Алексеев Даниил Юрьевич: другие произведения.

Средиземье: Хроники Пятой Эпохи

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!
Конкурсы романов на Author.Today
Оценка: 7.32*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    600 лет минуло после падения Саурона, но вновь над Средиземьем сгущаются тучи. Бродо Заскокинса и его друзей по Отряду Спасителей ждут необыкновенные и весёлые приключения. Снова неуловимые хоббиты, могучие гномы, мудрые эльфы, ищущие свой путь урукхаи и прочие разные нидинги. Вы непременно узнаете много нового о старых знакомых и приобретёте новых!

  Хроники Пятой Эпохи
  
  Посвящается моим друзьям толкинистам
  и памяти Егора Летова
  
  Пародия-продолжение
  
  (Ироническая эпопея о
  Средиземье через 600 лет после Толкина
  и 300 лет после Перумова)
  
  Предисловие хрониста
  
  Предложенный читателю вариант хроник составлен на основе летописей и документов разных народов, а также свидетельств современников. Важным источником информации является легендарная Красная Книга, а также Хроники Королевства Арнор, Летопись Урукхайского Королевства и другие. Особенно приятно отметить труд моей племянницы 'Орки обыкновенные как этнос: происхождение, социальный уклад, культура, быт и нравы'. К сожалению, в Красной Книге немало пробелов, так как многие страницы слиплись и заляпаны пивом. По-прежнему для нас остаются малодоступными и архивы Валинора. Кроме того, в летописях и рассказах очевидцев события часто интерпретируются по-разному.
  Однако, несмотря на все трудности, великие свершения Пятой Эпохи заслуживают того, чтобы поведать о них уже сегодня. Работа над хрониками тем временем будет продолжена, и их полный вариант будет подготовлен к выходу отдельным изданием. Для удобства читателя к произведению прилагается хронологическая таблица основных дат Пятой Эпохи, работа над которой также ещё ждёт своего завершения.
  К нашему глубочайшему сожалению современная молодёжь весьма неохотно изучает историю, и знания о ней имеет поверхностные. А посему мы сочли уместным сопроводить настоящие хроники вступлением, кратко напоминающим основные события прошедших эпох, примечаниями, а также приложениями. В приложения включена краткая энциклопедия Средиземья, составленная хронистами Арнора. Дабы не забегать вперёд, в ней приведены данные на момент создания Отряда Спасителей. Там же даны хронология событий, таблицы о составе Отряда Спасителей, а также отряда Хранителей (для сравнения и напоминания) и карта Средиземья Пятой Эпохи.
  Хочется подчеркнуть, что все факты, изложенные в книге, абсолютно достоверны, и в ней нет ни одного вымышленного персонажа. В представленном труде чувствуется дух нашего гуманного времени, ибо ни в одну из предшествующих эпох столь разноплемённые герои (Спасители представляют 7 различных рас Средиземья) не смогли бы собраться в один отряд. Хроники рассчитаны на широкого читателя, создают правильное представление о событиях Пятой Эпохи, дают обильную пищу для ума и чтение их зело пользительно в деле воспитания юных отроков.
  
  Пенопласт Аннуминасский,
  Главный Хронист Королевства Арнор
  
  
  Вступление для чайников
  
  Дорогой читатель! Если ты открыл эту книгу, значит, несомненно, являешься настоящим толкинистом с солидным стажем, маститым специалистом по истории и географии Средиземья. Ты, конечно же, прочёл все книги Толкина, Перумова и прочих авторов, где хоть раз упомянуты хоббиты. Пересмотрел все фильмы о Средиземье и знаешь, что на самом деле всё было совсем не так. А может быть, даже, только вчера лично видел Бильбо. В таком случае смело можешь пропустить это вступление, оно не для тебя.
  Но если ты болел, когда все читали Толкина, если слово 'хоббит' вызывает ассоциации только со словом 'хобот', обязательно изучи вступление, и узнаешь краткое содержание предыдущих серий.
  
  1. О сотворении Арды её духах и народах
  
  Сначала был Эру Единый, позднее прозванный Илуватар. Висел он себе мирно в бескрайней Пустоте и размышлял о вечном. Но в один прекрасный день это, несомненно, достойное во всех отношениях занятие ему наскучило и появилось у него неодолимое желание что-нибудь натворить. Первым делом сотворил он Айнуров из дум своих. А за целую вечность надумать он успел много всякого. Один Эру знает, из каких мыслишек воплотился Мелькор, ставший живым воплощением Зла, и известный впоследствии на Арде как Чёрный Враг Мира Моргот. Свой зловредный нрав он проявил с самого начала, дважды испортив песню хора Айнуров. Лишь из Третьей Темы народился мир, наречённый Арда. Для реализации творческого замысла Айнуры вступили на землю Арды, став её стихиями или валарами.
  Был среди них и Мелькор, Восставший в Мощи, превыше других Айнуров одарённый мудростью и силой, владевший частицами открытого каждому из его братьев. Самый могучий из Айнуров решил захватить Арду, объявив её своей, но остальные этому воспротивились. Так началась борьба Мелькора с валарами, которых люди называли богами. Всего валаров было четырнадцать: владык валаров семь и столько же вал или владычиц валаров.
  Верховным валаром, Повелителем Арды и всего, что там живёт, стал Манвэ, прозванный Сулимо - Веятель, Владыка дыхания Арды, властелин воздушной стихии и быстрокрылых птиц. В думах Илуватара он был братом Мелькора. Восставший в Мощи был сильнее, но Манвэ ближе к Илуватару, и как считается, лучше всех понимает его замыслы.
  Супруга Манвэ - Варда, Владычица Звёзд, прекрасная настолько, что не описать её словами эльфов или людей; ибо свет Илуватара сияет в её лице. Сила и радость Варды в Свете. Из глубин Арды примчалась она на помощь Манвэ; поскольку знала Мелькора ещё до создания Песни и отвергла его. Чёрный Враг Мира ненавидел её и боялся более всех, кого создал Эру, и этот страх инстинктивно унаследовали его последователи. Из всех духов Мира эльфы более всего любят и почитают Варду (правда, Авари, Эльфы Востока, об этом не знают). Они зовут её Элберет и взывают к ней из мглы Средиземья, возносят ей песни при восходе звёзд.
  Ульмо - Владыка Вод и Морской Король. Он одинок и вечно странствует. Лишь Манвэ более могущественен чем он.
  Аулэ, создатель суши земной, кузнец и знаток всех ремёсел, по крутизне немногим уступает Ульмо. Он владеет всеми веществами, из которых сотворена Арда. Создал все драгоценные камни, дивное золото, величественные стены гор, глубокие чаши морей. В тайне от Илуватара сотворил гномов, которыми почитается как Великий Кузнец Махал.
  Подруга Аулэ - Йяванна, Дарительница Плодов. Владычица растительного царства, покровительствует всему, что живёт и растёт. Создательница Древ Валинора. По её просьбе Илуватаром созданы пастухи деревьев - энты. В женском облике высока и одета в зелёное.
  Феантури, владыки душ, - братья и чаще всего зовутся Мандос и Лориэн. Но это лишь названия мест, где они живут в Валиноре, а истинные их имена - Намо и Ирмо.
  Намо, старший, живёт в Мандосе, на Западе Валинора, владелец Палат Мёртвых, собиратель душ убитых в бою. Возглавляет Валарское Разведывательное Управление (ВРУ). Он ничего не забывает и знает всё, что будет, кроме того, что осталось в воле Илуватара. Намо - Вершитель Судеб у валаров, но объявляет свои пророчества и приговоры лишь по велению Манвэ.
  Вайра - Ткачиха, верная подруга Намо. Вплетает всё когда-либо происшедшее, в свои ткани, и все чертоги Мандоса, которые всё ширятся с уходом веков, увешаны ими.
  Ирмо, младший брат Намо и его первый заместитель по ВРУ. Его сады в Лориэне, что в земле валаров, и нет в мире им равных по красоте. Ирмо - господин видений и снов, владеет техникой гипноза, незаменим при допросах и стирании памяти.
  Нежная Эстэ - целительница ран и усталости, подруга Ирмо. Её дар - отдых. Из источников Ирмо и Эстэ все обитатели Валинора черпают бодрость, часто сами валары находят у них облегчение от бремени Арды. Эстэ отвечает за медицину в военное время и сбор гуманитарной помощи для Средиземья.
  Ниенна - Вечно Скорбящая, сестра Феантури, сильнее Эстэ, вместе с которой отвечает за гуманитарную помощь. Скорбит по поводу и без оного. Ещё в хоре Айнуров её напев обратился в плач. Те, кто внимают ей, учатся состраданию, терпению и надежде, получают силу духа и обращают скорбь в мудрость, но при близком общении она невыносима.
  Тулкас - самый физически сильный и удалой боец из валаров, личный телохранитель Манвэ. Его прозвали Астальдо, Доблестный. Тулкас явился на Арду, чтобы помочь валарам в первых битвах с Морготом. Он любит борьбу и состязание в силе, во время которых его лицо краснеет, за что враги прозвали его 'краснорожий качёк и каратист'. Астальдо не ездит верхом, поскольку пешком может обогнать любого, он неутомим. Волосы и борода у него золотистые, а тело - медно-красное, основное оружие - руки. Его не заботит ни прошлое, ни будущее, он плохой советчик, но верный друг. Тулкас всегда смеётся, и в состязании, и в бою, он смеялся даже пред ликом Мелькора в битвах, сотрясших Мир после рождения эльфов.
  Нэсса - подруга Тулкаса и сестра Оромэ. Легкомысленная помощница Йяванны, легконогая и гибкая. Особенно любит оленей, которые следуют за ней в дебрях, а иногда и не только в них. Но Нэсса, быстрая как стрела, с ветром в волосах, а заодно и в голове, опережает оленей. Ещё она любит танцы и танцует в Валиноре на полянах, поросших неувядающей травой.
  Оромэ - Великий Охотник и Владыка Лесов. Он менее наделён физической силой, чем Тулкас, но более страшен в гневе. Оромэ любит Средиземье и неохотно расстался с ним, последним придя в Валинор. Он охотник на чудищ и лихих тварей, любит собак, коней и деревья. Его коня зовут Нахар, на солнце он белый, а в ночи сияет серебром.
  Вана - Вечно-юная, подруга Оромэ, младшая сестра и помощница Йяванны. Цветы прорастают там, где она проходит, и расцветают, если она взглянет на них, птицы поют при её приближении.
  Вслед за валарами пришли менее могучие духи - майары, их своеобразные подмастерья. 'То же, что и валары, только труба пониже да дым пожиже', - метко говорили о них Авари - эльфы, отказавшиеся от Света Валинора во имя Собственного Света. Многих майаров привлёк блеск Мелькора в дни его величия, и они остались верны ему во Тьме, других сманил он на службу ложью и предательскими дарами.
  Ильмарэ - майя, приближённая Варды, её имя настолько часто упоминается в хрониках Предначальной Эпохи, что больше про неё ничего не известно.
  Эонвэ - знаменосец и вестник Манвэ, непревзойдённый во владении оружием. В конце Предначальной Эпохи вёл войско валаров против Моргота. Ему хватило ума после победы над Мелькором отпустить Саурона.
  Оссэ - вассал Ульмо и господин морей, что омывают Средиземье. Он не уходит в глубины, а любит побережье и острова. Оссэ радуется ветрам Манвэ и, наслаждаясь бурей, хохочет среди волн. По некоторым данным, переходил на сторону Мелькора, чтобы получить владения и могущество Ульмо, но Уинен заставила его вернуться на путь истинный. Однако неистовство не покинуло его и иногда ярится по своей воле, без приказа Ульмо.
  Уинен - Владычица Морей, подруга Оссэ, чьи распущенные волосы струятся по волнам. Вероятно, именно она стала прообразом русалок. Уинен любит всё, что живёт в солёной воде, и всё, что растёт там, а также малосольные огурцы. К ней взывают моряки, ибо она может успокоить волны, смирив буйство Оссэ. Нуменорцы долго жили под её защитой и почитали наравне с валарами.
  Мелиан - майя, служившая Йяванне, а также Ване и Эстэ. Долго жила в Лориэне, где дружила с Олорином и ухаживала за деревьями в садах Ирмо. По некоторым данным, Олорин в свою очередь ухаживал за ней. Затем ушла в Средиземье, где стала женой эльфийского короля Тингола, после гибели которого вернулась в Валинор. Куда бы она ни шла, соловьи пели вокруг неё.
  Олорин - мудрейший из майаров, один из заместителей главы ВРУ, куратор оперативной работы в Средиземье. Жил в Лориэне, но часто проходил стажировку у разных валаров. Многое перенял у Аулэ, у Неенны научился терпению и сопереживанию. Неоднократно забрасывался в Средиземье для проведения спецопераций. Был внедрён к эльфам под именем Митрандир. В Третью Эпоху вновь отправлен в Средиземье для борьбы с Сауроном, под оперативным псевдонимом Гэндальф Серый, и успешно довёл свою миссию до полной победы. Лично разработал операцию 'Синий Цветок'. Не женат.
  Курумо (Курунир) - майар служивший Аулэ. В Третью Эпоху под именем Саруман заброшен в Средиземье вместе с Олориным. Первоначально был главой магов, посланных из Валинора для борьбы с Сауроном, и возглавлял Белый Совет Мудрых. Печально знаменит как двойной агент. Через палантир попал под влияние Саурона, но пытался вести собственную игру. Для своих целей создал урукхаев путём скрещивания орков и людей. Потерпев поражение, захватил власть в Хоббитании, но не смог её удержать. После чего был зарезан своим приспешником Гнилоустом. В Четвёртую Эпоху возродился в облике пса.
  Саурон - главный из известных приспешник Моргота и его наследник. Вначале был одним из майаров Аулэ и остался велик в преданиях своего народа. Перейдя на сторону Чёрного Врага Мира, участвовал во всех его преступлениях, в том числе в создании орков, в которых Мелькор чарами и жестокостью превратил захваченных эльфов. После того как Моргот был побеждён, скован и отправлен за пределы Мира (прямо в открытый космос), сам стал Властелином Тьмы, заслужив имя Гортхаур Жестокий. Неоднократно, будучи разбитым, возрождался, но после уничтожения Кольца Всевластья, вроде бы окончательно исчез.
  Балроги - Огненные Бичи, демоны страха, считаются самыми ужасными из слуг Мелькора.
  Не желая утомлять читателя лишними подробностями, всё же скажем несколько слов об основных народах Арды.
  Эльфы - Перворожденные, Старшие Дети Эру, первыми пришедшие в Мир. Эльфы прекрасны и внешне не стареют. Считалось, что Перворожденные бессмертны, хотя их можно убить, но, умирая, они не уходили из Круга Мира, а возрождались. Души погибших эльфов попадают в Мандос.
  Люди - Пришедшие Следом, Младшие Дети Эру, пробудившиеся в Хильдориэне (Земли Пришедших Следом), на дальнем востоке Средиземья, при первом восходе Солнца. По замыслу Илуватара они смертные, то есть не возрождаются в этом Круге Мира.
  Гоблины - первоначально общее название всех созданий Моргота, позднее собирательное название орков и урукхаев. В Пятую Эпоху наиболее просвещённые эльфы и люди считают их Блудными Детьми Эру.
  Орки - первоначально название одного из племён горных гоблинов, постепенно распространившееся на всех Блудных Детей Эру. В Пятую Эпоху к ним относили всех гоблинов кроме урукхаев. Созданы Морготом из похищенных эльфов с помощью колдовства и жестокости как прямая им противоположность. Орки уродливы, злобны, не выносят яркого света, подсознательно ненавидят эльфов, считаются врагами красоты и порядка. По некоторым источникам, эти извращённые эльфы являются пожирателями падали и каннибалами. В то же время в глубине своих тёмных сердец орки всегда ненавидели Мелькора и Саурона, создавших не их самих, но лишь их гнусность, и служили им лишь из страха.
  Урукхаи - первоначально боевые гоблины, созданные Саруманом путём скрещивания орков с людьми. Поэтому в Третью и Четвёртую эпохи назывались также сарумановы орки. В отличие от обычных орков искренне почитали и любили своего создателя, были крупнее, сильнее и не боялись света. После гибели Сарумана пользовались всеобщей ненавистью как полукровки. Последний Поход против них времён Четвёртой Эпохи в Пятую Эпоху признан актом геноцида. На рубеже Четвёртой и Пятой эпох основали независимое королевство на северо-западе Средиземья.
  Гномы - народ, созданный Аулэ, живут обычно под землёй. Тангары, как они себя называют, отличные рудокопы и рудознатцы, искусные камнерезы, ювелиры и кузнецы. Ростом гномы значительно ниже людей и эльфов, широки в плечах и носят длинные бороды. Размножаются тангары медленно из-за малого количества женщин. Гномы вспыльчивы, алчны, упрямы, но всегда воевали с Врагом.
  Нидинги - карлики, самый маленький и малоизученный народ Средиземья, происхождение которого до сих пор неизвестно. Ростом нидинги с локоток хоббита, селятся в заброшенных выработках. От природы они хитрые и вороватые, работать не любят, зато из них получаются отличные шпионы. К моменту описываемых событий не имели своей государственности.
  О хоббитах следует рассказать отдельно.
  
  2. О хоббитах
  
  Хоббиты - один из самых симпатичных и таинственных народов Средиземья, происхождение которого до недавнего времени оставалось покрыто мраком. Вроде бы они главные герои Красной Книги, но в их истории до сих пор множество тайн и загадок. Возможно, это объясняется тем, что невысоклики избегают встреч с людьми (которых называют Громадинами) и прочими разными эльфами. Осев в западных землях, хоббиты сразу полюбили свою новую родину, жили тихо, стараясь не вмешиваться в события за её пределами, и оказались практически выключенными из истории людей и эльфов.
  Хоббиты - народ безобидный и очень древний. В давние времена их было много, теперь осталось гораздо меньше. Живут они по-прежнему тихо и незаметно, любят покой и хорошо ухоженную землю и всего охотнее селятся там, где можно с успехом заниматься сельским хозяйством. Они никогда не любили и не понимали машин сложнее кузнечных мехов, водяной мельницы и прялки, хотя среди них попадались умелые ремесленники, и мелкими орудиями они пользовались ловко.
  Ростом хоббиты маленькие: от двух до четырёх футов. В Пятую Эпоху всё Средиземье перешло на Всеобщую Метрическую Систему Мер, но хоббиты по старинке всё меряют в футах. Один фут - 30,5 см (здесь и далее, примечания хрониста). Таким образом, рост хоббитов примерно 60-120 см. Сейчас редко кто дотягивает до трёх футов (90 см), отсюда их прозвища 'полурослики', 'невысоклики' и 'половинчики'. А ведь раньше встречались хоббиты гораздо выше. По свидетельству Красной Книги Брендобрас Тук (он же Бычеглас), сын Исенгрима второго, прославленный победой над орками в Битве на Зелёных Полях (Третья Эпоха, 1147 год Летоисчисления Хоббитании (Л. Х.)), был ростом четыре с половиной фута (более 135 см) и мог сесть верхом на коня. Согласно тому же источнику только два богатыря переросли Бычегласа, это герои Отряда Хранителей испившие Воду Энтов Мериадок Великолепный и Перегрин Тук.
  В отличие от гномов хоббиты безбородые, меньше ростом, не такие плотные и в плечах поуже. У них обычно круглые животики (и вообще они склонны к полноте), добродушные лица, длинные ловкие коричневые пальцы и глубокий сочный смех. Обувь (за исключением Восточного Удела и Бэкланда) почти не носили, потому что кожа на их ступнях была толстая, а ноги обрастали густой волнистой шёрсткой чаще всего каштановой, и волосы на голове были такие же. Невысоклики широколицые, ясноглазые, краснощёкие, с большими ртами, которыми можно улыбаться, громко хохотать, есть и пить. Половинчики смеялись, ели, и пили с удовольствием в любое время (а питались они по шесть раз в день, если еды хватало), любили простую добрую шутку, очень любили принимать гостей, а дарить подарки обожали не меньше чем их получать.
  В общем, это был весёлый народец. Одевались полурослики в яркие и светлые цвета, особенно любили жёлтое и зелёное. У них прекрасный слух, острое зрение, и, несмотря на склонность к полноте, они умеют быть весьма проворными, если надо, обладая искусством быстро и бесшумно исчезать при появлении Громадин.
   Первоначально все хоббиты жили в норах. Согласно теории известного морийского учёного Дьюрвина, изложенной в труде 'О происхождении видов', хоббиты произошли от кроликов. По версии этого мудрого гнома само слово 'hobbit' произошло от слов 'homo' - человек и 'rabbit' - кролик. Интересно, что в некоторых источниках Туков называют Кроли.
  Со временем техника домостроительства у хоббитов менялась, ибо пришлось приспосабливаться к обстоятельствам. Постепенно даже в холмистых областях появилось много деревянных, кирпичных и каменных строений. Но характерной чертой хоббитской архитектуры остались круглые окна и двери.
  Древнейшие летописи позволяют предположить, что в одну из давних эпох предки невысокликов жили в верховьях Великой Реки Андуин между Великим Зеленолесьем и Мглистыми Горами. Впрочем, откуда они там взялись, до недавнего времени было покрыто мраком. О причинах трудного и опасного перехода через горы в Эриадор тоже ничего точно не известно. Хоббитские источники говорят, что тогда в тех краях стали множиться люди, сообщают и о какой-то зловещей Тени, упавшей на Лес, после чего он стал называться Лихолесье.
   История Хоббитшира началась с того, что в 1601 году Третьей Эпохи два брата Марчо и Бланко вышли из Пригорья. Получив разрешение Короля Арнора (согласно Гондорским Хроникам им был Аргелеб II, двадцатый Король из Северной династии, которая закончилась на Короле Арвиде через 300 лет), они с многочисленным отрядом хоббитов перешли бурную реку Барендуин по Мосту Каменных Арок, построенному во времена расцвета Северного Королевства, и заняли обширный район между рекой и дальними холмами. Обосновавшись там, они должны были содержать в порядке Главный Мост и другие мосты и дороги, оказывать помощь королевским гонцам и признавать свою подчинённость Властителю.
  Пока существовало Северное Королевство, хоббиты считались подданными Короля, но только номинально, потому что правили ими собственные правители, а во всё остальное они не вмешивались. После его падения они выбрали из своих достойнейших граждан Тана, который поддерживал порядок в отсутствии Короля. Ситуация практически не изменилась ни при Воссоединённом Королевстве Арнора и Гондора, ни при Истерлингской Династии.
  Половинчики были миролюбивым народом и чужестранцам казались безобидными обывателями. Но как ни странно, несмотря на покой и сытость, невысоклики оставались сильными и выносливыми. Не то, что убить, даже запугать хоббита было трудно. Невысоклики стойко переносили войны, горести и непогоду, неизменно поражая тех, кто судил о них по внешнему виду, круглым щекам и животикам. Разозлить их было непросто, охоту ради убийства живых существ они не признавали, но по необходимости становились хорошими бойцами и неплохо владели оружием. В частности, они прекрасно стреляли из луков. Неудивительно, что из них получались такие великие герои как Бильбо, Фродо, Фолко и другие, от которых не раз зависела судьба Средиземья, и они с честью выдержали все испытания. Казалось, что кто-то неведомый вложил в их маленькие тельца могучий потенциал, искусно замаскированный и дремлющий в ожидании часа икс.
  Ещё одной тайной маленького народа была их водобоязнь. Хоббиты с опаской относились к воде, к рекам и лодкам. Среди них мало кто умел плавать. Но больше всего их страшило море. Оно наводило на невысокликов инстинктивный ужас, настоящая причина которого была ими благополучно позабыта. Слово 'море' чаще применялось в качестве пугала, и было символом смерти. Даже от гор на Западе, за которыми начинался Великий Океан полурослики стали отворачивать взгляд.
  Хоббитшир делился на четыре части, именовавшиеся Уделами: Северный, Южный, Западный и Восточный. В каждом уделе было по нескольку Земель, названия которых хранили фамильные имена старинных кланов, хотя эти кланы могли уже не жить в своих исконных землях. Так почти все Туки продолжали селиться возле Тукборо, но Торбинсы и Боффины давно оторвались от земли предков.
   Кроме четырёх Уделов было ещё два больших края - Бэкланд, с центром в Бакбуре на востоке и Западная, или Новая, Марчия (названа в честь невысоклика Марчо, одного из основателей Хоббитании), - которые были официально присоединены к Хоббитании в 1462 г. (Л. Х.). В последней на Белых Холмах располагалась столица Хоббитшира город Мичел Делвинг (Землеройск). Столичный Бургомистр выбирался раз в семь лет на свободной ярмарке, ежегодно проводившейся в День Середины Лета.
  По власти, престижу и влиянию Бургомистр конкурировал с самим Таном. Он восседал во главе стола на банкетах по поводу бесчисленных хоббитских праздников. Заодно Бургомистр считался Главным Почтмейстером и Верховным Шерифом Хоббитании. То есть сосредоточил власть над почтальонами и полицейскими. Собственно шерифы формы не носили и были скорее пастухами, чем полицейскими. Главным их делом было разыскивать и приводить домой заблудившуюся скотину, так как беспорядков среди хоббитов не случалось. Так было до 15 июля 296 г. Пятой Эпохи, пока Бургомистром не стал Лавриодок Стук. Фактически Верховному Шерифу подчинялся и постоянный отряд, заменяющий собой регулярную армию. Этот отряд обходил границы, узнавал новости и следил, чтобы никакие чужеземцы не причинили вреда хоббитам.
  Таном обычно становился старейшина одного из самых влиятельных кланов. Долгие годы в Хоббитании неизменно главенствовал род Туков. Тан был главой Великого Всехоббитанского Сбора, председательствовал на судах и собраниях, проводил наборы и руководил военными силами, включая всеобщее ополчение. Но суды и собрания собирались очень редко, в исключительных случаях, а военные силы в обычное время применения вообще не находили. Так что в мирное время (то есть долгие века, за исключением общесредиземских войн) титул Тана оставался лишь почётным титулом.
  
  3. О Кольцах Власти и Третьей Эпохе
  
  После падения Моргота, Саурон вначале скрывался, но, увидев, что валары вновь забросили Средиземье, осмелел. Ему удалось внедриться к эльфам, приняв прекрасный облик и имя Аннатар, Даритель. Многому научившись у Дарителя, эльфы под его чутким руководством создали Кольца Власти, а Саурон тайно выковал Единое, что повелевало всеми прочими, вложив в него большую часть своей силы и воли. Но едва надел Саурон на палец Единое Кольцо, эльфы поняли, что он хочет их поработить, и скрыли свои артефакты. Саурон пришёл в ярость и объявил им войну, требуя вернуть все кольца. Три Кольца, созданные позже остальных, эльфам всё же удалось сохранить. Звались они Нарья, Нэнья и Вилья - Кольца Огня, Воды и Воздуха, украшенные рубином, адамантом и сапфиром. Сапфир хранился у короля Элронда, Адамант у владычицы Галадриэль, а Рубин первоначально был у Кирдана Корабела, владыки Серебристой Гавани, но он отдал его Митрандиру.
  Все остальные Кольца Власти Саурон захватил и передал народам Средиземья, чтобы их поработить. Семь Колец он вручил гномам, но они оказались слишком неподатливы и упрямы, чтоб их покорить. Тангары не терпели над собой чужой власти и использовали Кольца лишь для добычи богатства. Но в их душах зародились скорый гнев и всепоглощающая жажда золота. Одни кольца сгинули в драконьем пламени, а другие Саурону удалось вернуть. Успешнее пошло дело с людьми, которым он отдал Девять Колец. Их обладатели стали королями, витязями и чародеями, стяжали славу и богатство. Но постепенно они превратились в рабов колец - Назгулов, Призраков Кольца, ужаснейших и самых преданных слуг Саурона.
  Тёмный Властелин пытался захватить всё Средиземье, но натолкнулся на мощь острова Нуменор, где жили три рода людей, в войнах с Морготом оставшихся верными Валинору. Валары в награду за верность и в порядке компенсации за невозможность попасть в Благословенный Край поселили их на острове между Валинором и Средиземьем, продлив век избранных, даровав мудрость и власть над прочими смертными, но, запретив плавать в Валинор. Их король Ар-Фаразон высадился в Средиземье и потребовал от Саурона принести ему присягу на подданство. Что Тёмный Властелин и исполнил. Ар-Фаразон привёз Саурона в Нуменор в качестве заложника, но вскоре тот стал его ближайшим советником и подговорил короля высадиться с войском в Валиноре, чтобы получить бессмертие. Однако Манвэ воззвал к Илуватару и тот затопил Нуменор со всеми его жителями. Сам Саурон низвергся в бездну. Но дух его уцелел и вернулся в Средиземье.
  Спаслись лишь немногие Верные, отказавшиеся участвовать в авантюре по захвату Валинора. На девяти кораблях во главе с Элендилом и его сыновьями Исилдуром и Анарионом они высадились в Средиземье. Элендил основал Северное Королевство Арнор, а его сыновья Анарион и Исилдур - Южное Гондор.
  В конце Второй Эпохи произошла новая война между вернувшимся Сауроном и Последним Союзом эльфов во главе с Гил-Гэладом и людей под водительством Элендила. У врат Мордора произошла решающая битва. Всё живое разделилось в тот день на два лагеря, и существа одного племени, даже звери и птицы, сражались на обеих сторонах - все, кроме эльфов, шедших под знамёнами Гил-Гэлада. Последний Союз победил в этой ужасной битве. Ещё семь лет длилась осада Мордора. В последних сражениях погибли Анарион, Элендил и Гил-Гэлад, но Саурон был разбит. Добивший Врага Исилдур отрубил с его руки палец с Кольцом Всевластья и взял его себе. Элронд и Кирдан советовали ему уничтожить Кольцо, бросив его в Ородруин, но наследник Элендила их не послушал. Из-за этого исилдурацкого поступка проистекли почти все последующие беды.
  Возвращаясь домой, Исилдур попал в засаду орков. Кольцо вначале скрыло его от их глаз, но когда отважный герой переплывал Андуин, предательски соскользнуло с пальца и исчезло в воде. В итоге орки расстреляли его из луков. А Кольцо нашёл Горлум, превратившись под его влиянием в одинокую и злобную тварь.
  Северное Королевство распалось на мелкие княжества, и враги уничтожили их одно за другим. Гондор тоже с трудом удерживал вражеский натиск. Королевский род потомков Анариона пресёкся, и Южным Королевством правили наместники из рода Мардиля Верного, фактически основав новую династию. На помощь в борьбе с вновь воскресшим Сауроном из Валинора были направлены маги во главе с Саруманом и Гэндальфом. Они вместе с мудрейшими из эльфов собрали Белый Совет, и Саруман был избран его главой.
  Саурон искал Кольцо Всевластья, чтобы возродить свою мощь. Искали его и Саруман с Гэндальфом. Саруман захотел присвоить могущественнейший артефакт, чтобы самому стать властелином Мира. Кольцо же по странной прихоти судьбы попало к хоббиту Бильбо Торбинсу во время похода к Одинокой горе. Вот как тот поход описал в своих мемуарах сам Саруман Многоцветный:
  'Взломщик или стырить и смыться
  Однажды особо опасный маг-рецидивист по кличке Серый (он же Гэндальф, он же Митрандир, он же Олорин) собрал преступную группу из тринадцати гномов, к которой был привлечён, с целью выкрасть сокровища, некий Бильбо по кличке Взломщик ранее не судимый. Свою преступную деятельность Бильбо начал с неудачной попытки похитить кошелёк у троллей. Среди дальнейших его криминальных деяний незаконное присвоение Кольца Всевластья, массовые драки с гоблинами, похищение чаши у дракона Смога и драгоценного камня Аркенстон у гнома Торина, а также мелкие кражи в Лихолесье...'
   Если отбросить тенденциозность, свойственную автору, то последовательность событий изложена верно. К тому же читатель наверняка знаком с мемуарами Б. Торбинса 'Хоббит или туда и обратно' положившими начало легендарной Красной Книге.
  Бильбо хранил у себя Кольцо, пока до Гэндальфа не дошло, что это и есть Кольцо Всевластья. После чего на Белом Совете было решено уничтожить его, бросив в Ородруин. Это бремя с одобрения Митрандира и Совета принял на себя племянник Бильбо Фродо Торбинс. Ему в помощь был сформирован Отряд Хранителей, в который вошли ещё три хоббита: Сэм, Мерри и Пин; люди: тридцать девятый потомок Исилдура по прямой линии Арагорн и старший сын наместника Гондора Боромир; эльф Леголас, сын Короля Лихолесья Трандуила; гном Гимли и сам Гэндальф. В ходе легендарного похода Боромир погиб, но Бродо сумел уничтожить Кольцо в Пламени Роковой Горы, где оно и родилось. С ним пал Саурон, обратившись в бессильный злобный призрак, сгинул и предатель Саруман. Арагорн стал королём Арнора и Гондора, возродив их величие. Три Кольца потеряли свою силу, и большинство эльфов во главе с Элрондом и Галадриэлью покинули Средиземье. С ними уплыли в Валинор Гэндальф, Леголас, Бильбо и Фродо, а после смерти жены и Сэм. Так закончилась Третья Эпоха.
  
  4. О Четвёртой Эпохе
  
  В Четвёртую Эпоху главным возмутителем спокойствия оказался Олмер из Дэйла, из рода спутника Фродо и сына последнего наместника Гондора Боромира. Боромир Гондорский не признавал прав Арагорна на корону Гондора, считая себя законным наследником. Он даже попытался забрать у Фродо Кольцо Всевластья, чтобы с его помощью выиграть войну с Сауроном, но всё же погиб, защищая хоббитов.
  Однако у него остался незаконнорожденный сын от простой женщины Боромир II. Сын Боромира Гондорского перед смертью заставил своего сына принести присягу 'вечно ненавидеть род Элессара!' Как известно, под этим именем правил Арагорн, которого Боромир II считал выскочкой и узурпатором. Как знак законных претензий на власть он передал своему наследнику Чёрный Меч Эола. Хотя при чём тут меч давно умершего эльфа и откуда он у Боромира II история умалчивает. Вероятно, больше передавать было нечего.
  Клятва и Чёрный Меч переходили по наследству, пока не попали к Олмеру, который обладал задатками харизматического лидера. Эти задатки многократно усиливали найденные им Кольца, оказавшиеся извергнутыми Ородруином Кольцами Назгулов. Они давали своим обладателям могущество, силу повелевать людьми, ратную доблесть и полководческий талант.
  Постепенно Олмер стал предводителем Братства Золотоискателей, собрав вокруг себя всех изгоев и недовольных, даже тёмные народы признали в нём Великого Вождя и Тёмного Властелина. Олмер уже целенаправленно собирал Девять Колец, чтобы замкнуть Чёрную Цепь. Но, пытаясь подчинить себе силы Тьмы, он почувствовал, что Тьма затягивает его всё сильнее, и подарил Эльфийский клинок хоббиту Фолко, потомку спутника Фродо Мериадока Великолепного. Тому самому хоббиту, которому агенты Валинора поручили, убрать Олмера, чтобы остановить Чёрное Копьё, нацеленное в сердце Средиземья.
  Великий Вождь развязал войну против Воссоединённого Королевства, в ходе которой оно пало, а Олмер вероломно убил последнего Короля. Но Фолко, впоследствии прозванный Великим, тем самым клинком прервал жизнь Короля-без-королевства, так и не дав ему вступить на престол. Так была разорвана Чёрная Цепь, а Тёмное Кольцо Фолко и его друзья Торин с Малышом выкинули обратно в Ородруин.
  В результате Великого Переселения Народов, на месте бывшего Северного Королевства было создано Новое Королевство, где утвердилась Истерлингская Династия, основанная Терлингом Завоевателем. Но все по традиции называли это государство Арнор. А в Гондоре продолжали править потомки Арагорна, наследники младшего сына последнего Короля Воссоединённого Королевства.
  По традиции, Четвёртая Эпоха закончилась исходом эльфов в Валинор. На сей раз, ушли последние Эльдары, Эльфы Запада, во главе с Королём Лихолесья Трандуилом. Так в Средиземье остались лишь Эльфы Востока, Авари, сознательно отказавшиеся от Валинора.
  
  
  Пролог на небесах
  
  Солнце сгорало в пожаре заката, то зловеще-багровом, то тревожно-алом, то плотоядно-рубиновом, то кроваво-красном. Зловещие волны зарева разбегались по всему небосводу, игриво сверкая в окроплённых алыми каплями зубцах корон, покрытых несмываемыми ржавыми пятнами золотых кольцах, на острых гранях вкусивших крови клинков и пропитанных ею кольчугах.
  В этот роковой для всего Средиземья час кровавое зарево высветило четыре величественные фигуры, застывшие среди Вечных Снегов на вершине Таникветиль, высочайшей из гор Мира.
  Первым среди них был сам Манвэ Сулимо, Верховный Валар, Повелитель Арды и всего что там живёт. Он видел дальше всех - сквозь туманы и просторы морей, и даже через Тьму, и лик его был омрачён печалью от увиденного.
  Рядом с ним стояла верная супруга Варда, Владычица Звёзд, которой ведомы все уголки Арды. Её краса неописуема и непостижима, ибо Свет самого Илуватара наполняет её лик. Она слышала яснее всех все голоса и звуки, и был грустен светлый лик её, ибо то, что она слышала, было тревожным набатом, трубным гласом идущей неотвратимой беды.
  И был третьим Намо, что живёт в Мандосе, владетель Палат Мёртвых, собиратель душ убиенных, Вершитель Судеб валаров, чьё проклятье неотвратимо, а приговор неотменим. Он ничего не забывает, притом ведает всё что будет, оттого всегда зловеще мрачен и холоден и никто не способен выдержать его немигающего взгляда. Но сейчас к нему пришло новое знание, и оно сделало его ещё мрачнее.
  Четвёртый же тоже был великим и могучим духом, но на фоне остальных тушевался, ибо был всего лишь майаром, и стоять в этот миг рядом с величайшими Властителями Арды было для него небывалой честью. То был Олорин (более известный как Гэндальф), привлечённый в качестве эксперта по Средиземью, которое знал лучше всех из живущих в Благословенном Краю. Он не обладал способностями трёх своих спутников, но их настроение чутко улавливал, и было ему больнее всех, ибо жалости он научился у самой Вечно Скорбящей Ниенны.
  - Я вижу боль, кровь, страдания, я вижу, как на Средиземье вновь надвигается Тьма, - обречённо молвил Манвэ.
  - Так суждено! - припечатал Мандос.
  И все застыли поражённые, поскольку слишком хорошо знали, что изречённое Намо - не пустые слова.
  - Но пока горят звёзды, всегда есть место надежде, - осмелилась возразить прекрасная в любом облике Варда.
  Мандос безмолвствовал.
  - Что скажешь, Олорин? Ведь ты наш лучший эксперт по Средиземью.
  - Я чувствую, наступают горькие дни. Но в назначенный час посев даст всходы, и явится невысоклик. И придёт он не один. С ним будут друзья его, разных народов дети, что вместе никогда не сходились. И создадут они Отряд, и нарекут их потомки Спасители. А дальнейшее мраком покрыто. Но судьба Средиземья в их руках.
  - Так суждено! - поставил точку Мандос.
  
