу нарывался? - решил прояснить все моменты Серый.
   - Прав ты был, Серый, - неохотно ответил Медяк, - не приживаются люди с мозгами в арзарумских тенях. А целители на каторгу детей до пятнадцати лет не отправляют. Мне теперь дорога в монахи ихние. Буду воевать за дело Атката. Не худший бог, как на мой взгляд и орден богатый. Так что я то ещё и выиграл. 
   Разговор увял. Трясясь на жестком полу фургона Серый думал, что судьба его устроила очередной вираж, при этом похоже попаскуднее всех предыдущих.

Часть вторая. Измученный путник.

Во всяком положении есть свои преимущества.

Главное -- не забывать ими наслаждаться.

Макс Фрай

   Вот и добрели. Серый вместе с тремя бедолагами понуро стояли на площади рядом с огромным храмом в самом центре страшной пустыни. Храм располагался внутри обширных крепостных стен, которые легко вмещали ещё и немаленькое поселение. Последний переход был самым тяжелым. Под конец их уже совсем безжалостно гнали по пескам.
   Дорога после плена была как зебра, то очень лёгкая, когда их в Арзаруме погрузили в трюм корабля и они больше двадцати дней плыли изнывая от скуки, скудной еды и питья, а то изматывающе тяжёлая, когда их перегрузили на гребное судно, приковав к вёслам и они по реке подымались до огромного озера с водопадом почти не чувствуя рук и спины три дня и три ночи. Дальше на скалу их подымали в чем-то подобном на лифт целых два дня. Два дня отдыха и прекрасных видов сквозь прутья деревянной клетки на бесконечную зелень холмов и лесов. А потом был большой город, где Стырка и Бельмо с группой других каторжан куда-то увели, а Серый с оставшимися тремя бедолагами отправился в путь по адской пустыне пешком. И это уже была жопа. Спали днём под наскоро собранными навесами. Этот, казалось, бесконечный этап длился неделю. 
   Пока плыли, маясь от тоски и безысходности, Серый сумел вытянуть из более осведомленного Стырка всё, что тот знал о цели их так сказать путешествия. Известно было немного. В кристаллической пустыне было несколько мест, где добывали магические кристаллы. И оттуда никто не возвращался живым. Остальное было неоднозначно. То ли там постепенно сходили с ума от страха и боли, то ли пустыня выпивала саму душу каторжника. 
   Если вспомнить пункт первый, что отсюда нет возврата, то достоверностью остальных сведений можно смело пренебречь. Пока что Серый мог спокойно выбросить из головы то, что мучило его с самого начала: объяснять откуда он взялся не придётся. Другой вопрос, что на фоне новых проблем эта казалась детским нытьём про третье по счету мороженное.
    - Кто говорит по исорски руку подняли, - устало обратился к ним подошедший монах. Здесь они были в грязно-белых плащах до пят с капюшонами и чем-то похожим на воздушный шарф того же цвета. Руки подняли все четверо пленников. - Тогда все идите за мной, - и монах двинулся к одному из выходов с площади. 
   По мощёной пышущей жаром улице они вскоре вышли из респектабельного района и оказались в окружении однообразных хмурых бараков с узкими щелями окон и широкими воротами вместо дверей, больше похожих на двери товарных вагонов. 
   Серый в спокойные периоды этапа часто думал о доме, и всё больше убеждался, что Земля для него потеряна навсегда. Вместе с родителями, перспективами и цивилизацией. Надо было выжить. И не похоже, что в этом странном месте это будет просто. Хотя ничего страшного с ними пока не произошло. Ничего мистического и жуткого. Похоже слухи как всегда преувеличивают ужасы. Но рано пока судить. Дай бог чтоб не преуменьшили.
   Их завели в барак и развели по нарам. Двухярусным. Серому досталась верхняя полка.
   Барак мог вмещать двадцать четыре каторжника, но зато в нём было прохладно. Каждому также выдали по фляге из какого-то высушенного овоща вроде тыквы с верёвкой вместо пояса и ветхий плащ с капюшоном грязно-серого цвета. Возможно это просто старые поношенные плащи монахов. Также выдали какую-то обувку. Монах взглянул на обшарпанные ботинки Серого и оставил его без обновки.
   - А воду где брать? - спросил Серый. 
   - Старший по бараку выдаёт утром и в обед, - и монах ткнул пальцем в угол барака, где стоял бочонок. - Он вам и расскажет правила. 
   И монах скрылся за дверьми. Серый по старой памяти с сарказмом подумал, как это бочонок им расскажет правила, но опыт последнего месяца показал, что юмор лучше держать при себе. Пока что этот мир юмор воспринимал плохо. А в ответ шутил так, что следующая шутка может быть уже про смерть и ад. И если повезёт, то ад будет не настоящий.

* * *

   Старший по бараку не заставил себя долго ждать. Это был мужичок среднего роста, седой головой и уставшим взглядом серых глаз. 
   - Я старший двадцать седьмого барака. Зовут меня Гартей. Вы все много или мало слышали об этом месте раньше, в прежней жизни. Не мне судить сколько услышанном вами правды, но я сейчас расскажу что это за место, зачем здесь мы и как вам не сделать своё пребывание здесь более ужасным. За исключением одной единственной вещи всё остальное здесь просто отлично. Но эта вещь превращает вашу жизнь в ад. Я начну по порядку, советую быть внимательным. 
   Главные три кошмара, вокруг которых крутятся жизнь всех старателей, то есть всех местных каторжников, это вахта, срыв и сцепка. И мечта любого - уменьшить количество этих самых вахт, срывов и сцепок в своей жизни до минимума, ну или хотя бы не увеличить. Как не увеличить я вам и расскажу, а как уменьшить позже сами разберётесь или у меня же и спросите.
   Вахта это выход в пустыню для сбора магических кристаллов. Выходит весь барак целиком, всей бригадой. Магические кристаллы жгутся магией. Чем крупнее тем сильнее и дальше достигает боль магического ожога. Большие кристаллы собрать без потери сознания невозможно, поэтому монахи, охраняющие бригаду на вахте помогают магией. Сорвал кристалл и бросай, если в сознании ещё, дальше его можно грузить инструментом. Вот это называется срыв. В бригаде на него очередь. И все наказания это срывы вне очереди или перемещение на верх очереди. Есть ещё сцепка. Это если кристалл огромный и для одного неподъёмный. тогда вызывается подмога из крепости. Большой отряд монахов и жрецов помогает тройке, пятёрке или семёрке старателей из верхушки очереди на срыв. Это тоже адская боль, но не такая, как при срыве в одиночку. Поэтому находить огромные кристаллы выгодно - проскочить свой срыв в сцепке - считайте везение. А если сцепка была из семи старателей, то бригада пропускает следующую вахту. Если на вахте было пять или больше срывов, то бригада тоже пропускает одну вахту. Так что находить большие кристаллы тоже очень выгодно. 
   В крепости тридцать три барака и столько же бригад. На вахту заступает одна бригада в день. После одного дня боли бригада тридцать два дня отдыхает. Можно просто сидеть в бараке или бродить по жаре. Кормят сносно три раза в день, воду получаете у меня два раза в день. У старателей есть возможность найти работу в крепости и за полученные монеты получить развлечений наравне с монахами. 
   Теперь про дисциплину. Любая драка или даже громкая ссора старателей и монахи быстро отыщут виноватого. Никто его покрывать не станет. И виновник получает Срыв вне очереди. Но он может указать на провокатора. На любого старателя. Без доказательств и объяснений. И этот провокатор становится в срыв вне очереди следующим. Я например указал на старшего по бараку, потому что он плохо объяснил мне правила. Но если кто-то указывает на старшего как на провокатора, то сам становится старшим. И это не награда. У старших по бараку только обязанности и двойная ответственность за косяки. Но я не рвусь на срыв вне очереди, поэтому если кому что неясно - обращайтесь. Все объясню. 
   Ах да, попытка побега ведёт к наказанию магическим ожогом и внеочередным срывом как и отказ выходить на вахту. Монахи вам каждому расскажут что будет за повторную попытку. Потому что это у них обычно по разному. Повторяю: попытка побега и отказ выходить на вахту или выполнять срыв считаются тягчайшими преступлениями. Бунтари быстро превращаются в безумцев. Попытка убийства или самоубийства приравниваются к побегу. 
   Следующая вахта у нас через двадцать семь дней. Будет у вас время освоиться. Самые шустрые могут даже освобождение от вахты успеть получить. Было пару таких случаев на моей памяти.
   Сейчас идёмте я вам налью воды во фляги и вы пару часов обдумайте мои слова, познакомьтесь, погуляйте по крепости. Ходить можно везде, где не заперто. Через ограды не лазить, через стены тем более - это уже побег. Монахов слушаться. Выполняйте эти простые правила и дополнительные срывы вам не грозят. После обеда  подходите ко мне с вопросами. А может кто из барака нашего вам больше приглянется. А то и из соседнего. Общение не запрещено. В этом плане тут вообще свобода. За четверть часа до завтрака, обеда и ужина бьёт гонг. Ночью правила те же, что и днем. Большинство у нас спит днём, а не ночью. 
   - Может прямо сейчас есть вопросы?
   - Есть способ освободиться? - спросил парень с колючим взглядом. 
   - Есть - через арену. Бои старателей - главное развлечение монахов. Но про арену вам лучше спросить кого-то из наших гладиаторов. Во время обеда сможете поспрашивать, сейчас большинство спит. Обед у нас поздний - вечером, ужин в полночь, а завтрак на рассвете. 
   И Гартей направился в угол барака к бочке с водой. Мы гуськом потянулись за ним, только парень, задавший вопрос про освобождение продолжал стоять и морщить лоб. Но вскоре и он подтянулся услышав звуки льющейся воды. Всё же в последний переходе мы месили песок пустыни по самой жаре.

* * *

   Серый выпил чуть ли не пол фляги прохладной воды. Уже ставшая привычной жажда отступила. Стало намного легче. Даже мысли словно бы прояснились. 
   Наконец то внятные правила и условия. Нет беспрерывной гонки и неопределённости. Хотя через 27 дней непонятная вахта. Но до этого есть время и пора включать голову, а не гнаться неизвестно куда собирая все шишки и грабли. Надо изучить крепость. 
   - А где здесь туалет? - тут же приступил к делу Серый, обратившись к косматому здоровому мужику, сидящему неподалёку на нарах.
   - Ха, да, с этого Гартею и надо начинать. Пошли, покажу, мне тоже оправиться надо.
   Серый думал, что туалет он сказал слишком пафосно, если сравнивать с земными. Но оказалось, что в чём-то даже наоборот. Это было большое здание из белого пористого камня, пол выложен плиткой, кабинки с дырками и никакого запаха. Вообще чисто. В дырках мерцало какое-то перламутровое марево. Сделав дела Серый вышел озадаченный. Не хватало только умывальников и зубных щеток с пастой. Сушилок для рук само собой тоже не наблюдалось. Провожатый, улыбаясь, поджидал его у выхода. Видимо специально задержался, чтобы увидеть выражение обалдения на лице новичка. Ожидаемое он получил сполна.
   - Что, не ожидал? Меня, кстати, Торт зовут.
   - А меня Лед, - самое время менять своё прошлое окончательно, подумал Серый. - Как-то мало всё здесь на каторгу похоже, - ответил Серый.
   - Тут почти всё на курорт похоже, Лед, если сравнивать с какой глухоманью или городскими трущобами. Да и не каждый подмастерье себе такую еду позволить может как можно заказать в любой местной харчевне, - и захохотал, глядя на лицо Серого. - Но понимаешь ли, без всего этого люди бы здесь мерли от безнадёги и ужаса не пережив и пары вахт, - сказал незнакомец уже более серьёзно. - Вахта это такая пакость, что мама не горюй. А уж после срыва не каждый выкарабкается и в этих райских условиях. Кристаллы эти самое ценное, что есть в мире для магов. Ради их добычи эту крепость с храмом последователи Атката посреди этой пустыни возвели ценой многих тысяч жизней. Своих, а не жизней рабов. Жрецы, маги, монахи, тут их кости ветер развеял. Могущество их возросло неимоверно. И мы для них его из этой знойной пустыни таскаем. Могущество то. И магии здесь море разлито. Она тут ничего не стоит. А магов ихних полно. Они тут на пол года год приезжают сменами. И сделать условия для нас королевские при помощи магии им не стоит почти ничего. Всё равно в этой дыре сидят для охраны. Тут много всякого. Тебе на бани надо денежки накопить. На стирку одежды ну и на цирюльника можешь заодно. Бани здесь как в королевских дворцах пожалуй. Хотя я королевских не видал, но наши лучше. Тогда и в харчевни пускать будут за денежку опять же. И на арену. Там многие новички ищут спасения от вахт. Но там же и легче всего найти беду на свою голову.
   - А что за денежки, Торт? Откуда? 
   - Да вот уборкой улиц и помещений заниматься, на кухнях в харчевнях, шитьё плащей и ремонт. Обувка. Кузня есть, там тоже работа есть. Мест где заработать много и не сложно. Покажи свою флягу.
   Серый собрался отвязывать верёвку, но Торт протянул руку, как то ловко провернул и горлышко выскочило из петли. 
   - Вот смотри, на этом боку выемки. Сюда любой храмовник может вставить пару медных, пару серебряных и одну золотую монету. Только они могут положить и только они же могут вытащить. Эта фляга как твой маячок. Чужую флягу украсть или отобрать - почти как на жизнь покусится, сразу в срыв попадаешь. Да и бесполезно. Найдут и флягу и вора. И на провокатора показать не дадут. Так вот, две медных монеты накопишь, вместо третьей получаешь серебряную, ну а медь забирают. Ну и три серебра это одна золотая. Больше одной золотой не накопишь - работу давать перестают, пока не потратишь. Золотой стоит на арену проход. А серебряный - в бани или в харчевню. Медная например на стирку корыто с водой получить и чистящего порошка. Цены потом сам узнаешь. Давай покажу как флягу цеплять. - И он пару раз показал как закрепить на поясе флягу и открепить обратно. 
   За разговорами они вернулись к дверям барака.
   - Торт, я наверное до обеда прогуляюсь - осмотрюсь. Жара немного спадает как раз. 
   - Ага, сходи, дело полезное. Лед, главное запомни, - крикнул в спину Торт, - пока не разобрался тут со всем и не освоился - услышал голос храмовника - замри. Тебе как новичку объяснят что не так. Главное через заборы не лезь и в закрытые двери не ломись. Ну и окна.
   "Всё же их храмовниками называют," - размышлял Серый, двигаясь в сторону центра крепости. Хотя теперь уже Лед. Ещё в трюме на пути сюда он пару раз обдумывал поступок Керола. Почему он подставил его, потерял трех своих людей при этом. Зачем. Отправить в место из которого нет возврата можно гораздо проще с помощью кинжала или даже верёвки. Да он мог убить его сотней способов. На корабле Лед решил, что спросит у Керола зачем были нужны такие сложности, перед тем как убьёт. Как ни странно, именно там после потери всего, включая свободу, он приобрёл прежнюю уверенность. Ту самую, которая на Земле помогала ему просто отстранять с дороги гопников, а как-то раз даже миллиционеров. То, что заставляло отступать пьяную шпану, лишь заглянув ему в глаза. 
   Из того, что узнал Лед в крепости следовало, что у этого места есть два важных свойства. Отсюда почти невозможно вернуться и здесь почти невозможно умереть. Но Керол вряд ли настолько осведомлён. Мало кто в мире за пределами крепости знает об этом месте достаточно много. Ну кроме храмовников. Но похоже единственным объяснением странного поведения Керола было то, что Лед ему нужен живым. Итог этих раздумий бал прежним: "спрошу у Керола перед тем как убить".
   Солнце клонилось к мареву над дальней крепостной стеной. Лед вышел на улицу ведущую к центральному храму. И тут он понял, что за этими размышлениями не запомнил дороги. Осмотревшись Лед увидел справа здание с колоннами и столиками внутри, видимо харчевня, а слева куб, похожий на жилой дом. Видимо в подобных живут храмовники. А может это мастерские какие-то.
   Развернувшись Лед направился обратно, высматривая дорогу. Хорошо, что номер барака он запомнил - он так удачно совпал с количеством дней до вахты, что забыть было бы трудно. Хотя числа вылетали из головы Леда с завидным упорством. Впереди бежала его длинная тень и Лед вспомнил Релаумский лес и упыря, от которого он так удачно отбился. Пожалуй он бы согласился сейчас вернуться в Упыриную Гать. И упырям бы было не весело. Но мечты мечтами, а выбраться из Кристалической пустыни они не помогут. Вскоре впереди замаячили знакомые очертания бараков. Лед вспомнил дорогу до своего барака и прибавил шаг. Раз не удалось толком осмотреться, может удастся завести ещё знакомства и расспросить про работы. И сколько за них платят. 
   В это время у входов в бараки начали разгораться светильники. И были они как и многое здесь явно магические. Вдоль улочки тоже загорелась пара светильников на высоте пары метров над небольшими каменными кубами вдоль обочины. Обернувшись, Лед увидел как центр крепости и особенно храм весь залился магическим светом. Во многих местах гроздья светильников были разных цветов.
   "Кстати, а почему здесь нет женщин?" - подумал Лед. - "Они, пожалуй, отвлекали бы старателей от ужасов вахты посильнее бань и туалетов. Надо это тоже выяснить". - и заспешил к дверям барака, откуда также лился слабый магический свет. 

* * *

   - Быстро ты, я думал только после гонга вернёшься, - Торт увидев как Лед вошёл в барак помахал ему со своей койки. Нижней.
   - Да решил не задерживаться, чтоб голодным не остаться, - Лед подошёл ближе и Торт хлопнул ладонью рядом с собой.
   - Садись, а то ты к себе на второй этаж ещё налазишься. 
   - Скоро обед?
   - Раз свет зажгли, то скоро. Нашёл чего интересного? 
   - Харчевню какую-то. Торт, а чего, женщин здесь нет совсем? 
   - Хах, вот что значит молодость. Что уже на девок потянуло? Вроде же сегодня только из пустыни выбрался.
   - Да просто подумал, что женщины мужиков отвлекают от мрачных мыслей покруче жрачки и выпивки.
   - Ага, особенно доступные, - и Торт засмеялся, но как-то невесело. - Слышал я как-то от монахов, что были женщины в крепостях. Лет тысячу назад.
   - Монахи такое рассказывают? Я думал они все про крепость и кристаллы в тайне хранят.
   - Ну, во первых, про кристаллы я побольше многих из них знаю, а, во вторых, нам смертникам они могут любые тайны рассказать, мы то отсюда не выйдем. - и Торт снова невесело засмеялся. - Монахам скучно здесь, а тем более жрецам и магам, вот они и болтают с нами, если собеседник интересный. 
   - А ты кем был до крепости? - заинтересовался Лед.
   - Я в Центральной Магической Школе Трима преподавал, - значительно произнёс Торт. - Оплот свободы, так сказать. Читал курс истории мира и истории магии, ну и курс мудрости. 
   - Так ты маг?!! - ошарашено воскликнул Лед. Окружающие на них заоглядывались и заулыбались. Лед смущённо посмотрел на Торта, но тот явно воспринял спокойно и крик и взгляды сокамерников.
   - Нет, какой маг будет преподавать историю? Даже если знает её лучше меня? Но кто-то же должен этих оболтусов со способностями, но порой без мозгов, просвещать? А то они потом такого намагичат. Ещё одна кристаллическая пустыня никому не нужна. 
   - Слушай, это я удачно зашёл. Надо тебя держаться, - улыбнулся Лед как можно радостней.
   - Без проблем, я поговорить люблю, но почти всем старателям мои рассказы до одного места. 
   - Так что с женщинами, почему их нет? И почему ты сказал в крепостях?
   - Заметил? Молодец, внимательный. Крепостей восемь. Везде разные боги конечно. И кроме крепостей есть ещё... Хотя давай про женщин, а то так вечно скакать будем. А история у этого мира длинная. 
   Было время, когда девок в крепости приводили и они действительно отвлекали от мыслей о срывах. Но настолько сильно, что ни о какой дисциплине речи не шло. Стычки были бесконечными, драки с травмами и смертельными исходами, грызня. И заметь, целители только у нас основная сила. От бога так сказать. 
   Бунты бывали раз в год или чаще. Гибли и прислужники богов. Из одной крепости пришлось храмовникам бежать. Восставшие потом сгинули в пустыне конечно.  И каждый раз приходилось набирать новых рабов-старателей. 
   А ведь магический ожог даже в пустыне мужскую силу отбирает, а уж на вахте или при срыве тем более. Женщины, манили, дразнили своим присутствием, а утолить страсть старатели ещё и не могли. Быстро в крепостях отказались от присутствия лишних соблазнов. Вот за последнюю тысячу лет правила сформировали практически одинаковые для всех. Ну с учетом божественных сил каждой конфессии. Монахи говорят пятьсот лет бунтов не было. Не знаю не врут ли.
   - Так срыв мужскую силу отбирает навсегда?
   - Ну до следующей вахты эффекта и от сбора мелких кристаллов хватает. Ты сам скоро не про мужскую силу будешь думать, а как вахту пережить и на срыв не нарваться. Вот говорю с тобой и вспоминаю, что бывают краски в жизни, бывает надежда. Точнее была, - голос Торта печально угас.
   - Чертовы вахты. Как они вас так поломали?
   - Боль. Сильнейшая боль отпечатывается в душе. Она как бы постоянно в тебе. Уже и не болит ничего, но ты помнишь ужас, когда всё тело пылает болью при срыве. И хотя длится это миг до потери сознания, но этого хватает. А при сборе мелких кристаллов боль пульсирует в руках, терзает мозг и у тебя одна мысль - любой ценой прекратить эту муку, пусть даже руки тебе отрубят. И в то же время страх заставляет тебя ещё и ещё пытать самого себя болью. Потому что за отказ от сбора или срыва наказание ожогом. Это ещё хуже срыва, это не мгновение, это тебя монахи пару раз приложат. Это не понять, пока не почувствуешь. Главное запомни - не отказывайся работать, не будешь собирать - будет стократ хуже. 
   - И никто не может касаться кристаллов не чувствуя боли?
   - Не существует существ невосприимчивых ко всем видам магии одновременно.
   - А упыри из Релаума? - вдруг вспомнил Лед особенность этих чудищ.
   - А, не подумал про них, - смущённо пробормотал Торт и задумался.
   В это время на улице прозвучал гонг. 
   - Вот и обед. А насчет упырей. У магии огромный спектр. Не факт, что их не берёт никакая магия. Никто же не проверял. Словить живого упыря удалось раз десять, не более. И то на окраинах леса. А далеко от Релаума они дохнут. Да и как ты их кристаллы срывать заставишь? И это если они в пыль не рассыплются при этом. Кристалл если големом или зомби срывать - в пыль рассыпается. Некроманты сотню лет экспериментировали и так и этак. У них тоже есть крепость - вот где мрак. Там все старатели пьяные круглыми сутками и даже на вахте. И всё равно мрут один за одним. Вот они то войны и ведут, нападают на целые поселения в глухих и отдалённых местах. Нехватка рабов постоянная у них, хватают всех подряд. Даже с избытком. Потом другим крепостям продают. В Стиле, том городе после подъёма на скалу, почитай нет законов, кроме права сильного, а сильные там гильдии замков в пустыне. Вот там меня и обменяли сюда. Некроманты как раз и пожаловались целителям, что половина добычи за кристаллы на вино уходит и на арене пьяные старатели не зрелище, а позорище. Здесь я потом понял, что правила во всех крепостях почти одинаковые, и храмовники в разговорах не раз подтверждали. У нас из-за лечения и арена зрелищней и текучка меньше. 
   - Стрелой сбить кристалл значит тоже не выйдет? - спросил Лед хмуро.
   - Выйдет. Выйдет щепотка кристаллической пыли. Для некрогриба добавка хорошая. Крови тогда в два раза меньше нужно.
   - А?.. - начал Лед, но Торт встал и пошёл к выходу, махнув рукой следовать за ним. 
   - Пошли, обед подвезли.

