Александрова Ольга: другие произведения.

Прохиндейка-весна

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
  • Аннотация:
    Рассказик про... толи любовь, толи гормоны... : )

  Утро. Дима выпил чашку кофе, и расположившись на тесной холостяцкой кухне с тоской посмотрел в окно. Она опять наступала - весна. Не любил он ее. Что в ней хорошего? С ее приходом учащается пульс и сердце начинает щемить так, что хочется заглянуть в медицинскую энциклопедию и подыскать диагноз с обозначившимися симптомами. Список неприятных заболеваний обычно обнаруживается длинный, отчего становится не только плохо, но и страшно.
  В общем, он давно сделал вывод: весна - тяжелое время, которое как-то нужно пережить. Весна и раньше пыталась нарушить его установившийся с годами покой, влетая пряными запахами через форточку, слепя непривычно ярким солнцем и неприятно удивляя нескромно громкими смешками молодых голосов. Но Дима никогда не придавался отчаянию и противился как мог. Помогали крепостные стены квартиры. Можно было задернуть шторы, закрыть окно, погрузиться в мирок книжных фантазий или включить телевизор прослушав экономические новости. Монотонный голос диктора будет вещать о ценах на золото и нефть, о том, куда можно выгодно разместить валюту, которая у Димы сроду не водилась в надлежащем для таких операций количестве. Хорошо также посидеть часок-другой за компьютером, почертить схемы, заполнить таблицы, погонять цветные шарики, и много еще куда посмотреть, в надежде не заметить осуждающий яркий полдень весеннего дня.
  Работал Дима дома. Немногочисленные посетители заходили к нему на разговор, а удалясь, оставляли гонорар на журнальном столике. Не густо, но на жизнь хватало. Иногда звонили старые друзья и бывшие подруги. Их было немного, но эти, не всегда своевременные звонки, приносили в монотонность буден хоть какое-то ощущение событийности.
  Изредка он выбирался на лекции, презентации книг, и другие подобные ни к чему никого не обязывающие мероприятия. Дима появлялся туда с видом человека, снизошедшего до появления в столь дилетантской компании. Бывало, на него накатывало поэтическое вдохновение, и он изрекал нечто грозно-религиозное и удручающе пафосное:
  
  Покайтесь, грешники,
  Пришел расплаты час!
  Дрожат подсвечники
  На цинковых гробах...
  
