Алексеева Яна: другие произведения.

Попутно отомстить (Ра-шер Коготь)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Два года однако... Тем не менее, вторая глава. (Это ГГ - немножко псих, а не я писать разучилась)


   Ра-шер Коготь
  
   ??Попутно отомстить??
  
   1.
  
   И вот стою я, опираясь на левый столб высоченных ворот, ярко бронзовеющих в лучах восходящего солнца, и смотрю на город. А тот еще окутан тяжелой пеленой тумана, стекающегося в узкую долину с гор. Старые каменные дома озираются темными провалами окон и кажутся мертвыми. Но скоро серая муть развеется, улицы наполнятся народом, и медленно угасающая бывшая столица вновь напыжится, скрывая признаки запустения.
   Пока рассвет неспешно ползет вниз по склону, по серо-желтым, плотно пригнанным камням дороги, уводящей взгляд к узким запутанным переулкам и широким проспектам, есть время подумать.
   Стоит ли?
   Хм. Да. Без вариантов. В конце концов, разве месть за единственную семью, которую я знал, не есть достойная цель жизни? Причем не бездумная горячая месть, а успевшая за долгие годы не то что остыть, но заледенеть, как вершины Хорна, три тысячи лет не видевшие солнца.
   И войти в эти ворота - значит еще на один шаг приблизиться к ее исполнению.
   Рядом скрипнула калитка. В узкой щели показалась фигура привратника. Тощий, в потрепанной черной ливрее, но не утративший зоркости и подозрительности.
   - Чего ждем? - прокаркал он, буквально ощупывая меня взглядом.
   - Сиятельного рассвета и того достославного момента, когда врата Башен Кадени откроются перед скромными путниками, желающими обрести в ее стенах мудрость.
   - Здесь не любят молодых велеречивых глупцов, - хмыкнул седой старик, распахивая калитку шире и гордо выпрямляясь в проходе.
   А я не молод. Потому выступление привратника ничуть не задело.
   Кстати, рост его внушает... хм, внушает уважение. Человек на голову выше меня. Зато вес! Привратник - тощий морщинистый черноглазый ужас многих поколений гостей Башен. И первейшая их достопримечательность.
   - Сочувствую, - еще бы, в Кадени работать! - Так я вхожу?
   Не дожидаясь ответа, проскользнул под воздетой рукой. Вослед мне донеслось только раздраженное фырканье.
   Внутренний двор порадовал. Большое мощеное плитами пространство, огороженное высокими мрачными стенами, прекрасно просматривалось со всех точек. Многочисленные узкие стрельчатые окна фасада блестели витражами, внушительную дверь, украшенную барельефами, простым тараном было бы не взять, а монстры, подпирающие карнизы и островерхую крышу, явно являлись зодчему в кошмарном сне.
   Посреди двора была выложена белая черта. Справа от нее собирались претенденты на получения знания, слева - те же претенденты, но на отдачу оных.
   Мне - однозначно налево. Если не получится... хм. А вот взламывать архивы Кадени я бы не взялся. Может, удастся заполучить хотя бы годичный личный контракт?
   Привычно прислонившись к стене, начал возводить очередную башню из планов и возможностей. Я вообще - весьма терпеливая персона. И имею склонность приходить слишком рано, когда некуда торопиться.
   Чтобы попасть в Башни, надо быть либо магом, что мне не грозит ни в каком варианте, либо обладателем какого-то редкого умения. Мое врожденное достояние вряд ли кому пригодится, но если не сложится с контрактом, придется его обнародовать. А не хочется, ибо слишком уж личное.
   Хотя у меня и других, приобретенных достоинств, хватает.
   Но первое, что надо сделать, это доказать, что ты вообще достоин говорить о чем-то с кем-то в Башнях. В Школе искусств, все еще лучшей на несколько тысяч лиг вокруг.
   Надо пройти некое испытание. Про которое очень разное рассказывают. Слухи один страшнее другого ходят, я специально собирал. Были там и кровь ручьями, и внутренности наизнанку, и трупы горами, и сумасшедшие толпами.
   Если б все это было правдой, то тут на лигу вокруг все было бы усыпано человеческими костями.
   Логично, и как мне кажется, минимум, надо будет пройти собеседование.
   Шансы пробраться внутрь есть.
   В последней пограничной стычке, как это теперь называется, Кадени потеряла много чародеев, и адептов и магистров. Это, вообще-то удивительно тревожно. Смутные слухи о не подошедшем вовремя подкреплении, странной магии и политических коллизиях, из-за которых рядовой наемный контракт для группы выпускников обернулся неподобающе кровавой бойней... меня не касаются! Хотя и являются косвенной причиной моего здесь появления и надежды на благоприятный прием.
   Мне нужны архивы. Тонкая ниточка сведений вилась по горам и долам много лет, чтобы привести сюда, и едва не оборвалась сообщением о толи погибшем, толи пропавшем без вести человеке. С которым я очень хотел поговорить вот уже больше двух дюжин лет.
   Но вот не получается что-то, куда-то исчез Говорящий с природой, старший преподаватель теории природы стихий Сиа-Ар-Кадени.
   Зато остались архивы. И если... нет, какое "если", он здесь десять лет жил, и наверняка оставил после себя в документах весьма ощутимый след, когда я найду называющего себя Гэрш-ар Нари, я задам ему несколько вопросов. На крайний случай, согласен на тело. Если понадобится, отыщу Говорящего с мертвыми и попрошу призвать дух, а потом поинтересуюсь, зачем он двадцать лет назад принимал участие в налете на укромную горную деревушку?
   Чему учил, как учил, что читал, чем занимался в свободное время, какие исследования проводил - все это может дать нить. Не верю в его смерть. И пока не увижу труп, не поверю.
   Хочу узнать его настоящее имя. Ибо с чего простому магу, повторюсь, лезть в авантюру с нападением и поголовным вырезанием целого поселения? Чаровник-природник нашелся! Итогом этой жестокой авантюры стало то, что я спустился с гор в поисках мести. Вот уж много лет ищу виноватых. А что долго так... ну, попробовал бы кто полсотни наемников по одному выискивать, вылавливать и допрашивать, допрашивать, допр-рашивать...
   И подозрения не вызывать при том у нормальных людей.
   Потянувшись, оглядел двор. Кивнул вежливо возникшим рядышком конкурентам. Маги в темных дорожных одеяниях, судя по слитной одновременности движений - хорошо сработанная пара. Они выбрали самый безопасный уголок во дворе, скрывшись в тени стен.
   Прогнав лишние сейчас мысли, которые, по опыту знаю, отражаются на лице кривой жутковатой гримасой, уперся взглядом в дверь.
