Nik Alex: другие произведения.

Принц Дарий

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 5.30*30  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Быть принцем гораздо лучше, чем не быть.Но как это сложно... Полную версию книги вы можете найти здесь http://zelluloza.ru/register/5185/


  
   Alex Nik

Принц Дарий

   Дарий - принц десяти лет отроду, хотя выглядит несколько старше из-за редко покидающей его прекрасное юное личико серьезности, граничащей с суровостью. Худощав, высок, хорошо сложен. Отчасти замкнут, характер нордический в папу, очень умен, хитер, жесток, обладает нечеловеческой тягой к знаниям и в силу этого разносторонне развит. Прочел почти все книги, хранящиеся в придворной библиотеке, за исключением поэзии и художественной прозы, поскольку считал их абсолютно бесполезными, ведь они не имеют ничего общего с главным увлечением его жизни - химией, а именно той ее части, что отвечает за создание разного рода ядов.
   Кор - император-завоеватель сорока семи лет. Хорош собой, обладает могучим телосложением, недюжинной силой и зычным голосом. Умен, вспыльчив, но быстро отходит. Старается держать под контролем всех и все происходящее в империи, что, надо сказать, благодаря хорошей организации у него почти всегда получается за одним малюсеньким исключением - он никак не может контролировать и влиять на своего собственного сына.
   Варая - любовница императора и главная врачевательница империи. Очень красива и при этом умна. Несмотря на свое положение в обществе, продолжает заниматься изучением анатомии и болезней и придумывать новые методы их лечения, за что снискала уважение и почет в разных слоях общества. Благодаря всему этому по праву занимает свое место среди элиты и имеет разного рода рычаги влияния на любого жителя империи без исключений.
   Менис - канцлер империи. Длинный жилистый человек с малоприятным лицом крысы-переростка. Прекрасный политик и опытный управленец. Пользуется безграничным доверием императора и служит ему опорой во всех начинаниях. Всегда в курсе всего, что происходит во дворце и за его пределами. Всегда готов доложить об этом императору.
   Ботос - глава тайной канцелярии. Очень незаурядный и яркий человек совсем не яркой внешности. Вместе с Менисом является, по обстоятельствам, либо правой, либо левой рукой императора.
   Лис - главный телохранитель Ботоса. Очень хитрый и осторожный, умный и крайне опасный. Лучший убийца империи.
   Ветер - гвардеец, прекрасный воин, в прошлом первоклассный истребитель врагов империи в целом и самого императора. Очень ловок и не в меру азартен. Всем известно, что если где-то что-то приключилось и запахло жареным, то он там был.
   Громила - один из самых лучших гвардейцев. Снискал славу из-за своей невероятной силы и мощи. Благодаря ему имперское воинство не раз одерживало блестящие победы. Но как говорится, если где-то много прибыло, то в другом месте что-то точно убыло. Убыло у него, к сожалению, в голове. О его сообразительности ходили легенды, правда, еще никто не осмелился повторить одну из них ему в лицо. Лучший друг Ветра. Вдвоем они могут свернуть горы, прекрасно друг друга дополняют и безгранично доверяют.
   Молчун - гроза всех врагов церкви. Очень умен, опасен, скрытен, довел свое умение бесшумно передвигаться, маскироваться и всегда оказываться в нужном месте в нужное время до совершенства.
   Длинный - гений сыска и тайных операций. Соображает быстро и по существу. Отличный организатор и исполнитель. Знает все и обо всех. Лучше не попадать в поле его зрения, ведь за каждым водятся грешки, а от него их не скрыть. В его архивах сотни томов разного рода компромата и малоприятных историй о каждом жителе империи.
Жутос - епископ. Мерзкий и скользкий тип со свинячьей фигурой. Никогда не знаешь, чего от него ожидать. С достоверностью можно сказать только одно - ничего хорошего. Улыбка никогда не посещает его лицо, а глаза всегда и на всех смотрят с подозрением и недовольством.
  
  

Глава 1

Рождение

  
   Мое укрытие за непролазным кустом дикой розы было идеальным. Темная ночь и гроза скрывают меня от посторонних глаз, а поляна в дворцовом саду, как на ладони.
   Черт, эта никчемная белка не слезает со старого разлапистого дуба почти три часа, а гроза все набирает и набирает силу. Не хватает еще подцепить простуду! Ну что еще этой рыжей надо? Прямо под ней, у самых корней дуба, лежит столько вкусностей, что, даже если бы она не умирала от голода, ее животная жадность должна была давно победить все страхи. Ага, вот она! Главное - не промахнуться. Кинжал заточен очень остро, и при малейшем касании шкурка будет повреждена, а утром полученный новый яд такой силы, что сил у зверька вряд ли хватит добраться до ближайшей ветки. Так, медленно размахнуться, чтобы замах не спугнул эту глупую бестию, задержать дыхание, прицелиться и тихонько помолиться, на всякий случай, Святому ветру, чтобы охота прошла удачно. Все, пора.
   Резкий взмах руки, и кинжал, сверкнув лезвием, беззвучно полетел в сторону белки. Бросок был точен, и глупая белка умерла, даже не успев понять, что с ней произошло, что не могло не порадовать охотника. Вытащив кинжал из тушки, принц Дарий аккуратно и тщательно вытер его от крови и спрятал в ножны. Дрожащими от нетерпения руками он поднял свой трофей и убедился, что добыча не сильно пострадала. Теперь осталось только добраться до лаборатории, и он, наконец-то, сможет узнать, что же есть внутри этой маленькой бестии такого, что она может так быстро и проворно двигаться, легко перелетая с ветки на ветку. Занятый этими мыслями, принц повернулся и сделал первый шаг в сторону дворца, но тут... Яркая молния и сильнейшая боль были последним, что он успел почувствовать. Оглушительного грома он уже не услышал.
  
   Император Кор сидел в массивном кресле и медленно потягивал свое любимое красное Ливадийское вино из дворцового погреба. Свет от пламени в камине растворялся в бокале благородного напитка и как будто пытался попробовать на вкус его содержимое всеми своими язычками. К тому же мерный звук дождя за окнами напоминал императору одну из старых и давно забытых колыбельных, которую в детстве в такую непогоду пела ему кормилица. Все это убаюкивало императора, и, скорее всего, он бы и задремал. Но в планы длинного жилистого человека с лицом крысы-переростка, сидящего напротив него, это точно не входило. Великий канцлер Ливадии и бла-бла-бла еще чего-то там был напряжен и недвусмысленно ждал момента, чтобы начать разговор о чем-то очень не приятном.
   - Давай, Менис, не тяни! Что такого важного и нетерпящего до утра ты мне хотел сказать, что посмел вытянуть меня из постели королевы, в которой я, даже страшно себе представить, не был уже девять месяцев?!
   - Кор, ты должен радоваться, что я вытащил тебя из этой постели. По своей воле ты вряд ли бы вообще туда залез, и не стоит забывать, что будущая королева и ее знатный род очень расстарались, чтобы ты ее не миновал. Так что не возмущайся. А что касается разговора, то приготовься к плохому, вернее, к очень плохому. Ты, наверное, уже догадался, о чем будет речь?
   - Дарий?
   - Да. Его поведение перешло все мыслимые и немыслимые границы. Еще девять месяцев назад, несмотря на все свои выкрутасы, он был душечкой в сравнении с тем, что творит последние полгода.
   - Какая душечка?!! - мощный рык императора, казалось, заглушил грозу. - Когда я в прошлый раз покидал столицу, все придворные, кроме матери и некоторых из ее родни, настоятельно просили казнить Дария за все те ужасы и страдания, которые они пережили по его милости. Кто-то даже предлагал мне, его отцу, подстроить ему несчастный случай, чтобы, избавившись от него, избежать возможных беспорядков из-за казни единственного наследника престола. Ради своих опытов он отравил добрую половину животных, находящихся во дворце, постоянно ставил смертельно опасные ловушки на чем-то не приглянувшихся ему людей, независимо от их положения в обществе, и только Святой ветер уберег их от нежданной встречи со своими праотцами. Чего только стоят его отравленные иглы и заусенцы в самых неожиданных местах?! Они заставляют всех местных обитателей и моих гостей передвигаться по дворцу чуть ли не в латах! Наши модельеры выпустили новую, т.е. уже не первую, коллекцию кольчужных перчаток!!!
   - Но, Кор, посуди сам: Дария ни разу не поймали. Это факт. И он ни разу ни в чем не признался, и яда у него не нашли. Не говоря уже о том, что смерть Графа Дера и барона Пируса тебе очень помогли.
   -Ты прав, конечно, но ведь ему всего десять лет! А когда я уезжал, то взял с него честное слово, что он прекратит ставить свои ловушки, где попало, и ради забавы использовать яды. А ты прекрасно знаешь, что Дар всегда держал свое слово. Всегда.
   - Он сдержал свое слово, Кор, но теперь он творит вещи намного страшнее. Раньше придворные при его появлении просто дрожали от страха и внимательно следили за его руками, теперь же они, завидев его, просто разбегаются врассыпную.
   - Ну и что же он теперь такого страшного придумал? Сколько трупов набралось за эти девять месяцев?
   - Ну не совсем трупов...
   - Это как? Договаривай, Менис. Как трупы могут быть не совсем трупами?
   - Он не убивает людей, он...
   - Уффф, ну раз нет трупов, чего ты мне голову морочишь? Я...
   - Помолчи, Кор, и дай мне договорить. Дарий не убивал людей. Пока не убивал. Но, судя по тому, чем он сейчас занят, скоро весь дворец будет по колено в крови.
   - А чем он занят? Давай не тяни. Говори. Мое терпение уже на пределе! - голос императора неприятно задрожал.
   - Он тренируется на животных, Кор. Он вылавливает все, что движется в пределах дворца, тащит к себе в башню и потрошит.
   - Ну, Менис, может, он к охоте готовится. Я ему сам лично обещал взять его с собой на лису. Пока, правда, не сложилось, но...
   -Кор, - шипение Мениса было похоже на шипение ну очень ядовитой и опасной змеи. - Он не просто потрошит. Я собственными глазами видел, что он творит со своими уловами. Он буквально по кусочку разрезает каждое животное. Слуги боятся ходить рядом с его башней. Все считают, что людей он тоже уже убивал, просто удачно замел следы, как всегда. И тебе теперь придется поговорить с ним очень серьезно. У тебя нет другого выбора. Или ты успокаиваешь сына, или ты отправляешь его в монастырь. Других вариантов нет. Ну не казнить же его, в самом-то деле!
   - Какой монастырь, Менис? Он единственный наследник! Ты хочешь, чтобы я оставил всю империю родичам жены? Ты сума сошел?!!
   - Это ты сума сошел, Кор! Если Дарий не угомонится, то рано или поздно, когда терпению людей придет конец, он просто будет разорван разъяренной толпой дворян и слуг. Кстати, ты и сам при этом можешь попасться им под горячую руку.
   -У меня сильная охрана и первоклассные воины, Менис! Они....
   -Когда же ты, наконец, меня услышишь и поймешь?! Они даже пальцем не шевельнут, когда это начнется. Я тебя предупредил, теперь думай сам. Но делай это быстрее, ведь лезвие меча, по-моему, уже не просто у твоей шеи, оно порезало кожу и порезало, по-моему, достаточно глубоко, чтобы ты, наконец, проснулся.
   Громкий топот ног в коридоре и неясный шум отвлекли двух друзей от этого неприятного им обоим разговора. Медленно втянувшийся в помещение один из Теней тайной службы в испуге и нерешительности застыл перед вершителями империи, ожидая разрешения открыть рот для доклада.
   - Ну?! - Кор раздраженно посмотрел в его сторону.
   -Император, Ваш сын на грани жизни и смерти.
   -Кто посмел? Убью-ю-ю-ю!!! - Рев императора смел Тень метра на три в сторону и погасил свечи в зале.
   - Святой ветер! Мой император! - только и смог выдавить из себя несчастный.
  
   Сознание вернулось в тело принца, как солнце встает в горах Таруха, быстро и без всякого предупреждения.
   Память пыталась подсказать, что с ним приключилось, но кроме белки и боли ничего не припоминалось. Странно, я никогда не жаловался на память. Она, как говорил мой учитель точных наук, была совершенна. Значит, придется снова прибегнуть к помощи правила шкафа.
   Это давно стало его любимым развлечением, которое он придумал года три назад, когда его насильно заперли на неделю в комнате, в которой не было ничего, кроме шкафа и кровати. Он придумывал себе проблему и, прежде чем ее решить, собирал все доказательства, доводы и противоречия в мысленные ящики шкафа. И пока был пуст хотя бы один, пусть даже самый маленький ящичек, не пытался делать выводы и подводить итоги в поисках решения, зная, что не учел или пропустил что-то важное. Впоследствии ему это очень пригодилось при разработке многоходовых операций.
   Ну-с, с чего начнем? Итак, где я? Судя по тому, что мне совсем не холодно, я в каком-то помещении. Хорошо. Дальше. Рук, ног я не чувствую - это очень плохо. Похоже, мне сломали хребет. Кто же это до меня добрался? Стоп! А почему я не могу открыть глаза? А они у меня вообще есть? Хм... Тоже вопрос вопросов. Продолжим. А почему ничего не слышно? Почему такая тишина кругом? Неужели я в аду? Попал я, похоже, сильно, хотя, как говорил Епископ, меня в ад не возьмут. Святому ветру я и там все испорчу. Но в аду должен быть ужасный ветер, или святоши врут? Ладно, попробуем прислушаться еще раз. Кажется, теперь я слышу какие-то голоса. Интересно, это голоса грешников, или я все-таки еще во дворце? Лучше бы грешники, потому что во дворце мне со сломанным хребтом делать нечего. Самое лучшее, что там со мной сделают, это отравят, потому что вся эта дворцовая тусовка не упустит возможности отомстить мне за те фокусы, что я с ними проделывал.
   Стоп! А почему у меня не вызывает никаких чувств эта поганая, лживая толпа отцовых лизоблюдов? Почему мне не хочется их убить? Почему я спокойно обсуждаю их и при этом не слышу скрежета своих зубов? Это ненормально! Это не я. Святой ветер, вразуми свое дитя. Что со мной? Зачем ты сотворил это со мной? Для каких-то своих целей или от скуки?
   - Варая, когда он придет в себя?
   Стоп. Отцовский голос я ни с каким другим не перепутаю, а значит, все-таки хребет сломали. Да-а-а-а-а, шкафчик можно больше не заполнять, хотя самый верхний его ящик все еще остается пустым. Все равно толку от него больше нет. Неплохо было бы послушать, что обо мне думают и говорят, пока считают меня временно выпавшим из гнезда сознания, может, и нарою что-то душесогревающее для приятной смерти. Почему же мне так хочется улыбнуться? Я вроде умирать собрался, а мне совсем не страшно. Да-а-а-а, похоже, мне, когда били по хребту, еще и голову задели, и, судя по невесть откуда взявшемуся желанию постоянно держать на лице гримасу удовольствия и счастья, весьма прилично. Ладно, все, хватит причитать. Давайте, мои ушки, слушайте внимательно, что скажет о произошедшем со мной и моих перспективах лучшая лекарка империи Варая, а вдруг....
   - Варая, когда он придет в себя?
   Император, как всегда, влетел в помещение на полной скорости и, прежде чем кто-то из консилиума из трех лучших знахарей империи успел открыть рот, чтобы ему ответить, уже сидел возле сына и смотрел на них взглядом человека, который готов услышать правду, даже если она его не обрадует. Но они, все равно, очень сомневались, что после вынесения своего вердикта покинут дворец на своих ногах. Вероятность, хоть и маленькая, того, что их могут и вынести, и дай Святой ветер, чтобы головой вперед, а не ногами, все же существовала.
   -Все вон, - тихий голос Вараи услышали все находящиеся в комнате.
   Двое знахарей начали степенно удаляться из комнаты, мысленно благодаря ее за свое спасение. Вслед за ними также плавно и тихо к выходу потекли Тени - охрана императора. Нельзя было не заметить, что плавность их походки и скорость движения в разы возрастала на выходе, порог комнаты преодолевался ими в затяжном прыжке газели, из последних сил старающейся оторваться от неумолимо догоняющих ее львов. Даже сам император чуть было не тронулся вслед за ними, но вовремя спохватился и успел сделать вид, что просто наклонился к сыну.
   - Итак, - тихие шаги Вараи по комнате, а особенно какое-то зловещее выражение ее красивого лица не предвещали ничего доброго, - мой император, у меня для Вас есть хорошая новость, а за ней полная неизвестность. Пожалуй, начну с хорошей. Как Вы знаете, Вашего сына покарал Святой ветер, поразив его молнией, но он не убил и даже не покалечил его, а даже наоборот, дал ему своего рода перерождение. Наверное, на то у него были свои причины, и нам остается только догадываться, какие именно.
   - Варая, что за чушь? Какой Святой ветер? Что за чепуха? Зачем ему мой сын? Какое перерождение? Я...
   -Кор, рот закрой! Да, я твоя любовница, но это совсем не значит, что я дура. Ты знаешь хоть одного человека, который после удара молнии остался бы в живых?
   -Ну, вроде нет, а что?
   -А то, что теперь ты, благодаря этому случаю, можешь полностью очистить Дария ото всех его бывших прегрешений, да к тому же объявить его чуть ли не святым!
   - А храмовники?
   - А ты к ним Ботоса пошли с радостной вестью! Хм...
   - Глава тайной канцелярии на побегушках у императора к храмовникам? Бред.
   - Значит, гонять его за вином в подвал - это нормально, и загонять потом бедную свинью в тронном зале собаками - это нормально, а....
   - Все понял. Все сделаю. Ботос будет очень рад прищемить яйца Епископу. Но я что-то не совсем понял, что там с неизвестностью?
   - Он скоро придет в себя, но будет ли он прежним Дарием, я не знаю.
   - То есть? Ты боишься, что он станет другим, что его характер станет лучше? Так радоваться же надо.
   -Идиот! Прости, Святой ветер! Кор, я этого не боюсь! Я боюсь, что будет еще хуже!!!
   -Куда еще хуже, Варая? Не смеши меня! Дальше уже некуда. Я уже решил, что отправлю его в монастырь. Давай сделаем так: как только он придет в себя, ты вызовешь меня, и я с ним переговорю. И если посчитаю, что улучшений нет, он тут же отправится в монастырь.
   - Но он будет очень слаб, он...
   - Варая, мне все равно, что с ним потом будет. Для меня он будет уже мертв. Все, закончили разговор. Я жду от тебя посланника.
  
   Звук удаляющихся шагов подсказал мне, что отец вышел из комнаты. По-моему, последний ящик шкафа полный, впрочем как и крыша шкафа тоже. Мое поведение нужно в корне менять, я в монастырь не хочу. Мне всего десять лет. Что я там делать буду, черт побери? Стоп, во-первых, я уже изменился, но, во-вторых, я пока и сам не знаю как. Хм, глупо конечно, но я рад этому. Мне очень интересно узнать, кем же я стал, если, как сказал отец, хуже дальше некуда?! А если лучше, то насколько? Решено, буду вести себя хорошо, чтобы не загреметь в монастырь. Тумана в мыслях резко прибавилось, и я понял, что скоро должен отключиться. По-моему, я как-то рановато пришел в себя и начал так напрягать мозг. Ну и ладно. Когда приду в себя, обязательно буду вести себя хорошо. Главное - не забыть отца спросить о том, что значит вести себя хорошо.
  
   Император скучал. Даже более того, он очень скучал по той жизни, когда был еще совсем молод, полон сил и надежд, когда ему еще не было и двадцати пяти лет. А теперь что? Проблемы, одни проблемы. Как же хочется, чтобы жизнь не неслась вскачь и сделала хотя бы маленькую передышку.
   Мысли о предстоящей войне на севере проливались чудодейственным бальзамом на его измученное сердце. Кровь, вопли умирающих врагов и такая долгожданная победа! Звучит завораживающе. Но проблемы с Дарием перечеркивали все и делали бессмысленной эту войну. Раньше он никогда не задумывался о том, что будет с империей после него. Смешно размышлять об этом, когда всем хорошо известно, что никто из императоров раньше не доживал и до сорока пяти лет. Их убивали, травили, вешали, а, главное, предавали всегда. Это закон. Закон, который никогда не нарушался в Ливадии. Но Кор перешагнул этот предел: сорок семь - это звучит! Звучит для кого и звучит как? Точно можно утверждать лишь одно, что уже как минимум пару лет многие готовятся к смерти, к смерти императора. Странно, но сам уход в иной мир и встреча со Святым ветром не страшили его. Главным ему сейчас казалось - оставить после себя то величие, которое он воздвиг силой своего меча и своей хитростью, а может и везучести. Но Дарий своим неподобающим поведением перечеркивал все его планы. Вернее, он все перевернул с ног на голову. Его поступки были за гранью, за гранью разума, понимания и порядка. Если он заползет на трон империи, империя станет или самой великой, или ее не станет вообще. Предстоящий разговор с ним страшил императора. Распознать безумие своего сына раньше было легко, но после того, что с ним недавно произошло, вполне можно было ошибиться. Но ошибиться сейчас значило склонить чашу весов или в сторону прекращения его рода, или в сторону смерти всей империи. Как же Кору сейчас хотелось спросить совета у своих верных друзей. Менис - лучший инквизитор его души, а Ботос - его темная сторона, именно он с самой юности всегда участвовал во всех его делах и проказах и делил с ним всю ответственность за это. Но теперь они самоустранились. Решение он должен принимать сам . Кровь императора должна сама пробить себе дорогу. Они правы, конечно, но уверенности в правильности происходящего у Кора все равно нет, ведь цена ошибки слишком высока. Дарий стал его проклятием, которому суждено сбыться. Кровь императоров умрет, если нарушатся устои власти. Но и цена этой самой власти - это страх, кровь, смерть и предательство. Других способов ее подержания и удержания, к сожалению, не придумали.
   Такие невеселые мысли были в голове у императора, пока он ждал вестей от Вараи. Он так и не смог хоть как-то заранее определиться, как он будет разговаривать с сыном, как будет определять степень его вменяемости из-за произошедшего, как будет его убеждать, если тот начнет сопротивляться. Вконец измучив себя размышлениями и загнав в тупик, Кор решил помолиться Святому ветру, помощь которого просил крайне редко, потому что всегда был уверен в своих собственных силах. И они его не подводили, но сегодня был совсем иной случай.
  
   Я ждал отца. Уже прошло более часа с тех пор, как гонец убежал к великому императору. Отец никогда не задерживался так надолго, не любил опаздывать и заставлять себя ждать.А сейчас даже его собственный сын уже святой, как выразился гонец прежде, чем убежать выполнять поручение, должен был ждать отцовского решения. Смешно, но после пробуждения боязни самого разговора уже не было, было опасение, что отец не поймет его страхов и не простит ошибок.
   Грохот открывшейся настежь двери мог возвещать только об одном - пришел его величество император. Только отец мог так врываться в помещение, что сильное вздрагивание и некоторое заикание присутствующих считалось удобоваримой реакцией.
   Если бы не подслушанный вчерашним вечером разговор, можно было бы подумать, что меня ждет очередной отцовский разнос. Безразличное лицо и чуть поблескивающие глаза были явным признаком разноса, но.... Может, мне вчера все это привиделось в бреду, или он передумал...
   - Дар, мне нужно с тобой серьезно поговорить, - голос его выдал.
   Все-таки не привиделось, а я так надеялся, что он... Хватит мечтать, пора брать свою жизнь под свой контроль, а не под контроль моих безумных выходок и мечтаний. Вот это я завернул! По-моему, эта молния все-таки точно что-то попортила в мозгах. Так разумно, а главное, правильно я никогда не думал. Так, давай же обрадуем папочку, показав, каким его сынуля стал хорошим. Главное - не переборщить, а то чего доброго заподозрит, что я так и не вернулся в гнездо сознания или умом тронулся. А до белки я все равно доберусь, зараза прыгучая.
   - О чем, отец?
   - О твоей будущей жизни, Дар, а может, и смерти, - отец вздохнул, почесал зачем-то ухо, а не нос, как он обычно делал, когда сильно волновался, и продолжил, - твое поведение в прошлом и должно в этом прошлом остаться. Ты должен вести себя, как наследник престола, а не как желтый медведь, объевшийся первой весенней травы. Ты стал опасен не только для твоих врагов, но и для твоих друзей...
   -Но у меня не было никогда друзей, отец. Я престолонаследник, и этим все сказано. Кроме лизоблюдства и попыток использовать меня в своих целях я ничего не жду от твоего двора. Да ты и сам никогда не скрывал, что ненавидишь и не доверяешь им. Ты проводишь по девять-десять месяцев в году в разъездах и войнах по этой причине, но я не могу так, как ты. Я совсем на тебя непохож, но вынужден жить совсем не той жизнью, о которой я мечтал. Мне приходится учиться всем тем занудствам, которые называются этикетом, ораторством, географией, историей родов империи, математикой. Хотя нет, математика мне все же нравится. Но это не меняет суть, я узник... Ладно, мы сейчас не об этом. Так как именно ты предлагаешь мне заиметь друзей, отец, то может купишь их мне на рынке, на котором, кстати, я ни разу не был? Как вечно твердит мой учитель истории: "Это опасно для вас, принц Дарий!" Или, может, вместе попросим Святого Ветра о милости, или....
   - Хватит, Дарий, я тебя понял. Странно, что раньше я никогда не задумывался об этом. Давай сделаем так: ты же всегда любил просчитывать свои ходы на пять шагов вперед, так вот и сейчас просчитай свои ходы хотя бы на год вперед, составь, так сказать, себе путь жизни на этот год. Кстати, ты уже в курсе, что ты святой?
   - Да, Варая меня просветила.
   - И про второй шанс тоже? - Ехидная улыбка отца доказывала, что он уже в курсе подробностей той беседы.
   - Просветила, да так что уши до сих пор болят. Кстати, а где мать? Она вроде бы была во дворце, и очень странно, что за двое суток я ее ни разу не видел. Она не больна?
   - Нет, все нормально, - отец поморщился, а потом зачем-то посмотрел на потолок.
   Там явно ничего интересного не было и быть не могло, могу в этом поклясться, ведь я почти двое суток его изучал, и кроме двух пауков, непонятно как оказавшихся в покоях принца, ничего не увидел. Отцовское покашливание вернуло мои глаза и мысли с потолка к реальной жизни.
   - Ты знаешь про монастырь?! - это был вопрос.
   - Да, отец, - ответил принц и подумал, что теперь главное - не опускать глаза, что укажет на то, что он сейчас настроен серьезно и говорит правду.
   - И что ты на это скажешь?- сверление глазами продолжалось.
   - Мне там делать нечего, я слишком молод для таких... скучных приключений, - ухмылка на моем полном невинности и благодушия лице должна была подтвердить полностью эту реплику.
   - Я с тобой согласен, - ответная ухмылка подтвердила, что я прощен, - но твое прошлое поведение ставит меня в тупик. Мне можно тебе доверять? Или твои обещания снова будут правдивыми, но, как всегда, бесполезными? Я могу надеяться, что мой наследник будет вести себя соответственно своему положению, т.е. как будущий император?
   - Чего ты хочешь от меня, отец? Какое поведение ты будешь считать нормальным, а за какое ты опять будешь пытаться отправить меня в монастырь?
   - Да-а-а, ты что хочешь получить от меня подробную инструкцию?
   Отец явно подготовил для меня какую-ту каверзу. Его смеющиеся глаза выдали его с головой.
   - Как мы и договаривались, продолжал он, - ты составишь план своей жизни на год, потом утвердишь его у меня и будешь претворять его в жизнь, но при одном условии.
   -Каком еще условии?
   Это условие почему-то начало меня пугать еще до его оглашения. Так, успокойся, это уже точно не приговор, ведь голову-то с плахи сняли. Но вот руки с ногами, судя по всему, еще продолжают там лежать. Спокойно, для начала это условие надо услышать, а уже потом себя препарировать. Как же мне нравится это слово, хотя сейчас оно как-то не совсем уместно. Тьфу, ну что за напасть опять накатывает? Все-таки таким, как сейчас, мне больше нравится себя ощущать. Ой, кажется, я снова отвлекся, а ведь сейчас будут приговор, тьфу ты, условие озвучивать.
   - Ты должен вести себя так, как большинство окружающих тебя благородных людей.
   - То есть убивать, травить, воровать, пресмыкаться, интриговать?...
   - Не-е-т!!! - отцовский рев завернул меня в одеяло и заставил закрыть глаза. Когда отец разъярен, с ним лучше не спорить.
   - Ты ничего не понял, Дарий, - его голос вдруг стал странно тихим, что заставило меня открыть глаза. С чего такая резкая смена настроения? Все-таки я очень любопытный.
   - Зачем, как ты думаешь, они это делают, а, сын? Они все стремятся к власти, а для этого надо убирать перед собой препятствия, любые, и для этого все способы хороши. Но ты с момента своего рождения уже отличаешься от них тем, что у тебя эта власть есть, тебе лишь нужно ее удержать и сохранить. Где мечом, где умом, где благородством, а чаще всего хитростью. Вот как ты должен себя вести сын. Ты понял?
   - То есть даже для убийства я должен найти обоснование, и тогда я буду прав? - этот мой вопрос, похоже, ввел отца в ступор.
   - Ты прав, мой принц. Почти прав, - завораживающий голос Ботоса из темного угла вывел отца из ступора похлеще удара копьем между ног.
   - Ботос!!! Ты давно здесь находишься, говно желтого медведя? - тембр рева моего отца, по-моему, был похож как раз на рев того самого желтого медведя. Надеюсь, я с ним никогда не встречусь.
   - С самого начала, мой повелитель! Я же глава тайной канцелярии, а здесь, по-моему, решается судьба Империи, ни больше и ни меньше. А тебе, мой принц, я могу дать на твой вопрос ответ гораздо понятнее, чем твой отец. Все убийства, предательства или, наоборот, благородные, геройские поступки могут быть оправданы, а главное - поняты окружающими тебя людьми, если ты совершаешь их ради какой-то цели. У твоего отца цель - это власть, у меня - это служение твоему отцу и империи, а тебя боялись, презирали и хотели уничтожить потому, что твои поступки нельзя было ничем объяснить. С их точки зрения ты маньяк и сумасшедший, а потому крайне опасный тип, от которого не приходится ждать ничего хорошего. Но вот если бы цели и смысл твоих поступков были им понятны, то твоя жизнь и жизнь окружающих были бы намного спокойнее.
   - Ботос, ну ты и загнул! И как, по-твоему, Дарию надо теперь себя вести? - ехидство и насмешка отца меня удивила. По-моему, Ботос все объяснил крайне понятно, и как этого достичь тоже.
   - Очень просто, - мой голос чуть дрожал, но сейчас надо обязательно успеть высказать все до того, пока отец опять что-нибудь не придумает. - Я, как мы и договорились, составлю план, но не того чего хочу я сам, а того, что мне нужно, чтобы достичь определенной цели.
   - Правильно, мой принц! - Ботос подошел ко мне, поднял мой подбородок и посмотрел мне в глаза. Что он там увидел, одному лишь Святому ветру известно. Но он удовлетворенно кивнул и отошел на прежнее место. - И что за цель будет у Вас на ближайший год?
   - Я хочу найти цель на всю жизнь, а не на год, - а вот этого от себя не ожидал даже я. И зачем Святому ветру устраивать такие эксперименты на мне? Чем я перед ним провинился?
   - Это серьезное заявление, мой сын! - отец как-то резко перешел на официальный тон. - Готовы ли Вы к такому серьезному поступку?
   - Да, я готов, вернее, у меня нет выбора. Мне больше нравится быть наследником престола, чем сумасшедшим или одним из церковников.
   - Сколько, Дарий, тебе нужно времени на выбор свой цели и составления плана? - вопрос Ботоса застал меня врасплох. При разных раскладах на это может не хватить и всей жизни, а можно справиться и за пять минут.
   - Завтра вечером, отец, ждите меня у себя. Мы будем думать, что делать с моей дальнейшей жизнью, выбирать направления движения и пути достижения тех целей и задач, что Вы мне нарисовали. Надеюсь, обоюдно найденное решение никого не разочарует.
   Ботос и отец переглянулись, посмотрели на меня и молча вышли. Мне предстояла бессонная ночь и трудный день. Не каждый ведь день приходится выбирать цель своей жизни. Клянусь Святым Ветром, что я буду стараться.
  
   Все-таки отец меня утомил. Ладно, что мне нужно? Я хочу знать, почему белка такая шустрая. Стоп, стоп, стоп! Это не то.
   Но все-таки, что же мне нужно? Вернее так: что же мне нужно, чтобы все было можно? Это уже правильный сформулированный вопрос. Ответ только один - трон императора и его власть. Можно, конечно, стать епископом, но я уверен, что меня очень быстро отправят на разговор к Святому ветру, а оттуда не возвращаются. Значит, я должен стать императором, вернее, должен дожить до этого. Задача упрощается. Итак, я сын императора, и я стану следующим императором, надеюсь. Хм, что мне для этого нужно? Деньги? Не проблема, конечно, в разумных пределах. Люди? А вот это точно большая проблема. Я одиночка и никогда ни на кого не полагался. Я не сумасшедший, чтобы довериться кому-то. Но в одиночку мне не справиться и, похоже, все же придется найти людей, как Ботос. У меня нет выбора. Но как их найти?
   Стоп, я зашел не с того конца. Кто я такой? Я сын императора, и все. Мне нужно подавать пример своим подвижникам, но чем? Я умею препарировать животных и людей. Да, было дело. Я умею тайно отравить или убить человека. Факт. Но у моих сверстников в чести рыцарские замашки, и с таким послужным списком я могу пойти только к могильщикам. Смешно до слез моей матери. Вывод очень прост - мне нужно стать рыцарем. Ха, счас-с-с-с, бросил все и оделся в латы. Но как-то я все-таки должен стать примером для своих сподвижников, хорошим примером. За плохим они ведь, к сожалению, не пойдут, а вот потом....
  
   - Ботос!!!
   - Да, мой император...
   - Ты издеваешься, тощая сволочь?!!! Я хочу знать, что ты знаешь о принце! И изволь объясниться без твоих уверток! Ты понял меня?!!!
   - Да, мой император...
   - Гад ты все-таки, Ботос. Мы же одни здесь или нет? Я хочу услышать твое мнение как друг, а не как император. Ты знаешь меня с четырнадцати лет, и я всегда прислушивался к тебе.
   - Или к мнению Мениса.
   - Вот именно, у меня нет ближе друзей, чем вы оба. Ты можешь дать оценку поведения моего сына? Я на себя не надеюсь. Я понял, что мой статус отца мне мешает. Что мне делать, Ботос?!!!
   - Если честно, Кор, то ты попал по самый Священный ветер. Все зависит от того, что скажет твой сын. Но я бы на твоем месте дал ему шанс. Не похоже, что он грезит убить тебя ради власти. Она для него лишь средство, а не сама цель. И пока ты позволяешь ему двигаться и не мешаешь делать то, чего он хочет, ты неприкосновенен.
   - Какое убийство, Ботос? Ему так мало лет, что он еще не держал рыцарского меча! Как он может меня убить? Это же полный бред!
   - Ты дурак или все-таки император? Он уже убил, по сведениям моей разведки, не менее двенадцати твоих придворных. На хрена ему рыцарский меч, если у него есть тайные ловушки и яды? Со времен основателя империи, а это свыше полутора тысяч лет, не было более умелого и успешного интригана и убийцы, чем твой сын. Если бы он хотел покончить с тобой, даже я не смог бы тебя уберечь. Он самый лучший из желающих остаться незамеченными проводник к Святому ветру. Он преследует свои цели, и если они не мешают тебе, то не лезь к нему, а в противном же случае, покончи с ним. Но, если честно, такой император, как твой сын, нашей империи и нужен. После его кровавого дождя империя возродится. Я уверен, что он тебя любит, но не играй с ним. Относись к нему серьезно и уважительно. Он тебя уже перерос.
   - А тебя, Ботос?
   - Как убивать? Да. Как выжить? Нет... Нас зовет твой сын, император, надо идти.
   - Но никто не заходил. Откуда ты знаешь?
   - Считай, что я тебе сказал. Моя зарплата так ждет прибавления...
  
  
   Император, скромно потупивши свои очи, поглядывал на своего сына. Что же он сейчас скажет? Что он решил? Ботос делал вид, что он мебель, причем старая, а значит, может пригодиться. Менис в уме пытался предугадать возможные варианты того, что Дарий поведает. А Тень в углу, скорее агент Ботоса, чем Мениса, пытался и казаться тенью. Дарий хотел выглядеть спокойным, и как ни странно, это у него почти получилось. Что он скажет? Дарий, ну скажи что-нибудь, наконец! Сил уже нет терпеть этого несносного мальчишку.
   - Отец, я обещал озвучить свои планы на мое будущее, - Дарий поморщился и продолжил. - Я решил, что выбираю власть, и для достижения этой власти мне нужны помощники, вернее, соратники, а чтобы их найти, мне нужна твоя помощь.
   - Сын мой, какого рода помощь тебе нужна? Мои советники всегда помогут тебе во всем.
   - Отец, это ведь твои советники. Ты понимаешь, о чем я? Твои, но не мои. А мне нужны только мои, которые помогут мне в настоящем и разделят со мной будущее. Зачем мне твои, если они умрут вместе с тобой?
   - Я не собираюсь умирать вместе с ним, - Ботос улыбнулся и поглядел на Императора. - Во всяком случае, я хочу дожить до своей пенсии. Она у меня обещает быть очень хорошей.
   - Ты надеешься умереть от старости? - Дарий беззвучно засмеялся. - Я тебе, может, и позволю, но только при условии, что сам останусь у власти. Ботос, ты можешь мне это гарантировать, ведь твоя прямая заинтересованность в этом налицо?
   - Могу, - Ботос скептически улыбнулся, - правда, могу. А ты, Менис, не ухмыляйся напрасно. Тебя первого при срыве плана принца на бекон пустят. Так что ты тоже кровно заинтересован в его претворении в жизнь, чтобы после смерти императора тебя не закоптили на костре.
   - Что тебе нужно, Дарий? - Менис был задумчив и как-то напряжен. Ему совсем не нравилось, куда ведет свой разговор Дарий.
   - Прежде всего, мне нужен твой личный телохранитель, Ботос. Да, да, мне нужен Лис.
   - Зачем? Ты и так хорошо охраняешь свою жизнь, Дарий! Тебя боится, а вернее, теперь тебя благословляет, как святого, все королевство.
   - Благословляет до дрожи в коленках? Ты это хотел сказать, Ботос, - Менис улыбнулся своей бухгалтерской улыбкой.
   - Лис мне нужен не для охраны, а для обучения, - Дарий поморщился. - Он должен научить меня работать с железом в его милой смертоносной манере.
   - Тебе всего десять лет, Дарий. Какая тебе, Ветер побери, смертоносная манера? Ты и меч-то поднять не сможешь, не то, что биться им, - Ботос отошел к Тени, перекинулся с ней шепотом парой слов и повернулся. - Странно, но Лис на твое счастье согласился. Правда, у него есть одно условие.
   Тень как бы растаял в углу, и оттуда появился небольшой, но неуловимо гибкий человек. Он виделся со стороны каким угодно, но никак не опасным. То, что он являлся первым мечом империи, казалось нелепой ошибкой и абсурдом. Но это была правда, и никто из присутствующих в этом ни на секунду не сомневался.
   - Дарий, я научу тебя безукоризненно владеть всеми известными мне видами оружия, но ты, в свою очередь, тоже поделишься со мной кое-чем, а именно своими секретами избавления от ненужных людей. Договорились?
   - О, Святые ветра, если Дарий окажется и к этому способен, чур, я первый ухожу на пенсию. Мне будет приятно смотреть со стороны, как враги империи падут от его руки, - Ботос с какой-то сумасшедшей улыбкой оглядел всех и ушел в себя. Всем показалось, что погрузился он в мечты о своей предстоящей пенсии. Мениса передернуло до самых ногтей.
   Император ошалело смотрел на происходящее и не знал, что ему делать и как реагировать, а самое главное - все происходило при нем, но без его участия, как будто все уже давно было решено, осталось уточнить какие-то мелкие детали. Только что лучший убийца и исполнитель всех тайных приговоров империи согласился научить его сына (кстати, тоже самого лучшего убийцу империи, как сказал Ботос, а ему по должности положено в этом разбираться) всему, что он знает. В голове не укладывалось, кем станет Дарий после обучения. Похоже, ему тоже желательно рассмотреть предложение Ботоса. Пенсия лет так через семь-восемь ему обеспечена, а может что и похуже. Святой ветер, зачем ты посылаешь мне такие испытания, мне и жены хватает?
   - Дарий, - голос Лиса вывел всех из ступора, - за какой срок ты хочешь обучиться?
   - За пару лет надеюсь справиться, а лучше бы годика за полтора.
   Бульканье Ботоса и хрип Лиса в ответ было чем угодно, но не звуком энтузиазма....
  
  
  

Глава 2

Начало обучения

  

И почему иногда учителей хочется убить?

(Размышления ученика)

  
   Да-а-а-а, Менис сделал мне во истину императорский подарок! Подарить мне для обучения бывшее посольство свободных земель! В моем распоряжении был целый форт со старинным замком с башенками внутри (я себе уже выбрал одну из них, правую) и все земли, что находилась внутри и немного за его стенами. И это в столице, где земля, мягко говоря, недешевая. Это дорогого стоит. И как все обставил хитрован! Мол, святому Дарию положена своя уединенная и хорошо защищенная территория, дабы его святые мысли не омрачали реалии нашей жизни. Ну, загнул. Я даже не знал, что сказать в ответ, когда он официальным тоном и лицом полным веры в то, что говорил, выдал все это ни много ни мало на ежегодной императорской аудиенции, то бишь грандиозной пьянке всех послов дружественных нам стран.
   И главное как он уломал отца? Я же знаю, что это было любимое место встречи отца и Вараи. Мало того, отец его императорским указом разрешил мне создать свою гвардию. Естественно, главой этой гвардии назначался Лис, и я никаким боком не то что создавать, а даже руководить ею не буду. Это я понял по взглядам отца и Ботоса, очень красноречивым взглядам.
   Похоже, меня обложили гвардией не от большой ко мне любви, а из боязни, что учиться мне надоест, и я все-таки продолжу препарировать. Тьфу, ну что за слово приклеилось?
   В общем, все боятся, что ряды дворянства резко начнут редеть. В принципе, они правы. Я теперь святой, мне все можно. Ну, почти все. Кстати, надо мне узнать, что мне за это прилагается, а то на моей святости кто-то будет наживаться, а мне желтого медведя на веревке. Встретимся с Менисом, я ему такие святые мысли припомню, икать будет дня три. Правда за форт можно сделать скидку, но дешево он не отделается, это точно.
   Да, я совсем увлекся описанием дней минувших, а сейчас меня беспокоит совсем другое. А именно Лис, вернее, его поведение.
   Я стою на тренировочной площадке своего форта. Да, там есть и такая. Не очень большая, но, судя по учебной полосе, вернее по полосе смерти, похоже мне этого хватит. То нагромождение непонятных мне сооружений из дерева, стали и еще, Святые ветры, из "не знаю чего еще" меня не столько пугало, сколько напрягало. Я вообще ничего не боюсь, но неизвестность всегда настораживает.
   Так, я опять отвлекся. Лис завершал, наверное, двадцатый круг вокруг меня. Вернее, это были не круги, а беспорядочные метания. Судя по взгляду, он пытался понять, с чем меня можно приготовить, причем старался учесть вариации на тему и завтрака, и обеда и ужина.
   Я прекрасно разбираюсь в специях, травках, настойках, но меня почему-то совсем не тянуло ему помочь и посоветовать что-нибудь. Рядом стояли три личности, две из которых мне были прекрасно знакомы. Первая - это, конечно, Громила. Глядя на него, любому приходила в голову мысль, что одним из его родителей точно был желтый медведь. Помимо габаритов и страшной морды он был знаменит нечеловеческой силой. До сих пор вояки вспоминают взятие какой-то южной крепости, где Громила отличился выше всяких похвал. Кстати отец за это дал ему титул барона.
   А дело было так. Крепость была, как говорят очевидцы, неприступной. Проход в крепость - только ворота и перекидной мост над пропастью, который для обеспечения безопасности был почти всегда поднят, и все. Так что ворота и мост - для людей, а все остальное - только для птичек. Лети себе и крепость твоя. Таран не доходил до ворот метров пятнадцать, его постоянно разбивала вредная вражеская катапульта. И начинай все сначала. Вот и послали Громилу с тараном, как последний вариант. Все-таки одно дело, когда бегут шестеро, а другое, когда один. Он и побежал. Катапульта сработала точно, вернее почти: попала не в таран, а в Громилу. Вояки подумали, что Громилу забрал Святой ветер, поминать его собрались, но рев Громилы опроверг их скорбные мысли. Такая подстава со стороны защищающихся глубоко оскорбила Громилу. И с криком "Засуньте себе этот камешек в жопу, стрелки слепые" он запустил этот камушек в ворота. Ворота благополучно рухнули внутрь от такого подарка, куда и ринулся Громила, чтобы найти своих обидчиков. Говорят, нашел. Правда, пока искал, одну половину гарнизона перебил или покалечил, а вторая половина заперлась в сторожевой башне и согласилась сдаться, только когда Громила утихомирился.
   Так что передо мной находился ярый приверженец силового стиля. Вот я загнул, получилось не хуже Мениса.
   Вторым был Ветер - полная противоположность Громиле, что вовсе не мешало им быть закадычными друзьями. Ветер обладал худосочной фигурой и был неординарной и очень гибкой личностью в прямом и переносном смысле слова. Если вы хотите убить дракона, не испортив его шкуру, то это к нему.
   Способов убить дракона мне на ум приходит только... один - катапульта, а желательно две и с новейшими самовозгорающимися снарядами. Кстати, это наша новейшая секретная технология, которую случайно открыла Варая, когда к ней в лабораторию вбежала спасавшаяся от меня собака и смешала какие-то там химикаты. Полыхнуло, кстати, хорошо. Так что, как видите, я тоже приложил к этому секретному оружию свою, так сказать, руку.
   Ветер же может, не задумываясь, найти уйму способов расправиться с огнедышащим чудовищем. С него станется даже просто загонять дракона насмерть. И загоняет ведь. Этот мастер убийств давно известен далеко за пределами империи. Остепениться его заставил Лис, когда победил его на дуэли, и взял слово, что теперь он будет служить только императору Кору. Я не уверен, что император был рад такому приобретению, но, как ни странно, оно оказалось очень выгодным, если призадуматься о причинах непонятных смертей его злейших врагов.
   Третьим был непонятный субъект. Возраст его можно определить как не мальчик, но и не старик, и все. Ряса на нем выдавала служителя Святых ветров. Правда, цвет ее был явно не серый как у всех святош, а больше напоминал цвет перезрелой вишни. Полная загадка. Надо у Лиса обязательно поинтересоваться, что за чудо он сюда привел.
   - Принц, вы можете нас просветить, на каком оружии Вы лучше всего деретесь? - реплика Лиса подтвердила, что он признал меня несъедобным и теперь будет трясти мою душу. Придется отвечать.
   - Ответ "яд", я думаю, тебя, Лис, не устроит? Кстати, почему ты не представил мне последнего из моих наставников?
   Лис хмыкнул, сплюнул на песок и повернулся к немым зрителям
   - Его зовут Молчун. У Вас, принц, будет время познакомиться с ним поближе, а так как случайных людей среди нас нет, то, как говорится, прошу любить и жаловать. Господа, вы можете высказать ваше мнение и предложения по поводу того, как принца можно обучить искусству боя за два года.
   - Желательно за полтора!
   Ну кто меня за язык тянул? Сейчас меня Лис и без специй сожрет, судя по его убийственным взглядам.
   Вперед вышел Громила. Кто бы сомневался, что именно с него все начнется, ведь остальные крепко призадумались над непростой задачей. Здоровяк думать не любил, а вернее, не умел, а потому говорил, что видел.
   - Комплекция хороша - весь в отца. Выглядит лет на четырнадцать, так что подтянем немножко, и на иглу потянет.
   Что за игла? Они меня шить, что ли учить вздумали? Яду им в питье, да побольше! Ой, что-то меня опять заносит. Я хороший принц, я не хочу в монастырь. Фу-у-у, вроде отлегло.
   - Очень хорошая реакция тела, - это, понятно, произнес Ветер. - Ты заметил, Лис, что на твои метания он реагировал, не меняя положения своего тела. При этом динамика мышц была очень впечатляющей.
   Что за динамика? Он что, ругается на меня? Вроде горба нет и рахита тоже, косоглазие, может быть. Хотя Варая по-другому говорила, кажется, "косой шкаф". Но сейчас, по-моему, не имеют ввиду совсем не это.
   - Я наблюдал за ним во дворце, когда он менял ручку у посла Гореш. Очень многообещающий ученик. Я даже с удовольствием поучился бы у него некоторым вещам, - Молчун многообещающе мне подмигнул, а меня даже озноб пробил.
   Это когда он меня видел? Не было там никого. Только проблем с отцом мне сейчас не хватало. Хотя, похоже, кличка Молчун ему вполне подходит. Если бы он рассказал об этом отцу, я бы из башни месяц точно не выходил.
   - Ну, значит, закрепим наши выводы. Дарий, тебя ждет полоса препятствий. Первый раз - ознакомительный, второй раз уже на пределе.
   Святые ветры, первый раз умру точно, второй раз - для контроля. Как я уже люблю яды.
  
