Вербицкий Алексей: другие произведения.

Маяк/2-3

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    ...коридор, в котором я оказался, петлял и извивался змеей, а следом вообще разделился на три новых. Не имея времени, чтобы выбирать, я забежал в... ...левый.

  Левый коридор. Древо.
  
  Коридор, в котором я оказался, петлял и извивался змеей, а следом вообще разделился на три новых. Не имея времени, чтобы выбирать, я забежал в левый.
  И стоило мне переступить через порог, как воздух мигом наполнился приторным запахом серы, а следом в мои уши вклинилось резкое гудение. Совладать со звуком я не мог, так что мне оставалось только продолжать бежать, надеясь, когда же все это закончится. Но все вышло иначе: внезапно к ноющему гудению прибавился новый звук - хруст, который раздался прямо подо мной. Я ощутил, как пол уходит из-под ног. От внезапности я зажмурился, а уже в следующий момент осознал, что лечу куда-то вниз, навстречу пугающей неизвестности. Только поддаться безнадеге я не успел, потому что приземлился так же внезапно, как и упал. А сигналом о том, что я уже снова нахожусь на земле, для меня стала резкая боль в ногах, впоследствии перетекшая по всему телу.
  К счастью высота оказалась не такой уж и большой, и я обошелся малой кровью. Но подобная ситуация происходит со мной уже во второй раз, так что я решил для себя впредь быть осмотрительнее.
  После хорошенькой встряски, мне потребовалось аж несколько секунд, чтобы прийти в себя, и в следующий момент, когда я открыл глаза, то был до невозможности шокирован - начиная с того что под моими ногами щедро раскинулась невысокая трава таинственного, бледно-синего окраса, и заканчивая тем, что вокруг меня этой травы было целое поле - ни конца ни края не видно. Впрочем, это обуславливалось тем, что расстояние на десять метров от меня заволакивала черная-пречерная дымка, внешне походящая на туман, но гораздо плотнее. И видать связано это было непосредственно с самим черным туманом, но воздух в округе был затхлым и горьким, и даже малейший вздох давался мне с трудом, словно вместе с кислородом в мои легкие проникала угольная пыль.
  Но самым проблематичным все-таки было то, что оглядываясь по сторонам, я совершенно ясно понимал, что не имею ни малейшего представления о том, куда мне стоит идти дальше. В голове неистово крутилась мысль, что черт его знает, какие опасности таит за собой эта чернота. Так что же мне делать? Оставаться на месте в такой ситуации я просто не могу, а идти в неизвестность, кажется мне еще более глупым.
  Но уже через секунду вопрос стал для меня не так важен...
  Потому что на меня вытаращились два круглых, слегка подрагивающих огня, внешне напомнившие автомобильные фары. Но самым пугающем тут было не столько внезапное появление этих светил, сколько то, что каждое из них было размером с меня, а может и больше. И еще та гнетущая аура, которую они вокруг себя создавали. Это угнетение так сильно на меня повлияло, что внутри образовалась тягучая пустота и ощущение обреченности.
  Глупо уставившись перед собой, я почему-то даже не мог шелохнуться, а разум всего за один миг наполнился бурей самых разных мыслей. Впрочем, я до последнего надеялся, что передо мной просто два прожектора, которые загорелись как раз тогда, когда я смотрел по сторонам. Я искренне верил в это... верил до тех пор, пока огни медленно не захлопнулись и так же медленно не распахнулись, словно ужасное нечто, находящееся сейчас передо мной, только что моргнуло. В ту же минуту мои ноги окутала нереальная слабость, словно к земле их тянул груз в несколько тонн, а по телу забила непрекращающаяся дрожь. И словно назло, чуть погодя, где-то оттуда, от этих самых фар, я услышал неровное рычание. Негромкое, но пробирающее до самых костей. Паника, залившая меня с ног до головы, не заставила себя долго ждать.
  "Надо бежать! Срочно бежать!" - многократным эхом раздалось у меня в голове.
  Волоча застывшие и ослабевшие ноги, я кое-как смог сделать пару шагов назад, а потом резко развернулся и пустился бежать со всей доступной мне прытью. Но сбив дыхание всего за пару мгновений, я тут же обернулся, и... как оказалось, для того чтобы обнаружить, что от ужасного монстра я не отдалился ни на метр! Более того, мне даже показалось, что эти ярко-желтые глаза стали ко мне несколько ближе. Я собрался с духом и еще раз попытался сбежать. На этот раз я бежал до тех пор, пока ноги не онемели, а в груди не налилась ноющая боль. И когда я в следующий раз взглянул за спину, к своему ужасу увидел, что два ярких светила уже смотрели на меня почти в упор. В третий раз я постарался бежать еще усерднее и под конец просто подваливал под себя ноги и перебирал руками траву.
  Однако обернувшись, как и в предыдущие разы, застал те самые два неугасающих желтых глаза.
   Я ощутил гнетущее отчаяние. Силы разом покинули мое тело, и я упал на землю, в ожидании немедленной смерти. С силой сжав глаза, я дрожал, скреб руками траву и рыхлил землю, каждый миг ожидая что мысли заполонит черная, непреодолимая пустота и забвение. И как же я встречу свои последние секунды? Буду страдать и мучатся, может, меня будут раздирать на части, и все что я запомню - лишь слепая боль? А может вокруг моей шеи сцепятся ледяные пальцы и в последние секунды, я просто провалюсь в сон, даже не почувствовав какого это - умереть? А может вообще, вокруг меня защелкнуться челюсти того гигантского нечта и после секундных страданий я больше ничего не почувствую? Но, словно издеваясь надо мной, смерть так и не приходила, только усиливая извивающийся внутри меня ледяной ужас и только раздразнивая мою фантазию.
  И когда спустя долгое время этот ужас так и не исчез, я понял, что до сих пор жив, но открывать глаза я не стал, ведь был более чем уверен, что тот гигантский монстр до сих пор находится рядом. У меня не было никакого желания убеждаться в этом, поэтому я продолжал дрожать, лежа на холодной травянистой земле, вдыхая угольный запах густой тьмы. Но в голове неистово вертелась мысль "почему я до сих пор жив?". Неужели то существо просто играется со мной? Как кот играется с мышкой, перед тем как ее съесть? А может ли быть, что увиденное мной - вовсе не ужасное чудовище, а всего лишь механизм, неведомый, гигантский механизм?
  Найти ответ я так и не успел, а все потому, что в мои уши вклинился какой-то отдаленный звук.
   Тукдук-тукдук-тукдук.
  Монотонный и отчетливый, но более того, казалось приближающийся все ближе с каждой секундой. Что это? Неужели так сильно бьется в груди мое сердце? Нет... звук слишком звонкий. Тогда что? Цокот копыт? Или...
  ТУКДУК-ТУКДУК-ТУКДУК.
  Когда я на свой страх и риск приоткрыл глаза, в них ударила яркая вспышка света, полностью лишившая меня зрения. В глазах запекло так неистово, что изо рта у меня вырвался жалобный стон и все что я успел запомнить в тот миг - резко пропавшие звуки, а также золотой сполох, умчавшийся вдаль. И этот сполох был прекрасней, чем самый яркий солнечный луч, ведь с собой он унес с собой всю тьму и уныние этого места - когда глазам вернулось зрение, я увидел, что трава из бледно-синей мигом перекрасилась в привычный зеленый цвет. Следом я наблюдал, как с недобрым шипением рассасывается и таинственный черный туман.
  И когда небо очистилось для меня снова пришло время удивляться - как выяснилось, в тот раз я не слишком ошибся, назвав окружающее меня поле бескрайним - оно тянулось на огромное расстояние вперед и либо сливалось с горизонтом, либо пряталось за стволами множества деревьев, что были щедро раскинуты вокруг. Ничего иного кроме зелени вокруг не простиралось.
  Колючее черное уныние разом сменилось чем-то иным - светлым и приятным. Щебет птиц, рокот дрозда, шелест травы и листьев, гудение ветра - мой опустошенный разум мало-помалу наполняли звуки природы. И после того как золотая вспышка развеяла угольный туман, меня встретило прекрасное, чистое, лазурное небо и я наконец-то смог вздохнуть полной грудью.
  Но дольше любоваться красивыми пейзажами мне не представилось возможным...
  Ведь через какие-то двести метров, за деревьями я уловил промелькнувшие тени. Чуть погодя, передо мной, словно грибы после дождя, выросли бескрайние вереницы людей, бредущие в неизвестном направлении. Женщины, дети, мужчины, старики - среди этой толпы были люди всех возрастов, и все они обреченно шли куда-то вперед, не глядя перед собой. То и дело в промежутках между вереницами проскакивали озлобленные солдаты в военной форме и с винтовками в руках. Выглядело все это как ожившая картина старых времен, когда армии завоевывали целые государства и потом пленили всех его жителей.
  Я непонимающе уставился перед собой, стараясь связать происходящее.
  А люди все шли и шли, бесконечным потоком. Понурив головы и скрипя железными кандалами, они словно какие-то пленники или рабы брели в одном едином направлении. Дать объяснение происходящему я не мог. Не было у меня и желания вмешиваться в этот процесс...
  До тех пор, пока среди сотен бредущих людей, я не увидел одного, чье лицо мне показалось до ужаса знакомым - Сергея, который, если мне не изменяет память, сейчас должен находиться на больничной койке.
  Может мне просто привиделось?
  Но толпа продолжала идти, и через какое-то время в ней я снова увидел промелькнувшее лицо старого знакомого. Этого человека я знал уже очень долгое время, и поэтому мог бы без труда опознать его в толпе незнакомых людей. Но в этом раз сомнения не отпускали меня до последнего.
  Какого хрена тут творится? Мало того что я оказался в непонятном, необъяснимом месте, так и по какому-то странному стечению обстоятельств, тут же я увидел и его - человека, по чьей вине я встрял во всю эту ситуацию.
  Когда лицо Сергея промелькнуло в третий раз, я больше не мог предаваться раздумьям. Резко выпрямившись, я влетел в толпу, выкрикивая на бегу:
  - Эй! Серега! Обернись! Ты меня слышишь?! Какого хрена ты тут делаешь!!!
  - Слышишь? Это ты?! - бездумно махая руками, пытаясь протолкнуться через толпу, кричал я.
  Но на поток людей я налетел, словно шлюпка на высокие волны, преодолеть которые ей было не по силам. Те держались так плотно друг к другу, что все мои усилия не приносили никаких результатов и меня просто выпихивали обратно. Но попытки я оставил только тогда, когда краем глаза увидел приблизившийся зеленый силуэт. Отступив на два шага, я тут же словил сильный толчок в плечо и пошатнулся, с трудом устояв на ногах. Перед моим лицом возникло оскаленная, обезображенная шрамами морда одного из солдат.
  - Гхота! Наракель минша ратзза горольж! - полились на меня непонятые слова, а в грудь мне уперся гладкий ствол винтовки.
  Не успев понять смысл сказанного, в следующий момент я уже согнулся пополам от резкой боли. Сначала мне показалось, что виной тому стал выстрел - такую внезапную и острую боль я испытал. Но где-то в глубине мозга появилась мысль, что от выстрела в грудь я бы однозначно умер. Еще мгновением позже я уже думал - неважно, что причина моей боли, важно, что за этим последует. И ответ пришел как по заказу - пока я откашливался, мои запястья ощутили неприятный холод сковавшего их металла.
  - Рзеенжеей! - снова окликнул меня голос и после еще одного толчка, ноги сами понесли меня вперед.
  И я сам не заметил, как слился с толпой обреченно идущих людей. Вернее, стал одним из них. Все произошло будто-бы в одно мгновение и уже сейчас мои глаза были намертво прикованы к спине идущего впереди человека. Любая попытка посмотреть в сторону или как-то остановить процесс сопровождалась ревущим криком кого-то из солдат.
  Где я, черт побери, оказался?
  Откуда здесь все эти люди? Что тут делают солдаты? Да и почему минуту назад, среди всей этой толпы я увидел Сергея?
  Эти вопросы я продолжал себе задавать снова и снова, но ответ на них в моей голове совершено не укладывался. От волнения я начал закусывать пересохшие губы. И где я нахожусь? Совсем недавно за мной гнался непонятный монстрообразный маньяк с козьей головой и кровавыми глазами, потом под моими ногами провалился пол и вот теперь я нахожусь в окружении целой армии вооруженных вояк. Так куда я в итоге попал? В какой-то параллельный мир? Хотя я ведь даже не знаю, где был до этого, чтобы уже делать вывод, где бы я мог оказаться.