  
  Книга I. Создание Отряда Спасителей
  
  Чёрная Башня и Нуменор -
  Дело в Короне всё.
  Если поднимутся меч и топор,
  Значит, из-за неё.
  
  Глава 1. Неожиданная встреча
  
  Тихие весенние вечера в Хоббитании чудесно хороши. Можно бесконечно вдыхать душистые ароматы свежих и сочных трав и любоваться красками заката. Уютными и умиротворяющими, словно отсвет горячих углей в камине; прекрасными, подобно огромному бесконечному букету роз; сочными, будто румяные яблочки или спелая вишня. В нём были все оттенки: золотой, медный, оранжевый, малиновый, пурпурный... В общем, пир души для натуры тонкой и романтичной. Однако порядочные хоббиты в эту пору уже сидят по домам и пьют вечерний чай с кексами. Лишь на вышке одиноко несёт свою вахту караульный, как живое напоминание о далёких смутных временах.
  Шёл 300-й год Пятой Эпохи, ведущей отсчёт со времён исхода последних Эльфов Запада в Валинор. Терлинг Завоеватель, основатель Истерлингской Династии Арнора, подтвердил указ Великого Короля, по которому людям запрещалось переступать границы Хоббитании. В этом же поклялись союзники Арнора, урукхаи, основавшие своё королевство к северу от Ангмара. Так что хоббиты уже почти триста лет жили мирной спокойной жизнью, надёжно укрытой от остального мира. В Бэкланде, как в приграничной области, по ночам по-прежнему выставлялась охрана, но это было скорее данью давней традиции, а традиции хоббиты чтили свято.
  Вдруг совсем рядом скрипнули ворота. Караульный насторожился и нервно поправил красную повязку с загадочной для непосвящённых надписью 'СОР'. Он узнал неисправимого и неуёмного романтика, за которым старший шериф Бэкланда Додо наказал приглядывать особо, а тот получил приказ, страшно сказать, от самого Верховного Шерифа Лавриодока Стука. 'Опять этот сумасшедший Заскокинс! Всё-то ему неймётся!' - буркнул себе под нос часовой.
  Тем временем, щуплая фигурка вывела из ворот пони. 'Шляется где попало по ночам, вот и тощий как жердь, не то, что приличные хоббиты!' - сердито проворчал охранник.
  Бродо Заскокинс, сын Фулко, был известен во всём Бэкланде. За ним закрепилась слава странного хоббита и первого выдумщика Хоббитании. Нормальные невысоклики любят покой, мирный труд на приусадебном участке и не любят переезжать с места на место. Бродо напротив презирал 'битву за урожай', любил романтику, путешествия и приключения. Порядочные хоббиты имеют солидный животик и склонны к полноте. Заскокинс же ещё не приобрёл степенной округлости, был необычайно высоким для половинчиков того времени (почти четыре фута) и чересчур худым даже для своего возраста. Впрочем, он был ещё совсем юным, всего каких-то двадцать пять лет. 'Двадцатник' - так называют у хоббитов возраст между детством (до двадцати лет) и совершеннолетием (с тридцати трёх).
  Одет он был как обычно в свой любимый зелёный плащ, который носил в любую погоду. Из-под него были видны лишь горящие карие глаза, мечтательная улыбка и длинные вьющиеся каштановые волосы.
  Бродо выводил собственный род аж от самого Мериадока Великолепного, и считал себя прямым потомком Фолко Великого. Ну кто поверит в эти россказни? Ведь все хоббитские летописи ясно указывают, что у Фолко Великого детей не было. Но упрямый Заскокинс утверждал, что происходит от внебрачного сына Фолко и Милисенты. Сама мысль о том, что у Фолко Великого может быть внебрачный сын от замужней женщины, была кощунственной, Бродо пытались урезонить, но упрямец стоял на своём.
  Более того, этот странный хоббит заявлял, что у него хранится подлинное вооружение Фолко Великого: эльфийский лук со стрелами, клинок Отрины и мифриловый доспех, но ему никто не верил. Правда, Заскокинс был лучшим стрелком Хоббитании, и лук его явно выдавал иностранное происхождение, но то, что его сделали легендарные эльфы, в существование которых тоже многие сомневались, казалось невероятным. Кольчугу же и кинжал вообще никто не видел, и это лишний раз подтверждало, что полагаться на слова Бродо нельзя.
  Между тем юный невысоклик уже оседлал свою лошадку и неспешно затрусил к Старому Лесу. Хоббит-романтик знал почти наизусть Красную Книгу о путешествиях Бильбо, Фродо и Фолко, так что в сердце его давно жила мечта о необыкновенных приключениях. Его часто тянуло в этот лес, где триста лет назад его далёкий предок повстречал Торина, что стало началом великих странствий. В вечернем сумраке Старый Лес, в воображении Бродо, наполнялся множеством сказочных существ, и сердце его трепетало, подобно рвущейся на свободу птице. Причудливое переплетение теней и ночные шорохи подстёгивали полёт фантазии. Почему хоббиты не летают как птицы? Вот сейчас бы раскинул руки и полетел навстречу подвигам! Слетать бы, например, к Водам Пробуждения, где до сих пор живут Авари, Эльфы Востока. Он бы мог увидеть принца Форвэ, Амрода и других спутников Фолко Великого; или навестить Великого Орлангура, - вот это была бы встреча!
  Сии мысли были прерваны страшным треском: кто-то без разбора ломился сквозь чащу. Бродо похолодел, вспомнив, что у него нет оружия. Тем временем что-то мощное и квадратное вылезло из-за деревьев. Любой нормальный хоббит в испуге бросился бы бежать, свалившись с лошади, но Бродо не был нормальным хоббитом. Благодаря описанию в Красной Книге он безошибочно узнал гнома, и, насколько смог сурово, спросил:
  - Кто ты, и что делаешь ночью в свободной Хоббитании?
  - Я Моторин, сын Стебалина, - гордо произнёс гном и высек огонь. При этом мерцающем свете хоббит, наконец, смог рассмотреть могучую фигуру, сидевшую на выносливой хазгской лошадке. Даже для гнома Моторин был необычайно широк в плечах, под мифрильной бронёй угадывались крепкие мускулы, нижнюю часть лица скрывала чёрная борода, мозолистые руки сжимали рукоять верного топора, а в глазах читались упрямство и отвага.
  - В ваших краях я по делу, - продолжил гном. - До меня дошли слухи, что у вас в Бэкланде живёт потомок Фолко Великого, спутника моего прославленного предка Торина Могучего.
  - Как?! Ты - потомок того Торина?! - вскричал взволнованный хоббит. - Да ведь я и есть Бродо Заскокинс, сын Фулко из рода Фолко Великого!
  - Вот это встреча! - радостно взревел Моторин и тут же заключил Бродо в свои объятия. Никогда ещё невысоклик не подвергался такой опасности, как в эту минуту: только чудом он не был раздавлен.
  Освободившись, наконец, от железных тисков гнома, Бродо пригласил нового друга в гости, чтобы отметить радостное событие.
  - А у тебя пиво есть? - осведомился Моторин.
  - О, этого сколько угодно!
  - Так чего же мы ждём?!
  Друзья тут же отправились к дому хоббита.
  Часовой на вышке окликнул их:
  - Эй, Заскокинс, кто это с тобой?
  - Почтенный, моё имя - Моторин, сын Стебалина, из рода Торина Могучего, я гном с Лунных Гор.
  - Где это? - усомнился стражник.
  - Да слушай ты это пугало! - презрительно бросил Бродо, толкая друга к воротам.
  Через пять минут они уже сидели в доме хоббита. Сквозь круглое окно мягко светила луна. В комнате жарко горел камин, на столе стояли две большие кружки, а рядом со столом - пузатый бочонок с пивом. Друзья уже выпили за знакомство, и теперь мирно сидели, покуривая трубки.
  - Мне все говорят, что я очень похож на Торина Могучего, - откровенничал гном. - Даже имя дали Моторин, что означает 'Могучий Торин'. Ты меня уважаешь?
  - Конечно!
  - Тогда давай ещё выпьем!
  - За тебя! - произнёс Бродо, чокаясь.
  Друзья осушили кружки и тут же наполнили их снова.
  - А мне никто не верит, представляешь! - горестно всхлипнул хоббит.
  - Ну-ну, - успокаивал его гном, хлопая по плечу. - Я тебе верю, а на всяких глупцов не обращай внимания.
  - Нет, я тебе докажу!
  Бродо подскочил к стене, на которой было изображено развесистое генеалогическое древо, с весьма запутанными ветвями. Хоббиты вообще обожают свои родословные, лишь некоторые из них приведены в конце Красной Книги и сами составляют целый том. Чем длиннее родословная, тем большим уважениям пользуется семья.
  - Это - фамильное древо Брендибаков! - воодушевлённо сообщил юный половинчик. - Сам Фродо был нашим родичем через свою мать Примулу Брендибак, двоюродную сестру легендарного Бильбо Торбинса, прозванного Взломщик! Вот здесь - знаменитый Мериадок Великолепный. Между прочим, именно в него я такой высокий! А это - не кто иной, как Фолко Великий, рядом с ним Милисента, в свою очередь от них произошли мы - Заскокинсы, и прямая нисходящая линия ведёт ко мне!
  Невысоклик всё более вдохновлялся и сыпал всё новыми именами. Уж на что гномы почитают своих предков, но даже Моторин запутался и заскучал. Увидев это, Бродо, наконец, оторвался от милых его сердцу родичей:
  - Подожди, ещё не всё. Сейчас я покажу тебе то, что гном не сможет не оценить!
  Хоббит исчез, и через несколько минут появился в кольчуге из мифрила, таща эльфийский лук и кинжал с Синим Цветком.
  - Это перешло мне по наследству от Фолко Великого! - гордо молвил он.
  Моторин с видом знатока осмотрел вооружение. Особенно долго он рассматривал кинжал, цокая при этом языком.
  - Да, кольчужка из горна Великого Дьюрина! Клянусь бородой его же, у самого такая же, фамильная, - наконец вымолвил он. - Не один ты такой крутой, у меня тоже топор - тот самый, с рукоятью из трости Олмера, ей сносу нет.
  - А у меня, зато Красная Книга есть.
  - Да ну?! Уважаю! Тащи сюда!
  Бродо достал огромный фолиант, которому не было цены.
  - Толстовата, конечно, но с пивком попрёт, - заключил Моторин.
  Они ещё выпили, и гном спросил:
  - Ты что-нибудь слышал об Имперской Короне?
  - Нет, а что это такое?
  - Хотел бы я знать, - тоскливо промолвил Моторин.
  Где-то завыла собака, над комнатой сгущалась завеса тайны. Со словами 'Имперская Корона' в маленький мирок хоббита ворвались ветры дальних странствий, звон мечей грандиозных сражений, великолепие величественных дворцов и многое другое.
  Гном склонился к хоббиту и заговорил, понизив голос:
  - Сдаётся мне, что за этим скрывается какая-то страшная тайна!
  По телу хоббита забегали мелкие мурашки.
  - Почему ты так думаешь? - еле сумел он вымолвить, дрожа от возбуждения.
  - Чует моё сердце, и потом, прошло ровно триста лет после битвы в Серой Гавани, а та война началась через три века после Битвы Кольца.
  - Получается, Средиземье опять кто-то раскачивает! - Хоббит был потрясён.
  - Боюсь, что да, - отозвался Моторин.
  - Так значит, на нас висит великая миссия - спасти Средиземье! - торжественно произнёс Бродо.
  - А ведь ты прав, невысоклик! - Гном удивлённо поднял брови и восхищённо уставился на хоббита. - Да, ты прав, тысячу раз прав!!! Если не мы, потомки великих героев, то кто же?!
  - Конечно мы, ведь в наших руках - знатное оружие, - с этими словами хоббит выхватил клинок Отрины, и тот ответил ему кровавым блеском.
  - Триста лет уже не пил я крови, так и заржаветь недолго, - тяжело вздохнул кинжал.
  Рука Бродо ощутила, что Эльфийский клинок столько лет молчавший нагрелся, а синие цветы на его стальной поверхности вспыхнули ярким светом.
  Моторин со свистом рассёк топором воздух - Пиво как катализатор распалило в нём природную отвагу:
  - Всё! Завтра же! Навстречу подвигам! Я не позавидую тому, кто встанет на нашем пути!
  - Но с чего начать? - практично вопросил хоббит.
  - Для начала поедем в Пригорье. Туда стекаются все новости, да и пиво в 'Гарцующем пони' отличное! Так что пора по кроватям. Завтра нас ждут великие дела!
  - А как же Красная Книга, ты не будешь её читать?
  - Ах да, точно. Ну ладно, ты спи, а я полистаю.
  Хоббит сладко зевнул и отправился спать в свою мягкую постель. Это была последняя ночь дома. Когда ещё он поспит в своей уютной кроватке?! А мужественный Моторин остался бодрствовать с раскрытой книгой и пивным бочонком.
  
  Глава 2. Пробуждение
  
  Рано утром хоббита разбудил громкий стук в дверь. Бродо поднялся, соображая, кто бы это мог тарабанить в такую рань, мешая мирному сну в последнюю ночь перед опасной дорогой. Моторин безмятежно храпел, уронив голову на заляпанные пивом страницы. Подивившись его железной выдержке (стук, казалось, мог разбудить и мёртвого), хоббит открыл дверь. На пороге стоял главный шериф Бэкланда Додо, за ним маячили ещё пять вооружённых шерифов:
  - Нам стало известно, что у тебя хранятся вещи Фолко Великого, являющиеся общенародным достоянием. Ты должен сдать их в Национальный Музей Фолко Великого.
  - Но это же частная собственность, они достались мне по наследству! - возмущённо воскликнул Бродо.
  - У Фолко не было наследников, поэтому вся его собственность перешла государству.
  - Но я его наследник!
  - Ты - самозванец! У нас приказ Верховного Шерифа, и если ты не подчинишься, то мы вынуждены будем применить силу.
  Внезапно Бродо кто-то отодвинул плечом, и перед изумлённым Додо оказался могучий гном, заполнивший собой весь дверной проём.
  - Почтеннейший, я никому не позволю обижать моего друга!
  Оторопевший главный шериф попятился.
  - Но у нас приказ, почтенный гном, не знаю твоего имени, - попытался возразить бедный Додо.
  - Я Моторин сын Стебалина, из рода Торина Могучего, гном с Лунных Гор, - сообщил тангар, продолжая наступать, вертя перед собой топор. За его спиной появился Бродо в мифриловой броне и с эльфийским луком.
  - Но это наши внутренние дела, - промямлил главный шериф, понимая, что сила на стороне противника.
  - Несправедливый приказ не делает чести любому народу, так и передайте вашему тану или кто там вас послал!
  Шерифы вскочили на своих пони.
  - Смотри, Бродо, как бы ты не пожалел об этом! - с угрозой произнёс напоследок Додо, и отряд понёсся прочь.
   Когда они скрылись из виду, Моторин скомандовал:
  - На конь!
  - А как же завтрак?
  - Придётся позавтракать в пути. Они могут вернуться с подкреплением, а мне не хочется убивать твоих соплеменников.
  Бродо, как патриот Хоббитании, был вынужден согласиться, и после скорых сборов они уже скакали навстречу необыкновенным приключениям.
  
  Глава 3. Пригорянские слухи
  
  Весь день путешественники неслись по Большому Восточному Тракту, вдоль цветущих садов, возделанных полей и живописных перелесков. Сейчас эта дорога была совершенно безопасной, на ней им не повстречалось никого, кроме торговых обозов (в основном с репой) и пыли. Местность была холмистой и довольно симпатичной. Приятно пахло свежими весенними травами. Солнышко светило ласково, в синем небе резвились птицы. Временами встречались овраги, с бегущими по ним ручейками, через которые были перекинуты надёжные каменные мосты.
  К вечеру холмы сменила большая тёмная гора. Вскоре хоббит и гном увидели огни Пригорья, самого крупного селения в этих местах. Собственно ещё в давние времена Третьей Эпохи Пригорье было большим посёлком городского типа, насчитывавшим около сотни каменных домов (некоторые в несколько этажей), обращённых окнами на запад. Оно было окружено рвом, запиралось с наступлением ночи с обеих сторон на огромные ворота, и было центром уютного обжитого района в сплошном безлюдье.
   Теперь Пригорье стало настоящим городом, обнесённым высокой крепостной стеной и располагавшимся на пересечении оживлённых дорог. Здесь сходились Большой Восточный Тракт; Союзный Тракт, соединяющий Арнор с Барендуинским Королевством; Староюжный Тракт, ведущий в Рохан и Гондор; а также Зелёный. Некогда заросший сорной травой, из-за того, что по нему редко кто ходил, Зелёный Тракт (за это он и получил своё прозвище), ведущий из Арнора, ныне стал широкой накатанной дорогой. Благодаря своему выгодному расположению Пригорье богатело и расширялось, привлекая из самых разных концов Средиземья разнообразных гостей: торговцев, путешественников, переселенцев и просто бродяг.
  Но сердце Бродо радостно замирало в предвкушении по совсем другой причине. Ведь именно здесь его легендарные предки Фродо Торбинс и Мериадок Великолепный вместе с Сэмом и Пином повстречали не менее легендарного Арагорна, ставшего потом королём Воссоединённого Королевства под именем Элессар, возродив древнюю династию. И как раз в Пригорье ужасные Назгулы первый раз попытались убить Фродо.
  В Четвёртую Эпоху тут тоже происходили не менее захватывающие события. Именно в Пригорье другой его славный предок Фолко Великий повстречал Олмера из Дэйла, будущего Великого Вождя и убийцу последнего короля из потомков Арагорна. Встреча с сотником Рогволдом, ставшим одним из спутников Фолко, на этом фоне даже как-то теряется...
  Предавшись захватывающим воспоминаниям и предвкушая новые необыкновенные встречи, хоббит вовсе не заметил, как они проехали по дамбе и достигли закрытых в это позднее время Западных Ворот Пригорья. Бродо, будучи романтиком, не стал отвлекаться на такие прозаические вещи как уплата пошлины и, предоставив эти хлопоты хозяйственному гному, продолжил мечтать, глядя на белеющие в темноте звёзды. Опомнился он только когда они, поднявшись по склону горы и миновав несколько особняков, оказались у цели своего путешествия - знаменитого трактира 'Гарцующий пони'.
  На него действительно стоило посмотреть. Привыкший путешествовать в основном в своём воображении хоббит был поражён размерами трактира, напомнившего ему многоглазого великана. Столько у него было окон, и казалось, все они уставились на потрясённого невысоклика своими стеклянными глазами. Само здание имело целых три этажа, да ещё и с надстроенной в практичную Пятую Эпоху мансардой!
  Фасадом здание выходило на Большой Восточный Тракт и состояло из нескольких крыльев, построенных в разные эпохи, два из которых с задней стороны были возведены частично на горе. Поэтому окна второго этажа, обращённые во двор, были вровень с землёй. Стены дома в основном были сложены из толстенных дубовых брёвен в два обхвата толщиной, венцы которых опирались на замшелые камни, но даже в полутьме было видно, что здание неоднократно ремонтировалось и достраивалось. Некоторые пристройки были даже из кирпича. Двор располагался между разноликими крыльями, а вход в него - через расписную резную арку с воротами. Над аркой висел большой и яркий фонарь, освещавший новенькую вывеску с упитанным белым пони, вставшим на дыбы'. Для особо непонятливых большими оранжевыми буквами было выведено: 'Гарцующий пони вас ждёт в этом доме!'
  У ворот их встретил сам хозяин, человек весьма почтенного возраста с внушительной лысиной и маленькими хитрыми глазками. Усталые путешественники спешились и отвели своих скакунов к коновязи.
  Пока хоббит мечтательно созерцал ярко освещённые окна и ловил ноздрями вкусные запахи, практичный Моторин быстро столковался с трактирщиком в цене. После чего хозяин подошёл к Бродо.
  - Тяжелой ли была дорога? - осведомился он.
  - Расстояние изрядное, но зато никаких разбойников.
  - Как не повезло Фолко, и как повезло вам! - со странным выражением лица произнёс трактирщик. - Меня зовут Понадол, пойдёмте, я покажу вашу комнату.
  - Вы говорите загадками, - произнёс сбитый с толку Бродо. Он едва не столкнулся в дверях с высокой, довольно худой хоббитянкой, проводившей его удивлённым взглядом.
  - Всё просто, ведь вы - потомок знаменитого Фолко, во времена которого эта дорога была полна опасностей.
  - Откуда вы знаете?
  - Я много чего знаю, - таинственно произнёс Понадол. - Слухом земля полнится.
  - А что вы знаете об Имперской Короне? - вмешался Моторин, внимательно следивший за беседой.
  За разговором они не заметили, как вошли в небольшую, но очень уютную комнату. Помещение было устроено в хоббитском стиле, с низким потолком и округлым окном, надёжно закрытым тяжёлыми ставнями. Бродо сразу оценил родную обстановку, согревающий очаг и особенно удобную кроватку.
  - Располагайтесь, скоро Ноб подаст ужин.
  - Но вы не ответили на наш вопрос, - настаивал гном.
  - Кстати, в этой самой комнате триста лет назад останавливались Фолко с Торином. Естественно, её не раз ремонтировали, но обстановку постарались сохранить. Что касается Короны... О ней неизвестно ничего определённого. Но вот что я вам скажу. Боюсь, что сейчас Средиземью угрожает опасность гораздо более серьёзная, чем три века назад.
  Бродо и Моторин разинули рты, затем переглянулись и вопросительно уставились на хозяина.
  - Я не могу вам объяснить свои опасения, - ответил он на их немой вопрос. - Впрочем, что вы знаете об Истинных нуменорцах?
  - Первый раз слышим, - в один голос заявили друзья.
  - Ага, вот и Ноб, ну, у меня ещё много дел, - с этими словами Понадол исчез.
  Тем временем слуга, которым оказался юный хоббит, быстро и ловко расставил яства и тоже собрался уходить, но Моторин остановил его вопросом:
  - А ты что-нибудь знаешь об Истинных нуменорцах и Имперской Короне?
  - Да чего только не говорят.
  - Вот садись и расскажи.
   Ноб охотно примостился на стуле и начал рассказ:
  - Одни говорят, что Истинные нуменорцы - это последователи Олмера и враги эльфов, да только эльфов-то уже триста лет, как нет в Средиземье. Другие рассказывают, что это люди Саурона, которые готовят его возвращение. Третьи заявляют, что не Саурона, а самого Моргота. Четвёртые утверждают, что здесь замешан Саруман. Ещё известно, что они вроде бы считают людей высшей расой, и ненавидят гномов, хоббитов и орков.
  - Но где их гнездо, кто их предводитель?! - вскричал встревоженный Моторин.
  - Вот уж этого я не знаю, - развёл руками Ноб. - Да, ещё говорят про какую-то секту братьев-горлумиан, но про неё вообще сложно сказать что-то определённое. Насколько мне известно, они поклоняются Горлуму, считая его спасителем Средиземья. Дескать, не откуси он палец Фродо вместе с Кольцом Всевластья, нам всем пришёл бы конец, а значит, именно ему мы должны быть за всё благодарны. Кажись, они даже верят в то, что он вернётся, чтобы открыть нам путь к очищению.
  Когда Ноб вышел, Моторин произнёс:
  - Не нравится мне это всё. Мои худшие опасения сбываются. Прав был хозяин, угроза действительно велика, возможно, даже, что она гораздо серьёзнее, чем триста лет назад.
  - Но за что эти люди ненавидят хоббитов? Ну эльфы - бессмертные, ну орки - понятно, ну гномы изрядно насолили три столетия назад сторонникам Олмера, но что плохого людям сделали хоббиты?
  - Ничего не понимаю, - Моторин схватился руками за голову. - Даже Олмер хорошо говорил о гномах, а орки вообще были его союзниками. Между прочим, этот Понадол знает гораздо больше, чем рассказал нам. Может, ему Ноб помешал?
  - Нет, он всё время уходил от ответа, хотя в то же время постоянно на что-то намекал.
  - Ума не приложу, кому понадобилось снова раскачивать Средиземье? Уже почти триста лет Вечный Мир, который устраивает и людей, и гномов, и орков. Мирная торговля выгодна всем, а война не нужна никому! - Моторин прервал свою длинную тираду, затем ожесточенно ударил себя по лбу. - Всё, хватит! Невозможно строить гипотезы, руководствуясь одними сплетнями, так можно с ума сойти. Вот когда у нас будут факты... А сейчас пора спать!
  - А разве ты не хочешь почитать Красную Книгу? - невинно спросил хоббит, сладко зевая.
  Гнома аж передёрнуло, но он переборол себя. Моторин мужественно наполнил кружку пивом и принялся за чтение.
  
  Глава 4. Малыш сын Малыша
  
  На следующее утро друзья вышли в общую залу, надеясь узнать какие-нибудь новости. Позавтракали они ещё в номере, и теперь, растопырив уши, медленно потягивали пиво.
  Зал был полностью забит народом самых разнообразных стран и племён Средиземья. Здесь были арнорцы, истерлинги, хазги, рохирримы, беорнинги, ангмарцы, хегги, ховрары, эльдринги, жители королевства Отона, гондорцы, хоббиты, гномы, урукхаи и многие другие обитатели Средиземья, всех размеров, цветов и языков.
  Первоначально Бродо был оглушён разноголосьем всевозможной речи, и у него запестрело в глазах от этой пьющей и веселящейся разношёрстной компании. Когда он присмотрелся, то по правую руку от себя на стене увидел мемориальную табличку: 'Здесь сидел Великий Король Элессар'. На стене слева висела другая вывеска: 'Здесь обедал Великий Вождь Эарнил'.
  Так история воздала каждому по заслугам, а, кроме того, это служило хорошей рекламой заведению.
  Но Бродо некогда было рассуждать о роли личности в истории, он жадно ловил ушами новости. За ближайшим столиком арнорец, хазг, гном и урукхай горячо спорили о женщинах. Нельзя сказать, что хоббита не интересовал этот вопрос, но он решил, что сначала - долг. Ну а девушки... А девушки - потом.
  За другим столиком шёл разговор о торговых делах, а за третьим сидел всего один гном. Он постоянно занимался тем, что переливал приносимое ему пиво в небольшую чарку из зелёного полупрозрачного камня, а затем опрокидывал её себе в рот. Ничего интересного для дела хоббит здесь извлечь не мог.
  Неожиданно он почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Бродо повернул голову и заметил в самом углу человека, закутанного с ног до головы в чёрный плащ. Единственным, что можно было разглядеть из-под этого одеяния, были бравые усы, так же чёрного цвета. В сердце хоббита родилось подозрение, но тут его мысли прервал громкий голос трактирщика:
  - Почтенный тангар, вы пьёте моё пиво третий день подряд, но так ни разу мне и не заплатили. Если вы не рассчитаетесь за выпитое, я буду вынужден обратиться к властям!
  Хоббит перевёл взгляд и увидел того самого гнома с зелёной чаркой. Под суровым взглядом хозяина он казался очень маленьким, а его мутные глаза беспомощно смотрели в стол. Было ясно, что денег у представителя подземного народа нет.
  Вероятно, бедняге пришлось бы туго, но тут поднялся Моторин и протянул Понадолу горсть золотых монет, которые тот с благодарностью принял.
  После этого спасённый заголосил:
  - Спасибо, брат! Малыш сын Малыша из рода Малыша к твоим услугам!
  - Как, того самого! Тогда позволь представиться: Моторин сын Стебалина из рода Торина Могучего, а это - Бродо сын Фулко из рода Фолко Великого.
  - Не может быть! - почему-то удивился Малыш, пересаживаясь за их столик.
  - Ещё как может! - воскликнул хоббит. - И как я сразу не догадался, ведь это же та самая чарка, которую Санделло подарил Малышу Забияке!
  - Точно, она самая, - подтвердил Малыш.
  - Послушай, а ты так же крут на мечах, как и твой предок? - поинтересовался Моторин.
  - Ещё бы, это искусство у нас передавалось из поколения в поколение, от отца к сыну, да ещё и совершенствовалось, - гордо заявил потомок Строри.
  - Отлично! Слушай, мы тут Средиземье спасаем, ты третьим будешь?! - возбужденно спросил Моторин.
  - Когда это тангар отказывался быть третьим?!
  - Кольчуга из горна Дьюрина у тебя?
  - Всё своё ношу с собой! - важно сообщил Малыш.
  - Ну вот, отряд укомплектован! - обрадовался Моторин. - Теперь осталось решить, куда направимся.
  - Только давайте перейдём в наш номер, а то тут один тип в чёрном плаще постоянно пялится на нас, - произнёс Бродо и кивнул на угловой столик. Но за столиком уже никого не было.
  Моторин счёл его совет дельным, и вся тройка тихо, стараясь не привлекать внимания, вышла из залы. Однако у дверей номера они столкнулись с подозрительным усачом. Он явно поджидал их:
  - Я слышал, вы интересуетесь коричневыми нуменорцами?
  
  Глава 5. Арагволд
  
  - А откуда вы знаете? - подозрительно огрызнулся Моторин.
  - Может быть, мы всё-таки не будем болтать на пороге, а войдём в вашу комнату?
  - Давай его выслушаем, - встрял Малыш.
  Друзья согласились с ним, и пригласили незваного гостя войти. После чего они расселись и вопросительно уставились на человека.
  - Я Арагволд сын Рогогорна, капитан Арнорской гвардии Его Королевского Величества Терлинга XIV, - с этими словами гость сбросил чёрный плащ, и они увидели синюю с жёлтым форму гвардии Арнора.
  Перед ними стоял сухощавый рослый истерлинг. От его скуластого лица веяло благородством, в чёрных глазах мелькал озорной огонёк, чёрными были также брови и волосы, и, разумеется, усы, без которых гвардейца невозможно было и представить. Практически все сомнения отпали, и друзья назвали свои имена.
  - Хоббит и гномы, да ещё таких великих родов, это явно не случайно, - проговорил Арагволд.
  - Да, мы хотим спасти Средиземье, чего уж тут скрывать, - расставил Бродо все точки над 'и'. - Поэтому нам важно знать, кто является врагом гномов и хоббитов? Почему вы назвали их коричневыми?
  - Тут нужно рассказывать всё по порядку.
  Уже почти три века в Средиземье мир, и хотя отдельные противоречия сохранялись, в целом всё было спокойно. Как вдруг, месяц назад, в Аннуминасе появились листовки явно провокационного содержания. Вот одна из них, - с этими словами Арагволд вытащил из кармана плаща мятую бумажку. В правом верхнем углу была изображена чёрная башня Ортханка, в левом - чёрная трёхзубчатая корона, чуть ниже шёл текст:
  
  'Люди Арнора! Потомки великих нуменорцев! Как позволяете вы править собой каким-то восточным варварам?! Эти дикари недостойны быть даже вашими рабами! Как можете вы жить рядом с неполноценными племенами гномов, хоббитов и орков? Вы - высшая из рас, созданных Эру! Знайте, что близок час избавления, когда Великий Фюрер поднимет на земле Арды коричневое знамя и сметёт все неполноценные народы, создав империю Истинных нуменорцев - чистой расы сверхлюдей, которым будет принадлежать всё Средиземье.
   Истинные нуменорцы'
  
  - Одновременно с листовками над одним из домов взвилось коричневое знамя с чёрной короной в белом круге по центру. Повесить бы тех, кто развесил эту гадость, но, несмотря на все усилия, никого найти не удалось.
  - Всё ясно, это потомки Олмера. Наверное, они опять скопили мощные силы и хотят пойти в новый поход на страны Запада! - выпалил Бродо.
  Арагволд удивлённо уставился на него и покачал головой.
  - Твои слова, половинчик, говорят о том, что ты совершенно не имеешь представления о геополитической карте Средиземья.
  - Честно говоря, вы правы, - сказал Бродо, виновато потупив голову. - Я почти наизусть знаю Красную Книгу, но о событиях последних трёх веков и современной политике мои сведения крайне скудны.
  - Мы, гномы, тоже мало смыслим в людских делах. Может хоть ты, почтенный, просветишь нас? - поддержал хоббита Моторин.
  - Тогда слушайте, - важно начал Арагволд.
  Земли к Западу от Мглистых Гор и Исены делят между собой две великие державы: Арнор и Барендуинское Королевство. Большую часть занимает Королевство Арнор, куда формально входит и ваша Хоббитания. В его столице, Аннуминасе, расположена резиденция короля Терлинга XIV. Свободный Ангмар тоже считается частью Арнорской короны, но живёт по своим законам, пользуясь широкой автономией.
  К северу от Ангмара расположилось Урукхайское Королевство со столицей в Урукхайске. Это союзник Арнора, но уже почти триста лет не было войн. Отношения с ними основаны на взаимном невмешательстве. Урукхаи живут обособленно от людей, предпочитая идти своим путём. Связи с ними ограничиваются, главным образом, торговлей через Ангмар. Особенно ценятся в Средиземье, добываемые на севере меха. Их экспорт стал одной из основных статей доходов Урукхайского Королевства.
  К югу от Арнора расположено союзное ему Барендуинское Королевство. Эту державу основал в устье Барендуина Отон Отважный, один из ближайших соратников Олмера. С ним пошли люди из Дэйла, несколько истерлингских родов и хегги, которые боготворили его после победы над Ночной Хозяйкой. Затем разбитые роханцами ховрары попросили Отона взять их под своё покровительство.
  Постепенно власть Отона распространилась на Харлиндон, Минхириат и Энедвейт. Его вассалами себя признали Ездящие на волках и басканы. Эти слаборазвитые народы были быстро ассимилированы коренным населением бывшего Воссоединённого Королевства.
  Как самостоятельные единицы вошли в Барендуинское Королевство народы эльдрингов, хазгов и дунландцев. Морской народ продолжал жить морем, а дунландцы получили возможность следовать своим горским обычаям. Хазги же расселились в Энедвейте и перешли к осёдлому образу жизни, расставшись с варварской традицией рвать челюсти врагам. Они по-прежнему занимаются скотоводством и управляются старейшинами.
  Столицей новой державы стал Минас-Отон, что означает Крепость Отона. Этот город возник в устье Барендуина вокруг крепости заложенной Отоном Отважным и был назван в честь основателя.
  Барендуинское Королевство быстро развивалось, и сейчас не уступает по своему величию Арнору. Оно контролирует важные торговые пути по рекам Барендуин, Гватхло и Исена, а также морскую торговлю с Гондором и Харадским Ханством. Давний союз с Арнором был закреплён браком Отона и дочери Терлинга Завоевателя. Хорошие отношения были налажены и с Роханом, хотя между рохирримами и хазгами долгое время сохранялась неприязнь.
  После установления Вечного Мира Рохан стал полностью независимым королевством, хотя формально об основании нового суверенного государства было объявлено лишь через тридцать шесть лет. Вместе с тем роханцы были вынуждены искать новых партнёров: гномы Дори Славного ушли в Морию и больше не собирались вмешиваться в людские дела, а их традиционный союзник - Гондор - заметно ослабел. Гондорцы думали лишь о том, как бы удержаться перед натиском Харада, и полагаться на них в трудную минуту, так же как и на гномов, не приходилось. Оставались только Беорнинги, но перед объединённой мощью Арнора и Барендуинского Королевства, даже без урукхаев, этого было явно мало. Поэтому рохирримы приложили все усилия, чтобы улучшить отношения с державой Отона. Это стремление было взаимным, и нашло своё воплощение в Договоре о Дружбе и Сотрудничестве, который был подписан в 72-м году Пятой Эпохи и скреплён браком внука Отона и внучки роханского короля Эодрейда.
  К северу от рохирримов разросся не слишком дружелюбный к ним лес энтов. Фангорн так расширил свои владения, что поглотил Лориэн. Ещё севернее, между Мглистыми горами и Лихолесьем, расположено Королевство Беорнингов. Его столица Дол-Беорн, что означает Замок Беорна, возникла на месте старого дома того, чьё имя получило королевство.
  Само Лихолесье, после переселения эльфов Трандуила за море, совсем опустело, так как никто не решается жить в этом проклятом месте. Говорят, после исхода лихолесских эльфов там вновь зашевелились тёмные силы, особенно в южной части. Некоторые даже утверждают, что над Дол-Гулдуром вьются тени Назгулов, а один житель Королевства Беорнингов божился, что видел привидение Олмера. На северо-востоке Лихолесья по-прежнему стоит замок Трандуила, но войти в него невозможно.
  К востоку от Лихолесья, между реками Келдуин и Карнен, всё ещё существует Королевство Лучников, возникшее на землях сильного племени Нортов. Имя племени увековечено в названии столицы Минас-Норт. Королевство Лучников граничит на севере с гномами Железного Кряжа, а на юге - с крупнейшей державой востока, Айборской Республикой.
  Это государство, выросшее из торговых городов Айбор и Невбор, быстро богатело и росло. Заняв земли, покинутые ушедшими на запад племенами, на западе оно достигло Андуина, на севере - Железных Холмов, на юге - Изгарных Гор, а на востоке - Баррского Хребта. Республикой правит купеческая верхушка Айбора. Айборцы прорыли оросительные каналы и превратили бесплодные прежде пустоши в цветущие края.
  Айборская Республика со всех сторон окружает зажатое между Опустелой Грядой и лесами Ча Герцогство Эарнильское. Там до сих пор правят герцоги из рода Олвэна, сына Олмера, однако, это маленькое государство поддерживает хорошие отношения с Айбором и не может представлять для кого-то угрозы. Земли за Баррским Хребтом нам практически недоступны, и о них почти ничего не известно.
  Мордор, как и Лихолесье, считается проклятым местом, там живут только остатки орков. Они лишены хозяина, всех ненавидят, и тихо деградируют в изоляции.
  К югу от Гондора и Мордора раскинулось огромное Харадское Ханство. Оно включает Южный Гондор, Умбар, Кханд, Ближний и Дальний Харад, а также гигантские просторы Хильдориэна (Земли Пришедших Следом). Несметные богатства, вывезенные с Юга и Востока, собраны в его столице Хрисааде. Харадские ханы так сказочно богаты, что их уже не влечёт утративший прежний блеск Гондор. Таким образом, ни одно государство не может, да и не хочет, нарушать существующее равновесие.
  - Тогда почему вы решили, что за этой бумажкой стоит что-то серьёзное? - не выдержал Малыш.
  - Всё не так просто, - Арагволд помрачнел. - После Великого Переселения Народов почти три века не было войн. Население Средиземья значительно выросло, и уже сейчас испытывает недостаток свободных земель для пашни, пастбищ и поселений. Если так пойдёт дальше, то может начаться голод. В подобных условиях могут резко обостриться старые противоречия, поэтому нас очень пугает то, что кто-то пытается вбить клин между истерлингами и арнорцами. К тому же, очень опасна идея, что люди являются высшей расой. Им внушают мысль о том, что хоббиты и урукхаи присвоили себе исконные человеческие земли, а гномы - сокровища.
  - Выходит, искать нужно среди людей, а я, было, подумал на этих урукхаев и их старого хозяина Сарумана! - разочарованно буркнул Моторин.
  - А кто такой Саруман? - спросил Арагволд.
  - Был такой маг, - пояснил Бродо. - По последним данным о нём в Красной Книге, он триста лет назад обитал в районе Опустелой Гряды в образе пса, растерял свою силу и надеялся заслужить прощение у Варды Элберет.
  - Вот и советники Терлинга XIV, которые из арнорцев, сразу закивали в сторону Урукхайского Королевства и Ангмара, но мы-то не сомневаемся в наших верных союзниках. К тому же, и ангмарцы, и, тем более, урукхаи, имеют очень мало общего с нуменорцами. Наоборот, истерлингская знать боится, что это арнорцы и гондорцы хотят взять у них реванш и восстановить Воссоединённое Королевство. Но Гондор далеко и слишком слаб для подобных свершений, арнорцы же не восставали со времён Бородатого Эйрика.
  - А герцогство Эарнильское? - осведомился хоббит.
  - Олмер увел с собой практически всех мужчин, потом большинство забрало свои семьи на Запад, но кое-кто вернулся вместе с Олвэном и Санделло. Олвэна провозгласили Великим Герцогом, но число его подданных всегда было невелико. Даже сейчас оно крайне незначительно, во всяком случае, не идёт ни в какое сравнение с другими странами Средиземья. И вообще, Герцогам Эарнильским далеко до Олмера. Они в хороших отношениях со Средиземскими державами, а если б и хотели пойти на них войной, то всё равно им никогда не собрать и одной десятой войска Эарнила. Конечно, в этой листовке, при желании, можно найти сильно извращённые идеи Великого Вождя, но взять их на вооружение мог кто угодно, - объяснил капитан Арнорской гвардии.
  - А Айборская Республика? - вставил Малыш.
  - За свою историю она практически не знала войн. Эти люди хотят торговать, а не воевать, - возразил Арагволд. - Им досталось множество земель, требующих освоения, и новые территории им просто не нужны.
  - Что толку гадать, сидя на месте?! - воскликнул Моторин. - Нам нужно решить, куда ехать, чтобы во всём разобраться.
  - Это к Орлангуру, ему доступны любые знания, - отозвался Бродо.
  - Слишком далеко, - возразил Моторин. - Может быть, придётся отправиться и туда, но прежде надо самим разузнать всё, что можно.
  - Поехали в Морию, - предложил Малыш.
  - А там-то что не так?! - набросился на него Моторин, как гончая, почуявшая след.
  - Нет, просто я там ни разу не был, а это мечта каждого гнома.
  - Тогда направимся в Ангмар, а оттуда - в Урукхайское Королевство. Если там ничего не найдём, то двинем к Лихолесью и посмотрим, что там за тени, - решил за всех Моторин.
  - Лучше всего по Союзному Тракту, соединяющему Барендуинское Королевство и Арнор, доехать до Форноста, а через него проходит Новый Тракт, ведущий от Аннуминаса к Ангмару и Урукхайскому Королевству, - подал голос Арагволд.
  