  
   Тайная комната императора напоминала склеп Святых ветров: темно, страшно, и в углах кто-то прячется.
   - Менис!!! - голос императора звучал, как колокол главного храма - Зачем ты отдал форт Дарию? Ты уверял, что объяснишь все позже. По-моему, пришло время!
   Глубокий и обиженный выдох Мениса можно было принять за ответ, но канцлер решить все же развить эту тему.
   - Кор, тебе нужен обучающийся или защищающийся принц? Какая, ты думаешь, будет реакция святош и дворянства, когда они узнают, чем занимается твой сын?
   - Ну, часть разбежится по своим поместьям, часть спрячется в столице. Что в этом страшного? - Кор пожал плечами, как бы показывая свое пренебрежение к своей свите.
   - С дворянами все понятно, но церковь этого так не оставит, - Менис сделал глубокомысленную паузу. - Зачем, ты думаешь, я настоял на гвардии для Дария? Меня не волнует безопасность Дария. Меня волнует его реакция на покушения. Нам только не хватало трупов церковников. Нам и так простили со скрипом его святость, но если пойдут трупы, это пахнет священной войной. Она тебе нужна?
   - А ты думаешь, что гвардия сможет его удержать в стенах форта? Наивный. Спорим, что не сможет? - император радостно протянул руку для спора своему канцлеру.
   - Кор, не спорь, он жульничает, - Ботос, как всегда, возник из ниоткуда. Император ошалело посмотрел на закрытую дверь, потом на зарешеченное окно, сплюнул и уселся в свое кресло.
   - Это почему я жульничаю? - Менис обиженно поджал губы, при этом безуспешно пытаясь найти люк в потолке, через который, скорее всего, проник Ботос.
   - А про Громилу, Молчуна и Ветра ты забыл рассказать? - Ботос победно ухмыльнулся и показал глазами на пол. Менис чуть не бросился обыскивать пол на предмет тайного прохода, но вовремя остановился. "Подстава,- орала его интуиция, - как есть подстава".
   - А что с моими головорезами? - удивленно подал голос император. - Они вроде были здоровы еще вчера.
   - А сегодня они стали учителями твоего святейшего сына,- голос Ботоса лился святым бальзамом по комнате. Правда, если бы кто-нибудь решился посмотреть ему в этот момент в глаза, то решил бы, что конец света весьма близко.
   - Кор, - Менис резко вмешался, - ты же хотел, чтобы твоего сына учили самые лучшие?!!
   - Ну и? - император понимал, что его тупо подставляют, но не мог понять, в чем именно.
   - Вот я и решил, что эти головорезы - самые лучшие. Ты согласен?
   - Ну, в принципе, да, - император вздохнул с облегчением.
   - Лучший мечник империи, лучший стратег империи, лучший тайный убийца империи учат лучшего отравителя империи убивать.
   - Ууууууууу, - до императора наконец-то дошло. - Менис, не убега-а-а-а-ай. Я тебе еще не все высказал.
   Шум падающей мебели и крики застигнутых врасплох придворных очень точно указывали направление движения императора.
   - И все-таки Менис бегает быстрее, - глубокомысленно изрек Ботос.
  
   Полоса препятствий оказалась не так страшна, как казалось поначалу. Правда, пришлось проходить ее три раза. Но это из-за непонятливости Ветра. Он никак не мог понять, как я прохожу мельницу из крутящихся мечей. Он почему-то думал, что от них надо уворачиваться. Какая глупость. Легче, по-моему, наступая на них, перейти это препятствие.
   Но вот кульминация полосы препятствий с мешком мне не удавалась первые два раза. Пока я не сообразил, что уворачиваться от мешка, запущенного рукой Громилы, бесполезно. Это все равно, что бегать наперегонки со Святым ветром. К тому же, после встречи с мешком можно вообще перестать бегать на длительное время, хотя Громила уверял, что он потихонечку. Ну да, какая разница: стакан или пол стакана яда, если хватит и трех капель. Значит, надо как-то обмануть его, и все. И вот, мешок, который должен был попасть в меня, попал в Лиса, и я не уверен, что в этом он винит только Громилу. Похоже, по его мнению, и я виноват. Что за глупости? Ну, похромает денька два. Так это же не на всю жизнь, как с головой у Громилы. Зато теперь можно передохнуть. А они что-то долго там совещаются. Похоже, готовят еще какую-то каверзу. Убийцы, а как дети малые. Ну не любят они проигрывать.
  
   - Лис, этот мальчонка мыслит слишком нестандартно и быстро, - Ветер усиленно тер лоб. -Эта полоса препятствий не для него. Он прошел ее с такой скоростью и непринужденностью, что нам от зависти и недооценки собственного ученика в пору повесится на воротах форта.
   - Но от мешка он первые два раза не увернулся, - победные нотки так и прослеживались в голосе Громилы.
   - Я тебе щас так увернусь, - Лис демонстративно потер ноющую ногу. - Он нас обоих обманул, при этом и обвинять его самого не в чем.
   - Во-первых, он подставил тебя, - Молчун посмотрел на Лиса и погрозил пальцем, как последнему школяру. Как я понял, нам пора распрощаться с иллюзией, что его можно учить, как всех. Для него придется разрабатывать новый учебный комплекс и систему занятий желательно с учетом того, что он плевал на стандартные человеческие прописные истины. Он слишком умен, хитер и первоклассный убийца. Ну и что, что ему всего десять лет. Нам придется забыть об этом. Если мне удастся научить его всему тому, что я знаю, и при этом остаться в живых, то можно будет спокойно открывать элитную школу киллеров. Опыта хватит даже на две школы. Главное - сделать так, что бы он сам хотел учиться. Надо его увлечь и вовлечь в этот процесс, а для этого нужна Варая.
   - Зачем нам Варая? - Громила удивленно посмотрел на Молчуна. - Она в лучших убийцах вроде не числится, или я чего-то не знаю.
   - Громила, ты меня иногда удивляешь, - Ветер даже не говорил, а шипел. - Она единственная, кто больше него знает о всяких травках, зельях и порошках. Он ее не просто уважает, а боготворит. Откуда, ты думаешь, у него все знания о ядах?
   - Книжек, наверное, много читал, - Громила понимал, что ляпнул что-то не то, но в книжках, по правде, много можно узнать. Ветер, по крайней мере, ему об этом часто говорил.
   - Книги о ядах, которые спокойно может достать десятилетний ребенок? Оригинально, - Лис смерил Громилу взглядом, - ты, прежде чем говорить, спроси совета у Ветра, например.
   - А я чего? Я ничего, - Ветер, чувствуя подставу, резко ушел в коматозное состояние.
   - Не придуривайся, - отдернул его Громила. - Объясните лучше, в чем дело, раз вы такие умные.
   - Варая своими уроками сможет отвлечь его от нас. И наши занятия в ее присутствии, которые, я думаю, будут больше походить на истязания, не будет так опасны для нас, как мне кажется.
   - И чем ты попытаешься заинтересовать ее, чтобы она занялась нашим, хм, питомцем? - Ветер скептически воспринял предложение Молчуна.
   - Ну, она так и не смогла понять, чем отравили графа Дера и еще нескольких. По-моему, ей будет очень интересно выведать у него несколько тайн. Как ты думаешь, Лис?
   - Мне будет очень интересно, когда я буду испытывать эти яды на вас, заговорщики, Святой ветер вам под поясницу! - как появилась тут Варая, похоже, знал только Молчун. Его ухмыляющаяся физиономия выдавала его на все сто процентов. Громила испуганно подпрыгнул и чуть не дал деру, но вовремя опомнился. Ветер просто впал в ступор. А Лис скорчил физиономию, как будто наелся чего-то кислого.
   - Ты все слышала, Варая, или что-то надо повторить?
   - Все я слышала, все, - Варая задумчиво посмотрела на стоящего вдалеке принца, вздохнула, медленно подошла к Лису, взяла его за подбородок и посмотрела ему в глаза. - Я буду его обучать с одним условием - если я увижу, что мы растим монстра, то по первому моему приказу вы его убьете. Всем все понятно? - она молча оглядела всех собравшихся вокруг. - Объяснять не надо, что этого не должны знать ни император, ни его сын?
   - Я еще жить хочу,- пробасил Громила. - Он же убьет и не почешется.
   - Это ты про императора? - уточнил Ветер.
   - Ты что, идиот? От императора хоть убежать можно, а вот от святого убийцы убежать вряд ли получится.
   Все заулыбались, непосредственность Громилы всех развеселила.
  
   - И чего они там лыбятся? - Дарий лениво почесал задницу. - У меня еще шипов и яда западней на сто хватит, доулыбаются они у меня. Тьфу, ну что снова за затмение? И почему мне их так отравить хочется? К дождю, наверное.
  
  
   Через три дня, как раз перед началом испытаний новой полосы смерти, мне неожиданно повезло с церковниками. Не ожидал, что так буду благодарить Жутоса. Это наш Епископ, если вы не поняли. Он решил всенародно подтвердить мою святость на службе в главном соборе столицы. После издевательств моих учителей эта новость была, как подарок Святого ветра. Один день передышки от истязаний - это так хорошо. И я сам по собственной воле подписался на этот ад на целых два года. Знать бы раньше, можно было рассмотреть и вариант с монастырем.
   Больше всего меня мучил Громила. Зачем, спрашивается, меня заставлять поднимать, опускать и таскать на себе разные и ну очень тяжелые предметы? Я же не на грузчика учусь. При этом здоровяк все время подсовывал мне всякие штуки, которые никак не предназначены и не знают о том, что с ними и на них будут тренироваться. Спрашивается, кто будет таскать местного кобеля по кличке Император? Мало того, что он тяжелый, так еще и укусить норовит.
   Громила сказал, что он для меня разработал специальную программу. Судя по его взгляду, слово "программа" он узнал недавно, оно ему понравилось, но смысл его неумолимо от него ускользает. Ладно, поднимать тяжести, наверное, полезно для развития силы. Но зачем бегать с этим кобелем вокруг форта, я никак не пойму. В воры, что ли, меня готовят? Что бы мог унести как можно дальше и больше? Во время этого бега кобель замолкал и ошалело жался ко мне со страха. То ли боялся, что я его уроню, то ли страшился Громилу, который усердно сопровождал меня весь мой забег.
   Гвардия тихо умирала со смеху. Громко было нельзя, а то Громила услышит, и на одну гвардию может стать меньше.
   Ветер, наконец-то, объяснил мне, что такое игла. Оказывается, это мало распространенная шпага. Уж слишком она небольшая по сравнению со стандартной. Хотя, как ни странно, именно ее предпочитают наемники и убийцы. Ветер сказал, что в условиях стесненного боя, а дуэли, по его мнению, были его разновидностью, оружия лучше не придумаешь.
   Я сделал умный вид и согласился с ним. Зачем эти иглы? Яд - наше все! Опять меня потянуло не туда.
   Затем он выдал мне эту иглу и стал кидаться в меня яблоками. Отбиваться я должен был только этой маленькой шпажкой. А если я умудрюсь наколоть на нее яблоко, он даже обещал какую-то премию. Что это за слово я понимал смутно, но, похоже, что-то очень приятное.
   Лис же все эти дни продолжал наблюдать за мной и многозначительно хмыкать. Изредка приходила Варая, одобрительно мне улыбалась, крутила у виска пальцем, глядя на Громилу, и ругала Ветра за сворованные из ее сада яблоки.
   Но самым большим шоком и открытием для меня стал Молчун. Оказывается, он из знаменитых незримых убийц церкви. Все что я о них знал, это только то, что их никто не видел на месте преступлений: труп есть, а убийцы нет. Ядами, вроде, не баловались, так что, как они это делают, ума не приложу. На второй день после обеда он привел меня в центральный зал форта и сказал, что я должен спрятаться от него, причем выходить наружу запрещалось. Я знал, что святоши не от мира сего, но не до такой же степени. Когда он меня нашел, он просто сказал, что дальше прятаться будет он, а я его буду искать. Я честно его искал минут двадцать, обыскал весь зал по тридцать раз, потом понял, что он меня дурит, и, скорее всего, просто вышел из зала. Я пообещал, что за нечестную игру устрою ему понос дней на пять. Потом, правда, он объявился и сказал, что все это время находился позади меня. Но я ему не верю, ведь такое темно вишневое приведение трудно не заметить.
   Вот такие странные у меня учителя. А что же тогда учудит Варая, я даже подумать боюсь. Уж на что она мне нравится, но если про нее сам отец говорит, что она сумасшедшая, а ему можно верить, я и подумать боюсь. Правда, думать мне времени не остается: занятия, еда и спа-а-а-ать. Если бы тело не ломало и не ныло от усталости, было бы вообще замечательно.
   Так, я снова отвлекся. Сегодня я буду официально представлен как святой. Жуть, как интересно. У кого бы узнать, будут ли подарки. Ну вот, за мной пришли святоши. Надеюсь, не прибьют по дороге в храм. Лица у них уж слишком не приветливые. Да ладно, переживу. Завидуют мне, наверное, - святой все-таки. Но ядовитые шипы я им все равно потом на входы в кельи прицеплю. Ой, я же святой. Дыши глубже, Дарий. Ты хороший принц. Ведь хороший?
  
  

Глава 3

Священный праздник

  

Бог есть, его хочется любить.

Жутос есть, его хочется убить.

(песня пьяного грузчика)

   На улице, прямо у самого выхода, меня ждал целый живой коридор. Первым стоял отец - предатель самый настоящий. Он даже не пришел ко мне после неожиданного объявления этого представления. Я знаю, что у него на всех этих святош аллергия, но я же его сын. Мог хотя бы посочувствовать или порадоваться, в конце-то концов, ведь его сын сегодня будет официально объявлен святым. То ли завидует, то ли на меня обиделся. Хотя я, вроде, ничего натворить не успел. Не до того было с этой уже порядком надоевшей учебой.
   Справа от отца стояли Ботос и Менис. Судя по их физиономиям, это представление им явно не нравилось, а точнее очень не нравилось. Утром Ботос меня уведомил о намечающемся мероприятии и предупредил, что ничего хорошего от Жутоса не ждет. Ведь тут и Громила поймет, что епископ устроил этот праздник вовсе не от большой любви ко мне. Но вот зачем ему все это и какую пакость он придумал, Ботос объяснить мне не мог. И если уж Ботос с возглавляемым им ведомством не смог узнать, что за "сюрприз" готовит его святейшество и наимудрейшество, а осведомителей у него и у святош хватает, то я и подавно молчу.
   Ну и ладно, дойду до храма, послушаю часок заунывные песнопения Жутовской банды и пойду себе дальше тренироваться. Лис строго предупредил, что этот концерт святош не позволит мне на сегодня увильнуть от занятий. Судя по не покидающим лица Громилы и Ветра ухмылкам, мне подготовили какие-то новые и очень сложные испытания. И все это из-за нежданно обрушившейся на мою голову святости. Ну, куда им, убийцам доморощенным, до меня, аж жуть какого святого? Странно, что я с утра еще не видел Молчуна. То ли опять в прятки играет, то ли гадость, которую он мне готовит, требует его особенного внимания и участия. Это попахивает гнилой белкой, а может, и целым гнилым медведем.
   Так, кого я вижу. Сама Ториана пожаловала со всей своей многочисленной родней. Вырядились так, что в глазах рябит от блеска их нарядов. Для незнающих скажу, что Ториана - это моя мать. Я ее, конечно, люблю, но приближаться, а тем более находится рядом с ней - это сущая каторга. Человек, разговаривающий с ней и умудряющийся вставить хотя бы пару слов - герой. Тот словесный ураган, который она испускает на слушателя, повергает в шок и приводит к катастрофическим последствиям для физического и морального здоровья ее собеседника. Поэтому с ней приходится мучиться ее родне, у них просто выбора нет. Хе-хе, кушать же и вкусно кушать всем им хочется. Главное, ее родня - одна из самых богатых в королевстве и все равно мимо халявы никто из них пройти не может. Правильно, что их отец не переносит. Они, дай им волю, и трусы сопрут, хоть и грязные, ведь в хозяйстве все пригодится.
   Ага, это почти в полном составе элита Ливадии. Фу, как от них несет духами! Такое ощущение, что каждый из них чуть ли не по бочке благовоний вылили на себя любимого. Мыться лень, а на дорогущие оды радости", так последние новомодные духи называются, денег не жалко. Разодетые, как пьяные моряки (те тоже любят напялить на себя все, что поярче), а то, что их при свете дня животные пугаются, и птицы за три мили облетают, так это не страшно, зато видно издалека.
   Военные, я смотрю, кучкуются отдельно ото всех. Ну и правильно. Я бы на их месте вовсе бы сюда не явился. Пожрать и выпить не дадут, танцев и девок не будет. Под такие завывания, какие звучат в храме, хоронить в самый раз, а не танцевать. А про девок я вообще молчу. Они, говорят, могут доставить какое-то неземное наслаждение, но мне что-то в это совсем не верится. Правда, королевская повариха однажды смогла мне доставить непередаваемое удовольствие, принеся втихаря пирожные и конфеты, когда меня заперли на две недели в башне, но на неземное это точно не тянуло.
   Так, шип с ядом в левом рукаве, кинжал, кстати, тоже с ядом, в правом. Ну, держитесь, я иду! Точнее, этот, как его, святой дальше некуда принц.
   Ко мне направился, очень важный, а главное, очень большой мужчина. Ну, конечно, кто, кроме его святейшества, может обладать такой колоритной внешностью. Епископ Жутос, как всегда, буквально подавлял своим видом всех присутствующих. Представьте себе ровный квадратный шкаф метр восемьдесят на метр восемьдесят. Как он умудряется ходить и даже, говорят, бегать при такой комплекции, я удивляюсь. А еще говорят, он даже прыгать может. Святой ветер, тебе не жалко, что столько мяса пропадает?
   - Приятного утра, мой принц. Я провожу вас до храма и расскажу обо всех тонкостях предстоящей церемонии, - голос епископа был очень приятным и вызывал доверие.
   - Доброе утро, епископ. Я в растерянности от всего происходящего вокруг. Если верить моим друзьям, а я им верю, сегодняшнее утро для меня может быть совсем не самым добрым благодаря Вам.
   - Дарий, это все глупости. Мне будет очень приятно возвести Вас в ряды наших уважаемых и почитаемых всеми святых. Как ни как, последний святой нашего Святого ветра появлялся более трехсот лет назад, - Жутос благожелательно улыбнулся и взял меня за руку. - Главное, чтобы Вы были лояльны к нашей единственно истинной церкви Святого Ветра и ко мне как к ее главе.
   Жутос сжал мою руку в своей огромной клешне и повел в сторону храма. Идти-то всего минут пять, но среди этой сошедшей с ума от вселенской радости толпы можно и не дойти целым, ведь все пытаются до меня дотронуться, а кто-то и оторвать на память кусочек моего платья. Хоть охрана и пытается преградить доступ к моему телу, но, похоже, что им это плохо удается.
   - Епископ, Вы лукавите. Я сомневаюсь, что моя святость из-за моей не лучшей репутации может Вас радовать. Да и еще полагающиеся по такому случаю подарки...
   На слове "подарки" Жутос внезапно споткнулся и чуть не упал, потянув меня за собой.
   - Какие подарки? - благорасположенность в его голосе резко сменилась на удивление и панику.
   Жадина. Все-таки придется кого-нибудь отравить. Зря я что ли взял с собой ядовитый шип.
   - Ну, как же, дорогой епископ? Я же стал святым, и мне в связи с этим положены подношения. Или, Вы думаете, что только мне, как святому, подарки не положены?
   Только попробуй отказаться, негодяй, тут же получишь шип в свою толстую задницу. О, Святой ветер, снова мысль о ядах не оставляет меня в покое! Зачем его травить? К тому же, если я его отравлю, мне подарков точно не видать. Похороны же будут, а на похоронах подарков не дарят. Пусть живет, пока.
   - Мой принц, ну, конечно же, подношения будут обязательно, но чуть попозже.
   И почему его так передергивает? Все-таки он точно скупердяй.
   -Как только пройдет церемония, так сразу же и будут, - Жутос сам себе кивнул и более энергично зашагал в сторону храма, что заставило меня чуть ли не бежать рядом, ведь он по-прежнему крепко держал мою руку в своей, будто опасался, что я все-таки сбегу в самый неподходящий момент.
   - Без вранья? - я решил не дать ему возможности увильнуть от подарков позже.
   - Я же епископ, мой принц! Мне не пристало врать, - Жутос похоже даже обиделся.
   Ну и ладно, подумаешь, какие мы нежные. Если обманет, будет ходить в латах месяц, как минимум. За меньший срок его дорогие святоши ни за что не найдут все мои ловушки.
   Наше движение становилось все быстрее и быстрее, и желающих, а точнее будет сказать, имеющих возможность меня полапать как-то сразу на порядок уменьшилось. А может быть, Менис, наконец, навел порядок в охранении.
   Ну, вот мы и пришли. Эй, а почему на главной площади помост? Они что, еще и казнить кого-то сегодня собираются? Совсем обнаглели. Весь праздник мне испортить хотят. А впрочем, казнь для разогрева перед главным действом - самое то, да и громче меня приветствовать будут. Так, а почему меня-то туда ведут? Они что, из меня хотят сделать великомученика посмертно?
   Неприятный, с безумными глазами священник из свиты Жутоса, поняв, что епископ не сможет в одиночку затащить меня на помост (естественно, я же упираюсь), решил помочь его святейшеству и подхватил меня под второй локоть и, конечно, тут же получил в бок шип. А что вы хотели, меня тащат на помост казнить, а я буду безропотно идти? Священник ойкнул и отскочил в сторонку, зло что-то буркнув себе под нос.
   - Мой принц! - это уже Жутос соизволил что-то из себя выдавить, получив удар коленом между ног, при этом мило вращая глазами в разные стороны (Я удивляюсь, что у него вращаются только глаза). - Почему Вы упираетесь? Вас ждут на помосте святые мощи великого брата Корсита.
   - А потом Вы меня казните на потеху публики? - мой шепот его почему-то напугал до полусмерти. Он почему-то присел и так же шепотом ответил.
   - Мой принц, о чем Вы говорите? Какая казнь?
   - А на таких помостах разве можно еще что-то делать, кроме как казнить? - мой вопрос, по-моему, принес ему облегчение. Во всяком случае, его лицо перестало походить на лицо человека, на которого снизошло блаженство после долгого и мучительного запора. Тьфу, и что меня тянет на всякую гадость? Надо срочно успокоиться. Жил ведь, как монстр, надо хоть умереть, как принц.
   - Мой принц, - голос Жутоса был само умиротворение. Уж во всяком случае, он, похоже, точно к этому стремится и сам балдеет от своего голоса, чтоб мне год белку не видать. Ой, мама, меня опять куда-то не туда повело. - Этот помост специально установили на площади потому, что посчитали, что всех желающих главный храм не вместит.
   - Неужели моя казнь так популярна? - мой "жизнерадостный" настрой так и капал ядовитыми каплями на ноги Жутосу.
   - Никакой казни, мой принц. Вы проведете службу вместе со мной. И как свидетельство вашей святости мы вынесли мощи святого Корсита на всеобщее обозрение.
   Фу, похоже, обошлось. Сегодня меня казнить не будут. Ура! Буду жить долго и счастливо. Главное - чтобы учителя не нарушили мои планы и раньше не прибили.
   - Извините, епископ. Помост на главной площади для меня всегда казался местом казни. Так что я приношу свои извинения за доставленные неудобства, - выражение моего лица, которое я скорчил, должно было изображать раскаяние. Правда, я совсем не уверен, что у меня это хорошо получилось. Ну и что с того? Люди же не разбегаются от меня, и ладно. Епископ довел-таки меня до середины помоста и мило улыбнулся.
   - Ничего страшного, мой принц. Это скоро забудется, и все будут счастливы, - при этих словах на его лице промелькнуло такое победно-довольное выражение, прям как у меня, когда я потрошил любимую собачку своей матери.
   На помосте меня ждала группа служителей церкви, среди которых находился уколотый мною священник. Ну, надо же, он все еще живой. Мдя, крепкое у него здоровьице. Может быть, яд действует спустя какое-то время? Все может быть. Это же мой новый экспериментальный состав. Или, может, он почему-то испортился? Непорядок. Придется обновить все шипы. Кто же знал, что яд так быстро приходит в негодность. Придется придумать ему замену подолговечнее.
   Потом, все потом. А сейчас, судя по начавшимся завываниям святош, мне предстоит противная моим ушам и всему моему нутру пытка. Иначе их песнопения я назвать не могу. Меня хоть, слава Святому Ветру, не тошнит, как отца. А то вот был бы номер: принц, в разгар торжеств в его честь в порыве чувств и эмоций блюющий на епископа, а в свидетелях - вся элита королевства, приглашенные иностранные гости и толпа простого народа. Я бы за этот номер на месте Жутоса меня бы убил. Позор ведь на все королевство. И не отмоешься никогда. Вернее, то, что вырвалось из моего впечатлительного нутра, отмыть-то можно, это же не слюна змеи Вах, а вот политические последствия - нет. Уходить в монастырь придется. Кому нужен-то облеванный епископ? Да, никому.
   Что-то я не о том размечтался! О, чудо! Судя по постепенно стихающему вою, я уже, наверное, половину их песенки промечтал. Ну, надо же, как все-таки иногда фантазии помогают.
   И все-таки, что же задумал епископ? Ведь усиление власти моего отца явно не входит в его планы. Что он может учудить при таком скоплении народа? Ну, во-первых, он может всенародно проверить, чтобы якобы всем доказать, мою святость, например, устроив мне какие-то испытания. Хотя это вряд ли. Вероятность пережить эти испытания у меня, я думаю, равняются нулю, а смерть наследника - весомая причина, чтобы покинуть этот мир. Отец после такой выходки ему все причиндалы вокруг туловища намотает, и никто пикнуть не посмеет. Во-вторых, он может попытаться подвергнуть сомнению мою святость. Но тогда зачем устраивать все это представление? Ему же не выгодна тогда такая шумиха. Мдя, это отпадает. Что еще он мог придумать? Убить меня? Ну, тут он всегда "за", но не при всех же. Есть в этом какой-то смысл. Если меня можно так просто убить, то какой я святой?
   У-у-у-у-у, похоже, накрылись мои подарки. Правда, как и когда меня убивать будут, я пока еще не понял. Надо осмотреться. Из толпы в меня фиг выстрелишь из лука. Я сомневаюсь, чтобы тайная служба позволила иметь кому-нибудь на этой площади оружие крупнее кинжала. Кинжал, кстати, можно метнуть... А если еще он отравлен по моему рецепту, то...
   Вряд ли. Помост достаточно высокий, по краям помоста стоят Тени, а уж они-то точно не позволят долететь до меня не то что кинжалу, но даже жалкому огрызку. Я думаю, что все, что в меня полетит из толпы, они доблестно поймают и засунут тому, кто это сделал, сами догадайтесь куда. Правда, если бы бросал Громила, покушение точно бы состоялось. Но я надеюсь, что Громиле еще не надоело меня мучить.
   Из ближайших зданий в меня тоже вряд ли чем-нибудь стрельнешь, далековато даже для Громилы. Значит, и это отпадает.
   Может, меня уже отравили и, чтобы дольше мучился, заставили слушать этот крик брачующихся кошек? Как мне эти монахи надоели. Уши же не заткнешь, народ не так поймет. Епископ еще чему-то лыбится и косит куда-то назад свой взгляд бешеной белки. Ну, куда ты вылупился? Там, вроде, выпивку не раздают? Ага, там как раз стоят эти воющие типа святые гимны монахи. Неужели ему понравилась эта песня или приглянулся кто-то из монахов? Говорят, что у святош это в порядке вещей. Ишь, чего удумал, тут мою святость празднуют, а он .... Хотя кто с ним свяжется, это же верная смерть. Такая тушка, даже желтый медведь вряд ли такое бы пережил.
   Что-то мысли мои снова пошли не туда. Расслабляюсь, а этого делать нельзя, ведь убивать меня, скорее всего, будут достаточно скоро. Если еще не отравили, конечно.
   Ага, песенка, похоже, заканчивается, и можно будет вздохнуть спокойнее. Судя по красным рожам этих так называемых певцов, они вряд ли бы протянули еще пять минут. У них, похоже, скоро случится массовый апокалиптический удар. Им же пришлось работать целых тридцать минут, усраться можно как много.
   А этот безумный точно скоро подохнет. Яд все-таки действует! Говорил же себе - надо все сначала проверять на собаках и слугах. Да времени все как-то не было. Ну, ничего, я думаю еще совсем немного и все - привет Святому ветру. Главное - не просмотреть симптомы и все потом аккуратно записать, чтобы не забыть.
   Наступила тишина, все-таки допели. Сейчас епископ произнесет речь, и все пойдем домой. Но надо не забыть и напомнить кое-кому про подарки.
   Какой-то лязгающий звук отвлек меня от созерцания нарядной толпы вокруг. А, это тот сумасшедший монах. А что это у него в руках? Ой, кинжал, и не маленький, насколько мне видно. И зачем он ему? Зарезаться что ли хочет при всех? Похоже, эти завывания ни одного меня довели.
   - Будь ты проклят, Дарий-святотатец! Смерть отравителям, - эту фразу монах прокричал самозабвенно, наверное, специально тренировался.
   А ведь ему до меня всего шага три, и он, похоже, уже один сделал. И убежать я что-то не могут. Ноги, что ли, кто-то держит. Жутос еще чему-то улыбается. Вот гад! Так вот его задумка. Выживу, ты у меня просто так не умрешь. Ты у меня будешь мучиться очень долго и молить о пощаде, которой не будет.
   Обезумевший монах уже сделал два шага и было замахнулся рукой с кинжалом на меня. Ну, кто так бьет, дилетант? Хотя, судя по размеру кинжала, мне все равно будет по фигу, откуда последует удар - сверху, снизу, да хоть сбоку! Никакой блок не спасет. Я же десятилетний мальчик, а не Громила. Ну, попытка не пытка, не смогу защититься, так хоть в гробу будут лежать не с разодранной мордой.
   Эй, любезный, ты что это рухнул, так и не дойдя до меня? Ну, надо же, какие энергичные и показательные у него корчи. Здорово! Он все-таки подох! А какой занятный цвет лица у него стал! Желтый в синюю крапинку. Назову этот яд цветной смертью. Нет, лучше святой. После всего произошедшего любой святоша, умерший такой смертью, будет проклят. Этот случай, я думаю, Ботос не упустит, раскрутит так, что все слуги церкви от такой новости икать будут ни одну неделю. Покушение на принца - это вам не в туалет сбегать, тут может все гораздо хуже, чем испачканные штаны, закончиться.
   Ага, вот летит ко мне один из Теней. Самый шустрый, похоже. Эй, ты зачем прыгнул, дурак? Ведь прямо в меня летишь. Медведь желтый, ты же весишь не меньше его. Ну, вот и подлетел. Как же больно! Прибил, наверное. И, главное, подарки я так и не получил. В глазах темнеет. Прощайте, учителя! Передайте привет мой родне! Прощайте, мои неубитые враги! Прощайте, дворяне! Жаль, что я до вас не добрался! Прощай, белочка, но до тебя я все-таки и с того света доберусь!
  
  
  
   Любимая комната императора купалась в приятных отблесках каминного огня, мило прятались тени по углам. Настоящие тени наслаждались тишиной и покоем, ботосовские Тени, как всегда, делали вид, что их не существует.
   - Ботос, - усталый голос императора нарушил идиллию, - какой итог сегодняшнего дня? Менис, будь любезен, налей мне еще вина и, если будут какие-то дополнения или вопросы, не стесняйся.
   Менис ответил императору улыбкой зомби и махнул рукой - типа "понял, шеф", и уставился на Ботоса.
   - Кор, все просто замечательно!
   Император поперхнулся от слов Ботоса. Знаменитый рев разнесся по комнате, загоняя в углы все тени, живые и не очень.
   - Моего сына хотели убить! Моего сына чуть не убил твой охранник! Моего сына хотел убить епископ, а я до сих пор даже посрать на его могилу не могу! Это ты называешь замечательно?!
   Снисходительное хмыканье Мениса и яростное бульканье вина в глотке у императора было сигналом для Ботоса, что гроза была продуктивной, но прошла мимо.
   - Мой император, все закончилось великолепно, - Ботос, не дождавшись нового вопля императора, успокоился и более размеренным тоном стал излагать прошедшие события. - Дарий пострадал легко. Варая сказала: егкое сотрясение мозга. Два дня покоя, и он будет в норме".
   - Его и так недавно молнией приложило, мозги вроде на место встали, а твой охранничек решил все вернуть обратно? - шипение Мениса заставило вздрогнуть императора с Ботосом, а Тени вообще превратились в узоры на стене. - Что Варая говорит о его моральном состоянии? Ты у нее выяснил?
   Ботос обиженно посмотрел на Мениса.
   - Естественно, я спросил об этом в первую очередь. Варая говорит, что вроде бы все нормально, но Жутоса она бы не стала защищать от Дария даже за все золото империи.
   Император довольно хмыкнул:
   - Значит, все нормально. Я удивляюсь, что Жутос еще жив. Все-таки Дарий пришел в себя уже на площади, и у него было много времени для исполнения свой мести.
   - Растет мальчик, - Ботос сделал глоток из своего бокала. - Если так и дальше дело пойдет, то ты можешь быть спокоен за своего наследника.
   - Ты не уводи доклад в сторону. Давай рассказывай, что и как. А то твоя хваленая охрана как скрутила нас с Менисом на площади и оттащила силком во дворец, так и не выпускает до сих пор. Хоть вина с закуской нам принесли, и то хлеб, - император с укором посмотрел на Ботоса и с умилением на полупустой ящик вина.
   - Кор, извини, но у нас с тобой был уговор, если тебе будет угрожать смерть, моя охрана будет делать то, что нужно, а ты не рыпаешься, - Ботос с осуждением посмотрел на императора, тот поднял вверх руки, признавая правоту главы своей охраны.
   - Извини, Ботос. Я все понимаю. Я там не сильно приложил одного из твоих, уж слишком он был ретивый?
   Ботос улыбнулся, как бы прощая, и ответил:
   - Скулу ты ему сломал! А он мне в объяснительной написал, что готов был пострадать в пять раз больше, главное, чтобы император был жив.
   - Хорошо ты их натаскал, - Менис подался вперед к Ботосу. - Как же твои орлы просрали покушение на Дария? Может им тоже надо пострадать в пять раз больше?
   - Ну не могли они проверить жутовскую толпу, не имеют права. А шпионы вообще в шоке от случившегося. Говорят, что высшие церковники тоже в шоке. То ли по правде этот монах с ума съехал, то ли здесь не обошлось без Жутоса. Больше некому.
   Император задумчиво уставился на бокал с вином:
   - Ладно, пусть с Жутосом разбирается Дарий. Я не смог этого жирдяя прибить сразу, а сейчас вряд ли получится. Но вот если он сдохнет сам, а я надеюсь, Дарий ему это устроит, то никто и протестовать не будет.
   - Это да, дураков, чтобы протестовать точно не будет, - Ботос довольно ухмыльнулся. - Новоявленная гвардия Дария кругами ходит вокруг главного храма. Святоши все в него забились и пускают только Вараю, уж слишком там сердечные приступы участились, и меня. Ждут, что Вы решите, мой император. Так вот я и говорю, что все замечательно. Церковь теперь будет шелковая, дальше некуда.
   - Ладно, давай по порядку и с подробностями, - Менис с облегчением откинулся в кресло. Самая тяжелая часть разговора закончилась, теперь можно и посмаковать всю историю.
   - Когда этот монах сумасшедший ринулся на принца, моя охрана явно оплошала, - Ботос сделал лицо полного раскаяния. - Они просто не ожидали такой подлянки от святош. Ну, а когда один из Теней все-таки среагировал, то единственная мысль в его голове была убрать принца с линии нападения.
   - Ага, и он сиганул рыбкой на принца. Правда, забыл вперед выставить руки и приложил его головой, - ехидно вставил император. - Мало того, что он опоздал, так еще и охраняемого чуть не покалечил.
   - Кор, ты думай, что говоришь, - Ботос зло огрызнулся. - Да, опоздал. За это с него будет еще тот спрос. А руки, если бы он выставил вперед, я бы его сам придушил. У него же в каждой руке по кинжалу. Все, кто был на помосте, у меня будут змей разводить на границе с Горешем.
   - Так там змеи не водятся! - удивленно сказал Менис.
   - А вот это будут их проблемы, - зловеще сказал глава тайной канцелярии.
   - Да, ладно, Ботос, - император успокаивающе помахал бокалом с вином. - Они и так после слов Дария готовы срочно уехать куда угодно, только бы не оставаться в столице.
   - А что он сказал? - заинтересовался Менис. - Отравить, что ли, грозился?
   - Если бы, - Ботос удрученно посмотрел в потолок. - Как мне передали, как только он очнулся, то выдал примерно такую фразу (Менис сделал стойку прилежного ученика): "Жутос у меня скоро будет рожать желтых медведей, а отцами-медведями будут все те, кто меня охранял". Естественно, я смягчаю слова, но смысл тот же. Самое смешное, что на эту фразу Жутос ляпнул, что он не умеет рожать медведей.
   - Ну и?.. - Менис медленно сползал по креслу от хохота, ожидая продолжения
   - А Дарий сказал, что его это не волнует. Громила все устроит
   Менис, уже лежащий на полу, поинтересовался, как на это отреагировал Громила.
   - Тебе надо спрашивать, как на это отреагировали медведи, тьфу, охрана, - император ржал уже в голос и подмигивал Ботосу.
   Ботос насупился.
   - Громила, как ни странно, вместе с Лисом и Ветром одними из первых оказались на помосте, и уже больше никого не подпускали к Дарию, даже моих Теней, - обида была написана на лице Ботоса буквами размером с дворец императора. - Громила на полном серьезе оповестил всех, что идею своего принца и ученика он претворит в жизнь как можно скорее. В результате Жутос упал в обморок, и его срочно утащили в храм его соратнички. Тени шоке, они-то знают, что Громила шутки плохо понимает, и его слова редко расходятся с делом. А если еще за его спиной стоят Лис и Ветер с ухмылками больше похожими на оскал, тут всем конец.
   Ботос уже и сам еле сдерживался от смеха, а император и канцлер просто ржали, как стадо безумных белок.
   - Потом главный храм обступила гвардия Дария. Следующий круг пришлось выставить уже из гвардии императора, уж слишком рьяно народ хотел присоединиться к дарийцам.
   - Каким дарийцам? - император удивленно поднял брови.
   - А это так прозвали гвардию Дария, - Ботос ухмыльнулся, - после того, как к нему, вслед за Громилой, Лисом и остальными, всеми правдами и неправдами перевелись все главные головорезы Вашей армии, мой император. Ее очень сильно начали уважать в народе. А после святого убийства самим Дарием ей вся слава и почет от народа.
   - Стоп, - император удивленно уставился на Ботоса. - Какого святого убийства? Это когда уже Дарий успел?
   - А вот это самое замечательное, - Ботос победно ухмылялся. - Как мне доложили мои соглядатаи, со стороны площади все выглядело просто замечательно. Когда этот придурок ринулся на Дария с ножом...
   - С кинжалом, - поправил Менис.
   - ...Да хоть с половником, - не стал обижаться Ботос на поправку. - Дарий поднял руку, и убийца умер в страшных судорогах, а потом еще и его лицо вдруг пожелтело и покрылось синими крапинами. Теперь народ эту смерть уже по-другому и не называет.
   - Ну и что? - император сделал удивленное лицо.
   - А то, что теперь полгорода и все послы видели, что Дарий способен делать своей святой мощью с отступниками! - Ботос, довольный, откинулся на спинку кресла. - Вояки точат мечи и ждут отмашки Вашего Величества.
   - На что? - опасливо спросил император.
   - На любые действия против всех. У них за спиной теперь, помимо любимого императора, есть еще и святой принц. Им теперь и море по колено. Народ боготворит принца, а так же его отца-императора, то есть Вас. Правда, боготворит его по-своему, то есть в городе идет грандиозная пьянка, а в закрытых клубах принимают огромные ставки на то, когда гвардия будет резать святош: ночью или утром. А гвардия делает недвусмысленные намеки Лису, что пора уже Жутосу начинать рожать медведей.
   - Ух ты! - Менис выдохнул воздух из себя и задумался. - И что теперь? Ну, вояк мы успокаивать не будем, пусть пойдут с Горешом повоюют. И так собирались, а тут такое событие. Народ завтра с похмелья, надеюсь, будет более спокойный. А вот что делать со святошами, я не знаю.
   - Что делать с дарийцами, вот это да, - Ботос вытер рукавом пот, выступивший на лбу. - Они же так это не оставят, это же пятно на их репутации, а там все ветераны, они такое просто так не прощают.
   - Так, - император встал, - гвардии объявить, что Дарий еще не решил, что делать со святошами. Пусть успокоятся. Святоши пусть посидят в осаде до утра - это им будет уроком. А Жутос, как я и сказал, это проблема Дария. Что он с ним будет делать, я не знаю и знать не хочу. И доведите до сведения всей империи, что еще один такой праздник, и одним сословием может стать меньше. И мне без разницы какое это сословие будет. Все понятно?
   В ответ кивнули даже Тени.
   - Ну и хорошо, пойду-ка я посплю. Ботос, надеюсь, я теперь могу спокойно выйти из этой комнаты? - молчание с его стороны было воспринято как положительный ответ.
  
   Дарий уже засыпал. Варая напоила его вкусными настойками, и глаза слипались. Его последними мыслями было, что подарки он точно получит, но попозже. До белки он все-таки доберется. Единственная проблема - как все-таки поступить с Жутосом? Громиле он доверял. Раз он сказал, что Жутос родит - значит родит. Но медведей уже было жалко. Какое странное ощущение возникает внутри при слове "жалко". Никогда такого не испытывал. Все-таки хорошо его приложил желтый медведь.
  
  
  

Глава 4

Святой принц и его гвардия

  
   Комната, где находился принц, была маловата, что неудивительно, ведь на военный совет дарийцев она не была рассчитана. Если бы не Громила, все бы, наверное, смогли более-менее пристойно разместиться, но габариты самого могучего из наставников принца, к сожалению, не дали сбыться этой надежде.
   - Это не совет, а курятник какой-то! - голос Ветра раздавался из верхнего угла и изобиловал недовольными нотками. - Громила, прижмись что ли куда-нибудь! А то я, кроме тебя и Лиса, никого больше не вижу! Ты весь обзор загораживаешь.
   - А кто тебя просил залезать на шкаф? - Лис был не более доволен, чем Ветер. - Другого места найти не мог?
   - И где ты видел в этой конуре свободное место?
   - В шкафу место есть! - Громила, как всегда, ляпнул, не подумавши.
   - Я тебя щас самого туда запихну! - вопль Ветра говорил о том, что его терпение скоро закончится. - За что Варая нам мстит? Что мы ей такого плохого сделали?
   - Она ясно выразилась, что Дарию нельзя вставать с постели. Даже переносить его запретила. Боится, что последствия удара этого тупого охранника могут быть непоправимыми.
   - Да, здоров я, - Дарий, несмотря на непрекращающееся легкое головокружение, пытался выглядеть бодренько.
   - Ага, если бы ты не грохнулся на глазах у Вараи и императора, может быть, сейчас мы тебе и поверили бы. Но место и, главное, время своего падения ты явно выбрал неудачно. Если бы не острая нужда решить проблему с Жутосом, она давно бы накачала тебя лекарствами и снотворным, - Лис поудобнее устроился в ногах на кровати принца. - Нам нужно срочно решить, что делать с Жутосом! Гвардии надо что-то сказать, а иначе главный храм спалят на фиг и скажут, что так и было.
   - Его не спалишь, он каменный, - Громила укоризненно посмотрел на Лиса. - И не такие гвардейцы кровожадные, как ты тут представляешь.
   - Ага, - Лис зло ощерился, - ты вспомни, что они творили в городе, когда сообщили, что на Дария покушался помощник Жутоса. Все святоши, которые не успели спрятаться в главном храме, были задушены. Типа даже кинжалы марать об них не будем.
   - Ну, придушили мы сами, допустим, не всех, какую-то часть жители и военные к Святому ветру спровадили, - Громила недовольно повел плечами.
   Лис посмотрел на него укоризненно, но промолчал, зная, что вряд ли сейчас любые его слова дойдут до мозга друга-здоровяка.
   - Ладно, давайте определимся, что нам делать дальше. Бездействовать нынче очень опасно.
   - Дарий, у тебя есть какие-то предложения или пожелания? Император ясно выразился, что решать будешь ты. Но учти, что твое решение очень сильно повлияет на твое положение не только в глазах гвардии, но и в глазах всего населения страны.
   Эта последняя пафосная фраза превратила улыбку на лице Дария в гримасу недовольства.
   - Убивать, к сожалению, его уже поздно.
   Вздох разочарования донесся сверху из угла, ясно дав понять, о чем мечтал Ветер.
   - А почему нельзя? - вопрос Ветра заставил всех повернуться в сторону Дария и замереть по стойке "ну и что ты на это скажешь".
   - Хм, а что тут непонятного? Если бы я его грохнул прямо на подиуме, мне никто и слова бы не сказал. Но сейчас все более-менее очухались, в том числе и сам Жутос, и я уверен, он уже ведет подковерные игры со знатью, в том числе и с моей матерью. А это уже серьезно.
   Все приуныли, с матерью Дария никто связываться не хотел. Убить - это пожалуйста, а вот связываться - упаси Святой ветер.
   - У меня есть одна задумка, но чтобы это прошло гвардии придется попотеть, в прямом и переносном смысле, - Дарий слегка приподнялся на кровати. - Более того, все участники, скорее всего, станут личными врагами моей матери. Желающие найдутся?
   Радостные крики со всех сторон и грохот упавшего со шкафа Ветра были ему ответом.
  
   Операция под кодовым названием "скользкая веревка" была подготовлена в рекордно короткие сроки. Дарийцы выдвинулись на боевые рубежи. Как ни странно, но королевская гвардия и военный офицерский корпус, не зная, что задумал Дарий, на свой страх и риск с воодушевлением примкнули к воинству принца. На вопрос "вы-то куда подставляетесь", ответ был единодушный: "Дарий плохого не придумает!" И это говорили люди, которые буквально неделю назад при упоминании о принце обливались холодным потом и стремились спрятаться в тени! Не исповедимы направления Святого ветра!
   Главное - непонятно, откуда все они пронюхали об этой операции. Громила божился, что в гвардии болтунов нет в принципе, потому что такие или сразу уходят, или исчезают. Была, правда, реплика Ветра, что это им помогают Тени Ботоса, но это что-то из области сказок. Потому что Тени служат только императору и помогать, даже принцу, не могут никак. Это аксиома!
   Самыми странными участниками этой операции были "бойцы" внутренней стражи. Им в оправдание можно было сказать только одно - раз уж "горбики" (так их называли в народе, ведь считалось, что чем человек горбатее, тем больше у него грехов; а про внутреннюю стражу говорили, что туда идут бандиты, которым три раза начистили рожу при ограблении; логика проста - даже ограбить по-человечески не могут, а раз так, то или в тюрьму, или к горбикам) присоединились к операции, то мы железно победим! На победителей у горбиков феноменальный нюх.
   Кстати, это благодаря им мы все знали, что происходит в главном храме. Один длинный и худой офицер-горбик час назад живенько подкатил к Громиле, сунул ему какие-то свитки и так же живенько исчез в темноте. Когда удивленный Громила развернул эти свитки, даже Молчун восхищенно присвистнул, схватил их и куда-то исчез. На вопрос Громилы, а что это за бумажки такие были, Ветер, удивленно смотревший вслед исчезнувшему в темноте Молчуну, ответил:
   - Подробная карта всех помещений храма с указанием того, кто и в какой комнате находится. Там даже сортиры указаны!!!
   Варая, присутствующая при этом разговоре, с недоумением посмотрела на Ветра:
   - Откуда у горбиков есть такие сведения? Даже гвардейцы не располагают такими подробностями!
   - Вопрос задан неправильно, - Дарий задумчиво крутил в руках кинжал, который еще минуту назад висел на поясе у Громилы. Здоровяк, повернув голову в сторону принца и увидев это, встрепенулся, похлопал себя по поясу, убедившись, что кинжальчик-то точно его, и молниеносно вернул свою собственность обратно, обиженно посмотрев на Дария.
   - Не обижайся, я машинально.
   Громилу эти слова не успокоили, но он сделал вид что, извинения приняты.
   - Ты не отвлекайся, а продолжай свою мысль, - Варая укоризненно посмотрела на Ветра, явно дав понять, что догадывается, откуда у Дария появились такие наклонности.
   Дарий потер лоб и произнес:
   - Вопрос в том, что я не пойму, почему нам помогают горбики? Почему военные - могу понять, а вот почему горбики?.. Ну не понимаю я! Кто-нибудь хоть раз слышал, чтобы горбики просто так помогали, да к тому же в таком опасном деле. Как бы ни подставили...
   - Ну, подставлять они нас точно не будут, - Громила все еще ощупывал свой кинжал. - Они прекрасно знают, что после такой подставы гвардия вместе с военными их просто вырежет. И главное - император не вмешается, он не слишком им доверяет и теплых чувств не питает.
   - Ну что, через час начнем? - это Молчун, как всегда, неожиданно появился из темноты. - Я тут проверил горбиковские бумажки. По-моему, все верно. Так что у нас почти все готово, осталось только придумать, как вынести главную дверь.
   - Не беспокойся о двери. Это моя забота, - Громила мечтательно рассматривал массивные ворота.- Обо мне еще легенды будут слагать после этого штурма.
   Молчун посмотрел на дверь, потом на Громилу и, поежившись, опять исчез в темноте.
   Громила примеривал бревна по своей руке:
   - Хлипкие какие-то, а вот дверь у них хорошая, надежная. Так что тащите что-нибудь покрепче.
   - Ты что, издеваешься? - Ветер возмущенно зыркнул глазами. - Три метра в длину и обхватом в метр - этого тебе мало?
   - Не мне мало, а двери. И не возмущайся! Как ты думаешь, что будет, если мы долго провозимся с дверью? - Громила укоризненно посмотрел на Ветра.
   - Да смоется он. Это ж Святому ветру ясно! - Варая вмешалась в разговор, внимательно наблюдая за запыхавшимися гвардейцами. - Покрупнее ничего больше нет?
   Ответный стон гвардейцев вселял надежду, что ответ скорее положительный, чем отрицательный.
   - Ну, так тащите быстрее! Через пять минут мы должны быть внутри этой богадельни!
   Ветер озлобленно посмотрел на двери главного храма, а дружный удаляющийся топот гвардейцев говорил о том, что скоро новая игрушка для Громилы будет доставлена владельцу.
   - Интересно, кто из патриархов находится сейчас в церкви? - вопрос Вараи был закономерным и своевременным, ведь если патриархов будет меньше десяти, то план Дария может превратиться в посмешище.
   - Не беспокойся, - Ветер смачно сплюнул на землю. - Храмовая стража сказала, что их там собралось не менее двадцати. Так что за глаза хватит. Ты лучше ответь, зачем тебе было влезать в это дело? Мы бы и без тебя справились.
   Варая удивленно посмотрела на Ветра:
   - Ты думаешь, что Жутос только у тебя поперек горла? В этот раз он уже наверняка должен быть наказан. А если планам Дария суждено сбыться, то Жутос окажется в таком неприятном положении, что описав его не вполне культурным словом "жопа", можно быть уверенным, что это еще будет мягко сказано! К тому же без моих игрушек все только усложнится. Ведь так?
   Громила прервал созерцание двери храма и железно поставил жирную точку в этом споре:
   - Чем Варая хуже горбиков? Все повеселиться хотят! О, кстати, вот и мое бревнышко.
  
