Руда Александра: другие произведения.

Обручальный кинжал (Родовой кинжал - 2)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Продавай произведения на
Peклaмa
Оценка: 6.79*78  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Катится по дорогам королевства самоходный фургон сборщиков королевских налогов. Только-только оправились мы от отравления излишне услужливым бургомистром, не желающим делиться деньгами, только-только отгремела наша битва со стаей нечисти, жаждущей разорвать нас на части, а тут новая проблема - сбежавшая невеста нашего руководителя, которую он твердо решил найти. Интриги аристократов, война с магами-перерожденцами, тайны крови и древних родов... кто-то думал, что эта работа будет скучной? И катится, катится по дорогам королевства самоходный фургон, не зная, что ждет его за следующим поворотом.

  Александра Руда
  
  Родовой кинжал-2
  
  Глава 1
  Страдать нужно с чувством. Страдать нужно так, чтобы все прочувствовали, что ты страдаешь. Но это относится только ко мне, а страдающие пациенты долго не живут.
  Целитель Даезаэль Тахлаэльбрар о том, кому можно страдать.
  
  Фургон, скрипя поломанной осью, медленно ехал по дороге. Колеи заросли ярко-зеленой травкой без единого следа от телег или копыт. Вокруг радовалась весне нетронутая природа, громко щебетали птицы, с шумом срываясь с веток стайками.
   Куда мы едем, я не имела никакого представления, точно так же, как и все остальные. Кажется, мы заблудились еще тогда, когда нас, королевских гласов, сборщиков налогов, отравили в городе, бургомистр которого не желала раскрывать секреты своих бухгалтерских книг. Ночная бешеная гонка от смерти в виде огромной стаи волкодлаков - хищных зверей, живущих на территориях ульдонов, магов-перерожденцев, только все усугубила.
  Назад возвращаться было нельзя - над останками волкодлаков уже кружили круки, огромные птицы, похожие на орлов, только размером с хорошую корову, поэтому надо было убираться куда подальше, чтобы нами не закусили.
  - Едем вперед, - решил тролль Драниш Рых после сосредоточенного изучения карты. - А там будет видно. Раз дорога есть, она не может нас куда-то не вывести.
  - Человеческое умение рисовать карты меня удручает, - сказал наш целитель, эльф Даезаэль Тахлаэльбрар, презрительно тыкая пальцем в сплошной зеленый массив, стыдливо украшенный изображениями двух кривых елочек. - Мы находимся где-то здесь, да? Все понятно! А главное, подробно-то как нарисовано!
  - Я не знаю, где Ярик свернул с основной дороги, когда ему поплохело после отравления! - огрызнулся тролль. Двое суток назад бургомистр маленького городка не придумал ничего лучшего, чем подсыпать нам в еду сильнодействующего яда. Мы выкарабкались исключительно благодаря эльфийским снадобьям и силе рода - особой магии чистокровных благородных, которая действует только тогда, когда аристократу грозит смертельная опасность. - И я не знаю, куда ты вел фургон ночью. Как я могу сказать, где мы, тем более что тут обозначена только главная дорога и большая река!
  - А почему было не взять подробную карту домена у его Владетеля, Сыча? - у старого-старого, но безумно властолюбивого аристократа мы недавно гостили. Ярослав дружил с его сыном, Томигостом, поэтому мы могли получить в замке все, что хотели.
  - Откуда я знаю? - рявкнул Драниш, швыряя карту в глубину самоходного фургона, на котором мы передвигались и в котором жили.
  Руководитель нашей группы, капитан Ярослав Волк, после ночного сражения с волкодлаками пребывал в глубоком сне от использования слишком сильной магии, поэтому командовать взялся тролль, как обладающий самым высоким званием и боевой должностью. Не смотря на то, что его знаний и опыта хватало с лихвой, отдавать приказы, к тому же такому потрепанному войску, Дранишу не нравилось, он переживал за капитана, своего лучшего друга, и язвительные подначки эльфа раздражали тролля больше обычного.
  - Не ссорьтесь, пожалуйста, - попросила я. - Мы все вместе попали в эту ситуацию, и вместе будем из нее выбираться. Ссоры только все ухудшат.
  - Ненавижу, когда ты такая, - сказал Даезаэль. - Верните мне ту Милу, которая была последние сутки! Когда ты такая спокойная и говоришь прописные истины, мне тебя удавить хочется. Тетивой от моего поруганного лука.
  Лук эльфа пострадал во время ночного сражения с волкодлаками, но мне казалось, что наибольший урон ему нанесло мое падение в колючие кусты - бедный лук спас меня от ранений, однако сам этого не пережил. Конечно же, о своих мыслях на этот счет я благоразумно молчала.
  - Тебе было бы легче, если бы я билась в истерике и кричала: "А-а-а, мы пропали, мы пропали!" - спросила я, почесав царапины.
  За всю жизнь меня так быстро довести до белого каления мог только Чистомир Дуб, мой друг детства, аристократ и задира, но сейчас у него появился достойный соперник в лице эльфа, пребывающего в вечной депрессии. Правда, и уважала я их обоих одинаково сильно.
  Вместо ответа Даезаэль обхватил голову руками и уткнулся лицом в колени. Под натянувшейся тканью сорочки проступили позвонки и ребра. Выглядел целитель, как никогда, беззащитным и хрупким.
  Теперь все мои соратники по нелегкой службе во имя королевских налогов дремали внутри фургона, а я сидела на скамье и пристально вглядывалась в дорогу, аккуратно объезжая кочки и ямки. Фургон двигался с помощью магии управляющего повозкой, и теперь я была единственной, кто мог тронуть его с места. Ремесленник нашего отряда, гном Персиваль предупредил меня, что еще одной катастрофы фургон не выдержит, и мы останемся без средства передвижения на чужой территории.
  - Подвинься, - хрипло сказал за моей спиной целитель.
  Я вздрогнула от неожиданности - погрузившись в свои мысли, не слышала, как он подошел.
  - Нервишки пошаливают? - заметил эльф, тяжело переваливаясь через спинку скамьи и укладываясь ко мне на колени.
  Выглядел Даезаэль еще хуже, чем час назад. Скулы у него заострились, огромные глаза выделялись на зеленоватом лице, а кости туго натянули кожу.
  - Что с тобой? - спросила я. - Тебе совсем плохо?
  - Глупый вопрос, - проворчал он серыми губами. - Нет, мне хорошо, так хорошо, что на месте моего тела скоро вырастут цветы.
  Умирая, эльф превращался в цветник, но почему-то мне всегда казалось, что на могиле нашего целителя будут расти только колючки.
  - Почему ты ничего не сделаешь? Почему не исцелишь себя? - Я очень испугалась за эльфа. Пусть он желчный, язвительный и ехидный мироненавистник, но... наверное, Даезаэль - первый, кто стал мне по-настоящему близок за последние два года.
  - А что я могу сделать? - прошелестел он, закрыв глаза и вытянув худые руки вдоль тела. - Я перерасходовал магию. Сначала лечил вас от отравления, потом гнал фургон от волкодлаков... Организм ведь не железный, его уже больше нельзя подстегивать всякими стимуляторами. Осталось только умереть на коленях у прекрасной девы... Но так как прекрасной тут нет, придется умереть на наиболее подходящих для этого коленях.
  Нельзя сказать, что сравнение моих коленей с наиболее подходящими к умиранию меня сильно обрадовало.
  - Может быть, я что-то могу для тебя сделать? - спросила я жалобно.
  Эльф приоткрыл один глаз и спросил:
  - А что ты готова сделать для моего спасения?
  Я недолго подумала, но все же решилась.
  - Все!
  - Все? - подозрительно переспросил Сын Леса. - Даже больше, чем для капитана?
  - Да, - твердо сказала я. К Ярославу я не испытывала никаких особо теплых чувств, хоть и понимала, что нам без его руководства не выжить.
  - Тогда дай мне своей крови, - простонал умирающий и широко открыл рот.
  Я остановила фургон и вынула из ножен свой кинжал. В конце концов, чтобы спасти капитана, после того, как его тело не выдержало мощнейшего заклинания уничтожения нечисти, я согласилась на сеанс высшей магии с использованием моей крови. Чем эльф хуже?
  - Нет, - запротестовал Даезаэль. - Я хочу тебя укусить! Зубами!
  - Ты эльф или вампир? - спросила я. - Тебя кровь из надреза не устроит? Нужно только кусать?
  - Конечно! Я всегда мечтал попробовать, как это, только подходящего запястья не находилось...
  - Даезаэль! - возмутилась я, еле удерживаясь от того, чтобы не столкнуть его с колен. - Ты издеваешься? Тебе нужна кровь или нет?
  - Конечно, не нужна, - ответил эльф как ни в чем не бывало, обнял меня за талию и уткнулся носом в живот. - Мумугугугум...
  - Что?
  Целитель соизволил отвернуться от моего живота и пояснить внятно:
  - Говорю, с какой стати мне лечиться кровью подобных тебе? Ты совсем не разбираешься в физиологии эльфов! Мне просто нужно отдохнуть.
  - Почему у меня на коленях? Иди к себе в фургон, ложись на одеяла и спи сколько влезет!
  - Ты знаешь, что богатые старики всегда окружают себя юными девушками? А почему? Все для того, чтобы пить их жизненную энергию! Вот и я тоже буду пить... Не ерзай! Дыши ровнее! Создай мне нормальную, успокаивающую обстановку для полноценного восстановления!
  - А для этого обязательно дышать мне в живот? Щекотно.
  Эльф повернулся на спину и задумчиво посмотрел на мой подбородок, отчего по мне забегали мурашки.
  - Скажи мне, Мила, давно ли тебе в живот вот так просто, расслабленно и получая от этого удовольствие, дышал мужчина? Неужели ты не скучаешь по этому?
  Я долго молчала, всматриваясь в медленно уползающую под колеса дорогу, прежде чем ответить:
  - Почему ты так много обо мне знаешь? Ведь я ничего никогда не рассказывала о том, как я жила до того, как поступила на службу. Почему мне кажется, что ты понимаешь меня лучше, чем кто бы то ни было?
  - Детка, - произнес Даезаэль покровительственно. - Я целитель. Мне положено угадывать, что пронырливые пациенты от меня утаивают. А ты к тому же слишком соблазнительно интересная игрушка, чтобы за тобой не наблюдать.
  - Игрушка? - переспросила я.
  - Ну, или ценный экземпляр в мою коллекцию человеческих странностей, выбирай то определение, которое тебе нравится. Дыши ровно! Чего сердце так бьется? Я не собираюсь раскрывать твои тайны никому, наоборот, я буду с удовольствием наблюдать за тем, как они вылезают наружу. То-то посмеюсь!
  Мой отец всегда говорил: человек, которого легко раскусить, недостоин того, чтобы с ним продолжать общаться. У каждого в шкафу есть свои скелеты, только у иных они так спрятаны, что и шкаф не найдешь, а у некоторых - створка плохо прикрыта, костлявая рука из нее торчит... Как умудрился целитель добраться до моего шкафа, надежно, казалось бы, похороненного в закоулках памяти - не знаю, но мой строгий родитель вряд ли бы этому порадовался. Впрочем, я мало давала ему поводов для радости...
   Я потрясла головой, отгоняя нерадостные мысли. Соберись, Мила Котовенко, купеческая дочь. Лучше не вспоминать о прошлом, а дышать ровно и спокойно, создавая Даезаэлю уютную обстановку.
  Уже смеркалось, когда на дорогу из кустов кто-то выпрыгнул. Мне пришлось резко-резко затормозить, и фургон, страшно затрещав и заскрипев, замер в метре от огромного зверя.
  Это был не волкодлак, животное магов-перерожденцев ульдонов, и не волк. Зверь больше всего походил на огромную, лохматую, черного окраса собаку с приплюснутой мордой и мощными лапами. Я никогда не слышала о такой породе, да и не могла слышать - у нормальных собак не бывает таких глаз, горящих багровыми угольками.
  Я нашарила правой рукой лук, заговоренный против нечисти, но не спешила ничего делать. Мы просто смотрели друг другу в глаза, зверь стоял как вкопанный, и только легкий ветерок ворошил длинную шерсть.
  Эльф проснулся, приподнялся, взглянул на дорогу - и бесшумно скользнул вниз под скамью.
  Животное зарычало низким, утробным звуком, у меня по спине пробежали мурашки, а волоски на коже встали дыбом. Зверь потоптался на месте, готовясь к прыжку, и я решилась на безумный шаг.
  - Пожалуйста, - сказала я негромко, не отводя взгляда от горящих глаз противника, - пропусти нас. Мы вовсе не желаем зла никому в этом лесу, мы заблудились и едем по своим делам. Пропусти нас. Конечно, в случае нападения ты победишь, но победа достанется тебе дорогой ценой. Давай разойдемся миром?
  Зверь сел на дорогу, продолжая мрачно ворчать. Я склонила перед ним голову, постаравшись выразить все свое почтение, а когда снова посмотрела на дорогу, она была пуста.
