Аленичев Ал В: другие произведения.

Виконт Дальтезе

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
Оценка: 8.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Эта повесть написана по мотивам романа Андрея Круза "У Великой реки". Но она не фанфик, а самостоятельное произведение. Общих героев нет, сюжет собственный и место действия не "Новые княжества", а много восточнее. В этом плане читателю предлагается самостоятельное произведение. А с другой стороны имеет место историческая и географическая общность с Великоречьем.

  Виконт Дальтезе. Повесть
  История 1.
  Аннотация.
  Эта повесть написана по мотивам романа Андрея Круза "У Великой реки". Но она не фанфик, а самостоятельное произведение. Общих героев нет, сюжет собственный и место действия не "Новые княжества", а много восточнее. В этом плане читателю предлагается самостоятельное произведение. А с другой стороны имеет место историческая и географическая общность с Великоречьем.
  Через глаз повязка,
  Через череп шрам.
  Это не жизнь, а сказка,
  Доложу я вам
  Хулиганская песенка
  
  На новом месте
  Бродяжничество преследуется по закону
  Уголовный Кодекс
  Нидар
  Мелкий дождик не мешал мне рассматривать противоположный берег, но даже в бинокль не удавалось найти следов вражеского войска. Мой шеф, граф Виртенна велел отразить набег баронов Болота. Видите ли, его советник узнал, что они скоро обязательно полезут, и от меня требуется их проучить. Я не верю - да, они идиоты, но не настолько же и в безнадёжный набег не пойдут. Однако спорить не стал, а решил провести войсковое учение. На границе же тишина.
  Лишь полсотни дураков устроили охоту на кабанов. В такую погоду! Ничего, промокнут и успокоятся. А это что? Какой-то всадник переправился через узкую речку с заросшими берегами и теперь ломится сквозь камыши. Ба, а охотнички помчались за ним в погоню. Могут догнать, у них кони лучше. Но вот на моей стороне им делать нечего. Командую отряду "За мной" и спускаюсь на дорогу. Руки чешутся подраться, а то дождь уже наскучил, болотных же баронов на дух не переношу.
  
  Мейса
  Охота в дождь - какая мерзость. А заставлять участвовать в ней женщину мог только такой извращенец, как мой муж. Никогда не прощу отцу, что он выдал меня замуж за этого ублюдка.
  - Нас разоряют их набеги, потерпи уж ради всего графства.
  Старый дурак. Через три дня мой муж возглавил очередной набег, а потом хвастался головами моих знакомых. Зато как я радовалась, когда он вернулся с пулей в плече. Все мои братья погибґли и папочка, наконец, сообразил усыновить достойного человека. Тот поймал очередной отряд в засаду - восемьсот бандитов остались на поле, а остальные были одарены дырками в теле. Какой замечательный вой стоял тогда в замке, сколько проклятий было адресовано моему названному брату.
  Вот как надо пресекать набеги, с тех пор они больше не решались лезть в графство. И мой супруг перестал надо мной издеваться. Но затаил злобу. А перед охотой вдруг разоткровенничался:
  - Все бароны Болота идут в большой набег. Ты получишь голову своего нового родственника, затем я отдам тебя псарям, а потом запорю до смерти.
  Так вот с чего мой муженёк вдруг изменился - брат может спросить за сестру. А мне надо бежать, пока меня не убили. Но как! Ко мне приставили двух опытных воинов, следящих за каждым моим шагом. Не дёрнешься. Вдруг из камышей выскочил здоровенный секач и пропорол бок лошади брата моего мужа. Охранники бросились на помощь сеньору, а я бочком, бочком и скорей к реке.
  Но незамеченной уйти не удалось. Уже на другом берегу я обернулась и встретилась взглядом со своим супругом. А скрывшись в камышах услышала вопль, полный ненависти и ярости. Мне не жить - поняла я, единственная надежда встретить на дороге за камышами отряд, возглавляемый знакомым. Иначе мой муженёк прибьёт меня на месте. Я погладила кобылку - вывози, милая.
  Выбравшись на дорогу, спрыгиваю с лошади - отдохни бедняжка. И осматриваю дорогу - с небольшого холма спускается отрядик под вымпелом графства, но командира я не знаю. Сердце сжалось - побоится связываться, врагов много больше. Но представляюсь:
  - Мейса, виконтесса виртеннская. За мной гонится муж, хочет меня убить. Надеюсь на защиту.
  Командир оглядел меня, его взгляд - насмешливый и ласковый меня успокоил, но и смутил. Я впервые за год почувствовала себя женщиной, вот только мой наряд оставлял желать. Но попереживать об этом я не успела, мой муженёк выбрался из камышей и со своей бандой ринулся к нам. И не испугалась - передо мной выросла шеренга всадников, позволив мне сесть на землю и расплакаться. Наконец, появились мужчины, готовые меня защищать.
  
  Неглих, муж Мейсы
  Как мы с моей женой ненавидим друг друга! Мой дядя шутит - любили бы так сильно, были бы счастливейшей парой. А так, каждый мечтает убить другого. И это чувство у нас с первого взгляда. Я изначально был против женитьбы - отец настоял.
  - У старого графа Виртенна не осталось сыновей. Родит она тебе сыночка, мы дедулю прикончим и поделим графство. А жёнушку и ребёнка отправим к предкам.
  Изначально мы видели в ней жертвенную козу, а она оказалась волчицей. Всех гостей она настраивала против меня, дважды я чудом избежал дуэли. И в наказаниях отец меня ограничивал:
  - На нас, баронов Болота, прочая знать всегда смотрела свысока, а из-за твоей жёнушки теперь называет чудовищами. Нам же с ними надо считаться - возьмут и не дадут поделить графство.
  Выходило - бить нельзя, синяк будет. Пороть - чтобы следов не осталось. А тут и старый граф вдруг решил не ждать внучат - вдруг взял и усыновил заезжего рыцаря. А тот оказался из пришлых1, такого на хромой козе не объедешь, на яд и кинжал ответит трижды. Подготовили Большой набег - за смерть в бою не мстят, и проиграли. Ружья нам были известны, у многих баронов висят на стене - но залп из десятков стволов смёл атакующую лаву. А бегущие застряли- виконт2 Виртенна взорвал плотину и сухое русло, через которую мы отступали, покрылось слоем ила. Лошади с трудом выдирали ноги, а нас стреляли, как на охоте. Мне повезло - остался живой, только ранили в плечо.
  Как радовалась моя супруга - теперь она вдвойне стала недосягаемой. Выпори её - заявится отомстить братец и взорвёт замок. Решили пощипать графство мелкими набегами, но и тут облом. Виконт получил от названного отца карт-бланш - дело было ещё зимой, и отселил крестьян от границы на два дня конного пути. Если и удавалось добраться до селения, то времени на грабёж оставалось в обрез, а уходя, приходилось бросать добычу. Набег стал невыгоден.
  И порешили - людей понапрасну не губить, а после сбора урожая провести Большой набег. На Болоте зерна выращивают мало, лишь немного ячменя для пива. В начале зимы приезжают купцы, покупают драгоценные камни, а платят зерном, тканями и многим другим. Но последний болотник знает - лучше не купить, а взять. Поэтому в конце осени несколько крупных отрядов вторгались в графство, хватая всё подряд. Их дружина прогоняла два-три отряда, но остальные возвращались с неплохой добычей. В этот раз решили идти единым войском и обязательно прихлопнуть наглого графёныша. А то вдруг он придумает, как пресечь наши набеги.
  И чтобы наверняка, я устроил охоту. Погнаться за каким-нибудь кабанчиком, вылезти на их берег на вражескую дружину. Навалиться на неё всем скопом и раздавить - нас втрое больше. Ещё отец предложил взять с собой жену - встретишь её брата с малым отрядом, сразу нападай. Его надо убить, а на графском суде отмажемся. Так и вышло, встретились - нас три десятка, а их вдвое меньше. Встали поперёк дороги тонкой ниточкой, сейчас навалимся и ружья им не помогут. А братец вон он, в середине, рука на рукояти сабли, лыбится. Взмахиваю своим мечом - ты труп, клинком не защитишься, и посылаю коня вперёд. Что это? Небо вдруг падает на меня, а удар о землю выбивает дух.
  
  Нидар
  Моя сестричка, вот так встреча! А какая грязная! Но всё равно симпатичная. Только сначала убью её муженька - вон того болвана, что машет своим мечом. Мой отряд уже выстроился в две линии - передняя рубится, задняя стреляет. Его же банда прёт толпой и жить ей осталось две минуты. Выхватываю ятаган3 и ударом снизу отрубаю его десницу. А левой выбиваю его из седла.
  Удивительная тишина. Боя не случилось, лишь четверо последовали за болваном - двое застрелены, а двое спешены арканами. Остальные же сбились в кучу и отводят глаза. Одеты они для набега и оружие для кабанов неподходящее. Прав был советник, я же чуть не лопухнулся. А вот и он, спускается с холма с отрядом, а болотники сами кладут на землю оружие, снимают кольчуги и сдают десятнику ценности. За лето я уже привык к таким сценам - наглые и безжалостные вояки мгновенно превращались в послушных рабов. Сотни их ждут зимних караванов в невольничьих загонах.
  - Дядюшка Сибас! - сестричка бросается к советнику, едущему впереди. Он дальний родственник графа, наверное, поэтому руководит его разведкой вместе с контрразведкой. Дядюшка легко спрыгивает с лошади, а ведь весьма немолод, и обнимает её. Немножко ревную - почему она обнимается с ним, а не со мной, хотя пачкать свой костюм я ей бы не позволил.
  Отъезжаю чуть в сторону - советник занят, а с трупами и пленными воины разберутся сами. У меня минута отдыха - ни о чём не думаю, никуда не спешу, ничто не беспокоит. Даже на мелкий дождик мне сейчас наплевать. К сожалению, минута только одна - ко мне подходят Сибас с сестричкой. Почему так несправедливо получается - стоит мне встретить симпатичную женщину, сразу сваливается куча срочных дел, мешающих ею заняться. Спешиваюсь, надо блюсти приличия.
  Молодые люди, позвольте вас представить друг другу, - хрипит советник, сырость достала и его. - Вы родственники, хотя видите друг друга в первый раз. Это Мейса, ты о ней часто слышал. А это Нидар, приёмный сын графа Виртенна, но мы его обычно зовём Дальтезе4.
  - Я о тебе тоже часто слышала, - она показывает на болота, - ты их хорошо напугал.
  Мейса тянется ко мне, приходится обнять её и поцеловать. С удивлением отмечаю, от неё не воняет в отличие от большинства местных женщин. То есть она пропахла болотом и лошадью, как и я, но вчера явно вся вымылась. Слегка прижимаю её и целую вторично, теперь как следует - она удивлена, но отвечает на поцелуй.
  - Эти и в бою могут заняться любовью, - шутит дядюшка, - потерпите, вечером будем в замке.
  Взглядом подтверждаю - едем. На границе больше делать нечего, надо собрать все войска.
  - Дядюшка, я свалюсь с лошади, - выдаёт вдруг сестричка, глядя на меня. - Очень устала.
  Мне не сложно взять её в седло, жеребец крепкий, выдержит. Но она вся в грязи и испачкает меня! Поймите, не такой уж я чистюля, хотя всегда забочусь о себе. И уж сестру посадил бы с собой даже в её нынешнем виде. Но я не переношу болотную грязь! У меня от неё сильнейшее раздражение, сродни ожогу. Даже сквозь одежду! А местные могут изваляться в ней и ничего.
  Выручил Сибас. Он велел ей снять куртку и штаны, а рубашка и лосины у неё чистые. Сажаю её в седло, сам сзади и укрываю нас буркой. Мейса сползает в седле, перехватываю её под грудь и прижимаю к себе. Она ещё сильнее прижимается и кладёт мою руку себе на грудь. Я и дома плохо понимал женщин, а здесь и не пытаюсь. Сразу поддаюсь на провокацию, а если дама недовольна - отступаю. Иногда. Виконту многое дозволено. Впрочем, на женщин у меня почти нет времени.
  К замку подъехали уже под вечер, сестричка так и уснула в седле. Сибасу и командирам придётся нас подождать. Увы, срочность и женщины - вещи несовместимые.
  
  Сибас
  Командиры пошли размещать воинов, а Нидар понёс племянницу - тоже размещать. Я рад за них, особенно за Мейсу, девочке досталось, а с ним она придёт в себя. Но он командует войсками графства и срочно нужен в штабе, постель же может и подождать. Однако в подобных случаях от мужчин мало что зависит. Вздохнув, я пошёл в штабную комнату, куда мне принесли ужин.
  С Дальтезе нам повезло, принять в семью не просто постороннего, а совсем чужого человека - большой риск. Но граф Янис тогда сказал:
  - Он пришлый и чужд всем, только мы будем для него своими. Воевать же он умеет.
  И риск оправдался. Впрочем, положение было почти безвыходным. Вассальные бароны требовали от Яниса объявить кого-нибудь из них виконтом. Потом они вырезали бы его семью и передрались между собой. И никого другого не допустили бы. А пришлого прихлопнуть не смогли, хотя и пытались. Поначалу он был наместником баронства, потом набрал пятисотку с отрядами стрелков. Тогда Янис и рискнул объявить его виконтом. Надеюсь, завтра он побьёт болотников, тогда мы год прожили без их набегов. Это оправдывает все его действия. Если же сумеет захватить их замки, не представляю только как, то никто не усомнится в его правах на графство.
  Удивительно, но Дальтезе пришёл вместе с командирами. - "Спит", - ответил на мой невысказанный вопрос. И сел сбоку, предоставив мне почётное председательское место. Командиры подождали и сели после него. А раньше спешили - кто сядет первым. Виконт всегда давал тому слово, а затем тыкал в ошибки. Хотя пару раз толковые предложения принимал. Но обычно сам предлагал план действий, часто неожиданный. И сейчас ждём его указаний.
  - Выходим за два часа до рассвета, ещё час на завтрак. А сейчас проверить лошадей, собраться к походу и спать. Переход предстоит длинный, придём поздним вечером.
  Все удивлены, надеялись передохнуть и ехать не торопясь, но молчат. Придётся говорить мне:
  - Зачем такая спешка? Не лучше ли передохнуть и выйти после обеда?
  - Опасно. - Дальтезе устало оглядывает нас. - Могут выслать авангард и запереть нас в замке. И пройти от болот до селений они постараются быстро. Встретить же их надо свежим войском. Придём вечером - у бойцов будет две ночи на отдых.
  - Узнав, что мы ушли ночью, они скажут струсили и сбежали, - я озвучиваю все возражения.
  - Пусть говорят. Больше обнаглеют, сильнее получат.
  - Ночью выходить опасно, не лучше ли подождать до рассвета? - интересуется капитан замка.
  - Серьёзные ночные хищники под утро уйдут, а мы пойдём плотной группой - 150 лошадей, 100 воинов, 30 ружей, 20 факелов - оставшихся распугаем, - виконт продумал поход.
  - И даже тогда придём в сумерках, - продолжил он, - а иначе придётся ночевать в поле.
  Все сделали отвращающий жест. У нас нечисти и хищников меньше, чем вдоль реки Великой или около гор5, но ночевать вне укреплённого посёлка опасно. Отряд, застигнутый темнотой в дороге, останавливается заранее и разворачивает временные укрепления. И часовых выставляют много.
  Я поспешил отдыхать - завтра весь день в седле, в моём возрасте это тяжело.
  
  Мейса
  Я проснулась в середине ночи от прикосновения и в первый момент испугалась - Неглих, муж. Но тут же успокоилась. Он всегда врывался с грохотом, распространяя тяжёлых мерзкий аромат. А тут ласковое прикосновение и новый, но уже знакомый запах. Только почему я голая?
  Дальтезе наклонился и поцеловал меня, вернее прижался губами к губам, а мои руки прижал под одеялом, не давая себя обнять. Оторвавшись, тяжело вздохнул и огорошил:
  - Надо ехать, милая. Вставай.
  - Куда ехать? Зачем? - Я не хотела ничего понимать.
  - Война с нашими желаниями не считается. - Брат зажёг на столе лампу. - Кани!
  Его служанка принесла полотенца с тазиком и начала меня протирать.
  - Умыться как следует не успеешь, но хоть так, - он взглянул на меня, - еда на столе, поспеши.
  И вышел. Кани уже одета в дорогу, я быстренько обтёрлась, поела и оделась. Снизу уже доносились крики, звон оружия и ржанье лошадей. Дворик в замке был небольшой, отряд спустился за внешнюю стену и там построился десятками. Дальтезе отвёл меня в один из них и приказал:
  - Смотреть только за Мейсой, страховать, задремлет - придерживать с боков.
  Он взглянул в глаза каждому воину и ускакал вперёд в голову отряда.
  Дорогу я продремала, на привалах меня снимали с лошади, приносили еду и опять сажали в седло. А я думала - кто меня раздел, он или Кани, и если он, то обижаться мне или нет? Хотя казалось бы какая мне разница? В семейке моего мужа было принято - любой их мужчина мог раздеть любую женщину в замке и изнасиловать её. На пирах их жёны обязаны были "обслуживать" приятелей своего мужа. Сколько раз эти уроды рассматривали моё тело, я же им отвечала презрением. А сейчас я мечусь между "как он посмел!" и "понравилась ли я ему?"
  
  Что почувствует женщина, проснувшись голой в постели рядом с малознакомым мужчиной и в новом для себя месте? Вы - не знаю, а я спокойствие и удовлетворённость! В замужестве мне часто снился сон - я дома, рядом отец, братья и слуги, а в окно светит солнце. Или луна. А проснувшись ужасалась - осклизлые стены, серая хмарь и всепроникающий запах болота. И становилось тошно.
  А сейчас! Замок незнакомый, но пахнет домом. Свежие чистые простыни. И брата я узнала сразу, ещё не проснувшись, хотя впервые увидела только вчера. А что голая? Какая женщина стесняется своего любовника. Ах, мы не были близки - сейчас это исправим!
  До замужества я держалась с мужчинами весьма сдержанно, боялась скажут: - "виконтесса бегает за самцами". Было немного эпизодов, но я их быстро прекращала, видя - моего кавалера интересует расположение моего отца. Мужа и других болотников я не считала за мужчин, а с заезжими сеньорами можно было лишь немного пофлиртовать.
  А вот с Дальтезе с самого начала было иначе. Когда он небрежно ответил на мой поцелуй, я уже собралась обидеться. Но он тут же так жарко впился в мои губы, что я поняла - это мой мужчина. Конечно, чистоплюйство пришлых раздражает, но даже файри6 не совершенны. Зато оказавшись с ним в одной кровати, понимаешь - он тебя желает. Впрочем, я прекрасно его чувствую, не сомневаюсь, что и он - меня. И сейчас я хочу его и хочу вот так лежать с ним рядом, слушая его дыхание.
  "Притворщик", - он уже не спит. Я стукнула его кулачком по груди, вернее попыталась - он перехватил мою руку и начал целовать. "Нет, так не пойдёт" - я заставила его лечь на меня, войти и стала торопить - "ещё, быстрее, сильнее". Меня достали болотники, перед которыми полгода я изображала бревно, а затем недоступную волчицу. И вот сейчас он выдавливал, изгонял их из меня.
  К сожалению, я перестаралась и всё быстро кончилось, но он стал ласкать мне низ живота пальцами и языком. Сначала мои чресла налились тяжестью, затем накатил жар, я вывернулась из-под него и уселась сверху. Огонь, переполнивший моё лоно, стал вытекать, и я завыла.
  Однажды, мне было лет пять, я проснулась зимней ночью и вышла на балкон замка. Луны не было, зато яркие звёзды перемигивались на чистом небе. Вдали на холме возле леса лежала стая волков. Поочерёдно волчицы вставали и все слышали их грозный вой - "Мы здесь". Впечатлённая ими, я встала на коленки и завыла. Мой голосок и близко не стоял со звуками, издаваемыми их мощными глотками, но они меня услышали и приняли в свою игру. Я стеснялась своего умения и скрывала его, но однажды не удержалась. Отец с братьями, они тогда ещё были живы, ехали на ярмарку и на броде небольшое стадо туров устроило водопой. Огромные быки насмешливо поглядывали на всадников, - "не взяли копья, попробуйте подраться с нами мечами, забодаем". Я разозлилась и завыла. Телята со всех ног прыснули к берегу, за ними поспешили мамаши и сзади охраняя ушли быки.
  Испугались не только они - лошади заметались и, хотя большинство остановили их твёрдой рукой, но двоих дружинников скинуло на землю. А отец сказал: - ценное умение, люди считаются с теми, кого боятся. И меня прозвали виртеннской волчицей. У болотников я долго сдерживалась, боялась - объявят оборотнем и сожгут. Но когда пятеро здоровых лбов стали насиловать девочку, не выдержала и шуганула их. Тут же возник разговор об оборотничестве и костре, но вскоре мой братец устроил им хорошее кровопускание и меня оставили в покое. Только шипели за спиной.
  Выплеснув себя, повернулась к Дальтезе - как тебе моя ария, он же улыбается во весь рот. Я разозлилась и брякнула: - вот сейчас возьму и перекинусь?
  А этот нахал в ответ: - всегда мечтал потрахаться с волчицей.
  Я поспешила заткнуть его: - Об этом нельзя вслух, даже малые дети молчат о подобном.
  - Но я же не маленький ребёнок, - возразил он, лаская меня.
  Тут в разговор вступил мой желудок, напомнив о необходимости поесть.
  - Кани, - позвал Дальтезе, - дай на время виконтессе один из твоих халатов и прикажи служанкам приготовить ванну.
  Затем накинул халат, - пойдём на кухню, съедим что-нибудь горячее.
  - Сейчас же ночь, - удивилась я.
  - Кухня работает всё время, ездят гонцы, приходит и уходит разведка, сменяются часовые.
  
  Наглор, отец Неглиха
  - Мы подъехали к реке, когда остальные охотники уже были на той стороне. Наших было три десятка, а тех вдвое меньше. Неглих взмахнул мечом и ринулся на Дальтезе, но тот одним ударом зарубил его. Вашего сына поддержало только четверо, и они тоже сразу оказались на земле, остальные же ждали, а когда появился второй отряд - сдались.
  Я смотрел в глаза воину, преданно таращившемуся на меня и думал: - а ты, трус, перейти на тот берег побоялся. Но ничего, и шакалы становятся волками, когда их много.
  К нам подошли дружины внутренних баронств и завтра мы двинемся всей своей мощью. Виконт - серьёзный противник, и отдельные отряды он бьёт. А так нас много - две тысячи воинов, по тысяче наёмников и крестьян-ополченцев. У Дальтезе втрое меньше и всё равно скребёт на сердце.
  В этот поход нас погнал голод. Главный наш продукт камни - рубины и сапфиры. В конце лета купцы приводят караваны, и мы меняем их на еду и другие товары. А сейчас уже осень и ни одного каравана не пришло. Наши друзья из вассалов графа сообщили - виконт их не пропускает. Это недопустимо, но кому жаловаться? Крестьяне на той стороне уже собрали урожай, мы взяли всех коней и вывезем сколько сможем. До весны хватит, а там Дальтезе придётся пропустить купцов - будет общий съезд всех баронов и его заставят. Нам обещали.
  Мы вышли ещё до обеда - баронов подвиг на это страх. Наши союзники - сыновья вассалов Виртенна узнали, где у него склады с зерном. Передали нам, и мы спешим захватить и разграбить их. Граф Янис та ещё змея, если он найдёт тысячу воинов, то его приёмный сын встретит нас в поле. А так он должен защищать десятки посёлков немногочисленным войском. Мы же ударим кулаком.
  На привал остановились неподалёку от замка Клюв гуся, теперь это единственное жилое место между Болотами и Холмами. Надо бы его ограбить, но серьёзной добычи не взять, а потери будут тяжёлыми. Маги доложили - Дальтезе здесь был, но уехал вчера ещё до рассвета. С Волчицей.
  Как я её ненавижу! Предложив Янису породниться, мы не ожидали его согласия. Получив же его обрадовались - теперь всласть поиздеваемся над гордячкой. Не вышло, она всегда демонстрировала нам своё презрение, а однажды перепугала волчьим воем. Мы ужаснулись, но обрадовались и вызвали жреца-экзекутора7. Радость была недолгой - Дальтезе перехватил жреца, а нам отписал, что скоро явится в болота и проверит - кто из нас нечисть, а кто нежить. Желающих поучаствовать в такой проверке он мог набрать много - богатства у нас хватает, и нам пришлось притихнуть.
  А волчица разошлась - эту не тронь, этого не наказывай и каждый вечер давай ей бадью с горячей водой. Я отправил Неглиха на охоту с пятьюдесятью воинами - Дальтезе болтался вдоль границы с одним-двумя десятками. Моему сыну смелости хватало, и я надеялся на его победу над виконтом, а потом он сломал бы своей жёнушке шею. Увы. Может у меня выйдет? Виконт, похоже, отправился в ту же деревню, что и мы. Там он может задержаться, и тогда мы с ним встретимся.
  Я представил встречу с Дальтезе и решил - пусть его убивают другие, я без этого подвига обойґдусь. Вот с Волчицей с удовольствием позабавлюсь, а потом запорю её насмерть. Но пришлось вынырнуть из сладких грёз - пора двигаться дальше. В середине третьего дня мы подошли к Холмам и устроили последний привал. Самое опасное место - на наблюдательных вышках уже подняли тревогу и вражеские отряды спешат сюда. Но до ночи они не успеют, а утром мы уйдём. С добычей.
  Дорога поднималась вверх, копыта лошадей скользили на глине, а все вглядывались в вершины холмов. Врага не было! Только на противоположном склоне заревели рога - "Тревога", "Уходим", "Спасайтесь". Понятно, крестьяне убегают, но невольников до болот всё равно не дотащим, хотя было бы неплохо срубить несколько голов. Затрубил наш рог - "Ворота захвачены" и мы поторопили коней. Наёмники выстраивались у входа - они будут охранять наш тыл, а ополченцы и дружинники непрерывным потоком вливались в захваченную деревню. Я поспешил проехать её насквозь в расчёте на большую добычу. Начинало смеркаться. Вдруг мелькнула тень, и воин передо мной заорал. Мы отскочили в стороны, но никто не нападал и мои люди вернулись.
  Посреди улицы подвешено бревно, к нему прикреплены колы и один из них пробил бедняге живот. Вот мерзавцы, понаставили ловушек, а сами сбежали. Дальше ехали осторожней, но всё равно ещё двое моих воинов погибли. Наконец, другой край деревни. Передо мной высокая стена, чем-то необычная, но мне некогда загадки разгадывать. Выбираю дом побогаче и врываюсь в него. Что такое? В шкафах старые тряпки, на кухне треснувшая посуда, а где ценности, где мешки с зерном. Ещё раз осматриваю дом - погреба нет, зато обнаруживаю лестницу на чердак. Вперёд!
  Два сундука - что в них? В одном тряпьё, в другом черепки. Что-то здесь не так! Выхожу из дома и гляжу на стену. Батюшки-светы! Это же не внутренняя ограда деревни - это укрепление от нас. Даже ров есть, только сухой. И тут заполыхали все дома. Разом! Горело всё - амбары, ограды, сараи. Высушенное и просмолённое дерево пылало, превратив селение в один большой костёр. Лошадь моя помчалась вдоль стены, а я спрыгнул в ров и побежал в ту же сторону.
  Как я выбрался из этого кошмара - не представляю. Люди сгрудились на пятачке за деревней и ждали. Чего? Ничего хорошего, нас поймали в ловушку и нашими жизнями теперь распоряжаются Янис и Дальтезе. И Волчица! Вдали завыли рога.
  - Наёмники сдаются, - сказал мой сосед, - теперь наша очередь.
  - Всем сесть, - громкий крик резанул по ушам. Люди опустились на землю, их было сотни три.
  - Уцелел один из десяти, - механически подсчитал я, - на Болоте войска нет, еды нет, Дальтезе может захватить наши замки.
  Мне уже было всё равно, последний разгром лишил меня всех надежд. В голове металась лишь одна мысль - "Выжить"!
  Встреча в пути
  Я не знаю где встретиться
  Нам придётся с тобой ...
  Песня бродяг
  Нидар, он же Андрей Карбасов
  Сорок лет назад случилась катастрофа, изменившая мир - вдруг исчезло несколько крупных рек8 с прилегающими территориями. А вместо них появились Дурные болота. Люди горевали недолго - обнаружились ходы в иные Миры, а это редкие полезные ископаемые, растения, лекарства. И многих из них на Земле нет. Всё это сильно изменило нашу жизнь. Например, в дополнение к армии, полиции, частной охране появились егеря. Они охраняли границы Дурных болот и сопровождали экспедиции через чёртовы норы в другие Миры.
  После университета положено отслужить три года, и я без раздумий пошёл в егеря. Опаснее, но и интереснее. Работа мне понравилась, но бесила чрезмерная осторожность многих начальников. Не желая соразмерять опасность и допустимый риск, они нередко создавали угрозу жизни. Подчинённым. Свою-то некоторые берегли в тылу. А посему, отслужив положенное, я демобилизовался и зарегистрировался в Географическом отделе9 свободным разведчиком-исследователем. Бешеные деньги тут не грозят, но умеючи можно иметь приличный доход. Плюс страховку от несчастного случая.
  Известные проходы разведчиков вроде меня не интересуют - там трудятся работники государственных корпораций, охраняемые толпой егерей. И разведку они ведут сами. А мы ищем новые чёртовы норы или осваиваем малоизученные. Нас немного - эта работа требует специальных знаний и умений, встречающихся редко. Как и готовность рисковать своей жизнью. В большинстве своём мы одиночки, и свою работу ценим высоко, поэтому всё интересное обязательно выкладываем на форум.
  Или сообщаем людям, заслуживающим доверия. Дома меня ждало письмо от Ильи, он писал:
  "Нашёл интересную Дыру на юге Пермского края. Похоже она существовала до Пересечения миров и может вести в интересные и перспективные места. Добраться до неё сравнительно просто - Дурное болото там совсем крохотное. Всего 1,5 км по тропинке умеренной сложности и ты на месте. Приезжай. Подробности при встрече."
  Меня заинтересовало место этой чёртовой норы, обычно они тяготеют к долине бывшей Волги и болотам Сибири. А в отрогах Урала попадаются старые норы, уходящие в неисследованную даль. Есть у меня гипотеза, что произошедшее Пересечение миров отнюдь не первое, но проверить никак не получалось. Поэтому, отложив все дела, я поехал к Илье. Дыра была перспективной и удобно расположенной. Я как раз намеревался сделать в этом году ещё одну ходку и долго-долго отдыхать.
  Звонок знакомому, в субботу на джипе-грузовичке он отвезёт меня на место. А сам стал собираться. Никогда не знаешь куда провалишься и набираешь столько, что с трудом проходишь несколько вёрст. Сами чёртовы норы тебя затягивают вглубь - сложно, опасно, но физически не тяжело. Второй и третий переход обычно расположены в нескольких сотнях метров, а если дальше или надо идти в гору, то часть груза оставляешь. В данном случае я шёл по наводке и решил рискнуть и не перегружаться, но всё равно набралось прилично.
  
  Первые две заводи, как и говорил Илья, были пустышками. То есть торчали кустики, зеленела травка, но самым крупным зверем была мышка, а птички были меньше колибри. Зато насекомые заполонили землю и воздух, настоятельно рекомендуя поторопиться. Перед третьим входом я всё-таки устроил короткий привал, на котором проверил одежду, затянул ремни и надел противогаз. Третий Мир, по рассказу Ильи был ужасным - воздух, насыщенный металлической пылью, которая резала всё. Но очередной вход был в каком-то десятке метров и вёл в интересные места.
  - Почему ты так решил? - спросил я его.
  Он показал фотографию, - видишь метки файри, они пустышки не помечают.
  На снимке были видны немного стёртые, но различимые пентаграммы.
  - Почему же сам не нырнул? - поинтересовался я.
  - Неожиданность, сразу забило респиратор, инстинктивно вернулся, - объяснил он, - на повторный же бросок духу не хватило. А снимки рассмотрел уже дома.
  Проверив всё, я решительно шагнул вперёд и попал в ад - противогаз сразу забило, дышать стало нечем. Но это ожидалось и тело само рванулось вперёд. Теряя сознание, ввалился в проход и механически сорвал противогаз. Нора долго тащила меня, позволив отдышаться, и выкинула в приличном месте - воздух был вкусным, а пища бегала, летала и плескалась в ручье. Автоматически повернулся и не обнаружил прохода, - односторонний чёртов лаз, - понял я, - это называется влип.
  На самом деле, всё не так страшно. Односторонние норы часто дублируются встречными проходами, вот только возвращаться через Мир металлической пыли мне что-то не хотелось. Ничего не решив, я пошёл искать место для дневки. По пути внимательно осматривался - подобные местечки часто выглядят безобидными, пока не вылезет эдакий монстр с гастрономическим интересом.
  Остановился я около ручья, где уютная лесная полянка переходила в крохотный пляж. Живность вокруг непуганая и руки чесались поохотиться - на взгорке сидит здоровый заяц, на другом берегу ручья пасётся косуля, а толстая ветка дерева согнулась под тяжестью сидящих на ней птиц. Но двустволка осталась в рюкзаке - выстрел, а тем более запах крови оповестит всех о моём появлении. Мне же хотелось устроить здесь базу, обследовать из него окружающие миры, и тогда решать - куда двигать дальше. В первую же очередь следовало определить - насколько здесь безопасно.
  Но сначала - поесть. В лесу срезал крепкую прямую палку, прикрепил к ней штырь с зазубринами и лепестком и получил острогу. Вскоре толстый прут украсился крупными рыбинами, я же занялся приготовлением торжественного обеда. Ухи получилась на один раз, зато густой и наваристой. А вот жареной рыбы хватит на ужин и на завтрак. Ещё одну рыбью тушку я засолил - НЗ10 у меня лишь на самый крайний случай. А солёную рыбку можно и на ходу пожевать - воды вокруг хватает.
  С чего начинается разведка? Я сел поудобнее, оперся спиной на дерево и стал слушать. Что слушать? Всё! Полностью погрузился в мир звука и плыл в его мелодиях, слушая не конкретику, а переливы и обертоны - они оказались тревожными. Нет, серьёзных хищников, тварей и всякой нечисти, нежити не было слышно, но общий фон неспокойный и мелкие зверушки попрятались.
  Взяв острогу, я пошёл вдоль ручья, осматривая берега. Местечко мне понравилось и хотелось выяснить, какая именно здесь опасность. Подобную тревогу могла вызвать стая волков или тигр, а уж с ними я рассчитывал справиться. Вот и след - на берегу отпечаток здоровенного лошадиного копыта. С трудом нахожу три других отпечатка - они еле видны, будто лошадь летела едва касаясь земли. А здесь всадник своим телом обломил несколько веточек - обнюхиваю их и спешу в лагерь. Спешно собираюсь и скорей к следующему проходу. Файри, один из худших вариантов, скорее убраться отсюда.
  О файри известно крайне мало. Внешне они как люди, только потрясающе красивы и совершенно непредсказуемы. Их сложно заметить, если они этого не хотят. Файри вне добра и зла, они ласковы и жестоки одновременны. Живут большими семьями и часто разъезжают по заводям на огромных конях. Сильны, быстры и невероятно опасны. Умеют колдовать. Бывает устраивают Дикую Охоту и убивают всех, кроме детёнышей и беременных.
  Информация куцая, но мне достаточно -с ними лучше не встречаться. Рюкзак тяжеленный, груз не рассчитан на длинный или быстрый переход. Подхожу к "двери" мокрый от пота, и престав соображать. Открываю её и падаю - рюкзак потяжелел вдвое. Но проход меня потянул, помог удержаться на ногах и кинул вниз. При движении сквозь чёртову нору ощущения такие же, как при спуске с американской горки. Плюс опора с боков. Но откуда эта тяжесть? На повышение гравитации не похоже - потяжелел только рюкзак. Тут дыра выкидывает меня наружу, угрожая поддать под зад.
  Скидываю рюкзак - он полегчал, и озираюсь. В нескольких метрах от меня пацан лет двенадцати в фабрично-драных джинсовых брюках и такой же куртке. У меня есть к нему парочка вопросов, но он шустро отбегает, а кричать я не собираюсь. В конце концов опасности он не представляет, а осмотреться надо. Разбираю и убираю острогу, затем снимаю с рюкзака двустволку. На всякий случай. Чтоґбы детям глупые мысли в головку не приходили. И иду осматриваться.
  Главная местная достопримечательность - водопад, поток воды рушится с трёхэтажной высоты оглушая и окутываясь облаком мельчайшей водяной пыли. Похоже по соседству есть полноценный Мир, иначе откуда такая прорва воды берётся. Далее скала, по которой уходит тропинка. Подхожу и рассматриваю. Видимо, протоптана козами, приходящими сюда на водопой. Дальше лесок, заросший внизу кустарником, но почва всё равно болотистая. А после ... какая прелесть! Холм, настоящий каменистый холм, а в нём на высоте моего роста ... пещера. Перед нею площадка и две спускающиеся пологие тропы. Затем густой непроходимый лес, прорубиться можно, но для чего? За ним холмик с проходом, откуда я пришёл. И замыкает пространство ручей, созданный водопадом. Уютное и довольно безопасное место. Поднимаюсь на площадку и осматриваю пещеру - сухая и внутри родник.
  Затаскиваю в пещеру рюкзак и присаживаюсь переводя дух, тяжёлый зараза. Мой план прост - три дня отдыхаю, отсиживаясь в этой пещере. Еды вокруг навалом, если же файри и заскочат сюда, то через проход и тут же вернутся, на таком крохотном пятачке делать им нечего. Развожу костерок для чая и достаю жареную рыбу - сегодня обойдусь без охоты и готовки. Свет в проходе на мгновение померк - мальчик решил зайти.
  - Можно?
  - Проходи, - кладу слева от себя кусок рыбы.
  Парень обходит костёр, снимает куртку и садится рядом.
  - Господи, за что мне такое наказание! - молча кричу я. Это же девчонка! В явно женской рубашке, расстёгнутой до пупа. Видна едва наметившаяся грудь и тёмный сосок. На вид лет тринадцать. И откуда только она взялась?
  Взглядом спросив разрешения, она начала кушать. Ела аккуратно, не спеша, но если мне хватило одного куска, то она съела два других, да ещё доела остатки. А потом жалобно на меня посмотрела - нет ли ещё? Я взял двустволку, - сейчас принесу, - а ей велел закопать отходы и набрать хвороста.
  Поохотиться мне пришлось бы в любом случае - следующие пару дней следовало провести тихо и незаметно. Стрелять же здесь можно спокойно - в грохоте водопада выстрелы не слышны, а водяная пыль съест все запахи. Перехожу ручей, пусть место смерти будет подальше - файри её чуют. На очередной полянку отдыхает стадо кабанов, с краю семейка - молодая мамаша с поросятами, а к ней прибился годовичок, подрос и продолжает таскаться за мамкой. Делаю несколько шагов, медленно подымаю ствол, отсюда выстрел картечью смертелен.
  Расчёт правилен - выстрел еле слышен, ближайшие хряки поднялись, огляделись и легли обратно. Картечь уложила свинку наповал, и мамаша отвела поросят на несколько шагов в сторону. Ползком оттаскиваю тушу и за кустами взваливаю её себе на плечи - тяжёлая зараза.
  Разделывали её в яме, которую потом засыпали, а куски мяса пережарили. Завтра их можно будет поесть и холодными или немного подогреть. После ужина обошёл полянку, проверил на отсутствие своих следов - не должны нас обнаружить. Заодно нашёл крохотное озерцо - меньше городской комнаты, с удивительно тёплой водой. Вы не представляете какое это счастье - путешествуя по заводям, иметь возможность вымыть голову. Бегом к рюкзаку - где моё мыло и мой шампунь! Я плюхнулся в озерцо и принялся блаженствовать в почти горячей воде. "Плюх", - моей спутнице захотелось составить мне компанию, - да ради Бога, места здесь достаточно.
  Пока мылся она немного поприставала ко мне - то грудью потрётся, то бедром. Я предложил ей самой вымыться, но мне заявили, - "не умею". Вообще-то я тоже не умею мыть детей, но надо же когда-нибудь учиться. Волосы, плечи, руки, тело - у меня появилось впечатление, что она очищала кожу как-то иначе. Откуда на ней плёнка от головы и ниже, и что она собой представляет? Кстати, мочалка и мыло при умеренном нажатии её смыли. Некоторых сложностей я ожидал, собравшись мыть низ живота, но она легла на край купальни и широко раздвинула ноги.
  - Интересно, в каких краях растут девочки, не знающие понятия "стыд", - подумал я, - и зачем она так откровенно меня добивается?
  Но денёк выдался тяжёлый и вопросы сами собой отложились на завтра, а сейчас мне хотелось завершить сей тяжкий труд и залечь в своём спальнике. У егеря он совершенно иной, нежели у туриста, ибо главное к нему требование - возможность быстро выскочить и вступить в бой. Поэтому мой спальник - это два больших стёганных одеяла, сшитых углом и обшитых непромокаемой тканью. Вкладыш - две также сшитые простыни, крепящиеся к спальнику на липучках. Ложусь я головой и правой рукой к открытым сторонам, справа кладу оружие.
  Она вскоре пришла, сложила в сторонке принесённую одежду и немного покрутилась, демонстрируя свои детские прелести. По мне ничего особенного, девочка как девочка. Затем, как была голой, полезла в спальник. Я прекрасно понимал, что "сохранить невинность" не получится, но любопытно - как меня будут совращать? Вы скажете - "я аморален", возможно. Но в путешествиях по Земле и по заводям мне пришлось убедиться, насколько мораль в разных местах различается. И посему соблюдаю основные божественные заповеди и важнейшие нормы места, где я нахожусь.
  За день накопилась сильная усталость и не только физическая, но сегодня отдохнуть мне не дадут и на всякий случай принимаю капсулу сильного стимулятора. Какое-то время моя будущая любовница относительно спокойно крутиться рядом, затем не выдерживает и жалобно просит:
  - Погладь меня, - интонации жалобные, но с капризно-обиженными нотками.
  Ласкаю её шею и грудь, кожа гладкая и нежная, отзывчивая на мои прикосновения.
  - Ниже, - теперь требовательно.
  Я послушно начинаю гладить её животик. Девочка берёт мою руку и кладёт себе между ног - там мокро и жарко, хорошо прощупывается клитор. Интенсивно ласкаю его и нижние губы, а она, постанывая, то прижмётся грудью ко мне, то повернёт тело от меня. И это при неподвижной попе. В какой-то момент она садится на меня - внутри неё раскалено, как в печке, и начинается скачка. Темп свыше моих возможностей, но она тоже не выдерживает, ложится рядом и просит:
  - Ляг на меня.
  Вхожу в неё, она маленькая, но я её еле чувствую и вынужден энергично двигаться. Вдруг она хватает меня за ягодицы, сильно прижимает к себе, и мы вместе кончаем. Она меня держит, и мы долго так лежим, я чувствую, как её печка потихонечку остывает. Наконец, она перестаёт держать меня мёртвой хваткой и позволяет лечь рядом. Устал. Эта девчонка вымотала меня больше, чем здоровые опытные бабы. Но хорошо! Тело сбросило напряжение и расслабляется. Энергия вливается в меня, спеша восполнить непредвиденный расход. Она доходит до каждой клеточки, и я возрождаюсь.
  Её губы неумело касаются моих: - Тебе хорошо со мной?
  Глупенькая, её действительно это волнует. - Очень хорошо. Замечательно. А тебе?
  - Спасибо. - Она опять неумело целует меня в губы. - Я хочу быть твоей.
  Кладу её на спину - она тоже устала, и сильно целую в губы, - ты моя!
  - Я твоя. - Повторяет она и как бы определяя своё место в мире.
  Лежим, чувствуя друг друга, общую усталость и возбуждение. А у меня ещё и любопытство:
  - Девочка, зачем ты это сделала?
  - Что? - она удивлена и испугана.
  - Позволила мне овладеть тобой, - меня это не огорчает, но я чую странность.
  - Какой ты глупый, - звенит её смех. - Во-первых, это вкусно. И сладко, - она облизывается, - а тебе не понравилось?
  - Ты знаешь, что понравилось и очень, - не удерживаюсь и глажу её маленькую грудь.
  - Вот. И ты мне очень понравился, так зачем отказываться от удовольствия. - Девочка лезет целоваться, опухшие губы нам гарантированы.
  - Мало? - она улыбается, - есть ещё причина. Здесь опасно, и кто будет защищать какую-то девчонку? А вот за свою женщину ты будешь драться. Будешь?
  Она внимательно смотрит мне в глаза.
  - А куда я денусь, - вдруг прорезается откровенность, - но есть кто много сильнее меня.
  Она отмахивается от возражения, как от мухи.
  - И мы знаем, что можем не дожить до завтра, - она дожидается моего кивка, - так почему же не оттянуться напоследок?! Спи, ты устал.
  И засыпает сама. Пытаюсь разобраться в своих мыслях, чувствах и событиях. И отключаюсь.
  
  Проснувшись пытаюсь понять где я, но зашевелившийся под мышкой комочек вернул меня в явь. Лежу неподвижно, пусть ребёнок покрепче уснёт, затем спускаюсь в купальню. Это в городской квартире есть ванная, а поброди по свету и начнёшь ценить маленькие удобства. Возвращаюсь - моя подружка сидит неглиже в позе лотоса и жуёт хороший кус мяса. А левой рукой гоняет по своему телу крохотный смерчик, эдакий микропылесос, оставляющий за собой матово-бархатистую кожу. Подхожу и сажусь рядом, не отрываясь от такого чуда. Лишь теперь она увидела меня.
  Её радостный вопль оглушает меня, куда-то улетает мясо, а я опрокинут на спальник, взят в плен и приговорён к наслаждениям. Камасутрой мы не заморачиваемся, я едва успеваю лечь поудобнее, как меня оседлали и помчались вскачь. У неё внутри сильные мышцы, и хотя лёжа на спине я могу немного расслабиться, но приходится прилагать немалые усилия, чтобы протянуть удовольствие. Как и вчера, она вскоре устала, мы перевернулись, и она поторопила меня кончить. А затем заставила меня не выходя лечь на неё всей тяжестью. Девочка хоть и маленькая, но сильная, полежав подо мною, без труда перевернула меня на спину и легла сверху.
  Начался допрос, - тебе хорошо со мной?
  - Очень хорошо маленькая, - гляжу ей в глаза, - а почему тебе так важно это знать?
  Она опускает их, - надо.
  И я почувствовал, ей это не просто важно - необходимо. Прижимаю её к себе и целую:
  - А как ты сюда попала? - мне сложно объяснить моё отношение к ней, проще уйти от вопроса.
  Она подумала и выдаёт ядрёную смесь выдумки и лжи, сдобренную капелькой правды. Мол, здесь неподалёку её Мир - по её описанию типично средневековый (джинсы!), она дочь местного барона пошла с девчонками из деревни в заводь (!!!) собирать ягоды (развесистую клюкву!). Там за ними погнались файри (и не догнали!), она убежала в другую заводь (!), подошла к проходу, но не смогла в него войти (а почему!). Тогда она стала ждать, кто её проведёт (здесь толпы ходящих!).
  Моё неверие её нисколько не смущает - она хочет меня и получит, остальное же неважно. Обычная девчонка, а я ею любуюсь. Вроде бёдра округлились? Показалось. А вот груди заметно увеличилась. Впрочем, я столько целовал их, что она опухли. Тут я вспоминаю маленькое утреннее чудо:
  - Как ты делаешь смерчик, что чистит кожу?
  - Ты не умеешь? Это же так просто! - Её глаза распахнулись на пол-лица. - На теле человека есть особые точки, например, эта. - Она показывает на себе справа выше груди.
  - На неё изнутри надо подать напряжение импульсом. - Девочка прикладывает мой палец, и я чувствую уколы током. - Возникает поток воздуха, если подобрать частоту, то он станет стабильным. Закручиваешь его и гоняешь по телу. Попробуй.
  Как просто! На службе нас учили управлять потоками энергии в теле, но только через час мне удалось получить поток, едва колеблющий листочек. Зато устал до изнеможения. Мы решили прерваться и спустились к болоту набрать водяного лука и клюквы, больше похожей на крыжовник. По пути я вспомнил, что не знаю её имени, и пора уже его выяснить. Почему-то этот простой вопрос заставил её задуматься, позволив мне наблюдать за мучительными размышлениями по её лицу.
  - Шейла, - почти спросила она и посмотрела проверяя, годится это имя или нет.
  - Пусть будет Шейла, - согласился я.
  - А кто такая Шейлок Холмс? - последовал вдруг вопрос.
  - Шерлок Холмс, - механически поправляю я, - был такой сыщик.
  Мы молча собираем луковицы и ягоды - болото требует внимания, а мне никак не удаётся понять странные странности. Например, почему дочка средневекового барона свободно оперирует такими понятиями, как напряжение, импульс и частота. Но выяснять у неё не хочу, чувствую - такое разбирательство может испортить наши отношения. И предпочитаю недосказанность лжи, а умолчание - разрыву. Эта маленькая бестия - сплошная тайна, и я не уверен, что хочу её разгадать.
  - А какое у тебя имя? - вдруг спрашивает Шейла.
  - Андрей, - теперь самое время выяснять кто есть кто. Хотя её это похоже не интересует. А почему? Она и так всё знает!
  Оглушённый этой мыслью, я едва не проваливаюсь в яму и спешу выбраться из болота. Шейла встревожилась и спешит ко мне - я же хватаю её, сажусь где стоял и начинаю целовать. А сам думаю - пусть ты чертовка, нелюдь или что угодно, всё равно ты моя женщина, никому тебя не отдам и всё для тебя сделаю. Мои чувства для неё открытая книга и она счастлива.
  Собираем рассыпавшиеся луковицы, поднимаемся в пещеру и залезаем в спальник. Там просто лежим обнявшись и нам хорошо. Шейла не человек, но мне это неважно и даже не интересует, а кто именно. А она рада этому, просто счастлива и на меня потоком льются её чувства.
  Казалось, мы так лежали вечность, а оказалось меньше часа. Шейла начала меня теребить - нет, вы неправильно подумали - продолжить занятия со смерчиком. И она отдалась обучению с такой страстью, что у меня получилось. Хотя далеко не сразу. Но кусочек тела с ладонь очистил. После двух часов попыток (или пыток). Главное - получилось!
  Отдохнули, подкрепились и ещё отдохнули. Я проверил - смерчик, пусть и с усилием, но стабильно появлялся и работал. Тогда я решил угостить девочку сладким. Мы спустились в купальню, зашли в воду чуть выше колен и соединились. Затем вошли по грудь и Шейла показала мастер-класс. В результате я шлёпнулся на пятую точку, и мы нахлебались воды. Вылезли на берег, легли и стали хохотать. Так и качались мы на волнах смеха, а когда замёрзли - вернулись в пещеру.
  Там я ещё раз погонял смерчик и написал отчёт о путешествии. У нас принято - отчёт должен быть при любых обстоятельствах. Ты можешь погибнуть, но за тобой идут другие, и даже смерть не снимает с тебя обязанность сообщить им свой путь и встреченные опасности. С трудом объяснил это Шейле (кажется?). И немного рассказал о себе и о нежелании возвращаться через Мир металлической пыли. Она сказала, что ближайший Мир вполне пригоден для жизни и проход в него недалеко.
  Попытка расспросить её мало что дала - средневековье, неплохая магия, известен порох. Однако Шейла предупредила, что она знакома с ним крайне поверхностно, да и то с периферией. Я призадумался - холодным оружием владею, знаю химию, служил офицером. Могу пойти в дружину и не рядовым, вот только как быть с Шейлой? С собой таскать сложно, а оставлять опасно.
  Узнав, что меня беспокоит она смеётся. Оказывается, ей надо домой, и мы здесь расстанемся. Но она обязательно меня найдёт, и надеется, что наша кровать будет не в пещере, а в моём собственном доме, лучше замке. Выяснить, где её дом мне не дали, заткнув рот поцелуями.
  
  В эту ночь Шейла была невероятно ласкова и нежна, а самое удивительное - заставила рано лечь спать, сократив вечерние развлечения. Легко было сообразить - завтра расстанемся, но она не допускала разговоров на эту тему, лишь повторяя своё обещание в будущем встретиться. Да и у меня, как у любого бродяги, засидевшемся на одном месте, проснулся зуд странствий.
  Утром завтрак, физзарядка в постели и сборы. Вернее, укладывался я, а Шейла мне помогала и явно спешила, но старалась всё положить на своё место и закрепить. При этом дважды мне заявляла, что у нас полно времени. И вот расставание - тягостный момент. Мы спустились к водопаду и обнялись, все слова сказаны, а что не сказано, то и не надо говорить. Сейчас я надену рюкзак и пойду на выход в Мир, и Шейла пойдёт куда не знаю. Вдруг она оттолкнула меня: - "Скорее уходи!"
  Рефлекторно поступаю наоборот - она напряжённо глядит на проход, которым мы попали сюда, а я встаю перед ней. Чёртова дыра распахивается и на крохотную полянку высыпаются всадники. Много. Высокие, красивые, на огромных лошадях. Файри, вот я вас и увидел. Один из них спрыгивает с лошади и направляется к сидящей Шейле. Один шаг и я перед ним. Файри удивлённо останавливается - моська осмелилась преградить путь слону. Слов нет, но я хорошо его понимаю:
  - Убирайся ничтожество, ты нас не интересуешь. - Молча, зато сколько презрения на его лице.
  Наверное, я больной на голову, но он меня разозлил и теперь хочу отведать его крови. И одновременно с вскипевшей яростью холодно просчитываю грядущую схватку, пока он демонстративно не торопясь вынимает меч. Файри выше меня на полголовы и шире в плечах, тончайшая рубашка позволяет видеть перекатывающие мускулы. И при этом задумал хитрость, опасаясь ятагана в моих руках. Начнёт он прямым ударом справа, я отступлю назад, и он достанет меня слева - вариантов у прямого клинка немного, и он не утруждается их скрывать:
  - Мартышка, этот клинок - последнее твоё видение в этой жизни, - издевается он.
  Удар справа, шаг назад и удар левой рукой - как же он быстр. Ятаган со скрежетом встречает меч, я едва успеваю перехватить рукоять второй рукой - он сильнее. Вот только прямым лезвием можно или давить, или отвести для нового удара. Но его гордость против. А лезвие ятагана кривое - его меч скользит и клюв впивается ему в руку. Выпустить меч он не желает, инерция удара не даёт отдёрнуться, и глубокая царапина доходит до запястья. Есть кровь! Он отскакивает, я тоже делаю шаг назад и кладу клинок на левую руку.
  В дуэли я бы рванулся вперёд, вблизи меч неэффективен, и нанёс бы завершающий удар. Вероятность успеха 50% на 50%, но меня остановило другое. Что со мной сделает эта банда после убиения одного из них? В лучшем случае предложит продолжить дуэль с другим противником! Чем она закончится - очевидно. Поэтому я поступаю красиво, предложив ему закончить бой.
  Но что это?! Шейла направилась к раненому файри, положила на рану платок и кровь сразу остановилась. Она ли это? Она! Только не девчонка, а девушка, даже молодая женщина с хорошими формами. Красивая! И драная джинса на глазах сменилась элегантным платьем в "деревенском" стиле. Обманщица! Но злиться на неё не могу! И огорчён предстоящим расставанием.
  - Дуэль закончена, - в беззвучный разговор вступила королева, - победитель - человек. Надеюсь, все удовлетворены.
  Классический риторический вопрос, - ты доволен или тебе оторвать голову?
  - Я удовлетворён, Ваше величество, - отвешиваю ей низкий поклон, но не сгибая спины.
  - Высочество, - шепчет мне Шейла.
  Как они похожи, наверняка сёстры. Глушу все непристойные мысли - они явно читают меня.
  - Можешь попросить одно желание, - принцесса внимательно смотрит на меня.
  - Благодарю, не надо, - мелькает первая мысль, - наслышан11. А, впрочем, ... я хочу её, ваше высочество, - и обнимаю Шейлу.
  Слышу недоумённый смех, - тебе мало? - оказывается эта девчонка всех достала.
  Взгляд принцессы вонзается в меня - она даст нам испытательный срок, и если я не откажусь, то соединит нас браком для человека и файри. Это ничем меня не ограничивает в земной жизни, я только обязан постоянно помнить и думать о ней.
  Обнимаю Шейлу и долгий поцелуй в губы, она радостно отвечает. Бывает - поступаешь странно, даже глупо, но чувствуешь - только так правильно.
  - Это не желание, - продолжает вдруг принцесса, - но просить нас ты не будешь, гордый. Поэтому прими от меня этот браслет. Он многое может, но что именно - разбирайся сам.
  Шейла берёт браслет и надевает мне на руку, как - не понимаю, запястье просто прошло внутрь. Это сплошной металлический цилиндр, покрытый пупырышками и маленькими камнями. Внешне он слился с кожей, но на ощупь чувствуется сложный рисунок.
  - Прими и от меня подарок, - беззвучно басит бывший противник, снимает перстень и Шейла наґдевает его мне на безымянный палец. Изначально огромное кольцо сжимается и сидит плотно.
  - На нём много рисунков-печатей, можешь вызывать любой, - продолжает он.
  Мне несколько неудобно быть бедным родственником, а потому получите отдарки! Достаю из рюкзака солевую лампу с встроенным светильником:
  - Передай мою благодарность своей сестре, - также беззвучно прошу Шейлу.
  Принцесса принимает мой дар и благодарит лёгким кивком головы, она явно спешит, и я здесь лишний. Своему бывшему противнику дарю кинжальчик - пилочку для ногтей, совсем малюсенький, короче его пальца, но как настоящий. Есть ножны, гарда, а лезвие из легированной стали. Тот смеётся, сравнивая эту крохотулю со своей лапищей. А Шейле я уже подарил свой "смертный" медальон, он из металлокерамики, а внутрь вложена пластинка с моими данными и фотографией. На последней я нацарапал: - "Шейле с любовью", и подписался - "АКар". Пробовал ей объяснить, но она сказала:
  - Я знаю - это частичка тебя, - прижала к груди и, кажется, всплакнула. Затем обняла меня и шепнула: - скоро начнётся Большая Игра, это опасно, уходи.
  Ещё поцелуй, я помахал всем рукой и поспешил по козьей тропе.
  Отойдя я срубил засеку - ятаганом надрубил стволы и свалил их поперёк тропы внахлёст. Далее срубил вторую - вряд ли кто сможет их преодолеть, а начнёт прорубаться - услышу. Рюкзак несу легко - сила переполняет меня, но не спешу и обдумываю приключившееся. Потом будет некогда.
  С Шейлой как раз всё понятно - есть файри, желающая связать свою судьбу с моей, ей это нужно. Зачем? - её дело! Я не против, она мне нравится и нам хорошо вместе. Но от меня теперь мало что зависит - она обещала сама меня найти.
  Интереснее другое, попав в их "разговор" я хватанул хороший кус информации и её надо переварить. Файри обитают в прекрасных долинах, а всё необходимое они получают волшебством из первоэлементов. Они живут в высоких прозрачных дворцах большими семьями в сотни особей. Во главе семейства стоит патриарх (реже матриарх), все остальные - его потомки или их партнёры. Время от времени молодёжь сражается с другой командой - юноши и девушки (возрастом в несколько тысяч лет) носятся по заводям и рубят друг друга и всех подряд. Жертвы бывают редко - файри очень трудно убить. Это называется у них Большой Игрой, а у нас - Дикой охотой.
  - Будь внимателен, заводи опасны, - вернула меня в реальность Шейла.
  - Понял, - отвечаю, - впереди меня кто-то поджидает. - Она смеётся.
  Я уже рядом с проходом, прислоняю к дереву рюкзак и ищу опасность. В ветвях соседнего дерева замечаю ганьюша12, сильного и быстрого хищника. Поймав мой взгляд, зверь бросается на меня. Взмах ятагана - он отшатывается, а два выстрела из револьвера в брюхо заставляют его отступить и упасть на спину. Жду, но зверь уже мёртв.
  - Кровь файри опасна для имеющих магический дар, но не тебе, - поясняет Шейла.
  - Почему мне она безопасна, - молча кричу я, - что ли я магический бездарь?
  Она смеётся, - в тебе есть кровь файри, - и исчезает.
  Я стою пришибленный, почему-то из всех волшебных существ я больше всех недолюбливал файри, боялся их. И вот выясняется, моя любимая - файри, и я немножечко тоже. К сожалению заводи, особенно площадка перед проходом, не лучшее место для самоанализа. Тихая мелодия у меня в мозгу сменилась рёвом - началась Большая Игра и я поспешил покинуть ристалище.
  Явление меня народу
  ... и явился к ним тогда муж зрелый,
  Богато одетый и с оружием.
  Из легенд Востока.
  Нидар
  Проход принял меня, но не выкинул, как обычно, а плавно поставил рядом с выходом. Поначалу я оглох - немалое поле плотно забито птицами, они ругались, толкались и орали. А ещё вонь - земля покрыта птичьим помётом. Впрочем, свой вклад вносит и ручей, вытекающий из Дурного болота, что сзади меня. Бочком, бочком сквозь кусты по берегу ручья пытаюсь незаметно удалиться. Птицы небольшие, размером с голубя, но их очень много. Любая толпа опасна, и эта не исключение. Туча птиц взметнулась в небо, сделала круг над своим "аэродромом" и ринулась ко мне. Отчаянный рывок, я едва успеваю укрыться под деревьями, их всего пять, но кроны густые и широкие.
  Ливень помёта обрушивается с неба, брызги пачкают мне одежду, а пташки явно решили меня достать. Фиг вам, снимаю рюкзак, достаю двустволку и коробку патронов со средней дробью. Перезаряжаю стволы и кладу патроны в нагрудные карманы - теперь потягаемся. Поток дерьма прерывист, разгрузившись птичьи эскадры уходят и их место занимают новые. Дождавшись паузы, выскакиваю под край листвы и "Ба-бах" дуплетом по отлетающим. Быстро перезаряжаюсь и вторым дуплетом встречаю новую партию. Возвращаюсь к деревьям и перезаряжаю ружьё, вторая волна "отбомбилась" не доходя и свыше десятка подранков мечутся по земле. Угощаю третью волну и обхожу деревья.
  Птички меня достали, и я хочу сделать им большую гадость. Стрелять их бесполезно, лишь тысячи выстрелов их заметно проредят. Но врага лучше бить чужими руками. Вода в ручьях из Дурных болот разъедает любую кожу и зверьё сюда не суётся. Моим сапогам эта вода не страшна, но я перехожу ручей по мосту из срубленных кустов. Затем перекрываю второй ручей. И третий. Здесь наверняка хватает мелких хищников, вроде лис и хорьков. Птицы укрылись в болоте и чувствуют себя в безопасности. Так получите дорогу в своё царство, надеюсь этой ночью зверьё хорошо попирует.
  Похоже болото закончилось, и я иду ..., кто бы мне сказал, что подо мной. Хорошо, силы ещё остались и у меня получается тащить рюкзак, одновременно всматриваясь вдаль и под ноги. Понял! Это поле, обглоданное птицами, даже стерня местами поклёвана и всюду измята. Здешним крестьянам приходится отдавать крылатым дармоедам большую часть урожая. А землица хорошая, жирная, только идти по ней тяжело - ноги вязнут. Наконец, поле закончилось и выхожу один я на дорогу, люди ау, где попутная телега?! Прислоняю рюкзак к придорожному дереву и начинаю чистить одежду - эти летающие засранцы ... Увы, ничего вам не будет, мне надо добывать замок.
  Дорога наезжена, но сейчас пуста. Идти невесть куда нет смысла, ещё даже не полдень, подожду. А вот и люди, много и вооружённые. С холма спускается отряд всадников, и я на всякий случай проверяю оружие. Если они тоже захотят проверить меня - я готов, делаю шаг на дорогу и жду.
  