   Операция по захвату храма прошла на удивление быстро и слаженно.
   Все патриархи во главе с Жутосом были окружены в главном зале. Они как раз собрались на внеочередное заседание, чтобы срочно решить проблему своего епископа. Вернее вопрос звучал скорее так: что такого надо сделать, чтобы за это и после этого ничего не было?!
   Наше вторжение, похоже, не напугало, а скорее, принесло облегчение в стан патриархов: ломать голову и мучиться больше не было необходимости, ведь за них уже все решили. Под бдительным взглядом моей гвардии и добровольных помощников они ждали развязки, а вернее меня. После того, как Громила с первого удара вынес дверь своим тараном, покалечив нескольких храмовых стражей (а как тут было обойтись без жертв, если после удара дверь пролетела по коридору, как минимум, метров десять), наше эффектное появление ввело всех в шоковое состояние. Мое прибытие в главный зал, а может и то, что Громила шел вслед за мной, так и не выпустив из рук свое бревно, кажется, сделало лица патриархов белыми сразу и навсегда. Варая, находящаяся в другом конце зала и копошащаяся в своем мешке, увидев мой взгляд, кивнула и исчезла за спинами гвардейцев. Ну что ж, начнем финальное представление!
   - Ветер, - мой тихий голос заставил вздрогнуть всех в зале, включая и гвардейцев, - Жутос здесь?
   - Здесь! - раздалось в ответ. Жутос трепыхался, как мог, в руках Ветра, державшего его за воротник рясы. - Куда он теперь от нас денется?
   - Ну, раз ты держишь его за шкирку, может, прикинешь, сколько он весит? - мой вопрос очень живо заинтересовал всех присутствующих. В курсе деталей моего плана были только самые близкие люди, поэтому всем остальным участникам происходящего было очень интересно, что же я задумал, в том числе и моей гвардии. Насколько я слышал, они даже делали ставки на участь Жутоса.
   - Ну, на килограмм восемьдесят потянет, - Ветер подергал за шкирку Жутоса, и, видимо, решив, что первоначальные ощущения его не подвели, удовлетворенно хмыкнул.
   Я внимательно оглядел зал и уставился на главную люстру зала:
   - А люстра столько выдержит?
   Ветер внимательно оглядел люстру и, еще раз хмыкнув, сказал:
   - Если сильно трепыхаться не будет, то выдержит.
   Жутос как-то сразу затих в руках Ветра и, судя по сморщившейся физиономии Ветра и близ стоящих гвардейцев, еще и обделался. По моему кивку Громила медленно положил свое бревно на пол, снял веревку с плеча и стал примериваться, как лучше ее закинуть на люстру. Все взгляды были прикованы к петле, которая медленно качалась на конце этой веревки. Кто-то громко сглотнул, и это, по-моему, стало последней каплей. Тихий голос кого-то из патриархов прошелестел по залу:
   - А, может, договоримся?
   По залу потихоньку начал распространяться аромат каких-то благовоний, но никто из присутствующих не обратил на это внимания. Всем было не до этого, а зря. Травы, которые Варая подмешала в курильницы, оказывали на тех, кто вдыхал эти ароматы, очень нужное нам сейчас действие. Они успокаивали, расслабляли и делали людей очень сговорчивыми. А что вы думаете, без этой травки что-нибудь получилось бы? Может, да, а может, и нет. А у меня последнее время слово "нет" вызывало, как это говорит Варая, алюргию. Вот. Главное, что перед началом операции Варая дала нам противоядие, которое по вкусу было настолько отвратительным, что казалось, что это и есть самый настоящий яд. Клянусь Святым Ветром. Такая гадость противоядием быть не может! Более слабые люди, чем я и мои учителя, уже загнулись бы, а мы перед штурмом лишь громко и грязно ругались и корчили рожи от непередаваемых ощущений во рту. Кстати, наши перекошенные рожи, похоже, помогли всем действовать намного быстрее, чем они изначально собирались. Как сказал Лис, мимика лица может послать гораздо понятнее, дальше и обиднее, чем слово. Громила, правда, после этих его слов как-то подозрительно долго нас осматривал. Наверное, пытался понять, что это за новый орган такой на лице под названием "мимика", но очевидно, что так и не нашел, отчего немного расстроился.
   После выноса обгадившегося Жутоса и выпроваживания лишних глаз и ушей в зале остались только патриархи и я с учителями. Ну и Варая, конечно. Куда же без нее. Я уселся на трон Жутоса (иначе такой громадный стул не назовешь), и, подождав, когда мое сопровождение встанет у меня за спиной и усядутся патриархи, произнес свои первые слова:
   - Десять патриархов во главе с Жутосом будут завтра повешены на главной площади.
   Все патриархи, не сговариваясь, вылупились на меня. В их затуманенный мозг мои слова, безусловно, достучались, но они просто не могли поверить, что я на это решусь. Как такое может быть? Патриарх, болтающийся на веревке... Это немыслимое кощунство и, по меньшей мере, просто неэтично. Их висящие толстые тушки точно испортят исторический облик центра столицы. Судя по смешкам за моей спиной, разыгрывающееся представление больше всех пришлось по душе Ветру. Варая тоже, смотрю, еле сдерживается и старается не встречаться глазами с патриархами. Ну, поиздевались, и ладно. Пора переходить к делу, ведь святоши, похоже, уже готовы на все, чтобы избежать позора.
   - Но есть один способ избежать этого наказания, а для оставшихся в живых главное - спастись от мести со стороны моей Гвардии. Думаю, вы все прекрасно понимаете, что первой десятке во главе с Жутосом повезет больше, чем всем остальным?
   Единодушное "КАК" прозвучало очень громко и с энтузиазмом.
   - Вы все, надеюсь, не сомневаетесь в моей святости?
   Все патриархи со страхом посмотрели на Громилу и дружно закивали головами.
   - Я думаю, что возглавить церковь Святого Ветра должен и может только святой, то есть я.
   В зале воцарилась гробовая тишина, что, казалось, стало слышно, как затрещали мозги патриархов. В их поведении и выражении лиц, даже не смотря на дурман, стало очевидно проявляться недовольство. Нельзя сказать, что это был явный протест, но поддержки это предложение у них явно не нашло. Надо срочно действовать, чтобы на корню пресечь эти настроения, и обязательно заверить все документально, пока травка не выветрилась.
   - ... И еще хочу всем вам напомнить, что я являюсь главой гвардейцев, которые, кстати, сейчас находятся за дверьми этого зала, и очень ждут, чем закончится наш разговор. Как вы понимаете, спасти вас всех я могу только в том случае, если вы примете мои условия и подпишите необходимые документы.
   Из-за спины выдвинулся Громила, прочувствовавший, что еще один момент его триумфа настал, и вбил последний гвоздь в гроб неуверенности патриархов.
   - Разговор закончен. Кто не согласен с предложением принца, тот берет понравившуюся веревку и выходит из этого зала наружу. Там его уже ждут.
   Патриархи все, как один, опустили головы. Они поняли, что их загнали в угол, и умирать никому не хотелось. Последние слова Громилы полностью развеяли их надежды на благоприятный конец. Через полчаса принц Дарий официально стал главой церкви Святого Ветра на всей территории империи.
  
  
   Император вяло потягивал вино и смотрел на восходящее солнце. На открытом балконе присутствовали первые лица империи: Менис, Ботос, Марук - главный военный всей империи, Терой - глава горбиков в столице, и Варая. Ее, как ни странно, никто не гнал, хотя ей здесь находиться и не полагалось. Но Варая - это Варая! Попробуй ей что-то запрети. Или император голову оторвет, или, что еще хуже, сама справится, благо, возможностей и способов повлиять на кого-то у нее хоть пруд пруди. А теперь еще и Дарию может что-то на ушко шепнуть. Жуть. Уж лучше бы тогда сама чем-то отравила.
   Терой совсем не понимал, что он здесь делает в такую рань. Вытащили его прямо из постели Тени Ботоса, сами одели, как заправские лакеи, и в прямом смысле слова принесли сюда, на балкон. После того, как его усадили в кресло, сюда же один за другим стали приходить первые лица. Он настолько опешил от происходящего, что встать при появлении этих важных особ уже не смог. Только приход императора заставил его тело вскочить, но тот на него не прореагировал. И тело само плюхнулось обратно. Все присутствующие дружно смотрели на императора уже минут пятнадцать и ждали. Вот, вроде, император очнулся от своих дум, и все заметно напряглись, ожидая его слов.
   - Ботос, первый вопрос к тебе. Ты можешь рассказать всем здесь присутствующим, - хмыкнув, посмотрел на Вараю, - о том, что произошло сегодняшней ночью в храме?
   Марук с Тероем изумленно переглянулись. Менис прошипел себе под нос что-то типа: опять Дарий натворил, а нам отвечать. Варая потянулась в своем кресле, как кошка, и сделала вид, что ей абсолютно неизвестно ничего о том, что произошло ночью. Менис проследил за ее манипуляциями, одобрительно и широко ей улыбнулся, отчего у императора удивленно приподнялась одна бровь. Но тут, несмотря на то, что вопрос был задан Ботосу, заговорил почему-то Менис:
   - Мой император, коротко или подробно?
   Кор нервно завозился в кресле и своим зычным голосом изрек эпохальную фразу, которую потом в своих летописях использовали многие историки:
   - О деяниях Дария нужно знать все или ничего.
   Менис удовлетворительно кивнул и, набрав побольше воздуха, начал свой рассказ.
   - Как сообщили мне мои Тени, ровно в десять вечера к главному храму столицы стали скрытно стекаться многочисленные военные и горбики. - Марук с Тероем в который раз уже изумленно переглянулись. - Учитывая, что вокруг него и так уже находилась вся гвардия, то Тени решили, что планируется силовой захват, о чем срочно сообщили мне. Прибыв на место, я обнаружил, что храм уже захвачен и окружен многочисленной охраной. На мой вопрос, что здесь происходит, внятно мне никто ничего объяснить не смог. Отовсюду слышалось приблизительно одно и то же: "Мы с Дарием, а что он задумал - Святой ветер его знает". При попытке войти внутрь храма я был остановлен гвардейцами, меня просто не пустили внутрь, потому что Дарий, видите ли, велел не мешать.
   Император, громко хмыкнув, подытожил:
   - Да, Менис, тебя даже гвардия уже не слушается.
   - Ну, не надо так мрачно, - Менис улыбнулся. - Не лишним будет сказать, что только ты из присутствующих здесь не боишься Дария. Вот и гвардейцы сразу просчитали, кого надо больше бояться: меня или Дария.
   - Они не боятся его, а очень уважают и почитают, - Варая устало прикрыла глаза. - Мне даже не верится, что еще недавно Дарий был изгоем. Зато теперь он, похоже, становится не просто сыном короля и наследником престола, а лидером, с которым люди связывают будущее государства.
   - Не рановато в его-то годы? - это, наконец, подал голос Терой.
   - Ну, не знаю. Если за ним без приказа пошли даже горбики, - Менис сурово посмотрел на Тероя, заставив опустить его глаза, - при этом они точно знали, что Дарий устраивает явно не бал-маскарад, то стоит задуматься о его влиянии на силовые структуры империи.
   - Вот даже как обстоят дела, - это уже подал голос Марук. - А непростой мальчик подрастает, - улыбка одобрения расплылась по его лицу.
   - Так, хватит, - император поудобнее устроился в своем кресле и потянулся за бокалом вина. - Менис, продолжи свой доклад. Кто всё-таки доклад-то делает?!
   - Три часа назад храм был полностью разблокирован, и мне удалось встретиться со знающими людьми. И выходит такая вот ерунда. Сегодня в полдень будет объявлено, что патриархи решили единогласно, - удивленные лица всех присутствующих были сродни приятным, но только беззвучным аплодисментам, после которых выступающие обычно выходят "на бис", - возвести на престол главы церкви святого Дария. Еще никогда наши патриархи не были так единодушны. Как говорят в народе, что если пятеро патриархов повернут с дороги направо, то семеро принципиально повернут налево, - вдоволь насладившись произведенным эффектом, продолжил Менис.
   Ботос, тихо хихикая, стал медленно, но верно сползать с кресла вниз. Император ошарашено глядел на бокал вина в своей руке, пытаясь осознать услышанное и принять реальность происходящего. Его разум напрочь отказывался понимать, как такое могло произойти у него под носом. Этого не может быть. Его сын не может так измениться! Его люди не могут творить такие дела без его ведома и приказа! Терой с Маруком только и могли, что тупо переглядываться, боясь даже думать о том, что же сейчас будет. Варая со своего места победоносно осматривала это собрание людей, внезапно ставших походить на сумасшедших. Между тем из темного угла по-прежнему раздавались приглушенные истерические всхлипы кого-то из Теней. Если уж Теней довели, то это уже что-то, а точнее многое значит. Сама себе удовлетворенно кивнув, Варая встала с кресла.
   - Мой император, мне можно уйти? Меня ждут хлопоты по организации торжественной канонизации Святого Дария.
   Император как-то отрешенно посмотрел на Вараю, скорее просто оглянулся на звук ее голоса. Немного погодя он понял, что от него чего-то хотят или ждут, он собрался, и в его глазах начала появляться хоть какая-то осмысленность. Полностью придя в себя, он спросил:
   - Варая, только не ври, чья это была идея?
   - Исключительно Дария. На такое сумасшествие подбить всех мог только он. Так я могу идти?
   - Да, да, конечно, - император судорожно глотнул вина из кубка. - Ботос, разберись, пожалуйста, почему в этой операции участвовали горбики и военные. И накажи. Кого, сам разберешься. Для силовых авантюр мне хватает гвардии. А если в них будут участвовать еще и военные с горбиками, то империи придет конец. Так же разберись с этими начальничками, - император кивнул на притихших и напуганных Тероя с Маруком. - Их подчиненные захватывают главный храм государства, а они ни сном, ни духом! Ладно, горбики, у них всегда с дисциплиной была беда, но офицеры моей армии должны воевать только за пределами империи! - последние слова по громкости их произнесения были сродни раскатам грома. Наверное, поэтому Терой с Маруком так быстро вылетели с балкона, а Тень одобрительно хмыкнула, правда, уже откуда-то с потолка.
   Император, выплеснув свой гнев на подчиненных, удовлетворенно выдохнул и жадно прильнул к кубку с вином. Утолив жажду и немного сняв напряжение, он о чем- то вспомнил и обратился к Менису:
   - Мой старый друг, ты можешь мне объяснить, что происходит в моей империи? Патриархи стали покушаться на принцев, принцы стали захватывать храмы, патриархи единодушно стали избирать принцев своими святыми руководителями! А про горбиков я вообще молчу! С каких это пор они добровольно стали совать свои неповоротливые задницы в такие тухло пахнущие истории? - император обессилено откинулся на кресло и закрыл глаза.
   Менис с какой-то дурацкой улыбкой на лице посмотрел на императора и ответил:
   - Кор, по-моему, твой мальчик умудрился расшевелить болото, которое ты все еще почему-то называешь великой империей. И я надеюсь, что это приведет к ее возрождению.
   - Или он свернет себе шею! - слова Ботоса были жирной точкой в этой дискуссии.
  
   Дарий сидел перед зеркалом и ждал, когда его, наконец, закончат одевать и украшать к торжественной службе. Патриархи, в свою очередь, в полном составе дожидались окончания этой необходимой, но такой томительной церемонии, а судя по глазам, и конца всей этой неприятной истории. Они все еще сами не верили, что предложили этому мальчику возглавить церковь Святого Ветра, но против фактов не попрешь.
   На ночном собрании, если это так можно было назвать, они единодушно избрали его своим главой. Более того, они разрешили отправить Жутоса в Темный монастырь, куда заключались только высокопоставленные изменники. Они были вообще на все согласны, а вот теперь очень удивлялись своему поведению. Но дело сделано. Они дали свое слово, и его надо исполнять.
   В другом конце комнаты находились учителя принца. Они расслабленно попивали вино и периодически бросали взгляды то на принца, то на патриархов. Как будто намекали, что, если что, то может быть еще хуже, чем сейчас. Один Громила стоял в сторонке и увлеченно что-то рассматривал в окно.
   - Громила, что такого интересного ты увидел на площади? - Лис с удовольствием потянулся и выжидающе посмотрел на Громилу, ожидая ответа.
   Громила нехотя повернулся и ответил:
   - Варая так и не возвращается от императора. Не нравится мне все это. Мы такое провернули! Я бы на его месте повесил нас на той веревке, что мы готовили Жутосу. А он ничего не сделал, совсем ничего! - Громила сделал стойку. - Ого! - все встрепенулись. - Сюда идет Варая, и, судя по ее улыбке, все прошло хорошо.
   Громила молниеносно отобрал кубок с вином у Ветра и одним залпом выпил его содержимое. Довольно причмокнув, он вернул пустой сосуд опешившему Ветру и грохнулся на кресло, которое возмущенно и неистово под ним заскрипело. Через минуту в комнату вошла Варая.
   - Ну что? - Лис ожидающе на нее уставился. - Как император?
   Варая подошла к Ветру и отобрала у него вновь наполненный кубок. Медленно выпив все вино, она вернула его хозяину и присела на подоконник. Ветер тупо смотрел на вновь опустевший против его воли кубок и попытался понять, чем он так провинился перед Святым ветром?! Варая обвела всех присутствующих взглядом, как бы предлагая ее послушать.
   - Император в ступоре от нашей выходки, но, судя по реакции Ботоса и Мениса, нам ничего не грозит, - все облегченно выдохнули. - Правда, Дарию, скорее всего, не отвертеться от разговора с ним.
   Дарий посмотрел на Вараю, потом на патриархов и снова уставился в зеркало. Реакция отца его не волновала. Он был уверен, что отец его поймет и поддержит. А вот реакция матери была плохо предсказуема, а потому вызывала беспокойство. Пока никакой информации от ее окружения не поступало. Она и сама не ломилась к нему в апартаменты, и не посылала к нему своих родственников. Это настораживало.
   Но самое главное было то, что он прекрасно понимал, что повесил на себя такой груз ответственности, от которого ему в этой жизни уже не отвертеться. Ну, надо же, ответственность. Дарий мысленно несколько раз повторил это новое слово, и с каждым повторением оно ему нравилось все больше.
   Как же я изменился. Дарий как-то грустно посмотрел на себя в зеркало, а потом вдруг подмигнул сам себе. Все прекрасно! Я теперь главный святоша, а вернее, святой главный святоша, а это забавно звучит. Обидно только, что с подарками все же облом случился. Жутос все-таки не исполнил своего обещания. Правду говорят, что врунов Святой ветер всегда наказывает. Возмездие - это, конечно, хорошо, но все-таки подарки жалко...
  
  
  
  

Глава 5

Ядовитое обучение.

  

От ядов не умирают.

Умирают от аллергии на яды.

  
   Наступил тот день, о котором я так страстно мечтал с самого первого дня начала обучения. Благодаря моей случайной, но такой кстати произошедшей контузии, моим учителям, а именно Ветру, Громиле и Молчуну, было временно запрещено меня "пытать". Так методы их работы назвала Варая. Как минимум на три дня я был отпущен к ней "на каникулы". Так выразился Громила. Он хмурился, видя мое радостное настроение, и, похоже, по возвращении меня ждала кровавая расправа. Но я совершенно не боялся, ведь моя мечта обучаться у Вараи, наконец-таки, начала сбываться.
   Я сидел на стуле в лаборатории Вараи и пожирал глазами и ее саму, и всю обстановку этой всегда такой притягательной для меня комнаты. Все, что находилось вокруг, начиная от разноцветных склянок и пузырьков разного размера, аккуратно расставленных на полках от пола до потолка, до каких-то пока незнакомых мне устройств, было жутко любопытным и все сильнее разжигало мое воображение. Каждая банка была подписана и, могу поклясться Святым ветром, стояла на строго отведенном для нее месте, чтобы ее в любой момент можно было легко найти. Давно я не чувствовал себя так хорошо и уютно. А Варая, сидя рядом за столом, что-то писала в своей тетради и периодически поднимала на меня глаза. Вот она закончила, отложила свои записи в сторону и произнесла:
   - Если ты думаешь, что я буду учить тебя составлению новых ядов, то ты очень заблуждаешься. Об этом ты и так уже знаешь больше меня. Твоя последняя разработка, испытанная на сумасшедшем святоше, тому живейшее подтверждение. Я буду учить тебя тому, как защититься от этих ядов, искать противоядия, как замечать и не путать симптомы отравления, как различать разные яды, а главное, анатомии человека. Да, обладая этими знаниями, ты сможешь, используя свои таланты, составлять сильнейшие зелья и отвары, но я хочу доказать тебе, что лечить людей, в том числе и отравленных, намного интереснее и сложнее.
   Я слегка опешил, ведь мои ожидания были перевернуты с ног на голову. Но, надеюсь, Варая права, а сложности я люблю, это уж точно. Следующий ее вопрос поверг меня в шок, загнав в тупик. Варая подошла к моему столу и спросила:
   - А ты знаешь хоть одно противоядие своим ядам?
   Она внимательно наблюдала за мной. Ее вопрос вызвал во мне нешуточную мыслительную деятельность и ничем нескрываемую растерянность.
   "Неужели он столько времени работал с такими чудовищными ядами и ни разу не задумался о том, чтобы создать противоядие к ним? Как он до сих пор сам не пострадал от своих экспериментов? Это непонятно, ведь невозможно уберечься от случайного контакта с такими ядовитыми веществами, с которыми он работал, или все-таки можно?" - думала Варая.
   Я очнулся от своих раздумий и ответил:
   - Варая, я не подходил к вопросу о ядах с той стороны, которую представила мне ты. Я, кажется, понимаю твое удивление и пытаюсь понять, как я до сих пор не отравился сам. Мне просто везло все это время! Только теперь я задумался, какой опасности я по своей же собственной глупости себя подвергал, и как важно иметь противоядие. Я согласен с тобой и надеюсь, что ты поможешь мне в этом деле. Я готов учиться и слушаться тебя.
   Принц уставился на собеседницу, как на богиню всего живого. Эта женщина часто вызывала в нем восхищение и уважение, но сегодня эти ощущения зашкаливали. Он уже был готов молиться не только Святому Ветру, но и ей, причем неизвестно, кому больше.
   Варая отдавала себе отчет, что ей придется учить его всему заново. Уму непостижимо, похоже, он делал яды чисто интуитивно. Надеюсь, что и лечить он будет так же и с таким же успехом.
   - Дарий, давай сегодня начнем с самых азов. Ты знаешь строение тела человека? Что ты вообще об этом знаешь?
   Принц внимательно посмотрел на нее, на мгновение задумался и сказал:
   - До сих пор я разрезал только животных, людей не приходилось. А каких лучше резать? Худых или толстых? Мужчин или женщин?
   -О, Святой ветер, дай мне терпение! Ты собрался так просто резать живых людей? Да-а-а, вовремя я занялась твоим обучением. При таком подходе к вопросу и рвении к знаниям численность дворян и прислуги могла бы очень сильно поубавиться. Дарий, пойдем со мной в главную лечебницу. Там ты все сам увидишь и узнаешь.
   - Так вот зачем нужны лечебницы! Удобный способ под предлогом лечения заманивать людей для исследований их внутренностей!
   От его слов Вараю передернуло. Нужно срочно менять его мировоззрение, а то впоследствии, став императором, он устроит многим такую "лечебницу", что его запомнят в истории как минимум как кровавого Дария. Бррр, не дай Святой Ветер этому случиться.
   - Нет, Дарий, просто в любой лечебнице есть морг, куда отправляют трупы умерших или погибших людей, чтобы выяснить, если нужно, причину смерти и подготовить к похоронам. Там мы сможем спокойно производить наши опыты, никому не причиняя вреда. Живые люди не предназначены для подобных исследований. Это аморально, в конце концов! Если ты не забыл еще, что такое мораль.
   Дарий внимательно выслушал такое неожиданно эмоциональное выступление Вараи и с сомнением в голосе спросил:
   - Как можно изучить анатомию на трупах? Я разрезал неживых животных и с полной ответственностью могу тебе заявить, что живые - более подходящий материал, чем мертвые! - он уставился на Вараю в ожидании ответа.
   "Ну и что мне на это ему сказать? Ведь он прав, чертенок. Правда, о моральной стороне вопроса он снова вообще никак не подумал. Значит, будем давить на жалость", - подумала про себя женщина, а вслух произнесла:
   - Тебе не кажется, что живых, не нарушая законов Ливадии, я не могу брать для своих исследований и испытаний? К тому же у всех людей есть близкие, родные, друзья, которым они дороги. А наши с тобой эксперименты очень опасны для подопытных. Представляешь, какая каша заварится, если кто-то узнает, что мы просто так режем живых и здоровых людей? Нам еще только народных волнений не хватает.
   - Хм, Варая, я удивляюсь, как ты с таким подходом и заморочками достигла своих высот. Во-первых, близким сообщать вообще не обязательно, во-вторых, можно использовать умалишенных, в-третьих, смертников в городской тюрьме всегда много.
   ак же он прагматичен, жесток и не имеет ни капли совести, жалости и сочувствия. Нужно срочно, чтобы не стало совсем поздно, браться за его перевоспитание, вернее лечение. Иначе, как болезнь, его состояние и образ мыслей я назвать просто не могу", - размышляла грустно Варая, но пора было действовать, искать аргументы, доводы, доказательства, чтобы убедить принца в своей правоте, иначе он быстро поймет, что их просто нет:
   - Существует много правил, законов, обычаев и тому подобных вещей, которые ты почему-то не учитываешь. Я потом тебе о них обязательно напомню или расскажу, потому что они очень важны. А сейчас давай уже пойдем в лечебницу и начнем твое обучение. Мы и так задержались.
   Дарий наклонил голову на бок и тихо, чтобы никто не слышал, проговорил:
   - Интересно, это еще что за правила такие, что мешают продвижению науки и заставляют мучиться ученых? Кому нужны такие правила? Надо срочно что-то придумать.
   "Да, у меня нет слов. Как же я раньше на все это не обращала внимания или не хотела в это верить? Вот кто занимался его образованием? Голову бы ему оторвать... Ладно, думаю, я за год- другой вправлю ему мозги. Главное - больше не пускать этот процесс на самотек", - подумала Варая и повторила свое предложение:
   - Ну, что, Дарий, идем, или ты себя все еще плохо чувствуешь?
   - Моя болезнь не может повлиять на наши с тобой уроки, так что я готов. Я так долго об этом мечтал, что легкое недомогание меня не остановит.
   "Хм, еще бы ты не был готов".
  
  
   Ветер сидел на подоконнике, грыз яблоко и ритмично размахивал ногами. Дело было на самом верхнем этаже башни, и сидел он лицом далеко не во внутрь комнаты, так что даже Громила понимал, что что-то очень сильно беспокоит его друга. Именно в такие моменты Ветра всегда тянуло на безумные поступки.
   - Ну и что на этот раз случилось? - это уже ввалился в комнату Лис.
   - А почему ты решил, что что-то случилось? - Ветер лениво оглянулся на Лиса, с остервенением вгрызся в сочное яблоко и снова уставился куда-то вдаль.
   - Ну, во-первых, в нормальном состоянии ты не размахиваешь ногами, сидя на такой высоте, во-вторых, не находишься так долго на одном месте.
   - И, в-третьих, не кидаешься с башни в охраняющих покой принца гвардейцев огрызками, - это уже заявился Молчун. - К тому же еще и промахиваешься.
   - Это кто промахивается? Я промахиваюсь?! - похоже, последняя фраза Молчуна окончательно открыла дорогу плохому настроению Ветра.
   - А как ты сам назовешь попадание в цель трех огрызков из пяти? Неужели меткостью?
   Ветер начал возмущенно набирать в легкие воздух, готовя мощнейший звуковой удар по своему обидчику, но был вовремя остановлен подзатыльником Громилы, после которого от неожиданности чуть не сверзился в окно.
   - Все заткнулись, а ты, - палец Громилы уперся в ошеломленно потирающего затылок Ветра, - сейчас объяснишь, что за критические дни у тебя начались и где ты пропадаешь уже два дня! Будешь снова молчать, полетишь вслед за огрызками. Поверь мне, я уж точно не промахнусь.
   Ветер как-то сразу успокоился, быстро прикинув большую вероятность такой перспективы, а Лис кивком поблагодарил Громилу за своевременное вмешательство. Молчун, бурча себе под нос: от это равновесие, даже с башни не хряпнулся", уселся в свободное кресло.
   Ветер поерзал на подоконнике, осмотрел, почему-то потолок и начал:
   - Дарий с Вараей уже вторые сутки находятся в главной лечебнице, заперлись в морге и, как говорят местные лекари, разделывают трупы. Похоже, болезнь Дария опасна и заразна, если уж Варая ей поддалась. Это конец света! - Ветер окинул взглядом всех присутствующих. - Что будем делать?
   Молчун резко выдохнул и произнес:
   - Фу, я-то думал, что что-то серьезное произошло, а про чудачества Дария с Вараей я узнал сразу же, не успели они запереться в морге.
   Ветер вскочил на ноги и стал быстро ходить по комнате:
   - Ты считаешь, что ничего не произошло? Где это видано, что потрошение людей - это нормально?
   - Во-первых, не потрошат, а делают анатомическое вскрытие. Это мне объяснила сама Варая.
   - Так ты уже и разговаривал с ними и нам ничего не сказал? - Ветер обидчиво посмотрел на Молчуна. - Какая разница, как это называется, это же сумасшествие.
   Молчун задумчиво посмотрел на Ветра и спокойно произнес:
   - Ты, по-моему, совсем не понимаешь, что режут людей они не ради удовольствия и не из любопытства, а для науки. Эти исследования позволяют узнать о многих болезнях и их последствиях. К тому же, в отличие от нас вами, они никого не убивают, ну, почти никого.
   - Так, - это уже вмешался в разговор Лис, - вот по поводу "почти" можно поподробнее?
   - Ну, Варая попросила меня договориться с тюрьмой, что бы ей выделили одного, а лучше двух смертников.
   -А зачем? - Ветер обвиняюще посмотрел на Молчуна. - Явно ведь просит не беседы вести.
   -Она хочет испытать на них новые противоядия и какие-то лекарства, прежде чем использовать их для лечения нормальных людей.
   - Зачем испытывать противоядие, если их никто не травил? - это реплика Громилы вызвала истерический смех у всех собравшихся и тем самым развеяла туман напряженности.
   - Ладно, посмеялись и хватит. Сейчас идем в тюрьму, забираем смертников и двигаемся к Варае. Она нас давно ждет.
   Ветер не успел открыть рот для вопроса, как Громила схватил его за шкирку, поставил на ноги, и сказал:
   - Вот Варае все свои дурацкие вопросы и задашь, перебаламутил всех, довел охрану до истерики. И все из-за чего? Из-за двух смертников и нескольких трупов. Не ожидал, что ты такой жмот.
   - Я жмот? - Ветер возмущенно повернулся к Громиле.
   - Ну, а как тебя еще назвать? Или ты обижаешься, что тебя не пригласили в морг лично поучаствовать?
   Ветер возмущенно посопел и ускоренным шагом устремился за Молчуном, который уже скрылся за дверью. Громила устремился за ним следом, не забыв крикнуть остолбеневшему Лису:
   - Догоняй, а то пропустишь самое интересное, - и скрылся за дверью.
   Лис вздохнул и буркнул в ответ:
   - Ну, точно приют убогих. Бежим скорее смотреть, как будут травить смертников. Сумасшедший дом какой-то, - еще раз вздохнул и пошел к двери.
  
   Получить смертников на руки оказалось не так просто, как казалось. Назревал скандал, который мог привлечь внимание к происходящему, а это ни в чьи планы не входило.
   Тюремный горбик сразу все понял, быстро вошел в наше пожелание позаимствовать смертников, но наотрез отказывался давать двоих.
   - Этот гад говорит, что даст или четверых, или ни одного! - возмущался Громила. - Куда нам столько? Варая с Дарием еще столько отравы не придумали, чтобы на четверых хватило. Влетит нам за самоуправство! Что мы со всеми ними будем делать? Обратно, в тюрьму, их не возьмут.
   После немыслимых угроз и оглашения всех возможных кар, грозящих обеим сторонам, гвардейцы в кои-то веки выкинули перед горбиком белый флаг и согласились-таки взять всех четверых. Когда горбика спросили, почему, мол, четверых, а не меньше, он только хмыкнул и ответил, мол, увидите сами.
   После затяжного спуска в казематы гвардейцы, наконец, очутились в комнате смертников, где перед ними предстала живописная картина. В центре восседал человек, ну, никак не уступающий габаритами Громиле, что уже само по себе было чудом. Правда, из-за долгого пребывания в тюрьме он сильно оброс и приобрел, мягко говоря, не совсем приятный запах, от которого, казалось, воздух в камере потерял свою прозрачность и обрел сероватый оттенок, потому что с непривычки темнело в глазах. Положив головы ему на колени, рядом спали трое чумазых детей неопределенного возраста. Скорее всего, им было не больше четырнадцати. Громила, увидев все это, повернулся к тюремщику и спросил:
   - За что приговорили детей, изверги? Они же и блохи не обидят?
   Тюремщик нервно сглотнул и ответил:
   - На этой четверке только доказанных тридцать трупов. А уж сколько еще их было - одному Святому ветру известно.
   Молчун еще раз, но уже опасливо и с удивлением посмотрел на заключенных и переспросил:
   - Тридцать? А за какой срок?
   - За один день! Дети опаивали постояльцев, а этот, - горбик кивнул на Громилу N2, - давил по-тихому, тех, кто переживал знакомство с их отравой.
   - Отравители идут на опыты к отравителю. Неисповедимы пути Святого ветра. Они хоть небуйные? - Молчун повернулся к тюремщику и требовательно посмотрел ему в глаза, чтобы уловить те чувства и эмоции, которые не выразить словами.
   - Нет, но при одном условии - если не обижать мелких.
   - А если обидеть?
   - Ну, тогда лучше держаться подальше от этого немого верзилы.
   - Так он еще и немой? - Громила подозрительно обошел скульптурную композицию из четверых смертников.
   - Ну, во всяком случае, кроме мычания и рычания, мы от него ничего не слышали, - тюремщик пожал плечами, как бы подтверждая свои слова.
   Значит так, - Ветер вышел на свет и обратился к смертникам, - есть возможность избежать смертной казни. Способ опасный, не скрою, но верный. Если согласитесь, то сюда больше точно никто не вернется. Пойдете по своей воле, или вам помочь?
   Скульптура резко вскочила на все свои такие разные восемь ног и с недоверием уставилась восемью глазами на Ветра. Картина получилась угрожающая.
   - А вы не врете, дяденька? - голос, явно, принадлежал девочке, и, похоже, ей было не больше двенадцати.
   От звука этого совсем еще детского голоса Ветра передернуло. Не может в тюрьме, да еще в камере смертников находиться маленькая девочка. И не может обладательница такого чудесного звонкого голоска быть убийцей такого количества людей! Что-то тут не так.
   - Не вру. Гвардейцы не врут. Ну что, вы готовы следовать за нами?
   Дети посмотрели на своего защитника, тот им слегка кивнул, и голос девочки вновь прозвучал в каземате, как солнечный лучик:
   - Мы согласны, ведите нас. Да поможет нам Святой ветер.
   Колонна медленно выстроилась в цепочку и медленно двинулась на выход. "Чтобы я еще раз пошел за смертниками...", - то ли стон, то ли вопль разнесся по камере, и звук этот был удивительно похож на голос Лиса.
   До морга пришлось идти через добрую половину города. В тюремную повозку могли уместиться или только смертники, или только их охрана. На странную процессию жители и гости столицы обратили внимание моментально. Шушуканье и отдельные громкие реплики жителей создавали странный звуковой фон двигающейся процессии. От всего этого становилось не по себе. Громила передернул плечами и тихо спросил у Ветра:
   - Тебе не кажется, что пока мы дойдем до морга, весь город будет знать, что дарийцы по городу толпами водят смертников. И одному Святому ветру известно, какую причину они выдумают и что предпримут в ответ.
   - Да-а-а, Лис почесал тыковку, - зря мы этот поход придумали. Надо было частями в повозке перевезти.
   - Ага, - Ветер поморщился, - и как ты себе это представляешь? - он кивнул на смертников. - Как только бы мы разделили этих горемычных, громила N 2 нам бы устроил пляски Святого ветра с мордобитием.
   - Не громила, а Дылда! Громила - это я, если Вы помните. А если забыли, то я могу освежить вашу память! Желающие есть? - недовольная реплика Громилы чуть развеяла похоронное настроение.
   - Извини, Громила, мы учтем твои пожелания, - Лис улыбнулся. - А теперь давайте поднажмем, а то некоторые зеваки, по-моему, уже решили сопровождать нас. Мне хватает этого концерта из звякающих кандалов, а если нам еще и зрители подпевать начнут... Уу-у-у-у-у-у.
   Все увеличили скорость, даже смертники. Сопровождение лишних любопытных глаз никому не нравилось.
   По прибытии к моргу у всех возникло такое ощущение, что тот находится на осадном положении. Большое количество сотрудников находилось около парадного входа и оживленно о чем-то перешептывалось. Никто и не думал расходиться. Если бы не стена вокруг морга и охрана, к ним бы с удовольствием присоединились те многочисленные зеваки, которые пришли сюда вслед за процессией из тюрьмы. Но охрана, отстранив лишних людей, решила не искушать настроение самой этой странной и не весть откуда взявшейся компании, в которой нельзя было не узнать лучших солдат империи, и не мешать им в осуществлении того, для чего они сюда прибыли. Тем более что один взгляд, брошенный на Громилу, мог сразу натолкнуть на мысль, что морг - это далеко не самое страшное заведение, куда может попасть бедолага, который осмелится встать на его пути.
   Группа гвардейцев и иже с ними, не обращая внимания на зрителей около входа, дружно ввалились в морг и, не пройдя и десяти шагов, уперлась в широкую спину Громилы. После секундного замешательства Лис обогнул внезапное препятствие и увидел завораживающую картину аньяки кушают, а все разбегаются".
   Варая и Дарий в кровавых кожаных передниках сидели в углу за столом, пили горячий чай с булочками и мило о чем-то беседовали, а трое бледных и таких же измазанных с ног до головы сотрудников морга дрожащими руками и с подгибающимися коленками перетаскивали большие мешки из морга куда-то вниз.
   - О, а вот и смертнички, - Варая и Дарий синхронно встали и направились к долгожданным посетителям.
   Группа вновь прибывших непроизвольно попятилась, но выбежать из морга им не дал Дылда, которого одарил столбняком Святой Ветер, настигший его в проеме единственных дверей.
   - Ва-а-а-рая, а м-м-может, м-м-мы п-п-пойдем, а вы т-т-тут сами разб-б-беретесь? - Громила неожиданно начал заикаться, а на его реплику вся группа, в том числе и смертники, синхронно кивнула.
   - Куда это вы собрались? А смертников кто охранять будет? - Дарий оглядел гвардейцев, а потом Дылду с детьми - А почему смертник только один? И зачем вы в морг детей привели?
   - А это непростые дети, а тоже смертники, - Ветер сглотнул и попытался спрятаться за Дылдой, но тот продолжал пребывать в ступоре, и затея Ветра не удалась.
   - Это с каких пор в Ливадии стали приговаривать к смерти детей? - Варая возмущенно посмотрела на Лиса. - И что же они натворили?
   - Доказанное отравление и удушение тридцати жертв, а может и более, - Лис вытянулся по струнке и отчеканил ответ, как на плацу.
   Варая обошла застывшего Громилу и вытянувшегося во фрунт Лиса и приблизилась к маленькой девочке.
   - Милая моя, правда то, что сказал дядя-гвардеец? - обратилась Варая к девочке, приседая на корточки, чтобы увидеть ее глаза.
   Девочка засмущалась и почему-то посмотрела на Дылду. Тот одобрительно ей кивнул, и она, вздохнув, ответила:
   - Да, это правда, но они первые начали.
   - Что значит "первые начали"? - спросил подошедший сзади принц.
   Переглядывание девочки и Дылды повторилось, пауза немного затянулась, но ответ все же был дан:
   - Герцог Рух хотел меня забрать, но громила был против.
   Громила очень удивился услышанному и попытался отойти назад, но уперся в Дылду, который, похоже, вообще застрял в проходе. А девочка продолжила:
   - Герцог сказал, что ему наплевать, сколько мне лет, потому что у него давно уже не было такой молоденькой.
   После этих слов девочка покраснела и шмыгнула носом. Варая ошарашено переводила взгляд то на девочку, то на Дылду.
   - Он приказал вымыть меня и одеть поприличнее.
   Тут вмешался мальчик, который все это время молчал и слушал, чтобы понять, куда и зачем их привели, кто все эти люди вокруг, и стоит ли им рассказывать, за что их приговорили к смерти. Он был чуть старше девочки:
   - Он приказал своим слугам накормить ее, а вечером привезти к себе, - мальчик возмущенно топнул ногой. - А потом он сказал, что его слуги тоже не откажутся повеселиться.
   Дарий ошарашено взирал на Вараю, как бы спрашивая, как это возможно в Ливадии. Всем было известно, что за интимные отношения с детьми, которым не исполнилось четырнадцати лет, полагалось наказание в виде пятидесяти плетей или смерть, что, в принципе, одно и тоже, только без мучений. Император очень не любил людей с такими наклонностями и за время своего царствования, кажется, вывел эту скверну, а вот нет, оказывается.
   - Громила сказал, что со всеми не справится, и мы решили их отравить, - мальчик шмыгнул носом и продолжил. - После этого мы подмешали яд в вино, а тех, кто не стал пить, Громила удавил. Сказав это, мальчик опустил плечи и, подойдя к Дылде, обнял его.
   -Да-а-а-а, и что теперь делать? - Ветер оглядывал всех присутствующих, ища ответа, как выйти из этого крайне неприятного положения.
   - Как принц и глава церкви я отменяю назначенный приговор детям. А вот ты, Дылда, должен понимать, что тебя я простить не могу. Ты в пылу гнева вполне мог удавить вовсе не виновных людей. Ведь не пили, скорее всего, только самые младшие из слуг?
   Дылда пристыжено кивнул, соглашаясь со словами принца.
   - Но, я надеюсь, наш опыт пройдет удачно, и ты будешь прощен после того, как я тебя возьму на поруки. Ты согласен?
   Дылда расплылся в улыбке и радостно закивал головой. Еще пару часов назад он и представить себе не мог, что жизнь его самого и детей так резко изменится, а точнее, не просто изменится, а продолжится и не где-нибудь, а рядом с самыми важными лицами империи, которые уж точно больше не дадут их никому в обиду.
   - Значит так, - Варая обратилась к Лису, - детей вывести отсюда, помыть, одеть, накормить, напоить, а мы начнем свой эксперимент. Как только у нас будут результаты, мы вам их сразу сообщим. Дети как по команде ринулись к Дылде и вцепились в него, что было сил, давая всем присутствующим понять, что без боя они не сдадутся.
   - Мы никуда не пойдем без него! Делайте свой экспирумент, а мы постоим и подождем, - девочка просительно посмотрела на Вараю, не отпуская Дылду.
   - Ну что с вами делать? - Варая всплеснула руками, при этом с кровавого фартука на пол упало несколько капель.
   Все опять громко сглотнули, уж очень это было страшное зрелище. А виновница наступившей тишины и охватившего всех ужаса тихо, но жестко закончила:
   - Стойте здесь спокойно и не мешайте. Это займет минут пять, не больше. Можете принести несколько молитв Святому ветру, если знаете их. Я надеюсь, что все пройдет успешно, мы очень старались, - Варая задумчиво уставилась на Дария. - Как ты думаешь, дадим полную дозу или облегченную?
   Дарий уже несколько минут задумчиво рассматривал Дылду, задавая себе тот же вопрос:
   - А ему, похоже, нормальная доза как раз и будет облегченной, - сказал он, обведя всех взглядом, после которого Громилу пробрала икота, а Молчун вдруг исчез. - Громила, Ветер и Лис, положите Дылду на стол и привяжите его хорошенько, а то вдруг корчи начнутся, так и себя, и других может покалечить.
   Громила взглянул на окровавленный стол и вздрогнул. Варая проследила за его взглядом и, хлопнув себя по лбу ладонью, громко закричала:
   - Эй, лоботрясы, быстро вытереть стол, а тот он выглядит негигиенично и пугает порядочных людей.
   Громила посмотрел на Лиса и спросил:
   - Гугеично - это что?
   - Не бери себе в голову, если по-простому, то это означает что-то типа "невкусно", - Лис махнул рукой.
   - Ни фига себе не вкусно! Разве кишки и литра два крови могут быть вообще вкусными? - Громила еще раз сглотнул и уставился на мелькающих перед столом сотрудников морга.
   - Да-а-а-а-а, вот как их Варая с Дарием выдрессировали. У меня в части даже плети не могли вызвать такой энтузиазм в работе и службе у некоторых солдат. Чтобы найти такой стимул, надо иметь талант, - Ветер заворожено смотрел за этим мельтешением, пытаясь понять, как они не падают на скользком полу.
   - Ну вот, - Варая провела пальцем по столу и, удовлетворенно кивнув, повернулась к Лису, - стол готов, приступайте.
   Дылда обреченно подошел к столу и улегся на него. Громила получив в руки моток каната, услужливо поданный сотрудником морга, не откладывая это черное дело, за минуту обмотал Дылду и, повернувшись к Дарию сказал:
   - Все готово, - и резво переместился к двери, заняв стратегически выгодную позицию при неожиданной эвакуации.
   Варая подошла к Дылде и произнесла:
   - Сейчас мы будем испытывать новое лекарство. Для этого я тебе закреплю рот, чтобы мы могли спокойно залить тебе противоядие, чтобы ты не умер, когда подействует яд. Большая просьба - сильно не дергайся, а то лекарство от отравы существует пока только в одном экземпляре, и если ты его прольешь, то спасать тебя будет нечем.
   Дылда ошарашено взглянул на Вараю и состроил на своем лице гримасу, означающую, что он все понял, конечно, но ему от этого не легче.
   - Дарий начинай, -Варая отодвинулась в сторону, пропуская принца к подопытному. Дарий достал из ножен кинжал и полоснул по руке Дылды.
   - Никогда не возьму у принца нож, чтобы яблоки почистить, - реплика Ветра была воспринята всеми окружающими с пониманием и с сожалением.
   После минутного ожидания Дылда учащенно задышал, а потом резко выгнулся издав яростный рев. Рычащий и бьющийся в корчах Дылда, сначала пожелтел, а потом стал покрываться синими пятнами.
   - Святая смерть! - как-то странно завывая, вскрикнул один из сотрудников морга и рухнул в обморок.
   - Чего уставились?!!! - резкий окрик Вараи заставил всех прийти в себя. - Держите Дылду, а то я не смогу влить в него противоядие, пока он корчится.
   И, правда, Дылда, хоть и связанный, выкидывал такие коленца, что огромный стол ходил под ним ходуном. Все резко ринулись удерживать Дылду, навалились на него, чтобы ограничить его возможные движения, и спустя несколько секунд Варая смогла относительно спокойно залить противоядие ему в рот. Еще через пять секунд Дылда стал успокаиваться и начала пропадать желтизна, но вот синие пятна остались.
   Дарий обеспокоено вертелся вокруг пациента, ощупывая его, заглядывая в глаза, считая пульс, а Варая пыталась что-то найти у него во рту.
   - Так, развяжите его. Он точно жив, но пока не пришел в себя, - Варая отвела от стола Дария, и они оживленно что-то стали друг другу доказывать.
   Процесс избавления Дылды от пут прошел без эксцессов и жертв. Все замерли в ожидании, когда жертва эксперимента придет в себя. Вот, наконец, тело чуть вздрогнуло, рука медленно поднялась и дотронулась до лица, ощупала его, потом открылись глаза, и Дылда сел и уставился на свои руки с синими пятнами.
   - Я похож на любимые занавески моей матери.
   Девочка радостно взвизгнула и повисла у него на шее:
   - Громила, ты разговариваешь!
   - Не Громила, а Дылда, - обиженно произнес Громила, и все с облегчением улыбнулись.
  