  Я очнулся от мыслей лишь благодаря очередной вспышке слепой боли. Резкая ноющая боль в спине эхом отдалась в мою черепушку и заглушила целое море последовавших откуда-то издалека криков. Осознание ко мне вернулось лишь через минуту, а перед моим помутневшим взором предстала рыхлая сырая земля и пара черных, начищенных до блеска сапог. Посмотрев вверх, я снова натолкнулся на разозленное лицо. Еще один военный, но по его вычурной форме я сделал вывод, что на этот раз передо мной офицер. Тщательно разжевывая и следом выплевывая мне в лицо каждое слово, он что-то напряженно говорил. Но я не слушал его, а даже если бы слушал, все равно бы не понимал.
  За что тут же получил сапогом в лицо. Носок ботинка больно врезался мне в скулу, и я ощутил, как за один миг из моей жизни выпало где-то секунд десять. Пересохшие, смоченные лишь собственной кровью, мои губы тряслись от колотящей тело боли. Той же самой кровью была залита и большая часть моего полуживого лица.
  Все пять чувств работали кое-как: глаза видели все как в тумане - происходившее я понимал лишь по движению нечетких силуэтов в размытой картине. Уши словно набились водой, и все звуки вокруг себя я различал с трудом. Вдобавок ко всему руки и ноги у меня онемели как от боли, так и от сжимающего их листа металла, так что и осязания я был практически лишен. Я ощущал лишь вкус и запах - однако их затуманивала кровь, та самая кровь, залившая все мое лицо.
  Но окруживших солдат совсем не волновали мои страдания. Дав мне отдышаться и прийти в себя, один из военных поднял меня с грязной земли и закричал в лицо громким голосом. Прохрипев что-то невразумительное в ответ, в душе я взмолился. Я просил, чтобы все эти страдания поскорее закончились. И я был бы согласен даже на смерть. Но ничего не прекращалось. И я продолжал думать, какого черта им от меня нужно? И когда же это закончится?
  Снова вспышка белого света перед глазами.
  Гудение в ушах.
  Запах крови и свежей земли проникает в мой разум.
  Картина перед глазами начинает совершать безумные виражи. И крутится и крутится.
  Я замечаю, что сквозь кровавую пелену смотрю на медленно плывущие по небу облака. И мне кажется, что в одной секунде протекает целая вечность и что за этот промежуток успевает родиться и зачахнуть мириады мыслей. И все они обрываются за две последовавшие секунды - когда в мои уши проникает отчетливый звук взводящегося курка и последовавший за ним выстрел.
  Всплеск жаркого пламени выплевывает холодную как лед пулю... а весь этот процесс сопровождает одинокий мимолетный свист.
  И заключительный звон абсолютной тишины.
  ...
  Но сквозь прозвеневшую тишину я вдруг слышу новый звук, отдаленно напоминающий цоканье копыт и мне это кажется до ужаса странным - вокруг ведь сплошь трава да грязь, так где же возникнет этот причудливый звук? И разве не ловил я себя на мысли, что с трудом различаю даже громкие голоса. Так как? Как я могу сейчас слышать такой тихий и далекий, казалось бы, звук?
  А кровавые краски перед моим взором все густели и густели и мне начало казаться, что кровью покрылось само небо. Но я знал, что такого просто не может быть. А цокот становился громче и четче, и я знал, что и его сейчас не может быть в моей голове. И эти и разные другие мысли мешались и соединялись, и одна старалась вытеснить другую. И секунда протекала для меня словно целая вечность. А я стоял, закинув голову кверху, и смотрел в небо в момент, когда в мои уши вклинился оглушительный гул, резко переросший в протяжный свист...
  Вжууууууух!
  От которого я весь сжался.
   И секундой позже рядом со мной с громким взрывом образовалась гигантская воронка, разбросавшая вокруг целый ураган грязи и пыли. Последовавшая взрывная волна оказалась настолько мощной, что меня просто сорвало с места, несколько раз перевернуло, а затем протащило по земле. От резких перепадов все мысли в голове перемешались.
  Когда я в следующий момент оттряхнул голову, то передо мной, словно из пустоты возникла высокая потрепанная многоэтажка из серого кирпича, вроде тех, что строились в первые послевоенные годы. Людей вокруг не было. Поистине странно, но я был даже рад. И непонятно как, но зданий становилось все больше и больше, и уже минуту спустя я оказался в самом настоящем лабиринте блеклых строений. Не успел я толком понять происходящее, как в воздухе снова возник гудящий, протяжный свист.
  Вщьуууууууууух...
  Бдыщ!!!
  И здание передо мной в одночасье рухнуло - сложилось пополам, словно карточный домик, а меня накрыло облаком пыли и пепла. В ту же секунду меня озарили новые, похожие на предыдущую вспышки, заполонившие всю площадь этого города, а мощь их была так велика, что земля под ногами начала исходить мощными толчками.
  - Кхагх! Кхахах! - закашлялся я от едкой пыли, пронизывающей легкие.
  Я попытался подняться, но вдруг мое плечо сильно дернуло в сторону, а следом запекло от острой боли. Из свежей раны полилась кровь.
  Что произошло, я осознал не сразу, но взглянув перед собой, увидел, как в стене дома напротив появилась небольшая, но заметная трещина. Наверное, в меня угодил один из кусков кирпича. Я прислонился к стене и попытался подняться на ноги. Внезапным для меня стал факт того, что мои руки больше ничего не сковывало - те наручники, которые на меня надел один из военных, неведомо куда растворились. Впрочем, как и сами люди. Мне было сейчас не до того чтобы копаться в причинах этого, я просто тут же схватился за свою рану и постарался остановить кровотечение. И пока я, прикусив губу, старался справиться с болью, неподалеку зазвучал самый настоящий ор голосов.
  В это же время, на секунду приглушив все звуки, рядом грохнулся еще один снаряд.
  Дождавшись когда пыль осядет, я аккуратно выглянул из-за дома и устремил свой взгляд по направлению к звукам и застал пугающую картину - сотни и тысячи людей с оружием хлынули навстречу друг другу, и уже в следующий момент к бесчисленным взрывам примешалась стрельба, крики раненных и умирающих.
  Все происходило так скоротечно - буквально за первые три секунды полегли первые солдаты, а по их еще не остывшим трупам тут же начали карабкаться новые. Вокруг свистели пули, и раз в несколько секунд к этому свисту примешивались охрипшие крики людей в форме. Сквозь бомбежку прорывались взрывы поменьше, которые ежесекундно возникали то тут, то там, словно маленькие светлячки.
  И быть может, от такого обилия взрывов в небо поднялась пыль и закрыла собой солнце, но все вокруг значительно помрачнело. Но я тут же понял что ошибся, когда в такой же скоротечной манере, как и проходящий бой, эта серость изрыгнула из себя обильный ливень. Ледяные капли резко опустились на землю, заглушая происходящее вокруг. Людей уже практически не было видно - лишь мелькающие вспышки служили мне известием, что битва между солдатами не угасает ни на секунду.
  А я, сидел, зажавшись в угол, ладонью сжимая до сих пор нывшее плечо. Капли дождя уже давно пронзили меня насквозь. Зубы стучали. Я понял, что дольше оставаться под ливнем мне нельзя. Но куда идти? Где мне спрятаться? Ведь по ежесекундно мелькающим взрывам я вижу, что в этом сером городе нет ни одного места, где бы ни шли бои.
  Но оставаться на месте нельзя.
  Перебежав пару метров, я спрятался за покрошившейся бетонной стеной. И переведя взгляд, увидел лежащую на ней сверху оторванную руку. Внутри меня все сократилось. Но из-за плотного дождя, я только сейчас заметил, что полная картина была гораздо ужаснее - вокруг раскинулось целое поле убитых солдат, щедро окропивших землю своей кровью. Все они выглядели ужасно - развороченное месиво, вывернутые наружу внутренности, искаженные агонией лица. Я отводил взгляд, не желая смотреть на весь этот ужас, но он был повсюду, куда я не бросал взгляд.
  Я принял сиюминутное решение бежать дальше и остановить меня не могли ни взрывы, не сыплющаяся стрельба. Но уже через пару секунд меня охватило ощущение, что чем дальше я бежал, тем ближе подбирался к эпицентру этого хаоса. Свидетельством того было значительное увеличение числа мертвых солдат - они просто горами валялись поверх друг друга в самых неестественных позах, будучи обезображенными настолько, насколько это вообще было возможно. И только в этот момент я понял, насколько ужасно может быть лицо войны. Но битва не прекращалась, и какой-то шальной снаряд то и дело мелькал рядом со мной, а я все сильнее прижимался к земле и продолжал передвигаться дальше.
   Вскоре я подобрался к довольно массивному строению, часть которого была разрушена и обвалена. За все время это был единственный дом, на который я обратил внимание, и почему-то я решил, что внутри него найду укрытие, как от холодного дождя, так и от жаркой бойни. Но ожидая, что и внутри него могут быть солдаты, я решил зайти внутрь не через дверь, а взобравшись на оконную раму с разрушенной стороны. Из-за раненого плеча, сделать это было не так просто, но пересилив боль, я все-таки смог.
  И оказавшись внутри холодного бетонного дома, я первым делом заметил, что он не был пустым. Как я и думал. Но внутри я обнаружил не ожидавшихся солдат, а простых людей. По их виду мне казалось, что эти люди, как и я, оказались тут, только потому, что искали укрытие от творившегося хаоса. Это только подтверждал их несчастный вид и дрожащий взгляд, который они устремили на меня. И тут я уже предположил, что данное строение ранее было чем-то вроде госпиталя. И скорее всего - полевого госпиталя. Ведь в длинном коридоре прихожей рядами возвышались двухэтажные кровати, на которых и сидело большинство увиденных мною людей. Такая версия также объясняла присутствие всех их здесь.
  И хоть мои следующие действия не были тщательно взвешенными, я решил, что вполне могу остаться в этом доме, и как минимум, передохнуть. Толстые стены защитят меня от дождя и артиллерии, а в случае если сюда нагрянут солдаты, я что-нибудь да придумаю. Да и как бы это не звучало, на случай чего, у меня есть прикрытие в виде этих людей.
  Я еще раз обвел взглядом собравшихся, но они, видимо уже потеряли ко мне всякий интерес, и даже никак не отреагировали, когда я спрыгнул с рамы и оказался внутри. И лишь продолжили негромко перешептываться на языке, который я также не понимал, как не понимал язык встреченных солдат.
  Серый, блеклый кафель, одноцветные стены, пара десятков двухэтажных кроватей, а также немногочисленные экземпляры иной мебели, вроде шкафов и тумб - вот и все, что было в этом помещении. Даже электричество работало с перебоями - пара тусклых желтых ламп время от времени гасли, погружая все место в кромешную тьму. И, несмотря на кажущийся со стороны объем этого дома, вся мебель, включая около двух дюжин людей, располагались тут не сказать, что уж совсем свободно.
  Протискиваясь вдоль коридора, я снова задумался, а что все-таки будет, если сюда нагрянут солдаты? Не знаю, что им тут может понадобиться, но даже короткая встреча с военными оказалась для меня практически фатальной, и ее повторения я бы предпочел избежать. Но что делать, повторись мне увидеть их вновь? Вариантов не так много - спрятаться, сбежать, или...
  Мне в голову пришла другая мысль - ведь неподалеку лежат тела солдат. Может, если я вернусь туда, то смогу раздобыть оружие? Уж оно-то даст мне хоть какие-то шансы пережить столкновение. Но в противовес на весах моей решимости встало то, что для этого мне снова придется вылезти под дождь, да и не так уж мал риск в такой вылазке схлопотать шальную пулю. Гораздо привлекательнее для меня была мысль остаться здесь и просто переждать, пока не утихнут бои. Ведь скоро наступит ночь, а в это время количество сражающихся групп должно поубавиться.
  Все тревожные мысли мне пришлось проглотить, убедив себя в том, что сначала мне стоит отдохнуть. Следом мое внимание перенаправилось к ране на плече. Я решил, что с этим надо что-то делать в первую очередь.
  - У вас есть бинт? - обратился я к человеку, сидевшему рядом.
  Тот в ответ глянул на меня, а потом, потупив взгляд, принялся разглядывать свои колени. Я снова окликнул его, но голову он не поднял. Вместо этого я заметил, что мои действия привлекли внимание остальных присутствующих.
  - Бинт есть?! Бинт?! - стараясь объяснить жестами, я ходил по коридору и заговаривал с другими людьми - Мне надо руку перевязать!
