Александрова Марианна: другие произведения.

Чумрики

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Джакра Алитгерн, учащегося первого курса Академии Стихий, распределили на летнюю практику в маленькую деревушку. Только вот незадача - запроса на запечатленного оттуда не поступало... Написано на Оридж Реверс

  0.
  В малом зале совещаний Академии Стихий проходило заседание. Ректор, деканы всех факультетов и кураторы курсов собрались для распределения учащихся на летнюю практику. Относились к этому вопросу очень серьёзно, никому не хотелось потерять будущих профессионалов из-за какой-то глупой оплошности. Поэтому особый вес в этот день имело мнение декана факультета Времени, профессора Аллони. Женщина не вмешивалась в достаточно бурное обсуждение, лишь изредка вставляя короткие фразы. К ее словам обязательно прислушивались.
  Начали, как обычно, с выпускников восьмого года обучения. С этими все было ясно: почти дипломированные специалисты, таких можно и в опасные места отправить, а особо отличившимся во время учебы сорвиголовам - дать самые неприятные назначения.
  До первокурсников дошли не скоро, успев поспорить, поссориться и помириться всем коллективом несколько раз. Набор этого года уже успел проявить себя, и теперь совету было интересно, как ребята справятся с практикой поодиночке.
  - Джакр Алитгерн, - взяв очередной бланк, секретарь зачитал общую информацию об учащемся, - первокурсник, двойное запечатление: Смерть и Жизнь.
  Профессор Карниш, куратор группы названного студента, уже открыл рот, чтобы высказать своё мнение, когда внезапно раздался глубокий голос Аллони:
  - Мальчик ездил в Пульки, близь Эрестовых гор.
  Собрание молчало, переваривая услышанное, только секретарь шелестел бумагами.
  - Такого направления нет, - ему не удалось скрыть удивление от явной ошибки декана временщиков.
  На молодого, только недавно занявшего эту должность, секретаря, ректор посмотрел, как на отлынивающего от учебы ребенка. Эрнест, прошлогодний выпускник, полыхнул смущенным румянцем. Ректор покачал головой и пояснил:
  - В таких случаях выписывается дополнительное направление, даже если нет первоначального запроса, - потом усмехнулся и весело закончил, - обычно студентам, которые оправляются так, мы ставим "удовлетворительно", если они хотя бы просто поняли, в чем суть проблемы.
  Эрнест быстро черкал на листке, чтобы ничего не упустить, а ректор повернулся к профессору Аллони и спросил:
  - Удовлетворительно, леди?
  Профессор весело рассмеялась.
  
  1.
  Джакр чувствовал себя неуверенно, зябко кутаясь в плащ. Близ гор лето было ветреное и не слишком теплое. Джакр привычно отвел лезущие в глаза волосы и внимательно посмотрел в сторону небольших аккуратных домиков, стоящих рядком. Как-то не так он представлял себе деревню. Грязнее, громче и больше. А эта была как нарисованная. Он подхватил свой саквояж и уверенно вошел в Пульки. Единственная дорога привела Джакра к самому добротному на вид дому. Староста деревни должен был уже получить бумагу с уведомлением о его прибытии. Судя по тому, что его встретили на крыльце - так и было.
  Все остальные бумаги были при Джакре.
  - Доброго дня этому дому, - приветствие прозвучало неожиданно громко в тишине пустой улицы, в окнах соседних домов появились заинтересованные лица.
  
  - Добрый, добрый, - полностью седой, но жилистый мужчина с лукавыми искорками в глазах внимательно разглядывал запечатленного. Бумаги он получил еще неделю назад, но в них не было никакой информации кроме того, что Академия Стихий просит принять на практику своего студента. И сейчас, увидев гостя, староста задумался о том, во что выльется для деревни прибытие именно этого запечатленного. Парень был молодой, с бледной, как у смерти, кожей и темными внимательными глазами. Но мурашки пробежали у Шараха из-за белых, зачесанных назад и собранных в простой хвост волос. Такой цвет старый ветеран видел только однажды, слава стихиям, что издалека. И долго после просыпался посреди ночи, с бухающим в груди сердцем, пытаясь забыть об одинокой фигуре на холме, белым волосам, плывущим по ветру, и Смерти, что была послушна тому мужчине как ласковый щенок. Такие волосы - отличительная черта семьи Алитгерн, и ветеран не только слышал сплетни об одном из основополагающих родов Ароники, но и видел его представителя в деле.
  
  Джакр видел как потемнело лицо старосты, после того, как его взгляд скользнул по волосам гостя и словно устремился в другое время и другое место. Это могло бы стать проблемой, но практику все равно нужно было пройти. Тем более, что сеточку едва заметных шрамов на руках старосты - тонкие белые нити на загорелой коже - он тоже заметил. Воин должен был понимать, что просто так запечатленного не прислали бы, тем более при отсутствии заявки из самой деревни. Профессор Аллони, как и все временщики, вмешивалась только в серьезных случаях. Правда, Джакру показалось, что совет академии решил над ним подшутить. Что в такой деревне, с таким-то старостой, могло произойти?
  Рядом хихикнул, а потом залился смехом, Рахаш. Джакру стоило некоторых усилий не дернуться и не скосить взгляд в его сторону.
  - Ну ты, малек, даешь. Сколько тебе говорили: не суди по внешности?
  Рахаш стоял под деревом, которое росло возле дома старосты. Он не любил яркий солнечный свет и по возможности старался передвигаться в тени. Джакр упорно не понимал, какая ему вообще разница, он же был духом.
  Рахаш в ответ на эти мысли только отмахивался, никогда не отвечая. Джакр для себя решил, что его далекого предка раздражает, что на свету он становится почти полностью прозрачным. Сейчас, в тени, Рахаш походил на призрака, во всяком случае, сквозь него было замечательно видно ствол дерева. Джакр знал, что ночью предка будет трудно отличить от живого человека. Но с чего вдруг Рахашу переживать о степени своей прозрачности, если видеть и слышать его все равно мог только Джакр?
  Амулет, благодаря которому между Джакром и его дальним предком установилась связь, чуть покалывал кожу на груди. Рахаш говорил, что через какое-то время амулет станет не нужен, связь прорастет и полностью сольется с энергоструктурой Джакра, и они смогут общаться и так. Но пока, сняв амулет, Джакр даже в темноте видел только едва заметную тень. Ни лица с рисунком, повторяющим узор амулета, на лбу, ни торса, на котором замысловато изгибался ритуальный узор, ни черной ткани, ниспадающей до земли, - ничего разглядеть не мог.
  