  
   Император задумчиво смотрел в окно и расковыривал дырку у себя в кармане. За последние три дня Дарий не переставал его удивлять. Мало того, что он своим походом в морг перебаламутил добрую половину столицы, так еще и умудрился даже Вараю привлечь к этому, а это уже ни в какие ворота не лезло. Император отвернулся от окна и обратился к рядом сидящему в кресле Ботосу :
   - Ты можешь мне подробнее рассказать, что там учудил мой сынок? И какую роль во всем этом играет Варая? А то слухами уже переполнен весь дворец, при этом все они настолько нелепые и фантастические, что я уже не знаю, что и думать.
   Ботос с не удовольствием отвлекся от бокала вина и обратил свои уставшие глаза на императора.
   - Да, ничего особенного там не произошло. Дарий просто в своем репертуаре, а вот ты попал в серьезный переплет. Мало того, что тебе скоро придется казнить одного нечестного на руку судью, так еще нужно будет отправить в изгнание семью одного известного тебе герцога. Император удивленно уставился на Ботоса:
   - А можно объяснить, что случилось и почему я вынужден выступать в роли палача?
   - Легко! - Ботос уселся поудобнее в кресле. - Как тебе известно, Варая решила заняться воспитанием Дария.
   Император согласно кивнул, а Ботос продолжил:
   - После того, как Дарий и Варая заперлись в морге...
   - Стоп, а какая связь между моргом и воспитанием? Не вижу логики. Или Варая решила, что атмосфера морга будет благотворно влиять на психо-физическое состоянии и степень усвоения материала Дарием?
   - Нет, просто Варая решила начать с анатомии, а морг, как сам понимаешь, самое удобное для этого место.
   Император кивнул и махнул рукой, давая понять, что ждет продолжения.
   - Два дня они увлеченно проводили различные опыты, после которых им, естественно, понадобились подопытные.
   - Ну, как смертники оказались в морге, я в курсе. После этого похода весь город жужжит и выплевывает такие слухи, что самого оторопь берет. Самый несуразный, какой я слышал, это тот, что преступников будут перевоспитывать с помощью святой силы Дария, император фыркнул. - А почему это нужно делать в морге им на ум не пришло. Ладно, что там дальше?
   - Ну, во-первых, преступники оказались не совсем преступниками.
   - Это как? Из-за этого ты сказал, что мне скоро придется казнить судью?
   - Да, преступниками оказались три малолетних ребенка и копия Громилы. Небезызвестный тебе герцог и его люди были убиты за то, что потребовали себе на ночь двенадцатилетнюю девочку для понятных тебе развлечений.
   Император упал в кресло и удивленно уставился на Ботоса:
   - И почему я этого не знал раньше?
   - Вот у судьи об этом и спросишь. Я его уже в подвале запер, а то гвардейцы, как пронюхали про это дело, очень настойчиво пытались его найти. Слава Святому Ветру, Тени оказались более расторопными, а то казнить, скорее всего, было бы уже некого.
   Ботос отхлебнул вина и продолжил:
   - Дарий - молодец. Когда узнал, что со смертниками приключилось, тут же их и помиловал.
   - Как принц?
   - Не-е-е-е, как глава церкви он имеет на это право. Умный мальчик растет. А так как Дылду простить не имел права, уж очень много душ, а точнее гнид, на нем осталось, он предложил ему участвовать в смертельном эксперименте, и если он выживет, то взять его на поруки теперь уже как принц.
   Император повертелся в кресле, посмотрел на Ботоса и спросил:
   - А причем здесь святая смерть, о которой голосят служители морга? И причем здесь святой Дарий - дарующий голос, о котором не менее увлеченно голосят тюремные горбики?
   - Ну, тут все крайне просто. Эксперимент заключался в испытании противоядия от святой смерти, то есть того самого известного яда, который изобрел Дарий. А звание "дарующий голос" - это, вообще, смех. Дылда был от рождения немым. Как от страха в детстве потерял голос, так больше и не мог издавать никаких звуков, кроме мычания, а после испытания противоядия заголосил, как твоя жена, что теперь не остановишь. Более того, теперь Дылда стал настоящей тенью Дария. Представь себе Громилу, который не пьет, по бабам не шляется и все время тебя охраняет от всех бед.
   - Да, ладно, чтобы Громила не пил, да еще постоянно меня охранял, быть такого не может - Вот-вот, а у Дария есть теперь такой телохранитель. Кстати, имей ввиду, что для него авторитетами являются Варая и Громила, а ты в этом списке не значишься, - Ботос радостно заржал.
   - Ты чего ржешь? А ну, колись, при чем тут авторитет?
   Ботос прекратил смеяться и удивленно посмотрел на императора:
   - А ты что, все еще ничего не слышал про похождения Мениса?
   - Нет, - император с интересом вытянулся в сторону Ботоса. - Давай рассказывай, не тяни. - Ну-у-у, Ботос решил выяснить про приключения Дария, так сказать, из первых рук. Когда он явился к Дарию, его комнату охранял Дылда. Конечно, он не знал, кто такой Менис, а Менис, в свою очередь, не знал, с кем имеет дело, и чем ему это грозит. Менис при очередной попытке пройти мимо Дылды, несмотря на его предупреждения, был послан гораздо дальше того, куда мог сам дойти.
   - Ну-у, а Менис что?
   - Менис вернулся с четверкой Теней и огреб по самое некуда.
   Император весело заржал. Всегда весело, когда достается кому-то другому, а не тебе.
   - Это тебе смешно, а Теням, которые вылетали из окна башни, заметь, что никто, как ты понимаешь, перед этим раму не открыл, было совсем не весело. Мениса успела спасти Варая, а не то он полетел бы следом. Гвардейцы после этого случая говорят, что им теперь сам черт не страшен. Двое громил - это классно. Особенно красиво и в мельчайших подробностях, смакуя детали и пытаясь воспроизвести звуки, они описывают траектории полетов вылетающих Теней и спорят о том, какая бы была она у Мениса, если бы не появилась Варая.
   Император ржал, как бешеная лошадь, и медленно сползал с кресла на пол.
   - А-а-а-а, рассказал уже значит, - Менис, входящий в кабинет, укоризненно посмотрел на Ботоса, а потом на умирающего от смеха императора. - А еще друзьями называются. Вы бы видели этого Дылду в действии, вам бы тогда тоже было не до смеха. Копия Громилы, но при этом никаких эмоций на лице. Жуть, - Менис передернул плечами. - Вы как хотите, а я бы вам не советовал ходить к Дарию без мощного сопровождения. Если он так его защищает только из-за того, что принц, видите ли, устал, и его нельзя будить, то, что будет с тем, кто захочет навредить Дарию?
   - Да-а-а, повезло Дарию с телохранителями. Этих четверых и так хватало за глаза, а теперь еще и этот Дылда, - Ботос ухмыльнулся. - Кстати, забыл сказать, что проблем теперь только прибавится.
   - Это еще почему? - Император подозрительно посмотрел на Ботоса.
   - Да, потому что теперь у этих головорезов прибавилось приемников! Они взяли этих детей-убийц себе в ученики, чтобы Дарию не было скучно.
   - У-у-у-у-у-у-у-у, надо срочно валить из столицы. Четверо таких учеников перевернут здесь все вверх дном, - император откинулся на кресло и опять весело заржал.
   Дарий увлеченно рассматривал бедную клумбу и кустарник, а точнее то, что от них осталось после приземления Теней Мениса. Да-а-а, это я удачно приблизил к себе Дылду. Яд хорошо, но два таких кулака в придачу еще лучше. К сожалению, эксперименты в морге пока закончены, а так было здорово. Сколько всего интересного у человека внутри, аж дух захватывает. А еще, травить менее приятно, чем лечить от яда. Правда, обидно, что герцог был убит Дылдой, но никто же мне не запрещает испытать новый яд на судье, главное, чтобы Варая не узнала, а то обидится, что я ее не позвал. Как много вокруг всего занимательного! Как подействует новый яд на судью? Но об этом я узнаю только завтра, а сегодня меня ждут мои учителя и новая полоса препятствий.
  
  
  

Гвардейский принц

Глава 6

Имея трех коней, думай не о том,

как быстро ты поедешь, а о том,

как ты будешь их кормить.

мудрый банкир

   Громила, с самого раннего утра хваставшийся новой и угрожающе непреодолимой полосой препятствий, меня не разочаровал. Это было что-то. Дистанция начиналась с нагромождения непонятных конструкций, обозначающих разрушенные стены какого-то замка. Где Громила отыскал столько мусора за столь короткое время, один Святой ветер знает. И как ему удалось найти идиотов, которые этой ночью соорудили такой сюрприз для меня, я вообще, наверное, никогда не узнаю. Ну, я, конечно, пониманию, если стены рухнут, то перебраться через них любому будет затруднительно, но чтоб на столько? Высота рухнувшей стены, судя по горе булыжников и деревянных конструкций, была, как минимум, метров тридцать. Где, я хочу, знать есть такие стены? Нигде нет. Это точно. Даже в священных писаниях нашей церкви Святого ветра упоминаемые стены были не ниже пятнадцати, но и не выше двадцати пяти метров. А сейчас и таких днем с огнем не сыщешь.
   Далее следовал лабиринт с деревянными стенами, не очень большой на вид, но судя по довольной и не к добру ухмыляющейся морде Лиса, ничего хорошего это препятствие не сулило. Потом шли стандартные лестницы, качающиеся бревна и всякая ерунда, которую я часто в том или ином виде и вариациях проходил в последнее время. Но больше всего меня поразил заключительный этап этой полосы смерти - простая яма, наполненная грязной водой, и доска через нее. В чем здесь подвох, я не понимал, но вид дежурившего рядом Молчуна наводил на печальные мысли. С ямой, похоже, не все так просто.
   Толпа гвардейцев, свободных сегодня от службы, оживленно спорила о том, пройду я или не пройду эту полосу. Величина ставок была абсолютно несопоставима с их жалованием. При этом большинство снисходительно хмыкали, произнося фразы типа "уж я то..." Громиле этот балаган совсем не нравился, и все шло к тому, что скоро все бесплатные зрители будут разогнаны, а кое-кто и по шее может получить. Лис, заметив назревающую бурю, решил успокоить Громилу, но не преуспел в этом. Фраза "куда он может засунуть свое успокоение и в каком направлении после этого отправиться", произнесенная Громилой, вызвала дружный громкий хохот зрителей. Громила прореагировал на этот хохот вполне предсказуемо, направившись в сторону весельчаков, но его опередил Ветер, который с ходу умудрился засадить подзатыльники сразу троим. Стоит заметить, что пока он осуществлял этот, поистине шедевральный, маневр, он еще умудрился заехать по нагло смеющейся физиономии локтем другой руки еще одному, а потом произнес речь, которая должна была перевернуть спокойную жизнь гвардейцев с ног на голову, но они пока об этом не догадывались.
   - Ну что, лбы, вылупились? Весело вам, я смотрю? Деньгу ставите? А слабо самим-то пройти?
   Все удивленно смотрели на Ветра.
   - А зачем нам это надо? Мы свое уже отбегали, теперь пусть молодежь учиться.
   В ответ на слова одного из гвардейцев все одобрительно загудели. Ветер на секунду задумался, а потом, просветлев лицом, заявил:
   -- А спорим на пять золотых, что Дарий вас всех сделает?
   От такого наглого заявления даже Лис опешил. Отъявленные головорезы с многолетним опытом и принц-малолетка, хоть и святой. Ну не бывает таких чудес, хотя... Лис призадумался. Полосу делали не столько для проверки силы и ловкости, хотя и они нужны были для ее прохождения, сколько для выработки умения молниеносно оценивать обстановку и принимать нестандартные (т.е. те, которых никто не ждет и не может предвидеть) решения для разруливания любой ситуации. А уж в чем, в чем, а в непредсказуемости и хитрости Дарий мог дать фору любому гвардейцу. Хм, ладно, посмотрим.
   К этому времени все, как один, гвардейцы уже подтвердили свое согласие на участие в этом соревновании. К тому же Лис был приятно удивлен, когда узнал, что все они отвергли денежный спор с Ветром, несмотря на то, что пять золотых были немаленькой для них суммой. Они всего лишь просто предупредили, что если он проспорит, то кабак за его счет. Все-таки слова Ветра задели гвардейцев за живое, и они с присущей им простотой и искренностью решили не просто доказать Ветру, как он не прав на их счет, но и проучить знаменитого зубоскала и подкольщика. Чем не награда. Так, а где Дарий? Лис оглянулся и увидел оживленно о чем-то спорящих Дария и Громилу. Ну-ка, ну-ка, пойдем послушаем, о чем идет речь.
   - Громила, я с тобой согласен в том, что устраивать из обучения цирк не стоит. Но ты же не можешь не признать тот факт, что в соревновании с соперником результат всегда лучше, чем в одиночном забеге. Согласен? Ребята Дылды еще не скоро смогут составить мне компанию и участвовать в испытаниях на равных. Вы же сами их пока не допускаете до прохождения полосы препятствий, боясь, что они расшибутся. Вот, кстати, и Лис идет. Пусть он нас и рассудит.
   - Лис, объясни принцу, что если эти ребята уделают его, как не знаю кого, а это очень даже возможно, то пострадает, в первую очередь, его же репутация. Кому от этого будет прок?
   - Его репутация не пострадает, Громила! - Лис сделал паузу и посмотрел на Дария.
   Тот внимательно его слушал, сохраняя совершенное спокойствие, только легкая улыбка появилась на его лице после того, как Лис встал на его сторону в споре.
   - Молодец... Его репутация? Это малолетний принц с не по годам умной головой и хорошей подготовкой, не более.
   Громила обиженно засопел, понимая, что спор с двумя соперниками он точно не потянет. А жаль. Вот если бы итог спора решался в битве, тут он бы и с дюжиной справился.
   - Да, да, Громила. А вот если он уделает, как ты говоришь, хоть одного гвардейца, тогда его репутация наберет еще больше баллов. Тебе так не кажется?
   Громила с недоверием посмотрел на Дария, потом на Лиса. Парировать было нечем:
   - Надеюсь, что ты прав. Но вот Ветру я точно яйца откручу. Откуда у него пять золотых, когда сегодня с утра он уже занял у меня три? При этом клялся Святым ветром, что у него ни гроша в кармане не осталось, потому что, видите ли, все потерял.
   Лис улыбнулся и ответил:
   - Твои дела с Ветром - это твои дела, а со мной ты, похоже, согласен. Дарий, а ты сам что думаешь обо всем этом? - Лис повернулся к Дарию и изумился перемене в принце.
   Казалось, что Дарий как-то сразу стал выше ростом, а на его лице расплывалась такая ехидная улыбка, что даже Громиле стало ясно, что сегодняшнее представление обещает быть очень интересным.
   - Лис, я с тобой совершенно согласен, но у меня будет одно условие.
   - Какое, Дарий? - Лису очень не понравилось, с какой интонацией принц произнес слово "условие". Что же он опять придумал? Ладно, зачем гадать? Сейчас все и узнаем.
   - Ты сейчас соберешь всех гвардейцев и очень подробно огласишь им правила прохождения полосы препятствий.
   - Это еще зачем? Вот полоса, которую каждый из вас должен будет пройти как можно быстрее. Что тут может быть непонятного? - Громила уставился на Дария в ожидании ответа.
   Лис тоже с интересом посматривал на принца: от это да. Похоже, я понял, что задумал Дарий. Это проделка в его стиле: что не запрещено, то разрешено. Может, тоже побиться об заклад? Меня не покидает ощущение, что Ветер скоро станет обладателем приличной суммы в золотых монетах. Не знаю, как у принца будет в дальнейшем с фехтованием, но стратег из него получится, скорее всего, отменный, а уж какой это будет политик с его пренебрежением к установленным правилам, я даже боюсь себе представить. Не права Варая, мы не монстра растим. Мы опоздали. Он уже своего рода монстр, а нам остается придать ему хоть какие-то человеческие черты. А наши потуги обучить его разным способам смертоубийства для него всего лишь хобби. Не более".
   - Ну, так как Лис? Ты согласен?
   Лис отвлекся от своих размышлений и ответил:
   - Да, Дарий, я согласен. Нет проблем. Зови гвардейцев, Громила.
   Когда все гвардейцы и принц собрались вокруг Громилы, как муравьи вокруг муравейника, Лис начал выполнять свое обещание:
   - Я хочу озвучить правила прохождения этой полосы препятствий, чтобы при ее прохождении не возникло никаких непредумышленных нарушений.
   Все удивленно замолчали. Жульничать при всех было или глупо (не успеешь добежать до конца полосы, как перестанешь быть гвардейцем), или так сложно и самонадеянно, что никому это и в голову бы не пришло. Но раз Лис сказал, что будут правила, то значит так надо. Лиса все уважали.
   - Во-первых, нельзя ломать инвентарь и сооружения, во-вторых, нельзя использовать посторонние предметы, не относящиеся к полосе препятствий, в-третьих, у последнего препятствия вас будет ожидать Молчун. В его задачу не входит помогать вам, он просто, насколько сможет, затруднит прохождение своего этапа. Трогать никого из вас он не имеет права, он может только двигать доску.
   - Так мы же никогда не справимся с последним этапом! Это же Молчун! - гвардейцы возбужденно загомонили.
   - Да-а-а, - Лис почесал затылок, что-то мы немного переусердствовали. - Ну, тогда давайте так: Молчун имеет право коснуться доски только один раз. Так вас утроит? Согласны?
   Удовлетворительное, но все равно какое-то обреченное мычание было ему ответом.
   - Главное, проходя дистанцию от начала до последнего этапа, вы должны попасть за спину к Молчуну. Преодолеть вам надо все препятствия и как можно скорее. Самый быстрый побеждает. Всем все понятно?
   Все удовлетворительно кивнули, один только Дарий недовольно морщился. Похоже, ему не понравились последние слова Лиса насчет того, что пройти надо все препятствия.
   вот так, Дарий, ты хотел хитростью все препятствия обойти, как бы не нарушая условий. Не получится. Думай хорошенько, думай. А в том, что ты что-нибудь обязательно придумаешь, я уверен. А вот и Дылда со своими малолетками прибыл. Видно решили посмотреть, что это за представление тут начинается. Смотрите, смотрите. Такой цирк вы точно нигде не увидите", - думал про себя Лис, внимательно наблюдая за всем происходящим вокруг, чтобы не упустить из вида ни одной детали.
   Никто ничего не имел против того, чтобы Дарию стартовать последним, чтобы он мог, увидев все ошибки и возможные варианты прохождения полосы препятствий, понять, как ему действовать, чтобы увеличить свои шансы на успех, в который, конечно, никто не верил. Еще бы, ведь все его соперники - гораздо более физически крепкие и опытные воины императорской гвардии, а он только подросток королевских кровей. Гвардейцы, как, впрочем, и сам Дарий, даже не представляли, какой подарок они ему этим сделали. Принц спокойно стоял в сторонке, внимательно смотрел и слушал, что происходит вокруг, а его серьезное и напряженно-задумчивое лицо отбивало у любого всякую охоту отвлекать его от своих мыслей.
   Время шло, уже большая половина участвующих закончила соревнование. Как и предсказывал Ветер, большие проблемы возникали в лабиринте, из которого редкий гвардеец выбирался без синяков, и с летающими бревнами. С Молчуном все было ясно с самого начала - никто не избежал ямы. А потому за его спиной столпилась весьма колоритная компания, мокрая, грязная, побитая, но шумная и довольная тем, что так неожиданно смогли повеселиться. Они приветственно похлопывали тех, у кого было лучшее время, и снисходительно смотрели на Молчуна, всем своим видом как бы говоря "мол смотри, какие орлы; твоему принцу придется туго".
   По поведению Лиса Молчун уже давно догадался, что от Дария надо ждать какой-то сюрприз, а потому лишь снисходительно улыбался гвардейцам, не отвечая на их язвительные шуточки, и ждал, чем же все это закончится.
   Ветер стоял рядом с Громилой, позади всей толпы участников, и засекал время. Судя по его спокойному лицу, он все сильнее терзался сомнениями в правильности своей затеи, но назад отступать было уже поздно. Он внимательно провожал взглядом всех заканчивающих прохождение препятствий и морщился, если им удавалось показать лучшее время. Оставалось всего трое гвардейцев, когда Громила вдруг резко толкнул Ветра в бок:
   -Ты смотри! Что это он? - буквально прокричал он (что тоже указывало на его волнение за исход состязания), указывая на Дария.
   Ветер повернул голову в сторону принца и, наконец, выдохнул с облегчением. Дарий преспокойно сидел себе на бревне и улыбался, как будто совсем забыл, что ему уже через несколько минут предстоит пройти головоломную полосу препятствий, с которой не справился еще никто из участников. Ветер несколько раз уже видел такую улыбку на лице принца, когда ему в голову приходила какая-то неожиданная идея. Точно так же он улыбался перед взятием главного храма. "Хороший признак", - решил Ветер, переглянувшись с Молчуном, который, похоже, тоже заметил позитивные перемены в поведении Дария. Они понимающе и с чуть заметной ухмылкой кивнули друг другу, успокоились и стали дожидаться заключительного аккорда.
   После того, как последний гвардеец закончил прохождение полосы, Дарий спокойно подошел к старту, а все вокруг с любопытством затихли в ожидании развязки этого приключения. Ветер дал отмашку, и Дарий начал движение. Первое препятствие из горы мусора, изображающей разрушенную стену, Дарий прошел с худшим временем, так как его рост и силовая подготовка не позволяли ему соперничать с хорошо тренированными и физически крепкими гвардейцами. Правда, следует заметить, что отстал он не так уж намного, а предшествующие его времени результаты были очень плотными, так что если он больше нигде не ошибется, сохранялась вероятность зацепиться хотя бы за середину.
   Стоило принцу поравняться с лабиринтом, как первые же его движения повергли всех наблюдателей в шок, ведь они ожидали, что он, как все, набьет себе россыпь шишек и синяков, прежде чем пройдет это препятствие, если он вообще его пройдет, но это вовсе не входило в планы Дария. Он не спустился в лабиринт, а пошел по верху, т.е. по стенам, ведь потолка-то там не было. Быстренько и без усилий перепрыгивая со стены на стену, он преодолел лабиринт, что позволило ему по времени сразу твердо попасть в середину турнирной таблицы, и останавливаться он, похоже, не собирался.
   - Эти карусели ему на один чих, - Ветер обратился к ошеломленным гвардейцам. - Он лестницы и бревна проходит на уровне ваших лучших воинов, так что остановить его сможет только Молчун.
   - Но он же не прошел лабиринт, - робко сказал кто-то из гвардейцев.
   - Назови мне хоть одно условие прохождения полосы препятствий, которое он нарушил, - это уже Лис вмешался в разговор.
   Гвардеец задумался, и глаза его от напряжения полезли на лоб:
   - О, Святой ветер, ведь он же ничего не нарушил!
   Все, кто к тому времени успел прокрутить в голове все условия прохождения и осмыслить происходящее, поняли, что принц ничего не нарушал, и довольно загомонили.
   - Он вас всех сделал, как малолеток, - Громила довольно улыбался. - Даже если он придет предпоследним, ведь ему выбраться из ямы перед Молчуном из-за его роста будет все-таки сложно, он все равно будет молодцом!
   - Вот голова у нас принц! - гвардейцы радостно заголосили. То, что их сделал малолетка, их совершенно не обидело. Он же их командир, хоть и формально, а может, после взятия храма и неформально.
   Лис поднял левую руку вверх, призывая всех к тишине. Принц тем временем приближался к последнему препятствию, которое не удалось преодолеть никому из участников соревнования. Дарий по показанному времени уже вплотную приблизился к первой пятерке, ведь прохождение каруселей, как выразился Ветер, его не задержало. Все затаили дыхание, ведь принцу оставалось всего каких- то десять шагов до ямы. Молчун уже подошел к доске и ждал своего ученика с распростертыми объятиями. А уж как принца ждала грязевая яма! Она, образно говоря, была рада каждому гостю, а о ее радушном приеме можно было узнать по состоянию, а вернее, по отсутствию одежды у гвардейцев. Дарий приблизился к доске, зачем-то остановился и посмотрел на Молчуна, который уже держал руки наготове, чтобы в любой момент стряхнуть принца в яму. Что-то прикинув в уме и хмыкнув, Дарий со всей дури ударил по доске ногой. Доска, недовольно скрипнув, подпрыгнула и ударила по рукам ошеломленного Молчуна.
   - Касание есть! Я могу проходить? - вопрос Дария повис в воздухе. Никто из зрителей не понял, как так получилось, а потому все ошеломленно молчали. Дарий, прихрамывая, перебежал по доске на другую сторону ямы и встал рядом с Молчуном.
   - Лучшее время! - громко прозвучал голос довольного Ветра.
   Гвардейцы и наблюдатели по-прежнему безмолвно и с удивлением в глазах переглядывались. Первые крики радости прозвучали от персональных болельщиков принца, то есть от Дылды и, как называл их Лис, его детского сада. Детский визг и улюлюканье в купе с ревом Дылды очень не понравились местным птицам, которые испуганно, но все же как-то нехотя стали взлетать вверх. Через несколько секунд к этому реву присоединились, наконец, и сами гвардейцы. Тут уже взлетели вверх и самые смелые птицы, которых не смог испугать рев Дылды. Радость за столь феноменальный по времени и по исполнению результат не омрачило даже упоминание Ветра о пяти золотых, а уж его намек, что такое событие не грех вечером обмыть в кабаке, естественно, за его счет, не оставил никого обиженным.
   Единственным расстроенным из всех присутствующих оказался сам Дарий. Он сидел на бревне и пытался загипнотизировать свою медленно распухающую ногу, которой, по-видимому, встреча с доской очень не понравилась. Лис подошел к Дарию и спросил:
   - Как нога? Вызвать доктора?
   Дарий поднял голову и хитро улыбнулся:
   - Благодаря Варае я знаю рецепт целебной мази от ушибов. Но моя сегодняшняя победа - самое лучшее лекарство. До сих пор я не думал, что побеждать так приятно, тем более тогда, когда от тебя этого совсем не ждут, а восхищенные взгляды, которые на меня бросают гвардейцы, милее всех подарков.
   Лис посмотрел на веселящихся гвардейцев и ответил:
   - Постепенно ты становишься для гвардейцев не просто святым принцем, а еще и их принцем, а это дорого стоит. Когда-нибудь они будут тебя защищать, не жалея своих жизней. И делать они это будут не только из чувства долга, они будут счастливы умереть за тебя. Правда, есть одно обязательное условие - к тому времени они не должны в тебе не разочароваться.
   Дарий серьезно посмотрел на Лиса:
   - Я постараюсь их не разочаровать.
   - Ты уж постарайся, это в твоих же интересах. А вот и тень твоя бежит, так что я, пожалуй, лучше исчезну от греха подальше, а то за твою пострадавшую ногу можно и по шее получить. Дылда нам тебя доверил, а мы не оправдали его доверия, - уже на бегу договарива Лис и со смехом скрылся в толпе веселящихся гвардейцев.
   - Мой принц, с вами все в порядке? - Дылда присел рядом с Дарием. - Ваша нога пострадала. Где этот никчемный рыжий мех, который клятвенно мне обещал, что с Вами ничего не случится, пока я занимаюсь своими подопечными? - При этом каким-то неведомым образом левым глазом он искренне сострадал больной ноге, а правым безжалостно резал толпу, отчаянно пытаясь найти виновника травмы.
   - Дылда, успокойся. Со мной все нормально. Подумаешь, мелкая травма, которую я получил по собственной глупости, потому что не рассчитал силу удара. Ты же сам должен понимать, что эту полосу препятствий без синяков пройти просто не возможно.
   - Так зачем вы ее проходите, если это опасно для вашей жизни? - Дылда укоризненно посмотрел на принца.
   - Если я не буду подготавливать себя к будущим неприятностям, я не смогу их преодолеть. А их, понятно, будет очень много, я ведь принц, а не какой-то сын пастуха.
   - Вот именно. Вы принц, а не сын пастуха! Зачем, как Вы думаете, эти дармоеды-гвардейцы получают золотые? Как раз за то, чтобы Вы не пострадали от окружающих вас опасностей.
   - Ты не прав, Дылда, - сзади, как всегда, бесшумно подошел Молчун. - Принц - это не звание или титул, это своего рода кара на всю жизнь. Дарий, чтобы подтверждать и сохранять свое положение, обязан быть лучшим во всем. Тогда его будут одновременно и любить, и уважать, и бояться. Если же он будет прятаться за наши спины, будет всего лишь обычным принцем, чей век недолог, а участь известна и незавидна. Сейчас же он стал гвардейским принцем, - Молчун как бы посмаковал это название у себя в голове и улыбнулся. - Да, гвардейский принц - хорошая и очень полезная характеристика его титула. Для кого-то он святой принц, что тоже неплохо, а для военных он будет своим, т.е. гвардейским принцем. Ура гвардейскому принцу!
   -УРА! - все присутствующие с удовольствием подхватили этот клич. И еще долго разносилось по округе, вконец запугав всех птиц, ра гвардейскому принцу".
  
   Император был не просто недоволен, он был в ярости. Его метание по рабочему кабинету чем-то напоминало беспорядочный полет ночного мотылька, толку и разумности ноль, но зато сколько экспрессии. Хотя надо заметить, что он не был так же безобиден и беспомощен.
   Ботос развалился в кресле и с улыбкой наблюдал за перемещениями императора по кабинету.
   - Как они могли? Как посмели? Мне, императору, ультиматум? - Кор, устав бессмысленно бегать по кабинету, упал в кресло напротив Ботоса.- Ты мне можешь объяснить, что происходит? Я ничего не понимаю. Сначала прибегает главный горбик и требует, ты слышишь, требует приструнить бесчинствующую в городе гвардию. Его подчиненные, видите ли, не могут справиться с этими отъявленными головорезами. Потом заявляется даже без стука Молчун, не потревожив мою охрану, и сообщает, что мне беспокоиться не о чем, что ситуация уже под контролем, и просит не вводить войска в город во избежание новых проблем. Я, как дурак, ему одобрительно киваю. А что мне остается? Мне что, признаваться, что я ничего не знаю и не понимаю. Менис куда-то исчез, а послание от церкви Святого ветра меня окончательно добило.
   - Какое еще послание? - Ботос удивленно уставился на императора.
   -Какое, спрашиваешь? Ерунда какая-то, бред! Они тоже, видите ли, требуют. Почему сегодня всем приспичило требовать от меня, чтобы я оградил принца от влияния военщины?
   Ботос начал неприлично хрюкать, потому что не мог больше сдерживать хохот.
   - Ладно, ржи на здоровье. Я уже понял, что ничего страшного не случилось, иначе бы тебе не до смеха было. Но я же ничего не знаю! Император я или кто?
   - Успокойся, Кор, сейчас придет Менис, и мы озвучим полную картину этой истории. У меня, к сожалению, пока не все подробности. Менис сейчас как раз отправился к святошам.
   - Я уже вернулся и кого-то сейчас убью, - ввалившийся в кабинет Менис был похож на попрошайку у главного храма. Одежда вроде ничего такая, нормальная, чистая, но где-то то пуговицы не хватает, то где-то рукав оторван...
   - Напоминаю, что покушение на императора карается смертью, - Кор умилялся видом своего канцлера и уже хрюкал от смеха не менее заливисто, чем Ботос.
   - Кор, вот не надо издеваться. Мне сейчас совсем не до этого. Как будто я не знаю, я же сам этот закон писал, - Менис, нахохлившись в кресле, смотрел недовольным взглядом на веселящихся друзей.
   - Ты же должен был к святошам идти. Ты почему такой ободранный? - Кор пытался перестать хрюкать, но у него явно не получалось. - Что с тобой случилось?
   - Святоши требовали, чтобы я официально объявил Дария святым.
   - Зачем? - удивленно уставился на Мениса император. - Он же и так святой.
   Менис уставился на Ботоса, который уже ржал во весь голос, и повернулся к императору:
   - Хватит уже ржать! Начинай вещать, Ботос, а я подключусь, когда надо будет. Кстати, это твой прокол, что Тени не успели вовремя отреагировать и взять ситуацию под контроль.
   - Менис, не надо ля-ля, - Ботос хоть и прекратил ржать, но его похрюкиванье по-прежнему прорывалось между словами. - Тени сделали все, что могли. Они, да будет тебе известно, даже согласились пить с гвардейцами.
   Менис с издевкой и со смешком в голосе съерничал:
   - Вот это им неожиданно удалось великолепно. Кто, интересно, их этому научил? Не ты ли? Ладно, давай уже начинай, а то наш император умрет от любопытства.
   - Усаживайтесь поудобнее и слушайте сказку о том, как принц Дарий гвардейцев победил и что из этого вышло, - Ботос довольно посмотрел на удивленное лицо императора и продолжил. - Вчера утром Дарий должен был проходить новую полосу препятствий, придуманную Громилой. Кор, ты ее частично видел и еще удивлялся, что за гора мусора появилась у Дария. Ну, так вот, это первая полоса препятствий и была.
   - Он в своем уме? Если оттуда рухнешь, то костей не соберешь, - император удивленно посмотрел на Ботоса. - Громила, по-моему, переусердствовал в своем неуемном желании улучшить физическую форму моего сына.
   - Нет, все нормально. А насчет методов его воспитания... Как будто ты не знал, кому отдал на растерзание собственного сына. Ладно, мы отвлеклись. Как-то так получилось, что полосу препятствий Дарий стал проходить не один, а соревнуясь с гвардейцами на время.
   - Что? - император возмущенно посмотрел на Ботоса. - Зачем это надо было? Этот умник Лис что ли решил доказать Дарию, что ему еще учиться и учиться? Так можно же было это по-другому сделать? Зачем унижать принца в присутствии моих солдат?
   - Хааа, - возглас Мениса разнесся по кабинету. - Я же говорил, что он так и подумает, так что гони пять золотых, дружище!
   Ботос с унылым лицом неохотно выложил пять монет на столик:
   - Вы с Ветром очень похожи.
   - Это чем же?
   - Оба жулики, хоть и уважаемые граждане нашей империи, - довольный Ботос откинулся на спинку кресла и, уловив удивленный взгляд императора, пояснил. - Ветер поспорил со всеми гвардейцами на пять золотых, что Дарий их всех сделает.
   - И что, опять у Громилы деньги занял?
   - Ага, - Ботос с улыбкой посмотрел на императора, - и не прогадал, а выиграл. Вернее, выиграл состязания Дарий, а Ветер выиграл спор. Не буду пересказывать все подробности состязания, скажу лишь одно, что Дарий победил в своем стиле, честно обдурил всех так, что и не подкопаешься.
   - Это как? - Кор с умиротворенно-довольной улыбкой потянулся за бокалом вина. - Давай рассказывай, как это мой сын умудрился сделать элитных гвардейцев? Хочу знать все подробности. Дай старику потешить свою гордость за сына.
   - Пожалуйста, мне не жалко. Дарий упросил Лиса, чтобы тот озвучил правила прохождения полосы препятствий перед всеми гвардейцами, а затем прошел ее быстрее всех, не нарушив ни единого правила. Я повторюсь, что все происходило в его стиле. А вот дальше и начинается наша сказочка, - Ботос пригубил бокал вина и улыбнулся. - Пока все радовались находчивости принца, Молчун кинул клич "ура гвардейскому принцу", все подхватили, а потом решили, что гвардейский принц звучит гораздо лучше, чем святой принц. Вечером Ветер, естественно, оплачивал кабак со своего выигрыша. Как вы сами понимаете, гвардейцев там набралось очень много. Мои Тени там тоже были, кстати, и понесли материальные потери.
   - Какие еще потери? - Менис погрозил кулаком Ботосу. - Я ихнюю пьянку оплачивать не собираюсь.
   - Ну ладно, ладно, - Ботос успокаивающе замахал руками, - так и быть, я сам оплачу, ведь на такое не жалко потратиться. Короче, когда гвардейцы дошли до кондиции, кто-то решил, что надо пойти к главному храму и сообщить святошам, что принц теперь не святой, а гвардейский.
   Кор, уже начиная понимать подоплеку скандала, снова стал, давясь от смеха, весело похрюкивать.
   - Мои Тени, скумекав, чем все это может закончиться, оплатили еще выпивку, надеясь, что гвардейцы упьются вдрызг и о походе забудут.
   - Но это не прошло, потому что напоить гвардейца - это совсем не то же самое, что напоить горбика, - Менис погрозил пальцем Ботосу.
   - Поход к главному храму начался уже утром и сопровождался заходом в каждый кабак, попадающийся на пути к цели. Так как многие из этих питейных заведений уже были закрыты, а гвардейцев сильно мучила жажда, несколько дверей были как-то сами собой открыты, ну и, естественно, за препятствие утолению жажды пострадали пятеро их хозяев и где-то тридцать горбиков.
   Император уже не просто хрюкал, а выдавал заливистые трели, как певчая птица. И только изредка между этими трелями пытался отпить вина.
   - Что произошло после этого, Кор, ты уже знаешь. К тебе прибежал главный горбик и стал жаловаться. Молчун об этом узнал, правда, не знаю, откуда, но все-таки узнал и направился к тебе исправлять ситуацию. Так как вчера он гулял наравне со всеми, то состояние, в котором к нему пришла эта гениальная мысль, нельзя было, как ты понимаешь, назвать очень хорошим, - Ботос выразительно посмотрел на задыхающегося от смеха императора.
   - Дошли до храма, конечно, не все, многие полегли по дороге, но к самым стойким присоединились еще и мои Тени, некоторые жители города и даже ряд горбиков. Проорали они перед храмом минут двадцать и разошлись спокойно.
   - А теперь моя очередь, - Менис чуть приподнялся. - Что там услышали святоши в этом оре, я не знаю, но они почему-то решили, что военные пришли, как они выразились, единолично использовать авторитет принца в своих целях. Ну и от страха побежали к тебе. Они же не дураки, понимают, чем это для них закончится.
   - Да разгонят их на фиг без принца, - Кор весело свистнул, - да еще пинками проводят.
   Менис укоризненно посмотрел на Кора:
   - А еще императором называешься.
   - Кор прав. Это могло стать концом для глав церкви. Их самих бы выгнали в три счета, а на их место посадили бы других. Вот они и побежали к Кору за защитой. Им же никто не объяснил, что эта за демонстрация такая к ним пожаловала. Скорее всего, что они и не узнавали, потому что так перепугались, что сразу со всех ног рванули во дворец. А уж когда я к ним направился, чтобы их успокоить, они меня чуть не растерзали, требуя, чтобы я срочно принял меры к освобождению принца из лап военщины. Насилу выбрался от них.
   - Не понял, зачем надо освобождать принца? И от кого? - император чуть напрягся, ожидая ответа.
   - Да ни от кого его не надо было освобождать. Просто они нарвались на Дылду и в этот раз, конечно, не повылетали из башни, все-таки помогли внушения Дария и Вараи, но синяки и порванные одежды они получили.
   - Он их избил что ли? - удивленно спросил Ботос.
   - Нет, конечно. Когда тебя берут за шкирку и дают пендаля, результат в виде синяков и порванной одежды вполне прогнозируем и закономерен.
   Громкий хохот Ботоса и Кора был слышен даже в коридоре.
   - Теперь нам надо решить, что делать с гвардейцами и святошами. Положение дел хоть и забавное, но тревожное. Нам только не хватало тихой войны между ними.
   - По-моему, разрешить это дело надо поручить Дарию, ведь из-за него эта каша заварилась, вот пусть и расхлебывает сам, - Кор встал и прошелся по кабинету. - Принц очень хорошо показал, что это ему под силу. Его решения обычно бывают не только оригинальными, но и достаточно эффективными. Пусть привыкает к мысли об ответственности за тех, во главе которых он поставлен. Менис, я тебя прошу объясни ситуацию Дарию, и пусть исправляет ее на свое усмотрение. Важен результат. А вот с горбиками надо что-то решать, их беспомощность выводит меня из себя. Назрел вопрос о назначении нового их главы, если старый совсем не справляется со своей службой. Есть какие-нибудь предложения?
   - Есть, но оно тебе не понравится, - Менис явно веселился. - Идеально было бы, конечно, поставить над ними Дария.
   Император поперхнулся вином и с укоризной посмотрел на шутника, а Менис уже серьезно продолжил:
   - Но это уже перебор, а потому лучше, чем Молчун, с ними никто не справится.
   - Менис, ты сошел с ума? Первоклассный убийца с церковным прошлым во главе горбиков - это конец света! Бедные горбики разбегутся врассыпную от такого начальника, и жители последуют вслед за ними, - император обессилено упал в кресло.
   - А в этом что-то есть, - Ботос задумался и улыбнулся. - Я даже готов, когда будет нужно, подкинуть ему Теней для силовых акций, а то горбиков даже собаки перестали бояться. Что это за блюстители порядка, если их никто не боится и не уважает? Кор, я за Молчуна. У него связи и среди гвардейцев, и среди святош есть, даже к императору вхож, - Ботос хихикнул. - Осталось только уговорить его самого и быть готовым к тому, что с ним будет очень не просто. Но зато, если он займется этим делом, я буду спокоен. Пора из этого муравейника строить нормальный дом.
   - Ладно, уговорили, но следить за ним придется вам самим, а уговаривать его не придется. Это будет его наказанием - нечего пьяным вваливаться к императору, - император улыбнулся. - И ведь никто его не остановил. Вот паршивец.
  
   После разговора с Менисом сон к Дарию никак не шел. Всего один вопль Молчуна, и такие последствия. Стоит серьезно задуматься о том, что можно сделать одним вовремя произнесенным кличем. Надо серьезно взяться за изучение психологии. Оказывается, очень важная наука. Возможности моих ядов тут и рядом не стояли. Как сказал Менис, политика - дело тонкое, а в свете последних событий, скорее уж, крикливое. Но решать что-то надо, в этом он прав. Со своим людьми должен разбираться я сам. С ума сойти, у меня есть свои люди! Ну, святоши - это понятно, я же сам святой, но о гвардейцах я даже и не мечтал. Это уж как-то совсем нереально, но... Во дворце уже шепчутся и называют меня маленьким императором. Не принцем, не гаденышем, не отравителем, а маленьким императором. Приятно, конечно, но я собирался просто учиться, а тут приходится руководить таким количеством народа, что оторопь берет. Хотя многое за меня выполняют другие, но, судя по всему, за их ошибки перед отцом отвечать придется мне. Эх, сам искал власти. А теперь вот она, бери, но как бы не захлебнуться. Все, пора спать, завтра трудный день. А вот святош я все-таки потравлю, как тараканов. Уж слишком много идиотов там развелось. А заодно и новые яды испытаю, главное, чтобы, Варая за этим делом не поймала.
  

Глава 7

Дела властные

Власть развращает.

Ну и пусть, я извращенец по натуре.