* * *

   На улице старатели толпились вокруг фургона запряжённого парой животных, больше всего похожих на крупных лам. Вокруг выхаживал очень толстый монах.
   - Ты опять кого-то съел, Пузырь? - подколол его один из старателей.
   - Не боись, Ципа, на твои куриные мозги не позарюсь, - степенно ответил толстяк.
   - А храмовники за такие шутки не наказывают? - спросил Лед у Торта.
   - Та им главное на вахте камешки таскай безотказно, бежать не пытайся и других старателей не обижай, а в остальном хоть маму их проклинай. Хотя я не пробовал, но про бога их тут резко отзывались многие, а уж про самих храмовников. Выйдет бедолага после срыва, порой каждого встречного матом кроет. Так что такие шутки не запрещены. Многие монахи сами провоцируют. 
   Старатели равномерно окружили фургон и уже что-то ели. Лед рассмотрел, что вдоль стенок фургона по кругу, на высоте груди, шла неширокая полочка, и на ней стояли серые тарелки. Подойдя к незанятой тарелке Лед увидел рядом с ней деревянную лопатку. На тарелке была большая порция пюре, похожего на гороховое, и какой-то салат.
   - Опять ты, Пузырь, всё мясо сожрал, зараза. Лопнешь же! - бросил проходящему мимо храмовнику сосед справа, но тот проигнорировал видимо давно надоевшую шутку.
   Вид еды напомнил желудку как долго он не ел. Аппетит проснулся зверский. Хлебнув из фляги воды, Лед попробовал лопаткой пюре. Не горох, скорее отдалённо похоже на картошку. В меру солёное. Салат был похож на тушёное овощное рагу. Всё было очень вкусное и лопатка Леда так и замелькала. Оказалось, что тарелка была намертво прикреплена к полке. Материал был непонятный, может белая глина. Доев, Лед довольно потянулся. во время этапа кормили их намного хуже. Только на галерах еда была более менее сытной.
   - Ложку тоже съешь, - осклабился мужик, шутивший над Пузырём. "Наверное я жрал как голодный кот" - мелькнуло у Леда в голове.
   - Не, я как Пузырь стать не хочу! 
   - Ложки здесь съедобные, - сказал подошедший Торт, похрустывая остатками своей. Старатели заржали. Везде новички источник лулзов. Лед увидел, как пара других новичков принялись грызть свои ложки. 
   - Вы и мёртвого уговорите! - ложка оказалась похожа на сухарики с кисловатым вкусом.
   - Какие у тебя планы? - спросил Торт. Лед задумался и понял, что его клонит в сон. Последний раз он спал больше суток назад. 
   - Спать пойду. Солдат спит - служба идёт.
   - Тоже дело. На ужин тебя разбудить? А то ты с непривычки проспишь. У нас обычно либо днём спят, либо после ужина уже, но ты до ужина не дотянешь похоже. Вон как тебя вырубает. 
   - Ага, разбуди, - и Лед поплёлся к бараку. по пути хлебнул из фляги воды, повозился пытаясь её прицепить обратно на пояс. Потом понял, что спать будет неудобно и полез к себе на вторую полку. Бросив флягу в ногах не раздеваясь и не разуваясь провалился в сон.

* * *

   На ужин был суп с то ли мясом, то ли рыбой и каша. А ещё кончилась вода. Торт послал Леда к старшему.
   - Воду наливаю перед завтраком и после обеда. В следующий раз я могу быть не в бараке и будешь потом на меня злиться за свою же безалаберность. - пробурчал Гартей.
   - У тебя какие планы? - спросил Лед, вернувшись к Торту. 
   - В бани я иду сегодня. Можешь пройтись со мной, покажу по дороге где что. Тебе то на бани ещё заработать надо. За других у нас платить нет возможности. 
   - Торт, ты про арену говорил. Что там можно срыв отстрочить.
   - Есть такое. Там для всего барака пропуск вахты можно выиграть. Но арена - мутное место. Бойцы там друг у друга отсрочки выигрывают. Проигравший получает срыв победителя и свой никуда не девается. Рисковое место. Если что, вон тот здоровый мужик тебе нужен. Арм его зовут. - Лед даже вздрогнул, вспомнив беззаботные, как сейчас казалось, денёчки в корчме. - Он чемпион сейчас нашего барака, он все расскажет. Точнее не все, но больше чем я. Аренщики никогда не рассказывают всё что знают и не показывают. И внимательно слушай, что тебе про арену скажет храмовник. Было пару случаев, что новички чуть ли не плакали потом и выли, почему они слова монаха мимо ушей пропустили. Я тебе в этой сфере не помощник, я даже зрителем на арену не ходил. Так что будь очень осторожным, арена после вахт самое паршивое место. А для кого и попаршивее бывает, пожалуй. 

* * *

   - Что, решил словить за хвост змею гладиаторской удачи, сынок? - такими словами встретил его Арм. 
   - Узнать то стоит я так думаю?
   - За поспрошать тут никто денег не берёт, - улыбнулся Арм. - Как меня зовут уже знаешь? Торт меньше, чем надо никогда не скажет, скорее уж сверху десяток горстей насыплет. Тебя то как зовут? - спросил он после кивка Леда.
   - Лед.
   - Чем биться приходилось?
   Лед задумался. Стоило ли говорить про арбалет? Вроде и падать дальше некуда, но и пользы ему от этой информации ноль. На арене арбалетами тут вряд ли рубятся.
   - Дубиной биться раз приходилось.
   Лицо Арма приобрело крайне озадаченное выражение. А потом он заржал. 
   - Ну ты, ну ты дал! Один раз! Дубинами. Ух, давно так не ржал, - Арм утирал кулаками выступившие слёзы. - И ты вот так решил на арену?
   Хорошо, что барак успел опустеть, только на редких койках лежали спящие старатели. 
   - Ну а что? Если подожду, то опыта прирастёт?
   - Тут? Тут навряд. 
   - На кулаках ещё бился много. - Леду стало обидно за столь жалкий свой боевой опыт. На бокс то он три года проходил. 
   - Кулачный бой тоже дело, но на арене без оружия не сражаются. Разве что выбьют из рук. Скажу я тебе парень вот что: арена дело опасное. Потому что много там способов отгрести лишний срыв или даже на ожог к монахам загреметь. Очень ты рискуешь, особенно с таким боевым опытом, - усмехнулся Арм. - Подумай как следует. Нашим гладиаторам то свежие бойцы в радость, да и бараку польза, если из тебя толк выйдет. Но все срывы за проигрыши ты лично на своей шкуре прочувствуешь. Это не шутка, тебе новичку не понять. Но я предупредить обязан. Но и главный приз хорош - шанс не сдохнуть здесь, а стать храмовником. Избранным воином Атката. Другого шанса и нет.
   - Что за шанс? - загорелся Лед.
   - Стать абсолютным чемпионом крепости, воспитать за год бойца, который победит тебя в бою и получить подтверждение от Атката, что бой был честный. 
   - Как-то неясностей много.
   - Ну так тебе и рано о таком даже задумываться. Тебе если срыв отодвинешь, а не лишний добавишь - уже удача. Так что решай, а про чемпионство и прочее тебе нескоро рассказывать и уже не я скорее всего буду.
   - Попробую. А то покорно срыва ждать как-то тоскливо.
   - Наш человек, - широко улыбнулся Арм. Среди знакомых старателей он был жизнерадостнее всех, включая Торта. Это само по себе было рекламой арены. - Может и будет из тебя толк.
   - И что мне теперь делать?
   - Слушай, - осклабился неунывающий чемпион двадцать седьмого барака.

* * *

Участвуя в боях на арене, гладиаторы ставили на кон свою очередь на срыв. Проигравший получал очередной срыв от победителя и свой тоже у него оставался. Победитель свой срыв соответственно пропускал. А ещё получал золотой. Такие бои проводились среди гладиаторов одного барака. Чтобы стать чемпионом барака, надо победить всех гладиаторов этого барака подряд, без поражений, а потом ещё и теперешнего чемпиона барака. Новичок мог сам себе выбирать соперника, пока не потерпит поражения. После этого либо другие гладиаторы, имеющие право выбора назначали бои с ним, либо бой назначался по решению храмовников. Если ты уже потерпел поражение от вызвавшего тебя гладиатора и после этого не получил ни одной победы, то ты мог отказаться от вызова. От боя назначенного храмовниками отказаться нельзя. Гладиаторские поединки были основным развлечением для скучающих последователей бога Атката и способом заработать на тотализаторе, а неограниченные возможности исцеления и бездны дармовой энергии легко сохраняли старателей для главной задачи. Если гладиатор побеждал десять раз подряд, то он мог снова выбирать себе соперников сам. Но при такой победной серии он наверняка уже станет чемпионом барака. А там начинались совсем другие поединки, правила которых Арм не стал рассказывать, так как пока это лишнее.

На арене сражались настоящим оружием и это была главная опасность. И восе не потому, что тебя могли убить. Главная опасность, что убить мог ты. Это приравнивалось к побегу и даже хуже. За убийство ты получал три очереди убитого на срыв и ожог в пыточной храмовников. Худшего наказания в крепости не было. Точнее было, но за повторное убийство или побег. Большинство старателей прошедших вахты и срывы видели в смерти избавление и при возможности использовали шанс и могли подставиться под удар преднамерено. За боем с самого момента выдачи боевого оружия следила группа жрецов и лечила бойцов после боя. А так как Аткат - бог исцеления, то смерть наступала если срубить или расколоть голову, а также если серьёзно повредить спину. Храмовники были начеку и даже повреждение сердца, например, легко лечилось и не считалось опасным. Именно для того, чтобы избежать подобного гладиаторы сражались в шлемах с кольчужной защитой шеи и плечь. Из одежды были штаны и сандали. Ничего другого не полагалось. Так же за попытку самоубийства подобным способом начислялось поражение с двойной очередью срывов и ожогом в пыточной. Именно новичкам следовало быть особо осторожным, так как опытный воин мог подставиться под смертельный удар даже с такой защитой и отправится на вечный покой.

- Теперь идём к храмовнику, он примет тебя в гладиаторы. По дороге можешь задать вопросы. Идём. - И Арм вышел из барака.

- А сражаться можно каждый день?

- Пока имеешь право выбора, то раз в пять дней, а потом уже за тебя решають другие.

- Как думаешь, у меня вообще есть шансы?

- То, что ты сразу пошёл в гладиаторы, а не через месяц или через год это тебе в плюс. Физическую подготовку не растеряешь.

- А что, тут она падает сама?

- Ты помнишь как на галерах себя чувствовал?

- Руки и спина болели дико. Есть хотелось, хоть и кормили лучше чем до того.

- Толпа задохликов трое суток беспрерывно гребла только с небольшими перерывами на сон и еду и не сдохла в первые же пару часов. Почему?

- Н-не знаю.

- Вас жрецы накачивали исцелением. Ты там наверняка веса набрал и совсем не жира. Тут в крепости тоже исцеляющая аура, но работ с такой нагрузкой нет. Так что через месяц ты бы это всё растерял. А сейчас при правильной подготовке наоборот усилишь. Да и резкий ты какой-то. Не знаю в чём дело, но как-то шустро ты двигаешься. Глаз у меня намётаный. Есть у тебя шансы, если будешь серьёзно тренироваться и с умом соперников выбирать. И один совет: не показывай полностью на что способен. Можешь победить, не раскрывая весь потенциал - так и не раскрывай. Вот и пришли. Тебе храмовник сейчас все то же самое расскажет. Ты слушай внимательно - может что новое узнаешь. А может чего не запомнил с первого раза. Потом он тебя в тренировочный центр отведёт, я там буду.

* * *

Храмовник ничего нового не рассказал, хотя Лед очень внимательно слушал, памятуя предупреждение Торта. Видно Арм добросовестно все рассказал. Монах, принимавший Леда в гладиаторы традиционно не представился. Он довёл Леда до входа в трехэтажное здание с колонадой вместо наружных стен на первом этаже и вереницей узких арочных окон на втором и третьем. Из-за колонн и арок слышались беспрерывные щелчки ударов дерева о дерево.

- Это новый гладиатор Арма, - сказал приведший Леда храмовник другому, сидящему на каменной скамье у входа.

- Опять молодняк зелёный вербует?

- Из таких порой и бывает толк.

- Та ну, зелень неоперившаяся.

- Вы, старички, отвели бы меня к Арму, начерта мне ваше кряхтенье слушать, - решил не сдерживаться Лед, возмущённый подобным демонстративным обсуждением.

- Ого, далеко пойдёшь, - захохотал сидевший на лавке, - или плохо кончишь. Ну пошли, герой. Идущим на риск привет от ценителей, - с ухмылкой выдал он.

Арм находился в небольшом зале на втором этаже вместе с ещё тремя.

- С пополнением, - сказал храмовник и направился обратно вниз.

- Вот, знакомьтесь, наш новый гладиатор Лед. Свежая кровь. А это Гнол, Зев и Рейд. Пошли, посмотрим на что ты способен.

- Ты можешь выбрать себе любого наставника, - вдруг вклинился Рейд.

- Ну вобще-то да, - сказал Арм, озадаченно почесав в затылке, - но ты учти, что только я не заинтересован в твоих поражениях. Точнее мне нужен новый чемпион барака. Им можешь стать и ты.

"Вот и гадюшник, как Торт и предупреждал", - саркастично подумал Лед.

- Я не могу выигрывать на чемпионском уровне, - продолжил Арм, - там сейчас баланс. А внутри барака выигрывать отсрочки срывов я не могу, пока чемпион. Так что тренировать буду тебя для побед, а не чтоб потом на арене из тебя себе отсрочки плодить.

- Да я и не собирался отказываться от твоих тренировок.

- Ну и пошли тогда, нечего прохлаждаться. У тебя семь дней, чтоб научиться владеть чем-то кроме дубины. Хотя ты как, тот бой на дубинах то выиграл?

- Нет, - уныло ответил Лед, и увидел как алчно заблестели глаза троицы. Похоже они уже подсчитывали свои победы над ним.

- Молодец, быстро учишься. Скрывать свои возможности - основа выживания. После первого проиграша эти стервятники набросятся на тебя и у тебя будет пять дней между боями для тренировок. Так что из первых семи дней не советую терять ни минуты. Кстати, а расскажи ка мне про свой единственный бой поподробнее.

"Опять мою беспомощность за хитрость приняли", -Лед немного замялся, раздумывая, стоит ли рассказывать о нападении на храмовников.

- Что, так всё плохо было? - поднял удивленно брови Арм.

- Просто это было нападение на храмовников.

- А, тут не парься даже. Ты заметил, что тебя не допрашивали храмовники и даже имя твоё спросили только при записи в гладиаторы? Ты для них теперь не человек, а средство добычи кристаллов. Чем занималась ломовая лошадь в прошлом владельца волнует мало.

Лед действительно понял, что так оно и есть. Он автоматически назвал придуманное имя храмовнику, да они и не могли знать его настоящего имени. Его же просто с улицы взяли без документов и без вопросов направили сюда.

- Честно говоря не сообразил даже.

- Учись соображать. Без соображалки в гладиаторах делать нечего. Иначе из срывов вылезать не будешь. А это хорошему самочувствию не способствует. Я тебе честно скажу - бывали случаи, когда новички выгорали за пару вахт из-за полученных за проигрыши срывов. Не тормози, если не хочешь быть одним из них.

- Я понял.

- Так что там с той стычкой?

- Нас было трое, меч и две дубины против охраны фуражного фургона.

- Это восемь воинов монахов охраны, двое возниц и два стрелка с арбалетами? Ты дебил? Ответь сразу и я с чистой совестью передам тебя одному из тех орлов, - Арм ткнул в сторону тройки мужиков, которые встав треугольником и взяв деревянные мечи, отрабатывали удары, - не охота безсмысленно время тратить.

Лед почуствовал как краска горячей волной залила лицо. Так стыдно ему давно не было. Пожалуй, что с Земли.

- Мне предоставили ложные сведения и не оказали обещанной подмоги, - процедил он сквозь зубы.

- Подставили, значит. Дурак. Но возможно не безнадёжен и тот урок пошёл впрок. Учти, среди гладиаторов подставы - часть жизни. Пока у меня нет причин тебя подставлять, но это пока. Да и правда ли это ты не узнаешь, пока не станет поздно, - лицо Арма расплылось в улыбке.

- Я уже понял.

- Ну и как же протекал этот уникальный в своём безумии подинок дури с профи?

- Парня с дубинкой вырубили первым, потом наш с мечом кинулся на рожон - хотел умереть, но не удалось. Меня вырубили последним, не знаю кто и как, но перед тем я несколько раз дубинкой махнул и мечь одному храмовнику выбил.

- Опа, ану подробнее.

- Стукнул дубиной по руке и выбил.

- Случайно что ли?

- Нет, думал выбить и потом по башке, но меня сзади...

- Ты, Лед, этого больше не рассказывай. Пока чемпионом барака не станешь, так точно. Помни, что скрытность - главное оружие гладиатора. Ошеломил противника - победил. Бери мечь и неспеша покажи, как бы ты бил им вот этого болвана, если бы умел. Не в полную силу и не спеша.

И Лед с мечом направился к вертикально стоящему бревну.

* * *

Всю ночь Арм гонял его, объясняя как двигаться, как держать стойку. Чередование выпадов и отскоков. Троица потеряла интерес к ним довольно быстро. Потом новые лица появлялись и исчезали, но Лед фиксировал их краем сознания, сосредоточившись на тренировке.

- Отскок назад всегда медленнее выпада, блокировать удар гораздо надёжнее и меньше выматывает. Да и выпады чаще применяются для колющих атак, а они запрещены в общем-то. Длительное чередование выпад-отскок бысро выматывает, особенно на арене. Уменее отбить удар скользящим блоком гораздо надёжнее и открывает большой простор для контратаки. - объяснял Арм. - Лучше всего владеть всеми техниками и комбинировать их по обстоятельствам.

Щитами гладиаторы не пользовались и бой был похож на фехтование с постоянными уклонениями и сменой позиций. Уже через час пот лил с Леда ручьём, а кисти рук ныли. Арм заставлял тренировать обе руки, но левой у Леда получалось все совсем уж никак. В качестве перерыва были круги бегом вокруг здания. Под конец Арм привёл его на один из рингов первого этажа и провёл с ним бой, после которого Лед очнулся в комнате на столе рядом с храмовником.

- Если его лечить надо после тренировки, то что будет на арене? - хмыкнул храмовник, обращаясь к Арму.

- Как бы вам потом лечится не пришлось, - прошипел Лед и поковылял к выходу.

- Лед, надеюсь ты понимаешь, что спать теперь ты будешь днём? - спросил Арм.

- А что в такую жару ещё делать? Мы на последнем этапе так и спали, я и привык уже. Только в последний переход не спали совсем.

- Отлично, пошли в барак, скоро завтрак, а я ещё в бани сгонять хочу.

- Арм, а ты на бани откуда деньги берёшь?

- Так мне за твоё обучение по серебрянному в день монахи платят. Это до твоего третьего поражения или до пятой победы. Ну и за победы в бою гладиаторам платят, при этом за чемпионские по пять золотых. Это единственный способ копить золото впрок больше одной монеты. кончились монеты, пришёл к распорядителю арены и он тебе новый золотой выдал и так пока не кончатся. Так, хватит болтать, побежали кто первый до барака.

Лед оказался вторым, хотя чувствовал, что есть силы обогнать Арма. "Надо учиться не только мечом махать. Интриги, так интриги. Будем учится скрытности".

   * * * 
   На этот раз Лед проснулся сам. Впервые за долгие месяцы его никто не будил. Он даже не сразу сообразил где находится, удивлённо рассматривая балки под потолком барака. Спустившись вниз и обувшись, Лед жадно припал к фляге. Пока спал в горле пересохло. Двери барака были закрыты и внутри царил полумрак. Хорошо, что Арм заставил его разуться перед сном. Лед после тренировок на измор и завтрака валился с ног и снова бы рухнул спать обутым. А сейчас он чувствовал себя выспавшимся и бодрым. Даже вчерашний финальный бой с Армом закончившийся переломанными руками, и дикой болью по всему телу воспринимался уже не так остро. "Тяжело в учении - легко в бою," - с этой мыслью Лед направился к лежаку Арма. 
   Арм ещё спал и пока Лед раздумывал стоит ли будить наставника к нему подошёл Торт. 
   - Удачного дня. Что, тянет в бой? На улице ещё пекло, Арм из барака не выйдет до обеда, так что не буди лихо. Он злой как проснётся. Я собираюсь идти на другой конец крепости, в корчму серебра заработать, могу по дороге крепость тебе показать, ты же так и не разобрался где тут что?
   - Да вчера всю ночь меня Арм ганял как проклятого.
   - Вот и поговорим заодно.
   - Ну пошли. 
   По дороге к дверям к ним подошёл худощавый парень лет двадцати пяти.
   - Торт, я с вами пройдусь, если не возражаешь. И с новеньким познакомлюсь.
   - Пошли, - немного поморщился Торт, - только со своей агитацией не лезь пока до харчевни идём. Лед озадаченно посмотрел на подошедшего.
   - Я Зенг, - представился тощий.
   - Лед.
   Выйдя из барака они окунулись в сухой жар, падающий с неба и идущий от земли одновременно. Спутники накинули капюшоны ещё в бараке, Лед поспешил сделать то же самое.
   - А зачем идти по жаре так далеко? Ближе харчевен нет?
   - Там повар-храмовник собеседник интересный, - ответил Торт. Зенг взглянул на него с явным неодобрением и снова опустил голову. Капюшон скрыл его лицо от Леда. - Много где побывал и слушать умеет. Бывает и поспорим о том, о сём. Да и работой не грузит под завязку.
   Они вышли из района бараков и Торт начал рассказывать Леду про встречные строения. Первым шёл больничный блок. Оказалось болели в крепости мало, так как аура бога исцеления и жар пустыни давили большую часть болезней. Животом никто не маялся. Некоторым новичкам исцеляли болячки, принесённые с воли, а позже главными пациентами были старатели после ожога и гладиаторы после арены. Напротив была харчевня. "Так себе", - как выразился Торт. - "И места для работы не всегда есть, потому что харчевня ближе всего к баракам". Как оказалось все харчевни в крепости были как бы безымянные, но старатели иногда давали им названия. Эта звалась Толкучка. Название говорило само за себя.
   Дальше несколько домов удостоились короткой фразы: "Похоже жильё", а затем справа появилась колоннада за которой виднелась зелень пальм. "Бани," - мечтательно проговорил Торт, - "местный рай". Бани справа тянулись долго, слева они миновали несколько жилых домов и туалет, похожий на те, что были в районе бараков. За банями располагалась канцелярия, туда Арм водил Леда регистрироваться гладиатором, а напротив через пару домов был тренировочный центр. Даже в такую жару оттуда слышались редкие щелчки деревянных мечей.
   Следом шёл перекрёсток и на нём они остановились.
   - Налево вон в том здании хорошая харчевня, там в основном легионеры бывают, но и обычные старатели не редкость. А вот храмовники редко бывают - юмор у местной публики уж очень специфический. Направо склады и лавка, там можно обувку и плащ новый получить, ну и другую одежду. Флягу, если повредишь, то тебе в барак принесут. А больше имущества нам не полагается, - и они двинулись снова прямо.
   - А стирка где? - спросил Лед, Зенг всё также шёл рядом и думая о своём.
   - Стирка на территории бань есть, ну и в районе бараков несколько. 
   Торт продолжил экскурсию. За перекрёстком справа была парикмахерская, за медяк побреют и обстригут лишнее на голове, ногах и руках. Справа возвышалась арена, похожая на земной Колизей, как его Лед видел на картинках. Большое круглое сооружение. Внешние стены были всего в два этажа. Внутри было тихо. Лед узнал в одном из зданий туалет, не удостоившийся комментария Торта, а вот харчевню напротив он назвал: Храмовая. Старатели в ней редкость. Редкое место, где за шутки со стороны старателей храмовники могли и побить. Таких харчевен ещё было несколько вокруг центральной площади, на которой стоял храм. Это было самое огромное здание из увиденных ранее. Огромные шпили сверкали на солнце, а по центру возвышался огромный купол. Они обошли Храм по краю площади прячась от зноя в тени домов. Это было пару ремесленных знаний и ещё одна Храмовая харчевня. Пропустив одну улицу  они нырнули в следующую. Здесь были ещё одни бани, но более роскошные и уже только для храмовников. В виденных ими ранее банях рядовые храмовники были не редкостью, а вот жрецов или магов там не встретишь. Напротив располагались административные здания вперемешку с жилыми. Некоторые жилые были с заборами, за которыми виднелась зелень садов. Наконец они пришли туда, куда направлялся Торт к харчевне с очевидным названием Дальняя.
   - Дальше склады и Силовая башня, - сказал Торт, давая понять, что экскурсия завершена. 
   - Что за Силовая башня? - заинтересовался Лед.
   - Кристаллы там установлены, энергию храмовникам дают. Если интересно - потом напомнишь, я расскажу. Это не короткий разговор. Дальше сами можете побродить с Зенгом. Да, кстати, он со мной сюда попал, мы в школе вместе работали, он был воспитателем младшей группы. Обоим повезло с некромантской крепости соскочить. Парень он хороший и умный, но повернут на восстании. Сейчас тебя агитировать будет. Послушай, не лишним будет. Но учти, храмовники за такое не наказывают, если к практическим делам не переходить или не усердствовать с агитацией как вон Зенг. Его на ожог уже три раза водили, один правда за отказ от вахты, второй за попытку самоубийства и только третий уже чисто за подбивание к восстанию. Человек как видишь опытный, тебе думаю полезно будет с ним поговорить. Ну а если вдруг сговоритесь и нас всех освободите, то я первые здравницы только за вас до конца жизни пить буду. - И Торт грустно улыбнувшись направился внутрь харчевни.