   Ну, шансы у меня есть, есть. Я, как минимум, необычен. Хотя со стороны... Щуплое, тощее, узкоплечее нечто. Волосы густые жесткие и светлые, ниспадающие аж до земли. Вечно косой пыль подметаю, а что делать? Специфика расовая. Лицо тонкое, скулы торчат, щеки ввалившиеся, глаза серые, клыков не имею. Общий вид - чисто недокормыш с Голодных островов. Ра-шер Коготь, наемник гильдии Пути, во всей сомнительной красе.
   Двери со скрипом распахнулись, являя внутренности строения. Просматривался широкий холл, залитый ярким светом из нешироких окон. Но нам не туда, а в незаметную ранее дверцу чуть в стороне, куда пригласил взмахом руки тучный человек в светлом камзоле, спустившийся по ступеням. Нырнув следом за ним в длинный коридор самым первым, хмыкнул. Темная влажная и гулкая кишка вывела во внутренний дворик, куда еще не дотянулись солнечные лучи. Поэтому по плитам все еще стелился туман, клочьями оседая на штанах и сапогах, а прикрытые только тонкой рубашкой плечи в полной мере ощутили ночную прохладу. Осень. Передернувшись и пристроившись в углу, я вновь задумался.
   На сей раз, изучая прибывающих одного за другим претендентов, рассматривал их как конкурентов. Пара магов, пришедших первыми, оказалась из Говорящих с водой, судя по эмблеме в виде голубой волны на отворотах камзолов. Вынырнувшие из темноты высокие голубоглазые полукровки из Сарра - явно универсалы. Хм, оружия на них больше, чем на мне. А такого здорового двуручника, как покоящийся за спиной Говорящего со зверями, я, пожалуй, и не видел никогда. Почти с меня длиной. Как не встречал никогда потрясающей хищной полосатой кошки на поводке, отирающейся о его ноги. Поводок был только данью вежливости, этот зверь слушался даже движения брови своего хозяина. Иначе его бы из питомника не выпустили. Сейчас она разлеглась у его ног, вальяжно, по-королевски оглядывая двор.
   Потом я уже не успевал составить о ком-то особого мнения.
   Народ пошел просто косяком, в конце концов, набившись во двор так, что нельзя было повернуться, не задев кого-нибудь локтем.
   В основном полукровки старых рас, и ни с одним я не мог бы сравниться в росте и скорости. А вот насчет умений... можно поспорить.
   Толпа зашевелилась, медленно втягиваясь в узкие ворота, распахнувшиеся в момент, когда над башнями Кадени поплыл гулкий звук утреннего боя. Большие бронзовые диски разных диаметров были вывешены на открытой площадке самой высокой башни и зачарованы Говорящим с рудой, а потому звонили сами, сияя и разнося на всю бывшую столицу весть о пробуждении мира.
   Доброе утро, Карр Сияющий.
   Растолкав локтями весьма недовольных магов и воинов, просочился в ворота, мимолетно оценив их толщину. Здесь все такое монументальное! Невысокие створки были собраны из цельных стволов. Не столетних, но тоже не молодых, перевитых железной лентой.
   Узкие ступени, вьющиеся вокруг толстого столба. Еще один коридор, на сей раз сухой, пыльный, теплый и залитый солнцем, заглядывающим в широкие окна. Стены теплого камня были завешены потертыми гобеленами с неразборчивым рисунком. И никого.
   Замерев, я хмыкнул. Пригляделся, заметив, как колеблется ткань. Затем, перекинув через плечо косу, боком просочился мимо излома пространства, через который, наверное, перемещались здешние чародеи. За ним, в конце коридора виднелся ряд дверей. Весьма крепких на вид, из темного дерева, со светлыми заклепками и фигурными отполированными ручками из какого-то белого металла.
   Принюхался.
   Осторожно взявшись за одну, изображавшую клыкастую драконью морду, потянул. Вошел, прикрыв скрипнувшую петлями створку, огляделся и устроился на стуле, стоящем перед столом из красного дерева. Вдоль стен стояли книжные шкафы, буквально забитые томами и свитками. На этом коричнево-сером фоне как-то терялся сидящий в глубоком с высокой спинкой кресле человек. В свете, падающем из узких горизонтальных щелей под самым потолком, он казался мумией. Сероватая кожа, впалые щеки, спокойно сложенные на груди тощие руки, сизая мантия с красным кантом на отворотах. Говорящий с огнем?
   Ну и? Я почти зеркально отразил его позу, позволяя себе почти растечься по стулу, закинув ногу за ногу и откинувшись на удобную спинку.
   Молчание меня не напрягало.
   Человек за столом моргнул и подался вперед, на свет. Оказалось, что он молод, не больше сорока лет, а в темных глазах играет веселый азарт.
   Точно, Говорящий. Они все такие, с огоньком. И я у него, похоже, сегодня первый посетитель.
   Ну и спокойнее. Не друг, не враг, просто мимолетный встречный поток жизненной силы.
   - Ну-с, - протянул мужчина, доставая из-под столешницы кипу бумаги и перо в золотой чернильнице. - И с чем вы к нам, в Башни Кадени, пожаловали, уважаемый?
   Он занес перо над белым листом.
   Я вздернул вверх бровь. Знаю, что так становлюсь похож на драного седого длинноносого журавля, но это, в конце концов, единственная привычка, оставшаяся мне от прошлой жизни.
   - Ну, как вас зовут? - поправился маг, расплываясь в ухмылке.
   Ха, смейся сейчас. Посмотрим потом, каков ты в круге поединков.
   - С'кар Ра-шер Коготь.
   - Ваш род занятий? - перо бегало по бумаге, выписывая причудливые вензеля. Говорящий опустил глаза.
   - Наемник Гильдии Пути. Последний контракт, на сопровождение с купцом Серебряной Гильдии Кар-Таэ, разорван по взаимному соглашению, к общему удовольствию.
   - И чего же вы хотите от нас?
   Я подхватил кончик косы, змеей свернувшейся на коленях, погладил.
   Честно признаемся?
   - Как минимум, личного годичного контракта при одной из младших Башен. А лучше - полного доверительного с доступом к архивам.
   - А не слишком ли много вы хотите? Молодость - не такой уж ценный товар.
   - Мне сорок пять, - усмехнувшись, я выпрямился и глянул прямо в темные насмешливые глаза мага.
   - Зрелость бесцельная не есть такое уж великое достоинство.
   И что он имеет ввиду? Я бесполезен, потому что выгляжу не столь внушительно, как большинство собравшихся внизу претендентов на работу.
   - Зато кровь и опыт имеют немалую цену.
   - Я не могу определить вашу, - оторвавшись от бумаг, с сомнением заметил маг.