  Глава 6. Тайна Понадола
  
  На этом совещание было закончено, оставалось только собрать вещи, и после недолгих сборов все четверо спустились в залу. Расплатившись с хозяином, они направились к выходу. Бродо приотстал, оглядывая голодным взглядом помещение и ловя ноздрями вкусные запахи, которые наполняли трактир. Бедному хоббиту суждено было остаться без нормального обеда.
  Вдруг он увидел, что лысый хозяин делает ему какие-то знаки. Долго не раздумывая, Бродо приблизился. Понадол прижал палец к губам и оглянулся по сторонам. Юный спаситель тоже на всякий случай осмотрелся. Его внимание тут же привлекла рослая хоббитянка в длинном дорожном плаще. Слишком высокая для половинчиков, что-то неуловимо неправильное в фигуре... Да и много ли встретишь хоббитянок, путешествующих в одиночку? Не с ней ли я столкнулся в дверях? Или просто становлюсь чересчур подозрительным? Вот и намётанный глаз трактирщика ничего не заметил. Понадол тем временем уже склонился к уху хоббита и быстро зашептал:
  - Хочешь, открою тебе страшную тайну?
  - Да, - так же шёпотом ответил Бродо.
  Глаза его сразу округлились, сердце учащённо забилось в предвкушении.
  - Хочешь, скажу, что такое Имперская Корона? - жарко дыша ему в ухо, спросил хозяин.
  - Конечно! - еле владея собой, промолвил хоббит.
  - Так вот! Имперская Корона - это Корона Средиземской Империи! - торжественно провозгласил Понадол.
  - Как, и это всё?! - упавшим голосом пролепетал хоббит.
  - А чего ты хотел? - обиделся хозяин. - Всему своё время, невысоклик. Тайну не раскроешь сидя дома, только долгие странствия могут приподнять завесу.
  - Но кто ты на самом деле?! - вскричал сбитый с толку хоббит.
  - Вовсе незачем так орать, нас могут услышать. А что касается того, кто я такой... - Тут в голосе трактирщика появилась затаённая грусть, - возможно, когда-нибудь ты узнаешь и это.
  Бродо понял, что толку он не добьётся, и хотел, было уйти, но Понадол схватил его за руку:
  - Не сердись на меня, невысоклик, я бы рад тебе помочь, но не могу, - голос его становился всё более трагическим. - Теперь судьба Средиземья в ваших руках, и всё зависит только от вас. На прощанье скажу тебе: не бойся чёрных, бойся коричневых. Правда, я сам не знаю, что сие означает.
  В голове у Бродо всё перемешалось. Что-то это ему напоминало. Но что? Согнувшийся под грузом тяжёлого долга, полурослик вышел к друзьям. На их немые вопросы он лишь махнул рукой.
  - На конь! - скомандовал Моторин. Гномы оседлали хазгских лошадок, хоббит как в тумане сел на своего пони, а Арагволд вскочил на великолепного вороного скакуна по имени Вран.
  
  Глава 7. Карлик Карлсон
  
  - Ну и свинья же ты, Малыш! - тут же послышался чей-то писклявый голосок.
  Бродо оторвался от своих невесёлых дум и оглянулся. Трое его спутников также беспомощно озирались по сторонам.
  - Ну я так не играю! - обиженно проворчал всё тот же голос, и из притороченной к седлу дорожной сумки Малыша выполз сердитый карлик.
  Ростом он был чуть больше локтя Бродо. На вытянутом сморщенном лице нидинга хитро блестели крошечные красные глазки, под которыми помещался носик с горбинкой и расплывшийся в ехидной улыбке тонкогубый рот. На вытянутые ушки с отвисшими мочками падали чёрные волнистые волосы. Одет он был в ладно сидящий, хотя и изрядно потрёпанный коричневый кафтан, и кожаные сапожки.
  - Привет, Карлсон! Откуда ты взялся?
  - Нет, я просто вне себя! - возмутился карлик, и его глазки-бусинки зло уставились на маленького гнома. - Как ты мог бросить старого друга и отправиться спасать Средиземье без меня?!
  - Это я-то тебя бросил?! - с негодованием вскричал Малыш. - Да ты сам куда-то смылся! Вечно ты пропадаешь в самый неподходящий момент!
  - Я не пропал, я просто вышел. Что я, не имею права подышать свежим воздухом? Возвращаюсь, а тут трактирщик с тебя деньги вытрясает...
  - Не с меня, а с нас, ты тоже со мной пил!
  - Какая разница! В общем, я решил, что не стоит светиться. Когда Моторин тебя выручил, хотел к вам присоединиться, а потом подумал, что не стоит спешить, лучше послушать ваш разговор. Уж я-то сразу понял, что всё это неспроста. Я долго ждал, когда ты обо мне вспомнишь, но так и не дождался. Тогда решил сделать вам сюрприз.
  - Я о тебе должен помнить! Сам-то обо мне вспоминаешь, только когда тебе удобно! Где ты был, когда меня чуть не сцапали?!
  - А ты бы предпочёл, чтобы нас заловили обоих?
  - Малыш, ты бы хоть представил нам своего друга, - вмешался Арагволд.
  Он знал, что нидинги обычно шпионят в пользу того, кто им заплатит, и то, что Карлсон подслушал все их секреты, его совсем не радовало.
  - Мой друг, карлик Карлсон, из народа нидингов. Вообще-то он неплохой парень, уж сколько пива мы с ним выпили, и не сосчитать!
  - Надо же, такой маленький, а тоже пиво любит, - удивился Моторин.
  - Ты помнишь, что о нидингах сказано в Красной Книге? - спросил его Бродо.
  - В каком месте?
  - Ну, там, где описаны похождения Фолко?
  - Я ещё только про Фродо прочёл.
  - Ну, там ещё написано, что они всегда стояли на стороне Тьмы и шпионили в пользу Олмера.
  В летописях карлики практически не упоминаются и потому известно о них крайне мало. Их племя с давних времён жило рядом с гномами, селясь в заброшенных выработках и не брезгуя тоннелями орков. Нидинги всегда отличались хитростью и вороватостью, работать не любили, предпочитая обманом заставлять других трудиться на себя. Во время Войны Кольца сумели отсидеться за чужими спинами, шпионя на обе стороны. В Олмеровских войнах служили Великому Вождю Эарнилу. В мирное время занимались экономическим шпионажем, нанимаясь к богатым купцам. Некогда обитали в пещерах Серых Гор, но после прихода орков подчинились завоевателям. Потом постепенно расселились по всему северу Средиземья. В Пятую Эпоху в основном жили в Заозёрных Холмах, к северу от Эвендим (Вечернего Озера), признав власть Нового Королевства и Истерлингской Династии.
  - Можно ли ему доверять? - усомнился Бродо.
  - Ты полегче, половинчик, мой народ тоже сражался на стороне Великого Вождя, - хмуро молвил истерлинг.
  - Во-во! Раз мы такие маленькие, то значит обязательно все воры и шпионы! Это самый неприкрытый шовинизм!
  - Ладно, прости, я не хотел тебя обидеть. Моё имя Бродо...
  - Знаю-знаю! Бродо Заскокинс, сын Фулко из рода Фолко Великого. Я всё о вас слышал, можете не тратить время.
  - Ну, раз ты в курсе дел и любишь пиво, то можно принять тебя в наш отряд, - подытожил Моторин.
  
  Глава 8. Мурзик из Мордора
  
  Внезапно что-то чёрное мелькнуло в кустах слева от дороги.
  - Вы видели?! - возбужденно завопил хоббит.
  - Ты о чём? - не понял Малыш.
  - Чёрное существо, вон, вон опять! Может, оно следит за нами.
  - Тебе показалось, - попытался успокоить его Моторин.
  - Нет, не показалось, - вмешался Арагволд, - я тоже его видел.
  - Двое на двое, - усмехнулся Малыш. - А ты, Карлсон, что скажешь?
  - Я ничего не заметил.
  - Вот видите, даже нидинг, прирождённый шпион... - начал Моторин.
  - Не шпион, а разведчик! - отрезал карлик.
  И тут Бродо осенило. Он вынул из ножен кинжал с Синим Цветком. Эльфийский клинок ожил и излучал тепло. Все оторопело уставились на чудо, сотворённое руками Отрины. Малыш поплевал на указательный палец левой руки и дотронулся до кинжала. Раздалось лёгкое шипение.
  - Ух ты! - восхищённо воскликнул маленький гном, отдёргивая руку.
  Бродо был возмущён кощунственным поступком Малыша. Он, знавший почти наизусть легендарную Красную Книгу, как никто другой понимал серьёзность поданного Эльфийским клинком знака:
  - Он почуял врага, силы Тьмы рыскают рядом!
  Моторин радостно выхватил топор:
  - Я давно хотел познакомиться с тем, кто раскачивает Средиземье. Эй, выходите, подлые трусы!
  Однако на его вызов ответа не последовало. Больше никто не мелькал в кустах, и даже подозрительных шорохов не было слышно.
  Они поехали дальше, не выпуская оружия из рук, и готовые к любым неожиданностям, но нападать на них никто не собирался. Постепенно гномы и карлик стали склоняться к мысли, что всё это - лишь фантазии хоббита.
  - А твой клинок - шутник! - бесшабашно воскликнул, наконец, Малыш.
  Бродо промолчал. Он и сам уже не был уверен, что ему всё не померещилось. Но не мог же ошибиться Эльфийский кинжал!
  - К истинным нуменорцам сие вряд ли имеет отношение, - заметил капитан истерлингской гвардии.
  'Не бойся чёрных, а бойся коричневых', - тут же вспомнил хоббит последние слова таинственного Понадола. Что он этим хотел сказать? Значит, это существо им не опасно? Но как же тогда клинок Отрины?
  Внезапно из кустов слева на дорогу выскочил тощий чёрный кот, он стремглав промчался мимо них и исчез в зарослях.
  - Проклятье! - выругался Моторин. - Это же плохая примета!
  - Вы заметили, какие у него глаза? - тревожно спросил истерлинг. - Они красные, у обычных котов таких не бывает!
  Бродо вздрогнул. Волосы на его ногах стояли дыбом. Кинжал толкнул его в бок, но и без него хоббит чуял что-то неладное.
  - Перед нами был не простой кот! - сказал он со значением.
  - Точно, это альбинос, - вмешался Карлсон. - У альбиносов всегда глаза красные.
  - Где ты видел чёрных альбиносов?! - рассердился Арагволд. - И, между прочим, у тебя самого зенки красные. Ты что тоже альбинос?!
  - А вы не верили, что кто-то крадётся за нами! - с упрёком проговорил хоббит. - Клинок Отрины на него реагирует, значит... - Бродо задумался. - ... Выходит, он связан с силами Тьмы!
  - Мурзик из Мордора! - съязвил Малыш.
  - А, что с тобой говорить, ты даже Красную Книгу не читал! - И Бродо смерил его презрительным взглядом.
  - Давайте подумаем о другом, - изрёк Моторин. - Мы слишком поздно выехали, проделали очень малый путь, а до ближайшей деревни ещё далеко. Где остановимся на ночь?
  - Подумаешь! - брякнул Малыш. - В поле переночуем, первый раз, что ли!
  Хоббит съёжился от такой перспективы. Он привык к домашнему уюту. Спать на постоялом дворе - это ещё туды-сюды, но под открытым небом... Нет, так они не договаривались!
  - Ночью придётся охранять лагерь по очереди, - сказал Арагволд. - Думаю, Карлсона с Бродо можно освободить от дежурства. Моя смена первая.
  - Хорошо, за тобой я, потом Малыш, - согласился Моторин.
  Карлик хотел, было возмутиться по поводу такой дискриминации, но передумал. Хоббит же так утомился от приключений нервного дня, что при одной мысли о сне сладостно зевнул. 'Пусть этой ночью подежурят Арагволд и гномы, они бывалые и привычные. А я только маленький хоббит, дорога впереди ещё длинная, приключений будет много. Постепенно я стану таким же крутым, как они, и буду дежурить наравне со всеми', - успокоив себя этими размышлениями, Бродо перестал терзаться угрызениями совести и невинно напомнил Моторину:
  - А когда ты будешь читать Красную Книгу?
  - Клянусь бородой Великого Дьюрина, какая может быть Красная Книга?! В дозоре не место читать, к тому же темно, и вообще пива уже мало!
  - Насчёт пива ты не прав, - вмешался Карлсон. - У Малыша полно пивного концентрата, только добавь воды.
  - Если у тебя есть концентрат, то какого Моргота ты пил в 'Гарцующем пони', зная, что у тебя нет денег?! - набросился на маленького гнома Моторин. - А я ещё платил за тебя, дурака!
  - Ну, кто из вас дурак ещё неизвестно! - хихикнул карлик.
  - Концентрат дело хорошее, но это неприкосновенный запас на чёрный день. Да и свежее пиво всегда лучше, - оправдывался Малыш. - А вот когда до ближайшего трактира далеко, меня всегда выручает пивной концентрат. Добавил воды, и порядок!
  - Ладно, хватит ругаться! - воскликнул Арагволд с упрёком. - Уже начинает темнеть. Вон неплохое место для ночлега.
  Полянка, выбранная капитаном, располагалась в низине и была укрыта от ветра. В то же время, никакой враг на смог бы незаметно подобраться к их стоянке.
  Привязав лошадей, компания тут же принялась за работу. Пока Моторин высекал огонь и разводил костёр, подбрасывая мелкие прутики, сухие листики и куски коры, Арагволд, Малыш и Бродо сходили за дровами. Лишь хитрый карлик, по своему обыкновению, увильнул от трудов. Яркое пламя и потрескивание горящих сучьев сразу придали уют их временному лагерю. Когда же Моторин стал доставать душистый хлеб, ароматный сыр, свежую колбасу и прочие продукты, а Малыш раскупорил пузатый бочонок с пивом, Бродо перестал жалеть о домашнем тепле. Тут сразу нашёлся и Карлсон. Малыш достал свою знаменитую чарку и стал разливать пиво в дружно подставленные походные кружки.
  - Малыш, давай по старой дружбе пить из одной чарки, - пискнул Карлсон, у которого не было своей кружки, и который привык выезжать за счёт друга.
  - Ладно, - добродушно отозвался маленький гном.
  - Так давайте же выпьем за дружбу! - провозгласил тост Моторин.
  - За наш мужской союз! - поддержал его Арагволд.
  - За Отряд Спасителей! - обрадовался хоббит.
  Они чокнулись и осушили посуду. Карлсон при этом едва не утонул в чарке Малыша.
  - Давай по второй! - распорядился Моторин.
  Но тут произошло неожиданное. Незаметно подкравшийся в наступившей темноте чёрный кот стремительно прыгнул, и, схватив зубами здоровую палку колбасы, бросился к лесу.
  - Держи его! - заорал Малыш, выхватывая свои клинки.
  - Говорил же я, что это плохая примета! - завопил Моторин.
  Бродо подхватил верный эльфийский лук, прицелился, натянул тетиву и... Жалость остановила руку хоббита: 'Пусть это хоть сам Саурон, я не могу стрелять в того, кто безоружен и не несёт угрозы!'
  - Жаль, что темно! - проворчал Моторин.
  Малыш в темноте споткнулся и с треском и грохотом шлёпнулся на землю.
  - Эй, гномы, оставайтесь лучше тут, вы весь лес распугаете! - сердито крикнул истерлинг и в одиночку продолжил погоню.
  - Подайте мне его сюда, уж я его тут покурощаю, я ему все усы повыдеру! - распалился Карлсон.
  Между тем Арагволд, которому случалось побывать и не в таких передрягах, преследовал похитителя. Коту удирать с колбасой в зубах было тяжело, но и бросать свою добычу у него желания не было. Никто не хотел уступать. Капитан не замечал ни хлещущих по лицу веток, ни острых колючек. 'Врёшь, от меня ещё никто не уходил!' - мелькнула у него на бегу мысль.
  Страх прибавил зверю сил, но потомок выносливых степняков не только не отставал, но и сокращал расстояние. Наконец, истерлинг настиг воришку. Кот в ужасе съёжился и приник к земле, шерсть у него на загривке встала дыбом. Он тяжело дышал, испуганно прижав уши, а его большие красные глаза затравленно уставились на человека.
  Этот взгляд шевельнул в самых глубинах подсознания Арагволда какое-то давно забытое воспоминание. Но наваждение продолжалось лишь долю секунды, и странное ощущение исчезло так же быстро и внезапно, как и появилось.
  Гвардеец увидел перед собой только отощавшее, насмерть перепуганное животное, и рука Арагволда не поднялась отобрать колбасу у этого жалкого существа.
  - Ладно, считай, что мы её тебе подарили. Но лучше больше нам не попадайся!
  В кроваво-красных глазах кота отразилось глубочайшее изумление, смешанное с недоверием. Но Арагволд уже повернулся к нему спиной и зашагал к лагерю, где его ждали друзья.
  
  Глава 9. Походное утро
  
  Ночь прошла спокойно и без приключений. Бродо проснулся от ощущения холода. Нехотя продрав глаза, он обнаружил, что уже рассвело. Костёр догорал и почти не давал тепла. Малыш, который должен был дежурить последним, бодро храпел, обняв пивной бочонок. Рядом с ним тихонько посапывал Карлсон. По другую сторону от костра, положив под голову верный топор, спал Моторин. Завернувшийся в свой чёрный плащ Арагволд даже во сне к чему-то прислушивался и был готов вскочить при первом же признаке угрозы. Это успокоило хоббита. Вылезать из-под тёплого одеяла на пронизывающий холод совершенно не хотелось. 'Хорошо хоть мы отправились в поход не зимой! Ладно, посплю ещё немного', - помыслил хоббит и перевернулся на другой бок, стараясь поплотнее закутаться в одеяло.
  
  Глава 10. Ромашка Хавкинс
  
  - Подъём! - заорал Моторин.
  Бродо приоткрыл глаза и тут же зажмурился. Солнце стояло уже высоко, и его яркий свет ослеплял.
  - Чего ты так разоряешься?! - возмутился заспанный Малыш.
  - Во-во, ты не в казарме! - поддержал его Карлсон.
  - Уже поздно, ехать пора.
  - Куда нам спешить? Если б хоть знали куда двигать, а то у нас нет определённой цели. Так какой смысл торопиться?
  Слова маленького гнома привели Моторина в замешательство.
   - Слушай, Малыш, - вступил в разговор Арагволд. Брови капитана были нахмурены. - Судя по затухшему костру и твоему виду, ты проспал большую часть своей смены. Может, ты уже передумал спасать Средиземье?!
  - Да ладно, ничего же не случилось.
  - А если бы по близости оказались враги?
  - Он больше не будет, - пришёл на помощь Бродо.
  - Ладно, замяли - примирительно сказал Моторин. - Но пусть тебе это послужит хорошим уроком на будущее.
  Малыш виновато кивнул.
  - Сейчас перекусим и в дорогу, - распорядился Моторин.
  - Пивка для рывка! - воскликнул сразу повеселевший Малыш.
  Не теряя времени даром, он тут же разлил пиво по ёмкостям.
  Они снова выпили за дружбу, потом за удачу в пути, затем за хорошую погоду...
  Настроение хоббита заметно улучшилось, и Бродо достал свою заветную трубочку. Только он её набил и раскурил, как раздался голос, заставивший его вздрогнуть:
  - Так вот чем ты занимаешься!
  Хоббит обернулся и побледнел. Перед ним стояла Ромашка Хавкинс. Ему сразу захотелось оказаться как можно дальше отсюда.
  - Это не то о чём ты думаешь, - пролепетал несчастный Бродо. - Мы тут Средиземье спасаем...
  - Ага, рассказывай! Совсем уже заврался! И чего только не придумают, чтобы увильнуть от работы!!!
  - Простите, уважаемая, но это правда, - вступил в разговор Моторин.
  - С каких это пор шляться неизвестно с кем, пьянствовать и курить - это значит спасать Средиземье?!
  - Извините, забыл представиться. Моторин сын Стебалина из рода Торина Могучего, гном с Лунных Гор к вашим услугам.
  - Моё имя Арагволд сын Рогогорна, я - капитан истерлингской гвардии Арнора.
  - А я Малыш сын Малыша из рода Малыша.
  - Карлсон, - скромно назвался карлик.
  - Бродо, ты бы представил свою соплеменницу, - упрекнул его Арагволд.
  - Это Ромашка Хавкинс, моя э... - замялся хоббит и покраснел. - Моя знакомая.
  Не то чтобы Бродо не нравилась Ромашка. Полная, с пышными формами, роскошным бюстом, смело выглядывающим из разреза платья, и густыми шелковистыми волосами на ногах, она воплощала в себе хоббитширский идеал красоты. Но её докучливая забота была в тягость хоббиту, к тому же ей не был свойственен романтизм, и она никогда не могла понять того, что творилось у Бродо на душе.
  - Рюмашка, говоришь! - оживился Малыш.
  - Молчи, алкаш! И вы ещё хотите после этого, чтобы я поверила, что вы спасаете Средиземье!
  - Можешь не верить! - воскликнул Бродо. - Возвращайся к своей репе, а я буду выполнять свой долг до конца!
  - Ах, так! Ну тогда я останусь с вами и посмотрю как ты будешь спасать Средиземье!
  - Но, уважаемая госпожа Хавкинс, - вмешался Арагволд. - Наш путь труден и полон опасностей. Это дело для мужчин.
  - Много вы мужики о себе возомнили! Да куда вы без нас? Кто вам будет готовить и прочее?! Вот вы любите суп?
  - Я люблю супчик! - обрадовался Малыш и погладил свой живот.
  - А ты, будешь обзываться, вообще останешься без обеда!
  Малыш сразу присмирел.
  Тем временем Моторин отозвал в сторону хоббита:
  - Ты её любишь?
  Бродо с негодованием замотал головой.
  - А она тебя любит.
  - Откуда ты знаешь? - изумлённо спросил невысоклик.
  - У меня большой жизненный опыт. Мы - гномы очень серьёзно относимся к любви. Каждый гном лишь единожды за всю жизнь останавливает свой взгляд на женщине или же вообще не делает свой выбор.
  - Я слышал, что у вас просто мало гномиц, да и те бородатые.
  - Это к делу не относится. Я всё это говорю к тому, что придётся взять её с собой.
  Бродо в знак протеста замотал головой, но Моторин был непреклонен. Он слишком хорошо знал, что такое любовь.
  Так Ромашка Хавкинс оказалась в Отряде Спасителей.
  
  Глава 11. Бородатая любовь
  
   Разговор с Бродо разбередил старую сердечную рану, и перед внутренним взором Моторина вновь во всей красе предстала та, которую он всеми силами пытался забыть - неподражаемая гномица Кончита с мягкой пушистой кудрявой бородой, то заплетённой в длинные косы, то распущенной в живописном беспорядке...
   Гномы - одни из главных героев Красной Книги, но, тем не менее, они остаются одним из самых загадочных народов Средиземья, а о гномицах вообще мало что известно. Своих прекрасных дам тангары настолько хорошо скрывают, что многие вообще считают подземный народ однополым, рождающимся из камня и не способным на нежные чувства.
   На самом деле гномы вовсе не бесчувственные грубияны и пьяницы, как многие о них думают. Их культура и мораль весьма специфичны и не позволяют выражать свои чувства при посторонних.
   Женщин у них действительно значительно меньше, чем мужчин, поэтому они относятся к своим дамам очень бережно и скрывают их от чужаков. Обычно гномицы не покидают подземелий, занимаются воспитанием детей и домашним хозяйством. Правда, по преданию, самые отчаянные из них переодевались в мужскую одежду и участвовали в походах наравне с мужчинами, от которых внешне мало отличаются.
   Представления о женской красоте у гномов также весьма своеобразны на фоне всеобщих стандартов. Телосложением гномицы напоминают своих мужчин, а главным украшением у них считается борода. Женщины других народов тщательно удаляют растительность на лице, а гномицы наоборот стараются подчеркнуть, всячески её холят и лелеют. Чтобы оттенить красоту пышной бороды они коротко стригут волосы на голове и выдёргивают волоски в других местах. Гномы просто балдеют от мягких тщательно ухоженных бород своих любимых. А единственная в этом народе стриптизёрша, выступающая под псевдонимом 'Амазонка', начинает свой соблазнительный танец в полном доспехе, а завершает, прикрывшись одной роскошной бородой.
   Традиционно гномицы носили бороды до пояса, иногда заплетая в две толстые косы. В прогрессивную Пятую Эпоху мода стала более разнообразной. Подземные дамы стали укладывать своё главное украшение вокруг головы, завивать и красить в разные цвета, украшать многочисленными косичками и бантиками. Особенно этим славились молодые гномицы. Некоторые из них даже носили короткие бородки: 'бакенбарды', 'эспаньолки' и 'ирокезики', вызывая тем самым гнев стариков.
   Очаровательная Кончита была совсем юной, поэтому обожала эксперименты. Каждый раз она придумывала новый образ, венцом которого была её роскошная борода. Многие гномы готовы были отдать всё на свете, чтобы ощутить её мягкость во время поцелуя. Моторину пришлось выиграть рыцарский турнир в Лунных горах, не считая отдельных поединков, чтобы красавица ответила ему взаимностью.
   Он стал самым счастливым гномом на свете. Он мог любоваться её несравненной бородой, вдыхать её аромат (всякий раз разный, но каждый раз восхитительный), гладить её и пропускать между пальцев. Какой же он идиот, что сам всё испортил!
   Но кто мог знать, что юная гномица смертельно оскорбится в ответ на его предложение сбрить бороду?! Женщины - другой мир. Никогда не знаешь, что их может обидеть. Он бы никогда не предложил такое зрелой даме. Но Кончита же юная девушка, любящая попробовать что-то новое! Да это против всех правил, да такого раньше никто не делал, но в этом-то вся прелесть! Моторин думал, что она оценит смелость идеи, к тому же он не предлагал ей лишиться главного украшения навсегда! Ему хотелось только полюбоваться на её обнажённое лицо, а потом можно снова отрастить пушистую гордость. Но Кончита не оценила. Разъярённая красотка заявила: 'Гномица без бороды ни туды и ни сюды! Да я лучше голой буду по улице ходить, чем такой позор! Меня ещё никто никогда так не оскорблял!' Она врезала бедному Моторину пощёчину и навсегда разорвала с ним любые отношения. А ведь каждый гном лишь единожды за всю жизнь останавливает свой взгляд на женщине или же вообще не делает свой выбор.
   'Хорошо Малышу, он, по-видимому, относится ко второй категории, и кроме секиры Киры ему никто не нужен!' - с тоской подумал Моторин.
  
  Глава 12. Странный шар
  
  Маленький отряд приближался к Форносту или Северной Крепости, древней столице Арнора. После того, как их догнала Ромашка Хавкинс, никаких особых событий больше не произошло. Хоббитянка была уже полностью введена в курс всех дел отряда. Она отнеслась к рассказам своих спутников весьма скептически, но и покинуть их не пожелала. Впрочем, Ромашка оказалась весьма полезной в дороге. Как истинная хоббитянка она кормила всю компанию вкусной и сытной едой, пришивала отлетевшие пуговицы, штопала порванную в пути одежду. Её появление сделало путешествие значительно более комфортным. Казалось, она принесла с собой частицу хоббитширского уюта. Если бы она ещё не ворчала по всякому поводу и не пыталась воспитывать пятерых старых холостяков, то вообще была бы бесценной спутницей.
  Во многом благодаря Ромашке Бродо довольно быстро примирился с трудностями похода. Но он не хотел себе в этом признаваться, предпочитая считать, что просто дорога его закалила, и в этом тоже была доля истины. Подтверждением данной версии служило то, что он теперь наравне с гномами и Арагволдом участвовал в ночных дежурствах.
  Путешествие повлияло и на Малыша. Маленький гном стал гораздо ответственнее относиться к своим обязанностям по охране лагеря. Ночью он бодрствовал у костра с мечом, даго и своей любимой секирой, которую ласково называл Кира. О том, чтобы заснуть на посту больше не могло быть и речи. Но во всём остальном он остался прежним Малышом.
  Заплатив пошлину, Спасители въехали в ворота Форноста. Этот старинный город благодаря своему выгодному географическому положению за последние триста лет значительно разросся и стал крупным торговым центром. Вот и сейчас в Форносте проходила традиционная ярмарка, на которую съезжались со всех концов Средиземья.
  Бродо увидел до боли знакомые обозы с репой. Рядом с ними разместились купеческие караваны из Айборской Республики. Гномы как обычно торговали своими замечательными изделия, сверкающими драгоценными камнями, а роханцы знаменитыми на всё Средиземье рысаками. Урукхаи привезли большие фуры, набитые пушистыми северными мехами. Загорелые эльдринги щеголяли золотой серьгой в ухе и, по слухам, торговали контрабандой. И это лишь малая часть из огромного множества товаров, которые предлагали представители самых разных народов обитающих в Средиземье. Все они съехались на знаменитую ярмарку, что-нибудь купить или продать, на других посмотреть и себя показать, наконец, просто повеселиться.
  В толпе было много нарядных женщин, одевших по такому случаю свои лучшие платья. Бродо даже показалось, что среди прочих мелькнула высокая хоббитянка из Пригорья. Впрочем, в такой толпе не мудрено и обознаться. Повсюду слышалась музыка трубадуров, на центральной площади города бродячие артисты разыгрывали своё представление. Большинство горожан и гостей города щеголяли в карнавальных масках, среди которых было особенно много личин драконов, пауков и багровых глаз на всё лицо. Попадались даже урукхаи все как один одетые в кепки с изображением белой руки.
  Неожиданно Бродо увидел идущего прямо на них незнакомца в зелёном плаще. Хоббиту показалось, что на физиономию этого человека надета маска перворожденного.
  - Смотрите, на нём эльфийская маска! - крикнул он, стараясь привлечь внимание друзей.
  Незнакомец вздрогнул и, поспешно закрыв лицо рукавом плаща, скрылся в толпе. От резкого движения из его кармана выпал шарообразный предмет и подкатился к ногам хоббита. Бродо поднял непонятную штуку и в благородном порыве заорал на всё горло:
  - Стой! Ты потерял... - невысоклик осёкся, так как не знал, называния оброненной вещи. А незнакомца уже и след простыл.
  - Чего ты вопишь, и что за штука у тебя в руках? - вопросил Моторин.
  - Не знаю, это чужое, надо отдать.
  - Что с воза упало, то пропало! - влез карлик.
  - Нет, я должен вернуть потерянную вещь хозяину.
  - Правильно Бродо, ты ещё не безнадёжен, - похвалила его Ромашка.
  - Только как ты найдёшь незнакомца в такой толпе? - поинтересовался Арагволд.
  - В любом случае не мешает зайти подкрепиться, - вставил Малыш. - Помнится, здесь всегда было неплохое пиво.
  Все согласились с маленьким гномом, в том числе и хоббиты, для которых аргументы желудка перевешивали всё остальное.
  