  Сибас
  И это баронство Высокие холмы, бывшая житница графства. Мы с Янисом в ужасе. Ближайшие к сёлам поля крестьяне частично отстояли - пока, но дальние выбиты подчистую. И зачем он сюда поехал? Столько лет ни ногой и вдруг решил встретиться со страдающим народом. Сам объяснял мне - не можешь исправить дело, назначь подходящего дурака и свали вину на него. Дураков давно нет, никто не хочет ехать в гибнущее баронство, и вдруг граф сам соизволил прибыть и разобраться.
  А с другой стороны - утопающий хватается за соломинку, и эта поездка вызвана полной безнадёжностью. Когда умерла его жена, он не взял новую, даже не завёл наложницу! - в ней была кровь файри. Понятно, другие женщины Яниса не устраивали, да и возраст сказался - он женился, будучи зрелым мужчиной. А для продолжения рода трёх сыновей и двух дочерей достаточно.
  Но семь лет назад появились птицы. В Высоких холмах бароном был средний сын графа, и он начал с ними безжалостную войну - водил дружину в Дурное болото, нанимал магов, даже приносил жертвы. Дружина возроптала, маги оказались бессильными, жертвы не помогли, лишь обидели жрецов, а он сам заболел и умер. Через год старший сын глупо погиб в стычке с разбойниками, а вскоре и младшего подло убили на дуэли. Янис жестоко отомстил, но детей этим не вернёшь. И внуков нет.
  Мейсу, старшую дочь неудачно выдали замуж, Айта же помешана на эльфийских романах и ждёт принца. Да и роди она сейчас, надо ждать двадцать лет - мы с Янисом столько не продержимся. Вассальные бароны отягчены младшими сыновьями, а это молодые хищники - мечтают порвать графство на куски. Отцы пока их сдерживают, но это ненадолго. Севернее нас герцогство Ноймер давно точит на нас зубы. И хотя со старым герцогом у нас мирный договор, но у него хватает младших сыновей и племянников, которым дома ничего не светит. Вот и мечется Янис, как бык, окружённый волками.
  Весной на ежегодном съезде баронов графства ему уже предлагалось выбрать преемника, а через год могут заговорить и об отречении. И вдруг он поехал сюда. Я резко возражал, но граф сказал:
  - Отсюда пришла наша погибель, отсюда же придёт и спасение, если оно возможно.
  Я подобные жреческие откровения не приемлю, но Янис мой сюзерен и старший брат, пусть и четвероюродный. Всё равно других родственников у нас нет. Тишину дороги вдруг разорвал двойной выстрел, затем второй - туча птиц взмыла в небеса. После паузы - третий. Я хотел послать лошадь в галоп, другие воины тоже, но граф продолжал ехать шагом и сказал:
  - Куда спешить, из Дурного болота выходить долго. Лучше послушаем - он умён или так себе.
  - И как мы отсюда это узнаем? - саркастически спросил я.
  - Умный патроны бережёт, разве что пальнёт разок-другой. Если же пойдёт стрельба ...
  У моего брата есть привычка не заканчивать фразу, а обрывать её на полуслове. Мол умный и так поймёт, а дураку разжёвывать бесполезно. Отряд перевалил подъём и внизу мы увидели человека, который вышел на дорогу, завидев нас. Хотелось помчаться вниз - новый человек в наших краях попадается нечасто, но граф продолжал ехать шагом, только сказал
   - Пришлый. Воин. Прошёл через болота. - И немного спустя: - Расслабься Сибас и считай его другом. Друзей же не вербуют и не допрашивают.
  Понятно, у брата есть определённые планы на этого человека и его слова надо понимать:
  - Не лезь и не порти мне игру.
  
  Нидар
  Отряд идёт шагом и даже не высылает разведку, командир демонстрирует спокойствие и не агрессивность. Это радует, схватки с файри мне хватит надолго. А ожидание дело привычное, служба егерем - ждать да догонять. Пока же следует осмотреться. На юге гряда невысоких гор, скорее холмов. На севере цепочка Дурных болот, небольших и мелких - серьёзной нечисти там нет, она птичек давно бы сожрала. Лесов не видно, лишь пустые поля и вдоль дороги стоят отдельные деревья.
  Отряд приблизился - полусотня, копий нет и луков мало. Впереди двое, явно хозяева этих земель. Такие люди решают чужие судьбы сходу, что для меня хорошо. Демонстративное же безразличие может скрывать большой интерес. Главный подъехал почти вплотную, подождал и представился:
  - Граф Янис из Виртенна, и мой брат Сибас, - как ни удивительно, по-русски13.
  Ох и хитёр мужик, ни вопросов, ни претензий, выкручивайся как можешь.
  - Андрей Карбасов, егерь, ходящий по заводям, вышел сюда случайно через Дурное болото.
  - А Нидарий14, - повторяет он моё имя, - если не возражаешь, Нидар. Из пришлых?
  - Всегда пожалуйста. Из пришлых, но очень далёких. - Кажется повезло. Похоже на Великоречье, а о нём кое-что известно.
  - Царицынское княжество или Новгородское?
  - Нет, намного дальше. - Точно Великоречье.
  - То есть ты не просто пришлый, а дальтезе15! - Янис усмехнулся и крикнул: - Коня сеньору Дальтезе. Надеюсь, ты не откажешься заглянуть ко мне в гости?
  - С удовольствием, - отказ всё равно исключается, да и ночевать здесь вне дома опасно.
  С лошадьми я ещё в егерях познакомился, не джигитую, но ехать могу целый день. Кони здесь крупные и сёдла удлинённые, для долгих переходов. Граф указал мне место слева от себя и всю дорогу расспрашивал, но не пытался подловить, а реально интересовался. Сибас и сотник ехали сзади и изредка влезали в разговор. Мы свернули на другую дорогу, идущую на юг. Поля здесь тоже серьёзно пострадали, но крестьяне возились на них, пытаясь спасти хоть часть урожая. А после речки, которую мы переехали по добротному деревянному мосту, над полями были развешаны сети.
  - От мелких стай они помогают, - огорчённо сказал Сибас, - но туча просто садится на поле и склёвывает всё. Одно утешение, попавшихся птичек хватает на ужин.
  А вот и село, вокруг низкая кирпичная стена с редкими башнями. Кирпич обожжённый, но плохонький - потрескался и местами осыпался. В надвратной башне ворота двойные, эдакий шлюз для входящих. Но нам распахнули и те, и другие - сам приехал. Тут же подскочили хлопцы, начали обтирать лошадей и повели на конюшню. Меня же и нескольких командиров граф пригласил в дом.
  Двухэтажный терем из брёвен, а здесь они, пожалуй, подороже кирпича будут. Во дворе столы и лавки, за ними расселись воины, а мы прошли в просторную комнату, где стоял такой же стол и такие же лавки. Рискну предположить, и еда здесь и там будет одинаковая. Янис сел во главе стола в торце, мне указал место слева от себя, а Сибасу справа. Далее за ним село семеро, приехавших с нами, а рядом со мной симпатичная полная женщина немного за тридцать.
  - Велия, - представилась она, - буду тебе переводить.
  Я кивнул ей и огорчился отсутствием спинки - откинуться бы. Оказывается, всю дорогу я был готов к бою - зачем? И теперь мышцы предательски ныли, требуя разминки. Принесли обед - каждому поставили тарелку с гороховым супом и для всех несколько блюд с жареной свининой с луком и хлебом. А ещё кувшины с квасом и пивом, как подсказала Велия. Ели ложками и руками, только братьям дали большие двузубые вилки и у меня нашёлся походный набор. Еда вкусная, в меру прожаренная и сдобренная специями, интересно какими? Кушали все аккуратно, но малость неуклюже.
  - Неужели они меня стесняются? - мелькнула мысль, - а что, похоже.
  Я ел мясо и краем глаза изучал окружающих. Все они с интересом посматривали на меня и похоже догадывались зачем меня сюда позвали? Только граф Янис выглядел эдаким любителем вкусно поесть, который от нечего делать пригласил приятного человека. Вот только он слишком напряжён, будто никак не может решить жизненно важное. Когда и не делать нельзя, и делать стрёмно.
  Обед ещё продолжался, когда Янис вдруг резко встал и жестом позвал меня с собой. Он принял решение, но далось оно ему нелегко. К нам присоединился Сибас, и мы перешли в другую комнату. Там были стулья и даже тяжёлые кресла, в которые мы уселись.
  - Синьор Дальтезе, - обратился ко мне граф, - как я понимаю, ты не спешишь возвращаться?
  - Хотел бы, но это далеко и сложно, - сейчас мне что-то предложат, - при оказии отпишу им.
  - Ты на службе?
  - Нет, я действую на свой страх и риск, - правда и только правда.
  - Я предлагаю тебе место сеньора-наместника баронства Высокие холмы, - Янис будто скинул непомерную тяжесть, - и поручаю разобраться с нашествием птиц.
  Делаю небольшую паузу - здесь лучше всего дожидаться Шейлу, но не соглашаться же сразу!
  - Какие у меня будут права и средства? - надо выторговать побольше.
  - В пределах баронства - неограниченные, но ты должен принести вассальную клятву.
  - Естественно, а какую16 именно? - уточняю я.
  - А сам как считаешь? - улыбается граф.
  - Ограниченную, - предлагаю, немного подумав.
  - Согласен, - решает Янис, - но ты всего лишь наместник. И я всегда могу тебя сместить.
  Мы оба понимаем - если я уничтожу или изгоню птичек, то ему придётся объявить меня бароном. А не сумею - тогда пинком под зад.
  - Война с птицами, как любая война, требует средств, - гляжу ему в глаза и Янис решается.
  - Баронство на два года освобождается от налогов, ты ежегодно будешь получать пятьсот асиев17 серебром и тебе передаётся рука18 дружины с правом пополнить её до пятисотки.
  Не торгуясь он даёт всё возможное, исключая даже упоминание о неудаче - только успех, только победа. С чего же начать? Братья испытующе глядят на меня, ах да, надо принести вассальную клятву. Её текст очевиден - я, такой-то, обязуюсь ..., на форуме она мне попадалась и Сибас мне местами подсказывает. Затем становлюсь на левое колено, граф кладёт мне меч на плечо, посвящая в наместники, и произносит клятву сюзерена. Формальности соблюдены.
  Далее Янис спросил о моих планах и перспективах борьбы. Кое-какие намётки действий имелись, но я ограничился заявлением - надо сначала ознакомиться с баронством. А по поводу перспектив пообещал сейчас проредить пташек, а в следующем году - перебить птенцов, не дав им стать на крыло. В свою очередь Янис попросил Сибаса остаться со мной и помочь на первых порах советом.
  
  Сибас
  Мой братец меня в очередной раз поразил - назначить незнакомого человека наместником баронства, мне такое в голову не пришло бы. Наместник же необходим и прекрасно, что пришлый - это даст людям надежду. Янис же тащит нас к офицерам полусотни и объявляет:
  - сеньор Нидар Дальтезе дир Кариб назначен мною наместником баронства и вашим начальником. Приказываю - послать гонцов в ближайшие деревни и привезти старост, а также командиров полусотен. Вечером я представлю им их сеньора.
  Затем велел мне позже познакомить его с остальными командирами и старостами, а наместнику предложил спуститься во двор и познакомиться со своей первой полусотней. Нидар кивнул, подошёл к сотнику и стал распоряжаться. Далее снял с себя оружие и положил на лавку, рядом со своим мешком, и поставил часового, велел никого не подпускать. А сам вниз, на ходу надев свою шапку.
  Я вышел следом, сотник уже притащил доспех, но Дальтезе лишь рассмеялся и приказал надеть его на болвана19. На него натянули кольчугу, а сверху шлем и броню. Последняя составная - нашейник, наплечники, нагрудник и прочее, соединённые цепочками. Подходит не спеша, вдруг рывок и удар - деревянная рука в наруче летит на землю, разворот и его клинок врезается между нашейником и наплечником, отскок и укол в нарисованный глаз. Несколько секунд и три смертельных удара.
  Все стоят разинув рты, а Янис просит дать ему этот клинок. Взмах, и тот чуть не вылетает у него из руки. Привык махать тяжёлым мечом, а клинок лёгонький, с ним не сила нужна, а умение. После нескольких осторожных движений, он возвращает клинок, и предлагает поединок до первой крови. Против наместника выходит бугай со скимитаром, левша и явно мастер.
  Боя нет, только обозначился взмах скимитара, как последовал укол в запястье и меч упал на землю. Так же закончился и второй поединок. Не дождавшись третьего, Дальтезе надел свою куртку на болвана, а сверху пристроил свою странную шапочку и отошёл в сторону, посмеиваясь. Я тоже попробовал и убедился - наши клинки не могут пробить его тряпочки.
  
  Нидар
  Позволив воинам поиздеваться над курткой и кивером, я забрал их и пошёл наверх. Немного лукавства - кевлар и титан в моей одежде защитят и от пистолетной пули, что им какой-то меч. Но ходить в них жарко - лето. По пути попалось достижение местной цивилизации - туалет! В нём стояли глиняные горшки, куда справляли естественные надобности, а затем девки выносили их на двор и мыли. Вам смешно? Мне нет! Много лучше, чем справлять нужду за портьерами.
  В столовой застал Яниса, изучавшего ятаган и двустволку, не люблю давать их посторонним, но он теперь мой сюзерен. Увидев меня, он велел отнести мои вещи в баронскую комнату. Там грязно и темно, окна -маленькие квадратики, затянутые бычьим пузырём. Толстые вертикальные брусья требуют замены. В целом дом неплох, но страшно запущен. Граф, видя моё недовольство, утешает:
  - Домоправительницей здесь дочь старосты, можешь выгнать её и выпороть, но не до смерти.
  - А стекло здесь водится? - с раздражением показываю на окно.
  - Попадается, - улыбается Янис, - но дорогое и плохое. У меня дома лишь два окна застеклены.
  Тут возвращается Сибас и утаскивает брата. Беру Велию, двух воинов - сеньору-наместнику ходить без охраны неприлично и иду знакомиться с деревней. От дома сеньора на запад тянутся параллельно две длинные улицы, на север уходит одна, по которой мы приехали. Запах кузни ни с чем не спутаешь, а оружейная сталь даёт оценку общего уровня ремёсел. Велия показала дом лучшего мастера, куда мы и направились. Постучали, калитку открыла немолодая женщина и на нашу просьбу кликнула мальчишку проводить нас в кузню. Дом, забор, хозяйственные строения производили впечатление добротности и одновременно некоторого упадка. Видно последнее время за ними ухаживали постольку-поскольку. А вот кузню хозяин недавно обновил и сейчас гремел в ней молотом.
  - Отец, к тебе пришли, - крикнул парнишка в дверь.
  - Пусть подождут, скоро закончу, - прогремело в ответ.
  Велев всем ждать, вошёл в кузницу и подошёл сбоку к наковальне, где мастер ковал гвоздики для подков и смахивал готовые в ведро с водой.
  - Что сеньор20, не терпится, а подождёшь. - Кузнец довольно усмехнулся. - У меня заказ графа, докую и займусь тобой.
  - Я не спешу, - мужик мне понравился, с достоинством, но без наглости, - любопытно посмотреть на твою работу.
  - А что смотреть, какая сталь, такие и гвозди, - кузнец работал легко, в удовольствие, но не отрывал взгляда от наковальни.
  Увидев подобие пинцета, я взял один гвоздь, остудил в воде и стал рассматривать. И в институте, и после приходилось работать с металлом и в теории знаю, как делать. Поэтому комментирую:
  - Сталь неплохая, только недостаточно прогрета. Хотя для гвоздей этого хватит.
  Мастер бросил на меня уважительный взгляд, мол разбираешься, и продолжил работу. Я его не торопил - у него заказ, а с этим похоже сейчас не густо. Мне же было интересно осмотреть кузню - имелась пара задумок и требовалось оценить здешние возможности. Из погашенной печи достал уголёк - жирный, антрацит. Таким можно расплавить сталь, вот кирпич в печи плохой - крошится и наполовину выгорел. Инструменты хорошие, есть ножное точило, камень для волочения проволоки, напильники и резцы. Всё довольно качественное, я опасался худшего. Закончив работу, кузнец протёр каждый гвоздь, сложил их в сумку и вышел на воздух. Там отдал сумку пареньку и сказал отнести её сотнику. Мне же - я вышел следом, предложил пройти в дом, где и поговорить.
  Мы с Велией прошли следом за хозяином в дом и попали в светлую комнату, где стоял стол под скатертью и несколько стульев. Конечно, это не привычная мне мебель XXI-го века, но и не мастодонты из господского дома. Хозяин жестом предложил нам сесть и поинтересовался:
  - И чего вам угодно, господин хороший?
  - Для начала позвольте представиться, - улыбнулся я, - сеньор Нидар Дальтезе, наместник графа Яниса в этом баронстве.
  - Что дальтезе сразу видно, - начал он, - сеньор-наместник? С птичками собрались воевать?
  - Скажи прямо, нашёлся дурак на это дохлое место, - я решил сразу определиться, если люди мне не поверят, то будет архитрудно. - Да, хочу извести этих крылатых паразитов и надеюсь на вашу поддержку. Кстати, видел по дороге просыпавшийся жёлтый порошок, это не сера?
  - Она самая. Крестьяне ею дома и амбары окуривают, гоняют крыс и тараканов.
  - А где её берут?
  - В холмах через два дня пути на телеге есть место, подъезжай и греби лопатой. Впрочем, у старосты наверняка несколько мешков завалялось, да и у других справных хозяев найтись может. - Кузнец хмыкнул в кулак, не привык говорить с начальством на отвлечённые темы. - Сеньор Дальтезе, чем могу помочь, не про серу же ты зашёл узнать?
  - Как к тебе обращаться? - Я ободряюще ему улыбаюсь.
  - Кузнец Маргон, - он машинально протянул мне руку и растерялся.
  Пожимаю протянутую пятерню, - будем знакомы. А зашёл я узнать, можешь ли ты выковать такую сталь? - Медленно вытаскиваю шашку и кладу двумя руками перед ним на стол.
  Маргон внимательно её рассматривает, пробует ногтём и гнёт. Затем огорчённо:
  - Такую не смогу.
  - Почему? Чего тебе не хватает? - Хорошая сталь мне необходима, она основа многого.
  - Я довожу сталь до красного каления, - рассуждает вслух кузнец, - её надо много раз проковать для хорошего клинка, но такого качества не получить. Эх, поработать бы с жидким железом.
  - То есть печь плохая, - уточняю я и он кивает. - А если будет жар и до белого каления дойдёт.
  - Тогда будут и клинки, похуже твоего, но ненамного.
  - Где лучше такую печь строить? - разговор надо довести до конца, иначе это болтовня.
  - Дальше к воротам есть два пустующих участка, хозяева уехали. Можно дёшево выкупить их у старосты. - Велия громко хмыкает и Маргон поправляется, - Сеньор наместник, они давно не используются, и ты можешь их забрать21. Надо только пометить это у старосты.
  На этом мы прощаемся, охрана уже заждалась, но я под них подстраиваться не собираюсь.
  - Теперь к старосте? - спрашивает Велия, едва поспевая за мной.
  - Староста сам ко мне придёт, - опомнившись, сбрасываю шаг, - мне нужны плотники.
  Ну, птички, раз мне поручили вами заняться - мысленно потираю руки, - то берегитесь. К серьёзному побоищу надо подготовится, но парой гадостей одарю вас в ближайшее время.
  А с плотниками вышел облом - длинных досок у них не оказалось, то есть они были, но мало, зато стоили бешеные деньги. Удивительно, о нормальных двуручных пилах здесь не слышали. Одноручные были, но они часто ломались и быстро тупились. Но с этим я подожду - лесов рядом нет.
  - Я не поняла, что тебе нужно было у плотников, - поинтересовалась моя спутница.
  - Мне нужны длинные доски, хотел установить мостки на поле к птичкам, - ответил я.
  - У нас плетут из прутьев толстые маты и связывают их друг с другом. Пошли покажу.
  Мы вернулись от плотников на северную улицу, плетельщицы жили почти напротив кузнеца. Охрану я отослал поесть, а сам вошёл в калитку. В просторном саду сидели женщины и плели корзинки, циновки и толстые маты, примерно метр на метр. Кроме них там трое мужиков с телегами ждали заказанное. Они "поздравили" Велию с новым хахалем, говорили по-русски, чтобы я не понял.
  - Охотники и грубияны, - пояснила шёпотом мне моя спутница, якобы не замечая их.
  - Успешной охоты, много пуха и пера, - широко улыбаюсь, глядя на их перекосившиеся лица.
  - Охотникам нельзя такого говорить, - шепчет мне в ухо Велия.
  - Поэтому и сказал, - громко отвечаю ей, продолжая улыбаться.
  Мужики подходят и представляются, им хочется намять мне бока, но сначала надо выяснить, кто этот дворянин и откуда он взялся22. Представляюсь и с ходу расспрашиваю про охоту и птичьи привычки. Они рады сменить тему, и мы легко договариваемся о прокладке мостов для создания шести дорог в ближайшие два поля птичек. Ещё потребуется проложить с десяток дорог, но о них надо говорить в других деревнях. Далее заказываю срочное изготовление матов, их требуется свыше ста штук. Мне обещают сделать их за два дня, отодвинув большинство других работ.
  За калиткой к нам подскочил гонец, искавший меня, и передал распоряжение Яниса:
  - Старосты ближайших деревень съезжаются в дом сеньора, граф хочет представить им тебя.
  Возвращаюсь. За сегодня сделано немало, осталось озадачить старост и заняться личным бытом. Но вдруг предъявила претензии Велия. Оказывается, я не так отреагировал на "хахаля", не возразил и признал себя её любовником, хотя им не являюсь. Не понял, что её возмутило и предлагаю этой же ночью исправиться. Она делает каменное лицо, и требует перестать над нею насмехаться.
  К счастью, мы уже пришли и выяснение отношений откладывается. А вообще Велия мне нравится, искать подругу будет некогда, женщина же нужна. И дом надо отмыть, а ещё сменить обслугу, значит необходима домоправительница. А по-русски здесь говорят многие - переводчика найду.
  Крестьяне ждут меня во дворе - это мудро, не скажу, что они воняют, но попахивают. Их собрали лишь с шести ближайших деревень и пригласи эту четверть сотни народа даже в большую комнату, граф подверг бы моё обоняние тяжкому испытанию. Они явно делились на две группы. Большинство - невысокого роста, коренастые, с широкими курносыми носами, типичные крестьяне. Остальные - рослые, стройные с римскими носами, охотники. К ним относился и присутствующий здесь кузнец Маргон. Кстати, Янис и Сибас относились к третьему типу.
  Граф коротко представил меня и выразил надежду, что я справлюсь с бедою баронства. Народ тупо смотрел, ожидая услышать о зияющих впереди перспективах. Обойдутся. Я велел старостам деревень, ближайших к дороге, скосить стерню, сложить там костры и положить в них по два мешочка с серой. Сотникам выделить по десятку и до темна стеречь костры, чтобы никакой идиот их не поджёг раньше времени. Запалить же костры по утру, когда с холмов задует бриз - потечёт холодный воздух и погонит серный дым к птичкам. И так каждый день. А при северном ветре костры не зажигать. Ещё сплести две сотни матов и поручить охотникам проложить дорожки в птичье царство.
  Люди не то что обрадовались, но оживились - хоть какие-то разумные действия. Приехавшие затем отправились в трактир - в гостиницу. Два сотника представились и тоже удалились. Да ещё мне выделили десяток постоянной охраны, из них пятеро говорили по-русски. Остались только староста этой деревни и какая-то неопрятная деваха лет двадцати, весьма потасканная. Оказалось, это его дочь, и она - домоправительница в доме сеньора. И он надеется ... Я тут же на него наехал и запретил его хрюше приближаться к моему дому. А затем велел лично собрать всю шелуху от семечек, что налузгала дочка и её товарки. Не понравился он мне, но нельзя снимать, когда некем заменить.
  А место домоправительницы предложил Велии. Она почему-то задумалась, затем выдала:
  - Обычно на эту должность назначают бывших любовниц.
  - А я для разнообразия хочу здесь иметь сегодняшнюю.
  - Не надо смеяться надо мной, - взгрустнула вдруг она, - сеньоры предпочитают молоденьких.
  - А я люблю зрелых, таких как ты, - нежно обнимаю её за плечи.
  - Завтра найдёшь другую и меня пинком под зад.
  - Велия, завтра я поеду к птичкам, как ты думаешь - среди них найдётся хорошая любовница.
  Она засмеялась и обняла меня. После долгого поцелуя, обещаю:
  - Мне нужна хорошая хозяйка дома надолго, не справишься - останешься только любовницей.
  - Но мне придётся выгнать половину девок и слуг!
  - Хоть всех. В доме должно быть чисто и уютно.
  - Уговорил, - чувствую, она довольна.
  - Я сейчас к Янису, затем мне нужна горячая вода и чистое бельё. Поесть тоже не помешает.
  - Боюсь, меня не послушают, - вздыхает Велия.
  Подзываю десятника: - берёшь двух бойцов и идёшь с ней. На кого покажет - пороть плёткой.
  
  Сибас
  Входим в графские покои и Янис сразу плюхается в кресло, устал. Весь день в жутком напряжении и сейчас в невесть который раз анализирует нежданный подарок. Надо его отвлечь:
  - Отдохни. Два года мы получили, можем растянуть на третий, птичек он проредит.
  - Он их уничтожит, - вдруг утверждает Янис, - причём в этом году.
  - Почему ты так решил? - достаю три бокала и наполняю их вином.
  - Уверен. Он знает, что и как делать, - граф берёт бокал и делает маленький глоток. - а считаю я последующие варианты, и многое мне не нравится. Но ты прав, это будет осенью или даже зимой.
  - Вот видишь, есть время отдохнуть, - отпиваю половину бокала, я взял лучшую бутылку.
  - Я-то отдохну, - улыбается Янис, - а вот тебе придётся покрутиться.
  Почему-то его обещание не приводит меня в восторг, а Янис продолжает:
  - Ты останешься помочь Дальтезе, но учти - главный он, выставит тебя - уедешь. Надо разъяснять ему особенности поведения местных и гнать в шею моих советников и баронских сынков.
  - Думаешь, он с ними не справится?
  - Уверен, что справится! Прирежет и прикопает в Дурном болоте, - Янис пригубил вино, - только зачем нам куча трупов. Правда кой-кого давно следует похоронить.
  С этим понятно, сынки сразу почуют в нём конкурента, а некоторые советники графа списали сюзерена в расход и ищут нового хозяина. И кто-то уже нашёл. Но мой братец чего-то выжидает.
  Наконец входит наш новый наместник. Что в нём узрел Янис? По мне обыкновенный пришлый, изредка они к нам заезжали. Только те были купцы, а этот воин. Держится свободно, как равный, но вежливо. Дождался разрешения сесть, но бокал вина взял без спросу. Выпивает не спеша, до дна, затем достаёт блокнот и показывает Янису, я тоже читаю:
  Маты и мосты - 500 срб23;
  Укладка дорожек - 150 срб;
  Печь, кузнец Маргон - 200 срб.
  Янис звонит в гонг, он повсюду возит его с собой, и приказывает вбежавшему адъютанту принести походную казну. Вместе с нею всегда Аремиус, её казначей. Ему невыносима любая трата, и узнав о передаче казны (и его самого) Дальтезе, не скрывает своего недовольства. Но дисциплинированно произносит вассальную клятву, будучи придатком этой казны.
  - Нидар, тебе запрещены дуэли, - смущаясь заявляет Янис, - наглых дураков вышибет Сибас.
  - Почему! - Дальтезе вскакивает от возмущения.
  - Тебя могут убить. Или ты абсолютный мастер меча?
  - Не смогут, я хорошо владею клинком и у меня намного лучше оружие.
  - Против тебя могут выставить мастера и ему ты можешь проиграть, - Янис проверяет, есть ли у его протеже тайный козырь.
  - Если меня вызвали на дуэль, то оружие выбираю я? - Нидар явно успокоился и наливает вина, сначала себе, затем и нам. После кивка Яниса продолжает, - у меня в рюкзаке пара дуэльных пистолетов. Вряд ли здесь есть хорошие стрелки, а ими ещё надо уметь пользоваться.
  - Хорошо, - соглашается Янис, - но будет указ, где любой посторонний человек на территории баронств Высокие и Малые холмы считается преступником. Его следует арестовать или убить.
  И подумав, завершил: - на сегодня закончим, а завтра Сибас расскажет тебе о баронстве. Иди.
  Птички небесные
  ... Боже мой, сколько грязи!
  Эти проклятые птицы засрали даже потолок.
  Акт обследования чердака.
  Велия
  Одинокой женщине выжить сложно, перебиваться случайными подработками надоело, и когда Сиґбас крикнул - нужен переводчик с Руси24, то первой кинулась к нему. Язык я знаю с детства, на нашей улиґце все многоязычные, а позже несколько лет я работала у купца из пришлых. Была у него и переводчиком, и любовницей, и хозяйкой. Прекрасное было время, но его убили. Вернулась домой, а тут несладко. Не в поле же и огороде мне копаться. И вдруг сеньор-наместник!
  Плохо что мне не двадцать лет, у него от молодых девок отбою не будет. С другой стороны, он пришлый, а они такие чистюли, Лиханию - дочку старосты, наверняка из домоправительниц выгонит. А пока побегаю за ним как в молодости - к кузнецу, к плотникам, к плетельщицам. Охотники - индюки недорезанные, поиздеваться решили, моим хахалем его обозвали. При этом он странно на меня посмотрел, не будь я матерью взрослой дочери, решила бы - заинтересовался.
  А он действительно заинтересовался и предложил мне стать его любовницей и домоправительницей в доме сеньора. От таких предложений в моём возрасте не отказываются. Лиханию же он сходу турнул и старосте не дал спорить - сложно возражать, ползая на коленях и собирая шелуху от семечек. Быть этой дурёхе с поротой задницей. Но мне теперь надо срочно наводить порядок, слуги здесь совсем разбаловались и ничего не хотят делать. Совсем ничего, но мне не привыкать.
  Первая парочка попалась в коридоре, миловались. Представилась домоправительницей и приказала сходить на кухню и принести в покои сеньора-наместника какой-нибудь еды. Конечно, они стали изощряться в оскорблениях. Я хотела немного послушать, но воины прямо на полу им хорошенько всыпали. Затем я приказала им немедленно покинуть дом, а так как ночь, то переночевать на псарне (собак пока нет), утром же убраться совсем. Они ползали на коленях, умоляли простить, но с челядью нельзя давать слабины. Большинство слуг - подружки и приятели дочки старосты, такие же грязнули и лентяйки. Работать они будут спустя рукава, а посему пошли вон.
  Обстановочка оказалась удручающей, с трудом нашла трёх парней, которые натаскали воды в вёдрах, растопили печь и поставили их на неё. На кухне собственноручно побила повара скалкой, лишь тогда он нашёл и разогрел несколько лепёшек. Постельное бельё всё влажное, пришлось самой его сушить и перестилать. В комнате тоже холодно и сыро, но это не страшно - вдвоём не замёрзнем.
  Пока его нет решила помыться, но только залезла в лохань - он тут как тут. Смутилась, застеснялась как девочка, а он погладил мне грудь и предложил потереть спинку. Будто мы уже лет двадцать близки. И в постели был ласков, не спешил, как в молодость вернулась. И ещё. Многие хозяева после хотят спать одни, а ты катись в холодную кровать. А он меня не отпустил, хотя и устал.
  Утром его приласкала и подумала, как мне повезло. Хоть немного бы побыть его любовницей, а челядь я выдрессирую, на задних лапках ходить будут.
  
  Нидар
  Наверное, уже за полночь, а во мне всё крутится этот сумасшедший день. Ещё утром я был в заводи с Шейлой и дрался с файри, но кажется прошли века. Затем встреча с братьями и их предложение. Сеньор-наместник - это замечательно, но птичек очень много, истребить их будет нелегко. Сделаю. Главное - добиться борьбы от других. В любом деле основное - люди. И похоже они есть.
  Похоже, я задремал, но непривычное место и новые звуки разбудили меня. Сбоку прижалась Велия, разогрелась и вкусно пахнет. Не удержавшись, обнял её, и на меня закинули руку и ногу. Точно не девочка, погладил её от груди до бедра. Тяжело, зато приятно. С ней мне повезло, баба знающая и решительная. За какой-то час организовала мытьё, еду и спальню. Мне некогда заниматься домом и необходим в нём порядок. И в постели с ней хорошо, изысков и поз нет, всё просто, но как приятно.
  Просыпался я несколько раз и сам бы не заснул, а ходил бы по комнате. Но её тепло и уют снова погружали меня в сон. Проснулся по утру, дом ещё спал. Следовало встать ещё раньше, но зато выспался. Велия тоже проснулась, может не спала, или я разбудил. Ох, как приятно обнять разгорячённую сном женщину, слизнуть капельку пота с её кожи, прижаться к ней всем телом. Только этим утром мне наслаждаться некогда. В мыльне горячей воды, разумеется, нет, но летом могу умыться и холодной. Разжигаю печь и ставлю на неё ведро, женщине нужна хотя бы тёплая водичка.
  Поднимаюсь к себе, одеваюсь и слушаю. Полусотня уже поела и разъезжается по делам, братья-властители тоже встали и на улице шумит народ. А вот слуги в доме спят. Спускаюсь на кухню25 - ни души. Мой десяток ждёт во дворе, тоже не завтракали, настроение у всех злое и решительное. Идём по комнатам и плетями выгоняем челядь из тёплых постелей во двор. Почти полсотни перепуганных мужиков и баб. А утром здесь прохладно, с холмов дует бриз. Хочу помочь моей домоправительнице - с каждым разбираться долго, проще всех прогнать, кроме явно годных, и набрать новых. Холопок сразу в сторону - они собственность дома сеньора, не будут чистенькими и старательными - продадим. Остальных бегло осматриваю, грязнуль и неумех - вон, а оставшийся десяток попугал. И послал всех мыться. Ещё беру у Аремиуса деньги для Велии - пусть наймёт девок, надо вымыть весь дом.
  А на севере поднимается жёлто-серая стена и наклоняется к Дурным болотам. Впечатляет. Такого я не ожидал, надеюсь - сегодня отгонит птичек. Появляется Велия с кухаркой - здоровенной бабой, за которой семенят три дочки-помощницы. И сразу ведёт их на кухню. С завтраком придётся подождать, поэтому устраиваю своему десятку разминку, как нас учили в егерях. Зато потом на тарелках не остаётся ни крошки, разрешаю им небольшой отдых, а сам иду наверх за последними указаниями.
  Янис уже собрался и ждёт свой отряд - какие-то срочные дела и он спешит в Виртенн. Сибас же отводит меня в другую комнату, где расстилает на столе карту и рассказывает.
  "Южнее тебя находится другое наше баронство - Малые холмы. Там тоже дела неважные, ещё южнее - болота и тамошние бароны совершают постоянные набеги. Для защиты от них там постоянно держим две пятисотки, но этого мало. А больше нет, они в домене нужны26. Севернее тебя цепочка мелких Дурных болот, особой опасности оттуда не лезет, но и мелочи неприятности доставляют. За ними баронства герцогства Ноймер, их вассалитет номинальный, в основном грызутся между собой, но иногда отрядик пробирается на нашу сторону. На западе вдоль берега реки Ильнихты тянется серьёзное Дурное болото, но от тебя его отделяет глинистая пустошь. На восток от тебя виртеннский домен, а на юго-восток идёт дорога в город Тубрий, основной порт графства на реке Баграда. Он входит в твоё баронство, но не очень с этим считается. Выше по течению Баграды - вольный город Гудерий, там у нас подворье и три ряда на рынке. Продавать выгоднее там."
  Сибас усмехается и добавляет:
  - Но учти, туда караван должен иметь сильную охрану - пираты. И в Тубрий на твоей дороге она нужна - грабителей там хватает. Проще пускать обозы через домен - длиннее, но безопаснее.
  Сухопутные и речные бандиты меня мало смущают - наберу и вооружу сотню-другую, тогда сам их ограблю. Нужно только выяснить всё подробно. Но ничего говорю - сначала надо сделать.
  Сибас помолчал задумавшись и продолжил:
  "Теперь о баронстве - население около десяти тысяч дворов27, два народа - верау и марани, ты уже заметил. Первые - хорошие крестьяне, пашут от темна до темна, старательные, но немного вороватые, их надо держать жёстко. Бойцы они отвратительные, трусоваты и неуклюжи, даже ворота своего селения толком охранять не могут. И неопрятны, но тебе придётся это терпеть."
  И захохотал: - а грязнуль ты не потерпишь!
  - Конечно, не потерплю, - мысленно соглашаюсь с ним, - понастрою бань и заставлю регулярно мыться. А старосту с дочкой за грязь в моём доме - оштрафую.
  "Наоборот, марани крестьянствовать не любят, но воины они прекрасные и ремесленники неплохие. Давно, но после прихода пришлых наш прапрадед встретил семейство под сто человек и уговорил переселиться сюда. Дал им землю, освободил от налогов. Тогда болота севернее баронства были много меньше и оттуда часто приходили банды. Марани не верау, они встречали их на другой стороне болота и вырезали, а о крупных отрядах сообщали командирам дружины. С верау они редко смешивались, и в таких семьях большинство детей - марани28. Сейчас их полторы тысячи дворов и им особенно тяжко - воинов у нас достаточно, а в обнищавшем баронстве их поделки мало кто покупает. Кстати, твоя домоправительница - марани, хотя волосы не чёрные и сама далеко не тростинка."
  Далее. Люди живут в одиннадцати крупных сёлах и одном городе - Майдоре. Горожане почти голодают, там делалась одежда и обувь, весь цикл от сучения нити до шитья плащей. В прошлом году птицы склевали весь лён, немного удалось купить, но меньше четверти обычного урожая. И с кожами плохо - скотину нечем кормить. Сёла вытянулись параллельно Дурным болотам с востока на запад двуґмя линиями, в северной их шесть, а южнее - четыре. Ещё южнее, в холмах последнее селение - Латиша, там на реке много водяных колёс и соответствующие ремёсла."
  - Это какие соответствующие, - я попытался сообразить, - в голове крутились лишь мельницы.
  "Ещё есть десятка три мелких посёлков, на западе и востоке баронства. В каждом селении есть храм, но постоянных жрецов только четверо. Большинство магов уехало, но в Майдоре есть двое довольно неплохих. Янис им доплачивал, но теперь эта твоя забота. Кстати, можешь чеканить себе медную монету, в Латише были раньше станки, но номиналом не более одной пятой серебрушки."
  
  Катус, десятник, командир личной охраны наместника
  Чувствую набегаемся мы с новым наместником, но это лучше, чем охранять деревеньку в три двора. Сперва мы приехали на заброшенный участок, там Дальтезе начал объяснять печникам - ему требовалась печь для особых кирпичей, а из них сложить очень жаркую печь. Вы поняли? Я не очень, но мне и не обязательно. Несколько печников поехали в соседнюю деревню, где пеклись хорошие кирпичи, отобрать самые лучшие. А мы с двумя мастерами поехали на западный конец деревни, где жили самые бедные крестьяне. Там отобрал тридцать мужиков и баб, и поручил им накопать глины и тщательно перемешать с песком. Из полученной смеси налепить кирпичей строго определённого размера. А печникам следить за качеством - за хорошие кирпичи он заплатит, а за брак их будут пороть. И велел оставить двух воинов следить за порядком и наказывать по указанию печников.
  И тут же поспешил обратно. На обед всего полчаса, двух воинов послал отвезти еду на западный конец печникам и солдатам и предупредил - не задерживаться. А сам к кузнецам, мы хвостом за ним. Маргону и товарищам заказал железные бочки и хитрым винтом внутри - Дальтезе обозвал его архи медовым29. Они нужны для особых кирпичей, смесь для них вручную не перемешаешь. А завтра с утра поедем в Латишу, где их и будут делать. "Ну, всё - решил я, - теперь отдохнём." Как же!
  Наместник потащил нас в поле - проверить, как складывают костры. И потребовал от крестьян делать кучи ниже и шире, а главное - ближе к болотам. Не поленился проверить мосты и заглянул к птичкам - на земле кое-где валялись их тушки, немного. Но лиха беда начало. Сами крылатые паразиты только начали возвращаться - летали далеко и устали. Проехались до соседней деревни, где охотники устанавливали мосты к птичьим лежбищам. А вечером по возвращении провёл тренировку с оружием - мол, дела делами, а о воинском умении забывать нельзя.
  
  Сибас
  Янис уехал, а я решил немного отдохнуть - крутиться начну завтра. Но Дальтезе обязательно создаст вокруг себя бурю. Сначала меня попросила из дома Велия, ей поручили его вымыть и вычистить - толпа девок с щётками и тряпками уже приступили к работе. Лето, отдохнуть можно и на улице, но ко мне тут же побежал народ с жалобами. Нидар умудрился растормошить всю Вакешки - деревню, где мы остановились. Оказывается, здесь все умели выпекать кирпичи и требовали купить именно их продукцию. И требовали от меня, оказывается - его боялись. И правильно боялись!
  Наместник заскочил днём пообедать и напоролся на эту толпу. На вопли ткнул в первого попавшегося: - Образец есть? - Нет. - Пять плетей, чтобы не отвлекал понапрасну.
  Толпа ринулась в калитку, пытаясь её снести, осталось лишь несколько. Он взял кирпич, пальцы у него сильные, а глина не пропечена и стал его крошить. Крестьянин хотел оспорить, но не успел:
  - Ты их, что ли, из собственного дерьма печёшь? Десять плетей.
  Обломанный кирпич "случайно" упал на камень и раскололся. "Мастера" извиняясь и кланяясь поспешили вон, осталось двое. У них кирпичи были явно другие. Дальтезе обстукал один из них костяшками пальцев и спросил:
  - Сколько можешь поставить завтра к вечеру, и какая цена?
  - Две тысячи, пятнадцать серебрушек.
  Я хотел сказать, что дорого, но он поймал мой взгляд и покачал головой - молчи. А хозяину:
  - Привози на печное подворье на северной улице.
  Другой мастер сказал: - у меня только пятьсот штук, но я за них прошу двадцать серебрушек.
  Я схватился за голову, да этого наглеца он сейчас зарубит. А Дальтезе совершенно спокойно:
  - Привезёшь послезавтра десять штук, проверим.
  И ушёл в дом, обедать. Меня тоже пригласил, но я предпочитаю кушать попозже и в трактире.
  В Латишу я с ним поехал, но встать пришлось затемно. Зачем - не понял. Сначала он с Маргоном искал места и всё их не устраивало, но таки нашли. Затем осматривали машины для штамповки медяшек, тем явно нужен ремонт. Был у Яниса министр финансов из пришлых, толковый парень. Братец объявил его сеньором30, но вскоре тот был зарезан на дуэли. Он и предложил штамповать монеты, а не отливать. Попробовали на меди и здесь, оказалось удобно, но дело заглохло.
  Потом Дальтезе нашёл какую-то глину, уж чего-чего, а этого в баронстве хватает, и договорился со старостой, что пришлёт за ней несколько телег с корзинами. Я не выдержал и попросил объяснить - что мы тут делаем? А он протянул мне бинокль и сказал:
  - Посмотри, как красиво и как далеко видно.
  Глаза у меня с детства плохие, и я всегда завидовал сверстникам, а тут прекрасно всё рассмотрел. Насмотревшись, возвращаю ему бинокль, а он мне, - дарю, - и заспешил к лошадям. По дороге заехали в деревню, где копают серу. Крюк, но небольшой. Добыча серы - их барщина, но наместник пообещал немного доплачивать, если она будет чистая-чистая, без примесей. Я не выдержал и спросил:
  - Зачем доплачивать, ниже копают её мешками, а в кострах она прекрасно горит с мусором.
  У него, как и у моего братца, есть привычка не объяснять, но соизволил: - это для пороха.
  Не пойму, ружей нет, даже металла для них нет, а порох он собирается делать. Зачем? Отписал Янису, гонец за день доскачет до Виртенна, но ответит братец, в лучшем случае, дней через десять.
  
  Нидар
  Пятьсот асиев я спущу за пятьдесят дней и это в режиме экономии, надо срочно искать источники дохода. Но как мне не хватает времени! Хорошо, что хватает помощников, вот сейчас вернусь, а у Велии горячая вода и ужин. Пусть пока не баня, но вполне. И одежду к утру вычистят! Как это на Земле? Первые сто дней показывают на что ты способен. Нет у меня ста дней, даже пятидесяти нет. Сколько сера будет отгонять птиц? Когда им надоест летать далеко? Через десять, двадцать, если очень повезёт - тридцать дней. И тогда понадобятся ружья - сотня, а к ним стрелки и порох. На северной улице печное подворье видно сразу - и дым столбом и снаружи постоянно входят и выходят.
  Проверяю печи и кирпичи - нужны инструменты, эхоскоп и рентген, только где их взять. Подходит мужик - верау, но сравнительно чистенький и жалуется:
  - Я им говорю, кирпич с трещиной, лопнет, а они всё равно собираются класть.
  - А как ты определяешь?
  - Не знаю, просто вижу.
  Подхожу к строящейся печи, приказываю остановить работы и говорю мужику:
  - Показывай плохие кирпичи.
  Проверяю - по звуку, на излом, несильным ударом обуха. Затем прошу бригадира положить руку на кирпич и взмах шашкой. Нет, я его даже не поцарапал, но клинок прошёл вплотную, и мужик побелел. Объясняю, когда запустим печь, то за каждый треснутый в её своде кирпич буду ему отрубать по пальцу. За дефектные кирпичи пусть хозяева вернут деньги - брак за их счёт. Если в сложенных печах не уверен - пусть разберёт, пожалеет свои пальцы. Слышу шёпот: - давай этого умника, что видит трещины, придавим. Подзываю Катуса и показываю на болтуна, - двадцать плетей.
  И объявляю - за трещины в печи отвечают не только мастеровые, но и изготовители кирпича. Имуществом и головой. Эти печи нужны, чтобы получить металл для ружей и уничтожить птиц. Всех мешающих считаю вредителями и буду безжалостно наказывать - виновного на кол, семью на невольничий рынок. Также накажу тех, кто слышал о готовящемся преступлении и не предупредил.
  Все внимают, а аккомпанемент из воплей наказываемого, помогает усвоить. Вроде прониклись.
  Собираю бригадиров и требую - каждую печь делать из одной партии кирпичей, если не хватает - из двух. На малые партии обязательно моё разрешение. Людей хватает - работать круглосуточно в три смены. Найти повара - горячая еда днём и ночью. Вызываю сотника - на печном подворье постоянно дежурит десяток, посторонних гнать вон. А дежурство в поле передать второй полусотне.
  А про себя думаю - командир руки даже не представился, как бы не стал мешать. И снова к птичкам - бедняжки устали. Вон горностай прыгнул, она взлетела, но через несколько шагов опять села. Выхожу назад в поле и указываю крестьянам - ставить костры чаще и класть серы больше.
  Теперь домой, мечтаю отдохнуть - ещё не стемнело, а все дела сделаны. Ополоснусь, поем и к Велии под бочок. В мыльне всё на месте - горячая вода, лоханки, чистая одежда. Ремни с оружием и кошель отдаю ординарцу, пусть отнесёт в комнату, складываю одежду на лавку и начинаю мыться. Какая-то девка из холопок мне помогает, но так неуклюже, что прогоняю её. Вот Велия умеет, но у неё сейчас много дел, да и не ждёт она меня так рано. В комнате на кровати сидит молодая девка, накинутое полотенце ничего не скрывает, симпатичная и чистая, пахнет свежестью.
  - И что ты здесь делаешь? - интересуюсь, наливая себе воды, - и кто ты?
  Я Илона, дочка Велии, у матушки начались месячные, - девица скидывает полотенце.
  Хочу её прогнать, но это обидеть Велию, да и девочка понервничала, ожидая меня. Поэтому молча ложусь - мой отдых накрылся. Нет, он не просто накрылся! Откуда в здешних краях могут знать Камасутру, но именно ею она меня "угощает". А мне скучно! И все её старания напрасны - техника прекрасная, молодое тренированное тело, явное желание, но чего-то не хватает. Надоело. Переворачиваю её, вхожу сзади и кончаю. Лежим рядом, стараясь не касаться друг друга.
  - Тебе не понравилось? - спрашивает Илона. - А что я не так делала?
  - Всё. - Отвечаю. - Скучно и утомительно.
  - А с матерью лучше? - девица возмущена. - Она же старая.
  - Лучше не то слово. - Только не улыбнуться. - В бою опытный воин стоит трёх молокососов.
  - Мне больше сюда не приходить? - а она огорчена и немного обижена.
  - Почему же, приходи иногда. И забудь эти упражнения, им место на плацу, а не в постели.
  Илона пробует сдержаться, но не выдерживает и смеётся. Обнимаю её и целую. Всё, мир, обиды нет. Мы ещё полежали, и она захотела уйти, не привыкла спать вдвоём с мужчиной. Прошу позвать мать, вот она-то умеет. Велия вскоре появляется и начинает объяснять, что ей сегодня нельзя.
  - Мне без тебя неуютно, - отвечаю, - а после Илоны я могу только смирно лежать.
  Она смеётся и забирается под одеяло, сразу становится жарко. Усталость уходит, и я засыпаю.
  
  Следующие дни слились для меня в одну бесконечную поездку. Сибас отсиживался дома, впрочем, мне он не был нужен, а ему обо всём докладывали. При редких встречах он шутил:
  - И сколько печей теперь коптят небо, когда они заменят серную завесу?
  А мне не до того, мой мозг стал компьютером, без эмоций глотающий информацию.
  Возле деревни Митара добывают уголь - копали, где попало и выгребали сколько получится. Пробил в холме шесть штреков, организовал бригады, для них выковали хорошие инструменты, а все ямки и ямочки приказал засыпать. Угля стало больше, часть людей освободилась, - построил печь и научил их варить стекло.
  Три деревни на западе работают на медном руднике - то есть копают богатую руду и ищут в ней самородки. Построил печи и пошёл металл, не только медь, но и цинк, и серебро, а в придачу четверть таблицы Менделеева. Копание запретил - имеющихся отвалов хватит на сто лет.
  Вернулся в Латишу, там починили машины, чеканящие монеты и даже их улучшили. От меня требовали медь, привёз им пять телег - это около двухсот асиев. Сибас узнал и ужаснулся.
  Позвали в деревню Хожаево - просили (!) поставить им печи, там их мастера варят латунь31 и стекло. Теперь все ингредиенты у них есть, нужны только печи.
  Возле деревни Домушки стали строить первую домну, крохотную - на 16 тонн, но настоящую.
  
  Сибас
  Поездка в Латишу стала единственной с Нидаром. Ездить с ним оказалось бесполезно, я мало что понимал. Да и незачем мне скакать туда и обратно. Обо всём мне доносили во всех подробностях - наместник ничего не скрывал. Только сам он высох и потемнел, и я заставил его сутки отдохнуть, а затем поехать в Майдор. Туда должен был заглянуть Янис, да и городом давно надо заняться.
  Отдых он понял по-своему, встал не затемно, а попозже, но раньше меня. Проехал до дальнего конца деревни и направился в поля. Хорошая вещь - бинокль, не надо пытаться быть рядом. Залез на крышу и любуйся, видно далеко-далеко. Дальтезе подъехал к кострам, нацепил на голову страшную морду32 и полез к птичкам. Вернувшись от них, поехал к воротам на северную улицу, значит - решил посетить печное подворье. Я велел седлать лошадь, тоже загляну туда.
  Был здесь недавно, а как всё изменилось. Три ряда многозевных печей работают круглые сутки, кирпичи в больших корзинах сложены под навесом. Вдоль печей неспешно расхаживают мастеровые, следят за её работой - за брак серьёзно наказывают. Один из домов снесли, а другой отремонтировали, рядом навес, под ним стол и лавки. Из-за дома тянет вкусным - повара тоже готовят круглосуточно. Для мастеровых еда бесплатно, а остальным - за небольшую денежку. Трактирщик сильно недоволен, но спорить с наместником боится, тот щедр на наказания.
  Под навес заходит строитель из Майдора, у него в руках тарелка со щами. Он уже несколько дней ждёт наместника, надеется получить заказ на перестройку дома сеньора. А пока помогает чинить печи за еду и крышу над головой - в городе голод. Я в очередной раз загадал, как поступит с ним Дальтезе и решил - турнёт. Но надежда у парня есть - я пока ошибался.
  Вот и наместник, и сразу к дальнему ряду печей, там выпекают тёмные кирпичи, держащие сильный жар. Мастер ведёт его к маленькой печке, а мастеровой щипцами достаёт из неё стальной прут - есть белое каление. Нидар бегло осматривает кирпичи из других рядов и идёт к нам под навес.
  - Как дела? - мой дежурный вопрос.
  - Четверть птичек сдохла, а я за них ещё толком не взялся, - сегодня он изволит отвечать.
  Откуда он знает, что сдохла именно четверть? А ведь как-то посчитал. Дальтезе удивительно похож на Яниса, не внешне, а манерой поведения. Те же короткие ответы, лишь изредка подробно, как сегодня. И та же безжалостность к себе. Но сегодня хотя бы поест не спеша.
  После обеда строитель сразу подсел к Нидару. Тот не турнул, а внимательно рассмотрел проект и вздохнул - сейчас на это денег нет. Строитель спал с лица, он жил надеждой на этот заказ. Зато наместник заказал ему две бани - себе и для северную улицы. Для неё он выделил часть подворья.
  Опять я ошибся, научусь ли когда-нибудь угадывать. А кстати:
  - Дальтезе, большинство на этой улице - марани. Верау обидятся - почему им, а не нам.
  - Вот и замечательно! Обидятся - построю им тоже, тогда будут регулярно мыться.
  - Мытьё будет платным? - тут тот ещё народ, за грош удавятся.
  - Нет, но платным будет обслуживание. С каждого двора по четверти серебрушки ежемесячно.
  Смех возник помимо меня - можешь не мыться, а денежку плати, верау попрут в баню семьями.
  
  - Нидар, ты обещал сегодня отдыхать, - спрашиваю, когда он проехал мимо дома.
  - А я что делаю, - отвечает с ленцой, - хочу храм посетить, раньше никак не получалось.
  Зачем? Пришлые не религиозны, как и мы. Да, боги есть, но в повседневную жизнь они почти не влезают. Лишь, когда возникает надобность, идём в храм. Например, с соседом можем годами не общаться, а когда нужно пересечь его земли, то пишем письмо и прикладываем подарок33.
  В храме он заказывает защитные знаки на серебре. Это эффективная защита от нечисти и нежити, но она нужна одиночке, а на большой отряд такая дрянь не нападает. Да и встречается у нас она редко, хотя он лазает в Дурные болота, а там всякое может встретиться.
  Из храма опять к Дурному болоту - на поле тренируется сотня молодых мужчин. Установили чучела в рост человека и отрабатывают удары. Шашки у них учебные, но это далеко не первая тренировка, и когда Нидар их набрал? Сам он едет к птичкам, под ногами выстелены дороги, въезжаем прямо на лошадях. Большинство птиц ещё где-то кормится, но хватает и прилетевших. В них мечут камни руками и из пращи, и часто попадают. А упавший подранок - добыча мелких хищников.
  - Полсотни метателей камней - это огромная сила, - издеваюсь я, - трепещите птахи.
  - Стрелок должен уметь попадать в цель изо всего, - он удивительно спокоен, - а ружья будут.
  Вернувшись на поле, мы видим подъехавшие телеги - крестьяне споро раскладывают костры и заправляют их серой. Видно, всё это уже отлажено, но Дальтезе всё равно проверяет, а затем говорит:
  - Нам крупно повезло, что пока не было северного ветра, ещё бы несколько дней.
  - А что за эти дни изменится?
  - Появятся ружья, - он усмехается, - и трубы.
  - Какие трубы? - хочу крикнуть ему в ухо, но молчу, он же не ответит, как и Янис.
  Возвращаемся домой, он задумался и молчит, а я привык - Янис тоже молчит часами.
  
  Нидар
  Храм невелик - восьмиугольная башня с куполом, чуть выше двухэтажного дома. Он посвящён сразу всем богам, их барельефы на стенах в нишах. В центре скромный алтарь, рядом жрец, после короткой молитвы я даю ему серебряные пластинки и прошу выбить на них защитные знаки. И пожертвование - плату за работу. Поговорить с ним не получилось - он плохо владеет Руси, а я ещё учусь всеобщему. Еду проверить набранных бойцов, у них сейчас тренировка, а завтра в Майдор.
  Волнуюсь, придётся решать острые проблемы, а как - я не знаю. Горожане голодают, я утром отправил возы с зерном, но это на несколько дней. Основой урожай впереди, если его не склюют эти паразиты. Командир руки так и не проявился, и две полусотни тоже не прибыли в Вакешки, проигнорировав приказ. Так что у меня лишь две полусотни - третья прикрывает Латишу. Я набрал дополнительно три полусотни, но их ещё учить и учить, оружие и лошадей для них обещал привести с собой Янис. Поэтому до Майдора им идти ножками с учебным оружием, зато какая-то охрана обозу.
  В городе стоят караваны купцов, они везут товары болотникам, я их не пропускаю, надеясь забрать продукты. Хотя формально не имею права. А ещё надо собрать и провести обоз в Тубрий, что тоже не просто. На дороге хватает разбойников, и городская власть намеревается закрыть нам въезд в город. С двумя же полусотнями и без ружей хрен его возьмёшь.
  Самое неприятное - решать придётся на месте экспромтом. Но служба егерем и работа свободным разведчиком меня этому научила. Гораздо большее беспокойство вызывает погода. Вдруг завтра поднимется северный ветер - здесь я что-то ещё смогу сделать, а без меня часть полей будет уничтожена. И Латиша! Многие знают - там делают деньги, банда болотников может рискнуть, а одной полусотни для защиты мало. Село растянулось вдоль речки и распалось на десятки хуторов, их не защитить. Главная беда - нет толкового заместителя, а на всё меня не хватает.
  С этими мыслями сажусь на коня, ко мне пристраивается Сибас, и во главе аж сотни конницы трогаемся в путь. В Мавире, самой восточной деревне баронства, к нам присоединяется её староста. Он выполнил мою настоятельную просьбу - отправил в Майдор всё зерно, кроме неприкосновенного запаса. За него я хорошо заплатил, но если птицы склюют урожай, то цены вырастут многократно, и его крестьяне останутся ни с чем. А вот если птички не прорвутся к полям, то деревня закончит год с хорошей прибылью. И он пробует получить от меня гарантии, хотя их дать невозможно.
  После привала беспокойство заставило меня поспешить догнать обоз. Он ждал меня перед мостом, и командир охраны доложил о неприятностях. Одна из полусотен, отказавшихся мне подчинятся, попыталась напасть на них. Правда, атаковало меньше половины - остальные маячили сзади, но двадцать опытных вооружённых всадников - это серьёзно. Охрана имела вилы и косы, надетые копьём. Выстроившись в линию, они не пропустили нападавших к обозу, а стрелки камнями их отогнали. Но теперь они ждут за мостом, обеспечить переход он не может и решил дождаться меня.
  Объяснять, как организуется переправа, я не стал - в другой раз, а перевёл через мост обе свои полусотни, затем "стрелков", а за ними обоз. На меня они нападать не стали, а ушли на рысях в город. Сибас возмущён - это уже мятеж, сотника надо посадить на кол.
  - Дело хуже, - возразил я, - главный преступник - командир руки, сотники у него на подхвате.
  И добавил, - прозевал, надо было сразу хватать его.
  Прямого нападения я не боялся, но как сберечь обоз? - противник нашёл моё уязвимое место. А я их - денег на еду у них нет, а бесплатное кормление - это грабёж и к моим пяти полусотням добавляется городская стража. Поэтому не будем выяснять отношения, размещу обоз под охраной и иду хватать преступников. А Сибас своим присутствием подтвердит законность моих действий.
  