* * *

   - Я не очень в харчевнях разбираюсь - стараюсь с храмовниками не иметь дела. Простираться и помыться и всё. Могу тебе ворота показать - все три. Башни силы, тюрьму местную, башней крика её старатели кличут. Монахи, для острастки остальным, дают пытаемым накричаться вволю. В этой башне самые большие окна. точнее внешних стен в пыточных нет вообще. - говоря это, Зорг смотрел на лицо Леда, ловя реакции. 
   - Показывай ворота и рассказывай, раз уж Торт тебя рекомендовал. А чего восстание, ведь гиблое дело. Есть же возможность через арену освободиться?
   - Через арену? Я не говорю даже, что это шанс для одного из тысячи, так там ещё и такой обряд посвящения, что не каждый пройдёт, а кто пройдёт посвящает себя богу со всеми потрохами. А служение любым богам не самое полезное занятие. Для души. Но про это тебе Торт может два десятка лекций прочитать, а я тебе так скажу, может не такое и гиблое это дело, восстание-то? Ведь монахи про 500 лет без бунтов направо и налево рассказывают не зря. Безнадёгу сеют!
   - Так а план то у тебя какой то есть?
   - Если всем неожиданно напасть, перебить монахов в самый солнцепёк, пока они спят, захватить крепость, то можно закрепиться. Разрушить кристаллы в башнях силы и разбить алтарь, после чего целители будут бессильны против нас и не смогут послать карательный отряд. Потом организованно прорываемся из пустыни.
   - Простой план. Почему его не использовали уже тысячу раз?
   - Потому что не организованы! Боятся все. После ожога все как дохлые мухи. Без стержня.
   - А монахи спят прямо на улице, подставив горло кинжалам? И пункты выдачи этих кинжалов я по пути не заметил. Или пропустил, может?
   - Ну не все легко, но ведь важно начать, нет?
   - Важно, но я так понимаю главное оружие храмовников - магия. И её здесь очень много. То, что я видел в исполнении одного встреченного мной колдуна не оставляет нам никаких шансов.
   - Если башни разрушить у них энергии быстро не станет, отсидеться, а как выдохнутся, то и прирезать гадов.
   - Тогда уж лучше в заложники взять, если выдохнуться. Да и лечение лишним не будет. 
   - О, вот ты уже дело говоришь! - обрадовался Зенг. - Так ты согласен, что восстание - единственный выход? - Бородатый Зенг с горящими глазами напоминал в этот момент Че Гевару.
   - Понимаешь ли мой наивный Че, пока я не вижу в твоём плане рационального зерна.
   - Я Зенг, - автоматически поправил тот.
   - Я буду звать тебя Че. Для конспирации, - улыбнулся Лед. - Я буду иметь тебя в виду. Согласен даже обсуждать слабые места твоих революционных планов, но не более. А как только твои идеи мне покажутся реализуемыми, ты узнаешь об этом первым! И горе, тогда, проклятым храмовникам.
   - Надеюсь ты всё же поймёшь, что покорно ждать безумия от магического ожога гораздо более глупо, чем умереть в бою за свободу. Ты не похож, на глупых селюков-бандитов при дороге, попавших сюда из-за дури и незнания на кого напали.
   "Пожалуй ты меня переоцениваешь, братец Че," - пробормотал себе под нос Лед и более громко спросил:
   - Ты тоже гладиатор?
   - Развлекать храмовников убивая собратьев мне противно.
   - А как же ты храмовников перебьёшь, если даже доступа к оружию не имеешь?
   - Да был я гладиатором, недавно ушёл. Гнилой у нас в бараке народ в гладиаторы подался. Арм нормальный мужик, но он в своём чемпионстве как в клетке заперт. А остальных пятеро стервятники. С новичков выбивают пропуски срывов, а в чемпионы не рвутся. Я ушёл и после меня ещё двое новичков ушло, получив по три поражения.
   У Леда заклокотало внутри. Похоже его снова в тёмную используют? Арм не говорил о таких проблемах среди гладиаторов. 
   - А что, новичков специально подставляли? - разговор становился более конкретным.
   - Как бы и нет, но получилось подло, новички первым боем друг друга выбрать не могли, выбрали ветеранов, проиграли, а потом их расхватали гладиаторы с опытом. Могли бы дать время, чтобы храмовники назначили им бой между собой. Хоть какой-то шанс. Я после такого ушёл, а новички нахватав очередей на срыв после трёх поражений тоже ушли.
   Лед немного успокоился, похоже Арм тут не при делах и поделать ничего не мог, но спростить почему не рассказал об этом надо. И быть начеку. У гладиаторов и правда тот ещё гадючник.
   Тем временем они подошли к воротам, остановившись поодаль. Один из стражников крикнул, обращаясь к Леду:
   - Не связывайся с этим провокатором - целее будешь. Это бесценный совет, поверь!
   - Спасибо тебе добрый храмовник. Мог бы ты записать мне его на бумаге?
   - Зачем? - наивно повёлся храмовник.
   - Подотрусь в нужнике, - изображая демонический хохот заржал Лед.
   - Два идиота, - обескуражено забормотал стражник, демонстративно теряя к ним интерес.
   Подходить ближе и дразнить храмовников у Леда не было желания, но при встречах они постоянно вызывали у него злость. Ну не нравились ему люди, ограничивающие его свободу. Они вызывали у Леда желание их придушить.
   По пути к следующим воротам Зенг рассказал историю их попадания в лапы храмовников некромантов. После шутки над стражником он долго подсмеивался и довольно улыбался, похоже простив Леду отказ присоединится к его странному клубу бунтарей. Видимо он был уверен, что это временно.
   История пленения Торта и Зенга была проста и трагична. Они оба везли новый набор учеников из Сельвы, крупного города Трима в столицу. Ребятам было по 15-18 лет и на стоянках они ходили по местным кабакам. Даже не особо шалили. Но в одном из посёлков они столкнулись с караваном некромантов. Видимо ребята неудачно пошутили, но некроманты их схватили. А когда Торт с Зенгом пришли и спокойно попросили отпустить детей, их схватили за компанию и быстрым темпом покинули Трим. Орден некромантов наверняка теперь окончательно в Триме вне закона, а с храмовниками возможно даже война, но на судьбу пленников это уже влияло мало. Их двоих неспособных к магии передали в эту крепость целителям, а весь набор одарённых ребят видимо отправился к некромантам. И не факт, что собирать кристаллы.
   Злость на храмовников, равнодушно меняющих жизни пленников на кристаллы ещё сильнее окрепла в душе Леда. Если представится возможность им выставить счёт, то мало не покажется никому.
   У вторых ворот не было ничего интересного, солнце клонилось к закату и приближался обед. Лед предложил возвращаться в барак. Предстояла ещё одна ночь тренировок на пределе. Повторить судьбу пары новичков ему совсем не хотелось. К тому же предстоял непростой разговор с Армом. Лучше прояснить эти моменты сразу, а не надеяться, что само рассосётся.

* * *

   Когда они вернулись в барак, гонг ещё не звучал и Лед отправился искать Арма. Тот сидел на лавочке под стеной барака и играл в что-то напоминающее шашки с другим старателем. Пару человек стояли рядом наблюдая. Тень барака немного спасала от жары. Лед тоже с интересом стал следить за партией.
   Игровое поле состояло из темных и светлых клеток размерами шесть на шесть. Светлые и тёмные фигуры были двух размеров. Партия была в разгаре и понять правила Лед не мог. Он заметил только, что ходили фишки только прямо, а били прямо, в бок и под углом, возможно, что и назад. Мелкие били только в упор, а большие издалека. Игра шла быстро и вскоре Арм победил. Незадолго до конца партии прозвучал гонг, но фургона видно не было, и двое зрителей сели на место игравших. Рассмотреть начальную расстановку фигур Лед увидеть не успел, так как Арм со словами: "Пойдём, легионер" увлёк его за собой.
   - Чего такой хмурый сегодня? - сразу спросил Арм. "Надо учиться держать свои эмоции поглубже," - отметил про себя Лед. Но это был хороший повод для неприятного разговора и он не видел повода тянуть с ним.
   - Я узнал, что среди легионеров барака нет ни одного новичка и мне предстоит сражаться с бойцами намного опытнее себя. Почему ты не сказал мне об этом?
   Арм нахмурился, но его голос оставался спокойным:
   - Ты один раз в жизни махал палкой. Любой будет опытнее тебя. А не говорил я потому, что тебе надо тренироваться и верить в победу, а не с ужасом ждать поражения. И чтоб не было потом вопроса зачем я тебя вчера так измолотил и сегодня собираюсь - как ты себя чувствуешь?
   - Н-нормально, - идея снова быть избитым до полусмерти Леду категорически не понравилась.
   - Отлично ты сегодня себя чувствуешь. Никакой крепатуры и растянутых сухожилий. А если бы ты в больничку вчера не попал, то этот день, а может и следующий пошли бы коту под хвост. Двигался бы ты как зомби. Обычная аура храма с таким не справляется. Так что оставшиеся шесть дней будешь отгребать по полной. Ожог стократ больнее, так что привыкай. И ещё одно: у тебя как новичка-гладиатора есть два бесплатных посещения арены. Самый слабый из наших, Срам его зовут, сражается завтра с Гнолом. Тебе стоит на этот бой взглянуть, заодно парочку других боёв посмотришь. Мне, как наставнику такое же счастье привалило, так что поведу тебя смотреть как плохие дяди больно бьются. А Срам знаешь почему его зовут? - ухмыльнулся Арм.
   - Без штанов бегает?
   - Затейник ты, - впечатлился Арм, - он со срамной болезнью сюда попал, его вылечили, так он бегал потом с храмовниками обнимался, благодарил каждого встречного. До первой вахты, потом успокоился и в гладиаторы подался. - Пошли есть, вон пузырь уже круги мотает.
   "А ловко он с темы соскочил," - подумал Лед, - "хотя и прав он во всём - сам я нарвался и нечего теперь ныть!"

* * *

   Второй день тренировок был даже тяжелее первого и к концу Леду начало казаться, что он уже многое может и умеет, пока в финале Арм не сделал с лёгкостью из него отбивную. Похоже на этот раз кроме рук он переломал ему большую часть рёбер и ноги заодно. Потерявший сознание Лед уже не был в этом уверен. Но очнувшись на столе перед храмовником он поблагодарил магию, что боль больше не резала тело. Но воспоминание заставляло вздрагивать. Если срыв намного хуже этого, то надо записываться к Че.
   - Тактика циклических выпадов и отскоков во многом хороша, но когда ты входишь в такой ритм, то должен регулярно атаковать и при этом соперник знает когда точно последует атака. Для неопытных бойцов это способ быстро хоть чему-то научится, и увеличить силу удара за счёт корпуса. На арене сила удара опасна, там важнее контроль. Так что тебе надо освоить защиту скользящим клинком. Твоя скорость это позволяет, - сказал Арм по пути к бараку на завтрак.
   Сейчас они с Армом шли к арене. Третий день тренировок начался с пары часов отработки ударов, блоков и комбинаций. После чего Арм сказал, что пора - перерыв на любимое шоу храмовников. Спешите видеть! Абсолютно бесплатно! Идущим на риск привет от ценителей!
   - А что это значит? Ну про ценителей? - спросил Лед, сразу вспомнилось, что слышал он эту фразу от одного из храмовников.
   - Это храмовники так приветствуют нас на арене. Издеваются по сути.
   На входе Арм сказал храмовнику про первый бесплатный просмотр для новичка и тот, судя по всему отлично зная наставника Леда, пропустил их на трибуны арены.

* * *

   Внутри арена выглядела больше в свете ярких магических огней. Трибуны сбегали кругами сидений вниз. Высота казалась гораздо большей, чем два этажа. А может и не казалась, просто дно арены наверное ниже уровня поверхности снаружи. Арену покрывал песок, которого так много за стенами крепости и от которого Лед уже отвык, шагая по брусчатке улиц, и разнообразной плитке полов в зданиях. "Песок может быть проблемой," - сразу отметил Лед, он то привык на тренировках к ровной и надёжной поверхности под ногами.
   - Арм, тут песок...
   - Вот сегодня его пару минут и помесишь, ознакомишься так сказать. - Арм хмуро осматривал полупустые трибуны, - Жаль сегодня только рядовые бои, тебе бы бой чемпионов глянуть полезно. Зато храмовников немного.
   - Бой легионеров шестого барака. Клык против Старого. До начала боя сорок ударов. - раскатисто прозвучало над ареной.
   - Это мы удачно зашли. - довольно пробормотал Арм, усаживаясь на пустующие сиденья. - Видишь хорошо?
   Лед кивнул. Зрение у него было немного подсевшее, но сейчас он видел гораздо чётче. Похоже храмовники лечат не только переломы и срамные болезни, но и зрение. Не замечать такого пару дней, видимо слишком уж бьёт жизнь ключом, и как всегда по голове.
   Тем временем гладиаторы, появившиеся с двух концов арены начали не спеша сближаться. 
   - Видишь кольцо брусчатки вокруг песка арены? - обратился Арм к Леду, - Гладиаторам с оружием в руках на него ступать нельзя. Приравнивается к побегу, запомни. - Лед кивнул, неотрывно следя за происходящим внизу.
   Соперники сблизились, раздался первый звон мечей. Лед не разбирался в холодном оружии, но оружие сражавшихся больше всего напоминало сабли. Через мгновение началась сплошная пляска металла. Внутри у Леда вдруг зародилось осознание нелогичности. К шее прилила горячая волна и по плечам забегали мурашки. Он вдруг понял, что чётко видит все движения, успевает понять куда будет выполнен удар. Ещё во время последнего спарринга с Армом, больше похожего на избиение младенца Лед заметил, что успевает отследить удар Арма, понять куда он прилетит и как больно это будет, он даже успевал понять как можно его отразить и что надо сделать и даже делал это, но так неуклюже, что либо не успевал, либо получал совсем не тот эффект. Это отличалось от спаррингов на ринге спортивной школы. Там Лед обычно успевал заметить момент удара и то по выражению лица, а не самому движению и подставить плечо или перчатки. Тут же он успевал заметить всё. В бою с Армом он, не задумываясь, списывал такую медлительность на желание  наставника дать Леду шанс среагировать и отработать выученные блоки. Но на арене у гладиаторов, сражающихся за срыв, никаких причин медлить не было.
   - Арм, а это сильные бойцы, ты не знаешь, - спросил Лед, неотрывно следя за поединком. Беспрерывный звон стих и и бойцы кружили по арене, загребая песок босыми ногами.
   - Отличные, я же сказал, нам повезло. Клык имеет все шансы стать чемпионов шестого, а Старый им уже был и вполне может стать снова. Так что следи внимательно, такой хороший бой не часто увидишь. В шестом бараке вообще хорошие бойцы подобрались, не то что у нас, недовольно пробурчал в конце Арм.
   - А кто из них кто? - Шлемы не скрывали лиц.
   - С седой бородой - это старый, - коротко бросил Арм, так же внимательно наблюдая за поединком. "Ведь это может быть кто-то из его будущих соперников, если выйдут в чемпионы", - подумал Лед, но тут события на арене поглотили всё его внимание.
   Звон сабель возобновился. На этот раз Клык взорвался длинной серией, заставив Старого уйти в глухую оборону. Удивительно плавный взрыв в глазах Леда. В душе его крепла уверенность, что он имеет явное преимущество в скорости реакции. Отдельные эпизоды вспыхивали в мозгу, сбивая концентрацию на поединке. Тот же Керол назвал его слишком шустрым. Да и Арм. Это не просто так. И это преимущество надо срочно скрывать.
   Старый, резко уклонившись с линии атаки Клыка рубанул его слева ниже бедра. Клык отскочил, зажав свободной рукой глубокую царапину. Соперники вновь закружили по арене. Старый как ни странно не стал развивать успех. "Хотя почему странно? Что я понимаю пока что в боях? Может логично дождаться ослабления соперника от раны?"
   Клык снова пошёл в атаку, несмотря на рану. Видимо ему тянуть время не имело смысла. Старый отступал, ловко блокируя удары. В неожиданном рывке Клык достал Старого, глубоко раскроив грудь, но и сам раскрылся полностью и получил удар по левому плечу. Левая рука его бессильно повисла. 
   - Всегда у этих ребят есть интрига, - довольно пробормотал Арм.
   Противники устали и теряли силы от глубоких ран. Бой всё откровенней напоминал замедленную съёмку. Но тут была уже не заслуга быстрого восприятия Леда. Это усталость замедляла движения соперников. 
   Клык снова бросился в шквальную атаку и на этот раз Старый ответил таким же шквалом. Видимо реагировать блоками уже не хватало скорости, противники всё больше пропускали удары, стремясь успеть нанести противнику больший урон, чем он. Тела гладиаторов стремительно покрывались порезами различной глубины. Похоже из этой стычки выйдет уже только один. И действительно, внезапно звон стих и Клык осел на покрытый бурыми кляксами песок. Похоже удар в плечо, снизивший его подвижность и решил исход поединка.
   К гладиаторам на арену подошли две группы храмовников. Старый в окружении трех из них направился к выходу, отдав одному из них меч и шлём. Через минуту поднялся и Клык, Его увели под руки, но на полу труп он уже не походил.
   - Хороший бой, есть ещё Старому что показать на арене. Удивить, правда, уже нечем.
   - Победил гладиатор Старый! - раскатисто прозвучало над ареной.
   - Ну как тебе бой, Лед? Что скажешь? - с интересом обернулся Арм.
   - Удар в плечо решил дело. То, что Старый успел среагировать на рывок и нанёс удар, вместо попытки ставить блок его спасло.
   - Это тоже, но первая серьёзная рана тоже заставила Клыка менять тактику. Он много атаковал, со Старым это рискованно. Он хорошо держит удары. Клыку нужно было дольше трепать его короткими атаками на дистанции и переходить к длинным сериям, когда Старый начал бы уставать. Клык всё же помоложе. Поторопился он. А Старый выжал максимум из боя. Но если в ближайшее время он не станет чемпионом, то всё. 
   - Арм, а есть какие-то правила? Ну там: по голове не бить, по яйцам тоже? Ну или песком не бросаться и лежачего не бить.
   - Нет никаких правил. Есть два закона. Убил соперника - проиграл всё. Попытался подставиться под смертельный удар и выжил, получи тоже по полной. Ну а песок. Ты попробуй этот песок зачерпнуть. Тебя тут же соперник и положит. До начала боя в руках только меч держать можно. Бывали случаи, что песок в глаза сыпануть успевали. Ну да, это решало судьбу боя. Но это редкость. Упавшему встать редко удаётся, а по другому песок и не схватишь. Ногой метнуть, так только движение себе сковать можешь. Так что эти игры с песком на арене редкость.
   -  Бой легионеров двадцать седьмого барака. Срам против Рейда. До начала боя сорок ударов. 
   - Будь внимателен. Я советую тебе первый бой против Срама. Не будешь сачковать на оставшихся тренировках и у тебя есть шанс. Рейд опытнее, он и выбрал Срама себе в соперники. С ним тебе пока не совладать. Очень важно для тебя победить в первом же бою, чтобы сохранить возможность выбора соперника на второй.
   - Ясно, - коротко ответил Лед, внимательно следя за ареной. А там соперники уже сближались.

* * *

   Бой шёл на измор. Оба бойца были крепкими, выше среднего роста. Начался поединок с кружения по арене и обмена редкими простыми ударами и блоками. И в таком темпе продолжался уже четверть часа. Тут была очень замедленная съёмка. Удары были сильные, но неспешные и целили всё больше по ногам или бёдрам.
   - И долго они так могут кружить? - удивлённо спросил Лед.
   - Не больше часа, потом обеим засчитывают поражение, правда без изменений в очереди срывов. Но следующие поединки они тогда проводят с чемпионом барака, то есть со мной. Без права на чемпионство и вообще без бонусов в случае победы. Приятного мало, так что скоро забегают повеселее. Хотя мне то выгодна ничья, - осклабился Арм.
   И действительно, удары становились всё чаще. Рейд провел одну сложную комбинацию с переходом в блок и резким выпадом в бедро противника, но не достиг успеха. Один удар Срама слегка оцарапал руку Рейду. Через какое-то время Срам получил неглубокий порез на груди. Кляксы крови неспешно пятнали песок арены.
   Неожиданно Рейд бросился в шквальную атаку, зазвенела, искрясь в лучах магического света, сталь сабель. Отбив десяток ударов и пару раз оцарапав соперника в ответном выпаде, Срам получил несколько глубоких ранений и после сильного удара в живот осел на песок сцепив зубы.
   - Победил гладиатор Рейд, - пронеслось над ареной. Соперников развели в разные выходы.
   - Мы тут надолго? - спросил Лед.
   - Пока тебя не представят. Пощупаешь песок арены, почувствуешь шлем и оружие. Я тебя слегка погоняю пару минут по песочку и пойдём тренироваться в центр. Заманчиво тебя дважды сегодня через больничку прогнать, но это, пожалуй, бесполезно, да и наглеть не стоит.
   - Мы будем сражаться настоящими клинками? - опешил Лед.
   - Нет, при представлении гладиатора клинки затуплены.
   - Это чтобы ты меня не убил случайно?
   Арм расхохотался и вытирая выступившие слёзы проговорил:
   - Это чтобы я об тебя не самоубился. Ты же пока ничего не умеешь толком. При определённой сноровке любой чемпион может использовать твой меч, чтобы отправиться на перерождение.