   - А зачем вам? Мой род угас, и давно.
   - Для порядка. Ну что же... место рождения? - сомневаясь, Говорящий прикусил губу.
   - Северные территории, Карс.
   - Определенно, не очень-то вы похожи на выходца оттуда.
   - Все претензии к моим родителям.
   - Ах-ха... - выдохнул маг, снова углубляясь в бумагу.
   А у меня засвербело в носу. Пыль клубилась по полу, осыпалась с полок, и каждое движение вздымало вверх множество мелких частичек.
   - И чему вы жаждете научить наших адептов?
   Почесав нос, уставился в потолок. А вот действительно, чему я могу их научить? Кривая усмешка расползлась по лицу.
   - Бегать быстрее и вовремя отступать.
   - Хм, и зачем же это нам? - доброжелательной вежливости в голосе чародея поубавилось.
   - Ну, вот если магия кончится, а враги - еще нет, что вы делать будете?
   - Да быть такого не может! - Говорящий зло сощурился.
   - А я слышал иное, - мягко заметил я, подаваясь вперед.
   - Шак-рам! - маг скривился, яростно подаваясь вперед. В темных глазах заискрилось пламя. - Кто разболтал?
   - Да половина Сарра, Карса и Ройна в курсе случившегося. Но, не о том наш разговор, не так ли? Еще вопросы?
   - Да. Почему Коготь?
   Вместо ответа я выпрямился, выдергивая из поясного чехла латную перчатку. Узкая ладонь проскочила в горловину, пальцы уютно устроились в мягких кожаных гнездах, плотно прихваченных стальными кольцами.
   Короткий стремительный выпад, звонкий щелчок длинными когтями, заставивший Говорящего отшатнуться. Замерев перед ним, оперся обеими руками о стол. Чуть дернул пальцами, царапая полированное дерево.
   - Вот почему, - пояснил тихо.
   Собеседник покивал:
   - Занятная игрушка.
   - Не игрушка, - покачав головой, уселся обратно. Поверь мне мальчик, а ты, несмотря на свой возраст, не намного мне уступающий, именно мальчик, я бы тебе этой штукой грудную клетку вскрыл в миг, ты бы и пикнуть не успел. А если учесть, что перчаток у меня две... Имелись все шансы уйти отсюда безнаказанным.
   Мысль эта меня изрядно взбодрила.
   - Что же, полагаю, ваши притязания на договор небезосновательны, но, разумеется, Башни Кадени не могут заключить с вами какого бы то ни было договора без проверки ваших умений, - скороговоркой выдал маг, недовольно трогая царапины, - потому прошу вас пройти дальше по коридору, спуститься вниз, и принять участие в испытании.
   Коротко кивнув, встал. Неторопливо вышел из этой пыльной обители, сдергивая с пальцев перчатку. Огляделся. Коридор был по-прежнему пуст, только утихал глухой звук захлопнувшейся за спиной двери и с тихим шелестом гулял по полу сквозняк.
   Зато внизу, куда я сбежал по то ли раньше незамеченной, то ли только появившейся скрипучей деревянной лестнице, скопилась изрядная толпа. В узком, как бутылочное горлышко дворе, зажатом между каменных стен, северяне мерились гонором с южанами. Пара полукровок из Сарра весьма невежливо напирала на Горящего со льдом, лицо которого было изукрашено необычными татуировками. Щеки мага украшал рисунок, имитирующий кружащуюся по земле вьюгу. Почти мальчишка, но маг вполне состоявшийся, судя по всему. Он яростно отнекивался от невнятных обвинений, кривя бледные губы, и, похоже, медленно, но верно приближался к срыву. Сквозь толпу протолкался владелец дикой кошки и двумя короткими тихими фразами отогнал от мага неуемных наемников, уже хватающихся за рукояти мечей.
   Этих затянутых в плотную кожу конкурентов, наемников Гильдии Дороги, я обогнул по особенно широкой дуге, по пути отдавив ноги флегматичному магу из Говорящих с ночью. Вот кто отличается спокойным нравом. Хватило искреннего извинения, чтобы получить отстраненную улыбку и благопожелание удачи.
   И тебе того же, синий с'кар.
   В месте, где кончались стены, начиналась полоса препятствий.
   И вот это - испытание умений? Хмыкнув, я прислонился к ограде. Черное железо уже нагрелось на солнце, косыми полосами падающем сквозь ряд башен, замерших на склоне справа, словно часовые. От возвышавшейся позади громады веяло прохладой. Между лопаток зачесалось. Никакой опасности, просто кто-то за нами пристально наблюдает. Оглянувшись, помахал рукой витражным окошкам, выстроившимся как на параде.
   И вновь уставился на полосу. Ну-с... траншеи, ловушки, алхимические мины, легкие воздушные конструкции, яма, полная грязи, дальше, в расщелине между будто разрубленными склонами что-то движущееся.
   Потом, вероятно, пойдут сюрпризы.
   Рядом на узорчатый металл легли чьи-то руки. Скосив глаза, кивнул Говорящему со зверями. Тот улыбнулся, кошка, урча, обтерлась о его сапоги, затем чуть было не опрокинула меня.
   - Тш, Триш, - проговорил сероглазый обитатель побережья Алого моря, положив руку ей на загривок, - не опрокинь человека. Меня зовут Ваир.
   Я пожал плечами, не отрывая взгляда от простирающегося впереди поля.
   - Раш, - представился в ответ столь же коротким именем.
   - И что же чистокровный старший древний по имени Раш делает в Башнях Кадени? - загорелое лицо расплылось в добродушной усмешке, лукаво сощурились ясные глаза.
   - Тоже, что и вовсе нечистокровный Говорящий со зверями высшего посвящения. Работу ищу. И, Ваир, я не древний, а вполне себе молодой, и уж конечно - не старший.
   Что бы я отдал за то, чтобы быть именно им! Привычная, но оттого не менее противная, горечь подкатила к горлу. Что бы я отдал... Я и так все отдал за то, чем не являюсь! Мотнув головой, дернул косу, прогоняя посторонние мысли. О загубленной жизни потом подумаю.
   - О, прости, друг...
   - Не разбрасывайся словами, - резко выдал привычное замечание, хотя едва услышал от этого громилы первое слово, понял, что врагом он мне не будет. Иногда инстинкты очень полезны. Меня будто теплое южное солнышко пригрело, я же, как этот вот кот... ласку люблю, и широкую, добрую и щедрую душу издалека чую. А уж так, плечом к плечу. Нюх у меня не отшибло, хищник я или кто?
   Рука сползла вниз, поймала тонкое нежное ухо. Пальцы прошлись по короткой палевой шерстке, погладил бровь.
   - Триш никогда не ошибается. Ни в роду, ни в отношении.