  - Я бы никогда в такое не поверил, - сказал эльф, вылезая из-под лавки и сбрасывая с пальцев маленькие ярко-зеленые огоньки. - Вести переговоры с неведомым зверем, да еще и с успехом!
  Он вытер у меня со лба холодный пот и брезгливо стряхнул с пальцев капли.
  - Возьми себя в руки.
  - Т-ты же с-сам гов-ворил, что тебе не хватает м-м-моей и-и-истерики, - на меня накатила запоздалая реакция, руки тряслись, а зубы выбивали дробь, и справиться с собой никак не удавалось.
  - Во-первых, я про истерику ничего не говорил, - заявил эльф, рассматривая меня без тени сочувствия. - Во-вторых, я из-за этого неведомого зверя потратил на боевое заклинание остатки магии, и мне опять нужно отдохнуть. Когда ты так трясешься, ты ни фургон не сможешь вести, ни создать мне благоприятную обстановку. Что за безответственность!
  Он опять улегся мне на колени, поерзал, поудобнее умащиваясь, и закрыл глаза.
  - Спасибо, что готовился к обороне и не оставил меня одну, - сказала я.
  - Ага, - зевнул Даезаэль. - Всегда пожалуйста. Только я не собирался тебе помогать. Я думал, пока зверь будет тебя жрать, обездвижить его и рассмотреть поподробнее. А может, даже удалось бы его расчленить... хрррр...
  Все спали, а мной овладела какая-то неестественная бодрость, достигшая своего пика. Хотелось действовать, куда-то бежать, с кем-то сражаться или просто гнать фургон с максимальной скоростью куда глаза глядят... Это было опасно, поэтому инстинкт самосохранения приказал мне остановиться прямо посреди дороги и убрать руки от кристаллов управления. Я осторожно приподнялась, поддерживая голову Даезаэля, бережно устроила его на скамье, взяла в руки лук и ушла в лес. Когда показалось, что я уже отошла достаточно, опустилась на колени, собрала подол юбки в ком, прикрыв им рот, и зарыдала, надеясь, что через слезы выплеснется все нервное напряжение последних двух суток, и что мне больше не будет грозить нервный срыв. Да и снова обрести способность принимать адекватные, обдуманные решения тоже бы не помешало, потому что разговаривать со зверями, похожими на странную собаку - это ненормально. Слезы лились и лились сплошным потоком, тело сотрясалось в конвульсиях. Так плохо мне не было уже два года. Я-то думала, что повзрослела, стала тверже и спокойнее, но нет, стоило появиться настоящим неприятностям, как я снова потеряла уверенность в себе!
  Через какое-то время рыдания утихли сами собой, и я почувствовала себя совершенно обессилевшей. Зато самообладание полностью вернулось. Только как теперь подняться? После такого взрыва эмоций я чувствовала себя кусочком разваренного лука в супе. Боюсь, если опереться на несчастный эльфийский лук, он окончательно сломается...
  - Если ты закончила, котя, то я могу тебе помочь, - сказал тролль у меня над ухом.
  - Драниш? - поразилась я, сгорая от стыда. Неужели он видел все это? - Что ты здесь делаешь?
  - Меня разбудил Даезаэль и сказал, что ты забрала его лук и пошла в лес, чтобы повеситься на тетиве. Он очень просил тебя тут закопать, но лук вернуть.
  Тролль обнял меня и прижал к своей широкой груди. Он утверждал, что влюбился в меня с первого взгляда, и я сначала побаивалась огромного, страшного, закаленного в боях вояку, пока не привыкла к верному, умному, образованному существу, скрывающемуся под маской типичного тролля.
  - Я очень испугался за тебя, котя, - признался он глухо. - Боялся, что ты не выдержала наших последних... трудностей и решила прекратить их одним махом.
  - Драниш... - Я вцепилась в его сорочку руками и страшно презирала себя за проявление слабости, но чувствовать его тепло, размеренное биение сердца, ровное дыхание, его едва уловимый горьковатый полынный запах мне было необходимо. - Я никогда не опущусь до самоубийства. Это не выход. Тем более что Даезаэлю нужно время, чтобы восстановиться, капитан в коме, и я единственная, кто может наполнять магией накопители фургона. А если опять что-то случится?
  - Какая ты ответственная! - при свете луны тролль блеснул зубами в улыбке.
  Парень поднял меня на руки и без видимых усилий встал.
  - Что ты делаешь? - испугалась я. - Ты же ранен!
  - Тебе сейчас хуже, чем мне, - спокойно возразил он. - Тем более что я сомневаюсь, что ты найдешь обратную дорогу и не сломаешь по пути ноги об какой-нибудь корень. Это вообще чудо, что ты зашла так далеко без единой царапины! Да еще и всю живность распугала своими слезами, а то нашел бы я от тебя только косточки. Ты собиралась защищаться этим сломанным луком? Котя, котя, почему ты не такая, как все? Другие девушки плакали бы себе в уголке фургона и не создавали другим повода для беспокойства.
  - Извини, пожалуйста, - покаялась я.
  Тролль только крепче прижал меня к себе.
  Возле фургона уже горел костерок, и Тиса, с детства влюбленная в капитана девушка-воин, насаживала на прутик кусочки вяленого мяса.
  - Что, - спросила она, увидев нас, - тошно было?
  - Нет, просто плакала, - ответил тролль, усаживая меня на одеяло возле костра и разминая руки.
  - Молодец, - сказала девушка, скептически рассматривая свою работу. Потом все же подвесила прутик над костром на две рогатины и пошевелила грящие ветки. - Я после своей первой битвы два дня ничего не ела, так тошно было.
  - Помню, помню, - кивнул Драниш. - Ты тогда такая смешная была, сине-зеленая и руки тряслись.
  - Конечно, тому, кто впервые убил в шесть лет, не понять такие страдания, - язвительно ответила девушка.
  - В пять с половиной, - спокойно поправил тролль. - Я впервые порешил врага, когда мне было пять с половиной. К шести их уже было семь или восемь, кажется. Котя, не смотри на меня так. Жизнь - штука интересная, и выбор в ней всегда прост: либо ты жив, либо твой враг.
  - Как же ты убивал таким малышом? - полюбопытствовал эльф, присаживаясь к костру. В руках он держал склянки с остро пахнущими травами. - Рубил под коленками сухожилия?
  - Примерно так. - Тролль зевнул, ничуть не взволнованный воспоминаниями. - Мы кучей наваливались на большого дядьку и каждый уже делал, что мог. Потому что на наше племя нападать - себе дороже! Моя мамка знаете как врагов молотила? Брала сковородку и кухонный нож и давай махач устраивать! Хорошее было время!
  - Да-а-а, - сказала я. - Интересное у тебя было детство.
  Я знала, что Драниш - сын вождя племени троллей. Его отец, не чуждый новомодных веяний о пользе образования, отправил сына учиться к аристократу, и Драниш постигал науки вместе с Ярославом. Но я даже не подозревала, насколько сильно детство маленького принца отличалось от детства любого аристократа-человека.
  - Детство как детство. Какое было, такое и есть, - философски пожал плечами тролль. - Главное - я выжил. А потом уже папашка со всеми замирился, и меня к Волкам отправили.
  - Так, - сказал Даезаэль, - заканчивайте болтовню и подставляйте чашки, будем пить всякую дрянь.
  - Зачем?
  - Чтобы завтра все были бодренькие и готовые к очередным неприятностям. Ну, или сегодня ночью, если знакомец Милы приведет свою семейку в гости.
  - Какой знакомец? - напрягся тролль.
  Эльф мечтательно закрыл глаза и живописал нашу встречу с собакоподобным зверем.
  - Капитан бы тебя за такие разговоры убил, - сказала Тиса. - Придумала тоже! Надо было его на месте поджарить, или что у тебя там в магическом арсенале есть из убийственного, а потом уже разбираться.
  - Интересно, кто это был. - Тролль крутил в руках кружку, не решаясь из нее отпить. Смесь в скляночках, даже разбавленная водой, пахла горечью. - Я никогда не встречал никого, подходящего под это описание.
  - Пей, пей, - сказал эльф, подталкивая кружку ко рту. - Ну? Давай, я хочу посмотреть на полученный результат, прежде чем твоя котя начнет тебя зашивать.
  - Зашивать? - вскинулась я.
  - А то как же. Шов на руке у твоего кавалера разошелся, кровит. - Целитель тяжело вздохнул. - Вот до чего любовь доводит.
  - А нужно было её в лесу оставить? - возмутился тролль, одним махом опрокинув в рот содержимое кружки и даже не поморщившись. На лице Даезаэля выразилось явное разочарование. - Она же идти не могла!
  - Я тебе предлагал ее там прикопать, меньше бы проблем было, - проворчал сердито целитель. - Давай сюда руку!
  - Я зашью, - потянулась я к троллю.
  - Ты ему нашьешь в темноте, - буркнул эльф. - Ешь мясо и иди спать в фургон, заодно за болезными там присмотришь, я гнома успокоительными накачал, а то он какой-то подозрительный был, лучше бы уже ныл, а то сидел и кайло точил. Даже не подозревал, что оно у него есть!
  - Что такое кайло? - спросила я.
  - Молоток такой с острыми концами, которым в шахте работают, темнота, - пояснил эльф. - Им голову проломить - как нечего делать. Вот так некоторые сидят, точат, точат, точат. Вроде бы на волкодлаков, а потом раз - и в голову соседа.
  - И ты его оставил один на один с капитаном! - Тиса вскочила, забыв о том, что у нее сломана нога, и со стоном повалилась обратно на одеяло.
  - Конечно, оставил. Они сейчас оба спят, чего бояться? А если ты себе ногу доломаешь, я исцелять не буду. Что я, нанимался по пять раз работу переделывать?
  - А тролля ты зашивать будешь! - ревниво сказала воительница.
  - Конечно, - кивнул эльф. - Если на нас кто-то нападет, я за него прятаться буду.
  - За мной котя будет прятаться, - возразил тролль, не отрывая взгляда от мяса. Над костерком витал такой вкусный запах, что я боялась, что зверь, встреченный мной на дороге, действительно заглянет к нам в гости.
  - Да, конечно. Котя твоя будет на передовой, она у нас единственный маг, который хоть что-то может. Но я могу тебе пообещать, что красиво сошью ее останки, чтобы было над чем слезы проливать.
  - Твое милосердие, Даезаэль, воистину не знает границ, - мрачно сказал тролль, снимая сорочку и подставляя под иглу руку.
  - Есть, Мила, и спать! - прикрикнул эльф. - Чего уставилась?
  Я быстро прожевала пару кусочков мяса, запила настойкой из кружки, даже не почувствовав вкуса, и ушла в фургон.
  Внутри, под тусклым светом горящего под потолком фонаря, спал, свернувшись в клубочек, Персиваль. Его лицо блестело от слез, и он тихо шептал "мама". Я не удержалась и погладила его по голове. Кажется, гному стало чуточку легче. Он, взращенный любящей матерью, всю жизнь не знал ни одной неприятности, получая завтрак в постель и горячее молоко с медом перед сном. Служба королевским гласом стала для него слишком тяжелым испытанием, и опасения целителя, что гном может в любой момент сломаться, были небеспочвенными.
  Капитан все еще не пришел в себя, однако уже выглядел не настолько плохо, как утром. Я укутала его еще одним одеялом и легла спать - только для того, чтобы ночью проснуться от кошмара.
  Толпы волкодлаков гнались за нами, и фургон не успевал набрать скорость, как они бросались на нас, разрывая моих спутников на части, хватая меня за руку...
  Я вскочила, задыхаясь от ужаса. В фургоне было все спокойно, даже Персиваль провалился в глубокий сон и ровно, с полной самоотдачей храпел. Я вышла на задник глотнуть свежего ночного воздуха и немного успокоиться.
  - Котя, - раздался шепот с крыши, - не спится? Залезай ко мне!
  Драниш! Надежный, крепкий и спокойный, вот кто мне сейчас был нужен больше всех! Я взобралась на крышу, где с удобством охранял нас от опасности тролль, опершийся на большой сундук с вещами.
  Он поманил меня пальцем, молча обнял и уложил к себе на колени, прикрыв своим свитером.
  - Спи, - сказал он. - Больше кошмары тебе сниться не будут, я тебя им в обиду не дам. Видишь, все спокойно. Да и вряд ли, котя, нам теперь угрожает что-то серьезное. Такую армию собрать не так-то и просто. Волкодлаки сожрали в округе всех, кто попался им на глаза, и тут теперь мирно, а тот зверь, что встретился тебе, скорее всего, одиночка, иначе бы не ушел так просто, защищал бы свое семейство от непрошеных гостей. Так что расслабься.
  - А зачем тогда рядом с тобой два меча? - подозрительно спросила я.
  - Ну, я же охраняю сон моей коти, - тихонько рассмеялся тролль. - Так что все должно быть в самом лучшем виде.