  Но вместо того чтобы ответить мне, они начали переговариваться между собой. На минуту помещение заполонило непрекращающееся шуршание голосов. И слушая их, меня объяла предательская неуверенность. А что если, услышав, что я говорю на другом, не понятном для них языке, эти люди решат на меня ополчиться? Посчитают чужаком, и тогда... только фантазией ограничится, что произойдет тогда.
  Еще сильнее насторожившись, я пытался прислушаться к разговорам, старался понять по их интонации, о чем идет речь. Рука невольно зашуршала по стене, в попытке найти в стене отколовшийся булыжник.
  Воооооууууууууууу!
  У тут меня резко передернуло на месте. Впрочем, как и всех присутствовавших.
  А причиной тому стала маленькая красная лама, которая резво завертелась, исторгая громкий тревожный звук. Хоть я и сталкивался с такой ситуацией впервые, но все же догадывался, что ничего хорошего этот звук не предвещает.
  И каково же было мое удивление, когда над потолком зазвучал чей-то голос.
  "Внимание! Внимание!"
  Более того - понятный для меня голос - одно только это не могло не вызвать целую кучу вопросов.
  "Внимание! Надвигается авиаудар!"
  А уже сообщение, которое транслировалось им, вызвало у меня не столько вопросы, сколько настороженность.
  Стоило зазвенеть сирене, как все те люди, что еще недавно шептались, устремились куда-то вглубь здания, издавая во время бега странные звуки вроде хрюканья и негромких визгов. По их поведению, хоть и чересчур суетливому, четко проглядывалось, что они с такой ситуацией сталкиваются далеко не в первый раз. Но что же делал в этой ситуации я? Я же слишком долго предавался мыслям, а потому к моменту, как прозвучало заветное слово "авиаудар", только начал тревожно оглядываться по сторонам. Но вокруг уже никого не было.
  "Повторяю - надвигается авиаудар!"
  И куда мне теперь деваться?
  ...медленными толчками, внутри меня начала разливаться паника, а ледяной ужас покрывал кожу ледяной коркой.
   "Всех просим проследовать в укрытие! Повторяю..."
  Укрытие? Было бы замечательно...
  Вот только я знать не знаю, где находится это чертово укрытие.
  Бум! БДУМ!
  Тут-то долгожданный авиаудар и настиг здание, в котором я находился. Сначала последовали многочисленные мощные взрывы, от которых крыша громко затрещала, а больше половины ее уже через мгновение оказалось рядом со мной.
  Сирена продолжала гудеть...
  "Внимание!... ется авиаудар!"
  ...А здание расходиться по швам.
  Трееск! Трыщ! Бум! Треск!
  И следующий отваливший от стены кусок открыл моему ужаснувшемуся взору целое море прожорливого пламени, вздымающегося кверху и закрывающего небо. Разом хлынувшие в помещение лиловые языки пламени прочно отпечатались на моей сетчатке. И, несмотря на жар, сравнимый с адской печью, глядя на них, я просто не мог шелохнуться.
  "Всех --сим... повто-яю... про-вать в ---тие!"
  И пока я так стоял, здание развалилось полностью - от него остался лишь обугленный каркас. Все это произошло за какие-то жалкие пару секунд. За пару секунд, за которые я тупо не успел ничего предпринять. А лишь глядел на все происходящее как в замедленной съемке. Замерев посреди останков дома, я видел, как пламенные языки жгуче лизали мою покрасневшую от жара кожу и вокруг меня царил полнейший хаос, а я находился в его эпицентре, щедро поливаемый неутихающим ливнем. Вот только побороть огонь в этом случае, для дождя было просто немыслимо.
  В глубине души я надеялся, что моя жизнь не закончится именно этой картиной.
  Но кого я обманываю? На что мне тут надеяться?!
  А сирена, хоть и с сильнейшими хрипами, все так же продолжала выть.
   "ПоСфашкпаЛЕпшкпш-ТЕешваш-В-шваУкРшфкгшщфктш-Ы-тие!"
  Правда не знаю, как она уцелела, если здание полностью рухнуло... а огонь стал полноправным властителем этого места. Но такие не важные мысли поспешно сменялись другими.
  Я когда-то слышал, что умирать в огне - достаточно болезненно. Но почему-то, когда пламя начало пожирать мою плоть, я не почувствовал ровным счетом ничего - кожа не стала покрываться волдырями и ожогами - я просто как будто таял, и для меня все это выглядело так, словно мое тело было сделано из воска. А жар, невыносимый жар был - я это прекрасно чувствовал и осознавал... но почему-то за ним не следовало никакой боли.
  Где-то в глубине сознания я чувствовал, что даже без боли, мои мысли проваливаются куда-то в бездонную черноту. В пугающую бездну, что не выпускает из себя ничего. Последнее, что я помню в этот момент - смачный запах копоти, а также какой-то настырный звук.
  Повторяющийся раз за разом.
  ...
  Звук, от которого я хотел избавиться.
  ...
  Но в то же время, который благодарил, ведь он не давал моему разуму угаснуть...
  ...
  Очнулся я не от невыносимого жара, и даже не от лезущей в нос копоти. В тот следующий момент, когда ко мне вернулось сознание, ни одного из этих чувств уже не было. С другой стороны я продолжал слышать какой-то звук. Надоедливый цокот, который я по глупости своей принял за цокот копыт. Но вовремя спохватился, ведь откуда здесь взяться лошади?
  Поднявшись на ноги, я мигом обнаружил, что звук и вправду производили не копыта, а самый обычный молоток. Молоток и невысокий человек подле меня, который прямо сейчас забивал гвозди в длинную деревянную доску, в которой я тут же опознал крышку гроба. А затем, как по удивленным, округлившимся глазам человека, так и сам, взглянув под ноги, я быстро пришел к выводу, что крышка предназначалась гробу, в котором только что очнулся я.
  Причинно-следственная связь, ведущая от пожара к этому моменту, на удивление быстро выстроилась у меня в голове. И посмотрев на свои руки, мне довелось не только убедиться в своей правоте, но и ужаснуться - вся моя кожа напоминала вываренный кусок мяса, сверху покрытый запекшейся кровью. Но даже в таком, казалось бы, нереальном для живого человека состоянии, я не чувствовал никакой боли, или других чувств, которые бы доказывали, что буквально пару секунд назад я живьем выбрался из пекла. И тут я осекся, ведь наверняка между двумя событиями миновало гораздо больше времени, чем пара секунд.
  Но сколько бы я не сокрушался над своим внешним видом, я понимал, что раз уж я чувствую себя вполне нормально, то это для меня не самая важная тема для размышлений. Гораздо важнее понять, где я оказался теперь, а затем и найти из этого места выход. И желательно такой, который бы в итоге привел меня домой. Я бы мог узнать ответ у того человека, но он уже скрылся с моих глаз, в тот самый момент, когда я изучал свой внешний вид.
  Глядя как он убегает, я задался серьезным вопросом о месте моего нынешнего пребывания. Окруженное глухо закрытыми серыми стенами и невысоким каменным потолком, все это место создавало тесную и некомфортную атмосферу. К тому же единственным выходом из помещения с гробом, служил узкий проход, который своим видом вызывал у меня явную ассоциацию с катакомбами. Словно подыгрывая этой угнетающей атмосфере, освещались эти тоннели лишь при помощи отдаленно расположенных факелов. Или в этом месте просто не знали что такое электричество, или оно было расположено так глубоко, что проводить сюда ток было просто невозможно.
  Когда я проследовал по проходу, то недавние мысли про катакомбы заиграли в голове с новыми силами. Ведь вышел я в небольшой обшарпанный зал, из которого вела целая сеть запутанных тоннелей разных размеров.
  Однако помимо тоннелей, здесь также было полным полно людей... но я заметил их не сразу. Частично из-за того что половина зала была скрыта от света факелов, но по большей части потому, что люди сейчас кучкой сгорбились и с жадностью пировали на чьих-то останках, забрызгав все вокруг свежей кровью. И своим дикарским деяниям они полностью соответствовали внешне - из одежды у них не было ничего кроме набедренных повязок. Однако кожа людей и хилый, перекошенный вид явно подтверждали мою догадку, что мы находились где-то под землей, а они видели поверхность и солнечный свет последний раз... никогда? И как я уже заметил, сейчас люди, словно охваченные дичайшим голодом, были заняты едой. Подойдя к этому принеприятнейшему зрелищу поближе, я не мог не ужаснуться, ведь жертвой этих мерзких ублюдков был другой человек, в котором я опознал того самого невысокого мужчину, что стучал молотком в момент моего пробуждения. Молоток, кстати говоря, лежал совсем рядом.
  Продолжая глядеть на этот ужас, я не мог перебороть отвращение, а потому дернулся, чем привлек внимание этих... у меня даже язык не поворачивается назвать этих тварей людьми. Они молниеносно прервали свою трапезу и, сидя на четвереньках, напоминая своими повадками обезьян, развернулись ко мне и зашипели. Взглянув в их исказившиеся морды, я тут же приготовился бежать. Но куда? Позади ведь нет ничего, кроме тупика, а остальные пути перекрыты этими самыми уродами.
  Резко один из монстров выскочил вперед, а я в ответ наоборот совершил пару шагов назад.
  Остальные члены стаи еще громче зашипели, а самый мелкий и, наверняка, самый проворный из них тут же схватил обглоданную добычу и устремился с ней куда-то, почти сразу завернув за ближайший поворот. Остальные выжидающе смотрели на меня. Я не двигался, не двигались и они. Этот простой я использовал, чтобы обдумать план дальнейших действий. Они старались держаться тени, но я все-таки смог насчитать в их группе порядка дюжины тел. И как мне отбиваться от такого количества?
  Но когда наше молчаливое свидание затянулось уже на несколько минут, оказалось, что волновался я понапрасну, и, переглядываясь между собой, бледные и худые уродцы начали постепенно отступать к своему умчавшемуся товарищу.
  Меня это поразило, ведь я уже подготовился отбиваться, и готовился к тому, что эта стая попросту растерзает меня, не дав и глазом моргнуть. Просто потому что было даже глупо думать пытаться противостоять целой куче обезбашенных людоедов.
  И когда они отступали, я успел переглянуться с последним из этой толпы. Тот, уловив мой взгляд на себе, как-то сжался, и даже опустил глаза. Было ли это проявлением страха? А даже если так, то в чем причина? Я еще раз взглянул на себя, выглядевшего как экспонат по анатомии - сплошное мясо и оголенные, кроваво-красные мышцы. В моей голове проскочила единственная возможность. Но неужели такие уродливые существа забоялись моего вида? Во всяком случае, я испытал огромнейшее облегчение, когда они сгинули, и проверять еще раз, что их испугало, я бы не рискнул.
  Вот только я бы не сказал, что мое положение от этого существенно улучшилось. Передо мной все еще находились десятки путей и, естественно, я не знал, куда ведет хотя бы один из них. Вглядевшись в таинственную пустоту коридоров, я постарался предположить, что же скрывается в их глубинах. Да вот только весь сегодняшний опыт давал мне понять, что любые предположения будут бессмысленными - может быть, меня там ждет выход, а может и погибель. С такой же вероятностью любой из путей мог вести меня к полчищу монстров, более ужасных и смертоносных чем я могу себе представить.
  Вскоре я пришел к выводу, что гадания все равно ни к чему не приведут. С другой стороны ни куда не идти я просто не мог. Ведь остаться здесь в любом случае означает сдаться, и согласиться со смертью. Просто надеяться на судьбу я также не мог, она и так уже подвела меня сегодня слишком много раз. Так почему я решил идти? Просто потому что так у меня хотя бы остается мелкая надежда выбраться. Уверенности мне прибавил молоток, подобранный с земли. И хотя я знаю, что такое оружие не сильно повышает мои шансы на выживание, оно было все же лучше чем ничего.
  Глазами я принялся обследовать раскинувшиеся передо мной пути. Тут то и следовало проявить наибольшую осмотрительность. Где-то я углядел засохшие следы крови, какие-то из проходов были обрамлены трещинами и сколами, а третьи вели лишь в беспроглядную черноту, ввиду отсутствия там источников света. Такие места я уже автоматически исключал из своего дальнейшего маршрута, и в итоге, методом исключения передо мной остался лишь один единственный путь, который я счел наиболее безопасным. Туда я и направился.
  Однако нервозность не покидала меня ни на секунду, заставляя то и дело резко оборачиваться, только для того чтобы убедиться, что источником внезапного звука в которой раз оказался потрескивающий огонь факелов. Кроме того я каждый раз судорожно сглатывал образовавшийся в горле комок, глядя как танцуют отбрасываемые тем же огнем тени. И хотя на то не было никаких видимых причин, все окружение закладывало внутри меня недоверие и страх. Но это не удивительно.