  Глава 13. 'Парящий дракон'
  
  Вскоре друзья уже сидели в местной харчевне 'Парящий дракон' и поглощали обильный обед. Естественно, в свежем пиве тоже не было недостатка. Бродо беспокойно ёрзал на стуле, высматривая незнакомца в зелёном плаще, но напрасно.
  - Покажи ту штуку, которую ты нашёл, - попросил Малыш.
  - Не могу, вещь чужая.
  - Может её хозяин уже покинул город, - заметил Карлсон.
  - Всё равно я должен её вернуть.
  - Тьфу! Балрог тебя побери! Была б она ему нужна, он бы за ней сам пришёл! - выпалил Малыш.
  Демонстрируя обиду, он полностью сосредоточился на пиве, которое поглощал из своей неизменной чарки, подарка Санделло, в неимоверных количествах.
  - Алкаш! - поставила диагноз Ромашка и с отвращением отвернулась.
  - У нас в гвардии был такой случай... - начал Арагволд, пытаясь улучшить ей настроение.
  Но в этот момент, порядком набравшийся Малыш, заголосил хриплым голосом свою любимую песню про Морию. Что-то про алмазы, кинжалы и то какие лихие ребята гномы. Ромашка тут же заткнула уши. Арагволд тоже был раздосадован, так как ему не дали поведать о своих подвигах. Зато обычно суровое, словно высеченное из камня, лицо Моторина сразу потеплело.
  - Всех разрубишь топором! - подхватил он вдохновенно.
  Карлик Карлсон немало поскитавшийся с Малышом тоже знал эту песню и принялся подпевать своим тоненьким голоском:
  - Аж до самой...
  Узнав до куда разрубают всех гномы, Ромашка Хавкинс поморщилась и покрылась стыдливым румянцем.
  Бродо разомлел от сытной еды и выпитого пива. Разудалая песня пробудила в его памяти страницы из Красной Книги, повествующие о знаменитом подземном королевстве гномов или Чёрной Дыре, как называли Морию хоббиты.
  О богатствах Морийских копий по всему Средиземью ходили удивительные легенды. Веками тангары отстаивали своё право обладать этим чудом подземного мира, которое, согласно преданиям, завещал им сам Великий Дьюрин, а ему создатель народа Длиннобородых легендарный Махал, почитаемый ими за бога. В течение четырёх эпох гибли гномы в Казад-Думе в бесчисленных битвах с орками и урукхаями, терпели огромный урон от врагов гораздо более страшных, таких как Огненные Бичи, балроги, и Пожиратели скал. И только Вечный Мир, подписанный 9 июня 10-го года Пятой Эпохи, навсегда закрепил за тангарами Чёрную Дыру. Неудивительно, что король гномов Дори Славный, при котором состоялось это знаменательное событие, почитается теперь подземным народом почти так же как Великий Дьюрин, самый старший из Семи Отцов народа Длиннобородых.
  Мория - вечная мечта и боль каждого гнома. Перед мысленным взором хоббита проплывали навеянные песней картины: Горн Дьюрина; отрубленная голова Трора, на которой было выжжено рунами имя его убийцы; надетая на кол башка Азога; могила Балина; непобедимый хирд; Хорнбори с последним из Гномьих Колец, бросающий отчаянный вызов неведомому врагу и многое, многое другое. Склонный к романтике хоббит так увлёкся, что совершенно позабыл о попавшем в его руки странном предмете.
  
  Глава 14. Всевидящий Камень
  
  Он вспомнил о загадочном шаре лишь, когда на следующее утро Отряд покидал Форност. Одной из причин такого провала памяти было непомерное количество выпитого пива.
  - Ой, я же так и не вернул эту штуку незнакомцу!
  - Проехали! - отрезал Моторин. - Не возвращаться же теперь из-за этого!
  - Шар достался нам на шару, - скаламбурил Карлсон.
  - А всё же что за штуковина нам попалась? - поинтересовался Малыш.
  - Займёмся этим на следующем привале, - предложил Арагволд, и все с ним согласились.
  Когда настало время очередного отдыха, заинтригованная компания, собравшись на небольшой полянке, со всех сторон обступила невысоклика. Бродо точно фокусник извлёк из кармана шар. Шесть пар глаз тут же впились в него, стараясь понять что это, и зачем оно нужно. Внезапно вся шестёрка разом ахнула.
  Таинственный предмет засветился мерцающим голубоватым светом, и зрители увидели в нём следующую картину: сине-зелёные волны лизали белый песок, а на берег выходили девушки прекрасные настолько, что никто из присутствующих никогда и представить себе не мог чего-либо подобного.
  - Это же эльфины на берегу Валинора! - вскричал взволнованный Бродо.
  Но ему никто не ответил, все, не отрываясь, смотрели на экран. А между тем, девушки дивного народа сбрасывали с себя одежду, без которой эльфины были ещё прекраснее.
  - Что они себе позволяют! - возмущённо завопила Ромашка.
  Однако эльфины не слышали её криков и во всей своей первозданной красе неторопливо, в каждом движении преисполненные грации, шествовали к воде.
  - А что тут такого? - удивлённо спросил Арагволд. - К тому же они даже не подозревают, что мы их видим.
  - Подглядывать за женщинами - это бесстыдство!
  - Мы же никому не причиняем зла, - не согласился Арагволд. - И что постыдного в том, что у девушек красивое тело? Посмотри, как гармонично сложены их фигуры, как нежна их кожа, как они стройны, сколько в них изящества! Всё это так замечательно сочетается с их прелестными лицами и распущенными волосами. Они естественны и невинны. Разве это зрелище не эстетично?!
  - Она просто завидует! - хихикнул Карлсон.
  Если бы Ромашка попала по нему, то нидингу пришлось бы плохо. Но шустрый карлик успел увернуться и продолжал наблюдать захватывающее представление уже с другой позиции.
  Тем временем эльфины подошли к воде. Идущая впереди взвизгнув, отскочила, видно водичка в это время года была ещё прохладной. Другая с разбегу бросилась в море и, вынырнув, стала поддразнивать более робких подруг. Те со смехом и воплями, обрызгивая друг друга, последовали за ней. Девушки весело плавали, плескались, ныряли и прыгали в море с живописной скалы.
  - Немедленно прекратите эту порнографию! - возмущённо потребовала хоббитянка.
  - Нет уж, клянусь бородой Великого Дьюрина, я досмотрю сие зрелище до конца! - решительно заявил Моторин.
  - Ах, так! Всё с меня хватит, я отказываюсь готовить обед! - произнесла свою самую страшную угрозу взбешённая Ромашка.
  Но на сей, раз даже это обычно безотказное средство оказалось бессильным. Мужская часть отряда словно магнитом была притянута к экрану.
  А эльфины, будто издеваясь над бедной хоббитянкой, накупавшись, улеглись всё в том же наряде загорать под ласковым солнышком Валинора.
  Ромашка демонстративно повернулась ко всем спиной и, подчёркивая презрение к низменным страстям своих спутников, гордо скрылась за ближайшими кустами.
  - Видишь, Арагволд, чего лишил нас твой Олмер! - возбуждённо воскликнул Малыш.
  Истерлинг не знал, что на это ответить, но тут неожиданно ему на помощь пришла Ромашка:
  - И правильно сделал! - донеслось из кустов.
  Ещё более злить хоббитянку никто не решился, и данная реплика осталась без ответа.
  - Благословенный край непуганых эльфин! - восхитился Карлсон, когда, накупавшись и назагаравшись вволю, очаровательные девушки оделись и скрылись из пределов видимости.
  - Как я сразу не догадался! Это же палантир - Всевидящий Камень! - возвестил Бродо, разрумянившийся и покрывшийся испариной от захватывающего зрелища. - Семь палантиров создал в Амане сам Феанор, а Элендил и его сыновья привезли их в Средиземье из Нуменора. Но я думал, что Всевидящих Камней больше не осталось. Откуда он у этого типа в зелёном плаще?!
  - А ты ещё хотел вернуть такое сокровище! - упрекнул его маленький гном.
  - Теперь уже поздно, придётся оставить его у себя, - сказал Бродо и развёл руками, всем своим видом давая понять, что он исполнил долг до конца и вынужден покориться обстоятельствам.
  - А что ещё по нему можно увидеть? - поинтересовался Арагволд.
  Они принялись производить с заветным шаром разнообразные манипуляции, но, несмотря на все их усилия, палантир упрямо показывал всё то же побережье.
  - Очевидно, он направлен в одну точку, - промолвил, наконец, хоббит извиняющимся тоном.
  - Жаль, - вздохнул капитан истерлингской гвардии.
  - Зато, какие места! - мечтательно причмокнул карлик.
  - Вот что, - вмешался с важным видом Моторин. - Я думаю, что все понимают как нам важно вести наблюдение за Валинором.
  - А то! - с готовностью поддакнул Малыш.
  - Но наблюдать придётся скрытно, чтобы не травмировать Ромашку.
  - Разумно, - согласился Арагволд.
  - Так что ночной дежурный должен будет поглядывать в палантир и, если в поле зрения появятся интересные объекты, то он нас разбудит.
  - Отлично! Ты просто гений! - обрадовался Малыш.
  - Но ночью они, вероятнее всего спят, да и вода в это время суток более холодная, - возразил Арагволд.
  - Не беспокойся, Старшие Дети Эру обожают любоваться звёздами, - успокоил его Бродо. - Зато Ромашка в такое время точно спит.
  Этот довод оказался самым убедительным, и план Моторина был утверждён.
  
  Глава 15. Ночной сеанс
  
  На этот раз они ночевали на постоялом дворе в придорожной деревне. Однако долго наслаждаться снами мужчинам не пришлось. Вскоре всю компанию, естественно кроме хоббитянки, разбудил сияющий Малыш, которому выпало дежурить первому. На сей раз даже Карлсон поднялся очень быстро. Друзья тут же окружили палантир.
   Бродо оказался прав, эльфины любили ночное купание. Небо Благословенного Края было усеяно звёздами, но созвездия отличались от тех, что видят в Средиземье, да и расположение их было иным. Тонкий серп месяца отбрасывал на водную гладь серебристые блики.
  - Жаль, что не полнолуние, - заметил Арагволд.
  - Да, видимость ограниченная, - подтвердил Моторин.
  - Зато так романтичнее, - утешил их хоббит.
  В слабом лунном свете силуэты девушек приобрели таинственные очертания.
  - Должна быть в женщине какая-то загадка, - проговорил истерлинг.
  - Да ну, при солнечном свете лучше, - не согласился Малыш.
  - Днём меня Ромашка съест! - возмутился Бродо.
  - Тише, - прошептал Моторин. - А то точно разбудишь нашу зануду.
  Между тем эльфины плыли к лунной дорожке, подныривали под неё и весело плескались, любуясь звёздами над головой. Их звонкий мелодичный смех напоминал перекличку маленьких серебряных колокольчиков. Зрелище завораживало, и наслаждаться им можно было бесконечно. Но ночное купание оказалось менее продолжительным, и загорать девушки тоже не стали.
  - Малова-то будет! - заголосил Карлсон.
  - Да тихо ты! - прошипел Моторин.
  - Нет, я так не играю! - обиделся карлик. - Сеанс укороченный, видимость плохая...
  - Надо же думать и о Ромашке, - напомнил Арагволд.
  - А чего она раскомандовалась?! Этого нельзя, того не делай... просто домомучительница какая-то!
  - Верно, нас пятеро, а она одна, - поддержал старого собутыльника Малыш.
  - Разве Бродо тебе не друг? - спросил Моторин.
  - Конечно друг, мы с ним пили.
  - А она его любит, мы же, гномы, очень серьёзно к этому подходим.
  - Да? - озадачился Малыш. - Ну ладно, чего не сделаешь для друга и во имя любви. Всё равно Амазонка круче!
  Маленький гном тяжело вздохнул. Карлсону тоже пришлось согласиться с мнением большинства. Палантир решено было смотреть в любое время, лишь бы этого не видела Ромашка.
  
  Глава 16. Отряд в деле
  
  Новый Тракт, соединяющий Арнор с Ангмаром и Урукхайским Королевством, уводил Отряд Спасителей всё дальше и дальше на север. Позади остался Форност с его знаменитой ярмаркой, а друзья даже не приблизились к разгадке зловещих тайн, позвавших их в дорогу. Более того, загадок становилось всё больше.
  - Кто же раскачивает Средиземье? - в очередной раз вопросил Моторин.
  - Где гнездо Истинных нуменорцев? - отозвался Арагволд.
  - Откуда тот парень взял палантир? - присоединился к их разговору Бродо.
  - А Корону Средиземской Империи мы уже не ищем? - поинтересовался Малыш.
  - Что же будет, если мы и дальше ничего не найдём? - невинно спросил Карлсон.
  - Пить меньше надо! - ответила им всем Ромашка. - И пялиться на эльфийских девок тоже!
  Это замечание хоббитянки заставило задуматься всю пятёрку. По крайней мере, доля истины в её словах была. Пьянки и мысли о прекрасном рассеивали внимание, а ночные сеансы отнимали время у сна. Неужели они что-то упустили?!
  - Зря мы не допросили кота, - вздохнул хоббит. - Помнишь, Моторин, сколько всего выпытал Фолко Великий у этой собаки Сарумана?
  - Бродо! - воскликнула, всплеснув руками, опешившая Ромашка. - Никогда не думала, что тебе может прийти в голову мысль мучить бедных животных!
  - Я до того места ещё не дочитал, - признался Моторин.
  - Значит, Ромашка была кое в чём права.
  - Конечно, я права! Животных мучить нельзя!
  - Что ты меня подгоняешь? Прочитаю я твою Красную Книгу, но нужно время на переосмысление.
  - Смотрите! - внезапно крикнул Арагволд, показывая вперёд протянутой рукой.
  Одновременно с этим Бродо ощутил, что Эльфийский кинжал вновь нагревается, предупреждая хозяина, что скоро будет горячо.
  По дороге навстречу Отряду Спасителей бежали маленькие с такого расстояния фигурки. Причём пятеро явно гнались за той, что была впереди. Фигурки стремительно приближались. Стало ясно, что какая-то девушка спасается от преследующих её орков. Погоня настигала беглянку, потрясая ятаганами и оглашая окрестности торжествующим рёвом.
  Арагволд выхватил меч и послал верного вороного наперерез бандитам.
  - Подожди нас, у тебя же нет мифрильной брони! - завопил Моторин.
  Их с Малышом хазгские лошадки были выносливы, но в скорости значительно уступали коню истерлинга. Гномы спешили изо всех сил, радуясь возможности сразиться со своим извечным врагом, но Арагволд их значительно опережал. Бродо решил, что в ближнем бою своим друзьям он плохой помощник, и выхватил эльфийский лук, доставшийся ему по наследству от Фолко Великого.
  - О, Эру! Она ещё и с ребёнком! - вскричала испуганная хоббитянка.
  И действительно, запыхавшаяся девушка прижимала к себе на бегу крохотное существо, бывшее, по всей видимости, её дитём. Она бежала из последних сил, но безжалостные преследователи были уже рядом. Один из них что-то злобно рявкнул и замахнулся ятаганом. Несчастная жертва попыталась закрыть собой ребёнка. Казалось, её смерть неизбежна.
  Однако в последний момент стрела, пущенная умелой рукой Бродо, сразила убийцу. Невысоклик не зря был чемпионом Хоббитании по стрельбе.
  Но на сей раз Бродо не испытал радости от точного выстрела. Внутри его словно что-то оборвалось. По телу хоббита пробежала дрожь, ему ещё никогда не приходилось убивать, даже орка. Руки хоббита как бы сами собой опустились, к глазам подступили непрошеные слёзы, а горло наоборот пересохло.
  Измученная беглянка сделала над собой сверхусилие и, совершив последний рывок, рухнула в пыль перед копытами пони хоббитов. Между ней и преследователями уже оказались гномы и капитан истерлингской гвардии.
  Вырвавшийся далеко вперёд Арагволд на полном скаку снёс голову ближайшему орку. По инерции он промчался вперёд и оказался в тылу у бандитов. Развернувшись, капитан напал на троих оставшихся убийц. Соперник ему достался серьёзный, истерлинг узнал в этих огромных и свирепых гоблинах урукхаев из Рейха. Ему пришлось бы тяжело наедине с ними, но на помощь уже подоспели гномы.
  Урки, как прозвали бандитов из Рейха в Арноре, оказались между молотом и наковальней. Они дрались со свирепым отчаянием загнанных зверей, пытаясь встать спина к спине. Но гномы и Арагволд не позволили им улучшить позицию.
  Тангары, соскочив со своих лошадок, по своему обыкновению бились пешими, а потомок степных воинов сражался верхом. Уродливые рожи урков были ещё больше искажены ненавистью и злобой. Они не собирались просить пощады, желая только одного: убивать. Но достать конного Арагволда, чей меч был длиннее их ятаганов, им не удавалось, пробить мифриловый доспех - тем более. А вот меч капитана, топор Моторина и, мелькающие словно ножи огромной мясорубки, клинки Малыша сделали своё дело. Пять орочьих трупов остались лежать на поле брани в лужах тёмно-бордовой, почти совсем чёрной крови.
  - Арагволд, ты не ранен? - осведомился озабоченный Моторин.
  - Спасибо, я цел.
  Гномы подошли к своим лошадкам, Из дорожной сумки маленького гнома моментально вылез храбрый Карлсон:
  - Ну как, Малыш, всё в порядке? Протезы не заедали?
  - Какого Моргота?! - рассвирепел маленький гном. - Я ж тебя просил!
  - О чём это он? - удивлённо спросил Арагволд.
  - Да так... - замялся Малыш и покраснел.
  - Говори-говори, - настойчиво потребовал Моторин. - Ты ничего не должен скрывать от своих друзей. Тем более что впереди нам предстоит ещё множество испытаний, и мы должны полностью быть уверенными друг в друге.
  - Мне тяжело в этом признаться. Дело в том, что, когда я был маленьким, мне отрезало обе руки вагонеткой (такой специальной тачкой для перевозки добытой руды). Но я очень хотел владеть мечом и кинжалом так же искусно как все в роду Строри. Мне сделали отличные протезы, и я днями и ночами тренировался. Думаю, что сегодня ни моему отцу, ни Малышу Забияке за меня не было бы стыдно.
  - Да, ты хорошо управлялся с клинками, никогда бы не подумал, что у тебя протезы! - восхитился человек.
  - Молодец, ты настоящий гном! - похвалил Моторин и хлопнул своего собрата по плечу. - Я даже рад тому, что узнал об этом, выходит у тебя огромная сила воли.
  Польщённый Малыш улыбнулся:
  - Спасибо, вы - настоящие друзья!
  
  Глава 17. Спасённая девушка
  
  Гномы взяли под уздцы своих хазгских лошадок и вместе с Арагволдом вернулись к хоббитам.
  Ромашка склонилась над распростёртой на дороге жертвой бандитов. Под голову девушки уже было подложено скатанное одеяло. Беглянка всё ещё тяжело дышала, глаза её оставались расширенными от ужаса, она никак не могла поверить, что всё уже позади. Рядом в нелепой позе застыл с ребёнком на руках растерянный хоббит.
  - Как мы почикали этих мерзких уруков! - гордо провозгласил Карлсон. Девушка вся вздрогнула и сжалась, словно ожидая удара.
  - Урукхайка?! - присмотревшись, сделал неожиданное открытие Моторин. Он был неприятно поражён.
  - Ты жалеешь, что спас её?! - упрекнул его Арагволд.
  - Что ж мы - звери? - вставил Малыш.
  - Я не жалею, но никогда не думал, что буду помогать урукхаям. Ведь они - народ Тьмы и наши исконные Враги!
  Несчастная девушка дрожала мелкой дрожью.
  - Да хватит вам, изверги! - прикрикнула на них рассерженная Ромашка. - Вы для того её избавили от убийц, чтобы запугать до смерти?!
  - Крепко же в вас, гномов, въелись расовые предрассудки, - молвил истерлинг.
  - А ты уже прочёл как урукхай спас наших предков? - вмешался Бродо.
  - Да прочитаю я твою Красную Книгу! - раздражённо отозвался гном.
  - Урукхаи - вполне нормальный народ, - гнул своё Арагволд. - Они наши давние и верные союзники.
  - А как же эти?! - ехидно спросил Малыш и махнул рукой в направлении трупов.
  - Эти подонки явно из так называемого Рейха.
  - Что за Рейх? - заинтересовался Моторин.
  - Он расположен где-то в Безымянных Горах. Там собрались разные уголовники и отщепенцы, словом всякий сброд, не признающий законов Урукхайского Королевства. У них даже кровь почти чёрная, вы сами видели. Эти урки, как мы их называем, люто ненавидят гномов. Иногда они своими налётами тревожат Ангмар, но так далеко на юг урки забрались впервые.
  - И Терлинг XIV терпит это? - спросил возмущённый Моторин.
  - Почему он не ударит по их базам в Рейхе? - поддержал его Малыш.
  - Это было бы вмешательством во внутренние дела наших союзников.
  - Что же они сами тогда не наведут порядок? - продолжал наседать Моторин.
  - Правительство Урукхайского Королевства каждый раз приносит официальные извинения. Но, по их словам, обезвредить логово бандитов в горах практически невозможно.
  - Прекрасно! - язвительно воскликнул Моторин. - Все бездействуют и ждут пока проклятая нечисть размножится. А ведь эти твари плодятся очень быстро!
  - Мы ничего не можем сделать, - устало ответил капитан истерлингской гвардии Арнора. - К тому же, кучка бандитов - пустяк. Нас сейчас гораздо больше беспокоят коричневые нуменорцы - главная угроза безопасности нашего государства.
  - Мнда, - задумчиво протянул хоббит. - Сначала Истинные нуменорцы, потом то чёрное существо, теперь вот этот Рейх... Похоже, Понадол прав: над миром вновь сгущаются грозовые тучи.
  - Это мы с тобой поняли ещё в Бэкланде, не зря же мы создали Отряд Спасителей. Но вот откуда ветер дует? Кому опять понадобилось раскачивать Средиземье?
  - Да ещё и загадочная Корона Средиземской Империи, - добавил Малыш.
  - Когда поднимается вопрос о короне, это явно не к добру, - заметил Арагволд. - В лучшем случае жди дворцового переворота, а в худшем - большой войны.
  - Эй вы, стратеги! - встрял в их разговор Карлсон. В словах его слышалась неприкрытая насмешка. - Подумайте лучше, что нам делать со спасённой урукхайкой.
  Их взоры обратились к лежащей на дороге девушке. Вся в пыли, которую пот превратил в грязь, со свалявшимися волосами, цвет которых определить сейчас было невозможно и расширенными от пережитого ужаса зрачками глаз, она выглядела такой несчастной и беззащитной, что её просто нельзя было не пожалеть.
  - Как твоё имя и почему за тобой гнались эти бандиты? - задал ей вопрос Моторин.
  Но девушка смотрела испуганными глазами на гнома и молчала.
  - Может она немая? - пробурчал Малыш.
  - Оставьте её в покое, ей и так сегодня досталось! - потребовала хоббитянка тоном, не терпящим возражений. - Вы бы слышали, как бьётся её сердце!
  - Но что нам делать с ней и с ребёнком?! - вновь задал мучавший всех вопрос Моторин.
  - Надо взять её с собой, - произнёс Арагволд.
  - Ты с ума сошёл! - завопил Карлсон. - Мы не можем с ними нянчиться, нам ещё Средиземье спасать!
  - Сам ты сошёл с ума! - завёлся человек. - Ты что хочешь бросить её здесь одну, в таком состоянии, да ещё и с ребёнком?!!!
  - Не бойся, никуда они не денутся, - проворковала Ромашка, склоняясь над урукхайкой. - А в ближайшей деревне мы тебя приведём в нормальный вид: отмоем, расчешем, и будешь ты у нас настоящая красавица!
  Девушка ещё больше смутилась и принялась лихорадочно отряхиваться.
  - Значит так, - веско сказал Моторин. - Она поедет с нами до ближайшего селения, а там видно будет.
  - На чём это она поедет? - поинтересовался Малыш.
  - На моём коне, двоих Вран вполне выдержит, - ответил Арагволд. И спросил, подойдя к измученной девушке:
  - Ты не против?
  Та молча кивнула. Истерлинг истолковал это как одобрение. Он бережно подхватил беглянку своими сильными руками и посадил на послушного вороного. Вран даже согнул ноги, чтобы ему было удобнее, полностью одобряя действия хозяина.
  - Э-э, а как же мальчик? - забеспокоился хоббит, всё ещё державший на руках ребёнка.
  - Давай его сюда, - сказала Ромашка и протянула руки. - Я люблю детей!
  Бродо с готовностью передал ей ребёнка. Хоббитянка тут же с воодушевлением принялась его баюкать. В глазах мальчика не было страха, он с любопытством взирал на окружающих.
  - Лихая наездница, с ним ты свалишься с лошади, - поддел её Карлсон. - И сама убьёшься и пацана угробишь!
  - Не дождётесь!
   - Теперь мы настоящий Отряд Спасителей! - резюмировал довольный хоббит. Он был счастлив, что наконец-то избавился от ребёнка.
  
  Глава 18. Банный день
  
  Всю дорогу до ближайшей деревни Арагволд придерживал сидящую впереди него на коне урукхайку за тонкую талию. Девушка доверчиво прижалась к истерлингу, но стоило тому попытаться узнать её имя и за что её преследовали урки, как он сразу же ощутил, что между ними глухой барьер. Урукхайка вся напряглась:
  - Пожалуйста, не спрашивай ни о чём. Наверное, потом я всё объясню. Но только не сейчас.
  Ей хотелось хотя бы на какое-то время забыть обо всём. Забыть кто она такая и, ни о чём не думая, просто так нестись вперёд, сидя на коне рядом с сильным и надёжным Арагволдом. Остаток пути они ехали молча.
  Ромашка всю дорогу качала ребёнка и распространялась о том, как важно для женщины, чтобы её волосы (особенно на ногах) всегда были чистыми, и о том, что женщине обязательно нужно мыть голову хотя бы через день, а уж ноги - ежедневно. Но её никто не слушал.
  Бродо вспоминал историю путешествий Отряда Хранителей, Бильбо с гномами и Фолко Великого с компанией. Там женщин с собой никогда не брали... Хотя, в приключениях с Адамантом Хенны за Фолко увязалась юная Эовин. Но уж детей в отрядах вообще не было, тут они точно первые!
  Суровый Моторин раздумывал, что делать с урукхайкой и ребёнком дальше. Даже обычно беспечный Малыш был погружён в какие-то размышления, и лишь Карлсон беззаботно спал в своей сумке.
  Когда Отряд Спасителей въехал в поселение, Моторин объявил:
  - Сегодня у нас банный день. Право помыться первыми мы уступаем дамам. Сбор назначается в этом кабачке... Тьфу, даже вывески нет!
  Ромашка с урукхайкой, захватив ребёнка, отправились в местную баню. Пронырливый карлик хотел, было последовать за ними и проследить за сей процедурой, но раздумал. Он решил, что после эльфин это уже не произведёт на него впечатления.
  Как только женщины удалились, Моторин радостно потёр руки:
  - Теперь никто не помешает нам достойно отметить боевое крещение Отряда!
  - Ну ты и голова! - восхитился Малыш, и вся пятёрка в отличном расположении духа ввалилась в кабачок. Народу в заведении было мало, поскольку многие уехали на ярмарку в Форност. Нашим друзьям только этого было и надо. Вскоре пиво уже лилось рекой.
  - Молодец, Бродо, как ты снял того гада! - восторженно сказал Моторин, хлопая хоббита по плечу.
  - Честно говоря, если б он не замахнулся на девушку ятаганом, я бы не смог его убить. Мне и сейчас не по себе от этого.
  - Первый раз сие всегда тяжело, - успокоил его опытный Арагволд. - Приходится перешагивать через внутренний моральный барьер. Легче даже умереть самому.
  - Да, убивать непросто, к такому надо привыкнуть, - хихикнул нидинг.
  - Тебе нужно расслабиться, на вот выпей, - молвил Малыш и протянул невысоклику до краёв наполненную пивом большую кружку.
  - За лучшего стрелка Хоббитании! - провозгласил Моторин.
  Они чокнулись и осушили кружки. Затем поочерёдно выпили за каждого из героев стычки: Арагволда, Моторина, Малыша и, даже, за Карлсона. Потом прозвучали тосты за спасённую урукхайку; за её сына, чтоб рос большой; за Ромашку, чтоб она почаще мылась, за прекрасных эльфин и за всех женщин вообще. Так что, вернувшись, хоббитянка с урукхайкой застали всю компанию сидевшей в обнимку и пьяными голосами распевающей 'Морию'.
  - Опять нализались, паразиты! - заорала обозлённая Ромашка.
  - Иди ты в баню! - отозвался карлик и тут же исчез за спинами собутыльников.
  - Топайте сами, грязные алкаши, смотреть на вас противно! Мы-то - девушки чистые, а вы заодно и протрезвеете!
  - Вторая смена: встали, пошли! - скомандовал Моторин. Все пятеро поднялись и, держась друг за друга, спотыкаясь и падая, поплелись к выходу. При этом Малыш, имевший большую практику, ухитрился захватить с собой бочонок.
  - В бане пиво - самый смак! - сообщил он довольно.
  - Что-то сегодня уж больно Средиземье раскачалось! - проговорил хоббит, который не падал только потому, что гномы зажали его с обеих сторон могучими плечами и таким образом провели мимо Ромашки.
  - Чему научится ребёнок, глядя на них?! - проворчала хоббитянка. - Ваши урукхаи так надираются?
  - Бывает, - тихо сказала девушка.
  Между тем собутыльники уже вышли во двор, где могли позволить себе немного расслабиться.
  - А урукхайка-то, вроде ничего, после того как отмылась, - шепнул Моторин Малышу. Эх, ещё бы ей бороду!
  - Ничего особенного, Кира лучше, - также шёпотом отозвался маленький гном.
  - Много вы понимаете! - возмутился умевший слышать всё важное для себя Арагволд. - В вас просто говорят расовые предрассудки! Да она - настоящая красавица! А какие у неё глаза!!!
  Моторин пристально посмотрел на человека:
  - Что ты так кипятишься, почтенный? Ведь и я о том же. Никогда бы не подумал, что урукхай вызовет у меня симпатию. И вообще, мы, гномы, очень серьёзно относимся к любви. Правда, Малыш?
   При упоминании слова 'любовь' бывалый воин почему-то покраснел, а маленький гном лишь пожал плечами.
   В результате этого движения Бродо сполз на землю. Но друзья не бросили хоббита в беде. Они дотащили его до бани и там, вылив на него пару вёдер, привели в чувство.
  
  Глава 19. Зловещий сон
  
  После бани хоббит смог уже самостоятельно добраться до постели. В этот день на долю всей компании выпало столько приключений и переживаний, что мужчины даже отказались от традиционного сеанса у палантира.
  Бродо, как и его товарищи, сразу отрубился. Лишь под утро ему приснился странный сон.
  Хоббит сидел у себя дома и грелся у жаркого камина. Он покуривал трубочку, пуская фигурные колечки, и, не спеша, потягивал пивко. Было по-домашнему тепло и уютно. Неожиданно в дверь постучали.
  Отодвинув засов, невысоклик обнаружил на пороге незнакомца огромного роста с застенчивой улыбкой начинающего маньяка.
  - Добрый вечер! - сказал незнакомец и улыбнулся ещё шире.
  - Добрый вечер! - приветливо ответил Бродо и попытался закрыть дверь.
  Но пришелец был гораздо сильнее и с лёгкостью пресёк эти действия хоббита. Он, сгибаясь в три погибели, проник в комнату и по-хозяйски расположился на стуле. Однако стул не выдержал и рассыпался под его тяжестью.
  - Что ж, посидим на полу, я не гордый, - заявил незнакомец, смущённо разводя руками, словно многоопытный палач, случайно забывший топор.
  Бродо совершенно растерялся. Он никак не мог понять как вести себя с непрошеным гостем, и почему тот кажется ему до боли знакомым.
  Между тем пришелец продолжал загадочно скалить зубы, подобно успешно завершившему дело убийце:
  - Мной пугают детей, но всё это гнусный поклёп. Не надо меня бояться, давай лучше чай пить.
  - Вам какой? - спросил сбитый с толку невысоклик. - Арнорский или Хоббитширский?
  - Давай Хоббитширский, - ответил незнакомец с обаятельной улыбкой юного живодёра.
  Бродо принёс ему большую кружку и налил чаю. Пришелец тут же опрокинул её себе в рот. Глаза его стали ещё добрее.
  - Хор-роший, Хоббитшир-рский! - похвалил он щерясь с невинностью садиста-любителя. - Ладно, пойду я. Шибко тут у тебя светло, аж глазам больно.
  Незнакомец поднялся. Даже согнувшись в три погибели, он с трудом вписывался в непредусмотренные для таких как он переростков размеры помещения. И только тут хоббит заметил на его шее массивную металлическую цепь.
  - А зовут меня, Мелькор! - сообщил великан, протиснувшись к порогу и обернувшись. - Я ещё вернусь.
  Сказав эти слова, он напоследок одарил Бродо милой улыбкой старого извращенца и скрылся в дверях.
  - Моргот с цепи сорвался! - истошно заголосил Бродо и проснулся.
   Вся компания, ничего не понимая, сбежалась в панике на его крик. Узнав в чём дело, Моторин не допускающим возражения тоном заявил:
  - Ты бы ещё сказал, что вдоль дороги Назгулы с косами стоят! Брехня всё это! Вот если б ещё Синий Цветок или какое-нибудь там Кольцо... А так брехня!
  - Брехня! - подтвердил Малыш.
  - Брехня, - неуверенно повторил хоббит.
  - Ну вот, уже до Моргота допился! - набросилась на него Ромашка.
  - Спокойно, - отрезал Моторин. - Одно я знаю точно - ехать надо!
  - А урукхайка? - поинтересовался карлик.
  - Я ей коня уже купил, - похвалился Арагволд. - Ведь ты с нами?
  - Да, - скромно глядя в землю своими большими зелёными глазами, смущённо вымолвила девушка.
  - А, ладно! - могучий тангар безнадёжно махнул рукой. - Пусть едет. Время не ждёт. На конь!
  Вскоре деревня, в которой они так славно отдохнули, уже скрылась из виду.
  - Как думаешь, спасём Средиземье? - спросил человек.
  - Спасём! - твёрдо ответил Моторин.
  - Хотя, вполне возможно, что и не спасём! - хмуро отозвался Бродо. Голова болела после вчерашней пирушки. Страшный сон не шёл у него из головы, да и злоключения Фолко он хорошо помнил.
  - Нет спасём! Обязательно спасём!!! - бодро воскликнул маленький гном.
  Книга II. Отряд разделяется
  
  Средь сумрачных северных скал,
  Где вечно снега и мороз,
  Нет места приличным цветам,
  Но этот упрямо рос.
  
  Садовник за ним не следил,
   Он обходил те места,
   В которых никто не жил,
   И метка стояла Зла.
  
   Здесь почва тверда и скудна,
   Неласков солнечный свет,
   Влага лишь в виде льда,
   И жизни практически нет.
  
  'Засохнет!' - твердили все.
  А вырос - сказали: 'сорняк!'
  Но он расцветал всем назло,
  Не ждя от природы благ.
  