  Он прикрыл большой ладонью мое плечо, и по нему растеклось тепло, постепенно окутывая все тело.
  - Завтра проснется Ярик и прекратит это самоуправство. - Я не видела лица Драниша, но чувствовала, что он улыбается. - Ярик наш все эти любовные штучки терпеть не может. Глупый...
  Я уткнулась троллю носом в живот, как это делал эльф, и удивилась - поза действительно успокаивала и придавала сил, а еще я чувствовала себя защищенной и трепетно оберегаемой. Это было очень приятно.
  - Мне так жаль, Драниш, что мы не можем быть вместе, - прошептала я. - Ведь ты такой хороший!
  Рука, поглаживающая меня по плечу, на миг замерла, а потом продолжила свой путь от предплечья к локтю и обратно.
  - Выбрось из головы все эти глупости, - строго сказал тролль. - Давай сначала удачно завершим нашу работу и вернемся домой, а потом разберемся со всеми проблемами. Или ты думаешь, что я вот так просто сдамся?
  Я улыбнулась его уверенности в своих силах и заснула.
  Утром за управление фургоном сел Персиваль, используя энергию накопителя. Вел он повозку куда лучше, чем я, во всяком случае, ось уже не трещала угрожающе при каждом повороте.
  Ребята дали мне выспаться, и я проснулась далеко за полдень, голодная-голодная, зато совершенно отдохнувшая, и обнаружила, что лежу, свернувшись в клубочек, рядом с троллем и обнимаю его ногу.
  Сам Драниш увлеченно грыз сухофрукты, которые целыми горстями выгребал из мешочка.
   - Выспалась? Ты так крепко спала, что даже не проснулась, когда я тебя утром перекладывал, - улыбнулся он и с хрустом потянулся. - Вот и славно! У нас сегодня сухой завтрак, так что отправляйся по своим делам, все равно фургон еле ползет, легко его догонишь, и залезай обратно ко мне. Я для тебя самые вкусные фрукты отобрал. Ты что больше любишь: сливы, яблоки или груши? Я вот сливы люблю, потому что косточку интересно обсасывать.
  - Без остановок едем, - объяснил тролль, когда я вернулась. - Ведь должны же мы по этой дороге, наконец, хоть куда-то доехать! И вот, не забудь, эльф опять мерзкого пойла наготовил, сказал, что тебе оно необходимо, потому что, видишь ли, мы слишком тихо ночью на крыше непотребствами занимались, и это его насторожило.
  - А мы занимались? - удивилась я.
  - Нет, но одному извращенцу очень этого хотелось.
  - От извращенца слышу! - буркнул снизу эльф. - К тебе любимая девушка ночью приходит, а ты ее спать укладываешь и все! Кто после этого из нас двоих извращенец?
  - Еще не хватало, чтобы они над нашими головами шумели! - Тиса не могла остаться в стороне от обсуждаемой темы. - В лесу места много!
  - В лесу муравьи кусают за задницу, - возразил тролль.
  - А ты смотри, куда ею садишься... Персик!!!
  Фургон внезапно вильнул в сторону, крякнул и завалился на один бок. Я покатилась по крыше и улетела бы вниз, если бы тролль не успел поймать меня за юбку.
  - Что... - начал он и охнул: - Ну, ничего себе!
  Я приподнялась, держась за Драниша, и застыла в изумлении.
  Фургон замер на вершине холма, с которого открывался прекрасный вид на деревню. Да вот только деревня совсем не выглядела прекрасной.
  Прохудившиеся крыши, покосившиеся заборы, домишки, глядящие на нас слепыми выбитыми окнами и оторванными ставнями. Некоторые дома сгорели, и от них остались лишь остовы печей, сиротливо поднимающие в небо закопченные трубы.
  Видно было, что беда настигла деревеньку давно, потому что пепелища зеленели свежей травой, и даже на центральной площади с общественным колодцем, которая обычно бывает вытоптанной до твердости гранита, цвели какие-то цветы, разбавляя яркими красками картину всеобщего запустения.
  - Ехали мы, ехали, и наконец приехали, - прокомментировал эльф и накинулся на гнома: - Зрелище мертвой деревни - это совсем не повод так безответственно обращаться с транспортом!
  - Я испугался, - оправдывался гном, - и фургон как-то сам дернулся.
  - Как-то сам, - передразнила Тиса.
  Мы спустились на землю с крыши, и тролль указал куда-то рукой:
  - Смотрите.
  - Что там? - Я пыталась понять, что привлекло его внимание, но взгляд скользил по руинам, не находя ничего необычного.
  - Развалины святилища, - сказал глазастый Сын Леса. - Каменного.
  - И что это значит? - нервно спросил Персик, не без оснований предполагая, что ничего хорошего нам это не несет.
  - Это значит, что нам нужно убраться отсюда до темноты, - сказал за нашими спинами Волк.
  Мы обернулись, Тиса с радостным криком кинулась к обожаемому капитану, а Драниш поспешил его поддержать - на ногах Ярослав все еще стоял нетвердо. Выгоревшие волосы выбились из косы и успели сваляться, а поседевшие после использования сильной магии корни непривычно осветлили обычно черноволосую макушку. Рубашка заскорузла от пота, и вообще, выглядел капитан непривычно неопрятно и, почему-то, более человечно. Даже после встречи с ульдоном, магия которого действует разрушающе, Волк выглядел привычно отстраненным от нас, простых смертных, и элегантно-аккуратным даже в обмороке.
  - Убраться - это хорошо сказано, - согласился эльф, усаживая аристократа на землю и заглядывая ему в глаза. - Не кажется ли вам, многоуважаемый капитан, что ваши друзья, Владетель Сыч и его сыночек, в замке которых мы недавно с таким удовольствием предавались приятному времяпрепровождению, несколько... как бы это сказать... преуменьшили размеры кошмара, творящегося на подконтрольных им территориях? Более того, я считаю, что фраза "у нас все хорошо" совсем не отвечает действительности!
  Ярослав скривился. Ему не нравилось происходящее в домене с тех пор, как в его столице, городе Сычёвске, нас попытались отравить. И слышать от подчиненных слова: "А ты им поверил, потому что молодой Сыч твой друг" ему было неприятно, но возразить было нечего.
  Эльф же посчитал свою маленькую месть свершившейся и теперь прилежно исполнял целительский долг.
  - Так, следи за пальцем, теперь за этим... Но как мы уберемся, если фургону пришел конец? Персик, что скажешь?
  - Нужно спуститься в деревню за материалами и инструментами. - Гному очень не хотелось этого говорить, но выхода не было. - Я совсем не предполагал, что придется чинить фургон, и не подготовился.
  - Еще нужно набрать воды, помыться и поесть горячего, - перечислил эльф. - Вон речушка бежит, из колодца лучше воду не брать. Капитан, ты как, дойдешь до деревни, или тебя нести?
  - Дойду сам.
  - Может, вам лучше остаться здесь? - заикнулась было я, но Ярослав обратил на меня взгляд своих холодных серебристо-серых глаз и спокойно ответил:
  - Нам лучше не разделяться в таком месте.
  - Тогда пошли, - решил тролль.
  - Мила, - шепотом спросил меня Персиваль, когда мы брели по дороге вниз к деревне, - а почему из-за того, что святилище развалено, нам нужно уехать отсюда до наступления темноты?
  - Потому что в святилище обычно живет маг или жрец, или оба сразу. И там очень сильны охранные чары против всякой нечисти и, что хуже, нежити. Обычно там спасаются от всяких неприятностей жители.
  - А почему нежить хуже?
  - Потому что ее убить тяжелее, она уже и так мертвая, - мрачно ответил тролль. - Святилище еще долго служит оберегом окрестных земель, даже если деревня опустеет - мы в таких во время войны пару раз отсиживались. И то, что это святилище разрушено... Да ты не трусь, Персик, вероятно, опасности нет, мы просто перестраховываемся. Для нежити нужны ульдоны, до которых еще далеко, а все запасы волкодлаков в округе мы уже истребили.
  Мы расположились на берегу маленькой речушки, где еще сохранились остатки мостков, с которых крестьянки стирали белье.
  - Драниш, Персиваль, идите искать материалы для ремонта, - приказал капитан. - Мы с Даезаэлем разводим костер побольше, а девушки идут купаться и стирать, ходить в окровавленных тряпках - привлекать к себе лишнее внимание. До сумерек должны управиться и вернуться к фургону, так что бегом!
  И мы разбежались каждый по своим делам. Есть тут опасность или нет, лучше это проверять в ставшем родным фургоне, а не посреди опустевшей деревушки.
  
  Глава 2
  
  Даже благородное происхождение почему-то не избавляет от желания регулярно поесть.
  Философские размышления Ярослава Волка.
  
  Мало удовольствия купаться в холодной речушке, однако смыть с себя пот и грязь было необходимо, поэтому я разделась в прибрежных кустах и нырнула в ледяную воду, с трудом подавив вскрик. Весна уже одаривала нас теплыми днями, но ночи еще были холодны, и вода с утра не успевала прогреться как следует. Тело покрылось мурашками, а воздух застрял в горле и никак не хотел проталкиваться ни в легкие, ни наружу.
  - Быстро мойся, вылезай и растирайся полотенцем, - велела Тиса. - Потом пробегись до костра, высуши голову. А после этого возвращайся стирать. Простуда - последнее, что нам сейчас нужно.
  Сама девушка осторожно вошла в воду, опираясь на импровизированный костыль. Ее лицо не дрогнуло, хотя сломанная нога, вероятно, очень болела. Я могла только позавидовать ее самообладанию. В такой ситуации жалобы с моей стороны выглядели бы совершенно недостойно и жалко.
  Когда я подошла к костру, то увидела, что эльф спит, развалившись в опасной близости от пламени, а капитан, не только успевший разложить костер, но и даже свежевыкупавшийся - мокрые волосы небрежно схвачены шнурком в хвост, - варит кашу. Варит кашу!!!
  - Даезаэль просил его не трогать, пока он не начнет гореть, - сказал Ярослав, достал из котелка большую ложку, подул и попробовал содержимое с самым серьезным выражением лица. - Что случилось, Мила? У меня на голове выросли рога?
  - Вы варите кашу... - пролепетала я. Капитан не переставал меня удивлять.
  Высокомерный, холодный, правильный чистокровный аристократ, сын Владетеля домена, два дня назад не испугался грязной работы по уходу за тяжелобольными, отдал все свои силы для того, чтобы спасти нас от волкодлаков - и сегодня варит кашу! Я была уверена, что он и понятия не имеет, с какой стороны мешочек с крупой развязывается!
  - Варю. А кому еще этим заниматься?
  - Вы же аристократ. - Я присела рядом с костром, распустив волосы и наскоро расчесывая их пятерней. Пока я тут греюсь, Тиса стирает! Девушка с презрением отказалась от моей помощи - я пыталась проводить ее к огню, - сказав, что она закаленная, чтобы от купания начать кашлять. Да и волосы у нее были намного короче моих и быстро сохли под весенним солнышком.
  - И что? Это только для тебя я почему-то выступаю как мировое зло, а Драниш и Тиса даже не сомневаются, что, закончив работу, они получат свою миску горячей и питательной каши.
  - Вы для меня вовсе не зло, я просто вас реально оцениваю, - возразила я. - К той же Тисе вы часто относитесь, как к собаке.
  - Она моя слуга, - спокойно ответил капитан. - Как я к ней еще должен относиться? Ты попробуй, лиши ее возможности у меня служить. Думаешь, ей это понравится? К тому же, в нашем замке даже собаки никогда не голодали и всегда были ухоженными.
   - Не сомневаюсь в этом. Ведь нужно же поддерживать статус Дома.
  - Нужно, - согласился Волк, - но простым купеческим дочкам этого не понять.
  - Не нужно считать остальных ниже себя только потому, что им не посчастливилось родиться в роду Сиятельных.
  - Чистомир тебя сильно развратил своими убеждениями, - с отвращением сказал капитан. - И забил голову всякой чепухой. Он не такой, как все, он - выродок, не понимающий степени ответственности, лежащей на каждом благородном и живущий по каким-то своим законам. Я удивлен, что его семья еще не изгнала этот позор из своего Дома!
  Чистомир Дуб был моим другом детства, однажды спасшим мне жизнь. Недавно мы спасли его от слуг ульдона, желающих убить аристократа за совращение дочки мага-перерожденца. Чистомир клялся, что это было продиктовано интересами короны, но Ярослав ненавидел Дуба с тех пор, как он соблазнил возлюбленную Волка.
  - Чистомир - один из лучших людей, которых я встречала в жизни, - тихо, но внятно сказала я, поднимая голову и глядя прямо в серебристо-серые глаза Волка. - И не вам судить его.
  - Очень жаль, что Дуб, сделав своей подстилкой, не указал вовремя тебе место, - жестко сказал капитан, его глаза потемнели. - Эту ошибку придется исправить мне.