  Вскоре выбранный мною путь начал резкий уклон вниз. Я замер. Но не потому что меня испугал сам спуск, просто этот уклон привел меня к гигантской луже, наполненной какой-то рыжей ржавой водой. В том, что это была именно ржавчина, я был убежден из-за сотен полусгнивших труб, разных форм и размеров, тянущихся чуть дальше. Опознанию сильно способствовал и свойственный застоявшейся ржавчине вид, оплетающий трубы и державшийся в воздухе застоялый запах.
  Из-за мутной воды трудно было оценить глубину этой лужи. Но вскоре оказалось, что знать ее глубину мне и не следует - потому что стоило головке молотка коснуться этой рыжей поверхности, железо почти мгновенно покрылось коррозией и рассыпалось на сотни маленьких кусочков, а в следующую секунду, гниению подверглась и сама рукоять, которую я был вынужден тут же отпустить.
  Мда.. долго это оружие не прожило. Но что поделаешь, как-никак, можно сказать, что жизнь оно мне спасло и сунуться в эту лужу, я теперь и не подумаю. Так что мне делать тогда? Возвращаться, только потому, что я столкнулся с трудностью? Нет... есть путь получше.
  Чтобы продвинуться дальше, я решил перелезть по шелушившимся, полусгнившим трубам. Сначала я ступил на ту, что была совсем низко - чуть выше уровня моих колен, и уже с нее перебрался на вторую, тянущуюся вдоль стены, а затем резко уходящую вниз. Каждый мой шаг по разваливающейся металлической поверхности отдавался хрустом ржавчины и противным скрипением прогибающихся под моим весом труб. Не без опасения, я перешагнул ржавую лужу, переходя на третью трубу, которая уже была совсем близко к продолжению коридора. Тот кстати, видимо по вине этих самых труб, на этом отрезке сильно сужался.
  И наконец, приложив последнюю порцию усилий, я прыгнул вперед и оказался на другой от лужи стороне. Расслабляться было рано - ведь к своему удивлению, через несколько шагов я заметил, что коридор, под стать трубам был покрыт шелушившейся ржавчиной. И подобная хрустящая под ногами текстура полностью покрывала и широкий зал, что открылся мне следующим.
  Но не ржавчина поразила меня. Ведь зал этот не был пустым - напротив, в нем суетливо кипела жизнь, словно в самом настоящем муравейнике. И стоило мне ступить пару шагов, как...
  - Возвратившийся! - окликнул меня громогласный выкрик.
  Вслед за которым рядом со мной появился незнакомый мне человек, облаченный в длинную рясу с капюшоном, закрывающим верхнюю часть его бледного лица.
  - Че? - недоумевающе ответил я, попятившись назад.
  Ответом мне стало то, что крик повторился и даже усилился, а все за счет того что к первому чудику прибавились новые.
  - Возвратившийся!!! - завыли они в один голос.
  Происходи дело где-то в знакомом мне месте, при виде таких странных людей, я бы просто покрутил пальцем у виска и прошел мимо. Но этот зал, по вине того что я успел уже пережить за сегодня, не позволяло мне расслабляться, и даже наоборот, я прекрасно чувствовал, что от этих людей несет смертельной опасностью. И ни одной причины думать по-другому у меня не было.
  К тому же, пока я пытался понять, что же творится вокруг, людей вокруг меня собралось с два десятка. Они кружили вокруг меня словно стервятники, и все как один то тут, то там выкрикивали одну и ту же фразу:
  - Возвратившийся!
  И что она означает?
  - Возвра-тившийся!!!
  Откуда возвратившийся? Никогда не видевший этих людей, я был удивлен происходящим, всеми этими криками, и повышенным вниманием ко мне, а потому в голове даже не появлялось мысли им что-то ответить. А они продолжали как заведенные.
  - Возвратившийся!
  - Возвратившийся! Дай прикоснуться к тебе!
  А это еще зачем? Но, после этой фразы я еще сильнее сжался. А толпа безумных фанатиков к этому моменту увеличилась еще на пару десятков тел. Волнение росло с каждой секундой.
  Уже скоро одетые в рясы люди, чьи лица были, как будто-бы нарочно от меня скрыты, кружили вокруг и мелькали с такой скоростью, что я просто не успевал за ними следить. Мне оставалось только оглядываться, ожидая, что же произойдет дальше. Параллельно с этим напряжение в груди с каждой секундой становилось все сильнее и сильнее. И вот в один момент из толпы показался человек. С виду такой же чудак, как и все вокруг, но было в нем нечто загадочное и даже что-то знакомое, нечто такое, что заставило меня тут же обратить на него все внимание.
  - Пойдем. Он должен тебя увидеть, - тихим шепотом сказал он.
  Я естественно, не сразу переварил, что он сказал.
  - Кто? - прозвучал ответ, но мой голос, в отличие от голоса того человека, мигом растворился в звучании кружившей толпы.
  А незнакомец уже бесследно исчез, просто растворился среди сотни темных силуэтов. И в этот момент я почувствовал, как окружившая меня толпа начала двигаться. Не желая сталкиваться с этими странными чудаками, все, что мне оставалось это держаться где-то посередине образованного ими круга. Таким образом, получалось, что я просто шел туда, куда меня вели они.
  А если попытаться вырваться? Явно такие действия не сулят мне ничего хорошего. Так что значит, просто ждать? Снова?
  И пока они шли, я мельком разглядывал зал, в котором оказался - это было самое настоящее безумие - повсюду виднелись скомканные и слипшиеся в один мерзкий шар, частично обглоданные останки людей, подвешенные на крюках над землей. Складывалось неприятное ощущение, что перед тем как повесить сюда людей, их всех сначала проглотили, и спустя какое-то время выблевали вместе с содержимым желудка. И продолжая глядеть на эти тела, я все больше убеждался, что это не просто неприятное ощущение.
  И как предательски гудела в голове мысль, что эти останки использовались в качестве еды чудиками, сейчас кружащими вокруг меня. Значит, равно как и те худые люди, встреченные ранее, эти питались человечиной. Только что же должно было произойти и с этими и с теми другими людьми, что они опустились до каннибализма? Какому жуткому голоду должны были подвергнуться эти люди? Представить себе не могу. Но я предполагал, что это и было причиной их безумного поведения. Может я просто неосознанно искал им оправдания, пытался жалеть... не знаю, что и думать... просто в голове не укладывалась эта шокирующая картина, на которую то и дело наталкивался мой взгляд.
  Но меня не терзали какие-то опасения по поводу себя. Ведь если бы я оказался просто пищей для этих троглодитов, меня бы уже давно прикончили. А раз они оказывают мне столько внимания и такие, как бы странно это не звучало, почести, значит, роль моя заключается не в том, чтобы просто стать для них ужином.
  Побоюсь спросить... так зачем же им я?
  Ждать ответа долго не пришлось, ведь наш короткий путь очень скоро завершился - группа расступилась, и я оказался перед высоким пьедесталом, на котором гордо возвышалось непонятное, но до невозможности мерзкое нечто - словно сшитый из сотен разных частей разных людей жирный монстр, размер которого превышал меня раз в шесть. А широкая ухмыляющаяся пасть это чуда заставила мою душу уйти в пятки. В прямом смысле этого слова - внутри просто-напросто все похолодело, пальцы онемели, а сердце стало биться в два раза реже, словно стараясь производить как можно меньше шума, чтобы не привлекать внимание вот этого существа. Видеть нечто подобное этой твари, мне еще не приходилось.
  Только заметив меня, глаза чудовища заблестели желтым огнем, а противный рот растянулся еще шире.
  - Шавраыорграгршгурашр - пробурчал он что-то нечленораздельное.
  И услышав его противное мурлыкание, люди радостно взревели.
  - Это он! Это он! - закричали они, - Это он!!!
  А рот монстра расширился до невероятных размеров.
  Не успел я заметить, как обе мои руки были крепко сжаты в ладонях чудаковатых фанатиков.
  - Бум! Бум! Бум! - незамедлительно зал огласили три медленных барабанных удара, вслед за которыми внутри меня закралось предательски ужасное предчувствие. На третий удар все факелы, словно по волшебству потухли, а зал погрузился в кромешную тьму, покрывавшую плотным мраком все вокруг. И предчувствие снова меня не обмануло - секундой погодя, я почувствовал, как пол под моими ногами трещит и проваливается.
  "Опять?" - пронеслось у меня в голове.
  На этот раз я не свалился вниз, но, тем не менее, в мой нос ударил до невозможности отчетливый и донельзя противный запах серы. И я снова мог бы раздраженно припомнить нечто похожее...
  - Насыться! НАСЫТЬСЯ!!! - радостно завизжали державшие меня фанатики, а эта мерзкая тварь залилась противным хрюкающим смехом.
  И взглянув на него в заволокшей взгляд тьме, вместо жуткой образины, я видел лишь два немигающих желтых огня, скрытых за черной пеленой. В голове пронеслось узнавание, и на миг проскочила блеклая мысль "Все-таки эта штука, спустя столько времени, меня догнала". Вслед за светом, голодный черный туман поглотил и все звуки, оставив меня лишь наедине со своим ужасом.
  Из трещин в полу и отколотых кусков появилась какая-то жидкость - мягкая и вязкая субстанция, в ту же секунду окутавшая мои ноги. По ощущениям, да и по своему насыщенно-черному цвету она напомнила мне смолу. Хотя, это она и была. В голове незамедлительно вспыхнули знакомые картины...
  - Нееет!!! - закричал я, попытавшись вырваться, но пересилить державших меня людей я не смог.
  - НАСЫТЬСЯ!!! - сквозь пустоту, где-то в глубине моего разума я слышал, как они гоготали в ответ на мои жалкие попытки.
  Под аккомпанемент вопящим людям, смола начала кипеть и взрываться, а наружу высвобождались сотни обглоданных костяных рук. Да. Это было и в самом деле весьма похоже. Как и в тот раз, руки обхватили меня и потянули вниз... не прошло и десяти секунд, и уже противная субстанция начала заливаться внутрь меня. И снова я ощутил этот мерзкий гнилой привкус, который я был бы рад навсегда стереть из своей памяти...
  Он был в точности как в тот раз. С одним лишь отличием, что теперь вместо мерзкой слизи, представлял собой кипящую смолу, а неприятный гнилой вкус сильно отдавал ржавчиной.
  ...
  Мог ли я когда-нибудь даже вообразить себе, что должен испытывать человек, чьи внутренности наполняет кипящая смола?
  Конечно же, нет.
  ...
  Думал ли я когда-нибудь, что столкнусь с этим сам?
  Глупо даже такое спрашивать...
  Но, тем не менее, прямо сейчас я прекрасно ощущал, как эта булькающая раскаленная смесь заливается в мое горло, как она его обжигает и неторопливо перемещается в желудок... как от жары лопается живот, и адская жидкость, перемешавшись с кровью и внутренностями, выплескивается наружу...
  А уж страдания от всего этого слишком невыносимы, чтобы пытаться их как-либо описать.
  ...
  А что было дальше?
  Дальше мое сознание просто-напросто потухло.
  И я не знаю, где рождались мысли, что звучат прямо сейчас.
  Ведь я был уверен, что на этом моменте моя жизнь оборвалась, и дальше меня ждет сплошная пустота.
  ...
  Но...
  К сожалению...
  Даже после таких мук я пришел в себя...
  Я не знаю, что со мной произошло на самом деле, но очнувшись, первым делом я выблевал все содержимое своего желудка, и продолжал исторгать рвотные массы, даже невзирая на боль и жжение в горле. Мне просто хотелось избавиться от этого мерзкого гнилого вкуса. А также стереть все мысли о том, что я только что пережил долгую и мучительную смерть, но, тем не менее, каким-то образом остался жив.
  В подобных своих стараниях я уже несколько раз терял сознание. В ушах гудело, а голова шла ходуном и мощно пульсировала, поддаваясь каждому удару сердца. И краем сознания я понимал, что мой организм работает - он живой. Биение сердца тому лучшее доказательство. И его я ощущал как никогда раньше.
  И только пережив весь этот водоворот мыслей и чувств, я смог приоткрыть глаза. И сквозь прищуренные веки, я увидел, что над моей головой воссияло звездное небо...
  Это меня, конечно, поразило, но уж не так сильно как то, что я узрел, взглянув вниз - мясо... пульсирующее мясо. Живое. Бьющееся в такт какому-то невероятному организму и с каждым биением выплескивающее наружу маленькие струйки крови.