  Староста задумчиво посторонился, пропуская гостя в дом. Джакр его понимал, но быть выставленным из деревни ему не хотелось. Практику надо было пройти, а для этого нужно произвести хорошее впечатление. Знакомство подкачало, но главный разговор еще был впереди.
  Староста провел Джакра в светлую комнату с большим столом.
  - Присаживайтесь.
  Только после того, как они сели за стол - Рахаш примостился на спинке стула Джакра, не понимающего, зачем его бестелесному спутнику такие ухищрения, - и хозяйка дома, полная улыбчивая женщина средних лет, принесла утоляющий жажду и бодрящий отвар олле, староста Пулек перешел к делу:
  - Мы не посылали запроса на выделение запечатленного, - Джакр мысленно порадовался, что не ошибся в старосте. Ветеран не ходил кругами, он сразу же перешел к волновавшему его больше всего вопросу. Староста выжидательно смотрел на сидящего напротив Джакра, ожидая ответа.
  - Мне сказали, что иногда так бывает. Иногда запечатленные Времени просто называют место. Как вы понимаете, с ними никто не спорит.
  Староста задумчиво кивнул - с временщиками не спорили. Конечно если они прошли соответствующее обучение. Девчонок и пацанов, которые могли остановиться посреди дороги и спросить у знакомого: "а ты разве вчера не свалился насмерть с крыши?" пороли, а потом быстро отправляли учиться. Обычно их отъезд приходился аккурат к похоронному обряду. Таких детей принимали везде. Слишком мало запечатленных Времени было, слишком опасная стихия им досталась. Всего в одной из семей-основателей осознано запечатляли детей на Время - мало какие родители добровольно выберут своему ребенку незавидную судьбу никогда не жить в настоящем. Зато курс Времени был бесплатным во всех заведениях страны, обучавших работать со стихиями.
  - И часто у вас так посылают?
  Джакр оценил попытку старосты сгладить неловкость и улыбнувшись ответил:
  - В этом году вроде бы только мне так повезло.
  Когда Джакр хотел - на его улыбку нельзя было не ответить. Вот и сейчас староста немного расслабился и улыбнулся в ответ. Джакр поздравил себя - выгонять его, кажется, не собирались.
  Он вытащил из саквояжа папку с бумагами, аккуратно отделил и передал в руки старосте те, которые ему предназначались. Староста внимательно читал направление, а Джакр пытался по его лицу определить место чтения. Вот у старосты удивленно приподнялась бровь - увидел, что Джакр окончил только первый курс. Конечно угадать возраст запечатленных почти невозможно, но ветеран, видимо, рассчитывал, что пришлют кого-то опытней. Джакр мысленно нахмурился, если так, то почему не было официального запроса? У него покалывали холодом кончики пальцев - верный признак приближающихся неприятностей.
  А теперь бросил быстрый взгляд на Джакра, тут же опустив глаза, но уже явно не читая. Серьезно староста задумался. Очень серьезно. Дошел до строчки, описывающей запечатление. Двойное вообще необычно, а уж чтобы противоположные стихии в одном человеке сплелись - это большая редкость. Джакр видел, что староста окончательно успокоился и гадал, какая из стихий произвела на него такое впечатление.
  Джакр хотел было спросить, но Рахаш опустил ему на плечо руку. Джакр решил промолчать: Рахаш намного лучше него разбирался в людях. Потому Джакр тихо ждал окончательного решения старосты, а хозяин дома все еще что-то серьезно обдумывал. В конце концов, когда Джакр уже допил свою чашку олле, староста кивнул своим мыслям и встал из-за стола.
  - Пойдемте, я провожу вас в дом, который примет вас на время практики.
  Джакр благоразумно не стал спрашивать, о чем же так серьезно раздумывал староста, - такие люди говорят только то, что хотят, и молчат обо всём другом. Но если ему и завтра не скажут ничего о деле, он сам перевернет в этих Пульках все верх дном, но докопается до сути происходящего.
  Запечатленные Времени никогда не ошибались.
  
  Староста привел его в дом на окраине - обычно в таких жили травники и лекари. На крыльце уже стояла женщина, поджидая гостей. Не молодая, но и не старая, с внимательными зелёными глазами и копной непослушных соломенных волос, перехваченных широкой темно-зеленой лентой. В отличие от остальных местных женщин и девушек, одетых в сарафаны до земли, эта была в рубашке и штанах. Женщина смотрела на Джакра непроницаемым взглядом и явно не собиралась начинать разговор. Тяжело вздохнув, за нее заговорил староста:
  - Знакомьтесь, Файла - наша травница. На время практики вы будете жить у нее, - тон старейшины не оставлял выбора ни Джакру, ни Файле.
  Женщина медленно кивнула в ответ на слова старейшины, цепко и настороженно оглядывая Джакра. Он поспешил представиться:
  - Моё имя Джакр, надеюсь, что не слишком обременю вас своим присутствием.
  Уважительный поклон по всем столичным правилам не произвел на травницу особого впечатления. Зато староста удовлетворенно потер руки.
  - Вот и замечательно, устраивайтесь пока. Если будут ко мне вопросы - заходите, - и не дожидаясь ответа, бодро отправился обратно.
  Джакр с удивлением смотрел в удаляющуюся спину. Чего это староста убегает и боится расспросов?
  
  Джакру понравился дом травницы: внутри он оказался неожиданно светлым и теплым, от развешанных тут и там пучков трав приятно пахло. Постелили Джакру на чердаке, под крышей здесь висело и сохло множество маленьких и больших пучков трав, часть из которых даже была сплетена каким-то замысловатым образом. Джакр походил среди них, посмотрел и принюхался, но трогать не стал, прекрасно зная, что его энергетика может сбить или вовсе поменять свойство некоторых растений. Рахаш, как только село солнце, взмыл на крышу, а Джакр устало опустился на постель. Путешествие в тряском экипаже не способствовало отдыху, и Джакр в который раз пожалел, что не взял своего жеребца. Но его сразу предупредили, что деревня маленькая и расположена в стороне от торговых дорог. Лошадей в этих краях почти не держали, и вероятность того, что Вереска будет некуда пристроить в такой маленькой деревеньке, где не было даже постоялого двора, была слишком велика.
  Сейчас Джакр расплачивался ломотой в мышцах за своё решение. Хоть ему и хотелось свалить свою усталость на эту причину, но следовало быть четным с собой: новые знакомые его напрягали. Джакра вообще люди напрягали, а уж когда приходилось много общаться, да ещё и с незнакомцами, - у него очень быстро начинала болеть голова. Эта простая физическая реакция четко показывала его психическое состояние.
  Все оказалось не так плохо, как он предполагал. Притупив перед поездкой уровень своей чувствительности, он смог нормально пообщаться со старостой и травницей. Они не отличались излишней говорливостью, и Джакр возблагодарил стихии за такой подарок. Но глаза все равно слипались, а запах трав расслаблял, унося тревоги из головы и напряжение из мышц.
  