  - Попробуй. - Я поднялась на ноги, заставив, таким образом, Ярослава смотреть на меня снизу вверх, и уперла руки в бока, сдерживаясь, чтобы не кинуться на хама. Так меня еще никогда не оскорбляли. - Ты не имеешь никакого права меня унижать. Ты, наверное, забыл, в каком мы положении и где находимся? Будь я у тебя в замке, я бы и глаза не смела поднять на ваше Сиятельство. А сейчас ты сидишь живой только благодаря моей крови и целительскому искусству Даезаэля, так что гонор свой можно и поубавить.
  Капитан вскочил и сразу стал выше, что немудрено - от отца я унаследовала малорослость, а наши приключения сделали меня из худой просто-таки тощей. Глаза Ярослава сузились, нижняя челюсть выдвинулась вперед; он поудобнее перехватил ложку. Меня так трясло от бешенства, что рука сама потянулась и достала мой верный кинжал из ножен.
  - Только попробуй, девчонка, - процедил Волк.
  Я подхватила подол юбки левой рукой, чтобы удобнее было двигаться, Ярослав пошире расставил ноги, показывая, что он не собирается уклоняться от моего удара и ответит со всей жесткостью.
  - Эй, стоп! Стоп! - закричал тролль откуда-то.
  Мы повернули головы и увидели Драниша, бегущего к нам. На ходу он сбросил с плеч вязанку каких-то длинных жердин, которые со стуком рассыпались по дороге. Пыхтевший за спиной тролля гном, который волочил по земле что-то тяжелое на старой рогоже, всплеснул руками и бросился собирать палки.
  - Стоп! Ребята, придите в себя! - Драниш встал между нами, широко разведя руки. - Котя, опусти кинжал, опусти. Ярик, сядь! Сядь, я сказал. Так, хорошо, теперь медленно выдыхаем. Ярик, кашу неплохо было бы помешать.
  Волк неохотно занялся котелком, бросая на меня косые взгляды.
  - Стоит мне отвернуться, как вы тут же цепляетесь друг к другу! - укоризненно сказал тролль, поглаживая меня по спине.
  - Дрыхли##1 бы тебя взяли, троллья морда! - пробурчал снизу эльф. - Еще немного - и они бы подрались! Вечно ты влезаешь не вовремя!
  
  
  ## 1 Дрыхли - низшие демоны.
  
  - А ты спи там, а то сейчас сам свою рубашку пойдешь стирать! - рявкнула я на любителя поглазеть на чужие скандалы, радуясь, что есть возможность сбросить накопившееся раздражение.
  Эльф не снизошел до ответа, но на всякий случай отодвинулся.
  - Что вы не поделили? - спросил Драниш.
  - Он назвал меня подстилкой Чистомира, - сказала я, и обида вновь всколыхнулась, готовая захлестнуть с головой.
  - Ярик, извинись, - попросил тролль.
  - Нет, - отрезал Волк. - С какой стати? Подумай, Драниш, с кем ты сидишь сейчас рядом и на ком ты собираешься жениться. Жениться!
  - Мой выбор тебя никоим образом не касается, - спокойно ответил тролль. - А девушку ты оскорбил совершенно зря.
  Капитан долго молчал, стиснув зубы и размешивая кашу так, будто она повинна во всех его бедах. Я досушила волосы и встала, собираясь уходить.
  - Извини, - буркнул Ярослав.
  - Пусть это останется на вашей совести, - ответила я.
  Конечно, гордо уйти с сумкой, полной грязного белья, не получилось, но я надеялась, что хотя бы моя спина выражала всю степень презрения к Волку.
  Драниш меня догнал, когда я уже раскладывала белье на мостках. Рядом лениво бултыхала в воде свою половину грязной одежды Тиса.
  - Персик так ругался, что я колья бросил. - Тролль, как ни в чем не бывало, улыбался. - Он собирается как-то фургон ремонтировать, ему каждая крепкая дощечка важна, а я так легкомысленно с ними обошелся! Странно, но в этой деревне все уже сгнило с невероятной скоростью.
  - А что случилось? - поинтересовалась воительница.
  - Как обычно, Мила и Ярик опять поругались, - ответил тролль, стягивая с себя сорочку.
  - Я никогда не была подстилкой Чистомира, - тихо сказала я.
  Тролль присел рядом на корточки и поднял большими теплыми пальцами мое лицо за подбородок вверх, заставляя посмотреть на себя. Его карие глаза были очень серьезны.
  - Я знаю, - сказал он и легко коснулся губами моего лба.
  Потом быстро сбросил с себя оставшуюся одежду и почти без брызг нырнул в речку с мостков.
  - Девочки, не смотрите сюда, - попросил за нашими спинами гном, судя по звуку, раздеваясь в кустах.
  - Больно надо, - фыркнула Тиса. - Что я там не видела? Точнее, на что там смотреть?
  - Вот и не смотри... Ай! Какая вода холодная!
  - А Персик-то наш зубы начал отращивать, - задумчиво сказала девушка. - Так, глядишь, к осени сделаем из него мужчину. Хотя... как из него мужчину делать, когда он даже трусов не снял!
  - Откуда ты знаешь?
  - Подглядывала, - беззаботно рассмеялась воительница. - Он даже когда моется, никогда не раздевается догола. Смешной. Хотя и стирать в таком случае меньше.
  Какое-то время мы молча гоняли белье по воде. Конечно, пятна крови и грязь такой стиркой окончательно удалить было нельзя, но нам главное, чтобы одежда не пахла и не привлекала запахом крови всех окрестных зверей или еще кого похуже.
  - Тиса, - спросила я, присматриваясь к течению, - гляди, что это?
  Посредине реки плыло что-то большое и темное, похожее на замшелое бревно, но двигалось оно против течения.
  - Драниш! - завопила Тиса изо всех сил. - На берег!
  Она схватила костыль и, забыв о сломанной ноге, размахнулась им, рванувшись к краю мостков. Упала и от бессильной ярости ударила кулаком по доскам, что-то прорычав.
  Тем временем Персиваль с невнятным криком кинулся на здоровенную рыбину, Драниш едва успел его перехватить и швырнуть на берег, но времени, чтобы увернуться самому, ему уже не хватило. Тролль скрылся под водой, моментально окрасившейся в розовый цвет.
  - Глуши ее! - заорала Тиса, ударив меня по ногам костылем.
  Это помогло мне выйти из оцепенения и отреагировать единственным боевым заклятием, которое пришло в голову. Я размахнулась и метнула в чудище огромный огненный шар. Вода вскипела и в воздух поднялся пар, из-за которого какое-то время ничего не было видно.
  - Драниш! - отчаянно закричала я. Почему-то сердце так сжалось, что от боли выступили слезы на глазах. - Драниш!
  - Живой я, - сказал тролль, появляясь около берега. - Только ошпаренный чуток. Молодец, котя, ты у меня боевая!
  - Причем здесь это, - пролепетала я, глядя на ярко-красный цвет его кожи, по которой текли темно-красные струйки крови. - Ты ведь ранен!
  - Ага, - согласился он, - зато посмотрите, какой у меня улов!
  Оставляя на песке кровавые пятна, Драниш выволок на берег огромную тушу рыбины и в изнеможении упал рядом на живот. Его спина была усеяна волдырями ожогов.
  - Зубощук! - сказала Тиса удивленно и ткнула рыбу костылем. - Надо же! Я и не думала, что они тут водятся.
  - Как видишь, - заметил Драниш и зашипел - я попыталась магией стянуть рваные раны на его руке, оставленные зубами рыбы.
  - На троллей магия плохо действует, - будничным тоном сказал за моей спиной Даезаэль. - Тем более что у него в крови куча волкодлачьего яда, который мне все недосуг вывести. Ты своего жениха совсем угробить собралась? Ну-ну, продолжай.
  Я испуганно отдернула руки. Как я могла взяться исцелять и забыть обо всем этом!
  - Успокойся, котя, - попросил Драниш. - Не нужно меня хоронить раньше времени.
  - Ты его заживо сварила! - Эльф понюхал рыбину и отщипнул кусочек. - Однако, вкусно!.. Мила! Я тут страдаю от упадка магических сил, а ты свои раскидываешь направо и налево! Что за свинство! Сама будешь своего обваренного героя зашивать и мазью от ожогов смазывать. Да не красней ты так, самое дорогое ты ему не обварила.
  - Это только потому, что он успел вовремя нырнуть, - мрачно сказал капитан.
  Я обернулась. Лицо Волка было непроницаемым, но в глазах бушевала серебряная буря. Рядом с Ярославом стоял дрожащий гном, зябко обхвативший себя руками.
  - Да ладно тебе, Ярик, - сказал примирительно Драниш. - Ну, малость перестаралась, но ведь как иначе опыт получить? В итоге я остался в выигрыше - получу массаж ее нежными ручками.
  - Для начала ты вытерпишь штопку.- Даезаэль безжалостно сунул мне в руки набор для зашивания ран. - Не забудь промыть! Мало ли какая гадость на зубах у этой рыбки.
  - Яда там точно нет, - сообщил капитан, присаживаясь возле вареного зубощука. - Эту рыбку вывели ульдоны, чтобы она охраняла их владения, и заодно как пищу для волкодлаков.
  - И что же жрет эта рыбка? - поинтересовался эльф, присаживаясь возле капитана и кинжалом распарывая брюхо нашего нечаянного улова. - Пусто! Это как же?
  - Специальная порода, - объяснил капитан. - После первого и единственного процесса размножения растет и питается остаточными магическими эманациями.
  - Мы их во время войны пытались разводить. - Тролль тяжело вздохнул, но больше ничем не показал, что ему неприятна моя возня с иглой и нитками у его ран. - Но не получалось, дохли и все.
  - Куда вам. Тут нужно особое заклинание, похожее на то, какое мы используем для своих лесов и огородов, - рассеянно ответил эльф, увлеченно разделывая рыбу. - Персик! Не стой столбом! Промой-ка мне эту нижнюю челюсть, только осторожненько! Я ее засушу, пригодится. Надо же, строение идентично щучьему! Ну, молодцы ульдоны, хвалю.
  - Ты куски рыбы по песку не разбрасывай! - возмутилась Тиса. - Мы ее есть будем.
  - Ешьте, - отмахнулся эльф, вытаскивая хребет. - Так, посмотрим, посмотрим...
  - Персик, а чего ты на зубощука кидался? - спросил тролль. - Если бы я тебя не оттолкнул, он бы тебе руку оторвал.
  - Я хотел ее убить, - хищно ответил гном. - Мне так надоело, что на меня все нападают! Я тоже хочу на кого-нибудь напасть.
  - Молодец, - чавкая, одобрила Тиса.
  - Нет, - холодно сказал капитан. - Никаких нападений от дилетантов. Если бы ты не кинулся на зубощука, Дранишу не пришлось бы тебя отталкивать и подставляться под атаку, если бы Мила не...
  - Если бы Мила не сварила рыбу заживо, то та бы меня в лохмотья превратила, - перебил Драниш. - Прекрати, Ярик, ты слишком строг. У них же нет времени учиться, и ребята получают опыт как могут. Ради того, чтобы котя смогла защитить себя, когда меня не будет рядом, я готов предоставлять свое тело каждый день.
  - Идиот, - констатировал эльф. Он уже успел изучить рыбий хребет, и к нему вернулось обычное желчное настроение. - Ты и так последнее время каждый день получаешь ранения. Если так будет продолжаться дальше, то Мила получит в мужья увечного. И я не гарантирую, что, если ситуация не изменится, ты сможешь размножиться. Хотя нет, лучше, если она не изменится. У нас еще никто не изучал половую дисфункцию троллей, и моя работа может произвести фурор.
  - Прекращайте пустые разговоры, - приказал капитан. - Пора есть и возвращаться к фургону. Скоро стемнеет. Кстати, Мила, белье, которое ты стирала, уплыло.
  Я ахнула, вскочив на ноги. Сорочка тролля, которую я полоскала до появления зубощука, виднелась белым пятном далеко внизу по течению.
  - Ничего, - оптимистично сказал Драниш. - Я сплаваю, достану ее.
  - Ну уж нет, - возмутился эльф. - Какое "сплаваю"? У тебя совсем соображалка не работает? Тебя же только что зашили! Сиди и молча ешь рыбу!
  Я тоскливо вздохнула, понимая, что за сорочкой придется плыть мне. Лезть в холодную воду совершенно не хотелось, даже при мысли об этом кожа покрывалась пупырышками и начинали клацать зубы.
  - Брось, - попросил тролль, видя, что я разуваюсь, и для верности придержал меня за руку. - Что у меня надеть больше нечего?
  Капитан фыркнул и состроил лицо, выражавшее крайнюю степень презрения и неодобрения, но меня таким пронять было трудно.
  - Ты так размяк, Драниш, что смотреть противно. - Тиса с такой силой рванула кусок с рыбьего бока, что несчастная туша дернулась и взмахнула хвостом, как живая.