  Глава 1. Синий Цветок
  
  - Хозяин, ещё пива! - рявкнул Моторин.
  Они сидели в одном из многочисленных трактиров, которые за последние триста лет выросли по всему Новому Тракту как грибы после дождя. Эта местность теперь была густо заселена, а дорога представляла собой бесконечный базар, на котором можно было купить всё, от хоббитянской репы до валинорской гуманитарной помощи.
  Наши путешественники устали пробираться сквозь нескончаемые ряды прилавков и отбиваться от пухлых и розовощёких крестьянок, настойчиво предлагавших им свои товары. Таких преград не приходилось преодолевать и великим героям прошлого.
  - Кто же раскачивает Средиземье? - снова задал Моторин свой извечный философский вопрос.
  - Мы не ближе к разгадке, чем в Пригорье, - сокрушённо молвил Бродо, чувствуя, что после гномской дозы пива почва уходит у него из-под ног.
  Внезапно Эльфийский кинжал стал стремительно нагреваться, мгновенно протрезвев хоббита. В этот момент дверь распахнулась настежь, и в помещение вломились трое громил в коричневых плащах. На плече у каждого была заметна эмблема: маленькая чёрная трёхзубчатая корона и буквы 'СС'.
   Посетители в ужасе жались по углам. Громилы, задевая и опрокидывая столы и стулья, подошли к стойке. За их предводителем волочился по земле длинный чёрный меч, и этим мечом он, на свою беду, опрокинул маленький стульчик Карлсона. Пока люди в коричневых плащах что-то тихо говорили перепуганному хозяину, гордый карлик вскочил, выхватил свой мечик и бросился на обидчика.
  Громила внезапно почувствовал острый укол в щиколотку и от боли запрыгал на одной ноге, не понимая, что за муха его укусила. Бродо решил помочь другу и метнул табуретку. Предмет мебели, пущенный твёрдой рукой хоббита, угодил точно в голову трактирщика, и тот упал за стойку. Громилы обнажили мечи, но их уже окружали гномы и Арагволд. Моторин занёс топор, а Малыш бешено вращал свои клинки под воинственный скрип протезов. Однако весь кайф им испортил Бродо, который веером швырнул три ножа, каждый из которых нашёл горло врага.
  - Что ты наделал? Их нужно было допросить! - набросился на него Арагволд.
  - Прости, я нечаянно, - потупил глаза Бродо.
  Тем временем хозяин, поглаживая здоровенную шишку на голове, выполз из-за стойки.
  - Спасибо, что спасли меня.
  - Кто это был? - строго спросил Моторин.
  - Истинные нуменорцы.
  - Чего хотели?
  - Они собирают добровольные пожертвования для великого фюрера Адольфина.
  - Что за великий фюрер? - нахмурился Арагволд.
  - Ну, вождь Истинных нуменорцев, из Райвендела.
  - Но вы же не обязаны давать им деньги! - возмутился Бродо.
  - Обязан, я вступил в НСДАП.
  - Чего? - не понял Малыш.
  - Нуменор-Средиземскую Дунаданскую Адольфинскую Партию.
  - И с чем это едят? - пискнул Карлсон.
  - Что тут непонятного? - удивился начитанный хоббит. - Нуменор был родиной созданных валарами сверхлюдей. Им даровали мудрость, власть над пришедшими следом и срок жизни намного более долгий, чем у прочих смертных. Не удивительно, что нуменорцы возгордились. Они называли себя дунаданами (людьми Запада) и считали, что во всех отношениях выше жалких восточных варваров. Железом и кровью они насаждали западные ценности в Средиземье, считая жизни варваров малой ценой за приобщение к своей великой культуре. Потом они подняли руку на своих создателей, но их быстро опустили вместе с островом на самое дно.
  - Вот-вот, - поддакнул хозяин. - Истинные нуменорцы, в основном арнорцы по происхождению и считаю себя единственными наследниками 'людей с Запада', а значит и всего Средиземья.
  - Логично, ведь Арнор и Гондор основаны выходцами из Нуменора, - отметил Бродо.
   - Но вы-то зачем вступили в их бредовую секту? - поразился Моторин.
  - На всякий случай. Ведь если они придут к власти, то будут вырезать всех неполноценных, а у меня дед из истерлингов.
  - А что это означает? - спросил Арагволд, ткнув в зелёные буквы на плече покойника.
  - 'СС' - это Служба Следопытов. Они что-то ищут по всему Средиземью, но я не знаю, что. А заодно собирают пожертвования. Но ведь я платил им только три дня назад!
  Не долго думая, капитан арнорской гвардии снял с трупа коричневый плащ и надел его на себя.
  - Хозяин, пиши мне рекомендацию в НСДАП. Я должен внедриться в их логово и провести там разведку. А вы идите в Аннуминас, расскажите королю обо всём, что увидели. Пусть собирает войска, нужно вычистить этот гадюжник.
  - А нас пустят? - засомневался Малыш.
  - Моё имя кое-что значит при дворе, - важно молвил Арагволд и выпятил грудь.
  - Но мы же сами не знаем толком, в чём дело, - попробовал возразить Моторин.
  - Хорошо было Фолко, у него был Синий Цветок, и Гэндальф ему являлся, - вставил хоббит.
  - О, мой господин, - воскликнул хозяин. - Синий Цветок - большая редкость и дорогое удовольствие, но вы меня спасли, и я дам вам его бесплатно. Вам тоже будет хорошо. Тут один так нанюхался, что не то, что Гэндальфа - Саурона увидал.
  Через несколько минут Бродо уже держал в руке заветный цветок. По виду он напоминал василёк, обычный в этих местах сорняк, растущий во ржи и других злаках. Однако Синий Цветок был значительно темнее и Эльфийский кинжал как-то по-особому потеплел, видно узнал в нём что-то родное. 'Какой красивый', - подумал хоббит и понюхал. Перед ним тут же возникло разгневанное бородатое лицо мага.
  Несмотря на шоковое состояние, знаток Красной Книги сразу опознал в нём Гэндальфа. 'Лёгок на помине!' - изумился про себя невысоклик.
  - Цветочки, значит, нюхаешь, пивко, стало быть, попиваешь!
  - А что? - виновато спросил Бродо.
  - А Средиземье кто спасать будет? Фашизм поднимает голову, Канат Мирового Равновесия натянут так, что вот-вот лопнет...
  - А что такое фашизм? - робко поинтересовался хоббит.
  - Да, что с тобой говорить, всё равно не поймёшь!
  - Мы университетов не кончали, - обиделся Бродо. - Вот Фолко без всяких выкрутасов сказали, - убей того-то, - и всё понятно.
  - Ишь ты, какой наёмный киллер выискался! Да тут наши агенты ничего понять не могут, а они ни чета тебе. Кстати, может быть, встретишься с ними, они помогут, но ты должен докопаться до всего сам.
  - А как я их узнаю?
  - О! Нашего агента любой отличит с первого взгляда. Они опытные разведчики и непревзойдённые мастера маскировки. Перстень принца Форвэ у тебя?
  - Конечно! - гордо ответил юный хоббит.
  - Хорошо. Нам с Авари не по пути, но тебе они помогут. Короче, делайте, как сказал Арагволд. Многое будет зависеть от того, сумеете ли вы убедить Терлинга XIV. Всё в твоих руках, невысоклик. И за что я люблю этих хоббитов?!..
  Данная фраза была последним, что услышал Бродо перед тем, как очнуться.
  Открыв глаза, он увидел льющуюся на него из ведра воду и встревоженные лица друзей.
  - Как на вас, половинчиков, сильно действует, - пробормотал трактирщик. - Обычные синяки-то только слегка окосеют.
  - Всё в порядке, я видел Гэндальфа. Он сказал, что нужно слушать Арагволда.
  - Значит, они признали Истерлингскую Династию! - обрадовался капитан.
  - Везёт же этим хоббитам, умеют ловить кайф! - завистливо пробормотал хозяин, потирая шишку.
  
  Глава 2. Блудные Дети
  
  Бедная девушка снова печально посмотрела в зеркало. 'Почему я так безобразна?' - в очередной раз спрашивала она себя. Комплекс неполноценности всю жизнь преследовал несчастную урукхайку. А ведь у девушки был богатейший генофонд. Подобно человеческим женщинам, она была стройна и длиннонога. Черты её лица были достаточно правильны, а некоторая орочья кривоватость и косоротость даже придавали внешности особую пикантность. Её длинным чёрным волосам могли бы позавидовать женщины любой расы и национальности, но главным украшением этой девушки были, без сомнения, глаза. Сии зелёные зеркала души, большие и чувственные, без сомнения указывали на то, что в жилах их обладательницы течёт эльфийская кровь.
  В этом не было ничего удивительного, ведь именно эльфы были исходным материалом при создании орков. Мелькор пытался уничтожить в них всё эльфийское, но до конца сделать этого не смог, и через множество поколений, когда его чары стали ослабевать, подавляемые прежде дивные эльфийские гены стали всё чаще заявлять о себе.
  Но бедной девушке, ничего не знавшей о тайнах генной инженерии, эти прекрасные глаза приносили одни несчастья. Её отец избил свою жену, безуспешно пытаясь дознаться, с кем она ему так изменила. Мальчишки задразнили её 'большеглазой'. Да что мальчишки, даже почтенные граждане Урукхайского Королевства, давно отгородившегося от националистов из Рейха Баградской Стеной, считали отсутствие косоглазия страшным уродством. Ей даже пытались сделать пластическую операцию, но то, что создал сам Эру, не вырубить и топором. Сие оказалось не под силу даже создателю орков Морготу.
  Эти невесёлые мысли были прерваны детским плачем. Урукхайка немедленно обернулась к сыну. В её взгляде читались тревога и материнская любовь. - 'Не бойся, мой родной, никому я тебя не отдам, и никто не посмеет назвать тебя уродцем!'
  Ребёнок тут же перестал плакать. Он понимающе, посмотрел на мать глазами, в которых проглядывала недетская мудрость.
  Его действительно трудно было назвать уродом, скорее он походил на ангелочка. Мальчик был живым воплощением загоравшейся зари народа Блудных Детей Эру - урукхаев.
  Сложным и тернистым был путь этого юного народа. Лишь три столетия назад урукхаи смогли основать независимое королевство, что наконец-то позволило им приступить к реализации своего богатейшего потенциала. Впервые они получили собственного короля, Урукбаши, и уж совсем беспрецедентными для Средиземья стали выборы Великого Курултая. Благодаря этим всенародным выборам, в Курултае были представлены все четыре основных политических течения, каждое из которых по-своему видело пути дальнейшего развития королевства:
  1. Эльфиниты - считают урукхаев прямыми наследниками эльфийской культуры. 'Мы - эльфы, только болеем', - такова была суть их позиции. Однако идеи эльфинитов не пользовались большой популярностью в народе, и сторонников они приобрели мало. Это объяснялось заложенной ещё Мелькором инстинктивной неприязнью к эльфам.
  2. Белоручки - сторонники Белой Руки. Кто он такой был на самом деле, уже никто не помнил (то же можно сказать и об эльфах), но на Площади Независимости стояла белая фигура, указывающая распростёртой дланью в неопределённом направлении. Подобные памятники торчали по всей стране и указывали в самые разные стороны.
  3. Гомики - сторонники человеческого пути: 'Мы наполовину люди, и ближе всего к нам тоже люди, так будем, как люди'. Более популярны, чем предыдущие два течения. Однако, как пел известный менестрель и кумир молодёжи Лихак, 'урукхай человеку орк'.
  4. Чеписты - сторонники Четвёртого Пути (ЧП). Самое популярное течение урукхайской мысли. Выступают за самобытность, свой собственный путь: 'Мы не полулюди, мы не полуорки, мы не недоэльфы, мы - урукхаи, великий и свободный народ!' Чеписты получили большинство мест в Великом Курултае - первом в истории Средиземья парламенте. На их стороне был сам Урукбаши и прогрессивная интеллигенция. Выдающийся писатель Урук Хаям написал великий эпос о тяжёлой судьбе народа, который впервые в истории Арды тянулся от Тьмы к Свету. О злом роке, выпавшем урукхаям, пел и ещё один кумир молодежи - Косяк:
  
  Чёрно-красный мой цвет,
  Но он выбран, увы, не мной.
  Кто-то очень похожий на стены
  Давит меня собой.
  Я продолжаю петь чьи-то слова,
  Но кто играет мной? А?
  
  Полны горьких раздумий и страстной жажды свободы такие песни урукхайских менестрелей, как 'Красное на чёрном', 'Моя северная страна', 'Отход на север', 'Следы на снегу', 'Поживём - увидим', 'Моё поколение'. Они посвящены тем, кто 'идёт своей тропой' и пронизаны острой болью, а порой даже безысходностью, но 'эпилогом - любовь'.
  Наиболее же злобные урукхаи (у которых преобладали орочьи гены, за что их прозвали 'урки') бежали через Баградскую Стену в никем не признанный Рейх. Власти практически не препятствовали миграции, так как это сулило им двойную выгоду: во-первых, королевство избавлялось от потенциально опасных и уголовных элементов, а во-вторых, ещё более улучшался генофонд нации. В результате такого отбора, с каждым годом Рейх всё более темнел, а королевство светлело и расцветало. Официально запрещённые в королевстве организации ОУН (Организация Урукхайских Националистов) и Урух беспрепятственно вербовали добровольцев в Рейх, а в обмен националисты не трогали соплеменников, обращая всю свою злобу против 'неполноценных' народов гномов и хоббитов, заодно доставалось и людям.
  К нашей урукхайке все эти политические хитросплетения имели самое непосредственное отношение. Эх, знали бы её спутники, с кем их свела дорога!
  В этот момент дверь открылась, и из парикмахерского салона вышла радостная и беззаботная Ромашка Хавкинс. Она была в мини-юбке, что позволяло ей во всей красе продемонстрировать свою новую причёску. Её густые шелковистые волосы на обеих ногах были завиты в роскошные локоны, а с коленок свисали маленькие кокетливые косички. 'Почему у меня такие лысые ноги?!' - сокрушённо подумала несчастная урукхайка.
  - А вот и я! - гордо произнесла Ромашка. - Пора идти к нашим мужикам, а то без нас они совсем напьются!
  
  Глава 3. Тайная миссия Авари
  
  Пятеро друзей, пошатываясь, встали из-за столика навстречу своим дамам.
  - Нечего сказать, хороши! - молвила с упреком хоббитянка.
  - Нет, это ты хороша, ты просто прелесть! - ответил Бродо. 'Эх, жаль не время сейчас, международная обстановка напряжённая', - грустно подумал хоббит, с трудом отрывая взгляд от её обольстительных ножек.
   'А Кира лучше', - мелькнула мысль у Малыша, и он нежно погладил свою секиру, которую не променял бы на всех женщин Арды.
  'Странные люди эти хоббиты, - подумал суровый Моторин. - Вот если бы всё это было на бороде!..'
   'Странные гномы эти хоббиты', - помыслил в свою очередь Арагволд.
   А Карлсон только вздохнул: ему вспомнилась Дюймовочка, которую он уже давно не видел и неизвестно когда ещё увидит.
  - Что это вы такие? - вопросила Ромашка.
  - Да вот с другом прощаемся, - кивнул Малыш в сторону Арагволда.
  - Вы от нас уходите? - обречённо спросила урукхайка, смотря на капитана своими большими, полными непонятной тоски глазами.
  - Приходится, - ответил Арагволд и отвёл взгляд.
  Затем он вкратце поведал дамам о тех событиях, которые произошли, пока Ромашка делала причёску. На лице ребенка отразилось понимание. Все молча переживали скорую разлуку.
  Тишину нарушило появлением хозяина:
  - Вот-с, написал рекомендацию господину капитану. А это, - он протянул Бродо мешочек с синим порошком, - экстракт из лепестков Синего Цветка. Неизменно превосходный результат! Для вас даже с половиной дозы!
  Отряд Спасителей с ноткой грусти поблагодарил трактирщика. Теперь, увы, больше не было причин, чтобы оттягивать расставание. И тут хоббит радостно воскликнул:
  - Стойте! Я совсем забыл, ведь надо связаться с принцем Форвэ!
  Все были рады этой отсрочке, и, столпившись вокруг Бродо, с интересом наблюдали, как он колдует над перстнем с голубым камнем. Внутри самоцвета в такт биению сердца юного хоббита равномерно взмахивал крылышками алый мотылёк. Бродо зажмурился и попытался слиться с ним в единое целое.
  Наконец они увидели прекрасное, дышащее древней силой лицо, от которого словно исходило сиянье. Свет шёл из глубины таинственной души, недоступной смертным. Густые пепельно-серые волосы охватывал серебристый обруч с крупным агатом. По необычайно глубокому и мягкому блеску обруча гномы догадались, что он сотворён из мифрила.
  - Вы, наверное, не туда попали, - устало отозвался негромкий, исполненный достоинства голос, чистый, низкий и спокойный.
  - Вы принц Форвэ? - не растерялся хоббит, безошибочно опознавший эльфа по описанию в Красной Книге.
  Прекрасное лицо взглянуло на него уже с интересом. Чуть заметно светящиеся изнутри бездонные глаза с огромными тёмными зрачками, казалось, проникли в самую душу хоббита:
  - Да. Но ведь этого не может быть! Неужели я снова вижу нашего старого друга Фолко, которому триста лет назад я подарил свой перстень?!
  - Нет, это не Фолко, но я его прямой потомок, - скромно потупился Бродо, в тайне гордый тем, что его приняли за знаменитого предка. После того, как он назвался, лицо принца окончательно прояснилось:
  - Как хорошо, Заскокинс, что ты вышел на меня! Ведь мы почти ничего не знаем о западе Средиземья! Что там у вас творится?
  Форвэ жадно выслушал рассказ о приключениях хоббита и спросил:
  - Вы ведь не очень торопитесь?
  - Нет, а что?
  - Тут на подходе наш отряд быстрого реагирования 'Авария' в составе Амрода, Беарнаса и Маэлнора. Надо бы вам встретиться и скоординировать свои усилия.
  - Но каковы цели Авари? - вмешался Арагволд.
  - Нас тоже беспокоят дела Средиземья, а, кроме того, есть у нас и своя миссия.
  - Если вы хотите сотрудничать с нами, то мы хотим знать больше! - отрезал Моторин.
  - Хорошо, - промолвил принц после некоторой паузы. - Вы имеете право узнать это.
  Дело в том, что вслед за Эпохой Людей придёт время Блудных Детей Эру, которых Моргот когда-то сбил с пути к Истинному Свету. Но нет темы вне Илуватара, и таков был замысел его, что сколь тяжёлым и извилистым будет путь этого народа, столь же прекрасным станет его расцвет.
  Мы, естественно, решили помочь нашим бедным братьям и отправили в Мордор с просветительской миссией Амрода, Беарнаса и Маэлнора. Однако, несмотря на все старания, труды наших миссионеров не принесли плодов. То ли Мордор настолько проклятое место, то ли почва пока не созрела для семян просвещения...
  И тут мы вспомнили об урукхаях, которые ещё во времена Фолко искали свой собственный путь к Свету. В итоге, 'Авария' впервые за последние триста лет оказалась к западу от Мглистых Гор, и сейчас уже недалеко от вас.
  Все были очень рады тому, что разлука вновь откладывается, но особенно обрадовались Бродо, Малыш и Моторин, которым представилась уникальная возможность встретить друзей своих знаменитых предков.
  Сложные чувства наполнили душу урукхайки. С одной стороны - гордость за свой народ, а с другой - щемящая тоска по покинутой родине. Облик эльфа странно взволновал её. В нём было что-то очень далёкое, неземное, и одновременно что-то близкое и знакомое; нечто притягивающее, и одновременно запретное, пугающее и отталкивающее. А впереди предстояло уже непосредственное знакомство с тремя представителями этого дивного народа.
  - Вот только при виде эльфов сбежится куча людей, - задумчиво произнёс принц. - Вот что, сделаем так... Вы знаете поляну у сломанного дуба?
  Спутники переглянулись и молча пожали плечами.
  - А хотите спасти Средиземье, - устало сказал Форвэ. - Ну, ничего, спросите у кого-нибудь, хоть у трактирщика. И ещё, я надеюсь, вы понимаете, что о нашем разговоре никто не должен знать, особенно эти проныры из Валинора.
  - А я вот не понимаю, - встрял Малыш. - Вы светлые и они светлые, почему бы вам не объединиться? Чего вы не поделили?
  - Запад есть запад, а восток есть восток, и вместе им не сойтись, - произнёс Форвэ изменившимся тоном, и его мудрые проницательные глаза упрямо блеснули. - Все, кто польстился на Дарёный Свет и сытую жизнь, уже эмигрировали на Запад. В Средиземье больше нет ни Моргота, ни Саурона, но они всё ищут поводы для вмешательства в нашу жизнь, хотят, чтобы мы плясали под дудку этого маньяка Манвэ! У них мания величия! Они считают нас дикими, - но лучше быть дикими, чем стать домашними животными валаров!
  Бродо почувствовал, что Форвэ задет за живое. Эльфийский принц даже в гневе был прекрасен. Его лицо излучало гордость за свой народ и презрение ко всему заокеанскому, а из-под сдвинутых густых бровей сверкали грозные молнии.
  - Я и мои друзья обещаем сохранить всё услышанное в тайне, - поспешил заверить его хоббит.
  - Ну, вот и хорошо, - молвил Форвэ, остывая. - Счастливого вам пути, а меня ждут другие дела.
  
  Глава 4. Белый Странник
  
  - Слушай, хозяин, где тут у вас поляна со сломанным дубом? - поинтересовался Моторин.
  - О, это близко. Выйдете на дорогу и направо в лес, затем налево, потом опять направо, снова налево и прямо на неё и выйдете. Только я бы не советовал туда ходить.
  - Почему? - насторожился Арагволд.
  - В тех местах часто появляется Белый Странник.
  - А кто он такой? - вступил в разговор Малыш.
  - Этого никто не ведает.
  - Он опасен? - встревожилась Ромашка.
  - Он странный, и никто не знает, чего от него ждать.
  - Давайте я разведаю, - пискнул Карлсон.
  - Не нужно, - возразил Моторин, - В нашем Отряде такие великие воины, что мы не боимся какого-то там странника, кем бы он ни был.
  - А если это Саруман? - отозвался Бродо встревожено.
  - Твой предок один справился с этим щенком, - хмыкнул Моторин. - Думаю, от него вреда не больше, чем от того чёрного существа, что увязалось за нами в дороге.
  Спорить с ним никто не стал, и Отряд Спасителей в полном составе отправился указанным маршрутом. Весна всё больше вступала в свои права, на смену сдержанному марту пришёл юный и озорной апрель. Вскоре цветущие яблони и груши придорожного селения сменились межевыми рощицами, постепенно перешедшими в настоящий лес. Весело щебетали птицы, глаз радовала пробивавшаяся сквозь прошлогоднюю листву зелёная травка.
  Но всё же главным признаком весны и возрождения природы были неунывающие подснежники. Ещё не пришло время изнеженных роз, изысканных лилий и прочих цветочных аристократов, капризных и требующих постоянных забот садовника, а упрямые первоцветы уже лезли из земли тут и там, не ожидая ни милостей от природы, ни помощи от человека. 'Вот так и мой бедный народ, гонимый всеми, освоивший Безымянные Горы и Северные Пустоши, отринутый Тьмой и не принятый Светом', - подумала несчастная беженка, глядя на раскрывшийся венчик адониса весеннего, что в этих краях зовут горицвет. Самый первый подснежник, бросающий вызов суровой зиме, был её самым любимым. Крупный одиночный цветок с сильно рассечёнными листьями тёмно-коричневый с прозеленью в закрытом состоянии, что делало его неприметным среди голых стволов кустов и деревьев, он упрямо тянулся к свету и раскрывался, стоило показаться солнышку, являя миру золотистую сердцевину. Вот так же, вероятно, в один прекрасный день наступит расцвет Блудных Детей Эру. Во всяком случае, бедной девушке очень хотелось так думать. Она оглянулась на своего сына. Казалось, мальчик всё понимал и улыбался, глядя на растение, к которому склонилась его мать. Он явно разделял её любовь к этому цветку и даже тянул к нему ручки.
  - Э-э, мальчик, не надо их рвать! - бдительная Ромашка тут же возникла рядом. - Говорят, они редкие, по словам Бродо, их даже в Красную Книгу ещё не занесли!
  - Что ты, нам и в голову такое бы не пришло! - возмутилась юная мама. - В природе они смотрятся гораздо лучше, чем в любом сосуде, да и вазу я с собой не прихватила. Ребёнок утвердительно улыбался. - А тебе они тоже нравятся?
  - Симпатичные, но я больше люблю беленькие, которые растут у нас в Хоббитании, именно их мы считаем настоящими подснежниками. Ладно, пошли, а то отстанем от остальных. Мне бы не хотелось, чтобы на нас, бедных беззащитных женщин, набрёл этот ваш Саруман. Правда, говорят, что он друг урукхайцев.
   'Правда ли, что Белая Рука друг урукхайцев?' - подумала молодая урукхайка и крепче прижала к себе сына. Впрочем, увидев эльфа, она бы уже не очень удивилась, повстречав того, с кем давно была хорошо знакома по многочисленным памятникам.
  Путь действительно оказался близким, а был бы ещё короче, если бы они шли прямо, не виляя то вправо, то влево. Вскоре спасители упёрлись в исполинский дуб, одиноко торчащий посреди небольшой полянки. Старое дерево давно засохло, покрылось мхом и какими-то рыжими грибами. Часть ствола была обломана и валялась рядом. Путешественники, не долго думая, присели на это бревно. В тот же момент из-за группы кустов показалась белёсая фигурка и мгновенно скрылась.
  - Привидение, - шепнул Карлсон.
  - Призрак Сарумана, - отозвался Бродо.
  - Где? - взволнованно спросила урукхайка.
  - Где, где?! - заинтересовалась Ромашка.
  - Молчите, женщины, спугнёте, - сердито зашикал Моторин.
  Через некоторое время существо показалось вновь. Ростом оно было с хоббита, и всё тело его было покрыто белым пухом.
  - Какой хорошенький! - умилённо воскликнула хоббитянка.
  - Типичный Саруман, - компетентно заверил её Бродо.
  - Добрый день, - произнесло существо, подходя ближе.
  - Добрый, - ответил за всех Моторин, вертя в руках топор.
  - Узнаю его вкрадчивый голос, - убеждённо зашептал хоббит, - Он им многих одурачил.
  - Мир вам, хоббиты и гномы, люди, урукхаи и нидинги. Все народы Арды должны жить в любви и дружбе, им всем хватит места для счастливой жизни.
  - Хочет заслужить прощение у Светлой Королевы, - шепнул хоббит, подмигивая Моторину.
  - Все мы ступили на землю Арды, чтобы творить Добро.
  - Саруман, прекрати свою демагогию, мы тебя узнали! - не выдержал наконец Бродо.
  - Ты ошибаешься, брат мой, - ответствовало существо, - Я вовсе не Саруман.
  - А кто же ты? - ехидно спросил хоббит.
  - Я - Смеагорл Просветлённый.
  - Расскажи это кому-нибудь другому. Может быть, ты ещё скажешь, что ты Горлум?
  - Шесть веков назад меня знали под этим именем.
  - Может быть, другой бы тебе и поверил, но я-то знаю, что Горлум погиб в Ородруине, и вообще он был скользким и противным.
  - После очистительного пламени я изменился и внутренне и внешне. И теперь я должен помочь спастись другим. Вот вы, хотите спасения?
  - Нашёл дураков! Сам прыгай в свой Ородруин! - зло сказал Малыш.
  - Вы меня не поняли, я говорю о спасении души.
  - Что Горлум хорошо душил, даже я знаю, - проворчал Моторин. - У нас дело, и нам некогда слушать твои измышления.
  - Пошёл вон, противный! - добавил Малыш.
  Белый Странник взглянул на них, как на обречённых, и поплёлся в чащу.
  - По-моему, это не Саруман, а какой-то сумасшедший, - высказался молчавший всё это время Арагволд.
  - Да, на Белую Руку он не похож, - согласилась с ним разочарованная урукхайка.
  - А на Горлума - тем более, - возразил ей хоббит.
  
  Глава 5. 'Авария'
  
  Внезапно кто-то сзади хлопнул Бродо по плечу. Тот вскочил и попытался выхватить кинжал, почему-то его не предупредивший, но вместо врагов увидел трёх улыбающихся эльфов. Все трое высокие, стройные, облачённые в слабо мерцающие плащи. У одного из них, в дополнение к улыбке, под глазом светился здоровенный синяк.
  'Собственный Свет', - уважительно подумал Моторин.
  'Фингалфин', - решил Малыш.
   'Ох уж мне эта бесшумная эльфийская походка!' - мелькнула мысль у хоббита.
  - Здравствуй, дорогой Фолко, тьфу, то есть Бродо. Принц Форвэ рассказал нам о вас, и я рад приветствовать потомка нашего друга и его спутников. Я - Амрод, а это - Беарнас и Маэлнор.
  Члены маленького отряда представились, лишь урукхайка, вместо того, чтобы назвать своё имя, сделала изящный книксен, да её ребёнок молча улыбался.
  - Какая прекрасная и загадочная девушка! - восхитился Амрод.
  Непривычная к комплиментам беглянка смутилась и покраснела.
  - Неужели вы урукхайка? - продолжил Амрод.
  Смущённая девушка едва заметно кивнула.
  - О, если таков весь ваш народ, то мы не зря забрались в такую даль! - прибавил Маэлнор.
  - Не то, что эти мордорские выродки, Элберет их Гилтониэль! - вставил Беарнас.
  - Не выражайся, здесь женщины и дети, - одёрнул его Амрод. - Кстати, какой чудесный мальчик!
  - Тебе хорошо говорить, а мне эти орки позорные чуть глаз не выбили, - хмуро заметил Беарнас, щупая подбитый глаз.
  - Принц Форвэ говорил нам, что почва ещё не подготовлена, - посочувствовал Бродо.
  - Какая почва?! - слова Амрода были полны горечи. - Эти недоэльфы настолько деградировали, что не поняли не только наш язык, но и всеобщий. Стадо этих грязных и оборванных мутантов вопило что-то нечленораздельное, и швыряло в нас камнями (оружием пользоваться, они, видимо, уже разучились).
  - Да я скорее поверю, что наши братья - балроги, чем признаю своё родство с этими уродами! - воскликнул Маэлнор.
  - Пусть Валинор их просвещает, Элберет его Гилтониэль! - сердито буркнул Беарнас.
  - Ну, я же просил не выражаться, - устало проговорил Амрод и вздохнул. Чувствовалось, что он разделяет эмоции своего товарища.
  - В Рейхе вас тоже явно не поймут, - сочувственно сказала урукхайка. - А вот наши эльфиниты будут очень рады, но их меньшинство, остальные же...
  - Стоп, стоп, - остановил её Амрод. - Мы практически ничего не знаем о вашем королевстве. Нельзя ли поподробнее? Для нас это очень важно и интересно.
  Представительница Блудных Детей не заставила себя долго упрашивать и рассказала им о нелёгком процессе становления урукхайской государственности и различных общественных организациях, умолчав лишь о некоторых скользких моментах взаимоотношений с Рейхом и о своей собственной роли.
  - Большое спасибо, ваш рассказ помог нам сориентироваться. Но вы, очевидно, боитесь, что мы станем навязывать вашему народу свою волю? - спросил Амрод, пристально глядя на девушку.
  - Да, - призналась она и опустила глаза.
  - Это мы-то, которые с самого начала считали, что Собственный Свет всегда лучше Дарёного, - вздохнул Маэлнор.
  - Всё из-за валаров, Элберет их! - проворчал Беарнас. - Наводнили всё своими шпионами, кидают нам подачки в виде гуманитарной помощи, лишь мы одни противостоим духовной оккупации и тлетворному влиянию Запада! Им никогда не удастся сделать нас своими марионетками!
  - Народы Средиземья должны сами решать свою судьбу, - поддержал его Амрод. - И урукхаи здесь не исключение. Другое дело, что самоизоляция ещё никому не шла на пользу. Авари, тоже, надо признать, совершили большую ошибку, отгородившись ото всех триста лет назад. Если бы не пророчество Великого Орлангура, то так и сидели бы, наверное, в своей скорлупе. 'Авария' наделена широкими дипломатическими полномочиями, и я со всей ответственностью заявляю, что мы за равноправное и взаимовыгодное сотрудничество. Эльфы Востока готовы установить с вашим королевством дипломатические отношения и наладить культурные, торговые и прочие связи. Более того, у нас с принцем Форвэ родилась идея создать Организацию по Безопасности и Сотрудничеству в Средиземье (ОБСС), чтобы совместно решать проблемы нашего общего дома, развивать сотрудничество, предотвращать возникновение очагов Зла и разрешать конфликтные ситуации.
  - Так, проблему принадлежности Сильмарилов и Наугламира можно было бы решить цивилизованным, мирным путём, на международной конференции, сидя за круглым столом, - пояснил Маэлнор.
  - Что касается безопасности, - продолжил Амрод, - то посмотрите: урукхайский Рейх, 'истинные нуменорцы', беспризорные орки - разве это не угрозы для мирной жизни Средиземья? Но это ещё не всё. Вы слышали о Короне Средиземской Империи?
  - Конечно да! - дружно ответили Бродо и его спутники. Молчал лишь ребёнок, да и то только потому, что не умел говорить.
  - Слухи об этой короне ходят даже в ослабевшем Гондоре. Помню, каким чванливым был триста лет назад их король, а теперь его преемники мечтают о былой славе. Только лучше бы они подумали о том, как сохранить то, что ещё осталось. Ведь у них под боком - могущественный Харад, чей хан в последнее время выводит свой род из королей Нуменора.
  - Опять тени затонувшего острова! - встрепенулся хоббит.
  - Элберет твою Гилтониэль! Я ж говорю, что всё из-за валаров! Их провалившейся эксперимент по созданию 'людей Запада', новой дегенерации мутантов, ещё долго будет всем аукаться! Западофилия очень заразна!
  - Как человек с Востока я вас понимаю, - вступил в разговор истерлинг. - Мы не ели у валаров с рук и не получили их дары, но это никому не даёт права считать нас людьми второго сорта!
  - Мы с Бродо давно заметили, что кто-то раскачивает Средиземье, - сделал вывод Моторин.
  - Так чего же мы тут сидим?! - вскричал Малыш.
  - Нам нужно идти в Аннуминас! - встрепенулся Моторин.
  - А мы уйдём на север, - отозвался Маэлнор.
  - До Райвендела нам по пути с Арагволдом, - в раздумье произнёс Амрод. - Но я хотел бы спросить у прекрасной урукхайки, не хочет ли она присоединиться к 'Аварии', ведь мы отправляемся на её родину, да и нам бы она очень помогла?
  - Вообще-то хочу, - ответила та нерешительно.
  - Вы её у нас переманили! - обиделся Моторин.
  - Что за счёты: 'мы', 'вы'? Ведь мы делаем общее дело, - упрекнул его Арагволд. - К тому же, это её выбор.
  - Хорошо, - ответил пристыженный Моторин. - Только берегите её, ведь она была нам как сестра.
  - Ну, нам-то она тем более сестра, - молвил с улыбкой Маэлнор. - Ведь все мы - Дети Эру.
  На этом и порешили. Затем все, кроме эльфов, отправились в трактир за вещами. Когда они вернулись, уже верхом, то нашли Авари тоже конными.
  - Вот и расходятся наши пути, - грустно проговорил Бродо. - Мы идём в одну сторону, а Дети Илуватара - в другую. Нас пятеро и их без ребёнка тоже пятеро. У нас одна женщина, и у вас тоже. И в этом я вижу какой-то символизм.
  - Чего зря гадать, ехать надо! - хмыкнул маленький гном.
  И все стали прощаться. Моторин и Малыш долго хлопали по плечу Арагволда, так что могучий воин даже пошатнулся. Затем они чуть не задушили в своих объятиях урукхайку. Это же хотел сделать и Бродо, но под ревнивым взглядом Ромашки не решился. Зато он долго тряс руку Арагволду и изящные тонкие, но необычайно сильные руки эльфов. Мозолистые длани гномов после чуть заметной заминки сошлись в рукопожатии с длинными и узкими ладонями Авари. Сидевшему на плече Малыша Карлсону, отдавили все руки, но он компенсировал это, поцеловав мизинец урукхайки. Хоббитянка хотела чмокнуть Арагволда, но не дотянулась, и, разочарованная, отошла. Потом она всё же расцеловалась с Блудной Дочерью Эру и шепнула ей: 'Следи там за мужиками. Они смотрят на женщин свысока, но без нас они сразу же пропадут'.
  - У нас тоже есть Перстень Форвэ, - сообщил Амрод. - Держите связь с ним и с нами.
  - Обязательно, - пообещал Бродо и отвернулся, пытаясь загнать обратно предательскую слезу.
  - На конь! - скомандовал Моторин, и Отряд разделился.
  
  Глава 6. Тайна урукхайки
  
  - Как нам повезло со спутницей! - глаза Маэлнора сияли от восторга.
  - Вы действительно находите меня привлекательной? - с сомнением в голосе осведомилась урукхайка. - Или это просто дань вежливости?
  - Ещё бы! Вы даже не представляете, как мы рады! - вмешался Беарнас. - Всю жизнь нас окружают эльфины, и все они до умопомрачения прекрасны. И так день за днём, год за годом, век за веком. О, как я устал от этих эльфин! Меня уже тошнит от их красоты! А на вас просто глаз отдыхает!
  - Он хотел сказать, что ваша красота совершенно особая! - произнёс Амрод, бросая сердитые взгляды на Беарнаса и толкая его локтём.
  'Какие они добрые, благородные и мудрые! Надо им признаться, ведь всё равно направляются в Королевство, и там всё узнают. Так уж лучше от меня!' - пронеслись мысли в голове у урукхайки.
  - И вообще, мне кажется, что вы не простая девушка, - продолжил между тем Амрод, проницательно смотря на неё.
  - Да, я дочь короля.
   При этих словах эльфы переглянулись, а потрясённый Арагволд чуть не упал с лошади.
  - Что же ты сразу нам не сказала?! - воскликнул он.
  - Я боялась, что вы меня не поймёте, и мне было тяжело рассказывать всё это.
  - Поймём, мы же твои друзья! - горячо заверил её Арагволд. - Но как ты оказалась с ребёнком на дороге?
  - Не тыкай Её Высочеству! - встрял Маэлнор.
  - Ничего, вы все - мои друзья, и я разрешаю. Но рассказ мой слишком длинный.
  - Дорога ещё длинней, - заметил Беарнас. - Ты не стесняйся, мы же не валары, это им, валарам, недоступно...
  - Хватит уже о валарах, - оборвал его Амрод. - Нам всем не терпится услышать твою историю.
  - Два года назад чеписты снова победили на выборах в Великий Курултай, и, по традиции, их лидер стал верховным визирем, по-вашему, премьер-министром. А возглавлял чепистов герцог Гэк. Это был очень богатый и знатный урукхай, состоящий в дальнем родстве с самим королём. Гэк был прирождённым лидером и блестящим оратором. Все были покорены им, и мой отец не исключение. Он считал, что лучшего жениха мне не найти, и настоял на нашей свадьбе. Я не пылала к Гэку любовью, но принцессы редко выбирают мужей сами. Герцог же, как выяснилось, меня вовсе ненавидел, женитьба на единственной дочери Урукбаши была для него лишь ступенькой к трону. Он всячески меня унижал, избивал и насиловал. Особенно его бесили мои эльфийские глаза, за которые он постоянно называл меня уродиной...
  Тут раздался странный скрежет - это Арагволд заскрипел зубами от злости:
  - Попадись мне эта сволочь, я бы его убил!
  - Постепенно урукхаи стали разочаровываться в нём, - продолжала девушка.
  Сначала от него отвернулись эльфиниты и гомики, потом его махровый шовинизм оттолкнул белоручек и даже умеренных чепистов. Ходили слухи о его связях с Рейхом, ведь именно при нём ОУН и Урух почувствовали себя в королевстве как дома.
  Его наглость и самодурство росли с каждым днём, и вот, когда король с королевой отправились к целебным источникам и покинули столицу, он провозгласил их выжившими из ума, а себя - Урукбаши. К тому времени у нас уже родился сын, но Гэк его сразу возненавидел, обозвав эльфийским выродком. Он хотел после коронации снова жениться, чтобы, как он говорил, 'получить полноценного наследника'. Однако, ослеплённый непомерным самомнением, он просчитался.
   Народ не признал его королём, даже большинство чепистов назвали его самозванцем. Крайние же чеписты, поддержавшие переворот, стали зваться 'гэкачепистами'. Молодёжь, среди которой тон задавали студенты КУ (Королевского Университета), высыпала на площадь Независимости, и, возбуждаемая песнями Косяка и Лихака, кричала: 'Долой Гэка!' Армия, посланная на разгон, не подчинилась герцогу, и повернула оружие против него.
  Мятеж был подавлен, большинство сторонников Гэка отреклись от него, один из его ближайших сподвижников Пуг покончил с собой, бросившись на меч, а сам Гэк с остатками гэкачепистов бежал в Рейх.
  Раздосадованный тем, что главе заговора удалось скрыться, народ разломал подвернувшийся памятник Белой Руке, но этого показалось мало, и гнев обрушился на жену беглого узурпатора. Меня обвинили в пособничестве мужу. Вдобавок ко всему, я получила письмо, где Гэк клялся убить меня и 'эльфийского выродка'. Я не выдержала несправедливых обвинений и угроз от тайных сторонников герцога. Чтобы спасти жизнь и честь, свою и ребёнка, мне пришлось бежать. Остальное вы знаете.
  - Ну, всё! - в глазах Арагволда вспыхнул зловещий огонёк. - К Морготу этих нуменорцев, я еду в Рейх убивать Гэка!
  - Остынь, капитан! - сказал ему с укором Амрод. - Твой долг внедриться в Райвендел. С Рейхом всё ясно, и он не уйдёт от возмездия. А вот 'Истинные нуменорцы'... Неужели эта жалкая кучка всерьёз рассчитывает захватить власть в Средиземье? Что они ищут? Чувствую, что за этим кроется нечто гораздо более серьёзное и опасное. Я просто вижу, как Чёрная Тень нависает над Средиземьем, и люди Адольфина - только часть неведомой чудовищной силы. Поэтому важно узнать, с кем они связаны, и каковы их планы.
  - Ты прав, - вздохнул Арагволд.
  - А что будет со мной? - поинтересовалась урукхайка.
  - Ты под нашей охраной, а мы, как послы, неприкосновенны, - успокоил её Амрод. - Но я думаю, что твои соотечественники уже разобрались, в чём дело, и с нетерпением ждут возвращения принцессы. Ведь ты единственная наследница престола и мать наследника.
  - Этот парень, я думаю, далеко пойдёт, - поддержал его Маэлнор. - И вообще, вы, урукхаи, можете стать мостом между людьми, эльфами и орками.
  - Что касается тебя, Арагволд, то у нас даже не один Перстень Форвэ, а три, на тот случай, если мы разделимся. Так что для связи Беарнас отдаст тебе свой.
  - А чё сразу Беарнас?! Как что, так сразу Беарнас!
  - Я бы на твоём месте отдал, и не спорил, - поддакнул Амроду Маэлнор.
  - Вот и отдай.
  - Но я же не на твоём месте.
  Беарнас не нашёл, что ответить, и молча передал средство связи, но затем злорадно сказал Арагволду:
  - Слушай, а давай, мы тебя раним, чтобы там поверили. Разыграем, что за тобой гонятся эльфы, и я аккуратно всажу стрелу в мягкое место.
  - Ну, нет! Только не туда! Как же я буду садиться на коня?
  - Ну, тогда в ногу?
  - В ногу нельзя. Я не смогу ходить и бегать.
  - Какой ты несговорчивый. Давай в руку!
  - Руки могут пригодиться.
  - Ладно, в голову. Голова-то тебе зачем?
  - А куда я буду информацию запоминать?
  - Ну, вот что. Я слегка задену твоё левое предплечье. Дай-ка, посмотрю, чтобы ничего лишнего не зацепить.
  Беарнас с видом знатока ощупал руку. Урукхайка взирала на него с нескрываемым сочувствием.
  - Ещё всадим где-нибудь в складки плаща, но предплечье царапнём обязательно - без крови будет неубедительно.
  - А вы не промажете? - тревожно спросил Арагволд.
  - Будь спокоен. Эльфам нет равных в стрельбе, а мы - лучшие стрелки среди Авари.
  