* * *

   Прошло ещё два поединка. Лед всё больше убеждался, что местные двигаются намного медленнее. Но один из боёв заставил его задуматься. В нём сражался здоровенный гладиатор с бойцом телосложением схожим с Ледом. В итоге победила выносливость первого, а не вёрткость второго. И то бой длился долго только потому, что здоровяк бил крайне осторожно, явно опасаясь нанести смертельный удар. Радовало, что гладиаторы из его барака не настолько превосходили Леда физически. На вопрос Арму, не стоит ли ему больше уделять внимания повышению силы, тот ответил, что это ему нужно сейчас меньше всего. Много силы без техники и опыта - прямой путь получить наказание за убийство. Хотя скоро этот вопрос станет более актуальным.
   После поединка здоровяка с живчиком к ним подошёл монах и провёл во внутренние помещения арены. Там они разделись по пояс, разулись, и двое монахов сказали им следовать за собой. Их подвели к невысоким воротам и спустя пару минут они вступили на песок арены сквозь распахнувшиеся створки.  Раскатистый голос арены пророкотал: 
   - Представляем нового гладиатора двадцать седьмого барака Леда и его наставника чемпиона барака Арма. - никаких оваций не последовало. Храмовники внимательно рассматривали его. Подошедшие монахи протянули им по шлему и сабле. Сабли были полностью затупленные, с закруглёнными кончиками и не совсем удобные. Они были длиннее чем надо, что ли. Лед не мог понять.
   Встав в стойки друг против друга они начали кружить по арене. Точнее кружил Арм, а Лед скорее топтался. Хотя он и решил скрывать свою чрезмерную скорость движения ловкости ему явно не хватало. Оставалось надеяться, что с опытом она придёт. Арм нанёс неторопливый удар и Лед постарался так же медленно и плавно его парировать. Как ни странно в таком неторопливом темпе блоки и удары давались легче, Леду даже удавалось контратаковать. Он помнил, что Арм намеревался слегка погонять его в пол силы, но всё же даже эти успехи его воодушевили. 
   - Представление гладиатора окончено, - услышал Лед голос и удивился как быстро пробежали выделенные две минуты. 
   Песок мешал движениям, но он мешал и сопернику. Сабля была действительно не очень удобная и кисть слегка ныла после неё. Одевшись они с Армом вышли из арены и направились к тренировочному центру.
   - Ты молодец, Лед, - первое что сказал Арм.
   - М-м-м?
   - Я теперь знаю, что ты меня слушаешь. Не показывать свою скорость на арене - хороший ход. И ты хорошо отбивался. Если твои успехи и дальше будут такими же, Срам против тебя не выстоит.
   - А что с саблями? Они какие-то длинноватые.
   - Сабли нестандартные. Ими невозможно заколоться самому или броситься на них. Ну, во всяком случае быстро. Они неудобны, но это неудобство для обеих бойцов.
   - Ясно. Что сегодня будем изучать?
   - Я то ничего, - осклабился Арм, - а вот ты будешь изучать запрещённые удары.
   - У-у-у, круто! - глаза Леда заблестели в предвкушении.
   - Ничего крутого. Это удары, которые лучше не использовать на арене, так как их может использовать соперник для самоубийства. Ты их не будешь отрабатывать, я тебе их покажу, ты попробуешь и запомнишь, что так нельзя.
   - Понятно, ещё одна мечта вдребезги, - печально вздохнул Лед. 
   - Что-то ты слишком оптимистичен сегодня, а ну десять кругов вокруг центра и ко мне, - после чего зашагал ко входу. Они как раз пришли.

* * *

   Проснувшись, Лед чувствовал себя ещё бодрее, чем в предыдущие дни. Утреннее избиение до полусмерти стало уже привычным и не воспринималось как что-то ужасное. "Болевой порог у меня ещё и высокий?" - с этой мыслью Лед сиганул на пол с верхней полки и, обувшись направился на поиски Торта. Открытие своих новых возможностей породили реальные надежды, и для их реализации требовалась информация. И он знал один такой кладезь, хотя и непростительно пренебрегал ним. Следовало по максимуму заполнить пробелы в своих знаниях про магов и магию. И про богов, раз он оказался в полной зависимости одного из них. 
   Торт ещё спал и Лед решил его не будить. Совет насчёт Арма не будить лихо вполне мог касаться и Торта. Люди то чаще всего судят по себе. Промаявшись пол часа, Лед нашёл двух старателей, играющих в виденную им ранее игру с фишками. Называлась она шквал и правила были просты. Лед почти уже разобрался с ними прошлый раз, а сейчас узнал, что позиции в начале игры у фишек подобны шахматам. Мелкие спереди, здоровые за их спинами. Как в жизни. Понаблюдав за игрой, Лед заметил, что Торт проснулся и обувается. Не долго думая он начал подбираться к своему главному источнику информации, на который он возлагал большие надежды.

* * *

   - Удачи в делах, - обратился Лед к Торту обычным местным приветствие. Крепость наложила отпечаток на всё.
   - И тебе. Освоился? Вижу у тебя странный блеск в глазах. Это тяга к знаниям и мудрости что ли?
   Лед снова смутился. В который раз его легко читают. Надо что-то делать со своей открытой физиономией. Или учиться изображать нужные эмоции. А то палево какое-то.
   - Ты как всегда прав, Торт. Я понял, что пренебрегал кладезем информации в этой пустыне уныния и дикости.
   - Ого, ты прямо воспрянул духом. Что такое случилось? Или просто головой ударился?
   "Какой-то после сна Торт слишком колкий, так и нарваться недолго," - мелькнула шальная мысль и Лед сменил тактику.
   - Так что, есть настроение поговорить? Или лучше позже подойти? 
   - Да поговорим уж, я сегодня свободен до обеда, так что горло промочу и спрашивай, - улыбнулся Торт своей обычной немного грустной улыбкой, - А как там Зенг? Уж не он ли на тебя так повлиял? Неуж-то скоро большой побег?
   - Зенг странный, хотя в чём-то он и прав. Но пока я не готов поднимать угнетённых. Не мой профиль. 
   - Так что тебя интересует?
   - Маги и боги.
   - Мощно. Согласен, что прямо по адресу, но мощно. И порядок правильный выбрал. Именно Маги и боги! Пошли на лавку, разговор не скорый.

* * *

   Тени барака едва хватало, чтобы накрыть лавку и они пересели прямо на песок под самую стеночку. Было жарко, но Лед уже начал привыкать к постоянному дневному зною.
   - Ну так чего вдруг, Лед, тебя заинтересовали вопросы магии?
   - Да вот посмотрел на лечение храмовников, как они полу трупов полностью исцеляют, да и раньше мне попадался один маг. Темного бога, правда. Вот и подумал, что неплохо бы хоть что-то узнать о тех, от кого полностью завишу. Как вообще магами становятся?
   - Старатели никак. Храмовника вполне могут в старатели определить за грехи какие тяжкие, а наоборот один путь и ты про него знаешь. А что за тёмный маг тебе попадался? 
   Любопытство Торта немного расстроило Леда. Он не планировал афишировать своё прошлое и подобные ниточки были лишними. Торт свой, но болтун. Надо бы историю подсократить. Тем более, что даже имя бога он не помнит.
   - Да там мага тёмный бог лишил магических сил, а потом простил. Ну и тот на радостях куролесил. Плавил железо как масло, камни расшвыривал. Впечатляет.
   - Плавил железо? Темные божки не очень щедрые. А чтоб плавить железо нужно немалая сила магии. Видать для прощения на непростой ритуал колдун тот решился. И не исключено, что по глупости и незнанию. Таких боги любят, особенно тёмные.
   - Значит, чтобы стать магом надо поклонятся какому-то богу?
   - Совсем наоборот! Получившие магическую силу от богов - жалкие подделки, а не маги. 
   - Так бывают и другие маги?
   - Давай я по порядку всё расскажу. Основное. Тут на месяц лекций, так что что заинтересует потом спросишь. Так вот о магах. Магическую силу можно черпать из мира самому или получить от бога. Ну можно ещё и совмещать. Практически все храмовые маги совмещают. За исключением редких фанатиков. Но боги это такие сущности, что ты либо с ними, либо против них. Результатом такой непримиримости стала война богов со свободными магами. Она началась около восьмисот лет назад. Воюя, обе стороны обвиняли друг друга во всевозможных грехах, благодаря чему знания о богах и многие секреты магов получили широчайшую огласку. Для борьбы с богами архимаги открыли множество своих секретов, добываемых тысячелетиями. Ну и боги через своих жрецов много всего про магов и про источники магии поведали. Поэтому про кристаллы сейчас любой обыватель, желающий слушать, знает больше, чем некоторые довольно сильные маги тысячу лет назад.
   Но начну с богов. Откуда они взялись информации не встречал. Но зато доподлинно известно, что бога можно убить. И иногда убитый бог может возродиться. Источником божественной силы являются души верян. В буквальном смысле слова. Верующий после смерти попадает к своему богу и служит ему. По сути душа без тела теряет энергию и её поглощает бог. Чем сильнее верил при жизни в помощь и покровительство бога, тем дольше бог может после смерти удерживать душу получая энергию. Заметь, то, помогал ли бог реально никак на процесс не влияет. Некоторые ритуалы позволяют богу получить энергию верующего даже при жизни. Финальный обряд чемпиона как раз из таких. Но тут богу от реальной помощи не отвертеться как правило. Но тем хуже бедолаге последователю.
   - А подробнее... - заикнулся Лед, но Торт строго заявил:
   - Не перебивай, сбиваешь. Если я перескочу, то мы уйдём в такие дебри, что никогда не выберемся. Я потом расскажу более детально об этом обряде.
   Итак. Бог отбирая энергию души задерживает ее сколько может до перерождения и ослабляет её. Многие за жизнь не укрепляют душу насколько, чтобы компенсировать пребывание в плену у бога после смерти и такие души слабнут и могут теоретически даже исчезнуть. Так что хороших богов почитай и нет вовсе. Редкие случаи среди высших светлых богов, они щадят души последователей и имеют огромную силу за счет большого количества душ. Но это пока такой добрый бог не сцепится со злым. Тогда не до нежностей.
   Борьба богов со свободными магами, а по сути с архимагами, началась с попытки отрезать их от источника кристаллов. Тогда крепостей было шесть. Архимаги достигают уровня силы богов, и даже превосходят многих из них, что не нравилось богам категорически. Обе стороны понимали, что отсутствие кристаллов ослабит вольных магов и архимагов значительно, нужный им для высшей магии приток маны из мира получить нереально. Поэтому на старых запасах магические армии хлынули сюда, в Кристаллическую пустыню. Они прорвались в древний город в сердце пустыни и возвели семь башен архимагов-хранителей. Эту твердыню не смогли разрушить объединённые войска сотни богов в течении полувека. Появившийся альтернативный источник магических кристаллов изменил мир и расклад сил в нём. 
   Сама пустыня, кстати, возникла после Армагедона. Это была величайшая война светлых и темных богов древности в союзе с примкнувшими к обеим сторонам архимагами и магами. Финальная битва привела к смерти всех сражавшихся и появлению Кристаллической пустыни. Ни один из древних богов не возродился, а архимаги с тех пор не делят друг друга на тёмных и светлых, а ставят своей конечной целью Уход.
   Не участвовавшие в войне и выжившие боги, а также вновь зарождавшиеся, перестали напрямую вмешиваться в дела смертных. Древние боги могли стереть с лица мира целый город. Теперь же боги наделяют силой своих последователей, и только, а те на подобные катаклизмы уже не способны. Многие маги считают, что боги не столько не хотят, сколько уже не могут напрямую влиять на мир. Есть теория, что существует нечто над богами, покаравшее их.
   Высокая концентрация энергий на месте древней бойни породила феномен кристаллов. Они растут, кристаллизуя магию, щедро разлитую здесь в пустыне, после развоплощения огромного количества магических сущностей. При этом пульсируют всем спектром магических энергий. При попытке отломать подобный кристалл от основы он выплёскивает накопленную энергию и душа человека служит останавливающим буфером. Без него кристалл любого размера рассыпается в пыль, полностью выплёскивая накопленную магию в мир. В любом случае находящиеся вблизи люди получают ожог, если не экранированы другими людьми. Мы, старатели, называем это срывом. Отломанный или сорванный кристалл стабилизируется и прекращает излучать магию, а так же расти. Но помещённый в землю с кладбища или прямо на самом кладбище он излучает снова весь спектр и эту энергию легко поглощать любому магу или архимагу. И не обязательно вольному. Храмовникам тоже доступна эта энергия. Она подобна той, которую выделяют боги своим жрецам. 
   Не сломив Вольный Оплот, так семь архимагических башен в пустыне назвали вольные маги, боги начали компанию против магов, объявив их последователями мертвых сил. Они акцентировали, что силу свою вольные маги черпают из могил при помощи кристаллов. Вот тогда то и началась настоящая война. Война за сердца людей. Архимаги распахнули свои закрома знаний и открыли всю подноготную богов. Раскрыли их по сути вампирскую сущность. А особенность взаимодействия кристалла именно с могильной землёй и древними кладбищами объясняется просто. Умирая душа не сразу отправляется на перерождение. И если она не попадает в сети какого-то бога, то то или иное время находится рядом с уже мёртвым телом, рассеивая энергию и постепенно пропитывая ею землю, могильные плиты, деревья и всё, что рядом. В итоге вольные маги тоже пользуются энергией душ. Но они подбирают обронённые клочки шерсти, а боги, образно говоря, остригают душу под корень, порой лишая всякой защиты в следующем перерождении.
   Открывшаяся информация оттолкнула от богов многих сильных жрецов и огромное количество мирян. Осознав, что потери невосполнимы и возможно полное поражение, боги отступились. Баланс восстанавливался долго. Многие государства стали полностью светскими. Но постепенно властители возвращали веру в свои державы. Боги всегда поддерживали власть, если она не занималась гонениями их культов. А маги и архимаги наоборот подчёркивали независимость и сопротивлялись тирании. Хотя хватает магов, рвущихся к власти. Но чем более высоких ступеней магического искусства достигает маг, тем меньше его волнует власть ради власти. Вольные маги во все времена тяготели к знаниям и развитию. Архимаги достигнув вершин мастерства вообще уходят из мира.
   - Куда? - Леда как будто сбросили в ледяную воду. "Куда могут уходить архимаги? Только в другой мир! Это же путь домой!" Лед уже и думать перестал о такой возможности. В этой бешеной гонке только смутные сны порой будоражили память об оставшейся на Земле семье.
   - Куда не знаю. Этот секрет они не раскрывали во время войны. Возможно тогда и не знали. Про уходы стало известно лет четыреста назад. Я думаю это связано с доступом к гигантским магическим кристаллам. Думаю храмовники не продавали их архимагам никогда.
   - Они не умирают?
   - Точно нет. После ухода проводили множество исследований. А в Вольном Оплоте архимаги из семи башен уходят не просто, они оставляют ученика, что бы не ослаблять Оплот ни на миг. Там связь сохраняется какое-то время. Деталей не знаю. Всё таки это одна их тайн высшей магии.
   - Значит магические кристаллы из этой пустыни единственный мощный источник магии? 
   - Есть ещё некрогриб, но он выдаёт только некро энергию. Некроманты ним иногда пользуются, но предпочитают кристаллы. Некрогрибы растут во всяком захолустье и глуши, жить за тысячи лиг от цивилизации и за сотни от ближайшего жилья и нужных им кладбищ некромантам не с руки. Гриб выдаёт мощность сравнимую с гигантским кристаллом, но при пересадке теряет её почти до нуля. Потом сотню лет его надо регулярно поливать человеческой кровью. И чем дальше тем больше. И если первые двадцать лет некромант может обходится своей, то последний десяток лет опустошит все ближайшие деревни или даже небольшой город. Кристаллическая пыль уменьшает затраты крови, к слову. Ну есть ещё колония магических жуков. Но они агрессивны и почти неуправляемы. По моему их всех перебили давно, после того, как магических кристаллов стало с избытком. 
   Денег они стоят немалых, но зато их всегда за эти деньги можно достать. И у них есть одна важная особенность. Кристаллы можно настроить под себя. Маг своей силой прожигает кристалл, покоряя его и настраивая на себя. После этого он начинает выдавать силу, которую способен усвоить только этот маг и никто другой. Примерно через десять лет кристалл рассыпается в порошок и в него можно посадить следующий. Таким образом посаженый кристалл требует вдвое меньше сил со стороны мага. Так вот постепенно столетие за столетием маги растят свои кристаллы, наращивают силы и превращаются в архимагов, могущество которых сравнимо с богами. Храмовые маги пользуются чаще не настроенными кристаллами. А в пределах храма их божество прожигает кристаллы под свою силу. В силовых башнях крепости стоят не настроенные кристаллы, прожжённые Аткатом. Это местные погосты.
   Для храмовых магов источником силы ещё является алтарь храма. Если возле него проводилось много ритуалов. Ну и сам бог напрямую. Но боги скупы, как я говорил, так что все храмовые маги используют кристаллы, если есть возможность. 
   Весь остаток разговора Лед обдумывал слова Торта про уход архимагов. Это был его шанс. Вернутся домой теперь его тянуло неудержимо. Этот мир был слишком недружелюбный. Чего юлить? К Леду он был откровенно злой. 
   - Торт, а ты про уход больше ничего не знаешь? Бывает, что уходят не архимаги, а обычные люди?
   - Никогда о таком не слышал. 
   "Значит только став архимагом, я смогу выбраться отсюда? Как там сказал Торт? "Растят силу сотнями лет"? Похоже этот путь ещё более фантастичен, чем идеи местного Че Гивары. Хотя силы богов и архимагов сравнимы! Может этот путь всё же возможен? Но только если говорить с богом с позиции силы. Да и этот намёк, что есть кто-то даже над богами. Ладно, пока есть более насущные проблемы. Надо освободится из крепости. Хотя даже это пока только безумно смелые мечты и фантазии".
   - Обед скоро, - сказал Торт, глядя на тень от барака, - Как твои успехи, гладиатор?
   - Арм говорит, что шансы на победу есть.
   - Ну Арм не дурак, но и не всеведущий. Головой своей тоже думай. Удачи тебе сегодня.
   - И тебе, Торт, удачи. Спасибо за рассказ о магии. В моей глуши я ничего такого не слышал. Ты про обряд обещал рассказать. 
   - Какой?
   - Ну чемпионский!
   - А, там всё просто. Абсолютный чемпион победивший чемпионов всех бараков и другого абсолютного чемпиона получает год на подготовку того, кто повторит его путь. В финальном бою, новичок становится абсолютным чемпионом, а старый чемпион обращается к богу с вопросом, честный ли бой, и просит исцелить его и принять его служение себе. Но там не в честности дело, а в искренности. В готовности служить Аткату. Какой кусок души он при этом откусывает и какие путы налагает на душу просящего - большой вопрос. Но если служение чемпиона принимается, то он превращается в своё бледное подобие. Одного я такого видел и изменения бросались в глаза. А ещё я знаю, что другому чемпиону бог отказал - не исцелил. Все были уверены, что победа новичка честная. Проигравший снова стал чемпионом своего барака. Я с ним говорил, так что могу точно сказать - там ритуал не на честность поединка завязан, а на фанатичную преданность. Да ты и сам можешь с ним поговорить - он по прежнему чемпион шестого барака.
   - Знаю я такой барак. Видел на арене сражение легионеров из шестого.
   - Ну с этим тебе к Арму, он и с Трором свести может. 
   "Про Трора с Армом надо бы поговорить," - отметил про себя Лед.
   Вскоре прозвучал гонг. Время обеда и потом очередная тренировка всю ночь на измор.

* * *

   - Надо немного подправить режим твоих тренировок, - сказал Арм по дороге к центру тренировок, - сделать больше упор на выносливость. Против тебя Срам и любой из наших на измор работать будут. Резвость они твою наверняка заметили. Да и манера у них такая. Тебе техники не хватит быстро их продавить. Неуклюжий ты всё же, хоть и шустрый. Мышцы удары не запомнили и автоматизм не выработан. Так что будешь не болтать после сна, а бегать. Вот эту улицу видишь? После полудня вдоль этой стеночки тень. Приходишь и бегаешь до ворот и обратно. Стражу не дразни.
   - Ясно.
   - И бои с тобой будем долгие проводить.  Может успеем тебя натаскать и ты пол часа выстоишь. Срама главное на контратаках ловить - он раскрывается часто. А ещё тебе надо серебряный заработать. На бани. Перед поединком помыться тебе надо. Легче двигаться будет. Ты наверное сейчас себя как в коконе чувствуешь. 
   - А где мне его заработать?
   - Вот завтра не бегать будешь, а пойдёшь к этим самым воротам, - Арм махнул рукой вдоль улицы, - Там завтра перекладка какой-то магической ерунды намечается. Надо брусчатку срывать, потом копать, потом укладывать и это всё быстро. Тренировка не хуже бега, уложишься до обеда, оплата как раз серебряный за такое. Понял?
   - Что же не понять. Шибает от меня сильно?
   - Терпимо. Молодой ты ещё, - улыбнулся Арм.
   - А простираться?
   - В бане есть всё для стирки и в стоимость входит. В баню вместе сходим. А пахать будешь сам. У меня пока деньги с боёв не закончились. Если из тебя толку не будет мне самому скоро тоже землю рыть придётся или на кухне в харчевнях казаны мыть.
   - Арм, ты меня с Трором свести можешь? - вспомнил Лед рассказ про чемпиона.
   - Торт нарассказывал баек? Знакомство нужное, но не сейчас. Победишь в первом бою, тогда и поговорим. Сейчас не отвлекайся. У тебя завтра рытьё канав, потом бегать надо, а не языком болтать. У Срама опыт тренировок и боёв пол года. И крупнее он тебя. Победа нужна кровь из носу и не думай, что это будет легко. Тебе, если честно, надо сделать невозможное. И осталось у тебя для этого почитай четыре дня. Бери палку и приступай к разминке, - они как раз зашли в пока ещё пустой зал.
   Задумавшись о своём, Лед начал отрабатывать простые удары и блоки попеременно меняя руки. Ему вспоминалась школьные друзья. На выпускном он думал, что многих уже не увидит никогда. Ирония судьбы, теперь никогда не увидит уже их всех. Лица родителей. Мама наказывающая позвонить домой из летнего лагеря сразу по прибытию много лет назад. К его стыду он вспомнил о родителях только через неделю. Теперь он и рад позвонить, но тет таких телефонов. И выхода отсюда похоже нет. 
   - Эй, эй, полегче. Меч сломаешь, а то и болвана. - похоже Леду задумавшись вошёл в раж, которого так добивался его тренер по боксу. - Ты если так Срама отделаешь, то пожалуй и победишь.
   - Не всегда так выходит.
   - Так учись контролировать свои возможности.
   "И этот туда же. И ведь не уйдёшь, как из бокса! Но он прав, мне надо победить. Прибавлять себе срывов - не вариант. Чем позже я с ними познакомлюсь, тем лучше." 