   - Верю, - кивнув, искоса глянул на мужчину. Высоковат, все же. На две головы почти выше. Впрочем, я привык уже. Последние два десятка лет на людей только так и смотрю. Да и раньше все снизу вверх. Пока не подпрыгну как следует, да не вмажу когтями.
   Но, право, это мелочь. Он честен, и вскрывать ему грудную клетку не хочется. Неудобно... в прыжке-то. Я оценивающе глянул на куртку нежданного собеседника. А под ней точно кольчуга бугрится. Когти мои, когти...
   - Помочь тебе?
   - С чем, с этим? - Я махнул рукой. - Не надо, лучше подумай, как с кошкой проходить будешь?
   - Да не первый раз, - мужчина пожал мощными плечами. Звякнули тонкие серебряные цепочки, лежащие на груди.
   - Ну и удачи тогда. Встретимся на той стороне, - и я рванул вперед, в приоткрывшуюся калитку, выводящую из бутылочного горлышка на изрытый буераками простор. След в след за первым претендентом, перемахнувшим прямо через ограду, едва затих звонкий, будто стеклянный звук бронзового колокольчика, висящего на крюке на одной из башен.
   Магия...
   Взвинчивая темп, я побежал вперед. Конечно, в скорости я проиграю даже этому бренчащему мешками р'сару. Зато в оригинальности...
   Нет, ну кто на испытание выходит с багажом, думал я, перелетая с кочки на кочку. Подныривая под широкий шипастый вал, перекрывающий тропу, заметил, как, сорвавшись с плеча первого бегуна, в грязь шлепается тяжелый мешок.
   Н-да. Все свое, я, конечно, ношу с собой, но надо же и соображение иметь. Дыхание мерно вырывалось из горла, утоптанная земля ложилась под ноги, словно ровная дорога. Тело, не спрашивая у разума соизволения, ловко огибало препятствия. Упор, прыжок, и позади остается замаскированная тонкими жердями ловушка, слегка присыпанная дорожной пылью. Ухожу перекатом от стрелы, со свистом пронесшейся над головой. Стреляли, кажется, с одной из ближних башен, высокой и узкой, словно затянутая в корсет модница из Карса.
   Подхватив со звяканьем врезавшееся в валун орудие убийства, швырнул его вперед. И, разбежавшись, прыгнул как можно выше, пока излом пространства перемалывал добычу. В наивысшей точке траектории резко дернулся, прерывая ровное стремительное движение. И успел поймать тонкий канат, свисающий с ажурной конструкции, вознесенной к небу на три человеческих роста, не меньше. Где-то впереди, у самого конца, мелькнула фигура соперника.
   Вверх, с веревки на веревку, болтаясь между небом и землей, как бабочка-однодневка. Потом вниз и влево, к прочным поперечным жердинам, упертым обоими концами в мощные столбы, вытесанные из стволов многовековых деревьев. Резво перебирая руками, прополз по провисающим, опасно потрескивающим жердинам, как родного обнял опорный столб. И стремительно съехал по гладкому, медового цвета дереву.
   Земля встретила неласково, швырнув в пыль. В перекате уходя от камней, бомбардирующих узкую тропу, петляющую между низких кустов, угрожающе растопыривших шипастые ветви. Выдравшись из их объятий, оставив там пару клочков рубахи. И бегом, бегом, на ходу скалывая косу и засовывая ее за шиворот.
   А вот и главное развлечение. Вращающиеся бочонки, остроклювые маятники, гигантские била, в два счета способные размазать любого, кто рискнет под них сунуться.
   Когтистые перчатки привычно устроились на руках.
   Потанцуем?
   Скрип и шелест, визг и хруст... Ничего я не боюсь!
   Приплясывая в ритме старой детской песенки, я нырнул в переплетение магических ловушек.
   Не знаю, как это выглядело со стороны, но для меня это было как стремительный водоворот рассекающих воздух лезвий, ускользающих из-под ног призрачных поверхностей.
   Меня швыряло, крутило и бросало, короткий полет прерывался, когда когти жестко вбивались в попутную балку. Шипы и лезвия полосовали пространство, и они же несли меня прочь.
   Из узкого ущелья, оставив позади разлетевшийся в щепки таран, чья цепь послужила мне последним помощником, отчего траектория движения сего приспособления слегка нарушилась, я вылетел спиной вперед. Изогнувшись, проехался плечом по гладким каменным плитам. Слегка ошарашено глянул в ясное синее небо, по сторонам. И вскочил, сбрасывая ошметки грохочущего в голове ритма.
   Опа!
   Медленно и тягуче ко мне приближался чистокровный сарр, поигрывая длинными, как он сам, клинками. Узкоглазый тонкий змей скользил над поверхностью, хищно прищурившись.
   Мгновенно влившись в тягучую стремительную мелодию его движений, двинулся по кругу, наращивая скорость. Выпад, разворот. Непрерывное скольжение в зеркальном отражении. Шорох шагов, выплетающих сложный узор, хриплое дыхание. Усмешка противника, понявшего, что я проигрываю, проигрываю в скорости, стерлась с тонкого лица миг спустя. Рывок на выдохе, наперерез тягучему встречному потоку. Приняв клинок на скрещенные запястья, пролетел мимо. Когти вспороли воздух в пяди от гибкого тела противника. И я вырвался из круга, разрушая затягивающий ритм опасного кружения. Второе лезвие, потерявшись в движении, изменило траекторию, сарр сбился с шага. Назад, резко, с силой, вновь разбивая узор боя. Мой локоть врезался в грудь, вминая внутрь ребра. И снова вперед, дальше.
   По узкой тропе, не обращая внимания на вырастающие по сторонам каменные стены. Дыхание сбилось, и последние шаги до высокой, уходящей куда-то вверх лестницы, я проделал на одном упрямстве.
   Есть хочу.
   Стоп.
   Переутомился.
   Остановившись, глубоко вдохнул, позволяя сладкому, ах, такому сладкому воздуху, разбежаться по телу пьянящей сладостной волной.
   Всепоглощающее чувство голода мешало сосредоточиться. Я неторопливо, поправляя жилетку и вытаскивая косу, начал подниматься, не отрывая взгляда от гранитных ступеней. Ох, я хочу... прожигая голодным взглядом камни, проклинал свой организм, способный потреблять пищу в неограниченных количествах в любое время дня и ночи.
   Я не буду кидаться на людей и пытаться перегрызть им горло.
   Я не буду пить свежую кровь.
   Не буду никому рвать горло...
   Не буду...
   Шак-рам!
   Самовнушение действовало не особенно хорошо.
   Ступени кончились, и я ступил на гладкую блестящую поверхность, в солнечном свете отливающую золотом.