  2.
  Утро началось удивительно хорошо. Рахаш не распевал над ухом похабные песенки собственного сочинения, травы всё так же приятно пахли, а солнечный свет, проникая через небольшое круглое окошко, расцвечивал деревянные балки крыши удивительными узорами. Джакр потянулся и встряхнулся. Его ждала работа.
  Внизу на печи что-то аппетитно булькало, а Файла, похоже, уже собиралась уходить.
  - Доброе утро, - Джакр был доволен жизнью и не собирался этого скрывать. Травница улыбнулась в ответ на его еще сонную, но яркую улыбку:
  - Доброе. Сейчас налью тебе похлебку и пойду в лес.
  - Травы собираете, - с пониманием кивнул Джакр.
  - Сейчас самое время, - отстранено сказала Файла, ее мысли явно уже были в лесу, на какой-нибудь полянке с редкими цветочками-листиками-корешками. В отличии от травницы, Джакра больше занимал пар, поднимающийся от его тарелки. Он не привык есть деревянной ложкой из деревянной миски, но похлебка, как обозвала замечательный суп из мяса со свежей зеленью Файла, очень удалась. О чем Джакр незамедлительно поведал хозяйке, заслужив довольную улыбку.
  - Я сам уберу, идите.
  Травница посмотрела на Джакра с сомнением, но затем кивнула:
  - Смотри, вот это питьевая вода, этой можешь мыть, а сюда поставишь чистую посуду.
  - Хорошо, - понятливо кивнул Джакр, и Файла быстро собралась на выход. Провожая взглядом травницу, Джакр полюбовался ножом на ее поясе. Добротный такой, и явно очень острый. Им не только травы резать можно, но и волку холку перебить.
  Джакр не стал задерживаться в доме, у него тоже были дела. Вряд ли временщики в лице профессора Аллони отправили его в Пульки на отдых. И хотя вчера он не заметил ничего необычного, кроме поведения старосты, надо походить по деревне со свежими силами. Вчера он даже в пристройку травницы не заглянул, а сейчас, засунув нос в небольшое помещение, нашел в нем какой-то сельскохозяйственный инвентарь. Джакр опознал только тележку, лопату и косу, о назначении остальных предметов он по виду догадаться не смог.
  
  Джакр в сопровождении задумчивого Рахаша медленно шел по главной, а заодно и единственной, улице деревни. Собаки принюхивались к пришельцу и не могли решить трудную задачу: обвыть и облаять или подлизаться к незнакомцу. В итоге они отбегали от Джакра подальше. Коты же, которых в деревне оказалось не в пример меньше, такими сомнениями не мучились, подходили неспешно, со всей возможной важностью и будто невзначай терлись об ноги. Джакр улыбался, приседал и обязательно каждого хвостатого вымогателя гладил. После чего довольный кот уходил по своим, несомненно, очень важным делам. Джакр удивился, что в деревне всего пятеро котов. Решил было, что это и есть тайна, фыркнул и быстро выкинул эту мысль из головы, но факт отметил. Кошки очень чувствительны к проявлениям стихий, особенно смерти и жизни. И если их так мало в деревне, то что-то это значить должно.
  Только что?
  Сразу за деревней начинался подлесок. Джакр присел под раскидистое дерево, спрятавшись в его тени от полуденного солнца, и задумался. Пальцы автоматически сложились в мудры, а ноги скрестились: стандартная поза для медитации помогала анализировать вчерашние и сегодняшние наблюдения. Было что-то еще кроме количества котов, что подспудно напрягало Джакра, но он никак не мог понять, что же это.
  В его размышления мягко, чтобы не сбивать концентрацию, проникла чужая мысль:
  - То чего не хватает, или то, что лишнее.
  Рахаш редко выдавал полноценные решения, обычно только подсказывая, особенно, если Джакр двигался в нужном направлении. Джакр однажды спросил его, почему так, Рахаш тогда долго молчал, и когда Джакр уже решил, что ответа не получит, услышал:
  - Подсказку не каждый сможет использовать, я их даю, когда вижу, что ты сам можешь найти правильное решение. Чтобы сэкономить время. А готовый ответ, - Рахаш покачал головой, - это худшее, что может предложить учитель своему ученику.
  Джакр вспомнил этот давний разговор и постарался воспользоваться подсказкой. Надо сравнивать свои впечатления от деревни с этими двумя предпосылками. Что лишнее было в Пульках? Джакр не был специалистом по сельской жизни, но ничего особо лишнего не заметил.
  А чего могло не хватать? Котов, но это не могло быть причиной, скорее следствие, только следствие чего? В академии их учили логически анализировать информацию, запоминать и замечать даже самые мелкие детали и искать связи. С уровнем восприятия запечатленных это не должно было составить особого труда, но пока Джакру ничего конструктивного в голову не приходило. Он вздохнул и открыл глаза: перед ним открывался замечательный вид на всю улицу. Несколько минут Джакр скользил задумчивым взглядом по пыли и редкой растительности на дороге и вдруг понял, чего не хватает этому пейзажу.
  Дети.
  С момента своего приезда он не увидел еще ни одного ребенка.
  Ладно, старшие могли помогать родителям на полях, но чтобы летом ребятня не носилась по улицам? Не бывает такого, чтобы дети смогли усидеть в домах, да и зачем? Со своего места Джакр мог увидеть только небольшую часть здешней не слишком широкой речки, но и там не заметил ребятни.
  Рахаш, неподвижно стоящий рядом, подтвердил его мысли:
  - Я тоже не увидел ни одного ребенка младше десяти лет.
  - А старше видел?
  - Пока ваше уважаемое величество изволило почивать, ваш верный раб успел полетать немного по деревне, - Джакр привык, что иногда Рахаша тянет на совершенно не смешной юмор. Сам Рахаш считал, что у Джакра просто атрофировано такое полезное чувство. Но после выразительно взгляда Джакра, предок все же перешел на нормальный тон, с приторно-подлизывающегося.
  - Видел пару ребят, выросших из возраста запечатления, но не вошедших в возраст ответственности.
  - А молодые семьи?
  - Есть, а вот детей у них я не заметил.
  - Что ж, староста, кажется, обещал ответить на все возникшие вопросы.
  Рахаш кивнул и добавил, усмехаясь,:
  - Да и время обеда приближается.
  Джакр скривился: предок в любой удобный и нет момент пытался его накормить, утверждая, что Джакр похож на бледную водоросль, какие растут на мелководье в Осском море.
  