* * *

   Финальный бой с Армом был действительно невероятно долгим, под конец Лед еле ворочал руками и ногами, палка в руках казалась стальным ломом. Финал был стремительным и после реанимации у храмовников Лед дополз до барака и провалился в мёртвый сон. 
   Затем его разбудил Арм, а сам завалился дрыхнуть дальше, строго наказав со всех ног нестись к Западным воротам. Там Лед с пятью другими старателями сперва разбирали брусчатку возле Силовой башни, потом рыли подкоп, а добравшись до туннелей со склепами долбили в породе похожей на песчаник новые склепы, в которые и уложили десяток трупов старателей и одного храмовника. После закапывали проход и укладывали брусчатку. Нормального входа в башню Лед не заметил. Да и камни стен были здоровенные. В случае восстания уничтожить кристаллы в Силовых башнях будет очень сложной проблемой. Выложился Лед по полной, все мышцы ныли.
   Заплатили им по серебряному, а Леду даже добавили медяк. Видимо храмовников впечатлило рвение новичка. Пятёрка старателей, поглядывая на него с усмешками и переговариваясь, удалилась в сторону бараков. "Что бы вы понимали в тренировочном процессе", - с ухмылкой подумал Лед, - "да и медяк лишним не будет!" Сам Лед попытался трусцой побежать к своему бараку на обед, но вскоре перешёл на шаг. Тело ныло неимоверно. Нагрузился он мощно, но как теперь тренировка? Три дня осталось, и каждый на вес золота.
   - Ты, парень, из тех, что, рубя дрова, ломают и топор? - спросил Арм, увидев, волочащего ноги, Леда.
   - Что-то не рассчитал. 
   - Может тебе не гладиаторы, а в землекопы? Ты явно больше рвения проявляешь с лопатой. Ну к храмовникам в больничку я тебя и в начале тренировки отправить могу, но усталость это не снимет. Хоть растяжки мышц и сухожилий уберут. Дубина ты, Лед. Однозначно. Ну зато у нас будет сегодня действительно тренировка на выносливость.
   - Я бы сказал на выживание, - устало улыбнулся Лед.
   - Он ещё и шутит. С удовольствием послушаю твои шутки, когда будем возвращаться под утро на завтрак. Предупреждаю - нести не буду. 
   - Может хоть поволочёшь? 
   - Ага, за ноги, - Арм не выдержал и заржал. - Ну ты отчебучил. Ты там один за всех пахал что ли?
   - Не знаю, но храмовники заплатили мне на медяк больше. 
   - Тоже заприметили, тебя, идиота. Пошли есть, беда бедовая.

* * *

   Лечение действительно помогло, но чугунную тяжесть из рук и ног не убрало. Атаки и комбинации представлялись Леду чем-то недостижимым, и Арм сделал упор на блоках. 
   - Самые эффективные блоки не жёсткие, а скользящие. После них нет гудящей боли в руке. А так же при умении и достаточной ловкости остаётся время для стремительной контратаки. Ловкости у тебя с запасом, будем вырабатывать умение. Тем более, что на большее ты сегодня не способен.
   Лед вскользь отбивал медленные удары Арма пару часов к ряду. Такой неторопливый темп не только не выматывал его, он даже стал ощущать, как тяжесть постепенно уходит из рук. Ноги правда оставались довольно ватные. Войдя в ритм Лед стал отслеживать удары краем взгляда, сам глядя на лицо Арма. Спустя какое-то время Лед заметил, что темп атаки стал возрастать, и он вполне успевает за ним. 
   - Может тебя каждый день посылать землю рыть? - довольно прорычал Арм. - Как подменили человека! Отлично держишь оборону при приличном темпе атаки. Перерыв. Иди, не спеша пробегись пять кругов и возвращайся. Попробуем это чудо повторить.
   - А что, у меня стало получаться.
   - Стало, стало. Вперёд давай. И не переусердствуй опять, землекоп!
   Лед, отпив из фляги несколько глотков, спустился вниз и неторопливой трусцой побежал вокруг здания. Ноги уже двигались веселее. Ночная прохлада приятно холодила кожу. В свете мириад магических светильников, заливающих центр крепости, звезд видно не было. А жалко. Лед даже немного прибавил темпа.
   По возвращении тренировка блоков продолжилась в том же темпе. Под утро Лед почувствовал, что начинает уставать. Видимо сказывался высокий темп атаки. 
   По пути в барак, Лед сказал:
   - А ведь я впервые с тренировки не через стол костоправов возвращаюсь. 
   - Если радуешься, то зря. Думаю завтра у тебя будет такая крепатура, что взвоешь. Но пожалуй рискнём. Тебе для закрепления навыков и выносливости не помешает и через такое пройти. 

* * *

   Заснул он быстро, но спалось беспокойно. Проснувшись, Лед получил обещанную крепатуру, хотя и не такую страшную, как ожидал после слов Арма. Памятуя о наставлениях , он похромал в сторону показанной Армом улочки. К счастью ноги болели меньше, чем руки и через пару кругов бежать стало легче, ноющая боль почти отступила. Бегая в тени вдоль стен домов Лед размышлял о там, как ему выбраться из этой ловушки, устроенной коварным Керолом. 
   Сбежать из крепости было нереально. То, что Лед успел увидеть, свидетельствовало, что храмовники столетиями не тратили время даром и продумали всё, чтобы драгоценная рабочая сила не разбежалась. После знакомства с Силовыми башнями идеи Че также казались фантастикой. Оружие попадало в руки легионеров на время боя, когда вокруг сотни храмовников, готовых подавить любую попытку сопротивления. Оставалась надежда на вахту. Когда бригада выходит наружу возможностей для побега должно быть больше. Но это предстояло только выяснить через двадцать два дня.
   Почувствовав, что устал, Лед перешёл на шаг. Хлебнул тёплой воды. На боку фляги тускло блеснули серебряная и медная монеты. Серебро на баню, а куда бы пристроить медь? Повесив флягу на пояс, Лед упорно побежал дальше, пусть даже медленной трусцой, но постепенно наращивая темп. Волосы всё сильнее лезли в глаза, и тут он понял, куда он применит медную монету. Постричься будет совсем не лишним. Надо узнать есть ли парикмахер в банях.
    * * *
   - Сегодня к вчерашним блокам добавляй контрудары, когда видишь возможность, - сказал Арм помахивая деревянным мечом. - Используй пока только самые простые удары, по ногам или рукам. Не забывай двигаться плавнее, идея не раскрывать сразу насколько ты шустрый - хорошая. Тебе ещё многих удивить нужно. Со Срамом - не последний бой.
   - Тебя то мне чем удивить?
   - Ты меня уже многим удивил, так что не дрейфь, - усмехнулся Арм и перешёл в атаку.
   Следующие пол часа показали, что контрудары сбивают концентрацию Леда и крайне редко достигают цели. До Арма удалось дотянуться дважды в правое предплечье. Зато после попыток конратаковать Лед пропускал порой два-три болезненных удара.
   Вскоре Арм начал обходить его по кругу, и Лед вынужден был надолго забыть про контратаки и вспомнить, что у него есть ноги. Когда последовали первые осторожные контратаки, Арм велел теперь Леду обходить его по кругу, одновременно защищаясь. Это выглядело немного абсурдно, и было невероятно сложно. Тем не менее, через какое-то время, они уже шустро кружили по залу, треща мечами. Не успел Лед, втянувшись в заданный темп, перейти к ударам, как в зал вошли Срам и Зев. 
   Арм сразу прекратил атаки. Судя по лицу Срама то, что он увидел, ему очень не понравилось. Пока пришедшая парочка, взяв мечи, разминалась, Арм начал показывать Леду невероятно сложные комбинации. Неуклюжие попытки Леда повторить их неизменно вызывали дружное ржание со стороны Срама и Зева. Правда смех Срама выглядел не всегда искренне. Это и радовало и пугало. Теперь Срам гораздо серьёзней отнесётся к предстоящему бою, но такая оценка твоих возможностей соперником воодушевляла.
   Спустя долгих трех-четырёх часов отработки сложнейших комбинаций чередующихся с пробежками Лед почувствовал себя выжатым. При этом толку, на его взгляд, было гораздо меньше, чем от предыдущего кружения в спарринге. Судя по хмурым взглядам, бросаемым Армом на тренирующихся Срама и Зева, он был того же мнения. 
   За час до завтрака те, наконец, ушли. Время оставалось только на финальный поединок, и Арм сразу задал бешеный темп. Лед ушёл в глухую защиту и не пропускал удары. Они кружили по комнате, и тут темп и сложность ударов Арма возросла ещё больше. Он начал всё чаще использовать обманных движений. Вскоре ногу Леда обожгло болью. Он, хромая, продолжал держаться, и даже пару раз контратаковал, но это только ускорило развязку. Вскоре несколько резких ударов достали его правую руку и похоже снова сломали её. Сознание он в этот раз не потерял, а только опустился на пол. Сидя и баюкая руку Лед смотрел на тяжело дышащего, но страшно довольного Арма.
   - Будет из тебя толк, малёк! Пошли лечить тебя. Мне ты по-моему тоже ребро сломал. Завтра, кстати, в баню до обеда сходим, пока солнышко жарит, потом к распорядителю арены - объявлять вызов Сраму. Потом поедим и тренировка в среднем темпе. Срам наверняка придёт понаблюдать. Так что будешь по ходу сложные удары в контратаке испытывать, с обманными рывками. Ты так это забавно исполняешь.
   - Будто у всех они сразу получались.
   - Да у большинства гладиаторов в нашем бараке они толком до сих пор не получаются.
   - Ну вот, - малость поостыл Лед. - А постричься в бане можно?
   - Да - за отдельный медяк. Выходит, ты удачно помахал тогда лопатой! Ладно, заходи. Увидишь, как тебя лечат, наконец-то. А то всё в отключке валяешься.
   Лечение впечатляло. Леда улёгся на высокий стол и храмовник поводил над ним руками. Боль стихала волнами. Потом быстрыми ловкими движениями храмовник вправил кости на руке, вызвав резкую боль, которая тут же заглохла. Через пару минут Лед почувствовал себя как новенький.
   Благодарить Лед не стал, на его место улегся Арм. 
   - Что, новичёк ловок оказался? - глухо засмеялся храмовник.
   - Есть немного.
   Из лазарета они заспешили в барак. Их ждал завтрак и сон. Усталость накатывала, несмотря на исцеление.
   * * *
   Бани оказались действительно райским местечком. В предбаннике в небольшом корыте Лед выстирал с непонятным порошком всю одежду, включая ботинки. Сполоснув одежду в чистой воде, он развесил её на жарком послеполуденном солнце. После, вымывшись в корыте сам, используя тот же пенный порошок, Лед почувствовал себя снова человеком. Таким чистым он не был очень давно. Но это было только начало. Зайдя сквозь одну из ажурных арок, он увидел три бассейна, окружённые пальмами и цветущими кустами и пару беседок. 
   В беседках были парильни, а вода в бассейнах была разная. В первом она была почти горячая, во втором тёплая и бурлящая как джакузи, в последнем вода была холодная, но не ледяная. Главным минусом было то, что бассейны были не глубокими. Горячий и тёплый были немного выше колена, а холодный едва по пояс. 
   - Чтоб не утопились, - буркнул Арм, - А вон тот следит, чтоб всё в порядке было, - и ткнул пальцем в храмовника, сидящего на подушке под пальмами.
   Лед сразу сходил к парикмахеру. Его возможности не баловали разнообразием. Постричься можно было коротко, не очень коротко и слегка пообскубывать с краёв. При этом он не стриг, а буквально скубал какими-то щипчиками. Ими же он ловко обстриг Леду ногти руках и ногах, что было несколько непривычно. Брить особо было нечего, борода пока росла слабо. Выбрав короткую стрижку-скубку, Лед вышел через десять минут, и, встав под арку, окатился здоровым кувшином холодной воды. Дальше было пару заходов в парные, прыжки в холодный бассейн, но большую часть времени они провёли в теплом бурлящем бассейне-джакузи. Программа Арма особо не отличалась от Ледовой. За всё время они перебросились едва ли десятком фраз, смысл которых сводился к "Ну как?" - "Обалдеть!"
   Одевшись на выходе в чистую, высохшую одежду Лед ощущал себя заново рождённым. Вызов Срама на бой был простым, Храмовник записал что-то в толстую книгу и они отправились обедать в барак.
   * * *
   - Не желаешь поспаринговаться перед боем? - подошёл во время обеда Срам. Лед бросил взгляд на Арма.
   - Как хочешь, ты уже взрослый, - улыбнулся в ответ Арм.
   - Ну тогда недолго. Просто чтоб размяться. - кивнул Лед Сраму.
   - Договорились! После обеда увидимся в зале.
   - Давай за час до ужина.
   - Как скажешь. - и Срам направился к бараку.
   - Постарайся не очень раскрываться, и не надейся, что Срам покажет всё, на что способен, - сказал Арм.
   - Ты его тоже тренировал?
   - Да, до пяти побед не довёл правда, только до трех. Но три поражения случились раньше. Дальше он у Рейда потренировался. Но там уже другие правила. Один проигрыш или три победы. Он сразу проиграл, а больше за тренировки наставникам не платят. Чемпионы могут взяться, если увидят потенциал. Мне например выгодно чтоб ты меня победил и бараку выгодно. У меня среди чемпионов теперешних уже нет соперников, я у кого мог выиграл, а кому мог проиграл. Надежда только на нового чемпиона барака. Тогда у меня будет шанс лишний срыв пропустить и бараку пропуск вахты заработать. А вот если ты меня победишь и весь свой потенциал раскроешь, то у тебя есть кого побеждать. И у нашего барака может вообще золотое время начаться, - Арм мечтательно улыбнулся. - Когда я только стал чемпионом мы пол года на вахты не ходили. А сейчас наша очередь вперёд уже несколько раз сдвигалась. До вахты у нас сейчас 18 дней.
   - Я как-то не соотнес очередь и пропуски вахт. - ошарашено произнёс Лед.
   - Когда десять дней до вахты чемпионам такого барака уже нельзя в боях участвовать. Там уже счётчик однозначный. А до того мы можем ещё на пару дней вперёд прыгнуть. - Лед помрачнел. Непонятная вахта приближалась стремительней, чем он ожидал. 
   - Что делать будем сейчас?
   - Пошли разомнёмся, побегаем и в зал.
   - А утащить палки из зала нельзя?
   - Нет, за такое предупреждение, а при трех предупреждениях из гладиаторов исключают.
   - Гады эти храмовники. Ни одного шанса не оставляют.
   - Ага, они тысячами лет оттачивали систему.
   * * *
   В зале уже были все пятеро легионеров двадцать седьмого барака. Пятого Лед видел, но имя узнал только сейчас: Трас.
   Арм решил продолжить отработку комбинаций, и Лед здорово повеселил всех пятерых, да и самого Арма. Хотя он видел, что сложные движения постепенно поддаются. Некоторые вещи в медленном темпе уже вполне получались. 
   - Ну что, пора? - послышался из-за спины Леда голос Срама.
   - Что, уже час до полуночи? Быстро время бежит. - Лед обернулся и взглянул на Арма, - Какие-то правила или условия?
   - Ну вы же договорились - просто разминка в невысоком темпе. - ответил тот.
   - Начинаем? - спросил Срам?
   - Бой! - гаркнул Арм.
   Они закружили по залу, выставив вперёд деревянные мечи. Срам пару раз рубанул пробные удары, Лед плавно отбил их, не контратакуя. Еще немного пару раз обменявшись ударами, заняли позиции и начали не спеша пробовать оборону друг друга. Срам двигался демонстративно медленно и даже пропустил пару ударов. Потанцевав ещё четверть часа, Лед также преднамеренно пропустил пару ударов. Странный поединок похоже начал надоедать всем и Арм скомандовал:
   - Стоп. Вот и познакомились. Надеюсь завтра будет бой поживее. А то храмовники заснут и обидятся.
   - На ужин? 
   - Пошли, всё равно ничего уже толком не успеть. 
   Назад шли всемером. У Леда сложилось стойкое ощущение, что из пятёрки легионеров всерьёз его воспринимал только Срам. Лед услышал пару анекдотов, широко освещающих половую жизнь храмовников. Было весело и легко на душе. Шансы на победу были гораздо выше, чем он ожидал, только записываясь в легионеры. А после первого боя будет целых пять дней тренировок и можно будет меньше скрываться. Правда следующий бой будет не простой. Остальная четверка гораздо матёрее Срама. Но ненамного. А Арму вообще выгодна его победа. Прорвёмся.
   * * * 
   Возле фургона к нему снова подошли. Это была пара новеньких, которые вместе с ним шли в крепость по этапу. К своему стыду он так и не узнал их имён ни тогда, ни позже.
   - Привет. Я Стик, а он Винт. Мы хотим в легионеры записаться, но порасспрашивали местных и они говорят, что это гиблое дело. - Леду снова стало стыдно. Наверное он даже покраснел, потому что парочка немного ошарашено смотрела на него. "Вот умные люди, сперва проверили почву, расспросили, а он как идиот бросился не разобравшись в конкретную авантюру. Сейчас то вроде всё выпрямилось, но тут не его заслуга, а способности реагировать быстрее местных. Чистой воды везение."
   - В одиночку не стоит и соваться. Двое минимум, а лучше четверо - пятеро. И вам надо понимать, что несколько человек потеряют, а не приобретут. А может и по полной отхватите срывов на свою голову. Победить ветерана-гладиатора шансов мало, так что будете друг у друга победы отбирать и ветераны на вас по полной кормится будут. Суровое это место, арена. Так что решайте сами, но малым числом не суйтесь. Перемелют на фарш.
   - Спасибо. А Арм хорошо учит? - спросил Винт.
    - Вот завтрашний бой и покажет.
   - Удачи тебе, - почти хором проговорили оба.
   - Спасибо, пригодится, - ответил Лед, догрызая ложку.
   - Расслабился, - хлопнул его по плечу Арм.
   - Да вот, молодых наставляю, - важно ответил Лед.
   - Пошли наставник, синяков тебе наставлю, - прыснул Арм и они двинулись в сторону тренировочного центра.
   * * *
   Прошедшая тренировка закончилась без больнички. Высокого темпа так и не брали, зато Лед хорошо отработал несколько контрударов и пару простых атак с обманом. 
   - Поначалу чем проще, тем лучше, - заявил Арм. - Боли ты не боишься, а смерти в этом проклятом месте бояться глупо. Хотя до вахты тебе не понять. Думаю у тебя хорошие шансы. Завтра после обеда разомнёмся. После обеда идём в арену, там тебя храмовник осмотрит, отлечит и проверит готовность к бою.
   - В каком смысле?
   - Спросит знаешь ли про опасность самоубийства противника и какие удары опасны. Я тебе рассказывал. Повторить? 
   - Нет, я помню. 
   - Тогда есть и спать. Я сегодня не особо и устал. Да и ты, я гляжу, тоже живчиком скачешь. Или это мандраж перед боем?
   - Есть немного. - смущённо пробормотал Лед. 
   - Не боись. Победа тебе очень нужна, но и поражение не конец света. Так что не мандражи. Идём - надо выспаться как следует.
   * * *
   Храмовник внутри арены осмотрел его, провёл вдоль тела руками, отчего Лед ощутил себя немного бодрее. Пару синяков Арм ему вчера всё же поставил. 
   - Про опасные удары наставник рассказывал? 
   - Да. 
   - Повтори.
   - Да. 
   - Предупреждение хочешь?
   - Нет. - лицо храмовника выразило вселенскую скорбь и Лед понял, что перегнул палку. - Нельзя использовать колющие удары выше пояса и особенно в голову, а так же сильные рубящие удары, особенно наотмашь.
   - Борзый ты. Если не поумнеешь плохо кончишь. 
   - В тюрьму попаду? - с любопытством спросил Лед. "Ну вот как удержаться то?"
   - Иди давай. Твой бой с Срамом восьмой сегодня. К тебе подойдут заранее. Если умудришься до боя покалечться - сообщишь.
   - Ну ты и остёр на язык, Лед, - сказал стоявший рядом Арм. - Хорошо, что меня ты так не ненавидишь.
   - Да ну, выделываются тут, чуть ли не покровителей из себя корчат. А сами твари в нас бездушные инструменты по добыче золота для казны ордена видят. 
   - И это ты на вахту не ходил ещё! - хохотнул Арм. - Точно говорю, скоро на этом месте будут либо храмовники, либо ты. Последнее вероятней, что в общем-то печально.
   - Посмотрим, - хмуро пробормотал Лед. Куда теперь. 
   - Здесь есть по паре тренировочных комнатушек для каждого номера боя. Наш номер восемь. Вызвал ты. Пошли, я знаю где это. Разомнёшься как следует часок, потом будем ждать. Там пол песчаный - пообвыкнешь. Оружия и шлёма правда не выдают заранее.
   - Слушай, а почему Срама по кличке храмовники зовут?
   - Так он сам и записался так. Он на радостях исцеления и кличку свою полюбил. А может имячко у него ещё похлеще было - кто же знает? О прошлом тут не часто говорят. Вот о твоём прошлом я почитай и не знаю.
   - А я твоё, - парировал Лед.
   - Когда-то сядем - поговорим, - пообещал Арм.
   - Договорились.
   * * *
   - Бой легионеров двадцать седьмого барака. Лед против Срама. До начала боя сорок ударов. - рокотал голос отражаясь от трибун.
   Шлём Леду одели заранее, застегнув ремнём под подбородком, а саблю выдали только после объявления боя. Лед взмахнул ею пару раз под внимательным взглядом храмовника. Баланс не очень, но схож с тренировочными мечами - и на том спасибо.
   - Вперёд! - выкрикнул тот, и Лед направился навстречу приближающемуся с противоположного края Сраму. Магические огни ярко освещали песок Арен, но не слепили. На трибунах слышались разговоры. Лед, мельком мазнув взглядом, заметил, что храмовники внимательно следят за поединком. Видимо прицениваются. Ставки на арене - способ обогащения для самых хитрых и умных служителей Атката. 
   Они закружили по песку, не обмениваясь ударами. Потом Срам ударил справа и Лед легко парировал. Следующий удар справа нанёс Лед. И тут Срам в длинном рывке сделал колющий удар в живот. "Это же запрещённый удар" - отчаяние резануло по сердцу. Лед попытался уклонится и одновременно нанести максимальный удар по плечу соперника. Рука Срама отлетела отрубленная под корень, но острая боль обожгла живот и в глазах у Леда потемнело. Последнее что он увидел - довольное лицо Срама и потом приближающийся песок арены.
   - Победил гладиатор Срам, - прозвучало в тускнеющем сознании.
   * * *
   - Разрешите доложить! - Фарт вытянулся струной. Впервые в его карьере сложилась ситуация, когда он смог нарыть столько сведений, раскопать всех фигурантов и получить настолько странный результат. Для человека с менее устойчивой психикой... хотя Фарт таковым не был. И на нервы пока не жаловался. Пока.
   - Докладывай! - гулко произнес Бъёрк. Лицо начальника главного отдела тайной службы в Арзаруме было усталым. 
   - Дело об убийстве полицейских Арзарумского департамента в харчевне "У бога за пазухой" что на триста двенадцатой лиге от Арзарума по Релаумской дороге.
   В процессе сверки данных по опросным листам было выявлено, что Орс из канавской деревни Мелкие Хлебцы не останавливался в харчевне "Топор", как утверждал на первом допросе. Срочный запрос в Канаву по дипломатической линии показал, что ни Орс, ни указанный им в качестве отца Свит никогда не проживали в указанной деревне. 
   Опрошенный в харчевне "Топор", арзарумский купец Ложе сообщил, что про убийство полицейских слышал, произошло оно в харчевне "У бога за пазухой", но местные отмалчиваются и ведут себя необычно. Из других странностей он сообщил следующее: "По пути каравана в Канаву он запомнил в оной харчевне юношу, занимающегося мелкой обслугой, которого ранее в харчевне не встречал, хотя останавливается там регулярно при каждом торговом походе. На обратном пути юноша отсутствовал. Приметы юноши полностью совпадали со скудным описанием, приложенным к протоколу первичного допроса Орса из Канавы. Были запротоколированы детальные приметы названого юноши. Имени купец не знал или не запомнил.
   При оперативных мероприятиях в самой харчевне "У бога за пазухой" её хозяином были представлены трупы трёх полицейских. У старшего группы Блова обнаружено смертельное стрелковое ранение в грудь в районе шеи. Спереди. У специального оперативника Лозакоса стрелковое ранение в бедро, так же спереди. После его разрубили мечом наискосок от основания шеи. Полицейский Ксир убит ударом в грудь. Болты и оружие предоставлено не было.
   - Стреляли спереди, - многозначительно сказал Бъёрк. - Лозакос его видел. Непростой стрелок. 
   - Именно. Никаких пояснений по инциденту хозяин и его работники не дали. Так же выяснилось, что описанный купцом юноша исчез и местные категорически отказывались о нем что либо сообщать. Следуя инструкциям средства давления не применялись. Следов божественного или магического вмешательства не обнаружено. Целенаправленный опрос караванщиков подтвердил факт появления и исчезновения юноши, а также удалось выяснить его имя - Серый. Было составлено детальное его описание.
   - Исчез значит, - пробормотал Бъёрк, - да он сбежал после соучастия в убийстве полицейских, гад такой?
   - Я пришел к тем же выводам.
   - Но как они умудрились такую засаду нам устроить? Неужели Керол переиграл нас? Он же рвань бандитская!
   - В этом деле столько странного, что я предпочел бы излагать по порядку.
   - Продолжай.
   - Дальнейшее пребывание на Релаумской дороге я посчитал нецелесообразным и, отдав распоряжения, спешно отправился назад а Арзарум. 
   По прибытию было получено дополнительное описание Орта из Канавы у дознавателя Торвы. Сличение описаний показало высокую степень вероятности, что Орт и Серый это одно лицо. Также я  сразу велел взять под стражу Штица, помогавшего при организации операции по поимке главы бандитской тени Центрума по имени Керол. Но тщательный розыск не дал результата. Штиц исчез.
   - Хгрм, - прочимстил горло начальник главного отдела, но промолчал.
   - Также мною было отдано распоряжение провести вторичный допрос Орса, он же предположительно Серый,  в моём присутствии, и перевести его на особый режим содержания. Но провести допрос не представлялось возможным. Орт Серый так же исчез. 
   - Опять?! Пропал из Арзарумского Бастиона?!!
   - Расследование показало, что он находился в одной камере с магом Рибом в момент побега последнего. О деталях побега, насколько мне известно вы осведомлены? - Бъёрк кивнул, и Фарт продолжал: - Пока мною не было проведено следствие и отправлен запрос на дознание, факт побега особы, называющей себя Ортом или Серым, из-за неразберихи после побега Риба, обнаружен не был. В связи с открывшимися обстоятельствами и важностью отслеживания всех связанных с расследуемым мною делом магических следов, были объединены следствия по делам об убийстве полицейских в Релауме и побег из Арзарумского Бастиона. 
   Никаких связей Лозакоса и Риба выявлено не было. Их интересы не сталкивались и не пересекались.
   Исходя из предположения, что после побега Орс Серый попытается связаться со своим подельником Керелом, были опрошены информаторы в Центруме. Многие из них показали, что, незадолго до инцидента, местные теневые велели сообщать им о появлении человека по имени Серый. Бармен в харчевне "Сломленный якорь" Дикс показал, что в день побега мага Риба в харчевню заявился юноша, отвечающий всем, ранее полученным из различных показаний, приметам и назвался Серым. Бармен сообщил теневым и вскоре за Ортом Серым пришел местный беспризорник известный под кличкой Медяк. Многие свидетели видели его вместе с Ортом Серым на рынке Семи Якорей в течении длительного времени.  Тут же был объявлен розыск Медяка, но он не дал результата. Беспризорник исчез безследно. 
   - Фарт, ты издеваешься?
   - Даже еще не начинал, - печально ответил оперативник.
   - О как, - ошарашено пробормотал Бъёрк, - ну продолжай.
   - Попытка выяснить подробности у информатора Дикса провалилась. Бармен "Сломленного якоря" исчез. 
   - Фарт, ты мне только скажи: в твоем расследовании есть фигуранты, которые не исчезли?
   - Нет. Не считая меня и дознавателя Торву.
   - О как, - Бъёрк ошарашено смотрел в пустоту, потирая гладко выбритый подбородок, - ну продолжай, - как то обреченно бросил он.
   - Следствие попыталось выйти на второго, предположительно главного фигуранта дела, главу тени Центрума Керола. 
   - Но он исчез! - хрипло гаркнул Бъёрк.
   - Да, но на этот раз не совсем бесследно. Он ушел в глубокое подполье. По слухам, он продолжает управлять тенью, но никто из достоверный свидетелей его уже длительное время не видел. 
   - Уже прогресс. 
   - Розыски мага Риба также не дали результата. Хотя достоверно известно, что к нему вернулись его магические силы, он предпочел скрыться. Текущее его местоположение неизвестно. Его приемник темный маг Юл, который был замечен в поклонении богу коварства Тросту на алтаре, после ареста мага Риба также исчез. 
   - Удиви меня больше. Кто еще исчез в этой жуткой истории? 
   - Расследование однозначно указывает, что исчез Трост, бог коварства. В этом нет сомнения. Природные феномены, наблюдаемые многими одаренными и не только, свидетельствуют о гибели бога в день совместного побега Орса Серого и Риба.
   Замерший на какое-то время в оцепенении начальник главного отдела тайной службы в Арзаруме, начал витиевато матерится. Медленно и с расстановкой акцентов. Закончив он обратился к Фарту:
   - Надеюсь это все исчезновения в этом деле? А то, после исчезновения бога я всерьез волнуюсь за Арзарум. Он то пока на месте.
   - Нет.
   - Что???!!!
   - Это не все исчезновения. Главный фигурант Орс Серый бесследно исчез в третий раз и похоже окончательно.
   - Ну и отлично. Фарт, это самое успешное и обширное ваше расследование с нулевым результатом. И хорошо, что оно закончилось. Очень надеюсь, что этот Орс Серый в Арзаруме больше не появится. 
   - После вскрытия всех фактов я направил запрос в департамент Верховного мага Арзарума. В ответе указывалось: "Одна или более из указанных сущностей находятся вне компетенции Королевской магической службы Пикасто. Их тесная взаимосвязь между собой делает участие королевских магов в расследовании непредсказуемым и потенциально опасным для государственной безопасности. Запросы любого рода по данному делу отклоняются." Нам тоже расследование закрывать? 
   - Чёртова белая кость! Удобно устроились. Магическая госбезопасность умывает руки. Как знакомо!
   - Каковы будут ваши указания?
   - По Керолу продолжаем. И по Рибу, но пассивно. Продемонстрированный уровень силы выводит его из-под нашей юрисдикции. Он наверняка и есть та самая сущность вне компетенции безопасников. Всплески новых исчезновений нам не нужны. При появлении Орта Серого в сфере интересов наших служб в Арзаруме докладывать незамедлительно. Розыскные мероприятия в его отношении прекратить. Это слишком мутная личность. Подготовь доклад в королевскую службу полиции и магическую безопасность. Чует моё сердце, прячутся эти двое, опасаясь появления третьего. И этот третий - Орт Серый. Будем надеяться, что он покинул Пикасто и никогда сюда не вернётся.
   - Я вас понял. Разрешите идти?
   - Иди. И, Фарт, ты это, - саркастично бросил в спину Бъёрк, - не пропадай.
   - Вы тоже, - невесело ответил Фарт.