  Позже выяснилось, что бургомистр - толковый управляющий, пекущийся о своём городе. Но в первый момент мне захотелось его придушить - зрелый мужик, а ноет и чуть не плачет. Рассказывая, он перескакивал с пятого на десятое и мне долго не удавалось его понять. И говорил сразу обо всём - о нехватке продовольствия, о хамстве пришедших вчера солдат и разгроме рынка, об отсутствии в городе работы, о требовании командира руки вскрыть неприкосновенный запас и передать войскам.
  Обоз я оставил на большом постоялом дворе, рядом с караванами пришедших купцов. Там для защиты хватит двух учебных полусотен, нападут - вмешается полусотня городской стражи и охранники караванов. Двум другим полусотням и полусотне стражи велел блокировать трактиры, где веселились мятежники. Внутрь не соваться, а вышедших подышать воздухом хватать и в погреб. Сам же с двумя полусотнями - учебной и стражи, а также личной десяткой пошёл в гостиницу, где разместился рука с сотниками. Своим людям приказал - действовать жёстко и решительно.
  Караул у входа в гостиницу отвлёкся на двух мараниек - они решительно стали раздеваться на середине улицы, громко сомневаясь в мужественности солдат. Подбежавших приложили мордами о брусчатку мостовой и связали. Шуму вокруг столько, что несколько коротких вскриков никто не услышал. Двое в холле сбиты на пол огромными собаками и скручены. Далее врываемся в комнату, где заседает штаб, заламываем им руки за спину до боли, и в рот кляп.
  Солдаты заперлись в двух комнатах, надеясь дорого продать свои жизни. Хрен вам. Взламывается дверь и внутрь влетает горшочек с горящей серой. И разбивается о пол. Выдержать эту вонь невозможно, а выскакивающие тут же получают по голове. Господ офицеров, включая десятников, отвели в тюрьму, где приковали к стене. А солдат из гостиницы - в погреб34. Солдаты в трактирах сдались сразу - оставшиеся с ними десятники объяснили всем, во что они влипли. Мятеж провалился и теперь Сибас будет всю ночь допрашивать виновных, а Янис завтра их судить.
  Мне же остаётся заняться своими делами, но лучше немного побездельничать. Иначе я наломаю дров и разгребать придётся долго.
  В Майдоре. Дуэль
  ... городское веселье заразительно,
  для него не нужны поводы.
  Достаточно площади и пары музыкантов
  Селянин
  Нидар
  Рабочие вопросы, что касались меня, решены за полчаса. Городские и мои чиновники будут спорить до полуночи. В городе есть графское подворье и особняк наместника, в последний я и перебрался со своей десяткой. Там нашлась небольшая банька, где я вымылся - за день провонял лошадью. Мои покои - несколько комнат и балкон, обставленные явно пришлым. Служанка подтвердила - особняк два года снимал купец из Твери, но он уехал. А наместники заглядывали редко и никогда не ночевали.
  В шкафу нашёлся его костюм, слегка великоватый, но зато под мышкой имелось место для кобуры, а в рукавах - ножны для стилетов. Переоделся, меня теперь не узнают. И предупредил Катуса, а то поднимет тревогу - наместник пропал. Он пытался навязать мне охрану, но я заявил - это моя ночь и бояться надо меня, спрыгнул с балкона и ушёл. Во мне бушевала юношеская радость и ощущение свободы.
  Город принял меня, позволив раствориться в его улочках. Он жил своей жизнью, силясь забыть о голоде и немного повеселиться. В кафешках продавали морс, засахаренные ягоды и печенье. Играла музыка, гуляли парочки и ищущие себе пару. Я тоже направился к миленькой девушке, но разглядел зрелую женщину под мороком. С ней я бы пофлиртовал - красивая, но маска меня обидела.
  Файри дали мне кусочки своей магии, но не хватало учителя. Меня мягко влекло, и я шёл, улыбаясь призывным взглядам и ни о чём не думая. Почудилось пение файри, но что им тут делать
  - А вот клиент подвалил, - раздался грубый голос, - гони кошель и всё ценное.
  Я в тёмном переулке - три бандита прижали к стене молоденькую девушку, порвали ей платье и изгаляются. Классическая мизансцена, но что-то в ней не то, хотя бандиты самые настоящие. Один из них попёр на меня, играя ножом и ухмыляясь - я выгляжу безоружным. Рывком сближаюсь с ним - бандит орёт, лёжа на земле, его рука выгнута в локте вовнутрь, а нож по рукоятку вошёл ему в бок. Вожак схватился за кинжал, но поздно - стилет у него в сердце. Третий - молодой парень, побежал, но я догоняю его и стилетом полосую ягодицы. С воплем он прибавил ходу. Порядок - девушка не видит моего лица и есть несколько мгновений на размышления. Что мне показалось странным?
  Девушка их не боялась! Она им подыгрывала, и захоти - сразу прекратила бы этот спектакль.
  Она менялась! То выглядела совсем юной девушкой, то женщиной, вкусившей жизнь.
  А ещё музыка файри и их ни на что не похожий запах. У Шейлы он другой, но эта тоже файри.
  Подхожу к ней и предлагаю, улыбаясь, - пойдём отсюда, милая. Кстати, как тебя зовут?
  - Мьяна, - она улыбается в ответ.
  - А на самом деле, среди файри?
  Растерянно она выдаёт длинную мелодию. Не знаю их языка, но кое-что сказать могу. Начало мелодии - название Дома, у Шейлы он другой. Длина мелодии говорит о статусе - чем короче, тем выше. Сравните - сестра принцессы и младший помощник второго дворника с западного двора.
  Мы идём по центральной, кое-как освещённой улице. Молча, вокруг лишние уши. Выбрав момент, Мьяна предлагает, - пойдём ко мне, я сняла неплохой номер в гостинице? - Киваю, - идём.
  Войдя в номер, она спрашивает, раздеваясь, - неужели ты не боишься файри?
  - А чего вас бояться? - следуя её примеру, снимаю лишнее.
  - Считаешь нечего? Смотри! - передо мной демона с острыми зубами и когтями.
  - Разве мы сюда драться пришли, - изображаю удивление.
  Она улыбается, - подожди, я быстро, - и скрывается за дверкой.
  Ванных здесь нет - ведро с водой и полотенца обтереться. Раздеваюсь, ложусь на кровать и творю смерчик - ура, удался! Раньше он получался через два раза на третий и ненадолго. Хотя рядом с файри много энергии, и я её легко использую. Интересно, как она отреагирует на этот фокус?
  Никак. Она задула его и легла на меня, мы ведь не болтать сюда пришли. Женщины в постели все разные, что у людей, что у файри. Мьяна разогревалась долго, но когда она вспыхнула, то чуть меня не сожгла. Я уже больше не мог, но она умело раскрутила меня на новый раунд. И ещё раз. И ещё. Мне хотелось запросить пощады, но вдруг включился браслет принцессы и наполнил меня. Чем - не знаю, но Мьяна вскоре взмолилась: - Достаточно. Замечательно, прекрасно, но хватит.
  Мы лежим рядом, остывая. С ней хорошо, но это не Шейла. Да она в чём-то лучше, более умелая, чувствуется опыт тысяч лет. Я мог бы увлечься ею, но - место занято. Мьяна берёт мою руку и браслет резко выступает над кожей.
  - Только не снимай, - он стал частью меня и страшно его лишиться.
  - А я и не смогу, - успокаивает меня она, - снять его теперь может только твоя подруга.
  И задумавшись добавляет, - а мне не повезло, подходящий мужик занят. Будь я человеческой женщиной - отбила бы, и совесть не мучила. Но для файри это невозможно.
  - Объясни, зачем вам люди?
  - Не хочу, когда-нибудь твоя девочка тебе объяснит, - она повернулась и поцеловала меня, - а вот про браслет расскажу, эти дурёхи вряд ли что путное смогли сказать.
  - Они сказали, разбирайся сам, - я рассматриваю лежащую Мьяну, красивая чертовка.
  - Файри не болеют и регенерируют самые страшные раны. Или сразу умирают. Но от медленного угасания, - она изучала браслет - спасает только он. А этот принадлежал твоей подружке.
  - Успокойся, - остановила меня Мьяна, - он ей больше не нужен. Вы обменялись частичками себя, и браслет включился для тебя. Он добавил немного здоровья и магической энергии, а главное - ты можешь лечить и заживлять раны. Подержи над больным местом руку - энергия сама потечёт.
  Моя подруга встала и начала одеваться, - поспешим, ночь продолжается, и её нельзя упускать.
  А моя ночь закончилась, пусть я на удивление бодр и энергичен, но впереди - обычные дела. Город затихал - закрывались последние ночные кафешки, уходили редкие парочки, гасли фонари. Скоро рассвет, но пока тьма сгущается, подгоняя запоздавших путников. Мне тоже пора поторопиться.
  - Сеньору не нужна подружка на ночь? - тонкий голосок остановил меня.
  Молоденькая девушка, скорее ещё девочка, похоже это её первый выход на панель, и она стесняется. Взять её служанкой? Но я совсем не знаю домоправительницу, может получиться хуже. Даю ей большую серебряную монету, глажу по головке: - беги домой, а завтра купишь себе поесть.
  Девчонка схватила монету и только пятки засверкали, а я смотрю вслед - как таким помочь? И заспешил к себе - надо хоть немного, но поспать.
  
  Сибас
  Полночи я не спал, допрашивая мятежников. Искал заговор, а нашёл кучку идиотов. Подождали бы немного и получили вожделенное повышение. Нет, попытались снять наместника, не ведая о его успехах. И Майдор грабанули, когда бургомистр изо всех сил спасал его от голода. Дурость, просто дурость, но нарушение вассальной присяги карается смертью. А другие не сообразили вовремя отойти в сторону. Два кретина погубили себя и сломали жизнь десяткам других.
  Выхожу из душного допросного подвала на воздух и продолжаю злиться - такую ночь потерял. Гулять поздно, а спать - не усну. В Майдоре интересные люди - они продолжают веселиться, когда смерть у них на пороге. Наверное, даже в голод их кафешки будут работать - стакан воды и сухарь найдутся всегда. Моя охрана, как всегда, держится в отдалении - три независимые компании.
  Ухожу с освещённых центральных улиц, сегодня меня раздражают парочки и гулящие женщины. Я не импотент, но детей у меня никогда не будет; в постели я состоятелен, как обычный мужчина - если приму стимуляторы. Кстати, шлюх заметно больше, чем раньше, кушать всем хочется.
  - Сеньор, не хотите оттянуться? - предлагает сиплым голосом странный тип, - у меня замечательный рубач35, мгновенно унесёт в страну блаженства. И всего двадцать серебрушек порция.
  Даю монету и проверяю завёрнутою в вощёную тряпку пластину, не обманул и ухожу. Рубач в нашем графстве, как и во многих запрещён. Продавцу грозит смертная казнь, да и простому покупателю не поздоровится. Меня занесло к большому постоялому двору, где караваны вполне могут везти эту дрянь болотникам. Те и не такую гадость заказывают.
  Захожу в тень и слушаю, мой человек проследил продавца. - Возчик купца Леграна, он и ещё двое приторговывают наркотиками. Жалуются, цены за стоянки подняли, а к болотникам не пускают. Завтра пойдут с челобитной к Янису и собирают взятку наместнику. По слухам, торгуют дурью и другие. Спускать это безобразие нельзя, но своих войск у меня нет, а отвлекать Яниса негоже. Хотя есть наместник, а у него здесь пять полусотен и городская стража. Заговорщиков он скрутил лихо. А теперь домой отдыхать, Янис приедет днём, но Дальтезе лучше озадачить с утра.
  С утра пораньше поспешил к Нидару - купцов надо скорее арестовывать, да и наместника хотелось разбудить. Не вышло, он уже встал и собрался завтракать. А мне час пришлось выкладывать всё про купцов, приведших караваны. На постоялом дворе тем временем взяли с поличным моего сиплого знакомца и его подельщиков. Рядом орал купец Легран, а за ним стояло два десятка охранников.
  Но наместник привёл с собой две сотни, которые скрутили всех из подозреваемого каравана и начали обыск. Вскоре нашли наркотики, яды и инструменты для жертвоприношений богине Кали - это у нас карается смертью. Наместник разыграл целое представление и запугал купцов. Те были рады отделаться штрафами, продали по низкой цене большую часть товаров, включая продовольствие и половину возов с буйволами. Трое купцов вообще распродали всё, но зато закупили у Дальтезе зеркальца, посуду и бижутерию. На этом они неплохо наварят и оправдают поездку.
  Леграна и ещё одного купца казнили, с ними ещё десяток людей, остальных виновных отправили дробить камень - баронству нужен щебень. В городе же устроили пир, много роздали в харчевни и кафешки, чтобы кормили бесплатно. Удастся сохранить урожай, город оправится.
  
  Катус, командир личной охраны наместника
  Вчера мы быстро и малой кровью подавили мятеж, а сегодня утром разделались с купцами. И как! Те попались на наркотиках и с радостью отдали зерно задёшево. Мы и расслабились. У наместника хватает забот, следить за всеми положено нам. Увы, воин телохранителем не сразу становится.
  Подъезжаем мы к графскому подворью, на крыльце Янис с двумя баронами, к нему поспешил Сибас, а Дальтезе не торопясь спешился за воротами. Тут передним вырос баронский сынок:
  - Ты не можешь быть наместником, ты недостоин - он подавился и сунул Нидару перчатки.
  Понятно, недоносок провоцирует Дальтезе на дуэль. А наш сеньор брезгливо, двумя пальчиками взял их, - что это за грязь? - и уронил в лужу. Потом поднял голову и будто только сейчас увидел противника: - а это кто такой? Чем от него пахнет? Козлом?
  Послышались смешки. Прямого оскорбления пока нет, но сыночку оно уже не нужно.
  - Я, Гортан ас-Миар, барон Терлуга и ...
  - Неужели, - перебивает его Нидар, - а я считал бароном Терлуга твоего отца. Или я ошибся?
  Тончайший намёк на отцовство, но сынок закусил удила и тупо следует исходному сценарию.
  - Я вызываю тебя на дуэль. - Поднялся шум, для вызова необходимо указать повод.
  - В круг, - Дальтезе вынимает шашку и выходит на середину двора.
  - Я ставлю заменителя, - кричит Гортан срывающимся голосом.
  А это нарушение правил, ставить заменителя может только вызванный и то не всегда. В толпе поднимается шум, а Нидар и Янис обмениваются взглядами.
  В круг входит мужчина, типичный заменитель, вооружённый узким мечом. На его счету десятки дуэлей и убийств, он пахнет опасностью и смертью.
  - Тебя купили убить меня? И за сколько? - лезвие шашки Дальтезе лежит на левой руке.
  Да, и я убью тебя. 50 асиев, - заменитель удивлён, жертва треплется с ним о ерунде.
  - Не верю, у щенка нет таких денег, - наместник делает полшага вперёд и пружинит коленями.
  - А вот нашлись! - Убийца достаёт из кармана тяжёлый кошель и показывает его всем.
  На долю мгновения он отвлёкся, длинный шаг Нидара и удар прямо с руки, рассекающий горло. А левая блокирует опоздавший взмах меча. Заменитель падает - он умер, не поняв этого.
  - Убийц надо убивать, - в кромешной тишине только голос наместника, - для них нет правил.
  - А трусы, нарушившие дуэльный кодекс, подлежат пожизненному изгнанию, - заявляет Янис.
  Отец Гортана, опустив голову, смотрит как волокут его сына и кидают к крыльцу. Зачитывается указ - теперь сын барона Терлуга никто, он лишён родового имени и завтра покинет графство.
  
  Нидар
  Очередная схватка выиграна, но удовлетворения нет. Баронский сынок - просто дурак, надо выяснить типичные провокации, и заготовить экспромты. С убийцей надо играть по своим правилам, то есть убивать на месте. Узкий меч - прообраз шпаги, в бою он мало эффективен, но на дуэли опасен. Вот ещё головная боль - баронские сынки, сколько их?
  Янис уходит в дом, позвав меня. Приказываю Катусу обыскать оба тела, мёртвое и чуть живое, это превышение прав, но кто мог возразить ушли в дом. А баронский сынок подглядывал в бумажки - обыск оправдает себя. Я же поспешу, негоже заставлять себя ждать. Вхожу, успел. Янис во главе стола, указывает направо - бароны, наместники, налево - Сибас, советники. Передо мною садится крупный мужик в броне и мы здороваемся36:
  - Аргело, наместник Малых холмов, твой сосед. А по делу - командир пятисотки.
  - Нидар, рад познакомиться.
  Взгляд Яниса, и мы умолкаем. Граф зачитывает свежий указ:
  "Заменительство при дуэлях запрещено, исключение допускается только для близких родственников - сын или брат. При попытке выставить заменителя последний должен быть казнён, желательно до дуэли, если не получилось - то после, независимо от её результата." Это предварительный текст, но смысл ясен. И будет расширен список нарушений дуэльного кодекса, за которое полагается изгнание. Подтверждается запрет посещения территорий баронств Высокие и Малые холмы. Наместник имеет право любого постороннего казнить только на этом основании.
  Далее - мятеж Руки. Нарушив мой приказ, он не принёс наместнику Высоких холмов вассальную клятву. Вместо этого уехал в Майдор, откуда стал интриговать против наместника, склонил двух сотников к своим интригам и разорял город своими претензиями. Наместник Нидар, что скажете?
  - Виноват, замотался, - а что тут можно сказать, не оправдываться же.
  - Вот, он сам признался, - вскакивает один из советников, - и голод в Майдоре он устроил.
  - Иван, - голос Яниса безмятежно-равнодушен.
  Стоявший у стены зверообразный мужик подходит к советнику и сильным ударом по плечам вгоняет того в стул. Организация совещаний здесь на высоте.
  Советник Рохас, - тем же бесстрастным тоном продолжает граф, - свою вину Нидар и Сибас искупили, быстро подавив мятеж и доставив в город продовольствие. Учитывая их занятость, я поручил тебе курировать города Майдор и Тубрий. Задание ты провалил.
  Иван! Стой сзади и затыкай ему пасть. Советник почти лёг на стол, по его лысине течёт пот.
  - А ведь дядя сильно боится, - понял я, - рыло у него основательно в пушку.
  - Дело расследовано, - продолжал Янис, кивнув на брата, - сегодня виновные будут казнены.
  Затем говорил Аргело, набеги болотников были успешны и как их пресечь, он не представлял. Граница - мелкая, хоть и широкая речка, легко проходимая конницей. Многие деревни находятся в часе, двух езды и почти до половины налётчики добираются менее, чем за полдня. А на той стороне они уходят по тайным тропам через болота и преследовать их бесполезно. Мелкие патрули и даже полусотни, болотники уничтожают, а от более крупных уходят. Часто одновременно нападают на многие деревни, защищённые не трогают, а остальные грабят.
  Похоже, он хороший командир пятисотки, - подумал я, но не егерь, а задача сложная. Тут Янис попросил меня очень коротко рассказать о ходе дел. Зачем? Мы с Сибасом всё время ему писали.
  - Приняв баронство, я выяснил количество птиц - 200-250 тысяч.
  - Неужели Дальтезе умеет проследить путь каждой птицы в небе, - возник советник Рохас.
  - Птичек считают на земле, - улыбаюсь ему, - но надо знать таблицу умножения.
  - Поясни им, - бросает Янис.
  - В первый же вечер я пошёл на разведку в Дурное болото. Птички заняли 4 поля по 10 тысяч квадратных метров. В одном квадрате их 5 штук, редко 6. Умножая 4 на 5 и на 10 тысяч - получаем 200 тысяч или немного больше. Последняя проверка дала 3,5 птицы на квадрат или 140-170 тысяч.
  - Пол птицы на квадрат, - прошипел Рохас и въехал мордой в стол. Остальные промолчали.
  - Достаточно, - сказал Янис, - откройте дверь.
  В коридоре стоял какой-то шум. В комнату ввалилось десяток воинов со знаками барона Терлуга и советника Рохаса, они втолкнули трёх моих охранников. Катус, несмотря на разбитое лицо, держал в руках кошель и бумаги. Графская охрана тут же всех разоружила.
  Говори, - граф кивнул Катусу, но выступил охранник барона Терлуга:
  - Они начали обыскивать сына барона и забрали ...
  Хря-ясь, а у Яниса удар поставлен, тело болтуна приняли на щиты воины графа.
  - Мой граф, мои люди выполняли моё распоряжение, бумаги мне показались подозрительными - он в них подглядывал, а кошель мой по праву, - ярость Яниса непредсказуема и опасна, но своих людей я буду защищать. Впрочем, две гранаты, револьвер и пистолет - мало никому не покажется.
  - Докатились, набрали в охрану бандитов, - Янис рассвирепел и готов разорвать на куски ..., к счастью не меня. - Барон, Рохас, гостям подло и преступно нападать на хозяев дома и их людей.
  Советник, тем временем лёг на стол, пытаясь дотянуться до бумаг. Хря-ясь, бронзовый буйвол на тяжёлой подставке припечатал его пальцы. И зачем граф всегда таскает его с собой?
  - Именно за этим, - Янис улыбнулся мне и взял бумаги. - Очень интересно, прочти.
  В них подробно расписывалось, как спровоцировать меня, заставить вызвать его на дуэль и принять заменителя. Писали умные люди, двое, знающие пришлых, но не меня. И могло получиться, подкачало бездарное исполнение.
  - Сибас, Иван, - он указал на людей барона и Рохаса, - раздеть, обыскать, отвести в подвал и жёстко допросить. А на рассвете повесить. И его, - буйвол снова потоптал руку советника.
  - Соучастников тоже, он покажет, - граф указал на Катуса.
  Я пересел на место Сибаса, и мы с Янисом начали перебирать принесённое. Билеты и фишки игорных домов, невнятные записки, игральные кости, ножи и стилеты - груда вещей непонятного назначения. Слава Богу, этим занимается Сибас. Теперь кошель, помеченный баронским гербом, открываю и пересчитываю - 50 асиев. Терлуг не выдерживает:
  - Это мой кошель, видите мой герб!
  - Убийца публично заявил, что кошель ему дал ваш сын. - Я внимательно смотрю на барона, он почти влез в ловушку, ну ещё чуть-чуть. - Твой сын сам взял деньги или ему их дал ты?
  - Раз взял без спроса - вор, ему надо отрубить руку, - Янис умница, сообразил, куда дует ветер.
  - Да, я ему их дал. Мальчик влез в долги и попросил, - барона ждёт большая неожиданность.
  - Я требую наказать барона Терлуга за финансирование моего убийств, - ловушка сработала! - он должен заплатить штраф в пятикратном размере и столько же в центр.
  - То есть, по 250 асиев тебе и мне? - уточняет Янис, - через шесть дней, барон, ты должен передать мне все деньги, а я отдам половину Дальтезе.
  - Но у меня нет та-ка-ких денег, - барон начал заикаться.
  - Займи, - граф неумолим, - или я отбираю феод.
  - Хорошо, я займу и заплачу, - барон раздавлен, он ждал от меня любой гадости, но не грабежа.
  - Совещание закончено. - Янис поторапливает всех жестом, - а ты, Нидар подожди.
  
  Сибас
  Какая жалость, этого барана барона Терлуга раздели без меня. Но зато посмотрю их торг за серебро из Латиши. С медью Янис пролетел - он освободил баронство на два года от налогов, но Дальтезе согласился продавать одну пятую монет почти по себестоимости. А вот серебро не обсуждалось, и я с нетерпением ждал спора. А как ещё? У продавца одна цена, у покупателя - другая, и оба дерут горло, рожая среднюю. А эти? Тьфу. Дальтезе дал Янису бумажку - калькуляцию. Братец усомнился в трёх числах, одно Нидар отстоял, уточнив расходы, со вторым согласился, а третье признали несущественным. Где же торг!
  Янис велел мне сводить Нидара к магам и представить его. Зачем? Тот стеснительностью не страдает. Сомневается в нём? Нет, доверяет и больше, чем другим. Оказывается, мой братец жутко любопытен, а Дальтезе непредсказуем. Отгадывать, что тот сделает и почему - для графа развлечение. А я и не пытаюсь, захочет - сам объяснит.
  Город же оживает, открываются и приводятся в порядок забитые досками кафешки, умножились торговцы с рук, да и просто прохожих стало заметно больше. Нам на Рассветную улицу, там обитают маги, гадалки, всякие мистики. Хватает и обычных горожан, что рады подобному соседству
  - Сначала Арпонц Футояр, старый опытный маг, майдорец неизвестно в каком поколении.
  Нидар кивает и с стучит молотком в дверь, у него получается простенькая мелодия. Дверь сама открывается, мы входим и разуваемся. Далее проходим в комнату, обставленную по-харазски. Полы и стены покрыты коврами, большие масляные светильники, там и сям разбросаны войлочные пуфы. Хозяин сидит перед тёмной стеной, по краям её стоят статуи - на человеческих телах звериные головы. Нидар представляется и садится на пуф перед хозяином, кинув на них два коротких взгляда.
  - Уважаемый наместник, - начинает с ходу маг, - я ничего не могу сделать с птицами.
  - А я и не прошу, меня интересуют ваши достижениях, - Дальтезе проверяет свою оценку его.
  Маг говорит, а между ними разгорается крохотный светильник. Хозяин явно волнуется, а моему напарнику скучно. Он вдруг встаёт и подходит сначала к левой статуе и гладит её по голове, затем гладит правую статую и произносит: - приветствую Анубиса и Бастет в этом мире.
  Светильник выдаёт высокий всплеск пламени и гаснет, Арпонц хватается за сердце:
  -Что надобно Могущественному в моём доме? Приказывай.
  - Покажи мне свои амулеты. Все!
  Вот теперь магу стало по-настоящему плохо, но он пересаживается к большому сундуку, и по одному достаёт и даёт Нидару амулеты - статуэтки, завёрнутые в ткань. Тот каждую разворачивает, гладит и возвращает хозяину. Который заново заворачивает их и кладёт рядом. Я чувствую, как Арпонц с ужасом ждёт приказа - "отдай", но его всё не следует. Наконец, последняя - крылатая девочка, её наместник дольше других рассматривает. Но тоже возвращает. Арпонц, не дожидаясь вопроса, рассказывает - амулеты ему привёз купец из Тверского княжества, они были заказаны по каталогу.
  - Сибас, - кивок в мою сторону, - ты знал его.
  - Купца убили, - поясняю я. - А девочку изготовил Арауран Френер, мастер с улицы Ювелиров, дом 11. Нидар благодарит хозяина, и мы уходим, встревоженный Арпонц провожает нас до двери.
  - Как он тебе? - спрашиваю его уже на улице.
  - Потом, нас слушают, - и после паузы, - лучше, чем я ожидал.
  Второй маг - Сивер Панарус, увидел нас из кафешки и пригласил за свой столик. Разговор сразу завязался обо всём и ни о чём. С удивлением я узнал, что при храме Армиты обучают основам магии и из этой школы многие поступают в знаменитые училища. Сам Сивер окончил прославленный Армирский университет и вернулся в Майдор, по выходным ведёт занятия в родной школе.
  Удивительно, я не бывал у магов дома. Точнее, был только у Арпонца - он считается хорошим лекарем, но мне не помог. Сивер жил в двухэтажном доме и весь верхний этаж занимала светлая комната, похожая на студию наместника в Вакешках. Только в тёмном углу лежал ковёр и стояли на нём магические светильники и чаши. Зато светлый угол освещался двумя большими окнами, между ними стоял письменный стол, а мы расположились рядом за небольшим круглым столиком.
  Дома у Сивера они продолжили обсуждение боевой магии и согласились - большинство её заклинаний теперь неэффективно, а вот морок может быть полезен. Панарус похвастался изобретёнными им двойными амулетами, скрывавшими большую площадь и менее заметными извне. Дальтезе сразу купил тридцать штук, но ему пришлось самому их заряжать. Сивер справедливо заявил, что мотаться следом за ними он не собирается, а любой амулет со временем разряжается.
  Я попросил мага проверить Нидара на наличие способностей, почему-то ни у кого из них моё предложение восторга не вызвало. Тем не менее Сивер полез за амулетами, а Дальтезе пересел в указанное кресло. Большой кристалл показал наличие неустойчивого дара умеренной величины - камень то хорошо светился, то тускнел. Стихийные артефакты показали - неплохой воздух, умеренную землю и слабенькие огонь с водой. Сивер подвёл итог:
  - Будь тебе шесть лет, я бы рекомендовал тебя в школу и при должном старании к нынешним годам мог получиться неплохой маг среднего уровня. Но сейчас поздно начинать. Попробую подыскать кого-нибудь из начинающих учителей. Если ты получишь школу и основы, то сможешь для себя применять простейшие заклинания.
  Нидар поблагодарил и пообещал через несколько дней заглянуть. На улице я поинтересовался:
  - Почему Арпонц назвал тебя Могущественным, а Сивер - никаким?
  - А я как маг - весьма малая величина, Сивер прав, а Арпонц сам слабенький маг.
  - Но его ценят, и он тебя высоко оценил? - слишком легко наместник признал свою слабость.
  - Он умело работает с артефактами, но они - копии земных и признали меня, - Дальтезе закрывал тему, - я к ювелиру, составишь компанию?
  - Нет, благодарю, - отказался я и подумал, - что же он не договаривает.
  
  Нидар
  Зачем кому-то знать о волшебстве файри. Перетопчутся! Моя магия пока хилая и незаметная, подучусь, тогда посмотрим. Свидетели мне не нужны, крылатая девочка слишком похожа на Шейлу.
  Майдор - городок маленький и ремесленные улицы все рядом. Мастер, мой ровесник, обрезал деревья в своём садике. Стуку искренне обрадовался:
  - Надеюсь, хотите сделать заказ?
  - Надеюсь, - с таким лучше быть откровенным, - меня интересует крылатая девочка Арпонца.
  - Он же свою коллекцию никому не показывает! - Арауран потрясён, - как тебе удалось?
  - Сослался на знакомство с Анубисом и Бастет, - шучу я.
  - Мастер-ювелир Арауран Френер, представляется он, - предлагая мне сделать тоже самое.
  - Сеньор Нидар Дальтезе дир Кариб, наместник, - хочу сделать личный заказ.
  Мастер пригласил меня в дом, положил на стол бронзовую статуэтку Шейлы и папку с эскизами её. Я стал их внимательно рассматривать, а ювелир сел напротив и стал рассматривать меня. На рисунках я узнавал её и не узнавал - она была старше, как в момент дуэли, и лучащаяся весельем.
  - Я увидел её три года назад на площади рядом и хотел познакомиться, - вдруг начал ювелир, - но она ускользала, как вода из пальцев. А ты с ней знаком, так рассматривают портреты близких.
  - Давай вернёмся к моему заказу, - Шейла только моя и обсуждать её ни с кем не желаю.
  - Один вопрос, - Арауран широко улыбнулся, - она ведь не человек, но ты хочешь её увидеть.
  - Да, - не выдержал я, - мы близко знакомы, она не человек, но мы ещё снова встретимся.
  Он рассмеялся, - учти, заказ стоит дорого, и ты познакомишь меня с кем-нибудь из её подруг.
  - Получится ли познакомить - не знаю, не от меня зависит, но попробую. - Мьяне он должен понравиться, - а дорого, это сколько?
  Мастер достал из шкафа форму и поставил передо мной, - я предлагал Арпонцу отлить статую высотой в сорок сантиметров из тёмного серебра37, что попадается на западе твоего баронства. Но его нужно много, свыше двух килограмм.
  Я махнул рукой - годится.
  - И за работу я попрошу три асия. - Он выглядел победителем, диктующим свои условия.
  - Поедем ко мне, возьмёшь серебро с запасом, - на руднике уже пуд его отлили, - и вот аванс.
  Я положил монету в пятьдесят серебрушек, - за работу заплачу по результату.
  После долгой паузы он спросил, - город голодает, а ты тратишь такие деньги, не совестно?
  - Город больше не голодает, сюда идёт ещё караван, а плачу я своими, - с укоризной смотрю на него, - знали бы люди всё, скинулись бы на статую в полный рост и ежедневно ей молились.
  И помолчав, добавил, - многие знания - многие печали, лучше веселитесь.
  Самое смешное - это чистая правда. Остался я здесь из-за Шейлы, иначе уехал бы в одно из княжеств пришлых. Местные же опустили руки и голод был бы неминуем. Но зачем им это знать.
  В особняке мастер получил слитки серебра и шесть темно-синих шариков - у Шейлы глаза тёмные с синевой, впрочем, их цвет тоже меняется. Поручил двум воинам проводить его и собрался немного поваляться, но Катус не дал - Янис ждёт меня на войсковом постоялом дворе.
  Шум, аромат навоза, звон стали - восемь полусотен38 разместились здесь с трудом и все жаждут тренироваться. Оставляю здесь три старых, а остальные направляю на малый постоялый двор - купцов пока мало, и он свободен. Завтра две полусотни пойдут с обозом в Тубрий, но это знаем только я и сотники. Остальные в деревни - охранять Латишу. Янис ждал, пока я раздам указания сотникам, затем сказал, что вооружил три полусотни харазскими саблями, они легче мечей и ближе к шашкам.
  Мне повезло, мой шеф - умница, каких мало и понимаем мы друг друга с полуслова. А раз он сам приехал, то разговор предстоит важный. На войсковом постоялом дворе есть маленький домик в одну комнату для тайных разговоров, охрана располагается вокруг и подслушать невозможно.
  
  От пришлых взяли идею вольных городов, слово "вольных" Янис как выплюнул. Причём в ваших княжествах их нет, а в наших государствах эта зараза расплодилась. И ничего вольного на самом деле там нет - несколько банд захватили в городе власть, поделили его между собой и грабят от вседозволенности. А ведь многие запреты необходимы, они спасают слабых от гибели. Осенью съездишь в Гудерий - отвезёшь урожай, да и твои зеркальца лучше продавать там, и полюбуешься. Каждую декаду сотни попадают в холопы, а то и в рабы39, и их продают на невольничьих рынках.
  Барон, граф и герцог берегут и защищают слабых, ибо такого большинство народа. Долг властителя - опекать вверенных ему людей, не давать лихоимцам наживаться на них. А бурганы - главари таких вольных банд, думают лишь о прибыли. Особо же мерзкие дела поручают буршам - атаманам мелких шаек и своим вассалам. Те же, мечтая подняться выше, готовы творить любую гнусь.
  Чувствовалось - у Яниса накипело на душе, ему необходимо выговориться.
  Так вот, верхушка Тубрия хочет превратить его в вольный город, и стать бурганами. Заправляет этим купец Гайло, он подозревается в пиратстве и других безобразиях. Если сумеешь, убей его и ни в коем случае не пытайся договориться - обманет. Бургомистр Шенер - дурак, его можно убедить в чём угодно. Сильная наверху власть - он послушно выполняет её указания, ослабла - он растерялся.
  Крайдер и Ауэр - члены бургомистрата из купцов, обещание сверхприбылей лишило их разума. Им нужна хорошая встряска. Шонц - типичный бурш, хвостик Гайло. Его надо оторвать от остальных, а лучше тоже убить. Грулдих - комендант графского подворья, с ним решай сам. Есть ещё Миньяр - бывший командир городской стражи. Его недавно сняли, но влияние у него немалое. Может быть стоит его вернуть и вывести стражу из-под власти бургомистрата. Смотри на месте.
  И помни - Тубрий подчинён тебе - наместнику баронства Высокие холмы, а я дал тебе неограниченные полномочия. Действуй жёстче, сразу на задних лапках затанцуют.
  И последнее. Двух полусотен мало, возьми ещё две.
  От последнего я отказался. Три полусотни молодые, с ними надо поработать, а не кидать сразу в бой. С двумя другими я не знаком, а новое оружие опасно самому бойцу. И одна полусотня мне нужна в Латише, при нападения она будет основой сопротивления.
  Выслушав меня, Янис только покачал головой. Не согласился, но не стал возражать.
  ... и блеск клинков
  ... покой нам только снится
  А. Блок.
  Катус, командир личной охраны наместника
  Войска подняты затемно и рассветом мы покинули город. Далее началась развлекуха - каждый десяток построился в колонну по два, первый и последний воины надели амулеты. Затем было строго настрого запрещено покидать строй - надо отлить, весь десяток останавливается. После войска плотно сбились в полусотни, впрочем, через амулет я видел лишь два серых пятна. Одно в полукилометре, другое вдвое дальше. А мы с Дальтезе и пятёркой воинов догнали обоз и изобразили его охрану.
  Возчики волновались, старшой дважды подъезжал ко мне, слышал: - Спокойно, всё путём, - и отъезжал, не скрывая беспокойства. Почему ко мне? Нидар умеет быть незаметным. То есть его видят, но не обращают внимания, пока он сам этого не захочет.
  Возы шли ходко, буйволы сильнее лошадей и выносливее, обозники беспокоились и поторапливали их. Но всё было спокойно, старшой подъехал и предложил сделать привал в роще впереди - там обозы всегда останавливаются. Дальтезе же приказал объехать рощу и остановиться после неё. Старшой отъехал, и я поинтересовался - почему? Оказывается, в роще засада, и он не хочет помогать разбойникам. Я посмотрел в его бинокль - хари в кустах ждали нас.
  Видя манёвр обоза, два десятка вооружённых кто чем мужиков поспешили перекрыть дорогу, возы остановились, и я услышал рванувшую в галоп полусотню. Бандиты кривлялись, оскорбляли, но стояли на месте - в свалке неизбежно будут потери, а обоз постоит и сдастся. Внезапно морок пропадает, и рядом с грабителями всадники с обнажёнными мечами. Сопротивления нет, банда потрясена, оружие выпало из рук. Дальтезе собирает амулеты и обоз идёт в бандитскую деревню.
  Селение состоит из разных частей - в верхней на склоне холма добротные дома, рядом немного плодовых деревьев. Нижняя в распадке - бедные глинобитные домики, голодные дети. Из них вышли люди, пока молчат, не злорадствуют, но лица довольные. Удивительно, но какого-либо богатства разбойники не накопили. Обеспечили себя зерном и тканями как зажиточный крестьянин, который не ждёт ежедневно карательного отряда. В кошелях на чёрный день лежало немного серебра и редко одна, две золотых. Женские украшения дешёвые - мы везём продавать намного лучше.
  На площади плаха с бревном, в конец которого вделан каменный топор. Это наглость - плаху для казни может устанавливать барон, даже сеньор обходится без неё. Но нам она помогла быстро разобраться с атаманом, старостой и верхушкой банды. Всех остальных, включая семьи, продадут в Тубрии, тащить в Майдор на каменоломни наместнику лень, поскорее бы избавиться. Взяли половину зерна и тканей, немного украшений, остальное оставили бедным, зарезали баранов на шашлыки.
  Двинулись дальше в том же порядке, только под мороком впереди шла другая полусотня, а первая отстала на полтора километра и гнала рабов на продажу. Наместник перебирал амулеты, оказалось - он может их заряжать, причём на ходу. Я в магии не разбираюсь, но понял - сможем спрятать полусотню и в третий раз. Зато знаю здешние порядки, никто из рабов не попытается бежать - в любом селении схватят, вломят и отведут на рынок как беглого. А если опознают, то могут и убить. Вот в городе надо их сразу заклеймить, иначе торговцы невольниками украсть могут. Впрочем, только не в Тубрии - графство рядом, и купец сам может оказаться на каменоломне.
  Вскоре всё повторилось. Здесь бандиты оказались побогаче, даже немного овец и коз присоединилось к пленным. Возчики повеселели - и охрана оказалось серьёзной, и доля в добыче, пусть и небольшая, им полагалась. Буйволы тоже пошли быстрее - дорога преодолела длинный подъём и начала спускаться к реке. Дальтезе явно ждал ещё одной засады, он подтянул к ближней полусотне три десятка, оставив два охранять пленных. Недаром он расспрашивал о разбойниках и засадах.
  Эта банда оказалась серьёзнее - три десятка бандитов и неплохое вооружение, даже несколько всадников. Но атака из-под морока - и схвачены все. И деревня была побольше - не полсотни дворов, а полторы. Крупный рыбацкий посёлок, захваченный бандой и обдираемый ею. Наместник не мог понять, как такое возможно? Почему никто не сообщил? Или сообщали, но наверху не услышали?
  Я всего лишь десятник, в высокую политику не посвящён, а Сибас поленился поехать. Нидар приказал занять богатую часть посёлка, и всех, кто там есть - под замок. Возчикам выделить комнаты в занятых домах и готовиться с утра в путь. Странно, "действовать надо быстро, на опережение" - постоянно говорил Дальтезе, а тут задержка на день, хотя до Тубрия всего ничего. Не удержался и спросил. Он усмехнулся и выдал очередную умную фразу - "любое дело надо доводить до конца".
  - Но банда же бита и схвачена, - удивился я.
  - Этого мало, должно ликвидировать их базу и желательно взять скупщиков краденного.
  Вы поняли? Я тоже - в эту ночь многим спать не придётся. И командирам, и бандитам, и мне.
  В домике, стоящем на высоком берегу реки в стороне и от бандитского и от рыбацкого посёлка Дальтезе беседовал со старостой последнего. Тот потребовал разговора с сеньором наместником наеґдине, и он получился долгим, хотя они и спешили. Зато после все забегали, притащили старосту и атамана разбойников, начали сразу с жестоких пыток и те сломались.
  В стороне от деревни за небольшим мысом был пирс с парусной лодкой. В неё на вёсла сели шестеро рыбаков в хорошей бандитской одежде, двое самых умных моих воинов в гражданском и молодой парень. Его отец из бандитов стоял тут же на берегу и Дальтезе его напутствовал:
  - Сделаешь всё как надо - будете жить.
  Кораблик поспешил в Тубрий, а мы стали располагаться на ночь и ужинать, но в готовности к бою. Волновался лишь сам наместник, но умело скрывал, а остальные, после сегодняшних приключений, уверовали в командира. Лишь гадали - какого жирного гуся тот поджидает.
  Начало смеркаться, когда лодка вернулась с двумя вёсельными баржами. Они пришвартовалась к пирсу, от реки их отрезали рыбацкие шаланды с воинами. Экипаж сразу разделили на три группы. Гребцов с кормчими отправили в казармы - это не тюрьма, но оттуда не сбежишь. Приказчиков отправили в погреб, в соседний спустили охрану. А купец и помощник удостоились личной беседы.
  Наместник обвинил их в скупке краденного и грабеже, далее поинтересовался - сразу пытать или погодить. Его собеседники предложили подробный рассказ в обмен на лёгкую смерть. Дальтезе согласился, но напрасно, уж больно гнусная мерзость всплыла. Пленником оказался Гайло, один из бурганов Тубрия и даже его коллеги потребуют для него страшной казни. Оказывается, в его личной тюрьме сидит сын бургомистра, помощник управляющего одного бургана, и любовница другого.
  На складе лежат вещи из караванов других купцов города, а их вели близкие тем люди. Там же лежат свидетельства пиратской деятельности купца и большие запасы наркотиков. Мало этого, на невольничьем рынке ждут отправки граждане Тубрия, которых схватили на улице и клеймили как рабов. О своих подвигах Гайло рассказывал с удовольствием - вот какой я мерзавец.
  Я не выдержал и поинтересовался - как он дошёл до такого. А тот улыбнулся и объяснил, что однажды не удержался и перешёл черту, а за это боги обязательно карают. Тогда он пустился во все тяжкие. Дальтезе сидел мрачный, его слово нерушимо, но лёгкой смерти нет оправдания.
  На рассвете пошли в город - впереди наскоро собранный рыбацкий обоз, за ним полусотня под мороком, далее наш обоз и вторая полусотня. Всех пленных погрузили на баржи, они отплывут позже. Перед нами у ворот города уже был обозик - крестьяне привезли из соседней деревеньки капусту и теперь ругались со стражниками. В Тубрии, как и во многих вольных городах стражникам у ворот, на рынках и весёлых40 улицах не платят, и цена входа в город величина переменная. Длительность стояния у ворот - тоже. Но возникшая вдруг ниоткуда полусотня сократила их до нуля.
  Стражу разоружили и заперли в кордегардии, надвратную башню и ворота взяли под охрану наши воины, а обозы покатили на рынок. Одна полусотня помчалась занимать дом стражи, а другая - подворья Гайло и графское. Свою личную охрану наместник усилил десятком и послал вытряхать из тёплых постелек бургомистра и городской совет.
  
  Нидар
  Янис прав, двух полусотен на Тубрий недостаточно, но больше нет и придётся всем побегать. Мне надо взять графское подворье, чую - без меня будут проблемы, но в первую очередь городская стража. Какая жалость, что это не Майдор - там по пути обязательно попалась бы пара кафешек, где можно промочить горло. А вот и нужный мне домик, только хозяин решил побыть на свежем воздухе и утопить своё горе в бутылке. Вхожу, отодвинуть засов снаружи - невелика хитрость, отбираю бутылку и делаю большой глоток. Хорошо. А то горло совсем пересохло.
  - Что за нахал посмел на рассвете завалиться к старому Миньяру? - голос вполне трезвый.
  - Наместник Высоких холмов, - делаю второй глоток и возвращаю бутылку.
  - Ворота поручены сотнику Губану, странно - почему он тебя не арестовал?
  - Не успел, я сам арестовал стражу на воротах, - как мне его поторопить?
  Миньяр допил бутылку, встал, потянулся, - подожди чуток, быстренько протрезвлюсь, переоденусь и покажем этим обормотам как Дурное болото надо охранять41.
  Улицы ещё пусты, и наша четвёрка мчится галопом.
  - Рискуешь наместник, - Миньяр насмешливо кивает на двух моих воинов, - Гайло и два десятка костоломов пошлёт в засаду.
  - Жаль не пошлёт, он ещё ночью забит в колодки, а то бы хорошая разминка получилась, - достаю и показываю ему пистолет.
  - Такие бы игрушки стражникам, - он чуть ли не облизывается, - настал бы в городе порядок.
  - Порядок надо сначала в страже навести, - ворчу я, - тогда и обычного оружия хватит.
  Работники Дома стражи уже собрались здесь все и взяты под стражу. Начальник и два сотника отправлены в городскую тюрьму, а остальные разоружены и ждут нас во внутреннем дворике. Миньяра они встретили сдержанным гулом, и немного успокоились. Он сразу объявил, что стража Тубрия отныне под рукой графа Виртенна, и новая власть задолженность города за последние сто дней им немедленно выплатит. Далее провёл новую разбивку стражи и назначил сотников и десятников.
  Во двор въехала повозка и Аремиус, мой походный казначей, стал выкладывать мешочки с деньгами. А далее их распределяли десятники. Ко мне подошёл Миньяр и стиснул своими лапищами:
  - Ты думаешь они деньгам радуются, - он кивнул на довольных стражников, - конечно, деньгам тоже, но главное - теперь порядок будет. Достал их произвол начальников и надоело, что вслед им плюются и ругаются. Они же среди простых людей живут, одним с ними воздухом дышат.
  Ещё одно дело сделано, теперь на графское подворье - с городом надо успеть разобраться до полудня. На улицах появился народ, галопом не помчишься, но быстро рысить ещё можно. На месте меня встретил сотник и доложил - поместье Гайло занято и внутри расставлены караулы, а на графское подворье не пустили. Я не выдержал и фыркнул - малое дитя, его во двор не пускают, чем смутил офицера окончательно. Хотя чего-то подобного ожидал, комендант - личность хитрожопая.
  Внутренних двориков в Тубрии нет - всё занимает один-единственный дом, в фасаде которого сделаны ворота. В богатых особняках от них внутрь идёт длинный двухэтажный коридор, в него свободно въедет воз, запряжённый буйволами. В графском подворье ворота двойные - сначала идут обычные из толстых досок, они сейчас распахнуты настежь. За ними - железная решётка, а за нею стоит комендант подворья и трясёт какой-то бумагой. Увидев меня, он кричит:
  - Это распоряжения графа Яниса, я запрещаю вам входить в дом.
  - Покажи, - я подхожу к решётке и протягиваю руку, левую.
  Он отскакивает назад с криком, - я не обязан всяким там давать эту бумагу в руки.
  - Значит подделка, - громко заявляю, обращаясь ко всем, - ломайте решётку.
  В глубине коридора какое-то движение, смещаюсь - арбалетный болт задевает решётку и падает. Стреляю в ответ по направлению. Удивительно, но попал - тело с воплем падает с балкончика на стене коридора. Комендант, уставившись на нацеленный ему в брюхо ствол, отпирает решётку и десятки рук позади меня её распахивают. Отбираю у него бумагу, с наслаждением бью в морду и велю скрутить. Воины разбегаются по дому, а мы с сотником и комендантом поднимаемся в кабинет.
  Это большая светлая комната, занимающая весь последний этаж четырёхугольной башни. Достаю лупу и рассматриваю документ - видны подчистки и дописано тушью немного другого цвета. Объявляю всем - подделка, взят старый документ и подправлен, за это полагается смертная казнь. Зачем я этой дурью маюсь - не знаю. Подворье уже захвачено, а казнить могу и без объяснений.
  Время бежит, успеваю, но надо скорее. В стену кабинета вделаны толстые кольца с цепями, здесь не только бумаги писались. К ним приковывают коменданта с помощником42, а мой приказчик разбирается с бумагами. Сам же осматриваю дом, он мне многое расскажет о владельце и его делах. Жилая часть невелика - три этажа по фасаду, десять комнат окнами на улицу. Глубже идут подсобные помещения, но среди них комната коменданта. Удивительное сочетание порядка и грязи, а одна стена отведена под пыточную и воняет застарелой кровью. В другом углу кровать со смятым и весьма несвежим бельём, а рядом сундук. Связку ключей я забрал и открываю его - много серебра, сотни две асиев золотом и шкатулочка. В ней золотые украшения и камни - пять сапфиров и рубинов.
  Сундук приказываю отнести в кабинет, а шкатулочку забираю с собой - нестойкие могут и соблазниться. Глубже идут склады, но там сейчас пусто - всё вывезли. Теперь в поместье Гайло, оно рядом - соседний дом. У входа сталкиваюсь с бургомистром и прочими несостоявшимися бурганами, успел. Раскланиваемся и вместе входим в ворота, Шенер представляет мне своих коллег - Крайдера, Ауэра и Шонца. Радушно улыбаюсь им, особенно последнему - его я обязательно казню.
  - Привет, меня зовут Кити, - симпатичная девушка прижала свою ладошку к моей, - я дочка Шенера и давно хотела с тобой познакомиться. Я тебе нравлюсь?
  - Конечно, очень, - механически отвечаю, разрываясь между желанием послать её подальше и прижать к себе. Девочка весьма сексапильная и притягательная.
  - Учти, - влезает в разговор бургомистр, - она приставучая и теперь от тебя не отцепится.
  - И хорошо, - улыбаюсь папочке и обнимаю дочку. Понятно он нарочно притащил с собой Кити, надеясь отвлечь меня и выиграть немного времени. Посмотрим, кто лучше играет в эти игры.
  Сценарий действа уже подготовлен, и актёры расставлены. Сначала монолог Гайло - он кается в своих преступлениях, затем блиц-бросок в тюрьму и радостная встреча с "погибшими" близкими. И заключительный аккорд - из подвалов поместья выносят награбленное их владельцам. Все веселы и довольны, мы легко договариваемся. Завтра днём будет заседание нового бургомистрата, где все сегодняшние договорённости похерят и дадут мне бой. Должен отбиться - за мной и сила, и право.
  Ходим по поместью, и я ужасаюсь - жилые помещения соседствуют со складскими, в последних в одной комнате и зерно, и ткани, и посуда. Кити тоже высматривает комнату, где можно уединиться, но грязь и вонь гонят её дальше. К этому добавьте полтораста мужчин и женщин - местной челяди, мечущихся по дому не понятно зачем. Подзываю десятников и приказываю разобраться - отобрать мужиков и баб покрепче и сколотить четыре бригады. Они буду перетаскивать на графское подворье товары и сразу распределять их на складе по линиям. Остальных тоже разбить на бригады - эти будут разбирать и мыть комнаты на первом этаже. И предупредить - плохо работаешь, продадим.
  - Бесполезно, их не исправишь, - "обрадовала" меня Кити, - этих надо всех продать и купить чистеньких. Вот те будут стараться, обратно на невольничий рынок никто не захочет.
  Десятники грамотно устроили перенос товаров, но им пришлось задействовать всех воинов - работнички постоянно пытались присесть или бросить мешок где попало. И кнут их не очень вразумлял. А уборщики только развели грязь - пришлось их запереть в комнатах, ими загаженных, чтобы потом продать. Лишь одна бригада старалась, её я перевёл наверх вымыть пустые комнаты. Там же нашёл забытую комнатку, Кити притащила чистые простыни, на которых мы и залегли наконец.
  Кити весьма изобретательна и ласкова, а главное - очень чистая. Разумеется, по местным меркам, но сегодня я тоже лишь кое-как ополоснулся на графском подворье. И что удобно, она не стеснялась говорить, что и как ей хочется. А я с радостью упивался ею. Но наслаждение нельзя тянуть бесконечно, и я взрываюсь одновременно с её победным воплем. Удивительно, Кити ведёт себя как молоденькая девушка, хотя явно опыт у неё немалый. Но для неё это удовольствие как в первый раз.
  Ласкаю изгибы её спины, попадаются же такие прелестные создания, а мысли уже перескочили на дела. Но моя девочка хочет выговориться, а это намного важнее.
  - Дальтезе, - в её устах моё имя звучит как обсасываемая во рту ягодка, - тебе наговорят про меня кучу гадостей, так лучше я всё расскажу сама.
  - Закрой дверь, - прошу её, - кажется, нас подслушивают.
  И впрямь, чья-то тень отскакивает от щели и с топотом уносится по коридору. Кити не торопясь идёт закрыть дверь и не спеша возвращается. У неё красивое тело и ей нравиться моё любование им. Я уже сижу вытянув ноги, она садится на них ко мне грудью и обнимает меня своими ножками.
  - Тебе скажут, что я слаба на передок, -начинает она, слегка смущаясь, - и это правда. Стоит мне увидеть интересного мужчину и у меня здесь появляется желание.
  Она трогает рукой себя между ногами, и меня. Целую её в грудь, а Кити продолжает:
  - Таких хватает, мужики нами пользуются, а я так не могу. - Тут она взрывается, - они воняют, так редко удаётся найти чистого. Бывает встретишь вроде не грязного, два-три раза, а затем он вдруг вваливается, благоухая ароматами свинарника. Естественно выгоняешь, а он смертельно обижен.
  Она откидывается, желая увидеть моё лицо. Улыбаюсь ей и спешу обрадовать:
  - Вообще-то тебе тоже не мешало бы тщательнее вымыться. - Она вздрагивает, как шилом уколотая, - поэтому в следующий раз я тебя сам буду мыть.
  - Значит будет следующий раз, - мечтательно произносит Кити, облизывая губки.
  - И следующий, и последующий, - опрокидываю её на кровать и целую.
  Она с жаром отвечает, но продолжения не следует. Наобнимавшись, мы встаём и одеваемся. Мне приспичило немедленно отправить весь балласт на невольничий рынок, а там присмотреть чистеньких. Задерживаться в Тубрии нельзя, а оба дома надо привести в порядок. Ещё нужен управляющий, но пока назначу кого-нибудь из десятников комендантом. Кити хочет составить мне компанию, почему бы нет - купеческая дочь, в ценах должна разбираться.
  
  Кити
  Из бывшего поместья Гайло выгоняют почти всех, Дальтезе оставил лишь два десятка, что пытались работать. Смотрю на рабынь его глазами - на лицах полное безразличие и облегчение. Даже обе жены и сестра купца тихонько болтают без видимого огорчения, похоже радуются - за его дела всех могли отправить на плаху, а то и на пытки. Да и жизнь у них была тяжёлая - хозяин экономил на всём, а чуть что не так - бил. Лошадям и собакам жилось у него лучше.
  К ним добавляются ещё трое с графского подворья - бывшие охранники коменданта. Там остались - старик-ключник, он знает где что лежит и без него не обойтись. Его сын, десятилетний парень с повреждённой ногой, портниха - мастер иголки, и ещё одна женщина. Она поведала наместнику массу интересного из жизни сильных Тубрия.
  Я позвала приказчика, и он повёл будущих рабов на продажу под конвоем двух десятков воинов. Цены на рабов устоялись, а время Дальтезе следует беречь, оно стоит дорого. Дело же надо сделать хорошо, и оставить время на удовольствия.
  У меня есть знакомый продавец, объезжаем рынок и заходим со стороны реки. Здесь дышится свободнее, нежный ветерок сдул миазмы, да и рабов в загонах с этой стороны заметно меньше. Лошади остались снаружи на платной коновязи - въезд на рынок запрещён, но нужный загон неподалёку. Это небольшой дворик, а сбоку летний сарай. На земле циновки, на них сидят с дюжину женщин и пяток мужчин. Хозяин виден сразу - он пришлый и в брюках, все остальные в юбочках выше колена. При виде нас он встаёт и здоровается - Фома, затем предлагает садиться на циновку напротив него. Нам сразу ставят пиалы и наливают чай. Пьём, мужчины присматриваются друг к другу.
  - Нидар, как ты относишься к рабству? - прощупывает почву Фома.
  - Никак не отношусь. Здесь сложилась система законов, а я не бунтарь и не нарушитель. Изменить - возможно попробую, но я наместник - то есть чиновник графства, и обязан их соблюдать.
  Он нарочно даёт подробный развёрнутый ответ, Фома ему симпатичен и может быть полезен.
  - А вот один мой знакомый, тоже из пришлых, со мной поссорился, узнав о моём занятии.
  Всё понятно, к самому честному торговцу можно придраться, если наместнику твоя деятельность не нравиться, то лучше её свернуть.
  - Фома, - Дальтезе спешит его успокоить, - мне важнее как человек делает, а не что. У тебя чисто, невольники выглядят здоровыми и сытыми, что ещё нужно.
  - Но ты же зачем-то ко мне заглянул?
  Мы с Нидаром рассмеялись, и я объясняю - он хочет купить десятка два рабов. У него мелкое недоразумение с Гайло - того завтра казнят. Но его челядь чистить дом не желает. Поэтому их продаём и покупаем новых, умеющих мыть пол и стирать одежду. Фома хохочет до слёз, - значит завтра этого урода казнят. Давно пора, он совсем заигрался. Ну в этом деле я помогу, без проблем.
  Он подозвал сидящих в дальнем углу двора двух крепких парней и представил их, - это орки, только молодые, пока они маленькие и худенькие, но на хорошей еде мясо быстро наберут.
  Пред нами предстали два мордоворота, чуть выше Дальтезе и заметно шире в плечах, а он мужик далеко не мелкий. В глазах же детскость, как у подростков из хороших семей. Он кивнул - годятся. Затем Фома подозвал пятерых женщин, одну Нидар забраковал - что-то в ней не понравилось, и поинтересовался, почему остальных не предлагает?
  - Потому что у тебя нет управляющего, - ответил Фома, - и сам ты уедешь. А тех бабёнок надо держать в ежовых рукавицах, от свободы они ошалеют.
  После он оформил документы на орков, они не рабы, а нанимаются через него в слуги. Я пояснила, в Гудерии вышибалами их не возьмут - молоды ещё, а в городах вроде Тубрия к нелюди относятся настороженно, и хорошая работа только для своих. Вот и обратились сюда. Бывает купец отбился от пиратов, но с потерями - а здесь контора по найму, рабы же так, для вывески.
  Фома позвал какого-то Эрлиха - присмотреть за моими разбойницами, - пояснил он и ушёл. Явился немолодой мужик, загоревший дочерна и в шрамах. Правая рука у него была зажата в локте и с вывернутой кистью. Он коротко рассказал о себе - мальчиком учился в школе гладиаторов, дрался на арене, потом работал помощником владельца нескольких команд. Держать этих драчунов в кулаке не просто - его лицо озарилось воспоминаниями. Ушёл в телохранители, получил вольную43, пригласили тренировать новую команду, но конкуренты покалечили. Он достал из мешочка чёрный камень.
  Это мормий, он нередко попадается в пещерах наверху Высоких холмов. Но там водятся летучие мыши, которые больно кусают незваных посетителей. Мне дал его маг, что спас мою руку. Но нужен активатор, в нём камень станет смолой и его можно намазать. Дальтезе протянул руку:
  - Можно посмотреть?
  - Смотри, делать всё равно нечего, - Эрлих дал камень как какой-то булыжник.
  В руках у Нидара камень раскололся, я взяла кусочек поменьше и услышала:
  - Он чем-то напоминает почку весной, что вот-вот выплеснет из себя листья.
  Вдруг камень пожелтел и поплыл.
  Мажь скорее ему руку, - закричала я.
  В его ладонях была капля - густая, но жидкая. С остервенением он вмазывал её в руку Эрлиха, пытаясь понять - что же произошло. А жидкость разогрелась, стала пузыриться и обжигать пальцы, но он продолжал, пока она не впиталась. С удивлением мы рассматриваем выпрямленную руку Эрлиха, чёрную даже на фоне его тёмной кожи. Тот осторожно её согнул, опять выпрямил, сжал пальцы в кулак и растопырил. Потом вскочил и заорал: - она вернулась! Моя рука вернулась! Сбежался весь дворик - каждому хотелось потрогать его руку, а мы с Дальтезе взяли свои циновки и отсели в сторонку. И переглянулись. Произошло нечто непонятное!
  Ощупывания руки продолжалась долго - в рабском загоне новостей мало, дел тоже, а тут такое событие! Но любое шоу заканчивается, первыми вернулись купленные рабыни и сели напротив. Рука рукой, а хозяин важнее и интереснее. Но больше они всматривались в меня - хозяйка для рабынь главнее всех. Интересно, а он видит меня хозяйкой в своём доме? Но об этом после, лучше в постели.
  Наконец вернулся Фома, приведя десяток женщин и трёх мужиков, - больше здесь нету. Мы осмотрели их руки - рабочие, но не перетруждённые - умелые. Все они зрелые бабы, для постели уже не очень, а для работы что надо. И мужики подходящие - плотник, сапожник и конюх, причём двое из них - слуги. А это лучше рабов. Дальтезе рассчитывался с Фомой, когда подошёл Эрлих:
  - Сеньор, ты вернул мне руку, и я перед тобой в неоплатном долгу.
  - Благодари богов, это они сотворили чудо, а я только её отмассировал.
  - А хороший массаж стоит серебрушку, - заметила я и протянула за деньгами руку.
  Ошалевший больной дал мне монету и возопил: - О небеса, я истратил свыше десяти полновесных золотых асиев, а мне вылечили её за серебрушку. Такого не бывает.
  - Бывает, ещё как бывает, - успокоил его Фома, - сбегай к главному входу, там десятник сеньора наместника освободился, пусть с солдатами идёт сюда и проводит его рабынь и слуг.
  Эрлих сорвался с места, а Фома сказал: - как бы мужик от счастья не свихнулся. Ничего, отстоит службу в храме, потом я его напою и завтра снова будет вменяемым.
  Затем вперил взгляд в Нидара - мол сознайся, ты это чудо сотворил? И обломался о его невинный взор - это вы о чём. Я видела - он сам не понял, что же произошло. Догадки же - кто знает верны они или нет. У речного входа прогудела труба и мы поспешили сдать рабынь под охрану.
  Возвращаться в его новые дома не хотелось, и мы пошли в таверну недалеко от пристани - там прилично кормят. После мы зашли в маленький скверик поцеловаться, и он предложил мне стать домоправительницей в обоих моих домах в Тубрии. Я задумалась и спросила:
  - А почему бы тебе не взять меня в свой Дом?
  - А что это такое, поясни.
  - Дворянину, особенно титульному, сложно жениться на женщине низшего сословия. Но взять её в свой Дом - это почти тоже самое. У неё есть права, в том числе на имущество, меньшие чем у жены, но есть. Их ребёнок получает дворянство, сложнее с титулом, но тоже решаемо. Правда дворянин сохраняет право жениться, но многожёнство у нас не запрещено.
  - Кити, я согласен, наверное, надо для начала обратиться к твоему отцу?
  Я опешила от неожиданности - Ты всегда так быстро решаешь?
  - А чего тянуть. С домом ты справишься, друг друга мы неплохо понимаем, только насчёт постели есть некоторые сомнения. - Он погладил меня по щеке.
  Я грустно рассмеялась, - не могу так сразу. Отца спрашивать не буду - он не согласится, но тебе же приданое не нужно. Решусь, сама приеду в Майдор или куда скажешь.
  - Обычно я в Латише или Вакешках, но в Майдоре у меня свой дом наместника. Проще туда.
  - Вот и договорились. От таких предложений не отказываются, но мне нужно подумать.
  Я поцеловала его, прижавшись всем телом. Чувствовала - надо всё бросить и уехать с ним!
  