(Великий герцог Мерох II)

  
   Молчун был в печали. Нет, не так. Молчун был в ПЕЧАЛИ! Такого несправедливого и обидного наказания от императора он совсем не ожидал. Но спорить с императором как-то... неразумно. И ведь против его доводов и сказать-то нечего. Все ответы на его вопросы были продуманы заранее. А что тут скажешь? Он дворянин? Дворянин. Имеет связи в самой церкви и кругах, приближенных к ней. У гвардейцев тоже не на последнем счету, да и сам он гвардеец на службе у принца. Не имеет политических предпочтений и не принадлежит ни к одной из дворцовых группировок. Тут, надо сказать, он хотел было поспорить, что принадлежит к самому что ни на есть на сегодняшний день внушающему уважение лагерю, даже приближен к его лидеру, т.е. принцу, но его быстро поставили на место.
   Принц-наследник и сам император ему полностью доверяют, иначе бы вообще не рассматривали его кандидатуру на такую должность. Да и зачем путать просто группировку с целой армией из гвардейцев и Теней? Опять не поспоришь. Он хотел возразить, что он не имеет ничего общего со службой горбиков, но получилось лишь тихо заикнуться, потому что моментально он услышал громогласный ответ, что и слава Святому ветру, что не имеет. Его намек, что у него нет опыта управления, даже не обсуждался. Дворянин он, в конце-то концов, или кто. А уж хихиканье Ботоса, переходящее в хохот, что он запросто вхож к императору, просто бесило и выбивало почву из-под ног.
   Эта история уже на следующий день стала известна всей столице, а через неделю будет известна всей империи. Простой люд шушукался по углам, а те, кто посмелее, во всеуслышание рассказывали ее на улицах и площадях. Конечно, каждый из рассказчиков, стараясь приукрасить свою историю, придумывал все новые и новые детали и подробности, искренне считая, что так и было на самом деле.
   Судя по тому рассказу о его похождениях, который слышал сам Молчун (ему, надо сказать, даже повезло, потому что рассказчик не был наделен Святым ветром богатой фантазией и ораторским мастерством), он не удивился, что именно такое наказание ему было назначено лично императором. Он еще легко отделался.
   Ботос, конечно, в свою очередь, пообещал, что поможет Тенями. Но зачем они ему нужны, если ловить некого? Судя по документам горбиков, в их ведомстве была тишь и благодать, а преступников в столице не было вообще.
   Сидя за столом в своем кабинете, уже теперь в своем, Молчун с грустью думал о том, как осушить это болото лжи и разгильдяйства. На ум ничего не приходило. Подчиненные тихо шуршали бумажками по своим комнатам, создавая видимость работы, и ждали приказаний от нового начальника, приближенного принца и так далее по списку. Молчуну от всего этого хотелось завыть от тоски и бежать, куда глаза глядят. У кого хоть помощи попросить? У Дария что ли? Но его помощь будет, как всегда, экспериментальной и на грани всех приличий, а может и за гранью. А наплевать, ведь действует. Все, решено. Надо просить помощи у принца, чтобы любым способом растормошить это болото пусть даже не совсем гуманным способом.
   Молчун встал и, подойдя к двери, еле успел увернуться от нее, чтобы не получить в лоб. Летящей ему навстречу двери, естественно, придал скорость Ветер, а за его спиной стояла вся компания во главе с принцем.
   - Ну что, новое начальство? Как прошел первый рабочий день великого и страшного главного горбика столицы? Сколько трупов уже сделал? - Ветер влетел в кабинет и рухнул в ближайшее кресло.
   - Ветер, ты не исправим, - вошедший следом Лис излучал такое спокойствие и добродушие, что Молчуна даже перекосило оттого, что у кого-то сегодня может быть такое хорошее настроение.
   - Мальчики, не ссорьтесь. Конфет всем хватит.
   Молчун косо посмотрел на Громилу. Шутить тот мог только в двух случаях. Или когда был сильно пьян, или когда Ветер возвращал ему долг. Второй вариант сейчас исключался в принципе, так как после незабвенной попойки, которая и привела его в это ненавистное кресло, у Ветра, кроме новых долгов, ничего не должно было остаться. На радость Молчуна, судя по печально-задумчивому лицу Дария, принца сегодня тоже посетила госпожа безнадега. Вдвоем страдать как-то легче.
   - И по какому поводу вы веселитесь? И почему Дарий не на полосе препятствий? - Молчун уставился на Лиса в ожидании ответа.
   - А сегодня эта головная боль, - Лис кивнул на Дария, - опять сделал гвардейцев на той же полосе препятствий.
   - И благодаря этому мы проспорили ему не только новую полосу препятствий, но и посменную каторгу в рядах твоих горбиков, - радостно закончил Громила, что не помешало ему с каким-то ожесточением рыться в шкафу, намереваясь, по-видимому, найти золото, а, скорее всего, выпивку.
   - И мы пришли, чтобы поделиться этой радостной вестью с тобой!
   Энтузиазм Ветра никак не подействовал на сумрачное настроение Молчуна, а вызвал только очередной горький вздох. Ну почему хорошо там, где меня нет? Молчуну хотелось завыть так, как это делает бешенный желтый медведь, когда голоден. Он обхватил голову руками и уперся локтями в стол.
   - А еще мы пришли к тебе, так сказать, по мере своих скромных возможностей протянуть руку помощи, - произнес Дарий таким неестественным для него тоном, что становилось вообще непонятно, кто кому должен оказывать эту самую помощь.
   - А насчет помощи можно поподробнее? - выражение не то отчаянья, не то смертельной муки в глазах Молчуна можно было истолковать только как вопрос типа "может, убить кого надо?".
   Дарий именно так и истолковал взгляд Молчуна:
   - Убивать никого не надо. Вернее, совсем убивать не надо,- и уставился в потолок, состроив выражение лица "мол, я потолок не красил, я просто на него смотрю".
   - Это как? - опешил Молчун.
   Фраза Дария "не совсем убивать" его пугала и настораживала. В этом подростковом мозгу могла родиться любая сумасшедшая идея.
   - Да, нам надо убрать всего-то нескольких глав святой церкви, - опередил всех с ответом Громила, не переставая усердно рыться уже в нижних ящиках.
   - Вы совсем с ума сошли?- Молчун уставился на присутствующих. - Вы предлагаете мне, главе отдела порядка и чести столицы, убрать глав церкви? Вы в своем уме? А от тебя Дарий я такого вообще не ожидал! - и возмущенно уставился на принца, требуя объяснений.
   - Ты не так понял, - Лис встал с кресла и стал ходить по кабинету, благо его габариты это позволяли.
   - Нам надо, чтобы пятеро членов совета церкви каким-то образом ушли со своих постов, а потом мы поставим на их места своих представителей. Можешь рекомендовать нам пару, а лучше тройку своих кандидатов из числа твоих церковных убийц, которые смогут навести порядок в этой выгребной яме? Два кандидата у нас уже есть. Дело в том, что эти пятеро святош - заводилы и смутьяны, которые сегодня утром подали петицию императору о невозможности совмещения должностей Дария и потребовали отменить решение о назначении главы церкви. Мы еле-еле смогли отговорить принца от решения этого вопроса в его манере, т.е. со смертельным исходом. А Ботос и Менис поспорили с императором о том, что предпримет принц, чтобы разрулить ситуацию, и к чему это приведет, - Ветер приглушенно крякнул, то ли одобряя спор первых лиц империи, то ли предвкушая несомненно положительный для принца результат будущих его действий. - Нам дали негласное разрешение на любые действия, направленные на разрешение ситуации. Император сам пребывает в шоке от наглости и беспардонности святош и ждет от нас активных действий, чтобы поставить их на место. Вот мы и пришли к тебе за советом, прежде чем что-то предпринимать.
   Молчун облегченно выдохнул, ведь все в итоге пока складывалось не так страшно, как ему показалось, потому что его возбужденный разум уже было начал рисовать картины развешенных на главной площади окровавленных тел глав церкви. Но расслабляться еще очень рано, ведь пока неизвестно, что придет в голову Дарию. Безмолвие принца вводило Молчуна в ступор, это означало только одно, что он выбирал один вариант из нескольких, обдумывая детали, и, скорее всего, склонялся в сторону самого кровопролитного, ведь измен и предательства принц не простит. В этом можно было не сомневаться. Может, лучше просто всех их удавить где-нибудь в подворотне по-тихому под видом ограбления? И все дела.
   - Ну, а я-то, чем могу вам помочь? Ты моих горбиков видел, с ними хорошо пиво пить и в карты играть, а не в заговорах участвовать.
   - Это ты зря! - Ветер благодушно посмотрел на Молчуна.
   - Ты помнишь горбика, который предоставил нам план церковных помещений перед штурмом?
   - Смутно, - Молчун наморщил лоб. - Я его, кстати, даже на утреннем построении не видел.
   - Естественно! - прогудел от второго шкафа Громила. - Его и часть его людей уволили сразу после нашей попойки. Хотя, при чем тут он и его отдел надзора и розыска, мне совершенно не понятно.
   - А что, у меня, оказывается, и такой отдел есть? - удивленно уставился на Громилу Молчун.
   - Ну, можно сказать, был, но теперь уже нет, - Лис остановился перед Молчуном.
   - Он сегодня с утра приходил к нам и просился со своими людьми в гвардию. Кстати, все его зовут Длинный. Когда он поведал, что здесь раньше творилось, даже мне стало жаль нашу империю.
   - А можно поподробнее? - Молчун с интересом уставился на Лиса. - Судя по тому, что я слышу, он единственный в этом курятнике, кто является петухом, а не курицей. Конечно, вы поняли, что я хочу этим сказать.
   - Легко!!! - радостный вопль Громилы говорил о том, что его поиски увенчались успехом.
   - Длинный, заходи!
   Дверь открылась, и в кабинет зашел, по правде, очень высокий человек. Его лицо можно было бы назвать приятным из-за правильных его черт и больших выразительных глаз, если бы не странная улыбка, которая, похоже, никогда его не покидала. Эта улыбка производила впечатление такое, как будто это был удар под дых. А точнее вводила окружающих в состояние рассеянности и тревоги, потому что было совсем неясно, хочет ли он погладить по головке или же воткнуть нож в сердце. Такой многогранной и противоречащей улыбки Молчун до сего времени никогда ни у кого не видел.
   - Дылда! - крик Громилы разнесся по коридорам всего дома горбиков. - Если какая сволочь решит подслушать нас, прибей его. Принцу позволено иметь три жертвы в день, а мы с утра еще никого и пальцем не тронули. Где-то рядом что-то оглушительно упало, и сразу настала невероятная тишина. Дылда, сразу видно, проникся моментом, осознал всю ответственность, которую на него возложили, и переспросил:
   - Как всегда, побольше крови?!
   - Естественно, но не как в прошлый раз. Ну что за халтура? Оторвал только две ноги, и все. Принц был не доволен.
   После этих слов, почти сразу же в соседнем кабинете разбилось окно, раздался звук смачного падения, а точнее глухого удара о землю и удаляющееся завывание не одного человека, а целой группы. Молчун переводил изумленный взгляд с Громилы на Дылду и обратно. Шутящий Громила - это еще куда ни шло, но шутящий Дылда - это уже конец света. Он что, тоже пьян?
   - Не обращай на них внимания, - махнув рукой на Дылду, Дарий уселся на подоконник и уставился улицу. - Они вчера вместе с Длинным отмечали знакомство.
   - А почему я ничего об этом не слышал? - удивленно уставился на Длинного Молчун. Попойки Громилы, как правило, потом еще дня три обсуждает весь город.
   - А мы у моего брата в кабаке гуляли, - ответил Длинный. - У него болтливых работников нет. Опасно это для здоровья.
   - Хороший кабачок. Потом покажешь, - сказал Молчун.
   - Не проблема, - ответил Длинный и благожелательно улыбнулся.
   - Так, переходим к делу, - Ветер ударил ладонями по коленкам. - Расскажи-ка нам всем, Длинный, в подробностях, что творится в этом учреждении горбатых и убогих. Можешь не стесняться, в том числе и в выражениях, чтобы понятнее было, ведь здесь все свои. А на правду никто не обидится, только "спасибо" скажут.
   Длинный исподлобья оглядел всех присутствующих, как-то обреченно вздохнул и начал свое горькое повествование.
   - Как вы все уже знаете, наше учреждение называется храна порядка и чести". Я в последнее время возглавлял отдел охраны, а бывший глава нашего подразделения возглавлял отдел чести. В наши обязанности входили надзор и розыск преступников, а так же наблюдение за порядком в городе. Нам, к сожалению, при любых обстоятельствах было запрещено трогать любого из дворян, военных и церковников. Как вы понимаете, в столице это две трети населения. Ими, как раз, и занимался отдел чести. Скажу честно - хреново занимался, а если уж быть совсем откровенным, то совсем не занимался. Интриги, взятки, власть - вот неполный список того, чем дышал этот отдел. Мы, в силу отсутствия полномочий, не могли вмешиваться даже в ваши попойки, ведь вы же все военные, да к тому же каждый второй из вас дворянин, а наши коллеги всегда заняты другими делами, им не до таких мелочей. На сегодняшний день дело дошло уже даже до того, что главой всей преступности стал барон Гамс. Нам всем об этом хорошо известно, но мы не можем его трогать, потому что он гребаный дворянин, прости меня Святой ветер.
   Все удивленно переглянулись. Молчун же вообще был в шоке, поскольку он понимал, что попал в болото, но не ожидал, что оно настолько тухлое.
   - А прямые доказательства у тебя есть? Или все это твои домысли и догадки? - спросил Молчун у Длинного.
   - Полные шкафы показаний и улик. Мы, как положено, передавали копии в отдел чести, но никаких действий они и не собирались предпринимать. Все были куплены на корню и закрывали глаза на все нарушения закона.
   Повисла небольшая пауза, во время которой Дарию, похоже, пришла, как всегда, сумасшедшая идея, судя по его задумчивому, но в тоже время и ошарашенному виду. Он слез с подоконника и подошел к Длинному. Вид долговязого подростка и высокого, как сосна, бывшего начальника горбиков рядом мог вызвать улыбку, если бы не явно проступивший страх на лице Длинного. Дарий внимательно посмотрел сначала на своего учителя Молчуна, потом перевел взгляд на Длинного, который сразу начал как будто уменьшаться в размерах, и резко спросил:
   - А на кого у тебя еще есть доказательства в совершенных им преступлениях в этом городе?
   Длинный сглотнул, посмотрел грустно на Молчуна, потом испуганно на Дария и ответил:
   - На всех. Даже на вас, мой принц, - и судя по выступившей испарине на лбу, начал уже прощаться с жизнью.
   Дарий одобрительно кивнул. Ответ, очевидно, ему понравился. Подойдя к окну, он на мгновение задумался, глядя куда-то вдаль, а затем резко обернулся. Все от неожиданности вздрогнули не столько от самого этого маневра принца, сколько от его горящих от злости и бешенства глаз. И сама атмосфера в комнате была очень напряженной и не сулила ничего хорошего.
   - А нет ли в этих твоих шкафчиках компромата на глав нашей церкви?!
   Длинный еще раз вздрогнул и, как всем показалось, не сразу понял, о чем его спрашивают. Через какое-то время до него дошел смысл вопроса, пришло понимание, что от него ждут ответа, что нельзя испытывать терпение принца. Ответ он прокричал с такими интонациями, как будто бросился в горящий дом:
   - Есть, мой принц! Есть на всех. Рудники как минимум им светят, а есть и такие, кому и вышки не избежать.
   Дарий одобрительно кивнул и отошел к окну. Подумав с минуту, он медленно повернулся к самому на данный момент несчастному из своих учителей:
   - Молчун, как ты думаешь, Длинный подойдет тебе в замы? Или все-таки рожей не вышел? Что скажешь? - и ехидно улыбнулся.
   Молчун, быстро смекнув, что в его болоте нашелся хоть один нормальный человек, впервые изобразил на своем лице подобие улыбки и, не отрывая взгляда от принца, медленно проговорил:
   - Я думаю, что да. Почти уверен. Он точно поможет мне разгрести эту помойку. С собранными его людьми сведениями мы наведем шороху не только в самой столице, но и во всей империи. Но, мой принц, судя по твоему взгляду, ты снова что-то задумал? Может, расскажешь своим учителям? О чем ты думаешь?
   Дарий повернулся к Длинному и спросил:
   - Скольким своим сотрудникам ты можешь абсолютно доверять?
   Длинный задумался на секунду и выпалил:
   - Всему отделу могу. Я сам их всех набирал и проверял. Нас сорок восемь человек.
   - Как ты думаешь, сколько Теней нам может дать Ботос? - спросил Дарий у Молчуна.
   - Всех, кто в данное время не охраняет дворец. Как только он узнает, что это твой план, он сам первый прибежит посмотреть, как он выражается, на представления Дария, - не раздумывая, ответил Молчун.
   Все с интересом уставились на Дария в ожидании того, что тот, наконец, объяснит им, что он задумал.
   - Значит, у нас есть где-то с полсотни Теней, порядка двухсот гвардейцев всех мастей, да и сотня вояк, наверное, тоже с удовольствием к нам присоединится.
   Громила утвердительно кивнул, уж он-то знал вояк, как никто другой.
   - Итого триста пятьдесят плюс люди Длинного. На мой взгляд, должно хватить, - продолжил размышлять вслух Дарий. Сосчитав всех участников своего плана, он начал быстро и молча, совсем как его отец, ходить по комнате, потом неожиданно остановился перед Длинным, задумчиво его осмотрел с головы до ног и тихо, почти шепотом, сказал:
   - Если предашь меня, я тебе не завидую.
   Длинный моментально побледнел и чуть было не упал в обморок. Чудовище, которое сейчас представлял из себя Дарий, вызывало страх, почти вселенский ужас, а то что он был подростком, только увеличивало эффект для тех, кто хоть сколько-нибудь его знал.
   - Сколько тебе нужно времени, чтобы подготовить документы для ареста всех дворян, виновных в разного рода преступлениях, взяточников среди горбиков и святош (данные о них ты мне предоставишь отдельным списком), которым грозит наказание за содеянное не меньше, чем отправка на рудники?!
   Длинный задумался буквально на пару секунд и отчеканил:
   - До вечера управимся, мой принц. В принципе, они все готовы. Нам останется только отделить простых от рудничковых.
   - Рудничковых! - Дарий просмаковал это невольно вырвавшееся из уст Длинного новое прозвище. - К обеду дашь приблизительные данные о группах и их численностях. Будем арестовывать преступников. Подготовь своих сотрудников, чтобы они четко знали, с кем им придется иметь дело, и как они должны действовать, чтобы не было проколов. Им придется вести группы захвата к каждому твоему рудничковому. Будь он дома, в кабаке или у любовницы, они должны это знать наверняка. Громила, ты сможешь так все организовать, чтобы ни один негодяй не смог ночью незаметно выскользнуть из города.
   - А во сколько начнутся аресты? - Громила трезвел буквально на глазах. Он даже не думал, что сможет когда-нибудь поучаствовать в подобной операции. Руки уже чесались разобраться со знатными подонками и ворами.
   - Я думаю, что стоит начинать часа в три ночи. Это самое удачное время, - Дарий вопросительно взглянул на Громилу.
   - Без проблем. Я сейчас прошвырнусь кое-куда, чтобы именно нужные нам люди дежурили этой ночью. Я думаю, что никто из них не откажется поменять такую ночную смену на обычную дневную, - Громила чинно встал и вышел из кабинета.
   Как только за ним закрылась дверь, и все услышали его тяжелые удаляющиеся шаги, азарт и возбуждение, охватившие всех, когда они узнали о планах Дария на предстоящую ночь, взяли свое.
   - Ветер, Лис, на вас организация силовых групп. Все понятно?
   Ветер не просто встал, а буквально вскочил с кресла и радостно ответил принцу:
   - Дарий, мы все сделаем еще лучше, чем при взятии штурмом главной церкви, - он схватил чуть ли не в охапку опешившего от такой наглости Лиса и исчез за дверью.
   Пришла очередь Молчуна получать приказания принца.
   - Молчун, на тебе Тени и общая координация всего этого бедлама. Если возникнут какие-то проблемы, с которыми ты сам не сможешь справиться, то смело приходи ко мне. В наших общих интересах, чтобы ночью все прошло гладко.
   Молчун встал и направился к выходу. Длинный, стоявший все это время в стороне, решил тихонько прошмыгнуть вслед за ним, понимая, какая каша заварилась из-за него, но эта его затея накрылась желтым медведем.
   - А ты куда собрался? - Дарий суровым взглядом остановил его, застывшего с приподнятой, как у статуи, ногой. - Подойди сюда на секунду.
   Длинный, как висельник, идущий на смерть, обреченно двинулся к принцу. Дарий еще раз осмотрел нового зама горбиков с головы до ног, словно выбирая, с какой части его костлявого тела начать его наказывать, и произнес каким-то глухим голосом:
   - Дела мои в огонь. Понял? И предупреди всех тех, кто видел эти бумаги, чтобы не болтали, а то сам знаешь, что будет. Ведь читал же, что происходит, когда мне кто-то очень не нравится. И теперь о главном. Покажешь себя - будешь главой горбиков.
   Длинный удивленно и испуганно вытаращился на принца:
   - А как же Молчун?
   Дарий устало вздохнул:
   - Ну, какой из Молчуна горбик? Разве ты еще этого не понял?- и подошел к двери, но задержался на пороге.- К тому же, если ночью все пройдет хорошо, он завтра станет одним из глав церкви.
   Длинный поперхнулся. Один из церковных убийц - глава церкви Святого ветра? Куда катится этот мир? Но стоп. О том, что Молчун - один из лучших в своем кровавом деле, знают немногие, и он сам об этом узнал только вчера, да и то случайно, во время пьянки. Остальные же знают только то, что он дворянин, достигший приличного звания в церковной иерархии. Ничего не скажешь, умеет наш принц манипулировать людьми в своих целях. И никогда нельзя предугадать, чего от него ждать. Одно все знали наверняка: или ты с ним, или ты мертв. Длинный, конечно, хотел жить, а потому уже всецело погрузился в обдумывание того, что ему поручалось. Да и что скрывать, нравился ему новый принц, именно новый, а не тот, что был кошмаром всего дворца. Длинный уже почти влюбленными глазами посмотрел на Дария:
   - Мой принц, я вас не подведу! Клянусь! - выпалил он и встал перед принцем на колено.
   Дарий взглянул на Длинного усталым взглядом старика, а не подростка:
   - Не рановато, Длинный, ты встаешь передо мной на колено? Я же не император!
   Длинный поднял уверенный взгляд на Дария:
   - Для меня уже да!!! - и снова почтительно опустил глаза.
  
  
   Дарий в сопровождении Дылды и шестерых гвардейцев направлялся на встречу с отцом. Что сказать отцу, он уже знал. Просмотренные вскользь документы, которые показал ему Длинный, не просто пугали, а повергали в шок от тех фактов, которыми они изобиловали. А потому в поддержке отца он нисколько не сомневался, но хотел большего. Ему не нужен был обычный суд над преступниками. Ему нужен был его личный суд, суд принца Дария. Более того, клятва Длинного задела его за живое. Его, пацана-малолетку, такие серьезные люди, как Длинный, уже воспринимают как императора. Куда его занесло? Ведь он не совсем этого хотел, вернее этого, но не такими темпами, не так быстро. Дарий вздохнул и оглядел свое сопровождение. Дылда, мой верный Дылда. Его взгляд рыскал из стороны в сторону, ища врагов, которые могут угрожать безопасности его любимого принца. Гвардейцы - здоровенные взрослые дядьки, видевшие все в своей жизни, но при этом готовые выполнять приказы пацана. Нет, не так. Выполнять приказы гвардейского принца. Святой ветер, зачем ты дал мне такую власть? Заче-е-е-е-е-е-м?..
   Император Кор стоял перед окном, заложив руки за спину. Ботос замер посреди кабинета на вытяжку и не смел дышать. Он прекрасно знал, что означает эта поза императора. Она означает неприятности, большие неприятности.
   -Ботос, ты можешь мне сказать, почему я узнаю о тех безобразиях, что творятся в моей столице, от сына, а не от главы своей тайной канцелярии или, на худой конец, от главы горбиков? - голос императора лился размеренно и четко, как ручей в лесу. Безразличный и беспристрастный тон голоса для тех, кто знал императора, значил многое.
   - Мой император, в этом замешаны, насколько мне известно, в основном, люди вашей жены и святоши. А вы в свое время недвусмысленно приказали и тех, и других и пальцем не трогать. Меньше вони - крепче сон, - отрапортовал Ботос.
   Император медленно повернулся к Ботосу. На его лице была только одна эмоция, но зато какая... Ненависть.
   - Ну что ж, мои ошибки будет исправлять мой сын. У Дария хватит духу разгрести этот гадюшник. Император спокойно направился к стоящему в стороне столику с напитками, налил два бокала и, взяв их, подошел к Ботосу. Молча протянув один бокал Ботосу, кивнул ему на кресло. Ботос облегченно сел на самый краешек и залпом выпил все вино, от страха и напряжения не почувствовав даже его вкуса.
   - Извини, старик, ты тут не причем, - император сел в кресло напротив и медленно отхлебнул из бокала.
   - Я, конечно, знал, что моя жена - змея, да и родственнички ее - та еще банда, но чтоб настолько! - Кор устало откинулся в кресле. Обведя взглядом комнату, как будто в первый раз ее увидел, Кор уставился на бокал в своей руке.
   - А где этот прощелыга-канцлер? Я, вроде, вызывал вас обоих, - осушив бокал залпом, Кор со злостью швырнул его, что было сил, об стену.
   Ботос вздрогнул и проследил за разлетающимися осколками бокала.
   - Он прячется от тебя, Кор. Ты его сильно напугал, - Ботос оторвался от осколков и увидел, что император сидит с закрытыми глазами и что-то бормочет про себя.- А заодно, он готовит аббатство Святой Звезды к наплыву долгожданных посетителей, то есть рудничков.
   Император медленно открыл глаза и слабо хмыкнул, но было заметно, что в его глазах начала просыпаться жизнь, ненависть и тоска потихоньку уходили.
   - Вот словечко ведь придумали. И ведь метко сказано, лучше не придумать. Точно, руднички, - он вытряхнул фрукты из вазы и налил себе туда вина. Ботос улыбнулся - Кор не меняется.
   - Кор, ты можешь мне рассказать про ваш разговор с Дарием? Что мне ожидать от него сегодня ночью, а вернее уже часа через три? Не придется ли нам после его чистки срочно собирать войска, чтобы отбиться от твоих родственничков? Ой, извини, от родственников твоей ненаглядной? И, кстати, где Варая? Почему я не вижу ее уже целые сутки? - Ботос встал с кресла, подошел к столику и тоже налил себе вина.
   - Давай, я отвечу тебе сначала на последний вопрос, - Кор посмотрел на бокал в руке Ботоса, потом на вазу в своей руке, затем быстро встал, отобрал бокал и всунул в руку оторопевшего Ботоса вазу.
   - Варая тайно отправилась в горы Таруха за какими-то только ей известными травами. Я совершенно не удивлюсь, что Дарий как раз и рассчитывал на ее отсутствие. А вот про сам разговор с Дарием я могу тебе рассказать только вкратце, уж слишком он у нас выдался длинным и эмоциональным, - Кор подошел к окну и облокотился о подоконник.- Дарий меня обыграл с самого начала, а потом вынудил сделать все то, что ему было от меня нужно. Он без слов вошел ко мне в кабинет, сунул мне в руки краткую выдержку того, что творится у меня в столице, и дождался момента, когда я ярости взбесился от прочитанного. Потом он попросил разрешение на арест всех причастных к этим преступлениям и, естественно, сразу же получил его. Потом он потребовал, чтобы при аресте нескольких особо мерзких типов я разрешил ему их "случайно" убить, потому что они "типа сопротивлялись, а мы защищались". Я с удовольствием предоставил ему и такую возможность, даже взял с него обещание, чтобы он там вообще особо никого не жалел, - император развернулся к Ботосу, что позволило неожиданно увидеть сияющую улыбку его на лице из-за гордости за своего сына.- Потом, конечно, он попросил помощи военных и Теней, что я ему тоже пообещал. А вот потом... Потом он не просто попросил, а потребовал, чтобы судили их всех от его имени и только назначенные им самим люди, а не простые судьи. В обоснование своих настояний он привел недавний пример с Дылдой. Мне бы, старому, задуматься, зачем ему это надо, но я, как пьяный желтый медведь, уже ничего не соображал и даже выписал ему соответствующую бумагу с гербовой личной печаткой, что, как ты знаешь, придает этой бумажке имперскую законность на всей территории страны в течение месяца, как минимум,- Кор, улыбаясь, посмотрел на Ботоса, ожидая его реакции, но тот пока молчал, понимая, что рассказ еще не закончен. - А потом, уже когда уходил, Дарий как бы между прочим поинтересовался у меня двумя вещами.
   - Какими? - уже не сдержался глава тайной канцелярии.
   - Он спросил, уверен ли я в верности войск, несущих службу в городах и на границах империи. Я его, конечно, заверил, что все войска и их генералы преданы только мне и никому больше. Получив такой ответ, он только слегка кивнул мне, а потом выдал такое, что я понял, какой я все-таки плохой политик, даже в сравнении с собственным сыном - подростком.
   Ботос затаил дыхание, предчувствуя, как минимум, что-то уж совсем из ряда вон выходящее.
   - Он спросил, желательно ли мне, чтобы графиня Ториана осталась жива, или ее участь остается на его усмотрение?
   Ботос медленно и с шипением выдохнул воздух, а потом резко присосался к вазе с вином, махом осушив ее.
   - Но ведь это его мать! - Ботос ошеломленно уставился на императора.
   - Да брось ты, Ботос. У него не было матери, и ты это прекрасно знаешь. Она любит только себя и деньги. А то, что у нее за душой и на душе, ты прекрасно знаешь. Вернее, не все знаешь. Помнишь, года три назад вся столица шумела о пропаже дочери генерала Фирса. Ну, так вот это было ее рук дело. Она решила омолодиться по совету какого-то неизвестно откуда взявшегося шарлатана, а для этого нужно было принять ванну из свежей крови девственницы. Кстати сказать, судя по ее даже самой маленькой ванной, там одной девушкой уж точно не отделаешься.
   Ботос еще раз налил себе вина в вазу и присосался к ней, как будто не пил уже не первые сутки.
   - И есть доказательства этого? - произнес он, остановившись. Голос его заметно дрожал.
   - Только письменное признание одной из ее доверенных девочек, которая сразу куда-то исчезла, как только эта бумага попала на стол главы горбиков. Они даже не удосужились убрать Длинного, ведь нет девочки, значит, нет и проблемы. Они ничего не боялись, даже меня и тебя. Поэтому я и сказал сыну, что пусть он поступает с ней на свое усмотрение. Пусть ее, наконец, судит ее собственный сын, если уж Святой ветер не смог ее покарать. А я, старый трус, умеющий, только бы не связываться со своей женой и ее могущественными родственниками, убегать на войну и там вымещать всю свою ненависть к ней на невиноватых в этом врагах.
  
  
   Утро выдалось солнечным, но императору это не прибавляло настроения. Ботос выслушивал доклады периодически появляющихся Теней и иногда что-то записывал в блокнот, видимо, чтобы ничего не забыть. На все его попытки рассказать императору о ходе и деталях проходящей чистки, тот лишь отмахивался и отвечал:
   - Вот явится Менис, тогда и доложите, а пока ничего не хочу знать.
   Ботос вздыхал и принимал очередного курьера от Дария. Ближе к полудню наконец-то явился Менис. Предельно вымотанный и какой-то испуганный. Смущенно присев в кресло, он обратился к императору:
   - Извини, Кор, что сбежал. Я не готов был к встрече с тобой, и ничего хорошего из нее, наверное, не вышло бы.
   Кор лишь досадливо махнул рукой и присел в кресло.
   - Все закончилось? Всех взяли?
   Менис устало вздохнул, тяжело встал с кресла и начал доклад:
   - Ко мне поступило триста двадцать задержанных. Судя по спискам, которые мне передал Длинный, это ровно половина. Все подавлены, права никто не качает. Правда, все они поступили ко мне после бесед с Дарием, а что он им сказал, я не знаю. Те отрывочные данные, что у меня есть после разговоров с ними, не дают полной картины. Я думаю, что информация Ботоса будет более полной. Если что, я дополню его рассказ.
   Ботос кивнул Менису и тоже встал, что выдавало охватившее его волнение.
   - Операция, как и планировалась, началась в три часа ночи. Благодаря тому, что был пущен слух, что будут ловить опасного сумасшедшего, и тому, что правду знали только единицы, никто не обратил внимания на такое оживление среди гвардейцев и военных. Самые многочисленные группы работали в крыле императрицы и во дворце барона Гамса. И там, и там было оказано ожесточенное сопротивление. Свита барона Гамса уничтожена процентов на девяносто, убит и сам барон. В крыле императрицы выживших побольше, но не намного.
   А сама императрица? - со странным блеском в глазах спросил император.
   - Отравилась. Действительно, сама отравилась. Как только узнала, что арестовывать ее пришел ее же сын, удалилась в свои покои и отравилась.
   Император издал непонятный звук. То ли выдохнул с облегчением, то ли взвыл.
   - Остальные по списку редко сопротивлялись, потому, что их, как правило, брали сонными прямо из постелей. Человек пятьдесят в городе просто отсутствовали. В места их предполагаемого нахождения направлены объединенные группы гвардейцев и Теней.
   - Где Дарий?
   - После перевязки его специально напоили успокоительным, чтобы он отдохнул и пришел в себя. Он и так потерял много крови.
   - Что-о-о-о-о-о? Какая перевязка? Кто не досмотрел? - император был в бешенстве.
   - После взятия крыла императрицы Дарий направился в главный храм, а там их поджидала засада. Кто-то все-таки нас предал. От неминуемой смерти его спас, прикрыв своим телом Дылда. Сейчас он сам между жизнью и смертью. На нем живого места нет, его просто утыкали стрелами. Лишь одна стрела проскочила и попала в Дария.
   - А что в храме? - император обессилено упал в кресло.
   - В живых остались только мелкие служки, - Ботос уже стоял навытяжку и пытался не дышать.
   - Что-то важное еще есть? - император, согнувшись, подошел к окну и вздохнул полной грудью приятный аромат сада, как бы пытаясь прогнать от себя прочь все тревоги этой тяжелой ночи.
   - Допросы только начались, но судя по результатам, операция была спланирована и исполнена прекрасно. Принц Дарий - прирожденный стратег, и с возрастом его талант будет только расти.
   - У тебя все, Ботос?
   - Да, мой император.
   - Я хотел бы добавить еще кое-что, - Менис как будто засмущался, но потом, отбросив все сомнения в сторону, продолжил. - Нам, похоже, в самом скором времени придется воевать с вольными баронствами. Их эмиссар был арестован в крыле императрицы, и я думаю, сейчас он уже рассказывает все подробности своего общения с людьми Длинного. Хотя тут и так все ясно.
   - Даже с того света поднасрала сучка! - Ботос в сердцах сплюнул на пол.
  
  
   Лис, Ветер и Молчун сидели на парапете аббатства Святой Звезды и, как старые коты, нежились на солнышке. Громила и Длинный что-то оживленно обсуждали в стороне, но вели себя тихо и не повышали голоса. Как только разговор закончился, Громила направился к друзьям.
   - Ну, что там? - Молчун, чуть прищурившись, смотрел на Громилу.
   - Дарий проснулся. Сейчас, говорят, уже выдвинулся сюда. Самочувствие у него, вроде, хорошее.
   - В отличие от настроения, - это подошел Длинный.
   - Не все арестованные хотят общаться, но, я думаю, повторный разговор с принцем вернет им и желание, и память. Дылде, слава Святому ветру, смерть уже не грозит, но точно говорить об этом еще рано, только сутки прошли. Кто-то, я даже догадываюсь, кто именно, пустил слух, что вся операция связана с предательством высшего дворянства и церкви. Но сговор с вольными баронствами им никто не простит, даже родственники. Уж сколько на границе с ними наших людей вырезали. Так что гражданская война нам, скорее всего, не грозит. А вот война с баронствами, похоже, уже не за горами. Там ведь давно облизываются на наши богатства. Хуже кочевников. А главная новость - это то, что принц Дарий официальным указом императора назначается защитником империи и вторым лицом в государстве!
   - Ну и что? - Ветер лениво почесался.- Он и был вторым лицом империи, он же принц.
   Лис удивленно уставился на Длинного.
   - Ветер, ты идиот. Дарий, как принц, не мог официально приказывать ни военным, ни горбикам. А теперь круче него только император, и все. Он теперь даже имперские приказы может выписывать. Вот так.
   Ветер почесал затылок.
   - А что народ в столице? Как реагирует на происходящее? Все-таки Дарию не так много лет, чтобы ему такую важную должность давать.
   - А его сначала боялись, когда он дворянчиков травил во дворце, а как стал святым, стали обожать. Теперь, когда все узнали, что это он раскрыл заговор, все его уважают. А уж когда прошел слух, что он ради империи свою мать не пожалел, его и боятся, и обожают, и уважают одновременно. Вот такой компот, друзья. А вот, кстати, и сам принц идет. Ну, что отдохнули? За работу. У нас еще сто двадцать арестантов не опрошено.
  
   Как болит раненая рука, и как хочется куда-нибудь прилечь и не шевелиться, никого не видеть и не слышать. Когда же, наконец, все меня оставят в покое? Я устал, у меня все болит! Нет, так нельзя. Надо срочно собраться и взять себя в руки. Именно сейчас раскисать не время, у меня впереди еще столько дел и забот. Отец сказал, что скоро уезжает на войну и оставит империю на меня. Интересно, он сам это придумал или надоумил кто? Почему не может быть так, как раньше, когда он покидал столицу, отправляясь в очередной поход? Они что, все с ума посходили? Какой из меня защитник империи? И то, что Ботос и Менис останутся со мной, меня совершенно не успокаивает. А у меня совсем из головы не идет, что не убил своими руками свою мать. Как же жаль. Интересно, откуда она взяла яд? И что это был за яд? Надо будет потом с этим обязательно разобраться. Я просто сумасшедший маньяк какой-то, да еще с больной совестью. О чем я думаю? Святой Ветер, спаси меня! Люди-и-и-и, я не хочу быть защитником империи
   - Здравствуйте, мой принц! Главная допросная Вас уже ждет.
   - Крови много там пролили? Кишки там повсюду? Кровь в жилах стынет при виде всего этого антуража?
   - Все, как вы просили, мой принц. Я думаю, неразговорчивым эта комната очень понравится и, совершенно точно, надолго запомнится и, уж конечно, равнодушными не оставит никого. Вы здорово это придумали.
  
  
  

Глава 8

Власть принца

  

Умные следователи сажают в два раза меньше,

Но и живут в два раза лучше.

(Бывший начальник горбиков)

  
  
   Допросы задержанных вымотали всех, но никто не роптал и не возмущался. В связи с тем, что среди арестованных, в основном, были представители высшей аристократии, охрану аббатства осуществляли гвардия и Тени в огромном количестве. Существующую опасность совершения попыток освободить своих родственников никто со счетов не сбрасывал.
   Дарий никогда не думал, что гвардейцев настолько много. Самые колоритные представители были, конечно, от Молчуна. Их знаменитые черно-алые платья - это что-то среднее между церковной и гвардейской формой - были очень красивы и притягивали восторженные взгляды, но в то же время сразу предупреждали о чрезвычайной опасности людей, их носящих. Даже гвардейцы старались обходить этих слуг церкви стороной. Мало ли чего от них ждать.
   Благодаря тому, что командование осуществлялось из общего центра, все было организованно выше всяких похвал. Длинный и Лис виртуозно провели все операции и умудрились ни разу серьезно не столкнуть лбами весь этот бродячий цирк. Но без мелких казусов, конечно, не обошлось.
   Одна группа, ворвавшись в самый обычный с виду дом, обнаружила, что тот зачем-то разделен на две половины. Это показалось им подозрительным и они, не долго думая, арестовали всех находящихся там со словами "потом разберемся, что к чему". Когда задержанных привели на допрос к Дарию, он был крайне обескуражен, услышав заявление одного из арестованных. Он, видите ли, и не думал, что ему за то, что он спит с чужой женой, последует такое наказание. После допроса его, конечно, отпустили, но перед этим он успел поведать много интересного про муженька своей возлюбленной. Ему пришлось очень хорошо изучить все возможные пути перемещения и род занятий своего "соперника", чтобы безбоязненно развлекаться со своей подругой и не быть случайно застигнутым врасплох. Когда беседа с ним была закончена, группа захвата во главе с Ветром прошлась по адресам, указанным горе - любовником, и была приятно удивлена количеством и качеством улова. Более пятидесяти граждан бандитского склада, которые пытались активно сопротивляться, доставив этим немало хлопот и наградив стражников ни одним десятков синяков и ссадин, но главное - большое количество оружия и золота. Вот и верь после этого в случайности. Ветер, вернувшись в аббатство, доложил обо всем принцу, не переставая божиться, что поставит этому любвеобильному дворянину бочонок хорошего вина. А Громила, узнав об этом, ходил и ворчал, что мир, дескать, перевернулся, раз разврат стал приносить такую ощутимую пользу.
   Но другой случай все запомнят надолго. Группа из двенадцати гвардейцев и трех Теней, выполняя свое задание, обнаружила в одном из домов притон жопиков (слово "гомики" не совсем отражает суть их специфического поведения, "жопики", по-моему, гораздо понятнее). В военной среде к этому извращению относились весьма, мягко говоря, не учтиво, а уж про саму гвардию и говорить нечего. Поэтому никто не удивился, что арест всех присутствующих проходил предельно грубо. Но потом случилось нечто из ряда вон выходящее. Неизвестно, кому конкретно пришла в голову идея, воплощение которой столица будет помнить и смеяться очень долго. Представьте себе картину: двадцать два голых мужика, связанные друг с другом за свои причиндалы, бредущие гуськом через весь город в семь утра. Вот это еще было зрелище. Равнодушных не было никого.
  
   Дарий уже больше часа назад закончил допросы и пытался, борясь со сном от усталости, осмыслить полученные данные. За соседним столом Длинный и трое его подручных сверяли показания и пытались состыковать детали услышанного в единое целое. Картина вырисовывалась крайне не радостная. Преступления в столице были лишь небольшой надводной, т.е. видимой, частью айсберга, а вот масштабы его подводной части плохо поддавались оценке, т.к. большая часть дворянства многих регионов империи так или иначе была замешана в разного рода темных делах, перечислять которые можно было очень долго. Больше всего удручало, что многие из этих преступлений были за гранью понимания нормального человека. И чего им всем не хватает? Информация, полученная от представителя свободных баронств, была достаточно полной и понятной. Всем было ясно, что война вот-вот начнется, и уже отправлены приказы на выдвижение войск к границе. В то же самое время никто не сомневался в том, что из баронов, если они не уйдут подобру-поздорову, сделают жопиков. Так что им придется быстрехонько убраться на свои земли, маленько, правда, пограбив приграничные земли.
   Сведения о том, что часть дворянства и святош во время нападения войска баронов готовили что-то типа бунта в столице и в некоторых графствах, настораживала. Всех ли предателей выловили в этой мутной воде? Или второпях затронули только вершки, а корешки готовы завершить свою миссию? Убийство императора было, оказывается, не единственной целью заговорщиков. После захвата ими власти должен был грянуть всеобъемлющий передел земель в империи. Целые дворянские семьи должны были исчезнуть с лица земли во имя благополучия и процветания других. Набег же свободных баронов должен был отвлечь армию из мест основных событий, чтобы облегчить претворение этого гнусного плана в жизнь. Баронам, в случае успеха операции, были обещаны все прилегающие к границам территории, чего они уже давно добивались.
   Надо срочно действовать, пока не стало совсем поздно. Необходимо для начала пристально изучить те места, откуда, по полученным данным, должна была начаться передислокация войск, и уточнить там обстановку. Возможно, кое-кто, несмотря на облавы и допросы, и не думал отказываться от своих планов, и скоро всех ждут кровавые дворянские войны, что гораздо страшнее свободных баронов.
   - Длинный, сколько понадобится времени, чтобы собрать всех на совет? Желательно, чтобы присутствовали командиры не только гвардии, но и регулярных войск. И еще нужен специалист от тебя, который бы хорошо разбирался в хитросплетениях дворянских отношений в империи. Хорошо бы иметь такую информацию на сегодняшний день, а не вековой давности.
   - Мой принц, чтобы всех собрать, я думаю, часа три хватит. И специалист по дворянским склокам у меня есть, конечно. Такого любителя сплетен и интриг еще поискать надо, - Длинный, произнося последние слова, ехидно улыбнулся.
   Похоже, этот специалист - незаурядная личность, если уж даже Длинный так себя ведет.
   - Три часа? А почему так долго? Все командиры действующих войск должны, ввиду особой важности операции, находиться здесь, в аббатстве. Или кто-то посмел ослушаться моего приказа? Или вся проблема в твоем хваленом сплетнике? - Дарий начал заметно нервничать.
   - Мой принц, все нужные нам люди здесь, вот только Громилу с Ветром придется подождать. Они пошли публичный дом громить, - смущенным тоном, но с еле заметной улыбкой на лице ответил Длинный, в который раз доказав всем, что он всегда все и про всех знает, хочешь ты этого или нет.
   - Какой еще публичный дом? - Дарий удивленно уставился на Длинного.
   - Публичный дом жопиков, конечно, - после некоторой паузы и с удивлением в голосе произнес Длинный, потом как-то вздрогнул, хлопнул себя по лбу и продолжил.- Вы же в курсе про парад жопиков, который устроила им гвардия?
   Дарий слегка кивнул, не отрывая от него взгляд.
   - Так вот после их допроса выяснилось, что на окраине города находится еще один, но уже огромный публичный дом для жопиков, и наши герои, естественно, рванули во весь опор устанавливать половую справедливость.
   Дарий немного подумал, как будут эти головорезы устанавливать справедливость, и поежился от нарисовавшейся в его голове картины расправы. Жопиков он не понимал и не любил, но натравить на них Громилу с Ветром - это уже перебор.
   - Ладно, раз такое дело... Ты не организуешь мне где-нибудь лежанку, я очень устал и посплю до возвращения наших бойцов за общественную мораль.
   Длинный кивнул одному из своих помощников, и они с принцем быстро удалились.
  
   Император сидел в беседке и увлеченно читал краткую записку, составленную по допросным листам. Ботос и Менис расположились напротив и с аппетитом ели пирожные со стола императора. Ботос, в отличие от Мениса, уже успел весь перемазаться в креме, и император, изредка все же поднимающий глаза на своих друзей, не мог скрыть улыбку от такой картины. Дочитав до конца, он отложил лист в сторону и уже серьезно спросил:
   - Какие первые выводы мы можем сделать из этих допросов? У вас уже есть четкая картина? И, кстати, объясните мне, что за жопство там опять устроили головорезы принца?
   Когда император закончил фразу, друзья переглянулись и, не сговариваясь, дружно заржали, несмотря на его недовольный взгляд.
   - Кор, это надо было видеть. Никакими словами этого действа не описать. Два таких знаменательных парада войдут во все анналы истории, - друзья ржали так заразительно, что им с трудом удавалось произносить хоть какие-то слова, чтобы ответить на заданный вопрос. Глядя на них, император изменил свое строгое выражение лица, тоже улыбнулся и сказал:
   - Вы так и будете ржать или расскажете, наконец, что там произошло?
   Менис сделал над собой усилие, что далось ему очень не нелегко, и продолжил, все равно иногда срываясь на хохот:
   - Одна из наших групп захвата, ворвавшись в дом кого-то из подозреваемых, обнаружила там самый настоящий притон жопиков. Помяв их немного (ну а как же без этого), они всех их связали за срамные места и отправили в таком, так сказать, естественном виде в семь утра в аббатство.
   - Через весь город? - с недоумением переспросил император.
   - Ага! - Ботос опять залился неудержимым хохотом.
   - Но это еще не все. В ходе их допроса выяснилось, что на окраине города давно существует огромный бордель.
   Кор покривил губами. Жопство не было запрещено в империи, но повсеместно осуждалось, и многие дворяне даже лишались из-за этих пагубных наклонностей постов и наследства.
   - В этот бордель сразу выдвинулась группа во главе с Громилой и Ветром.
   Император тоже начал хихикать, хорошо себе представляя, чем этот поход должен был закончиться.
   - В борделе, не смотря на самый разгар дня, было арестовано более пятидесяти жопиков! Громила так же связал их за причиндалы, уж больно ему понравился этот способ. А Ветер уже этим не ограничился. Проявил, так сказать, фантазию. Он еще заставил их обмазаться дегтем.
   Император, представив это, уже ржал так же, как и Ботос с Менисом. Жаль только, что приходилось довольствоваться только собственным воображением, а не увидеть все происходящее живьем.
   - Этот караван погнали через весь город посреди бела дня. Жители были в диком восторге от такого представления. Они огромной толпой сопровождали процессию "нудистов", выкрикивая вдогонку самые разные шуточки и комментарии. Но самое смешное их ожидало впереди.
   Император удивленно уставился на Мениса.
   - Когда этот караван явился в аббатство, встал вопрос о снятии веревок и распределении их по камерам. Это оказалось весьма трудной задачей. - Тут уже засмеялся сам Менис, ему вторил Ботос. Император смотрел на них и, посмеиваясь, ждал окончания рассказа. Отсмеявшись, Менис продолжил.- За время путешествия деготь засох, и просто развязать веревки не получалось. Ветер решил не заморачиваться и просто их разрезать. Жопики то ли не так поняли, то ли они испугались, что у Ветра может дрогнуть рука в процессе их освобождения, и можно без причиндалов остаться. Но факт остается фактом. Пятьдесят с лишним жопиков, связанные за причинные места веревкой, бегающие от взбешенного Ветра по двору аббатства - это было еще то представление.
   Император, представив себе эту картину, увлеченно захохотал. Рядом с ним уже просто давились от смеха его друзья.
   - Весь этот цирк испортил Дарий. Смех гвардейцев разбудил его, и он злой, как желтый медведь, вышел на балкон. Увидев это представление, он сразу понял всю нелепость ситуации и разогнал всех по местам.
   - А что в итоге стало с жопиками-то? - посмеиваясь, спросил император.
   - А ничего, - ответил Менис и, с трудом сдерживаясь от хихиканий, продолжил.- Дарий велел загнать всех их в самую большую камеру. А в ответ на то, что они не дают себя развязать, сказал, что сами себя развяжут, если захотят. На разумный вопрос Ветра о том, каким образом они развяжутся, если никто арестованным в руки оружие давать не собирался, принц ответил в своем репертуаре что-то типа зубы им на что". Все охранники, вплоть до святош, еще два часа бегали смотреть, как жопики развязываются!
   Император с громкими всхлипами сполз под стол, не отставали от него и Ботос с Менисом. Отсмеявшись и запив смешинку бокалом сока, Кор обратился к Менису:
   - Ладно, с этим вопросом разобрались. Ну, а что по допросам?
   - Насколько я знаю, у Дария сейчас идет совещание по этому поводу, но абсолютно очевидно одно. Нам светит война на два фронта - это свободные бароны на границе и зарвавшиеся дворяне внутри страны.
   - Но мы же задавим и тех, и других. Дайте только время, - император удивленно уставился на Ботоса, а Менис только укоризненно покачал головой.
   - Кор, даже Дарий понял опасность ситуации. Баронов ты гонять будешь, как минимум месяц, а то и больше. А за это время твои дворяне добрую часть империи могут превратить в выжженную пустыню.
   - Да, Святой ветер с ними. Пусть немного поубивают друг друга. Мне-то что с того? - Кор вопросительно уставился на Мениса.
   - Кор, так они же воюют не сами, а своими крестьянами, то есть, по большому счету, твоими. А сколько они пожгут посевов? Нам только голода сейчас не хватает! К тому же, одна сторона за тебя, а другая против. Как ты думаешь, если после этих войн останутся в большинстве твои противники, ты усидишь на троне?
   - У меня есть армия, - обиженно сказал император. - Против нее эти выскочки не устоят.
   - Ты уверен? - Ботос и Менис переглянулись.
   - Войска могут не захотеть участвовать в гражданской войне, даже ради тебя. Ты уж извини, но надо учитывать все варианты, и вероятность такого развития событий нельзя сбрасывать со счетов, - Ботос пожал плечами, как бы подтверждая таким жестом неуверенности свои слова.
   Император откинулся на спинку кресла и крепко задумался. Он сразу посерьезнел, скорее даже помрачнел. Кор никак не ожидал такого продолжения разговора с друзьями. А ведь так хорошо и весело он начинался:
   - Какие есть предложения? Что будем делать?
   - Подождем принца. Когда я с ним прощался, у них вроде наклевывалась какая-то идея. Я думаю, он нас с вами не подведет. Это же Дарий!
  