  После приступа, аккуратно сложенный листочек отправлялся в потаенное место за книгами, как будто никому неведомый поэт боялся обыска.
Где-то там, далеко, живет Димин сын. Бывшая жена растит его вместе с братиком от второго мужа. У них все нормально, или она только говорит, что "все нормально". В любом случае, в их реальности ему уже нет места.
Почему он не женился во второй раз? На этот вопрос Дима мог дать столько же ответов, сколько звезд наблюдается на летнем южном небе в хорошую погоду. Горькую правду он знал. У него разбитое сердце... Как разбивается сердце? Разве оно хрустальный кувшин или глиняный горшок? С какой высоты нужно упасть, чтобы оно разбилось?.. Он давно поставил себе этот страшный диагноз - разбитое сердце. Одна только весна в каждый свой приход пыталась с ним поспорить, но пока безуспешно. Закрыв глаза и заткнув уши, Дима упрямо твердил, не принимая во внимания доводы весны: разбито! Неизвестно, сколько весен продолжалось бы их противостояние, но в этот раз Дима потерял бдительность и прохиндейка-весна, совершив обманный маневр, все-таки поймала его в свою хмельную ловушку.
  День выдался хмурым и дождливым. На встрече с автором узкопрофессиональной книги Дима сидел, как всегда, в подчеркнуто непринужденной позе. Задав автору несколько вопросов, он, искоса ловя взгляды обернувшейся к нему аудитории, надул щеки и сморщился, как будто бы ему отвечали что-то неприлично банальное. По окончании презентации, когда все начали привставать со стульев, к нему, наконец, повернулась соседка Галя - старая знакомая, притащившая его сюда. Жестикулируя, она принялась делиться впечатлениями. Дима не слушал. Он изучал молодую женщину, спокойно стоявшую за Галиной спиной в ожидании окончания монолога. Поймав его взгляд, Галя замолкла, как-то торопливо представила их друг другу, и, лавируя между стульями, отправилась за автографом.
  Когда они втроем выбрались на улицу, шел дождь. Нашлись два зонта на троих. Галя курила и возмущалась чем-то на ее взгляд необычайно глупым, но забавным. Среди выходящих Галина увидела степенного седого мужчину, и всплеснув руками, бросилась к нему. Переговорив с ним минуты полторы, она распрощалась с Димой и Верой, села в машину седого и они укатили. С ней уехал зонтик.
  Дождь все еще лил. Остался один зонтик на двоих. Они дошли до метро, потом ехали в отсыревшем вагоне. Может быть, они обсуждали книгу, может быть он рассказывал о себе, может быть она... Так ли это важно? На станции-пересадке они обменялись телефонам и разъехались по разным районам мегаполиса.
  Дима не сразу понял, что попался. Машинально варя пельмени, он только как-то тоскливо отметил, что и в дождь весна остается весной. Есть расхотелось, и он провалился в сон, под привычную пальбу голливудского боевика.
  К утру ему приснилось большое белое яйцо, которое высиживала большая белая птица благородной хищной породы. Из любопытства Дима стал подкрадываться ближе. Птица встрепенулась и поднялась в воздух. Он погнался за ней, не догнал и вернулся назад. В этот момент яйцо начало проклевываться. Дима смотрел, как одна за другой отлетают скорлупки, и замер в предвкушении появления птенца. Вместо птенца он увидел себя, вылезающего из яйца. От шока он проснулся.
  Сон больше не шел. Дима попытался читать, но ничего не понимал. Поворочавшись в постели, он понял, что уже не заснет, и пошел пить кофе. Ближе к полудню позвонила мама. Может быть, она поинтересовалась его здоровьем, может быть, рассказывала о самочувствии отца, может быть, жаловалась на бессонницу. Так ли это важно? Как только он положил трубку, раздался еще один звонок. Узнав голос, Дима похолодел. Это была она, Вера. Оказалось, Галя поведала много интересного про Димину работу, и теперь Вера хочет посоветоваться с ним. В сильном замешательстве он назначил ей время приема и повесил трубку.
  Весь день до вечера он бегал по квартире переставляя предметы, перебирая какие-то бумажки. Ужасный вечер настал. Звонок в дверь прозвучал особенно резко и даже требовательно. "А что, если не открыть?" - пронеслось в Диминой голове, но отступать было поздно. Она вошла. Нет, вернее прокралась мягкой кошачьей походкой, и, расположившись в кресле напротив, рассказывала суть дела.
  Он задавал вопросы, бросался к компьютеру, чертил схемы, печатал документы, забивал данные, что-то объяснял. Время шло, было уже поздно, они договорились встретится через неделю и закончить работу. Она оделась, уходя положила на журнальный столик деньги. Одиноко лежащая на полированной поверхности стопка купюр окончательно выбила его из равновесия...
   Не стану подробно описывать внутреннее состояние героя. Оно известно каждому, кто хоть раз пытался на ходу реставрировать стены своего внутреннего мира под напором превосходящих по силе внешних обстоятельств. Возможно, стены устояли бы, но внутри завелся предатель - сердце. Чувствуя наступление перемен, оно начинает биться сильнее, не смотря ни на какую разбитость, расшатывая уже потрескавшееся здание.
  К исходу недели Дима осознал, что попался. Теперь он безучастно сидел на руинах своего мирка ослепленный и обдуваемый всеми возможными ветрами. Исписав стихами тоненькую тетрадочку вместе с обложкой, он спрятал ее все в том же укромном месте. Вера должна была прийти завтра.
  В начале пришло завтра. Оно предстало непривычно реальным и жестоким. Жестокость проявилось в том, что Дима не был более прежним, а стал каким-то совсем иным, и понял это. Ощущение эйфорического полета, наркотического опьянения жизнью, которое будоражило и пугало, стало очень конкретным. Весна выпотрошила его без остатка. В победном танце плясала она на обломках его прошлого вереницей солнечных зайчиков от покачивающегося зеркала на дверце шкафа, воспевала свои завоевания голосами уличных пичуг.
  Днем Дима провел ревизию своего внутреннего мирка, пробуя составить привычные стены из обломков, но безуспешно. Уже от безысходности он построил какие-то авангардистские здания, они рассыпались при первом же неловком движении. Он видел, что ничего не пропало, весна не стащила ни одного грамма его прошлого, но привычного мира больше не было.
  В таком состоянии его застали посетители. Они вели себя как обычно, лишь изредка на губах то одного, то другого проскальзывала сочувственная многозначительная улыбка. Наверное, они улыбались как обычно, хотя Диме казалось, что другие все понимают и видят его таким, каким он себя ощущает - инопланетянином без скафандра.
  Вера пришла в назначенное время. Цифры и буквы на бумажках плыли перед глазами, но голос, его голос, так же четко и последовательно рассказывал, пояснял и даже смеялся, а рука, как бы сама по себе писала и чертила. Все как будто бы повторялось еще раз, однако, ощущалось совсем по-иному. Сводня-весна лишила его осторожности, чувства самосохранения. Ему больше нечего было сохранять, не о чем заботится, и он стал просто счастлив. Почему он влюбился в нее, обычную женщину, каких миллионы? Может быть, за ее глаза, руки, волосы... Может быть, дело не в ней, а в безрассудных происках неугомонной весны. Так ли это важно?
  Через какое-то время Дима, наконец, осознал, что они уже долго молчат. Вера встала с кресла. Он предложил кофе. Она отказалась. Он проводил ее до дверей. "Останься!" - каким-то чужим голосом воскликнул он... Может быть, она осталась на одну ночь, может быть, на долгие годы. Может быть, она непонимающе посмотрела на него и торопливо вышла. Так ли это важно? Ничто не длится вечно, потому что длится. Ничто не станет прежним, если изменилось. Это называется жизнь, и только это действительно важно.

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"