  Джакр действительно появился у старосты как раз к обеду. За столом он не задавал вопросов и не обсуждал дела, только похвалил и поблагодарил хозяйку. А вот когда на столе появилась травяная настойка - пришло время для дела.
  - У вас небольшая деревня.
  - Двадцать три двора, - кивнул староста, аккуратно-нейтрально глядя на запечатленного.
  - И ни одного ребенка? - задавая вопрос, Джакр твердо смотрел на старосту, не собираясь уходить без объяснений.
  Староста долго молчал, потягивая настойку. Джакр его не торопил, понимая, что тому надо собраться с мыслями.
  Когда старый ветеран наконец поднял взгляд, вид у него был собранный, как у воина перед битвой. Он понял, что услышит сейчас отчет о провалившейся операции.
  - Я вернулся в деревню после службы одиннадцать лет назад. За это время в Пульках родились два ребенка... Мертвых.
  У Джакра мороз прошел по позвоночнику от глухого, нейтрального голоса старосты, а Рахаш тихо, но с большим чувством выругался за его спиной.
  Джакр не мог понять, он видел некоторых жителей деревни, и они были крепкими, не выглядели болезными или слабыми. Зато наконец-то объяснилось настороженное отношение к нему старосты и травницы. Такая ситуация могла быть проявлением проклятия стихий, если бы это подтвердилось - Пульки вымерли бы, жителей этой деревни нигде бы не приняли, боясь, что проклятие перекинется на сочувствующих.
  В академии росло дерево, благословенное стихиями: не нуждающееся в воде, цветущее и приносящее плоды раз в сезон. Из них делали восстанавливающую настойку для водников, благословение именно этой стихии несло дерево. На занятии по теме проклятий стихий учитель подвел свою группу к этому дереву и приказал накрепко запомнить уровень напряжения стихий. Джакр отлично помнил тот урок. "Напряжение стихий одинаково, что при проклятии, что при благословении, - учитель смотрел мимо притихших учеников, и следующие его слова оставили в их душах неизгладимый след, - в-принципе, это вообще одно и то же. Что первое, что второе - проявление особого отношения, стихии не понимают, что несет добро, а что зло. Для них нет разницы - благословлять или проклинать"
  Джакр не чувствовал в Пульках врезавшегося в память напряжения, но решил пока не говорить об этом старосте. Сначала надо было разобраться в происходящем, Джакр давно отучился делать преждевременные выводы.
  Староста больше ничего не сказал, только послал к травнице - та и роды принимала, и деревенских лечила. Лучше должна знать, что к чему.
  
  Файла должна была вернуться вечером, так что, покинув дом старосты с тяжелыми мыслями и неприятным осадком на душе, Джакр решил еще немного пройтись по Пулькам. В этот раз не просто глядя по сторонам, но и прислушиваясь к шепоту стихий внутри. Он думал, что откликнется Смерть, но вместо этого стонала вторая стихия. Жизнь в нем бешено дрожала и больно резала что-то внутри, как натянутая струна. Ощущение было незнакомое, как будто Жизнь просто не могла пробиться в эту деревню, именно поэтому Джакр не ощутил ничего раньше, слишком мало было этой стихии в Пульках. Джакр глухо застонал, свернул с дороги в чей-то сад и начал стремительно уменьшать чувствительность. Дышать было трудно еще с полчаса, но мысли уже не путались от чужих-своих чувств.
  Смерть помогла справиться с рвущей его на части Жизнью, но она тоже подрагивала. Как же он не заметил раньше? Решил отгородиться от незнакомых людей, понизив чувствительность, и в итоге остался в дураках. Джакр еще долго мог бы заниматься самоедством, если бы ему на плечи не легли призрачные, но от этого не менее тяжелые и теплые ладони Рахаша. Предок молчал, но одно его присутствие действовало на Джакра положительно.
  Сначала Джакр передернул плечами, пытаясь избавиться от неловкой поддержки, но он знал, что Рахаш отпустит его только тогда, когда сам посчитает нужным. Джакру хотелось крушить и кричать, стихии рвались из него напряжением мышц и неконтролируемыми звуками. Джакр подрагивал от невозможности действовать, но Рахаш держал его крепко, позволяя расслабиться и просто чувствовать надежное присутствие за спиной и горячие руки на плечах. Джакр успокоился так же быстро, как и вспыхнул, вдохнул глубоко и поблагодарил на выдохе:
  - Спасибо, - почти беззвучно, но зная, что собеседник все равно услышит и поймет.
  Вот за это запечатленных особо не любили: резкие перепады настроения, крайняя чувствительность, вспышки необоснованных чувств, и постепенно перенимаемые качества запечатленной стихий. Джакр был благодарен своим стихиям за то, что их особенности частично перекрывали друг друга. С ним тоже случались перепады настроения, но обычно они были спровоцированы внешними факторами.
  