   Совещание пришлось проводить во внутреннем дворе аббатства, уж слишком много, оказывается, собралось желающих услышать все собственными ушами представителей всех сторон. Гнать лишних было уже поздно, да с первого взгляда и не разберешь, кто тут лишний, а кто может пригодиться.
   Самая представительная делегация была, естественно, от гвардии. К учителям Дария присоединились люди даже из королевской ее части. Судя по их осанке и богатой одежде без намека на любые украшения, которые они, безусловно, могли себе позволить, но не сочли уместным надеть, люди были стоящие во всех смыслах. Далее по многочисленности шли Тени и люди Мениса. Казалось бы, две очень разные группы и по роду своей службы, и начальники у каждой из них свои, но держались они, как ни странно, вместе. Люди Длинного кучковались вокруг своего патрона и спокойно ждали, когда начнется обсуждение состояния дел и планов на будущее. Среди собравшихся нельзя было не заметить очень колоритная группу Молчуна с его боевыми святошами. И, наконец, венец всей этой композиции - ярко одетое, непонятных пропорций чудо, которое, судя по всему (а других вариантов ни у кого и в мыслях возникнуть не могло), являлось специалистом по дворянским интригам. Самое интересное, что этот специалист, в отличие от всех остальных, восседал на мягком кресле и уже успел обзавестись бокалом вина. Его ничуть не смущало, что вокруг были люди военные и суровые, и его, мягко говоря, нестандартный вид мог разозлить любого из них, последствия чего стали бы для него плачевными. Да-а-а, такую наглость, изворотливость и прыть, да в нужном направлении... Это будет что-то.
   На балконе мелькал Ботос, который все еще так и не смог для себя решить единственный вопрос, где же ему все-таки подобает находиться. И здесь не помешало бы, и к императору надо. Последними во внутренний двор пришли Дарий и Громила. Пока Дарий пробирался к его центру, Громила, оглядев весь этот собравшийся цирк, быстро сориентировался, кто и где находится, и предпринял некоторые действия, которые должны были, по его мнению, создать в этом таборе силовиков рабочую атмосферу. Первыми от его мер пострадали королевские гвардейцы, которые размашистым движением его руки, сопровождавшимся словами "сидеть здесь", были направлены на ближайший парапет. Следующее движение его руки, надо заметить, уже более грозное и абсолютно бескомпромиссное, указало для групп Длинного и Молчуна их места. Подвинуть таким же образом Лиса и Ветра не получилось из-за двух кулаков, синхронно и заранее показанных Громиле, что ему очень не понравилось, но трогать их он не стал. А вот больше всех пострадал специалист по дворянским интригам. Он одним движением был вытряхнут из своего кресла, которое сразу же было отправлено Дарию, а его бокал тут же перекочевал в руки Громилы. Возмущений и протестов слышно не было, авторитет здоровяка и его кулаки не предвещали ничего хорошего для любого противника.
   - Ну, раз все собрались, начнем наш совет, - Дарий поудобнее устроился в так любезно предоставленном Громилой кресле и продолжил. - Насколько я знаю, все присутствующие здесь ознакомлены с краткими итогами всех допросов, которые мы провели здесь за последние сутки.
   Собравшиеся, кто просто кивнул в знак согласия, кто сделал утверждающее движение плечами.
   - Поясняю для тех, кто не представляет всей серьезности и опасности сложившейся вокруг нас на сегодняшний день ситуации. Мы стоим на пороге затяжной гражданской войны. Всем присутствующим на этом совете предстоит разработать, а главное, потом претворить в жизнь все то, благодаря чему планы наших врагов не сбудутся, и война не начнется. Повторю для тех, кто не понимает положения вещей. Я имею все полномочия и огромное желание не просто казнить всех зачинщиков этих безобразий, но и истребить на корню всю их родню, чтобы впредь никому не повадно было. Это звучит, может быть, слишком кроваво и может показаться чрезмерно жестоким и несправедливым, но зато должно оказаться очень действенным и эффективным.
   После этих слов двор наполнился гулом приглушенных голосов, в котором слышалось всеобщее одобрение слов принца.
   - Мой принц, как я понял, у нас на данный момент есть только одна серьезная проблема - мы не знаем всех заговорщиков, - голос подало пестрое чудо и сразу оказалось в центе всеобщего внимания. Такой смелости и сообразительности от него никто не ожидал (почти никто, не будем забывать про Длинного и его людей), потому что невозможно было принимать всерьез разноцветного попугая на военном совете. Задав свой вопрос, специалист по интригам стал спокойно ожидать ответа, с удовольствием попивая красное вино из красивого бокала. Громила, заметив это, удивленно посмотрел теперь уже на бокал в своей руке, как бы не веря, что в этом мире может существовать два одинаковых бокала. Удостоверившись, что его бокал продолжает радовать его своим присутствием в правой руке, он уже совсем другими глазами посмотрел на пестряка и уважительно прищелкнул языком.
   - Извините, Вы не могли бы представиться? Как я понял, Вы тот специалист по дворянским делам, которого мне рекомендовал господин Длинный, - Дарий с интересом рассматривал этого чудаковатого и абсолютно не вписывающегося в окружающую обстановку субъекта.
   Слегка полноватое круглое лицо озаряли ярко-голубые глаза с поволокой. Все пальцы на его руках, уши и шея были просто увешаны золотом и драгоценными камнями, так что можно было с уверенностью сказать, что бедным этот индивид не был. Телосложение его нельзя было назвать худым или стройным, поскольку с десяток лишних килограммов уже не скроешь под свободной одеждой. Но по быстроте реакции и скорости передвижения, а также по постоянной активной жестикуляции и смены выражений лица можно было подумать, что этот человек - самый настоящий родственник бешеной белки, хоть и ни капли внешне на нее не похож.
   Кстати, с белкой я же еще не разобрался. Тьфу, что за напасть снова. Не до этого совсем теперь.
   Дарий отвлекся от своих дум и сконцентрировался на собеседнике, когда заметил, что тот открывает рот, чтобы ответить.
   - Барон Глокх к Вашим услугам. Но все друзья меня зовут Живчиком.
   Да-а-а-а. Нечего сказать, очень точное определение. А то что, в отделе Длинного есть дворяне, говорит о многом. Надо более внимательно присмотреться к его составу, уж слишком он удивительный.
   - Господин Живчик, Вы все правильно поняли. У нас есть некоторые наработки и подозрения, что, в первую очередь, окажутся втянутыми в гражданскую войну именно те районы, из которых будут выводиться войска на границу. Я хотел бы, чтобы Вы высказали нам свое мнение о том, что будет с теми регионами, гарнизоны из которых отправятся противостоять баронам. В составлении списка этих районов, я надеюсь, нам помогут представители гвардии и канцелярии.
   - Это вовсе не обязательно, мой принц. Зачинщиков можно вычислить гораздо быстрее и надежнее!
   Все удивленно уставились на Живчика, не понимая, как это он додумался до чего-то такого, что не пришло в голову принцу и его приближенным. Дарий был в их числе. Неужели он что-то пропустил?
   - А можно узнать подробности? - Молчун весь напрягся от напряжения в ожидании ответа.
   - Извольте! Я без особого труда предоставлю Вам списки дворянских семей, которые по разного рода причинам точат зуб на своих обидчиков и ждут подходящего момента для того, чтобы отомстить. Потом я бы очень попросил уважаемого мною господина Длинного составить другой список, в который должны войти наиболее часто упоминаемые во время допросов дворянские фамилии...
   До Дария, похоже, стала доходить система выявления бунтовщиков, предложенная Живчиком. Все оказалось очень просто и гениально.
   Браво, господин Живчик. Не ожидал. Надо будет обязательно познакомиться с Вами получше, дабы побольше узнать о Вас и наших дворянах.
   -... Потом надо попросить господ оружейников составить список дворян, которые в последнее время стали проявлять повышенный интерес к оружию, а также закупать его больше, чем обычно. Ну, а после задушевных бесед с жопиками и составления списка "а-ля мы их боимся" можно уже просто сравнить все полученные списки, и те семейства, которые значатся во всех них одновременно, можно смело арестовывать.
   - Прекрасно! - Молчун был ошеломлен и впечатлен элегантностью и простотой решения. - Я все понял, но какое отношение ко всему происходящему имеют жопики? Как они могут быть связаны с бунтовщиками? Какой от них прок? Или они тоже преследуют какие-то цели в предстоящей гражданской войне?
   Одобрительное и озадаченное гудение окружающих подтверждало, что вопрос Молчуна возник не только у него. И ответа ни у кого не было.
   - Все очень просто, если хорошенько подумать. Жопики, ввиду своего незавидного положения в обществе, могут выживать только благодаря хитрости, интригам и своему чутью на всякого рода опасности и изменения обстановки. Поэтому их список, в первую очередь, можно принять за аксиому. Лучше них никто не знает, что творится в дворянском мире, кто там чем дышит и занимается, о чем мечтает, с кем водит дружбу, а на кого затаил злобу. Но, чтобы получить интересующую нас информацию, нам придется пойти на кое-какие уступки. Но это будет стоить того. Я думаю, что после того позора, который устроили им господа гвардейцы, их нужно будет отпустить. Они надолго запомнят эти дни и все то, что им пришлось пережить.
   - Вот это загнул, - уважительно сказал Громила. Гладкость и изобилие в речи слов, значение которых он не всегда понимал, обычно вызывали у него восторг и восхищение с легким оттенком зависти.
   Принц задумался. Судьба жопиков его мало волновала, но и слепо надеяться на их информацию ему как-то не хотелось. Но не доверять рассуждениям Живчика, которые казались вполне логичными, он не видел причины. Все было обосновано и понятно объяснено, а главное, теперь решить вопрос с бунтовщиками можно будет в самые кратчайшие сроки. Дарий также отдавал себе отчет в том, что все равно в ходе зачисток могли пострадать невинные люди, но он старался об этом не думать, потому что ни одна война никогда совсем без жертв не обходилась. Судьба дворян его волновала в последнюю очередь, ведь среди них было слишком много предателей. До Дария, наконец-таки, дошло, что если он допустит гражданскую войну, его и его родных, скорее всего, убьют или прилюдно казнят, обвинив во всех тяжких грехах.
   - Длинный, Живчик, я попрошу вас обоих в самые кратчайшие сроки проработать план господина Живчика и представить мне список дворянских семей для утверждения императором. Господа гвардейцы, создать группы для устранения бунтовщиков у вас, я надеюсь, не займет много времени?
   Лис с Ветром утвердительно кивнули.
   - Господа Тени, вам предстоит оказывать всю возможную и невозможную помощь гвардейским группам. Ваши знания и умения им очень понадобятся. Все свободны, а тебя, Молчун, я попрошу остаться.
   Все устремились выполнять данные им поручения, группками покидая двор аббатства. Участникам собрания все было предельно ясно, никому не надо было объяснять, что в данном случае скорость имеет определяющее значение.
  
   Дарий смотрел на застывшую от удивления фигуру Молчуна на фоне быстро опустевшего двора. "Да, Молчун, сейчас я тебе задам задачку, которую тебе предстоит решить быстро, и надеюсь, кроваво", - размышлял принц, пытаясь оценить шансы учителя.
   - Молчун, подойди ко мне, пожалуйста. Да, не стой ты столбом!
   Молчун вздрогнул и медленно, как бы с опаской, не ожидая от принца добрых вестей, подошел к Дарию. А тот так и не встал со своего кресла, продолжая в упор разглядывать учителя, что только усилило предчувствие надвигающейся большой подлянки.
   - Молчун, я освобождаю тебя от должности главы горбиков.
   Молчун удивленно уставился на Дария и с трудом, поскольку неприятное ощущение после этих слов принца усилилось в разы, произнес:
   - За что?
   - Надо было спросить не за что, а почему, - нравоучительно произнес Дарий и поерзал своей малюсенькой костлявой задницей на большом кресле. Найдя только ему известную удобную позу, принц продолжил.- С этого момента ты назначаешься моим полномочным представителем в церковном совете. Главной твоей обязанностью для начала будет составить список будущих глав совета и, естественно, передать его мне для утверждения.
   Повторный возглас бедолаги-учителя "за что?" уже звучал гораздо громче и эмоциональнее, чем первый.
   - На сегодняшний момент ты единственный святоша, которому я целиком и полностью доверяю. Более того, я уверен, что твои связи среди святых убийц, твои умения и опыт пойдут только на пользу и помогут в достижении тех целей, что я перед тобой поставил и еще поставлю. Будь в этом уверен. Не будет лишним сказать, что я абсолютно убежден, что твоя пугающая репутация поможет предотвратить разного рода опасные телодвижения среди недовольных.
   - Мой принц, но я же убийца, в первую очередь, хоть и святоша. Как Вы представляете себе составление мною этого списка, если я не имею ни малейшего представления ни о ком из состава высших кругов церкви? Я никогда ранее не имел ни малейшей возможности даже приблизиться к этим людям, потому что был простым чистильщиком на службе церкви, - Молчун произнес эти слова на одном дыхании, потому что был крайне взволнован предложением принца, и как будто выдохся, закончив говорить. Но Дария его речь ни капли не проняла, потому как свои решения он не менял. Похоже, Молчуну ничего другого не оставалось, кроме как смириться с новым назначением, но побрыкаться, как желтый медведь, ему никто не запрещал.
   - Молчун, ты, конечно, первоклассный убийца, но дурака из себя и из меня не надо делать. Ладно? Ты в очень разных кругах имеешь большой авторитет. Как будто я не видел, как к тебе относятся твои нынешние коллеги и будущие подчиненные церковники? Кстати, ты не подскажешь, как они оказались уже у тебя в подчинении, когда ты по всем бумагам являешься гвардейцем?
   Поза Молчуна, ковыряющего носочком башмака песок, была настолько уморительна, что Дарий с большим трудом сдержался, чтобы не рассмеяться. Его учитель сейчас выглядел, как нашкодивший ребенок, которого поймали на месте преступления. Вот умора.
   - А насчет высших кругов церкви, то тут ты вообще меня удивляешь. Большинство этих святош уже землю своими тушками удобряют, кстати, не без помощи твоих подчиненных. Так что в твоих силах и интересах создать новое высшее церковное общество. И я надеюсь, что тебе не надо долго объяснять, с кого я спрошу, если и эти новые главы церкви будут не лучше предыдущих. Я ничего не имею против того, что ты выберешь в совет кого-то из глав мелких церквушек, разбросанных на самых окраинах империи. Там люди гораздо чище и честнее, чем избалованные столичные толстяки. Главное, что требуется от совета, это чтобы он ревностно и своевременно выполнял те функции и задачи, которые на него и были возложены исторически. Возвеличивание церкви и надзор за справедливостью в ее церкви. Ты все понял?
   Молчун, как заправский гвардеец, вытянулся во весь рост по стойке "смирно" и громко отчеканил свой ответ:
   - Так точно, мой принц! Будет сделано!
   - Да, кстати, Молчун, забыл сказать еще кое-что. Лояльность мне и императору не просто приветствуется, наказание несогласным грозит суровое, вплоть до смертной казни. Бунтовщиков среди святош я больше не потерплю. И я уверен, в этом моем решении император меня полностью поддержит.
  
   Дарий сидел напротив отца и наблюдал за его манипуляциями с бокалом. После его доклада о ходе и результатах проведенного расследования и принятых мерах все присутствующие, а именно сам император, а также Ботос с Менисом, основательно призадумались. В комнате повисла гробовая тишина, потому что быстрой реакции и ответа на услышанное быть не могло, слишком много новых и крайне неприятных подробностей всплыло, а главное, что все это очень неожиданно. После такого удара ниже пояса так сразу и не соберешься. Молчание затягивалось. Все терпеливо ждали, что же все-таки скажет император. Судя по реакции Ботоса, он был полностью на стороне Дария. Менис тоже изобразил на своем лице благодушие, ничем не подтверждая какое-либо свое недовольство. Остался только император, и его слово было главным. Вот бокал вина был поставлен на столик, и все взгляды устремились на главу империи.
   - Я полностью поддерживаю твои действия, сын, но меня смущают две вещи. Во-первых, ты предлагаешь не просто уничтожать всех бунтовщиков, но и истреблять всю их родню. Не слишком ли это ужасно и кроваво? А, во-вторых, меня смущает, что глав церкви будет выбирать Молчун. Его усилиями мы в итоге получим не совет святош, а военный святой орден. Нам только этого еще не хватало! Еще одна силовая структура. Зачем?
   Хм, первый вопрос я ожидал. Он, конечно, лежал на поверхности. Я понимаю, что возник он, похоже, только потому, что еще недавно я всеми обвинялся в чрезмерной и повсеместной жестокости. Конечно, отец боялся, так сказать, рецидива. Такая его реакция вполне понятна и предсказуема. Решение этого вопроса будет во многом зависеть от того, какие доводы в обоснование своей позиции я приведу. Но второй вопрос меня поставил в тупик. Чем же ему военный святой орден не нравится.
   - Отец, что касается первого твоего вопроса, то с ним все просто. Если мы оставим в живых родню, то конфликт умолкнет лишь на время, пока не подрастет следующее поколение. Я более чем уверен, что большинство распрей имеют за собой такой исторический хвост, что простым отрезанием ушей отделаться не получится. Может быть, при твоем правлении и, если повезет, при моем продолжение и не последует, но вот твоим внукам, я боюсь, наше милосердие уже точно выйдет боком. Или ты думаешь, что мне так хочется принять на себя столько крови?! Если так, то ты ошибаешься, отец.
   Император утвердительно кивнул, ему, похоже, понравились объяснения принца. Пока все шло гладко.
   Фу-у-у-у, кажется, снова пронесло! Когда же уже закончатся эти проверки? Если он мне не доверяет, так зачем назначил вторым лицом в империи? Как-то это нелогично. А может, это еще одна проверка на верность, не пройдя которую, можно и не проснуться? Тьфу, так можно до чего угодно додуматься, благо фантазия богатая. Ведь если увидел в диком лесу белку, это еще совсем не означает, что она бешенная.
   - Теперь, если с первым вопросом мы разобрались, давай перейдем ко второму. Я хотел бы уточнить, что тебе не нравится в военном ордене?
   - Да, все! - император резко вскочил и стал нервно расхаживать туда-сюда по комнате, явно прибывая в сильном возбуждении. - Зачем тебе нужна новая армия? Ты не можешь не понимать, что при таких руководителях, как Молчун и ему подобные, церковь, несомненно, станет таковой впоследствии. Тебе не хватает гвардейцев? Ты представь себе, что бы было, если бы церковь участвовала в бунте не как компания жирных богатых ублюдков, а как военизированная организация. Да нас бы просто убили и не поморщились. Никакая гвардия бы не помогла! Или ты хочешь упразднить гвардию?
   Да-а-а, а вот тут, похоже, я лопухнулся, и отец прав. Такая организация ни мне, ни императору совсем не нужна. Слишком опасно иметь под боком святых убийц. И если они будут достаточно многочисленны, то это совершенно точно будет полный танец бешеных белок. И танец этот придется плясать нам с отцом. Надо срочно успокоить императора и брать ситуацию в свои руки. Может быть, Молчун и не стремится пока создать военный орден, но лучше ситуацию держать под контролем и следить за ним, а то мало ли что.
   - Отец, ты совершенно прав, и я обязательно прослежу за Молчуном, чтобы он не сделал ничего, что не входит в мои планы. Да и сам Молчун, похоже, совсем не стремится в главный совет. Мой приказ о назначении его моим представителем его, мягко говоря, далеко не обрадовал.
   Император слегка улыбнулся. Он, наверное, представил себе недовольного Молчуна и, похоже, успокоился, придя к выводу, что военный орден Молчун все же создавать не собирается.
   - Тогда я доволен. Дней через пять-десять я отбываю в войска и надеюсь, что ситуация с бунтовщиками и святошами будет более прозрачной и безопасной.
   Громкое хмыканье в приоткрытую дверь заставило всех повернуться. Голова одного из Теней, торчащая из-за двери, сделала неопределенную гримасу и произнесла:
   - Мой император, сюда Варая идет. Зла-а-а-я!
   Стон, прозвучавший вслед за этим в комнате, как реакция на предупреждение охранника был единодушным и продолжительным. А так хорошо день начинался.
  
  

Глава 9

Имперские дела.

Хорошая работа

И хорошая зарплата -

Несовместимые понятия.

(имперский палач)

   Варая появилась в комнате с таким видом, как будто просто выходила на пару минут по каким-то мелким делам. Но ее изрядно помятая и довольно пыльная одежда говорила о том, что она, приехав издалека, не сочла нужным не только передохнуть с дороги, но и даже просто зайти к себе переодеться и привести себя в порядок перед тем, как явиться к императору.
   Похоже, стражники у ворот оказались не в меру словоохотливыми и уже успели разболтать ей все новости. Надо будет обязательно узнать, кто сегодня дежурил, и "отблагодарить" всех говорунов парой-тройкой десятков любимых внеочередных дежурств.
   Пройдя на середину комнаты, Варая резко остановилась, внимательно оглядела собравшихся недобрым взглядом и строго произнесла:
   - Ну, и кто все это придумал?
   При этом она недвусмысленно косилась на Дария, всем своим видом давая понять, что спрашивает чисто из вежливости. Ответ ей и так уже был известен. Но с чего-то надо было начать, и этот вопрос - первое, что пришло ей в голову. Всем было видно, что она в ярости от произошедшего, но не совсем было ясно, что именно повергло ее в это состояние: сами события последних дней или то, что все решили и сделали не только без нее, но и не сказав ей ни слова. Император после небольшой паузы открыл было рот, чтобы ей ответить, но его перебил принц:
   - Варая, во-первых, здравствуй. Я очень рад тебя видеть в полном здравии. Но ты, по-моему, забыла с нами поздороваться. А, во-вторых, почему ты пожаловала сюда вся такая пыльная? Ведь тебе хорошо известно, что у отца в кабинете очень дорогие ковры и мебель. Зачем их пачкать? И, в-третьих, по-моему, ты никогда не была сторонницей и защитницей жопиков. Чем тебе не нравится моя операция против них?
   Ступор, в который была ввергнута Варая неожиданно полученным отпором, можно было не только потрогать руками, но и, при желании, пнуть ногой. Казалось, это ее состояние становилось крайне опасным и заразным, потому что как-то сразу распространилось на всех присутствующих. Вся обстановка в комнате стала очень похожей не на собрание живых и здоровых людей, а на скульптурную композицию "Замри всяк сюда входящий". Только по прошествии несколько минут атмосферу всеобщего остолбенения нарушил сдавленный всхлип одного из гвардейцев, стоящих за дверью, до которого, наконец, дошла вся тяжесть его, мягко говоря, глупого поступка. Все в комнате сразу зашевелились, и на их оживших лицах появилось хоть какое-то осмысленное выражение.
   - Месяц дежурства на самой дальней башне! - прорычал император в сторону двери. Его глаза при этом выражали такое безудержное веселье, что можно было быть уверенным в том, что наказание будет отменено, как только Варая удалится из кабинета.
   - Так точно, Ваше Величество! - ответ гвардейца, сопровождающийся громкими и отчаянными всхлипами, заставил улыбнуться императора уже не только глазами. Теперь и губы его расплылись в гримасе счастья, и он с чувством выполненного долга перевел взгляд на все еще не пришедшую в себя подругу.
   Глаза Вараи, которая позже других справилась со своим столбняком, начали оживать, она пару раз ошарашено ими моргнула, потом до нее дошло, что воздух, давно набранный ею в грудь, находится все еще там, т.е. все это время она даже не дышала. Это не могло пройти без последствий, а потому она, закашлявшись, выдохнула и слабым голосом при следующем вдохе спросила:
   - Вы что, еще и всех жопиков в столице вырезали?
   Хохот одновременно и, как по команде, грянул и в кабинете, и за дверью. Варая недоуменно и в ужасе смотрела на ржавших, как кони, первых лиц государства, как бы выражая этим взглядом все свои сомнения в степени умственного развития и психического здоровья всех здесь присутствующих. Их дружный смех пошел на убыль только после того, как за дверью кто-то уронил алебарду, и звук ее падения стал своего рода сигналом к успокоению. Менис первым пришел в себя и, отдышавшись, спросил:
   - Варая, ты можешь объяснить, что именно ты хочешь знать? Последние дни были слишком богаты на разного рода события, и мы все сейчас теряемся в догадках, потому что не знаем, что тебе уже известно, а что еще нет.
   Женщина рухнула в кресло, которое ей вовремя услужливо уступил Ботос, и усталым голосом спросила:
   - Как так случилось, что за то короткое время, которое я отсутствовала во дворце, вы умудрились вырезать половину столичного дворянства, почти весь высший свет, святош и даже саму королеву в придачу?
   Менис прикрыл глаза, восстанавливая в памяти все события минувших дней, и спокойно начал было излагать укороченную версию произошедших накануне событий. Но его повествование затянулось на добрых три часа, так как уточняющие вопросы самой Вараи, а потом как ни странно и императора с Ботосом, вылились в подробнейший доклад. Тишина, наступившая после заключительных слов Мениса, нарушалась только мирным и беззаботным посапыванием как ни в чем не бывало спящего Дария, который, как всегда, не терял времени понапрасну. Последние дни дались ему очень не легко, и он устал, как никогда, а потому и сейчас не упустил возможности немного поспать, ведь ничего нового он бы не услышал. Варая задумчиво посмотрела на сладко посапывающего Дария, а потом на Кора. Кор понимающе улыбнулся ей и, подойдя к двери, что-то сказал гвардейцам за дверью. Все услышали их удаляющиеся шаги.
   - Кор, а тебе не кажется, что за такой короткий срок от твоих слов "я его придушу" и "я назначил его вторым лицом в государстве" принц не мог так сильно измениться. Слишком быстро все происходит для десятилетнего ребенка. Это слишком опасно для его здоровья и психического состояния! А если он надорвется?! В итоге это может обернуться и против тебя!
   Император задумчиво посмотрел на подругу и ответил тоном человека, на все сто процентов уверенного в своих словах:
   - Он заслужил мое полное расположение и доверие к себе своими поступками. И с чего ты взяла, что за ним совсем не присматривают? Он всегда под наблюдением и охраной самых достойных наших людей. У меня нет другого выбора, ведь он мой единственный наследник. Если не ему, то кому я могу передать всю свою власть? Пусть учится уже сейчас, иначе может стать поздно. Да, я согласен, что иметь с ним дело очень опасно, и его прошлые поступки я не перестану вспоминать никогда. Нам остается только направить его способности и таланты, а также и его недостатки, которые как ни странно очень полезны на сегодняшний день, в нужное всем нам русло и против наших общих врагов.
   - А ты уверен, что после того, как он со всем эти справится, он не возьмется за тебя? Если так случится, то судьба твоя незавидна, а будущее туманно. Уже сейчас Дарий обладает очень большим влиянием и пользуется уважением среди военных, а святоши вообще сделали его своим главным святым. И теперешнее твое назначение его вторым лицом в государстве - всего лишь констатация факта его повсеместной влиятельности. Я уже, конечно, замечаю в его поведении проблески человечности, намека на которую раньше не было, но его старые взгляды хладнокровного хищника никуда не делись. Он притягивает к себе людей и заставляет их выполнять его приказы с какой-то прямо-таки волшебной легкостью. Люди подозрительно быстро забыли о его кровавом прошлом. Не находишь? Ты заметил, что дворцовая прислуга при его появлении начала ему кланяться, а не разбегаться в разные стороны? При этом никто из тех, кого я спрашивала обо всем этом, внятно объяснить свое поведение не смог. Они просто чувствуют его право быть лидером и повинуются ему. А гвардейцы, которые за две недели из твоих верных псов превратились в ЕГО головорезов?.. - Варая замолчала и откинулась на спинку кресла, задумчиво глядя на спящего Дария.
   Менис встал со своего кресла, прошелся по комнате, чтобы немного размять порядком затекшие конечности, и остановился у окна, рядом с которым, несмотря на то, что оно было закрыто, почему-то дышалось легче и свободнее.
   - Варая, ты, безусловно, права во всем, кроме одного! Надо бояться вовсе не того, кем станет Дарий, а того, что, похоже, нашей империи и нужен такой император. Умный, хитрый, имеющий безграничную власть, безжалостный, но при этом справедливый. И люди к нему уже сейчас тянутся только потому, что понимают, что за ним их будущее, что только при нем империя станет другой. Какой она станет, мы пока не знаем. Можем лишь догадываться и мечтать. Хуже нам станет жить или лучше, узнаем, когда придет его время. Грядут перемены!
   - А если в нем опять проснется зверь? - Варая задала этот вопрос, не обращаясь ни к кому конкретно, просто потому, что это ее, как и всех остальных, очень волновало. Она, похоже, и не надеялась получить ответ.
   - Если такое случится, мы убьем этого зверя, - шепот императора еле слышно пронесся по комнате и затих, как бы боясь просочиться за ее пределы.
   - Если мы сами будем к этому моменту живы, - печально-саркастические слова Ботоса заставили всех еще раз внимательно посмотреть на спящего принца. Взгляды присутствующих выражали надежду и печаль одновременно.
  
   Следующий день для принца, по его же собственному мнению, начался крайне отвратительно. Во-первых, выяснилось, что его присутствие на выборах глав Совета святых обязательно. Как Молчун умудрился собрать всех кандидатов в столице за сутки, никто даже и не пытался узнать. С утра он просто передал принцу список своих кандидатур. Правильнее было бы сказать, что не просто передал, а вихрем ворвался в покои принца, кинул список на стол и уже на обратном пути к двери крикнул:
   - Через час зайду и все объясню! Готовься - через два часа выборы, твое присутствие обязательно! - и с этими словами исчез за дверью.
   То, что в этот момент принц сидел на горшке, его ничуть не смутило. Такое ощущение, что он, в своей спешке, не обратил ни малейшего внимания на то, что своими действиями поставил принца, застигнутого врасплох, в неловкое положение.
   Во-вторых, не успел принц встать с горшка и натянуть штаны, как в комнату также лихо и, разумеется, без стука ввалились Громила и Ветер.
   - О, ты уже встал? Прекрасно! Главная группа по зачисткам будет готова к завтрашнему утру, так что собирайся, завтра выезжаем, - и, прихватив со стола самое большое яблоко с не менее крупной грушей, эта парочка тут же удалилась, не дав Дарию произнести ни слова. Направляясь в угол комнаты, чтобы убрать, наконец, горшок за ширму, принц уже мечтал о том, чтобы кто-нибудь еще зашел бы сейчас в его комнату без стука, и он с превеликим удовольствием наденет на голову наглеца этот достаточно внушительных размеров сосуд. Его мечты сбылись, но, к его большому сожалению, только на половину. В комнату, действительно, без стука все-таки вошли, но горшок остался при нем. Ночная ваза, пусть и очень красивая, на голове императора, наверное, смотрелась бы классно, но принц на этот раз не стал претворять в жизнь свои достаточно опасные мечты и экспериментировать на отце.
   - Дарий, я отлучусь на несколько дней в полки, чтобы проверить готовность войск к походу, и, вернувшись оттуда, буду ждать тебя из поездки по известным тебе местам, - и, ухмыльнувшись, выложил на стол королевскую печать.- Она тебе точно понадобится. Только не забывай, что сначала издаются указы о казни, а уже потом они заверяются печатью. Смотри не перепутай и проставляй числа повнимательнее, - с этими словами, по-отечески улыбнувшись, он быстро вышел из комнаты.
   Они что, все сговорились командовать мной, ставить перед фактом, учить, никак не интересуясь моим мнением, как будто я ничто? Ну что сегодня за день такой?
   Об этом с возмущением думал принц, ожидая очередного "приятного" сюрприза. Усевшись за стол, он взял из вазы оставшееся яблоко, с хрустом надкусил его и стал ждать следующего посетителя, потому что хорошо знал, что раз бешеные белки начали бегать стаями, значит, это на целое утро, как минимум. Его интуиция его и в этот раз не подвела.
   Не успел Дарий съесть и половину яблока, как в дверь постучали. От такой непривычной вежливости он даже поперхнулся. Откашлявшись, заинтригованный принц дал разрешение войти, гадая, кто же это такой воспитанный. В комнату спокойным шагом вошел Длинный. Он поклонился, пожелал принцу доброго утра, поинтересовался его здоровьем и только после этого ритуала вежливости заговорил о цели своего визита, напомнив, что пора что-то решать с жопиками. Он сказал, что их надо отпустить, но уточнил, что и желтому медведю понятно, что не совсем безнаказанно. Вот он и пришел проконсультироваться о возможных вариантах возмездия провинившимся. Дарий поинтересовался его предложениями, потому что сам не совсем представлял, как это сделать, не нарушая законы империи и данные обещания. Но когда Длинный добрых полчаса перечислял имеющиеся в его арсенале варианты наказаний задержанных, рассказывая обо всех плюсах и минусах каждого, принц понял, что выбор у них, так сказать, огромный, и понял обоснованность сомнений начальника горбиков. Попробуй выбрать из такого огромного списка наказание, чтобы всем, а главное, принцу угодить, учитывая тот факт, что и сговорчивым жопикам послабления обещали.
   Принц крепко задумался, потому что точно было, над чем. Видеть в столице этих граждан с подмоченной репутацией ему совсем не хотелось. Это факт. Значит, долой их всех из города года на два, пусть возвращаются в свои поместья и там развлекаются. С другой стороны, таких информаторов, как они, еще поискать надо, а при нынешней ситуации любые сведения крайне важны. Надо срочно найти какой-то компромисс.
   В итоге, после долгих раздумий Дарий повелел выслать всех неугодных жопиков на фиг из города, но тех, кто ему, Длинному, чем-то понравился и может на что-то пригодиться, он может все-таки оставить в столице, но под свои присмотром. От последних слов на лице Длинного появилась гримаса брезгливости и обиды на принца, что тот мог подумать, что ему кто-то из задержанных мог понравиться. Принц заметил это и поспешил уточнить:
   -Ну, извини, Длинный. Ты меня не так понял. В попытке найти лучшее решение в столь сложном и щепетильном вопросе, я мог сморозить что-то не совсем то.
   Начальник горбиков покивал в ответ головой, что-то записал и быстренько удалился выполнять приказания. Видать боялся, что принц еще что-нибудь малоприятное ляпнет. Испортив настроение Длинному, на душе у Дария даже как-то потеплело. Не зря есть поговорка, что если тебе плохо, найди того, кому еще хуже, и тебе сразу полегчает.
   Но принц рано радовался, потому что визиты незваных гостей на этом так и не закончились. Звук стука в дверь, как ни странно, уже не напугал его и ничуть не расстроил, а лишь прибавил сил. Было появившаяся надежда, что если сейчас еще кому-нибудь испортить настроение, то хотя бы счет сравняется (пока он: три один не в пользу принца), разбилась вдребезги. В комнату вошла Варая. Утро, как бы это помягче сказать, не задалось. Она практически с порога и безо всяких промедлений потребовала взять ее с собой на зачистку. Принц долго сопротивлялся ее уговорам и увещеваниям, но она, похоже, его не слушала и не слышала. В самый разгар спора появился Молчун. Варая, как будто не видя его, продолжала сыпать аргументами, против которых Дарию и сказать-то было нечего. А паузы, возникающие после ее слов, во время которых принц пытался придумать ответ, вселяли в нее все больше и больше надежд и уверенности в своей победе, разжигая ее энтузиазм с бешеной силой. Она распалялась все сильнее, лицо порозовело от избытка эмоций, а спор постепенно превращался в ее вдохновенный монолог, состоящий из аргументов в свою пользу. Молчун, влетевший в комнату, как всегда, без стука, успел услышать часть этой речи Вараи, и понял, что принца надо срочно спасать. То ли он уже знал, что император покинул столицу (официально об этом еще не объявляли), а потому не сможет опровергнуть его слова, но он просто интуитивно догадался, что именно поможет поставить Дарию победную точку в этой словесной перепалке.
   - Император запретил! - как можно громче, чтобы его услышали, произнес он.
   Эта короткая фраза заставила Вараю замолчать и быстро удалиться в поисках этого "бессовестного" императора. Что с ним будет, если она все-таки его найдет, принц боялся даже себе представить. Молчун устало плюхнулся на кресло и поднял на Дария уставшие глаза.
   - Надеюсь, ты оценил мою жертву ради тебя, Дарий, ведь когда Варая во всем разберется, крайним буду я. И мне это очень не нравится.
   - Молчун, когда Варая разберется, всплывет столько новых дел, что ей будет не только не до тебя, но и не до моего отца.
   Молчун встрепенулся. Последние слова принца его насторожили. Он так сразу не смог понять, о чем речь, и гадать не хотелось, потому что от принца можно было ожидать всего, чего угодно. По части подобного рода придумок равных ему не было.
   - Дарий, какие такие дела отвлекут Вараю от меня? Ты что опять задумал? Учти, я тебе сейчас не помощник. У меня и без того столько всяких дел и обязанностей, что при всем моем желании помочь, я не смогу этого сделать, потому что времени катастрофически не хватает, - он обессилено откинулся на спинку кресла, всем своим видом пытаясь показать вселенскую усталость.
   Принц, хорошо знавший Молчуна, естественно, совершенно не поверил его словам. Замучить Молчуна - этого пока никому не удавалось! Времени не хватает? Возможно! Устал? Ага, уставший Молчун... Скорее уж Ветер перестанет пить и играть на деньги.
   - Молчун, от тебя мне не надо ничего, кроме создания в городе святых дружин на время отсутствия в столице меня и моего отца.
   Молчун вытаращил на принца глаза, не в силах от неожиданности задать вопрос, который сразу у него возник. Несколько секунд спустя он все-таки справился со своими эмоциями и озвучил его:
   - А что это за святые дружины? И откуда они вообще возьмутся-то?
   - Ты их, естественно, и создашь. Они будут патрулировать город совместно с гвардией. Пока меня и отца не будет в городе, наши враги обязательно постараются воспользоваться ситуацией, а потому возможны разного рода провокации. Гвардия, конечно, это сила, но она не имеет тех возможностей, которые есть у жителей этого города. Они знают все о своих соседях, и если дать им право и возможность предотвращать преступления, то вопрос о спокойствии в столице будет закрыт. Никто ведь не хочет, чтобы в его городе устроили бучу или, того хуже, переворот. Ведь в первую очередь страдают именно мирные жители, и они это прекрасно понимают. Сам знаешь, какая реакция была у них на последние события.
   - Это, конечно, все прекрасно, но как я обосную создание этих самых дружин перед Святым Советом? Тем более, как я объясню то, что ты решил назвать дружины именно святыми? Это, по-моему, уже перебор, - Молчун выжидающе уставился на принца.
   - Святыми дружины будут называться потому, что за помощью к жителям обратится сам Святой Совет во главе со мной, святым дальше некуда.
   Молчун ошарашено смотрел на принца. До него, наконец, стало доходить, что новая идея принца не так уж фантастична, если правильно ее подать, то эффект будет ошеломительным. А Дарий продолжил объяснять:
   - После официального обращения вновь созданного Святого Совета у тебя не будет отбоя от желающих охранять свой город от неприятностей. Я уверен, что многие захотят обезопасить своих близких, а также дома, дворы и улицы. Революции и жертвы никому не нужны.
   - Так мне, скорее всего, придется не дружины создавать, а, наоборот, вылавливать слишком рьяных и прытких твоих последователей. Весь город встанет на уши после такого заявления.
   - А ты не сам формируй дружины, а обратись к главам гильдий. Только перед этим объясни популярно, что будет им от меня, если они перегнут палку. Кстати, можешь им намекнуть, что безопасность столицы им доверили не за красивые глазки, а из-за высокого моего доверия к ним. Так сказать, если сделают все правильно, то и желтый медведь не придет на их улицу, и медок спокойно отведать смогут.
   - У-у-у-у-у, это будет что-то. Я думаю, что твоя задумка будет хорошим подспорьем гвардейцам. Да, что там говорить, гвардию можно будет вообще спокойно выводить из столицы. Полгорода, как минимум, будет следить за порядком. Мышь не проскочит. Такого раньше никогда не было, - Молчун зажмурился, представляя все это действо в деталях, и улыбка на его лице становилась все шире.
   - Не радуйся раньше времени! Тебе весь этот цирк придется разруливать, как минимум, дня четыре. За меньшее время я не управлюсь. Так что соберись- работы и нервотрепки тебе предстоит выдюжить столько, сколько я бы и бешенной белке не пожелал. Кстати, а сколько у тебя в столице под рукой боевых монахов? Есть у меня к тебе одно поручение прямо по их профилю.
   Молчун резко прекратил лыбиться и подозрительно посмотрел на Дария.
   - Ну, и кого тебе на этот раз надо по-тихому убить? Ведь мои святоши именно в этой области большие специалисты. И не говори, что они мои. Они подчиняются главе церкви, а на сегодняшний день это ты.
   - Ну не твои, так не твои. А они мне нужны как раз из-за своих "способностей". Ты, надеюсь, помнишь досье Длинного. Я там увидел информацию о деяниях ряда весьма занимательных личностей, возглавляющих местных горбиков. Находятся они на высоких должностях и имеют обширные связи, так что Длинному просто и без последствий для всех нас их не сковырнуть. Иначе мы поссоримся со всем дворянством, что не входит в мои планы, потому что дорога нам тогда только одна - бежать без оглядки из империи, что есть силы, пока живы.
   - Я тоже видел это досье и уверен, что от них можно, даже нужно избавиться. Но как на это прореагирует местное дворянство? Ведь там, в списке, как минимум, человек пять, а то и больше. И куда повернут мысли их знатных родственников, один Святой ветер знает.
   Выслушав доводы Молчуна, Дарий призадумался. А ведь обязательно надо как-то оправдать эти смерти, сделать их естественными, чтобы ни у кого не возникло сомнений, что тут что-то не так. Одна, ну, может, от силы две смерти от несчастного случая еще могли остаться без внимания и подозрений, но пять, а то и более, это уже перебор. Присев на подоконник, Дарий решил разложить в этом сложном вопросе все по полочкам. Здесь очень важны детали и тонкости, ведь риск очень высок.
   Во-первых, не все эти личности связаны с ворами, поэтому списать на месть уголовников после его такого удачного похода не получится. Да и не поверит никто в эту месть. Во-вторых, смерти вполне здоровых людей в один день, а вернее в одну ночь, больше похожи на "эпидемию", причем искусственно распространившуюся. Вот оно, кажется! Зачем маскировать убийства, загоняя тем самым себя в угол? Надо устроить им показательную казнь! Осталось придумать, как и за что.
   Дарий быстро соскочил с подоконника и подбежал к Молчуну. На его лице отчетливо читалось, что он сильно взволнован:
   - Молчун, ты не помнишь, все эти личности относились к какой банде? Нашей или королевы?
   Вопрос Дария застал Молчуна врасплох. Молчун начал судорожно вспоминать досье приговоренных, их связи и прокручивать в уме события последних дней. Потом неожиданно хлопнул себя по лбу и ответил:
   - Конечно, наши! Ведь они, насколько я знаю, не вошли в список Великой Чистки, а значит, они наши.
   Вот как! Оказывается, этот мой поход на борьбу с отбросами общества уже так называют в народе. А что, неплохо, по-моему, звучит. Надо будет запомнить. Так, я отвлекся. Если они все наши, то, значит, убить их могут только враги, т.е. единомышленники королевы. Кому же в голову придет идея убивать своих? А то, что эти люди на своих постах хуже врага, это в голову почему-то пришло только мне. Ох, сколько же "добра" мой отец на груди пригрел! Ну, недолго им осталось, мы скоро исправим эту ошибку, правда, по-своему. Хорошо быть вторым, когда главного нет дома.
   - Значит так, этой ночью устраиваем им показательную казнь. Так сказать, месть сторонников королевы. Как это будет выглядеть в деталях, сам придумаешь. Большого значения способ убийства не имеет, хотя хотелось бы, чтобы твои монахи не скромничали, важно одно - чтобы никто не остался в живых и не раскрыл наш замысел. Завтра с утра перед своим отъездом я узнаю эту печальную новость, выражу соболезнования их родным и близким и издам приказ о создании в городе в мое отсутствие Святых Дружин под твоим руководством. А уж как настроить всех против этих проклятых убийц тебе, я думаю, объяснять не надо. У тебя в подчинении столько святош будет, что они за один день смогут каждому жителю столицы чуть ли не в ухо, рассказать эту "правду".
   Молчун обалдело слушал принца, пытаясь не упустить ни одной детали. Это же надо, все повернуть таким образом, что от смертей этих негодяев будет троекратная помощь империи. Нет, что не говорите, а к Дарию в учителя он удачно попал. Этот его ученик далеко пойдет, уж отца своего он точно переплюнет.
   - С этим вопросом, я думаю теперь все ясно? Да, кстати, не забудь об этих рейдах предупредить Длинного. Я думаю, что ему уж точно можно доверить эту тайну.
   Молчун подумал и утвердительно кивнул.
   - Длинный не выдаст. Ему можно доверять. Одно то, что он создавал эти досье, несмотря на то, что это могло ему выйти боком, о многом говорит.
   - А вот должен ли Совет знать об этом, ты мне сейчас и расскажешь. Давай соображай быстрее, а то у нас остался всего один час до его начала.
   Молчун при этих словах встрепенулся и потянулся за бумагами, которые он случайно уронил при входе в комнату, а потом от всего на него навалившегося благополучно забыл о них. Варая точно на него подействовала, как бешеный медведь на охотника, а задумка принца довела эффект до приступа амнезии.
   - Список у меня получится небольшой. Я решил, что разводить тот бардак, который был перед этим, нам не стоит. Лучше меньше, да лучше, - Молчун развернул одну из бумаг и начал читать.- В совет войдут три представителя от святых убийц. В этих людях я уверен. Эти никогда не предадут тебя и не только потому, что я твой учитель, но и потому, что ты убил или разогнал тех, кого они считали врагами церкви.
   - Вот как! Врагами церкви! Ни много ни мало. А почему же они не поступили, как я, да и не освободили церковь своими силами, если уж так радели за ее репутацию?
   Молчун почесал затылок, подбирая нужные слова, чтобы объяснить принцу, что его люди не слабаки и пустобрехи, а достойные и честные служители церкви.
   - Не хватило у них духа. Нет среди них того, кто бы мог их возглавить и направить их силы и умения в нужное русло. И не принято у нас самоуправством заниматься. Есть очень четкая система иерархии, которая является гарантом порядка, любому из нас известно его место и круг обязанностей. Специфика профессии обязывает, - Молчун развел руки, как бы показывая невозможность возникновения подобных инцидентов в рядах служителей церкви.
   - Да-а-а, ну дела. Хотя, конечно, это правильно. Если убийцы начнут сами выбирать себе цели и жертв, то это может очень плохо кончиться. С этим все понятно. Кто там у тебя следующий по списку?
   - Следующие три места отданы главам трех крупнейших церквей империи. Вернее, заместителям бывших глав. Это люди, которые, по сути, выполняли, все то, что должны были делать их начальники. Все кандидатуры проверены: в политике не замешаны, твердые хозяйственники. Эти, как не странно, будут еще более преданы, чем убийцы.
   - Не понял. А этим-то я где медом намазал?
   - А то, что именно ты назначишь их главами церквей, уже очень вкусный пряник. Разве не так? На этих должностях никогда дураков не держали. В этом можно не сомневаться. А если учесть то, через что им пришлось пройти, чтобы стать вторыми лицами в своих церквях и сохранить эти должности, то можно сделать вывод, что они не только умны, но и находчивы, хитры, а теперь уже и опытны, знают свою службу во всех деталях. Чтобы прокормить бывших глав, нужно было быть, как бы это сказать, гением. И не просто гением, а обладать незаурядной физической силой и здоровьем, потому что работать приходится круглые сутки. На такое место родственника не устроишь, ведь хлопотное это местечко, хоть и почетное, работать надо. А второй пряник, это первый у убийц. Они такого насмотрелись, что ты в их них глазах точно святой.
   - Ну, с этими тоже все понятно. Кого ты еще решил сделать главами церкви?
   Молчун как-то нерешительно поднял глаза на Дарий и замялся. Потом махнул, правда, только мысленно рукой и выпалил:
   - А еще будут три проповедника.
   Принц уставился на Молчуна, как на идиота. Проповедники были хоть и очень уважаемы в народе, но и авторитетов никаких не признавали. Их и не трогали лишь потому, что считали чуть ли не святыми. Да и деньги они никогда не просили. Ходят, болтают о Святом ветре, притчи всякие рассказывают, ну и пусть себе ходят.
   - Молчун, я, по-моему, просил тебя создать Совет церкви, который будет мне во всем подчиняться, а не вопить почем зря где попало и не мешать мне.
   Молчун предполагал, что Дарию не понравится эта его идея, но он хорошо все обдумал и знал, как убедить принца в своей правоте, а потому сразу замахал руками, как ветряная мельница, чтобы не дать ситуации выйти из-под контроля.
   - Дарий, ты что? Эти проповедники как раз и пришли, чтобы получить твое благословение. Ты же теперь святой. На заседаниях Совета они сидеть, сам понимаешь, не будут. Не тот характер. Так что они тебе не помеха, а наоборот, вселенская подмога, потому что пойдут в народ с твоим именем на устах, защищая твои интересы. Да и проповедники эти не из последних психов. Святого психоза, которым больны многие святоши, за ними не замечено. Ты только направь, так сказать, полет их ней мысли в нужную сторону, и все. Ты же можешь. А авторитет самого Совета с их участием, с этим не поспоришь, будет огромен. Ни один священнослужитель, находясь в здравом уме, не будет перечить такому собранию. Кишка тонка. Могут по миру пустить, могут убить, а могут и проклясть. Неизвестно, что страшнее.
   - А ведь точно! Не совет, а какая-то группа разнонаправленного воздействия. Если эта идея выгорит, он может стать могущественной силой в имперской политике. Молчун, надеюсь, что твои начинания не обернутся против нас, и, признаюсь честно, задумка отличная. А к каким группировкам мы с тобой относимся?
   Молчун ехидно и самодовольно улыбнулся.
   - Я, естественно, в группе убийц, а вот ты - ни в какой!
   - Ты хочешь сказать, что в Совет меня вообще не записал. Такой наглости я от тебя не ожидал.
   Молчун еще раз улыбнулся и спокойно ответил:
   - Я тут обсудил этот вопрос с будущими главами Совета. И мне подкинули интересную мысль. Кстати, это были проповедники, и все их поддержали. Ты не будешь главой Совета, ты будешь главой самой церкви, наделенным правом принимать или отклонять любые его постановления. Ну, как? Что скажешь? Будет тебе подконтролен совет или нет?
   Молчун с хитрым прищуром смотрел на принца, некоторое время назад широко открывшего рот, чтобы что-то сказать, и забывшего от удивления его закрыть, и посмеивался. Карманный Совет! Вот оно! Мечта сбылась! Теперь главное - не обоср, тьфу ты, не профукать такое доверие.
   - Ну, Молчун, спасибо. Удружил! И никто не сможет опротестовать мое решение?
   Молчун покачал головой и с удовольствием ответил:
   - Никто! Ты же святой принц. Раз ты сказал, значит, на то есть государственные или святые причины. Так что все в твоих руках. Ладно, мы с тобой заговорились, а Совет нас уже ждет.
   Принц спохватился, ведь нельзя опаздывать на первое заседание. Но уж слишком сильное впечатление на него произвела задумка наставника, и он никак не мог прийти в себя и поверить, что все так просто разрешилось.
   - Побежали Молчун, нам с тобой сейчас опаздывать нельзя.
   Молчун укоризненно посмотрел на Дария и тоном, уже полностью соответствующим его положению учителя, медленно произнес:
   - А уж бегать святому принцу точно не пристало. Ну, опоздаем на пяток минут, ты думаешь, они на тебя за это обидятся?
   - Я сам на себя обижусь. Как ты этого не понимаешь? Такое очевидное пренебрежение и неуважение к ним - это не очень хорошее начало для работы Совета.
   Молчун застыл с таким удивлением на лице, как будто Дарий огрел его пыльным мешком по голове, и он перестал понимать и видеть, что происходит вокруг. Слишком странно было услышать эти слова из его уст, ведь раньше ни о каком уважении к кому-либо и речи не было. Учитель с гордостью посмотрел на своего ученика.
   - Ну, если так, тогда побежали с уважением, - Молчун первый рванул из комнаты. - Кто последний, тот глава церкви.
   Радостный смех принца и дружный топот четырех ног еще долго пугали птиц на стенах форта.
  