  Глава 7. Операция 'Внедрение'
  
  Амрод, Маэлнор, Арагволд и дочь Урукбаши, имя которой они так и забыли спросить, расположились на опушке Райвендела и ожидали посланного на разведку Беарнаса. Наконец тот бесшумно появился из кустов.
  - Всё в порядке. Тут рядом передовой дозор. Эти 'следопыты' ничего не подозревают, - бросил он презрительно.
  - Ну что ж. Я думаю, всем всё ясно. Давайте прощаться. Береги себя, Арагволд. Если что, вызывай нас, - расставил все акценты Амрод и обнял человека.
  Другие два эльфа также заключили его в объятия, а Беарнас, вдобавок, похлопал по левому плечу. Наконец, Арагволд обнялся с урукхайкой. Та чмокнула его в щёку, погладила по руке, которую предстояло принести в жертву.
  - Пора, - весомо сказал Амрод, и, обращаясь уже только к девушке, добавил. - Оставайся с лошадьми и держи их наготове.
  Авари оставили коней урукхайке, и только истерлинг вскочил на верного вороного. Амрод условно мигнул.
  - Помогите, эльфы идут! - заорал Арагволд, направив скакуна в чащу.
  - Бей фашистов! - завопили Авари и бросились за ним с заряженными луками.
  Убедившись, что их заметили, они выпустили в преследуемого свои стрелы. Одна из них застряла в материи капюшона, другая запуталась в коричневых складках плаща под мышкой, а третья оторвала солидный лоскут кожи на предплечье, и так же осталась торчать в плаще. Арагволд вскрикнул и рухнул с коня, набив себе при этом непредусмотренную шишку. К нему тут же бросились три коричневые фигурки, остальные принялись стрелять по Авари. Те остановились, и спокойно спустили тетивы - трое дозорных упали.
  - Хватит, а то всех перебьём. Отходим! - скомандовал Амрод, и эльфы повернули назад. Вскоре они уже вскочили на коней и вместе с урукхайкой помчались на север.
  - Ну, как? - встревожено спросила на ходу девушка.
  - Отлично, всё прошло, как и задумано, - ответил ей Маэлнор, и улыбнулся.
  
  Глава 8. Всё пучком!
  
  Тем временем к обступившим Арагволда людям в коричневых плащах подошёл командир дозора. Окинув взглядом незнакомца с перевязанным предплечьем и топтавшегося рядом верного Врана, он вытянул руку под углом в сорок пять градусов, причём концы пальцев его были сведены вместе, и создавалось впечатление, что он собрался кормить птиц.
  - Всё пучком! - торжественно исторг из себя командир.
   - В каком смысле? - не понял Арагволд.
  - Сразу видно, что ты не член НСДАП.
  - Но я собираюсь туда вступить, у меня и рекомендация есть.
  - Не бойся, парень, уж если за тобой гнались эльфы, то, значит, ты свой человек. Но разве ты не знаешь, что по-нуменорски пучок - 'фашио'? За это нас и прозвали фашистами.
  - Когда за тобой гонятся безжалостные эльфы, и ты находишься на краю смерти, а потом со всей силой брякнешься башкой о землю, то можешь ещё не то забыть.
  - Прости, не хотел тебя обидеть. Но чем же ты им так насолил?
  - Я спас вашего секретного агента, а он мне подарил в награду свой плащ и показал дорогу сюда. Но проклятые эльфы меня настигли!
  - Да, я в тебе не ошибся. Позволь представиться: командир дозора глупэнфюрер СС Айс. Кстати, чтобы вступить в НСДАП, нужно две рекомендации, но я дам тебе вторую.
  - О, спасибо, ты мне сразу понравился, Айс!
  - Только вначале тебе предстоит проверка у шефа контрразведки стандартенфюрера СС Бормэля. Ты уж извини, я-то тебе доверяю, но таков порядок.
  - Чего уж там, я всё понимаю. Чем скорее вы меня признаете своим, тем лучше.
  В сопровождении Айса, который не переставал извиняться и хлопать разведчика по больному плечу, и двух солдат, Арагволд был доставлен к деревянному дому, больше походившему на сарай, с надписью 'Контрразведка'. После того, как он сдал охране оружие, его впустили вовнутрь. Там сидел толстый лысый человек.
  Капитан истерлингской гвардии не сплоховал, и одновременно с Айсом вскинул руку и гаркнул: 'Всё пучком!'
  Бормэль небрежно повторил их жест. Затем он молча выслушал доклад Айса, а появившийся неизвестно откуда писарь записал его.
  - Спасибо, глупэнфюрер, вы свободны, - произнёс он, наконец.
  Айс щёлкнул каблуками и вышел.
  - Ну-с, Арагволд, сын Рогогорна, так значит вы Истинный нуменорец?
  - Так точно, господин стандартенфюрер!
  - Но чистокровные нуменорцы блондины, а у вас чёрные волосы.
  - Пришлось перекрасить, чтоб не выдать себя.
  - А почему у вас кожа желтоватая?
  - Загар, господин стандартенфюрер!
  - По какой причине тогда глаза не голубые, а чёрные?
  - Специальные линзы, для маскировки. Эти варвары не любят чистокровных нуменорцев и на все посты ставят только своих. Поэтому, чтобы попасть в гвардию, мне приходилось выдавать себя за истерлинга.
  - Что же вас привело к нам?
  - Я не мог терпеть засилье варваров и, когда узнал о вашем движении, решил вступить в ряды борцов за правое дело.
  - Что ж, это похвально, можете считать, что вы влились в наши ряды. Нам нужны сильные, смелые и преданные нашему делу люди.
  Когда Арагволд вышел на улицу, там его уже ждал Айс.
  - Ну, как дела? - осведомился он.
  - Всё пучком! - хитро усмехнувшись, ответил Арагволд.
  
  Глава 9. Кольцо Света
  
  Трое эльфов и Кэшта (так звали урукхайку) сидели вокруг костра. Авари уже знали её имя, ведь после того, как им поведали историю спасённой от урков беглянки, скрывать его уже не имело смысла.
  - Я слышала, что эльфийское пение неподражаемо. Спойте что-нибудь, пожалуйста, - попросила девушка.
  Польщённые эльфы не заставили себя долго упрашивать, Маэлнор достал лютню и запел:
  
  Здесь вместо дорог -
  Обилие улиц,
  Здесь брошены орлы
  Ради бройлерных куриц.
  Здесь не видно преград,
  И повсюду покой,
  И добрый хозяин
  Правит тобой.
  
   Скованные одной цепью,
   Связанные одной целью,
   Скованные, одной...
  
  Здесь можно играть
  И петь при луне,
  Но как не играй -
  Всё играешь отбой,
  И между зевотой
  Взгрустнётся тебе, -
  Ведь жизнь бы могла
  Оказаться иной.
  
   Скованные одной цепью,
   Связанные одной целью,
   Скованные одной...
  
  На лицах эльфов появилась многовековая печаль, их взгляды по ходу исполнения загорались гневными вспышками, а к концу песни совсем потухли. Кэшта была потрясена. Она услышала те же нотки, что и у Косяка и Лихака. В песне ясно прозвучали протест и безысходность. Это было очевидно, несмотря на то, что голос эльфа был гораздо чище, звонче и мелодичнее.
  - О чём и о ком эта песня?! - взволнованно вскричала урукхайка.
  - О Валиноре и завлечённых туда судьбой наших братьях - Эльфах Запада, - пояснил Амрод.
  - Но они же ушли туда добровольно, и им там должно быть хорошо, - удивилась Кэшта.
  - Меланхолия - извечная спутница эльфа, - грустно молвил Маэлнор. - Перворожденные бессмертны, и всё помнят. А знание умножает скорбь. Нам не дано забыть своих друзей. Мы помним всех, но одних уж нет, а те далече. Давно покинули этот свет дорогие нам Фолко, Торин и Малыш, а мы их помним и тоскуем о них. Однако хоббиты и гномы всё же смертные, и их уход был неизбежным, а вот Эльфы Запада... Они живы, но нам уже не суждено встретиться с ними.
  - И этого мы никогда не простим валарам! Элберет их Гилтониэль! - вставил Беарнас. - Кстати спой 'Эльфийский Исход'.
  - Хорошо, - отозвался Маэлнор, - только сие очень грустная песня.
  
  Они уходили вдаль
  На рассвете.
  Им никто не махал,
  И никто не заметил.
  Только дождём вслед
  Рыдала природа,
  Горько отметив
  Дату Исхода.
  
  Они жили в Мире
  С его первых дней.
  Они были лучше,
  Прекрасней, мудрей.
  Они могли бы остаться,
  Но ушли в мир иной.
  Они могли бы сражаться,
  Но не приняли бой.
  
  В тот день наступила
  Эпоха Людей.
  Слабость эльфов сгубила -
  Они были добрей.
  
  Грустная мелодия перестала звучать, но ещё долго висела мрачная пауза.
  - Чем они их сманили, Элберет их?! - не выдержал Беарнас.
  - Да, мы много раз задавали себе этот вопрос, - задумчиво проговорил Амрод. - Сначала Светом Знания, потом... А потом они заарканили всех странным чувством долга, внушили им всем необъяснимое чувство вины, к которой многие не имели вообще никакого отношения.
  - Даже мы чувствуем на себе эту вину, - вздохнул Маэлнор. - Ведь мы - единственные из тех, кто пережил падение Митлонда.
  И он снова запел:
  
  Какие нервные лица -
  Быть беде.
  Я помню, было небо, -
  Но не помню, где.
  
  Мы встретимся снова,
  Мы скажем: 'Привет'.
  В этом есть что-то не то...
  
  Но Митлонд уже мёртв,
  А мы ещё нет,
  Митлонд уже мёртв,
  А мы...
  
  Локоть к локтю -
  Камень в стене,
  Мы стояли слишком гордо -
  Мы платим вдвойне.
  
  За тех, кто шёл с нами,
  За тех, кто нас ждал,
  За тех, кто никогда не простит нам
  Что...
  
  Митлонд уже мёртв,
  А мы ещё нет,
  Митлонд уже мёртв,
  А мы...
  
  - Мы бились до конца! - запальчиво воскликнул Беарнас. - Хотя Митлонд был давно обречён валарами! Это они решили за всех: эльфам - Валинор, Средиземье - людям! Валары завлекли Эльфов Запада, как ночных мотыльков на Дарёный Свет! Многие эльфы колебались, но они внушили им, что их долг уступить дорогу Младшим Братьям! Кому мешали эльфы?! Вы посмотрите, что стало без них с Райвенделом и Лихолесьем!
  - Да, Лихолесские эльфы были нам ближе всех и по расстоянию, и по душе, - поддержал его Амрод. - Я помню, как мучался Трандуил, как он разрывался между сыном, любовью к своей зелёной Родине и долгом перед подданными. Он ведь мог уплыть вместе с Элрондом и Галадриэлью, но оставался до последнего. Трандуил понимал, что обречён покинуть Средиземье, но оттягивал исход ещё триста лет. И лишь когда большинство его подданных покинуло Лихолесье, он вынужден был уйти со своим народом.
  - Я помню последние слова Трандуила, - добавил Маэлнор. - 'Если бы я мог, то остался бы', - сказал он, и сколько горечи было в его глазах!
  - Таков злой рок, - вздохнул Беарнас. - Мы словно волки, которые воют на луну, вспоминая о потерянных братьях, сидящих теперь на цепи. Нет, мы не жалуемся на свою судьбу, но нам обидно, что наши братья превратились в домашних собак.
  - Да ведь и наши менестрели поют об этом! - воскликнула потрясённая урукхайка. - Ведь над нашим народом тоже висел злой рок, довлела чужая воля. Только это была Тёмная Воля.
  - Валары, валары, кругом одни валары! - процедил сквозь стиснутые зубы Беарнас. - Какая разница, какой их цвет? Два кольца, два конца, а посередине Средиземье! Кольцо Света ничуть не лучше, чем Кольцо Тьмы, если оно одето вместо ошейника!
  - Слушайте! - вскричала Кэшта, заразившись общим порывом. - У нас Лихак поёт об этом так:
  
  Хватит! Уходите прочь -
  Мы играем для себя.
  Хватит! Убирайтесь вон -
  Мы играем для себя.
  
  Хватит! Всё равно ведь вам
  Никогда нас не понять.
  Хватит! Вы привыкли жить -
  Мы привыкли умирать!
  
  - Ой, - спохватилась она. - Вы же не обиделись? Извините, я не подумала, что вы тоже бессмертные.
  - Конечно, мы не обиделись, - успокоил её Амрод. - Свобода и для бессмертных свобода. И это естественно, что мы поём об одном, ведь мы братья, и настанет день, когда мы вместе споём в хоре Детей Илуватара, но мы будем петь не под дудку валаров, а собственными голосами!
  - Слушай, а мы можем положиться на твоих друзей? - внезапно спросил Беарнас.
  - Что ты хочешь этим сказать?! - возмутилась Кэшта.
  - Нет, я не хочу сказать о них ничего плохого, но они ещё слишком наивны, и, по-моему, твои друзья, особенно хоббиты, слишком доверяют Гэндальфу. А ведь этот Митрандир на самом деле не добродушный старик, а коварный майар Олорин - верный слуга валаров.
  - Валары и их слуги особенно опасны тем, что искусно могут скрывать свои истинные замыслы и своё подлинное обличье, - заметил Амрод. - Этим славились и Моргот, и Саурон, и Саруман. Но сторонники Манвэ намного превзошли их в умении маскироваться. Ведь, Верховный Валар родной брат Моргота, и, в сущности, цель у всех у них одна: господство на Арде. Главный принцип политики Манвэ - разделяй и властвуй. Валары боялись, что Дети Илуватара, объединившись, станут жить своим умом, и сделали всё возможное, чтобы не допустить этого. Они использовали противоречия между смертными и бессмертными, чтобы навсегда разделить Детей Эру, проведя между ними зловещую Черту. Что касается Блудных Детей Единого, порабощённых и изуродованных Морготом, то на них вообще навесили несмываемый ярлык 'тёмных', которых можно уничтожать без всякой жалости.
  - А ведь парень, как парень, только малость темноват, - перебил его Маэлнор и затянул новую песню:
  
  Мой брат гоблин был в далёкой стране,
  Он защищал там корону Моргота.
  Мой брат Каин вернулся домой,
  Растоптав все сады Менегрота.
  
  Когда он ревёт - кровь идёт из-под век,
  Когда он смеётся - у него не все на месте,
  Он ни эльф, ни человек...
  Он ни эльф, ни человек...
  
  Мой брат Каин, он всё же мой брат
  Каким бы он не был, мой брат Каин,
  Я открыл ему дверь, чтоб вернулся назад,
  Потому что он болен и неприкаян.
  
  Когда он ревёт - кровь идёт из-под век,
  Когда он смеётся - у него не все на месте,
  Он ни эльф, ни человек...
  Он ни эльф, ни человек...
  
  - Может, мы немного погорячились относительно мордорских орков? - вздохнул Маэлнор. - Всё же они наши братья.
  - В семье не без урода! - мрачно пробурчал Беарнас, щупая подбитый глаз.
  - Может быть, пока не пришло их время, - примирительно изрёк Амрод. - Спой ещё что-нибудь напоследок и пора спать.
  - Хорошо, я спою песню, которую, по преданию, пели Эльфы Запада, оставляя Митлонд.
  
  Мы честно билися с врагом,
  И трусов в нашем нет народе,
  Но хоть и верится с трудом.
  Мы уходим, уходим, уходим, уходим.
  
  Прощай, Митлонд, тебе видней.
  Что бросил я в краю далёком,
  Пускай не судит однобоко
  Нас кабинетный грамотей.
  
  Прощай, Митлонд, тебе видней,
  Куда стремились и как жили,
  Врага какого не добили,
  Каких оставили друзей.
  
  Мы уходим с Востока,
   уходим.
  
  - Они действительно пели эту песню? - спросила взволнованная Кэшта.
  - Да нет, просто предание красивое. Песню-то я придумал, - грустно ответил Маэлнор .
  
  Глава 10. Новые тревоги
  
  
  Ласково светило солнце, по небу бежали весёлые облачка, пели птицы, цвели цветы... Но внезапно сердце Бродо ёкнуло: что-то было не так... Цветы! Они все были Синие! И вдруг хоббит увидел Средиземье откуда-то сверху. В следующее мгновение он почувствовал, что тонет и задыхается в волнах косматого ужаса: Средиземье сковывала Чёрная Цепь.
  - Это ты во всём виноват! - раздался голос, подобный грому, и Бродо увидел Гэндальфа, указующий перст которого был нацелен ему прямо в левый глаз.
   Да Гэндальф ли это предстал перед ним? Лицо определённо принадлежало старому магу, но сам он был чуть ли не вдвое выше ростом, и вся его мощная фигура никак не вязалась с этим лицом.
  - Почему я? И в чём я виноват? - робко попробовал возразить хоббит.
  - Почему ты мне сразу не сообщил о беседах с Авари?!
  - Откуда вы знаете? - вырвалось у Бродо.
  - Кого ты хотел обмануть, невысоклик?! - насмешливо произнёс Гэндальф. - Так о чём вы говорили?
  - Но я не могу, - защищался Бродо, - я обещал.
  - Можешь! Кто тебе дороже, служащие Орлангуру Авари или... - Перед взором Заскокинса предстали три маленькие фигурки.
  - Бродо, сынок, скажи ему, ведь это же Гэндальф! - обратился к нему пожилой хоббит.
  - Гэндальф уже спасал Средиземье, сделай, как он просит! - поддержал его другой хоббит, на руке которого не хватало пальца.
  В груди у Бродо заныло - это были Бильбо, Фродо и Сэм. Он уже готов был сдаться, но какое-то упрямое шестое или седьмое чувство его останавливало.
  - Нет! - закричал из последних сил юный невысоклик и проснулся.
  Бродо покрывал холодный липкий пот, он лежал на полу у кровати, вокруг были разбросаны перья от подушки, а над ним вновь склонились друзья.
  - Признавайся, курил?! - строго спросила Ромашка.
  - Да я чуть-чуть только перед сном, чтобы картина прояснилась, - ответил хоббит жалобным голосом, чувствуя, что второго, допроса ему не вынести.
  - Ну, вот, стоило мне уснуть, а он...
  - Цыц, Рюмашка! - оборвал её Малыш.
  - А ну, повтори, что ты сказал! - рассвирепела Ромашка.
  - Помолчите оба! - прикрикнул на них Моторин. - Рассказывай, Бродо, что там было.
  - Да, вляпались! - подытожил Карлсон, когда рассказ был окончен.
  - Что за жизнь пошла! - возмутился Малыш. - Раньше всё было ясно: бей орков, спасай Средиземье, а теперь вообще ничего не поймёшь.
  - Так вот зачем он тебе о Перстне намекнул, - чтобы проникнуть в замыслы Авари, - пришёл Моторин к неожиданному выводу.
  - Как ты можешь так думать о Гэндальфе? - возмутилась Ромашка. - Конечно, честным хоббитам от него было много беспокойства, но ведь он же спас Средиземье!
  - Теперь я понимаю, почему Фолко не прельщала судьба Бильбо, Фродо и Сэма, - пробормотал Бродо. - Что они с ними сделали!
  - Они сделали их бессмертными, - откликнулась хоббитянка.
  - Бессмертными, и безвольными, - уныло произнёс Бродо. - А ведь это были самые доблестные хоббиты! Гэндальф использовал их как орудие для своих целей, выжал, как лимон, а взамен они получили жалкое подобие жизни. Но он их использует даже сейчас, чтобы превратить и меня в такое же послушное орудие!
  - Я начинаю понимать Авари, - буркнул Малыш.
  - Но ведь Гэндальф тоже рисковал, и чуть не погиб в схватке с Балрогом, - возразила Ромашка.
  - Не смеши меня, если бы Гэндальф и погиб, то скрывающийся под его маской майар Олорин принял бы новое обличье. А, может быть, так и было, когда он из Серого стал Белым.
  - Валары - стихии Арды, так вот и занимались бы силами природы, а не лезли в дела народов Средиземья! - подал голос Карлсон.
  - До меня только сейчас дошло! - воскликнул потрясённый Бродо. - Ведь восстание Олмера объективно было направлено против валаров! Против навязанного ими миропорядка: против неравноправия смертных и бессмертных, против Черты, против правителей Воссоединённого Королевства, где правила избранная валарами династия...
  - Верно! - вскричал Моторин. - Ведь нуменорцы были назначены, чтобы править всеми людьми от имени валаров. Владыки Амана обласкали наиболее преданных, продлили им жизнь, вооружили знаниями, делая из них сверхлюдей, надеясь, что их экспансия будет направлена только на восток, но когда те замахнулись на своих создателей, их жестоко покарали, а немногих Верных благословили править в Средиземье.
  - Так вот откуда взялись эти 'Истинные нуменорцы', - дошло, наконец, и до Малыша. - Получается, валары сами виноваты в зарождении фашизма! Теперь я понимаю, почему их так не любят Авари, что значит 'Запад есть запад' и чем опасен Дарёный Свет!
  - Темнота! Каждый уважающий себя гном должен знать Красную Книгу! - важно произнёс Моторин.
  - Слышь, Карлсон, придётся и нам приобщиться, а то я уже с трудом слежу за мыслями этих грамотеев!
  - Читать будете вечером, а сейчас ехать надо! - распорядился Моторин.
  - Э, а как же завтрак? - спросила практичная Ромашка.
  - Точно! Самое время немного подкрепиться! - обрадовался Карлсон.
  Против еды, как ни странно, никто не возражал, и спасители в полном согласии спустились в обеденную залу. Здесь друзья заказали завтрак и пополнили запасы в дорогу.
  За поглощением пищи они продолжали обсуждать валаров.
  - А ведь Феанора валары прокляли за своеволие! - размышлял вслух Бродо, даже не смотря в тарелку. - А их проклятие - не пустой звук. Оно преследовало всех нолдоров, да и не только их. И все эти изощрённые кары лишь для того, чтобы больше никто никогда не смел ослушаться хозяев Амана!
  - Я понял, что беспокоит валаров, - сказал вдруг Моторин.
  - Что? - откликнулись четыре голоса сразу.
  - Орлангур! Это единственная ныне сила, способная противостоять им. Он влияет на Авари и Чёрных гномов, а люди Серединного Княжества вот уже целые века готовятся выполнить его замысел - отобрать у валаров Ключи Мира и заново сковать Моргота.
  Хоббит с ужасом вспомнил свой сон и покрылся холодным потом.
  - А вдруг не сковать, а освободить? - простодушно спросила Ромашка, и все вздрогнули.
  - Вот и думай, от кого спасать Средиземье! - проворчал Малыш.
  - На кого, интересно, работает Понадол? - задал вопрос Карлсон.
  - Ладно, хватит гадать, пора ехать! - встрепенулся Моторин и отдал команду:
   - На конь!
  
  Глава 11. Чего не знал разведчик
  
   'А ведь я даже не знаю её имени', - подумал с досадой Арагволд, и сердце его наполнилось тоской.
  Вчера его зачислили во взвод СС, которым командовал Айс, и в котором эльфийские стрелы образовали три вакансии. Однако из глупэнфюрера ему не удалось выудить никакой полезной информации.
  'А что, если натравить их на Рейх? Ведь тогда он сможет отличиться, и заодно отомстит обидчикам таинственной урукхайки!' - Арагволда потрясла гениальность собственной мысли, и истерлинг, не откладывая, изложил её взводному:
  - Почему вы терпите рядом с собой этих выродков из Рейха?
  - Они - наши союзники.
  - Как?! Эта неполноценная раса мутантов?!
  - Они враги наших врагов.
  - Кто же для нас более ненавистный враг, чем эти орки позорные?! - удивился Арагволд.
  - Истерлинги и ангмарцы, ты же сам ненавидишь этих варваров.
  - Да, но они хоть и дикари, но всё же люди, а орки - это просто грязные животные!
  - Я с тобой согласен, приятель, но я простой солдат, как и ты. Нам не понять всех тонкостей политики. Великому Фюреру виднее, и не нам ставить под сомнение его гениальные замыслы.
  Арагволд понял, что большего от Айса он не добьётся. Но что может быть общего у полуорков из Рейха, известных своим крайним национализмом, и возомнивших себя сверхлюдьми сторонников Адольфина? Ответ на этот вопрос истерлинг попытался найти у Бормеля, но тот ему ничего нового не сказал.
  - Извините, господин стандартенфюрер, - не сдавался мужественный разведчик. - Ваш секретный агент просил передать, что Рейх готовится к нападению на Райвендел.
  - Не может быть! - вырвалось у шефа контрразведки. - Как имя того агента?
  - Он не сказал, ведь он секретный агент.
  - Хорошо, я передам Великому Фюреру...
  - Что ты хочешь мне передать? - раздался грозный голос, и в дверях появился маленький рыженький человечек с такими же маленькими рыжими усиками.
  Арагволд инстинктивно вместе с Бормелем гаркнул: 'Всё пучком!' и лишь после этого поразился невзрачности Великого Фюрера. Но, несмотря на заурядную внешность, от этой карикатурной фигурки исходила какая-то непонятная сила. Адольфин слегка кивнул на их приветствие и требовательно спросил:
  - Ну?
  Бормель пересказал ему услышанное.
  - Но ты-то знаешь, что это невозможно! Мы же связаны одной цепочкой! Нападение на нас Рейха - такой же бред, как атака правой руки на левую! - воскликнул Фюрер. Затем он обернулся к Арагволду и похлопал его по щеке. - Я знаю, что делаю. Мир, который мы построим, будет для таких, как ты. Ступай, и выбрось всё из головы.
  Капитан истерлингской гвардии вышел, но в голове по-прежнему бурлили вопросы: 'Что же это за цепочка?' и 'Почему я так и не узнал имя урукхайки?'
  
  Глава 12. Как красота родила мир
  
  - Привал! - привычно скомандовал Моторин. - Девочки - налево, мальчики - направо, Малыш - остаёшься с лошадьми, потом Бродо тебя сменит.
  Отряд тут же деловито рассыпался по кустам. Ромашка придирчиво выбирала местечко посуше. Наконец она нашла вполне приличные кустики и удобно устроилась под их прикрытием. В то же мгновение кто-то кинулся на неё из облюбованных зарослей, и набросил на голову мешок.
  В это время трое её спутников рассредоточивались по другую сторону дороги. Впереди ломился Моторин, наполняя всю округу ужасным треском, за ним шёл Бродо, а где-то в траве семенил Карлсон.
   В густой граве никто и не заметил, как карлик был накрыт сверху железным шлемом. Моторин продолжал ломать кусты своей мощной фигурой, пока его не остановил могучий удар дубины. Бродо уловил, что треск прекратился, и это его насторожило. Клинок Отрины начал нагреваться, но поздно - грубая волосатая лапа зажала рот половинчику. 'Пикнешь - убью!' - пообещал напавший и взвалил бедного хоббита, словно куль с мукой, к себе на плечи.
  Бродо решил не испытывать на себе, сдержит ли его пленитель своё обещание, и не сопротивлялся. Невысоклик с удивлением и ужасом пытался понять, что происходит. Насколько он смог рассмотреть, его схватил здоровенный орк, правый глаз которого был завязан чёрной лентой. Похититель был угрюм, космат и весьма небрит.
  Хоббит не знал, сколько времени его тащил одноглазый орк, наверное, немного, но из-за неудобства положения казалось, что целую вечность. Однако всему приходит конец, и через некоторое время Бродо оказался привязанным к дереву на обширной поляне. Слева от него к могучему дубу был накрепко прикручен Моторин, а слева, к одревесневшему стебельку полыни, карлик Карлсон.
  На поляне горел костёр, туда-сюда сновали люди и орки. Распоряжался всем высокий человек с обветренным лицом, одетый в кожаные штаны и куртку. На голову предводителя была нахлобучена капитанская фуражка, из-под которой выбивались длинные волосы. Пока Бродо его рассматривал, к главарю подтащили на аркане связанного и упирающегося Малыша.
  - Молодец, Рэй, - похвалил длинноволосый. - К остальным его.
  И Малыш снова оказался рядом с друзьями, а перед главарём уже появился бандит в тельняшке и с большим мешком. Он развязал мешок и вытряхнул оттуда полуживую от страха Ромашку.
  - Что за зверь? - поинтересовался главарь.
  - Как называется, не знаю, в кустах поймал! - бандит криво улыбнулся и картинно развёл руками.
  - Блин, боцман!
  - Я здесь, Вашество, - откликнулся появившийся словно из-под земли обнажённый по пояс крепыш. На его правом плече был нарисован якорь, а татуировка на левом изображала подмигивающую русалку. Бандит скрёб загорелую волосатую грудь и выжидательно смотрел на атамана.
  - Что сие такое? - указал тот на Ромашку.
  - Эт хоббитянка, Вашество, - компетентно заявил боцман, почёсываясь в районе пупа.
  - Баба значит, - сделал вывод главарь. - Ну что, кто будет надругаться?
  Разбойники отшатнулись, и даже Блин перестал чесаться.
  - Повторяю, кто будет насиловать? - строго вопросил длинноволосый.
  - Я не извращенец, - заявил боцман и тоже отодвинулся.
  - Я извращенец, но не настолько же! - запротестовал одноглазый орк.
  - Это ж всё равно, что детей! - брезгливо поморщился толстый пират.
  - Ну вот! - проворчал главарь. - Теряем образ!
  - А вы кто такие? - осмелился наконец Бродо.
  - Надругается, Вашество, обижает! - вздохнул боцман, скребя себя под мышкой.
  - Сейчас мы над тобой так понадругаемся, что навек запомнишь! - процедил одноглазый сквозь кривые зубы и надвинулся на хоббита.
  - Спокойно, Гах, отставить! - остановил его атаман. - А ну, Артист, изобрази!
  Вперёд вылез тот самый бандит в тельняшке, который притащил Ромашку. В руках у Артиста была задрипанная лютня. Он поклонился и ударил по струнам:
  
  Мы вольная команда Бармалея,
  Гребите вы отсюда поскорее,
  Нас все боятся и никто не пожалеет,
  А мы с судьбою встретимся на рее!
  
  Вероятно, от его пения у эльфов повяли бы уши, но таковых здесь не оказалось, и присутствующие остались довольны.
  - Умбара муть! - исторгли из лужёных глоток пираты, выражая свой восторг.
  - Ну, теперь ясно, кто мы? - горделиво улыбнулся главарь.
  - Нет. Мы, хоббиты, оторваны от всего мира.
  - Вашество, он сам напрашивается, отдай его мне! - злобно проревел Гах.
  - Малыш, ты что, не помнишь?! - завопил вдруг Карлсон. - Это же самый знаменитый бандит Средиземья!
  - Ну, наконец-то! - просиял атаман. - Я - Бармалей, он же командор, он же капитан, он же босс, он же шеф, но вы можете называть меня просто Вашество. - С этими словами он воткнул в землю кривую абордажную саблю и, опершись о её рукоять, гордо выпятил грудь.
  - Нашество - потомок вольных капитанов Морского Народа, - продолжил Бармалей. - В лучшие годы моя эскадра доходила до пяти кораблей. Я плавал на юг, север и восток, повсюду грабя суда и сея страх. Лишь на запад ненавистные валары закрыли мне путь своей проклятой Чертой. Правда, я слышал, что Арда круглая, и пытался обойти Черту с востока, но земли Дальнего Востока тянутся бесконечно. Они пустынны и неприветливы, там погибли многие мои люди. Корабли требовали ремонта, и негде было пополнить запасы пищи и воды. Пришлось вернуться. А здесь нас уже поджидал флот Барендуинского Королевства. Они обложили нас с трёх сторон и прижали к предательской Черте. Моя измученная дальним походом эскадра была разбита. Лишь мне и небольшой горстке соратников удалось прорваться и достичь берега. И вот теперь мы скитаемся по Средиземью, во всех странах которого за наши головы объявлена огромная награда.
  - А мы с судьбою встретимся на рее! - пропел Артист.
  - А откуда у вас орки? - спросил осмелевший хоббит. Он уже стал проникаться к пиратам необъяснимой симпатией.
  - Нашество интернационалист, я ненавижу все народы. И это не орки, а урукхаи. Ребята не виноваты, что родились в Рейхе. Они ненавидели муштру и военную дисциплину, поэтому парни выбрали свободу и влились в наши ряды. У нас все до единого отважные храбрецы и великие герои. Позвольте представить: боцман Блин, моя правая рука.
  Боцман вышел вперёд и поскрёб загорелое пузо.
  - Гах Одноглазый, непревзойдённый мастер надругательств, заслуженный садист Средиземья, сам его боюсь.
  Гах кровожадно облизнулся, показав кривые зубы.
  - Рэй Аркан, петельных дел мастер.
  Рэй смущённо наклонил голову.
  - Гард Артист, ну его вообще представлять не надо.
   Артист сделал изысканный книксен, используя вместо юбки свою длинную тельняшку.
  - Свэн Пузырь, мастер буха, ударом кулака убивает быка! - Толстяк поклонился, а Моторин вспомнил о своей шишке.
  - Дил Молчун - самый скромный в банде. Но на топорах ему нет равных!
  - А где Велп?
  - Я тут, Вашество, одну штуку оттопырил. - В руках Велпа появился странный шар.
  - Это что, Блин?
  - Можно я, - вмешался Бродо.
  - Развязать, - распорядился Бармалей, и Велп тут же разрезал верёвки.
  - Это палантир, - объяснил Бродо, настраивая агрегат.
  Вскоре перед ним уже была знакомая картина: берег Валинора и... Пираты сразу заинтересовались и придвинулись к палантиру...
  На экране появилось множество прекрасных эльфин. Они вальяжно и неторопливо сбрасывали с себя одежду и грациозной походкой неторопливо брели к воде, завораживая красотой своих линий. Своей наготой они обнажали само совершенство и абсолютную гармонию...
  Бедные бандиты! Они никогда не видели ничего подобного! Пираты краснели, бледнели, вздыхали, стонали, охали, цокали языками и причмокивали губами. Поминутно раздавались вопли и ругательства всех народов Средиземья, от традиционного 'Умбара муть!' до экзотического 'Ох Элберет бы эту Гилтониэль!'
  Свэн прижимал руки к сердцу. Дил закрывал руками глаза, но невольно подглядывал в щёлочки между пальцами. Велп хлопал округлевшими внезапно зенками. Блин скрёб себя во всех местах. Рэй скрежетал зубами. Гах оценивающе посмотрел на Ромашку, но тут же плюнул и вновь обратился к экрану.
  - Вот чего нас хотели лишить проклятые валары! - вскричал Бармалей, указывая на эльфин остриём своей сабли.
  На Гарда внезапно накатило вдохновение:
  
  Молодая урукхайка
  В синей юбочке короткой
  Так похожа на элъфийку,
  Когда снять её захочет...
  