  Придя в себя, Джакр быстро добрался до своего временного жилища. Легкий запах трав успокаивал, и ожидание травницы показалось недолгим. Рахаш опять куда-то улетел, а Джакр пролистывал свои заметки, освежая в памяти работу со стихией Жизни, пытаясь сориентироваться в накативших на него ощущениях.
  Пришедшая Файла сортировала принесенные травы и раскладывала их аккуратными группками на столе, когда Джакр начал разговор.
  - Вы ведь хороший травник, - Файла вскинула голову, ища насмешку в его словах, но он спокойно продолжал, - и хороший лекарь. Почему же дети не рождаются?
  Травница замешкалась, но Джакр успел увидеть на ее лице быстро промелькнувшую боль и вину. Он удовлетворенно кивнул самому себе: это не вина преступника, это вина лекаря, использовавшего все свои возможности и все равно оказавшегося неспособным отобрать у смерти ее жертвы. Хорошо, Джакру не хотелось бы, чтобы Файла оказалась замешана в происходящее в деревне. Конечно, все может быть, но своей наблюдательности он все же доверял, а травница не производила впечатления хорошей актрисы. Рахаш выразительно хмыкнул в ответ на его последнюю мысль, но Джакр был слишком сосредоточен на травнице, чтобы обращать на предка внимание. Файла произнесла с беспокойством и затаенной болью:
  - Я не знаю. Девушки нормально беременеют, с этим проблем нет. А вот выносить ни одна не смогла. После первых случаев я даже два раза перебиралась к тяжелым жить, чтобы постоянно рядом быть, - травница запнулась и продолжила тише, через силу выталкивая признание, - но моих способностей не хватает, чтобы удержать жизнь в плоде. - Файла огорченно развела руками. Они некоторое время молчали, Джакр осмысливал услышанное и сравнивал со своим впечатлением о Файле: травница была явно опытным лекарем. Файла тоже о чем-то размышляла, потом встряхнулась и посмотрела на Джакра оценивающе:
  - Пошли. Покажу, что к чему, - схватила сумку, что стояла в углу, и кивнула Джакру на дверь. Добавила шепотом, Джакр так и не понял, предназначалась фраза для него, или травница просто размышляла вслух: - Может, и выйдет что путное.
  Джакр быстро метнулся за своим саквояжем: стихии берегут осторожных, и они вдвоем с травницей вышли в вечерние сумерки.
  
  Мужчина, запустивший Файлу и Джара в свой дом, был какой-то беспокойный и дерганный. На травницу он смотрел радостно, но во взгляде, брошенном на Джара, было непонимание. Вся деревня уже знала, кто к ним приехал, но что запечатленный делал в его доме, мужчине явно было не понятно. Однако возмущаться или возражать он не стал, наоборот, со всей возможной поспешностью провел гостей на второй этаж, где в маленькой комнате на кровати лежала его жена. При взгляде на беременную в Джакре мгновенно взыграла Жизнь: до родов явно оставалось всего ничего, а приходу новой жизни стихии всегда были рады. Но с этой женщиной явно было не все в порядке. Беременная была бледная, осунувшаяся, с темными, почти черными, кругами под глазами. Джакр видел, что сил в ней почти не осталось.
  Файла быстро и профессионально оглядела пациентку, попутно задавая обоим супругам вопросы. Дала выпить несколько настоек, после которых женщине стало заметно легче: травы дали нужную энергию. Джакр покачал головой - надолго ее не хватит.
  Плохо дело.
  Пока травница занималась женщиной, он обошел комнату и весь дом, выпустил поочередно обе стихии, получив от каждой в подарок головную боль. Смерть ощутимо витала в доме, и даже для того, чтобы отогнать ее всего на сутки, Джакру пришлось сильно напрячься, а Жизнь не могла пробиться к беременной - ее было слишком мало. Попытка сбалансировать в доме стихии привела Джакра к такой слабости, что травнице, нашедшей своего спутника в кухне, пришлось и его травами отпаивать, чтобы дошел до дома.
  Все время, которое они пробыли в этом доме, Рахаш молчал.
  
  У травницы Рахаш почти насильно заставил Джакра поесть. Наверное, резкий поворот и сделанные через силу несколько шагов к столу выглядели весьма забавно для Файлы, но попробуй двигаться грациозно, когда тебя в спину толкают со всей дури. Рахаш, как обычно, оказался прав: после еды мир уже не выглядел таким серым, и хотя Джакр не собирался забывать бледную женщину на кровати, но смог мыслить более конструктивно. Единственная мысль, что до того крутилась в его голове: "Я уничтожу тварь, что такое делает!", начала обрастать приблизительным планом: узнать кто или что, найти где, раздавить. Рахаш со смешком добавил:
  - Как.
  Джакр недоуменно скосил на него взгляд, и ухмыляющийся предок пояснил:
  - Как раздавить, - ехидная усмешка Рахаша подействовала на Джакра как хороший стабилизатор.
  Джакр не сомневался в постороннем вмешательстве, но откуда оно шло - понять не смог.
  Надо было обследовать окрестности.
  
  После ужина уставшая травница рассказывала Джакру то, что он хотел знать.
  - В плодах жизнь просто не держится. Я все перепробовала, но итог один.
  - Староста говорил, что двое все же родились.
  - Да... Это было еще хуже. Женщины не смогли оправиться, их состояние очень походило, на то, что вы видели сегодня. Чем больше срок, тем меньше у них сил. Если ребенок погибал на ранних сроках, такого не случалось.
  - А те двое, когда они...
  - Во время родов, в самом процессе. Схватки шли, и я еще слышала сердечко, а потом раз - и как отрезало. Мертвый.
  Женщина смотрела на свои руки так, как будто до сих пор видела на них мертвых детей.
  Джакру тоже было больно: дети всегда считались даром стихий, и то, что кто-то с полным осознанием отнимал у них жизни, казалось немыслимым. А он был уверен, что бессознательно или случайно столько детей убить нельзя.
  Джакр ощущал боль травницы, и она подстегивала его собственные чувства, но Рахаш грубо его встряхнул, возвращая в реальный мир. Джакр благодарно кивнул и занялся травницей, прошелся легонько по ней стихией Жизни, довольно глядя на то, как взгляд Файлы обрел осмысленность. Травница зевнула и, извинившись, отправилась отдыхать.
  Вот и хорошо. Ему тоже не помешал бы отдых.
  