  Но и даже это не стало для меня большей неожиданностью, ведь сильнее всего меня поразило стоящее поодаль гигантское, словно сплетенное из тех же самых живых волокон дерево. Да. Гигантское, ветвями своими уходящее в беспроглядные звездные небеса, дерево.
  И кроме него в этом месте не было ничего другого. И это древо питалось кровью и мясом, в которое впивались его корни. И в дереве же этом, как раз напротив меня, был проем. Небольшой. Но его как раз хватало, чтобы туда протиснулся человек.
  К тому же, на пороге, словно бы случайно, но я знал, что никакой случайности в этом нет, лежал пожелтевший и порванный лист бумаги. На нем, что тоже было вполне ожидаемо, виднелась кривоватая и неказистая надпись, которую я с трудом, но все же смог прочитать. Она гласила:
   "Ты стоишь на пороге древа познания - того самого, что произрастает в раю!"
  Прочитав этот текст, я тут же засмеялся. Засмеялся нервным обессиленным смехом.
  Рай? Кругом только кровь, отвратительный запах и раскинувшиеся повсюду поля живого мяса. Какой больной разум станет называть это место раем? Кроме того, от насыщенного запаха крови, что уже окончательно въелся в мой мозг, у меня чертовски кружилась голова.
  Я устал. Так устал.
  Мне просто хотелось, чтобы все уже, наконец, закончилось.
  Ну, раз уж никакого другого пути я не вижу, придется идти внутрь. Взять себя в руки и просто идти до конца. Смеха ради я подумал, что эту записку можно воспринимать как приглашение.
  Как оказалось, внутренняя часть этого дерева была выполнена из аналогичных материалов - мяса, жил, и всюду щедро сдабривалась кровью, текущей по многочисленным венам и артериям. И, несмотря на кажущуюся снаружи массивность древа, внутри него я увидел лишь один-единственный зал, в центре которого был расположен изысканный постамент из черного камня. На этом постаменте лежала потрепанная книга. То, что она и является мой целью, я понял как-то интуитивно. А истощенность, вызванная всеми сегодняшними переживаниями, не позволяла мне даже думать как-то по-другому, или о чем-либо другом. Можно было сказать, что так показывали себя еще не угасшие крупицы надежды внутри меня. Но именно благодаря им я неторопливо и опасливо приблизился к книге.
  Когда мои пальцы коснулись твердого темного переплета, я ощутил, как по всему телу пробежала легкая дрожь. На мгновение я застыл. Не скрою, что какая-то часть меня не могла сдержать любопытства, но она ли виновата в проскочивших ощущениях?
  Отогнав от себя тревогу, я все-таки собрался с мужеством, и раскрыл книгу.
  И на первой же странице, меня встретили слова:
  "Вот ты и здесь. В месте, что дарует тебе познание".
  Познание? Я иронично усмехнулся и еще раз оглядел окружавшее меня место, а потом вернулся к чтению. Как ни странно, о том, что я только что подумал, говорилось в следующих строках:
  "Должно быть, весь его вид, заставляет тебя чувствовать себя некомфортно. Но такой страх неразумен, ведь не все то, что страшно выглядит, является ужасным на самом деле".
  Остальную часть пожелтевшего листа занимало нарисованное чернилами, простоватое изображение дерева, поделенного на семь частей короткими горизонтальными прочерками.
  - Тсщчык - и как только мой взор опустился до самого низа страницы, она легко отделилась от книги, и быстро улетела, словно подхваченная сильным ветром. Но вот никакого ветра я тут не чувствовал вообще, чтобы можно было списать произошедшее на простое совпадение.
  И стоило этому произойти, как мое окружение резко сменило свое обличие - неприятные взгляду пульсирующие волокна покрылись толстым слоем древесной коры каштанового цвета, а в различных частях внутри дерева начали распускаться цветочные почки, которые с такой же удивительной скоростью выросли в настоящие, пахучие цветы.
  И испускаемый ими аромат приятно овеял все вокруг. А чудесный запах, даже слегка пододвинул мою тревогу... но я вовремя спохватился и наоборот, усилил свою бдительность, приступая читать следующий лист книги.
  Только вот, написанный на нем текст снова выглядел так, словно автор знал наперед мои промелькнувшие сейчас мысли:
  "Отбрось наполнившие тебя сомнения. Здесь ничто не причинит тебе вреда. Хотя ты вряд ли так легко поверишь этим словам, ведь сейчас ты, должно быть, коришь судьбу, злую затейницу, подвергнувшую тебя всем этим пыткам на пути сюда, и несколько раз даже лишившую жизни. Но тебе стоит понять, что ты это заслужил.
  Ведь ничего не происходит без должной на то причины. Не ощутив отчаяния, и не проверив свою волю в страданиях, ты бы просто не имел никакого права получить знание, что сейчас перед тобой предстанет".
  Пока я читал, древо еще пышнее расцвело и щедро покрылось цветочными лозами сочно-зеленого цвета, свисающими по краям. Оглядев, как нарядилось древо изнутри, я продолжил чтение.
  "Я не скажу тебе ничего нового и не открою пугающих тайн. Ты не сразу поймешь, как на тебя повлияет то, что ты прочитаешь, но, в любом случае, после к тебе придет осознание. И даже если твой срок невелик, остаток своей жизни ты проведешь ведая - это ли не чудеснейшее богатство, которое способен обрести человек?"
  На этом отрезке буквы были сильно искажены и читались с трудом - такое ощущение, что писавший впал в какой-то немыслимый экстаз, и не смог сдержать своего волнения. Но меня это, наоборот - больше утомляло. Однако уже со следующего абзаца шрифт был выведен ровно и читался также легко, как и прежде. Тем не менее, как и прежде там значились лишь туманные обещания всепознания, раскрытия сущности вещей. Изредка, на страницах встречались замысловатые знаки и символы.
  Но почему автор пишет так, будто предугадывает, как я отреагирую? Сначала меня это удивило, но когда ситуация повторилась несколько раз, я начал нервничать. Выглядит так, будто я следую по написанному в книге сценарию, будто пляшу под чью-то дудку. Но кто захочет себя ощущать маленьким покорным хомячком? Правильно - никто.
  Страница за страницей отрывалась и устремлялась куда-то прочь, но текст, казалось, становился только мудренее и запутаннее. Продолжая читать, я больше скользил глазами по строчкам, чем вдумывался в написанное. Внутри меня начал закипать гнев, ведь я не мог понять, какой во всем этом смысл?
  Что, от того что я прочту эту книгу, написанную каким-то ополоумевшим идиотом, я найду способ выбраться из этого треклятого места?!
  Может, обрету волшебные силы и научусь обращаться бабочкой?
  Или там написано кодовое слово, которое вернет меня в теплую кроватку к себе домой?
  - Х...ня какая-то! - гневно крикнул я, скидывая книгу с постамента.
  Перевернувшись в воздухе, она зашелестела страницами, и приземлилась недалеко от меня. На секунду в моей голове возникла небольшая толика сожаления и желание вернуть том на место, но очень быстро это чувство сменилось другим - раз уж я решил сходить с ума, то обратно дороги нет, и мне просто стоит сломать тут все, до чего руки дотянутся.
  И начал я с того, что со всей силы пнул сам постамент - тот оказался довольно хрупким, и уже после первого пинка в основании прошла глубокая трещина, а со вторым ударом половина обломанного пьедестала оказалась на земле, рядом с растрепанной книгой. Мне это варварство принесло просто несказанное удовлетворение.
  Но мишеней, на которых я мог выпустить пар, тут было не так уж и много, поэтому следующим делом я снова вернулся к книге - сначала я со всей дури швырнул ее в стену, но из-за кучи страниц, удар получился весьма слабеньким. Тогда я поднял том, и принялся вырывать из него страницы одна за другой. Вырванные страницы я, в свою очередь, разрывал на маленькие кусочки и обильно разбрасывал вокруг.
  И тут мне пришлось остановиться. А причиной тому стал символ, нарисованный на одной из страниц - вписанный в круг треугольник, из середины правой стороны которого тянулась горизонтальная черта, доходившая до центра фигуры.
  Почему у меня было чувство, будто этот символ мне знаком? И почему, стоило мне его увидеть, как я тут же унял свой гнев и остановился?
  У меня появилась мысль, что дальше в книге последует нечто интересное, или хотя бы то, что будет достойно внимания. Дрожащими пальцами я перевернул страницу, но, вопреки моим ожиданиям, на ней меня встретила короткая фраза, вписанная почти на весь лист.
  "На этом моменте ты продолжишь читать".
  Все это читалось как какая-то насмешка. Поэтому я выдрал страницу, просто потому что мне хотелось показать, что я не собираюсь поступать так, как написано в этой книге.
  "Сколько ни вырывай страницы, ты не поменяешь того, что тебе уготовано" - значилось на следующей.
  - Ааааа! - громко заорал я, разом вырывая целый пучок страниц. Но тут же моему взору предстала новая надпись:
  "И когда ты поймешь, что другого выбора у тебя нет, ты все равно прочтешь то, что я хочу до тебя донести".
  Я уже выдрал половину следующей страницы, и тут вдруг осекся. Но дело было не в том, что я что-то увидел, а в том, что я кое о чем подумал. Пальцы задрожали. Я медленно сел на землю, в руках продолжая держать книгу. От бессилия из глаз хлынули слезы. Никогда раньше я не знал того чувства, что посетило меня сейчас. Не знал я и как с ним справиться.
  Ведь что я могу сделать, если моя жизнь и вправду полностью предопределена? Все решения, что я, казалось бы, принимал, и принимаю прямо сейчас, все они на самом деле были сделаны еще задолго до того как я о них узнал. А у меня просто складывалось обманчивое ощущение, что мой выбор, что-то да значит.
  Действительно...
  Черт побери...
  Неужели каждый мой вздох, каждое движение руки, каждая, пускай и самая крохотная мысль - неужели все это я делаю, следуя какому-то неведомому сценарию? А если и так, то выходит, что я просто идиот, наивно верящий в то, что моя жизнь только от меня и зависит?
  Но даже в этом случае, несмотря на все нахлынувшее бессилие, я не мог избавиться от сомнений. А вдруг все было подстроено именно так? Вдруг это такой хитрый ход, чтобы заманить меня в сети? Как я могу понять, что все, что я вижу сейчас, не обман?
  Ответ уже какое-то время висел перед моими глазами - в уголке страницы, выглядывающей из-за порванного листа, блестела крохотная надпись:
  "То, что ты ищешь, и есть предложенное тебе знание".
  Да уж... слишком много совпадений.
  Интересно, кому под силу так все подстроить?
  Я устало выронил книгу и прикрыл ладонями лицо. Сделав пару коротких вдохов, я постарался успокоиться. Надо собраться с мыслями и подумать. Какие у меня варианты в этой ситуации?
  Я могу прочесть книгу, а могу просто проигнорировать ее и остаться тут. Есть еще вариант - покинуть этот зал, и убраться восвояси. Ах да...
  "Как только ты вошел, путь назад был запечатан. Да и там нет ничего интересного" - гласил текст на листе, "случайно" оказавшемся перед моими глазами.
  В ответ на это я мог только грустно ухмыльнуться.
  Ничего не попишешь. Раз уж за меня все решили, тянуть резину означает просто-напросто оттягивать неизбежное. Вернее я ничего не оттягивал, а согласился ровно в тот момент, когда было нужно...
  С этими, не самыми лучшими мыслями, я поднял книгу с земли, а следом поднялся сам. Пьедестала больше не было, а поэтому, мне пришлось держать и читать том на весу. Но текста в нем, несмотря на немалый объем, было не так много, так что я не сильно был этим разочарован.
  Пока я готовился, следующий лист успел оторваться, а передо-мной возник новый текст:
  "Я не займу у тебя много времени. Просто читай и смотри".
  Смотреть?
  Страница сменилась.
  "Чтобы знать, нужно понимать. Ты должен понимать других, ты должен понимать себя. И раз ты человек, и раз другие для тебя тоже люди, ты должен понимать всех людей. И самое главное, ты должен понимать, что мышление человека ограничено, что все его действия и поступки, следуют определенными шаблонами. Но обладая знанием, ты сможешь выйти за эти рамки. И главное, что тебе следует понимать - все, что интересует людей - это удовлетворение своих собственных низменных потребностей".
  Уткнувшись глазами в эту строчку, я с сомнением поджал губы. Но для книги моя реакция не осталась незамеченной.