  Канира
  Я - жуткая трусиха, всю жизнь шарахалась от малейшей угрозы и набивала синяки. На теле и на душе. Особенно надо мной не издевались, но походя дать пинка было в порядке вещей. Я была ничем, пустым местом. И однажды я решилась на ПОСТУПОК, но всё по порядку.
  Дальтезе ворвался неожиданно на рассвете, когда все ещё сладко спали. Хозяина нет - можно дрыхнуть до полудня. И вдруг дом наполнился вооружёнными людьми - крики, шум, возмутившихся успокаивали плетьми. Всех выгнали в коридор, рассортировали и распихали по комнатам, со мной оказалось десятка полтора - все женщины. Начались перешёптывания, все знали - хозяин заигрался и опасались расправы. Мне было всё равно, но вдруг затеплилась какая-то надежда.
  Сколько мы так сидели - не знаю, потом опять пришли солдаты, выгнали половину, а остальным велели навести в комнате порядок и вымыть пол. Четыре бабы сели в угол и стали играть в кости, а я с двумя девушками занялась полом, но мы только развели грязь. Вдруг к нам в комнату заглянул сам Дальтезе, одна из баб вскочила и начала обвинять меня с девочками. Но он её сразу заткнул и велел десятнику дать бабам по десять плетей, а обвинившей нас двадцать. А затем на улицу, где готовится отправка на рынок рабов. Одна осторожно спросила: - а нас покормят?
  - Кто не работает, тот не ест, - последовал ответ, - у выхода ведро с водой, можете напиться.
  Потом глянул на пол и ужаснулся. Но я почувствовала - нас наказывать не будут. И действительно, он лишь объяснил, что сначала грязь надо соскоблить и вымести, а лишь потом мыть. И отправил нас на кухню поесть, а затем на третий этаж - там комнаты освобождены и надо их вымыть. А по итогам он будет решать - кого продать, а кого оставить.
  Поели мы наскоро и поспешили на рабочее место. Там ещё никого не было и девочки решили немного отдохнуть, а я пошла осмотреться. Одна из комнат была заметно чище остальных, похоже здесь жили уборщицы, пока Гайло не перетряхнул всех в поисках шпионов. У входа был выгорожен чуланчик, где стояли вёдра, щётки, скребки и прочая утварь. Я решила ознакомиться с инструментом - раньше мне мыть полы не приходилось. Вдруг в коридоре раздались уверенные шаги, я затаилась в чулане, а в комнату вошли Дальтезе и Кити, дочь бургомистра. И занялись любовью!
  Я сидела ни жива, ни мертва. Не раз видела, как слуги перепихивались друг с другом, да и хозяин меня иногда использовал. Я даже шутила - в качестве ночного горшка, только жидкость не жёлтая, а белая. Эти же - они наслаждались друг другом, дарили радость и были счастливы вместе. А как красиво у них получалось! И потом не разошлись быстренько, а обнялись и стали беседовать. Слышно было плохо, я сделала шаг, Дальтезе услышал шорох и попросил Кити посмотреть - кто это?
  Я выбежала в коридор и умчалась, а Кити захлопнула дверь и поспешила вернуться. Мои напарницы уже начали уборку, я взяла скребок и начала драить стену. Увиденное перевернуло мне душу, моё существование нельзя назвать жизнью и мне страстно захотелось это изменить. Но как?
  Днём собрались на кухне на обед, из двухсот человек осталось двадцать, и путь на рынок предстоял многим, если не всем. А когда появились ладные бабёнки, купленные Дальтезе, и работа в их руках стала спорится, я упала духом. Кому я нужна, неумеха, грязная, в засаленном рваном бельё. И я решилась! На что, я сразу не поняла, просто пошла в бельевую - пока всё было нараспашку, и взяла себе чистую одежду и обувь. С ними поспешила в мыльню, но она оказалась занята.
  Опять Дальтезе и Кити. Ещё утром я в ужасе убежала бы, а сейчас пробралась ко второму выходу, далее в комнату обслуги и прильнула к маленькому окошку. Оттуда хорошо видно и слышно - если хозяин позовёт, слуга прибежит моментально. И опять я ими залюбовалась - они без стеснения мыли друг друга всюду. Не себя, а другого! И это со смехом, шуточками, поцелуями и ласками! И целовали всё - пятку, попу, ухо. Куда дотянулись, то и поцеловали и ни капли смущения. У Кити волосы не длинные, но густые и он их осторожно расчёсывал, а она целовала его тело.
  Вдруг он сказал: - я больше не могу, - и они соединились. Она опускалась на него страшно медленно и постоянно приподнималась, а когда села - они обнялись и замерли. Затем показали мне несколько поз - лечь в мыльне негде. Когда они ушли, я занялась собой, оказывается тщательно себя вымыть - это серьёзный труд. Зато потом себя чувствуешь совершенно другим человеком, недаром пришлые так следят за собой. Я нашла себе пустую комнату и постелила чистое бельё.
  Раньше мне было страшно ночевать одной, но сейчас чьё-либо присутствие исключалось. О наказании я не думала, вернее мыслей у меня не было, только ощущение чистоты которым я наслаждалась. В коридоре послышались голоса - опять эта парочка, и чего им неймётся, поздняя ночь уже.
  - Извини Кити, но это сборище в середине ночи пахнет мятежом, а дурные головы летят чаще умных, - голос Дальтезе звучал виновато.
  - Пойми, это мой отец, пусть плохой и глупый, но отец, - а вот Кити говорила твёрдо, - и я не хочу видеть его на плахе.
  - Надеюсь этого удастся избежать. Мне нужна голова Шонца, а остальных достаточно припугнуть. Если поедешь со мной, это будет проще.
  - Нет, я не буду пачкаться в этой политике, - сколько решительности, а казалась легкомысленной девочкой, - но он должен остаться жив и сохранить своё место. Потом можешь его снять.
  - Кити, сделаю всё, что смогу. Только бы он не наделал глупостей.
  - А если наделает? Он на них способный!
  Дальтезе вдруг рассмеялся, - тогда посажу его в тюрьму, а ты поедешь к Янису с моим письмом и привезёшь помилование.
  - Ну ты и хитрец, - послышался звук поцелуя, - я тебя жду.
  Я лежала боясь сильно вздохнуть, мне только их тайн не хватало. Дальтезе уехал - затихло цоканье подков, и я выглянула в дверь. Кити устроилась на месте охранника и просматривала весь коридор, удрать в другую комнату не получалось. Вскоре меня стал мучить мочевой пузырь, раньше я не задумываясь отлила бы в углу комнаты, а сейчас понимала - Кити учует запах, и терпела. Наконец, послышались тихие шаги Дальтезе и голос Кити: - Ну как?
  - Всё в порядке, успел. Шонц предложил захватить власть, остальные начали мяться. Тогда я сообщил, что их личные дружины разоружены и арестованы. Подстрекателю завтра отрежут голову, а остальные заплатят штраф - 100 асиев каждый. Это вместо твоего приданного.
  - Нормально. Покряхтят и заплатят. - Кити облегчённо рассмеялась, - а впредь будут думать.
  - Может съездишь к отцу, успокоишь.
  - Зачем, бессонная ночка ему на пользу, может соображать начнёт.
  Я перепугалась - так влипнуть надо суметь. Пусть нечаянно, но подслушать такие тайны - за меньшее снимают головы. И найти меня труда не составит - людей в поместье мало, а комнаты утром все проверят. Но это пока терпит, они ушли, и я бегом помчалась в туалет.
  - Кити иди, я догоню, - послышался голос Дальтезе, и он ввалился в туалетную комнату44.
  Я была в процессе, иначе рванула бы сломя голову. Он же встал ко мне спиной - пришлые чересчур стеснительные, и занялся тем ж самым. Я хотела потихонечку смыться, но он стоял у выхода и перехватил меня: - И откуда здесь взялась такая чистенькая девочка?
  - Раньше приходилось быть замарашкой, как и все, - он держал меня за подбородок, и я дерзко отвечала ему, глядя прямо в глаза, - а теперь я наконец отмылась.
  Гайло меня бы убил на месте, а этому кажется моё поведение понравилось.
  - Иди досыпай, - он отпустил меня и слегка подтолкнул, - утром поищем тебе занятие.
  - Приплыли, - подумала я, - теперь меня и искать не надо.
  Но страха не было. Я чувствовала - с ним возможно договориться, вот только как? Быстренько собрала свои манатки и перебралась в пустую комнату на другом этаже. Легла и уснула, а проснувшись увидела, как мне "повезло". Оказывается, я выбрала себе комнаты как раз напротив них!
  Разбудил нас поутру Эрлих, он постучал к ним в дверь и проорал:
  - Дальтезе, ты не спишь? Надо поговорить!
  - Теперь уже нет, - проворчал тот сонным голосом, - подожди немного.
  Спросонья я сообразила - поговорить они придут ко мне в комнату. В углу рядом с кроватью проходил дымоход, и между ею и стеной была щель. Туда я спихнула одежду, постель и скатилась сама. И вовремя, они пришли сюда. Эрлих по привычке сел на пол, а Дальтезе напротив на стуле.
  - Погодите, - прибежала Кити, - некрасиво обсуждать тайны без меня.
  - Век бы я ваших тайн не слышала, - злобно подумала я и навострила ушки.
  - Это не тайна, сеньора, - сказал Эрлих, - вчера я был в храме, благодарил за руку. Там мне было сказано - нужно принести Дальтезе клятву и отслужить ему.
  - Только не это, - тот даже вскочил, - ты разумный мужик, с тобой интересно, можно получить разумный совет. А зачем мне пёс, глядящий преданными глазами и ждущий - что прикажете?
  - Но мне сказали боги, - Эрлих растерялся, - я обязан принести клятву.
  - А какую именно они сказали? - прожурчал успокаивающе голосок Кити.
  - Нет, но я понял, что клятву преданности, я даже взял её текст в храме.
  - Кити, читай её, но без привязки, - Дальтезе понял её замысел, - лишнее будем вычёркивать.
  - Править клятву? - Эрлих ужаснулся, - продиктованную богами.
  - Изначально все клятвы были даны на Квенья45, - заметил Дальтезе, - а это пятый, если не двадцатый перевод, далёкий от оригинала. Если клятва сработает, мы это почувствуем.
  - Давай те попробуем, мы ничего не теряем, - зашуршала бумага и Кити начала читать.
  Каждую фразу они обсуждали, многие вычёркивали, а остальные безжалостно правили. Потом прошлись ещё раз, а потом Кити прочла получившееся и все рассмеялись. Клятва полной преданности превратилась в среднюю вассальную клятву. По просьбе Эрлиха её немного усилили, и он немедленно принёс её Дальтезе. По комнате пробежал холодок - клятва принята. Сеньор произнёс положенное про обязанности сюзерена и все вздохнули с облегчением. Я тихонечко тоже.
  - Сеньор, - после паузы начал Эрлих, - я умею охранять и предлагаю свой меч и службу.
  - Службу я принимаю, - устало вздохнул Дальтезе, - но ты мне нужен здесь, а не в охране. Вокруг меня обычно пятьдесят сабель, скоро к ним добавятся ружья, и я сам боец не из последних. А вот комендант двух здешних поместий мне необходим.
  - Но мне казалось этим займётся Кити. - Эрлих удивился.
  - Во-первых, я ещё не согласилась, - какой у неё усталый голос, - а во-вторых, здесь необходим комендант, я не желаю возиться со шлюшками46. Или ты с бабьём не справишься?
  - Сеньора, не надо меня подначивать, - а вот Эрлих полон сил, - справлюсь. Пороть их можно?
  - И пороть, и продавать, - Дальтезе тоже устал, мне легче будет провернуть задуманное.
  - Вот только в торговых делах я не силён, - Эрлих гнул своё.
  - А тебе и не надо, - Дальтезе вздохнул, - принять или отпустить со склада по моим бумагам сможешь. А когда пойдёт зерно, я приеду сам. Твоё дело челядь и оба дома со складами.
  - Сеньор, если я тебе нужен здесь, то так тому и быть. Но это не обязанность, а благодеяние.
  - Нет Эрлих, это тяжёлая служба, - Кити умеет уговаривать, - через год ты взвоешь и попросишь работу полегче. Но сейчас ты нужен здесь.
  - Понятно, и когда приступать к работе? - Эрлих рвётся в бой.
  - А прямо сейчас, мы с Кити переоденемся и спустимся на кухню, - Дальтезе слегка ожил, - там тебя и представлю.
  - Тогда я вас там жду, - новый комендант вылетел из комнаты.
  Следом вышли и неразлучная парочка, а я быстро запихала всё в шкаф, переоделась и побежала вниз. Если у меня всё выгорит - эти тряпки не понадобятся, а если нет - тем более. По пути заскочила в мыльню, теперь до конца дней мне придётся быть чистенькой. Лишь бы конец сегодня не настал.
  и ружей гром
  Уж на равнине, по холмам
  грохочут ружья. Дым багровый
  клубами всходит к небесам
  навстречу солнечным лучам.
  Нидар
  Кити была на удивление грустной, на мой же вопрос - "Что случилось?" - ответила:
  - Я не поеду с тобой и это большая глупость, только не уговаривай меня. Есть ошибки, которые надо совершить. - Затем вдруг улыбнулась, - всё равно мы будем вместе.
  Эрлих уже распорядился - завтрак нам принесли в комнатку недалеко от кухни. Он прав, мне тут не жить и незачем сближаться с челядью. Да и побыть вдвоём с Кити хотелось - завтра утром уезжаю. Но рассиживаться некогда - надо представить Эрлиха, объявить о продаже ещё пятерых рабов и поискать шустрика, что подслушивал нас ночью.
  Но оказывается не только боги могут ломать наши планы. После объявлений ко мне подошла девушка, удивившая меня своей чистотой, у неё был ко мне вопрос. Но спрашивать она меня не стала, а опустилась на колени и начала приносить мне клятву полной преданности. Которую мы обсуждали с Эрлихом. Девочка поначалу волновалась - вдруг я не приму её клятву47, но я не настолько жесток, погладил её по голове, и она успокоилась. Выслушав слова сюзерена, она робко улыбнулась и прошептала, - теперь я рабыня на клятве.
  Ею пришлось заняться. На складе Кити подобрала ей одёжку и обувку, и девочка побежала в соседний дом к портнихе подогнать всё по фигуре. Затем пошли встречи с купцами, кузнецами - казалось весь город жаждет пообщаться со мной. Благо, не пришлось искать подслушивающего, Канира призналась - это она нечаянно слушала нас ночью и утром. А рабыне на клятве можно доверить любые тайны - рассказать их она не сможет.
  Заодно решилась ещё одна проблема - я обещал Гайло и его помощнику лёгкую смерть, но хотел сам остаться вне подозрений. А так Канира зашла к ним в комнату напоить приговорённых и сунула каждому в рот порцию сильного наркотика. Они ушли в мир грёз безвозвратно.
  Далее заседание бургомистрата, под окном ратуши стучат топоры - готовится место казни. Трое оставшихся в совете танцуют передо мной на задних лапках - "Чего изволите". Завтра они опять начнут искать сильного покровителя и строить козни, но сегодня безропотно подписывают все бумаги. Совет доведён до девяти человек, я назначил в него четырёх младших купцов, представителя ремесленников и своего собственного с правом вето. Между ними разделил имущество Шонца, забрав предварительно самое ценное. Поначалу будут верны, а дальше посмотрим.
  После заседания - казнь, палач в панике - двое померли. Успокаиваю - им положен кол, так насадите на него тела и выставьте. А Шонцу попросту отрубили топором голову. Справедливость восторжествовала, только с опозданием и ненадолго. Понимаю Кити, от всего этого тошнит. Здесь в Тубрии необходим постоянный гарнизон - две, а лучше три полусотни. Но у Яниса на это войск нет, а у меня тем более. Придётся заглядывать сюда почаще и с сильным отрядом.
  Распорядился о загрузке возов и подготовке барж, очень надеюсь сберечь урожай - его надо будет отвести его в Гудерий. Там собираются оптовики-закупщики и цена будет хорошей. Вдруг обнаружил - на сегодня дела кончились. Возвращаюсь в поместье и на улице сталкиваюсь с Кити - она тоже переделала свои делишки. Вот и замечательно - до завтра можем быть вместе.
  В мыльню она вдруг позвала Каниру и мне пришлось мыть двух женщин, девочка была этим страшно довольно, а Кити над нами посмеивалась. И в постели я перецеловал всё её тело, а она меня. Мы не спешили - хотелось получить и дать наслаждение без близости, но в какой-то момент тело перестало слушаться, и мы слились воедино. А потом моя прелесть позвала Каниру - та подсматривала за дверью, уложила рядом со мной и прочла мне лекцию.
  "Пойми дорогой, рабыня на клятве не вполне человек, скорее это разумная собака. Ей необходимо твоё внимание, тогда она счастлива. Я не стала тебя смущать, но когда ты в постели с другой женщиной, то клади её рядом. Она разделит твоё удовольствие и немножко добавит. Запомни, её надо как можно чаще брать к себе в постель, особенно поначалу. Будешь ты с ней близок или просто позволишь прижаться к себе - неважно. Главное, ей надо привыкнуть быть рядом с тобой, пропитаться твоим запахом, прочувствовать тебя. И тогда она будет всегда знать, что и как делать. Ни в коем случае ни удаляй её и никогда не наказывай. Твоё огорчение для неё самая страшная кара. Обними её и поцелуй. Крепче. Вот так. И посмотри, как ей хорошо".
  Я улыбаясь посмотрел на девочку - она светилась от счастья, погладил её и повернулся к Кити.
  - Лежи, отдыхай, расслабься, - она наклонилась надо мной и поцеловала, - а лучше усни.
  
  Кити
  Уснул - хорошо. Он и приехал усталый, и здесь так крутился, что успевал всюду, и на меня себя не жалел. Мне с ним хорошо, и в отличие от других пришлых он не ханжа. Да, они все чистенькие, но - это неприлично, так нельзя, надо блюсти себя! Тьфу. С Дальтезе можно всё, в постели для него запретов нет. И с людьми ведёт себя предельно просто, а аристократизм чувствуется. Недаром Янис прочит его в виконты. Другие этого ещё не видят, но умненькой Кити достаточно намёка, обмолвки:
  - мы с графом во всём доверяем друг другу.
  Даже в торговых делах полное доверие - вещь редчайшая, а уж в политике. А его уверенность, что граф нарисует помилование на им же вынесенном смертном приговоре! Это отношения отца и сына, а не вассала и сюзерена. Почему же я отказалась войти к нему в Дом, ведь это почти что стать графиней! Ну, не отказалась, а отложила, хотя я им так увлеклась! И это взаимно.
  И как ему объяснить - у меня здесь своё дело, его я не брошу, даже ради него. Все считают, Кити - легкомысленная бабочка, порхающая от одного парня к другому. Этот образ очень удобен в торговых делах - а они у меня, пусть и без особого размаха, весьма прибыльны. Даже в эти дни, когда мы с ним сутки напролёт любили друг друга я купила баржу с разбойниками и отправила на запад - там постоянные стычки и заплатят вдвое. А обратно она привезёт железо и дерево для Дальтезе.
  Скупила все стаканы тонкого стекла и отдала художнику, к ним заказала подстаканники и ложечки из тёмного серебра Латиши. На юге в Армире за них заплатят вдесятеро. Сегодня спрос на зеркальца, посуду и стеклянные украшения упал - рынок в Тубрии невелик, и я скупила большую часть на вексель. Его приняли без звука - я же дочка бургомистра и любовница наместника. Их я отослала на север нордлингам и на юг в Хараз. Тут прибыль будет поменьше, но треть я наварю не вложив денег. И это за два дня! А что мне делать в Майдоре или в этих Вакешках? Лучше останусь здесь и буду ждать Дальтезе с зерном. Лишь бы только этот дурак - мой отец, не выдал меня замуж.
  Пока он спал, я позанималась с Канирой, есть особые знания для неё и её хозяина. Мне они известны - у деда есть рабыня на клятве, и он с ней при мне возился. Объяснял - многое, запрещённое другим рабам и слугам, ей не только разрешено, но и вменено в обязанность. Она часть хозяина!
  В поместье жизнь налаживается - Эрлих нанял кухарку и выделил на кухне комнатку для господ. А за едой Канира наябедничала - орки недоедают, кухарка аж с лица спала. Комендант тут же заявил, что недосмотрел и их будут кормить от пуза. А Дальтезе просто пошёл на кухню и вскоре мы услышали басовитый смех орков и писклявый кухарки. Вернувшись, он встретил мой возмущённый взгляд и соизволил объяснить: - я им предложил вычистить пару котлов, там в каждом на стенках осталось полно еды. Только потом дочистят их до блеска. Кухарка же счастлива - для ребят отдраить их ерунда, а её девкам не придётся ломаться.
  А затем уже в спальне достал мои письма в Латишу - оказывается серебро выдаёт он лично, его добыча невелика и большую часть они с Янисом заранее распределили. Заказанное я получу, но не всё сразу, а по частям, и в дальнейшем лучше сразу писать ему. В мыслях я обозвала себя дурой, могла сразу сообразить, они с Янисом серебряную жилу на свободу не пустят - это деньги.
  Ещё ему понадобился армирский шёлк. Я не удержалась и спросила - неужто бабам в поле необходимы кружевные трусики? И опять промазала. Ему нужно прочное парусное полотно и нить для боевой одежды - два слоя из шёлка, остальные льняные. Такая куртка защитит лучше кольчуги. Да на таких заказах через год я многих в Тубрии потесню, может быть и свою контору открою.
  Торговые дела мне всегда интересны, но сейчас хотелось другого. Я повалила его на кровать, заткнула рот поцелуем - забудь о делах, но тут раздался крик: - "баржи горят". Он выскользнул из-под меня, схватил куртку и пояс с оружием, метнулся вниз. Мы с Канирой помчались следом. Выскочив на улицу, я услышала его крик - "Назад", рядом с ним было трое воинов, один раненый стрелой в бедро. Вперёд метнулась Канира, но я сбила её подножкой, ударила по губам - она пыталась меня укусить и прошипела: - "хозяин приказал - назад"! Послушалась, я для неё тоже вроде хозяйки.
  Далее мы стали зрителями. Дальтезе сразу накрыл своих мороком и выбросил несколько фантомов. Пока их старательно били, Нидар достал револьвер с длинным стволом и тот трижды тявкнул. Первым с крыши слетел эльф, за ним два арбалетчика, и раздались смачные "шлёп", "шлёп" - дома здесь трёхэтажные. Затем он трижды выстрелил в туман перед собой - противник тоже накрылся мороком, выдернул клинок и бросился вперёд. Какой-то гигант бросился ему навстречу, и упал с перерезанным горлом. Затем возник маг, творящий заклинание, сорванное отрубленной кистью. Всё это заняло меньше минуты - примчалась полусотня, а с графского подворья вывалилась личная охрана.
  Выяснение было коротким, мага забили в колодки и уложили на воз рядом с бывшим комендантом подворья. А организовал засаду один из младших баронских сынков, удравший в Гудерий. Я огорчилась - в большом городе спрятаться просто. А Дальтезе жёстко усмехнулся - останется без денег, сам в Виртенн приползёт. А его старшие братья ему рёбра пересчитают и выдадут.
  
  Канира
  Какое счастье - я рабыня на клятве! Сама Кити занялась моим гардеробом, а потом всю одежду подогнали мне по фигуре. Я посмотрелась в зеркало и не узнала себя - совсем незнакомая девушка. И насчёт "посмотрелась в зеркало" - в Тубрии больших зеркал в рост человека всего пять, и два из них в поместьях Дальтезе. Он их и привёз в город. Так о чём я? Прежде мне к такому зеркалу и подойти не дали бы, а теперь? Любуйся сколько хочешь! А на кухне. Раньше побыстрее заглотить хоть что-нибудь, пока не выпихнули. А теперь сижу за господским столом и выбираю кусочки повкуснее.
  Работа? Накормить двух забитых в колодки мерзавцев наркотиком, чтобы побыстрее сдохли. Да я бы зубами им горло порвала, было бы приказано. А в мыльне меня впервые вымыли! И кто? Кити с хозяином! Ах, какое это было наслаждение. А это удивительное ощущение чистоты.
  Я даже по дому стала ходить иначе. Раньше тихонечко кралась вдоль стен, лишь бы никого не задеть. А нынче? Иду куда хочу, а меня обходят! И глядят эдак боязливо. Правильно. Я отныне глаза и уши Дальтезе, а его боятся. Даже Эрлиха приняли с облегчением, а он мужик жёсткий и свирепый.
  Но оказывается рабыня на клятве должна много знать и уметь, Кити взялась учить меня и хозяина. У её деда была, вернее есть, такая рабыня. Она нянчила Кити и много рассказывала. Я старалась запомнить и понять всё - эта новая жизнь мне нравится, но её надо знать. И себя тоже. Да, я теперь разумная собака и это мне по душе. Конечно, если хозяин не наказывает, а внимателен и ласков. Кити ему это объяснила. Жаль, она не пошла к нему в Дом, с ней мне намного легче.
  А когда попали в засаду, я сглупила, бросилась защищать. И кого - воина! Крохотная шавка храбро атаковала волков. Он мне потом объяснил - не становиться между ним и противником, иначе я защищаю врага от хозяина. Надо держаться сбоку от него и немного сзади. А при нападении заходить за спину врага. Оказавшись между нами, тот на меня отвлечётся, а Дальтезе убивает быстро.
  В эту ночь Кити положила меня в их постель, и я не подглядывала в щёлку, а лежала рядом. Меня они не трогали, играли вдвоём, но всё равно было так приятно. А потом он обнял меня, и я уснула. Утром пришлось встать на рассвете, раньше так рано никогда не вставала. Но на возу, куда меня посадил хозяин, я закуталась в одеяло и спала дальше. Проснулась лишь на первом привале. Хозяин снял меня с воза, а возчики уже принесли миски с кашей - мой первый сегодня завтрак. Стоянка была короткой, я быстренько вымыла миски и забралась на воз. Я впервые выехала из города и поначалу смотрела во все глаза, но вокруг была лишь пожухлая трава да изредка пятна кустарников.
  Меня пугала слабая связь с хозяином, а ведь он был неподалёку. Кити предупреждала - связь станет прочной через несколько дней, а вначале придётся помучиться. Хорошо, что на каждом привале он подъезжал ко мне, я прижимала его руку к щеке и чувствовала его заботу. На пол перегона этого хватало, а затем опять начинала его высматривать. В Майдоре он сразу посадил меня к себе в седло, и мы расстались с караваном. Уже стемнело, я клевала носом и города толком не видела.
  Здесь у хозяина тоже собственный дом, интересно, я ведь о нём ничего не знаю. Думала поначалу - купец, как и другие большие люди в Тубрии. А он воин - что это такое? Эрлих тоже воин, а для хозяина почти раб, вроде меня. Но это неважно, со временем выясню. На ночь он взял меня к себе в кровать. Сначала хотел положить отдельно, но я так умоляюще на него посмотрела! А ночью проснулась - его нет рядом. Я запаниковала, начала метаться по комнате, но тут он пришёл. Легли, а мне не спится, то начну целовать его руку, то никак не могу улечься, а главное - не даю ему спать. И ничего не могу с собой поделать - боюсь его потерять.
  Понимаю, это издевательство, а остановиться не могу. Хорошо, что у меня хороший хозяин. Не стал ругать, а поцеловал в губы и стал ласкать моё тело. Я подумала - зачем, и так не могу уснуть. Но было так приятно, всякие мысли исчезли. А когда он вошёл в меня! У нас, разумных собак, в постели чувства иные. Что мне какие-то там оргазмы - я почувствовала ЕГО! Я ощутила - ему со мной хорошо, ему нравится лежащая под ним костлявая девчонка. И нить, связывающая нас, стала толстой и крепкой. Он меня вытер - оторваться от хозяина было свыше моих сил, и обнял. Стало так уютно и пришёл сон.
  
  Нидар
  Как я вляпался с этой клятвой! Еле-еле отбился от Эрлиха - ограничились обычной вассальной, и тут эта пигалица вылезла. Не убивать же её. Спасибо Кити, по незнанию мог бы всё испортить, а так приспосабливаемся друг к другу. Только её придётся многому научить и себя тоже. Но как женщину я её не воспринимаю, хоть этой ночью были близки. Разумная собака, вернее щенок.
  Сегодня опять бужу её спозаранок, не привыкла рано вставать, а придётся - время поджимает. Посадил её к себе в седло, пойдём спорой рысью - одна сотрёт себе ноги. По пути поспорили с Катусом - он предлагал посадить её сзади. Объяснять, оттуда она может слететь, не стал. Решил пошутить - вы, аборигены сажаете женщину сзади, чтобы не мешала мечом махать. А мы, пришлые, выхватываем пистолет, поэтому ей лучше быть спереди. Он задумался! А шутка оказалась верной.
  Здешние ездовые животные лучше земных. И крупнее, и идут быстрее, а главное - выносливее. Рассчитываю дойти до Вакешек за один переход, только разок сменим лошадей. Обожаю быструю езду, стану бароном - смотаюсь в новые княжества и куплю мотоцикл. С ними необходимо установить отношения. У Каниры в глазах замелькало - поедем тише. Я отметил - вижу её глазами.
  Крестьяне молодцы, взяли себя в руки и защищают поля. Вдоль дороги выстроились пародии на ветряные мельницы - столб с пропеллером. Дует здесь постоянно - он крутится и гудит, пугает. Мелкие стаи птиц на выбитых полях крутятся, а на нетронутые не суются. Лопастей не испугалась, так вдоль поля псы бегают, а сверху сети висят. И вдоль дороги немало птичьих тушек валяется.
  Вот и Вакешки, глажу свою лошадку - быстро доскакала. А это что за типусы? Расселись по наглому во дворе, с оружием. Явно рвались в дом - у двери десяток воинов с обнажёнными саблями, не пускают. Разберёмся. Спешиваюсь и вхожу во двор, надо бы въехать, но над воротами брус против всадников-хамов. Кто это меня вдруг навестил? Эти четверо - младшие сыновья баронов, рядом профессиональный заменитель - опытный поединщик, но зря надеется на схватку. С ними охрана - четырнадцать человек. И советник Койсис, Сибас его разок турнул, но он настырный.
  Как куётся победа - игрой по собственным правилам. Советник пытается что-то сказать, но я ору - "войско к бою, бей бандитов". Двор наполняется воинами, другие у ограды с наружной стороны, готовые бить в спины. У меня три полусотни против двадцати человек, желание сражаться у моих противников пропало. Советник лезет ко мне с какой-то бумагой, отбираю и читаю - "советнику Койсису поручено провести проверку всех действий наместника Нидара дир Кариба, а при необходимости арестовать его." И подпись - первый советник графства Виртенн Ауль сет Мореншей.
  Не слабо! Спрашиваю - а что, граф Янис свергнут? - Не умеют местные устаивать перевороты.
  - Не-ет. Но он занят, - блеет советник, сообразил, что его ждёт.
  - Граф Виртенна дал мне здесь полную власть и лишь его распоряжениям я подчиняюсь, - к словам добавляю убойный довод - удар в солнечное сплетение.
  - Этого ублюдка забить в колодки и отправить в Майдор к двум другим. Мятежей не потерплю.
  Местные, в большинстве своём, не умеют читать бумаги, не замечают важных деталей. Этим грешат даже бароны и наместники. Чиновники же пользуются этим как для вымогательства, так и для удаления неугодных им деятелей. Только вот у меня есть документ, в котором сказано:
  "Наместник баронства Высокие холмы Нидар дир Карбас подчиняется только мне - Янису графу Виртенна. Любые другие распоряжения на территории баронства недействительны, а люди, требующие их выполнения, подлежат аресту и последующему графскому суду."
  И я уже вбил в головы всем командирам - здесь имеем право командовать только я и граф Янис. Остальные самозванцы! Но до виртеннских чиновников и баронских сынков сие пока не дошло. А слухи о серебре Латиши отбили способность здраво мыслить. Вот и вляпались.
  С советником разобрались, теперь охрана. Но вперёд выходит заменитель, презрительно глядит на нанимателей, и вызывает меня на дуэль от их имени. Я бы сейчас от души посмеялся, но этот дядя с мечом и в тяжёлом доспехе ждать не намерен и прёт на меня. Две пули из револьвера сбивают его на землю - на нём кираса, закрывающая всё тело, от горла до паха. Мои воины накидываются на него, отбирают оружие и сдирают доспехи с одеждой. Я зачитываю указ Яниса о казни заменителей.
  Мой несостоявшийся противник одаривает тяжёлым взглядом нанимателей, об этом указе они его не известили. И теперь его на площади удавят48. Меня бесят эти младшие сынки баронов - бездельники, мешающих другим, особенно своим старшим братьям. Так хочется выдернуть кого-нибудь в круг и пустить кровь, а лучше выпороть кнутом! Но некогда, спешу в Домушки на пуск домны. Поэтому "радую" их штрафом в 500 асиев каждому и предупреждаю - не выплатите, заклеймлю и продам как рабов. А это потеря личного дворянства и оплеуха всему роду, так что никуда не денутся.
  Один завопил - его отец не барон, а всего лишь сеньор. Снижаю ему штраф до 300 и отправляю всю четвёрку в погреб, а их воинов в тюрьму, где условия легше. Велия уговорила меня поесть и успокоиться. Заодно продиктовал письма Янису и отцам щенков. Моя домоправительница дождалась пока мы поедим и только тогда поинтересовалась - откуда эта милая девочка? Канира с гордостью заявила - она рабыня на клятве. Тут Велия стала меня ругать и жалеть "бедную девочку", которая возмутилась - "я сама захотела стать его рабыней и счастлива".
  Они понравились друг другу, это меня обрадовало, но оставить Каниру в Вакешках Велия не разрешила: - "первые десять дней рабыне на клятве надо быть рядом с хозяином, да и потом далеко не отходить. Только через год её можно на пару дней оставлять в доме хозяина." Сложностей с этим приобретением у меня предостаточно, но эта девчонка умудрилась зацепить мою душу. У неё такой радостный взгляд, она так счастлива рядом со мной, что неизбежные проблемы кажутся мелочью.
  "Опять скрипит потёртое седло", до Домушек один перегон, а жеребец отдохнул. Жаль, еду не сам-пятый, а с двумя полусотнями, уж очень хотят эти ублюдки не дать мне покончить с птицами. Да и ружей они боятся, вот и приходится беречься. Приехали. Спешиваюсь, подхожу к домне и низко ей кланяюсь: - приветствую тебя госпожа, мы сделали всё, что смогли. Порадуй нас хорошим чугуном.
  Снова смотрю на её. Домна неказиста, она трудяга и не собирается красоваться, а эта ещё несовершенна - я не металлург, там-сям нахватался, общие принципы знаю, а детали решали на месте. И уже сделав, понимали - надо иначе. Но время поджимало и многое не стали переделывать. Ниже две мартеновские печи, там всё готово, нужен только чугун. А немного в стороне на речке, текущей вдоль Латиши, закрутились огромные водяные колёса. И задышали меха, поток воздуха пошёл в печи.
  
  Аргело, наместник баронства Малые холмы
  Праздник первого металла! Понимаю - это важно, но я хочу повидаться с Дальтезе. Уже который год идёт война с болотниками и второй под моим руководством. Янис меня хвалит, но напрасно - они нас успешно грабят, а мы лишь отбрёхиваемся. И причина очевидна - нет полководца! Я могу повести пятисотку в бой, но укажите - где и когда ударить. А пока что бью по пустому месту и пропускаю чувствительные удары. Хорошо, не несу серьёзных потерь, как мои предшественники, но и успехами похвастаться не могу. Поэтому и хочу присмотреться к возможному преемнику.
  Севернее Домушек стоит башня, остаток древнего замка, разрушенного до появления пришлых. С неё прекрасно просматриваются окрестности, и хороший командир обязательно поднимется на неё. Оставляю полусотню внизу и поднимаюсь наверх, башня сложена на века и постоянно обновлялась. Я оказался прав - мой коллега принял первый чугун и едет к башне, тоже хочет глянуть с высоты.
  - Ну как посшибаешь птичек? - встречаю его вопросом.
  Он пожимает мне руку, - будут ружья - посыпятся.
  - А что потом собираешься делать? - спрашиваю нейтральным тоном.
  - Это уж Янис будет решать, по мне в Высоких холмах дел невпроворот.
  - Думается, отдаст он тебе Малые холмы и поручит защищать их болотников, - заявляю ему.
  - А ты как же? - он отрывается от обзора окрестностей.
  - Я могу командовать пятисоткой, - смотрю ему в глаза, - а наместник из меня никакой.
  - Но Янис тебя хвалил, - Дальтезе удивлён.
  - Это он от безысходности, никто не представляет, как отбить их набеги.
  - А зачем их отбивать? Надо захватить их замки и набеги прекратятся, - сказал он.
  Я поначалу потерял дар речи, потом возразил, - у них большая и сильная армия.
  - Не такая уж большая и не сильная, но ты прав - лучше сначала перебить их в поле, - сказал он скучающим голосом, - только трёх пятисоток мало, нужно хотя бы пять.
  - Дальтезе, назначат тебя генералом49 - оставь меня тысячником, - прошу его.
  - Договорились, - он хлопает меня по плечу.
  - И еще совет, прикрой Латишу, - говорю ему, - о серебре знают все, а там проходит единственная дорога от болотников. Пока я держу на подступах несколько полусотен, но пойдёт зерно, придётся их перебросить. Тогда они обязательно налетят сильным отрядом.
  - Благодарю за предупреждение, - Дальтезе думает о своём, - через декаду обязательно прикрою, а раньше сложно.
  На этом мы расстались, мне надолго покидать Малые холмы нельзя.
  
  Маргон, кузнец
  Не могу поверить, недавно здесь было пусто, а теперь поднялся "металлургический завод". Это слова Дальтезе, я - простой кузнец и всем говорил, - "строю большую кузню". Наместник свалил на меня большую часть хлопот по строительству, а я не заметил, как стал здесь первым прорабом. Соскучился по металлу, зато кузня отгрохана большущая, Нидар сосредоточил в Домушках и соседних деревнях восемьдесят (!) бригад кузнецов. Они будут проковывать выплавленные ленты, а уж из них лучшие выкуют ружья и шашки. То есть на каждого из нас будет работать ДЕВЯТЬ бригад. Никто и никогда не смог бы договориться с кузнецами так работать. А Дальтезе даже не договаривался - хочешь хорошую сталь, работай на моих условиях. А нет - сам выплавляй металл, без угля и без руды.
  Соскучился с по своему молоту и с нетерпением жду металла. И вот пошёл чугун! Самый первый льётся в чаны с водой, струя распадается в воздухе на капли и падает дробинками. Свинца у нас нет, но чугун твёрже и этим лучше. Следующая порция бежит по канавкам и застывает внизу стержнями. Ими с удовольствием заменят в окнах деревянные брусья, которые надо часто менять.
  А третья разливается в изложницы - огромные чаши в вагонетках, их везут по рельсам и выливают в мартены. В эти печи уже загрузили железный лом и всяческие добавки - от марганца до извести и продувают раскалённым воздухом. Я - кузнец, а не сталевар, новая только что появившаяся профессия. Всех тонкостей не знаю, хотя с устройством новых печей разобрался. И наконец, солнце только стало садиться, пошёл металл. Он льётся ручейками и разливается пластинами в плоских изложницах. Им дают немного остыть, окунают в воду и отвозят в кузню. Там их перекуют в тонкие ленты - заготовки для оружия. Пойду и я, надо прочувствовать сталь, хотя и на глаз вижу - хороша!
  В руках опытного кузнеца металл оживает, он сам говорит - сделай из меня клинок, подкову или топор. Я отбираю сталь для ружей и её немало, она настолько удалась, что поначалу я растерялся. Первую ленту проковываю самолично, потом буду брать готовые. Металл послушен, хорошо режется и гнётся, при этом он прочен и вязок. Но уже темнеет, откладываю подготовленные к ковке стволы, без света можно запороть работу.
  
  Сибас
  На пуск домны братец меня не отпустил - "нечего тебе там делать, всё равно в металле ты не разбираешься". И с удовольствием добавил - а с этими ублюдками, баронскими щенками и с моими советниками он разбирается без посторонней помощи. Зато отправил на "птичью охоту", её мы ждали с нетерпением. Уже понятно, значительная часть урожая сохранена, но нам этого мало, хочется увидеть истребление крылатых грабителей. Да и ружей гром заставит многих вести себя тише.
  И Дальтезе я не прочь повидать, сначала мы отнеслись друг к другу настороженно, но затем стали приятелями, которых редкость встреч огорчает. Везу ему два сообщения, грустное - Кити отец выдал замуж и супруг увёз её в Гудерий. И приятное - нам заплатили по 900 асиев штрафа. Уже на подходе к первой деревне слышны ружейные залпы и стаи птиц носятся среди клубов дыма. Крылатых много, но далеко не те тучи, что ранее. Пометавший, птицы собрались в стаю, чтобы атаковать поле. Но попытка сорвалась, два десятка ракет ворвались в неё и вспыхнул фейерверк.
  Красиво, но пташкам не понравилось - сотня птиц ринулась к земле, полыхая горящими перьями. Свора охотничьих псов поспешила прекратить их мучения. Ещё одна стая рвётся к полям понизу и нарывается на залп в упор. Стрелки успевают перезарядить ружья и дать второй залп, засыпая пустошь перед ними подранками. Кроме собак, по полю мечутся лисы и горностаи - еда есть для всех.
  А перед полем выстроилась шеренга крестьян с лопатами в руках. На их лицах решимость отстоять урожай. Да и эти лопаты - серьёзное оружие. Толстая рукоять из хорошего дерева годится на древко боевого копья, а штыки из хорошей оружейной стали. Одного удара хватает, чтобы перебить крыло, а то и тушку. Люди явно натренированы - держат строй и бьют точно и экономно.
  Край поля пострадал, не столько от птиц, сколько от ног. Но только край, дальше стена колосьев, налившихся зерном, ещё немного и придёт пора жатвы. Перед крестьянами кроме стрелков разъезжают всадники, вооружённые шашками. Они успешно рассеивают птичьи отряды, вынуждая опускаться на землю, либо взмывать вверх под огонь ружей. И птицы явно устали, часто их группка пытается сесть на землю и передохнуть, но тут же сгоняется собаками.
  Дальтезе, как я и ожидал, под Вакешками - здесь самые тучные поля и самые густые стаи. Хотя не столь уж и густые, проредили их основательно - птичьи головы усеяли пустое поле подо мной. Наконец, он внял предупреждениям, рядом четверть сотни охраны, из них десяток стрелков. Проезжаем сзади, не мешая стрелкам, и вдруг ужасный рёв перепугал лошадей. Со мной полусотня ветеранов, много чего повидавших в жизни, но всем стало не по себе. Подъезжаю и становлюсь рядом с Нидаром, не дожидаясь вопроса, он показывает на дюжину всадников, вооружённых медными трубами. Они разные - прямые, изогнутые или в виде тора. И ревут так, что птиц сдувает с земли.
  Здесь птиц больше, но и войск тоже больше. И если воины и крестьяне вознамерились стоять насмерть до темноты, то птички явно вымотаны. То одна, то другая стая тяжело махая крыльями отправляется в болота. Оставшиеся пробуют прорваться к полям, но их недостаточно, да и решимости нет - залпы в упор сметают первые ряды, а остальные поворачивают назад. Всё чаще и чаще бросок хищника оказывается успешным - измученные птицы не успевают взлететь. Темнота опускается на поля, войска и крестьяне спешат на ночлег, а меня Дальтезе не отпустил:
  - Интересно, сколько они выдержат без сна и еды?
  - Ты собираешься воевать с ними ночью в болотах? - я покрутил рукой у виска.
  Он только улыбнулся и остался на месте. А в середине поля разворачивался маленький военный лагерь - ограда, навесы и две трубы, нацеленные в небо. Возле них крутились фигурки солдат, затем одна, а потом и вторая грохнули и запулили в небо по полену.
  - Миномёты, - пояснил мне Дальтезе, - сейчас мины зависнут над полями на парашютах и бабахнут. Угостят птиц осколками и крупной картечью. А они сидят плотно, считай минус сотня.
  Лучи зашедшего Солнца подсветили медленно опускающиеся белые купола, взрыв, но следом спускалась ещё пара и ещё одна. Над дальними полями взрывались такие же мины. Птицы нехотя поднялись над полем, покружились и стали садится обратно. Но следующие залпы снова подняли их.
  - К утру каждое поле потеряет несколько тысяч крылатых, вокруг полно зверья, и подранок обречён, - Дальтезе тоже устал, - а главное, птички ночью не отдохнут. Без еды и сна они долго не выдержат, завтра или послезавтра с этим местом попрощаются.
  Мы ещё немного подождали, но птицы упорно возвращались на своё поле, на перелёт сил у них не осталось. Нидар ещё ждал, и я рассказал ему о замужестве Кити. Он уже знал и знал многие подробности - на свадебном пиру Эрлих набил морду её папаше, а гости ему рукоплескали. Во время церемонии в храме невеста укусила жениха до крови. Подвыпившие гости, перебивая друг друга, сообщили новобрачному, что утром примчится Дальтезе и зарежет его. Он обожает убивать баронских сынков. Ночью молодожён ночевал в коридоре - супруга, угрожая стилетом, выставила его. А на рассвете его брат спешно отплыл с ними в Гудерий.
  На рассвете мы ждали нового сражения и поспешили в Вакешки отдохнуть. Но утром стаи птиц потянулись на восток, и стало их несравнимо меньше.
  - Следующей весной я их уничтожу окончательно, - подвёл итог наместник.
  - Вот только эти приземлятся в Виртенне, - вдруг дошло до меня, - что скажем Янису?
  - В Виртенне выращивают фрукты и овощи, - "просветил" меня Нидар, - а из зерновых кукурузу для скота. Почти все птички полетит дальше в вассальные баронства, а остальных я уничтожу.
  
  Нидар
  Я глядел на улетающих птиц и напряжение уходило. Это победа, выгнать их из Виртенна просто. У таких заданий неприятный привкус - их позорно проиграть, но победа не поощряется триумфом - подумаешь, успешно поохотился на пташек. А что их было четверть миллиона завтра забудется. И с баронством проблемы - Янис рад выполнить своё обещание, но на весеннем съезде его вассалы меня не утвердят. Они потребуют отдать Высокие холмы кому-нибудь из младших сыновей. А для присвоения титула барона требуется согласие большинства вассалов. Надеюсь, Янис это обойдёт - варианты есть, но уж больно он осторожен. Поэтому буду набирать войска - для начала 15 полусотен вместо 10.
  Возвращаюсь в Вакешки - сначала дождусь своих войск с запада, затем в путь. Обгоняем крестьян, они снимают шапки и кланяются, хотя и не обязаны. Поднимаю руку в приветствии. Сегодня в селе будет большая гулянка - птиц прогнали. И заслуга крестьян в этом немалая - их упорство помогло сохранить две трети полей, а природа отблагодарила хорошим урожаем. Я тоже с удовольствием бы отдохнул, а скорее поехал в Гудерий за Кити, но ... наместник принадлежит баронству. И где она в Гудерии неизвестно, хотя дополнительно к моим информаторам Фома послал туда пару толковых сыщиков. Ничего, скоро жатва и с первым караваном зерна я сам отправлюсь в этот город. И найду!
  Откуда такая уверенность? Всё просто, города здесь небольшие и двое дворян с красивой женщиной заметны. Кому попало говорить не будут, но наместнику, с большой дружиной скажут обязательно. Умные люди не упустят возможности оказать услугу сильному мира сего - то есть мне. На месте найму сотню информаторов и соберу ВСЕ новости, сплетни и слухи, а Кити обязательно выкинет нечто эдакое. Наконец, просто пущу людей обойти все гостиницы, дома в наём и клубы. Уверяю вас, даже опытного разведчика удастся найти, а двое молокососов никуда не денутся!
  Другое дело - это дорого, свыше сотни асиев. Вот только зеркальца, бижутерия и стаканы с подстаканниками сделали меня ОЧЕНЬ богатым. Когда Сибас увидел улыбающегося Аремиуса, то был потрясён - как это мне удалось. Но тайну он так и не узнал! А её нет. Однажды войсковая казна превысила тысячу асиев, мой бухгалтер пересчитывал её трое суток и чуть не сошёл с ума. Теперь я для него БОГ - ибо умножаю деньги. А эта казна хоть и самая большая, но не единственная.
  Нет тайны, но есть маленькая хитрость - я вышиб купцов-перекупщиков из баронства. Кой-кому разрешил торговать в Майдоре, но им там крепко прищемил хвосты. Открыт Тубрий, но число мест для оптовой торговли жёстко ограничено и стоят они немало. Ремесленники же могут продавать изделия мне за хорошую цену, им это выгоднее, чем возить в город и платить там пошлины. Да и сырьё тогда они получают с хорошей скидкой. В итоге доходы перекупщиков вернулись ремесленникам, и мне перепало. И мелким торговцам уютно - налоги низкие и никто не обирает.
  Сейчас я впервые в Великоречье по-настоящему отдыхаю - на чердаке моего дома сооружена открытая веранда. Я возлежу на широком лежаке, а рядом ледник с соками, фруктами и мармеладом. Там священнодействует Канира, счастливая как не знаю кто. Ей в удовольствие ухаживать за мной, к тому же девочка дорвалась до сладкого. А мой отдых вынужденный, жду полусотни с запада, они будут охранять Латишу и Домушки. Одну оставлю здесь, а три объединю в руку, или по-новому - в роту, и отправлю за перевал. Там старая крепостёнка, немного её подправить, и полусотня стрелков в ней остановят и пятисотку. А две полусотни, вооружённые шашками, вычистят округу.
  Правда, это территория Аргело, но он будет только рад. Признаюсь, хочется заняться болотниками, испытать себя на серьёзных дядях. Доказать себе и другим чего я стою. А пока надо организовать доставку зерна в Тубрий, далее в Гудерий и продать там за хорошие деньги. Что такое средневековый правитель? Это и воин, и купец, и дипломат, а ещё политик, судья и автор законов. Мне легче, я всего лишь наместник, а вот Янису достаётся. Чу, трубят - это пришли войска с запада.
  Высокие холмы - моя тюрьма, покинуть баронство даже ненадолго мне сложно. А почему? Нет заместителей - нет надёжных и умных людей, способных взять хотя бы часть власти. По совету Сибаса назначил сотника Рёбера командовать рукой (ротой), защищающей Латишу. Ветеран, лично храбр, исполнителен, но в сложной ситуации может растеряться. Разжевал с ним и сотниками основные ситуации, а душа не на месте - всё не предусмотришь. Помолился богине Авось, и двинулся в Виртенн. А за мной пять полусотен (три стрелковые50) и одна ударная - трубачи.
  Мавира - Майдор - Виртенн, в первой деревне я бывал часто, а вот в Майдор - единственный городок моего баронства, довелось заглянуть лишь однажды. Зато шороху навёл! В Виртенне же, столице графства бывать не довелось, а взглянуть любопытно. По местным меркам город и замок старые, построены до Пересечение Миров 51. Да и на Яниса в домашней обстановке надо посмотреть.
  Мавира. Её мы учуяли издалека - пиршество готовили с размахом. Чего только не было - разные пироги, мясо, птица и даже рыба из-под Тубрия. Отведав угощения, отвожу войска подальше от деревни и устраиваю привал - ехать мы не в состоянии, объелись. Наготовили ведь с размахом и потчевали от души - здесь почти две тысячи дворов, а моё "грозное" войско намного меньше.
  После небольшого отдыха приказал всем пробежаться и протрястись, ведя лошадей в поводу. Лишь Канира ехала в седле и смеялась, глядя на нас. А что тут смешного объяснить не смогла. В Майдоре нас встретили танцами и песнями, особого угощения не было - город ещё не отошёл от голода, зато веселье зашкаливало. Мой оркестр сыграл пару маршей, получилось ужасно - их трубы до сих пор лишь пугали жутким рёвом. Но горожане воодушевились и начали учить музыкантов играть на инструментах. Войско отправилось на военный постоялый двор с разрешением развлекаться до полуночи - пусть спустят пар. А завтра сотник соберёт загулявших.
  Нравится мне Майдор, как нравится весёлая девушка, танцующая со всеми, но не принадлежащая никому. Дел у меня здесь невпроворот, но они подождут, займусь ими позже. Не хочу предстать перед Янисом загнанной лошадью - не нужна мне его жалость. Он должен видеть - я готов справиться с любыми трудностями. И встретиться с Виртенном хочу не отяготив себя яркими впечатлениями. Усмехнулся сравнению - перед знакомством с невестой неразумно заваливаться в бордель.
  И хотя тянуло пройтись, я остался в своём особняке. Канира - умница, почувствовала меня и легла на отдельной койке в углу комнаты. А музыка Майдора заменила мне колыбельную.
  Наутро мы выехали. Удивительно, бойцы собрались все - десяток отставших не в счёт, догонят. Люди повеселели - ощутили вкус успеха и заулыбались. Вокруг редколесье, места ненаселённые, лишь редкие постоялые дворы вдоль тракта. Вообще, в Великоречье люди селятся пятнами, между ними лежат пространства, где редко-редко ступала нога человека. Если не считать прорезающих их насквозь дорог. Но уже в паре километров от любой из них начинается Terra incognita - земля неизведанная.
  Грабители, пираты и прочие милые люди
  В новый путь зовут меня дороги дальние,
  Да в лесах разбойнички кишат.
  Я купил у бомжа привокзального
  Автомат системы ППШ.
  Нидар
  От Майдора до Виртенна день хода, а на Земле пришлось бы скакать дня два. Здесь лошади, да и всё живое выносливее и быстрее нежели в оставленном мною Мире. Почему? Такие породы или свойства местного воздуха? Наверное, и то и другое! И мне необходимо это учитывать - охотников за моей головой хватает. Но пока можно бездумно глядеть по сторонам.
  Постоялые дворы здесь редки, а привалы пришлось устраивать часто - опыта длинных переходов у многих нет. Но все воодушевлены - короткий отдых и вперёд. День клонится к вечеру, бегущие по дороге тени удлинились и вдали тускло заблестели шпили Виртенна. Здешние тракты - не автострады на Земле, они узкие и извиваются. И когда крохотный отрядик возник внезапно перед нами, его чуть не уничтожили. К счастью командир головной полусотни узрел штандарт курьера из Виртенна и убийственный залп не грянул. Но юноши испугались и добираясь до меня, с опаской посматривали на ружья, а особенно на здоровенных псов, сопровождающих воинов52.
  Этот гонец привёз мне послание от моего сюзерена. К нему в замок завалилась стая младших баронских сынков с пятисоткой дружинников и потребовали (!!!) денег. А под его рукой только две полусотни и личная охрана, они же во внутреннем дворе. Граф надеется затянуть с ними переговоры до утра и ждёт меня. А ещё предупреждает - надвратная башня захвачена ими.
  Виртенн - это и река, и город, и замок. Река изгибается руной "┓▁", и чтобы попасть в замок её надо пересечь дважды. Мы подъехали к мосту, и я с первой полусотней под мороком помчал через город. Требовалось немного опередить основное войско и попытаться внезапно занять ворота. На улицах было пусто - горожане спрятались от господских разборок. Карту Виртенна я помнил и к мосту, ведущему к надвратной башне, мы выскочили внезапно для толпящихся там солдат. Они не успели ничего понять, как мои воины смешались с ними и пустили в ход кинжалы.
  Башню захватили быстро, а главное - тихо. Впрочем, все не отрываясь смотрели увлекательнейший спектакль - Янис и позолоченные детки. Те кривлялись, махали кулаками, что-то кричали. А граф стоял на крыльце как скала и бросал им короткие реплики. Заметив меня, он спустился на ступеньку, стараясь удержать на себе внимание и дать моим войскам развернуться. Но когда ворота распахнулись и полились мои войска, то начался следующий акт. Хорошо, что были тренировки - выехав на позицию, стрелки спешились, а коноводы отвели их лошадей. Между стрелковыми десятками встали конные, вооружённые шашками. Командир вражеской дружины только тронулся ко мне, а мои войска развернулись к бою. Противник под прицелом, в том числе и со стен - можно начать переговоры.
  Неприятель ошарашен и растерялся, похоже изначально они собирались ввалиться толпой, получить деньги и уйти. А что делать теперь? На баронских деток надежды никакой и вражеский командир созывает своих офицеров - совещание на поле боя это само то! Я же подъезжаю к Янису, это левый фланг построения, надо координировать наши действия. "Постарайся без крови" - шепчет он мне.
  Я с ним согласен - мои войска ещё плохо обучены, а враг опытен и загнан в угол. Потери будут немалые. Лучше договориться, но на моих условиях. Их командир подъехал ко мне, ничего умного ему не предложили, а в импровизациях он не силён, да и в переговорах тоже. Это типичный воин со следами от многих схваток, выслужившийся с самого низа и пятисотка его потолок. Сходу он рубанул:
  - У меня больше воинов, в схватке я тебя раздавлю!
  - Тебя что, считать не научили, - демонстративно зеваю, - у меня сто ружей, двести стволов. Один залп и перед вами вал из убитых и раненых, людей и лошадей. Пока перелезете, получите ещё два залпа, минус триста воинов.
  Я немного блефую, но опытному бойцу очевидно главное - первыми жертвами будет он сам и его офицеры. В его голове с трудом проворачивается умная мысль:
  - Не лучше ли нам решить дело миром?
  - Конечно, - обрадованно восклицаю, - заплатите небольшой штраф и катитесь к себе.
  - Уже ночь! - возмутился мой оппонент.
  - За западными воротами находится торговая площадка, - вступил в разговор Янис, - она окружена стеной, там и переночуете.
  - Прикажи десятнику их туда отвести, - командую я, - а мы определим размеры штрафа.
  Янис удивлён, но молчит - вопросы и объяснения будут потом. Я же хочу на какое-то время отделить командиров от войск. Граф озвучил размеры штрафов - немалые, но посильные. Вся эта гоп-компания пишет расписки - денег ни у кого нет, и маг накладывает долговые печати53. Штрафуем и офицеров. А у солдат отбираем за воротами клинки, и у каждого второго - коня. Оштрафованные просили разрешить им переночевать в замке, но их всех выпроводили на торговую площадку.
  Мои войска разместились в графских казармах, а мы с Янисом поднимаемся к нему в кабинет. Замок ухожен, сравнительно чисто, лестницы и коридоры больше похожи на дворцовые, чем на переходы в крепости. Хотя по пути мне не попалось ни одной картины на стене, ни какой-нибудь статуи. То ли это стремление к полезности и функциональности, а может забота о своей безопасности. Вокруг только камень, ровный и немного шершавый на ощупь. Охраны мало, зато за нами топает дюжина бойцов; впрочем, почти все воины были во дворе, отражая нападение. И теперь отдыхают.
  
  Рейтон, секретарь
  Такого ещё не случалось! Бывало приезжало несколько баронских обормотов и слёзно просили помочь оплатить долг, а не то их тятенька выпорет! И обычно Янис давал им денег. В наших краях такое широко практикуется. Когда случилось Пересечение Миров, всё сдвинулось и произошёл Великий Передел. Будущие герцоги и графы захватили лучшие земли, а баронам и прочим сеньорам достались места поплоше. Зато на границе, и спать им приходилось в доспехах, держа в руке меч. Поэтому сюзерены часто прощали им налоги и даже сами доплачивали.
  Прошло два века, границы утряслись и стали спокойнее, жизнь наладилась, но налоги остались низкими. И их не всегда платили. А с сюзерена по привычке просили "помощи". Хуже того, бароны и сеньоры заводили до десятка и более детишек, а с ними жили родные и двоюродные братья, и тоже с семьями. Эдакие дворянские гнёзда до сотни двуногих пташек в каждом. Конечно, ни баронство, ни тем более сеньорат54 прокормить столько нахлебников не могли. И в графстве, разоряемом птицами (крылатыми), денег для "помощи" им не было.
  Детки же и племянники всё больше и больше наглели, они уже не просили, а требовали! И докатились до вооружённого налёта! Хорошо Дальтезе успел, а то могло произойти всякое. Среди этих щенков была пара отморозков, предлагавших захватить цитадель. А ведь могли! У них десять полусотен, а у Яниса - лишь три, и ещё две из челяди. Но мы могли только грозно стоять, надув щёки и стараясь не уронить меч - сражаться никто из нас не умел.
  Конечно, замок хорошо укреплён и пятисоткой его не взять, но один из советников провёл телохранителей тысячника55 в надвратную башню. А те вырезали её гарнизон! Такое в голове не укладывается - убить людей сюзерена! Уже в кабинете - туда пригласили и меня, он попенял Дальтезе, что тот приказал казнить советника и телохранителей.
  - За кровь отвечают кровью, - не согласился тот.
  - И пойдёт взаимное кровопускание, - возразил Янис. Дальтезе не согласился, но промолчал.
  Граф подождал и представил меня как специалиста по Гудерию, предложил взять с собой советником. Меня никто не спрашивал, впрочем, в Виртенне я бы так и оставался помощником младшего советника. И посоветовал поспешить с отправкой каравана. А меня послали собираться в дорогу.
  
  Нидар
  Пока-пока-покачивается палуба у меня под ногами. Наконец-то караван собран и отплыл. Это на Земле загрузил судно и полный вперёд, а здесь ... Гр-ребные суда56 меня за...гребли! Что такое 12 пар вёсел? - это 24 гребца. Если это рабы - то единовременно работают 6-8 пар, а остальные отдыхают или едят. И напрягаться они не желают. А посему кто побогаче нанимают специальные ватаги гребцов. Но те всегда оговаривают - в драках они не участвуют! А такая ватага, да в две смены - это 50 мордоворотов, места остаётся на три десятка воинов с матросами и всё. Бочка сельдью набита!
  Богатые купцы всегда имеют достаточно ладей для охраны, но у меня их только две на семь барж, последним придётся отбиваться самостоятельно. А тогда груза придётся брать мало, и выручка только-только оправдает поход. Да и плыть, сидя друг у друга на голове, не весело.
  Мне здорово помог Гроний, пират, чьи корабли потопил бурган Гудерия - Ардмел. Кстати, мой грядущий враг, и Гроний надеется, что я с ним посчитаюсь. Я тоже на это надеюсь, но как - не представляю. Средневековье - это узкая специализация, ты или воин, или матрос, или гребец. Мы с Гронием смогли объяснить бойцам, что болтаться весь день на палубе, а потом драться одному с тремя пиратами не интересно. А погрести одну смену из трёх, а затем схватиться с врагом один на один намного лучше. Хорошо, что большинство моих людей - марани, а для них обычно несколько умений.
  Гребцов я всё-таки нанял, но только на четыре пары вёсел из дюжины на каждое судно. Зато на каждой барже полная полусотня воинов, а на ладьях по полторы. Две баржи пришлось загрузить лошадьми - драка предстоит серьёзная и конница может решить её исход. Остальные везут зерно и товары, я наотрез отказался брать металлы и лён, хотя на них весьма приличный спрос. Только готовые изделия! Места мало, а ремесленники тоже имеют право положить себе на хлеб кусок мяса. Мои, разумеется! Чужих я кормить не нанимался.
  С Янисом мы хорошо поговорили, но недолго - мне следовало поторапливаться. Он предупредил меня, что вырастить и сохранить урожай недостаточно, надо его отвезти на торг и там выгодно продать. А ограбить меня попытаются как по пути, так и на месте. И не только силой. Например, потребуют за право торговли половину зерна и товара! В Гудерии у нас своё подворье, место для небольшого рынка и свой причал. Но наша территория фактически захвачена, а подворье в осаде. Ардмел заявил, что это его территория, а весь груз теперь будут отдавать ему за его цену. Кто из купцов согласился, кто уплыл из города, а некоторые ждут караван из Виртенна - надеются на меня.
  Я же топчусь на палубе - то ли грозный морской волк, то ли турист-бездельник. Рядом Гроний - вот он и есть по сути адмирал нашей флотилии. Только до каких пор и насколько ему можно доверять? Не представляю! Он рассказал, мои главные противники - Ардмел и Криспен, сильнейший пиратский адмирал, вот-вот сцепятся друг с другом. Бурган заказал в Армире большую партию фарфора и шёлка, Криспен хочет её перехватить, но Ардмел узнал об этом и готовит ему западню. Если вовремя напасть, то можно одного из них уничтожить, а другого сильно потрепать. Но вдруг деле они между собой договорились, и это капкан для меня? Навалятся вдвоём и ружья не спасут!
  Так что делать? Решать задачи по мере поступления! Сначала добраться до Гудерия и отбить своё. Затем продать зерно и товар мелким оптом, а то и в розницу. А дальше ... будем посмотреть. Сам я лезть в драку не намерен, но там видно будет.
  