  3.
  Новое утро было не таким радужным, как вчерашнее. Солнце светило так же, но мысли в голове Джакра были мрачными. План действий с вечера не поменялся, но, к сожалению, никаких гениальных идей о том, с чем он столкнулся, за ночь в голову не пришло.
  Завтрак прошел смазано, разговор с травницей не клеился. Рахаш, которому совсем не нравилось настроение Джакра, посоветовал ему занять руки делом, чтобы дурная голова отдохнула. Дух знал, что в таком состоянии его потомки горы готовы свернуть, но в тоже самое время могут споткнуться и сломать себе шею на ровном месте. Опасное состояние, и Джакра надо было из него вывести.
  В итоге удивленная травница провела Джакра в пристройку и немного подумав, решила, что единственное, что нужно сделать по хозяйству, это выкосить траву во дворе. Когда Джакр схватил косу, Файла удивленно спросила, не решил ли юный запечатленный с жизнью покончить.
  Посмотрев на недоуменное выражение лица Джакра, травница захохотала и объяснила, что косу лучше так не держать, если хочешь, чтобы все твое осталось при тебе. Следующие полчаса Файла показывала Джакру, куда именно нужно класть руки на рукояти и как правильно делать замах.
  Рахаш, внимательно наблюдавший за ними, довольно улыбался. И настроение у обоих поднялось, и глупые мысли из Джакра как вымело. Хорошо, теперь он не будет лезть на рожон.
  
  Джакр был горд: себе ничего не скосил, а количество сорняков за домом травницы все же уменьшил. Похоже, трудовой пот оказался весьма полезен. Джакр фыркнул в ответ на свои мысли и посмотрел на Рахаша. Тот, как ни в чем не бывало, оперся на очередное дерево и наблюдал за ним. Это была любимая поза предка. И хотя Джакр сомневался, что под слоями опоясывающей бедра ткани у Рахаша были ноги, но стоять он предпочитал именно так: обязательно на что-нибудь облокачиваясь.
  Джакр пошел переодеваться: во влажной рубашке, да на не по-летнему свежем ветерке, было прохладно. Мысль Рахаша полетела ему в спину:
  - Плащ не забудь.
  Рахаш был прав, Джакр собирался сейчас идти на поиск источника происходящего, и плащ, который однажды зачаровали подруги-сокурсницы, вполне мог пригодиться: от холода и от жары защищал, удар смягчал. Кроме плаща, из полезных амулетов, на нем были браслет, который он собственноручно сплел из костяных пластинок и собственных волос: замечательный накопитель и незаменимый помощник; и амулет, связывающий его с Рахашом. Джакр не стал брать саквояж - вряд ли во время боя он успеет покопаться в записях. Джакр хмыкнул, когда перед его внутренним взором появилась четкая картинка: на него надвигается из темноты что-то не вполне телесное и угрожающе скалится сотней истекающих ядом клыков, а он вежливо просит чудовище: "Подождите минутку, я только посмотрю, как вас можно убить". И пасть захлопывается, а враг нетерпеливо пристукивает ложноножкой в ожидании. В ответ на этот образ Джакр услышал со двора заливистый смех Рахаша, который тут же оказался в комнате и спросил заинтересованно:
  - Это где ты таких существ видел?
  - Так я и не видел, - пожал плечами Джакр и продолжил, - ничего, зачем мне записи, если за мной такая энциклопедия летает? - Озорно подмигнул предку, на что тот кровожадно усмехнулся:
  - Только если ооочень понадобится.
  Джакр не переживал, зная: если ему будет угрожать смертельная опасность - Рахаш обязательно выдаст нужную информацию.
  
  Джакр быстро добрался до леса, и там, под сенью деревьев, когда его уже не могли заметить из деревни, расслабился. Замедлил шаг и опустил щиты со стихий.
  Шаг, и лес расцвел сказочными красками.
  Шаг, и пришло понимание песни птиц и стрекота кузнечиков.
  Шаг, и все мертвое вокруг стало частичкой собственной души, готовое отозваться на малейший призыв.
  Стихии раскрашивали мир непередаваемыми красками, но требовали взамен слишком многого.
  Джакр знал, что те, кто поддались искушению стихий, стали элементалями: сущностями, являющимися частью стихий, управляющими ими без ограничений, но уже лишь бледными тенями. Без души, без памяти, постепенно окончательно сливающимися со стихией.
  Джакра две противоположные стихии хоть и рвали, каждая в свою сторону, но вместе с тем не позволяли забыться в другой.
  
  Вдруг Смерть всколыхнулась. Джакр сбился с шага: странное ощущение появилось у него в груди - словно кто-то властно тянул его вперед. Сам Джакр такого еще не испытывал, но помнил, как учителя рассказывали, что иногда, если где-то слишком сильно нарушено равновесие стихий, запечатленного тянет в это место для исправления ситуации. И нет никакой возможности отказаться. Действительно, этот крепкий канат тянул за собой и противостоять ему Джакр не мог. Вспомнив рассказы учителей, Джакр даже пытаться не стал: разгневать стихию Смерти он совершенно не хотел.
  Идти пришлось не слишком долго, но зато в гору: пару раз под ноги карабкающемуся по склону Джакру съезжали ветки и щебень. Стихия не позволяла отклониться с пути, поэтому Джакру проходилось быть очень осторожным, чтобы не покатиться вниз. Хорошо еще, что живность Джакра обходила стороной. Обычно дикие звери остро чувствовали приближение запечатленных и старались без лишней нужды не встречаться с ними.
  Наконец Джакра отпустило, он устало осел на землю у хорошо замаскированного входа в пещеру - если бы его не притянуло прямо сюда, прошел бы в двух шагах и не заметил, что за кустами темнеет узкий провал. Рахаш метнулся куда-то в сторону и через минуту принес прохладную воду в сложенных лодочкой ладонях. Джакр возблагодарил стихии за такого спутника. Заодно и себя обругал, что не додумался взять, ни води, ни еды. Про магическую поддержку помнил, а про остальное даже не подумал.
  Рахаш кивнул в ответ на его мысли:
  - Ты еще нарабатываешь нужные навыки, и в следующую прогулку точно не забудешь взять с собой еды. Собственный опыт - лучший учитель.
  Слушать прописные истины в изложении Рахаша Джакр не любил, но высказывать свое мнение, что напомнив о фляжке с водой в дорогу, предок не развеялся бы, было чревато, поэтому он поднял на Рахаша умоляющий взгляд и похлопал себя по животу. Предок фыркнул:
  - Вымогатель, - но все же исчез в ближайших кустах. На этот раз его не было дольше, зато вернувшись он нес в сложенных ладонях горсть ягод. Джакр таких не знал, но был уверен, что Рахаш его не отравит. Чуть кисловатые на вкус, ягоды освежили и притупили чувство голода.
  - Вот это другое дело. Теперь можно и подвиги совершать, - критично оглядев поднявшегося на ноги Джакра, высказался Рахаш.
  Джакр закатил глаза, оправил плащ и вошел в пещеру, из которой доносились просто зашкаливающие эманации Смерти.
  