  - А ты не смотри, - посоветовал тролль, блаженно улыбаясь. Несмотря на боль, он поглаживал мою руку и был счастлив.
  Что-то заставило меня поднять голову и посмотреть на Ярослава. За ледяным презрением, которое он источал, мне почудилась боль. Но почему? Неужели он вспомнил ту девушку, которую любил во время войны, и которая предала его ради Чистомира? Или наш холодный капитан просто скучает по теплым чувствам? Ответа на этот вопрос я не знала, а спросить бы никогда не осмелилась.
  Когда мы наелись, эльф приказал забрать с собой остатки зубощука, которые поручил мне очистить от песка и погрузить в котелок.
  - Сваренной капитаном кашей и рыбой позавтракаем. Что-то мне подсказывает, что ночь ожидается бурной и утром будет не до завтрака, - зловеще предсказал Сын Леса и принюхался. - Воздух явно пахнет неприятностями.
  - Перестань каркать! - рявкнула Тиса. - Накличешь какую-нибудь гадость на наши головы, нам и так проблем хватает.
  - Нельзя накаркать то, что уже предрешено, - пафосно сказал Даезаэль. - Уй! Ах, ты...
  Воительница, ловко огревшая костылем увлеченного мрачными предсказаниями эльфа, подбоченилась, стоя на одной ноге.
  - Не дождешься у меня больше исцеления, - пообещал пострадавший, почесывая спину. - Будешь подыхать, а я буду стоять рядом и смеяться.
  - Я в этом никогда не сомневалась, - ответила девушка и сменила тему. - Давайте собираться, уже темнеет.
  Процессия, ползущая вверх по холму к фургону, представляла собой лакомый кусочек для любого, желающего поживиться нашим мясом, настолько мы были уставшие, да к тому же тащившие на себе гору тяжестей. Мокрое белье, котелки с пищей, целительская сумка, с которой Даезаэль теперь не расставался, результаты мародерского труда гнома и тролля - какие-то кузнечные инструменты и длинные деревянные жерди. Так как обожженный Драниш не мог тащить на себе материалы для ремонта фургона, то нести их пришлось эльфу и капитану.
  - Мила, - громким шепотом предложил Даезаэль, - давай сделаем ставки?
  - Какие? - безразлично спросила я. Тюк с мокрым бельем неприятно холодил спину, а на шее у меня болталась целительская сумка, с каждым шагом пригибавшая меня все ниже к земле. Да и выброс магической энергии давал о себе знать, перед глазами уже давно плавали расплывчатые тени.
  - Упадет Ярослав до того, как мы дойдем до фургона, или нет. Я за то, что упадет.
  - Почему ты так уверен?
  - Потому что он несет другой конец жердей, и я чувствую, как его шатает, - довольно сказал эльф.
  - Сейчас всем плохо, а ты прицепился к капитану, - возмутилась Тиса, хромавшая сзади. - Вон, Драниша тоже шатает!
  - Его еще и морозит, - равнодушно сказал целитель, - последствия ожога. Нет, тролль меня не интересует, пусть за него Мила переживает, ей тащить тушу и котелки, если он упадет. Вот капитан - это интереснее. Ведь он у нас из гранита высечен. Ему бы сейчас лежать, а он ходит и даже тяжести таскает.
  - Не упадет, - сказала я твердо. - Капитан не упадет до тех пор, пока не донесет ношу до фургона.
  - Вот и поспорили, - обрадовался эльф. - Если я выиграю, завтра утром забираю у тебя почти всю магию, идет?
  - А если я выиграю?
  - Быть такого не может, - уверенно заявил целитель.
  - Такого не может быть! - голосил он чуть позже, когда вся наша группа благополучно добралась до фургона. - Он должен был упасть! Должен был! У него же совершенно нет сил! И он не обращался к силе рода, я же знаю! У, как же я вас всех ненавижу! Персик, ползи сюда, я тебя пну!
  - Тебе надо - сам иди сюда и пинай, - меланхолично ответил гном, лежащий рядом с рогожкой с инструментами, которую он еле затащил на холм. - У меня нет сил.
  - Ты самый здоровый из нас и у тебя нет сил? - завопил эльф. - Куда ты их дел? Ты ведь даже не ранен!
  - Я не могу жить на таком скудном пайке, - тихо признался гном. - Мы ведь толком и не ели за последнее время. Ты, такой умный и знающий целитель, забыл, наверное, что у нас обмен веществ другой? Гном не может прожить на жалких крохах, нам нужно есть значительно больше, чем эльфам. Посмотри!
  Персиваль расстегнул ремень и оттопырил пояс штанов. В образовавшуюся пустоту вполне могла поместиться я. Судя по пристыженному лицу Сына Леса, он совершенно об этом забыл или не брал в расчет; более того, никто из нас, увлеченных своими бедами и болью, даже не заметил, как сильно похудел гном за последние несколько дней. Впрочем, Даезаэль не был бы Даезаэлем, если бы быстро не нашелся.
  - Так ешь, кто тебе мешает? Вон, целый котелок рыбы и еще один - каши. Лопай, сколько влезет, и спать ложись. В нашей команде одного скелета в виде Милы хватает, все, вакантное место супового набора занято.
  - Я не скелет, - возмутилась я. - Просто худая.
  - На грани истощения, - уточнил целитель и скрылся в фургоне. - Мила! Иди сюда!
  Чувствуя себя старушкой, у которой болят все кости, я залезла внутрь.
  - Бери одеяло, - велел эльф, - и вот эту мазь. Сейчас будешь своего тролля спасать, а то ему что-то невесело. Я пока микстуры всем сделаю. Дрыхли бы вас всех взяли, откуда ж мне было знать, что и противоожоговое надо было с собой тащить! Возись теперь...
  Пока я намазывала Дранишу покрытые волдырями спину и руки, капитан обустраивал лагерь на ночь, найдя работу даже огрызающемуся эльфу и не взглянув на нас ни разу. Впрочем, мне было не до этого, потому что тролль был очень плох. Постоянные потери крови, раны, волкодлачий яд, физические нагрузки и, наконец, ожоги сделали свое дело. Взгляд Драниша был мутным и безучастным, он вяло выпил все, что приготовил ему эльф и молча повалился на одеяло, спрятав лицо в подушку. Мне было страшно видеть мощного и веселого тролля в таком состоянии, поэтому я вскочила на ноги, желая сделать для него хоть что-то, что бы облегчило ему состояние.
  Нужно разжечь костер! Я побежала за фонарем, но меня за руку схватил Волк.
  - Что случилось? - испугалась я, взглянув на его серое лицо.
  - Дранишу совсем плохо? - спросил он.
  - Да, - призналась я. - Хотела костер разжечь, чтобы он не замерз, ночи все-таки прохладные, а его и так морозит.
  Ярослав сжал мою руку так, что я вскрикнула от боли. Наверняка останутся огромные синяки.
  - Отпустите меня, - простонала я. - Я знаю, что вы хотите сказать! Что это все из-за меня, и что Драниш вам дорог, и чтобы я сделала все возможное... Но я и так делаю!
  - Я вовсе не хотел сказать, что все из-за тебя. - Волк вздохнул и осторожно отпустил мою руку. - Прости, я погорячился. Сейчас я помогу тебе набрать дров, и Даезаэля попросим, он в темноте хорошо видит.
  Я осторожно сжала и разжала кулак, проверяя, как работают пальцы. Погорячился он!
  - Это всегда так бывает, - авторитетно заявил эльф, появляясь за моей спиной с фонарем.
  - Что именно бывает? - спросила я, стараясь подавить дрожь в голосе. Даезаэль своими неожиданными появлениями меня когда-нибудь в могилу вгонит!
  - Такие взрывы. - Эльф прикоснулся своей прохладной ладонью к моему уже начинавшему проявляться синяку. - Такие люди, как капитан, держат свои эмоции в котелке с крышкой. Оно там кипит, кипит, а потом - бабах! - и взрывается. И тогда места всем мало. В общем, тебе пока везет меньше всех, потому что Ярослав к тебе явно неравнодушен.
  - Неравнодушен? - поразилась я. - Что ты такое говоришь? Да он меня терпеть не может.
  - Я же и говорю - неравнодушен. Вот Тиса, - что бы она ни сделала, он реагирует привычно, так, как реагировал бы любой господин на проделки верного слуги. А ты постоянно заставляешь его вырываться из привычного шаблона поведения. Ты знаешь, мне кажется, он тебя когда-нибудь придушит.
  - Хорошенькая перспектива. - Я постаралась улыбнуться дрожащими губами. - Может быть, все же прирежет?
  - Нет, задушит. Чтобы все ощутить своими руками: как пережимаются твои сосуды, как бьется в агонии тело, как ты хрипишь и пытаешься освободиться...
  Мне почему-то стало очень страшно, как будто кто-то прошелся холодными лапками по позвоночнику, и я непроизвольно схватила Даезаэля за руку.
  - Что? - шепотом спросил он. - Ты тоже это почувствовала? Давай, хватаем любые сухие ветки и возвращаемся к фургону, что-то я больше не хочу в этом лесу находиться.
  По возвращении я спешно принялась разводить костер. Мне казалось, что яркое, живое пламя быстро оградит меня от того страшного и неведомого, что притаилось в лесу. Рядом споро рубил на куски большие ветки эльф.
  - Вы почему так мало дров набрали? - спросил капитан, появляясь из темноты с охапкой хвороста. - На ночь не хватит.
  - А ты не почувствовал, что там, в лесу, кто-то есть? - спросил эльф.
  - Это не повод сидеть без огня. - Волк сгрузил ветки в общую кучу. - Бери топор, пойдем, я там сухую сосну приметил, ее надолго хватит. А Мила пусть остается, если ей страшно.
  - Страшно, - честно ответила я.
  - Ну так поднимись в фургон и возьми в руки оружие, - раздраженно приказал капитан. - Ни Тиса, ни Драниш сейчас защитить себя не могут.
  Когда на тебе лежит ответственность по защите своих спутников, становится не так страшно. Я полезла в фургон за эльфийским луком, который хорошо оберегает от нечисти, а для людей у меня есть кинжал.
  Внутри в темноте раздавались слабые всхлипывания.
  - Тиса? - Я осторожно побрела в направлении звуков, стараясь ни на что не наступить. - Что случилось?
  - Мне больно, - простонала девушка. - Ты думаешь, так легко скакать на этих палках? И кости ноги так болят, уууу...
  - Почему ты не попросила никого из нас обезболить тебя? - спросила я, проводя рукой над переломом. От кожи девушки так и пахнуло жаром. - Почему ты не сказала, что тебе так плохо?
  - Но ведь Даезаэль сказал, что нельзя магию, когда в крови есть волкодлачий яд! Я не хочу умереть!
  - Все будет хорошо! - Я, наконец-то, зажгла потолочную лампу. - Ведь есть еще всякие настойки и снадобья. Я сейчас все сделаю, тебе полегчает.
  Я возилась с Тисой до прихода наших дровосеков, напрочь забыв про свой страх. Даже не вздрогнула, когда за спиной возник эльф, постоял немного, одобрительно хмыкнул и вышел.
  Когда девушка наконец-то заснула, я вышла к костру и наткнулась на жалобный взгляд Даезаэля. Так эльф никогда и ни на кого не смотрел, и мне опять стало страшно.
  - Мила, - пролепетал он жалобным голосом, - ты знаешь некромантию?
  - Некромантию? - Ничего себе тема для разговора поздним вечером! - Так, самые основы.
  - Тогда срочно защити нас всех от мертвецов!
  - Каких мертвецов?
  - Ты что, не чувствуешь? Они идут за нами! Они встали из могил и идут за нами! - Пальцы эльфа вцепились в мою рубашку, я зашаталась под тяжестью его веса. Глаза у Даезаэля были совершенно безумными. - Они идут! Идут!
  Мне стало так страшно, что я не могла пошевелиться, лишь повторяла:
  - Даезаэль, успокойся, успокойся...
  Капитан действовал более решительно. Он одним ударом оторвал Даезаэля от меня. Потерявший сознание эльф упал на землю, а Ярослав хлопнул меня по щеке.
  - Очнись! Делай то, о чем просил Даезаэль.
  - Хорошо. - Я взглянула в серебристо-серые глаза, и это странным образом придало мне сил.
  - Эй, ты куда? - окликнул меня Волк, укладывая эльфа на одеяло рядом с Дранишем.
  - На крышу за учебником, - ответила я уже сверху, копаясь в своих вещах. - А вы думали, я прятаться пошла?
  - Была такая мысль, - честно признался Волк и даже был так любезен, что помог мне спуститься вниз. - Так ты знаешь некромантию или нет?
  - Я же сказала: только основы, мы на курсах проходили, и я никогда этого не использовала. Нужно проверить кое-что, вдруг память подведет.
  - Так ты с собой взяла учебник по некромантии? - удивился капитан, заглядывая через плечо, пока я, используя свет от костра, листала книжку.