* * *

   Очнулся Лед, когда Срама уже видно не было. Его самого вели к знакомым воротам, где ожидал грустный Арм. "По моему он выглядит виноватым?" - подумалось Леду.
   - Арм, это был запрещённый удар!
   - Знаю. Тут моя вина. Ты новичок, не прошедший вахту, без срывов, вот он и рискнул. Удары никакие не запрещены, просто если убьёшь соперника - тебе хуже. Упустил я этот момент и защиту от колющих ударов тебе толком не поставил. 
   - Вот он сволочь! 
   - Лед, раньше бы я сказал, что твоё поражение - это очень плохо. Но сейчас я скажу, что это просто плохо. Ты готов в следующем бою побеждать любого из наших, кто бы тебя ни вызвал. А коварство. Что же - теперь ты к нему больше подготовлен. Потратим день на постановку тебе защиты от запрещённых колющих. Да прямо сейчас этим и займёмся. Пошли в центр. 
   - А руку я этому гаду отрубил. 
   - Да, здорово ты его достал. Жаль, избежать удара в живот, у тебя шансов не было. - и Арм опять вздохнул, явно укоряя себя за ошибку. - Но Срам удивил. Он сумел просчитать, что ты сильнее и использовал единственный шанс. Видел, что я тебя к колющим совсем не готовлю. Умнее Срам оказался, чем я думал. Молодец.
   - Таких бы молодцов, да куда подальше, - недовольно проворчал Лед. 
   - К сожалению тут тебе если на кого и злиться, так это на меня.
   - Ладно, разберёмся. Ещё вернётся очередь и к этому молодцу.
   - Правильный настрой, - хохотнул Арм.
   На выходе Лед получил серебряный за бой. Жаль не золотой, но землю рыть теперь не придётся. И ещё ему сообщили, что к своёй текущей очереди двадцать один, он получил дополнительную под номером двадцать девять.
   - Срам не только проигрывал. Запас прочности у него был. Теперь у него очередь за сорок пожалуй, - пояснил Арм. - А у тебя следующая очередь сорок пять и так по двадцать четыре добавляешь.
   На пол пути их догнал храмовник и сообщил, что Рейд вызвал Леда на поединок, и он состоится на шестой день. Ну что же - вполне ожидаемо. Стервятники бросились на легкую добычу. Вот только насколько она окажется легкой зависит в первую очередь от Леда. А поражения ему больше ни к чему.
   - Арм, а почему гладиаторы сражаются только саблями?
   - Чтобы уменьшить смертность. Как ты топором или боевым молотом нанесёшь не смертельный удар по человеку без брони? Особенно если он сам смерти ищет? А то же копьё? К тому же им самому убиться - раз плюнуть. Не говоря уже про всякие кинжалы.
   - Так и саблю если в зубы остриё взять и на землю кинуться...
   - Кто же тебе даст? Длина сабли такая, что остриём, не отпуская рукоятки, ты себя смертельно никуда не ткнёшь. За боем следят. При любой попытке убиться сперва нашпигуют болтами руки, ноги, затем вылечат, а после уж мало не покажется. Лучше срыв. 
   - А щит почему не дают?
   - Тоже для уменьшения смертности.
   - Это как? - опешил Лед.
   - Ну вот рубка со щитом как выглядит? Со всего маха лупишь по щиту, отсушивая руку противнику и изматывая. Со щитом, без запрещённых ударов, бой будет долгим и нудным танцем. Был период, пару сотен лет назад, когда когда колющую кромку меча закругляли и затупляли. Зрелищность боёв между чемпионами упала настолько, что на арены никто не ходил. Храмовники маялись. Говорят спивались, до сих пор анекдоты ходят. В общем вернули колющие кромки, а новичкам инструктаж сделали обязательным делом. С наставников строго спрашивают. 
   - Ясно. А неплохо было бы научится пользоваться и другим каким оружием.
   - Лед, чем дольше с тобой общаюсь, тем больше убеждаюсь, что ты даже не сомневаешься, что покинешь это гиблое место живым. И как-то всё больше верится, что ты это сможешь. 
   - Ну а что? Нам оставили два варианта: пытка болью при сборе кристаллов или пытка болью в застенках храмовников. Даже возможность умереть у нас отбирают всеми способами. И нам смириться?
   - Знаешь, если что, я в деле.  Не бросай меня здесь, - засмеялся Арм.
   - И на пытки к храмовникам тебя с собой прихватить?
   - Ну если так дела обернутся, то куда деваться? - уже серьёзней ответил наставник.
   - Договорились.
   - Смотри и запоминай как от колющих отбиваться. Тут не только блоки важны, надо ещё и не давать возможности нанести сам удар из удобной позиции. 

* * *

   Через пару часов в зал ввалились весёлая пятёрка гладиаторов двадцать седьмого барака. Рука Срама была на месте, и никаких следов, что Лед недавно её отрубил, не осталось. Заметив, что Арм с Ледом отрабатывают колющие удары и защиту от них, Рейд весело заорал:
   - Арм, дружище, после боя мечами не машут!
   - Ничего, пусть видят, чем мы заняты, - пробормотал Арм Леду, - Меньше желания будет использовать против тебя запрещённые удары.
   Срам в прибывшей компании радовался меньше других. Создавалось впечатление, что победил сегодня Рейд.
   Когда Лед выполнял очередную пробежку вокруг тренировочного центра к нему присоединился Срам.
   - Ты можешь считать меня подлым, но я использовал единственный шанс. Увидев, как ты с Армом палками стучишь в первый же раз я понял, что победы мне не видать. Но я тебе вот что скажу: остальная четверка тебя почему-то недооценивает. Рейд в том числе. И я не собираюсь его переубеждать. А я вижу в тебе будущего чемпиона барака и шанс на спасение нашей бригаде от вахт. Так что ты конечно можешь держать на меня зло, но надеюсь после следующего нашего сражения и моего поражения тебя попустит. 
   - Ладно, поглядим. Не ареной единой живут старатели, - Лед всё же не до конца остыл после поражения.
   - Это точно. Если что, между этой четверкой во главе Рейда и тобой с Армом, я выбираю вас. 
   - А храмовники могут и руку отрастить? - не выдержал и спросил Лед?
   - Вырастить нет, а прирастить обратно да. - поморщился Срам неприятному воспоминанию. - Есть пара старателей, с откушенными по локоть руками. Так и ходят калеками.
   - Без рук?
   - Нет, с одной рукой. Без рук они храмовникам зачем нужны?
   Леда снова передёрнуло от ненависти. Их держат за скотов.
   Весёлая компания вскоре ушла, и Арм с Ледом провели плотный спарринг. Лед всё четче видел и даже чувствовал движения соперника, тело реагировало автоматически вскользь отражая удары. Изредка Арм применял колющие удары, их отражать было пока сложнее. Но Лед постепенно начал держать дистанцию и не сближаться в позициях, удобных для колющего выпада. У Леда стала получатся одна довольно сложная комбинация, и Арм был неимоверно доволен.
   Вернувшись в барак на завтрак Лед заметил, что многие его встречают печальными взглядами. 
   - Похоже многие возлагали на тебя надежды, - сказал Арм. - Всем хочется пропустить с десяток вахт.
   После завтрака к Леду снова подошли  Стик и Винт.
   - Мы слышали ты проиграл сегодня? - сказал Винт. Оба были явно растеряны.
   - Не учли с Армом колющие удары. Они названы запрещёнными, но по сути не запрещены. Я этого не ожидал. А вы нашли желающих? Или передумали?
   - Никто больше не хочет. - Стик саркастически глянул в сторону старателей, стоящих группами у входа в барак, - говорят гиблое дело. Тем более теперь. Мы вот думаем, может нам до результата твоего следующего боя подождать?
   - Подождите. Только вам физическую форму терять не желательно. Нам её на галерах здорово подняли.
   - Так что же делать?
   - Ну как минимум бегать. Можете со мной. Я перед обедом бегаю регулярно. Вместе веселее будет.
   - Договорились, завтра мы с тобой.
   - Добро.
   "Что-то народ ко мне потянулся. То ли я стал проще некуда, то ли мой настрой их и правда притягивает? Главное, чтоб этот настрой после вахты не растерять." 
   Усталости не было, но заснул Лед быстро.

* * *

   Бегать втроём оказалось не то чтобы веселее, но разнообразней. Пару раз побегали наперегонки, но в основном двигались гуськом, чтобы оставаться в узкой тени зданий. Поговорить на бегу желания не возникало, да и возможности тоже. Идя шагом после очередного рывка, Лед в очередной раз вспоминал о доме. "А ведь навыки рукопашного боя в условиях жёсткого контроля оружия не менее полезны, чем владение саблей, а может и более. Бокс не самый эффективный вид спорта для уличных драк, но хорошо поставленный удар может здорово решить дело". 
   - Парни, как вы смотрите на то, чтобы я вас пока немного потренировал рукопашному бою? И форму поддержите и к арене подготовитесь. Реакцию поднимите.
   - А ты мастер в рукопашном бою?
   - Скорее не в рукопашном, а кулачном. И не мастер вовсе. Но что-то умею и вас научу. А пригодится ли - время покажет.
   - Мы согласны, - очень серьёзно сказал Винт. Стик кивнул.
   - Тогда начнём со стойки. Она в принципе и для фехтовальной манеры боёв на арене больше всего подходит, только без щита она обратная. правой рукой вперёд. А в кулачном вперед левая рука идёт.

* * *

   Тренировки превратились в череду пряток. В присутствии остальных гладиаторов они не спеша отрабатывали сложные удары и комбинации, которые давались Леду уже не с таким трудом. Он преднамеренно делал их медленно и неуклюже. Так же устраивали неторопливые спарринги, демонстративно вставляя в них колющие выпады и удары наотмашь, под жёсткие блоки и отскоки. Опыт Рейда отбрасывать нельзя. Можно ждать любых неожиданностей. Арм намекнул, что обучал когда-то Рейда не с нуля. Было заметно, что какая-то школа боя у того имелась ранее. Многие попали в крепость с большой дороги. Хотя, чтобы напасть на храмовников, надо быть, конечно, болваном. Но в том, что идиотов хватает, Лед был уверен. На собственном горьком опыте.
   Понимая, что спорить с Армом по поводу конспирации глупо, Лед старательно скрывал свои достижения от будущих соперников. Хватит и того, что самоуверенность привела его к прошлому поражению. Был бы он осторожнее, и Срам не достал бы его, даже запрещённым ударом.
   Оказываясь в зале без свидетелей они начинали жесткие спарринги, где Лед нередко применял сложные комбинации, доставая Арма всё чаще. И хотя Арм тоже частенько подлавливал увлёкшегося Леда, ему это удавалось всё реже и с всё большим трудом. На третий день тренировок Арм велел взять меч в левую руку. Темп у Леда упал многократно, но это вызвало ещё больший азарт у него. Ощущение, что всё получается, осознание своих огромных возможностей - пьянило. "Не зазнавайся! Не повтори ошибку первого боя. Не переоценивай себя," - твердил Лед в такие моменты.
   Винт и Стик полностью воспринимали его как наставника. Они увлечённо погрузились в изучение кулачных поединков и делали некоторые успехи. Лед в коротких спаррингах освежил свои навыки и понял насколько он действительно быстрее местных. На земле он никогда так просто не читал противника. Его превосходство в скорости реакций становилось для него всё более очевидным. Особенно это проявлялось в рукопашной, где его движения отрабатывались три долгих года, а не меньше двух недель, как в сабельных поединках.
   На что-то кроме тренировок не оставалось времени и дни, а точнее ночи летели стремительно. 

* * *

   В последний день перед боем на арене Лед, проснувшись, увидел огни магических светильников, вместо полумрака, разрываемого солнечным светом из узких окон и распахнутых ворот. На этот раз ворота были закрыты.
   - Буря, - сказал Леду Сквад - сосед с нижней койки, когда тот спрыгнул вниз с крайне озадаченным лицом. - Повезло бригадам в ближайшие дни.
   - Они не выходят на вахту?
   - Выходят, но там в основном разведка. Будут искать где новое плато, открытая порода без барханов песка. А вот когда найдут - будет жёстко. На новом месте больше кристаллов, больше срывов. И мы получим норму по полной.
   - Норму? - удивился Лед новому слову.
   - Больше пяти срывов за вахту не положено. На старом плато и один срыв был редкостью. Может повезёт и получим большую сцепку. Пропуск вахты нам бы не помешал после бури.
   За стенами барака завывал ветер, по стенам секло песком. 
   - Это обычно надолго?
   - По разному, но к ночи всегда стихает. 
   - Накрылись бани, - сказал Арм, когда Лед нашёл его играющим в Шквал с соседом. Поле было грубо нарисовано прямо на циновке, покрывающей койку. 
   - Я бегать наверно не смогу? 
   - Да там и ходить сейчас без шарфа тяжело. - буркнул сосед Арма, имя которого Лед не помнил.
   - А что с обедом? И тренировкой? - не отставал Лед.
   - Обед прямо в барак завезут, а на тренировку пойдём как стихнет. Как солнце сядет всё уляжется. - задумчиво ответил Арм, переставляя крупную чёрную фишку.
   Неожиданно кто-то тронул Леда за плечо. Обернувшись он увидел Срама. Мотнув головой тот предложил отойти в сторону.
   - Лед, хочу тебя предупредить. Рейд как будто с ума сошёл. Ведёт себя странно, никогда его таким радостным не видел. Он по прежнему считает, что ты ему не соперник. Но он что-то задумал. Всё кричит, что за руку мою тебе отомстит. Его уже и  Гнол с Зевом сторонятся. Будь осторожней.
   - Буду, - мрачно ответил Лед. 
   И вот как к этому относится? Срам сразу дал понять, что на стороне Леда, но всё же он из компании Рейда. Вроде бы предательство. Так он может и Леда сдать. Надо с Армом переговорить, как тут со стукачами. Если организовывать тот же бунт, то надо бы знать с чем столкнёшься.
   Под вечер распахнулись ворота и ламы втащили фургон. Ворота сразу захлопнули, но воздух барака успел наполнится неприятной пылью. Многие закашлялись и костерили Пузыря за медлительность. Тот уныло отругивался, не снимая шарфа. Поели без аппетита.  На зубах похрустывал песок. 

* * *

   Спустя пару часов завывания затихли и они с Армом пошли на тренировку. Ноги вязли по щиколотку в песок, кое-где намело небольшие барханчики по колено. 
   - Много песка от бури нанесло. - сказал Лед, подбрасывая носками ботинок небольшие облачка.
   - Шутишь? Это мелочь. Если бы храмовники не держали щиты всю бурю, то нас бы по крыши занесло, а то и больше.
   - Ничего себе. А чего полностью не перекроют? Энергии же полно.
   - Да вроде нет таких сильных магов, чтоб настолько плотный щит держать. Они и так 5-6 щитов отдельных держат, ещё и перезаряжают чуть ли не поминутно. Но не всегда успевают и в этот момент песка подбрасывает. А уж ветер его разносит по крепости.
   Ближе к центру начали попадаться группы старателей, которые под присмотром монахов грузили короткими совками песок в телеги, запряжённые всё теми же ламами.
   - Арм, а есть награда за то, что сообщишь храмовникам о заговоре или подготовке побега?
   Лицо наставника выражало крайнюю степень изумления и даже испуга.
   - Лед, ты что, песка объелся? Про кого ты сообщать собрался? - ошарашено спросил Арм.
   - Ты головой ударился, Арм??! - Лед был шокирован предположением Арма не меньше. - Я спрашиваю, есть ли информаторы у храмовников среди старателей, и стоит ли опасаться предательства, если организовывать что-то против монахов.
   - Фух, умеешь ты задать вопрос по тупому. У меня чуть сердце не встало. Балбес! - облегченно проговорил Арм. - Нет, ничего такого. Никаких поблажек не обещают, да и перед срывами все равны. Не слышал ни разу, чтоб храмовникам наши в уши дули. Да им на заговоры плевать. Они уверены, что шансов никаких, а лишняя надежда у старателей, это значит дольше протянем и больше кристаллов соберём для этих тварей.
   - Значит стукачей точно нету?
   - От срывов не освобождают, а другого поощрения тут никому и не нужно. После первого срыва сам поймёшь. - мрачно пробормотал Арм.
   - Просто про планы Зенга храмовники как-то узнали же? Вот я и подумал...
   - Зенг открыто нарывался, приказы не выполнял, бежать пытался, при храмовниках орал про бунт. К его бы запалу да умение не лезть на рожон. А ещё бы не помешало, чтобы он знал, как вывести из строя Силовые башни. Против магии и мечей с арбалетами голыми руками не сильно повоюешь.
   "Надо после боя разобраться с обстановкой в крепости, с башнями этими. Торта поспрашивать," - решил про себя Лед.
   - Срам сказал, что Рейд что-то задумал, - вспомнил Лед разговор в бараке.
   - Рейд сам не свой последнее время, это правда. Ты его победить можешь, это точно, держи оборону подольше, потом постепенно наращивай натиск. А то, что он что-то задумал... Если можешь быть ещё осторожней - будь, что тут ещё скажешь. Возможно его и правда накрывает кристаллическое безумие?