  Гроний
  Моряк без корабля - печальнее не бывает! А всё Ардмел. Втемяшилось ему стать единственным пиратом в этих водах. Есть здесь городок, где никто никого не трогает. Там можно спокойно чинить корабли и даже продать только что захваченный товар его бывшему хозяину. Всеобщий мир! И вдруг заявляется этот гад и сжигает все корабли в порту. Потом пытается захватить городок, но пираты и купеческие дружины ему вломили. Еле ноги унёс. Да только и нам пришлось призадуматься.
  Я уже дважды начинал всё с нуля, могу и в третий, да уж больно хлопотно без хорошего кораблика. А главное - что потом?! Бывают герои - ноги уже не держат, а он всё водит ватагу. Но такое не по мне. Другие тихонько оседают на берегу. Только это какой-нибудь боцман может купить таверну и жить в своё удовольствие. Если не отнимут - ограбленные дворянчики ох как мстительны. А бывшему пиратскому капитану надо мотать как можно дальше. Или искать сильного покровителя!
  С последним же туго - все тёплые местечки возле герцогов и графьёв давно расхватаны и потесниться никто не собирается. А вот рядом с новым лидером - просторно, но взойдёт ли он наверх или ...? Риск велик, зато какие перспективы! Беда - новых лиц всего ничего, и в основном - морды, особенно Ардмел. Дальтезе всего лишь наместник и сеньор, но он пришлый - они же ребята пробивные, плюс ружья - весомый аргумент. Посмотрим, насколько он и его люди хороши на воде. Гребут они неплохо, конечно в три смены против двух и темп чуть ниже, но всё решит бой.
  А пока мимо нас проплывают берега и лес. Человеческого жилья нигде нет - деревни выбили купцы и пираты, а ближайший крупный город, способный себя защитить - Гудерий. Посёлки же убежали с рек и спрятались в узких притоках. Пираты, а тем более купцы туда не сунутся - добычи может не быть, а риск велик. Зато сами местные промышляют разбоем и несколько лодок могут выскочить в реку и попытать счастья. Дальтезе предложил поймать их в ловушку - одна баржа сразу за притоком отстаёт от каравана, после разбойного нападения флотилия разворачивается, топит лодки и идёт громить посёлок. Не люблю такие фокусы, но быстро баржу не захватить, а людей проверить надо.
  Да и реку полезно почистить - нам придётся сделать ещё несколько рейсов частью флотилии и под охраной всего одной (!) ладьи. В Тубрии зерна и товаров немало и ещё подвозят. Перехожу со своими пиратами на последнюю баржу - при абордаже два десятка опытных рубак отобьют не одну атаку. Ба, оказывается Дальтезе - ловушечник. Я знал об этом, но не ожидал, что настолько! Вдоль борта понатыканы соломенные чучела в форме и с оружием. Командир полусотни меня "успокоил":
  - Пусть стрелки с лодок стреляют в них, людям меньше достанется.
  Хотел сказать - глупо устраивать ловушки. Раз сработает, два, а потом все будут её знать. Впрочем, я уже говорил это Дальтезе по другому поводу. А он лишь усмехнулся:
  - Придумаю что-нибудь ещё.
  На палубе тесно, но борта наращены, и бойцы сидят - с берега их не видно. Многие волнуются, как-никак первый бой, а на воде бежать некуда. Сотник меняет гребцов, теперь все стрелки на палубе. Когда начнётся, поднимутся и остальные, на вёслах будут только ватажники, но для манёвров 8 пар вёсел хватит. Баржа перед нами поворачивает за мыс и тут же из камышей вылетают лодки - пять длинных пирог, битком набитые людьми. Они хотят сходу взять нас на абордаж и утащить в приток.
  Пронзительно пропела боцманская дудка и раскатилась барабанная дробь - баржа резко разворачивается бортом к налётчикам. Думаю, те удивились - обычно жертва пытается бежать, выигрывая время и надеясь на помощь. Вдоль борта сгрудились стрелки - ждут команду. Нам мало отбить налёт, надо захватить лодки - в притоке драться с ними опасно. Томительно тянутся мгновения, кто-то из напавших не выдерживает и гремит выстрел. Чучело предо мною вздрагивает - винтовки случаются в любой банде. Стрелки вскочили и загрохотали наши ружья. Бросаюсь к борту, надо видеть врага и падаю. Похоже одна из лодок решила обойти баржу, а та пошла вперёд и таранила её. Бой закончился не начавшись, большинство разбойников убито или тяжело ранено, и их отправляют за борт.
  Мы с Дальтезе идём по захваченной деревне, никто не сопротивлялся наше появление оказалось внезапным. Он упрямо не верит - они сломлены и будут покорны. Нет, с каждой полусотни им снято две десятки - марани с собаками забирают всё ценное, а стрелки растянулись вдоль единственной улицы и охраняют их. Я не могу удержаться и спрашиваю его:
  - Зачем тебе этот зачуханный посёлок? Сколько ты с него поимеешь? Двести асиев деньгами и тысячу товарами, которые надо ещё продать! Причём добыча делится на всех, а ты получишь десятину! Тебе это очень надо?
  - Не очень. - Соглашается он. - Но почему не сделать людям приятное.
  Мне на язык просится солёное пиратское выражения. Безусловно, он заботится о своих людях, как марани о псах. Но я уверен, при необходимости он пошлёт их в бой, где погибнут девять из десяти. И не будет жевать сопли - раз надо, то вперёд. Аристократическая обходительность у него прекрасно сочетается с рациональностью, переходящей в жёсткость и даже жестокость.
  - Мы теряем день. Не загляни сюда, завтра вечером были бы в Гудерии.
  - А так будем послезавтра утром, - Дальтезе насмешливо улыбается.
  - Но ... - не знаю, что возразить. Все эти дни собирая караван и отправившись в путь, мы спешили изо всех сил. - А теперь Ардмел получит целый день.
  - Нет, только одну ночь, - возражает он, - и это нам на руку.
  
  Нидар
  Не люблю разъяснять, мог бы и сам сообразить, но придётся.
  - Мои люди лишь недавно увидели воду, прошлую ночь мало кто спал, - втолковываю Гронию. - Мы должны были прибыть в Гудерий завтра к вечеру. Три дня и две бессонные ночи на борту основательно вымотали бы их. А Ардмел будет ждать нас со свежей пятисоткой. Днём накануне его люди отдохнут, а то и поспят.
  - Следовало задержать в Тубрии того купца, что перед нами отплыл. Я предупреждал, что он расскажет о нашем караване Ардмелу. - В очередной раз упрекнул меня Гроний. - Теперь тот знает, что мы плывём и когда будем.
  - А я знаю, что он знает. Поэтому мы отплывём завтра, отдохнув и плотно поев, а послезавтра рано утром высадимся в Гудерии. Ардмел будет ждать нас до полуночи, если не дольше. А потом отправит своё войско отдыхать. И когда к ним придёт самый сладкий сон, мы и свалимся на их головы.
  - Но и твои воины толком не поспят, - Гроний поправил тяжёлый абордажный тесак.
  - Выспятся этой ночью и немного подремлют в следующую. Да ещё плотно поедят. Зря что ли мы жарим, коптим и засаливаем столько мяса! Треть скота деревни под нож пустили.
  Вдоль улицы громоздились кучи вываленного барахла - проходящих купцов здесь пощипали неплохо, а мы забирали только ценное, места мало. Гроний равнодушно мазанул по ним взглядом:
  - Ардмел обязательно пошлёт пару лодок в разведку, он нетерпелив.
  - А вот их надо обязательно перехватить, - отвечаю я, - нам необходима внезапность.
  А про себя подумал - этот поход рискованная авантюра. Предлагали мне продать урожай и товары за неплохие деньги. Нет, захотелось выручить больше и в городе закрепиться. Только вряд ли мне позволят, дней через пятьдесят придётся возвращать войска в Виртенн. Хотелось бы грохнуть Ардмела и вернуть Янису его кусочек в Гудерии. А ещё найти Кити. А Гронию говорю:
  - Насчёт денег ты прав, для меня это гроши. Но для моих людей это существенно. Немного - не заспешат обратно домой. И немало - несколько таких стычек и хватит на корову, а то и на лошадь.
  
  Вечером моё войско легло спать рано - и устали, и я настоял. Зато и отплыли вскоре после рассвета. Флотилия увеличилась на одну баржу и четыре больших лодки. На баржу загрузили сотню молодых мужиков - в налёт долго будет некому ходить. И несколько десятков молодых баб - их раскидали по всем палубам флотилии. В Гудерии на рабов и рабынь всегда есть спрос. А две лодки поспешили к Баграде посмотреть кто сейчас плывёт.
  Нам повезло. По реке ходят круглые сутки, но сейчас пусто. Плывущие с низовьев задержаны в Тубрии - после нашего ухода двое суток никто не имеет права отчаливать. А встречные либо прошли, либо сейчас выходят из Гудерия - Ардмел запретил проплывать мимо, а его таможня ночью спит.
  Баграда течёт на юг, но после Гудерия в неё с юго-востока впадает Грольт - быстрый и многоводный приток. И река поворачивает на запад. На фарватере сильное течение и приходится прижиматься к левому берегу, где хватает отмелей. Днём они хорошо видны, теперь же матросы-смотрящие свесились с бортов и отмечают путь временными буйками. А одна из лодок идёт последней и собирает их. А вот ночью придётся отойти от берега и скорость мы потеряем.
  Но это неизбежно, хуже не свернуть вовремя в Баграду - а для этого хватит небольшого попутного ветра. Гудерий с нашей стороны обозначен двумя маяками - у входа в затон и в трёх километрах вверх по Баграде. Но последний полгода как погас, а если Ардмел решит погасить и другой? Проще было бы всё это повесить на Грония, но я ему настолько не доверяю, а самому сложно.
  Днём спустился в свою крохотную каюту немного поспать - ночью вряд ли получится. Кани, моя рабыня на клятве, из неё не вылезает - боится что из реки выпрыгнет рыбина и утащит её. А ещё ей не нравится сокращённое имя, но тут уж будет по-моему - Ка-ни-ра слишком долго.
  Ночью этот Мир совсем другой чем днём, особенно на реке. Тень скрыла берега, лишь иногда, далеко-далеко моргнёт огонёк костра. Тяжёлая тишина давит, редкие вопли жертв бьют по нервам, но самое неприятное - шорохи и плески. Как будто крадутся жуткие хищников. Иногда навстречу проходит караван, тусклый свет носовых фонарей лишь подчёркивает густую темень вокруг.
  Но опытные капитаны легко узнают друг друга. Вдруг замигал сигнальный фонарь Грония и ему ответил капитан встречного корабля. Азбука Морзе и буквы заимствованы у пришлых, но понимать бегло всеобщий мне сложно. Наконец, корабли разошлись, и я узнаю - это пираты, идут из Грольта, наткнулись и захватили лодку Ардмела, которую он послал нам навстречу.
  - Повезло, - комментирует Гроний, - теперь надо поймать следующую.
  На ладье гасим носовой фонарь, на вёслах свежие гребцы и караван остался позади. Нас обгоняют две пироги, хоть они идут ближе к фарватеру, но гребцы не жалеют сил. Гроний пересел в лодку, и ладья следует за сигнальными фонарями у них на корме. Кормчий вывел мою ладью на фарватер и скомандовал: - "Убрать вёсла". Хватаюсь за ванты, палуба подо мной вздрогнула и слева из-под борта раздались крики и ругань. Ладья прошла впритирочку к лодке, вырывая из рук вёсла. Пираты Грония спрыгивают в захватываемую лодку, а с другого борта её берёт на абордаж пирога их капитана.
  Сопротивления опять нет, впрочем, матросы и гребцы принципиально не дерутся, а людей Ардґмела всего пятеро. Поднимаем их на ладью и устраиваем беглый допрос. Подворье ещё держится, оно неплохо укреплено и его не штурмовали, решили не класть людей. Зато всю остальную нашу территорию захватили, вплоть до пирсов в затоне. Он ждал нас с пятисоткой, их у него две, но в середине ночи оставил четыре полусотни, а остальных отправил отдыхать. Две полусотни ждут у причалов в затоне, одна блокирует подворье, и сам Ардмел с полусотней ждёт нас около рынка. Там на Баграде два пирса, можно быстро подвезти или забрать товар.
  Его эскадра и вторая пятисотка ушли на север кого-то "вразумлять". Кораблей у него немало, только ладей пять штук. Но одна ладья и баржа серьёзно пострадали в последней драке, им необходим ремонт. Сила у Ардмела немалая, но он ею опьянён и готов драться со всеми. Надо ему в этом помочь. Если выждать момент, то я и без союзников могу его побить, но тогда окажусь на его месте. А это - всеобщий страх и ненависть, мне же нужны тишина, покой и мирная торговля. То есть надо собрать коалицию и поделить его наследство. Здесь придётся ограничиться кусочком власти.
  Мой смех испугал пленных - рано размышлять о власти в Гудерии, сначала надо высадиться там. Вернувшись на ладью Гроний начал готовиться к десантированию. Варианты мы рассмотрели ещё дома, маяк указывал путь, а я смотрел на светлеющее небо на востоке. Высадимся с первыми лучами солнца - Ардмелу придётся отступить.
  Эскадра разделилась - я повёл ладью и две баржи вдоль берега, а Гроний на второй ладье пошёл с остальными судами в затон. После второго маяка рядом с нашим рынком в реку уходят два пирса длиной в баржу. Ардмел спешил свою полусотню и ждал нас на них, но ладья и обе баржи продолжали идти к причалам, грозно ощетинившись ружьями. Его полусотню смело бы одним залпом, и он поспешил отойти. Одна баржа развернулась бортом к берегу и взяла их на прицел. Два других корабля выгрузили воинов, и они выстроились на берегу чуть ли не одновременно с ардмеловыми. Мой пистолет прицелился в бургана, но Ардмел повернул коня, ожёг того плёткой и крикнул - "Отходим".
  Я ругал себя - нажал бы на курок и одним врагом меньше. Но позже Гроний мне сказал - Ардмел носит амулет, мешающий напасть на него. Ты преодолел его воздействие, но он тебя задержал. Мой адмирал легко расправился с противником - тот ждал его на пирсах, а причаливающие баржи сметали врага огнём. Отступивших добила конница. Полусотня, блокировавшая подворье, сдалась нам.
  
  Рейтон
  Гудерий вытянулся узкой полосой с севера на юг между рекой Баградой и невысокими холмами. С них стекают речушки, разрезающие город на сектора. Почти весь год, кроме весны, они мелкие и узкие. Но у них топкие берега, заросшие колючим кустарником. И через каждую речушку перекинут мост, по которым весь город пресекает дорога от затона до северной стены.
  Подворье Ардмела расположено через одну речку от нашего, на берегу и хорошо укреплено как с воды, так и с суши. Не сумев помешать нашей высадке, он отошёл туда и Дальтезе с несколькими командирами решают - что делать? А я записываю.
  Штурмовать? Не факт, что возьмём, но кровью умоемся точно.
  Начать осаду и ружьями выбить гарнизон? Можно, но долго. В башнях у Ардмела пушки и наверняка найдётся несколько винтовок! А завтра-послезавтра вернётся его флот, и вторая пятисотка.
  Ждать? А чего, ещё войска подвести он нам не даст - потопит на воде.
  И получается - высадились, четыре полусотни побили, захватили всё от затона до первого моста и оказались в ж... Или нет?
  Гроний выглядывает в коридор и приводит только что приплывшего моряка. - "Криспен напал на караван Ардмела" - срывающимся голосом выкрикивает тот. Из дальнейших расспросов выясняется - две ладьи и три баржи везут бургану ценный груз из Армира. Пиратские лодки затормозили караван и корабли Криспена завтра его догонят около впадения Грольта в Баграду.
  - Во второй половине дня, примерно. - уточняет Гроний. - Эскадра Ардмела поспешит каравану на помощь, но ночью не разгонишься, и она на пару часов опоздает. Мы успеем подготовить свою эскадру, соединиться с Криспеном и обговорить взаимодействие.
  - Адмиралом будет Криспен, и он подставит наши корабли, - Дальтезе явно против этого плана.
  - Но согласовать наши действия с пиратами необходимо! - удивлён Гроний.
  - Зачем, готовим эскадру - две ладьи и две баржи, на каждую по полусотне, плюс твои головорезы и всё гребцы-ватажники. - Нидар уже всё решил. - Пропускаешь корабли Ардмела и не спеша идёшь следом. Когда он основательно ввяжется в драку, атакуешь его сзади - сначала бьёшь резерв, затем помогаешь Криспену. Главное, захватить или потопить ладьи Ардмела, желательно все.
  - Ты не пойдешь с нами? - Гроний удивлён.
  - А зачем? На воде от меня толку немного. Лучше я с четырьмя полусотнями перейду затон и ударю Ардмелу с тыла. - Дальтезе зевает, впрочем, все устали.
  
  Гроний
  Так делать не принято, в речном братстве принято заранее договариваться. Но что греха таить, подобных случаев было немало. - "Шёл спокойно, вижу моего знакомого бьют, ну я и вмешался". - И докажи, что он двое суток крался, дождался, когда драчуны истекут кровью и тогда добил победителя. А здесь командует Дальтезе, человек сухопутный, какие к нему могут быть претензии. Я же только выполняю его приказы. А уж за Ардмела никто не заступится, только спасибо скажут.
  Вражеская эскадра прошла, гребут хорошо, но свежести нет, в серьёзном бою это скажется. Вот только вот в ней пять ладей и три баржи, а у меня две и две - вся надежда на Криспена. Иду на двух пирогах - лодок на реке хватает и внимания мы не привлекаем. Мои корабли далеко позади следят за сигналами с лодок, всем понятно - очередной купец удирает из Гудерия, пока Ардмел занят.
  Криспен хорошо потрепал караван, остались ладья и две баржи, и все они на берегу, а на палубах идёт бой. Но теперь ему нелегко - на суше его пираты с трудом отбиваются от подошедших войск Ардмела, поддерживаемых пятью винтовками. А на воде все пиратские корабли связаны боем, а флагман их противника ищет жертву. Он вооружён пушками и особенно опасен, вот гремят орудия одно борта, доворот и залп другим бортом. И громоздкий корабль идёт на абордаж деморализованного противника. Пора и нам, Дальтезе уже развернулся позади противника и расстреливает винтовки.
  На мою эскадру, кравшуюся вдоль дальнего берега, драчуны не обращали внимания. А зря! Грольт неширок, люди Ардмела увлеклись и прозевали нашу атаку, на флагмане скомандовали "Разворот", когда моя ладья впилась в него абордажными крючьями. Классика боя на воде - выстроить всех вдоль борта, но залп 60-ти стволов превратил и их в груду убитых и раненых. Капитан противника собрал все резервы и повёл их в атаку, но стрелки уже перезарядили двустволки, и вторая груда тел легла поперёк палубы. Первой же атакой мы захватили три ладьи и выиграли сражение.
  
  Нидар
  Как удобно воевать с безграмотным противником - ни тебе разведки, ни даже арьергарда. Без проблем вышли в тыл Ардмелу и захватили его лошадей - для атаки кораблей он спешил всё войско. Но своих стрелков он прикрыл, а пять винтовок - это серьёзно. Ими придётся заняться мне лично, у меня самозарядный карабин с оптикой плюс больший опыт стрельбы. Сначала два эльфа на левом фланге, видимо полукровки. "Бу-бум", "бу-бум" - оба эльфёныша поражены в руку и грудь, я не стал их убивать, может ещё пригодятся. Вот только второй гадёныш успел выстрелить, и даже попал ... в чучело рядом. Прикрываясь бруствером, переползаю на новое место и ищу цели. Один успешно поражает чучела, у второго патрон взорвался в патроннике57 и задело глаза, а третий поддерживает атаку на пиратов. Ещё три выстрела и все их стрелки заткнулись - жаль, один дёрнулся и убит.
  Винтовки противника замолкли, мои стрелки встали над бруствером и одним залпом уложили тыловую полусотню. В ответ Ардмел повёл на меня половину пятисотки, момент он выбрал умело - ружья разряжены и магазин винтовки пора перезарядить. И ошибся! Двустволки заряжаются быстро - враг не успел выйти на дистанцию броска. И самозарядный карабин - не винтовка, в магазине ещё достаточно выстрелов, три из них вгоняю Ардмелу в грудь. Цепь противника будто споткнулась, но командиры погнали людей вперёд. Её останавливает ружейный залп, а второй обращает в бегство. Победа полная - Ардмел убит, его ладьи захвачены, остатки войск сдаются.
  Пока бурганы не расчухались, надо быстренько прибрать к рукам его имущество. Но сначала поделить трофеи с Криспеном, лучше "честно" - что моё, то моё; а остальное пополам. Подхожу к телу Ардмела, надо напоследок взглянуть на своего врага. Две девушки-марани сняли с него амулеты и споро освобождают от всего остального. И вдруг он открыл глаза! В них плескались боль и обида, обида на весь мир, который так и не улёгся у его ног. И мне будет непросто договориться с купцами Гудерия, они будут подозревать меня в стремлении стать бургграфом города. Вообще-то правильно, я хочу этого, но тихой сапой, не спеша и внезапно. А пока буду белым и пушистым.
  Спускаюсь к берегу, там Криспен и Гроний делятся впечатлениями. Не оборачиваюсь, Ардмел скоро умрёт или его зарежут девушки, у марани с этим просто. Атаман пиратов высокого роста, внушает страх врагам и друзьям. Но сейчас он растерян и малость пришиблен. Ему блестяще удался дебют - караван выбросился на берег и был обречён на разграбление. Но вдруг с реки и с суши ударил Ардмел - пиратам осталось сдаться или погибнуть. Казалось - всё кончено! Но тут последовал новый удар, теперь по Ардмелу. И удар сокрушительный. Победа, но не Криспена.
  Впрочем, свою добычу пираты получат - ладью и баржу с кожами из каравана. А вот добычу с другой баржи делим - тюки с армирским шёлком мои, а посуду тонкого стекла и столовое серебро (сделано в Латише) оставляю невольным союзникам. Вторая ладья каравана и последняя баржа оказались внутри плотов - с верховьев Грольта сплавляют лес. И Гроний их встретит, заодно перенаправить плоты в Тубрий - мне нужна древесина.
  Кити и бандиты
  ... работники ножа и топора,
  Романтики большой дороги,
  Кити
  Этот козёл - мой муженёк, умудрился меня проиграть! Хуже того - я попала в куш. Что это такое? Банк превысил 100 асиев, выигравший намерен уйти, а остальные хотят продолжить игру. Тогда объявляется куш. Владеющий банком обязан ещё дважды выиграть, чтобы унести куш с собой. Играют в покер шестью костями58.
  Откровенно говоря, видеть, как тебя разыгрывают, весьма муторно. Надо признать играет мой козлик неплохо, его выигрышей нам хватало на жизнь. Он даже разок выиграл куш, этот самый, но затем против него сел шулер-профессионал и легко с ним разобрался. Далее этот шулер обыграл дуралея-купца, и я прикинула, а если он заберёт куш? Меня он продаст, скорее всего, я ему точно не нужна. А переходить из рук в руки так противно! Где же Дальтезе? С Ардмелом он разобрался, наверное, сейчас занят оставшимися купцами. А тем временем меня могут увезти из Гудерия! В который раз всматриваюсь в людей в зале, нет - ни Дальтезе, ни его подручных не вижу.
  К игорному столу подходит мужичок средних лет, мятый и плешивый. И как таких пускают в приличный игорный дом?! Ни фига себе, он же маг! А эту братию я боюсь, мною они могут заинтересоваться, но не как женщиной. У-уф, пронесло! У него лишь 250 асиев, а нужно 300, и никто не хочет ему одолжить. Убежал в город занимать. А к игорному столу подошла колоритнейшая фигура.
  Я бы сочла его гномом - широкий, лицо заросло до глаз, на голове их шапочка, закрывающая брови. Но ростом он с человека, а какие на руках перчатки! Тончайшая кожа особой выделки, на тыльной стороне чуть заметный рисунок, а обратная - вся в дырочках. На ладони и первых фалангах они большие, а на концах пальцев как от иголки, но часто-часто.
  На столе - футляр с драгоценными камнями и две большие монеты из платины. Их чеканили до Пересечения Миров в Магерте59. Да-а, эти штучки стоят асиев 400, если не больше. Я от вожделения облизнулась, люблю красивые и дорогие вещички. Загляделась, а игра меня ждать не стала. Шулер быстро сделал простые комбинации, но запнулся на пятёрке. Наоборот, гном сделал три старших варианта и одним броском выбросил четвёрку. Понятно, мухлевали они по-чёрному и магию применяли, но работали чисто - штатный колдун Дома и следящие артефакты ничего не заметили.
  Ещё несколько бросков, и шулер огорчённо развёл руками - не судьба. К столу устремился купец из Армира и дрожащими руками выложил 600 (!) асиев большими золотыми монетами. Он хорошо подготовился - за стол сел опытный игрок, а сбоку от стола достал свой артефакт маг. Купец - квартерон, в нём явно видна эльфийская кровь, и многие зрители недовольно зашумели. Эльфы поголовно чародеи, и для них есть свои игорные дома. Но гном махнул рукой - мол, пусть играет.
  - А ведь он спешит, - догадалась я, - и спешит, не желая играть с мятым-плешивым.
  Тот же тут как тут, ввалился в дверь и не один, а с крупным мужиком, пронзительный взгляд которого обежал зал и остановился на мне. Нет, на выдолбленном толстом куске ствола дерева, в котором несколько булыжников, насаженных на палку. Я слегка утрирую, не булыжники, а огранённые поделочные камни, довольно крупные. И не палка, а посох из дорогого и прочного дерева. Но почему ему эти каменюки интереснее меня!? Хотя всё и к лучшему, ведь этот мужик - Беларио, весьма сильный маг. Я его раньше не видела, да и что он потерял в Тубрии, но описывали его многие. И всегда отмечали - к своей цели прёт напролом, не считаясь с жертвами. Как чужими, так и своими!
  Так что хорошо, его интерес мне не нужен, может он не будет забирать весь куш?! Возьмёт, что ему интересно, а остальное (и меня тоже!) оставит. Что-то я раскисла, а ведь ему ещё играть с этим гномиком, со спины хорошо видно какой он здоровенный. Похоже, эльф-купец на игру уже плюнул, его противник далеко впереди и имеет фору в три хода - штраф за применение противником магии. Оставив игрока, маг отходит к хозяину, и они распивают бутылку хорошего вина, не эльфийского, покрепче. Потеряно 600 асиев(!), какие же деньжищи проходят через такие игорные дома.
  Гном тоже отвлёкся - заказал мне бокал лёгкого вина и пару пирогов. Мне бы сейчас полный обед, но это не ресторан. Спасибо, хоть кто-то догадался покормить голодающую. Партия тем временем закончилась. На освободившееся место сразу трое желающих - игра возможно последняя, выиграет гном и заберёт куш. Никто не уступает, и хотя куш играют двое, но в покер можно резаться и компанией. Решили - играют все в противомагических браслетах. Беларио отсадили к стойке, и бармен сразу налил ему вина. Маг отрицательно качнул головой, но доблестный алкоголизатор лишь усмехнулся - начнётся игра, механически выпьет. Я же присматриваюсь к игрокам, а что ещё мне делать?
  Гном? Вроде умеет колдовать, но браслеты принял без возражений. Хотя как-то я слышала, что магичить можно и в них. Только где и от кого?
  Мятый-плешивый категорически против браслетов, он играет слабо, одна надежда на наставника.
  Шулер, а скорее очень опытный игрок? Пара артефактов у него наверняка завалялись, но расчёт на хорошо набитые руки.
  Четвёртый? Случайный человек в этой компании, его задача - подыграть кому-то из игроков, сорвать неприемлемое развитие событий.
  Шулер сразу оторвался, но вскоре начал сбоить и жаловаться на Беларио. А того дважды поймали на магии и оштрафовали его игрока на три хода. Мятый и до того дёргался, а после штрафа стал чрезмерно осторожен. В же покере необходим разумный риск. Гном догнал шулера и потихоньку стал выползать вперёд. А четвёртый лишь присутствовал за столом, стараясь проиграть достойно.
  Беларио, видя всё растущее отставание Мятого, колданул, а Гном ему тихонько помог - кости вылетели из стакана и закружились в воздухе, выстраиваясь в шестёрку. За такое явное и наглое нарушение мага отсадили в дальний конец зала, а Мятого оштрафовали на пять бросков. Он ещё мог сражаться, но внутренне сдался и механически доигрывал. А Шулер и Гном яростно боролись под жёстким магическим контролем. У Шулера, несмотря на его умение, с трудом и редко получалось выбросить нужные комбинации. И он всё больше отставал. А Гном явно магичил, но он не пытался подстроить себе вариант - его бы сразу схватили за руку. Он сбивал комбинации сопернику.
  Вдруг в дверях поднялся шум, туда поспешил хозяин, Беларио и часть гостей. Кто-то пытался силой войти в зал, но его не пускали. Игра тем временем закончилась, набежал помощники и стали паковать куш в большие кожаные сумки. Мне накинули плащ до пят с капюшоном и повели к боковому выходу. На улице десятка два вооружённых людей пошли с нами к близкому берегу, где была пришвартована большая лодка на шесть пар вёсел. Меня посадили недалеко от носа, а Гном с кушем расположился на корме. Лодка отвалила от пирса, когда на берег выбежал Беларио, но колдовать не решился. Вскоре подвалила толпа всадников, возглавляемых парнем в роскошных одеждах. Компания на берегу заспорила - у кого из них больше прав на куш, а лодка всё дальше и дальше уходила по реке.
  Севернее Гудерия на другом берегу Баграды есть бухточка "Приют пирата". Мы туда свернули в наступающей темноте, невидимые за проходящим по реке караваном. За мысом нас ожидала ладья, куда перенесли добычу и меня. То есть я поднялась по верёвочной лестнице, спустилась под палубу и вошла (втолкнули) в каюту. Горел ночничок и в кровати кто-то был. Повесив на крючок плащ, я подошла к кровати посмотреть кто там - любопытство меня погубит.
  - Кити, - завизжала кто-то и повисла у меня на шее.
  - Канира, нельзя так кидаться на людей, - я обняла рабыню на клятве и погладила по головке. Приятно, когда тебя так любят. - А где Дальтезе?
  - Не знаю, воюет, наверное, - Кани сразу поскучнела, - приходит он поздно и уходит затемно.
  - Ничего, скоро он всех побьёт, и мы вернёмся, - я разделась и легла.
  - Хорошо, что ты вернулась, мне тебя так не хватало, - девочка прижалась ко мне, как к матери.
  А я уплывала в сон. Все эти дни и ночи я была в напряжении и толком не спала. А разыгрываемая в куш хотела лезть на стенку. На его же ладье в полной безопасности я расслабилась. Немного пожалела, что его нет, но ведь придёт, никуда не денется.
  
  Тири, днём накануне
  Позвольте представиться - Тириена Ноймер, графиня Хейнская, внучка герцога Хайнса Ноймера - любимая внучка! Моё графство - два десятка домов, козы и овцы. Но когда-то давно это был солидный город с десятками деревень. А сейчас только каменная плита в уцелевшей от замка башне и гордая надпись на ней - "графство Хейн". Впрочем, таковы и остальные графства в нашем государстве, которое крепко держит в своих руках (увы, старых) мой дед.
  Дома мне скучно, Ноймер - небольшой новый город, я его знаю наизусть. Множество родственников - братья, племянники, дядья и прочие дворяне надоели, видеть их не могу. А знатное бабьё особенно. Съездила бы в новые княжества60, но не с кем, а одна боюсь. Конечно, у меня есть своя охрана, но нужен человек, знающий их обычаи. Терпеть не могу дефилировать по главной улице, зато обожаю залезать во всякие тёмные уголки вдвоём-втроем. Конечно, одной интереснее, но пару раз я так влипала ..., больше не хочу. А посему положила глаз на Дальтезе - пришлый сеньор, не дурак подраться и из соседнего графства. Значит, от меня - считай от герцога, ему ничего не нужно.
  Вот только дед твёрдо запретил мне с ним видеться - мол, он человек непредсказуемый, и не пустил меня в Виртенн. Да, если мой предок упёрся, то всё, его сотня быков не сдвинет, а без официального письма к Янису соваться неприлично. Возражать он не будет, но вся шобла придворных шлюх поднимет вой - Тириене своих Х-ев мало, к нам припёрлась. А на таком фоне негоже знакомиться с серьёзным мужчиной - не так поймёт.
  Конечно, мой дед мудр, но иногда он наивнее маленького ребёнка. Уж если я что-то решила... Нет, я не буду скандалить или требовать, не выпускаете в дверь - уйду через окно! Нельзя в Виртенн, проедусь по вольным городам и попробую пересечься в Гудерии. Мой бывший наставник, а ныне командир моей охраны, заявил - это дурь от скуки. Но! Мы с ним определились - он может кричать и ругаться, но не будет мне мешать и препятствовать. Более того, полезет следом за мной в любую дыру, куда мне втемяшится сунуться. Ноймер я покинула, но уже на Баграде поняла - из этой свалки "все против всех" надо выбираться! Вот только поворачивать обратно было поздно.
  Купец, ведший караван, оказался ушлым и смог добраться до Гудерия, но далее его путь лежал вверх по Грольту. Все меня увещевали - надо убраться отсюда подальше, а там как-нибудь добраться до дому. Но мне шлея попала под хвост - оказаться неподалёку от Дальтезе и сбежать! Ну нет!
  На берегу я почуяла страх, охвативший город - он гнал меня отсюда, но доставившая нас лодка уже возвращалась к ладье. Вдоль берега часто торчали дозоры, в переулках изготовились к бою воинские отряды - Ардмел ждал Дальтезе. Мы поспешили отойти от реки и за рынком почти в холмах нашли небольшую уютную гостиницу. В ней почти пусто - три купца с приказчиками, ждут виртеннскую эскадру. Надеются удрать, пока будет идти разборка. Я тоже, до меня дошло - во время большой драки нас, женщин они слушать не будут. Однако познакомиться лучше здесь, тогда при следующей встрече будет проще. Да и любопытно, как он разберётся с этим бардаком.
  Удивительно, но ночь прошла спокойно, я отлично выспалась и собралась на рынок. Но мне прочистили мозги - этот район охраняли законченные отморозки. Застрявшие купцы растащили свой товар по гостиницам в холмах, а что не успели, то у них отобрали. У некоторых с головой, буквально! Отрубили. Так что мы заперлись в гостинице, а неуемные мальчишки приносили новости.
  Ардмел крупно поссорился с городами, что севернее, а те договорились с пиратами, пригласили наёмников и двинулись на юг. Купцы Гудерия отказались его поддержать, и бургану пришлось двинуть свою эскадру и пятисотку. А Дальтезе будто ждал этого момента и вышиб его из южного сектора. Тому пришлось отойти к себе в подворье.
  Третья его пятисотка, пояснил мне один из купцов, это бандиты. Они могут контролировать подчинённый город, но бросать их против обученного войска, вооружённого ружьями, бессмысленно - побьют. Да они и сами не пойдут - побоятся. Поэтому Ардмел срочно помирится с северной коалицией, чтобы высвободить войска против Дальтезе. Это идиотизм, но коалиция согласится.
  И действительно, утром пропылили по дороге войска - усталые, злые и бредущие, каждый сам по себе. А по реке прошла эскадра и, как рассказали вездесущие мальчишки, "что-то они не спешат". Следующая новость - Криспен громит караван Ардмела при слиянии Грольта и Баграды. Мы замерли в тревожном ожидании - предсказать, что будет, никто не брался. Наконец, очередной вестник нас "обрадовал", - "Криспену каюк, его задавили". Но полчаса спустя новое сообщение - "Ардмел убит, его войска и корабли сдались Дальтезе". Купцы посовещались и сказали - "волк не лучше леопарда, надо уматывать", только, как и когда не решили.
  Ближе к вечеру в гостиницу заглянул десятник, переписал основных постояльцев и сообщил - "Дальтезе сейчас здесь на рынке, кого это интересует". Удивительно, но пошли все, ожидание нас вымотало. Рынок был оцеплен и казался пустым, но в глубине ощущалась враждебная сила. Дальтезе, сидя на лошади, всматривался в скопление лёгких построек, пытаясь разглядеть спрятавшихся там врагов. Я оценила шутку - "сразу видно, что он дальтезе". С одной стороны - обычный мужчина лет тридцати, а с другой - он настолько другой, настолько чужд, явно пришелец из другого Мира. Однако его это нисколько не смущает, он приготовил врагам большое кровопускание и ждал начала.
  Купцы робко подошли к нему и попросили разрешить им покинуть Гудерий. Он поинтересовался, сколько у них товара и направил в затон, где собираются караваны на Тубрий и вверх по Грольту. И послал их к секретарю за пропусками, успокоив - "сквозная дорога на юг отсюда безопасна". Меня он тоже направил в Турбий, но я возмутилась и заявила:
  - Мне нужно в Ноймер, я найму корабль, идущий на север в Барлык61 и ...
  - В ту сторону пропуск не нужен, - он насмешливо-равнодушно мазанул по мне взглядом и опять уставился в море домишек, - только кораблика там Вы не найдёте.
  - Почему? - у меня сорвался голос.
  - А они либо на дне, либо догорают, - соизволил он ответить.
  - Но я всё равно поеду на север и поищу что-нибудь плавающее, - наше фамильное упрямство.
  - Не поедешь, а пойдёшь, лошадей не получишь, - я удостоилась презрительного взгляда. И крикнул, - Вайф, - Из стоящих рядом войск выехала пятёрка всадников с двумя двустволками и огромным псом. А Дальтезе продолжил:
  - поедешь следом за графиней в удалении и посчитаешь, сколько раз её изнасилуют.
  Тут я растерялась, мне захотелось сесть на землю и разреветься как в детстве. А Дальтезе спрыгнул с коня, и жёстко сжал мои щёки своими пальцами:
  - Дождёшься конца зачистки рынка, Вайф проводит тебя к берегу и посадит на лодку или корабль, уедешь в затон. Там сядешь на ладью в Тубрий, а оттуда Виртенн. Далее попросишь Яниса отправить тебя в Ноймер. Всё поняла?
  Он отпустил меня, дождался кивка, погладил по щеке и приказал к секретарю:
  - Рейтон, выпиши Тириене Ноймер, графине Хейнской с тремя спутниками билет на ближайшую ладью в Тубрий. И письмо Эрлиху - устроить и отправить в Виртенн.
  Кто такой Эрлих? Почему он не отпишет бургомистру? Но расспрашивать его не стала, а задумалась над более важными вопросами.
  - Я терплю прикосновения только от деда и любовников. Почему я позволила ему схватить меня за лицо (!) и даже не возмутилась.
  - А моё согласие ехать через Тубрий, впервые я дозволила мною командовать.
  Хотя с последним понятно - если мы поедем с ним в новые княжества, то мне придётся выполнять его распоряжения. А из Тубрия прямая дорога в Виртенн, где выпрошу у Яниса личное приглашение на праздник. В наших краях два ежегодных всеобщих празднества:
  - конец осени, когда все дела переделаны и можно отдыхать;
  - и новый год, его мы отмечаем в день весеннего равноденствия.
  Сейчас Дальтезе весь в делах, спасибо уделил мне пару минут, а осеннее празднество - начало отдыха, тут уж у него найдётся для меня время. Приглашение же Яниса я покажу деду, он поскрипит, да и отпустит меня в Виртенн, даже подкинет какое-нибудь задание. А кстати, я ему не представлялась, откуда он про меня знает? Тут я услышала выстрелы, лай собак и чьи-то вопли - эта какофония неумолимо приближалась. Я вскочила и недолго думая залезла на ближайшую крышу.
  Рынок местами горел и в дыму уже недалеко от нашего края метались какие-то тени. А цепь людей и собак методично гнала их в нашу сторону, убеждая частыми выстрелами. После смерти Ардмела две его полусотни заняли этот рынок и объявили его своей вотчиной. Они пытались занять нашу гостиницу и соседние, но там оказалось достаточно вооружённых воинов и их турнули.
  Вайф проводил меня до берега, где обнаружилась ладья, идущая в Тубрий. Мне даже досталась крохотная каюта - невероятная роскошь, а вкупе с безопасным плаванием получился удивительный отдых. Всё хорошее быстро заканчивается, прибыв же мы ужаснулись - Тубрий из тихого сонного городка превратился в сумасшедшую стройку. В город вошли минуя ворота, зачем-то огромный кусок стены выломали и проложили дорогу. К счастью до графского подворья - Эрлих оказался его комендантом, было недалеко и я разместилась как графиня со свитой, а не на головах друг у друга.
  Похоже продолжается светлая полоса, эту ночь я посплю на нормальной постели, а завтра комендант отправит нас в Виртенн на страшном звере по имени "дилижанс".
  
  Нидар
  Проводив взглядом спускающуюся в каюту Кити, я стал сдирать с себя грим - накладные плечи, жуткую бороду, вкладки в рот и нос. Даже она меня в этом виде не узнала, правда освещение в зале отвратительное, а девочка измучалась. Извини милая, раньше вытащить тебя не получалось, да и сегодня вместе не полежим. Жаль, но надо заняться болванами, пьяными от смерти Ардґмела. Переодеваюсь в типичный костюм пиратского офицера, только вместо абордажного тесака - ятаган. Сейчас я спущусь в лодку, и она меня отвезёт на встречу с наибольшими людьми Гудерия.
  А ладья вернётся на свою стоянку у второго маяка, где будет меня ждать. В этом куше есть что-то подозрительное, недаром Беларио так им заинтересовался. Вот тоже добавилась забота, с ним надо договариваться, либо убивать. Но это потом, сейчас буду говорить с купцами. Я не хочу пока жёстко брать Гудерий под свою руку. Пусть сначала побарахтаются сами, врагов у них будет предостаточно, власть уползёт, а главное - упадут доходы. Вот тогда и поговорим окончательно.
  В домик на берегу Баграды, стража не хотела меня пускать - приказал макнуть. Впрочем, на заборе сушатся два десятка их костюмов - купание в реке стало для них обыденностью. Внутри столпотворение - вместо 6-8 купцов, каждый с десятком спутников, несколько сот человек орали, толкались и пробовали кто куда пройти. Пришлось подвести к окнам два десятка трубачей - их рёв с криками "пожар", "горим" быстро переместил эту толпу на улицу. Сразу стало видно кто есть кто.
  Семеро больших купцов с толпою приспешников не знают, как им взять ситуацию под контроль. Их не слушают, а силы привести остальных к порядку у них нет. Полтора десятка младших купцов пытаются решить - а что им собственно нужно? Три атамана-отморозка, каждый с полусотней головорезов, могли бы взять власть. Но они грызутся между собой - каждый требует себе место Ардмела. Ну и последняя группа - это я, с семью полусотнями и двумя ладьями, нацелившимися ружьями и пушками на бандитов. Толкаю речь:
  - с Ардмелом покончено, и пора навести в Гудерии порядок.
  А в это время мои люди хватают атаманов, сотников и десятников. С рынка притащили колоды для рубки мяса и мясников с топорами. Два десятка голов скатилось на землю, и бандиты растерялись - нет командиров. Разоружить, связать и погрузить на баржу - заезжий купец скупает у меня невольников, обещая отвезти их далеко на запад. Рубить всем им головы не хочу, а создавать "исправительно-трудовые колонии" тоже нет желания. Проще продать и пусть с ними маются другие.
  Купцы же, и большие и не очень, малость сбледнули и чуть ли не на цыпочках вернулись в палату для совещаний. Как мне все эти игрища надоели! Сейчас продиктую им состав Совета, назначу бургомистра и тэ дэ и тэ пэ. Они возьмут под козырёк "Есть", и тут же начнут интриговать друг против друга, искать сильную руку, чтобы скинуть меня и воровать. Можно перевешать их всех, но новые, скорее всего, окажутся ещё хуже. Ладно, чёрт с ними, займёмся делами.
  Ардмел много чего захапал, и большая часть его собственности мне не нужна - слишком много хлопот. Поначалу хотел вернуть бывшим владельцам, а остальное раздать, но с меня потребовали оплатить ремонт и упущенную выгоду. Ах так! Тогда выкупайте. Себе я оставил треть затона и южный сектор, а ещё забрал половину соседнего. Там бывшее подворье Ардмела, храм богини Арру62 и мастерские, изготавливающие корабельные снасти. А ещё деревушку южнее затона, где выращивают овощи, которые привозить не выгодно. Остальную же недвижимость - рынки, гостиницы, склады и отдельные дома, распродаю через аукцион. Специально пригласил нескольких банкиров (пустил слух о грандиозной распродаже), и купцы основательно уже подзаняли у них денег.
  Пришлось сидеть до самого конца - иначе передрались бы. Поначалу торг был слабый, но вскоре народ разошёлся - и выручка оказалась много выше ожидаемой, и об участниках присутствующие узнали много нового. Проигравшие не скупились на характеристики. Уже на ладье, везущей заработанное и моё измученное тело, я подумал о создании собственного банка. Урожай, ремесленные изделия, выплаты купцов обещают весьма приличный доход уже в этом году. Причём, не облагаемый налогом - разбойники и пираты расхотели со мной ссориться. Деньги же должны работать.
  
  Кити
  Проснулась я поздно и лишь потому, что меня разбудила Кани притащив обед. Мой изголодавшийся желудок, почуяв желанные запахи, взбунтовался и захватил власть. Еда! Ни о чём более я не могла думать и радовалась, что ем в своей каюте, а не в кают-компании. Моряки ужаснулись бы, увидев сколько поглощает невысокая стройная девушка. Зато отвалив от стола, я вслушалась в щебетание Кани: - "я тебе уже в третий раз повторяю - на соседней ладье Дальтезе!".
  - С чего ты взяла? - в этот момент мне всё было неважно, я впервые после свадьбы наелась.
  - Капитан сказал, над ней его вымпел, значит адмирал на борту.
  Раз Дальтезе не пришёл, значит тоже вымотался. Но всё равно, мог бы немного побыть с нами. Мне хотелось сейчас одного - лежать, поглаживая своё пузо, но за мужиками нужен глаз да глаз. Идти куда-то, а особенно одеваться - нет уж, но тут я заметила свой плащ. Встала, накинула его вместо платья и поползла под дождь. Канира меня торопила и тащила за собой, но прибавить шагу я не могла. К тому же опасалась что нас не пустят, вряд ли он распорядился. К счастью у трапа дежурил десятник, знакомый ещё по Тубрию, он даже велел матросу проводить нас до каюты. А она оказалась огромной - Ардмел для себя любимого места не жалел, и кровать была соответствующая. Будто это не боевая ладья, а плавающий бордель. Кстати, интересная идея, надо её хорошенько обдумать. Дальтезе не проснулся, только обнял нас и заулыбался во сне. Прекрасно, мне тоже надо выспаться.
  Проснувшись раньше он и меня разбудил, да и под стрекотание его рабыни уснуть сложно - ей надо сразу рассказать о десятке вещей. Но это и хорошо, а то ушёл бы по своим делам. А так, я не дала ему одеться и потащила обратно в постель. Да, мы устали, не очень и хочется, но аппетит приходит во время еды. Тем более, мы давно с ним вместе не были.
  А затем мы пошли грабить подворье Ардмела. Большинство помещений уже обыскали, собаки нашли несколько тайников и добычу сложили в главной зале. Но в его личную башню никто не заходил, не положено и могут быть магические ловушки. Не знаю, какой Дальтезе маг, но Силу он чувствует, как и я. Да и серьёзных ловушек там не оказалось. Зато нашлось немало денег и драгоценностей - одно ожерелье я забрала себе, а симпатичный браслетик надела на руку Кани.
  Дальтезе посмотрел бумаги, потом приказал принести две большие сумки и сложил их туда. Ещё мы нашли камень, такой же, как и на жезле, что разыгрывался в куше, и который так жаждал Беларио. Зачем - не знаю, камень дорогой, но не драгоценный, обточенный под пятиугольную усечённую пирамиду и от него немного тянет Силой. Я подержала рядом руку и убрала - может укусить.
  А Дальтезе, не задумываясь, взял его рукой, отдёрнул её и выругался. Треск разряда нам всё объяснил. Тогда он схватил его двумя руками и поднял над столом - сейчас шваркнет в окно об мостовую, мелькнула у меня мысль. Не-а, подержал и поставил на стол, а сам отошёл к стоящему около кровати тазу и Кани полила ему на руки из кувшина. "Покусал рученьки" - подумала я с долей злорадства. А он тщательно вытер каждый палец и снова взял камень, а в его взгляде читалось - "Подчинился или продолжим?". Не дождавшись ответа, положил его в сумку, которую носит с собой.
  Дальтезе ушёл на свою ладью и забрал сложенные сумки, а мы задержались - нашли женскую гардеробную стали рыться в тряпках. Но мы уже привыкли к ростовым зеркалам, а здесь только "ладошки", неинтересно. Выбрав по наряду, побежали за Дальтезе, а он стоит около потухшего маяка.
  - Ты поспрашивай, наверняка кто-то видел, что произошло, - я прижалась к моему мужчине.
  - Это и так ясно, - он обнял меня, - Ардмел позвал смотрителя, когда же тот приоткрыл люк, ударил его клинком. Смотритель знал с каким мерзавцем имеет дело, выстрелил в ответ, захлопнул люк и закрыл его на засов. Открыть люк я не могу, а попасть туда надо.
  - Зачем, - удивилась я, - одного маяка достаточно.
  - Здесь есть любопытные штучки, например, ещё один такой камень, - он похлопал себя по сумке, - да и сам домик занятный.
  Я присмотрелась, башня маяка заметно шире и выше обычной, но это малозаметно - пропорции сохранены. К ней вплотную пристроен трёхэтажный дом, но он врезан в холм и сливается с ним. Деревья и кусты завершают маскировку.
  - И как ты думаешь туда попасть? - осторожно ткнула ногой дверь-люк из толстой стали.
  Он молча показал на распахнутый иллюминатор на втором этаже. А утром тот вроде был закрыт?! К нам подбежал юнга с абордажным крюком и тонкой прочной верёвкой. Дальтезе прицелился, бросок, мимо. Но с третьего раза крюк зацепился, пара рывков - сидит крепко.
  - Ты не пролезешь в эту форточку, - я скептически оглядела его.
  - Конечно, - он не стал спорить и обратился к юнге, - Дейнес, залезешь в комнату и постарайся ничего не трогать. Спустишься вниз, откинешь засов и покрути штурвал рядом с дверью. Вперёд.
  Юнга обезьянкой добрался до иллюминатора, пролез в него, и мы стали ждать. Довольно долго. Наконец люк медленно открылся. Дейнес отбежал в сторону и его вырвало.
  - Не привык парень к трупам, - Дальтезе вздохнул и нырнул в дверь, я подумала и осталась.
  Следом за ним ушли две маранийки, боцман и четверо матросов, а капитан остался ждать рядом со мной. Маяк тем временем оцепила полусотня стрелков, а рядом со входом расположилась личная охрана. Азартная авантюра сменилась рутинным ознакомлением. Тело смотрителя вынесли - оно, особенно рана на боку, страшно распухло. "Ардмел отравил клинок" - пояснил вышедший Дальтезе, ему тоже было не по себе. А в башне началась генеральная уборка, два десятка баб вылизывали её.
  - К вечеру туда переберёмся, - он обнял меня, - там уютнее, чем на корабле.
  - Волка на собаку не переучишь, - мне стало грустно, - даже в постели с любимой женщиной строит коварные ловушки. А на кого? - проснулось любопытство.
  Мы вошли в башню. Наверху чистили зеркало, усиливающее свет; протирали стёкла и проверяли уровень масла. Маранийки проверили все запоры - снаружи не попасть, а мне позволили зажечь фитиль. Яркий свет, видимый даже днём, лёг на реку. Следующий этаж занимала большая комната, названная капитаном кают-компанией. В ней всюду карты восточного Великоречья, их сворачивали и убирали в шкафы, стоящие вдоль стен, оставили только общую, лежащую на столе. Комната сразу приґобрела скучный вид - порядок хорош в меру. В углу стал заметен каменный постамент, накрытый толстым стеклом. Под ним был камень-пирамида, Дальтезе отодвинул стекло, положил рядом свой и закрыл их. Камни были очень похожи, но чуть-чуть разные.
  Осмотрели все комнаты, мне приглянулась уютная спаленка, но мой кавалер поднялся наверх пристроенного к башне дома. Большая полутёмная комната предназначалась для работы и даже большая кровать не делала её любовным альковом. Но с ним это неважно, и вообще с мужчинами не надо спорить. Дальтезе пару раз обошёл комнату к чему-то прислушиваясь, потом обнял меня и стал целовать. Но тут зашёл капитан и спросил, что делать с трупом смотрителя.
  - Похоронить! - раздражённо рыкнул Дальтезе застёгиваясь.
  Я огорчилась, но не очень - всё равно до вечера нам не дадут уединиться. На улице нас ждали купцы, быстро принесли стол и стулья, сбоку уселся секретарь и началась работа. Оптовики закупали зерно, посуду и инструменты. Дальтезе сначала выслушал всех, а затем назвал свои цены. Несогласным разрешил удалиться, купцы поворчали и согласились. Большая часть привезённого груза и ардмеловых запасов ушло за хорошие деньги. Я удивилась:
  - В Тубрии полно зерна и всего остального?
  - Но они этого не знают и товар надо ещё привезти.
  - А когда привезёшь, то цены упадут? - мне хотелось понять его.
  - Нет, мы поставим палатки и начнём торговать малыми партиями.
  Я задумалась, хотелось что-нибудь купить-продать, но здесь в Гудерии это сложно.
  - Отдохни, через пару дней вернёмся в Виртенн, а сейчас поедем посмотрим на наш рынок.
  
  Нидар
  Искренность Кити меня восхищает:
  - Мой милый, мне с тобой замечательно, но сегодня хуже, чем всегда. Да, в постели ты и сегодня хорош, но мне этого мало. Почему ты, чёрт возьми, лаская меня думаешь о ком-то другом!
  Самое противное - она права. Я подготовил ловушку на "большую рыбу", но это тварь хитрая, может догадаться. А мне хотелось бы разобраться с ней здесь, в Гудерии. Потом будет масса других дел, а она требует пристального внимания. Под моими ласками Кити успокаивается, у неё восхитительное тело, подвижное и отзывчивое, чуткое к ласкам. Она сама подставляет то ключицу, то животик, или вдруг начинает меня целовать и слегка покусывать. Это может продолжаться всю ночь, но пока она ещё не отошла от своих приключений и вскоре засыпает. Нежно и осторожно продолжаю её гладить, но думаю уже о своём. Спит. Встаю, ополаскиваюсь и переодеваюсь.
  То есть меняю трусы на другие из плотной ткани и надеваю пояс с револьвером и ножом. Я готов к встрече и вовремя - слышится скрипучий крик речной птицы. Это сигнал - "большая рыба" на подходе. Лишь бы не сорвалась с крючка. В доме невероятная тишина и слышны мягкие шаги за стеной. Силён мужик! Левитировать себя и мятого на третий этаж маяка - надеюсь сил на это ушло не мало. Открываю потайную дверь и бесшумно проникаю в кают-компанию - домушники увлеклись, не могут снять стекло с постамента. Вспыхивает свет - зажигаю магией светильники на стенах, это так просто после смерчика. Беларио в тревоге оглядывается - снизу и сверху в комнату вошли марани с собаками. И под башней слышен шум - все пути отрезаны, но "большая рыба" не сдаётся.
  Рука вверх и убойное заклинание - я предполагаю, что убойное, оно не сработало. Его губы что-то шепчут, а руки рвут бумажку. Эффекта ноль, раздаются смешки мараниек. Он хватает амулет, это опаснее, мысленный приказ камням и амулет пуст. Последнее! Рука Беларио ныряет в сумку, треск и он, как ребёнок, облизывает пальцы. Делаю к нему два шага держа на мушке:
  - Камни у меня под контролем, а другая магия здесь не работает.
  Маг он сильный, даже сейчас что-то может, но не отразить пулю. Включить любую особую магию нужно время, а выстрелы выключат её сразу.
  - Что ты хочешь? - он признаёт, что проиграл, но далеко ещё не сдался.
  - Садись, поговорим, - показываю на маленький столик рядом с постаментом.
  Маранийки привычно отбирают у него сумку, снимают куртку и амулеты, очищают карманы. Он пробует поколдовать, но на марани такая магия не действует. Из его сумки достаю третий камень, он послушно щекочет пальцы. Мятому надели браслеты и посадили в сторонке.
  - Что тебе нужно? - не выдерживает Беларио, - камень?
  - Он и так мой. А что у тебя ещё есть ценного?
  - В гостинице в сейфе лежат 300 асиев, я хотел вернуть долг, но он может подождать.
  - Издеваешься? - полное равнодушие в моём голосе, - предлагать мне какие-то деньги.
  Я и сам ещё не решил, что мне лучше. Зарезать и врагом меньше? Но мне претит убивать направо и налево, нужен повод. Его служба? Без доверия принять не могу. Учится у него магии? Ни в коем случае! Волшебство файри другое, да и научит эдакий наставник как на тот свет попасть. Информация? Возможно, но для правильного вопроса надо знать часть ответа.
  Он тоже понимает - всё может кончиться ещё одним трупом в Баграде. Его. Здесь только моя личная охрана, причём все марани - они будут молчать. Да и кому говорить? Власть в Гудерии ещё рождается. А договариваться надо сейчас, до рассвета - днём грязнить реку трупами неэтично. Беларио признаётся, в Гудерии у него есть хороший знакомый, он живёт восточнее моего сектора в нейтральной зоне. Они с учеником останавливались в гостиницах, но самое ценное у того.
  Всё сложено в сундук, защищённый двумя магическими и механической ловушкой. Вот ключ от него - тот лежит передо мной на столике, это ключ от комнаты, и он пишет знакомому записку. Вдруг появляется Кити в прозрачной ночной рубашке, мужики как по команде уставились на неё, а маранийка уколола мага в шею. Я заранее дал ей иглу с сильным снотворным. Мы заковали Беларио, надели противомагические браслеты и заперли в кладовке. А затем поспешили за добычей, включая Кити и мятого. Приятель, получив записку, отвёл нас во флигель и ушёл досыпать.
  Ровесник Беларио и в прошлом маг, но потерявший силу. Спрятавшийся от бывших друзей-приятелей, но вынужденный оказывать им мелкие услуги. Это я смог увидеть, а остальное сообщит мне и Сибасу разведка. По-человечески следовало бы оставить беднягу в покое, но государство обязано следить за людьми с такими связями. Не мне говорить, "маги - враги государства", но их надо держать под постоянным наблюдением. Хотя не завидую тому, кто стал бы следить за мной!
  Ценностей было немного, но ценных - два магических жезла, пара драгоценных камней, эльфийская книга с заклинаниями. Сам сундук, деньги и маломощный камень силы я оставил, а остальное, включая обычные книги, забрал. В его гостиничном номере ничего интересного не нашлось, к великому огорчению Кити, жаждавшей раскрыть страшный магический заговор. Я только забрал несколько писем, пусть Сибас проверит адреса.
  Разбудив Беларио и выпроводив его и мятого, я отправился спать. Мы с Кити собирались показать друг другу мастер-класс, но смогли лишь немного поласкать друг друга - перегорели. А наутро я обнаружил, что дела вдруг закончились. Купли-продажи проходили без меня - базовые цены имелись. Восстановление Гудерия шло полным ходом, не так уж он был и разрушен, хотя комендант графского подворья и выпросил на это 300 асиев. Криспен успешно пограбил северную коалицию, принял от меня ярлык корсара и всячески выражал свою благодарность. В верховьях Грольта с утра до ночи стучат топоры - я заказал им десять тысяч брёвен с оплатой в Тубрии. И остальные купцы высказывали мне всяческие благодарности, но решали вопросы с моими приказчиками.
  Неудача Беларио вдруг стала известна, хотя мои люди молчали. Причём в варианте - "Дальтезе и Беларио устроили магический поединок из-за камней файри. И кто, вы думаете, выиграл?" Освобождение Кити тоже обросло легендами, ничего общего с действительностью не имеющими. Их притащила с рынка Канира вместе со сладостями. Она устала смеяться, пересказывая их.
  Единственное недоразумение, конвой на Тубрий задерживался - товары ещё подвозились и груґзились. А мой приказ - ходить с сильной охраной, даже не обсуждается, хотя пиратов на Баграде больше нет. Они либо ушли и далеко, либо подписали со мной корсарские ярлыки. Можно плыть хоть на лодочке, но мы с Кити решили устроить себе заслуженный день (и ночь) отдыха.
  
  Кити
  Мы лежим в уютненькой спаленке в доме смотрителя, Дальтезе спит, мне тоже хочется уснуть, но не получается. Многое беспокоит. В Тубрии меня ждёт раздел наследства, братцы попробуют отделаться от меня крохами, но - я погладила своего любовника, не выйдет, получу равную долю. И создам свой торговый дом наконец. Меня многие поддержат, многие влиятельные люди ведут со мной дела.
  Беспокоит другое - отношение Дальтезе ко мне. Он внимателен, чуток, хочет меня, но иногда кажется - охладел. Хотя и я не лучше - нет того огня, что ранее. Может просто устали и перенервничали? - куш нам дорого стоил. Надеюсь, дело в этом, я им чересчур увлеклась. Надо завтра проверить - у нас целый день.
  С утра у него опять дела, к счастью ненадолго. И Канира убежала - у неё появились подруги. Это хорошо, он её до сих пор стесняется. Я попросила его просто лежать, а я его поласкаю - интересно, сколько он выдержит? Несколько поцелуев в губы, чтобы загорелся, шея, грудь - у мужчин соски тоже чувствительны. Он пытается меня обнять, но я останавливаю его руки - рано. Теперь низ живота, но не самый - от пупка до волос. Хорошо, он расслабился и наслаждается. А теперь ниже, но не минет, ни в коем случает. Он уже завёлся, а я хочу потянуть время, ещё поиграть.
  Не выдержал, перевернул меня и - мужчины жаждут покорять, а я жажду его. Он знает, как чувствительна моя спина, где и каким образом. И проходит её несколько раз - шея, ключицы, ниже, самая верхушка попочки, копчик, а его рука гладит меня между ног. Там очень мокро, под нами толстое полотенце, но оно не спасёт - постель придётся менять. Восхитительно, ещё немного и я ..., нет рано, чуть отталкиваю его и переворачиваюсь на спину. Слегка успокаиваюсь, но мои соски горят в его губах, а прикосновения зубов ... - нет, он не кусает, я не терплю ни малейшей боли.
  Но это на самой грани, он перешёл ниже, а я почти кончила. Мои губы между ног тоже умеют целоваться, но погладь же клитор! Я больше не могу, хочу-у-у. И он входит, заполняя меня, как сладко! Моё тело пытается то ли вырваться, то ли слиться с ним воедино, но он меня держит крепко. Ещё пара рывков и стонов, я откидываюсь в изнеможении и шепчу - "только не выходи".
  Он тоже кончил, но какое-то время я чувствую его у себя внутри. Ещё немного. Поворачиваю его на сухую половину кровати и ложусь сверху - так приятно чувствовать его тело. И лёгкие поглаживания рук. И запах, запах близости, наш общий запах. Тут возвращается Канира, быстро раздевается и ложится рядом, на мокрое, ещё горячее полотенце. Видели, как собаки трутся о траву, - так и она о полотенце, часто прижимаясь к нам.
  