   Хм, а что, полоса испытаний закончилась?
   Как вовремя!
  
   2.
   На белом камне змеились искристые прожилки. Широкое крыльцо полукольцом охватывало основание трехэтажной приземистой башни, сизый камень стен поблескивал слюдяными вкраплениями. В дверях, опираясь на высокую створку железного дерева, стоял человек.
   Глянув на него искоса, осторожно, неожиданно задохнулся, словно получив сильный удар в грудь. Среднего роста, темноволосый и резкий, похожий в черной длинной мантии на короткий росчерк кистью, что окунули в писчую тушь. Бледно-голубая вышивка по вороту сообщала, что это Говорящий с небом, магистр, Опора башни Воздуха. И окружала его аура силы, мощной, горячей, зовущей. Кожу будто кипятком ошпарило.
   О, только не это снова. Ненавижу! В особенности то, чем сам и являюсь.
   Выдыхаем. Тише, тише. Спокойнее.
   Не в первый раз.
   Ты это просто переживешь!
   Проклятая совместимость!
   Собрался, Раш!
   Встряхнувшись и расправив плечи, я перебросил косу на грудь, и замер напротив Говорящего. Тот приветливо кивнул, приглашающе взмахнул рукой.
   - Ра-шер Коготь, как я понимаю?
   Коротко кивнув, прошел внутрь, без интереса огляделся. Пустой сумрачный зал, узкие окна, широкая винтовая лестница в глубине. На полу тонкими линиями лежали отблески утреннего солнца.
   - Я Вэр-лин Рой, Опора Воздуха. А это моя башня.
   О, почему так мрачно-то? Башня Воздуха, кажется, могла бы быть и полегче...
   Поймав мой недоуменный взгляд, чуть улыбнулся.
   - Не думайте, что здесь всегда так мрачно. Адепты, знаете ли, не ценят изящества, да и сами вполне успешно заменят порой декоративные элементы.
   Мужчина провел меня в соседний, залитый светом зал. Прижмурившись, я ступил в яркий летний полдень. Витражи на широких окнах так играли с солнечными лучами, что те казались практически осязаемыми. Можно было поймать на ладонь отблеск дня, и, прикрыв второй, сохранить, запрятать подальше, чтобы греться от него долгими зимними вечерами.
   С'кар Рой прошелся между длинных тяжелых на вид столов из светлого дерева, тяжело опустился на скамью у окна.
   - Садитесь, Ра-шер, садитесь.
   Я осторожно опустился напротив, аккуратно отводя взгляд. Лучше сосредоточиться на кипе раскатившихся по столешнице свитков, от которых доносится запах древней пыли.
   Воцарилось молчание.
   Позволив себе ненадолго окунуться в окружающую воздушника силу и немного понежится, прикрыл глаза. Даже голод отступил, освобождая место разуму.
   - С'кар Рой, так что, испытание прошло успешно?
   - Просто Вэр, и, можно по имени?
   Я кивнул. Отторжения предложение не вызывало. Просто и понятно. Он - Вэр, я...
   - Раш.
   Говорящий с воздухом принялся перебирать свитки.
   - Благодарю. Да, испытание ты, - он выделили обращение, - прошел успешно. И я бы хотел заключить с тобой именной контракт.
   Я чуть ссутулился, опираясь подбородком на сложенные руки, глянул сверху вниз на очень усталого, как сейчас стало заметно, мужчину. Морщинки в уголках глаз, опущенные уголки тонких губ, и общее ощущение от силы, плавно расходящейся кругом, рисовали картину тщательно скрываемого утомления, даже истощения.
   - Почему со мной? И имеете ли вы на это право?
   - Ты лучший. И, разумеется, я обговорил детали с Опорой Главной Башни, с'кари Лии-эри Нисамар.
   - Почему я лучший?
   - Потому что самый первый.
   - Но тогда скорее не самый лучший, а самый быстрый, - разговаривать с Вэром оказалось неожиданно легко. Мы перебрасывались словами, словно мячиками. Хороший человек, этот сероглазый имперец, подумалось мне. В конце концов, вряд ли врет мое чутье на силу. Она у него легкая, теплая и стремительная. Иногда суровая и безжалостная, безупречно открытая и чистая даже за всеми полагающимися щитами. А какова сила, таков и человек в своей основе, я давно заметил. Работать с этим я смогу.
   - Тем не менее, именно тебя выбрала моя тропа.
   А я был так голоден и обессилен, что не заметил излома пространства.
   - Так что насчет договора?
   Рой просто передал мне стопку плотных листов.
   - Ознакомься.
   И откинулся на простенок, прикрыв глаза.
   Почитаем?
   Посмотрев в окно, за которым еще клубился туман и просматривался крутой скалистый обрыв, склонился над бумагами. Хотелось разобраться с ними побыстрее и, наконец, пообедать. Хоть сила Говорящего с воздухом и глушила аппетит, крови хотелось все сильнее.
   Итак, права и обязанности, условия и сроки. Все совершенно обыденно, разве только вот статус указан слишком высокий, сразу полноценный наставник. Но это, похоже из-за больших потерь на практике. Оплата, оружие, проживание и питание за счет Башен, плюс право на заключение и исполнение коротких разовых контрактов вместе адептами. И доступ в библиотеку Башни знаний до пятого уровня силы.
   Годится.
   Подхватив тонкое глянцево-синее перо, поставил на бумаге затейливый росчерк.
   Вот так.
   Никогда не думал, что так развернется мой путь. Учить кого-то выживать и сражаться? Не представляю. В самого меня такими способами умения вбивали, что порой я мечтал сдохнуть. До пятнадцати лет родичи старались, а потом сама жизнь.
   Ну да, или я жизнь, или она меня!
   Представив этот принцип по отношению к почти взрослым адептам, поймал себя на том, что расплываюсь в хищной улыбке. Повос-спитываем. В конце концов, ученики должны просто остаться в живых к конце года, да? И методах контракт меня не ограничил.
   С-сами виноваты!
   Я настолько увлекся кровожадными мыслями, что не заметил, как из-под пальцев был резко выдернут пергамент с договором.
   Говорящий с воздухом кивнул:
   - Благодарю за согласие.
   - Смотрите потом не пожалейте, э-эх, - я потянулся, позвонки звонко хрустнули.
   - Не думаю, что такое возможно. Пойдем, покажу владения Воздуха, э-Ни-Кадени.
   А у Роя цепкий взгляд, внимательный.
   Что я забыл?
   О, да! Протянул руку, в ладонь мгновенно лег второй экземпляр договора и кулон на длинной золотистой цепочке, прятавшийся в рукаве мужчины. Бумаги отправились за пазуху, кулон под жилет, на миг ошпарив кожу сквозь тонкую ткань рубахи.