  
   На Совет они все-таки опоздали. Правда, перед входом в зал заседаний им пришлось притормозить, чтобы отдышаться и войти согласно своему положению, т.е. чинно и важно, но все равно, они опоздали. Все уже были в сборе, и при их появлении сразу, как по команде, встали со своих мест. Дарий, окинув всех пронизывающим взглядом, как бы делая вид, что видит всех собравшихся насквозь, и ему видны их грехи, как минимум, за последние несколько лет жизни, махнул рукой. Все сели на свои места.
   - Я думаю, мне не надо объяснять, зачем все мы здесь собрались? - Дарий посмотрел на реакцию присутствующих и продолжил.- Надеюсь, вы оправдаете мое доверие и будете выполнять свои обязанности честно и с должным рвением. Мне бы не хотелось повторения ситуации, как с прошлым Советом.
   "Ну, Дарий дает! Одной фразой так всех напугал, что большинство присутствующих от страха аж передернули плечами. Да-а-а, воспоминания у всех в памяти еще свежи, и они вовсе не радужные. Никто не хочет оказаться в такой ситуации, а точнее в гробу с головой, лежащей отдельно, на подушечке", - спокойно наблюдая за происходящим, думал Молчун.
   - К сожалению, работу этого Совета вы начнете без меня. Завтра я отправляюсь по государственным делам, не требующим, к сожалению, моего благословления, а требующим пролития крови. Очень надеюсь, что не моей, - Дарий кисло улыбнулся после последних своих слов. - Но я жду от всех нас, что сегодня мы решим большинство неотложных дел, стоящих перед нами. Молчун, огласи повестку дня сегодняшнего собрания.
   Молчун медленно, даже как-то чинно встал и широко улыбнулся. Дарий был спокоен и уверен в себе, так как не представлял, потому что понятия не имел, какую подлянку подготовил ему Совет с подачи его наставника.
   - Первый вопрос, который нам надо решить, это вопрос об отступниках, которые все еще находятся среди нас.
   Дарий вопросительно посмотрел на Молчуна.
   - Еще много приверженцев и соратников старого Совета находятся в наших рядах. Кто-то уже сбежал, чтобы избежать расплаты за содеянное, но есть те, кто считает, что их высокое положение является хорошей защитой или гарантом неприкосновенности.
   С места встал один из проповедников.
   - Я думаю, что этот вопрос надо передать в ведение так называемых святых успокаивателей. Они с радостью избавят наши ряды от предателей.
   "Вот это завернул! И нас убийцами не назвал, и сам ничего срамного не сказал. Святые успокаиватели - это звучит почти как исполнители воли Святого ветра... Я бы сам до этого не допер. Проповедник, одним словом. Все они бьют словом, сказанным вовремя и в нужном месте, поскольку очень хорошо чувствуют настроения, царящие в обществе. Это их главное и единственное оружие, и оно почти всегда действует безотказно", - с чувством морального удовлетворения и согласия с услышанным, а так же гордостью за то, что именно он стал своего рода автором и идейным вдохновителем этого состава Совета, думал, улыбаясь, Молчун.
   Все единодушно закивали головами. Дарий улыбнулся. Ему, похоже, нравился настрой Совета, и было очевидно, что этот новый орган способен решать многие проблемы так, чтобы это не шло в разрез с интересами империи в целом и принца в частности.
   - Молчун, списки готовы?
   - Почти. Завершаются окончательные согласования и с Длинным и с внутренним отделом церкви. Я думаю, что завтра они точно будут готовы.
   Дарий в замешательстве посмотрел на своего наставника. Тот не переставал его удивлять.
   - А Длинный-то тут причем? Это, вроде, не его епархия.
   Проповедник грустно улыбнулся и решил, что ответить на поставленный вопрос следует ему.
   - Мой принц, эти люди уже и в "черных списках" горбиков успели засветиться. И не один раз, и не за какие-то мелкие грешки. Так что, как мы все понимаем, прощения им не будет. Возмездие очень скоро настигнет их всех.
   "Ага, прощения. Что это еще за фантазии? Неужели он думает, что Дарий захочет их защищать? Глупость какая-то. Ну, ничего, скоро у всех вас развеются любые сомнения касательно намерений Дария. Чем больше вы будете узнавать принца, тем больше будете удивляться", - продолжал размышлять Молчун, наблюдая за происходящим в зале.
   - Ну что же, завтра я жду эти списки мне на утверждение. Какой вопрос у нас следующий на повестке дня?
   - Следующий вопрос более щепетильный, чем тот, что мы обсуждали только что. Я думаю, что лучше всего его озвучит глава Севера Нисорий. Пожалуйста, будьте предельно внимательны, потому что дело очень серьезное, - громко произнес Молчун.
   С места встал пожилой подтянутый мужчина с приятным и внушающим доверие лицом. Все с удовлетворением отметили, как же этот новый глава отличается, даже чисто внешне, от бывшего - вечного пьющего борова.
   - Дело в том, что много земель, разного рода ценностей и иного имущества Святой церкви было незаконно раздарено бывшими главами Совета своим родственникам и прихлебателям. Взятки и деньги мы, конечно же, уже не вернем, но за земли, дворцы, драгоценности, реликвии и другие крупные подарки можно и нужно, как я считаю, побороться. Но как это сделать, у нас пока нет ни малейшего представления, поскольку подобных прецедентов в истории еще не было. И совершать ошибки в этом деле нельзя, уж слишком серьезные суммы на кону. Очень не хотелось бы, чтобы они остались принадлежать нашим врагам. Проблема в том, что у нас нет армии, чтобы просто все отобрать силой. В том, что нам все вернут сами хозяева, я глубоко сомневаюсь. Можно было бы припугнуть их чем-либо. Но чем? Чтобы пугать, нужно опять же иметь за собой силу. А по-другому эти люди не поймут. Исходя из всего этого, я обращаюсь к помощи Совета и к Вам, принц, чтобы мы смогли принять единственно правильное решение, - Нисорий грустно вздохнул и сел на свое место.
   Дарий задумчиво осмотрел собравшихся. Те тихо сидели, находясь под впечатлением от услышанного. Никто даже глаза не поднимал, чтобы, встретившись взглядом с соседом, а что еще хуже, с самим принцем, не расписаться в собственном бессилии. Ответа на поставленный вопрос ни у кого не было. В зале повисла гробовая тишина, на лицах людей читалась беспомощность и даже какая-то обреченность. Некоторые уже начали думать о том, как быстро закончится их членство в Совете. Прошло какое-то время, сколько именно никто бы сказать не взялся, потому что минуты казались часами, и чем больше их проходило, тем безвыходнее казалась ситуация. Дарий, как и все, сосредоточенно думал, потом как-то вдруг приободрился и обратился к Нисорию:
   - А во сколько это имущество и земли можно оценить в деньгах?
   Глава Севера еще грустней вздохнул и виновато ответил:
   - Треть всего имущества церкви. Не меньше точно, может, даже немного больше.
   Принц аж присвистнул от неожиданности. Церковь была вторым землевладельцем в государстве после императора. Это же огромные деньги. Дарий не мог сдержать эмоций, а потому решил узнать все подробности и детали дела, с которым ему предстояло справиться.
   - А как оформлены все эти дары? Документы какие-то есть? Кто их подписывал?
   Нисорий удивленно уставился на принца.
   - Как всегда. Они же не продавали, а просто дарили. Это, мол, твое, владей. Слово главы церкви имеет силу закона.
   Дарий просветлел, в его голове возникла идея, а в душе потеплело от появившейся надежды.
   - И это все? Всегда так? Ни одной бумаги? А в списках владений церкви они числятся? Если да, то как нынешние владельцы церковного имущества смогут мне, новому главе церкви, доказать, что они не украли, а получили в подарок все это? У них же нет никаких доказательств! - принц сыпал вопросами, как из рога изобилия, не дожидаясь ответов, чем немного смутил Нисория.
   Глава Севера, справившись с волнением, задумался на какое-то время, а потом просветлел и сам.
   - Они же не смогут ничего нам доказать! После смерти главы церкви люди в подобных случаях всегда шли в святую канцелярию и получали письменное подтверждение произошедшему дарению. И все. Раньше никогда не было такого, чтобы главы церкви, можно сказать, были казнены. Иначе произошедшее и назвать-то нельзя.
   Дарий улыбнулся и коротко рассказал членам Совета, что делать дальше.
   - Теперь нам нужно только объявить, что все эти подарки являются взятками для осуществления государственного переворота, и любой, кто не вернет имущество, будет считаться преступником. - Дарий радостно улыбнулся и вскочил с кресла.- А тут уже и имперской армией попахивает. Как ни как, заговорщики. Вот будет и армия, которой вам так не хватало.
   Нисорий и все остальные с обожанием и диким восхищением смотрели на принца. Никто до сих пор не мог поверить в то, что ответ нашелся так легко и быстро. Это же немыслимо, чтобы решение пришло не умудренным жизненным опытом взрослым мужам, а совсем юному принцу. Так не бывает. Но действительность говорила об обратном.
   "Только еще одного клуба почитателей этого юного таланта нам не хватало. У принца же тоже ляпов полно, а с таким подходом можно и неприятности заработать. Ладно, я прослежу. У меня не забалуешь. Святые дарийцы тут объявились. Нам и без них гвардии выше крыши хватит, а тут они еще", - размышлял Молчун, для которого произошедшее не было неожиданностью, а потому он сохранил спокойствие и способность думать.
   Тут Дарий помрачнел. Очевидно, что пока все в зале находились в состоянии эйфории и шока, в хорошем смысле этого слова, ему в голову пришла еще одна мысль, которую он сразу озвучил ввиду ее крайней важности.
   - Только попрошу все присутствующих решение этого вопроса держать в тайне. Не хочу никого пугать, но предупреждаю, что все услышанное не должно дойти до чужих ушей.
   Нисорий, в очередной раз, удивленно посмотрел на принца.
   - Но почему?!
   Дарий как-то устало и огорченно взглянул на главу Севера.
   - Кому же захочется по доброй воле расставаться с таким добром? Будут недовольные. Все они крайне опасны, так как богаты. Это точно. А армия сейчас будет занята, о-о-очень занята. И пока войска не вернутся, и мы не проведем окончательную чистку, никакого обострения ситуации быть не должно. Империя и без того на грани, а тут мы еще и новую святую войну подкинем.
   Нисорий глубоко вздохнул, но, осознавая, что Дарий снова прав, с грустью произнес:
   - Я понимаю, но надеюсь, Вы, мой принц, не забудете о своем решении, когда война закончится?
   Все чуть ли не умоляюще смотрели на принца.
   - Не забуду. Уж вы мне поверьте! Я глава церкви, значит, эта разбазаренная треть принадлежит и мне, и церкви. А меня еще никто расточительным не называл. Треть всего имущества, ха. Как только война закончится, я лично обращусь к отцу за помощью. Я очень надеюсь, он мне не откажет. Когда он узнает, сколько земель было роздано всяким разгильдяям, он просто из кожи вон вылезет, чтобы помочь нам вернуть эти земля. Это в его характере.
   Все улыбались друг другу, явно довольные ответом принца. В зале царила атмосфера всеобщего единения и воодушевления, стоял гул голосов. Молчун встал со своего места, в его голове пронеслось: "Ну, вот и пришел мой звездный час. Главное, в живых остаться" и громко, чтобы всех перекричать, сказал:
   - Я думаю, что последний вопрос нашего собрания, можно даже не рассматривать?
   Нисорий тоже встал и, улыбаясь, ответил:
   - Я думаю, этот вопрос можно было не рассматривать. Все и без обсуждения заранее согласны.
   Главы Совета дружно кивнули и как-то быстро и тихо потянулись к выходу. "Предатели. А вот и Дарий заинтересовался. Спаси меня Святой Ветер", - уже не на шутку нервничал Молчун, бодро шагая впереди всех. А за спинами быстро удаляющихся глав церкви раздался разгневанный крик принца:
   - Я-я-я-я-я-я глава церкви пожизненно-о-о-о?!! Молчу-у-ун, я тебя убью! Нет, отравлю! Стоя-я-я-я-ять, предате-е-е-ель!!!
  
  

ГЛАВА 10

Принц-чистильщик

  

Кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро.

Стаканчик тут, стаканчик там -

На то оно и утро.

(песня Винни-Пуха без цензуры)

  
   Утра бывают разными, но такое суматошное я видел впервые. Cначала мы сели обедать, именно обедать, а не завтракать с главами церкви, и где-то перед десертом в зал вошел Молчун и сообщил "печальную" новость о ночных казнях. К моему удивлению, я не увидел особой печали в глазах присутствующих. Хороший признак. Это значит, эти люди не испытывали никаких добрых чувств к казненным. Может, и не попали в Совет особо мудрейшие и честные, но зато подлецов и дураков, похоже, среди них тоже не было. Я сразу толкнул речь о недопустимости такого беспредела, когда я, второе лицо в империи, замещаю отца в столице.
   Молчун слушал меня с серьезным видом, мужественно борясь с огромным желанием рассмеяться или, как минимум, улыбнуться, что у него до поры до времени неплохо получалось, но в итоге он не выдержал и пулей выбежал в коридор. Я уверен, что он побежал не в туалет, как могло кому-то показаться, а поржать где-нибудь от души, чтобы никто этого не увидел. Ну и ладно.
   Свою долгую и вдохновенную речь я завершил резким переходом к написанию указа о создании Святых Дружин, и благостное настроение моих слушателей сразу куда-то испарилось. Я не увидел на лицах присутствующих ни изумления, ни недоумения, никто глубокомысленно не прикрыл глаза. Всего несколько секунд потребовалось главам, чтобы просчитать свои выгоды и осознать возложенную ответственность. Все разом засуетились, начался форменный сумасшедший дом. Каждый хотел уточнить детали и получить ответы и разъяснения по организации, причем делали они это все одновременно. Хорошо еще, что со мной никто не спорил, и мое мнение они считали единственно верным. Я успел уже ответить на пять вопросов, когда, наконец, вернулся Молчун. За то, что он не смог сдержаться и покинул меня в такой важный момент, он был моментально наказан.
   - Молчун назначается главным в Совете организации Святых Дружин, и все вопросы, я думаю, надо задавать ему.
   От этих моих слов Молчун застыл на пороге в странной позе, как будто вдруг заметил на дверях табличку "Не входить, а то убьет", и посмотрел на меня взглядом человека, которому на ногу неожиданно наехала телега с винными бочками. Странно, я же его предупреждал, что он еще намучается с этим вопросом. Мог бы и подготовиться. Ничего, пусть радуется, что моя месть за пожизненное назначение главой церкви так мелка.
   - Молчун, все готово к моему отъезду?
   Этот вопрос его, похоже, добил окончательно. Его глаза почему-то ошарашено начали бегать из стороны в сторону, замечу, что их выражение, не изменилось, а его попытки при этом пятиться назад выдавали явное неадекватное состояние. Так и не дождавшись от него ответа, я направился во двор, где уже собралось мое сопровождение.
   По настоянию отца, группа моей силовой поддержки должна была быть не менее пятидесяти человек. Все правильно, рисковать нам нельзя. Нам нужно было зачистить три замка, хотя сборной команде из Теней, гвардейцев и трех святых убийц это мероприятие на один зуб. Тени вчера даже обижались, что их недооценивают, потому что слишком много взяли на эту, по их словам, прогулку. Десять Теней - это много или мало? Для темной ночи и гарнизона менее полусотни человек - это верная смерть. Причем большинство из них даже не узнают, как и когда они умерли. Перестали неожиданно дышать и отправились на встречу со Святым ветром. Но днем Тени становились уже не так опасны. А если весь гарнизон уже ждет их на стене с распростертыми объятиями, то стоит хорошо задуматься, стоит ли так рисковать ценными кадрами. А не добавить ли нам еще гвардейцев сорок, на всякий случай? Надо добавить, согласен. А святоши будут для подстраховки, хотя я уверен, их приставили ко мне лично святые отцы. Так сказать, во избежание моей внезапной смерти. Ладно, тут я с ними согласен, жить мне еще хочется.
   Лис явно понял слова "не менее", касательно количества моей свиты, по-своему. Меня с утра ждала банда головорезов из ста двадцати человек, причем так сразу сложно было понять, уезжала она или только что прибыла. Во всяком случае, по моему мнению, такой бедлам во дворе мог соответствовать обоим случаям. Группа Теней, уже давно готовая к выезду, стояла около ворот и удивленно наблюдала за этим ужасом и неразберихой. Выезд принца они себе совсем не так представляли. Мое появление на крыльце, похоже, никто даже не заметил. Гвардейцы метались из одного конца двора в другой. Складывалось впечатление, что они сами не осознают, зачем они это делают. Виновник этого сумасшествия находился в центре композиции. Как же я сразу не догадался, что Громила во главе сборов - это хуже стихийного бедствия. Его командный рык перекрывал по громкости даже ржание коней. Лис и Ветер сидели в теньке и с явным удовольствием наблюдали за этим цирком. Пора прекращать это представление, а то с такими сборами я стану всеобщим посмешищем и не уеду из города никогда.
   - А все-таки Дарий такое представление испортил! - Ветер с сожалением вздохнул.- Ведь еще минут пять, и Громила бы точно выдохся и проиграл нам спор. А то раздухарился! "Чего тут сложного? Дал им указание, и они сами все сделают", - передразнил он приятеля. - Хм, вот он и надавал указаний. Тени до сих пор в шоке, - раздраженно добавил он, поерзав в седле.
   Походная колонна принца Дария прилично растянулась и производила впечатление только что плотно пообедавшего питона, медленно ползущего по дороге в поисках тихого местечка, чтобы все хорошенько переварить и отдохнуть. Ветер явно был не в настроении, чувство досады из-за такого нелепого проигрыша в споре с Громилой, когда, казалось бы, уже ничто не могло помешать ему разбогатеть, не угасало, к тому же пыль, которая за один час путешествия твердо прописалась под одеждой, приносила уйму неприятных ощущений. И большая ее часть почему-то оказалась в штанах, хотя они не покидали, как бы это помягче сказать, ягодиц своего хозяина. Но все-таки, несмотря на постоянный зуд и желание обзавестись персональным чесальщиком, в его голове снова и снова прокручивалась сцена появления злого Дария и звон разбившейся надежды на победу.
   - Да, растет мальчик, растет. Как можно одной фразой, не надрывая глотки остановить сотню гвардейцев, разбредшихся по всему двору!? Ну, скажи мне, Лис, у кого он этому научился?
   - Этому, наверное, вообще нельзя научить, Ветер. В нем проснулся принц, и кровь его предков дала о себе знать. Ведь ты заметь, мы с тобой тоже вскочили с бревна по стойке смирно. А про Громилу я вообще молчу. Ведь после фразы принца "Отравить всех или повесить" он вдруг остался совсем один в центре двора, а все остальные, не хуже Теней с молниеносной скоростью рассосались по его краям. И он остался один на один со злым Дарием. Представляю, что он пережил в тот момент.
   - Но ты заметь, что Дарий не стал при всех ругать Громилу. Он спокойно сказал, что через пять минут выезжаем, а Громилу позвал объяснить, что здесь происходит. И все. Правда, Громила после разговора с принцем стал подозрительно тихим и не отходит от него ни на шаг. У нас даже нет возможности узнать у него, чем все закончилось.
   - Почему нет? Что мешает просто подъехать к нему и спросить? Кто тебе мешает?
   - Нет, спасибо. Фраза принца "отравить или повесить" будет мне еще долго сниться в кошмарных снах. Уж лучше я потом как-нибудь узнаю, когда будет для этого более подходящий момент. И почему, интересно, Дарий все-таки так обозлился?
   - Ты не прав Ветер, - Лис повернул голову к своему другу. Ты представь себя на месте Дария. С утра его огорошили известием о массовых убийствах, и вместо того, чтобы спокойно позавтракать, сделать последние приготовления и спокойно отправится в этот поход, он все последующее время решал очень сложные вопросы, которые не всякому взрослому по силам. На его моральном состоянии и, конечно, на пищеварении эти проблемы отразились самым пагубным образом. Кстати сказать, ты слышал, что он еще удумал?
   - Да, уже вся колонна знает. Идут споры, чем закончится его новая задумка. Если все сложится удачно, так, как он планирует, то даже мелкие воры в паническом ужасе быстро эмигрируют из столицы подальше. Жители же у нас - это не горбики, сначала порядок наведут, т.е. повесят, и только потом уже будут выяснять, за что. Все и так были на нервах от последних событий, а тут им дали реальную власть над городом, чтобы навести там порядок. Я не удивлюсь, что, когда мы вернемся из этого похода, горбики могут исчезнуть в столице как класс. Главное, чтобы не случилось самого страшного, и мы не вернулись бы на руины.
   - Вряд ли такое возможно, ведь там остались Молчун и Длинный. У них ума хватит, чтобы не допустить этого. А вот то, что жители столицы будут теперь относиться к Дарию по-другому, это неоспоримый факт. На руках, конечно, не будут носить, но свое влияние этим указом он поднял на очень большую высоту.
   - Главное, что мы выехали вовремя. Ведь в столице осталась еще и Варая, а ее реакцию предугадать невозможно.
   - Не беспокойся ты. Что ты так нервничаешь? Все будет нормально. Ведь организация Святых Дружин, по правде, хорошая идея. И Варая, прекрасно понимая это, приложит все свои силы, чтобы претворение в жизнь этой задумки не было испорчено слишком ретивыми болванами. Я не удивлюсь, что к нашему возвращению принца будет ожидать целая группа особо отличившихся фанатиков, и находиться они, скорее, будут в тюрьме, чем под домашним арестом.
   - Да, это точно. Варая спуску никому не даст. Кстати, а Дарий согласился с нашим планом по зачистке? Ты с ним, по-моему, совсем не долго разговаривал.
   - Да, согласился. Он вообще сказал, что не имеет военного опыта и полностью нам доверяет.
   Ветер как-то подозрительно посмотрел на Лиса.
   - Это на Дария совсем не похоже. Опять что-то задумал. Святой ветер, если ты дал нам такое суровое испытание в виде этого неугомонного принца, то сделай так, чтобы и он, и мы остались живы.
   Лис, пока слушал мольбы приятеля, неотрывно смотрел на небо, как бы прося помощи.
   - Осталось подождать до вечера. Первый из трех замков будем брать уже этой ночью. Вот тогда и узнаем, услышал ли наши мольбы Святой ветер, и как он к нам относиться.
  
   В ожидании Теней Дарий весь извелся. Уже прошло три часа с того момента, как группа из пяти Теней была отправлена на разведку. По мнению самого Дария, замком это сооружение было назвать сложно. Большая усадьба какого-то точно сумасшедшего архитектора, обнесенная жиденьким ажурным заборчиком, через который издалека просматривалось все происходящее во дворе. Ну, чего они там застряли? Так и вся ночь пройдет, а утром как-то не с руки нападать. Надо использовать умения и таланты Теней по назначению, а не рисковать ими по глупости. Зачем катапультой пулять, если луки есть? Ага, вот и разведчики мои горемычные. А почему, интересно, они такие взъерошенные и запыхавшиеся? Надо пойти выяснить.
   Три Тени, отдышавшись и дождавшись, пока подойдет принц, начали свой доклад:
   - Усадьбу хорошо и на совесть охраняют егеря и обученные своры собак. Еле просочились, с людьми справиться легко, но нюх этих злых и клыкастых тварей не обманешь. Самое интересное происходит во дворе усадьбы. Там усиленными темпами грузят на телеги все ценное. Похоже, по утру оттуда тронется грандиозный караван во главе с герцогом Пумпой. Во всяком случае, человек, командующий всеми сборами, очень на него похож. Сборы в самом разгаре, постоянно подгоняют пустые телеги, так что до рассвета они точно не соберутся, - Тени, с облегчением посмотрев друг на друга, ухмыльнулись.- Мы думали, что только Громила под своим руководством может устроить такой кавардак, но мы ошиблись. Герцог переплюнул его раза в два. Это точно.
   Громила, услышав эти слова, покраснел, как девица перед первой брачной ночной, но не места своего не покинул. Лис оглядел всех присутствующих и спросил.
   - Какие есть предложения? Что будем делать?
   Ветер оживился, ему уже порядком надоело торчать здесь без дела, к тому же хотелось спать:
   - А что тут думать-то? Сейчас отдохнем с дороги, выставим дозорных, сами поспим пару-тройку часиков, а утром всех их разом и возьмем. Организуем засаду и перестреляем всех. Ничего они нам не сделают.
   Лис укоризненно посмотрел на Ветра и с раздражением в голосе ответил:
   - С утра все они уже будут в броне и полностью готовы к обороне. Хоть герцог и дурак напыщенный, но я слышал о нем, что у него прекрасная охрана. Такое нападение ничем хорошим для нас не закончится. Так что надо изобретать что-то другое.
   - А зачем нам нападать на всех? Нам нужен только герцог и его родня. Правильно? - Дарий обвел всех взглядом, чтобы понять, насколько его внимательно слушают, потому что, похоже, он нашел решение, которое позволит избежать ненужных потерь и кровопролития.
   Лис еще не понял, что раз принц начал говорить, то это значит, что у него снова есть какая-то идея, а потому лишь грустно посмотрел на него и ответил:
   - Все правильно. Но, чтобы до него добраться, нужно сначала убрать охрану. Я сомневаюсь, что Пумта настолько глуп, что будет разъезжать без нее. Кстати, насколько мне известно, никого из его родственников в данный момент в замке нет. Ближайший из его родни - это его дядя, чей замок у нас следующий на очереди. Вот там можно будет разгуляться - одних только сыновей шестеро, а уж про племянников и племянниц я вообще молчу.
   - Прекрасно! - Дарий оживился и стал увлеченно расхаживать из стороны в сторону. Все ждали продолжения. - Я надеюсь, что убить герцога и убраться оттуда по-тихому вы в состоянии? - вопрос Дария к Теням, похоже, не застал их врасплох.
   - Мой принц, никаких проблем, - Тени, довольные оказанным доверием, переглянулись.
   - Тогда, действовать будем так...
  
   Капитан стражи герцога Пумпы, нахмурившись, смотрел на сборы этого, без преувеличения будет сказать, золотого каравана. Как с такой кучей барахла герцог хочет оторваться от принца Дария и быстрее него достичь замка своего дяди? Гонец, который прискакал с вестью о выдвижении принца из столицы, прибыл уже пять часов назад, а этим сборам и конца края не видно. Правда, принц мог и не сразу к ним направиться, но что-то капитану в такую удачу не верилось. Принц, наверное, уже знал о том, что большинство заговорщиков решили отсидеться за стенами замка герцога Кошты - дяди Пумпы. Да, замок там еще старой постройки, и без армии его не возьмешь, а там, по слухам, и войско свободных баронств подойдет. Капитана особенно настораживало, что принц выехал всего лишь со ста двадцатью гвардейцами. Такими силами замок Кошты точно не возьмешь. А значит, по пути к принцу должны будут присоединиться еще какие-то силы, чтобы идти на смело штурм. Или есть какая-то хитрость, о которой пока ему неизвестно? Сбежать что ли? Добром все это все равно не кончится, а умирать, ввязавшись в схватку с принцем, из-за чьих-то амбиций и богатств совсем не хочется. Слухи о принце Дарии ходили один другого страшнее. А святую смерть, которую принял монах, покусившийся на принца, он видел своими собственными глазами. Так умереть он тоже не хотел. А что, это идея. Возьму с собой самых верных людей и рвану в столицу. Там сейчас работы для хороших охранников много. Казни прошлой ночью заставят раскошелиться очень многих богатеев. Все, решено. Пойду своих предупрежу, чтобы подготовились. А герцог пусть сам выкручивается. Пошел против императора и, похоже, проиграл. Но, не успев сделать и пары шагов, он услышал резкий женский визг и крики прислуги. Быстро, что было сил, сбежав по лестнице во двор, он увидел распростертое тело герцога с маленькой стрелой в шее. Ну вот, дождались. Кажется, опоздали. И что теперь делать? Усадьба, как пить дать, обложена принцем, и выбраться живым вряд ли удастся. Его ста двадцати гвардейцев, а еще, похоже, и Теней за глаза хватит, чтобы положить его тридцать стражей и даже не поморщиться. Значит, выбора нет. Капитан забрался на телегу посреди двора и громко скомандовал:
   - Всем заткнуться! Стража! Всем построиться во дворе и разоружиться. Прислуга, хотите остаться живыми?
   Все, кто были во дворе, заворожено глядя на капитана, вразнобой закивали головами, надеясь, что он спасет их от участи, постигшей их хозяина.
   - Всем собраться в центре двора и сидеть на заднице без резких движений. И молитесь Святому ветру, чтобы у принца этой ночью было хорошее настроение, - закончив фразу, капитан сам, подавая пример, бросил свое оружие около телеги и встал по стойке смирно чуть поодаль, чтобы все держать под контролем и не вызывать подозрений.
   Минут через пять появившийся принц наблюдал картину торжественной сдачи усадьбы - ровный строй охраны без оружия под присмотром гвардейцев и кучка прислуги, которая усиленно начала молиться при виде принца. Кажется, что несколько человек даже потеряли сознание от страха.
   - Ни фига себе у принца репутация за пределами столицы! - Громила почесал затылок, удивленно наблюдая за происходящим. Он бы еще мог понять, если бы все это происходило в столице, где полно свидетелей и очевидцев деяний принца, но так далеко в провинции... Как быстро ползут слухи...
   Ветер укоризненно посмотрел на Громилу и сказал:
   - В столице, репутация чуть лучше. Но, думаю, результат был бы тот же, если бы принцу пришлось ее брать силой.
   Ветер оглянулся. Ему было приятно видеть слегка обалдевшие от увиденного лица гвардейцев. Когда один из Теней вернулся на стоянку и сообщил, что герцог мертв, а все, кто там находятся, сдались, ему мало кто поверил. Ловушка! Все ожидали, что после смерти герцога начнется повальное бегство и грабеж. И в этой суматохе можно было спокойно захватить усадьбу, но чтобы так легко. Не может быть! И вот, пожалуйста. Стража без оружия, выстроившаяся, как при торжественной сдаче крепости, и прислуга, которая, очевидно, уже простилась с жизнью. Да-а-а, с репутацией у принца, похоже, полный порядок. Как раз для таких смутных времен, как сейчас. Ветер грустно вздохнул. Вот один из Теней подбежал к принцу и что-то прошептал ему. Принц спешился и произнес:
   - Капитана стражи и управляющего усадьбой в кабинет герцога. Всем остальным оставаться на своих местах. Одно лишнее движение, и гвардейцы вас превратят в мясной фарш.
   Всем было видно, что этих слов даже стража не на шутку испугалась. Ничего, переживут. Наверное.
   Дарию очень не понравилось кресло герцога, в котором он сейчас сидел. Мало того, что жесткое, так еще и по своим размерам напоминало, скорее, диван. Во всяком случае, принцу одновременно положить обе руки на подлокотники так и не удалось, только по отдельности. Максимум, что у него получалось, это вытянув руки в стороны, как на утренней зарядке, положить ладони на поручни. Но это уже выглядело смешно. Когда привели приближенных герцога, Дарий пару минут наблюдал за этими людьми, пока те выстраивались в ряд. Управляющий ему сразу понравился. Умные глаза выдавали в нем далеко не глупого человека. А отсутствие едва уловимой чувствами, как выражалась Варая, поволоки подлости вселяло надежду на правдивые ответы. А вот капитан стражи производил заурядное впечатление. Простой служака. Наверное, выбрался с военной службы и погнался за золотом. Вот от него можно было ждать чего угодно. Стоящая за спиной принца тройка святых убийц и группа Теней с его учителями здорово подпортили настроение, если, конечно, еще было, что портить, вновь прибывшим. Это хорошо, будут более сговорчивыми, а это сейчас очень нужно. Главные вопросы, на которые нужно как можно быстрее получить ответы - это почему герцог, на ночь глядя, решил сбежать и кто его предупредил. Да и еще много других вопросов требовало ответов.
   - Капитан, как мне доложили, это Вы приказали всем сдаться? Вы не могли бы объяснить свой поступок?
   Капитан затравлено осмотрелся и тихо, но очень четко и уверенно произнес:
   - Герцог восстал против законного императора. И мы по его милости тоже стали заговорщиками. Мне вовсе не хотелось умирать из-за его глупости. За нами нет ни крови, ни предательства. Мы простая охрана. К тому же, последние дни его глупость, похоже, превысила все допустимые пределы. Я не хотел больше служить глупцу, а, может, и сумасшедшему.
   - Вот даже как! - Дарий удивленно уставился на капитана.
   - И в чем же проявлялось его сумасшествие?
   Капитан было замялся, но, подумав, что молчать нет смысла, ответил:
   - Он готовил покушение на Вас, мой принц. Но Ваш внезапный выезд из столицы в нашу сторону спутал ему все его планы.
   На глазах у всех принц из мальчика-подростка за какие-то доли секунды превратился в жаждущего крови монстра. Жутковатый шипящий голос, только слегка и с большой натяжкой похожий на голос принца, раздался из уст Дария.
   - А можно узнать подробности его затеи?!
   Капитана передернуло так, как будто в комнате резко похолодало, а Тени встали в стойки, готовые по мимолетному приказу принца растерзать капитана. Несомненно, их тоже пробрало. Одни Святые убийцы безмятежно стояли за спиной у принца. Они ведь охранники принца, а вот от самого принца они никого защищать не собирались.
   - Мой принц, - вперед выступил управляющий, который быстрее других смог побороть свой страх. - Герцог был очень скрытным человеком, но судя по тому, что мне довелось услышать, главой заговора был его дядя - герцог Кошта. Сейчас все уцелевшие заговорщики, которым Вы устроили кровавую ночь, стекаются в его замок. Они хотят отсидеться там до прихода армии свободных баронств. Спешу Вам сообщить, что все подробности заговора можно узнать из бумаг Пумпы. Он очень скрупулезно все записывал и хранил всю переписку, - проговорив все это на одном дыхании, управитель как бы сдулся и медленно отступил назад, чтобы не спровоцировать Теней.
   Дарий тяжелым взглядом оглядел всех присутствующих.
   - Отравить или повесить!
   Этих слов нервы у капитана не выдержали, и он, медленно опустившись на задницу и обреченно вытянув вперед ноги, начал громко и истерично икать. Атмосфера накалилась до предела, создавалось ощущение, что недуг, охвативший главного стража заразен, и что скоро все, стоящие напротив принца, будут им инфицированы. Тихий голос Ветра, как нельзя вовремя разнесшийся в комнате, поставил точку в этом допросе.
   - А так все хорошо начиналось!
  
   - Ну как? Ты его успокоил? - Ветер посмотрел на Лиса, который показался из-за угла.
   - По крайней мере, вина я в него влил прилично, так что спать он будет, надеюсь, долго, - ответил Лис, подходя к Ветру, и устало вздохнул.
   - Я никогда раньше не видел принца в таком состоянии. Я очень не завидую его врагам и недоброжелателям. Я почти уверен, что никогда он не будет оставлять живыми врагов. Ладно, пока наш принц спит, нам придется немало поработать. Кстати, эта работенка - прямые приказы Дария, так что не морщись, это не мои капризы, - Ветер обреченно вздохнул и махнул рукой, как бы предлагая продолжать.
   - Во-первых, нам надо срочно послать гонца в столицу. Дарий хочет, чтобы в усадьбу прибыли люди Длинного и занялись изучением бумаг герцога и допросом стражи и прислуги. Во-вторых, он хочет, чтобы из столицы ему прислали подкрепление.
   - Какое подкрепление? - Ветер вопросительно уставился на Лиса. - У нас сто с лишним человек, умеющих убивать так искусно, как никто другой.
   - Это все, конечно, прекрасно, но я согласен с Дарием. Герцог Кошта - весьма опасный противник. К тому же, он собирает всех сторонников вместе, и не надо забывать, что его замок прекрасно укреплен и может выдержать многое. Дарий хочет еще человек сто. И я думаю, что таких сил точно должно хватить. В-третьих, надо уже сейчас отправлять Теней к замку Кошты для наблюдения. Вечером мы выступаем и будем на месте, я думаю, к утру. К этому времени должно и пополнение поступить, и Тени успеют собрать всю нужную нам информацию. И тогда Дарий сравняет этот замок с землей.
   - Ты, по-моему, слишком оптимистично настроен. Кошта так просто не отделается. Дарий слишком на него зол, чтобы дать ему обычно умереть, - Ветер дружески постучал по плечу Лиса и направился во двор выполнять поручения, а потом даже, если получится, немного поспать.
  
   Ветер внимательно наблюдал за своим учеником и пытался оценить его состояние. Сон, абсолютно точно, пошел ему на пользу, и он уже совсем не напоминал чудовище, жаждущее чьей-то крови. Его злоба была всем понятна, и еще не известно, как бы сам Ветер себя повел, оказавшись на месте принца.
   Все утренние распоряжения Дария были четкими и глубоко продуманными, как будто и не было обучение принца сугубо теоретическим, т.е. книжным и оторванным от реальности. Но временами принц все же впадал в какую-то мрачную задумчивость, и никто в этот момент не сомневался, что эти думы о герцоге Коште. Обо всем, что случилось на допросе, знали все гвардейцы до единого, а потому были готовы по первому приказу присоединиться к любой авантюре принца. А в том, что принц придумает что-то из ряда вон выходящее, другими словами, о стандартной мести и речи быть не может, никто не сомневался.
   Люди Длинного, прибывшие к вечеру, как раз перед самым выходом дружины Дария, развеселили всех, в том числе и самого принца, рассказав, что творится сейчас в столице. А там происходило такое, что еще очень долго все будут вспоминать. Жители города так рьяно взялись за наведение порядка в столице, что уже к полудню местная тюрьма была переполнена, а люди Длинного сбились с ног, пытаясь разгрести такое количество дел. Самое смешное, что снова досталось жопикам. Видно, всем запомнились недавние демонстрационные походы через весь город, а кое-кому даже захотелось внести и свою лепту в борьбе с ошибками природы. В этот раз бедолагам уж совсем не повезло. Началось все с того, что их новый, глубоко законспирированный притон бдительные соседи заподозрили как тайное место встречи заговорщиков. И ввиду особой важности мероприятия, на захват этого, как было сказано, очень подозрительного здания, была направлена бригада из кузнечной гильдии. А там, как можно догадаться, малышей нет, все, как на подбор, бородатые здоровяки. Кузнецы ворвались в здание, намяли всем, кто попался под их могучие руки, бока, а уж потом, когда прошел азарт, начали разбираться и выяснять, а куда это, собственно, они попали. Вскоре жопики поняли, что все их объяснения бесполезны, потому что у своих захватчиков они не находят ни понимания, ни сочувствия. А уж об извинениях и мечтать не приходилось. Похоже, они снова попали, и на этот раз, кажется, достаточно крупно. По новой традиции их снова, якобы в воспитательных для них и назидательных для окружающих мерах, повели голыми и, естественно, связанными за те оконечности, которые для этого абсолютно не предназначены. Но ввиду того, что тюрьма к тому времени была уже переполнена, поход через весь город оказался совершенно напрасным. И многочасовое мытарство этого жопского каравана по всему городу в поисках пристанища для изможденных узников ни к чему не привело. Кузнецы, запарившись ходить в таком окружении по всему городу, ничего лучше не придумали, как привести этих любителей однополой любви ко дворцу. Со словами "разбирайтесь сами, а то мы их точно прибьем" вручили конец веревки этого каравана капитану гвардейцев, который как раз делал обход.
   Капитан оказался не робкого десятка и отвел всех в дворцовый сад, как говорится, до выяснения обстоятельств. Более того, он приказал накормить всех, напоить и, наконец, развязать. Правда, он всех предупредил, что хождение в таком виде по дворцу может привести к тяжелым последствиям, и выходить из сада не следует. Все с первого раза поняли его прекрасно, и против его пожеланий возражений не было, ведь они уже распрощались с жизнью, а тут так неожиданно нормальное обхождение появилось и пища. Ура! Приключения их, как им казалось, закончились. Ага, размечтались, закончились. На их большую беду они умудрились расположиться в любимом уголке Вараи. Более того, так как ходить куда-либо им отсоветовали, а естественные потребности организма, особенно после еды, никто не отменял, то понятно, во что превратился этот райский до их прихода уголок сада. И вот, Варая, уставшая и злая после словесных баталий с Менисом о правомочности указов Дария и последствиях этих приказов, решила передохнуть в саду в своей любимой беседке. И что она там увидела и не только увидела? Тридцать с лишним голых мужиков и еще одного, сидящего на корточках чуть в сторонке, прямо под ее любимым кустом цветущих астросколий. В первый момент у нее даже дар речи пропал, зато потом...
   Последствия были печальные. Началось с того, что жопика, сидящего под кустом во всем знакомой позе, Варая убила метким броском камня, попавшегося ей под руку. Увидев такое хладнокровное убийство, когда, казалось, все худшее уже позади, толпа голых арестантов, естественно, ломанулась, куда глаза глядят. Результат не заставил себя ждать - во дворце начался жуткий переполох, но женские вопли и возмущенный рык мужчин явно выдавали места появления беглецов. Всех жопиков отловили только через два часа, а ошарашенную своим метким броском Вараю посадили под домашний арест до прибытия или императора, или принца Дария. Решать такие вопросы смельчаков больше не было.
   Так что день в столице прошел весело, почти все остались довольны. Но венцом всех деяний Святых Дружин все-таки стали ночные события в форте Дария. Дело было так. Глубокой ночью гильдия воров решила на время, пока все не успокоится, перебраться в другой город. Столица, в свете последних событий, стала весьма не комфортным для них городом. А для того, чтобы хорошо устроиться на новом месте, им нужны были деньги, а лучше много денег. И гильдия решила, что деньги на переезд они позаимствуют у виновника своих бед, а именно принца Дария. Они решили нанести визит в его сокровищницу. Почему они решили, что у Дария в его форте есть сокровищница, знает только Святой ветер. А вот о том, что его форт является штабом всех Святых Дружин, можно было и догадаться.
   Проникновение в форт оказалось для них плевым делом и заняло всего пару минут, но потом все пошло наперекосяк. Во-первых, их заметил один из Теней, который как раз возвращался из города в штаб. Более того, его призыв "хватай вора" услышали не только гвардейцы, дежурившие на стенах, но и семь Святых Дружин, спящих вповалку во дворе. Сто с лишним злых и не выспавшихся дружинников - это хороший стимул сделать ноги для любого вора. Кто же знал, что местом отхода эти дуралеи выберут полосу препятствий Дария? Там и днем без подготовки можно запросто сломать шею, ну а ночью, без освещения, это настоящая полоса смерти. Из двадцати трех воров, решивших посетить форт, до конца полосы доползло только двое. Но их состояние говорило лишь о том, что без срочной медицинской помощи они очень скоро покинут этот злой мир. А судя по стонам, которые раздавались в разных частях полосы препятствий, помощь нужна была не только им двоим. Как ни странно, среди них обнаружился один, на первый взгляд, вполне живой и целый, но относительно, конечно. Оказалось, что он просто не успел добежать до полосы препятствий, поскольку ему кто-то, особо меткий, засветил сапогом в спину. А в данной ситуации, в сравнении со всеми остальными участниками налета, синяк на спине и шишка на лбу от падения - это просто-таки здоровый человек.
   "Эх, весело там, в столице, но сейчас нельзя расслабляться. Нас ждет марш бросок к замку Кошты и его несомненное взятие. Но вот какой ценой, знает только принц. Дай нам удачи Святой ветер, она нам точно понадобиться", - думал Ветер, услышав эти истории.
   - По коням! Выдвигаемся! Ветер, ты о чем размечтался?! Марш в седло, принц уже в ворота выезжает, а ты даже жопу на седло не положил, - крикнул Лис.
   Ветер вскочил в седло и галопом умчался догонять принца. Лис посмотрел на удаляющегося Ветра и озадаченно спросил сам у себя:
   - И чем, интересно, этот поход закончится?!
  

Глава 11

Месть принца

  

Если вы любите специи, то знайте,

Что месть - одна из лучших специй

Для блюда под названием жизнь.