  "Сейчас ты не веришь. Но ты поймешь".
  Страница снова сменилась, а на следующей значился текст, выведенный здоровенными буквами:
  "Люди горды"
  На этом моменте мои уши пронзило гудение, а я сам очутился в каком-то странном месте. Следующим я ощутил противный затхлый запах, который, наверное, можно встретить только в каком-то хлеву, полном скотины, гадящей, где ей вздумается. Вслед за запахом, я обратил внимание, что ноги мои наступали не на привычный для меня асфальт, а на вымощенную булыжниками улицу. Дополняло сей образ то, что вокруг меня простиралась целая аллея странных, вернее старинных домов.
  Такой антураж явно был бы более подходящим для средневековья. Хотя у меня такое чувство, что именно в этой эпохе я сейчас и оказался. За объяснениями я посмотрел на книгу, но страница с надписью "Люди горды", и не думала куда-то пропадать.
  Картина перед глазами дрогнула, и в одночасье вся улица наполнилась галдящей толпой. Да, уж по одежде появившихся из ниоткуда людей, я смог укрепить свое мнение, относительно того, что меня занесло в средневековье. И как удачно занесло - прямо на какой-то карнавал. Хоть основная часть толпы была одета по-простому, те, к кому было приковано все основное внимание - а это группа людей на деревянном помосте, была наряжена в яркие цветастые одежды. Возглавлял группу укутанный в толстый пурпурный плащ человек с золотой короной на голове. Очевидно, король.
  Обратив на себя внимание ликующей толпы, с добродушной улыбкой, правитель начинает что-то быстро говорить. На его слова публика реагирует еще большим восторгом, и уже в последующие секунды в воздухе начинают мелькать какие-то предметы, быстро летящие в разные стороны.
  Еда? В самом деле, это была еда. Среди множества предметов я смог заметить как овощи, так и фрукты. И им самим-то не жалко выкидывать продукты питания? Или в этом и суть того что они сейчас собрались на площади?
  Странный обряд. Напоминает случаи в школьной столовой, когда дети начинают швыряться друг в друга едой, что вскоре перерастает в событие всеобщего масштаба. Но мои размышления я бы назвал малозначительными мелочами, ведь для меня сейчас важнее всего было получить ответ - к чему мне была показана вся эта, прямо искрящаяся добротой и радостью картина?
  И ответ не заставил себя долго ждать.
  Немного погодя, после того как в воздухе засвистели фрукты и овощи, все задвигалось в замедленной сьемке, словно специально, чтобы я не упустил из виду ничего важного. И как по сценарию, я вовремя замечаю, что же должно было привлечь мое внимание - один из сотни брошенных фруктов устремляется слишком высоко и попадает прямо в лицо монарха.
  Проходит две, три, нет, пять секунд, и его милость тут же сменяется гневом.
  Я не успеваю заметить, как во времени проскакивает длительный промежуток, на небе зажигается месяц, а вся улица уже тонет в сумерках... сумерках, и свежей крови. Не успеваю я оглянуться, как гудящий карнавал в одночасье превращается в массовую казнь.
  Без устали работает десяток мускулистых палачей, отрубая головы людям, что длинными вереницами стекаются к улице. Обезглавленные тела скидываются в одну кучу, а после относятся в полыхающий рядом костер, возвышающийся над средневековым городом.
  И все из-за какой-то мелочи. Ведь король не мог смириться с тем, что его гордости был нанесен ущерб...
  А кровь продолжает брызгать во все стороны с каждым новым ударом топора, и криком очередного умирающего. И одна из миллионов обагривших воздух рубиновых капель смачно попадает на раскрытую книгу. Но беспокоиться не о чем, потому что в этот же момент страница отделяется от книги и устремляется куда-то ввысь. На следующей значится новый текст - также одна строчка, растянутая на весь лист:
  "И в тоже время - до невозможности завистливы"
  Когда страница сменилась, вслед за ней, как будто перелистнулась и картина мира. И я теперь глядел не на город средних веков, а вернулся в привычный мне временной отрезок. Вот только теперь я попал в место, которое по всему своему виду напоминало какой-то пригород из зарубежных фильмов - небольшие панельные дома, огражденные заборами, а перед калиткой, ведущей ко двору каждого дома, торчали однообразные почтовые ящики.
  Поменялось и время суток - за горизонтом теперь горел яркий и завораживающий дух закат. Такой прекрасный и неповторимый. Только вот сам вид багрового неба вызывал у меня дурные предчувствия.
  И снова, я, следуя какому-то непонятному ощущению, обратил свой взгляд на один из ближних домов. И как оказалось неспроста: из его входной двери как раз вывалилась целая свора радостных детишек. Но один из ребят выделяется среди детворы так же, как в предыдущем сюжете король выделялся среди своих подчиненных. И у него также был специфический головной убор - желтый колпак, но внимание он привлекал не поэтому, а благодаря новенькому велосипеду, который мальчик вел рядом с собой.
  Выбравшись во двор, парень незамедлительно взобрался на свое транспортное средство и принялся нарезать круги по опустевшей дороге. Другой мальчик, следовал за ним практически по пятам, очень долго и внимательно, но что самое важное, с трудно сдерживаемой завистью смотрел на колесящего по дороге велосипедиста. И я уже интуитивно понимал, что развитие событий будет завязано между этими двумя.
   Так и вышло.
  Внезапно из сгущающейся темноты выглянули ярко-желтые фары приближающегося автомобиля. И хоть ночь еще не нагрянула, но из-за заходящего солнца видимость быстро ухудшалась. И это стало причиной того, что ни мальчик на велосипеде, ни резко свернувший с дороги водитель не успели вовремя среагировать.
  Кшшшшшхщииииииииииик!!!
  Водитель все же пытается затормозить, но уже поздно.
  Бдуууум! - грузовик мощно врезается в мальчика, и тот отлетает аж на несколько метров.
  Картина мерцает, и в следующий момент я уже замечаю, что велосипедист с окровавленной головой лежит на земле и ртом пытается ловить крупицы воздуха. Водитель, же, только что умчался восвояси, забоявшись последствий своего поступка.
  Какая теперь ситуация развернулась передо мной: два мальчика, один из которых лежит, истекая кровью, а также слегка покореженный велосипед, лежащий чуть поодаль от обоих. Здоровый мальчик приблизился ко второму, и склонился над ним, словно собираясь помочь...
  ...но его зависть оказалась сильнее каких-либо других желаний.
  - Не смотри... - тихо прошептал он, вдавливая глазные яблоки именинника глубоко ему в череп. - Я тоже хочу свой велосипед...
  Парень задергался от нестерпимой боли, но так же очень скоро все его конвульсии поутихли.
  А оставшийся парнишка поднял с земли велосипед и весело умчался на нем куда-то вдаль, прямо навстречу багровому закату...
  - Тсщщкхрк - страница снова сменилась, и я прочел следующую фразу:
   "Легко поддаются гневу"
  А вот тут я отметил, что новая картина была для меня более привычной. Вернее она воплощала ситуацию, уже знакомую мне не понаслышке - самая обычная застольная пьянка. Народу было порядочно - чуть больше десятка человек. И по их нарядному виду, я пришел к выводу, что причиной собора всех этих людей не могла быть тривиальной. Мой взгляд скользнул дальше, и украшенные мишурой шторы, а также наряженная в углу комнаты елка дали мне понять, что в этой квартире готовились отмечать новый год.
  Можно до бесконечности расписывать, как дальше развивалась эта ситуация, вспоминать все разговоры, но я лучше сразу скажу что тут, как и в предыдущей картине что-то пошло не так. Когда кукушка пробила 12, шумное веселье достигло своего апогея, и очень быстро вся компания дружно напилась. Вскоре под влиянием алкоголя некоторые из ее участников разбрелись по комнатам.
  В это время в квартире раздался звонок, и на пороге появился высокий, обеспокоенный мужчина. Он не стал обременять себя поздравлениями или даже простым приветствием, а почти сразу же кинулся в одну из комнат. Что творилось в его голове, я мог лишь предполагать, но как я понял потом, в той комнате, куда он заглянул, находилась его жена, и была она там с другим мужчиной. Последовавшие нелицеприятные события не заставили себя долго ждать.
  Дрожа от гнева, мужик залез в карман, и извлек оттуда пистолет.
  - На....я ты это сделала?! - рявкнул он.
  - Зачем ты пришел?! - в ответ закричала девушка.
  Вместо ответа, с яростной гримасой на лице, мужчина навел на любовников дуло пистолета.
  - Б...ть остановись! - где-то рядом возник третий крик.
  - Иди ты на...й!!! Я вас тут всех перех...рю!!! - проорал тот в ответ.
  - Да ты о...л что ли?! Выкинь на..й ствол!
  - Пошел в п...ду! - полуохрипшим голосом ответил мужчина. Он до сих пор не выстрелил, но руки его судорожно дрожали, а значит, очень скоро ситуация завершится одним из двух исходов.
  И по опыту предыдущих сцен, я уже знал, что хэппи энда мне ждать точно не стоит.
  Ситуация продолжилась тем, что кто-то из шумной группы на манер героя боевика пытается выхватить пистолет из рук мужчины. Но жизнь не строится по шаблонам подобных фильмов, а потому испугавшись потери оружия, мужчина в ответ всаживает три патрона прямо в живот самоназванному герою.
  И этим все, конечно же, не ограничивается. Когда тело первого мертвеца медленно опускается на землю, слетевший с катушек мужик начинает безумную пальбу по всем кто есть в его поле зрения. И претворяя в жизнь свое недавнее обещание, стены небольшой квартирки очень скоро пачкаются в свежей крови.
  В завершении этого безумия, лежа посреди груды хладных трупов, последний выстрел мужчина делает себе в голову...
  В воздухе распыляется насыщенный запах пороха, который почти сразу же сметают колебания ветра, вызванные еще одним улетевшим листком из книги.
  Я обращаю свой взгляд на следующую страницу.
  "Но так же легко предаются унынию" - написано на ней.
  - Кааааааааааарр!!!!
  Только замерев, я резко подорвался и чуть не выронил книгу из рук. Резко глянув наверх, я вижу, что источником этого громкого звука оказывается сидящая на ветке рядом угольно-черная ворона, практически слившаяся с фоном ночного леса.
  Именно. Новым местом, куда меня отправила книга, оказался глухой ночной лес. Жуткое место, учитывая, что в нем я находился один. Совершенно один. Но как любое подобное место, это также наполняли звуки природы: тихий рокот сверчков, уханье совы, отдаленное карканье ворон - и все эти звуки попеременно сменяли друг друга, а иногда и вовсе соединялись, словно инструменты одного оркестра. Все это, вкупе с уже упомянутой картиной ночного леса, вызвало у меня дрожь в ногах.
  Даже повидав за этот день немало странностей и отвратительных картин, я не мог побороть гнетущий меня страх. Он просто прорастал из глубин меня, и опутывал, словно мощная извивающаяся лоза.
  Но очень скоро мое внимание переключилось на новый сюжет. Случилось это в тот самый момент, когда в темной глубине леса я уловил чье-то движение.
  Изначально я напрягся, не зная, чего мне ожидать. Человек это был, или может что-то иное? Во всех предыдущих картинах я выступал лишь в роли наблюдателя, некой тени, и был невидим и неосязаем для окружения. Но никто не гарантировал, что то же самое меня ждет и сейчас. А потому я считал свой страх более чем оправданным.
   Когда я продолжил наблюдать за происходящим, из темноты выплыли два силуэта. И я смог унять напряжение, только когда они приблизились - незнакомцами оказались всего лишь мужчина и женщина. Сгорбившись, они неторопливо шли в мою сторону. Когда пара оказалась еще ближе, я увидел, что женщина держит в руках запеленатого младенца и тихонечко мурлычет какую-то песенку.
  - Ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля, - напевала она, отрешенно глядя перед собой.
  И честно говоря, в основном благодаря царящей вокруг атмосфере, эта песенка только навевала на меня дополнительный ужас.
  Очень скоро пара замерла на месте посреди небольшой поляны, что с трудом освещалась бледными лучами луны. Переглянувшись между собой, женщина опустила ребенка на землю, а мужчина достал из-за спины какой-то предмет. Этим предметом оказалось охотничье ружье.
  Мужчина вскинул ружье и, поджав губы, направил его на ребенка. Стоявшая рядом женщина сжалась и закрыла уши ладонями. Я заметил, как в то же время на ее бледном лице блеснули две дорожки обильно льющихся слез.
  Бпууууух...