   - Путевод, - пояснил хозяин Башни, вставая. - Показывает все искажения мира и ведет туда, куда его попросят.
   По ободу светло-бежевого полированного кругляша были выгравированы руны направления, а под поверхностью будто катался полупрозрачный жемчужный шарик.
  
   В Башне Воздуха оказалось много места. На первом этаже кроме темного холла и залитой солнцем столовой треть занимало множество самых разных помещений. Кухни, подсобки, кладовые, жилые комнаты. Второй был целиком занят под ученические кельи, на третьем разместились залы стихий.
   Сама башня стояла в узкой долине, окруженной отвесными скалами. Если встать спиной к входным дверям, то слева оказывался широкий луг, справа - какие-то домики вокруг узкой горной речки, срывающейся ступенчатым водопадом со скалы и исчезающей где-то под фундаментом строения. А впереди мерцал излом пространства, выводящий шагнувшего в него к главному зданию Сиа-ар-Кадени. Там, кстати, предпочитали проживать все мастера, кроме дежурных, разумеется, вынужденных оставаться рядом с адептами и ночами.
   Адепты и новички появятся в этих стенах дней через шесть, до того начнут собираться наставники. На вопрос, а где же они пропадают, Говорящий только пожал плечами. Его не интересовало, где мастера проводят свободное время, он занимался элементалями. Раз в три - четыре года следовало обновлять прислужников, иначе полупрозрачные вихри просто истаивали, теряя материальность. Послушные, завязанные на Башню, слуги, готовили, убирались, обеспечивали безопасность занятий и многое другое. Кому еще хозяйством заниматься?
   На светлых ступенях я распрощался с Роем, пообещав вскоре вернуться с вещами, позволил себе еще миг погреться в его теплой силе и шагнул в провал. Вынырнув вблизи какой-то стены, судорожно сглотнул. Сознание слегка мутило, живот подводило от голода.
   Проскочив в ближайшую калитку, прошагав по коридору, освещенному десятком мерцающих золотистых сфер, неожиданно очутился в парадном холле. Почти что там, откуда начался мой путь.
   Но меня уже ничего не интересовало. Ни убранство, ни люди не привлекли сосредоточенного на голоде внимания. Точнее люди-то привлекли, но не по подобающим приличиями причинам.
   Промчавшись через приемную, двор, выскочил за ворота и поспешил к гостевому дому, где остались мои вещи.
  
   Дорога, улица, дом с высоким флюгером...
   - Джи-айя!
   Очнувшись только над тарелкой, полной исходящего паром мяса, удовлетворенно заурчал. Проведя языком по зубам, вгрызся в первый.
   Слизнув горячую кровь с губы, медленно выдохнул. Сжирающий тело изнутри голод поутих, освобождая место разуму.
   Раздраженно выдохнув, в очередной раз смирился с собственной природой, и подцепил на вилку еще один кусок. Тщательно разжевал, не отрывая взгляда от глиняной тарелки, по краю которой шел простенький узор из завитков-улиток. Рядом на отполированную временем светлую столешницу с тихим звуком опустилась кружка, полная горячего фруктового взвара.
   - Спасибо, Джи, - поблагодарил, не поднимая глаз, хозяина гостевого дома.
   Здесь за полдюжины дней, что я занимаю лучшие комнаты, успели изучить мои пристрастия. И это приятно! Особенно когда за давние, но бесценные услуги, вся родня должника принимает тебя едва не бесплатно.
   Вот и Джи-айа, солидный делец из Восточной Шассы, расщедрился.
   Улыбнувшись толстощекому хозяину, неспешно проплывающему между столами от кухни ко входу и обратно, вернулся к еде. Краем уха привычно отслеживал его перемещения, то, как он рассыпается мягким говором перед посетителем, заглянувшем в его залы в неурочное время.
   Джи мне нравился. Своим спокойствием, невозмутимостью, неизменным дружелюбием, за которым скрывались ум, изворотливость и немалая мстительность. Родовые черты у дальнего родича шаха Шассы расцвели в полной мере. Но глядя в круглое лицо с вечно прищуренными щелочками-глазами, ни о чем подобном и не подумаешь! Смугловатый, полный, с длинной косой, заплетенной по моде далекой родины, он давно уже обосновался в Карре, куда раньше даже, чем я спустился с родных гор.
   И его гостевой дом уже много лет назад превратился в уютное, знакомое всему городу место, добропорядочное, полностью свободное от каких-либо слухов и сплетен. Каменный дом органично вписался в ряд, выстроившийся на одной из окраинных улиц, оттеняя однообразие строений только лишь карнизами узорчатыми да высоким флюгером-корабликом. Такие характерных очертаний галеры ходили по Внутреннему морю и рекам Шассы.
   Большая семья без труда содержала трехэтажное здание и конюшни в порядке, повар радовал гостей блюдами с далекой родины, юные черноокие красавицы-дочери разносили еду и флиртовали со стражей, а хозяин... Хозяин, думается мне, порой строчил своему светлейшему кузену длинные письма, исполненные почтительности и почитания. Все же новости, не смотря на кажущуюся сонливость древнего города, сюда доходят из столицы быстро и регулярно. Впрочем, ничего противозаконного, конечно же, нет!
   Мне здесь нравится.
   Закончив с мясом, переключился на пресные лепешки, к которым пристрастился давно, еще в молодости, когда довелось пожить на берегу Внутреннего моря. С тех пор редко, когда удавалось поесть свежих ашей, эти же, наивкуснейшие, печет первая супруга хозяина, почтенная ш'ари Мир-айа. Казалось бы, что сложного, вода да мука, а вот есть какие-то хитрости! Настоящий аш тонкий, мягкий ароматный, и не черствеет больше полудюжины дней. Если завернуть в него шмат острого козьего сыра или копченого мяса, можно наесться на день вперед, ну, при условии, что ты нормальный человек, или сарр, или еще кто... не я, в общем.
   Аши хозяйки, как обычно, безупречны.
   Безупречен и светлый зал, в котором по вечерам собирается почтенная публика. Золотая и серебряная гильдии, городской совет, высшее общество, старшие адепты и наставники Башен Кадени частенько захаживают сюда.
   Оторвавшись от еды, процокал сапогами по мозаичному полу, мимоходом смахнув косой плетеное настенное панно, заглянул на кухню. Тяжелая резная дверь красного дерева едва не приложила меня по спине. Охнув, шагнул внутрь, погружаясь в густые ароматы застланного белым дымом помещения. М, баранина по ашшарийски, да?
   - Ш'ари Мир-айа?