  Мы перешли на ладью и разместились нашей каюте - втроём тесно, но уже привычно. И забили вещами ближайшую каюту-склад. Одних сундуков с деньгами три штуки. А всякие товары сложены в обычные судовые склады, а это кипы армирского шёлка, кувшины с южным вином, дорогие кожи, плитка из поделочного камня и много чего я не припомню. Даже обидно - многие годы трудишься, организуешь торговлю по всему Миру, рискуешь. А тут налетел, всех побил и отобрал богатства.
  Нет, я знаю, эти богатства долго собирали ведущие купцы Гудерия, затем у них отобрали бурганы, последних ограбил Ардмел, а Дальтезе только поставил заключительную точку. И тот же куш он отхватил в яростной и условно честной борьбе. И ценности дома смотрителя его по праву. Придраться не к чему, но эта ладья целиком заполнена его добычей. Причём простых товаров здесь нет - их везут другие суда. Где-то завидно, хотя и мне что-то перепало.
  Но за всё надо платить, ладья идёт в затон к каравану, а он привалился к мачте и вслушивается. Что он хочет услышать? Спросила и получила весьма вразумительный ответ - не знаю, что-то беспокойно, надо быстрее в Тубрий. Или он хочет догнать Тириену? Я не ревнива, но ... Если она на несколько дней задержалась. Нет, вряд ли. В Тубрии ей делать нечего, она уехала в Виртенн, а оттуда к себе в Ноймер. И задержаться она может лишь у Яниса, а Дальтезе собирается в Майдор и далее в Латишу. Да, Кити, докатилась, стала любовников ревновать. А раньше ревновали тебя. Его же ревновать бессмысленно, подруги ему по должности положены. И рабыни тоже, Канира вон рядом.
  Он же опять в делах, вызывает адмирала каравана, требует собрать всех и этим вечером отчалить. Усилить гребные ватаги. Подготовить лодки, ночью постоянно одна будет идти впереди с двумя фонарями. Я заметила, когда всё спокойно он в детали не лезет, может что-то поправить по ходу. Если же время не терпит, стремится учесть все детали, чтобы не потерять ни мгновения. Так что этой ночью он будет рядом и далеко, а проснувшись, я найду его на палубе. И мне надо принять это.
  Опасные страсти
  ... о прелестная блудница, царица ночи,
  Дозволь моим устам коснуться твоей кожи,
   вдохнуть аромат твоего тела.
  Сибас
  Не могу уснуть и мечусь по набережной Тубрия, как не вовремя уехал Дальтезе. Конечно, в Гудерии необходимо наґвести порядок, но он срочно необходим здесь. Лодка ушла утґром и послезавтра он, надеюсь, будет здесь. А на следующий день придёт враг, и что можно сделать за одну ночь? Я привёл две пятисотки - из-под Виртенна и с Высоких холмов. Но им нужен командир. Я повернулся лицом к Турбию, не с моими глазами что-то увидеть, тем более ночью. Но и не нужно, и так всё знаю.
  Сначала пологий подъём от берега, ближе к стене крутизна, бывший вал. Лошадей она задержит, но не пехоту. Далее стена, зияющая проломами. Три года назад, тогда проломов не было, она их не остановила. И атака пятисотки провалилась. Пришли, ограбили и ушли. И почему Янис уверен, что Дальтезе справится. Я повернулся к реке, редкие корабли шли с запада, но ни одного с востока.
  Прометался всю ночь и утро, но ничего не придумал и уснул. Снился мне Дальтезе, он шёл вдоль берега, давил налётчиков ногами как муравьёв, переворачивал их корабли кверху килем, и кричал: - "Пошто людям спать не даёте?". Это успокаивало, но кричал я, а поняв это - проснулся.
  - В чём дело? - Поинтересовался я у ординарца и зевнул.
  - Дальтезе прибыл, - я вскочил, но он меня остановил, - спокойно кушайте, он уже в курсе.
  Встретились мы с ним на берегу, и он спокойно предложил:
  - Позволь мне рассказать, а ты поправишь и уточнишь.
  Можно и так, мне проще сразу всё передать ему.
  - Отряд нордлингов, они называют себя викингами, идёт на трёх ладьях и десятке барж, высаживается здесь, - он топнул ногой и показал рукой вдоль берега.
  - Именно так, - и я уточнил, - здесь останавливается моторная ладья с пулемётом "Максим", далее баржи и вёсельные ладьи. Берег пологий, они на скорости выскакивают на треть корпуса.
  - В отряде 150-200 бойцов, с 50-ю винтовками и возглавляется ярлом, - продолжил Дальтезе.
  - Сыном ярла, - уточнил я, - идут двумя цепями, огнём винтовок подавляют сопротивление. Пулемёт расположен на носу и ведёт частый огонь.
  - Ворота подрываются бочками с чёрным порохом, - продолжил он, - впрочем их и нет.
  Я улыбнулся, похоже отсутствие ворот и проломы его не волнуют. Подумал и предложил:
  - У меня две пятисотки и у тебя одна, все конные, можно атаковать ...
  - Нет, - прервал он, - сначала надо подавить пулемёт, а вот потом. Что у них на ногах, сапоги?
  Я удивился, - да, и на толстой подошве. - Он вдруг хищно улыбнулся
  Жаль, эти викинги не видят его улыбочки, сразу забыли бы о походах.
  - Вчерне ясно, - подвёл итог Дальтезе, - отдыхаем, а завтра готовимся.
  - Справимся? - спросил я.
  - Бой покажет, - последовал ответ, - должны.
  Для него это обычный бой, вдруг понял я. Викинги, винтовки, пулемёт - это ему знакомо и волнует не более, чем наличие или отсутствие сапог. И вдруг спросил:
  - А один бы без войска, ты с ними справился бы?
  - Сложно, - подумав, ответил он, - надо сначала захватить пулемёт, затем ...
  Дальтезе внезапно рассмеялся и хлопнул меня по плечу, - так и сделаем.
  Мы разошлись, и я пошёл кропать письмо брату, он-то сразу увидел в нём хорошего профессионала, а знающий офицер из пришлых - это ой как серьёзно.
  Вдоль Ильнихты засели наблюдатели и сообщали о всех перемещениях, мы их ждали завтра, и пока что они оправдывали наши ожидания. Сегодня же войска весь день тренировались, одну пятисотку Дальтезе отправил в Высокие холмы, а две бегали и стреляли весь световой день. Прерываясь лишь поесть, да сменить лошадей. Особенно доставалось собакам, но они были только рады порезвиться, да и мясом их накормили от пуза. Горожане Тубрия тоже не скучали - им выдали лопаты и велели копать до сумерек. Вечером прискакал Бартмиссио - старейший у Яниса командир пятисотки, брат поручил ему смотреть за боем и потом доложить. Зачем? Это и я бы смог, но ему виднее.
  Сегодня утро началось с густого тумана, который прикрыл уход кораблей на восток. Наконец, выглянуло солнце, и мы застыли в ожидании. Я и Барт забрались на башню, он отобрал у меня бинокль и стал рассматривать поле боя, цокая языком. Не понял, это он хвалит подготовку или ругает. Хотел спросить, но тут лодка высадила на берег паренька, и тот с криком - "Идут", помчался в город. Я забрал бинокль и поискал войска Дальтезе - не нашёл, прятаться он умеет и любит.
  Появились корабли викингов и заспешили к берегу. Наша конница тут же помчалась вдоль старого вала. Вчера там выкопали неглубокую траншею, воины соскакивали с лошадей и спешили занять в ней место. Почему-то всадников было по двое в седле? Я всмотрелся, у каждого была кукла в рост человека, которую он сажал рядом. Коноводы уводили лошадей за восточную стену.
  Викинги спрыгивали с кораблей, развёртывались в две цепи и шли на город. Шли спокойно, не торопясь, но и не мешкая. С ладьи ударил пулемёт по стенам и башням. "Предупреждает", - пояснил Барт, присевший под бойницей. Тут раздались крики, и я поспешил высунуться наружу. В сотне метрах от пулемётной ладьи есть лесок, в котором не спрячется и влюблённая парочка. И из него к этой ладье рванула конная полусотня, а впереди огромная стая собак. На палубе потащили пулемёт к левому борту, но не успели. Псы с ходу сигали на корабль и атаковали.
  Пулемётчик выхватил нож, но огромный волкодав вцепился ему в руку и опрокинул на палубу. Тот два раза ударил собаку другой рукой, но следом за псами на ладье оказались и люди. Мчавшаяся первой маранийка прямо с лошади покатилась по палубе и врезала сапогом пулемётчику по рёбрам. "Два сломано", - прикинул я. Затем погладила пса, прокусившего тому руку до крови, пожалела. У Дальтезе так красиво не получилось, он повис на борту, но другая маранийка невежливо подсадила его прикладом под зад. Не обращая внимания на кипящую вокруг схватку, он ринулся к пулемёту.
  "Кажется, эти девицы - его ближняя охрана, они со своими псами порвут любого". В бинокль было видно, Дальтезе установил пулемёт и приказал помощнику-викингу ассистировать ему. Того морально поддержал другой пёс, положил лапу ему на спину и сцеживал слюну за шиворот. Вовремя. Первой цепи до траншеи осталось броска три, правда склон подрезан и полит маслом. Это могло лишь ненадолго задержать викингов, а вот длинная очередь по ногам остановила их и вынудила искать укрытия. Вторая цепь развернулась, но пулемёт перенёс огонь на них. Отдельные выстрелы принял щиток, и они прекратились - соревноваться с пулемётом оказалось бесполезно.
  Но первая линия доблестно развернулась и дала залп в сторону пулемёта. Единственный. Стрелґки в траншее поднялись и залп из трёхсот стволов смёл вражескую цепь. Оказавшись меж двух огней викинги капитулировали. Заключительную точку поставила вернувшаяся эскадра - одна из ладей викингов успела отойти от берега, но под угрозой абордажа с двух бортов, сдалась.
  - Классика жанра, - оценил бой Бартмиссио, - похоже, он действовал по учебнику. Жаль, я их книг не читал, но слишком всё просто. Интересно посмотреть его бой с серьёзным противником.
  А я подумал - Ардмел, подмявший под себя всех в Гудерии; - викинги, двенадцать лет державшие в страхе весь регион - это пустяки. Что же тогда серьёзно?
  
  Нидар
  Бой закончен, бойцы могут отдыхать, а мне предстоят переговоры с поверженным противником. Задача типа - сколько яблок можно снять с дуба? А сколько было повешено! Сначала выясняю - кто есть кто среди напавших. Отбираю четверых - два сына ярла, фактический командир (он же адмирал) отряда и советник для дипломатических переговоров. Один из братьев ранен пулей в ногу, другой контужен, а у советника сердечный приступ. Подождём и поговорим с другими.
  Кто может подробно рассказать о человеке и сделает это с удовольствием? Его враг! Викинги на трёх баржах везли пленных, кто-то жил неподалеку или погорел на торговле с ними. Блиц-опрос, и мои помощники отобрали троих.
  Молодую женщину, её муж был мелким ярлом, соседом викингов. Он отказался идти с ними в поход. За это его убили, его городок разграбили, а жену и уцелевших жителей повезли продавать.
  Купца, он привёз зеркала и посуду из Тубрия и отказался отдать по дешёвке.
  Скальда, написавшего на ярла хулительную песню.
  Законы у нордлингов суровые и нарушать их никому, даже ярлам, нельзя. А здесь три явных нарушения. Но с этим после, придумаю как их использовать. Для начала мне нужна информация, но с нею возникли проблемы. Нет, они знали много и охотно мне рассказывали, но в потоке слов я с трудом находил крупинки ответов на вопросы: "Почему этот ярл так поднялся?", "Откуда у него современное оружие?", "Кто и как выбирает маршруты набегов?". Но постепенно рассказчики успокоились, стали слышать мои вопросы и, наконец, у меня сложилась картина произошедшего.
  Лет тринадцать - пятнадцать тому назад некто крупно повздорил с властями тверского княжества и уехал от них на северо-восток в Норлаг. С ним был отряд человек пятьдесят - военные и другие специалисты, все пришлые. Они погрузились на две моторные ладьи, взяли сто винтовок, два пулемёта, патроны и прочий груз, и отплыли за лучшей жизнью. Их целью было захватить приличный городок с деревеньками и создать там своё княжество. Захватить они захватили, но начались большие конфликты с местными. Нордлинги плохо приемлют чужаков, а тут ещё грубость и хамство некоторых пришлых. А главное, пренебрежение традициями! Власть зашаталась.
  А тут в гости заявился соседний ярл и предложил свои услуги. Лидер пришлых с радостью их принял, и отравленное вино тоже. Новый владыка вырезал большинство воинов и всех пришлых сделал рабами. Уцелевших военных он заставил обучить своих дружинников, угрожая убить их жён и детей. Затем подчинил соседних ярлов и начал набеги. Я уточнил - кто из пришлых у него в рабстве поимённо, включая близких, что есть из имущества пришлых, какой урожай, сколько набито морского зверя. Затем по одиночке вызывал викингов и уточнял детали. А затем приступил к переговорам.
  В шатре я сел в удобное мягкое кресло, как приятно понежиться, устал быть в походе. Рядом поставили стол для секретаря и переводчика, а викингам приготовили низенькие скамейки. Маранийки с собаками и стрелки демонстрировали охрану - нордлинги принимали поражения с достоинством и агрессии от них не ожидалось. Ввели викингов, советник вдруг схватился за сердце, а остальные вздрогнули и переглянулись. "Келла-тоон" прошелестело в воздухе.
  Трудно говорить с противником, не желающим признать своё поражение и оспаривающем все твои доводы. Но сложно и с тем, кого корёжит от страха, кто не способен понимать тебя. Нордлинги храбры и, будучи фаталистами, к смерти относятся спокойно. Но не всегда! Они видели в кресле не меня, а жуткое чудовище, более ужасное нежели смерть. Я передвинул листок с записями секретарю - с ним и освобождённым купцом я обсудил все требования. И велел вести переговоры.
  Сам же схватил одну из девиц и посадил себе на колени, пусть загородит чудовище, лишающее викингов рассудка. Те действительно малость очухались и только время от времени посматривали на нас. Она меня слегка не так поняла, пришлось сжать её лапки и прошипеть "Охраняй", тогда она вспомнила - мы не в спальне. Но только обнимать её горячее тело было тяжело.
  Переговоры прошли довольно легко - они согласились отдать всех пришлых, членов их семей, а также всё ими привезённое. Ещё мы заберём рабов, пожелавших уехать, и членов их семей. Заодно, купец-переводчик, фактически ведший переговоры, стребовал половину награбленного в набегах, причём отбирать он будет сам. Не забыл он и про себя, за отнятый груз викинги заплатят втрое.
  Но за морского зверя и другие их товары мы платили зерном. Цену запросили немаленькую, много больше чем в Гудерии, но ниже, чем у купцов ходящих на север. Тут они захотели ещё купить солёное мясо, сухофрукты и железные орудия. На этом договорились, похоже получится организовать постоянный и очень выгодный взаимный обмен. Завтра-послезавтра придёт Гроний, его и направлю к викингам, а то он засиделся на тёплом юге.
  Я тоже засиделся, кресло мягонькое, но и девица не лёгонькая, надо размяться, сходить в баню, а затем позвать Кити. Или лучше спать одному? Гудерий, вчерашние тренировки и сегодняшний бой вымотали всех, даже девочка у меня на коленях кладёт головку мне на плечо и дремлет. Но сначала надо похвалить купца за успешные переговоры и выяснить, что это такое Келла-тоон.
  Мне с удовольствием рассказали - это чудовище и одновременно злой дух. По ночам он нападает на стойбища охотников и небольшие поселения. Его сопровождают волчицы, которые могут оборачиваться красивыми девушками, а после убивать часовых и открывать ворота. Шаман одного из захваченных посёлков напророчил ярлу, что в одном из набегов Келла-тоон нападёт на его воинов и уничтожит их. Что и произошло. Ибо пулемёт и винтовки против духов бессильны!
  Кани помогла ополоснуться, и я её отослал - сегодня сплю один! Как приятно вытянуться в чистой прохладной кровати. Кажется, я задремал и мне что-то началось сниться. "Плюх". Кити миниатюрна, но когда она прыгает на кровать, та заметно дёргается. Вроде бы охране на входе в подворье было указание "Никого не пускать". Было! Но у них ещё есть список "Пропускать всегда". Впрочем, как бы я ни устал, видеть её мне приятно. Кити снисходительно смотрит на меня:
  - Не бойся, сейчас насиловать не стану, в другой раз. А договор с викингами можно прочесть?
  - В красной папке на столе, - я опять закрыл глаза. Ненадолго.
  "Блямм" - дверь с размаху бьёт в стену. Это Сибас, и он принёс большую неприятность.
  С трудом открываю глаза. Уже вечер, а придётся садиться в седло и куда-то мчаться. Не хочу!
  - Советник Дейер сегодня выехал из Майдора в Малые холмы, ему нужна дорога на Латишу.
  Сон исчез, взвилась ярость, я вдруг стал Келла-тооном, готовым помчаться за советником и порвать того на куски. Но человек возобладал. Там наверняка сильный отряд болотников, который справится с чудовищем, как бы сильно оно ни было. Но он споткнётся о мой отряд, зря я что ли создавал и тренировал своё войско. Беру только личную охрану, хороших всадников в войсках мало и собирать их некогда. Зато мы пойдём о-триконь, будем в Майдоре ночью, и хоть немного поспим. Прошу Сибаса утром отвести туда три полусотни, городской гарнизон уйдёт в Латишу. И спасибо Кити - Канира согласилась с ней остаться.
  Вечереет, но дорога хорошо видна, отряд идёт резвой рысью. Ночью придётся перейти на шаг, дорог пока что нет. Рядом скачут девочки, когда я собрался в Гудерий, ко мне вдруг подошёл старейшина марани. До этого мы не пересекались, думаю, он не захотел тратить время на очередного временщика. Но после птичьего побоища стал меня отлавливать и поймал только на пирсе в Тубрии, садящегося на ладью. Там мне были вручены эти девицы со словами:
  - Днём и ночью они неотлучно будут охранять тебя ото всего. Смысл их жизни - защита тебя, а все расходы взял на себя наш клан.
  Спорить с ним и что-либо выяснять мне было некогда, отвёл их на корабль и нашёл местечко под навесом. Плавание девочки перенесли тяжело, но на земле быстро пришли в себя. С ними оказалось удобно - они меня не ограничивали и не мешались, при этом надёжно прикрывали от всех мелких неприятностей. С крупными же я и сам справлялся. За несколько дней без полноценного боевого слаживания мы превратились в эффективную тройку, где каждый непрерывно чувствует другого.
  И с Беларио в доме смотрителя они успешно расщепили его внимание, дополнив мой ствол угрозой в спину. А уж схватка с викингами во многом их заслуга - они вывели из строя пулемётчика и доставили меня к пулемёту. Мне осталось лишь немного пострелять, не думая о своей спине.
  Кстати, имена марани произнести невозможно, и они стали Евой и Зоей. Что им даёт клан я понятия не имею, но хороший телохранитель стоит 10 асиев в месяц. Я им плачу 25 на двоих, и они жаждут охранять моё тело не только днём, но и ночью - в постели. Дорогу до Майдора не помню, глаза открыл лишь на постоялом дворе, где мы легли вповалку в большой комнате.
  Утром я проснулся затемно, выпутался из объятий телохранительниц и пошёл распоряжатьґся. А то вчера уснул не раздав указаний - безобразие. На кухне уже шипели котлы и сковороды с завтраком, в конюшне проверяли ноги у лошадей и перековывали, а на улицу вывалились мои воины и с шуточками умывались. Я был не нужен, всё двигалось само, и это меня радовало. Я устал от необходимости указывать всем и каждому что и как делать, а без этого всё останавливалось.
  В Средневековье каждого с малолетства учат подчиняться - младший брат старшему, тот отцу, отец старосте и так до самого верха. Самостоятельных действий немногого, они давно рутинные и им тоже обучили. Я внёс хаос в этот отлаженный веками мирок - каждый день что-то новое, и долго преодолевал сопротивление от непонимания. Даже мои разные завтраки смущали поваров, они привыкли - каждый день одно и тоже. И наконец люди моего ближнего круга стали немного решать сами. Я приказал "в Латишу", и могу дремать в седле или думать о своём, отряд вовремя домчит меня туда, самостоятельно решая дорожные проблемы. А ведь недавно я лично проверял у них ноги и задницы - не натёрли ли. Думать за каждого очень тяжело, а приходилось.
  Мавира. Поели, пересели на свежих лошадей и вперёд. Эти девчонки мне понравились своей самостоятельностью, без приказов одна впереди, другая сбоку. И сами меняются местами, они меня прекрасно чувствуют и слышат даже мысленные команды. Стараюсь не думать, - какой отряд у болотников? - это надо решать на месте. Две-три полусотни - смахну с ходу, рука (5 полусотен) - серьёзный бой, пятисотка - придётся поломать голову. А пока вперёд, слишком много неизвестных.
  Вакешки. Многие здесь живут и переоделись. Добавил к отдыху полчаса и вперёд, должны усґпеть. Латиша. Навстречу мне идёт полусотня и советник. Бросаю коня вперёд, стоптать его, не дать скомандовать. Но Ева раньше, тонкий кнут концом бьёт того по лицу, вышибая зубы. Можно было не спешить, отряд из молодых марани и не думает ему подчиняться. Сотником все недовольны, но пока слушаются. Срываю с него бляху и одеваю одному из десятников, общий вздох облегчения.
  Советник стоит на коленях и на его лице - ужас. Наша неожиданная встреча - это его смерть в муках. Янис не будет меня останавливать, а другие не посмеют. Тем временем мои девочки его обыскали. Зоя передаёт мне кожаный кошель, там три рубина и два сапфира - плата за предательство.
  В Латише спешу к кузнице - раскалённое железо способствует откровенности, но советник спешит рассказать всё. Сюда идёт отборная Рука Бааншерла, сильнейшего среди болотников. Мои войска он из крепости выгнал, и они спускаются в Латишу. Вспоминаю, в середине ущелье пересекает ручеёк и на его берегу можно организовать оборону. А ниже и перед Латишей подходящих мест нет. Посылаю десятку вверх - остановить войска, а другую на восток - позвать полусотню. Забираю в городке всю проволоку и порох, и скорее вверх.
  Рёбера встречаю как раз у ручья, опустив глаза он передаёт мне свою бляху и пытается объясниться. Но мне некогда, надо строить оборону. Четвёртая полусотня, вернее три десятка из Латиши - молоденькие юноши и девушки. Посылать их в бой против ветеранов - это убийство, но разведать они могут. Одну десятку вверх, задача - увидеть противника и сообщить мне. Вторую десятку на берег ручья - вбивать железные колья и вешать проволоку. Жаль она не колючая, но немного задержит. Полусотни в двадцати шагах кладут из камней бруствер - не для защиты, а для удобства стрельбы.
  Третью полусотню (не стрелковую) ставлю под правый склон ущелья. Там небольшой карман, откуда можно ударить по горизонтали и немного вниз. У конницы, атакующей сверху - большое преґимущество. С ещё одной "детской" десяткой лезу на склон ущелья ниже кармана - там много булыжников, их надо обрушить. Медленный шаг - наилучший аллюр для врага. Камни сами посыпались, еле успел собрать вокруг себя десятку. Никто не пострадал - синяки не в счёт. Мы готовы.
  Быстро спускается разведка, а за нею враг. Противник идёт осторожно и не спеша, действительно зрелые воины, вооружены мечами, но сколько их! Шестая полусотня, седьмая ... Приказываю Зое, указав на советника, - "Эта мразь выжить не должна, когда противник прорвётся - убей". Судорожно считаю варианты - успеем максимум четырежды выстрелить, это сто попаданий, чуть больше. Ещё три полусотни прорвутся - вряд ли выстоим. И две полусотни против тех, что в кармане.
  Свою охрану послал к свалившимся валунам, пусть шагом, но враг там пройдёт. Впереди вражеского войска тысячник и молодой парень в дорогом цветастом халате. Они ругаются, но парень посылает тысячника штурмовать мой склон, а сам с Рукой и двумя полусотнями идёт к валунам. Разумно, одна полусотня прикроет ему спину, а другая прорвётся мне в тыл. Но не сразу, повоюем.
  Тысячник, опытный рубака, но в огневой тактике - профан. Он не стал дожидаться всех войск, а с тремя полусотнями пошёл на штурм. И встретил прицельную стрельбу, сначала пулями, а затем в упор картечью. И откатился с парой десятков, остальные свалились в ручей. Как он боится за этого попугая, еле дождавшись двух полусотен тысячник снова пошёл в атаку. Но теперь перед ним ещё вал из тел, и стрелки спокойно выцеливают нападающих. Здесь не прорвутся. Спешу вниз к валунам.
  Парень в попугайском халате оставил Руку с полусотней прикрывать себе спину и повёл другую вниз. Не хочет делить победу со своими военачальниками, жадный. Ну здесь мы подерёмся, быстро ему на пройти, половину уложат стрелки, а дальше рубка на равных.
  Что он делает! Командир моей полусотни поднял двадцать вымпелов и пошёл в атаку! Против опытных рубак! Вдруг вымпелы опустились - это пики, которые пронзили всадников и над ущельем поплыл волчий вой. Свой вклад внесли и псы, кусающие коней за ноги. Лошади заметались и многие болотники слетели на землю. Усидело в сёдлах человек десять и их тут же срубили, добили безлошадных и ударили вторую полусотню сзади. Кажется, я смотрел разинув рот. Блестящая мясорубка! Я не заметил ни одного взмаха меча, а шашки рубили головы и руки точно в сочленения.
  От болотников уцелел один десяток, успевший углубиться в валуны. Моя конница за ними не пошла, занялась пленными. С попугаем же случилась истерика. Я ждал остальные вражеские войска, но вместо них явился Аргело. Они оказывается удрали, а у меня теперь в плену Банигёрл, любимый сынок Бааншерла63. И тот заплатит за него любой выкуп. А я знаю, что потребовать!
  
  Мейса
  Мне здесь очень тяжело, но новая семейка пока сдерживается, другим жёнам приходится хуже. Меня же мучают умеренно, опасаются Яниса. Когда же Дальтезе уничтожил птичек, Наглор - мой свёкор встревожился, он - сволочь умная и хитрая. В графстве освободились войска, появились дополнительные деньги, и полководец, способный прищемить болотникам хвост. Мне стало чуть легче - меньше придирок и тумаков. Но и страшнее. Неглих, мой муж, кипит от злобы, сорвётся - искалечит. Его бесит, что кто-то сумел уничтожить птиц и теперь графство начнёт богатеть.
  В этом доме секретов нет - всё всем известно. И когда приехал младший сынок одного из виртеннских баронов, то все знали - ему заказали Дальтезе. Наглор принёс из оружейной "страшную" маску, точнее кусок дерева с горельефом в виде мерзкой рожи. Она не страшная, но очень противная. К ней прилагается ручка, если её вставить в деревяшку, то появится песчаный демон, убивающий всех вокруг. Поэтому маску надо сразу кидать под ноги клиенту и отходить. Барончик уехал, и Неглих спросил отца: - "Ему потом надо бежать со всех ног, почему не предупредил?"
  - А потому, - ответил тот, - подохнет вместе с Дальтезе и концы в болото.
  Затем подозвал меня: - с одним наглецом разобрались, убьют его - выпорю тебя так, что живого места не останется. Скоро приедет жрец-экзекутор и тогда тебя на плаху.
  Плюнул в мою сторону, и они с сыном, довольные, ушли. А я побежала к Луизе, моей подруге, жене погибшего сына Наглора. Та меня стала успокаивать, говоря - активировать маску непросто, от демона можно убежать, а Дальтезе сможет и отбиться.
  
  Нидар
  Победа! Неожиданная, но заслуженная. Я не ожидал такого умения от своих войск, и стрелки, и вооружённые шашкой показали отменное мастерство. Противник же выглядел откровенно слабым, хотя это лучшая пятисотка болотников. Во многом победу принёс удар полусотни, показавший превосходство шашки над мечом. Лайно - её командир, приготовился к выговору, он же нарушил мой приказ, но "победителей не судят"! За успех и инициативу назначаю его командиром роты.
  Мне надоели эти Руки - полусотня стала взводом, а пятисотка батальоном, в нём три роты по три взвода. В Виртенне на Совете будет большая ругань, но она будет и так - Дейера я казню у них на глазах. И Рёберу объяснил его ошибку, а заодно и остальным офицерам. Не надо спорить с советником - он не имеет права здесь распоряжаться. Надо сразу бить в морду, вязать и в погреб. Разговаривать с ним буду я или Сибас. А Рёбер попросился обратно в строй, и я взял его десятником.
  И опять, Латиша - Вакешки - Мавира - Майдор, после Виртенн. Со мной только моя охрана, это три дюжины молодых, но хорошо обученных воинов. И Банигёрл. Пленный крутит головой во все стороны, оказывается он впервые покинул болотное царство и всё для него внове. Парень уже забыл, что он в плену и что недавно валялся по земле в дикой истерике. "А это что?", "а где жили птички?", "а для чего эти кучи камня?", - и водопад этих вопросов топит меня. Можно рыкнуть на него "заткнись", но не могу, уж больно умиляет меня его детская любознательность. И понимание - парень вырвался из клетки, да - золотой, но надоевшей ему до печёнок. В Вакешках меня ждёт новый дом - подвал и первый этаж каменные, а следующие два - бревенчатые. Эдакий гибрид элитного коттеджа XXI-го века и русского терема. А рядом водонапорная башня, и кажется - она касается неба.
  Можно проехать ещё, но мы все устали, здесь же очень уютно. Да и пустить щенку пыль в глаза полезно, "посмотри, на кого ты хвост поднял". Комфорт - это не золото и драгоценные камни. Горячая вода в ванной, тёплый унитаз, мягкая постель и вкусная еда - вот главные достижения цивилизации. И ими я надеюсь поразить мальчишку. Поражаться тот не захотел - уснул прямо на лошади.
  Зато была восхищена моя охрана, хотя один парень постарше заметил - "у Яниса под Виртенном есть похожий дом, и даже побольше." Для них он был чудом света, но не далёким, которым можно только любоваться, а своим родным. Была комната и для Банигёрла, уютная и комфортная. Только попробовав выйти, поймёшь - это тюремная камера. А остальные пошли в душевую, была здесь и баня, но сил на неё не было. Только пришлось учить пользоваться - это не тазик с кувшином. Есть и горячая вода, и обычный душ, и кабины с горизонтальными струями. А также различные мочалки, щётки и жидкое мыло. Откровенно говоря, мне хотелось быстренько помыться, поесть и лечь спать, но народ в охране молодой, четверть женщины и детки расшалились. Ругаться не стал, пусть спустят пар. Да и мне надо отпустить тормоза, а то дёргаться стал от прикосновений девушки.
  Подумаешь прижалась грудью, что такого, или мою ногу оседлала и смеётся - у меня поднялось. Обнял её и другую девчонку - враги побиты, мы дома в уюте, а в путь нескоро, завтра. Вымылись, побаловались и в трапезную, обед обычный, но молодым после хорошей драки и конного перехода другое и не нужно. Велия сидит в стороне и умиляется, глядя на нас. Она теперь здесь хозяйничает, а старый дом ремонтируют, там будет школа. И Илона, её дочка прибежала. Но она по делу - выбирает себе парня на ночь. Кстати, я уже поел и подхожу к Велии, как ты сегодня.
  - Обойдёшься, - смеётся она, - вон какие у тебя девицы. А у меня есть маленький Дальтезик.
  И погладила себе живот. Я растерялся, предлагаю всяческую помощь, но меня выставляют из траґпезной. Ева с Зоей уже тут как тут и тащат в спальню. Они же телохранительницы и хотят заняться моим телом. А то в душевой у них не получилось. Я не против, для разнообразия понаслаждаюсь просто валяясь. Но девочек придётся подучить, желания и старания у них полно, а умения недостаёт. И сложности с ними будут - пробуют мне указывать, но это обломаем - и в походе, и в постели главный я! Мы довольно быстро уснули и ночью поползновений от них не было.
  Встал я рано, вывинтился из объятий Евы с Зоей и в холл. Там лёгкая разминка и беседа с Велией. Она сидела в кресле, ела сладкий пирог и просила не волноваться насчёт ребёнка. Утруждать себя у неё нет необходимости, а если что - поможет Илона. Я тихо посмеялся - вот так ненавязчиво готовят себе преемницу. И спросил себя - а чего так меня к ней тянет? Женщине под сорок, милая, но не более, а вокруг меня такие красавицы крутятся! И ответил - с ней удобно и приятно, все остальные что-то да требуют. А Велия помогает. Поэтому целую её и бегу дальше.
  И насчёт ребёнка можно не беспокоится. Отец из меня плохой - дома почти не бываю. Зато мать у него (или неё) прекрасная. И взрослая сестра. И родной народ вокруг - марани, а они своих всегда опекают. И учат. И защищают. И уважают его отца!
  Дом просыпался, общие разминки не прижились, но зарядку делал каждый. Банигёрла тоже вытащили на улицу, хоть он и пищал - "холодно". Я решил взять его в Майдор, Вакешки - это деревня, пусть и большая. Здесь ему быстро наскучит, а в городе новизны хватит на несколько лет.
  Зачем это мне? Идёт война с болотниками, и похоже продолжать её назначат меня. Безусловно, я собираюсь их побить, но достичь полной и окончательной победы ... не уверен. Значит предстоят тяжёлые переговоры, и желательно с адекватным и разумным человеком. А такой там один - Бааншерл! Остальные - тупые и ограниченные люди, договориться с ними невероятно сложно, если возможно. Шантажировать его сыном не буду, а подкуплю хорошим обращением с дитятком.
  
  В Майдор прибыли к вечеру, припозднились из-за Банигёрла. Утром он восторженно изучал достижения цивилизации, особенно его потряс туалет и спуск воды. Он бегал туда раз пять посмотреть, как она сливается, пришлось задержаться с отъездом. Поехали быстро, но долгой скачки он не выдержал, еле дотянул до Мавиры. Там нашлась лёгкая коляска, в ней он и доехал. Кстати, участок дороги Мавира-Майдор недавно закончен, строители пообещали до холодов довести её до Вакешек.
  При въезде в город меня встретил Катус, бывший командир моей личной охраны. В своё время я назначил его помощником бургомистра Майдора, а фактически своим наместником в городе. Сам бургомистр - хороший руководитель, но случается пасует перед наглецами. Катус же не задумываясь отправит в зиндан охладиться и советника из Виртенна, и богатого купца. Ему подчинена расположенная здесь рота моих войск и городская стража. Он быстро приобрёл немалое влияние.
  Мне же он сообщил о приобретении домика рядом с моим особняком. В последнем нормально размещается десяток, а со мной разъезжают почти четыре. Поэтому Катус, помня предыдущую свою должность, и озаботился об их размещении. Это радует - они рядом и нормально отдохнут. Они, но не я. В Майдоре у меня полно дел, начиная со статуэтки Шейлы. Чуть передохнув и поев я спешу к Араурану. Увы, не я, а мы. Мои тени, Зоя и Ева сопровождают меня всюду. А также везде и всегда. Не слишком навязчиво, но слегка раздражает. И радует - хоть собачки остались в особняке.
  По пути зову Мьяну, она недалеко, но не отзывается. А дом Френера уже передо мной. Стучу, скульптор открывает мне дверь и вижу сидящую за столом Мьяну, без меня познакомились. А он уже тащит в студию на второй этаж. Приказываю девочкам остаться внизу и спешу за ним, оказывается я жутко соскучился по Шейле. Как мне хочется взглянуть на неё, пусть и на статуэтку.
  Но Арауран садится в кресло, показывает мне на соседнее, и шёпотом интересуется:
  - Ты обещал познакомить меня с файри. Забыл?
  - Но ведь ты познакомился с Мьяной, - я потрясён, - она истинная файри и её я имел в виду.
  - Она - файри, не может быть! - теперь поражён Френер.
  - Что не может быть? - Мьяна бесшумно поднялась к нам, она встревожена, не подерёмся ли.
  - Девочка, покажи ему истинный облик файри, - ляпнул так ляпнул и смутил её.
  -Он же испугается? - Мьяна вспомнила, как обернулась демоной.
  - А ты засвети кожу не очень сильно, - хочется дать себе в лоб.
  - Ари, файри в истинном облике так прекрасны, что любоваться ими невыносимо, - объясняю я скульптору, надеясь исправить свою оплошность.
  Вокруг Мьяны нежно засиял ореол, а от кожи пошло сияние.
  - Звёздная бронза! - восхищённо выдохнул Френер, - как ты прекрасна!
  Он рухнул на колени и обнял её ноги. "Благодарю", послала она мне мысль. Скульптор встал, с трудом оторвавшись от файри и пьяно пошатываясь подошёл к встроенному в стену шкафу. Достал оттуда статую, завёрнутую в одеяло и коробочку.
  - С тебя пять асиев, - нахально заявил он, протягивая мне свёрток.
  Я развернул его - это Шейла, мастер уловил и передал её облик. Достаю кошель и кладу на стол золотую монету с цифрой "5". Я помню, он оценил свой труд в три асия и получил аванс, да ещё зажал полкило серебра. Но спорить не могу, работа того стоит. Аккуратно заворачиваю её, и встаю.
  - Подожди, - Арауран достаёт из коробочки кусочек металла и прикладывает к плечу Мьяны. Он сливается с кожей. Затем возвращает его в коробочку и передаёт мне.
  - Она получается у магов при варке зелий. В полужидкую медь кладут мормий и греют, добавляя понемногу медь и мормий. Получается жидкий белый мормий для зелий и в отходах звёздная бронза. Вдруг при тебе будут это варить, вдруг. - Понятно, новая любовь - новые идеи.
  Арауран прислушался, кто-то еле слышно постукивал в дверь, и сбежал вниз.
  - Благодарю, - воспользовалась паузой Мьяна и поцеловала меня.
  - За что, ты же сама с ним познакомилась? - расставаться с женщиной надо быстро.
  - Ты уложил его к моим ногам, я никогда не отважилась бы признаться, что я файри.
  Вернулся хозяин и представил мне:
  - Художник-портретист Айюм Саойло, прошу любить и жаловать.
  Он хочет написать мой портрет - интересно, но мне остро некогда, в следующий приезд. Буквально убегаю от них, а следовало пообщаться и посмотреть его работы. Заскакиваем по пути в кафешку - чай с булочками, обычный в Майдоре перекус. Зоя меня упрекает:
  - Ты остался наверху с двумя мужчинами, напади они - мы могли опоздать!
  - Там была ещё женщина, - пытаюсь перевести разговор в шутку.
  - Она "фу-у", а эти могли быть опасны, - Зоя отчитывает меня, как школьника, это бесит.
  - Это они "фу-у", а Мьяна - истинная файри, и она шутя вас обеих "фу-у", - девочки побледнели, а я впиваюсь взглядом им в глаза, - можете защищать меня от людей или зверей, но от демонов и им подобных защищать буду я вас.
  - А ты с ними можешь справиться? - недоверчиво и испугано спрашивает Ева.
  - Надеюсь, - и не могу удержаться от хвастовства, - с файри сражался на равных.
  В моих ушах звенит чей-то смех, а девочки потрясены, у них сотни вопросов. Но я сую Шейлу в руки Зое и командую подъём. Но одна Ева безопасность не обеспечит, начинаю сканировать гуляющих. И точно, за нами следят. Кто? Велю Еве отстать, а сам иду вплотную к домам, будто собираюсь свернуть в переулок. Жаль, здесь нет стеклянных, а лучше зеркальных витрин - хватило бы одного взгляда. А так резкий шаг в сторону и меня скрыла яблоня. Преследователь бросается вперёд, громко цокают туфельки, длинный шаг и я хватаю его, нет её за шиворот. Она испуганно оборачивается и расплывается в улыбке: - "Сеньор, у тебя найдётся ещё одна большая монета?"
  Отпускаю её, и мы от души смеёмся. Приглашаю с собой, девочка доверчиво прижимается ко мне, а Ева перецепляет её к Зое - нападение не исключено и две пары рук должны быть свободны. За нами наблюдают, но издалека, ловить слишком хлопотно. Мою новую подружку зовут Эна, родители уехали на заработки, оставив её дяде. У того пекарня, но однажды он попрекнул её куском хлеба, и она убежала на улицу. Но ей везёт, он попала на меня, а вскоре взяли в магическую школу. Там кормят и дядя извинился, у него тогда мука кончилась, а купцы взвинтили цены.
  Помню, для Майдора это был тяжёлый день. Но утром я взял купцов за горло, и они быстренько распродали зерно. Вскоре пришёл караван из Мавиры, а потом оно потекло потоком. Голода настоящего не было, он начинался, но через день закончился. А иначе, что было бы с горожанами? Мне немного стыдно за те тяжёлые дни, но я никак не успевал раньше.
  Забылся! Сейчас же я сам себе охранник и должен бдеть. Вроде взрослый мужик, а кое-что для меня игра, и случается отвлечься. А это недопустимо, могут пострадать и девочки. Тем более, меня "пасут", но с этими разберусь в другой раз.
  Мира, моя здешняя домоправительница, встречает нас в холле.
  - Эна, почему ты опоздала? - ух, какие мы строгие, смеюсь про себя.
  - А я встретила сеньора, что тогда дал мне монету, - Эна подёргала меня за рукав, - ну скажи ей, что я не украла, ты сам дал мне эту монету.
  - Это так Мира, я действительно в прошлый приезд подарил ей монету.
  Домоправительница улыбнулась нам:
  - Я рада за тебя девочка, и извини за недоверие. А сейчас бегом кушать, все уже за столом.
  Эна убежала, а мы прошли в гостиную, где меня ждал Катус. Опять всякая текучка - налоги, школьное питание, зарплата учителям64, стипендии ученикам магов, доплата ремесленникам за учеников и подобные новшества. Правда, все хлопоты Катус взял на себя, от меня требовались деньги и ответы - а как это сделано у пришлых. Зато школьников-магов он поселил в мой особняк:
  - Их всего шестеро, две крохотные комнатёнки. И повар при деле. А тебя здесь обычно нет.
  В таких случаях я не спорю, ценю инициативу. Указываю лишь на грубые ошибки, а с мелочёвкой пусть сами разбираются. Слышится шум у дверей, мгновение и мы все готовы к бою - отбой, это прибыла рота из Тубрия. Вносят Кити и Каниру, встревоженный бросаюсь к ним, но командир роты, немолодой усач успокаивает меня:
  - с девочками всё в прядке, просто промокли и устали.
  Беру на руки Кити, а Ева Каниру и относим их в мою спальню. По пути замечаю - моя подружка вполне может дойти ножками, но почему бы её не побаловать. Сгружаем их ко мне на кровать, оставляю Еву - вдруг им что-нибудь понадобится, а сам спешу вниз. Надо срочно принять доклад, усатый командир роты тоже зверски устал и надо отпустить его отдохнуть.
  Его уже угостили горячим грогом, налили чаю с булочками, но мужику необходимо как следует поесть. При моём появлении он вскакивает, но приказываю докладывать сидя. Его рота перебрасывалась в Майдор и Сибас в нагрузку поручил сопровождать лёгкий караван и моих женщин. Шли ходко, но попали в сильный ливень, дорога стала тяжёлой. В придачу из леса вывалилась звериная стая, дали бой. Ружья защитили людей - убитых нет, лишь десяток покусанных. Но потеряли время, добивая подранков - они не вернулись бы в лес, а напали на деревни.
  Благодарю за службу и отпускаю, ему ещё надо проверить, как устроилась рота. А сам смотри на Катуса, но первой начала говорить Мира. Непростая тётка, уж больно внимательно её слушают и слушаются некоторые командиры. Даже Ева с Зоей, временами которым и я не указ.
  - Наступает осень, в это время зверьё выходит из леса, - вещает Мира, а я про себя усмехаюсь. - "Разве это лес, так подлесок с кустарником, посмотрела бы ты на тайгу".
  Мира строго смотрит на меня:
  - Высокие и Малые холмы, это особые территории. Лесов там нет, зато людей много. А на осґтальґной земле графства наоборот. В лесах же полно зверья, их намного больше, чем людей. И дважды в год они выходят из оттуда. Осенью, когда подросло новое поколение и надо подкопить жирок к зиме. И весной, оголодав к концу зимы. В прочее же время жрут друг друга в своём лесу.
  Мне понятна её "глубокая" философия - в лесу людям делать нечего, но и зверьё оттуда выпускать нельзя. Короче, "кесарю - кесарево, а слесарю - слесарево". Велю Катусу прикрыть Майдор двумя батальонами и не жалеть пороха. Войска должен привести Гроний, зимой река отдыхает. Один батальон в Латишу и один в Тубрий. Насчёт пятого распоряжусь вернувшись из Виртенна.
  Страстные и неистовые
  Мне тело дивной властью
  Астарта облекла:
  Сжигают бёдра страстью
  А грудь как снег бела!
  Ш. де Костер. Легенда об Уленшпигеле
  Кити
  Проснулась от кошмара, но Дальтезе рядом, и я успокоилась. Сон - это всего лишь сон, а в Тубрии творится кошмар наяву. Я оттуда сбежала, бросила всё и сбежала. Там появились люди, предъявляющих идиотские иски. Например, заявляют о своём праве владеть домом, который уже много поколений принадлежит известной семье. И находятся свидетели, подтверждающие их право и судьи, отбирающие собственность у законных владельцев. Последних сплошь и рядом сажают в тюрьму, откуда не все выходят. Хотели схватить и меня, но я заявила, что вхожу в Дом наместника, а Канира подтвердила эту ложь. И в тот же день я бежала, бросив всё.
  Что делать? Даже Сибас запутался в множестве противоречивых свидетельств и уехал к брату. Может Янис что сделает? Вряд ли, он никогда не занимался Тубрием, скорее опять поручит это дело Дальтезе. А что тот? У этих свои свидетели, свои судьи, своя полиция и даже тюрьма принадлежит теперь им. Год назад их никто не знал, а сейчас им принадлежит полгорода.
  Прижимаюсь к Дальтезе, опять ему решать мои проблемы, впрочем, Тубрий - его город. Сзади сопит Канира, и я опять засыпаю. В голове одна мысль - вдруг он откажется взять меня к себе в Дом.
  Утро началось замечательно, правда сначала ему пришлось выгнать из комнаты Еву, свою охрану. Та заявила - ей поручено оберегать его везде и всюду. Дальтезе на это рассмеялся, захватил её руку на болевой приём, подвёл к двери и пинком выставил из комнаты. А мне пояснил: - "она хорошая телохранительница, но иногда понимает только такой язык", - и похлопал себя по коленке.
  На меня накатило, близость сменялась ласками, ласки - близостью, я его хорошо чувствовала и долго не давала кончить. Наши тела сотряслись в последний раз, теперь вместе, мы вылезли из промокшей кровати в кресло, выгнав оттуда Каниру. Ворча, она перестилает кровать чистым бельём.
  Спускаемся в гостиную завтракать, поев я срываюсь и рассказываю о творящемся в Тубрии со всеми подробностями. Меня дополняет Кани. Дальтезе внимательно слушает и его лицо озаряется хищной яростью. Я уже такое видела, надеюсь ублюдков ждёт жестокая расправа. Я закончила, вокруг десяток слушателей, меня никто не прерывал, но теперь идут уточняющие вопросы. На многие я ответить не могу, но похоже это и неважно. А Дальтезе уже распоряжается.
  Катус назначается его наместником в Тубрии с широкими полномочиями. Батальон поднимается по тревоге и направляется на юг. С ним поедет дознаватель со взводом стражи. Катус задержится, затем со своей охраной догонит батальон. Мне надо продиктовать имена этих ублюдков писцу.
  - А Майдор останется без войск? - беспокоится Катус.
  - Не беспокойся, здесь рота второго батальона и моя охрана. - Успокаивает его Дальтезе.
  - Но ты же собираешься в Виртенн? - Для Катуса Майдор стал родным.
  - Не сегодня и даже не завтра. А тем временем подойдёт весь второй батальон, в Тубрий привезёт войска Гроний, отправишь часть сюда. - Дальтезе достаёт ручку с металлическим пером (вчера привезли из Латиши), и пишет назначение Катуса наместником. Затем берёт список, продиктованный мною, и накладывает резолюцию - "Арестовать".
  Далее следуют указания. Задерживать всех приезжих, не имеющих постоянную работу. Арестовать всех судей, на имеющих ярлыка на судейство или вынесших слишком суровые приговоры.
  - То есть убрать всех судей, - думаю я, - на какое-то время это сработает.
  - Главных подозреваемых держать по возможности в одиночках, используйте частные тюрьмы, например, в моём подворье, - Дальтезе вдруг подмигивает мне. - Для остальных, если не хватит места, организовать лагерь. Поставить палатки, огородить территорию и патрулировать собаками. Месяц холодов не должно быть, а потом переведём в тюрьму или отпустим.
  Дознавателю поручил подробнейшим образом описывать все эпизоды - где? когда? какими монетами? кто был поблизости? - чтобы потом сравнить детали. Да и психику лжеца это давит.
  И главное, эта операция организована пришлыми, которые прячутся. Их необходимо найти, схватить и запереть в надёжном месте. Воя и вони будет много, заявляйте - это шпионы викингов, ими лично займутся Янис и Дальтезе. И никаких связей с внешним миром.
  Все разошлись. Все, ха-ха-ха! Ждёт последних указаний Катус, в готовности Зоя и Ева, будто навсегда оккупировала кресло Мира, ну и мы с Кани.
  - Хозяин, - ябедничает рабыня, - Кити сказала, что она из твоего Дома, а ведь это не так?!
  Мне хочется прибить маленькую мерзавку!
  - А мы сейчас сделаем это так! - Дальтезе устал, но доволен. - Катус организуй процедуру в храме, позови бургомистра и комбата. Ева, пригласи скульптора с Мьяной и магов.
  - С храмом договорюсь я, - влезает в разговор Мира, - а заодно приглашу магов.
  Поднимаемся в спальню, Кани виновато опустила голову, но в уголках губ улыбка. Маленькая сводня, а ведь добилась своего, теперь я тоже её хозяйка.
  - А что скажет Янис? - не выдерживаю я. - Ты с ним согласовал?
  - Нет, а зачем? - улыбается он и шёпотом, - я же всего лишь наместник, а не виконт. - И прижимает пальцем мне губы.
  Мне ясно, что он не договаривает - из Виртенна Дальтезе может вернуться виконтом, у Яниса не остаётся других вариантов. И для меня последняя возможность - после войти в его Дом и тем самым породниться с графской семьёй будет намного сложнее.
  Вхождение в Дом, как и свадьбу принято отмечать с размахом. А получилось быстренько на ходу. Зато познакомилась с интересными людьми, может не самыми богатыми в Майдоре, но безусловно влиятельными. Я пока поживу здесь и познакомлюсь с ними поближе. В Тубрий возвращаться боюсь, подожду пока Дальтезе наведёт там порядок. Как в Гудерии.
  
  Нидар
  Немного неудобно перед Кити - такое важное для неё событие и никакой торжественности. Получасовой ритуал в храме, очень красивый, с надеванием серебряных браслетов и хоровым пением. А сейчас сидим в ресторане и знакомимся. Теперь она почти в безопасности, быть в моём Доме - это ещё не дворянство, но судить её имеем право лишь Янис и я. И всё равно возвращаться в Тубрий она боится, напугана больше, чем кушем в Гудерии. Ничего разберёмся.
  Знакомимся. Обоих магов я знаю, а вот магессы смотрятся забавно. Паяторна, директор школы, крупная, очень полная дама. И Фейка, ниже меня на голову и невероятно болезненно худая. Но если первая посредственный маг, то вторая излучает силу. Именно она поедет в Вакешки и смогу поучиться у сильной чародейки. Но откуда такое истощение?
  В перерыве танцую с Кити и прошу прощения за смазанный праздник. Она улыбается - надо было сразу соглашаться войти в твой Дом. Кити в порядке и даже занялась торговыми делами, прекрасно, теперь жду делегацию Бааншерла. К Катусу подходит вестник, тот пересылает его ко мне.
  - Рука болотников вышла из степи65, две полусотни встали лагерем на границе, остальные идут на Майдор, - доложил он.
  - Вот и долгожданное посольство, - подумал я, - значит завтра можно отправляться в Виртенн.
  Особых проблем не жду, выслушаю их, изложу свои требования и пошли они ... обратно. Быстро не договоримся и не надо, переговоры позволят к ним присмотреться, поискать слабые звенья и оценить их силу. Не верю будто у них десятитысячная армия, но "не верю" не аргумент. Фактов же нет и гадать я не собираюсь. Выдернуть бы Мейсу, она много знает, но её не отпустят.
  Возвращаюсь в особняк, приказываю привести Банигёрла и готовлюсь к встрече. Перечитываю описания советников и командиров, их немного, Баан крепко держит власть и всё решает сам. Интересно, кого он прислал, не нахожу подходящего доверенного лица.
  Делегация сразу отправились ко мне, а полусотня сопровождения (больше нельзя) ушла на постоялый двор. Их всего четверо: советник Пайоль, его секретарь и два амбала, явно телохранители. Странно, очень странно! Баан не доверяет никому и доверенных лиц должно быть двое (!), одного можно купить или запугать. Да и Пайоль, судя по записке, дипломатическими талантами не блещет. Секретарь похож на простого писаря, зато мордовороты готовы умереть за ..., за кого?
  Традиционные приветствия и мы с советником садимся за стол. Секретари слева, а охранники сзади. Небольшая пауза, советник выдаёт фразу с перечислением моих достоинств. Отвечаю столь же пустой фразой, и отмечаю - они какие-то кривые. У меня понятно, но специалист по словоблудию должен нанизывать слова гладко и элегантно. Жду очередных подобных пустышек, советники обожают демонстрировать своё умение красиво говорить. Но нет, этот сразу переходит к делу.
  Он достаёт две коробочки, кладёт на стол и открывает их. В первой дюжина рубинов, камни крупные, насыщенного тёмно-красного цвета. Во второй дюжина прекрасных сапфиров. Затрудняюсь оценить их стоимость, но она баснословно велика. Хочется рассмотреть эту красоту поближе, но закрываю коробки. - "Нет". Момент истины - Пайоль должен торговаться, выдвигать новые предложения. Ведь его дело прокукарекать - провести переговоры, а ежели не вышло, то что делать. Да и репутация у меня - людоед обзавидуется! Советнику собственная жизнь ближе чужой.
  У этого же глаза налились кровью, и встав он спросил: - "что же ты хочешь?"
  Сказано негромко, но прозвучало оглушительно. Так могут немногие. Осталась последняя проверка, извиняюсь и выхожу из комнаты. В холле меня ждёт Банигёрл, подзываю его к маленькому окошку в стене, показываю на советника и спрашиваю: - "кто это?". Он меняется в лице - "не знаю".
  - Не знаешь советников своего отца? - он опускает глаза в пол.
  Вхожу с ним в комнату и обращаюсь к своему оппоненту:
  - Лучше продолжим переговоры втроём, остальные здесь лишние.
  Старый Баан кивает и его люди вместе с моими покидают комнату. У них одно лицо, даже шестьдесят лет разницы мало сказываются. Он понял, что опознан, но спокоен - сын цел и невредим. Пауза затягивается, условия продуманы мною, но не подберу слова. Баан спрашивает:
  - Что ты намереваешься делать со мной?
  - Ничего. Договоримся мы или нет, ты можешь вернуться. - Отвечать на вопрос проще. - Но я надеюсь договориться.
  Он заулыбался, тоже просчитал ситуацию - мне нужен живой Бааншерл, а не его наследники. И с дитём будет всё путём, конечно, он в тюрьме, но в ней можно посидеть. Затем выслушал мои условия. Брать за его сына камни я отказался, выдав нечто заумное. Но предложил обменять на Мейсу. Он удивился, хотел спросить "зачем?", но промолчал - умный. А подумав сказал:
  - Постараюсь, но Наглор скорее всего не согласится.
  - Учти, за каждый удар по Мейсе будут бить твоего сына.
  Баан вздрогнул, посмотрел на парня и вернулся к разговору:
  - Наглор может закусить удила и убить её.
  - Тогда я уничтожу его замок, - сказал и понял, а ведь могу!
  - Думаешь, тебе позволят его захватить? Впереди зима, ты даже осадить его не сумеешь!
  - Зачем захватывать, - снисходительно улыбаюсь, - подошёл, сжёг до корней, и ушёл.
  Баан представил горящий замок и попросил вина. Гонг зовёт слугу, тот приносит три бокала, но Баан один убирает. "А ребёночку многое не дозволяется" - замечаю. Слуга же разливает вино, и ставит два блюдца с засахаренными фруктами. Баан ссыпает их в одно, а в пустое кладёт несколько орехов.
  - Водяной орех, - объясняет мне он, - придаёт сил старикам.
  Беру один попробовать, снимаю шкуру.
  - Не больше половины, - останавливает меня Баан.
  Хочу наперекор съесть весь, а потом ещё, но ужас во взгляде сынка останавливает. Ограничиваюсь половинкой, Баан съедает целый и мы запиваем вином. По вкусу орех как орех, а Баан продолжает:
  - Попробую его убедить, но тогда он наймёт убийцу.
  - А не "тогда" не наймёт? - убийца меня мало волнует.
  - Ты прав, наймёт в любом случае, - соглашается Баан.
  - И заплатит своими сыновьями, они часто болтаются в Малых холмах.
  С покушениями я свыкся - три дюжины личной охраны, проверка еды, собаки и собственная настороженность. Реально мне опасен лишь снайпер, но здесь его сложно найти. От магов же меня защитит браслет файри, надеюсь. Всё сказано, а главное - понято.
  
  Мейса
  Бааншерл богатейший из болотников, недаром он объявил себя графом. Наглор, мой свёкор - второй по силе, и они соперники. Но выступать им приходится совместно, и они демонстрируют приязнь. Только стараются не пересекаться. И вдруг завтра визит Баана!? Жизнь здесь скучная, а тут такое событие! Замок гудел, как улей при роении пчёл. Дел не прибавилось, убирать грязь и наводить порядок никто не собирался, но многие болтались по замку и делились дичайшими предположениями.
  А факты простые. На Тубрий напали викинги и отвлекли Дальтезе, отряд болотников ограбил запад Малых холмов, и Аргело помчался туда. Тогда полководцы Баана решили - пора обчистить Латишу, у противника войск там нет. Но Дальтезе в тот же день побил викингов и успел вернуться. Лучшая пятисотка Баана погибла, лишь немногие бежали. Конечно, такое поражение неприятно, но деньги есть - наберут новых воинов. Однако Наглор испугался. Только чего?
  И что будет со мной. Вдруг у Баана погиб кто-то из сыновей, и он хочет отыграться на мне? Но Янис может тогда начать войну. А может быть? - я запуталась, и боюсь, и надеюсь.
  Бааншерл появился во всём блеске, в дорогой карете и в сопровождении Руки воинов. Наглор встретил его на крыльце и провёл в Палату Приёмов, длинную и запущенную комнату. Вообще, этот замок - просто большой дом, требующий серьёзного ремонта. В стенах трещины, полы рассохлись, большинство окон забито циновками. Но в зале накрыт стол, хватает кушаний и вин. Правда эконом жаловался - и в набегах добычи заметно меньше, и купеческих караванов маловато. На зиму еды хватит, но летом могут возникнуть проблемы. Хорошо бы, я согласна поголодать вместе с ними.
  Их беседу слушало ползамка, но они нескоро дошли до сути. Бааншерл стар и давно обходится без женщин. Но семнадцать лет назад новая наложница сумела его расшевелить и родила сына. Конечно, разговоров и сплетен было предостаточно, однако ребёнок оказался копией отца, и папочка в нём души не чаял. Когда мальчик захотел проявить себя в ратном деле, то получил лучшую пятисотку, опытного полководца и лакомый кусок для набега. Казалось, учтено всё, но войско бито, а дитятко в плену. От выкупа же нехороший дядя отказался, заявив: - за живое тело не платят мёртвым камнем!
  Но он предложил обменять щенка на ... представьте себе! ... на меня. У мужа и свёкра потекли слюнки, однако гордость возобладала. Они слывут вторыми, а метят в первые, продай же меня - станут такими же, как и остальные болотные бароны. А посему покряхтели, повздыхали и отказались.
  Тогда Бааншерл их обрадовал - Дальтезе будет обращаться с пленным, как муженёк и прочие со мной. Поэтому граф болотников приставит ко мне женщину, чтобы исключить недоразумения. А при необходимости применит силу. И уточнил - совместно с Дальтезе взять этот замок несложно. Заґсим позвал меня познакомиться, представил мне Пайму - компаньонку и откланялся.
  Проводив гостя, мужчины вернулись за стол - такое надо запить вином и заесть. Бешенство пёрло из них, но они пересилили злобу и гнев. Слишком реальна угроза, против Баана никто не пойдёт, в замке вырежут всех, членов же семьи особенно мучительно.
  - Довольна сука? - прорычал муженёк, швырнув на стол обглоданную кость.
  Взгляд свёкра был злой, но задумчивый и довольно спокойный:
  - Учти, здесь в моём замке я могу сделать с тобой всё, что пожелаю. Люди все смертны, и Баан с Дальтезе тоже. - Он встал, плюнул на пол и добавил, - волков мне случалось убивать.
  Они вышли, хлопнув дверью, а я не выдержала и завыла. Песня волчицы поплыла по дому и в ней были и ярость, и надежда, и желание свободы. Мы с другими женщинами сели за стол, нечасто здесь удаётся нормально поесть. А угрозы, уверена - к Дальтезе убийц уже подсылали. И где они?!
  Утром следующего дня мои мучители уехали к Бааншерлу. Приехали вечером мрачные и злобные, и сразу напились, а то пришлось бы от них прятаться. Злые и пьяные могут и прибить. Утром рассказали, чем их "обрадовал" Баан. Но сначала география. У болотников 10 баронств, из них три на границе, включая наше, шесть в глубине вдоль Каменного ручья (хотя это полноценная речка) и одно ещё южнее. Последнее - Каменные холмы, принадлежит Бааншерлу и его называют графством.
  Земля здесь скудная, крохотные поля и изредка луга с несколькими овцами и козами. Единственное ценность шерлы - рубины и сапфиры. Почти половину добывают в Каменных холмах, а остальные - в баронствах ручья. На границе они редкость. Но пограничные баронства как бы общие защитники, и им выделяют каждый шестой добытый камень. Теперь же Баан отменил пожертвование, а Наглор хапал большую его часть. Пострадал он один, и если вякнет, то его голову подарят Янису.
  Мне же остаётся ждать новостей. Да, Пайма передала Баану про жреца, тот сообщит Дальтезе.
  