* * *

   Последняя тренировка перед ареной протекала как и все предыдущие. Правда ни Рейд, ни остальные гладиаторы так и не появились и высокий темп спаррингов заставлял всё чаще отдыхать. Под утро Арм вымотался пожалуй больше Леда, хотя отдыхал он не на пробежках, как Лед, а оставался в зале. 
   После одной из пробежек детально обсудили будущий поединок. 
   Основная тактика на бой - затянуть сражение, заставить Рейда выложится в атаке и после этого начинать постепенно применять контрудары по ногам и кистям. Держать дистанцию и не забывать про колющие удары.
   Если Рейд не пойдёт в атаку, а уйдёт в глухую оборону, то начинать атаковать его качелями, опять же атакуя ноги и кисти. Темп наращивать тоже ближе ко второй половине поединка. И стараться не показывать свою полную скорость. 
   В случае использования Рейдом боя от обороны с редкими выпадами, пытаться словить его на этом снова же метя в руки. Если не удастся, то наращивать скорость. 
   - Может перед самым боем сходить в бани? - предложил Лед. Неделя тренировок чувствовалась и хотелось как следует вымыться.
   - Бани слишком расслабляют. Ни к чему это перед ареной. Сам же говорил, что Рейд что-то задумал. Зачем этот лишний риск? Пойди в стирку, и умоешься до пояса и одежда чистая будет, да и голову вымоешь. В случае победы у нас принято выставляться. На два медяка возьмешь вина и золотой потом останется.
   - Так больше, чем золотой старателю иметь же нельзя, разве нет?
   - Так ты гладиатор, а не только старатель. Выигрыш с арены можно забирать не сразу весь.
   На обратном пути песка на улицах уже почти не было. В направлении храма виднелась повозка со стоящими рядом монахами. Вокруг них в сете магических светильников искрились вихри песка. 
   - Остатки выдувают. Чистюли.
   - А почему весь песок так не выдуют? - удивился Лед.
   - Старателям как-то монеты зарабатывать надо? Да и Торт рассказывал как-то, что магия перемещения песка и камней всяких - самая тяжёлая. Короче, я так понял, одной магией они загнуться вычищать тут всё.Вот смотри - тут стирка. Завтра меня не буди, сам сходишь до обеда. Я высыпаться буду. Не могу во время бури спать. А привык поваляться. Старость, видать, - усмехнулся Арм.
   - Выберемся отсюда - ещё внуков нянчить будешь.
   - Это надо сперва выбраться. А потом детей завести. 
   В бараке, когда Лед уже улёгся спать, его накрыл мандраж. Провалявшись битый час и прокрутив и так и этак варианты предстоящего сражения он всё таки провалился в сон.

* * *

   Перед обедом была уже привычная жара. После быстрой пробежки и короткой рукопашной разминки со своими двумя учениками, Лед рванул мыться. Плащ с ботинками стирать не стал, только куртку и штаны. Высохнуть они не успели, но за время обеда и по дороге к арене горячий воздух пустыни их досушил. От влажной одежды Леда потряхивало даже на жаре, но после стало ясно, что мандраж, не дававший заснуть не прошёл. Стараясь глубоко дышать, Лед пытался унять дрожь. Перед первым боем было спокойнее. Арм то ли не замечал состояние Леда, то ли не подавал виду.
   Через знакомый проход они зашли во внутренние помещения арены. Знакомый храмовник, увидев Леда с Армом, поморщился, бегло осмотрел его и быстро подлечил. "Обидчивый," - усмехнулся Лед.
   - Твой бой с Рейдом второй. Тебя вызовут. - и Арм повёл его к нужной комнате.
   Внутри комнаты Лед, раздевшись до штанов, сразу начал разминку - на второй бой могли позвать и через десять минут.
   - Как думаешь, что мог задумать Рейд? 
   - Лед, не забивай голову, тут трудно угадать, особенно если у него голова поплыла. А может он просто тебя на нервы берёт? И попросил Срама тебе такое сказать. А может и Сраму наврал специально. Не отвлекайся на эту ерунду. Будь в бою внимательнее, а сейчас разминайся.
   Голос что-то объявлял, потом за Ледом пришёл монах и повёл к выходу на арену. Лед, на ходу застёгивая шлем, старался успокоится. Выйдя на ещё горячий песок арены он осмотрелся. Трибуны были полупустыми. С противоположного края стояли две фигуры. Монах с мечом и Рейд, поправляющий шлем.
   - Бой легионеров двадцать седьмого барака. Рейд против Леда. До начала боя сорок ударов. 
   Храмовник сунул саблю в руку и, крикнув "Вперёд!", отступил к воротам. Лед, не спеша вращая кистью с клинком, направился к центру. Горячий песок слегка обжигал ступни. 
   Лед внимательно следил за приближающимся противником. Тот шёл уверено. Сблизившись он занял стойку, больше всего подходящую для качелей и сразу нанес колющий удар. Лед спокойно парировал удар. Странное начало. Если Рейд хотел удивить, то он смог. Глупостью.
   Но это было только начало. Рейд начал агрессивно атаковать качелями, нанося то колющие, то очень сильные рубящие удары. Все они были запрещённые и парировать их все было довольно сложно. Особенно, если не наносить ударов в ответ. А сила ударов Рейда всё нарастала. Лед попытался обойти противника, но только сильнее открылся и получил царапину на кисти правой руки. 
    "Надо тоже в стойку качелей становиться, а то теряю в дистанции и силе ударов," - решил Лед.
   Противостояние становилось всё более силовым со стороны Рейда. Лед не применял колющие удары, только рубящие. Дистанцию лёгкими ударами сохранять становилось всё тяжелее. Вскоре Лед понял, что его зажимают к краю арены. Хорошо, что царапина оказалась совсем не глубокой и почти не кровоточила. Лед старался не наращивать скорость, но ему не нравилось, что Рейд навязал ему свою тактику. Так и пресловутый сюрприз можно пропустить. 
   Двумя сильными ударами Лед отогнал Рейда и сумел быстро переместится с краю арены, постепенно отступая к центру. Похоже Рейд решил взять силой. Не используя колющих ударов по ногам атаковать было невозможно, а рубящие по кистям не достигали цели. Отступая Лед снова оказался в центре арены и в это время Рейд удвоил натиск. Удары сыпались всё сильнее, парировать их скользящими блоками становилось всё сложнее. "Пожалуй, без наращивания скорости, в этом силовом противостоянии мне не победить. Ничья - это тоже поражение".
   Парируя и нанося удары Лед искал вариант резкой контратаки и плевать на конспирологию. Внезапно, вначале сильного контрудара Леда, Рейд резко мотнул головой, ловко сбросив шлем и, подогнув колени, бросился вперёд подставляя незащищённую шею и голову под удар. Лед среагировал, но погасить силу удара не успевал. До спазма выкрутив резко кисть, он сумел развернуть саблю плашмя  нею приложил Рейда по виску. Тот опрокинулся на бок, а Лед отскочил назад. Мышцы предплечья разрывала режущая боль. Они как-то очень неудачно захлестнулись. Рейд сидел на песке и оглушёно тряс головой и к нему уже бежало четверо монахов. Сзади к Леду подбежал монах и забрал у него саблю. 
   - Попытка самоубийства! - пророкотал глашатай арены.  - Победил гладиатор Лед! Рейд навечно исключается из гладиаторов. 
   Четвёрка монахов уже уволокла Рейда в ворота арены. Лед растеряно оглянулся по сторонам. Монах, забравший у него саблю указал ему на второй выход с арены и сказал:
   - Выходи, не задерживай, победитель. - в последнее слово он вложил очень много сарказма.
   В воротах храмовник-лекарь, взглянув как Лед баюкает руку, выполнил над ним несколько пасов и болевой спазм тут же пропал. Арм также стоял в воротах. Он с тоской и отчаянием смотрел в ворота, за которыми исчез Рейд.
   - Арм, ты чего?
   - Похоже? Рейд и правда свихнулся. Ему сейчас не позавидует никто. Жаль мужика. Ещё одного доконала эта проклятая крепость. А ты, Лед, молодец. Чётко среагировал. Только твоя реакция и спасла. Я сперва думал, что за такой шквал запрещённых ударов бой прекратят и Рейда исключат из гладиаторов. Так было бы лучше всего. И для всех.
   - С ним будет то же, что и с Зенгом? 
   - Да, только Зенг крепкий, как гвоздь. Был. После каждой пытки храмовников он здорово менялся. Страшно подумать, что будет с Рейдом. Ведь он себя почитай похоронил. У него повышенная чувствительность к боли. Ещё когда я его тренировал, сильный удар тренировочным мечом его выгибал дугой. Если на вахте он не терял сознание до самого конца - это была большая редкость. Он поначалу довольно высокомерным был, возможно из благородных кровей. После первого и единственного срыва он три дня сам не свой был, почти не вставал с койки. Потом как заведённый взялся за тренировки. И вышел в лучшие гладиаторы барака. Но от вахт ему было не избавиться. Возможно, мы его больше и не увидим.
   - А если бы ему удалось, то сейчас бы меня храмовники волокли на пытки.
   - Лед, я его не оправдываю, - печально ответил Арм. - Подло он поступил. Но, боюсь, если его вернут в барак, то ненавидеть ты его не сможешь. Отмечать твою победу пока не будем, если ты не против, Лед. Подождём, пока Рейда храмовники отпустят. Если выживет.
   Лед из-за поединка забыл про традицию выставить гладиаторам вина за первую победу. Всё таки бой с Рейдом оказался той ещё встряской.
   - Конечно! - согласился Лед, заканчивая одеваться.
   На выходе храмовник сообщил, что две очереди Леда на срыв переносятся Рейду. Увидев медные монеты на фляге, он уточнил, что победитель может придти за золотым позже. Лед мотнул головой, и они вышли с арены.

* * * 

   Лед ненавидел храмовников. Но это была какая-то неполноценная ненависть. Умом он понимал, что они его тюремщики, что используют старателей как скот. Но Керола он ненавидел больше. Захвати вдруг крепость и уничтожать всех храмовников Лед бы не смог. Особенно безоружных. А вот у Керола шансов выжить при встрече было ноль. Даже если он будет ползать на коленях и молить о пощаде. Особенно тяжело было ненавидеть храмовников, когда они тебя лечат или кормят. В такие моменты Лед чувствовал себя неблагодарным гадом, что вызывало жуткий дискомфорт.  Условия то вполне терпимые, как для самой страшной каторги в мире. Леду приходилось заставлять себя ненавидеть храмовников. Он понимал, что на вахте всё может изменится, но пока у него была, так сказать, платоническая ненависть к служителям Атката.
   Когда он увидел Рейда, вошедшего в барак, он почувствовал совсем другую ненависть. Она разом вспыхнула пожаром в душе и это было навсегда. Ненависть не к Рейду, нет, а ко всем храмовникам этой жуткой пустыни. Независимо от того, кому они поклоняются, и какие порядки в их крепостях. 
   Рейд трысся мелкой дрожью, его шаги были рваными, руки дёргались хаотически. Глаза его были полны ужаса, при этом сохраняя рассудок. Он бездумно водил взглядом по бараку, казалось ничего не замечая. Вдруг их с Ледом взгляды встретились и Рейд, словно придя в себя, резко опустил взгляд. Потом он снова взглянул на Леда. Его губы явственно прошептали "прости", и он снова потерял интерес к окружающим, двинувшись к ближайшей койке.
   Лед и несколько ближайших старателей метнулись к нему, подхватывая под руки. Рейда отвели на койку и уложили навзничь. Полежав с открытыми глазами, он заснул. И больше не проснулся. 
   Это был приговор. Приговор всем храмовникам. Лед не был уверен, сможет ли он их всех хладнокровно убивать, но если будет малейшая возможность - он сотрёт каждую крепость в Кристаллической пустыне, которую удастся захватить. 
   Когда двое храмовников унесли Рейда, Арм, молчаливо стоящий рядом с Ледом и другими старателями пробормотал:
   - Гады, специально привели его. Для устрашения. 
   - Думаю, многие из них пожалеют о сегодняшнем дне.
   - Лед, не до понтов сейчас. Пошли, купишь вина, выпьем за душу павшего гладиатора. Он рвался к свободе и получил её, хоть и дорогой ценой. 

* * *

   Они собрались вместе - все шестеро оставшихся гладиаторов. Одна из больших полотняных фляг с вином уже была почти пустая. 
   Дома Лед успел познакомится с алкоголем и даже сделать для себя выводы. Выпив впервые водки в шестнадцать лет, он за год успел несколько раз здорово набраться. Но с самого начала водка ему не нравилась. Как собственно и состояние опьянения. К семнадцати годам Лед четко знал, что пять стопок - грань, на которой надо остановится. И чем раньше - тем лучше. Более того, лучше даже не начинать. Постепенно открывая для себя пиво, Лед даже в нём решил, что литр порой многовато. За последние пол года перед попаданием в другой мир Лед и не напивался ни разу.
   Вино, которое продавали в харчевнях крепости бурдюк за медяк, было креплёным. На жаре Леда быстро разобрало и он слабо помнил происходящее. Последнее яркое воспоминание - как он рвётся бить морду, проходящим по улице, монахам, а Арм с Срамом держат его за плечи, а остальные гладиаторы прикрывают собой от взглядов храмовников. Матерился он вроде не по местному. Многоэтажно. 
   Проснувшись среди ночи, которая в крепости для Леда давно стала днём, он потянулся к фляге и смачно напился. Голова трещала.
   Спустившись вниз, Лед, пошатываясь, направился к дверям барака. По пути его перехватил Арм.
   - Ну ты силён нажираться. - сочувственно похлопал Леда по плечу Арм. Скривившись от пульсирующей боли в висках, Лед только хмуро промычал что-то непонятное в ответ. - Пошли, нам в зал надо. 
   - Я сдохну там.
   - На улице прохладно, по дороге отпустит. 
   - Живодёр, - уныло пробормотал Лед и покорно побрёл за Армом.
   На улице было действительно свежо. Лед выпил ещё пару глотков воды. Чем ближе они подходили к тренировочному центру, тем бодрее чувствовал себя Лед.

* * *

   В тренировочном центре Арм повел Леда не в их обычный зал, а куда-то вглубь первого этажа.
   - Куда идём? - заинтересовался Лед.
   - Куда сам хотел, туда и идём, - усмехнулся наставник. Заинтригованный, Лед с интересом поглядывал по сторонам.
   Вскоре они вошли в зал одну из стен которого заменяла колонада и закрывала ширма. В зале находилось двое крепко сбитых мужчин. Оба молча внимательно смотрели на Леда. У более старшего и бородатого взгляд был более цепкий, словно проникающий в душу. Леду стало слегка неуютно.
   - Это Трор, - указал Арм на бородатого гладиатора с цепким взглядом, - чемпион шестого барака. А это его бывший ученик и ныне абсолютный чемпион арены Брут. Тебя они знают, вчера на арене они видели твой бой.
   Леду стало неловко, что это знакомство последовало после его трагичного боя с Рейдом. Лучше бы это произошло после какой-то заслуженной победы. Да и недавняя пьянка давала себя знать. 
   - Приветствую тебя, Лед. Арм до крепости не был воином, он был подмастерьем кузнеца. Но и он рассмотрел в тебе потенциал. Вчерашнего боя на арене мне хватило, чтобы понять, что лучшего ученика для Брута в крепости нет и не будет. Возможно никогда. - слова Трора были как бальзам на раны самолюбия, не до конца пришедшего в себя, Леда. - Поэтому Арм будет считаться твоим наставником до пяти, а точнее даже четырёх побед, а потом тебя официально возьмет в ученики Брут, - имя вызывало неприятные ассоциации у Леда, - Тренировать же тебя по сути буду я и Брут одновременно. Или у тебя есть возражения?
   От безапелляционности тона Трора у Леда действительно в душе вспыхнул протест. Да ещё и в голове шумело. Слова про Арма ему показались пренебрежительными. Последний вопрос малость остудил его. Но были возражения и менее эмоционального плана.
   - Вы предлагаете мне попытаться стать абсолютным чемпионом?
   - Да, - ответил всё тот же Трор.
   - Но вы знакомы с Тортом и его версией, что Аткат не примет победу, без согласия отдать в оплату кусок души и обещание абсолютной преданности?
   - Да, это так. Мы с Брутом в этом уверены. 
   - И он готов пойти на подобный шаг? 
   - Нет, я стану снова чемпионом одиннадцатого барака.
   - А зачем тогда я?
   - Во-первых, если абсолютный чемпион за год не подготовит смену, то он исключается из гладиаторов. Особенно много проблем, если даже не попытается. И во-вторых тренировать сильных воинов гораздо интереснее. У тебя никогда не возникало желания передать своё мастерство?
   Лед вспомнил, как выправлял стойки и поправлял удары Винту и Стику во время утренних пробежек и усмехнулся. 
   - Есть такой зуд.
   - Тем более. Опустить же руки - прямая дорога к безумию от страха и предчувствия магической боли. 
   Лед поморщился, вспомнив широко распахнутые глаза Рейда после пыток храмовников. Ненависть колыхнулась в душе. Пьянка и сон её ни капли не приглушили.
   - Ты говоришь, что Арм был кузнецом. А кем был ты и Брут, если не секрет? - немного раздражённо спросил Лед.
   - Я был старшим офицером пограничной службы Пикасто, а Брут сержантом наёмников королевской бригады Канавы.
   - А как же вы сюда угодили? Тоже через некромантов? 
   - Глупость отпрысков порой дорого обходится родителям. - сказал Трор, поигрывая желваками. Похоже тон Леда его здорово раздражал. - А Брут не рассказывает о прошлом, это его право.
   - Ясно. Я согласен. - при этих словах Арм явственно выдохнул. Да и из глаз Трота ушёл, появившийся в них, металл.
   - Показывай, чему научил, Арм. - уже улыбаясь, обратился Трот к наставнику Леда.
   Спустя пару-тройку минут Трор прервал спарринг, заявив, что они отлично показали влияние выпивки после победы на скорость и координацию. 
   - Приходите, когда проспитесь, - закончил свою саркастичную речь Трор.
   - У нас Рейд умер. Не перенёс пыток.
   - Ясно. Хороший был боец. Боль совсем не терпел. А так бы тебя, Арм, может и погонял ещё. Делают эти твари с нами что хотят. Просто бесит собственное бессилие! До завтра. Валите отсыпаться, - мрачно закончил он, берясь за меч.

* * *

    На улице было замечательно. Свежо. Голова Леда снова прояснилась.
   - Куча времени появилась. Я в барак не хочу, только выспался недавно, - заявил Лед.
   - Ты и обед и ужин пропустил, деньги на арене есть, можешь поесть в харчевне, - предложил Арм.
   - Вот веришь, вообще не хочется. Ни есть, ни морды храмовников видеть.
   - Зацепило тебя.
   - Им же хуже, - зло пробурчал Лед. - Ты прогуляться не хочешь? Я хочу оставшиеся ворота глянуть.
   - Ворота одни на востоке. Ты оттуда пришёл с этапом последним. Остальных четыре на западе.
   - А зачем аж четыре?
   - Я тебе честно скажу, - смущённо пробормотал Арм, - не задумывался. Лучше с Тортом поговори. Или даже Зенгом. Хотя, стой! Трор тебе про крепость лучше всего расскажет. Он в этом дока. Торт по магии, а Трор по военке.
   - Я пройдусь, сам тоже гляну. Ты со мной? 
   - Ну тут недалеко. Пройдусь пожалуй. Как тебе Трор и Брут, - лицо Арма светилось искренним интересом. Похоже Трор у него кумир. 
   - Пока никак. Башка не варит. Ну Брут молчун похоже.
   - Не, он обычно разговорчивей.
   Скоро впереди показались знакомые ворота, виденные им вместе с Зенгом. Да и потом именно под эту башню силы, стоящую у ворот Лед рыл подкоп не так давно. Хотя казалось, что прошла вечность.
   - Сколько нам до вахты не знаешь, Арм?
   - Двенадцать дней, - ответил тот, глубоко вздохнув.
   - А что, у каждых ворот своя силовая башня стоит?
   - Да. 
   - Так а башен зачем так много с этой стороны. 
   - В той стороне сердце пустыни. Кишит всякой нечистью.
   - На крепость нападают? 
   - Нет. Может из-за башен? Ты Торта спроси. Он в этих башнях и кристаллах лучше всех разбирается.
   - Ну пошли к следующим воротам.
   За час они добрались до последних ворот. Хмель и похмелье окончательно выветрились из головы Леда. Даже есть захотелось. Воду он допил у предпоследних ворот, так что  хотелось уже и пить. У каждых ворот, действительно, стояло по силовой башне. И по паре храмовников-стражников. Может на стенах кто прятался - видно не было. Между воротами было шагов по восемьсот. Что это давало, Лед не знал, но после смерти Рейда потребность действовать его просто распирала. Лучше иметь план, чем набросится на какого-нибудь храмовника. Но с планом пока была беда. Надо снова поговорить с Тортом. А может и с Че Геварой. Вопрос восстания перестал быть праздным для Леда. 