   Откуда-то из глубины помещения, от пышущих жаром печей донесся звонкий голос хозяйки, отчитывающей поваренка. Грохотала посуда, шипели горшки, что-то азартно нарезал, рубя доску, нож. С закопченных сводов свисали разноцветные гирлянды овощей.
   - Ш'ари, я завтра съезжаю!
   Из клубов дыма вынырнула вторая жена, Нир-айа, протащила меня до узкого стола и притиснула к стене на угловую скамью. Хозяйка, не отрываясь теста, тщательно замешиваемого на огромной доске, принялась задавать вопросы.
   Вот кому бы работать в пыточной. Но, тсс! Молчу. Точнее, отвечаю. Ведь как ни добра Мир-айа Тишшрен, круглолицая пышечка, в свои годы сохранившая и гладкую, словно персик, смуглую кожу, и косу до пола, и улыбку на пухлых алых губах и веселье в узких темно-карих глазах, едва ли мастерица вышивальных дел будет снисходительна к врагу. А в эту категорию у нее люди порой попадают быстро и ни за что, а уж за отказ отужинать...
   Что мне не грозит ни разу, от еды я никогда не отказываюсь.
   - Да, ш'ари, не грозите мне, увы. Съезжаю.
   - Куда ж, позволь узнать?
   - В Башни Кадени, и на год, как минимум.
   Женщина улыбнулась чуть рассеянно, перехватывая дочь, торопящуюся в зал с подносом, уставила его кувшинчиками с подливками и шлепком отправила дальше.
   - На работу, что ли?
   - О, да, - я достал из-за пазухи путевод.
   - Замечательно, но уж есть сюда приходи!
   - Ш'ари! Не будут меня голодом морить там!
   - Но-но! - на меня замахнулись поварешкой.
   Пригнувшись, я со смехом, выкрикнул:
   - Буду, буду заходить, госпожа!
   - То-то!
   Что скрывать, такое заботливое отношение было приятно, пусть и причиной его было рекомендательное письмо старейшины рода Тишшрен.
   Раздраженно отвесив себе мысленный подзатыльник, решительно выкинул эту мысль из головы, повторяя привычный заговор. Не мое, не для меня, не сейчас.
   Выскользнув через заднюю дверь, миновал внутренний дворик. Невысокие густые кустики в глиняных кадках, расставленные на гладких светлых плитах, тянули вверх узкие мясистые листья. По перилам галереи вились лианы, ступеньки, ведущие на второй этаж, едва просматривались сквозь густой цветочный ковер. Каждая травинка здесь имела свое назначение. Ароматные, лекарственные и ядовитые мирно соседствовали друг с другом. Алый веретенник, скальный желтолист, жабоед...
   Миновав вытянувшиеся в почетном карауле солнцевары, покачивающими тугими головками, зашел в свои комнаты. И, не раздеваясь, рухнул на низкую скамью.
   Отдыхаем!
   Медленно проваливаясь в дрему, скользил взглядом по расписному потолку. Синие с золотом узоры складывались в неразборчивые письмена, спускались длинными завитками по стенам, оплетая оконные рамы, дверные проемы, узкие колонны, подпирающие карнизы гобеленов. Зарисовки из жизни восточных провинций уносили в прошлое.
   Тягучие мелодии, приторно сладкие фрукты и горячее солнце, прожаривающее песчаные дюны на глубину руки. И кровь, очень быстро застывающая коричневой коркой на коже, одежде, камнях...
   Тогда для меня были только кровь врага, еда и сон, так уж глупо я был устроен...
   Резкий крик выдернул меня из неглубокого сна. Перекатившись рывком, я вылетел на середину комнаты, когтями снимая стружку с светлых досок пола, замер, напрягшись. Резко выдохнул. Все нормально. Тихо. Угрозы нет.
   Это кто-то из слуг гоняет во дворе наглого хозяйского кота, опять, верно, опрокинувшего кадки с валарой.
   Ну что же, отдых закончен, к сожалению. Встряхнув кистями, убрал когти, выпрямился, потянулся вверх, и, сжавшись, в кувырке взлетел под потолок.
   К демонам Хорна все!
   Через мгновение в мир вернулся Ра-шер Коготь, бесцеремонный и немного наглый тип. Скинул жилет, рубаху и, отодвинув гобелен с купальщицам, с некоторым трудом вытащил из ниши большой сундук. Погладил темное теплое дерево, привычно пересчитал железные скобы, чуть покрытые ржавчиной уголки, щербины на крышке, провел кончиком пальца по глубокому узору. Сторожевой кот привычно скалил зубы, положив лапы на замок, глаза-сапфиры мягко поблескивали, искрясь силой.
   Ласково погладив морду, нажал на драгоценный камень. Крышка со щелчком приоткрылась. Зарывшись по локоть в кучу одежды, выбрал чистую смену, потом нащупал на дне защелку. Из потайного отделения, зачарованного Говорящим с миром, достал дорожную шкатулку из медового дерева. Ее замок также охранял зачарованный кот, зеленоглазый.
   Аккуратно пристроив свиток контракта, найденный среди раскиданных по полу вещей, в отделанной бархатом секции, захлопнул крышку, упрятал обратно, и, подобрав смятую комом одежду, отправился в купальню.
   Вниз и направо, в гостевую.
   Во все времена подобное место было необыкновенной роскошью. И все же беломраморный шершавый пол, и тонкие колонны, подпирающие низкий потолок, и широкие чаши, и мозаичный потолок, и ароматные смеси в разноцветных флаконах - неизменные атрибуты домов, построенных выходцами с востока.
   Ну, большая часть людей, вырвавшихся из жарких пустынь, весьма состоятельна, и могла себе позволить подобное, местные же жители там обычно довольствовались общественными помывочными, по одной на улицу.
   Здесь, у Джи-айи, были два не особенно больших, зато почти всегда наполненных горячей водой бассейна. Рухнув в ближайший, поднял тучу брызг, легших влажным узором на разноцветье потолка. Руны, вырезанные по бортику, едва заметно засветились от касания. От поверхности повалил густой пар, кожу будто ошпарило. Закатив глаза от удовольствия, я осел на дно. Не зря хозяин потратился на Говорящих...
   Коса, медленно расплетаясь, шевелилась в потоках, поднимающихся со дна, мышцы медленно расслаблялись. Давний шрам на бедре чуть дернуло, надо будет воспользоваться мазью. Кольнуло запястье, заныла шея. Со всем этим справился бы банщик, но такого работника в гостевом доме не держали.
   Зато имелся отвар кровежорки в перламутровом флаконе. Густая темно-рубиновая жижа расползлась в воде неуклюжим спрутом, медленно оседая на дно. Тонкие нити, ложащиеся на кожу, чуть обжигали даже в кипятке и неохотно исчезали, расплываясь розоватыми облачками.