  Канира
  Водяные орехи - жуткая гадость, и зачем мужики их грызут, не понимаю. Да крепче стоит и дольше, но потом трудно кончить и яйца лопаются от боли. Поэтому многие женщины знают, как это лечить. Гайло и его приближённые, постоянно ими злоупотребляли, насмотрелась. И наслушалась.
  А эта мымра - Мира, нарочно отослала Еву и Зою. Она и мною пыталась командовать, но я её послала. Тихо-тихо, зато далеко-далеко. И Кити вернулась никакая, слегка пьяная и усталая. Ушла в малую спальню и там свалилась. Переволновалась. Придётся мне самой заняться Хозяином.
  Нужные порошки есть в каждом доме, смешиваю и растворяю в вине. Он рвётся на улицу искать шлюху, но она ему не поможет, а вспухшие яйца болят. После стакана вина ему сразу становится легче, раздеваю его и массирую пах. Напряжение спало, вот теперь ему нужна женщина и я с радостью принимаю его. Сколько жидкости и какая она густая, отсюда и боль. Обтираю его, даю ещё вина и ложусь рядом. Хозяин пришёл в себя, гладит меня, целует и благодарит. Как с ним хорошо.
  Ночью ещё трижды разряжала его, боги - какое это наслаждение. Я знаю - это не близость, а просто разрядка. Для него. Но для меня быть с ним близко, чувствовать его в себе - не могу передать. Я часть его и это много больше меня. Это счастье, восхитительное счастье. Когда он засыпает, я вылизываю его. Да-да, как собака. Или кошка. Обычно ему это не нравится, но я обожаю вкус его тела. И запах. Особенно между ногами. Собаки всегда обнюхивают там других.
  Этой ночью я спала мало и урывками. Зато под утро он пришёл в себя, мы пошли на кухню и поели. Он ещё раз обнял меня и поцеловал: - "Спасибо, ты умница!". - Но в мыслях он уже был далеко и раздавал подарки. Кому? А вот сейчас посмотрю. Со двора он принёс два ведра ледяной воды из колодца. Заодно ломик и осторожно вскрыл им дверь в комнату домоправительницы.
  Ева и Зоя лежали на полу, на матрасе под тонким одеялом. Он вошёл тихо, но они проґсґнуґлись и получили ведро воды. Их визг разбудил весь дом и даже соседние. Вскочила и Мира, тонкая ночная рубашке облепила её тело, омытое вторым ведром. Полюбовавшись на дело рук своих, он ушёл, приказав: - "Жду вас в гостиной". Явно хотел пригнать их мокрыми, но разрешил переодеться.
  Они прибежали быстро, только надели на голое тело платье. Но одновременно с ними ввалилась его охрана, визг послужил сигналом тревоги. Отборные телохранительницы в лёгких платьях интересно смотрелись на фоне людей с оружием, а некоторые в кольчугах. Дальтезе не упустил случая тех похвалить: - "Молодцы, примчались быстро, а главное с оружием и в боевой одежде!"
  Ева с Зоей сидели пунцовые, а мымра лишь насупилась - её так легко не проймёшь. Охрана отпущена завтракать, а девицы ждут выволочки, и она следует после паузы:
  - Глава клана велел вам выполнять все мои приказания и всегда быть наготове. - Дальтезе похож на хищника перед броском. - И только мои приказания. А где вы были этой ночью и почему?
  По-моему, и так всё ясно, но Мира пробует спорить: - А если им прикажет глава клана?
  И улыбается, стерва, поймала. Но Дальтезе улыбается ещё ехидней:
  - Глава клана имеет право отменить своё распоряжение и тогда они перестают быть моими телохранительницами. Но до тех пор никого, подчёркиваю никого, вы не слушаете, только меня.
  Дальтезе наливает себе вина, то ли горло пересохло, то ли ждёт пока запомнят. И продолжает:
  - А с тобой, Мира, я разберусь позже, сейчас некогда. Кажется, работа домоправительницей мешает тебе выполнять основные обязанности. Но об этом сначала переговорю с главой клана.
  Та аж побледнела, попробовала меряться с ним взглядом, но опустила глаза. Я же потихоньку допиваю стакан с вином. Раньше всегда боялась, а если он меня накажет? А теперь об этом даже не думаю - сделаю что-то не так, ну и что, шлёпнет и погладит.
  Прибежала Фейка, магессе доложили - Дальтезе плохо, наелся водяных орехов. Он отпускает девочек и Миру и изображает мученика. Фейка всматривается, облегчённо улыбается и спрашивает:
  - Сколько съел?
  - Половину.
  - Это годится нам, аборигенам. А пришлым не больше осьмушки. Кто лечил?
  - Кани, - он кивает в мою сторону.
  - Что давала? - Фейка успокоилась, но ещё сомневается.
  Перечисляю порошки, и уточняю - "развела в вине".
  - Хорошо, но надо было добавить истолчённый корень болотной лепестянки.
  - Где я его возьму, - окрысилась в ответ, - что в доме было, то и дала.
  - Удивительно, в доме наместника нет полноценной аптеки, - вроде она этим даже довольна.
  И я догадываюсь, кому за это врежут. А Фейка достаёт сумочку на ремне, открывает её и показывает мне многочисленные пузырьки.
  - Это походная аптечка, - поясняет она, - всегда носи с собой. Каждого лекарства здесь немного, на один-два раза, зато почти от всего. Там есть описание, а в Вакешках займёмся целительством.
  Это мне нравится, рабыня бывает обузой, а лекаря необходимо всегда возить с собой. Фейка достаёт пробирку, там четыре шарика, по одному после еды - поясняет она и уходит. А я хватаю с подноса, что несут воинам, два пирога и даю один Хозяину - слежу, как он принимает лекарства.
  
  Сибас
  Янис угрюмо меряет шагами комнату, мой рассказ о Тубрии окончательно испортил ему настґроґение и до того паршивое. Предлагаю самому допросить пленного. При отъезде из Тубрия мои люди схватили пришлого и привезли в Виртенн. Но тот упорно молчит. Янис отказывается, он не знает, что спрашивать. И пытка вряд ли поможет - наврёт с три короба.
  - Что будем делать с Тубрием? - спрашиваю его.
  - Не знаю, - спокойно сообщает мне он.
  Меня это потрясло - Янис и не знает, что делать.
  - Скоро должен приехать Дальтезе, он разберётся с ним, - братец думает о глобальном.
  - Почему ты так в этом уверен, - допытываюсь я.
  - Это игрища пришлых, мы не знаем даже правил, а он если и не играл в такое сам, то слышал или читал. И наверняка знает, что и как делать. - Янис достаёт бутылку крепкого вина и наливает два бокала. Я обычно зову слугу, а мой брат и Дальтезе стараются обслуживать себя сами.
  - Так в чём проблема? - Закусываю вино яблоком. - Раз он приедет и разберётся.
  - Ты ещё не слышал о его переговорах с Бааншерлом? - Янис с хитрецой смотрит на меня.
  - Мне сообщили, что он с тремя полусотнями вдребезги разнёс пятисотку Баана. И я уехал.
  - Он взял в плен Банигёрла и заставил старого Баана лично приехать к нему в Майдор.
  - Это же сумасшедший выкуп, - я вскочил, - он может стребовать камней на тысячи асиев.
  - Успокойся, - Янис усадил меня, - он сделал лучше. Предложил обменять того на Мейсу.
  Я расхохотался и чуть не подавился вином, - но Наглор на это не пойдёт?
  - И станет Баану врагом. - Янис уселся в кресло, никак не пойму, некоторые умеют в нём так солидно расположиться. - Нидар готовится к войне с болотниками и хочет облегчить жизнь Мейсе.
  Брат, задумался, крутанул на столе яблоко и вдруг произнёс: - как же мне его отблагодарить?
  Я тоже задумался, бароном сделать его не дадут, всё остальное или слишком мелко, или:
  - Прими его в семью и объяви виконтом, многие тогда подожмут хвосты.
  - Вот над этим я и думаю, - Янис устроился в кресле ещё основательнее и вдруг встал, - это самый разумный вариант, и ты не против, но я пока к этому не готов. Мне не хватает какой-то малости. Ладно, приедет, поговорим и тогда решу. А пока поговори с Франором.
  Меня по приезде сразу обрадовали - здесь проездом жрец-экзекутор из ордена чистоты крови. Направляется к болотникам допрашивать Мейсу. Приехал неожиданно, через земли вассальных баронов. Янис его придержал, но ссориться с сильным орденом опасно, случалось они и великих герцогов смещали. К тому же он рвётся каждого проверить на чистоту крови, якобы не знает, что в нас чего только не намешано. Вот приедет Дальтезе, пусть его проверяет - он пришлый, значит чистокровный человек. А заодно себя - по сравнению с ним наверняка окажется смеском, как и все мы.
  
  Нидар
  Опять под копытами лошадей мчится навстречу дорога. Сколько времени я провожу в седле? Пожалуй, больше чем в постели. С Бааном мы прекрасно поняли друг друга, он даже переночевал со своим драгоценным сыночком в одной камере. А почему бы и нет, она весьма комфортна. Есть туалет, душ и горячая вода. В соседней комнате печь, от неё тянутся воздуховоды и греют стены. Под потолком магические светильники, а днём хватает света из окон под потолком.
  Но гораздо больше Бааншерла волнует его безопасность. Двоих своих сыновей он казнил, но хватает детей и внуков, причём последние старше любимого дитятки. Передать ему власть невозможно, и сохранить жизнь дома проблематично. В моей тюрьме он в большей безопасности. Да, войска Баана будут нападать на Малые холмы, но если командующие ими его дети или внуки погибнут - значит так угодно богам. На этом мы и расстались, довольные друг другом.
  О Виртенне не думаю, там много чего ждёт меня. И везу статуэтку Шейлы, показать Янису. Мне интересна его реакция - нечеловеческая суть её сразу видна. И не до мечтания о ней - лес дышит угрозой, я чувствую его мощь и ярость. Сорок человек - это крохотная капля, следовало дождаться батальона из Тубрия. Но что сожалеть, сотни копыт стучат "вперёд", а стволы готовы жахнуть огнём.
  Выехали мы после обеда, я дожидался отъезда Баана, и придётся заночевать на постоялом дворе при дороге. Сама же дорога заросла, летом её надо почистить, а может и зимой, но что это? Впереди слышны звуки боя, прибавляем хода - впереди небольшой караван отбивается от стаи лешаков66. Отряд перестраивается и скачет вдоль стаи, часто стреляя. Вскоре большая её часть валяется на земле, раненых добили караванщики. Мои понапрасну патроны не тратили.
  Купец-хозяин каравана, заросший волосами подобно лешаку, сдержанно поблагодарил меня за помощь. Убитых у него не было и раненых немного - все в кольчугах и лёгкой броне. Да и мы вовремя подоспели. Постоялый двор недалеко, там и остановимся. На стене толпятся мужики и бабы с топорами и копьями. Я шучу, грамотно встали, защитили уязвимые точки, и ждут нападения.
  При нашем появлении открыли створку ворот и караван, а затем мой отряд вошли во двор. Я нарочно пропустил купца вперёд, в здании места нам всем не хватит, и мои люди ставят палатки. Мою тоже - в доме конечно приятней, но и напасть на меня легче. Если же запереть толстую крепкую дверь, то охрана не скоро придёт на помощь. Вдоль стены котлы и печи, некоторые, как и мы, не только ночуют на улице, но и здесь же сами готовят. Кто из экономии, а кто бережёт товар.
  Лешаки разодрали часть тюков, караван вёз ткани, сухофрукты, сахар и сушёное мясо. Причём сухофрукты и мясо куплены в городках Грольта, они там суше, чем у нас, и менее вкусные. Зато заметно дешевле, ими торгуют с нордлингами, вот только зачем их вести сюда? Есть прямая дорога Тубрий - Виртенн, почему караван шёл через Майдор? Да и купец, несмотря на спасение, мне совсем не рад. Но сначала поесть и отдохнуть, Канира тут как тут, гордая своей лекарской сумкой. Еле уговорил спрятать её под плащом - сеньор с собственным целителем слишком заметен.
  После ужина я, Зоя и пара воинов идём в трапезную выпить пива. Его я не люблю, но хочу посмотреть на народ и послушать, что говорят. У меня неплохой слух, а от файри перепало заклинание67, способное усиливать его или ослаблять. Очнулось вдруг прошлой ночью и годится также для зрения, обоняния и чего-то ещё. В моём отряде молодёжь, правда опытная и хорошо обученная. Но есть и ветераны. Иногда опыт важнее ловкости и быстроты. И ещё две четвёрки за дальними столами.
  Людей в зале немного. Дань Янису отвезена, осенние товары тоже. Остальное может полежать, зимой цены выше. Да и хищников будет меньше, пробиваться сквозь сугробы зверьё не любит. Пиво было дрянным, здесь любое выпьют, но меня интересовало другое. Народу всё-таки больше, чем я ожидал - половина столов занята. За одним беседуют два купца - приезжий и из Майдора. Обсуждают положение в Тубрии, и гадают, что сделает Янис. Приезжий вдруг спрашивает:
  - А Дальтезе почему не вмешивается, это же его город?
  - Он только за птичками может гоняться, - отвечает майдорец.
  Присматриваюсь и запоминаю лицо, припомню при случае ему этих птичек. За другим столом беседуют четверо сеньоров, с каждым оруженосец. Урожай собран, и пора развлекаться, только где? Обычно ездили в Гудерий, но по нему сначала кровавой метлой прошёлся Ардмел, затем навёл порядок Дальтезе. Большинство игорных домов, арен и прочих увеселительных мест закрылось, владельцы разъехались, а нынешний Совет боится чихнуть. В Тубрий тоже не сунешься, остался Майдор. Развлечений там не густо, но есть. И некоторые спецы по увеселениям перебрались туда и пытаются развернуться. Двое сеньоров оттуда и более-менее довольны, а двое других туда направляются.
  Тут тоже понятно, для бургомистра это дело новое и он ставит палки в колёса. Надо немножко упростить и облегчить им жизнь. Соберём бургомистрат и намекнём, там люди понятливые. За третьим столом травят анекдоты, меня и Яниса полощут основательно. Это ерунда, но морды запоминаю, посмеюсь при случае. За четвёртым болтают наёмники, барон перестал платить, они ткнулись к болотникам, а туда не пускают. Вот и идут назад в Виртенн, а оттуда возможно двинут в Ноймер.
  Так прослушал все столы, особо интересного не услышал, но серьёзные люди не обговаривают дела при всех. Убедился, меня и Яниса не очень-то уважают, но это дело наживное. Да и публика здесь специфическая. А это интересно, к моему столу направляется троица мужиков, охотники.
  Короткие приветствия и вопрос в упор - можно ли купить ружья и порох? Я задумался! Широко распространять это оружие нежелательно, но продавать придётся. Только условия надо продумать, вооружать банды и баронских сынков нельзя. Предлагаю охотникам заглянуть через дюжину дней в Майдор к наместнику, и попробовать договориться. А мне ещё головная боль - на каких условиях вооружать охотников. С Янисом поговорю, может что посоветует, но едва ли.
  Возвращаюсь к отряду, после разговора с охотниками в зале на меня подозрительно косятся. Дюжина палаток квадратом рядом со стеной - эдакий крохотный городок с часовыми по углам и патрулями. Залезаю к себе, Кани уже там, а Ева выползает наружу дежурить. Ложусь и тут же засыпаю, к огорчению Зои. Утром же вскакиваю затемно, все спят, лишь из леса доносятся вопли.
  Выезжаем большой компанией, купец продал ткань и телеги, оставшееся перегрузил во вьюки. Несколько сеньоров с оруженосцами возвращаются домой, к ним присоединились и другие. Когда на дорогах опасно, отрядики типа моего обрастают попутчиками, вместе спокойней. Отъезжаем подальше и я прошу у купца подорожную и таможенную декларацию. А затем и путевой лист.
  Всё ясно, хотел попасть к болотникам, но на юге Степь пересечь сложно. Гроний провёл туда несколько банд, которые успешно раздевают мелкие караваны. У них охранные листы и в пригороде Майдора они могут продать добычу и отдохнуть. И на север Степи никто не суётся - на таможне Майдора отберут две трети, и заставят оплатить дополнительную охрану. На обратном пути в Майдоре приходится продать все камни за ту же цену, что у болотников. Сплошные убытки!
  Попадались хитрожопые, умудрялись спрятать камни и сесть в Тубрии на корабль. Но во время плавания из них вытряхали всё и высаживали в том же Гудерии в одних трусах. Этот оказался сообразительным, продал ткань в Майдоре. Хлопок ценится дешевле чем наш лён, но последнего не хватает, и можно немного заработать. А сухофрукты, сахар и сушёное мясо повёз в Виртенн. Зачем?
  Фруктов в Виртенне полно, и сухих тоже, стоят недорого и намного вкуснее. Вместо сахара продаётся мёд, есть и твёрдый, удобный в дорогу. А мясо и солёное, и копчёное, и вяленое. Можно отрезать и есть, и не надо специально размачивать. Вот я и спрашиваю - кому он собирается продать свои продукты? Спрашиваю не купца - он соврёт, а себя. Болотники само собой всё сожрут, но он понял - туда не попасть. А в Виртенне? Кто-то собрался в дальний путь и скрывает это. А почему? Похоже, он намерен убить меня, Яниса или Сибаса. Баан предупреждал - Наглор обязательно наймёт убийцу. Попросим Сибаса взять покупателя и раскрутить его. А купец пусть катится к себе, если умный, то больше не появится, а дураку место в каменоломнях, мужик здоровый.
  Мысленно поручив дело Сибасу, я отвлёкся от всего и стал вспоминать Шейлу. Появилось ощущение, что она рядом или скоро встретимся. Увы, не в первый раз, что им живущим тысячи лет, какой-то год. Или в самом деле была рядом, глянула и убежала. На следующем постоялом дворе мы быстренько перекусили и вперёд, а почти все попутчики задержались. Естественно, мы одвуконь и сменили лошадей, а их коняшкам надо отдохнуть. Нам же остался один переход.
  Опасно быть виконтом
  Пусть ярость благородная,
  Вскипает как волна
  Янис
  Дальтезе прибыл неожиданно, я ждал его через пару дней. И не к вечеру, как обычно, а в середине дня. Пошептался с Сибасом - кого-то надо арестовать, отправил советника Дейера в тюрьму и собрался допросить пришґлоґго из Тубрия. Молодой он ещё и спешит, а все дела никогда не переделаешь. Порой надо и отдыхать, и просто посидеть поговорить. Он и сейчас рвётся доложить, наверное, о Баане. А затем расспросить о болотниках, я же предлагаю прогуляться.
  Его охрану приказываю оставить дома, хватит моих, а то стали разъезжать с войском. И где? в столице графства. Но две его маранийки похожи на особых телохранительниц. А ни мне, ни моему отцу не предлагали. Ладно, две девчонки - не толпа. А ещё третья, хотя это рабыня на клятве, Сибас говорил. Зря он её завёл, замечаю между прочим, пользы от них мало ... Девчонка вдруг взрывается: - "я сама напросилась к нему в рабыни и за хозяина любому горло перегрызу". Что мне тоже, не сказала, но и так понятно. Раз она сама, тогда другое дело. С годами из такого милого щеночка вырастет волчица и будет поопаснее этих мараниек.
  По пути спросил о Кити, для него она лишь лёгкое увлечение. Хорошо, от любви глупеют, зачем мне виконт, потерявший голову! А её взял в Дом, защищая от произвола, мало ли что какому-нибудь уроду в голову взбредёт. Разумно. И полезно. Тубрий может обойти Гудерий и свой человек среди больших купцов весьма кстати. Всё-таки разговор сполз на Мейсу. Оказывается, с его стороны это расчёт. Перед войной с болотниками полезно их перессорить друг с другом, а он надеется взять в плен пару сыновей других баронов и через них надавить на Наглора. Камни же никуда не уйдут, купцов Дальтезе туда не пустит. Отмечаю, он стал самоувереннее или почувствовал силу.
  Говорю, мы едем в загородный дом, хочу подарить его тебе. Его построил мой старший сын и архитектор из царицынского княжества. Он сдержанно благодарит и наверняка думает - "зачем он мне?". Здание возникает внезапно, дорога идёт лесом и резко поворачивает. Вместо стены ограда из деревянных кольев, наверняка он заменит их на чугунные. Въезжаем в ворота и объезжаем дом, с другой стороны озеро, пляж и причалы для лодок. У дальнего торца нас встречает управляющий и ведёт в дом, лошадей же слуги забрали на конюшню. К сожалению, очередные жалобы - один насос перестал работать, не удалось протопить дальнее крыло, за оградой следы матёрого хищника ... У Дальтезе вид - это меня не касается, а я про себя ругаюсь - надо было предупредить управляющего.
  Объявляю Дальтезе новым владельцем, он благодарит и замечает - "работ здесь предстоит много". Ничего справится, раз в Латише станки запустил, то и с этим разберётся. Теперь на второй этаж, со мной пара охранников и с ним девчонки. Я бы их всех оставил внизу, но Сибас столько жаловался, как с трудом он уговорил Дальтезе брать охрану. Не буду портить полезную привычку.
  С нами хочет подняться и жрец, он всё выискивает чем бы поживиться, но Дальтезе мигнул и одна из мараниек садится на ступеньки, а рядом с нею здоровенный пёс. Желание идти за нами у экзекутора вдруг пропало. Проходим мимо охраны в мои покои, и я отодвигаю занавесь - в нише портрет моей жены в полный рост. Долго стоим и смотрим. Наконец, слышу:
  - Красивая. И похожа на файри. Заметил, но никаких эмоций.
  - А как ты относишься к файри? - спрашиваю его, но отвечает вдруг Канира:
  - А у Дальтезе есть подружка-файри! - и разворачивает статуэтку, которую несла всё время.
  Бережно беру у неё из рук. Безусловно настоящая файри. Сделана из латишского серебра талантливым мастером. В голову бы не пришло, что пришлый может увлечься нелюдью, тем более Дальтезе.
  А он меня добивает: - Наверное, во мне есть кровь файри, - и говорит спокойно, между прочим.
  Оборачиваюсь, наша охрана осталась около двери и нас не слышат. Впрочем, они в любом случае будут молчать. Всматриваюсь в него, какое-то едва уловимое сходство с моими сыновьями. И с Мейсой. Нет, они совершенно не похожи, но что-то общее есть. И это "что-то" от файри.
  - Если жрец-экзекутор узнает, - начинаю я.
  - То я ему голову сверну, - продолжает Дальтезе со смешком. - С ним договориться несложно.
  Он нисколько не стесняется своей тайны, не говорит о ней, но и не скрывает. Только его никто не заподозрит - "пришлые - чистокровные люди" вбито в нас с детства. Оказывается, не совсем, но какое моё дело. Главное, его не волнует "чистота крови", и он будет защищать моих дочерей. Я почти решил сделать его виконтом, но слегка погожу и подготовлю приём в семью. А ему предлагаю остаться здесь на завтра и осмотреть дом, я же вернусь в Виртенн - дела.
  
  Нидар
  Янис мне устроил очередное испытание, и я его явно прошёл. Вот только не понял в чём оно заключалось. Занимаю покои напротив графских, чтобы новую охрану не организовывать и оставляю там Кани. Пусть отдохнёт. А сам иду осматривать замок, для начала насосы. Они рядом с дизелем, воняющим грязным мазутом. Рядом возникает жрец и тоже морщит нос:
  - Удивляюсь, - обращается он ко мне, - вы, пришлые, такие чистюли, а ваша техника воняет.
  - Этой технике, - отвечаю, - давным-давно место на свалке. Поэтому её сюда и продали.
  Заткнулся. Я же осматриваю насосы, их шесть, но работает половина. В двух надо разбираться, а в одном прокладку сменить. Не будь этого индюка рядом, плюнул бы и ушёл, в ближайшее время жить здесь не собираюсь. И в отдалённое тоже. Хотя придётся, если буду обретаться в Виртенне. Разбираю насос, меняю прокладку и собираю. Заработал. Насосы всюду слабенькие, еле справляются, но нигде в графстве не видел водонапорных башен, ни в одном доме пришлых. Почему?
  - А рядом есть автомобиль, - жрец жаждет поговорить со мной.
  - Покажи, - меня на болтовню с ним не тянет, но потрепаться придётся.
  Проходим несколько пустых тёмных помещений и входим в гараж, жрец включает магический светильник. "Какая красавица!" - вырывается у меня. Чёрная, блестящая, с огромными фарами она так и рвётся в путь. Кстати, от Виртенна до этого дома построена дорога - брусчатка, три ряда, 12 километров. Но покататься не получиться, шины сдохли, а мотор работает и тормоза держат. Хотя на месте проверить сложно. Но как приятно просто посидеть за рулём.
  Жрец залезает на соседнее сидение - увы, от беседы с ним не отвертеться. Оказалось, интересно. Я ожидал всякую чушь о вреде связей между инородцами, а услышал интересную лекцию о генетике. Да-да, он читал книги пришлых на эту тему и хорошо знает предмет. А кровь портит магия. И Дурные болота, то есть тоже магия, но другая. Изменения не одномоментны, а накапливаются поколениями, и направлены. Нежизнеспособных мутаций мало, и другие малозаметны, пока вдруг не рождается истинный вампир, или иная опасная нечисть. Вот её жрецы ордена и выискивают.
  - Тогда вам необходимо обследовать всех болотников, - подыгрываю ему. - Они живут прямо в Дурном болоте, а не рядом, и тщательно скрывают всё у них происходящее.
  Франор призадумался, а затем спросил: - я о Дурном болоте там не слышал?
  - А камни откуда, - заявляю ему, - ранее о них не слышали, вдруг они пошли и поехали.
  - А ведь действительно, - подхватывает он благодатную тему, - и болот ранее там не было, озерки да речушки. И люди были другими.
  Жрец загорелся, пора ковать. Предлагаю весной присоединиться к моему войску и проверить болотников. Заодно предупреждаю - поедет сам, заметит что-нибудь, его в этом болоте и утопят. Он призадумался, мой вариант ему явно интереснее и безопаснее. Обещает написать письмо магистру ордена, нужно его одобрение. Но в любом случае подождём до весны, а пока он съездит в Ноймер, проверит там людей. В Виртенне проверки серьёзных проблем не обнаружили.
  Я же пишу письмо, в нём благодарю Наглора за жреца ордена чистоты крови и обещаю летом вместе с ним проверить их всех - кто нелюдь, а кто нечисть. С нами будет много войск, и мы проведём массовые экзекуции. Дождусь ответа магистра, отошлю это письмо, его прочтут на общем съезде и порадуются. Надеюсь болотные бароны выразят горячую благодарность мужу и свёкру Мейсы.
  Запах кожи, металла и бензина меня пьянит, достаю запаску, подзываю слугу и приказываю нести за мной. Новые шины достать сложно, но в моё время колёса делают иначе. Попробую изготовить в Латише и тогда покатаюсь! За мной поднимаются жрец и баронский сынок.
  - Кто это? И откуда он взялся? - интересуюсь у жреца.
  - Кевин из младших сыновей барона Вондраха, - представляет Франор мне парня. - Привёз образцы крови своих родственников.
  Как мне этот Кевин не нравится, но в ночь из дома не выгоняют. Утром отправлю его восвояси. Забираю у слуги колесо и закатываю себе в комнату. Вспоминаю портрет жены Яниса и хочу снова на него глянуть. А охранники меня не пускают в комнату!? В иной раз я бы их стал уговаривать, или махнул на всё рукой и отправился бы спать. Но мне здорово потрепали нервы. И доконала меня машина, мне так хотелось прокатиться. Поэтому подхожу к охраннику, подмигиваю Зое, и тот с грохотом скользит по коридору. Другой аналогично отправлен в путь, только в другую сторону.
  Захожу в комнату и направляюсь к портрету, но замечаю вошедшего за мной Кевина.
  - Что тебе здесь надо?! - взрываюсь я, - убирайся отсюда!
  - Сейчас сдохнешь! - провозглашает он и кидает в меня какую-то деревяшку. Она попадает в стену и падает передо мной. Над нею густеет тёмная туча, а в комнату врываются Ева с Зоей и Франор.
  - Хватайте щенка и жреца, - командую девочкам.
  Лишь бы не влезли в мою драку, погибнут ни за грош и мне помешают. Над деревяшкой густое тёмное облако, вгоняю к него кинжал - не дать затвердеть. Руку обжигает, я отлетаю в сторону, а передо мной песчаный демон. Марани умеют сражаются с ними особыми заклинаниями, но мои девочки их не знают. Атакую его снова, пока он рыхлый, и от укола слева он отскакивает на середину комнаты. Развить успех не успеваю, гудящий и крутящийся смерч несётся на меня, падаю и пропускаю его почти вплотную. Он с грохотом врезается во встроенный шкаф, ломая створки и содержимое полок высыпается на пол. Мимо меня катится камешек файри, у меня таких восемь.
  Запускаю его в демона, он обжигает того и высвечивает изнутри. А там деревяшка с мерзкой мордой. Поднимаю с пола выпавший клинок и поднимаю себя в атаку. В последнюю, сил хватит лишь на одну схватку. Но и демон потрёпан, гул ослаб и вращения нет.
  Вгоняю клинок туда же, что и в последний раз, демон вздрагивает, но не отступает. А на правой руке вспыхивает кольцо, она входит в его тело и цепляется за деревяшку. Сбоку ручка, хватаю её. Боль адская, будто раскалённым песком сдирают кожу, мне свело пальцы и разжать их не могу. А демон сильным ударом отшвыривает меня, как котёнка, обжигая тело. Падаю, пробую встать, но ноги не держат. "Это конец" - мелькает мысль. Но демон развоплощается, облако распадается на струйки, они бледнеют и исчезают. А я теряю сознание.
  
  "...и снится Геку странный сон68", только не ему, а мне. Я лежу на кровати, а Шейла (!) и Канира мажут мне руки и тело чем-то голубым. Ничего не болит, а ведь демон побил меня и обжёг. Ну во сне и не то бывает. Тянусь к Шейле, хочу её обнять, но она меня укладывает обратно на кровать:
  - лежи, побуду с тобой до утра, - и ворчит, улыбаясь, - обязательно ему подраться нужно, или с файри, или с песчаным демоном. В крайнем случае и лешаки сгодятся.
  В ногах сидят Ева с Зоей и затыкают себе рот, пытаясь не рассмеяться. Дверь в комнату открыта и в неё заглядывают мои охранники, а ведь Янис оставил их в Виртенне. Впрочем, это же сон, и я вернулся в замок Яниса, или охранники перенеслись сюда. Кани поит меня, и я во сне засыпаю.
  Просыпаюсь. Шейла описывает девочкам мой поединок с файри. Но вдруг машет рукой и создаёт картинку. Точно, мой поединок, только взгляд сбоку. Красивый неожиданный удар моего противника остановлен ятаганом, затем изящный доворот, и его рука пропорота. Интересная схватка, но выигранная мною чудом. А Шейла заметила, как я смотрю на неё, улыбнулась и говорит:
  - Для серьёзных врагов нужно другое оружие, - и достаёт клинок файри.
  Он тёмно-синий цвета, на лезвии вспыхивают звёздочки и проскакивают искры. Убирает в ножны и отдаёт своей статуэтке. А затем ложится ко мне.
  Раннее утро. Солнце совсем низко. Те же и Янис. Он сидит в огромном дубовом кресле, как его только сюда затащили. А рядом с ним Шейла, и это не сон. Ничего не болит, только ноют мышцы. Осматриваю руки, еле видны рубцы. Подходит Шейла и обнимает меня, - "а они скоро исчезнут", - слышу её мыслеречь. Опираюсь на неё и встаю, немного кружится голова, но с каждой минутой мне лучше. Вспоминаю схватку, воспоминания подёрнулись дымкой забвения и неизбежность поражения более не ранит. А прикосновение любящей меня файри быстро восстанавливает силы.
  Кто придумал, что волшебные существа питаются святым духом? Файри зараз могут столько слопать, что и Гаргантюа69 обзавидуется. А демоны и ангелы70 им в этом не уступают. Правда и постится они могут подолгу. После завтрака Шейла собралась уходить и попросила у Яниса камень файри. Он остался от жены, Янис забыл про него и дарит "милой девочке". Я тоже намеревался его выпросить и присоединить к остальным восьми. Зачем? Понятия не имею. Но раз за ним охотятся, то на что-то он годится. Шейле же обещает показать его отцу и вернуть. Заодно и разузнать о нём.
  
  Янис
  Ночью меня разбудил Сибас, он схватил покупателя "продуктов в дорогу", допросил и тот раскололся. Младший сынок барона, болтавшийся в замке и исчезнувший, намерен убить Дальтезе. У него заказ от болотников и артефакт с песчаным демоном, он сейчас в доме с Нидаром. А его охрана осталась в замке - это моя ошибка. Бужу их и три десятка срываются в ночь, освещая дорогу факелами.
  Хотел помчаться с ними, но Сибас меня остановил - "незачем пороть горячку, Дальтезе либо мёртв, либо победил. Утром разберёшься". С рассветом выехал - раз ночью гонца не было, то демон убит, а Дальтезе жив, но скорее всего ранен. Его охранник у входа подтверждает мои соображения. На лестнице и в коридоре его воины, лица спокойные, некоторые улыбаются, значит худшее позади. Захожу к нему в комнату и меня встречает ... файри, чистокровная! С неё и сделана статуэтка, а ведь я усомнился. Думал - познакомились и разбежались. А у них серьёзно, если женщина-файри кем-то из нас увлеклась, это неизбежно взаимно. Ну и хорошо, надеюсь он окажется счастливее меня.
  Она же делает реверанс и представляется: - Шейла, подруга Дальтезе. А ты, Янис?
  Я немного знаю их язык, он намного богаче человеческого и красивее. И ёмче - двумя мелодиями она сообщает - её любимый побил демона, но был сильно обожжён. Сейчас он в порядке, она его вылечила. Мои люди приносят моё кресло из кабинета, надо будет забрать его в замок. Усаживаюсь в него, а файри садится на подлокотник, как птичка на жёрдочку. Я уже позабыл, как приятно сидеть рядом с ними - в щедром потоке их энергии чувствуешь себя моложе.
  Дальтезе просыпается и Шейла уже помогает ему сесть, рядом маранийки и его рабыня. Сейчас они его умоют, накормят и приведут в порядок. А я немного подремлю, вспомню молодость и свою любимую. Дальтезе возвращается со своим эскортом, Шейла прощается и одаривает меня поцелуем в щёчку, а охрана приводит баронского сынка и жреца. Их помяли и ночь они провели связанными. Но если жрец перенёс это стоически и принял, как неизбежное, то барончик возмущён. Успокаиваю его - велю отвести на конюшню и выпороть кнутом. И прошу палача не увлекаться, его ждёт казнь.
  Жрец потрясён, он столько лет боролся с нечистью, но впервые столкнулся с демоном и ужаснулся его мощи. На просьбу уничтожить того или изгнать из артефакта, мученически заламывает руки. Дальтезе вдруг стаёт и берёт с кресла клинок. Не задумываясь, вонзает его в мерзкую деревянную морду - лезвие вспыхивает синим пламенем, по артефакту мечутся тени и слышен гул. Слабый, но хочется заткнуть уши и бежать. Понятно, клинок высасывает магию и разрушает. Без магии демон сгинет в нижних планах, куда его выкинет. Артефакт чернеет и трескается, а жрец вдруг изрекает:
  - Оказывается файри защищают людей от демонов, значит они не нечисть, а сродни ангелам.
  Не хочу объяснять, что большинству файри на людей наплевать и надо благодарить их, что нас не трогают. А Дальтезе рассказывает, что он договорился с Франором и тот примет участие в походе на болотников вместе с его войском. Жрец подтверждает это и обещает сегодня же написать магистру, и попросить изменить планы. А сейчас он пойдёт в мой домашний храм, помолится и возблагодарит богов. Мы с Дальтезе переглядываемся - пусть молится, хуже не будет.
  Жрец уходит, и мы остаёмся - нет, не вдвоём. Канира, обе маранийки, моя охрана у двери. Ничего, пусть привыкает, графу и виконту редко выпадает удовольствие побыть в одиночестве.
  - Нидар, - начинаю я, - хочу добавить тебе баронство Малые холмы и поручить войну с болотниками. Впрочем, ты к этому уже приготовился.
  Он молча кивает.
  - Но, наместник не может управлять двумя баронствами, поэтому предлагаю войти в мою семью виконтом. - Слово сказано, конечно он не откажется, и я рад усыновить именно его, но как трудно это сказать. - Тем более, что у всех нас общая фамильная черта, в нас есть кровь файри.
  Мы оба улыбаемся этой шутке. Он встаёт на колено и обещает заботится о семье и действовать на благо графства. По спинам пробежал холодок - клятва принята. Его поздравляют, он улыбается, но внутренне напряжён, понимает виконт - большая ответственность. Провал наместника или барона - просто пинок под зад, а у него такого права больше нет. Вдруг он подходит ко мне и пожимает запястье, я понимаю - он всё сделает. Жаль Шейла ушла, в каком-то смысле она моя невестка.
  Приказываю принести вина - завтра в замке будет торжество, сегодня мы отметим здесь. Не скажу, в узком кругу - одной охраны под сотню человек. Отмечали недолго, Дальтезе принял поздравления, все выпили по бокалу вина и вернулись на посты. Вскоре появился Бартмиссио, он привёл две пятисотки в Виртенн. На зиму войска покидают летние лагеря и уходят в города на отдых. В это время не воюют, но возможен поход на Тубрий. Зря Барт заявился сюда, он ревнует Дальтезе и слишком критичен к его удачам. А сам избегает сложных заданий с неочевидным успехом. Например, я предлагал ему стать наместником и в Высоких холмах, и в Малых. Он отказался и причины привёл неубедительные. Хотя командир безусловно хороший и может похвастаться победами.
  Дальтезе предлагает перейти в рабочий кабинет, принимать в своей спальне соперника и мне бы не понравилось. Он немного содержался, зато надел форменную куртку71, клинок файри и кобуру. Барт недоволен, Дальтезе-воин его раздражает, и он этого не скрывает. Ищет, к чему бы прицепиться. Снизу доносится вопль - началась порка младшего сынка. Барт выглядывает в окно:
  - В чём дело? Это же сын барона? - выкрикивает он со злостью.
  - Этот щенок пробовал меня убить, - тихо объясняет Дальтезе, - запрещённым артефактом.
  - И с чего ты взял, что это артефакт, да ещё запрещённый, - презрительно бросает Барт.
  - Я подтверждаю, - к нам заходит жрец, - здесь песчаные демоны сами по себе не появляются.
  - А этого подонка, - киваю в стороны окна, - я лишил дворянства и приговорил к смерти.
  Обломали. Этот офицер преклоняется перед старым дворянством, особенно титулованным, а новое демонстративно не признаёт. Он не желает учитывать, что мы все новые, появились после Пересечения Миров. Старых же почти не осталось, и они, в лучшем случае, на вторых ролях.
  Барт оборачивается с и раздражением смотрит на Дальтезе, догадывается кто убил демона и остро завидует. Хотя знает - сам бы удрал. А Нидар всем улыбается, садится и знаком предлагает присесть жрецу. Я уже сижу. Формально имеет право - он хозяин дома, но обычно спрашивает или ждёт. А сегодня назло Бартмиссио - "любовь" у них взаимная и горячая. Конечно Барт возникает:
  - Янис, с чего ты позволяешь ему распоряжаться в своём доме.
  - Этот дом я подарил Дальтезе за изгнание птичек и разгром викингов. - Умываю руки.
  - Подумаешь, - взрывается Барт, - атаковал под мороком пулемёт и победил.
  - А давай усложним задачку, - обращается к нему Нидар, - ладья с пулемётом в центре линии и по бортам полдюжины винтовок. Твои действия?
  Барт задумался, я ему сочувствую - условия изменены немного, но старое решение не годится.
  - Мне надо подумать, - отвечает мой тысячник и выходит.
  - Давно он сменил меч на шашку, - спрашивает меня Дальтезе.
  - Недавно, - отвечаю, - все убедились, что оружие должно быть лёгким.
  - Что будем делать с бывшим артефактом, - жрец высыпает на пол останки деревяшки. Она потемнела, местами обуглилась и рассыпалась на доски.
  - А что обычно с ним делают? - спрашивает Нидар.
  Я это же хотел спросить, но мне положено знать.
  - Этот демон уничтожен, - отвечает Франор, - с нижних планов ему не вернуться. И другая тварь сюда вселиться не сможет, произошло очищение. Но положено подобные останки сжигать.
  Дальтезе подходит к окну и смотрит на большой костёр. Несколько дней чистили прилегающий лес и свозили на площадку сухостой. А сейчас подожгли. Обращаюсь к жрецу:
  - Раз положено, так сожги, вон костёр. И проверь этого бароньего сынка.
  Когда он уходит, вызываю охрану: - никого к нам не пускать! - Мне давно хочется спокойно и обстоятельно поговорить с Дальтезе, он многое знает и имеет свою точку зрения. А я любопытен!
  - И как решается твоя задача с пулемётом в центре линии, - отсюда хорошо начать разговор.
  - Меня считают ловушечником, а зря. У викингов винтовки и пулемёт, пустил бы их в город и дал бой там. От пулемёта толку будет мало, а винтовки равны двустволкам. Там они еле ползли бы и с потерями. Ночью или под утро свежая пятисотка вырезала бы измотанных врагов.
  Дальтезе выжидательно смотрит на меня, и после паузы продолжает:
  - Это основной вариант. Но при этом многие погибли бы, особенно среди горожан. Поэтому я предварил его парой ловушек. Противник обязательно понёс бы заметные потери до входа в город. Я же отвёл бы войска и перешёл к основному варианту. Но он вляпался в обе ловушки. И проломы в стенах были оставлены намеренно, для отвода войска.
  С этим мне понятно, как и с его нежеланием озвучивать подсказку Барту. У стен есть уши!
  - Завтра может прийти сильный отряд из новых княжеств, что будем делать? - вот что меня давно и серьёзно беспокоит, не хочу быть кроликом перед волком.
  - Что делать? - как бы переспрашивает Дальтезе, - вести переговоры! Даже сейчас мы можем оказать серьёзное сопротивление, их же цель - создать опорный пункт и уйти. Держать здесь большие силы для них слишком дорого, а малыми не удержаться. К тому же между новыми княжествами сильная конкуренция, если мы будем сопротивляться, нам начнут помогать.
  - Это немного успокаивает, - комментирую, - а если?
  - Вряд ли княжество пошлёт сюда войско, - продолжил он. - им бы удержать что имеют или прихватить кусочек у соседа на правом западном берегу. А самое разумное, делать ближайшие баронства вассалами и углублять вассалитет. Малые же отряды ведут разведку, а не воюют.
  - Понимаю, им действительно проще договориться с нами. Получается, опасности никакой нет?
  - Есть, но несколько другая. - Не хочет он огорчать меня, а вынужден. - Богатый купец может нанять ватагу или банда с Гуляйполя налететь. Либо на болотников за камнями, либо на Тубрий.
  - Что в лоб, что по лбу, - я удивлён, - какая мне разница - припёрлась банда из Гуляйполя или регулярной войско княжества!
  - Огромная! Противостоять регулярной армии можно лишь партизанской войной. Но они не нападут. Банда же слабее армии и не может воевать долго. Фактически всё решит первый удар. Отразим его - набег провалился. Не сумеем - затянем войну и будем кусать. Их слабое место - транспорт. Возить издалека подкрепления и патроны, сложно. Одна потопленная баржа, и им нечем стрелять.
  - А чем стрелять нашим войскам? Кто нам будет поставлять патроны? - Я немного разозлился.
  Двести с лишним лет лучшие алхимики и маги старых государств пытаются взломать матрицу Бэраха - ас-Пайора, заклинания, скрывающего тайну бездымного пороха. И безуспешно! Патроны и взрывчатку приходится покупать в новых княжествах, а кто продаст их нам?
  - Отбиться от банды и двустволок хватит, - Дальтезе стоит на своём, - а ружья будут ещё лучше. Почему ни у тебя, ни у соседей их нет? Формула чёрного пороха давно известна!
  Я задумался, а действительно почему? Многие пробовали, и получалось. Вон у Ардмела даже несколько пушек было. - "Дорого стрелять оказалось, порох часто получался неудачным, ружья быстро портились". - Перечисляю, что сумел вспомнить.
  - Всё так, но ты пропустил главное, - Дальтезе подошёл к окну и вдохнул холодный воздух, - вот и осень подкралась, а лета я так и не видел.
  - Так почему? - я хотел разозлиться, но вспомнил Сибаса и рассмеялся. Сам ведь такой.
  - Потому что сталь плохая. А хорошей мало, и она дорога. Латиша за один раз даёт тысячу пудов чугуна и чуть меньше стали. Хорошей и за разумную цену. - Гордо заметил Дальтезе.
  Это да, в графстве все офицеры и десятники вооружились шашками, из чугуна ограды начали делать, на рынке продают ножи из латишской стали - Нидару есть чем годиться. И пороха сожгли немало, но никто не жаловался на его нехватку. Наоборот - "патронов не жалеть", командовали его офицеры. И ружья не прогорали, а то у многих баронов на стене висят, а стрелять из них нельзя.
  - Значит всё дело, по-твоему, в хорошей и недорогой стали, - это ново для меня.
  - Прежде всего в стали, но не только. И качественный порох, и чистая медь, и тугоплавкий кирпич. Одно тянет за собой другое. Весной будут пушки, стреляющие за километр, тогда и с бандой разобраться будет проще. Следующей осенью съезжу в новые княжества и привезу моторы. Вот тогда заживём. - Он мечтательно посмотрел на потолок.
  - Только моторы? А ружья, пулемёты и патроны? - Боюсь я винтовок, с десятком справится можно, а с несколькими сотнями.
  - Сами сделаем. У викингов неплохие ружья, починим и доделаем, любую банду уроем.
  - А где ты патроны для них возьмёшь? Они же всё расстреляли.
  - Извини Янис, но ты меня с этими патронами достал, - Дальтезе действительно возмущён, - хорошая медь для гильз есть, капсюли есть, набить гильзу пироксилином, вставить пулю и огонь.
  - А пироксилин у тебя в туалетном ведре хранится, - всё у него просто до противности.
  - Облил хлопок азотной кислотой и получил его. Можно и в туалетном ведре. А добавил стабилизаторы и имеешь кордит с баллиститом, - это не срыв, просто тайна слишком тяжела.
  - Слушай, ты сумел вскрыть матрицу Бэраха - ас-Пайора, - спрашиваю его.
  - Если бы, даже не знаю, как к ней подступиться, там так накручено, а я в магии дилетант.
  - Тогда откуда знаешь? - я вижу, он действительно знает.
  - Давно дома попалась в старом журнале статья, "как сделать порох", - взгляд в упор.
  Это безусловно правда, но не вся правда. А с другой стороны - какое моё дело. На их винтовки с пулемётами ответим своими. Рассказываю ему своё видение, где я кролик, а мне угрожает волк.
  - А представь у кролика ядовитый зуб, - вдруг уточняет он моё видение, и я улыбаюсь.
  Внешне небольшая деталь, но теперь кролик наступает на волка, грозя укусить, а тот пятится.
  - Смешно, - мои страхи ушли, - ядовитый кролик устрашит волка. А что делать с Кевином.
  - Отвезти в баронство, там казнить и убрать барона со всем семейством, - он уже решил.
  - Какой ты кровожадный и мстительный, - я слегка удивлён.
  - Ничуть, на его старших братьев и барона я не злюсь. Не повезло, появился в семье урод, пожалели и не удавили. Но эти "дворянские гнёзда" надо громить, они дорого обходятся. Необходимо заставить этих бездельников работать на благо Виртенна, либо изгнать. Желательно лишив дворянства. А тут такой повод. - Он вдруг облизывается, как женщина. Нет, скорее, как волк над добычей.
  - И как ты собираешься это делать? - я давно над этим задумывался, но ничего не придумал.
  - Есть идеи. Но сначала надо разделаться с болотниками. Врагов лучше бить поочерёдно.
  Я смотрю на Дальтезе - а ведь он уж оправился от страшной схватки с песчаным демоном, ужасные мгновения на грани смерти его не мучает. Позже, когда память потускнеет расспрошу его, мне крайне любопытно, почему пришлые могут броситься в безнадёжную атаку? И победить!
  
  Нидар
  После обеда Янис со жрецом уехали, а я предался заслуженному отдыху. Покатался по лесу - он чистый, ухоженный, но дикий, лишь прорежен и расширены тропинки. Весной займусь домом, а пока пришлю из Майдора архитектора. Официально я стану приёмным сыном и виконтом завтра, Янис уехал всё подготовить, и до того в Виртенне мне делать нечего. Приятно побездельничать, выбирая между Зоей или Евой. Жаль Шейла упорхнула, скучаю по ней.
  Впервые в Виртенн отряд идёт не спеша прогулочным шагом, в храм надо прибыть вовремя, раньше нельзя. Лучше немного опоздать. А город живёт обычной жизнью, появление виконта нисколько не волнует горожан. Для них важнее квартальный72, нежели какой-то там граф.
  В городе сначала в храме богини Мирои73 Янис объявил меня своим сыном, а я обещал почитать его и слушаться как родного отца. В храме были только свои - Янис с Сибасом и дочерью Айтой, я с Канирой, его семейный жрец, и конечно, храмовые жрицы. Затем в храме Акера74 я стал наследником и получил титул виконта. В замке нас ждал пир, десятка два сидело за главным столом, и свыше сотни за остальными. В зале хватало собак, им я скармливал всё со своей тарелки. Моё появление сломало немало планов, а подложить яд несложно. Ева позаботилась - сбегала на кухню и собственноручно взяла мясо с гарниром и кувшин кваса. Телохранители сидели сзади нас, многие с собаками. Их псы постоянно перегавкивались с замковыми, но драк не было.
  Мы с Янисом находились в торце стола, Сибас справа от меня, а Айта - слева от Яниса. Ей я решительно не нравился, впрочем, как и все остальные. Далее сидели наместники баронств домена с жёнами и прочие шишки. В зале шумели взрослые детки, стараясь привлечь наше внимание. Янис лениво развалился в кресле, почти дремал, но я чувствовал его напряжение.
  - Они заждались его отречения, ты их сильно разочаровал, - шепнул мне Сибас.
  Мысленно соглашаюсь с ним, большинство надо менять. Наконец, Янис встал, и мы переходим в зал рядом. Вовремя, аромат из-за портьер стал невыносим. С нами ушло около половины.
  - И как тебе они? - Спросил Янис.
  - Напоминают поле, заросшее сорняками, - отвечаю, - нужна основательная прополка.
  - Согласен, - Янис оглядывается, не подслушивают ли, - а поначалу неплохо работали.
  Теперь я задумываюсь, выгнать проще всего, но заставить работать этих намного эффективнее. Заиграла музыка и ко мне подошла Айта:
  - Братец, - как ругательство выдавила она, - первый танец положено начинать нам.
  Вслушиваюсь в музыку - обычное танго. И не думаю, что танцы в Великоречье изменились, важнее проблемы выживания. Айта танцует прекрасно, у девочки есть и слух, и пластика.
  - Как ты относишься к эльфам? - дежурная её тема и проверка собеседника.
  - Никак, я пришлый, в нас эльфийской крови нет, - и подразумеваю - мне они неинтересны.
  - Я о другом. У них прекрасная музыка и танцы, - губки слегка надуты.
  - Эта музыка и этот танец придуманы на Земле, и эльфы здесь не причём, - улыбаюсь.
  - Не может быть! Такое могут лишь они! - глаза горят, щёки красные, но говорит шёпотом.
  - У меня есть старые записи, можешь ознакомится, - как приятно иногда сказать гадость.
  Айта оскорблена в лучших чувствах, но не спорит. Вдруг запись есть? Она есть, мне удалось зарядить аккумулятор ноутбука. А там и музыка, и танцы - смотри, не хочу. Музыка закончилась, и она убегает, закрывая неприятную для неё тему. Жаль. Я ещё не до конца обгадил эльфов.
  Возвращаюсь к Янису, но меня тут же утягивают на танец - здесь приглашают и мужчины, и женщины. Равноправие. Пустые разговоры, намёки на близость, а пару раз откровенное предложение и запах. Нет, ещё не вонь, но слишком сильно и много чего намешано. Выносимо, но с трудом.
  Янис отводит меня за столик, - отсюда не приглашают. И как тебе Айта?
  - Симпатичная девушка, но помешана на эльфах. - В семье все пахнут мягко, кровь файри.
  - И как ты на это отреагировал? - Янис любопытен.
  - Умеренно обгадил. - Хвастаться нечем, но и сожалеть не о чем. - Эта бодяга ещё долго.
  - Не очень. А из девочек никто не понравился? - Янис любит расспрашивать.
  - Они хоть изредка моются? От запаха слёзы текут и все на одну морду.
  - Ты прав, эти бячки75 скучны. Но они дочки наместников и баронов, или их племянницы.
  - Лучше я к свинаркам загляну, - настроение испорчено окончательно.
  Янис смеётся: - Теперь тебе не положено, и без глупостей, последний танец и уходим.
  Он подводит меня к женщине под пятьдесят - это моя тётка, и мы завершаем танцы. То есть развлекуха продолжается, но можно удалиться. Домой, или в ниши наверху. Там есть диванчики.
  Семья собирается в кабинете Яниса. Охрана, включая Еву и Зою, за дверью. Тётка, Алевтина была постоянной подругой76 младшего брата Яниса. Когда его убили, отец удочерил её. Сейчас она мать-настоятельница единственного монастыря в этих краях. И среди жречества пользуется немалым влиянием. Присутствует ещё Канира, пусть учится, рабыня на клятве не проболтается.
  Как я и ожидал, против казни Дейера возражали все, но неубедительно. Будто стеснялись основной причины. Для меня же Латиша, как дочь, которую хотели изнасиловать и убить. И ограничиться порицанием? Короче, я настоял на казни! И тут мои новые родственники меня поразили.
  Казнить одного советника? Мало, надо трёх! А ещё двух наместников и тысячника. И почему только казни? Хватает мест в каменоломнях. И будем гуманистами - снимем последнюю рубашку и отпустим вон. Так кто же людоед? Ардмел, или Янис с Сибасом? Я же им в подмётки не гожусь!
  
  Алевтина, сестра Яниса
  Братья уточняют давно готовые проскрипционные списки, а свежеиспечённый виконт жаждет разъяснений. Вроде он подходит, а там жизнь покажет, особого выбора у нас нет. Он удивлён внезапно проснувшейся кровожадностью. Оказывается, ему ничего толком не рассказали, придётся мне.
  - "Наш род несколько поколений преследуют смерти. Погибли все три брата Яниса, его дед - случайно выживший племянник предыдущего властителя, а отец - единственный ребёнок в семье. И три его сына, здоровые мужчины погибли в течение двух лет не оставив потомков. Причём никаких проклятий не обнаружено, пророчеств нет, и никто из богов не обижен.
  К Мейсе выстроилась очередь и полилась кровь - потенциальные женихи резали друг друга и чуть не началась большая война. Тогда право на престол оставили лишь её сыну, а саму Мейсу поскорее выдали замуж. Неудачно, но другие варианты были ещё хуже. Наглор же наобещал много чего.
  Достойных претендентов на место виконта не нашлось, и Янис решил усыновить пришлого, но то ли проговорился, то ли сами догадались. И всех пришлых, что появлялись в графстве - убивали. Тебе повезло, в Высоких холмах до тебя дотянуться было сложно, а Сибас пресекал попытки решительно. Да и ты сам умело расправлялся с врагами. А твоя идея штрафовать родственников вбила хороший клин между старшими и младшими братьями. Последних заперли дома.
  Этот конфликт между ними давно. Два старших брата помогали отцу вести дела баронства. Они экономили каждый грош - надо кормить тучу родственников-бездельников. А неблагодарные крестьяне при случае уходили в города или в домен - там налоги ниже и нет поборов. Младшему же брату оставалось лишь развлекаться, но "денег нет". Это вне его понимания, и он пытался удрать в Тубрий, а то и в Гудерий. Там занять денег и спустить их. В Майдор более не совались - ты их запугал.
  Янис ввёл подорожные, где указывалось место, время и цель поездки. И печать баронства. У старших братьев она была. А что делать младшему? Оформить открытую подорожную, как мелкий купец или наёмный работник? Но тогда ты не дворянин и деньги тебе никто не одолжит. Дворянина же без подорожной вернут домой и оштрафуют. Не сильно, но братья выпорют. И младшие ездить перестали, зато как "возлюбили" тебя! Мне их даже жаль - бездельничать очень утомительно, хотя некоторые находят себе занятие, причём оплачиваемое. Увы, весьма немногие."
  Я выпила вина и продолжала.
  - "В конце концов выделилось несколько претендентов с сильной поддержкой как вне графства, так и внутри. Среди наместников, советников и прочей сволочи. Сибас их всех выявил, но трогать не стали. Между претендентами установилось шаткое равновесие и его побоялись нарушить. Теперь же пора - виконт объявлен, войска в Виртенн стягиваются, а впереди зима, есть время подготовиться."
  В комнату входит гонец и протягивает ему письмо от Катуса. Виконт зачитывает его вслух:
  - "В Тубрии тишина, покой и порядок. Правда тюрьмы переполнены и пришлось рядом с городом выстроить лагерь для мелкой шушеры. Срочно нужен Дальтезе и дознаватели, приехавшие захлебнулись. К сожалению, верхушка удрала в Виртенн - это несколько пришлых и маг. Он-то и помешал их схватить. Прибыл Гроний, привёз пришлых и добычу от викингов. Снаряжается большой караван, он отвезёт всё в Майдор. А в Виртенн отправлены два батальона."
  Гонец сообщает, что войска прибыли и готовы действовать. В кабинет заходят командиры отрядов, получают указания на арест заговорщиков. Тех не так много, но всё люди значительные.
  
  Нидар
  Ко мне подходит Сибас:
  - Сбежавшие пришлые - большая неприятность, особенно маг, но ими займёмся завтра. А сейчас есть дело для тебя. Наместник Вортимон очень умён и многое знает, но столь же труслив.
  - И мне надо его убедить сотрудничать с нами, - я качаю головой, - сомневаюсь в успехе.
  - Говорить с ним буду я, - уточняет Сибас, - а ты охмури его дочку, Лолу. Она от тебя без ума.
  Как она выглядит, не спрашиваю, лиц не запомнил. Можно спросить, как она воняет, извините, пахнет, но мне никто не ответит - у местных с обонянием плохо.
  - Что это изменит, если пересплю я с ней? - Отказ исключён, но и охмурять не тянет.
  - Ты переспал с Кити и не тронул её отца, Шенера, - поясняет Сибас, - это прецедент.
  Спорить с Сибасом тяжело, проще трахнуть эту Лолу. Впрочем,
  - Как я её найду, наверное, она уже дома?
  - Нет, она с подружками сидит у Айты, обсуждают тебя, - Сибас знает всё.
  - И за каким демоном я закачусь к Айте? - понимаю, что проиграл и идти придётся.
  - А ты ей обещал дать послушать земные песни, которые она считает эльфийскими.
  - Подслушивал? - издаю злобное шипение.
  - На том стоим! - гордо заявляет дядюшка, - такая у меня работа.
  Я не обижен и даже не огорчён, это его работа. И слава богам, он её хорошо делает.
  Захожу к себе, мне выделили целое крыло в новой части. Это хорошо, переделаю под себя. А в старой нужно на каждый камень разрешение особого жреца. Правильно, но злит. Замок построен задолго до Пересечения Миров и единственный уцелевший. Комфорта в моих апартаментах мало, зато охранять удобно, и баня есть. Переодеваюсь, мягкие джинсы и вельветовая рубашка, забираю ноутбук и вперёд. Сибас прислал женщину показать дорогу, а заодно проследить, чтобы я не слинял. И, как обычно, рядом Зоя и Ева, регулярные покушения мне положены по рангу.
  Стукнул в дверь и сразу вхожу - мне объяснили основные правила поведения виконта. Они просты - веди себя по-хамски, иначе сочтут слабаком. Направляюсь сразу к Айте, игнорируя девиц.
  - Смотри и слушай! - ставлю на столик рядом с ней ноутбук и запускаю 40-минутный фильм.
  Девицы бросаются к экрану, а я сажусь в освободившееся кресло. "Охмурять" не хочу, но сделаю - девицы насмотрятся и займутся мною. Только кто из них Лола? Входит женщина с плащом в руках:
  - Лола, на улице похолодало, отец прислал тебе плащ! - Сибас и такие мелочи учитывает.
  Одна из девиц подходит к пришедшей и с раздражением забирает его. Среднего роста, пухленькая и вполне симпатичная. Бросает мне извиняющийся взгляд и спешит к экрану. И что такое они там узрели? Танцы и музыка на фоне красивых пейзажей и городских площадей. Больше ничего! Ева и Зоя дёргаются - и посмотреть хочется и меня охранять надо. Обещаю включить дома, успокаиваются.
  Фильм закончился, подхожу к столу и выключаю ноутбук, берегу заряд - электрической сети здесь нет, а заряжать вручную - та ещё головная боль (в самом деле!). Теперь надо забрать Лолу, она похоже согласна, но составить мне компанию рвутся и остальные девицы. Проблему решает Айта:
  - Хорошо, эти песенки написаны на Земле (теперь всего лишь на всего песенки!), но согласись, эльфы умеют делать великолепные вещи, которые люди повторить не в состоянии!
  Айта задрала носик, - "что, съел!", а я осмотрел столик и взял изящный бокал в подстаканнике.
  - Например, это! Купец привёз его из Армирского герцогства, но ведь явно работа эльфов!
  У меня руки чешутся щёлкнуть её по носу, но нельзя - сестра. Других можно!
  - Сделано в Латише, есть у меня такая деревня в Высоких холмах, оттуда тёмное серебро и тонкое стекло с синевой. И вот эта стеклянная птичка, - беру с её стола и показываю. Сделаем так.
  Беру Лолу за локоток, она тянется ко мне: - у меня этого добра полно, Лола занесёт тебе и чашечки - всех напоишь, и птичек-зверушек, - и мы уходим.
  Удобно восхищаться кем-то далёким. Смотрю на Лолу и прикасаюсь щекой к щеке, надо бы сказать какую-нибудь банальность, но слов нет, да и желания тоже. Обнимаю за талию и слегка прижимаю - эти милые женщины доставляют нам немало удовольствия. Но хлопот больше.
  - А куда мы идём? - вдруг спрашивает она.
  - Как куда? - Удивлённо отвечаю. - Конечно, в баню. Евочка, принеси нам банные халаты.
  Лола слегка растеряна и собирается оскорбиться: - неужели это так необходимо?
  - Конечно, нет! - успокаиваю её. - Но я обожаю мыть красивых девушек, да и сам ополоснусь.
  Некоторые заскоки пришлых известны всем, а какая женщина откажется от эпитета "красивая"? Поэтому в бане она быстренько раздевается и ложится на лавку. Безусловно, я сейчас её вымою, но сначала удалю заросли внизу живота. Это у многих и, по началу, меня жутко раздражало. Выручил смерчик Шейлы, я им теперь и бреюсь, вернее, удаляю безболезненно волосы. И не только у себя.
  Избавляю Лолу от лишней шерсти и мою её всю, выгонят из виконтов - уеду в новые княжества и наймусь банщиком. Маленькая проблема - эпиляция смерчиком повышает чувствительность, я ещё мыл её между ног, а она уже сотряслась в оргазме. У меня в спальне ещё дважды. А не убери я шёрстку, до сих пор требовала бы ласки. Надеюсь, пожелание Сибаса я выполнил, и он раскрутил её папашу.
  Лола уснула прижавшись ко мне, правый бочок мне греет рабыня. Пришлось научиться спать на спине, рифма хромает и ритм потерялся. Рифмоплёт из меня никакой, это эльфы умеют изъясняться стихами по поводу и без. Зато есть достижения в магии, пусть скромные, но стабильные.
  Освоил смерчик Шейлы, для мытья использую его редко - предпочитаю воду. Зато эпиляция, стрижка и полировка поверхностей получаются великолепно. И легко.
  Хорошо освоен морок в разных вариантах - от простейшего отвода глаз до создания завесы, прячущей небольшую группу. А с артефактами - большой отряд. Маг, разумеется, обнаружит чары, но разрушить их или посмотреть сквозь ему будет нелегко. Надеюсь.
  Ещё научился регулировать органы чувств! Если зрение усиливается незначительно - бинокль эффективнее, то слух и обоняние - существенно. Конечно, тонкий слух полезнее, но меня больше радует обоняние. И дело не в том, что я могу чувствовать запахи немногим хуже собаки. Я могу их не чувствовать! Почти как аборигены. А ещё умею видеть чужую магию, даже старые следы. Надо прогуляться по Виртенну, город старый, поищу что-нибудь интересное. А вдруг?!
  С остальной магией неважно, особенно с боевой. Пока что основное оружие - клинок и пистолет. Надеюсь, за зиму Фейка меня подучит, а я попробую её подлечить - мормий мои руки плавят.
  Иногда, просыпаясь на новом месте, пытаюсь вспомнить - где я? Но заворочались Лола и Кани, и интрига исчезла. Лежу, сейчас уснут, тогда встану. С утра люблю немного побыть один, тем более сегодня. О, я бы с удовольствием полюбовался убиением Дрейера во дворе замка. И реакцией его коллег-советников. Но глазеть как карают на площади города отвратно - казнь действие интимное.
  Что мне нравится в аборигенах - искренность! Нет, не честность - её в помине нет, обманут с превеликим удовольствием. Но они называют вещи своими именами. Мы, то есть семья с охраной едем на Кровавую площадь, где с трибуны прекрасно видна Убойная площадка. Она немного приподнята над землёй, чтобы народу на площади было бы удобно смотреть на происходящее. И сама площадь поднимается маленькими террасами, ибо зрелища толпе необходимы как хлеб.
  В середине трибуны нечто вроде ложи - место семьи. Сверху охрана, а ниже большие люди графства. Там сегодня свободно, шестеро готовятся к своему последнему выходу, а другие ждут - чем их обрадует герольд. Каменоломни или изгнание. Лола спускается к отцу, но тут объявляется первая казнь. Разговаривать невозможно, крики толпы заглушают всё. Народ в восторге, люди с наслаждением смотрят как кнут превращает советника в кровавый кусок мяса. Ещё недавно он гордо шествовал по городу и все перед ним расступались. Он мог приказать любого схватить и бросить в тюрьму.
  И вот повозка с его телом покидает площадку, позади трибуны здание тюрьмы. Там, в присутствии кого-нибудь из Семьи, проверят трупы, отрежут головы и тела сожгут. Головы заливаются прозрачной смолой и устанавливаются в нишах капутеки77, всегда можно убедиться в смерти или допросить через некроманта. На площади затишье, отнюдь не тишина - люди жуют, пьют и негромко разговаривают. Хочу тоже цапнуть у торговца пирожок, но лучше послушаю беседу Лолы с отцом.
  - Спасибо доченька, вовремя ты окрутила виконта, я уже был готов присоединиться к тем, внизу.
  - Папочка, как ты иногда бываешь слеп. Благодари Сибаса, он попросил Дальтезе заняться мной - ты ему зачем-то нужен. А виконт не видел меня в упор, лишь когда мне принесли плащ, якобы от тебя, он увидел Лолу, которую его попросили охмурить. Он нас даже не хочет различать.
  - Бедная девочка.
  - Ну что ты, всё было замечательно, - она улыбнулась, - если его вечером не припашет Сибас, мы опять встретимся. Правда, только потому, что ему лень возиться с новой женщиной.
  - И тебя это устраивает? - Ох, какие мы заботливые.
  - А что ты предложишь? Выйти замуж за кого-нибудь из них, - Лола показала пальцем вниз. - Он нежен и внимателен, мне с ним хорошо, жаль это ненадолго. Но ребёнка я ему рожу.
  - Зачем? Вдруг он не признает, - папочка останавливается, - что-то я поглупел. Янис признает десяток его потомков и пяток Мейсы и Айты. А мы дворяне, пусть и не титульные.
  - Умница, дошло наконец. - Лола гладит отца по щеке, - наш ребёнок очень может стать бароном, подошла их очередь. - Её палец снова указал вниз. Она вдруг обернулась и поймала мой взгляд.
  