  Тихий лес на пару секунд наполнился громкими звуками ломающихся веток и карканьем ворон, разлетающихся от источника шума. И спустя это время, поляна вновь погрузилась в таинственную тишину.
  Но, как оказалось, ненадолго.
  Бубуууух!
  Прозвучал звук второго выстрела, и голова плачущей женщины разлетелась на кроваво-красные куски.
  Третий выстрел мужчина приготовил для себя. Засунув ветку в место спускового крючка, он направил дуло прямо себе в голову.
  Бабаах!
  И участь мужчины повторила участь остальных. Его изувеченное тело медленно опустилось на траву, заливая лес свежей, обильно выплескивающейся кровью.
  Я задался вопросом, что только что произошло? Следуя тексту книги, этот сюжет должен быть как-то связан с унынием. Но где оно тут? Массовое самоубийство это уныние? А причина, повод?
  Но книга видимо считала, что этого фрагмента для меня будет достаточно, потому что страница вновь унеслась куда-то ввысь, а на ее месте появилась следующая надпись:
   "А все что их занимает, это - алчность"
  Шум волн - первое, что я заметил в открывшейся картине.
  Я стоял на песчаном берегу, овеваемый прохладным ветром. Этот ветер наполнял мои легкие соленым морским воздухом, а находящееся в зените солнце приятно согревало кожу. Тут впору было бы отдыхать. Но вместо того чтобы наслаждаться моментом, я тяжело вздохнул. Несмотря на такое чудесное место, сейчас мне снова предстоит наблюдать что-то ужасное.
  Да. На иное я и не рассчитывал.
  Почти моментально я обнаружил героя следующей сцены - огромный античный храм, подпертый мраморными колонами. В глубинах его я углядел две статуи из чистого золота, олицетворяющие, видимо, каких-то божеств. А около тех статуй в несколько разбросанных рядов выстроились люди в тогах.
  Неужели я снова оказался в старом времени? Если да, то на этот период явно был еще более древним чем то средневековье.
  Вдалеке послышался протяжный гул.
  Обратив внимание на звуки, я повернулся в сторону, откуда они доносились. И как раз в этот момент перед моими глазами начала проноситься целая армия, одетая в ламеллярные доспехи. По учебникам истории я знал, что такой облик соответствовал воинам римской империи. Затаив дыхание, я наблюдал, как мимо меня промчалось никак не меньше двух сотен таких легионеров.
  Но эти воины бежали, не как полагается дисциплинированным солдатам - они толкались, карабкались друг по другу, рвались так, словно ни один не хотел пропускать другого вперед. А их целью, конечно же, был тот античный храм. И каждый из солдат наплевал на мораль в погоне за охватившей его жадностью.
  Ворвавшись в помещение храма разрозненным потоком, легионеры принялись убивать всех его жрецов. Очень скоро серые стены обители богов покрылись вязкими и противными на вид слоями свежей крови, и когда все были убиты, легионеры принялись делить награбленное. Но, как, оказалось, равное распределение никого не устраивало. Под крики и буйную ругань снова вспыхнул блеск метала, снова пролилась кровь - воины начали сражаться между собой. Ведь богатством хотел обладать каждый из солдат.
  И уже в самом начале было понятно, что резня не утихнет до самого конца. До тех пор пока среди этой дикой толпы не останется кто-то один, кто и останется полноправным хозяином добычи. В начале такие рьяные, а под конец обессилевшие и обескровленные, солдаты кричали, рвали друг друга зубами и ногтями. А этот бешенный, наполненный ненавистью взгляд, я кажется, уже не забуду никогда. И плевали они на то, что сейчас схлестнулись со своими союзниками, со своими братьями по оружию.
  И как я с самого начала понял, в итоге остался лишь один, последний легионер. Израненный и измученный, но с нескрываемым триумфом и вожделением в глазах, он влез на постамент и столкнул золотую статую на землю. Ударившись о мраморный пол, та раскололась на сотни больших и маленьких кусочков. Но выжив в дикой схватке, солдата погубил не меч. Его погубила собственная жадность - еще долгое время, глядя на развернувшуюся ситуацию, я наблюдал, как из всех рассыпавшихся кусков, легионер выбрал самый крупный и попытался взгромоздить его на себя. Ноша была непомерно тяжела для одного человека, но того это не волновало. Он пытался и пытался, пока, наконец, не лишился последних сил - кусок золотого туловища прижал человека к земле, и в таком состоянии легионер и закончил свой век.
  Меня охватила непонятная тоска. Внутри не было ни капли сожаления, просто мне вдруг стало грустно, что у этой истории получился такой ожидаемый и безвкусный финал. Хмыкнув, я не стал дожидаться, когда сцена завершится, а попробовал самостоятельно перелистнуть страницу.
  И мне удалось.
  На следующем листе значился совсем короткий текст:
   "Чревоугодие"
  Стоило смениться странице, сменилась и картина. Я узрел, как на моих глазах выросли белоснежные стены банкетного зала, а некогда бледный пол, напротив, сейчас застилал богато украшенный красный ковер. Хрустальные люстры на потолке создавали неповторимый антураж роскоши и изобилия, но более всего этому духу соответствовал гигантский праздничный стол, занимающий почти все место зала. Стол протягивался так далеко, что я, глядя на него, невольно вспомнил иллюстрацию к выражению "Пир на весь мир". Во-первых, на это меня натолкнуло ужасающее количество людей - не меньше тысячи. Во-вторых, собрались они не просто так, а видимо для того чтобы отведать каких-то блюд, которые в огромном количестве заполоняли всю площадь стола. И огромное количество это не просто "красное" выражение - блюда были навалены горами и только каким-то чудесным образом не скатывались со стола.
  И люди разгребали эти самые пищевые горы и тут же забрасывали себе в рот. Они ели и ели, ели и ели. С громкими чавкающими звуками, противным гоготом и хрюканьем - по их виду легко было определить, что они давно позабыли, что такое культура, ведь все что волновало их в первую очередь - как бы поскорее напхать пузо.
  Одно блюдо быстро сменяло другое: пироги, оладьи, котлеты, рулеты, баранина, курятина, шашлыки из самых разных составляющих, а также всевозможные салаты из простых и диковинных ингредиентов - это только то, что я мог разглядеть на вершине этой пищевой пирамиды. Дальше в руках, а вскоре и животах гостей очутился омлет, рагу, какая-то запеканка. Продолжая смотреть, я убеждался, что в этом месте были собраны все разновидности еды. Даже те, которые я никогда не встречал.
  И неизвестных мне блюд постепенно становилось все больше и больше. Диковинные морепродукты, вроде щупалец гигантских осьминогов и каких-то склизких колючих уродов вскоре миновали, и на столе начали возникать сначала мелкая живность - кролики, лягушки, крысы, а после и кое-кто покрупнее - собаки, свиньи. И это были не какие-то отдельные части, а полноценные, и что самое ужасное, живые животные. Как они уместились в этой куче, оставалось для меня загадкой.
  С диким улюлюканьем люди за столом вонзали вилки в конечности животины, и начинали по кускам разделывать ее, лишь для того чтобы следом сожрать и с наслаждением причмокнуть губами. А после приняться за следующее блюдо. Так продолжалось еще какое-то время.
  Вскоре из ртов людей полилась какая-то противная черная жидкость. Но они даже не обращали на это внимания, а продолжали жрать все, что предлагал им стол изобилия. Немногим после все дошло до той самой грани, которую я и ожидал вскоре встретить - пирующим начали попадаться части человеческих тел. Сначала в их роли были представлены глаза, пальцы, а вскоре под грудой окровавленных останков обнаруживались и куски туловища, руки и ноги. И на этом моменте количество обглоданных костей, лежащих подле каждого из участников пира, значительно возросло.
  А я не знал, куда мне деваться. То, что я видел, явно не было чем-то естественным. Это точно была некая гипертрофированная картина. Ведь не может же быть, чтобы место, подобное этому, где сотни людей поедают останки других людей, действительно существовало. О нем как минимум, было бы известно.
  Какое бы отвращение я не испытывал, у меня не было иного выбора, кроме как смотреть. Попытайся я закрыть глаза - они не слушались. А если же я пробовал перекрыть себе обзор ладонью - та попросту растворялась в воздухе, и возникала лишь, когда я отводил руку в сторону.
  Меня выворачивало наизнанку от отвращения, которое я испытывал ко всем здесь собравшимся. Я просто не мог понять, зачем они это делают? Ведь их не мучает голод. Они попросту пытаются напихать свои животы всем, что подвернется под руку. Но зачем? Какой в этом смысл? И почему я должен все это видеть?
  Все это безумное пожирание не прекращалось до тех пор, пока большая часть пищевой горы не была разграблена. И одним из последних блюд в ней стал живой, еще недавно родившийся ребенок, который кричал не своим голосом, когда его схватил один из гостей пира.
  Звонкий плач младенца острой иглой вклинился мне в мозг. Я просто не мог на все это смотреть, но как-то повернуться и игнорировать происходящие у меня тоже не выходило - шея словно налилась свинцом. Я чувствовал себя гребаной статуей, неспособной в этот момент пошевельнуться и вынужденной просто наблюдать за происходящим.
  Конечно, меня это выводило из себя! Собрав волю в кулак, я попытался насильно перелистнуть страницу с выведенной на ней фразой "Чревоугодие", но в отличие от предыдущей сцены, это оказалось мне не по силам. Книжный лист завибрировал между моими пальцами, словно был изготовлен не из бумаги, а из твердейшего металла. Заскрипев зубами, я вложил еще больше сил, и ощутил в онемение кисти.
  И какого же было мое отвращение, когда с веселым смехом и улюлюканьем эти ублюдки начали раздирать ребенка на части, выворачивать наружу его внутренности. Схожая картина протянулась и за дальними краями стола. И чистый, тысячекратный детский плач навечно повис над этим белым, но невероятно отвратительным в моих глазах, зале.
  Стоило бессилию охватить меня, как ладонь с силой выдрала злополучный лист из злополучной книги. Мерзкий пейзаж туту же развеялся, словно был соткан из дыма. И когда я опустил взгляд, меня встретила новая фраза:
  "И похоть"
  В отличие от других картин, тут мне даже не дали время осознать происходящее. Я стал невольным свидетелем просто ужаснейшей на свете оргии. Все ее участники просто безостановочно сношались, как самые настоящие звери. Нет, даже хуже. Они делали до тех пор, пока кто-либо из участников оргии не умрет. Хотя, как я выяснил позднее - и это их не всегда останавливало - живые, мертвые, казалось, в этом ужасе ничего этого не имеет значения. Эти похотливые твари радостно кричали и от наслаждения высовывали наружу языки. Мерзость...
  Чуть погодя от наблюдаемой картины мне стало совсем дурно. И почему я на все это смотрел? До сих пор не могу понять... я должен был ненавидеть все, что происходило передо мной. Но я наоборот, как зачарованный глядел на все ужасы и людские страдания, стараясь не моргать, дабы не упустить из виду даже крупицу всех творящихся вещей.
  Тут никто не чурался и самых диких извращений... многие из которых до сего момента были далеко за пределами моего понимания. Человеческие тела сгибались под ужасными углами, иногда руки и ноги у кого-то ломались и те люди заливали зал мучительными криками. Но никому не было дела для страданий других, ведь каждый в этой комнате занимался удовлетворением только своих собственных потребностей.
  От всей творимой хрени воздух пропах от едкого запаха пота и других людских выделений.
  На происходящее я смотрел как-то отрешенно.
  Да и конец сцены был выбран странно - она завершилась только когда все участники оргии скоротечно сдохли.
  Страница быстро упорхнула и все преображения на этом прекратились, а я снова оказался внутри дерева. От внезапной смены обстановки я рухнул на землю и залился тяжелым хриплым кашлем. Но книгу из рук я не выпускал. Я сжимал ее так крепко, словно это была самая драгоценная вещь. Как будто я ценил ее даже больше чем свою собственную жизнь. И слова, написанные на следующих страницах, я читал с безудержным упоением, словно в эти самые секунды я постигал какую-то истину. Истину, скрытую от всех остальных людей.
  "В основу тех картин, что ты увидел, легли известные среди вас понятия о семи смертных грехов. Отвратительно, не так ли? Наверное, ты также заметил, что все истории, что ты видел, одна за другой оканчивались смертью. Ибо смерть есть завершение пути человеческого. И этим я хочу тебе показать, что люди готовы окончить путь других, только чтобы утолить свои ничтожные позывы. Но если это и в самом деле грехи смертные, почему любой человек может найти у себя их все? Почему эти ситуации не кажутся какими-то чуждыми, невозможными? Да даже наоборот, они ведь происходили, происходят и будут происходить всегда. Людская душа есть скопление пороков.