  4.
  Чем глубже заходил Джакр, тем сильнее он чувствовал Смерть, пропитавшую всю пещеру. Из-за такой плотной концентрации стихии Джакр не сразу заметил изменения. Сначала несколько раз махнул рукой, отгоняя неприятное чувство, даже почесал кожу, а потом понял, что источник зуда - взгляд. Настойчивый, сверлящий спину, но на удивление - не враждебный. Рахаш молчал, как и собственная интуиция, так что Джакр шел дальше, не задерживаясь, но чутко прислушиваясь к собственным ощущениям. В какой-то момент Рахаш резко остановился. Проследив направление его взгляда, Джакр разглядел за очередным выступом странных существ: светящиеся контуры, сверху то ли небольшие рожки, то ли усики и ярко светящиеся глаза и рот. Во всяком случае, Джакр предполагал, что это глаза и рот: он еще не встречал таких существ, даже не мог с уверенностью сказать - духи это или нет. Рядом пораженно выдохнул Рахаш:
  - Чумрики.
  Название ничего не сказало Джакру, но быстро пришедший в себя предок объяснил:
  - Неупокоенные души, не живые и не мертвые - они умерли не родившись, застряли между этим миром и тем, даже с формой определиться не могут.
  Джакр присмотрелся: действительно, светящиеся контуры постоянно менялись, то становясь почти человекоподобными, то растекаясь совсем уж странными формами.
  - Они не опасны сами по себе... но сами по себе они обычно не появляются. Не в таких количествах, - закончил Рахаш напряженно. Джакр пересчитал расплывчатые силуэты чумриков - их оказалось почти два десятка, и понятливо кивнул:
  - Есть кто-то, кто их создал или призвал.
  Рахаш покачал головой, глядя на Джакра темными глазами:
  - Ты еще не понял? Это же дети.
  Сначала Джакр не мог осознать, в его голове крутилась, повторяясь, только одна мысль: "не живые и не мертвые", потом он выдавил хриплым голосом:
  - Нерожденные дети.
  
  Рахаш встревоженно смотрел на Джакра и видел, как тот взял себя в руки и сказал спокойным, даже отстраненным голосом:
  - Я убью виновного.
  Рахаш был полностью согласен с Джакром, да и настроение его не походило на утренний раздрай в чувствах. Именно такого целеустремленного состояния, без ярости, но с холодной расчетливостью, боялись все враги семьи Алитгерн. Сейчас Рахаш с удовлетворением видел, что его кровь осталась так же сильна как и прежде, невзирая на все прошедшие поколения.
  
  Стихия Смерти мгновенно откликнулась на зов Джакра, ластилась к его протянутым рукам и послушно вела за собой к источнику беды. Браслет на правом запястье нагрелся, и Джакр потер костяные пластинки, руны на которых начали светиться.
  Рахаш плыл у его левого плеча, чумрики тоже двигались за ними.
  Виновный ответит за каждого из этих двух десятков.
  Стихия привела его в небольшой зал природного происхождения, в центре которого бил источник. На коленях перед источником, спиной к ним, сидела девушка, но Джакру было не до ее разглядывания: в переливах воды была четко видна роженица и муж, сидящий у ее постели. Руки девушки, опущенные в воду, что-то с силой тянули. Рахаш у плеча зашипел, а Джакр не раздумывая метнул в девушку Смерть, свернув стихию как кнут. То, что должно было сильно покалечить девушку, всего лишь отвлекло ее. Джакр облегченно выдохнул, когда с поверхности воды пропало изображение роженицы, на большее у него времени не было: повернувшаяся к нему лицом девушка однозначно была мертва, но Джакр ее не чувствовал! Он мог управлять мертвым, сам несколько раз поднимал мертвецов, но это существо было ему не подвластно!
  Пока мертвец разглядывал незваного пришельца, Рашах, невидимый для противника, быстро заговорил:
  - Умертвие. В теле нет души - это просто труп, имеющий связь со стихиями, который ведет одна-единственная цель.
  - Какая?
  - У каждого умертвия своя, разум как таковой отсутствует, но силы немеряно. Считай его мертвым элементалем.
  Джакра передернуло от этой мысли.
  - Так оно было запечатленной?
  - Очень похоже на то. Самое неприятное, что, - не слушая дальше, Джакр вновь атаковал, на этот раз посылая Смерть роем мелких шаров, надеясь порвать связи в мертвом теле, - стихии не могут причинить ему вреда, - закончил Рахаш.
  Словно в подтверждение его слов существо даже уклонятся от сгустков энергии не стало - они расплылись по нему темными неопрятными пятнами, но никакого вреда не причинили.
  Джакр выругался.
  Умертвию надоело стоять на месте, и оно кинулось на Джакра. Он еле ушел с траектории броска, оценил - быстрая тварь. Увидел, как крошится стена пещеры от соприкосновения с мертвыми руками, мысленно добавил - и сильная. Даже от того, что драться умертвие не умело, да и стихии похоже, могло использовать только для достижения своей цели, Джакру веселее не становилось. Он скоро устанет уворачиваться от стремительных движений умертвия, а мертвые, как известно, усталости не знают.
  - Тебе нужен меч, - быстро сказал Рахаш, не отстающий от мечущегося по пещере Джакра.
  - Какой, к стихиям, меч! - Взвыл Джакр, уклоняясь от очередного выпада умертвия, которое на этот раз решило протаранить его головой. За те секунды передышки, пока тварь пыталась вытащить застрявшую в толще стены голову, Рахаш доходчиво объяснил:
  - Порубишь умертвие на части.
  Джакр взглянул на него шальными глазами и вытянул перед собой руки. Он звал: стихии развернулись и понеслись во все стороны, ища то, что было нужно. Джакр искал что-то, способное принести смерть мертвому. Когда у него в руках оказалась та самая коса, с помощью которой он сегодня расправлялся с сорняками, Джакр не смог сдержать истерического смешка.
  Умертвие как раз справилось с незапланированными трудностями, тряхнуло головой, отчего во все стороны полетела каменная пыль, нашло взглядом мертвых глаз Джакра и снова кинулось на него. Джакр удобно перехватил деревянную ручку, замахнулся так, как с утра показывала Файла, и интуитивно пропустил через рукоять и лезвие стихию Жизни.
  Умертвие со всего размаха напоролось на лезвие, несколько секунд еще тянулось к Джакру скрюченными пальцами, насаживаясь все плотнее, а потом заверещало. Джакр закрыл глаза, пытаясь хоть как-то отгородиться от этого вопля и пожалел, что нельзя заткнуть уши. Он упорно держал косу и прокачивал сквозь нее Жизнь. Вопль, от которого стены пещеры тряслись, стал потихоньку стихать, и Джакр рискнул открыть глаза. Теперь умертвие даже отдаленно не напоминало девушку: кожа сходила лоскутами от груди, в которую воткнулось лезвие и дальше - Жизнь прокатывалась по телу этого существа, разрушая изнутри то, что невозможно разрушить снаружи.
  Рахаш с научным интересом смотрел на постепенно истаивающую тварь:
  - Слишком плотная внешняя оболочка, стихии не могут пробиться внутрь, но если целостность уже нарушена, то все замечательно работает.
  Джакр поморщился:
  - Так чего ты сразу не сказал?
  - А я не знал, - довольно улыбнулся он, разведя руки в стороны.
  Умертвие таяло медленно, все еще пытаясь добраться до Джакра, ему пришлось отклониться назад, когда надевшись на острие до самой рукояти, тварь почти достала пальцами до его горла.
  Вокруг собрались чумрики, смотрели своими светящимися глазами и шевелили рогами-усиками. У Джакра болели все мышцы, стихия Жизни норовила вырваться из под контроля, а тварь все хрипела, никак не желая уходить из этого мира. Когда умертвие наконец истаяло полностью, Джакр устало повалился на пол, чуть не отрезав себе нос неудачно выпавшей из рук косой.
  Рядом рассмеялся Рахаш:
  - Эпическая битва с применением сельскохозяйственного инвентаря!
  Напившийся из источника Джакр поддакнул:
  - Надо себе завести, очень полезный инвентарь.
  - Ой, не могу, смертник с косой. Тебя отец не поймет, - дух уже пополам от хохота сложился.
  Джакр мечтательно развалился на полу и подлил масла в огонь:
  - Зато дед оценит.
  Новый взрыв смеха был ему ответом.
  