  - Нет, это справочник начинающего мага, тут всего понемножку, - ответила я. - Ага, вот, нашла. Сейчас...
  Капитан молча ждал, пока я прочитаю, а потом посоветовал, ткнув пальцем в схему заклинания:
  - Вот здесь сделаешь по-другому. Пасс рукой вот так, и энергию направь в эту точку, а не в эту.
  - Капитан, вы знаете некромантию! Тогда почему же вы меня заставляете это делать?
  - Мила, - уставшим голосом сказал Ярослав. - Не говори глупостей. Мне сейчас никак нельзя заниматься магией. И да, конечно, я знаю некромантию. Тоже основы, как от всяких нежелательных элементов защититься, но только я это все проверил на практике во время войны, а составитель справочника, по всей видимости, нет. Поэтому я прошу тебя сделать все так, как я предложил, это будет намного эффективнее, хорошо?
  - Есть ли хоть что-то, чего вы не знаете? - вздохнула я, откладывая книгу и готовясь к работе.
  - Я же руководитель, - сказал капитан. - А руководитель должен знать все и по чуть-чуть. Но я многого не знаю. Целительства, например, или где моя сбежавшая невеста, или почему она решила натравить на нас армию волкодлаков.
  - Почему вы тоже уверены, что это она?
  - Что значит тоже? - Ярослав склонил голову набок. - Вы что, обсуждали за моей спиной мои личные дела?
  - Когда они творятся в таком масштабе, это уже не только ваши личные дела, - буркнула я. Выглядеть сплетницей в глазах Ярослава почему-то было неприятно. - Это Драниш считает, что ваша невеста собрала волкодлачью свору.
  Когда мы были в замке у Сыча, капитан получил известие, что его родители готовят его женитьбу на дочери одного из северных Владетелей, Ясноцвете Крюк. Ее отец за время своего правления сумел увеличить свой домен вдвое за счет прилегавших к нему независимых княжеств, и теперь разделил землю надвое. Ярослав, младший сын Владетеля, всегда страстно мечтал иметь свой домен, и был готов жениться на ком угодно, лишь бы стать Владетелем, и уж тем более, основать свой род, новую фамилию правящих аристократов. Но вся проблема заключалась в том, что никто не знал, где в данный момент находилась невеста Волка, сбежавшая из родового замка. Маги Дома обнаружили, что она использовала магию как раз на территории Сыча, а наше расследование показало, что какая-то высокородная дама инкогнито проезжала через домен. К тому же, команду волкодлакам напасть на нас дала именно женщина!
  - Дом Крюка всегда славился своей уникальной магической силой, и именно поэтому этот род всегда успешно держал северную границу, где проблем хоть отбавляй, - задумчиво проговорил Ярослав, глядя на огонь. - Думаю, управиться с таким количеством нечисти могут только они, да еще Верховный архимаг, а он королевского рода, между прочим. Поэтому, когда мы встретимся с Ясноцветой, нам нужно будет серьезно поговорить.
  - Вы так уверены, что с ней встретитесь? Кажется, она совсем не желает вас видеть, - не удержалась я от шпильки.
  - Она пыталась убить меня и мою команду, и я, как сын Владетеля, такого не могу простить, - жестко ответил Ярослав.
  - А еще она не захотела выйти за вас замуж и сбежала, и вы, как мужчина, не можете этого простить, - сказала я и отшатнулась - таким страшным, полным злобы взглядом ожег меня капитан. - Ладно, что-то я засиделась, мне пора защищать нас от мертвецов.
  Я прочертила эльфийским луком окружность, отделив таким образом фургон и всех нас от окружающего мира, прочитала нужное заклинание и, даже не пытаясь идти ровно, добрела до костра и упала рядом с Дранишем. Спать, несмотря на усталость и обессиленность, не хотелось, поэтому я просто наблюдала, как блики огня играют на задумчивом лице капитана, который смотрел на пламя, но что он там видел - кто знает. Почему-то подумалось, что такой - задумчивый, уставший и больной путник - он куда более красив, чем холодный, неприступный и жесткий аристократ. Интересно, что сейчас творится у него в душе и как это повлияет на нас?
  - Почему ты так смотришь на меня, Мила? - спросил вдруг Ярослав.
  - Пытаюсь понять, что ты за человек, - честно ответила я.
  - И как?
  - Пока безуспешно.
  - Лучше не надо понимать, - посоветовал он, горько усмехнувшись. - У тебя есть Драниш, а он куда лучше меня, даже если и не человек.
  - Уж не думаете ли вы, что я влюбилась в вас, ваше Сиятельство? - произнесла я, использовав все запасы своего сарказма.
  Он пожал плечами.
  - Почему нет? Простолюдинки часто в меня влюбляются. Да и ты ведешь себя со мной как-то странно. Мне только жаль Драниша.
  - Не стоит его жалеть, Ярослав, - ответила я. - Жизнь Драниша куда лучше вашей, потому что он видит в мире и людях хорошее, и не ищет в их действиях скрытую подоплеку.
  - Кого как учили, - пожал плечами аристократ. - Ты так и не сказала, ты влюблена в меня или нет?
  - Да не любит она тебя, это и слепому видно, - проскрипел кто-то за пределами пятачка, освещенного огнем. - У нее в душе такая каша, что на любовь к тебе места просто нет. Вот когда она разберется в себе, тогда...
  - Мила, отцепись от меня, - тихонько сказал Ярослав. - Или хотя бы освободи правую руку.
  - Простите, капитан, - пролепетала я.
  Каким образом я оказалась по другую сторону костра, да еще и прижавшись к Волку, да еще и спрятав голову у него под мышкой, я не знала, но дрожала от ужаса так, что даже вибрировало бревнышко, на котором сидел капитан.
  - Покажись, добрый человек, который разбирается в девичьих душах, - ровным голосом попросил Волк, а рука его легла на рукоять кинжала.
  - Тут я, туточки, разрешите присесть?
  Перед нашими глазами предстал древний-древний дедок в телогрейке с вылезшим местами мехом, с длинной седой бородой, кончик которой он засунул в карман, в валенках и холщовых штанах.
  - Дайте поживиться, - сказал дедок, хищно оскалившись, и протянул к нам руки с крючковатыми пальцами.
  И я самым позорным образом, вместо того, чтобы защищать спину капитана, упала в обморок.
  
  Глава 3
  Не доверяй незнакомому дядьке, особенно если он говорит, что ты ему нравишься!
  Поучение любой матери своей дочке
  
  Открыв глаза, я увидела, что капитан выхватил из костра большой сук, ярко пытающий с одного конца, и направил его на старика. Скорее всего, я пришла в себя очень быстро, и события только начали развиваться.
  - Не подходи ближе, - предупредил Волк.
  - Ты бы поднял девушку-то с земли, - укоризненно сказал старикан, указывая на меня, но с места не двигаясь.
  - Ничего с ней не случится. - Капитан не бросил на меня даже короткого взгляда. - Ты кто такой?
  - Ведун здешний. Не мертвяк я и не ульдон, гляди... - Он достал из-за пояса простенький кинжал, провел им по пальцу. Из разреза тут же закапали темные-темные, кажущиеся черными, капли. - А посветишь в глаза, поймешь, что я не перерожденец. Люди, дайте же поживиться чем-то! Мочи нет!
  - Что от нас вы хотите? - Я встала, но пошатнулась от слабости. Пришлось ухватиться за рукав Ярослава, чтобы не упасть. Он даже не отреагировал, его мышцы были напряжены, сам воин был похож на сжатую пружину.
  - Каши! - со всхлипом простонал дед. - И еще так вкусно рыбой у вас пахнет! Знаете, как давно я не ел нормальной пищи!
  Мне почему-то стало его жалко. Я посмотрела на глубокий разрез на пальце с большими узловатыми суставами - наверняка они болят, когда меняется погода - и сказала:
  - Присаживайтесь к костру и кушайте на здоровье.
  - Нет! - рявкнул капитан. - Стой, где стоял!
  Дед, уже протянувший было руки к котелку, замер и тяжело вздохнул.
  - Нехорошо так, сынок! Я не враг ни тебе, ни кому-то из вас. Я, может, единственный живой во всей округе, а ты так со мной поступаешь. Не нужно этого. Позволь представиться, юный Волк. Я - Дубико Котов.
  - Откуда ты знаешь, кто я?
   А у вас вся порода такая, хищная - что отец твой Гранислав таким был еще с детства, что ты. Вы очень похожи, тот же подбородок и нос. А еще взгляд, ни капли добра.
  Ярослав так удивился, что не смог этого скрыть. У него даже рот приоткрылся. Потом капитан взял себя в руки и сказал, как ни в чем не бывало:
  - Садись и ешь, потом расскажешь, что тут произошло.
  Старик покивал, торопливо и жадно поедая кашу. Несмотря на аристократическую фамилию, ел он без каких-либо признаков манер, утробно порыкивая и глотая куски рыбы, даже толком не пережевав их. Ярослав брезгливо скривился и сел на свой пенек, положив горящий сук обратно в огонь. Я примостилась неподалеку, чтобы, если что, успеть спрятаться за его спину, или, наоборот, отскочить от вспыльчивого капитана подальше.
  Когда Котов наелся, он довольно отрыгнул и протянул руки к пламени.
  - Ну, теперь спрашивайте. - Он прикрыл глаза. - Если дадите с собой крупы немного, то я буду вообще безмерно счастлив и, может быть, помогу вам чем-то.
  - Где мы находимся? - спросил капитан.
  - На землях ульдонов.
  - Уже? - ахнула я. Неужели мы так быстро проехали домен Сыча? Наверное, во время ночной битвы с волкодлаками мы проехали куда больше, чем думали.
  - Что значит уже? Граница земель ульдонов и домена Сыча осталась далеко позади, думаю, не меньше дня скачки, - ответил старик.
  - Этого не может быть. - Капитан что-то чертил палочкой на земле. - Если рассчитать максимальную скорость перемещения фургона и верить карте, то граница домена должна быть недалеко. Мы не могли настолько сильно промахнуться!
  - Э-э-э, Волчонок, это так было давным-давно, когда меня вышибли из магического университета и отправили сюда служить местным жрецом. С тех пор многое поменялось, и здесь уже лет двадцать хозяйничают ульдоны. А карта ваша, видно, не исправлялась. Уверен, Сычи ни за что не признаются, что потеряли столько земель, и, небось, так и шлют в столицу хвалебные отчеты о своем славном руководстве доменом.
  - Но ведь заключение мирного договора предписывало вернуть все границы в пределы довоенных!
  - О, так уже заключили мирный договор с ульдонами? - оживился старик. - Славно! Правда, у нас тут никто не воевал, кому мы нужны.
  - А что случилось с вашим селением? - спросил капитан.
  Котов печально вздохнул, потеребил кончик бороды и, наконец, сказал, глядя Волку прямо в глаза:
  - Всех уничтожили, только не знаю, кто это сделал. Я один спасся, и то потому, что ушел в другое селение ритуалы проводить. Их жрец давно умер, а кто же нового сюда пришлет? Когда вернулся, все было уже кончено. Даже тел не осталось.
  - А кто разрушил святилище?
  - Я не знаю. Но магия этого кого-то очень сильна. Вы же видели, во что превратилось селение всего за полгода! Такое ощущение, что здесь все заражено каким-то тленом.
  - Такое ощущение? - переспросил Ярослав. - Ты хоть что-то точно знаешь?
  - Те, кто точно знает, что произошло, или мертв, или сделал это, - ответил старик. - Я учился слишком давно и слишком неохотно, чтобы определить такое. И посмотрите, в кого я превратился за полгода! Ведь я ровесник твоего отца, Волчонок!
  - Что? - Ярослав снова не смог скрыть своего удивления. - Ровесник? Я думал, вы лет на тридцать старше!
  - Нет, я же говорю - заклятие тлена.
  - А почему вы не ушли? - спросила я.
  - Куда, деточка? Здесь в округе никого не осталось. Я так и не догнал того, кто сделал это, и почти никого не смог спасти и уговорить бежать. Три селения были стерты с лица земли. А люди все ушли.
  - Погодите, вы же сказали, что вы никого не смогли спасти! Кто тогда ушел?
  - Люди... в смысле, мертвецы.
  - Ушли? - воскликнула я. - Мертвецы ушли?
  - Здесь земли ульдонов, деточка, здесь спокойно лежащие в могилах мертвецы вызывают подозрение, а ходящие - это норма. Ну, встал, ну, пошел... Значит, так человеку было нужно.
  У меня вырвался истерический смешок и я уткнула лицо в ладони. Весь разговор этот, сам старик, который совсем не старик, спящие рядом Даезаэль и Драниш, совершенно не реагировавшие на присутствие странного гостя, ровно шумящий лес - это вызывало чувство нереальности, будто я сплю и вижу странный сон, который никак не может закончиться.
  - Успокойся, - велел мне капитан, хлопнув по спине.