  Бродо, который неоднократно уже видел манящую картину, и то должен был долго набираться мужества, чтобы оторвать взгляд от захватывающего зрелища. Он тихонько подобрал валявшийся кинжал и перерезал верёвки у своих спутников, но те, вместо того, чтобы бежать, присоединились к зрителям. Красота - страшная сила!
  Она не подействовала только на Ромашку, которая в ярости раздавала пощёчины хоббиту и гномам (хитрый карлик успел затеряться в толпе пиратов). Хлопки пощёчин привлекли внимание Бармалея.
  - Как она меня достала! Эй, Гах, посади её в клетку!
  - С удовольствием, Вашество!
  Одноглазый сгрёб Ромашку и посадил её в клетку. Пират крепко заткнул ей рот кляпом, и хоббитянка могла только бессильно наблюдать, как её спутники в компании с бандитами наслаждались зрелищем ничем не прикрытой красоты девушек дивного народа. В эти минуты Ромашка Хавкинс ненавидела и бесстыдных эльфийских девок и весь Валинор вместе взятый.
  Но вот, наконец, эльфины вдоволь наплескались, и, одевшись, удалились из поля зрения, вызвав у публики вздох разочарования.
  - Мнда, - молвил Бармалей, и с удивлением оглядел сидевшего рядом Моторина.
  - Точно, - подтвердил гном.
  - После такого хорошо бы выпить, - мечтательно произнёс Свэн.
  - Закатай губу, Пузырь! Уже три дня, как допили последнее! - возмутился боцман.
  - Мужики! - вскричал возбуждённый Малыш. - Так у меня же есть!
  - Откуда? - поразился Велп. - Я же всё проверил!
  - Не там искали! - Малыш порылся под кольчугой и извлёк коричневую таблетку. - Во! Пивной концентрат, только добавь воды!
  - Отлично! - воскликнул Бармалей. - Все, кроме боцмана, идут к роднику и приносят по два шлема воды. А ты, Блин, тащи всё оставшееся мясо, шашлык делать будем!
  Работа сразу закипела. Пираты нацепили по два шлема на копья, и, используя их в качестве коромысел, дружно потопали за водой. А гномы взялись помогать боцману, и бойко нарезали ножами мясо, так что, когда вернулись водоносы, их уже встречал аппетитный запах жареного шашлыка. Малыш тут же превратил всю воду в пиво, и пираты стали считать его самым лучшим магом Средиземья всех времён и народов. Присутствующие, кроме сидевшей в клетке Ромашки, получили по полному шлему пива, и слово взял главарь:
  - Мужики! Тут у нас возникали кое-какие недоразумения...
  - Уже забыли! - благодушно пробасил Моторин, трогая шишку на голове.
  - Так вот, - продолжил Бармалей. - Мы интернационалисты, и ненавидим все народы. Но в любом народе попадаются хорошие парни. Вот сегодня нам попались четыре клёвых мужика, и я готов с ними выпить. Я выпил бы и с эльфом, будь он хороший парень, но только не с валаром. Итак, наш первый традиционный тост - за Нашество!
  Все встали и выпили. Затем Моторин произнёс в ответ:
  - За гостеприимных хозяев!
  После того, как все осушили посуду, Рей Аркан провозгласил новый тост: - Чтоб побольше хороших парней попадалось!
  - Слушайте, мужики, вступайте в мою команду! Нам народу не хватает, а вы мне нравитесь! - добавил Бармалей.
  - Рады бы, да не можем, - вздохнул Бродо. - Средиземье спасать надо.
  - От кого и зачем? - поинтересовался атаман.
  - От Тёмных Сил, а может быть, даже, ещё и от валаров, - задумчиво ответил Малыш.
  - А спасаем потому, что это наша Родина, - добавил Бродо.
  - Родина? - удивился Бармалей. - Вот этого не понимаю. У нас нет Родины. Наша Родина - это Свобода. Поэтому я больше всех ненавижу валаров, покусившихся на нашу свободу. Ваш выбор я не понимаю, но уважаю. А если понадобится помощь против валаров, то мы всегда к вашим услугам. Всё равно нас рано или поздно перебьют или повесят, так уж лучше погибнуть в бою с самым сильным врагом, хоть как-то отомстив, чем просто болтаться в петле. Так выпьем же за то, чтоб валарам пусто было!
  Когда они выпили, Велп хвастливо заявил:
  - Смотри, Вашество, какую штуку я оттопырил! - в его руках была трубка хоббита и мешочек с синим порошком. - Сейчас закурим трубку мира!
  - Не смей! - крикнул Бродо, повинуясь страшному предчувствию. - Это же валарская штучка, а в тебе слишком много чёрной крови!
  - Тебе для друга жалко! - обиделся Велп и затянулся.
  Тут же глаза его вновь округлились и полезли на лоб. Он хрюкнул и повалился без чувств. Подскочивший к нему хоббит выхватил трубку и тут же увидел Гэндальфа. Старый маг чуть сам не грохнулся в обморок:
  - Ну, Заскокинс, такого от тебя даже я не ожидал!
  - Да пошёл ты, старый пень! В кои-то веки посидишь спокойно с друзьями, отдохнёшь от всех забот, так придёт ведь и всё опошлит!
  - Поговори мне ещё, пьёт тут с орками!
  - Что ты понимаешь, а туда же майар! Это же Блудные Дети Эру!
  - Кто тебе сказал такую глупость?!
  - Авари, которые уже просвещают Мордор, а им - сам Дух Познания, Великий Орлангур!
  - Ага, вот ты и проболтался! - обрадовался старый маг.
   Затем лицо его приобрело озабоченное выражение, и он постепенно растворился в воздухе.
  
  Глава 13. Чёрный сон
  
  В эту ночь снова снились кошмары. Бродо увидел огромного чёрного волка, мчавшегося в ночи гигантскими скачками. На спине у волка сидела всадница в чёрном плаще. Всадница была красива, но свирепое выражение лица и налитые кровью глаза производили отталкивающее впечатление.
  Вдали замелькали огоньки факелов, которые быстро приближались, и вот варг остановился в кругу огней. Тысячи собравшихся орков попадали на колени. Чёрная всадница слезла со своего скакуна. На губах её играла торжествующая усмешка, она упивалась своей властью.
  Из толпы выполз какой-то орк, по-видимому, вождь, он на коленях подполз к женщине и почтительно поцеловал носок её сапога. Та повелительно подняла руку, и гоблины, распластавшись по земле, образовали живую лестницу, ведущую к вершине ближайшей горы. Внутренний голос подсказал Бродо, что это и есть Роковая Гора Ородруин.
  Женщина в чёрном времени не теряла и стремительно шагала по спинам и головам. Она нисколько не беспокоилась оттого, что её сапоги с железными каблучками причиняли боль несчастным оркам, - наоборот, это приносило ей жестокое наслаждение. Она игриво виляла бедрами, но при этом походка оставалась солдафонской.
  И вот полная луна высветила безжалостную незнакомку на фоне зияющей пасти Роковой Горы. К ужасу хоббита, загадочная всадница сорвала с себя одежду и в дикой истерике начала носиться вокруг роковой бездны. В этом было что-то невыносимо жуткое.
  Затем она подала какой-то знак, и двое орков с побелевшими лицами, трясясь мелкой дрожью, подтащили к ней орчанку и тут же скрылись. Девушка не сопротивлялась и обречённо ждала.
  На взгляд Бродо, она была безобразна, но не исключено, что могла оказаться самой красивой в своём племени. Бродо никогда не питал особой любви к гоблинам, но сейчас ему было нестерпимо жаль и бедную девушку, и весь этот забитый народ. Но ужаснее всего было то, что он ничего не мог изменить.
  А в руках ведьмы уже был кинжал, и она с остервенелым удовольствием несколько раз всадила его в тело несчастной жертвы. Вслед за этим чёрная ведьма обагрила руки в крови орчанки и намазала ею свои лицо и тело.
  - Презренные народишки! - заголосила она. - Скоро всё Средиземье будет моим, и тогда вы заплатите за всё!
  - Нет!!! - завопил Бродо что есть мочи.
  - Чего, ты орёшь? - раздался сердитый голос Гаха. - А ну, посмотри мне в левый глаз!
  Как всё же было приятно проснуться в кругу друзей! Над тобой спокойное голубое небо, ласково светит весеннее солнышко, вокруг зелёная травка. И когда к тебе склоняется уже почти родное заросшее колючей щетиной лицо и почти по-домашнему злобно смотрит единственным горящим глазом, понимаешь, что жизнь не так уж и плоха.
  - Если её не остановить, она будет шагать по трупам, пока не поработит всё Средиземье!
  - Кто это она? - подозрительно спросила Ромашка.
  Её выпустили ещё вчера вечером, но, странный народ эти женщины, хоббитянка всё ещё продолжала дуться.
  Бродо пересказал ей и остальным свой сон.
  - Много мы вчера тебе налили, - резюмировал Бармалей.
  
  Глава 14. Чёрная Вдова
  
  В этот же день на связь с 'Аварией' вышел принц Форвэ. Внук Илвэ был чем-то очень озабочен. Хмуро выслушав доклад Амрода, он произнёс:
  - Всё ещё хуже, чем мы думали. Наш провал в Мордоре был не случаен.
  - Что стряслось? - спросил задетый невниманием к своему сообщению предводитель 'Аварии'.
  - Помните Чёрную Вдову?
  - Любовницу Саурона? - уточнил Беарнас.
  - Откуда у него любовница? - вмешалась Кэшта.
  - Точно неизвестно, но, по слухам, она майя, сбежавшая с ним из Валинора, - пояснил Форвэ. - После гибели Кольца она исчезла, и вот теперь вернулась вновь!
  - Элберет твою Гилтониэль! - мрачно выругался Беарнас. - Теперь опять за старое возьмётся! Она же помогала ему во всех его гнусных делах, и ещё неизвестно, кто из них хуже! Например, я не сомневаюсь, что именно Гада соблазнила Сарумана!
  - Да уж, этот Саурон в юбке может наделать много бед, - вздохнул Форвэ.
  - Она уже подчинила себе мордорских орков, троллей и гурров. Кроме того, у неё есть какая-то связь, возможно даже сексуальная, с ханом Харада.
  - Так это же секс-бомба под всё Средиземье! - воскликнул Беарнас.
  - Нужно выяснить, не связана ли она с Рейхом и 'Истинными нуменорцами', - распорядился принц.
  Когда он отключился, Беарнас сказал:
  - Не хотелось говорить при принце, но нужно связаться с Бродо, и пусть потрясёт своего Гэндальфа. Тот должен знать что-нибудь о Гаде.
  - Ты что? Форвэ бы не одобрил!
  - Подожди, Маэлнор, - остановил его Амрод. - Он прав. Ситуация слишком серьёзна, чтобы пренебрегать такой возможностью.
  Предводитель 'Аварии' проделал привычные манипуляции с Перстнем, и они увидели Бродо, вокруг которого тут же собрались Ромашка, Карлсон и гномы. На заднем плане была видна восьмёрка подозрительных типов, окруживших палантир - пираты ожидали появления эльфин.
  - Привет! - с улыбкой начал Амрод.
  - Как дела? Как жизнь? - заговорили все наперебой.
  После обмена новостями Амрод передал Бродо свою просьбу.
  - Да он, по-моему, обиделся, я ж его старым пнём обозвал, - смутился хоббит.
  - То-то же! Не плюй в колодец! - вмешалась Ромашка.
  - Пригодится опохмелиться! - добавил Карлсон и на всякий случай спрятался за Малыша.
   - Ну ладно, я попробую, - виновато проговорил невысоклик. - Пока, передавайте привет Арагволду.
  Попрощавшись, Бродо тут же стал набивать трубку.
  - Ах, ты опять эту гадость?! - возмутилась Ромашка. - Совсем загубишь здоровье!
  - Я ж для дела.
  - Почему всегда ты? Пусть кто-нибудь другой!
  - Давай я! - обрадовался Малыш.
  - Спокойно! - веско сказал Моторин. - На тебя не напасёшься, а ему половины дозы за глаза хватает.
  - Тем временем Бродо уже затянулся и предстал перед легендарным майаром.
  - Опять ты?
  - Извини, Гэндальф, я не хотел, я больше не буду...
  - Ладно, - голос старого мага подобрел. - Я тоже хорош, надо было сразу объяснить тебе ситуацию. Народы Средиземья, особенно Дети Эру, как все дети не любят слушать взрослых, и норовят всё сделать по-своему. Но если оставить вас без присмотра, то вы свой дом спалите. А набедокурите, и снова старый добрый Гэндальф понадобился. Ну, что там?
  Бродо размяк и рассказал обо всём.
  - Мудрые давно это предвидели. Не зря же мы вместе с гуманитарной помощью разбрасывали семена Синего Цветка, кстати, лично я разрабатывал операцию. Мы знали, что люди им заинтересуются, ведь на них он действует как лёгкий наркотик, а вот тёмных Синий Цветок просто вырубает. Я триста лет ждал, когда снова придёт время, и явится невысоклик. И время пришло. Теперь, мой мальчик, твой черёд спасать Средиземье!
  - А я думал, что мы с Моториным сами додумались.
  - Наивный хоббитширский мальчишка! Впрочем, пора перейти к делу. То, что сказали Авари о Гаде - правда.
  Действительно, была такая майя, но Манвэ приказал забыть о ней и никогда не упоминать проклятое имя. Её не всегда звали Гадой, раньше многие к ней хорошо относились.
  Она была симпатичной, тихой и очень вежливой девушкой. Однако те, кто знал эту красотку лучше, отмечали у неё непомерное самомнение и тенденцию к жестокости.
  Она считала себя неотразимой и принадлежащей к высшим созданиям, поэтому презирала даже эльфов, не говоря уже о других, смертных существах. Недостойная майя презирала и меня за сочувствие к 'низшим' народам, считая жалость признаком слабости.
  Зато сильных сия девица очень любила. Она пыталась соблазнить даже Тулкаса, но тот её игнорировал, за что Гада его втайне возненавидела. Симпатии высокомерной майи давно склонялись к Саурону и Морготу, и она приложила множество усилий, чтобы добиться прощения последнего, а затем добывала для них ценную информацию, помогая осуществить их коварные планы.
  Так продолжалось до злополучного конкурса 'Валинорская Красавица'. В Валиноре все женщины прекрасны, но Гада считала себя лучше всех. Поражение она сочла ужасной несправедливостью и кознями завистниц.
  Гада возненавидела весь Валинор и, убив победительницу конкурса, бежала к Саурону. Подробности неизвестны до сих пор. В Средиземье преступлениям на её счету нет числа. Да, это она совратила Сарумана, а ведь я предупреждал его. Курунир, как и многие другие, слишком поздно понял, что за прекрасной оболочкой красавицы майя скрывается чудовище. Интересно, каково новое обличье нашей красотки?
  - Она выглядит как человеческая женщина, и её можно было бы назвать красивой, если бы не застывшее выражение злобы и жестокости на лице.
  - Что ж, это уже лучше. Ты бы видел, невысоклик, сколь прекрасен и невинен был её прежний облик! Даже Саруман на неё клюнул, а ведь он был мудрейшим в Ордене Магов! После меня, конечно, - спохватился Гэндальф. - Помню, пришёл как-то к нему в Исенгард по делам и застал их в самый неподходящей момент... Как он тогда рассвирепел! В гневе запер меня на верхушке Ортханка... Ладно, дело прошлое. Нам нужно подумать, как справиться с нынешней бедой, и сдаётся мне, что теперь угроза гораздо серьёзнее, чем была триста лет назад.
  Сердце Бродо точно ужалила ледяная игла. Эти же слова он уже слышал от загадочного Понадола, однако после всего увиденного в пути опасность уже казалась реальной и близкой.
  - Но кто раскачивает Средиземье?
  - Точных данных у нас нет, но я чувствую, что виновата опять отрыжка Ородруина.
  - Каким образом? - удивился хоббит и тут же вспомнил Смеагорла Просветлённого.
  - Видно, Кольца Власти снова в игре.
  - Но они же сгорели.
  - Знаешь ли ты, невысоклик, кто крупнейший в мире специалист по Кольцам Власти?
  - Саурон?
  - Да нет же!
  - Саруман?
  - Какой же ты глупый! Ведь козе понятно, что это я! - раздраженно процедил Гэндальф. - Так вот.
  Кольцо Всевластья, как тебе известно, расплавилось, а Девять Назгульских сгорели лишь частично. Ородруин уничтожил в них почти всё Тёмное, но человеческое начало было огню неподвластно, и он выплюнул их наружу.
  Кольца собрал человек Олмер и сковал из них Чёрную Цепь, соединив в одно. Это дало ему власть над силами Тьмы, сделало великим воином и полководцем. После его гибели твой предок Фолко бросил Кольцо Тьмы в Ородруин.
  Это нам известно точно. Далее мы вступаем в область гипотез. Прошло ещё триста лет. Что могло произойти с Кольцом? Конечно, оно могло расплавиться, но не думаю. Во-первых, его плотность увеличилась в девять раз. Во-вторых, взаимодействие с десятым человеком, то есть Олмером, ещё более укрепило в нём доминирующий человеческий компонент, который, как уже известно, не подвластен пламени Роковой Горы.
  Очевидно, выгорели остатки Тёмной Силы, что должно было разрушить Чёрную Цепь. Подведём итоги: можно с уверенностью предположить, что Кольцо вновь распалось на Девять, и, чтобы восстановить цепочку, нужно надеть их на девятерых новых владельцев.
  Новым хозяевам, которыми могут быть, наверное, не только люди, но и урукхаи (по крайней мере, наш агент видел Тёмное Колечко на руке вождя Рейха), Кольца должны давать харизму, иными словами власть над толпой, ратную доблесть и полководческую мудрость. Таким образом, связанная единой цепочкой Девятка, ставшая во главе девяти народов, может покорить всё Средиземье!
  - Мы должны помешать им, - вымолвил Бродо, преодолевая навалившийся ужас. - Но какую роль играет здесь Чёрная Вдова?
  - По идее, верховодить должен тот, у кого Кольцо Короля-Призрака. Но это Кольцо было одним из двух крайних, и могло потерять часть силы, а второе вообще должно быть самым слабым, да и свойства его могли деформироваться. Мы были почти уверены, что два из Девяти получили вождь Рейха и Адольфин, а сообщённая тобой, невысоклик, новость указывает ещё и на харадского хана. Мне почему-то кажется, что именно у него - главное Кольцо. Скорее всего, одно из них - у Гады, а может быть именно она, как в своё время Саурон, их и раздаёт. У Чёрной Вдовы должна остаться хотя бы часть колдовской силы, так что явно эта ведьма всем и заправляет.
  - Так может быть её того, - убрать?
  - Думай, что говоришь, невысоклик! Фолко не удалось убить даже человека - Олмера, а она - Майя!
  - Так что же делать?
  - То-то! Это тебе не пиво пить! Нужно не дать им объединиться и разбить поодиночке. Так что спешите в Аннуминас и убеждайте короля. Нужно поднять все здоровые силы. Хорошо бы, чтоб и Авари с Чёрными гномами ударили в тыл Хараду.
  - А вы откроете Второй Фронт в Средиземье? - поинтересовался Бродо, чем привел Гэндальфа в замешательство.
  - Это сложный вопрос. Валары будут против, Авари это не понравится, люди не поймут, да и Канат Мирового Равновесия опять же...
  - Ах, у вас там канат, а мы погибай! - рассердился хоббит.
  - Ну не я же распоряжаюсь в Валиноре! - пробормотал пристыженный Гэндальф и попытался перевести разговор на другую тему. - Кстати, ты слышал о Короне Средиземной Империи?
  - Ну, слышал, и что?
  - Ходят слухи, что кто ею коронуется, тот станет хозяином Средиземья. Мы думали, что речь идёт о железной короне Моргота, но её расплавил лично Аулэ. Наши агенты уже перекопали пол Средиземья, но всё зря.
  - Что вы фигнёй занимаетесь? Лучше б высадили свой десант, а то сначала прощаете врагов, а потом делаете вид, что вы тут не при чём!
  - Я сделаю всё, что смогу, - пообещал Гэндальф, и снова исчез.
  
  Глава 15. Ветер с Севера
  
  Колючий пронизывающий ветер, точно голодный волк, кидался на маленький Отряд, и Кэшта не могла согреться даже под тремя подбитыми мехом эльфийскими плащами. Это был ветер с севера, и урукхайку бросало в холод от ужасных предчувствий.
  - Картина проясняется, - рассуждал вслух Амрод. - Последнее сообщение Форвэ о том, что хан Харада провозгласил государственной религией поклонение Чёрной Вдове, а себя объявил её верховным жрецом, подтверждает нашу теорию.
  - Это уж точно, - подхватил Маэлнор. - Ведь и Арагволд подтвердил, что у Адольфина есть Тёмное Кольцо.
  - Какая же я дура! - воскликнула Кэшта.
  - Это почему же? - поинтересовался Беарнас.
  - Я сразу должна была догадаться! Ведь у моего мужа, герцога Гэка, тоже было такое Кольцо! Он никогда не снимал тёмный перстень с указательного пальца на левой руке, а когда я спросила его о нём, он избил меня и сказал, что убьёт, если я ещё хоть раз заикнусь об этом.
  - Элберет твою Гилтониэль! - выразил свои чувства Беарнас. - Значит, Гада хочет прибрать к своим ручонкам и Урукхайское Королевство!
  - Вполне логично, что, подчинив орков и Рейх, она надеется вернуть Тьме и этот народ, который лишь недавно потянулся к Свету.
  - Но враги просчитались, и путч провалился!
  - Не радуйся раньше времени, Маэлнор, они непременно попытаются снова.
  - Я чувствую, что может случиться что-то ужасное. Я должна быть там, с моим народом!
  - Не волнуйся, Кэшта, - успокоил её Амрод. - Скоро мы будем там. Я уже вижу ворота Ангмара, сейчас мы узнаем последние вести.
  Издали Ангмар напоминал обнесённую высокой стеной огромную, крепость. Подъехав поближе, путешественники заметили множество часовых в зелёной форме, которые несли вахту на грозных сторожевых башнях, размещённых по всему периметру укреплений. Амрод постучал в окованные железом ворота.
  - Кто вы такие? - подозрительно спросил главный охранник, осторожно выглядывая в окошко посреди ворот.
  Стрелки на ближайших башнях повернулись в сторону пришельцев, наведя на них взведённые арбалеты.
  - Мы послы Его Величества Илвэ, Короля Эльфов Востока, - важно сказал Амрод.
  - Эльфы? - переспросил охранник, и его голос стал ещё более подозрительным. Но тут вперёд выступила урукхайка с ребёнком.
  - Я принцесса Кэшта, дочь и законная наследница Урукбаши!
  За стеной раздались изумлённые вздохи, и ворота распахнулись. Одновременно стрелки опустили арбалеты. Главный охранник поклонился и произнёс:
  - Мы рады приветствовать на нашей земле принцессу Кэшту. Позвольте выразить вам наше искреннее соболезнование. Губернатор примет вас немедленно.
  - Но что случилось?! - вскричала поражённая Кэшта.
  - Разве вы не знаете о трагической гибели Урукбаши и его супруги?
  Кэшта упала бы, но три эльфа её поддержали.
  - Мужайся, нас ждёт губернатор, - шепнул Амрод.
  Бедная урукхайка провалилась в какое-то полузабытьё. Всё плыло перед глазами. Отец! Строгий, суровый, не всегда справедливый... Но ведь это её отец и Отец Всех Урукхаев!!! Мама?! Самое близкое и родное существо на свете! Неужели и её тоже?!!!
  Очнулась Кэшта лишь в резиденции губернатора. Там находилось два человека. Один - пожилой, седовласый, но ещё крепкий, второй - высокий, со множеством нашивок.
  - Я - губернатор Ангмара, - представился седовласый, целуя Кэште руку. - А это наш воевода. Администрация Ангмара всей душой сочувствует вашему горю, но войск дать не может.
  - Мы устали с дороги и не совсем понимаем ситуацию, - вмешался Амрод.
  - Ой, извините! Последние события совсем выбили меня из колеи, - спохватился губернатор. - Я приглашаю принцессу и её спутников отобедать с нами. Заодно не спеша, обсудим обстановку.
  Руководитель Ангмара сделал изящный жест, указывая на ломящийся от всевозможных яств стол.
  Приглашение было тут же принято, и усталые путники принялись за еду, одновременно слушая монолог губернатора:
  - У нас давние дружеские отношения с Урукхайским Королевством. Это наш ближайший союзник, ведь Арнор далеко, а у нас с одной стороны Рейх, с другой - люди Адольфина. Зато с Королевством мы прекрасно торгуем и не вмешиваемся в дела друг друга, однако нам небезразлично происходящее в соседней стране. С Урукбаши у нас установились превосходные личные отношения, и мы были обеспокоены попыткой переворота, но тогда всё обошлось. И вот мы узнаём, что Урукбаши убит, причём, по слухам, он убит гэкачепистами. Сам Гэк тут же выступил со своими сторонниками из Рейха и объявил о претензиях на трон, ведь он родственник и зять короля, а принцесса пропала. Но мы надеялись, что Кэшта вернётся, потому что считаем Вас единственной законной наследницей. Приход к власти сего проклятого человеконенавистника станет для нас катастрофой. Тогда мы со всех сторон окажемся окружёнными врагами. Я неоднократно посылал королю донесения об этой угрожающей ситуации, но легче добраться до Валинора, чем до Его Величества. Боюсь, что все мои донесения лежат где-то под сукном, застряв в бесконечных лабиринтах аннуминасской бюрократии. Мы готовы всеми силами помогать воцарению Вашего Высочества, но войск дать не можем. Во-первых, иностранные и военные дела мы не имеем права вести без Арнора, а во-вторых, это может вызвать войну между людьми и урукхаями.
  - Гэк ещё не захватил власть? - спросил Амрод, переваривая пищу и речь губернатора.
  - Нет, но на завтра намечена его коронация, так решил Великий Курултай.
  - Так чего ж мы здесь сидим?! - вскричала Кэшта. - Этот подонок станет королём только через мой труп!
  - Что вы намерены делать? - спросил губернатор.
  - Я должна успеть туда до коронации. Вы можете предоставить мне и моим спутникам свежих лошадей через каждые четыре часа?
  - Да, Ваше Высочество, но это очень опасно.
  - Это наш единственный шанс!
  - Я восхищаюсь Вашим мужеством, принцесса Кэшта, - вмешался воевода, - мы сможем позаботиться о ребёнке в Ваше отсутствие.
  - Нет, он поедет со мной.
  - Но, Ваше Высочество, - возразил Амрод, - он прав. Ведь если вы, не дай Эру, погибнете, то в этом случае ещё останется законный наследник. Зачем зря подвергать его риску?
  - Он поедет со мной, и точка! - отрезала Кэшта, и ребёнок согласно кивнул.
  - Тогда нам пора, - развёл руками предводитель Аварии. Ни спутники, ни хозяева спорить не стали, поняв, что решение окончательное.
  Эльфы и принцесса попрощались с руководством Ангмара и, вскочив на новых скакунов, помчались на север навстречу ветру.
  - Берегите себя! - крикнул вслед губернатор, а воевода ещё долго махал зелёным платком.
  Когда Ангмар скрылся вдали, Амрод скомандовал остановку.
  - Почему мы теряем время? - вспыхнул Кэшта.
  - На вот, выпей, тебе сегодня пришлось тяжело, - сказал Амрод, протягивая девушке покрытую причудливой резьбой флягу.
  - Что это? - удивилась Кэшта, когда живительная влага, напоминающая лёгкое, ароматное и бодрящее вино, разлилась по телу, растворяя усталость.
  - Сие настоящий здравур из неприкосновенного запаса, - объяснил Амрод.
  - Ты была крута в Ангмаре, - похвалил Беарнас.
  - Корона бы тебе пошла к лицу, - добавил Маэлнор.
  - Тогда вперёд! - воскликнула отважная урукхайка. После оздравурения она согрелась и была готова к любым подвигам.
  
  Глава 16. Коронный вопрос
  
  Через сутки бешеной скачки они уже были в Урукхайске, столице одноимённого Королевства. Кэште всё здесь было до боли знакомо: архитектура пещерного типа; дома, похожие на обломки скал и вездесущие памятники Белой Руке, напоминающие дорожные указатели.
  Время от времени её кто-нибудь узнавал, и слышались удивлённые и почтительные возгласы: 'Принцесса Кэшта!' Но королевская дочь и её спутники безостановочно мчались к Великому Курултаю.
  Дом Белой Руки был виден издалека. На Площади Свободы возвышалось большое серое здание, на фасаде которого белым камнем выложена рука, застывшая в жесте голосования. Над оплотом урукхайской демократии гордо реял национальный флаг: чёрно-красное полотнище с золотой короной в центре. В своё время по поводу знамени было сломано множество копий: эльфиниты требовали добавить зелёную полосу, а белоручки - традиционный указующий перст, но эти предложения не прошли. Зато в Рейхе националисты поместили на флаг тех же цветов взметнувшуюся в нацистском приветствии белую руку.
  Охрана у здания попыталась было остановить незнакомцев, но, увидев, кто перед ними, стражники замерли, раскрыв рты.
  - Присмотрите за лошадьми! - бросила им Кэшта и стремительно ворвалась в помещение.
   Когда принцесса, с наследником на руках и в сопровождении троицы эльфов появилась в зале заседаний, на трибуне ненавистный Гэк уже произносил текст присяги. Увидев дочь короля, которую считали погибшей, поражённые парламентарии застыли. Первым вышел из оцепенения, естественно, подлец Гэк:
  - А, блудная дочь вернулась! Как мило, что ты пришла поздравить меня с коронацией!
  - Я вернулась, чтобы не допустить воцарения в моей стране наглого узурпатора и самозванца, преступника, путчиста и убийцы моего отца!
  - А у тебя есть доказательства, детка? - нагло ухмыльнулся Гэк. - Мы живём в правовом государстве, и существует презумпция невиновности.
  - То, что ты совершил государственный переворот и пытался объявить короля сумасшедшим, известно всем. Его убийство должно было расчистить путь к трону, ведь ты пытался убить и меня!
  Председатель Курултая Спик зазвонил в колокольчик:
  - В связи с изменившейся обстановкой я вынужден прервать процедуру коронации и вынести сложившуюся ситуацию на суд депутатов.
  - Да как ты смеешь! - взорвался Гэк. - Когда я стану королём, ты не будешь здесь сидеть! Вы все проголосуете за меня, однозначно!
  Узурпатор бешено размахивал руками и неистово тыкал указательным пальцем в зал.
  - Герцог Гэк, я лишаю вас слова! Немедленно покиньте трибуну! И Вы присаживайтесь, Ваше Высочество.
  Гэк для порядка ещё потряс кулаками, но всё же освободил место для выступления. Кэшта и её спутники сели в гостевой ложе слева, тогда как герцог демонстративно занял правую королевскую ложу. Тем временем на трибуну вышел первый народный избранник:
  - Депутат Глюкодил, председатель Фракции Эльфинитов. Наша фракция считает, что всё предельно ясно: нужно короновать единственную законную наследницу, принцессу Кэшту, и привлечь к ответственности герцога Гэка за переворот и прочие преступления.
  Авари стали поздравлять Кэшту, но тут Глюкодила сменил представитель Белоручек:
  - Депутат Сарукан. В заветах Белой Руки не предусмотрено, чтобы королём была женщина. Управлять государством - не для слабого пола. Мы должны уважать свои традиции, и Урукбаши, Отцом Урукхаев, должен быть только мужчина!
  - А как же Элберет твою Гилтониэль?! - не выдержал Беарнас.
  - Попрошу наших гостей соблюдать порядок, - одёрнул его Спик. - Слово предоставляется депутату Питэку от Фракции Гомиков.
  - Депутат Сарукан прав, женщина у власти - это не по-людски как-то. Короли всегда были мужчинами, но и герцог Гэк не выход. Он запятнал себя переворотом и связями с Рейхом. Поэтому предлагаю короновать внука Урукбаши.
  - Это не разрешит ситуацию, - возразил Спик, - Он ещё ребёнок, и всё равно придётся назначать регента.
  - Депутат Урюк, Фракция Чепистов. Традиции людей не имеют к нам никакого отношения - у нас свой особый путь, и, исходя из этого, мы должны делать собственный выбор. В этой связи настораживает, что принцесса появилась в сопровождении эльфов. С другой стороны, всем известны связи герцога Гэка с Рейхом. Мы никому не позволим сбить нас с нашего самобытного пути! И всё же, учитывая серьёзные обвинения против герцога, а также то, что принцесса - прямая наследница Урукбаши, предлагаю короновать её.
  Но представитель крайних чепистов считал иначе.
  - Депутат Кукурук. Женщина остаётся женщиной, а Гэк тоже родственник короля, и он уже обладает опытом управления государством. Мы не имеем права из-за голословных обвинений в адрес герцога передавать судьбу нашей Родины в слабые женские руки!
  - Уважаемые депутаты, - обратился Спик, - вопрос очень сложный. Предлагаю предварительно обсудить его в комитетах и комиссиях. Там рассмотрят его со всех сторон, расследуют все обвинения, и мы сможем перейти ко второму чтению.
  - У меня другое предложение, - вмешался Гэк, чувствуя, что дело принимает нежелательный оборот. - Так мы погрязнем в бюрократии! Но есть прямой демократический путь! - Гэк выдержал эффектную паузу и приковал к себе взгляды заинтригованных слушателей. - Спор между претендентами может быть решён в честном поединке. Но поскольку мой противник - слабая женщина - я готов сразиться с любым её сторонником. С удовольствием выпустил бы кишки из эльфа!
  Зал одобрительно загудел, и все теперь смотрели на Кэшту.
  - Вы согласны, принцесса? - спросил с надеждой Спик.
  - Спокойно, - шепнул Амрод Кэште. - Этот подлец надеется на силу, полученную от Кольца. А если мы откажемся, то все сочтут это слабостью и трусостью. Но мы не бросим тебя! Беарнас примет вызов!
  - А почему Беарнас? Как что, так сразу Беарнас!
  - Очень просто. Меня нужно беречь как командира, а Маэлнор чаще держит лютню, чем меч.
  - Но я тоже не помню, когда последний раз махал им.
  - Увы, больше некому. Кто ещё, кроме тебя, сможет помочь бедной принцессе?
  - Я! - раздался голос от дверей.
  