  После того, как умертвие перестало их удерживать, чумрики, с небольшой помощью Джакра, смогли уйти из мира, которому не принадлежали. Они один за другим растворялись в воде источника, из которой, как из утробы матери, их когда-то выдернуло умертвие.
  Джакр не хотел об этом задумываться, но Рахаш все равно озвучил мысли:
  - Она хотела детей. Хотела слишком сильно, чтобы спокойно умереть.
  Джакр согласно кивнул и возблагодарил стихии, что силы умертвия хватило дотянуться только до Пулек.
  Рахаш не стал говорить Джакру, что еще десяток душ, и она вполне могла создать свое дитя - такое же умертвие, только намного сильнее своей создательницы.
  
  Самостоятельно Джакр выход из пещеры не нашел бы: путь, казавшийся прямым и легким, пока его вела стихия, превратился в запутанный лабиринт. К счастью, Рахаш запомнил большинство поворотов, а там, где сомневался - пролетал сквозь стены, ища знакомые ориентиры. Когда Джакр наконец-то вышел из пещеры, солнце уже садилось. Пришлось быстро выбираться из леса. Хотя зверья Джакр не опасался, но ночью в лесу можно было легко наткнуться на дерево или споткнуться от попавшего под ноги корня. Учитывая косу, которая оттягивала его правую руку, - падение могло закончиться весьма плачевно.
  Грязного и уставшего Джакра на пороге встречала травница. Оглядела цепким взглядом припорошенные мелким щебнем плащ и посеревшие от каменной пыли волосы, оценила заляпанную косу в руке и успела поддержать, когда Джакр стал опасно кренится набок.
  Остаток этого дня запомнился Джакру отрывками: вот его куда-то вели, дали выпить что-то одуряюще вкусно пахнущее, снова куда-то вели, и, кажется, раздели. Как только он почувствовал под спиной мягкость набитого тюфяка - мгновенно отключился.
  
  5.
  Утро встретило Джакра ярким солнечным светом на балках потолка, птичьим щебетом за окном, оглушающей слабостью и болью в мышцах.
  К нему поднялась Файла со своей лекарской сумкой. Джакр и подумать не мог, что там помещается столько всяких скляночек. Травница сбегала вниз за водой и принялась за Джакра всерьез. Он выпил какой-то настой, и Файла, разогрев в руках мазь, начала втирать ее, разминая напряженные мышцы и совершенно не обращая внимания на ругающегося сквозь зубы Джакра.
  После ухода довольной травницы за Джакра взялся Рахаш. Долго и обстоятельно рассказывал, что такое нервное перенапряжение, и какие эффекты оно может дать в связке с использованием стихий. Поле часового монолога на заданную тему, Джакр готов был поклясться в чем угодно, лишь бы драгоценный предок замолчал. Рахаш действительно резко остановился посреди очередной фразы, посмотрел на Джакра внимательно, опустил ладонь ему на плечо и сказал:
  - Ты молодец.
  Как последняя фраза вязалась с нотацией, Джакр так и не понял, но предок исчез слишком быстро, чтобы ошарашенный Джакр успел его об этом спросить.
  Такая терапия быстро дала результат: к обеду Джакр спустился самостоятельно, а пальцы, держащие ложку, не дрожали. Травница рассматривала его так, как будто видела впервые.
  - Тарсе стало лучше.
  Джакр в недоумении поднял взгляд от тарелки с мясным рагу на травницу. Та пояснила:
  - Тарса - это беременная девушка, к которой я вас день назад водила.
  - Точно лучше? - Хотя он и справился с умертвием, последствия его вмешательства могли быть очень неприятными.
  - Точно, - спокойно ответила Файла. Джакр было расслабился, когда травница добавила, - завтра будем помогать разродиться.
  Джакр поперхнулся воздухом и с непониманием посмотрел на травницу. Та солнечно ему улыбнулась и ответила на невысказанный вопрос:
  - Надо же вам посмотреть на того, кого вы спасли, господин запечатленный. Рахаш смеялся, Файла довольно улыбалась, а Джакр схватился за голову, представляя, что придется писать в отчете о прохождении практики.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"