   Боль и усталость растворялись вместе с отваром.
   Итак, через два дня будет произведено представление новых наставников, чуть позже - знакомство адептов и новичков.
   До этого момента надо что? Составить план занятий, во имя всех демонов Хорна! И это - самое главное, как ни странно! Опора воздуха очень на этом настаивал, уверяя, что с'кари Нисамар очень требовательна к порядку и формальностям, все более расцветающих пышным цветом при приближении к вершинам власти. Отчего бы пусть и дальней, но родственнице нынешнего императора не примкнуть ко всеобщей любви чиновного сословия к пергаментным свиткам и строчкам, загоняющим подданных в рамки и нормы.
   Никогда не думал, что придется принимать участие в этом совершенно отвратительном деянии - наведении порядка в бумагах. С другой же стороны, чего еще можно было ожидать, став учителем?
   Пергаменты и бумажки... мерзость какая! Терпеть не могу. А придется, как и в прошлый раз, терпеть. И долго. Впрочем, для дела. Для дела... как иначе?
   Пора заканчивать, слишком уж близко надвинулись воспоминания.
   Выбрался, разбрызгивая порозовевшую воду, встряхнулся, и, усевшись прямо на плиты, принялся переплетать косу. Длинные жесткие волосы подчинялись неохотно, завиваясь крупными кольцами, широкой волной спадая по спине, стелясь по полу путаным покрывалом. Влага на жестких завитках не задерживалась, растекаясь неопрятной лужей, холодя бедра. Увязав копну в крупный тяжелый узел на затылке, занялся одеждой.
   Мятое все оказалось, конечно же, дальше некуда. Похмыкав, все же оделся. Ну, мятое, и что? Мне же сегодня не петь!
   Темная рубаха с черной рунной вышивкой, легкий жилет, потертые штаны. Продевая в поясные петли ремни для ножен, бряцая пряжками и лезвиями, шаркая отваливающимися подметками старых сапог, потащился в зал.
   Закатив глаза, рухнул на скамью. Опять ведь голоден! Ненавижу то, что из себя представляю! Кроме кровожадной одержимости, застилающей разум в такие моменты, постоянный голод еще и накладен. Кто знал бы, сколько на еду у меня денег уходит.
   С завтрашнего дня начну экономить!
   А пока еще гуляем.
   В том числе и по городу.
   День давно перевалил за вторую половину, когда я выбрался к торговым рядам. Лавки пестрели яркими вывесками по обе стороны узкой улицы. Перекликались хозяева, зазывая рассеянных прохожих. Люди сновали торопливо между домами, кто-то натыкался на фонари, покупатель азартно переругивался со свесившейся по пояс из окна второго этажа девицей разбойного вида. Владельцы и приказчики по большей части и жили здесь же, над своими прикрытыми тканными полосатыми навесами магазинчиками.
   Медной гильдии - кожевникам, оружейникам, кузнецам, ткачам и столярам владыка Ройна выделил на гербы все цвета от коричневого до желтого. Так что где-то окна пестрели желто-оранжевыми занавесками, навесы под ярким солнцем слепили красно-кирпичными полосками, флажки и вымпелы солнечными гирляндами спускались до самой мостовой, едва не окунаясь в густую грязь. Разноцветье вывесок изрядно оживляло серокаменные дома, наполняя эти улочки настоящей жизнью.
   Многие славные мастера здесь работают, и многие покупатели охотно расстаются здесь со своей кровной медью.
   У каждой двери или витрины прибита большая блестящая бляха с оттиском, дающим право на работу по определенной специальности.
   Удачно разминувшись с веселой компанией темноглазых молодых ройнов, хвастающих друг перед другом новенькими кожаными ремнями с плетеным узором и парочкой фонарных столбов, к которым меня едва не притиснула необъятная женщина в темно-синем бархате, завернул к швеям.
   Звякнул колокольчик, глухо бухнула дверь. С противоположного конца длинной узкой комнаты ко мне уже торопился приказчик. Я, искоса глянув на тощего бледного северянина, принялся ощупывать ближайший плащ из тех, что были развешаны на стойках. Пробивавшиеся сквозь узкие жалюзи лучи дневного света частыми полосами ложились на стены и пол, разгоняя легкий уютный сумрак.
   Юноша, почти мальчишка, сусликом замер рядом, нервно подрагивая пальцами.
   - Чего изволите?
   - Хм, теплое что-то есть?
   Пару мгновений спустя передо мной на прилавке возникла целая гора одежды. Да, есть из чего выбирать! Хищно улыбнувшись, зарылся в пушистые легкие меха, вываленные вперемешку с грубоватой кожей и нежной выделки шерстью.
   Порадовав услужливого продавца, с пустыми руками не ушел. Может, и не стоило в первой же лавке тратиться, но и хождение по торговым рядам считаю занятием бессмысленным, особенно в чужом городе. Качество приемлемое, цена соответствующая, что еще надо? Фасон и цвет? Мелочи, не стоящие упоминания.
   Сверток с теплым плащом и курткой неудобно оттягивал руку. Значит, пора заканчивать с прогулками. Завернув в ближайшую таверну, над дверью которой вместо вывески был прибит деревянный щит с подковой, расслабленно присел на ближайшую ко входу скамью и только потом огляделся.
   Мысленно попинав себе за недостаточное к окружению внимание, вздохнул. Уютное местечко, недорогое, спокойное, не смотря на тянущиеся буквально по соседней улице торговые ряды.
   Светлые стены, большой очаг, в котором едва тлеют угли, массивная мебель и подковы всех видов и размеров, развешанные под низким потолком. Едоков мало, всего несколько человек ютятся по углам. Ни хозяина, ни прислуги не видно.
   Зато на скамью напротив неожиданно, но неспешно и величественно опустился грузный мужчина. Мелкие глазки и нос-кнопка как-то терялись на обрюзгшем лице. Неприятный незнакомец громко сопел, одышка сжимала горло. На расшитом серебром синем камзоле возлежала толстая цепь с желтой бляхой. Золотая гильдия?
   Игнорируем...
   Я остался равнодушен, сосредоточенно размышляя о школьных планах, своих планах, чужих планах, глядя прямо сквозь купца.
   А незваному гостю это не понравилось. Он надулся, запыхтел, наваливаясь на столешницу, покраснел, явно злясь.
   - Не хочешь поработать, малыш?
  
   -3-
  
  
   Переезд и обустройство на новом месте не заняли много времени. Путевод избавил от необходимости тревожить привратника, искать проводника и лично таскать сундук с вещами. Он указывал короткую дорогу через изломы пространства, кроме того, к нему был привязан маленький вихрь-элементаль.
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"