  Удивительно, насколько они умненькие. Знаний маловато, зато соображалка работает на отлично. - Улыбаюсь ей и посылаю воздушный поцелуй. - Наверняка догадалась, что я их слушаю.
  Ко мне подходит Сибас: - во дворе замка возле твоих ворот случилось нечто непонятное. Я еду.
  - Я с тобой. - Всё лучше, чем торчать здесь и глохнуть от криков.
  Конный отряд срывается в галоп, улицы сейчас пусты - кто поспешил смотреть казни, а кто наоборот убрался подальше. Проезжаем ворота, сегодня калитка для всадников нараспашку - приказываю закрыть. И к Сибасу: - Выясни, кто распорядился впускать в замок всех?
  Он кивает, а мы едем по двору замка до внутренней стены. Ворота в неё закрыты, рядом лежит женщина. Соскакиваю с лошади и подхожу. Командир стражи спешит объяснить:
  - Это молочница, несла твоим крынку сметаны. Вдруг закричала и упала, а крынка разбилась.
  - Ворота были закрыты? - Осматриваю всё вокруг. - И калитка?
  - Утром был эконом замка, велел держать калитку весь день открытой, чтобы не задерживать.
  - Срочно разыскать эконома, - обращаюсь к Сибасу, - и кто видел, как сбили молочницу?
  Командир стражи недоволен - я ему не верю, но возразить побоялся. Один из солдат говорит:
  - Когда эконом велел держать калитку постоянно открытой, я предложил поставить в неё бойца...
  - Заткнись, - заорал комстражи, - твои домыслы никого не интересуют.
  - Почему же, - возражаю я, - меня очень интересуют, а ты не смей вякать. Продолжай, - солдату.
  Тот обрадовался и подтянулся, не любят бойцы этого командира, и продолжил, - в проходе стоять он нам запретил, и я встал рядом, вплотную. Вдруг мимо меня как ветерок промчался.
  - Что ты несёшь, какой ветерок, - возмутился комстражи. И заткнулся
  ... от моего удара в солнечное сплетение. Обмениваюсь взглядами с Сибасом - рыло у этого дурака явно в пуху, но с ним дядюшка сам разберётся. Только попозже. Я же слушаю.
  - Ветерок и пыль поднялась на дороге, будто кто пробежал. А тут навстречу эта молочница, марани сметану обожают, вот она и бегала за добавкой. И в калитке с кем-то столкнулась. Его не было видно, но ругань я слышал. И крынка лежит сзади, а не рядом. - Солдат вытянулся, ожидая похвалы.
  Сибас его похвалил и присвоил следующее звание78. Всё правильно, более того, у выскочившего кровила нога. Капли впитала одежда, но запах не скроешь, и даже я уверенно определил - пришлый, маг, укушен недавно собакой. Спешу во дворик. На взгорке лежит пёс, кладу руку ему на голову - он обнаружил во дворе постороннего, а его вожатый того не замечал. Тогда пёсик постороннего слегка цапнул (прокусил толстые брюки и кожу), а человек разозлился и ударил его молнией.
  Толстая влажная шерсть ослабила заряд, и маг собаку только оглоушил. В корзиночку пересыпают окровавленную землю, псы её нюхают и отряд начинает погоню. Со мной, как всегда, Ева с Зоей, дюжина марани и свора псов. А дополнительно Сибас с двумя десятками. Он хочет что-то мне сказать, но я уже устремился вперёд. След привёл к секретному выходу из замка, проход был открыт, а два трупа стражников лежали рядом. Вперёд! Мой отряд уподобился собаке, взявшей след, их же отработка - дело Сибаса. Проскакиваем полузаброшенную слободу и мы в городе. А след пропал!
  Спешиваюсь и подхожу к псам, потерявшим его. Подобие тротуара, рядом мощёная дорога, пыльная. Следы колёс брички, и лошадиные яблоки - понятно, объект уехал, но есть шанс догнать. Нюхаю с псами лошадиные какашки - это не благовония, но терпимо. Собаки идут верхним чутьём - запах лошади висит в воздухе, даже я его временами чувствую, но стараюсь посматривать по сторонам.
  И всё равно сталкиваюсь с двумя пришлыми, а псы сбивают их с ног. Отправляю половину отряда далее по следу, а с остальными волоку пленных в домик стражи. Там сооружаем подобие дыбы и их подвешиваем. Их попытку качать права пресекла палка стражника, а я им объясняю:
  - Вы не дворяне, и даже не подданные Виртенна, вы никто. Я же местный виконт, а для вас и судья и прокурор. Если потребуете адвоката, то вот он, - немного отпускаю поводок с которого рвётся укушенный молнией пёс. Смотрю им в глаза, кажется, прониклись.
  - Мне нужен ваш маг, где он живёт, и кто там ещё. Скажете, будет обычный графский суд, где можете защищаться. Откажетесь - военно-полевой трибунал с пытками. Никуда не денетесь - скажите! Только потом ваши тела, вернее их остатки, кинут на свалку, где их догрызут собаки.
  Ставлю двухминутные песочные часы, а Зоя прилаживает струбцину к яйцу одного из допрашиваемых. В печурке разогреваются пыточные инструменты, и они не выдерживают. Маг живёт здесь на площади, с ним другой пришлый, которого сегодня выкрали из тюрьмы. В Виртенне есть ещё пришлый из их компании, он купец, но где живёт они не знают.
  Оставляю их на дыбе, вдруг соврали, и бегу по указанному адресу. Мелькает мысль - это же маг, надо подтянуть войска и наших магов - и пропадает. У меня точно там гвоздь - знаю, как надо делать, а остановиться не могу. Двери здесь неплохие, но две фомки и лом выносят её только так. Маг встаёт, между нами стол, на котором разнообразные приборы, другой пришлый лежит на кровати в дальнем углу. Мгновение, и чародей стал невидим, но для меня это тёмное пятно, в которое кидаю хрустальный шар со стола. Невидимость рассыпалась, и загрохотали ружья моих охраниц. Он успевает поставить щит и швыряет в меня молнию. На рефлексах принимаю молнию клинком файри.
  Он отражает молнию обратно, а она цепочечная и от мага бьёт пришлого и возвращается. Мой клинок отразил её семь раз, а маг только три. Оба пришлых в глубокой отключке, могли и копыта отбросить - молния получилась нехилая. Их быстро связали, а я нахожу амулет "Внутренний Щит"79 и надеваю на мага. Почему-то колдуны носят эту дрянь с собой, что очень удобно. Мне!
  Вошли охранники Сибаса - дядюшка осторожен, вдруг маг ещё воюет. Спускаюсь на улицу, рядом с ним седой колдун явно в возрасте, но довольно крепкий. Он бодро взбегает наверх, а мы заваливаемся в небольшое кафе. Они здесь встречаются реже, чем в Майдоре, однако хватает. Летняя веранда ещё не разобрана, мы устраиваемся в углу и заказываем молодое вино, привезённое с юга. К нам присоединяется наш маг, я же полулежу и улыбаюсь небу. За соседним столиком расслабляются мои девочки. Дяденьки смотрят на меня осуждающе и переглядываются - кто начнёт ругать? Наґчинаю я.
  - Полностью с вами согласен, я идиот, болван и кто там ещё? Но бывают моменты, когда тормозить нельзя! Согласен, риск был немалый, но иначе маг ушёл бы. Всех бросил бы и ускользнул.
  - Он мог тебя убить, - укоряет меня Сибас.
  - Вряд ли, - возражаю, - оглушить мог, но его щит треснул. Ещё пара стволов, и он готов.
  - Верно, - поддержал меня седой маг, - иначе мы его упустили бы. И имели бы мага-подранка.
  Переглядываемся - такого нам не надо. Он вернулся бы и попытался отомстить, действуя предельно осторожно. Что дальше? Сибас отправится за последним пришлым, мы же с дедушкой отведём этих в замковую тюрьму и разместим их в одиночках. Завтра навестим барона Вондраха, казним его с его сыном и отправим его родственничков в изгнание. Заодно покажусь вассальным баронам и сам на них посмотрю. А может с кем и подерусь. Вернувшись побеседуем с пришлыми, нескольких суток молчания способствуют разговорчивости. Особенно магам с Внутренним Щитом.
  Кажется, из меня делают страшилище, и пугать будут не малышей, а взрослых сынков баронов, а заодно - наместников, тысячников, да и соседей. Малоприятно, но я самый подходящий на эту роль.
  Прекрасно быть виконтом
  Душа горела, голос пел,
  В вечерний час звуча рассветом.
  Я шел к блаженству. Путь блестел
  Росы вечерней красным светом.
  А. Блок
  Нидар
  Возвращаюсь к себе и душа поёт - "Как хорошо быть ...". Хорошо просто быть. Основные дела переделаны, остальное не срочно - впереди зима. Главное же, рядом была Шейла! Хочется крикнуть - да ради встречи с ней готов сразиться с десятком демонов! Но кричать не буду, хотя готов. Лучше пойду к себе и просто поваляюсь, пока Семья смотрит казни, бедняги. Нет, надо чем-то заняться. За воротами спешиваюсь и отдаю повод охранникам. В замке двух девчонок хватит, тем более они пяток хороших бойцов уложить могут.
  В дверях замка знакомый аромат - Айта вернулась. Моя охрана ещё под рукой, приказываю взять набор чашечек, десяток птиц-зверьков и отнести ей. А мне втемяшилось найти библиотеку замка. Но прежде пообедаем. Кухню выдаёт запах, но когда главный кухарь предложил мне вернуться в свои покои, а он туда что-нибудь принесёт, я офигел.
  Меня его предложение сразило, я минуту не мог решить - убить его на месте, выпороть или засунуть в котёл с бульоном. И даже спросил Еву - что лучше? Она на полном серьёзе заявила - портить бульон незачем, и развозить грязь (кровь) тоже излишне. К моему удивлению, он вдруг упал в обморок. Положение спас повар - оказывается, члены Семьи едят у себя, либо вместе у Яниса. Но раз я уже здесь, то рядом с кухней комната, где кушают служащие среднего ранга. Меня это вполне устроило.
  Заходим, и меня охватывает ностальгия - типичный буфет, пять шестиместных столов и стойка. Столы все заняты - за тремя сидят военные, за одним - чиновники, и за последним благообразный весьма пожилой человек с белоснежной гривой и бородой. Спрашиваю разрешения, он кивает, но крайне недоволен. Однако, услышав предлагаемое поваром меню, поспешил заказать длинный список блюд, девочки от него немного отстали. Мне даже стало стыдно - всего пять заказал, но признаюсь по секрету, лучше я перепью, чем объемся.
  Наш новый знакомый по имени Акилон, оказался библиотекарем и архивариусом. Книг у него около трёх тысяч - по местным меркам довольно прилично. Но по истории и географии края нашлось всего пять, и хранитель чуть не плакал, выдавая их мне. Оказывается, большинство книг имеется в одном (!) экземпляре, копий крайне мало, а печатный станок так и не довели до кондиции. Специально вызвали мастера из нового княжества, но вскоре его убили. Показал он мне и станок, получше чем у Гутенберга и достаточно простой. Мои мастера из Латиши должны разобраться и починить.
  Эта библиотека не единственная в замке, у каждого члена Семьи есть собственная подборка книг, причём у Яниса их несколько сотен. А ценных там побольше, чем здесь. Акилон мечтал объединить все хранилища книг и уговаривал меня помочь ему, но я отказался. Раз некоторые книги большинству недоступны, то для этого есть основания. Сначала всё выясню, а потом буду решать. А вот печатный станок обещал ему починить и сделать копии каждой книги. И для себя тоже.
  Сибас перехватил меня возле покоев Айты и вручил Ниру, бывшую пленницу викингов. В замок её не хотели пускать, а виноват я - не отдал соответствующего распоряжения. Он напомнил - завтра я с Янисом поедем навестить барона Вондраха, папочку моего несостоявшегося убийцы.
  - Кстати, - интересуюсь, - а что будем делать с пятисоткой, что устроила налёт на Виртенн?
  - А её больше нет, - дядюшка довольно ухмыляется.
  - Куда же она подевалась? - я несказанно удивлён.
  - Офицеры все померли, - разъясняет мне Сибас, - кто отравился, кто неудачно упал с лошади. Треть солдат уволилась, а остальных раскидали по другим пятисоткам.
  Оперативно, ничего не скажешь, - у меня нет слов, дядюшка недаром ест свой хлеб. Мы заходим к Айте, я хочу забрать Лолу, а заодно полюбоваться на мордашку моей сестрёнки. Сибаса также беспокоит её эльфомания, но в успех мне не верится. И действительно, вокруг стола в центре комнаты сидят девицы, крутят стеклянные безделушки и восторгаются ими. А хозяйка сидит в стороне с хмурым видом - у неё небольшая депрессия. Но это ненадолго - завтра она найдёт другой объект для восхищения. Лола, увидев меня, вскакивает и виснет на шее - это тоже игра на публику. Бурное проявление чувств - не её стиль, ей достаточно прикоснуться, и ты ощущаешь, как её тянет к тебе.
  Странно, но в городе и даже в замке чувствую угрозу, отдалённую, но вполне реальную. Возможно, из-за "тёплого" отношения ко мне большинства знати. Меня это мало беспокоит, но напрягает. А вот в моих покоях приходит ощущение безопасности, я даже погладил сторожа на входе - большого лохматого волкодава. Он недовольно фыркнул - "знаю, тебя кусать нельзя, но ты не мой хозяин".
  Теперь Нира. Катус в письме советует взять её охрану, но она претендует на большее. Натаскана она серьёзно, но Зое и Еве заметно уступает. Да и не жаждут они разбавления своей тёплой компании. С другой стороны, одной двойки ближней охраны явно мало, нужно две, а лучше три. Только пока остальные не тянут, а назначать авансом не хочу. Нира, видя мои колебания, достаёт козырь:
  - Ты же Келла-тоон и тебя должны сопровождать волчицы! - и преображается.
  Нет, она не оборотень и не перекинулась. Это всего лишь морок, но почти материальный. Кроме волчьей морды он частично захватывает тело и руки, но не покрывает их шерстью, а укутывает густой тенью. Это даже лучше, можно такого нафантазировать. Только держится недолго, секунд пять, но это дело поправимое. Небольшой отдых и Нира повторяет свой фокус с моей энергетической подкачкой. Теперь морок держится десять секунд, а главное, он стал более полным - голова волчицы слегка светится, а шерсть и зубы блестят как настоящие. Тень, окутывающая тело и руки, стала более глубокой и сквозь неё проступают пятна и линии. Воображение легко достроит их во что-то жуткое.
  - Амулеты и тренировки доведут время до сорока секунд, - объявляю я девочкам. - Ева и Зоя, срочно освоить это заклинание. И подучить Ниру, подтянуть до вашего уровня.
  Они знают о моём намерении набрать ещё две двойки ближней охраны и вынуждены согласиться. А умение выглядеть волчицами примиряет их с кандидатурой Ниры. Мне же осталось покувыркаться с Лолой и поспрашивать её про Айту. Умненькая девочка наверняка присмотрелась к своей подружке, которая вряд ли что от неё скрывает. И накопала немало интересного. И не только о ней.
  
  Янис
  За последние годы сегодня мой второй выезд из Виртенна, после смерти сыновей я опасался покидать город, и даже замок. Графская корона - слишком лакомый кусок, а весьма немногие династии ведут отсчёт от Пересечения миров. Оказаться последним в роду просто неприлично. Зато сейчас рядом скачет достойный виконт, пусть и названный, а сын его и Мейсы продолжит династию. Да, её надо выцарапать из лап болотников, но он с этим справится. И войско, сопровождающее меня, надёжно. Раньше же я доверял лишь одной пятисотке, и то не совсем. А сейчас со мной три, а всего десять!
  - Янис, почему люди домена не хотят служить в армии? - у Дальтезе всегда есть вопросы.
  Неудивительно, он здесь и года ещё не прожил и многого не знает. А меряет по себе, вернее, по пришлым. Мы же во многом другие.
  - А кто у тебя в армии по племенам? - задаю ему встречный вопрос.
  - Треть марани, четверть нордлинги, остальные харазцы, люди и орки. - Это он знает наизусть.
  - Мы, аборигены, не воины. Лишь один из двадцати попытается защищаться с оружием в руках, но в армии служить он не будет - ему и так жить хорошо. Если не брать нескольких воинственных племён и законченных отморозков, то из тысячи парней пойдут в армию и будут воевать двое-трое.
  Дальтезе ошеломлённо смотрит на меня.
  - Поэтому армии у нас небольшие и мы стараемся не воевать - потери возместить сложно.
  Я наслаждаюсь его удивлением, это тебе не у пришлых, где каждый второй может сражаться.
  - Но тогда получается, что в домене..., - начинает он, но я перебиваю, - все воины призваны.
  Виконт расстроен, нет - он Очень расстроен, видимо надеялся на блистательные походы, завоевания, громкие победы, а тут такой облом. Впрочем, Дальтезе реально смотрит на жизнь, и пусть сразу примет - победоносные войны ему не светят, ещё пара пятисоток и это все его войска. Других не будет. Дальше едем молча, он основательно задумался, а я наслаждаюсь поездкой.
  Вассальные баронства расположены к востоку от Виртенна двумя группами. Севернее рядом с городком Агреллино находятся три из них. Остальные пять южнее, примерно в трёх днях езды. Мы поторопились и прибыли внезапно, к вечеру второго дня. Нас ждали, но не сегодня, хотя это ничего не меняло. Барон со всем семейством поспешил нам навстречу и сходу начал каяться.
  - Интересно, как бы он себя повёл, будь мы без войск? - тихо спросил виконт.
  - Надулся бы как индюк и стал бы хамить, - отвечаю.
  Войска тем временем окружили стадо баронских родственников и начали прочёсывать посёлок, сгоняя жителей на площадь. Барон приготовил искупительную жертву - своего двоюродного брата и двух его сыновей. Мол, они толкнули покушавшегося на преступление. И теперь он со старшими сыновьями с тревогой ждали моего решения - удовлетворюсь этим или их тоже казню. Зато остальные родственнички безмятежно ждали конца представления - останется старый барон или будет новый, их мало беспокоило. Указ читал Дальтезе и меня умилял его спокойно-равнодушный голос. А указ требовал, кроме казни барона, изгнания всех (!) родственников и лишение их дворянства.
  Вот тут они взвыли. Но никто не кинулся ко мне угрожая или умоляя - передо мною стоял виконт, его холодное безразличие пугало. Страху добавляли конные стрелки с собаками справа и слева.
  
  Нидар
  Арестованных отводят в тюрьму, а остальные возвращаются в дом собираться. Со старшими сыновьями идёт офицер с десятком солдат - он заберёт баронскую казну и всё ценное. У остальных брать нечего - сами не зарабатывали, а подачки барона проедали. Впрочем, завтра в дороге их обыщут.
  Я смотрел на людей, изгоняемых мною из их родного дома и удивлялся отсутствию эмоций. Будто я смотрю скучный фильм, уже давным-давно всё ясно, но надо досидеть до конца. Хотя и пострадавшие отнеслись к наказанию довольно спокойно, лишь немногие плакали или злились. И думал - неужели я так очерствел? Нет, я никак не начну воспринимать эту жизнь всерьёз, а их - как реальных людей. Хотя, я поймал недоумевающий взгляд одного из "родственничков барона", это же Саша, мой знакомый по Майдору. Подзываю его взмахом руки, и он осторожно подходит.
  
  Саша, родственник барона Вондраха
  Вот я и получил свободу, о которой мечтал и боялся. И что с нею делать без денег и без дворянства? Попасть бы в Майдор, его я знаю, там можно прокормиться. Только как до него добраться - никто меня не отпустит. Нас погонят в крохотную деревеньку на Баграде, а оттуда отвезут на юг. А там своих бездельников хватает. Никак не пойму, кого мне виконт напоминает.
  Он мне показывает подойти? Стрёмно. Но делать нечего, иду. Ба, мы с ним знакомы, пару раз в Майдоре сидели в кафешке и трепались за жизнь. Только я не знал, что он - виконт, тогда ещё наместник. Думал, купец из пришлых. Подхожу. Оказывается, он только издали смотрится спокойным и безмятежным, а вблизи видно, как он напряжён. Выгнать из дому сотню людей - не шутка.
  - Привет, Саша. Просьбы есть? - Не ожидал, он запомнил моё имя.
  - Есть, - отвечаю, - а можно быть изгнанным в Майдор?
  Виконт чуть-чуть улыбается, - можно даже к нордлингам.
  - Нет, там холодно, - улыбаюсь его шутке, - хочу в Майдор.
  - Утром подойдёшь ко мне, - трепаться ему недосуг, - а когда остальных отправим, подберёшь себе телегу и лошадей. С нами доедешь до Виртенна, а дальше с караваном.
  Оказывается, он на нас из-за этого идиотского покушения не злится, соображаю я. Просто хочет очистить баронство для своих. Некрасиво, но вполне обыденно. Тут можно и ещё что-нибудь выпросить. Только вот что. Ничего серьёзного просить нельзя, я всего лишь случайный знакомый, за наглость можно и по ушам получить. А быть обязанным из-за мелочи - глупо. Придумал!
  - Мне телега не нужна, но моя кузина - резчик по дереву и ну неё много интересных работ.
  - Пошли, показывай. - Виконт обрывает меня на середине фразы.
  Все мои родственники уже ушли в дом - собираться, в коридорах тоже пусто, а высунувшиеся тут же отшатывались обратно. О Дальтезе понарассказывали такого, что его боятся больше, чем огнедышащего дракона. Может быть и правильно. Только в отличие от дракона с ним можно договориться.
  Вообще-то, Лика мне не кузина, а четвероюродная племянница, но эти тонкости интересны внутри рода, а его больше нет. И теперь каждый должен выживать сам. Я выкручусь, особенно в Майдоре. Там у меня есть друзья, помогут на первых порах, а вот Лика совсем не приспособлена к реальной жизни. Она очень талантлива, у неё несколько прелестных скульптур, но больше всего ей удаются барельефы. Увы, здесь никому они не интересны, а в Майдоре у меня пару купили, хотя с деньгами у жителей было туго. Ей, как и мне, придётся научиться жить самой, без поддержки рода, хотя толку от той поддержки... Просто привычка.
  Комната заставлена её работами, а сама Лика сидит на кровати с мокрыми глазами. Прощается. Виконт осторожно проходит внутрь, едва не роняя статуи и барельефы, за ним проскальзывает одна из охраниц, а я остаюсь в дверях - места в комнате больше нет. Лика смотрит на него - в широко распахнутых глазах страх и надежда. А Дальтезе остановился около кровати и рассматривает выставку.
  - Нравится, - кричу ему, - купи что-нибудь.
  Он качает головой. - В Майдоре устроим выставку, а потом аукцион, на нём и куплю.
  Выставка - это замечательно, - думаю я, - но девочке не на что жить и кушать.
  Рядом с её кроватью рабочий столик, на котором лежат барельефы размером с ладошку. Он внимательно перебирает их, берёт один и садится рядом с ней.
  - Мне нужно нечто вроде, - виконт возвращает Лике барельеф, - Нира покажи.
  Нет, она не перекинулась, но я одновременно вижу и девушку, и готовую к бою волчицу. Лика вздрогнула и впилась в возникший образ. Вскоре волчица исчезла, и мы все глубоко вздохнули.
  - Интересно, - она уже погрузилась в работу, - на него будет наложено заклинание?!
  - Обязательно, - согласился виконт, - сильное и многократного действия.
  - Значит, нужно особое дерево и специальные смолы, это дорого.
  - Сколько?
  - А сколько нужно сделать барельефов? - я не выдержал и влез в разговор.
  - С десяток. - Виконт вдруг широко улыбнулся. - По золотому за штуку, два - аванс.
  Он же знает цены, - сообразил я, - и не хочет на этом экономить, но и не будет переплачивать.
  - Тогда так, - Дальтезе положил на стол два золотых, - я оставлю здесь охрану, завтра ждите, пока все не уйдут, затем не спеша собирайтесь. Мы пробудем ещё несколько дней, можете не спешить. Подберёшь фургон, быков, лошадей и всё необходимое в дорогу. Поедем вместе в Виртенн.
  Ох, и помародёрствую, - подумал я, глядя в спину уходящему виконту, - мои родственники заберут лишь самое необходимое, а остальное оставят. Мне!
  - Мне надо было пойти с ним!? - вдруг сказала меня Лика.
  - Зачем? - опешил я.
  Она покраснела и тихо прошептала, - кажется, я ему понравилась.
  На мгновение я растерялся, она неглупая, но немножко не от мира сего. С неё станется предложить Дальтезе переспать в весьма несуразной форме. А вот его реакцию представить не могу.
  - Он тебе понравился? - удивлённо рассматриваю её глупенькую улыбку.
  - Очень. Он такой милый! И добрый.
  Я смотрел на неё и не находил слов. Дальтезе - милый? Он - добрый? Нет, по нашим меркам он безусловно неплохой человек, с ним можно спокойно говорить обо всём и даже высказать в лицо неприятную правду. При случае он готов помочь малознакомому. Но и будучи наместником и позже виконтом он всегда действовал очень жёстко, а нередко и жестоко. И готов сам убивать, а не как некоторые пришлые, брезгающие "пачкать ручки". Но заблуждения женщины не терпят возражений!
  - Лика! Сегодня и завтра утром он очень занят. - Её надо отвлечь. - И у тебя заказ. Срочный!
  Вот такой разговор она понимает. А увлечётся работой - перестанет мечтать. С виконтом же лучше держать дистанцию - приятельствовать полезно, но близко дружить опасно.
  
  Янис
  Приятнейший день! Сколько лет мои бароны и их сынки рвались к моей короне, мечтая разорвать графство на кусочки. Как приходилось исхитряться, стравливая их друг с другом и устраивая им "несчастные случаи". Частенько приходилось унижаться и платить им. А что было делать? У них было пять пятисоток и ещё три у их "друзей". А у меня - четыре, причём в Виртенне только две. Они почти отняли у меня корону, но не смогли договориться между собой - слишком много оказалось "достойных", а неурожай последних двух лет заставил их сократить войско.
  Зато сегодня! Барон "вдруг" забыл о своих правах и вольностях, которыми в прошлом прожужжал мне уши. Зато вспомнил про обещанную ему казнь и надеется на простое отрубание башки. Так и будет, но до этого он у меня помучается. Я удивлённо глянул в пустой бокал, только что его наполнил! Надо остановиться, радоваться тоже следует в меру. Завтра приползут остальные и начнут пресмыкаться. Возьму пример с виконта - его безразличие унижает их сильнее любого издевательства.
  Позволю себе ещё бокал - вино весьма приличное, и ещё немного понаслаждаюсь прошедшим днём. Какие были морды у барона и его родственников, как потряс их указ об изгнании, они готовы были ползать передо мною, умоляя простить. А я мог и смягчить наказание, насладившись их унижением. Поэтому и поставил впереди Дальтезе! Мы с Сибасом распустили немало слухов об его безжалостности, презрению к слабости и жестокости. И эти дворянчики перепугались, боясь даже разок всплакнуть, поспешили укрыться в доме.
  Стычки Дальтезе с баронскими сынками обросли легендами - связи между востоком и западом графства слабые. Смешно, его реальные успехи - истребление птиц, победы над викингами и Бааном - мелкое приложение к этим стычкам. Любопытно, завтра кто-нибудь рискнёт умолять его о снисхождении? И как он на это среагирует?
  А никак! Между толпой уходящих в изгнание и виконтом стояли конные стрелки с охотничьими псами. Дальтезе же расположился сзади на взгорке и, казалось, его интересуют исключительно проплывающие по небу облака. Впрочем, люди смотрели на стену казней, перед которой висело два истерзанных палачом тела - барон и его сын. Они были ещё живы, но жаждали лишь смерти, как избавления от мук. А их уходящие родственники смотрели на кровавое напутствие и прибавляли шаг.
  
  Виртенн. Вся моя жизнь крутится вокруг этого города и замка. Вот только в прошлые годы я радовался - вернулся и без серьёзных потерь. А сегодня я вернулся победителем! Два барона казнены, жаль, только одного заменил на наместника. Второе владение оставил в роду - не рискнул слишком пугать вассалов. И полностью взял дань без скидок. Народ начал уходить, в следующем году вассалы поднимут налоги и сборы, а в Виртенне и рядом свободной земли хватает. Прямо сейчас собрался караван свыше сотни фургонов и телег. Он ползёт сзади под охраной второй пятисотки.
  А мы с виконтом и первой пятисоткой поспешили домой. Третья же осталась с наместником -баронов надо устрашать постоянно. А заодно защищать людей, уходящих в Виртенн.
  
  Нидар
  Наконец-то Виртенн. Понимаю, я теперь виконт и должен наводить порядок по всему графству. А также за его пределами. Но хочется вернуться в Латишу, там дел хватает, и заняться болотниками. Очень многое надо успеть до зимы. А уж к лету, началу набегов, требуется полная готовность. И не только войска, а обоих баронств. Полно забот, но сегодня и, пожалуй, завтра устрою себе отдых!
  
  прогулка по Виртенну, Тейя
  Планировка Виртенна довольно своеобразна.
  Виртенн - Тубрий
  Мейса
  Адвокаты
  Пришлые от викингов, 9-й камень
  Фейка, 10-й камень, Вакешки
  Мормий, бронза, лечение
  11-й камень Баан
  Неглих, мой муж, ходит гоголем - ограбил деревеньку.
  Маг и четверо
  
  Фейка - Летучая мышь
  
  Тири
  
  Но есть три ветерана, из них одна женщина. Бывают ситуации, когда опыт важнее ловкости и быстроты. Один из них, Торман, со мной.
  
  Ужасы болот
  В мире есть царь: этот царь беспощаден,
  Голод названье ему.
  Н. Некрасов
  
  Всё болота, болота, болота,
  Восемнадцатый день болота.
  Песня.
  
  Сибас
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Нидар
  - Нелегко живётся султанам, - думал я, любуясь Ласией и Мейсой, сидящих у меня на коленях.
  - Ой, что это? - взвизгнули они в унисон на возникшую в комнате Шейлу.
  Я сидел к ней спиной и не видел - прошла ли она сквозь стену или телепортировалась.
  - Какая прелесть! - прозвенел её голосок сотней колокольчиков, - любовь втроём! Начинайте, я посмотрю и может быть присоединюсь.
  - Кто это? - Мейса не спешила реагировать.
  - Как кто! - Шейла обняла меня сзади, - его подружка и любовница. А ещё немножечко файри.
  - Ой! - пискнула Ласия, - настоящая файри?
  - Дальтезе, - мнимо возмутилась Шейла, - ты любил куклу?
  - Сопливую девчонку! - три бабы на одного мужика тяжеловато.
  - Неправда, мой носик был чистым, - она обходит Ласию и подставляет его для поцелуя.
  - Чмок, - во мне вспыхнуло острое желание, захотелось сорвать с неё одежду и прямо здесь на ковре овладеть. Она это почувствовала и рассмеялась. Присутствие девочек нас не смущало, но я решил немного подождать. Никуда она сегодня от меня не уйдёт, а наедине лучше, близость должна быть личной, а не демонстрацией - вот я какой.
  
  Шейла
  Мы, файри и другие волшебные существа, живём намного дольше смертных и обладаем фантастическими для них возможностями. Но ... У нас нет души, поэтому мы не можем возрождаться снова и снова. И боимся внезапно раствориться, исчезнуть из мира безвозвратно. Наше единственное спасение - живое существо, любящее нас.
  
  Тири
  
  Далион - патриарх файри
  Мать Ласии
  
  Кого съест съезд
  Собрались как-то мыши и стали решать,
  Как им избавиться от кошки
  Детская сказка.
  
  Велия
  
  История 2. Гарпии.
  Всё куплю - сказало злато,
  Всё возьму - сказал булат.
  Всё себе скупило злато,
  Отобрал себе булат.
  
  Финиш
  
  Содержание
  Ужас, мечта сбылась 1
  История 1. Дальтезе. 1
  На новом месте 1
  Встреча в пути 7
  Явление меня народу 14
  Птички небесные 21
  В Майдоре. Дуэль 28
  ... и блеск клинков 35
  и ружей гром 44
  Грабители, пираты и прочие милые люди 52
  Кити и бандиты 59
  Опасные страсти 68
  Страстные и неистовые 77
  Опасно быть виконтом 84
  Прекрасно быть виконтом 96
  Ужасы болот 100
  Кого съест съезд 101
  История 2. Гарпии. 101
  Финиш 101
  Содержание 101
  Примечания 105
  
  
  Примечания
  На рубеже 2-го и 3-го тысячелетий произошла странная катастрофа - 5 крупных рек (Волга, Янцзы, Миссисипи, Ла-Плата и Конго) исчезли из нашего Мира с частью прилегающих территорий. Позже они были обнаружены в других Мирах. Это явление получило название - Пересечение миров, но причины его и механизм остались совершенно необъяснимыми. На месте исчезнувших рек появились Дурные болота, малодоступная территория, откуда постоянно вылезали опасные твари и нечисть.
  Ещё здесь образовалось множество чёртовых нор - проходов в другие Миры и неизвестно куда. Крупные проходы осваивались государственными корпорациями, добывавшими в другом Мире ценное сырьё. Либо запиравшиеся мощными крепостями, защищавшими Землю от опасных тварей и нечисти. А малые исследуются свободными разведчиками. Подавляющее большинство проходов ведут в малоинтересный Мир, либо пустынную заводь80, где разведчик ищет проход в другой Мир.
  Переход в интересный Мир - это цепочка из пяти и более проходов, среди которых есть и односторонние. Поэтому хотя на форуме есть сообщения о посещении 23 Миров и многих десятков заводей - это единичные переходы, далёкие от регулярного сообщения. Иначе говоря, первопроходец смог сообщить о своём достижении, но решил повторно не рисковать. Либо оставив неполное описание перехода, ушёл безвозвратно.
  Более-менее подробную информацию мы имеем о Великоречье - три сообщения на форуме. Но авторы шли разными маршрутами и оставили неполное описание перехода.
  Пересечение миров вызвало провал, создание Новых княжеств, слияние рек, изменение ландшафта и климата - образовался совсем новый мир. Река Великая возникла из совпавших Итиля и Волги, а вдоль нее появилось несколько сот тысяч пришельцев в отдельных поселениях-анклавах, провалившихся из прежнего мира. Большинство пришлых осталось в возникших княжествах, но некоторые уходили далеко. Они высоко ценились правителями, которые часто брали их на службу, а нередко и в свою семью.
  Великоречье бассейн реки Великая, занимает огромную территорию - больше 6000 км с севера на юг и почти 7000 км с востока на запад. Там расположены десятки государств и несколько климатических зон. И со всех сторон, по сухопутной границе, она замкнута поднявшимися на небывалую высоту горами, могущими сравниться с земными Гималаями, перемежающимися Дурными болотами, что делает эти самые границы непроходимыми.
  После пересечения миров в этом мире очутилось частично шесть крупных поволжских городов и некоторые кусочки их бывших областей. Из них образовались Новые государства "пришлых" - Тверское, Ярославское, Астраханское княжества, Казанское ханство, Нижегородская торговая республика и Царицынская область. Ни один из городов не попал полностью в этот мир. Нарушились и расстояния - длина реки Великой около семи тысяч километров и островные владения княжества Астраханского, например, тянутся чуть не до экватора. На настоящий момент население всех Новых княжеств составляет около двух миллионов "пришлых", на шестьдесят миллионов (прикидочно) населения обширного бассейна Великой. Большинство правителей соседних государственных образований или связаны с властями пришлых родственными связями, либо напрямую возглавляются потомками пришлых.
  Местные правители, увидев подавляющее технологическое и военное превосходство пришельцев, всеми правдами и неправдами старались породниться с их правителями. В большинстве случаев это удалось. Взамен же аборигены начали обучение магии всех пришлых, имеющих способности. Именно на этой основе в большинстве случаев удалось избежать конфликтов и, что греха таить, захвата местных территорий пришельцами. Сотрудничество оказалось выгодней. Ряд баронств, впрочем, был захвачен независимыми группами пришельцев, но это не правило, а скорее исключение.
  Поначалу немало появилось желающих среди пришлых возглавить местные земли. Кое-где власть захватили, править начали... да и плюнули на это дело, вернулись в свои "пришлые" анклавы. Очень уж шокирующие нравы у местных для непривычного человека. Казни казнями, а что скажете, когда красавицы местные месяцами не мылись, а из-за пиршественного стола гости обоих полов отлить бегают за шпалеры в том же зале? Вытошнило раз гостей из пришлых, другой, да и плюнули они, решили, что черт с вами, сами управляйте своей помойкой.
  Огнестрельное оружие в этот мир пришло с людьми. Раньше тут тринадцатый век на дворе был, да еще с примесью волшебной сказки. И выпускается оно по-прежнему на заводах "пришлых". Никто другой не умеет сделать всю технологическую цепочку, да и иные причины были. Например, производство бездымного пороха всего на трех заводиках налажено, и состав его, равно как и всех компонентов, вроде азотной кислоты, защищен магически. А технологи под клятвой живут и охраняют их круглосуточно. Химия же здесь и вовсе неразвита, кроме алхимии разве что, которая к химии имеет крайне отдаленное отношение. Начнет кто разбираться, как пироксилиновый порох сделан, а он возьми, да и сгори немедля. И взрывчатка бабахнет, ее тоже всего на паре заводиков делают, и тоже она под защитой. Хватило пришлым ума сообразить, в чем их сила.
  Пересечение раздробило Мир на изрядно изолированные друг от друга куски. Что вдоль рек - с тем оказалось проще. По реке и связь между землями. А вот чуть от реки в сторону, так или горы, или Дурное болото. Неудобно торговать, сплошные объезды, чреватые нападением всякой дряни, неудобно править, неудобно налоги собирать. Вот и распространили пришлые свое влияние вдоль русла Великой от самого верха до самого устья, да еще на Южные острова, но не больше. Все прибрежные государства вроде бы независимыми остались, но влияние пришлых в них очень сильно. Многие данниками стали, дают товар, солдат в "сипаи". А чем дальше от Великой - тем меньше влияния. Там уже своим умом и своими нравами живут. И нравы подчас совсем не цивилизованные. И многие не против жить разбоем, или попытками облагать налогами торговые пути, эдакие классические "бароны-разбойники". Впрочем, такие они и есть, даром что их дружины сменили копья на трехлинейки или карабины "маузер".
  Речные пираты из аборигенов нападают на караваны на скоростных моторных лодках и баркасах, и если нападения удачны, то их лодки усиливаются трофейными пулеметами. Бароны с графами из своих замков выезжают на вездеходах, а у ворот стоят не алебардщики, как пару веков назад, а пулеметы на станках и дружинники с карабинами. Дружины местных владетелей покупают броневики, пусть упрощенные и только пулеметные, но все же. Которые давно сжили со свету рыцарскую конницу.
  И именно такие захолустные разбойничьи княжества не стеснялись устраивать налеты на земли пришлых, и зависимые от них государства. Именно в таких местах трофеи были самыми жирными, а риск... ну какой разбой без риска? Тем более, что смерть в средних веках понятие очень обыденное, ей никого не удивишь. Постоянные войны, антисанитария, нападения банд. И это невзирая на то, что медицина здесь куда сильней, чем в "старом мире", потому как магическая. Средний деревенский знахарь сто очков форы даст академику из Старого мира, если книгам верить.
  И ведь это еще не все. Пусть лечат здесь лучше, но чего в Старом мире не было и в помине - всей этой нечисти. Здесь за городские ворота после наступления тьмы если выходить, так только большим отрядом, вооружившись до зубов. И от нечисти с чудовищами люди гибнут часто, смерть обыденна. Зачем такие зверские казни? Да затем, что обычной смертью аборигенов не напугаешь, они с ней все время в обнимку ходят. Вот и приходится пугать властителям своих подданных нечеловеческими муками.
  
  Пересечение миров совпало с прохождением огромной кометы поблизости - Воссияние Звезды. Существовавший тогда Совет Храмов решил считать год Воссияния Звезды началом нового календаря.
  Новые княжества - государства "пришлых" в Великоречьи.
  
  А опасностей в этом мире хватает. Это поначалу, когда мы, пришлые, появились здесь, от нас все разбегались. Огнестрельное оружие, машины, броня, пароходы. А что теперь? Винтовка у любого дикаря имеется, добыть ее дело не хитрое. Винтовки с револьверами, простите, на базарах и в лавках продаются. Да, взрывчатку с порохом только пришлые производят, но те же патроны продаются, и купить их может кто угодно. А динамит, что в кузове лежит у меня, так и вовсе товар, пришлые им торгуют. Нарушение мое не в том, что я его гномам на продажу везу, а в том, что нет у меня для этого лицензии, и налог я потом платить не буду.
  Управляющие баронские трясут и выбивают дань из крепостных кметов не розгами, а полевым телефоном. В аборигенских городах преступников натягивают на кол и разрывают на куски не конями и быками, а лебедками. Благодаря нам уровень вооружения местного населения подскочил небывало, а вот мозги... мозги не изменились. Средневековье здесь, со всеми издержками. Хорошо хоть языческое, а то еще и Инквизиция завелась бы. И жарила грешников на газу из баллонов. Или ранцевыми огнеметами. Впрочем, последние не только Инквизиция использует, а кто попало. Запрут приговоренного в узкую клетку, подвесят на крюк и ну жечь огнем.
  Доступные земли. Когда в 1 году произошло Пересечение миров, ландшафт Мира существующего изменился разительно. И самой большой проблемой для развития стали разрывы между цивилизованными областями. Например, огромная область Великоречье, в которой сконцентрированы десятки государств, множество климатических зон всё равно существуют в границах бассейна реки Великой. Это больше 6000 км с севера на юг и почти 7000 км с востока на запад. Но всё же она со всех сторон, по сухопутной границе, замкнута поднявшимися на небывалую высоту горами, могущими сравниться с земными Гималаями, перемежающимися Дурными болотами, что делает эти самые границы непроходимыми. В результате сообщение между немалыми частями населённого мира практически прервалось. Сухопутные пути исчезли полностью, морские сообщения экономически стали невыгодны. О землях восточней Срединных гор известно только то, что они по-прежнему населены. За Западную стену никто ещё не пробирался ни сухопутным путём, ни морским по причине затрудненного судоходства, да и, если честно, отсутствия необходимости. Сильные государства Великоречье активно осваивают, а слабым уж совсем не до того, да и оттеснены слабые от моря. А вот в Южном океане существует немало огромных островов, населённых людьми, в которых очень сильно влияние Астраханского княжества и Казанского ханства, которые, в свою очередь, ведут там активную торговлю.
  
  Здесь упоминается следующий факт: после Пересечения миров изменился рельеф всего континента. И всё это огромное пространство, именуемое Великоречьем, немного "прогнулось" в середине, и по нижней отметке пролегло русло Великой. Таким образом, в эту огромную реку стекали воды почти всех крупных рек этих земель.
  
  Дурное болото - это одна из тех низменностей, что появились после Пересечения миров. Сдвинулось все, как будто этот мир разломили на кусочки, а затем заново склеили, причем склеивали на тяп-ляп. И получилось, что там, где кусочки мозаики наползали друг на друга, выросли горы, подчас совсем непроходимые, а в иных же местах, где края кусочков мозаики друг с другом не соприкоснулись, возникли низины с так называемыми Дурными болотами. Именно эти болота, настоящие свищи, или червоточины в живой ткани нашего плана, порождали большую часть всевозможных чудовищ, расползавшихся по земле. Именно благодаря им я не сидел без работы. И всем было известно, что в Дурных болотах не живут ни люди, ни нелюди. Никто. Не выжить там, потому что сожрут нахрен.
  
  В список запретов вошли не только бездымный порох с тротилом, но и динамит, мелинит, пикриновая кислота, азотная кислота, азид свинца, гремучая ртуть и ещё ряд всяких бабахающих субстанций, без которых не взорвать что-нибудь, ни выстрелить. А заодно некоторые металлургические технологии, ещё что-то. К счастью, такая наука как химия в этом мире развита вообще не была, лишь алхимия, которая с химией в один сортир даже не заходила. И пришлые обучать кого-то кроме себя химии не собирались, засекретив её тоже. А химия - это что? Химия - это синтетический каучук, что татары на нефтепромыслах делают, который покрышки и прокладки, сальники и изоляция для проводов.
  
  Ошибиться нельзя. Аборигены от нас отличаются. Чем - непонятно: немного чертами лица, немного разрезом глаз. А самое главное - у аборигенов видны племенные признаки в лицах, чего у нас почти не наблюдается. Мы смешивались, а они - почти нет. Человека из Вираца, или нордлинга, или харазца, да кого угодно, легко определить сразу. Вот и убитые были все с Лесного хребта - сразу понятно по тёмно-русым волосам, курносым носам и узким лицам. А этот, который передо мной стоит - он из наших, из пришлых.
  
  Убежище - никем не охраняемое укрепление, построенное в пустынном месте, на дороге, где нет постоялых дворов. Возведение схронов - обязанность местных феодалов, некоторых монастырей и городских общин. Чаще всего это нечто вроде конюшни на первом этаже, с башней на ней. Смысл в том, что путешественники могут запереться внутри и переждать ночь. Главное - проверить, когда заселяешься, не поселился ли там кто-то до тебя.
  
  Постоялые дворы, скрывшиеся за могучими частоколами, оберегаемые заклятиями, принимали путников и укрывали их до рассвета. Хутора за такими же оградами берегли сами себя. Редко, когда на хуторе селилась одна семья - обычно несколько. А ещё чаще крестьяне жили в деревнях, в которых защититься было проще.
  Ночь не принадлежала людям. И не только людям. Каждый из разумных мог чувствовать себя в безопасности лишь там, где живут иные разумные. А огромные, погружённые во мрак пространства становились всякой разумной жизни враждебны. Вне городов или сёл рисковали пребывать, да и то вынужденно, только такие авантюристы, как мы: охотники, военные разведчики, ну и разбойники - не без того. Такая здесь была жизнь - разумные расы властвовали только до захода солнца.
  
  Это мы двести лет назад из старого мира сюда провалились, а тут Средневековье глухое в самом разгаре. Вот и получился такой загадочный гибрид дикости с технологиями, зовущийся Великоречьем. Могу поспорить, что за Граничными хребтами, за Дурными болотами люди так и продолжают жить, как жили двести, триста, пятьсот и тысячу лет назад. К тому же, как заметили учёные из пришлых, общества, владеющие магией, не так остро нуждаются в техническом прогрессе. Если бы не возникли Новые государства здесь, то, скорее всего, никакого прогресса ни в чём, кроме самой магии, мы бы и не наблюдали.
  Появление же пришлых ударило именно по магии и лицам, ею владеющим, сиречь - колдунам и магам. Если в прошлом хорошо обученная герцогская дружина, подкреплённая парой-тройкой таких магов, была уязвима лишь для такой же дружины, то, с тех пор как этот мир узнал, что такое артиллерийский и миномётный огонь с закрытых позиций, ценность боевой магии резко снизилась. Да и хороший стрелок из винтовки мог уже конкурировать с магом с расстояния эдак метров пятьсот, что выходило за предел воздействия атакующего боевого волшебства. Поэтому в последние века боевая магия свелась к обороне и использовалась как средство обнаружения противника. А также как средство борьбы с аналогичной активностью неприятеля. Не больше и не меньше.
  Отсюда пошло снижение "удельного веса" магов и волшебников при дворах местных правителей. Если раньше они чуть ли не правили, прикрываясь местными феодалами, то после прихода нас в этот мир ситуация изменилась. Сеньоры и суверены пожелали править своими землями самостоятельно, без капризных персонажей в мантиях за спиной. Более того, даже возникло несколько групп наёмников, в основном смешанного "пришло-аборигенского" состава, которые "принимали заказы" на особо мешающих "повелителей Силы". И успешно, вследствие чего оставшиеся в живых глубоко задумались - стоит ли настолько вступать в конфликт с владыками земными? Может быть, лучше мирно сосуществовать, чуть поступившись амбициями?
  Некоторые волшебники и маги из аборигенов предпочли объединиться с новой силой, достаточно вспомнить учителя Маши - Валера. И не прогадали, если по большому счёту. Некоторые перебрались на жительство в Новые государства не только потому, что те были сильнее, но и потому, что нравы в них были в чём-то проще, терпимей, а в чем-то и условия проживания лучше. В той же гигиене и санитарии, например. Ватерклозет для тутошнего населения, например, был величайшим из откровений. И тот же душ. В результате мы получили в качестве резидента города Великореченска молодую колдунью-аристократку Велиссу вер-Бран, вполне освоившуюся среди пришлых эмансипе из местной аристократии, предпочитавшую миленький коттедж в Великореченске родовому замку.
  
   "Час нечисти" - время суток, когда темнота становится настолько густой, что чувствует свободу та нечисть, которая не выдерживает дневного света. Время наступления меняется ежедневно, с солнечным циклом, и в каждом городе определяется чаще всего несложным колдовским амулетом, устанавливаемым у городских ворот. Обычно реакция этого амулета и служит сигналом к закрытию.
  
  К тому же Пересечение миров раздробило весь мир на изрядно изолированные друг от друга куски. Что вдоль рек - с тем оказалось проще. По реке и связь между землями. А вот то, что от реки в сторону, так или горы, или Дурное болото везде. Неудобно торговать, сплошные объезды, чреватые нападением всякой дряни, неудобно править, неудобно налоги собирать. Вот и распространили пришлые свое влияние вдоль русла Великой от самого верха до самого устья, да еще на Южные острова, но не больше. Все прибрежные государства вроде бы независимыми остались, но влияние пришлых в них сильно, очень сильно. Те просто данниками стали, дают товар, солдат в "сипаи". А чем дальше от Великой - тем меньше влияния. Там уже своим умом и своими нравами живут. И нравы подчас совсем не цивилизованные. И многие не против жить разбоем, или, скажем, попытками облагать налогами торговые пути, эдакие классические "бароны-разбойники". Впрочем, такие они и есть, даром что их дружины сменили копья на трехлинейки или карабины "маузер".
  И именно такие захолустные разбойничьи княжества не стеснялись устраивать налеты на земли пришлых, и зависимые от них государства. Именно в таких местах трофеи были самыми жирными, а риск... ну какой разбой без риска? Тем более, что смерть в средних веках понятие очень обыденное, ей никого не удивишь. Постоянные войны, антисанитария, нападения банд. И это невзирая на то, что медицина здесь куда сильней, чем в "старом мире", потому как магическая. Средний деревенский знахарь сто очков форы даст академику из Старого мира, если книгам верить.
  И ведь это еще не все. Пусть лечат здесь лучше, но чего в Старом мире не было и в помине - всей этой нечисти. Здесь за городские ворота после наступления тьмы если выходить, так только большим отрядом, вооружившись до зубов. И от нечисти с чудовищами люди гибнут часто, смерть обыденна. Зачем такие зверские казни? Да затем, что обычной смертью аборигенов не напугаешь, они с ней все время в обнимку ходят. Вот и приходится пугать властителям своих подданных нечеловеческими муками.
  
  Южное Армирское герцогство традиционно считается самым "артистическим" в Великоречье. Говорят, из-за изрядной примеси эльфийской крови у местных жителей, которые в основном тонкокостны, легки, улыбчивы, любители попеть и потанцевать. Производят отличное вино и самых ветреных женщин.
  
  Уже давно сложилась мнение о бесполезности боевой магии - ружья и пушки бьют дальше, и они мощнее. Но похоже у Дальтезе и на этот счёт собственное мнение.
  и производственной магии А ремесленник, даже владея магией, уступает станку.
  
  Невольничий рынок, даже маленький - это нечто. Ещё на подступах накатывает концентрированный запах немытых тел. Это даже не вонь, в первый момент зажимаешь нос и дышишь ртом. Когда это разбавилось запахами экскрементов и мочи, стало даже легче - воняет известным
  Я уже видел обиталища рабов, мало чем отличающиеся от клеток в зоопарке.
  
  богини Арру, главной и единственной покровительницы магии, существа света, купающегося в потоке чистой Силы. Магические лавки и храмы этой богини всегда располагались рядом.
  
  Пламя Смерти обжигает, несмотря на свою мертвенную холодность, оно беспощадно, оно неотвратимо, как сама смерть. Ожоги от него не лечатся магически, а площадь ожога более десяти процентов может стоить жизни. Особенно если это жизнь друида.
  
  Утром, после обильного завтрака Эрлих повёл нас на почтовую станцию знакомиться со страшным зверем "дилижанс".
  Банк же ускорит подъём баронства, многие идеи тормозятся нехваткой денег.
  
  Я же с трудом следил за переговорами, убирая её ручки то из штанов, то с затылка, то из-под рубашки. А уж её губки постоянно лезли мне в глаза и уши, предлагая прекратить эти глупости (переговоры) и заняться делом. С трудом удалось её угомонить, но я видел - это ненадолго
  Он послушно поворачивается, направляемый уколами кинжалов.
  Пленные болотники дробят камень для дорог. Старых, построенных до Пересечения Миров, было немного и почти все они порушились. Либо оказались ведущими не туда. Почти сто лет после Пересечения здесь царил великий передел пирога - новоявленные герцоги и графы, вместе с баронами защищали свои земли от тварей, хищников, армий разбойников, а нередко и от соседей. И далеко не всегда успешно. Лишь, когда эти государства, поначалу крохотные и слабые, устоялись, тогда и началось строительство дорог.
  Это не автострады, технология их строительства несложная. Сначала срезают верхний слой почвы до плотной земли, затем насыпают смесь крупного щебня с песком. Эту насыпь обкатывают тяжёлыми колёсами и выравнивают. А затем поливают густой смолой, похожей на битум. Смолу добывают в холмах и топят, получая вязкую жидкость. А щебень - обычный камень, раздробленный молотом. Это самая трудоёмкая работа, на которую ставят рабов, пленных и преступников. А всё остальное делают обученные работники в специальных артелях. Такую дорогу раз в год подправляют - подсыпают щебень и песок, подравнивают, а главное - заново заливают битумом.
  До нашествия птиц в графстве такие дороги соединяли основные города. Но после их не поддерживали и уцелели лишь отдельные кусочки. А этой осенью работы возобновились - многие крестьяне, убрав урожай занялись дорогами, зерно надо отвезти на продажу. Когда мы с Янисом пообещали платить за работу, то набежал народец из Малых холмов. Болотники их неплохо пограбили, да и урожай был так-сяк, а тут твёрдый заработок. Кормёжка бесплатная, а за сданный участок - деньги.
  Вот с кем хорошо, не поучает, не командует, а так между делом ненавязчиво советует. Например, насчёт неё и ребёнка. Она домоуправительница в богатом, хорошо организованном поместье. Здесь хватает обученных слуг, есть надёжная охрана и есть всё необходимое в хозяйстве. Поэтому я могу не беспокоиться, тем более есть Илона, всегда готовая помочь. Понятно, я огородил большой участок на краю деревни, архитектор из Майдора спроектировал дом и хозяйственные постройки, и получилось поместье, где всё под рукой. А репутация у меня и Велии такова, что все распоряжения выполняются бегом и добросовестно.
  Мягко говоря, он не произвёл на меня впечатления. Чистая, но застиранная и много раз чиненная одежда, дешевая тряпичная обувь, а на дворе уже осень. Главное же, его глаза. Они ещё не потухли, но надлом чувствуется. Айям молча подошёл к столу, вытащил из холщовой сумки несколько альбомов и протянул один мне. Я спешил уйти и полюбоваться Шейлой, но придётся потратить на него немного времени. Открываю альбом, там небольшие пластинки, размером с игральную карту, а на них портреты. Янис - умный проницательный взгляд, грустный и добрый. Сибас - усталый, но через силу тянущий свой воз. Я - жёсткий, решительный взгляд, но человек в этом мире посторонний. Мейса, Аргело, бургомистр Майдора, советники и другие влиятельные люди.
  Открываю другой альбом - бароны-болотники, их сыновья, советники и командиры. Третий - вассальные бароны, их "дворянские гнёзда". Блестящее портретное сходство и полная характеристика. Просматриваю ещё раз Бааншерла и Банигёрла. Эти портретики - основа к детальному психологическому портрету и реальным действиям. Вопрос - что делать с мастером?
  Я знаю многих неплохих людей, которые на моём месте приказали бы отрубить ему голову и уничтожить все материалы. И были бы по-своему правы. Но я так не могу. И ещё. Великоречье - не Земля, здесь мало кто сумеет использовать эти картинки. И все они в новых княжествах, т. е. далеко. Ещё раз просчитываю варианты, надо обезопасить себя и использовать его в дальнейшем. Протягиваю портрет Мьяне и мысленно, - что ты скажешь?
  Также мысленно в ответ, - это ты по картинке можешь прочесть человека. И я, а больше никто.
  Успокоила, но буду проверять. - Сколько ты за эти альбомы хочешь?
  Не знает, сколько запросить. Понимает - они стоят дорого, но обжигался и не получал ничего.
  - А сколько ты готов заплатить?
  Понимаю, как согласие продать за мою цену.
  Школы в графстве и других государствах есть, но частные.
  Мне тело дивной властью
  Астарта облекла:
  Сжигают бёдра страстью
  А грудь как снег бела!
  Золотокудрой Евы
  И Сатаны я дочь.
  В рай попадёте все вы,
  Со мной проведши ночь.
  Я буду страстной, нежной,
  Холодной, жгучей, злой
  И ласково-небрежной -
  Как хочешь, милый мой!
  Ш. де Костер. Легенда об Уленшпигеле
   Не хочет, но достаёт, меня не любят, зато боятся. Ранее, думаю, он разбойничал, но был не атаманом, хотя и не рядовым.
Оценка: 8.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга вторая"(Уся (Wuxia)) Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) А.Григорьев "Проклятый.Начало пути"(Боевое фэнтези) Т.Сергей "Эра подземелий 4"(Уся (Wuxia)) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик) А.Ефремов "История Бессмертного-2 Мертвые земли"(ЛитРПГ) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика) К.Корр "Бестия в академии Ангелов"(Любовное фэнтези) В.Касс "Избранница Архимага"(Любовное фэнтези) А.Ефремов "История Бессмертного-4. Конец эпохи"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"