  - Почему? - спросила я. - Почему не просыпаются эльф и тролль? Ладно, Драниш болен, но чтобы Даезаэль пропустил такое?!
  Волк наморщил лоб, а потом нахмурился:
  - Я думаю, это потому что эльф от меня по лбу получил. Наверное, слишком сильно ударил.
  - Деточка, - сказал Котов, - дай им поспать. Вы все очень устали, а что ждет вас впереди, я даже боюсь предположить. Как бы там ни было, вы здесь чужаки.
  - А вы?
  - Я живу здесь уже чуть больше тридцати лет, чего мне бояться?
  - Поехали с нами, вернетесь к семье... - предложила я.
  - Мой род давно уже забыл о моем существовании, и лучше им не напоминать, - грустно усмехнулся бывший аристократ. - Я был не такой, как они, и поплатился за это. Впрочем, тебе ведь это хорошо знакомо?
  Сердце екнуло, и я предостерегающе подняла руку:
  - Мы сейчас говорим не обо мне!
  - Погоди-ка, - возмутился Волк. - Какие еще тайны? Чего я не знаю о тебе, купеческая дочка? Что еще за отвержение из рода?
  - А почему это вас так интересует, капитан? - спросила я. - Мы уже больше месяца путешествуем вместе, и вы только заинтересовались моим прошлым. К чему бы это?
  - К тому, что на нас валятся неприятности, и здесь нужно учитывать каждую мелочь! - Ярослав схватил меня за руку. - Ну, признавайся, это месть твоего отца?
  - Помилуйте, ваше Сиятельство! - Я даже рассмеялась. - Месть моего отца? Да он никогда не пойдет на такое расточительство, как уничтожение людей! Тем более, с чего это вдруг ему мне мстить? Я порвала отношения с ним еще два года назад, и с тех пор моей семье было абсолютно все равно, что я делаю и на что живу. С какой это радости им внезапно устраивать мне пакости? Думаете, они выиграли в королевскую лотерею и, внезапно озолотившись, решили потратить все деньги на блудную дочку?
  - Она не обманывает тебя, Волчонок! - сказал дед, снова начиная есть.
  - А вы молчите уж лучше, маг-недоучка! - рявкнул Ярослав, но руку мою отпустил и перестал сверлить меня взглядом разъяренных серебристо-серых глаз.
  - Если я не доучился в университете, это совсем не значит, что я не могу быть ведуном и чувствовать ложь, - спокойно ответил Котов. - Спросил бы ты местных жителей, они бы тебе рассказали, как хорош ведун Дубико. Может быть, мне и повезло выжить только потому, что у меня такой сильный дар.
  - Разве это жизнь? - скривился капитан. - Жить в лесу в одиночестве, не мочь себе даже каши нормальной сварить...
  - Не могу сварить, потому что почти все зерно пропало. А то, что я смог спасти, я посадил, и на следующий год будет у меня каша. - Старик мечтательно улыбнулся. - И это нормальная жизнь, Волчонок, ничем не хуже, чем другие. Ведь жить хоть как-то куда лучше, чем не жить совсем.
  - Я с вами не согласен, - буркнул Ярослав.
  - Это потому, что ты еще молод и еще не любил. Вот полюбишь кого-нибудь, тогда и проснется в тебе жажда жизни.
  - Я уже любил, ничего хорошего.
  - Это была не любовь. - Котов отряхнул бороду, достал из какого-то кармана гребешок и принялся ее расчесывать. - Это была пагубная страсть. А любовь - это то чувство, которое поднимает тебя над землей и заставляет жить для того, чтобы было хорошо объекту твоей любви, а не тебе. А ты возненавидел весь мир только потому, что тебе какая-та женщина не дала удовлетворения.
  - Прекращай этот разговор, - резко оборвал старика Ярослав. Что-то в голосе капитана заставило меня взглянуть на него. Что это? Неужели непроницаемый Волк покраснел? Вот так номер! Ну все, плохи теперь мои дела! Из-за того, что я видела момент его слабости и слышала стариковские откровения, капитан будет тиранить меня больше прежнего.
  - А Даезаэль говорил, что слышал, как идут мертвецы, - поспешила я сменить тему.
  - Мертвецы? - Дед полюбовался бородой, спрятал гребешок, а потом и конец бороды в карман. - Все может быть, они часто мигрируют туда-сюда по ульдонским надобностям. Те ведь не дураки - придумали, как сохранять мясо в хорошем состоянии долгое время, и теперь гоняют несчастных трупаков на прокорм своим волкодлакам. Вы, главное, не становитесь у них на дороге, ведь эти ребята совсем не прочь поживиться свежей кровью. И если столкнетесь, рубите им головы. Без головы они быстро теряют силы и падают.
  - Падают, но не сразу, - уточнил капитан. - Я сталкивался с такими на войне. И без головы зомби могут еще парочку солдат разорвать.
  Котов пожал плечами.
  - Вам виднее. Если хотите вернуться в домен Сыча, то вам надо спуститься с горки, проехать вдоль реки, а на большом озере повернуть направо на тракт, и дальше уже не сворачивать.
  Ведун протянул руки к костру, греясь. Молчание затягивалось, и я чувствовала, как сон постепенно овладевает мной. Бороться с усталостью смысла не было, тем более, что я хотела утром отдать эльфу побольше магических сил. Я без них как-нибудь проживу, а вот он стал вести себя совсем уж странно.
  Сон у меня был беспокойным. В какой-то момент он перетек в ужас, и я принялась отбиваться и пинаться.
  - Тш-ш-ш, деточка, - кто-то бережно держал меня в объятиях. - Тш-ш...
  Деточка? Деточка?!
  Я открыла глаза и рывком вскочила на ноги, оттолкнув от себя Котова. Он не удержался на бревнышке, на котором сидел, и упал на спину, задрав ноги. Однако мне было не до смеха, потому что мы были не возле фургона и даже не в разрушенном селении, а возле какой-то низенькой полуизбушки-полуземлянки. Рядом с ней, развешанные на рогатинах, сохли рыба и какие-то тряпки.
  Солнце уже встало, и весь мир был окрашен в те нежные и яркие цвета, которыми заканчивается раннее утро.
  - Где мы? - закричала я, отскакивая от старика подальше и выхватывая из ножен кинжал.
  - У меня дома, - побарахтавшись немного, ведун встал и вытер пот со лба. - Ты знаешь, ты такая тяжелая. Еле дотащил, хорошо еще, что вы так по-глупому остановились рядом. Ты во сне еще и брыкалась.
  - Зачем? - только и спросила я.
  - Я хочу, чтобы ты осталась со мной, - без обиняков заявил Котов. - Ты такой же изгой, как и я, куда тебе возвращаться? Зачем тебе мотаться до грязным дорогам в окружении солдафонов? Разве это жизнь для такой, как ты?
  - Верните меня назад, - потребовала я. - Меня ждут друзья.
  - Разве они тебе друзья? - фыркнул ведун. - Оставайся здесь, я буду тебя любить. Ты станешь владетельницей домена, разве могла ты о таком когда-либо мечтать? Все эти земли будут принадлежать нам, ни ульдонам, ни Сычам они не нужны. Мы с тобой станем основоположниками нового рода.
  - Вы сошли с ума! Какой новый род? Думаю, меня скоро найдут, так что давайте просто молча подождем.
  - О нет, детка! Нас не найдут. Что же я за ведун, если не могу запутать дорогу? Да и твои так называемые друзья, которые засыпают от легкого внушения или щепотки сонного порошка, совершенно не годятся, чтобы оберегать такую жемчужину, как ты! - Старик двинулся в мою сторону.
  - Стой на месте, - предупредила я, внимательно следя за его действиями. - Я буду защищаться.
  - Зачем? Разве ты не хочешь шагнуть в новую жизнь вместе со мной? Неужели тебя больше устраивает та пустота, которая у тебя сейчас в душе? Тебе детки нужны, муж любящий...
  - Но не вы! - Мне было так страшно, что по спине ручейками стекал холодный пот. С сумасшедшими я никогда раньше не имела дела, и поэтому совершенно не могла предугадать его дальнейших действий. Что мне делать? Как выкрутиться из этой ситуации с минимальными потерями?
  - Почему не я? - мирно спросил ведун. - Я буду любить тебя так, как никто не любил. Ведь ты так похожа на нее, мою жену. Хочешь, я покажу тебе ее могилу? Ты увидишь, как хорошо я за ней ухаживаю. Нет, не думай, я не разрешил ей уйти со всеми, чтобы стать кормом для волкодлаков или зубощука, нет, она спит спокойным сном под молодой пушистой елочкой. А тебя я заприметил еще вчера в селении, ты сильна, молода, и ты сможешь выдержать все... Мы будем счастливы вместе. Оглянись, ведь сзади у тебя ничего не осталось, а впереди - сплошная пустота. Я все просчитал, мы с тобой вместе сможем снять заклятие с этих мест, и я снова стану молодым...
  Котов сделал обманное движение, и вдруг с неимоверной для такого старого тела прытью кинулся на меня. Я успела только сдавленно пискнуть, как он тяжело навалился на меня и захрипел, судорожно дергаясь.
  - Ты... сука... - Он с трудом приподнялся, и я увидела, что, пришпилив телогрейку к телу, в животе старика торчит мой кинжал.
  "Все-таки долгие тренировки были не зря", - ошеломленно подумала я.
  Пока я боялась и раздумывала, как разрешить ситуацию миром, мое тело лучше меня знало, что делать и как себя защитить.
  - Отпустите меня, - сказала я, но деда было уже не остановить.
  С утробным рычанием, достав свой кинжал, он кинулся на меня. Да, когда-то Котов получил хорошую подготовку, как воин, но он слишком давно не тренировался, а меня каждый день до дрожи в мышцах гоняли то капитан, то тролль. Я увернулась от удара и выдернула свой кинжал. Утробно чавкнуло, брызнула кровь.
  - Отпустите меня! - Я отбежала к избушке. - Вас еще можно исцелить!
  - Я тебя убью, сука, - прохрипел Котов.
  От магического удара меня отбросило к стене домика и так приложило о бревна, что зазвенело в голове и перехватило дыхание. Пока я силилась вдохнуть, дед подковылял к моему кинжалу и далеко отбросил его ногой. Рану на животе он зажимал левой рукой, а в правой держал кинжал.
  Подошел ко мне - я тщетно пыталась заставить конечности повиноваться, - замахнулся.
  "Я не хочу умирать! Не хочу!" - билась у меня в голове мысль. Спина начала гореть огнем - там, где был след от огромного ожога, всегда нывший, стоило перерасходовать силы. Я собралась с силами и пнула старика по колену. Он пошатнулся, и удар кинжала прошел мимо моей груди, только зацепив плечо, но боли я совсем не почувствовала. Наоборот, в тело как будто влили новую силу, я извернулась и покатилась к бревну-скамейке. С помощью ее встала и кинулась к кинжалу.
  Если я хотела выжить, у меня оставался только один выход - убить Котова. Он грузно топал ко мне, совершенно обезумев от ярости и боли.
  Я замерла, глубоко вдохнула. Кинжал лег в руку, резкий бросок - и серебристым росчерком сталь вонзилась ведуну в горло, точно в яремную ямку.
  Котов всхлипнул, захрипел, схватился руками за мой кинжал и медленно-медленно повалился на колени, а потом и на траву, где еще какое-то время дергался.
  Я подождала, пока он совсем не затих, подошла и присела рядом.
  - Меня учил метать кинжалы Мирик, - почему-то сочла нужным объяснить трупу. - Все детство гонял перед мишенью. Он очень любит кинжалы, Чистомир, вы, наверное, и отца его знали, раз в аристократических родах разбираетесь. Знаете, Мирик считал, что женщине нужно уметь убивать на расстоянии. А ведь он был прав, да, не находите? Конечно, прав, Чистомир всегда прав, мне давно нужно было это понять. А вот вы не правы. Вы говорили, что позади у меня ничего не осталось. Очень даже осталось, меня ведь не изгоняли из рода, как вас, да и не могли, да... Это я сама из дому сбежала. Конечно, я не думала, что мне придется убивать аристократов, даже и бывших... убивать... убивать... убивать...
  Меня затрясло и стошнило. Спазмы были такими болезненными, что я чуть не потеряла сознание и не упала в вонючую лужу.
  - И еще... - Я выдернула кинжал из раны, разогнув пальцы мертвеца, и принялась вытирать верное оружие о траву, а потом и о свою юбку - все равно одежда была заляпана кровью, и лишнее пятно ничего не изменит. - Впереди у меня - жизнь, которую я вовсе не намерена была проводить с таким безумным стариком, как вы.
  На то, чтобы отыскать баклагу с водой и умыться, а потом заняться раной на плече, у меня ушло немного времени. Затем я наломала веток и укрыла ими тело.
  - Извините, - сказала я тому, что осталось от Дубико Котова. - Я думаю, так будет лучше для всех.