  Глава 17. Поединок
  
  Все мгновенно обернулись: в зал стремительно входил человек в чёрном плаще, с бравыми усами.
  - Арагволд! - воскликнула потрясённая и обрадованная Кэшта.
  - Откуда он здесь взялся? - удивился Маэлнор.
  - Кто за него будет работать в Райвенделе?! - возмутился Амрод.
  - Да чё там, пусть, - возразил Беарнас. - Говорят, надо уступать дорогу Младшим Братьям.
  - Принцесса Кэшта, согласны ли Вы, чтобы этот человек сразился с герцогом Гэком от Вашего имени в поединке за корону? - спросил Спик.
  - Да, - просто ответила урукхайка.
  - А вы, герцог, согласны биться с этим... как, кстати, вас зовут?
  - Арагволд сын Рогогорна, капитан истерлингской гвардии Арнора к вашим услугам.
  - О, моя жена изменяет мне не только с эльфами, но и с людьми! Я всегда подозревал, что это не мой ребёнок! Да, я согласен убить этого человечишку и настаиваю, чтобы поединок шёл до смерти одного из нас!
  - Это единственное, в чём мы сходимся, грязный подонок! Подло оскорбив принцессу, ты подписал себе смертный приговор!
  - Очень рад, что стороны пришли к консенсусу! - просиял Спик. - Арагволд, как представитель вызванной на дуэль стороны, имеет право выбрать оружие.
  - Я предпочитаю драться на коне и с копьём.
  - Отлично! - обрадовался Амрод. - Истерлинги - непревзойдённые копейщики.
  - Итак, - подытожил Спик, - поединок состоится через час на Площади Свободы. Воины будут сражаться конными и на копьях. А затем, если потребуется, могут пустить в ход и мечи. Заседание объявляется закрытым. По окончании поединка состоится коронация.
  Парламентарии поспешили занимать удобные места. По дороге они обсуждали шансы:
  - На всё воля Белой Руки, - философски заметил Сарукан.
  - Наше дело Светлое, победа будет за нами! - убеждённо доказывал Глюкодил.
  - Какой-то человек не может победить урукхая! - запальчиво огрызался Кукурук, и большинство чепистов из патриотических соображений с ним соглашались. Даже Урюк помалкивал, не желая терять авторитет.
  - Человек - это звучит гордо! - спорил Питэк.
  Тем временем Кэшту замучила совесть:
  - Арагволд, прости, я не хотела тебя впутывать, мне не пережить, если ты погибнешь из-за меня. Ещё не поздно отказаться!
  - Ну, уж нет! Теперь я не успокоюсь, пока не прибью этого гада! - твёрдо молвил Арагволд и решительно направился к выходу,
  - Вот это по-нашему! - одобрил Беарнас. - Увидите, он заколет этого Гэка как свинью!
  - Не забывай о Кольце! - озабоченно промолвил Амрод.
  Перед зданием парламента уже собрался народ. Депутаты с ним демократично общались. Делались ставки на поединщиков. В круге ходил уверенный в себе здоровенный верзила Гэк. Он принимал изящные позы, играя на публику. На самом же деле он был до омерзения кривоног, кособок, криворук и косоглаз. Арагволд скинул затруднявший движения плащ и остался в голубой с жёлтым форме гвардии Арнора.
  - Помни о Кольце, - напутствовал его Амрод.
  - Мысленно мы с тобой, - добавил Маэлнор.
  Беарнас внезапно что-то вспомнил и начал о чём-то шептать на ухо Арагволду.
  - Спасибо, я к этому готов, - отозвался тот.
  - Береги себя! - взмолилась Кэшта.
  Прозвучал гонг, и противники, вскочив на коней, разъехались по углам. На этот раз безобразная фигура Гэка была скрыта серым плащом.
  Вновь ударил гонг, и всадники понеслись навстречу друг другу. И тут герцог Гэк внезапно остановился. Его рот оскалился в злобной усмешке, и он выхватил из-под своего плаща заряженный арбалет. Всё произошло мгновенно, но Арагволд оказался ещё быстрее, и с ловкостью акробата исчез за боком верного вороного. Стрела просвистела над головами потрясённых зрителей и отломила указующий перст у ближайшей статуи Белой Руки.
  - Святотатство! - заголосил Сарукан, но его никто не слушал, - все взгляды были прикованы к поединку.
  Гэк перезаряжал свой арбалет, но конь Арагволда был уже рядом, и висящий под ним вниз головой капитан пырнул герцога копьём. Злодей взвыл и шмякнулся на землю. Арагволд спешился, выхватил меч и подошёл к неподвижному Гэку. Тот не подавал признаков жизни, распластавшись на земле лицом вниз.
  - Эй, подонок, если ты ещё не сдох, то вставай, продолжим! - с этими словами капитан потыкал герцога остриём меча пониже спины.
  Гэк тут же вскочил с неожиданным проворством. В его руке сверкнул меч, и Арагволд с огромным трудом отбил стремительный и мощный удар.
  - Ты думал, что меня так легко убить, человечий заморыш! - расхохотался Гэк и обрушил на капитана шквал чудовищных ударов.
   Арагволд отбивался с трудом, но большинство зрителей болело за него: белоручки не могли простить Гэку святотатства, а большинство чепистов - подлости. За Гэка теперь болели лишь крайние чеписты и те, кто поставил на него деньги. Однако перевес был на стороне урка.
   Герцог теснил противника, словно и не был никогда выбит из седла. Его кривые руки наносили удар за ударом, а он оставался неуязвим. Арагволд уже сам был легко ранен в многострадальное левое плечо, не считая мелких порезов, и чувствовал, что слабеет. Ещё немного, и проклятый Гэк доконает его. Эльфы ему что-то кричали, но он не слышал их в пылу сражения.
  - Палец, палец! - надрывался Амрод.
  - Кольцо, Кольцо! - вторил ему Маэлнор.
  - Его смерть в Кольце! - выкрикнул Беарнас.
  И тут до Арагволда наконец-то дошёл смысл подсказок. Но Кольца под перчатками не было видно. И вдруг капитан услышал такой родной голос любимой:
  - Оно на указательном пальце левой руки!
  Гвардеец собрал последние силы и произвёл обманный маневр, а затем быстрым резким ударом отсёк нужный палец. Враг взревел от боли, и Арагволд, не мешкая, вонзил в него свой меч. Гэк захрипел и рухнул на землю, забрызгав её чёрной кровью, клинок также почернел.
  - Да здравствует королева Кэшта! - закричали сотни голосов одновременно, и все, даже те, кто желал победы герцогу, бросились её поздравлять.
  Амрод тем временем кинулся к отрубленному пальцу, руками, защищёнными перчатками, снял с него Назгульское Кольцо и положил в специально приготовленную шкатулку.
  - Сие Кольцо сделало из Гэка раба Тёмных Сил. Взгляните на эту кровь - в нём не осталось ничего урукхайского!
  - Я думаю, что вы правы, - отозвался Спик. - И теперь уже нет никаких причин откладывать коронацию принцессы.
  Раздались одобрительные возгласы, и депутаты двинулись к зданию парламента.
  - Постойте! - возмутилась Кэшта. - Я не могу ответить чёрной неблагодарностью человеку, рисковавшему из-за меня жизнью.
   С этими словами она передала ребёнка, с интересом следившего за всем происходящим, Маэлнору. Затем взяла из рук Арагволда меч, который тот уже успел вытереть, положила его на левое плечо капитану и торжественно объявила:
  - Арагволд сын Рогогорна провозглашаю вас рыцарем урукхайской короны!
  - Я счастлив служить вам, и благодарю за высочайшую честь и оказанное доверие, - произнёс, стиснув зубы, Арагволд - многострадальное плечо жгла боль.
  - Я вижу, вы ранены, вам окажут медицинскую помощь.
  - Мне не нужна помощь! Присутствовать при вашей коронации - вот лучшее лекарство!
  Кэшта не стала с ним спорить, и все поспешили в зал заседаний. Там принцесса, по всем правилам и соблюдая соответствующие обряды, принесла присягу. После чего Спик увенчал её голову королевской короной. Амрод, державший в руках маленькую шкатулку со зловещим Кольцом, вместе с двумя другими Авари также присутствовал при её триумфе.
  - Своим первым указом я строжайше запрещаю деятельность организаций ОУН и Урух на территории нашего Королевства! - провозгласила Кэшта.
  Эти слова были встречены оглушительным гулом. Одни были рады, другие возмущены, но всех поразили смелость и решительность юной урукхайки.
  После коронации новоиспечённая королева удалилась в свою резиденцию, и отдала ребёнка заботам слуг. Королевский дворец, где всё было до боли знакомо, напомнил ей о трагической гибели родителей. Она вновь почувствовала себя одинокой и усталой. Но тут явился Амрод с проектом договора о дружбе и сотрудничестве. Кэшта, не долго думая, поставила под ним подпись - всё равно ещё парламенту ратифицировать.
  - Вчера и сегодня ты была просто великолепна! Ты настоящая королева!
  - Я только сейчас почувствовала, как я устала, и лишь теперь до меня дошла вся горечь утраты!
  - Ну, не раскисай, ты теперь глава государства! Там на площади полно народу, и они хотят видеть свою королеву. Я пойду, выступлю от имени Авари, а ты тоже мужайся и приходи, - сказал эльф и вышел.
   Кэшта осталась одна. Осиротевшая юная урукхайка ощущала лишь усталость, пустоту и боль. Она очень нуждалась в ком-то, с кем можно было бы разделить свои переживания.
  И тут очень кстати, но совершенно случайно, появился Арагволд. Урукхайка тут же разрыдалась на его многострадальном плече, закапав солёными слезами свежую рану.
  Но Арагволд не чувствовал боли, наоборот, ему было очень приятно. Впервые в жизни этот суровый воин был переполнен удивительной нежностью. Его сердце наполнялось теплом и трепетало, как попавший в паутину мотылёк, а душа уносилась в какую-то заоблачную высь... Но, увы, он тут же был опущен на грешную землю.
  - Мне надо идти, - Кэшта мягко отстранилась. Ей уже удалось взять себя в руки. - Меня ждёт мой народ, и вообще, нас не должны видеть вместе.
  - Но почему?! - возмутился потрясённый Арагволд.
  - Ты - человек, а я - урукхайская королева. Понимаешь?
  - Я всё понимаю, но не могу понять лишь одного: почему всё так несправедливо?! - горько молвил капитан.
  - Прости, я тебе очень благодарна, но...
  - Тебе не за что извиняться, - вздохнул Арагволд и вышел.
  'Как всё глупо, напиться, что ли?' - подумал он и побрёл, сам не зная куда. Кругом вспыхивали фейерверки, слышались радостные крики. На Площади Свободы местные менестрели Косяк и Лихак, с примкнувшим к ним Маэлнором, давали праздничный концерт.
  В настоящее время солировал Лихак, исполнявший свой самый патриотичный хит 'Родина':
  
  Вижу - поднимается с колен моя Родина!
  Вижу, как из пепла восстаёт моя Родина!
  Слышу, как поёт моя великая Родина!
  Снова поднимается с колен моя Родина!
  
  Разгибает спину мой великий народ,
  Раздвигает стены наша гневная мощь,
  Солнышко зовёт нас за собою в поход
  На гибельную стужу, на кромешную ночь.
  
  Вижу - поднимается с колен моя Родина!
  Слышу, как из комы пробуждается Родина!
  Жарко разгорается во мне моя Родина!
  Вижу, как встаёт-поёт моя великая Родина!
  
  Сбрасывает цепи мой проклятый народ,
  В сердцах светло и жарко полыхает заря,
  От нашего дыханья тает, плавится лёд,
  Под нашими ногами расцветает земля.
  
  Вижу - поднимается с колен моя Родина!
  Слышу, как из снега пробивается Родина!
  Чую, как от грязи умывается Родина!
  Яркими цветами распускается Родина!
  
  От рёва Урукхайского менестреля и излучаемого им воинствующего оптимизма, казалось, растают даже вечные льды. Тысячегласый народный хор подхватывал слова припева, а уж слово 'Родина' слышно было, наверное, даже в соседних странах. Развеселившийся народ так прыгал и махал руками, что в приливе энтузиазма разломал ещё три памятника Белой Руке. Лишь герой дня был чужим на этом празднике жизни.
  
  Глава 18. Песнь о козырном носке
  
  - Жаль с вами расставаться, но нам пора, - сказал Моторин.
  - Как бы ни так! - встрепенулся Бармалей. - Никуда я вас не отпущу! Где мне ещё такие попадутся?
  - Но нам нужно спасать Средиземье, - грустно вздохнул Бродо.
  - Ладно, так и быть, - смягчился атаман. - С болью в сердце я вас отпускаю, но только после концерта в вашу честь.
  - Пусть будет по-твоему, Вашество, - согласился Моторин.
  Тем временем на середину поляны уже вылез сияющий Гард Артист:
  - Чего изволишь, Вашество?
  - Сбацай для поднятия духа наших гостей перед опасной дорогой что-нибудь героическое.
  - Давай о герое в зелёном плаще, - подсказал Велп.
  - Про героев - это мы любим, - поддакнули гномы.
  - Пожалста, 'Герой в зелёном плаще', - объявил Гард и заголосил, неимоверно мучая старую лютню:
  
  Прекрасен, скромен, не злобив,
  Не славится ничем,
  Всегда бывает справедлив
  Герой в зелёном плаще.
  
  Когда, ж в лихие, времена
  Надежды рухнут все,
  На помощь Родине придёт
  Герой в зелёном плаще.
  
  Он не натянет тетиву,
  Не бьётся на мече, -
  Придёт, посмотрит - и уйдёт
  Герой в зелёном плаще.
  
  Пираты были довольны, а гномы озадачились.
  - А теперь давай мою любимую! - рявкнул Гах.
  - Да, давай лирику, - поддержал его Рэй Аркан.
  - Только чтоб про чистую любовь, - предупредила Ромашка.
  - Про чистую? Пожалста!
  
  Помню, дело было летом,
  Брёл я берегом реки,
  Всё вокруг цвело при этом,
  А я шёл стирать носки.
  
  В белом платьице воздушном
  Ты сидела на песке,
  Длинным пальчиком изящным
  Ковыряя нос в тоске.
  
  Был тобой я очарован,
  Но прибрежный ветерок
  До тебя доносит запах
  Не постиранных носок.
  
  Вся душа к тебе тянулась,
  Чтобы избавить от тоски, -
  Ты ж ушла, не обернулась,
  А я стал стирать носки.
  
  Боцман хохотнул, и команда его поддержала. А Ромашка сидела с таким кислым видом, словно этот запах долетел и до неё.
  - Хорошо, но нам уже пора, - выдавил из себя Бродо, увидев реакцию Ромашки.
  - Ладно, - смилостивился Бармалей. - Давай последнюю, и чтоб была оптимистичной.
  - Хорошо, Вашество. Песня называется 'Как наши ихних!'
  
  Наши хорошие были,
  А ихние были плохими.
  Наши на них не похожи,
  На эти поганые рожи!
  
  Наши не ожидали,
  А ихние подло напали
  И всё кругом разгромили,
  Но наши отважные были!
  
  Наши ихним не сдались,
  И за оружие взялись.
  Ихние это не ждали,
  От наших трусливо удрали!
  
  Коварными ихние были,
  Непросто справиться с ними,
  Но наши их победили,
  И ихних всех перебили!
  
  - Вот это по-нашему! - воскликнул Моторин. - Теперь можно снова отправляться навстречу новым подвигам!
  - Разрешите напоследок преподнести вам подарок, - торжественно произнёс Бродо. - Вам очень понравился наш палантир, и мы дарим его вам на память о нашей встрече.
  Пираты и Ромашка взглянули на него с благодарностью, а гномы и карлик с недоумением и возмущением.
  - Ты что, с ума сошёл?! - шепнул подскочивший к хоббиту Малыш.
  - Им он нужнее, - с достоинством ответствовал Бродо. - К тому же, пираты бы всё равно его нам не отдали.
  - Что бы вам подарить взамен? - задумчиво промолвил Бармалей. - Во! Мы подарим вам самое дорогое! Нашество дарит вам жизнь, да ещё и свободу в придачу!
  - Спасибо! Вашество очень добр! - отозвался Бродо.
  Они обменялись подарками и пожали грубые лапы бандитов.
  - Счастливо, может, мы ещё встретимся, - произнёс не без грусти хоббит.
  - Удачи вам, - пожелал главарь. - А если что - помните, - Нашество с радостью примет вас в свою банду.
  Бродо хотел ещё что-то сказать, но не успел.
  - На конь! - оборвал его своей командой Моторин.
  
  Глава 19. Кто любит - тот поймёт!
  
  Кэшта вернулась с празднеств уже под утро. Вторая бессонная ночь и тяжелейший день сделали своё дело: она хотела одного - спать, и как только урукхайка оказалась в постели, глаза её сами закрылись. Из-за неплотно задвинутой шторы в помещение заглянула лукавая луна.
  А вот Арагволд никак не мог уснуть, даже несмотря на дивный храп троих эльфов. Эти чарующие музыкальные звуки могли убаюкать любого, но только не томимого любовной жаждой капитана истерлингской гвардии. Кровь из открывшейся на левом плече раны закапала подушку, но он этого даже не заметил. Его терзала душевная травма. Ну почему какие-то нелепые национальные и социальные предрассудки должны мешать их счастью? Ведь он был уверен, что и Кэшта любит его. Вот бы сейчас открылась дверь и...
  Внезапно дверь заскрипела. Арагволд насторожился... Не может быть! - На пороге стояла та, о которой он только что думал. Нет, всё же Эру есть, и он внял мольбам одного из своих Детей! Истерлинг понял это после того, как пять раз больно ущипнул себя, но так и не проснулся.
  Между тем Кэшта вела себя странно. Она неуверенно ступала с закрытыми глазами, вытянув вперёд руки. Похоже, она что-то искала.
  - Вот он я, любимая! - вскричал Арагволд и заключил Кэшту в горячие объятия.
  И тут глаза её открылись. В следующее мгновение уруккайская королева увидела себя в одной ночной рубашке в объятиях мужчины. Глаза её вспыхнули гневом, она влепила ошарашенному Арагволду звонкую пощёчину и выбежала вон из комнаты.
  Подскочившие Авари ничего не могли понять, а потрясённый истерлинг твердил одно: 'Значит, Эру нет! Эру нет!!!'
  К утру, эльфы всё же вытянули из Арагволда все подробности.
  - Чувствую, дело нечисто, - озабоченно пробормотал Амрод.
  Он проверил, всё ли на месте, но ничего не пропало. Тогда предводитель 'Аварии' вынул зловещее Кольцо, для изоляции обмотал его лечебным пластырем и снова спрятал в шкатулку с магическим замком. Тут он обратил внимание на рану Арагволда и заклеил её тем же пластырем.
  - Я пойду, побеседую о произошедшем с Кэштой, а вы тут втроём сообразите, расслабьтесь.
  - Нет уж! - запротестовал Маэлнор. - Беарнас, когда расслабится, вечно рассказывает о своей любви.
  - Да ты же менестрель, и сам поёшь про любовь!
  - Да, но после трёхсотого раза его история начинает несколько надоедать.
  - Ладно, тогда ты сам, Беарнас, позаботься о нашем друге.
  - Не беспокойся, я тут одно местечко присмотрел, 'У Белой Руки' называется. Пойдём, братан, попробуем местного пива!
  Вскоре человек и эльф уже дегустировали этот самый интернациональный напиток.
  - Элберет твою Гилтониэль! Хорошее у них пиво! - похвалил Беарнас.
  - Особенно после концентрата Малыша, - отозвался истерлинг.
  - А ты, братан, не дурак выпить!
  - Обижаешь, я же капитан гвардии!
  - Тогда за тебя и твою вчерашнюю победу!
  Они чокнулись и осушили кружки. Но Арагволд по-прежнему был мрачен и смотрел на кружку отсутствующим взглядом.
  - Что-то ты, братец, не весел. От пива ещё никому плохо не было.
  - Губит людей не пиво, губит людей любовь! - с тяжёлым вздохом выдавил капитан.
  - Я тебя понимаю, уж я-то знаю, что это такое. У нас, у эльфов, говорят: любовь проверяется веками, ведь мы мало меняемся. Сейчас расскажу тебе о своей любви.
  Началось всё, как сейчас помню, семь веков назад... Или восемь? Ну, сем-восем, нет, всё же семь.
   Был я тогда совсем молод. Ну, я и сейчас парень хоть куда, но тогда я был, можешь себе представить. Хотя нет, не можешь. Ну да ладно. А она была прекрасна так, что описать невозможно. Конечно, все эльфины прекрасны... Элберет твою Гилтониэль! Ведь ты не видел ни одной эльфины! Так вот, своей красотой она выделялась даже среди них!
  Беарнас мечтательно закрыл глаза.
  - Уверен, никакая Элберет мизинца её не стоит! Многие среди Авари воспылали к ней любовью, но красавица была столь же горда и неприступна, сколь и прекрасна. Я как её увидел, так сразу потерял и сон, и аппетит, только о ней и думал, так в душу мне запала. Я от этой красавицы глаз отвести не мог, а она на меня ноль внимания. Ну, обидно мне стало, и я решил, что она будет моей, чего бы мне это не стоило.
  - О, чего я только не делал, чтобы завоевать ее благосклонность! - И Беарнас стал возбуждённо перечислять цветы и украшения, подаренные своей возлюбленной, и подвиги, совершённые, дабы тронуть её неприступное сердце.
  Даже мрачный Арагволд заслушался, ведь, в сущности, об эльфах люди почти ничего не знали.
  - ...Но только после того, как я в третий раз спас ей жизнь, освободив из мерзких лап гурров, она начала отвечать мне взаимностью. О, какая это была любовь! Я даже слагал стихи о ней, что обычно мне не свойственно!
  И Беарнас стал вновь перечислять подарки, маршруты их ночных прогулок, и куда он её целовал. Арагволд никогда не видел эльфа таким возбуждённым. Казалось, он заново переживал все события, и просто светился от счастья. Его повествование плавно перетекло в описание великолепной свадьбы, а затем и к необычайно прекрасной, незабываемой медовой пятилетке.
  - Мы и потом ещё лет триста жили, душа в душу! - убеждённо воскликнул Авари. - Сам не пойму, куда всё подевалось!
  Постепенно мы стали отдаляться друг от друга, часто вспыхивали нелепые ссоры. Она взялась меня учить, мол 'не пей, к юным эльфинам не приставай...' Ну чем ещё заниматься эльфу в самом расцвете сил?! Тем более он у нас всегда! А девушки, ясное дело, проходу мне не давали.
  Но любил-то я её одну! Как увижу мою красавицу с другим эльфом, прямо зверею! Одного чуть не убил, а он целителем оказался. Короче, чем дальше, тем хуже. Не семейная жизнь, а одно расстройство!
  И тут началась война с Олмером. Ну, я сразу добровольцем, пусть, думаю, лучше убьют, чем помереть от тоски. Сам принц Форвэ включил меня в спецотряд 'Авария'. Много подвигов совершили мы, но смерти я так и не нашёл.
  О другом теперь мечтаю. Вот кончится наша миссия, вернусь я домой покрытый славою, а она к тому времени отдохнёт и соскучается, и всё у нас пойдёт как прежде. Что для бессмертного каких-то три века ожидания?!
  - Желаю тебе успеха, братец! - горячо воскликнул истерлинг, и они употребили очередную порцию пива.
  
  Глава 20. Ошибка Единого
  
  - И что я сделал неправильно?! За что мне такие страдания?! - тяжело вздохнул Арагволд.
  - Не кори себя, братан, все ошибаются, даже сам Эру совершил ошибку, - успокоил его Беарнас.
  - Что ты такое несёшь! - возмутился истерлинг. - Как ты можешь судить об ошибках Единого, чьи замыслы сокрыты ото всех?! Ты просто перепил!
  - Кто? Я перепил?! Да я постигал это искусство ещё задолго до того, как ты на свет появился! А Илуватар и сам признал свою ошибку.
  - Когда ж такое было?
  - Вообще-то это тайна...
  - Ты мне не доверяешь?
  - Ладно, братан, только ни единой живой душе.
  - Слово офицера.
  - Ты когда-нибудь слышал о Потерянном Годе?
  - Никогда.
  - То-то! О нём из ныне живущих в Средиземье помнят лишь принц Форвэ, Амрод, Маэлнор, я, Великий Орлангур да ещё, пожалуй, Саруман, но о нём ничего не слышно уже триста лет. А дело было так. В начале июня 10-го года Пятой Эпохи в Средиземье стали происходить странные и жуткие вещи. Его обитателей охватывали внезапные приступы безумия, агрессивности и злобы. Источником всего этого оказался Адамант Хенны. Любая ссора заканчивалась смертельной схваткой, пустяковый повод разжигал истребительную войну. Единственным способом спасти Арду было: выбросить Адамант за пределы Мира. Ценой огромных потерь нам удалось захватить Адамант и прорваться в Амман, где, сдерживая валаров, погиб сам Великий Орлангур...
  - Но он же живой! - не вытерпел Арагволд.
  - Слушай дальше, и ты сам поймёшь.
  Всё это так ужасно, что у меня самого в голове не укладывается. Ведь нам пришлось сразиться с нашими братьями-эльфами, выполнявшими волю валаров. А на нашей стороне бились, кроме Фолко и гномов (смотри, не упади со стула) Саруман, Олмер, Санделло...
  В последний момент Фолко сумел открыть дверь в другой мир, и мы укрылись там вместе с Адамантом, а последним проскользнул туда дух Феанора, освобождённый хоббитом. Фолко ещё сказал, что мы назовём этот мир Хьёрвард.
  Я был ранен и выносил пронзённого десятком стрел Амрода. Помню, повалился без сил в траву, а трава такая мягкая...
  Очнулся же я у Вод Пробуждения, причём живой и невредимый, так же как и Амрод, и истекавший кровью Маэлнор. Но душевные-то раны остались, а вокруг всё - как будто ничего не произошло.
  Жена моя мне заявила, что я что-то скрываю, значит, у меня кто-то есть. А как я мог ей хоть что-нибудь рассказать, когда сам ничего не пойму, а Форвэ приказал молчать?
  Как он нам объяснил, всё вышло из-за грубой небрежности Эру, ведь Адамант - ни что иное, как обломок Чаши, что хранила в себе первозданное пламя, и он никак не должен был попасть в Пятую Эпоху. Илуватар спохватился, да поздно, Канат Мирового Равновесия уже на одном волоске только держится. А изменять Мир - не с руки. Шутка ли, целых пять эпох псу под хвост?!
  И тогда Единый остановил Время и обратил его вспять. В результате все события с июня 10-го по март 11-го годов Пятой Эпохи оказались переписаны заново. Вместо Безумной Войны в Средиземье воцарился Вечный Мир. Мы теперь единственные, кто помнит о Потерянном Годе.
  - Почему же Единый не стёр вашу память?
  - Кто его знает? Может быть, так изначально было задумано, ведь нет темы вне Илуватара. А может быть потому, что мы были уже в другом мире, значит, вне пределов его досягаемости.
  - И как же вы вернулись назад?
  - Мы, эльфы, привязаны к Арде, а вот остальных после Потерянного Года никто не видел. Может быть, они стали творцами нового мира, ведь у них остался Адамант, несущий в себе отражение Пламени Неугасимого.
  - A куда делся этот Потерянный Год?
  - Свойств Времени никто не знает, не исключено, что образовалась темпоральная петля, из-за чего я раздвоился, и мой двойник остался в том мире вместе с Фолко и Олмером.
  - Вот видишь, у тебя уже двоится! Говорил же я, что ты перепил!
  
  Глава 21. Роковое испытание
  
  - Всё пьёте? - осведомился с порога Амрод.
  - Пиво превосходное! - откликнулся Беарнас. - И вообще, ребята они неплохие, не то, что эти орки позорные!
  - Да уж, ребята они перспективные, и поют хорошо, - заметил подошедший Маэлнор. - Вот, например, эта тема:
  
  Эй, ты, там, на том берегу!
  Ну скажи хоть слово или дай знак!
  Эй, ты, там, на том берегу!
  Ты мудрец, ты пророк или просто дурак?
  
  - Молодец, Косяк! Здорово он врезал этим валарам! - подхватил Беарнас.
  - А как Кэшта? - спросил со вздохом Арагволд.
  - Она держится молодцом, - ответил Амрод. - Ей, конечно, тяжело, ведь она ещё не отошла от потери родителей, а тут на её хрупкие плечи навалилась ответственность за целое королевство. Обстановка сложная, кое-кто только и ждёт её ошибки, особенно крайние чеписты, которые недовольны запретом ОУН и Урух. Среди Чепистов обострилась борьба между умеренными во главе с Урюком и крайними, сторонниками Кукурука. Крайние поддержали нескольких гэкачепистов, которые вместе с Гэком вернулись из Рейха и требовали восстановления своих депутатских полномочий, но большинство Курултая отвергло их притязания. Вот в этих условиях Кэшта должна была назвать кандидатуру нового визиря.
  - И что? - заинтересовался Беарнас.
  - Она сделала единственно правильный выбор! - просиял Маэлнор.
  - Глюкодил, что ли? - ехидно осведомился истерлинг.
  - А вот и нет! - торжествующе воскликнул Амрод. - Это было бы ошибкой, ведь тогда бы её обвинили в проэльфийском уклоне, а Эльфиниты - самая маленькая фракция, они имеют всего 12% мандатов, и Глюкодил всё равно бы не прошёл. Кэшта предложила на этот пост Урюка, чем показала приверженность традициям и значительно укрепила свой авторитет среди Чепистов. А Чеписты как раз крупнейшая фракция, у них 45% мест в Курултае. Правда, внутри фракции постоянно идёт борьба. Умеренные контролируют где-то треть, примерно столько же у крайних, а остальные колеблются.
  - А сколько мест у Гомиков? - поинтересовался человек.
  - 30%, у них вторая по численности фракция, ведь у Белоручек всего 13%. Чеписты, не имея абсолютного большинства, обычно блокировались с Белоручками, которых считали меньшим злом. Благодаря этому союзу, они могли беспрепятственно проводить свою политику в обмен на ритуальные заявления о верности идеалам Белой Руки и строительство всё новых памятников Саруману. Но в последнее время влияние Белоручек падает, особенно среди молодёжи.
  - Когда вы столько успели узнать? - поразился Арагволд.
  - Ну так не вчера на свет родились! - гордо молвил Маэлнор.
  - А Урюка-то избрали? - спросил Беарнас.
  - Да, и притом единогласно! - радостно провозгласил Амрод. - Правда, ему пришлось сложить полномочия лидера Чепистов.
  - Неужели его место занял Кукурук?! - забеспокоился Арагволд.
  - К счастью, нет, - успокоил его предводитель 'Аварии'. - Они избрали своим новым председателем Чучхака, считающегося центристом. Чучхак заявил о необходимости сплочения Чепистов под лозунгом Королева - народ - ЧП, а главной своей задачей он видит объединение Родины, то есть возвращение Рейха в Королевство.
  - А что сказала Кэшга о вчерашнем? - спросил Арагволд, отводя глаза.
  - Она увидела во сне Чёрную Вдову, и та приказала ей взять Кольцо, - мрачно ответил Амрод. - Тут мы бессильны. Теперь Кэшта должна сама выбрать между свободой и несвободой, только от неё сейчас зависит, склонятся ли вновь урукхаи перед Тёмной Волей, или пойдут дальше своим путём.
  - Я должен с ней поговорить! - встрепенулся капитан.
  - Нет, Арагволд, сейчас ты только помешаешь. Для сопротивления Гаде ей понадобятся все силы. И вообще, тебе сейчас лучше уехать, ведь ты не закончил работу в Райвенделе.
  - Какой Райвендел?! - вспыхнул истерлинг. - С ними уже всё ясно, да и вряд ли они поверят мне ещё раз, после моего подозрительного исчезновения!
  - В таком состоянии он точно провалится, - поддержал его Беарнас. - Ведь губит людей не пиво, губит людей любовь.
  - Пожалуй, вы правы, - согласился Амрод. - Но обещай, что оставишь её в покое, хотя бы сегодня.
  - Хорошо, обещаю. Но неужели вы думаете, что эта проклятая ведьма может её...?!
  - Гада поставила на колени многих, - печально молвил Маэлнор. - В том числе орков и урукхаев из Рейха.
  - Не верю! - стукнул по столу Арагволд и опрокинул кружку.
  - И я не верю! - поддержал его облитый пивом Беарнас.
  - Нам всем хочется верить в стойкость этого симпатичного народа, - устало сказал Амрод. - Но мы должны быть готовы ко всему.
  
  Глава 22. Точка возврата
  
  Кэшта отправилась спать рано. Перед сном она хорошенько напилась здравура, чтобы снять мучительное напряжение. Бодрящий напиток был единственным, чем ей могли помочь Авари накануне рокового испытания. Судьба урукхаев, а, может быть, и всего Средиземья, теперь зависела только от неё. Чтобы преодолеть предательский страх и настроиться, она повторяла про себя строчки знаменитой песни Лихака 'Будет Новый День'.
  
  Шальные искры канули в золе,
  На моей земле пахнет горечью.
  Будет Новый День,
  Ясный Светлый День!
  
  Костры и звёзды вымокли дотла
  На ночной росе, на сыром ветру.
  Будет Новый День,
  Ясный Светлый День!
  
  Пути - дорожки стоптаны во Тьме,
  На моей земле воцарилась Тень.
  Будет Новый День,
  Ясный Светлый День!
  
  Чем гуще сумрак, тем светлей салют!
  Чем темнее Ночь, тем скорей Рассвет!
  Будет Новый День,
  Ясный Светлый День!
  
  Славлю Новый День,
  Ясный Светлый День!!!
  
  Урукхайская королева почувствовала себя значительно лучше, песня Лихака словно перелила в неё мощный заряд решимости и оптимизма. Перед её глазами стояли увиденный недавно распускающийся подснежник и счастливая улыбка сына.
  'Пусть будет, что будет!' - решила Кэшта и закрыла глаза.
  В тот же миг небо над Урукхайским Королевством потемнело, жалобно заскулили собаки.
  - Чувствуют приближение Зверя, - мрачно заметил Маэлнор. - Значит, началось.
  - Что за Зверь? - спросил побледневший Арагволд.
  - Это огромный чёрный волк, на котором ездит Гада, - пояснил Амрод. - Пожалуй, только Кархарот, вскормлённый самим Морготом чудовищный волк Ангбанда, мог бы сравниться с ним в силе и жестокости.
  Сердце Арагволда забилось в учащённом ритме, и он от бессилия заскрипел зубами. Беарнас, подбадривая, хлопнул его по плечу. Многострадальная рана отозвалась острой болью, и от этого стало как-то легче.
  Тем временем ужасный волк и его не менее страшная хозяйка подбирались к урукхайской королеве.
  - Почему ты не взяла Кольцо?! - зло прошипела Гада.
  Две пары горящих глаз, казалось, сверлили насквозь саму душу урукхайки, наполняя всё её существо почти забытым страхом.
  - Я не обязана... - с трудом вымолвила Кэшта, пытаясь справиться с охватившим её ужасом.
  - Что?! - прорычала Чёрная Вдова. - Ты хоть сама веришь в то, что говоришь?
  - Мы - свободный народ... - начала урукхайка.
  Но её слова прозвучали как-то тихо и жалко, а потом и вовсе потонули в зловеще-истерическом хохоте Гады.
  - Не смеши меня, девчонка! Вы - рабы, потомки рабов, и всегда будете рабами!
  - Но уже триста лет мы идём своим путём! - воскликнула Кэшта, хотя сердце её сковал холод, а голос предков подсказывал, что Чёрная Вдова права.
  - Глупости! - отрезала Гада. - Просто у вас не было Хозяина. Ведь стоило появиться какому-то Олмеру, который был всего лишь человеком, и вы тут же с радостью стали ему повиноваться. А я намного сильнее Олмера, я - единственная наследница Великой Тьмы! И вы будете повиноваться мне, как повиновались Саруману, Саурону и Морготу!
  - Мы никогда не подчинялись Морготу и Саурону! - запротестовала Кэшта, чувствуя, что ей трудно дышать.
  - Не вы, так ваши предки, орки, которых потом слегка доделал Саруман для улучшения боевых характеристик.
  - Мы не орки! У нас есть и человеческая кровь, и эльфийские гены!
  - Чушь! Стыдно верить таким глупым сказкам. Вы - порождение Тьмы, враги всего светлого и доброго. Взгляни на своих земляков из Рейха - они давно уже поняли это и не терзаются глупыми сомнениями!
  Удар был нанесён точно. Кэшта тут же вспомнила множество примеров из истории Рейха, подтверждавших правоту сказанного. Да что Рейх? Даже по эту сторону Баградской Стены было много такого, о чём лучше не вспоминать.
  Жестокий Гэк, от которого она столько натерпелась... Её собственный отец, избивший маму Кэшты и свою собственную супругу по одному лишь подозрению в измене... Злые насмешки над её глазами, которые все считали страшным уродством...
  Хотя все ли? Мама находила их очень красивыми, да и Авари они нравились. А уж эльфы понимают толк в красоте! Все жё, было не только плохое. 'И эпилогом - любовь', - как пел Косяк. При мысли об этих строчках она вновь увидела улыбку сына и распускающийся подснежник.
  - Мы - Блудные Дети Эру, нас склонили ко Злу против нашей воли, но мы уже отвергли Тьму, и, хотя и с трудом, но нащупываем собственный путь, - собравшись с силами, гордо произнесла Кэшта.
  - Кто научил тебя этим глупостям?! - рассвирепела Гада, а Зверь щёлкнул огромными зубищами. - Посмотри правде в глаза: вы - народ Тьмы! Ты можешь не верить мне, но и валары, которые меня ненавидят, скажут тебе то же самое! У всех, в том числе и у Детей Эру, вы вызываете лишь омерзение, ненависть и презрение!
  В подтверждение этих слов из памяти тут же всплыли воспоминания о Последнем Походе, во время которого арнорцы с тупой жестокостью уничтожали детей и женщин её племени. Но сразу ей вспомнился другой человек из Арнора, который тоже служил в гвардии, но, наоборот, готов был отдать за неё жизнь. А эльфы, заботливо укутывавшие её своими плащами во время совместного пути на север? А Моторин, сказавший, что она им как сестра? А Карлсон, поцеловавший ей мизинец на прощание? Нет, времена Последнего Похода давно миновали. С тех пор прошло более трёхсот лет, и многое в Средиземье изменилось. К урукхаям теперь относятся как к одному из многих народов, а вовсе не как к Исчадиям Зла. Её народ живёт сейчас лучше, чем когда-либо раньше, и никакие тени прошлого не помешают ему. Несмотря ни на что 'Будет Новый День, Ясный Светлый День!' И вновь она увидела лицо сына: в глазах явно недетская мудрость и искренняя счастливая улыбка младенца. Подснежник тоже улыбался золотистой сердцевиной цветка. Генетический страх отступил.
  - Послушай, Гада, ты просчиталась лет на триста. Тогда ты бы ещё могла закабалить нас. Но каждое новое поколение, рождённое в Пятую Эпоху, становилось свободнее предыдущего. Мы преодолели инстинкт Хозяина, и мой сын уже никогда не будет рабом!
  - Молчать! - истерично завопила Чёрная Вдова. - Немедленно иди и возьми Кольцо!
  - А пошла ты, Элберет твою Гилтониэль! - смело бросила ей прямо в лицо Кэшта.
  Любимое выражение Беарнаса произвело неожиданный эффект: лицо Гады перекосилось от боли и ужаса, а в следующее мгновение она уже испарилась вместе с поджавшим хвост Зверем.
  Юная королева открыла глаза. Вокруг было темно и тихо, но на душе сразу стало светло и радостно. Точка возврата была пройдена, и теперь, куда бы не завела судьба урукхаев, в мрачное прошлое дорога им была закрыта. Кэшта встала, подошла к окну, и отдёрнула штору.
  Первый солнечный луч пронизал тьму, отразился в её глазах и сверкнул в длинных тёмных волосах.
  Начинался рассвет.
  
Оценка: 7.32*4  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  В.Екатерина "Иллюзия отбора" (Любовное фэнтези) | | Д.Черепанов "Собиратель Том 3" (ЛитРПГ) | | Р.Прокофьев "Игра Кота-6" (ЛитРПГ) | | Э.Тарс "Мрачность +1" (ЛитРПГ) | | Д.Гримм "Формула правосудия" (Антиутопия) | | Н.Любимка "Пятый факультет" (Боевое фэнтези) | | Ю.Риа "Обратная сторона выгоды" (Антиутопия) | | Д.Владимиров "Киллхантер" (Боевая фантастика) | | А.Каменистый "Существование" (Боевая фантастика) | | Л.Брус "Код Гериона: Осиротевшая Земля" (Научная фантастика) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
П.Керлис "Антилия.Охота за неприятностями" С.Лыжина "Время дракона" А.Вильгоцкий "Пастырь мертвецов" И.Шевченко "Демоны ее прошлого" Н.Капитонов "Шлак"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"