  Оскорблением для человека может послужить слово животное. Но животные не так испорчены как люди. А все потому что люди погрязли в своих грехах и вместо того чтобы меняться, они просто закрывают на это глаза и пытаются убедить других, что все их действия нормальны и привычны. Но тебе трудно понять мои слова, ведь ты читаешь их со стороны тех, кого обвиняют. Но ты поймешь. Очень скоро ты это поймешь. И тебе предстоит выбрать между двумя путями - готов ли ты оставаться тем, кто ты есть, или же ты готов вырваться за переделы своей людской ограниченности.
  И сейчас я предлагаю тебе избавление. Я предлагаю тебе знание.
  Для этого тебе предстоит понять, что человечество - лишь большой, разросшийся паразит насущного мира и никак не венец эволюции, как вы привыкли себя величать. Вся людская жизнь протекает лишь на правах потребителя, и без вас планете не станет сколько-нибудь хуже. Даже наоборот, именно стараниями людей вся окружающая вас жизнь скоротечно угасает. И все это делается, руководствуясь не столько необходимостью или собственными потребностями, сколько потакая своим низменным грязным желаниям.
  Все без исключения люди такие. Внутри каждого хотя бы раз возникала мысль, которую не принято выносить наружу, но сам факт ее появления говорит о внутренней грязи всего человечества. И если большинство забывается, есть те, что живут и удобряются этими пороками. И приходит час, когда одна невинная мысль заканчивается одной из тех ситуаций что ты видел. Люди с этим живут, и всегда будут жить. И даже если свои пороки они предпочитают прятать, от них они никуда не деваются. И даже те, кто делает добро для других, руководствуясь лишь моралью, в потемках души вынашивает мысли о возможном вознаграждении за свои поступки.
  Ты все это знал. И каждый человек всегда это знал. И ты можешь думать, что эти слова не пробьют твой разум. Ты будешь думать, что это всего лишь дурное влияние, которому следует сопротивляться. Но загляни внутрь себя, и ты узришь.
  Ты уже изменился".
  Внутри горла словно застряла небольшая косточка - такое чувство я испытывал сейчас. Я просто не мог дать выход всем обуреваемым меня чувствам, ведь меня неоднократно посещало чувство, что этого от меня сейчас и добиваются. Мысли носились внутри головы, но я не мог ухватиться ни за одну из них. А книга продолжала доносить до меня свои безумные слова.
  "И поэтому истинный вид древа более не будет для тебя отвратителен. Ведь ты начинаешь понимать, что не все что страшно внешне, является ужасным на самом деле.
  Древесная кора, словно шелуха, начала скоротечно опадать, а наружу показывались пульсирующие живые волокна. Как и было сказано, на этот раз я почему-то не ощущал никакого отторжения глядя на них. Напротив - для меня они были даже как-то... естественны, близки. Но я не хотел это признавать. Эта ведь ужасная образина... как я могу смотреть на нее и не испытывать отвращения? Как к горлу не подваливает тошнота каждый раз, как из маленьких трубочек выплескиваются струйки свежей и дурно пахнущей крови? В самом деле эта книга так на меня повлияла? Не может же такого быть.
  Но это все не важно. Что с того что мои мысли слегка изменились? Я ведь от этого так и не начал понимать, что мне делать дальше. Интуитивно, за ответом я обратился к уже исхудавшей книге - в ней оставалось всего пару листков. Так что я понимал, что развязка близко. Тем временем текст на открывшейся мне страница гласил:
  "Может ты и не заметил, но сейчас ты на вершине дерева и волен идти куда вздумается. И ты до сих пор не можешь понять, в чем же смысл твоего пребывания здесь. Может ты хотел спросить, что тебе делать дальше?".
  Продолжая читать, я невольно сглотнул.
  "Вот только ты и сам уже это знаешь".
  И снова книга констатировала открывшийся только что факт. То, что я прямо сейчас ощущал, можно было назвать интуицией. Но почему-то я был уверен, что это и есть то самое "знание". Ведь, как бы не был смешен этот каламбур, я ЗНАЛ, что мне дальше делать. Но и это было не все, и книга решила напоследок сказать мне еще кое-что:
  "Но, даже если ты научился знать, ты также знаешь, что тебя сковывают оковы тела человеческого. И если ты желаешь увидеть, чем все завершится, тебе предстоит вернуться назад"
  На этой печально ноте оторвалась последняя страница, и я остался стоять, держа в руках пустой переплет. Прокрутив в голове последнюю строчку, я еще долгое время размышлял, обдумывал и переваривал все, с чем только что столкнулся.
  Война, стрельба, взрывы, куча голодных людей, исполинский монстр - все эти мысли были лишь тусклыми отголосками в моей голове. Но то, что я прочитал в книге, не давало мне покоя, а пережитые картины, пускай и невольно, снова и снова возникали перед моими глазами. Я не мог сказать, что они несли в себе какой-то мощный психологический эффект. Но ответ на вопрос, почему я их вижу, был от меня слишком далек.
  Еще раз переосмыслив все произошедшее, я неловко поднялся на ноги и вышел через тот самый проход, через который попал внутрь древа.
  Сейчас я оказался в том самом месте, где началось все это безумие - в деревянном помещении Маяка. Это было слегка неожиданно... но я снова знал, что, в общем-то, так и будет. На этот раз во всем здании стояла гробовая тишина - ничто не помешало мне миновать железную дверь и пройти к неровно стоявшей машине. Сев на переднее сидение я включил зажигание и без каких-либо проблем завел двигатель. Кожей ощутив неровную поверхность руля, я облегченно вздохнул. Вот все и завершилось.
  По идее, сейчас я мог вполне спокойно отправиться домой.
  Но я знал, что сейчас мне нужно ехать в другое место.
  Ведь даже если я выбрался с Маяка живым, у меня осталось еще одно незаконченное дело.
  Фары автомобиля блеснули, с мощно загудел мотор и вскоре автомобиль на всех порах покатился с горки, выезжая на дорогу. Напоследок глянув в зеркало заднего вида, я слегка дернулся, потому что мне показалось, что вместо привычного деревянного строения я увидел самый настоящий белокаменный маяк, прожектор которого был устремлен прямо на меня.
  - Чушь какая-то. Я просто перенервничал, - тряхнув головой, сказал я себе.
  Моргнув, я смог убедиться, что все это и в самом деле был лишь обман зрения. Хотя какое-то предательски неприятное чувство на душе все равно осталось.
  Что это было за чувство, я понял позже.
  Когда я приехал в больницу, оказалось, что Сергея там уже не было. Как мне сказали врачи, его состояние неожиданно стабилизировалось, и они просто отпустили его домой. Медперсонал, конечно, хотел еще немного подержать его под присмотром, но сам Сергей настоял на своей скорейшей выписке. Задерживать полностью здорового человека они не могли, да и не особо стремились. Тем более в летнее время как обычно был разгар чесоточной лихорадки, и каждая койка была на счету. Те же врачи сообщили мне, что перед выпиской по виду Сергея было заметно, что он куда-то очень сильно торопился.
  Покинув здание больницы, я остановился на улице. Все мое тело до сих пор не отпустило волнение и легкая дрожь. Не слишком ли все сходится? Значит ли это, что Сергей пришел ко мне домой специально, чтобы заманить меня в Маяк. А теперь он сам куда-то делся.
  Но зачем? Какой во всем этом смысл? Он хотел, чтобы я пережил все это? Но опять же, зачем?
  Одно я знал наверняка - Сергей следовал тем же путем что и я и натолкнулся на ту же самую книгу, что и я. А значит, он определенно знал, что я сюда приду. Знал точно так же как знал об этом я.
  И стоит мне его теперь преследовать? Я знаю, где его искать, знаю, что сейчас он находился в супермаркете возле вокзала. Но стоит мне туда направиться - и об этом узнает он. Взять скопом? А как? Сообщать в полицию нет никакого смысла, все равно мне никто не поверит, и я только навлеку на себя больше подозрений. Ведь все, кто был в тот день в Маяке, после бесследно исчезли. И вмешательство в это дело кого-то со стороны только все усугубит. Моим рассказам никто не поверит. Я знаю, там было много хороших парней и девчонок, но им не суждено было выбраться наружу. Как ни крути. Я знаю это. Но что я могу противопоставить Сергею, который знает каждый мой следующий шаг?
  С такими мыслями передо мной пронеслось два месяца. За это время в нашем городке сильно участились зверские убийства. Жертв буквально потрошили, выворачивали на изнанку, и только редкое дело обходилось без расчлененки. Еще одной особенностью таких убийств было то, что на месте преступления всегда появлялись разного рода бессмысленные сообщения, вроде "Стало на одного паразита меньше", "Еще чуть-чуть, и я достигну рая" или вроде того. Инициаторов всех этих убийств - простых, на первый взгляд нормальных адекватных граждан, всегда находили и предавали под суд. И, разумеется, со времен самого первого случая я знал, кто на самом деле все это устраивал, и что на самом деле убийца продолжает скрываться среди людей.
  Но я знал, что ничего не могу с этим поделать.
  После событий Маяка я сильно в себе замкнулся. Одной из причин этого было то, что каждый раз, когда я смотрел в глаза другим людям, в памяти всплывали картины, увиденные мною, пока я находился внутри древа. И, словно подтверждая написанные в книге слова, я научился заглядывать в людские души, научился видеть всю их черноту и испорченность, все злые мысли, что там обитали. И я не мог их принять. Они вызывали у меня отвращение и отторжение, и продолжать беседу с человеком я уже не мог. Я даже пробовал не встречаться взглядом с другими людьми... но и это не помогало. Меня тошнило просто от одного их голоса, от всей их лжи и всей игры, в которую играл каждый из них. Все эти пороки, сыплющиеся на меня с каждым словом, просто вдавливали меня в землю. А этих людей... у меня возникало еле сдерживаемое желание разорвать их на куски. Избавить мир от этой крупицы лжи и сделать его чище. Но все эти позывы я вовремя подавлял.
  Но все это привело к тому, что я отказался от общения с людьми. Однако знание мучало меня еще больше. Больше чем все остальное. Ты знаешь ответ на любой вопрос, для тебя ясно абсолютно все. Такая жизнь попросту лишена смысла.
  Я знал способы заставить людей делать то, что нужно мне. Я просто знал, какие слова надо сказать, какую интонацию придать голосу, какую позу принять... я словно находил щели в человеческом разуме. И стоило мне захотеть, как другие люди, словно послушные овечки, не задумываясь, выполняли любую, даже самую безумную команду. Я знал, что есть те, кого такая власть будет прельщать, и я знал, что так Сергей и совершал все эти убийства - ведь он тоже был там, ведь он тоже посещал древо, и должно быть, он тоже читал эту книгу. Но я просто не мог принять того что произошло. Для меня такие поступки были обузой, ведь я знал, что их от меня и ждет книга. Но также я знал, что бороться с действиями Сергея было бессмысленно. Ведь в отличие от меня, он отринул все человеческое, и поэтому я знал, что уже ему проиграл.
  Как ни крути, но если бы мы играли в шахматы, мне бы уже поставили мат.
  Со временем я начал много выпивать. В одиночестве. Просто потому что так было проще уснуть, а в голову не лезут жуткие, неприятные мысли или воспоминания. Да и по пьяни мое новообретенное знание как будто угасало и становилось не таким назойливым.
  Таким образом, я очень скоро потерял работу, оборвал все свои связи и просто-напросто закрылся дома. Раньше я жил один, поэтому готовил себе сам. Но теперь у меня не было никакого желания этим заниматься, так что я просто покупал фастфуд в ларьке напротив. Естественно от такой паршивой еды и своего нового образа жизни я очень скоро приобрел различные болячки. Но меня это не волновало, ведь я просто прожигал день за днем.
  Я не раз задумывался, что раз я знаю, кто стоит за убийствами, я могу что-то ему противопоставить. Могу его поймать... но я не герой. Я просто хотел, чтобы меня оставили в покое. И очнувшись от очередной пьянки, в один из дней я ощутил какое-то волнение на душе. Я знал, что скоро меня ждет долгожданный покой. Скоро все закончится.
  В холодный промозглый вечер, возвращаясь домой в нетрезвом виде, я краем глаза заметил мелькнувшую в переулке тень. Следом, ощутив на своем горле холодную хватку, я сразу понял, что тот самый момент настал. Последним, что я помню, был жуткий, леденящий душу смех... И цокот неторопливо ступающих копыт...
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"