  А потом, не оборачиваясь, пошла в лес. Куда идти, я не знала, но мне хотелось убраться подальше от полянки с избушкой, тем более что ведун обмолвился, что фургон не так далеко, да и магия, запутавшая тропинки, должна была исчезнуть после смерти Котова. Поэтому я просто шла и шла, ведь Чистомир однажды сказал: нужно бороться до конца, и если не хватает сил идти, то ползти. А сегодня я поняла, что Мирик всегда прав. Конечно, после своей мудрой сентенции о борьбе до конца, молодой Дуб добавил:
  - Когда ты опускаешь руки, ты становишься похожей на дохлую жабу. Это тебе совершенно не идет.
  - Можно подумать, кому-то идет быть похожим на дохлую жабу, - фыркнула я.
  - Быть похожим на дохлую жабу идет дохлой жабе. - Мирик покопался в стогу сена, на котором мы лежали и придирчиво выбрал сухую травинку, которой начал с азартом ковыряться в зубах.
  - Эй вы, а ну слезайте, а то щас как дам! - раздалось снизу. - Я вижу все, нашли где миловаться!
  Чистомир почесал ухо, а потом встал, вытянувшись во весь свой далеко не маленький рост. Даже стоя на стогу, весь усыпанный сухой травой, он умудрялся выглядеть внушительно.
  - Ты на кого голос повысил, смерд? - сурово спросил он. - На сына Владетеля своего? Жить надоело?
  Крестьянин, униженно извиняясь, отправился восвояси, а Мирик повалился на стог обратно, хохоча во все горло.
  - Скажи, - отсмеявшись, спросил он, и его серебристо-серые глаза при этом сияли, как начищенный перед приездом гостей сервиз, - как жить все-таки хорошо, а?..
  - ...Ведь жить хорошо, - пробормотала я, выныривая из своих воспоминаний, - а я живу. Тогда почему же мне все-таки не так хорошо, как хотелось бы?
  - Мила! Мила-а-а! - Так вопить на весь лес мог только Драниш. - Мила-а-ааааа!
  - Я тут, - откликнулась я и побрела в сторону, откуда раздавался голос тролля.
  - Котя! - Драниш заметил меня раньше, чем я его, и шумно кинулся в мою сторону, ломая ветки кустов. - Котя!
  Подбежав ближе, он замер, как вкопанный, и тихим, ровным голосом произнес:
  - Котя, отдай мне кинжал.
  - Что? - непонимающе спросила я, потом перевела взгляд, и с удивлением заметила, что до сих пор сжимаю в руке оружие, да так крепко, что побелели костяшки пальцев. - Ах, да...
  Я засунула кинжал в ножны. Отдавать его кому-либо, даже троллю, не хотелось.
  - Что произошло? - спросил Драниш, заглядывая мне в лицо. - Ты ранена?
  - Немного.
  - Куда ты исчезла? Мы тебя с раннего утра ищем! Почему ты вся в крови?
  - Я убила человека, - спокойно ответила я.
  - Так... - Парень легко поднял меня на руки. - Мы сейчас придем к фургону, и ты мне все расскажешь, хорошо?
  Я уткнулась лицом в его голую грудь - сорочки тролль так и не надел, оберегая обожженные плечи, но нес меня легко, поэтому я не стала сопротивляться такой заботе.
  У фургона сидела Тиса, которая кипятила на костре в котелке какие-то травки и мурлыкала себе под нос. По ней не было видно, что мое исчезновение хоть как-то ее взволновало, впрочем, от Тисы ничего другого я и не ожидала.
  Под повозкой копошился Персиваль, стучал молотком и тихо ругался сквозь зубы.
  - Я нашел Милу, - гордо возвестил Драниш, опуская меня на одеяла.
  - Прекрасно, - заметила Тиса, мельком окинув меня взглядом. - А то из-за нее мы нормально поесть не можем. Что, пошла в лес по делам и заблудилась?
  - Нет, - коротко ответила я, охватывая колени руками.
  Хотелось свернуться в клубочек и отгородиться чем-нибудь, хотя бы одеялом, от этого мира, чтобы немного передохнуть и набраться новых душевных сил. Но я должна была быть сильной, и поэтому с отдыхом придется подождать.
  Тролль присел рядом и молча обнял меня за плечи. Так мы и просидели, пока не вернулись капитан и эльф.
  - О, - сказал Даезаэль, жадно разглядывая пятна на моей одежде, - кого ты порешила? Надеюсь, он умирал долго и мучительно?
  - Это был Котов, - сообщила я капитану, который ничего не сказал, но рассматривал меня довольно пристально, склонив голосу набок.
  - Рассказывай, рассказывай во всех подробностях, - попросил Даезаэль, разглядывая рану на моем плече. - Только перед этим скажи: ты хочешь умереть от заражения крови, или тебя все же исцелить?
  - Лучше исцели, - испуганно попросил тролль.
  - Я не у тебя спрашиваю, - оборвал его целитель. - Вдруг Мила, убив человека, мучается такими жестокими угрызениями совести, что хочет непременно умереть, искупив тем самым свою вину.
  - Ничем я не мучаюсь, - сказала я. - Да, это было страшно и неприятно, но у меня не было другого выхода. Или я, или он.
   Глядя на котелок, в котором ровно бурлила зеленая жижа, я рассказала о том, что произошло на полянке перед избушкой.
  - Молодец, - сказал капитан после того, как я замолчала. Я недоуменно подняла на него взгляд, и с удивлением поняла, что он действительно меня хвалит.
  - Ничего не молодец, - ревниво возразила Тиса. - Я бы его сразу пришила.
  - Это потому, что такое слово, как "дипломатия", тебе ни о чем не говорит, - вступился за меня тролль.
  - Зачем мне дипломатия? - заявила воительница. - У меня есть инстинкт самосохранения, это куда более полезная штука. И так было понятно, что добром не кончится, если бы ты в него сразу кинжал метнула, обошлась бы куда меньшими потерями.
  - Я себе это уже представил, - радостно сказал Даезаэль. - И понял, почему ты до сих пор не замужем. Потому что это выглядит вот так: Тиса, выходи за меня замуж, хррр...
  Эльф настолько достоверно изобразил хрип умирающего, что меня передернуло. Заметив это, тролль погладил меня по голове и сказал:
  - Что-то мы заболтались. Пойдем, котя, тебе нужно переодеться, а еще лучше - искупаться. И одежду эту выбрось.
  - Откуда ты такой заботливый взялся, - пробурчала Тиса. - Сам же говорил, что убивал с малолетства, для тебя это должно быть привычно.
  - Так то я, а то котя, - возразил Драниш. - И она убила человека впервые.
  - Пусть мокрым полотенцем оботрется, - велел капитан. - У нас нет времени на то, чтобы ты сопровождал ее к реке. Иди лучше помогай Персивалю чинить ось фургона, иначе мы отсюда никогда не двинемся.
  Мужчины возились с ремонтом фургона до вечера. Нас с Тисой к этому не привлекали, но у капитана нашлось дело для каждой. Воительница занялась оружием, а мне было поручено написать отчет обо всем, что произошло в последние дни. Когда я взялась за карандаш и начала писать, то поразилась: оказывается, за несколько дней произошло столько, что не каждому выпадает испытать за всю жизнь.
  Только вечером гном признал фургон годным для дальнейшего путешествия, разве что настаивал на том, чтобы управители не превышали среднюю скорость, и мы двинулись по той дороге, которую указал нам ведун.
  - Я не вижу причины, по которой он бы сообщил нам неправильный путь, - ответил Волк Дранишу, который усомнился в том, стоит ли доверять указаниям Котова после всего, что произошло. - Наоборот, лелея свой план похищения, он хотел, чтобы мы убрались отсюда поскорее. Так что дорога должна быть приличной. А с Сычом нам крайне необходимо побеседовать. Хорошо побеседовать и понять, наконец, что здесь происходит!
  Мы остановились на ночлег только тогда, когда полностью стемнело. Волк лично проследил за тем, как я обвожу фургон защитным кругом от нежити, и распределил дежурства, отдельно заметив о необходимости в случае любых непредвиденных ситуаций будить всех, а не только его.
  - Почему ты отказываешь мне в праве умереть во сне? - не упустил возможности повозмущаться эльф. - Я требую, чтобы меня никто не будил, когда мои ноги будет жрать волкодлак!
  - Тогда ты и сам проснешься, - хмыкнул тролль.
  - Нет, - упрямо возразил Даезаэль. - Я буду спать всем врагам назло!
  - Ты и так в последнее время только и делаешь, что дрыхнешь, - заявила Тиса. Ее дежурство приходилось на утро, поэтому девушка, не теряя времени, уже укладывалась спать.
  - Я восстанавливаюсь, - с достоинством ответил целитель. - Вы постоянно пользуетесь моей силой, вы думаете, она бесконечная?
  Он улегся на свою постель, демонстративно повернувшись к воительнице спиной. Спина выглядела до того презрительной и уверенной в своем превосходстве над остальными спинами, что Тиса не выдержала и тоже отвернулась.
  Я дежурила первой, и, конечно же, Драниш не мог оставить меня в одиночестве. Сев спиной к тлеющим углям, он немного понаблюдал за тем, как я натачиваю лезвие кинжала, и сказал довольным голосом:
  - Слышала, как Персик ругался, когда фургон чинил? Это я его научил.
  - Зачем? - Я слышала смачные выражения, которые периодически долетали из-под днища, но не придала им особого значения.
  - Чтобы он от стресса избавлялся, - пояснил Драниш. - Все по научному. Даезаэль сказал, что копить чувства в себе нельзя, это приводит к неврозам. А это очень опасно. Я вот... тоже думаю, нужно что-то делать с моими нервами.
  Я удивленно покосилась на парня. Представить тролля, страдающего от невроза, мне не удалось, но я честно постаралась его поддержать:
  - И что тебя волнует?
  - Ты, - напрямик ответил Драниш.
  Это было для меня не новость, вообще удивительно, как долго он терпел мою скрытность, поэтому я только отложила оружие, чтобы не отвлекало, и, ожидая продолжения, посмотрела на тролля.
  - Я волнуюсь, как ты себя чувствуешь, впервые убив человека. Как-то ты себя слишком спокойно ведешь для девушки, пережившей такое.
  - Наверное, я уже перешла ту грань, отделявшую милую домашнюю девушку, которая боялась задавить даже таракана, от убийцы, - поразмыслив, сказала я. Да, убийство - это не тот опыт, который я хотела бы еще раз повторить, но, если придется, рука дрожать у меня уже не будет. - Не волнуйся за меня. Может быть, мне сегодня приснится страшный сон, но в петлю из-за этого я лезть не буду.
  - Хорошо, - с облегчением сказал тролль, поерзал немного и задал свой главный вопрос: - Мила, почему ты убежала из дома?
  Я никому не пересказывала нашу беседу с Котовым у избушки, ограничившись сообщением, что он похитил меня потому, что хотел завести себе женщину. Но в этом случае удивляться было нечему, я знала, что Драниш очень наблюдателен и видит куда больше, чем говорит. Сейчас он смотрел на меня так ласково, так внимательно и так сочувствующе, что я честно ответила:
  - Мы с родителями разошлись во мнении относительно моего будущего. Поэтому я решила, что лучшим выходом будет жить самостоятельно.
  - Смелое решение, - похвалил тролль.
  - Глупое. - Я обхватила руками колени. Воспоминания о том, как нам с няней приходилось голодать, спать на жестких досках на жалких постоялых дворах, поеживаясь от укусов блох и клопов, есть каменные сухари и мерзнуть, не имея денег на приличную одежду, были слишком страшными. - Глупое и трусливое. У меня не хватило смелости принять свою судьбу такой, какая она есть, и я решила ее изменить, просто убежав.
  Но от судьбы не убежишь, можно только на время отсрочить свой приговор. И это мне было известно лучше, чем кому бы то ни было.
  Драниш обнял меня за плечи, привлекая к себе.
  - Ты же знаешь, что я всегда буду с тобой и всегда буду на твоей стороне, поэтому можешь смело переложить на меня часть бремени, которое ты тащишь на своих плечах.
  - Прости меня, Драниш. - Я почувствовала, как в горле застрял комок, и поэтому говорить было тяжело и больно. - Я не могу это сделать, как и не могу быть с тобой.
  - Почему?
  - Прости, но это тайна не только моя.
  - Твоя и... Чистомира? - спокойно спросил тролль.
  - Да.
  - Дрыхли бы его взяли! Я начинаю ревновать тебя к нему, - признался Драниш. - Он к тебе так близок, а меня ты продолжаешь держать на расстоянии! Почему?
  - Я стараюсь тебя уберечь, - сказала я, изо всех сил удерживаясь от слез. Было жалко и себя, и Драниша, и вообще было так тоскливо, что хоть вой. Он вздохнул так тяжело, будто я голыми руками вырывала у него сердце.
Оценка: 6.79*78  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"