* * *

   Торта в бараке не было, а Че просто подтвердил то, что Лед и так уже увидел сам. Только добавил, что на стенах также есть стража. 
   - А сколько человек уже готовы восстать против храмовников? - поинтересовался Лед.
   - Да почти все готовы думаю. Только если у храмовников их магию отнять как-то.
   - И чтоб пустыню засадить садами, - усмехнулся Лед.
   - Что?
   - Не забивай голову, Че. Но почти все это как почти никто. Готовые к восстанию это те, кто получив сигнал готовы его передать дальше и со своей группой или всем бараком бросится в бой. Организации подпольной организовать не удалось - я так понимаю?
   - Не знаю как все, а гладиаторы готовы выступить по первому слову. Если магию убрать.
   - Да как же её уберёшь-то? Атката прибить что ли?
   - Ты потише с именами богов, - втянул голову в плечи Зенг. Похоже, его тоже здорово потрепали в подвалах храмовников. Три раза пытали. Рейду одного раза хватило. Правда у него были свои счёты с болью. "Твари! За всё ответите," - кулаки Леда сами сжимались от вида запуганного Зенга и отчаянно распахнутых глаз Рейда. "А ведь он невероятно крепкий мужик - этот Зенг. Но организатор так себе," - подумалось Леду.  
   Чтобы отвлечься, Лед сыграл несколько партий в шквал. Одну даже выиграл. Вскоре появился уставший Торт. Лед решил не дергать его своими расспросами, да и времени не было. Так что, наполнив флягу и позавтракав, он залез на свою койку и заснул. 
   Проснулся он довольно рано бодрым и отдохнувшим. Ещё бы - так много он не спал с благословенных земных времён. Бесцеремонно растолкав обеих своих учеников, они пошли по солнцепёку к облюбованной для тренировок улице. Жара стояла неимоверная.
   - Как думаешь, Лед, нам стоит уже записываться в гладиаторы? - задумчиво спросил Винт.
   - Ка бы да. Но тут есть момент. Тогда мне придётся ещё и вас побеждать перед поединком с Армом, - сказав это Лед сообразил, что никто из ветеранов до сих пор не вызвал его на поединок. Это было признание. Остальные ждали назначения боя храмовниками. Это могло означать только одно - никто из них не рвался выйти на арену с Ледом. 
   - Так тебе нас победить не сложно будет. 
   - Это лишнее время до чемпионства и чемпионских боёв. Победы в них позволяют пропустить вахту. Это всему бараку радость. Да и вам лишний раз получать в бою со мной очередь на срыв смысл?
   - Ну а так нас Арм раскатает. Хотя про вахту всё понятно. Лучше подождать. А когда твой следующий бой?
   - Это храмовникам решать похоже. 
   - Они бои назначают?
   - Там всё сложно. Запишетесь в гладиаторы - Арму или уже мне всё равно это вам рассказывать. Потом храмовник повторит. Надоест ещё слушать эту кучу правил. Но если коротко - пока не проиграл - у тебя есть выбор. Но я Сраму проиграл.
   - А, ясно, - протянул Стик.
   - Так, стали в стойки и покажите, чего достигли, пока я бухал и спал.
   В ответ раздался смех. "Всё таки они меня признали за главного. Шутка то тупая, а они смеются. Хорошие ребята. Не глупые и руки откуда надо растут. Жалко только нет ничего похожего на перчатки. Ходят все в синяках. И к храмовнику подлечиться не пойдёшь".
   Внезапно из-за поворота появилась группа старателей. Присмотревшись Лед понял, что это четвёрка гладиаторов из ихнего барака. Винт и Стик прекратили боксировать и насторожено смотрели на ветеранов. Лед тоже напрягся. Ситуация была непонятная. Лица приближающихся легионеров были странно смущённые и растерянные.
   А затем из-за поворота появился улыбающийся Арм. Лед расслабился.
   - Вот, Лед, принимай пополнение. Если хочешь, конечно, - поправился Арм. - А то они ко мне пристали как с тобой помириться. Спать гады не дают. Чуть ногу об их задницы не отбил, - совсем широко заулыбался Арм. - Я им и сказал, что лучший способ - пойти у тебя кулачному учиться. 
   - У меня с такой толпой времени ни на что другое не останется! - отчаянно  возмутился Лед.
   - Так на этих двух гавриков тебе же хватает времени. А этим больше и не надо. Погоняешь их, пока я сплю, - усмехнулся Арм, - а потом пусть Болт со Стиком ими займутся. Их то ты уже натаскал. Заодно и познакомятся. А то как кошки на собак смотрят.
   - А ты кулачному поучиться не желаешь? - лукаво спросил Лед.
   - Официально перейдёшь к Бруту в ученики - тогда уж не отвертишься. 
   - Так мои тренировки, когда ты дрыхнешь, идут. 
   - Беда, - лицо Арма изобразило крайнюю степень расстройства. - Значит, из твоих учеников себе тренера подберу. Я не гордый.
   "Ты, Арм, не гордый. Но ты золотой мужик," - с теплотой подумалось Леду.
   - Так, тогда вопрос: вы все четверо хотите кулачному бою учиться? Или есть желание просто прекратить конфликт? Так сразу скажу - конфликта нет и зла на вас не держу.
   - Не, мы учиться хотим, - ответил за всех Трас, остальные закивали.
   - Тогда смотрим на меня.

* * *

   - На тренировку пойдём после ужина. Смысла нет весь день рвать жилы. Пожинай так сказать плоды. Да и у Трора с Брутом свои дела есть, - заявил Леду Арм, когда он со своими боксёрами вернулся в барак на обед.
   - Ты так уверен, что я смогу легко всех наших победить и тебя в том числе?
   - Я то уверен, но расслабляться тебе, конечно, не стоит. Парни признали по сути, что ты сильнее, им и даже мне выгодно твоё чемпионство. Всему бараку выгодно. Но если храмовники признают, что бой нечестный и кто-то из гладиаторов дрался не в полную силу, то впаяют внеочередной срыв. У наших гладиаторов сейчас ближайшая очередь от сороковой до восьмидесятой. И оказаться на переднем крае никто не захочет. Так что все будут сражаться в полную силу. Это победить можно не в полную силу и к тебе не будет претензий. 
   Кстати об этом. Тот факт, что тебя наши признали, по сути, досрочно чемпионом, имеет большой минус. Тебя никто атаковать не будет. Ты не сможешь вымотать противника, сидя в обороне. Таким образом тебе свою ловкость скрывать было бы легче. Владение сложными приёмами можно было бы не светить. Всё это в бою с другими чемпионами ой как пригодится. Так что подумай над своей будущей тактикой. Надо будет обсудить её с Трором на тренировке. И если с остальными тебе ещё возможно будет выехать, не раскрывая лишний раз своих возможностей, то победить меня тебе, не раскрыв карты, вряд ли выйдет. А приберечь скрытые преимущества будет не лишним. 
   С другой стороны, на чемпионском поединке у тебя замкнётся серия из пяти побед и ты снова сможешь выбирать соперников. Есть слабые чемпионы бараков. Пока ты доберёшься до серьёзных противников, всё тайное станет явным. Так что даже и не знаю насколько важно тебе скрывать свои возможности. Правда, храмовники любят загадочных. Точнее скрытных. Точнее те храмовники, которые ворочают тут делами. Они то быстро в новичках разбираются и обирают на ставках менее хитрых своих собратьев по вере.
   - Так это мне надо скрываться, чтобы угодить храмовникам? - возмущённо спросил Лед.
   - Скорее, чтоб их верхушка сильнее низы обобрала, - улыбнулся Арм. - Скрытые возможности всегда полезны, так что не кипятись. 
   - Ясно, подумаю. Сейчас какие планы.
   - Я в харчевню. Давно нормально не ел с твоим бешеными тренировками. Результат есть, так что перекушу с кружкой пива. А завтра я в баню собираюсь. Ты со мной?
   - Ты же мне ватагу на тренировки привёл. Пару дней надо с ними возится лично. Винт и Стик им удары и стойку не поставят.
   - Хех, надо к тебе тоже походить всё же. Я ещё в детстве на кулачные толковища ходил. Там стенка на стенку - свалка. А ты тут целую науку развел. Прям как бой на клинках.
   - Помоешься и приходи.
   - Юморист! - откровенно заржал Арм.
   - Я не в том смысле, - Лед понял двусмысленность фразы, но только вызвал очередной взрыв хохота. - Ну тебя. Я тогда Торта поищу. 
   - Удачи, - вытирая слёзы, проговорил всё ещё похохатывая Арм.
   * * *
   Лед заметил Торта выходящим из барака, и его пришлось догонять.
   - Удачи тебе Торт. Есть разговор.
   - А, Лед, и тебе удачи. Извини, уже договорился встретиться с другом из шестнадцатого барака. 
   - Может, по дороге поговорим?
   - А что, разговор быстрый?
   - Не уверен, - расстроился Лед, уже который день поговорить с Тортом не удаётся. - Может, я с тобой пойду? Познакомишь с другом. Наверняка он человек интересный.
   - Он историк. В Арзарумской Академии работал. Но тут проблема, что ему можешь быть неинтересен ты, - осклабился Торт. - К тому же мы идём в харчевню. У тебя серебряный есть?
   - Если зайдём на арену, то будет, - ответил Лед, после паузы. 
   - А знаешь, пошли, - словно решившись, сказал Торт. - Если не голодный и пить не будешь, то и медяка хватит на одно блюдо. Только с глупыми вопросами не лезь. Сперва посиди, послушай. И если по теме разговора интересные мысли и вопросы будут - спрашивай. Так тебя устроит?
   "Сидеть и слушать учёные беседы двух историков? Не самое весёлое занятие, наверное," - подумал Лед.
   - А про что разговор будет?
   - Ну у нас вечный спор что лучше: кристаллы магии или некрогрибы.
   - Так у меня вопрос на эту тему - про силовые башни. Ну и про магию, особенно храмовников.
   - Темы прямо скажем очень далёкие, - покровительственно улыбнулся Торт. - В общем, в разговор не встревай. Я тебе сам скажу, когда спрашивать можно.
   Спорить с академически настроенным Тортом Лед не стал. Они подошли к одному из бараков и Торт, заглянув внутрь, крикнул:
   - Аско, жрать пошли, старый пердун! - в ответ из барака послышались смешки.
   - В который раз убеждаюсь в низком уровне тримского образования, - важно проговорил невысокий мужичёк. Его лицо покрывали морщины, похоже он старше Торта. 
   - Этот юноша - Лед. Довольно любознательный гладиатор из нашего барака. Лед, познакомься с Аско, он считает себя историком.
   - И, в отличии твоего знакомого Торта, вполне обосновано, - проворчал Аско.
   * * *
   Пока они вместе шли до арены, а после в харчевню у восточных ворот, два историка обсуждали степень дешевизны и доступности некрогрибов. Аско утверждал, что в связи с этим будущее за некромантами. Торт возражал, что даже если кровавый полив исключить, то минимальное расстояние между взрослыми грибами в несколько сотен километров делает эти грибы малопригодными для массового применения мелкими магами, а чтобы остановить рост гриба, не уничтожив его, нужно такое количество порошка из магических кристаллов, что дешевле пользоваться целыми кристаллами по назначению. Аско возражал, что некроманты, пользующиеся некрогрибами более контролируемы властями, что не вызывает конфликтов и ведёт к гармоничному развитию магов в составе государственных институтов.
   - Мы опять пришли к вопросу свободы и власти, - недовольно бубнил Торт, усаживаясь за стол в харчевне. - Вон вокруг оглянись - храмовые маги более чем контролируемы государствами. Как тебе такая гармония, - он обвел вокруг рукой.
   - Храмовая магия повреждает душу, - это неприемлемо! - возмущённо возразил Аско.
   - А контроль королевскими чинушами для мага живителен? - усмехнулся Торт.
   К ним подошел старатель. Видимо официант. 
   - Что есть будете?
   - Вашу фирменную рыбную юшку, гарячий салат, фреш и вино, - быстро заказал Аско.
   - Мне тоже юшку и клубневое пюре с мясом. Фреш и вино. - Торт тоже не тянул. Все трое в ожидании посмотрели на Леда.
   - А что за медную монету заказать можно?
   - Молодёжь, - пробормотал Аско.
   - Что-то одно. Юшку например. - ответил старатель-официант.
   - Давайте юшку, - вздохнув, согласился Лед. Не хотелось на себе акцентировать внимание.
   - Три юшки, горячий салат и пюре с мясом. Два фреша и два вина.
   - Ага, неси, любезнейший, - кивнул Аско.
   - А как тут новички заказывают? - всё же решился спросить Лед, когда официант скрылся в дверях за стойкой.
   - К бару идут - там список у бармена. Ты мог выпить заказать, если есть не хотел.
   - Надо же попробовать, чем еда в харчевне отличается от того, чем нас кормят в бараках?
   - В бараках обычная еда, а здесь она вкусная. Вкус свободы, - усмехнулся Торт.
   - Всё же в использовании некрогрибов сплошные плюсы. Любой обыватель, обнаружив у отпрыска дар, может посадить гриб у себя во дворе. 10-15 летний гриб для остановки роста требует не так много порошка. И главное, добывать его можно теми же поднятыми мертвецами, без боли и прочих ужасов срыва.
   - Тут ты конечно прав, - печально ответил Торт. - Только храмовые маги не откажутся от кристаллов. Да и вольные маги все поголовно в некромантов не переквалифицируются. Некрогрибы им не подходят.
   - Как далеко действуют некрогрибы и кристаллы? - решился спросить Лед, не дожидаясь разрешения Торта. А то эти академики так и проболтают ни о чем.
   - Вот! - поднял указательный палец вверх Торт. - Маг энергию некрогриба получает только при касании, а большой кристалл даёт охват пару лиг у тех же архимагов.
   - Это уже очень большие! - возмущённо воскликнул Аско, - А я про бытовое широкое использование магии простолюдинами. Если магия станет доступной, то это перевернёт быт обычных людей.
   - А если наклонить, то и сотню лиг, пусть и сильно ослабленный. У нас в башнях таким наклоном пути и проложены, - гнул своё Арм.
   - В башнях стоят наклонённые кристаллы? - снова встрял Лед.
   - Я тебе потом расскажу, - отмахнулся Торт. - При массовом использовании магии начнутся бунты. А уж сколько народу друг друга перебьёт по глупости не пересчитать.
   - Ты ратуешь за свободу магов и говоришь, что магию нельзя доверять простолюдинам.
   - Без специального обучения ни в коем случае.
   Леду этот спор стал совсем не интересен, и он принялся есть, принесённую официантом, юшку. Ложка была такая же, как в бараке. Историки тоже поутихли и принялись есть. Юшка оказалась и правда невероятно вкусной. Наваристой, пряной и немного острой. С большими белыми кусками рыбы и неизвестными Леду овощами. Наевшись, он благодушно наблюдал за перебранкой ученых мужей. Информативность их спора резко катилась к плинтусу.

* * *

   Попрощавшись с Аско и вернувшись в барак, Лед напомнил Торту, про вопрос о кристаллах в башнях.
   - И почему на востоке одни ворота и силовая башня, а на западе таких пар аж четыре? - добавил Лед волновавший его вопрос.
    - Храм Атката подавляет воздействие пустыни. Энергии он храмовникам почти не даёт. Жадные боги, я же говорил тебе. Да и не напасёшься столько энергии по пустыне разлить. Поэтому над кристаллами в башнях проводят ритуал. Пока на них воздействует благодать алтаря Атката, они излучают его энергию, которую может использовать любой посвящённый этому богу. Понятно, что нужна ещё земля с погоста, но крепости больше тысячи лет, у них тут такой земли под башнями полно - там старателей хоронят, ты же знаешь.
   Когда кристалл стоит вертикально, то он равномерно излучает магию вокруг на лигу - не больше. И то если кристалл огромный. Маленькие совсем на пару шагов излучают. Но вверх кристалл излучает на сотни лиг и если его наклонить, то получается, словно длинный магический коридор. Там концентрация магии гораздо слабее, но зато его длина может достигать сотню лиг.
   Вот на восток направлен один такой коридор к выходу из пустыни. По нему тебя привели сюда. А на западе таких коридоров восемь - по два от каждых ворот, и направлены они в самое сердце пустыни. Туда, где мы добываем новые кристаллы.
   За пределами таких коридоров пустыня выпивает всю манну из мага за пару часов. Да и обычные люди быстро теряют силы. Пару дней и всё. Нас благодать Атката защищает меньше, поэтому на вахтах кроме боли ещё и пустыня выжимает старателей насухо. Адские ощущения.
   - Постой, Торт. Получается, если уничтожить алтарь, то кристаллы в башнях для храмовников станут бесполезны?
   - Ха, "если уничтожить алтарь"! - передразнил Торт. - Защита алтаря - единственная оставшаяся возможность богов непосредственно воздействовать на наш мир. Ты даже приблизится к алтарю не сможешь, если не жрец Атката. А касаться алтаря может только верховный жрец храма. Алтарь напитан энергией ритуалов. В крепости они проводились больше тысячи лет. Возможно и несколько тысяч - я точно и не знаю. Просто при попытке приблизится ты будешь парализован. Хотя Аткат с лёгкостью мог бы тебя испепелить или просто превратить в слизь. Это проще, чем исцелять, уж поверь. В десятке шагов от алтаря Аткат полностью властен над материей и энергией. К счастью душа ему не доступна, иначе бы жрецы всех богов давно бы таскали к алтарям жертв нескончаемым потоком.
   - А выстрелить из арбалета? 
   - Ты глухой?! - возмутился Торт, - он превратит стрелу в пыль на подлёте. Да и расколоть алтарь нужно примерно пополам. Отколов четверть или меньше ты всего лишь ослабишь его воздействие. К тому же без защиты божества пустыня подавит здесь все за неделю. Можно отправиться к выходу из пустыни, но там нас встретят. Хотя умереть бы нам тогда никто не помешал бы, - и лицо Торта озарила мечтательная улыбка. Леда аж передёрнуло.
   - Значит через пустыню не сбежать?
   - С вахты? С одной флягой воды? Да ещё и под пристальным присмотром надсмотрщиков-монахов?
   - Ну не может быть, чтоб не было никакого выхода! - со злостью крикнул Лед.
   - Ищи. Найдёшь - я с тобой, - печально сказал Торт.
   * * *
   Ужин Лед съел с не меньшим аппетитом, чем юшку в харчевне. Еда была без затей, но сытная. Силы ему понадобятся. И сегодня и вообще. Путь на свободу, похоже, не будет лёгким. Но если никакого выхода нет, то зачем храмовники так тщательно хранят в секрете всю информацию о крепостях? 
   - Продумал тактику? - спросил Арм по пути в тренировочный центр.
   - Извини, не было времени.
   - Ох уж эта занятая молодёжь, - недовольно пробурчал он.
   - Узнавал про башни у Торта.
   - И как?
   - Пока всё плохо, - буркнул Лед. 

* * *

   Брут ещё не пришёл, поэтому Трор решил рассказать о сроках. Боей за абсолютное чемпионство прошел семь десятков дней назад, поэтому у Леда оставалось двадцать восемь десятков дней. За это время надо было стать чемпионом своего барака и потом победить чемпионов остальных тридцати двух бараков. Ну и бой за абсолютное чемпионство. Без поражений. Чаще, чем один бой в десяток. Задача та ещё. Главная надежда была на то, что Лед став чемпионом барака будет выбирать соперников и дюжину слабых чемпионов победит с интервалом в пять дней, что под конец ему даст приличный запас на подготовку с более сильными чемпионами.
   Календарь в Пикасто и близлежащих государствах был специфический. Слишком правильный. Сплошные круглые числа в десятичной системе. Лед, узнав подробности от Грата ещё в релаумской харчевне, даже сперва подумал, что астрономия тут слабо развита и календарь не правильный. Но Торт на вопрос, бывают ли коррекции календаря из-за сдвигов времён года, ответил, что нет. Календарь очень точный, ему много тысячелетий. Менялись только имена времён года, после гибели древних богов.
   Состоял календарь из шести времён года, каждое из которых длилось шесть десятков дней. Вместо недель были именно десятки. Год состоял из триста шестидесяти дней. Именно такое круглое число породило сомнения у Леда. Начинался год с Миры, богини возрождения. Именно она покровительствовала этому времени года. Затем приходила Хлона, богиня любви. Затем шёл Ом, бог местного светила. Подобие земной осени начинал период Имил, бог усилий и трудов, покровительствующий в равной мере землепашцам, животноводам и ремесленникам. За ним следовал Уската, бог воздаяния. Не щедрости, а скорее расплаты, а также правосудия. Справедливости, одним словом. Завершал год Грум, бог ярости.
   Старатели не имели связи с внешним миром, календарный счет был потерян, храмовники категорически отказывались помогать в этом вопросе. К тому же в Кристаллической пустыне времена года мало влияли на погоду, поэтому старатели жили в полной неизвестности в плане календаря. Основным отсчетом было время до вахты. 
   Лед не спросил в Релауме, какого числа он пришёл в харчевню. Теперешняя обстановка с календарём в крепости не позволяла вычислить сроки пребывания в мире Томи, как называли его местные. Томи - богиня жизни. Несмотря на подобную неопределённость, Лед прикинул, что уже примерно месяц как совершеннолетний. На земле мог бы получить права и водить машину. Или в армию загребли бы. 
   Тут появился Блов и Трор завершил общие рассуждения, предложив Леду, наконец, показать на что способен.
   Сперва они с Армом неспешно обменивались простыми ударами. Затем Арм засыпал его ударами, предупредив, чтобы Лед не контратаковал, а только защищался. Затем сказал атаковать Леду. Под конец они продемонстрировали изученные Ледом комбинации ударов. Когда Арм предложил Леду перейти к качелям, Трор сказал:
   - Качели мы видели на арене. Думаю достаточно. Ну что ж. Двигаешься ты, Лед, действительно быстро, в некоторые моменты твои движения становились вовсе неуловимыми, так что думаю ты можешь двигаться ещё быстрее.
   Лед действительно старался двигаться не спеша, но похоже в отдельные моменты его контроль срывался. И сейчас он не знал оправдываться ему или сделать морду кирпичом.
   - Это хорошо, что у тебя такой запас. Тебя не обрабатывали магически? Подобное ускорение реакций, я слышал, можно достигнуть очень сложным ритуалом посвящения богу. И то не каждый бог на такое способен. Более слабый результат дают воздействия архимагов на свою гвардию. Но там эффект слабеет и через пару лет исчезает.
   - Нет, я точно не подвергался ритуалам. - ответил Лед, - "Разве что меня магически выдернули с Земли, но про это думаю не стоит упоминать."
   - Техника у тебя уже неплохая. Кое-что придётся переучивать, но основу Арм тебе дал неплохую. Особенно как для подмастерья кузнеца, - усмехнулся Трор. 
   Лед бросил взгляд на Арма, но тот довольно улыбался. Он явно не считал обидным, то что был кузнецом, и то что Трор говорит об этом свысока. Мировой мужик. А Трор заносчивый. Аристократическое происхождение сказывается.
   - Когда подтянем основы, тебе надо будет переключится на комбинирование техник, подстройку под соперника. Навязать сопернику свою тактику бывает проще, чем словить его на ошибке, когда он навязал тактику тебе. А поначалу, чтобы не раскрывать тактику тебе придётся подстраиваться под соперника. Проблем во внутрибарачных боях быть не должно? - обратился он к Арму. - я не видел бойцов двадцать седьмого, но они слабее тебя?
   - Да, там бойцы ниже среднего по меркам арены. Но есть проблема - они не будут атаковать его и навязывать свою тактику. Так что надо обсудить тактику Леда, чтобы раскрыть минимум возможностей в первых же боях.
   - Да, это может быть проблемой. Вопрос стоит: показать скорость или возросшее мастерство. Даже и не скажешь, что припрятать полезнее. Мастерство проще спрятать. Его, по сути, толком и нет ещё. А скорость спрятать полезней. И для здоровья. У меня подозрение, что если Лед покажет всё, на что способен, то его прямо с арены храмовники поволокут к алтарю разбираться, что за странные дела творятся у них в крепости.
   - Тогда и думать нечего - надо брать мастерством. - вставил реплику Брут.
   - Также непонятно, как отразится вахта на способностях нашего юного дарования, - это замечание Трора очень не понравилось Леду. - Ну, хватит разговоров, начнём.

* * *

   Разница в классе чувствовалась сразу. 

Оценка: 6.45*22  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  А.Грин "Курсантка с фермы" (Любовная фантастика) | | И.Солнце "Кошкин доктор" (Современный любовный роман) | | М.Фомина "Ты одна такая" (Короткий любовный роман) | | Д.Дибенко "Картежник - Реабилитация " (ЛитРПГ) | | В.Чернованова "Александрин. Яд его сердца" (Романтическая проза) | | Н.Волгина "Беглый жених, или Как тут не свихнуться" (Попаданцы в другие миры) | | Д.Сугралинов "Level Up" (ЛитРПГ) | | А.Ливадный "Нейр" (ЛитРПГ) | | Amazonka "Драконья нежность." (Любовная фантастика) | | Н.Соболевская "Ненавижу, потому что люблю " (Современный любовный роман) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Котова "Королевская кровь.Связанные судьбы" В.Чернованова "Пепел погасшей звезды" А.Крут, В.Осенняя "Книжный клуб заблудших душ" С.Бакшеев "Неуловимые тени" Е.Тебнева "Тяжело в учении" А.Медведева "Когда не везет,или Попаданка на выданье" Т.Орлова "Пари на пятьдесят золотых" М.Боталова "Во власти демонов" А.Рай "Любовь-не преступление" А.Сычева "Доказательства вины" Е.Боброва "Ледяная княжна" К.Вран "Восхождение" А.Лис "Путь гейши" А.Лисина "Академия высокого искусства.Адептка" А.Полянская "Магистерия"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"