(Из речи имперского повара перед казнью)

  
  
   Палатка принца на фоне бегающих гвардейцев и недовольных этим обстоятельством лошадей внешне была олицетворением спокойствия. Дарий, сидящий на походном стуле перед столом, на котором была разложена карта местности, блаженно чему-то улыбался и снисходительно смотрел на своих командиров, которые увлеченно, но аккуратно вычерчивали какие-то только им понятные линии. Двое Святых убийц из-за спины принца наблюдали за происходящим вокруг и периодически посмеивались, когда Лис или Ветер в сердцах употребляли речевые обороты, безусловно, позволяющие доходчивее объяснить свою точку зрения, но абсолютно непозволительные в присутствии наследника престола. В пылу оживленных споров, которых еще никому не удавалось избежать, если надо было коллективно принять всех устраивающее решение, они успевали шикать на пробегающих мимо гвардейцев и отдавать им какие-то распоряжения, как бы обозначая свою зону ответственности. В углу палатки, слева от принца, стоял Длинный и пытался ножом вычистить засохшую грязь из-под ногтей. У него это плохо получалось, потому что нож, каким бы маленьким он не был, совсем не годится для этой процедуры. Эти манипуляции абсолютно не мешали ему внимательно слушать и быть в курсе всего того, что происходит вокруг. Его появление в лагере принца во главе отряда гвардейцев, посланных в помощь Дарию, немало удивило всех, кроме Ветра.
   - А что ему в столице делать, если там буйствуют, т.е. делают его работу, Святые Дружины?
   Объяснение Ветра всех устроило, и даже Длинный не нашел, что на это ответить. Благодаря то ли своей предусмотрительности, то ли хомяк в Длинном был более крупный, чем в Лисе, но гвардейцев и вояк он привел с собой аж триста пятьдесят душ. На вопрос, а кто все-таки остался охранять столицу, Длинный с превеликим удовольствием поведал историю о последних событиях в столице.
   - Когда прибыл гонец от Дария и рассказал о герцоге Коште, все, кто присутствовал в зале заседаний, были, мягко говоря, шокированы. Ботос собрал остатки своих Теней и, пошептавшись с Менисом, исчез в неизвестном направлении. Менис поручил мне почти всех гвардейцев, оставив только охрану дворца, и дав мне письменный приказ о переподчинении всех военных отрядов, которые мне встретятся на пути, отправил меня к тебе на помощь. Молчуну приказали после выезда меня и гвардейцев, запереть город, чтобы, как выразился Менис, ни одна сволочь не могла предупредить герцога о походе Дария. Хотя можно было такого приказа и не отдавать, город и так находится на осадном положении. Вернее сказать, он закрылся ото всех, кто не имел подтверждения, желательно письменного, что он прибыл по приказу принца или императора.
   - А с какого перепуга столица оказалась заперта?
   Закономерный вопрос Ветра вызвал ухмылку на лице Длинного, который ждал этого вопроса и был готов на него ответить.
   - Вы не поверите, но идея по созданию Святых Дружин все-таки себя оправдала. По наводке воров, вернее после небольшого влияния, оказанного на них, а точнее неслабого мордобития, в котором, кстати, снова отличились кузнецы, была обнаружена сеть подземных ходов под столицей. После визита туда весьма воодушевленной и фанатично преданной принцу толпы, жаждущей крови, из человек так пятидесяти был найден неизвестный нам ранее схрон с оружием, а главное, десять наемников, его охраняющих, в полной готовности ожидающих подхода армии свободных баронств. Слава Святому Ветру, они сдались сами, поняв, что сопротивление этой бешеной толпе может привести к весьма неприятным последствиям и мучительной смерти без суда и следствия. После допроса, учиненного нами сразу на месте событий, мы узнали о еще одном тайном складе оружия, успешно обнаружили его и захватили, а главное, мы поймали главу этих банд. Угадайте, кто это был?
   - А тут и думать не надо. Это один из сыновей Кошты.
   После такого неожиданно быстрого, а что более важно, правильного ответа Дария Длинный уважительно щелкнул языком.
   - Точно! Молчун, как узнал про это, сразу дал приказ Святым Дружинам об усилении охраны столицы. Те, находясь в эйфории от своих побед и на волне охватившего их безграничного энтузиазма, просто взяли и перекрыли город для всех. Сказали, что внутри сами разберутся, а чужих проблем им не надо. Молчун сам об этом узнал только тогда, когда гонец принца рассказал, с какими трудностями и злоключениями он попал в город. Его выручило только послание с личной печатью принца, а так бы и он остался отдыхать по ту сторону ворот. Так что в столице за главных остались Менис, Молчун и Варая.
   - А Вараю почему выпустили? Убийство дворянина, хоть и случайное, это весьма серьезное преступление, - Лис удивленно уставился на Длинного.
   - А как прибыл гонец от принца, так сразу и отпустили. Вы не поверите, тот засранец, которого Варая случайно прибила камнем в саду, тоже оказался сыном герцога Кошты. Наверное, сам Святой ветер направлял руку Вараи.
   - Вот это семейка! Один сынок - глава бандитов, другой - жопик. Значит, герцог у нас вообще бандижопик.
   После этой наивной реплики Громилы все заулыбались.
   - Боюсь, Громила, что подходящее прозвище для герцога Кошты еще не придумали. Так обозвать главу этого семейства - это и бандитов, и жопиков обидеть.
   Сказав это, Дарий задумчиво почесал затылок, и все замолчали. Каждый думал о чем-то своем, но можно было поспорить, что все их мысли точно витали вокруг герцога. Правда, о том, что было на уме у Громилы, никто бы спорить не стал.
   Издевательство над картой, на которой уже и живого места не было из-за постоянно появляющихся из-под разноцветных карандашей и исчезающих посредством измочаленной резинки линий, было закончено. Результат долговременных споров вылился в одну довольно длинную фразу, краткий смысл которой можно выразить всего несколькими словами - "а хрен их возьмешь, если они запрутся в замке".
   Длинный ухмыльнулся и в ожидании ответа уставился на принца. Все автоматически повернули свои головы в сторону Дария. Тот смотрел на докладчика, как бешеный медведь, случайно набредший в лесу на одинокого охотника без ружья. Присутствующие напряглись, мысленно благодаря Святой ветер, что не им выпало озвучивать принцу решение Совета. Через какое-то время на лице Дария пробежала чуть заметная улыбка, и он взглядом попросил подойти к себе Длинного. Тот мигом оказался на указанном месте, и они, о чем-то очень тихо пошептавшись, синхронно улыбнулись. Всем стало ясно, что буря миновала, и можно расслабиться.
   - Хватит издеваться! Если придумали что-нибудь, так говорите. А то шепчутся и лыбятся, а люди здесь места себе не находят.
   Короткая и эмоциональная речь Ветра, которая как нельзя лучше отражала общее настроение в палатке, была принята окружающими с воодушевлением и восторгом. Выражение их глаз кардинально изменилось со страха и обреченности на требовательность и нетерпение.
   - Скажи мне, Лис, что тебе сообщили Тени, вернувшиеся из замка?
   Вопрос Дария заставил задуматься не только Лиса. Ответ ведь был всем известен. Зачем снова повторять, что у них нет шансов одержать победу?
   - Все знают, что ничего хорошего! Замок со всех сторон усиленно охраняется. Внутри него человек триста хорошо вооруженных дворян и их охранники. Правда, более половины из них уже давно пьянствуют в главном зале, но другая половина хоть и пьет, но в меру. Так что отпор дать смогут, и штурм ничего, кроме потерь, нам не даст. Да и для осады у нас и силенок маловато, и осадных машин вообще нет, - Лис, закончив говорить, потянулся было за кубком вина, но, вспомнив о том, что он только что рассказал, пить все-таки передумал и под строгим взглядом принца поставил его на место.
   - И как ты думаешь, на сколько времени хватит их запасов вина? Ведь подвалы герцога, хоть и большие, но вовсе не бездонные, - принц с лукавой улыбкой на лице смотрел на обескураженного таким вопросом Лиса и спокойно ждал ответа.
   - Такими темпами они уже должны были их, как минимум, ополовинить, - ответил дрожащим от волнения голосом в предвкушении обнаружения выхода из верного, как ему казалось, тупика Лис. - Да и не все имеющиеся в его погребе напитки, я думаю, герцог будет разливать своим воякам. Не по чину многим из них пить дорогущее вино, которое всю жизнь в своих подвалах собирал сам герцог и его предки.
   Лис заканчивал делиться своими умозаключениями с принцем радостно и с азартом, от волнения не осталось и следа. Потом он задумался на секунду, желая добавить красок в свой рассказ, но решил, что уже достаточно наговорил, и присоединился к улыбающимся во весь рот Длинному и принцу. Его улыбка была даже более выразительной.
   - Какой вариант ты выбираешь? Легкий или жестокий? - Дарий обратился к Лису с вопросом, хотя по выражению его глаз было очевидно, что второй вариант был бы для него предпочтительнее.
   Лис посмотрел сначала на принца, потом на Длинного, собрался с мыслями и ответил:
   - Извини, Дарий, но я бы выбрал легкий. А вот потом, после взятия замка, ты сможешь провести суд и наказать виновных так, как сам того захочешь. И если после твоей расправы останется хотя бы один выживший, то я буду считать, что мое милосердие было не напрасным, - Лис вызывающе посмотрел на принца, но ничего не увидел в его глазах, кроме усталости.
   - Да будет так. А теперь давайте подробно проработаем наш план взятия замка, а то Ветер сейчас нас начнет убивать, если мы не расскажем ему, что задумали.
   Все засмеялись, только принц и Длинный обменялись понимающими взглядами.
  
   Самым трудным в плане Дария было срочно найти очень много вина. По всем дорогам были разосланы усиленные патрули для поиска винных складов или, на худой конец, виноторговцев. Правда, винные купцы обычно брали с собой на продажу не более двух бочек, но Дарий надеялся, что если собрать хотя бы бочек десять, то этого должно было хватить для претворения в жизнь его хитроумного плана. Но прошло уже полдня, а результаты поисков были неутешительными. Всего три бочки весьма среднего вина и все.
   - Если мы в ближайшие сутки не достанем вино, то в замке серьезно призадумаются, почему к ним так долго нет гостей, и запрутся в замке, - Лис со злости ударил ногой по одуванчику, который так некстати оказался у него на пути.
   Длинный медленно поднял голову на возмущенного Лиса и спокойным голосом ответил:
   - Ты зря дергаешься, Лис! Могу поспорить, что благодаря удачливости Дария в самое ближайшее время защитники замка сами придут сдаваться, если не отравятся все насмерть. Когда имеешь дело с принцем, ничему удивляться не приходится. Похоже, Святой ветер, который мучил его все детство, решил с лихвой возвратить ему все свои долги.
   Лис на какое-то время задумался, было заметно, что ему в голову пришла какая-то удивившая его самого мысль. Он внимательно посмотрел в глаза собеседнику, пытаясь там найти подтверждение своей догадки. Видимо, не нашел, а потом и решил получить словесный ответ:
   - Так вот из-за чего ты с Дарием? Ты хочешь, находясь рядом с ним, зацепить благосклонность Святого ветра?
   Длинный поднял руки, как бы сдаваясь.
   - Лис, все верно. Но это не основная причина, по которой я предан ему. Дарий умудрился за какие-то пару-тройку недель перевернуть всю мою и не только мою жизнь, исполнить все мои мечты, и похоже, останавливаться на достигнутом он не собирается. Ты, наверное, слышал присказку, что когда все мечты исполнены, то можно спокойно умирать?
   Лис ответил кивком головы, чтобы не прерывать такой неожиданно эмоциональный и откровенный монолог Длинного, тот понял его правильно и не заставил ждать продолжения.
   - Ну, так вот, я уже в некотором роде умер, ведь все мои мечты исполнены. А потому я решил отдать всю свою оставшуюся жизнь Дарию.
   Лис подошел к Длинному и уважительно похлопал по плечу.
   - Теперь я лучше понимаю твои поступки, приятель. Я видел, что ты уж слишком легко соглашаешься во всем с Дарием. Мне это очень не нравилось. Я боялся, что ты, преследуя какие-то свои цели, втираешься к нему в доверие, а оказывается, что все совсем иначе, - Лис пожал плечами, выражая тем самым свое искреннее сожаление.
   Длинный в ответ и в знак дружеского расположения тоже слегка хлопнул Лиса по плечу.
   - Не извиняйся, если даже Дарий догадался об истинных моих мотивах только на третий день, то уж сам понимаешь, что на благосклонность и понимание окружающих я вообще не рассчитывал.
   Лис широко раскрытыми от неожиданности глазами смотрел на Длинного. Принц не переставал его удивлять. Откуда в этом подростке столько ума и находчивости, одному Святому ветру известно.
   - На третий день? И что он тебе сказал?
   Длинный улыбнулся. Было видно, что разговор этот был ему по душе, а потому он особо не задумывался, подбирая слова, чтобы не сболтнуть чего-то лишнего.
   - Он сказал, что после его смерти меня казнят первым.
   Лис ошарашено смотрел на довольного жизнью и во весь рот улыбающегося Длинного, так спокойно рассуждающего о своей смерти. Ему больше нечего было сказать. Все встало на свои места.
   Вдруг, как-то сразу и довольно громко, на восточной окраине лагеря поднялся шум и крики. Из-за удаленности от места происшествия невозможно было понять, что там происходит. Через несколько минут все отчетливо услышали голос Громилы, который заглушал все остальные шумы вокруг. Лис и Длинный переглянулись.
   - Тебе, Длинный, не показалось, что голос Громилы весьма не трезвый?
   - Пьяный в стельку. И что это значит?
   Радостный голос Дария, вышедшего на шум из своей палатки, поставил точку в их разговоре:
   - Это значит, что Громила все-таки нашел вино, мно-о-о-го вина!
  
  
   Караван телег, груженных огромными бочками, медленно двигался в сторону замка. Охрана замка с полчаса назад прискакавшая узнать, что за странная процессия движется в их сторону, уже умудрилась прилично нализаться вином, которое было щедро налито доблестным воинам самим купцом, возглавляющим этот поезд. Купец, а это был всем нам известный Ветер, усердно размахивал большим кубком с вином и громко восхвалял достоинства присоединившихся к нему солдат Кошты. Его пламенная речь и активная жестикуляция были сродни театру одного актера, рассказывающего о многочисленных трудностях, встретившихся на его пути к этому замечательному замку с такими славными воинами. Все понимали, что этот рассказ надо делить, как минимум, на пять, но щедрость купца, выражавшаяся в постоянном наполнении вином походных кубков стражи, вызывала лишь восторг и бурные овации. А потому рассказ о его похождениях сопровождался громкими похвалами и восторгами его умом и храбростью.
   Въезд этого каравана в замок сопровождался трогательной сценой встречи одного из мелких дворян и винного купца. Оказывается, это встретились два брата, не видевшие друг друга уже более пяти лет. На радостях, во славу такого радостного события, купец разрешил открыть треть бочек, а сам пошел торговаться с управляющим о цене оставшегося вина. Капитан охраны замка недовольно смотрел на происходящее, потому что оно грозило перерасти в повальную пьянку, но сделать уже ничего не мог. Он сам вчера аргументировано доказывал охране, что им выдается так мало вина лишь потому, что его, т.е. вина, практически не осталось, а тут такая халява. Смачно плюнув себе под ноги, он направился проверить немногочисленные посты, которым было строго настрого запрещено выпивать во время своей смены. Воины были из охраны самого замка и приказ капитана выполняли, но с неприкрытым неудовольствием. И понятно, ведь что смогут сделать двадцать, хоть и трезвых человек, на стене протяженностью почти километр.
   А тем временем внизу, во внутреннем дворе, разгоралось самое настоящее пьяное непотребство. Многие дворяне вышедшие из главного зала, узнать, что за шум, были мгновенно поглощены этой толпой и вовлечены в пьяный хоровод. Капитан, еще раз плюнув, но уже не себе под ноги, а в эту гудящую и беснующуюся толпу, решительным шагом направился вниз. Почему им можно, а мне нельзя? Этот извечный вопрос вертелся у него в голове все те пару-тройку минут, что он спускался во двор.
  
   Когда принц въезжал в замок, он чувствовал сильное отвращение к тем людям, которые то тут, то там лежали без чувств или сидели, связанные. Неприязнь вызывало не только то, что во дворе воняло так, что можно было без труда догадаться, что подмешал в вино Дарий. Вот и выпал очередной случай применить на практике что-то из того, чем он тайком занимался еще совсем недавно. Слабительное, в каком-то смысле, хуже яда. После яда хоть не стыдно, а после слабительного, когда твои враги берут тебя в плен со спущенными штанами, в пору самому выпить яда. Дарию все сильнее и сильнее казалось, что эти люди просто смердят предательством, что еще хуже, чем вонять дерьмом.
   Наверху началась какая-то возня, и послышался шум драки. Через несколько минут из крайней башни с громким криком птичкой вылетел лучник и, так и не освоив технику полета пернатых, смачно приземлился на брусчатку. Кони, испугавшись этого ора и учуяв запах крови, с осторожностью обходили это внезапно возникшие у них на пути препятствие и продолжили свой путь в глубь замка. Дарий недовольно посмотрел на Лиса.
   - И кто сказал, что здесь все зачищено? Слава Святому ветру, что Длинный решил перед нашим въездом проверить все еще раз. Один умелый лучник - это, как минимум, два трупа. И уж поверь мне, что первым был бы я, а следующим ты. Других важных персон здесь больше не наблюдается.
   Лис сконфужено посмотрел на принца, в его взгляде медленно загорался зловещий огонь, который скоро кому-то подпалит не только задницу. Гвардейцы, возглавляемые людьми Длинного, только по одним им известному принципу быстро и сознанием дела сортировали людей и растаскивали их со двора по разным залам замка. Похоже, в замке были уже организованны специальные комнаты для допросов заключенных.
   Быстро ребята работают, молодцы.
   Подъехав к парадному входу, принц спешился, но, не успев сделать и пары шагов, был остановлен прибежавшим Длинным.
   - Мой принц, сейчас мои ребята сортируют заключенных, и, как я думаю, через час можно будет начать суд. Правда, есть одна проблема.
   - Какая? - Лис вопросительно уставился на Длинного. Есть какие-то еще проблемы, кроме летающих лучников?
   Длинный укоризненно посмотрел на Лиса.
   - Этот, как ты выразился, летающий лучник, бывший из Теней. Тени его опознали. Как он попал в услужение к герцогу, мы узнаем позже. А насчет того, что мы не доглядели - ты сам прекрасно знаешь, что Тень может найти только Тень.
   Святые убийцы синхронно цокнули языками.
   - Извините, - вовремя исправился Длинный. - И святые успокоители.
   Новое обращение, которое уже вошло в моду с легкой руки принца, понравилось святым убийцам, и они снисходительно кивнули.
   - Так какие проблемы у тебя возникли? - принц устало посмотрел на Длинного. Ожидание, которое продлилось всю ночь, давало о себе знать.
   - В подвале замка мы обнаружили заключенных, - Длинный оглянулся по сторонам. - И среди них младший сын герцога. Надо бы разобраться, прежде чем мы начнем допросы и суд.
   Принц удивленно уставился на Длинного. Такого поворота событий он никак не ожидал.
   - Ты уверен, что это младший сын? Никакой ошибки быть не может? Что он сделал, что собственный отец сделал из него узника?
   Длинный стер пот со лба.
   - Ошибка исключена! Я лично его знаю. Он у меня проходил практику.
   Дарий удивленно уставился на Длинного, но перебивать не стал.
   - Да, да! Он проходил у меня практику. Сбежал из дому, и как дворянин с хорошим образованием прослужил у меня полгода. А потом его нашли слуги герцога, и он насильно был препровожден к себе в замок.
   Лис возмущенно сплюнул себе под ноги. Длинный развел руками.
   - Ему тогда было всего четырнадцать лет, и был он на иждивении отца с матерью.
   Лис возмущенно еще раз сплюнул под ноги и с досадой в голосе произнес:
   - Куда мир катится?!
   Пока люди Длинного проводили ускоренный допрос и сортировку пленных, все решили перекусить. Только Ветер и его "брат"-один из Теней, отказались. И у них были на то серьезные причины. Хоть противоядие и подействовало, но все-таки не до конца. Поэтому эти двое пока усиленно дружили с туалетом в ожидании, пока не подействует еще одна доза снадобья, которое им дал Дарий. Но завтрак неожиданно затянулся, и братья по туалету все-таки рискнули поесть, а все решили их не торопить и спокойно ждали. Кто-то просто из уважения к этим рисковым парням, а кто-то в надежде на продолжение. А вдруг противоядие все-таки не до конца подействовало. Один из Теней со спущенными штанами - это уже впечатление на год вперед, а если еще и Ветра увидеть в позе низкого старта, то считай, что не зря жизнь прожил. Но, к сожалению, а может, к счастью, все прошло гладко. Единственное, что вызывало невольные уморительные ухмылки окружающих, это винное амбре от этих двух бойцов невидимого фронта и первые признаки похмелья, которые не заставили себя ждать. Вино, видать, было далеко не самых хороших разливов.
   После окончания затянувшегося завтрака все проследовали в главный зал. Кто-то не поленился на скорую руку превратить его в маленькое подобие судейской палаты. Не имперское величие, конечно, но уже и не зал для пьянства, о котором все-таки недвусмысленно напоминали плохо из-за спешки оттертые пятна от вина и других продуктов. В центре зала стоял ни больше ни меньше, судя по его размерам, трон. Стулом назвать это монументальное пурпурное с позолотой сооружение просто язык не поворачивался. Самолюбия и амбиций, похоже, у герцога было хоть залейся. Правда, первое впечатление об этом чисто королевском предмете мебели быстро портилось, стоило только повнимательнее присмотреться к внутренней его части. Он, надо сказать, был основательно потерт и требовал срочного и серьезного ремонта, чтобы соответствовать своему назначению. Но в починку его так и не отдали, что точно говорило о патологической скупости хозяина. Усевшись на трон, который благодаря двум любезно подложенным Длинным подушкам стал более удобным, Дарий кивнул, давая тем самым знак для начала процесса суда над мятежниками.
   Первыми ввели арестантов. Из всего того, что тихо и на ухо шептал ему на ухо Длинный, Дарий понял, что большинство из них были ворами и разбойниками. Цепкий и внимательный взгляд принца быстро выделил из всей этой толпы троих, которые явно выделялись из общей массы и сразу привлекали к себе внимание. Все молоды, от четырнадцати до шестнадцати лет, хорошо одеты, осанка и манера держать себя выдавали в них бывалых дворян-забияк, а вот высокомерного взгляда, который должен был быть, почему-то не наблюдалось. Интересные арестанты. То, что они не вместе, виделось невооруженным взглядом. Они находились с разных сторон от этой разношерстной толпы и напоминали собак пастухов, внимательно наблюдающих за своим стадом и окружающей их местностью.
   - Длинный, кто эти трое? - Дарий поочередно кивнул на всех троих.
   Длинный явно специально повысил голос, отвечая на вопрос принца, чтобы его смогли услышать все, в том числе и арестанты.
   - Вон тот, смазливый брюнетик с голубыми глазами - сынок герцога Кошты.
   Сын герцога после этих слов насупился, его ноздри гневно раздулись, а в глазах появились искры ярости. Было очевидно, что ему крайне неприятно слышать подобные насмешки в свой адрес, и будь они в другой ситуации, он сию же минуту призвал обидчика к ответу. Но положение его в данный момент было незавидным, а потому он промолчал.
   "Молодец, - подумал принц, - сдержался. Сначала думает, потом делает".
   - Вон тот, накаченный белобрысый молодец с разбитым носом - сын барона Морта. Белобрысый, в свою очередь, не обратил никакого внимания на слова Длинного, он внимательно рассматривал Дария и стоящих за его плечами Святых убийц.
   - А третий у нас - это виконт Дергес, он же ученик того из Теней, который сегодня пытался продемонстрировать нам всем свое умение красиво летать.
   Дергес поморщился при упоминании своего учителя, и, похоже, что не от большой любви к нему.
   "Дела... Интересные тут бешенные белки хороводы водят. Надо обязательно более подробно опросить этого Дергеса", - подумал принц, а вслух произнес:
   - Лис, ты согласен, что, кроме этих троих, никто больше не заслуживает снисхождения.
   Лис поморщился, но ответил:
   - Да, мой принц! Что прикажите делать?
   Дарий задумчиво было прикрыл глаза, но потом довольно быстро ответил:
   - Повесить! И желательно побыстрее, у нас еще очень много работы. К тому же, может быть, отсюда придется очень скоро выдвигаться.
   Лис удивленно посмотрел на принца, но ничего не сказал, лишь кивнул гвардейцам, которые с воодушевлением потащили воров и убийц прочь из зала. Лис подошел к Дарию и спросил:
   - Я чего-то не знаю, мой принц? Почему нам придется скоро выдвигаться?
   Дарий, глядя куда-то в пустоту перед собой, тихо, чтобы никто не услышал, ответил:
   - Лис, у меня очень не хорошие предчувствия.
   Сказав это, принц сморщился, как от чего-то очень кислого, и глазами показал Лису, что ему пора вернуться на его прежнее место. Кивнув Длинному, принц дал сигнал ему продолжать.
   - Господа, я прошу вас по очереди озвучить нам причину вашего заточения. Я очень надеюсь на вашу сознательность и честность. Сразу предупреждаю, что я легко отличаю ложь от правды. Если не верите, то можете спросить об этом у Черного.
   Сын герцога Кошты удивленно посмотрел на Длинного. Получить прозвище от своего учителя - дорогого стоит. А вот его сокамерникам было наплевать на то, как и кто кого назвал. Они уставились на него, требуя подтверждения услышанного.
   - Он всегда может отличить правду от лжи. На моей памяти он ни разу не ошибся, - Черный повернулся к своим друзьям по заточению и развел руки, отбирая тем самым последнюю надежду у тех, кому не хотелось разделять участь тех, кто только что покинул зал. Собравшись с духом, Черный начал свой рассказ:
   - Когда два месяца назад я узнал о готовящемся заговоре, то сразу отправил письмо Длинному. Он единственный горбик, которому я мог доверять. Неделю назад отцу пришло письмо, прочитав которое, он без объяснения причин посадил меня в камеру к уголовникам. Если бы не эти господа, - Черный кивнул на молодых дворян, стоящих рядом с ним, - я думаю, что вряд ли выжил бы.
   Черный благодарно кивнул своим друзьям, а те искренне улыбнулись ему в ответ. Дарий оторвал свой взгляд от рассказчика и посмотрел на Длинного, требуя пояснений и комментариев.
   - Все сказанное - правда, мой принц.
   - А что ты думаешь насчет письма? Его не нашли? Кто мог его написать?
   Длинный задумчиво достал кинжал и начал нервно крутить его между пальцев. Ответа на этот вопрос у него пока не было, о чем он явно сожалел.
   - Найди крысу и придуши! - громко вскрикнул со злостью в голосе принц.
   Лис поморщился от прямоты приказа. А Длинный сразу очнулся от своих раздумий и ответил:
   - Да, мой принц. Печально, что предал нас кто-то из своих. Но к моей почте имели доступ единицы, так что, я думаю, выяснение обстоятельств не затянется.
   Принц удовлетворенно кивнул, но было видно, что доволен он будет только тогда, когда крысу найдут и накажут. Надо было дальше продолжать допрос задержанных.
   - Кто следующий?
   Вперед выступил Морт, гордо поднял голову и в нескольких словах поведал свою историю:
   - У меня все просто. По приказу отца я был вынужден сопровождать его в поездке в этот замок. На одном из пиров герцог Кошта спросил меня, что я думаю о происходящем. Вот так я оказался в тюрьме.
   Длинный поморщился, потому что из рассказа пленника было совсем не понятно, за что тот оказался в тюрьме, а всякие недоговорки и оговорки главу горбиков всегда настораживали.
   - А нельзя ли более подробно услышать ваш ответ герцогу? Может, Вы имели наглость пожаловаться на его гостеприимство, что не могло ему понравиться. А с учетом количества выпитого, после такого ответа вполне можно было оказаться на виселице
   Дарий с интересом уставился на баронета. А тот, в свою очередь, гневно зыркнул на Длинного, потоптался с ноги на ногу, терзаясь сомнениями, стоит ли повторять слово в слово или донести общий смысл, и, наконец, ответил:
   - Можно, конечно. Я сказал, что если их грандиозные планы нарушил принц-сосунок, то значит, или ему благоволит Святой ветер, или они сами уже так пропили свои мозги, что думать уже не в состоянии.
   Громкий и дружный хохот грянул по всему залу. Баронет удивленно смотрел на хватающуюся за животы от смеха охрану и присутствующих дворян. Он ожидал наказания за столь неприятные слова, даже, возможно, казнь, но то, что происходило у него на глазах, явно не вписывалось в его понимание ситуации.
   - Громила, возьмешь себе нового ученика? Тебе даже не придется его переучивать. Чувствуется, что он, как минимум, твой родственник. А может, даже и внебрачный сын.
   После этих слов Ветра хохот грянул с новой силой. Громила с любовью и обожанием смотрел на молодого барона и с удивлением находил свои черты на его юном лице. Громкий хлопок в ладоши принца резко оборвал затянувшееся всеобщее веселье.
   - Громила, забираешь его к себе в ученики. Кто он тебе, родственник или еще кто, потом разберемся. А сейчас, я думаю, с тобой ему самое место.
   Здоровяк утвердительно кивнул и поманил к себе Морта. Тот, заворожено глядя на могучую фигуру Громилы, все еще не веря, что ему больше ничего не грозит, медленно двинулся к своему новому учителю.
   - Виконт Дергес, я думаю, что пришло время нам услышать и Вашу историю, - Длинный уставился на Дергеса, как палач на свою жертву.
   Дергес смело взглянул в глаза Длинному. Он не сделал ничего дурного, а потому скрывать ему точно было нечего.
   - Я устраивался к своему учителю, чтобы выучиться и служить императору, но когда узнал, что мой учитель - изменник, то высказал ему все, что обо всем этом и о нем конкретно думаю. Так я и попал в тюрьму. Я готов хоть сейчас присягнуть принцу, чтобы исправить тот вред, который нанес мой учитель короне.
   В центр зала неслышной походкой вышел один из Теней и спросил у Дергеса:
   - Какова твоя степень обучения? - он ехидно смотрел на молодого дворянина. Это был вызов, понятный только Теням.
   - Добился разрешения на получение платка, но как ты знаешь, на проведение экзамена нужны пятеро Теней. Их моему наставнику собрать не удалось, и я винил в этом себя. Но теперь я знаю, почему у моего учителя возникли проблемы со сдачей этого экзамена.
   Тень удивленно уставился на Дергеса.
   - Объяснись и не виляй! Если хочешь приватности, то это не проблема, - властный голос принца, обращенный к Тени, не давал возможности выбора какого-то подходящего ответа, он приказывал говорить правду.
   Тень слегка кивнул принцу, подтверждая его власть и возможность приказывать. Лис удивленно переглянулся с Ветром. Тени признали принца своим повелителем! Для знающих людей это знак - мы свои. То есть они, не дожидаясь официального заявления императора о своем наследнике, уже ему присягнули. Если, не дай Святой ветер, император по каким-то причинам все-таки не признает принца, то сам умрет в тот момент, как скажет это. Лис внимательно смотрел на принца. Длинный что-то тихо, но оживленно объяснял Дарию, у которого на лице все отчетливее проявлялось чувство уважения. Дослушав Длинного, он быстро встал и подошел к Тени. Встав перед ним на колено, Дарий достал свой кинжал и передал его Тени. Тень, ничуть не колеблясь, взял кинжал и спрятала его запазуху. Все Тени, находящиеся в тот момент в зале, в том числе и Дергес, вышли в центр зала и, как по какой-то слышной только им команде, хором произнесли:
   - Защищаем, не предаем, мстим.
   Это были слова всем известной клятвы Теней императору, за одним исключением. Последним словом всегда было не "мстим", а "помним". Надо отметить, что и происходящее действо с участием Теней было явно не по этикету.
   "Во что втравил Длинный Дария? Ладно, потом узнаем. Тут хватает того, что клятва впервые была произнесена еще при живом императоре", - думал Лис, внимательно наблюдая за происходящим в зале, стараясь не упустить ни одной детали.
   А Дарий молча кивнул Теням в ответ на клятву и вернулся на свой трон.
   - Тень, я повторяю свой вопрос, что это значит? - Дарий вел себя так, как будто только что ничего особенного не произошло.
   Перешептывания в зале резко прекратились. Все понимали, что то, что они сейчас услышат, крайне важно, и своими разговорами можно навлечь на себя гнев принца.
   - Получение платка - это средний бал экзамена для Тени. В охрану императора его, конечно, пока не допустят, но для его возраста, поверьте мне, это очень высокий бал, - в голосе Тени явно проявлялось уважение и удивление одновременно.
   - Могу я удостоверится в его квалификации на каком-то примере?
   Голос принца еще не успел затихнуть в зале, а виконт уже исчез с глаз присутствующих. За спиной Дария послышался шум. Дарий обернулся. Виконт был пойман Святыми убийцами в странный захват, напоминающий крест. При этом кинжалы успокоителей были около сердца и шеи виконта. Святые убийцы уважительно цокали языками.
   - Такой молодой и такой быстрый, - только и сказал успокоитель, мягко освободил виконта от захвата и вытолкнул того на середину зала.
   - Далеко пойдет, если, конечно, с нами не будет связываться, - Святые убийцы дружно засмеялись.
   Люди в зале, услышав этот устрашающий смех, непроизвольно вздрогнули. Смех Святых убийц напоминал карканье ворон над трупом. Тень подошел к виконту и полуобнял его.
   - Не огорчайся, ты еще очень молод, чтобы на равных тягаться с успокоителями. Даже лучшие из нас не всегда могут справиться с ними.
   Святые убийцы снисходительно хмыкнули на эти слова и закивали головами. Было видно, что эта пикировка продолжается уже достаточно давно.
   У трона появился один из людей Длинного и что-то взволнованно зашептал на ухо принцу. Принц резко встал, было заметно, что волнение передалось и ему, а значит, что-то случилось.
   - Длинный, всех оставшихся допросить и казнить. Как это сделать, ты решай сам.
   Длинный, не слышавший доклада своего подчиненного, удивленно уставился на принца, а принц продолжил:
   - Вы трое! Согласны мне присягнуть? Я очень надеюсь, что вы станете моими верными друзьями в будущем, как мои учителя и соратники.
   Троица дружно упала на одно колено и, не сговариваясь, хором произнесла присягу императору.
   - А ведь они произнесли присягу, как императору, - Лис толкнул локтем Длинного.
   - Вот это номер! Менис нам яйца оторвет за такое представление, - Ветер, зачарованно наблюдая за клятвой этой троицы, чесал затылок.
   - Ты посмотри лучше на выражение лица Дария и подумай, что сейчас будет! - Длинный повернул руками голову Лиса в сторону Дария.
   - С таким лицом убивают, а не присяги принимают. Что же все-таки случилось?! Где этот твой долбанутый гонец? - Лис завертел головой в поисках гонца.
   Но тут замолкли последние слова присяги, и в центр зала вышел Дарий.
   - Из-за подлого предательства наша армия потерпела поражение. Армия баронов сократилась до десяти тысяч, но они собраны в единый кулак и быстрым маршем двигаются к столице.
   Лис первым успел задать вопрос, который буквально повис у всех на языке:
   - А что с императором?
   Дарий молча повернулся к Лису. Его лицо не выражало никаких эмоций, оно было абсолютно бесстрастным. Это, похоже, пугало всех собравшихся в зале гораздо сильнее, чем если бы принц корчил рожи и кричал на всех.
   - Мой отец захвачен в плен. По словам разведчиков, предводитель армии баронств обещал казнить его на главной площади столицы.
   Все возмущенно зашептались. Ветер одним прыжком подскочил к принцу.
   - Ты же не позволишь, чтобы кто-то был повешен на главной площади?!
   Принц удивленно и почти спокойно уставился на Ветра.
   - А почему бы и нет?
   Ветер настороженно уставился на принца, не понимая, как Дарий может быть таким бессердечным по отношению к собственному отцу.
   - Я думаю, господа, если на главной площади будут повешены остатки их армии, никто не будет против?!
   Все воодушевленно захлопали, и напряжение, царившее до последней минуты, заметно спало. Все поддержали идею принца. Лишь один Длинный был возмущен.
   - У меня там дом рядом. Дарий ты представляешь, какая вонища там будет уже через день.
  
  
  

Глава 12

  

Баронские войны

  

Если кто-то думает что, маленький ножик - это не оружие,

Пусть получит его в печень, и перед смертью он скажет правду.

(Сказки старого вора)

  
   Передышка перед последним рывком к столице длилась достаточно долго. С холма в утренней дымке уже виднелась часть ее стены, но принц приказал сделать привал. Дарий хотел максимально быстро попасть в столицу, и все двигались, невзирая на усталость, как могли. Рассказ о произошедшем с императором и его войском не забывался. Дарийцы уже поели и хоть и еле держались на ногах, но были готовы к продолжению этого бешенного марафона.
   Всех поразило то, как принц рассказал о том, что случилось с его отцом. В его краткой речи не было и намека на привычные всем в подобных ситуациях выражения типа "отечество в опасности", "ваше будущее в ваших руках" или другие подобные высокопарные слова. Дарий удивительно быстро придумал, как окончательно убедили всех, кто его слышал в том, что необходимо действовать быстро, чтобы спасти империю и императора.
   - Я всего лишь мальчишка, которому вскоре исполнится одиннадцать лет. Но я еще и принц этой империи и сейчас прошу от вас невозможного. Мы должны добраться до столицы за двое суток, а потом сражаться с в пятеро превышающим нас по численности противником. И это еще не все наши беды, ведь нам придется биться насмерть не только с захватчиками, но и, похоже, с предателями. Более того, среди них могут оказаться ваши близкие и родные. Вы готовы пойти за мной или желаете остаться и переждать, когда все закончится?
   Гробовая тишина была ответом всего каких-то нескольких секунд.
   - Принц, а пивка нальешь, если мы с тобой прогуляемся? - один из молодых солдат, сказавший это, нагло вышел на середину зала. Бывалые сдерживали ухмылки, предвидя, что за этим последует, а остальная молодежь удивленно переглядывалась.
   Принц вопросительно уставился на солдата, не совсем понимая, как в такой сложный для всех момент можно думать о пиве.
   - А сколько тебе, солдат, надо пива?
   Судя по вытянувшейся физиономии горе-солдата, он явно не ожидал такого ответа, а точнее вопроса. Он сделал вид, что стряхивает дорожную пыль с одежды, а сам тем временем собрался с духом и подобрал слова для продолжения беседы.
   - А по бочонку на брата, но пиво должно быть не простое, а золотое. Братья, я правильно озвучил ваши пожелания?!
   Пять кинжалов и еще несколько других колющих предметов вонзились в тело наглеца. В полной тишине уже мертвое его тело упало плашмя на пол. За спиной принца тихо возмущались церковники, в полной тишине это было прекрасно слышно всем.
   - И зачем надо было ножики марать? Мы бы его и так придушили.
   Ветер удивленно обернулся на эти слова, но потом, осознав их смысл, начал тихо смеяться. Через полминуты ржали уже все присутствующие. Нервное напряжение дало о себе знать. Только церковники переглядывались, не понимая, что такого смешного они сказали. А потом вообще началось какое-то сумасшествие. Быстрые сборы, последние приказания Длинному, которому надо было успеть закончить допросы и казнить оставшихся виновных. При этом пожелания принца касательно казни были весьма поучительны для молодой троицы, которая теперь сопровождала его по возможности везде, где могла.
   - Длинный, долго не задерживайся здесь. Допроси до конца всех и быстренько развесь их по стенам. Я думаю, такие гирлянды на стенах этого замка будут хорошим примером для всех тех, кто пойдет против меня или моего отца. И постарайся сделать так, чтобы висели они красиво, все-таки заговорщики, а не воры какие-то. После этого часть своих людей отправь на вылавливание и возвращение в строй солдат, которые разбрелись кто куда после поражения армии. Пусть создают засады на ближайшем пути от столицы до свободных баронств. Я хочу, чтобы ни один солдат вражеской армии не добрался до дома, а если кто и доберется, то чтоб его всю жизнь бил озноб от ужаса при одном воспоминании об этом походе.
   Длинный ничего не сказал в ответ, только низко поклонился принцу, хотя до этого такой привычки за ним не водилось, и удалился. Троица, услышавшая этот приказ, при первом же удобном случае устроила яростное обсуждение.
   - Он что, еще не выиграв сражение, уже готовит ловушки?! - возмущался Дергес.
   - Он маньяк! Казни всех изменников, но зачем устраивать это представление с гирляндами мертвецов? - вторил ему Морт.
   В ответ на эти возмущенные реплики Черный лишь посмеивался. Он прекрасно понимал принца и точно знал, что слова его уже через час будут известны всем. Люди, конечно, какое-то время поспорят насчет необходимости ловушек (а как же иначе, ведь можно было бы пополнить армию дарийцев, чтобы увеличить шансы на то, чтобы разбить армию баронств), но скорее всего, придут к единому мнению, что принц принял это решение, потому что полностью уверен в своей победе, и количество сомневающихся именно в таком исходе предстоящей битвы убудет в разы.
   А про гирлянды мертвецов на стенах и спрашивать не нужно. Слухи о принце как раньше, так и сейчас ходили очень разные, один страшнее другого. Но все они сходились в главном - Дарий - маньяк, ужаснее которого еще поискать. А сейчас идет война, отец наделил его всеми полномочиями, так что он имеет полное право поступать так, как считает нужным. Если деморализовать противника перед битвой, дать ему понять, с кем он имеет дело, то и победа будет не за горами.
   Черный, задумываясь о приказах принца, несколько раз задавал себе другой вопрос - а как бы он сам поступил на его месте? И всегда приходил к одному и тому же ответу! Мстил бы до конца, и не менее жестоко, чем принц. Правда, в изобретательности и хитрости ему до Дария было очень далеко, но на то он и святой принц.
   Споры троицы о правоте поступков принца были вскоре прерваны подзатыльниками Громилы и персональным пинком Ветра зазевавшемуся Морту. Что самое удивительное, Черный ловил себя на мысли, что такое обращение к нему, лицу дворянского происхождения, его совершенно не коробит. Он прекрасно понимал, что в пинках и подзатыльниках учителей принца не было злости и ненависти, это было их проявлением любви учителя к ученику. Они просто не умели выражать свои эмоции иначе. Его друзья по несчастью, похоже, были того же мнения. Во всяком случае, он не заметил, чтобы их возмущенная реакция превратилась в злобу или черную ненависть.
   Морт просто с обожанием смотрел на Громилу, и тут Черный был готов согласиться с Ветром в его предположении о внебрачном сыне здоровяка. Уж слишком они были похожи. А Даргес вообще впал в ступор от изумления, когда Ветер, неожиданно и играючи, схватил его за ухо и со славами "а лентяи-Тени нам не нужны" отправил в объятия Морта, только что приземлившегося на задницу после его же пинка. Некоторое время после этого случая Даргес очень удивлялся и сокрушался о том, что его смог так нагло скрутить какой-то гвардеец. Но поговорив потом, во время похода к столице, с одним из Теней, на странно потерянный вид которого нельзя было не обратить внимания, он успокоился, потому что узнал, что с этим "отморозком" даже Тени не хотят связываться. Вот и думай, что за странно чудесные такие учителя у принца.
   Бешеная скачка, наконец, закончилась, и вот она столица. Час езды, не более.
   - И чего мы ждем? - вопрос Морта был обращен к его новым друзьям - Черному и Дергесу.
   Черный неподвижно лежал напротив него, расслабляя затекшие от длительного перехода ноги, и задумчиво смотрел на столицу. Дергес же живо повернулся и с возмущением ответил:
   - Если ты заметил, Морт, Дарий ничего не делает просто так. Если ждет, значит так надо. И не нам обсуждать его поступки.
   Морт лишь кивнул в ответ. Против таких пламенных речей и сказать-то нечего.
   - Да, Дарий очень не прост, - это уже присоединился к разговору Черный. - Когда я в первый раз его увидел в зале, был очень удивлен тому, как он выглядит. Более того, все мои представления о десятилетнем, вернее, уже скоро одиннадцатилетнем ребенке были сразу перечеркнуты, - Черный задумчиво почесал свою густую шевелюру, как бы вспоминая те события. - Дергес, ведь он же с тебя ростом, да и плечи, наверное, такой же ширины. А ведь ты его старше, как минимум, на три года.
   Дергес призадумался, сравнивая ширину своих плеч с принцем, и ответил:
   - На четыре, это как минимум.
   - Во-о-т! А как он двигается! Он даже чем-то похож на Тень. А ведь Громила утверждает, что их занятия продолжались лишь несколько месяцев. За это время научиться так ходить невозможно. Я прав, Дергес? - Черный посмотрел на приятеля, ожидая ответа.
   - Ты прав, Черный. Наверное, это у него от рождения. Да и ум его - тоже еще та загадка. Он привык просчитывать все на несколько ходов вперед. Ты заметил, что многие неожиданности, которые возникали во время нашего пути, его не удивляли? А там, где ему был нужен совет, он, абсолютно не стесняясь, его спрашивал. Но не у одного человека, а у нескольких, и только потом принимал решения. Правда, его кровожадность, а вернее будет сказать, его спокойное отношение к убийствам меня пугает. Ну, вот зачем он отправил Теней за одним удравшим во время привала солдатом, да еще и приказал обязательно его убить?
   - Ну, это просто! - Дергес и Черный удивленно уставились на сказавшего это Морта. - Ну что вы вылупились на меня? Что тут непонятного? Правильно он приказал. Этот предатель мог выдать и наши намерения, и даже нашу численность. А вдруг он что-то смог подслушать и при удобном случае расскажет об этом неприятелю? Как вы думаете, какая чаша весов перевесит, если на одну поставить его смерть, а на другую - нашу победу?
   Черный лишь крякнул от правоты Морта. Как он сам раньше до этого не додумался. Дергес встрепенулся и внимательно посмотрел в сторону костра, у которого расположились Дарий и его учителя. Но за туманом их было плохо видно, а уж расслышать, о чем они говорят было просто невозможно.
   - Я, кажется, знаю, чего мы ждем! Вернее, уже дождались, - Дергес кивнул на Дария и на двух Теней, которые внезапно появились из ниоткуда и уже оживленно ему что-то рассказывали.
   - Разведка вернулась. Как же я сразу не догадался, что влетать нахрапом в город просто глупо?! - с этими словами Морт спокойно уселся к костру.
   - И нам в голову это тоже не пришло, а вот принцу пришло. Вот и думай, Морт, то ли мы глупцы, то ли принц у нас - гений! - Дергес уставился на горящий перед ним костер.
   - Второй вариант для нас всех более предпочтителен. Я надеюсь, друзья, вы со мной согласитесь? - сказал с усмешкой Черный.
   Морт улыбнулся, хлопнул его по плечу и, растягивая слова от смеха, ответил:
   - Да-а-а, п-е-е-ервый в-а-а-ариант м-е-е-еня т-о-очно не устраивает.
   Теперь настало время засмеяться Черному и Дергесу.
  
   Принц уже доедал кашу с мясом, когда прибыли разведчики. Судя по их понурым лицам, в столице их ждут плохие новости. Кивнув им, чтобы присаживались, Дарий быстро доел кашу и приготовился слушать новости.
   - Мой принц, столица в полукольце. С нашей стороны их нет только потому, что их войско не подошло полностью, а по мере их прибытия, город будет заключен в осаду.
   - Сколько у нас времени? Когда прибудут все их силы?
   Тень задумалась.
   - Я думаю, мой принц, что не более шести часов. Но три часа есть железно. Войско баронов очень не дисциплинированно, а солдаты крайне самоуверенны, по их поведению можно с уверенностью сказать, что они расслабились и уже чувствуют себя победителями.
   Дарий задумался, потом посмотрел на Лиса и Ветра, которые с серьезными лицами сидели напротив и внимательно слушали доклад разведчика.
   - Ну, как думаете, сработает наш план?
   Лис переглянулся с Ветром, ища поддержки в его глазах.
   - Во-первых, это не наш план, а твой! Во-вторых, все, по-моему, придумано идеально. Главное, чтобы Тени нас не подвели.
   Тени обиженно и с презрением посмотрели на Лиса, а потом обратились к принцу.
   - Что нам делать, принц? Мы готовы выполнить все твои приказы. Судя по довольным лицам твоих учителей, тебя не сильно огорчили наши сведения?
   - Да, делов-то. Вам надо всего-то выкрасть императора и унести ноги подальше от разъяренных вашей наглостью баронов, - быстро и с ехидной ноткой в голосе сказал Ветер, а на лицах Теней моментально проявилось желание кое-кому дать по наглой морде, чего Ветер не ожидал и, на всякий случай, чуть-чуть попятился.
   - Успокойтесь, я сейчас все вам объясню. А ты, Ветер, раз такой наглый и смелый, и понесешь баронам ключи от города.
   Ветра эта реплика только обрадовала, а двое Теней явно впали в ступор, не понимая связи между ключами от города и похищением императора. А больше всего их поразило, что принц так легко и без боя отдаст баронам свою столицу.
  
   Пятеро старших баронов с самодовольными лицами сидели на походных креслах полукругом и обменивались ядовитыми репликами насчет ковыляющей к ним процессии из сдающегося города.
   - Интересно, за сколько минут они доползут до нас? Ставлю пять золотых, что им понадобится на это как минимум пятнадцать минут. Глава этого сброда явно или обосрался и боится расплескать содержимое своих штанов, или у него одна нога короче другой.
   Бароны с удовольствием заржали над глупой шуткой. Они уже двадцать минут наблюдали за этим маршем калек, и как не странно им уже начинало нравиться это долгое представление. Уже накануне вечером к ним был направлен представитель города, который подтвердил их надежды на добровольную сдачу столицы на милость победителям. Особенно им понравилась ночная демонстрация ключа города. Представители купечества предложили специально для этой церемонии сделать ключ города как можно более дорогим. Все прекрасно понимали, что это неприкрытая взятка с расчетом на будущее, но ключ был настолько богато украшен, что с этой взяткой все бароны сразу согласились. И вот оно, утро сдачи. Вышедшая из ворот яркая процессия под праздничные гимны начала медленно двигаться к победителям.
   - Бароны, а вам не кажется, что нам было бы лучше поближе расположиться к воротам? Эта процессия старых и жирных уродов, боюсь, доползет до нас лишь к обеду, и то, если нам повезет. Может просто послать представителя, пусть заберет ключ, и мы спокойно войдем в город?
   Речь одного из предводителей войска баронов была грубо прервана одним из рядом стоящих свободных рыцарей:
   - Да пошел этот ключ, куда подальше! Там в городе столько золота, что я себе этих ключей сделаю сотню!
   Резко рванувший вперед сказавший это всадник озадачил всех. А вот потом все поняли, какие они простофили. Всадник, подскакав к процессии, ловко схватил ключ с бархатной подушки и с криком "мне больше достанется" галопом понесся к открытым воротам столицы. Ровно пять секунд понадобилось солдатам баронов, чтобы понять, что кто-то может быть последним и остаться не у дел. Волна воинов рванула на перегонки за ним. К ним моментально присоединилась и часть старших баронов, которые тоже смекнули, чем все это закончится, если они останутся на своих местах.
   - Я даже не думал, что этих баранов будет так легко обмануть! - Дарий почему-то с грустью и сожалением смотрел на бегущую к ним толпу армии баронов.
   Лис внимательно высматривал готовых к бою воинов, но не находил ни одного из их. Толпа, она и есть толпа.
   - Мой принц, Ваш отец свободен! Самое смешное, что, похоже, в этой суматохе этого даже никто и не заметил! - Громила внимательно всматривался в лагерь баронов, и, судя по его вытянувшейся физиономии, его удивление явно зашкаливало.
   - Так не бывает! Не может этого быть! - Лис топнул ногой с досады, что все идет так гладко, и ему не удастся показать этим предателям, как надо воевать. - Если все пройдет без проблем, то я женюсь!
   Громила оторвался от наблюдения, не поверив своим ушам, вдумался в слова Лиса, и сел от неожиданности на заднее место.
   - А на ком? - вопрос не менее удивленного принца тут же поддержал Громила своим истерическим киванием. Дарий даже испугался, что у Громилы оторвется голова. Молодая троица сопровождения принца безумно смотрела на этот цирк, забыв о баронских войсках. Они нутром чувствовали, что разворачивающаяся здесь история гораздо интереснее, чем уже мертвая армия баронов. Тут внимание всех отвлек громкий грохот внизу. Открытые ворота города то ли по случайности, то ли по умыслу кого-то из Теней рухнули на напирающую толпу баронской армии.
   - А ведь их это не остановило! - Лис, забыв, что пару минут назад своим заявлением просто вывел из строя принца и некоторых из тех, кто его слышал, увлеченно смотрел вниз и, похоже, пытался сосчитать, сколько человек погибло под воротами. Заметив эти подсчеты, Черный решил ему помочь.
   - Лис, надо просто посчитать квадратуру ворот и среднее количество людей на квадратный метр, а потом...
   Выступление Черного было грубо прервано подзатыльником Громилы.
   - Выпендриваться будешь перед девушками! А теперь просто скажи, сколько у тебя получилось.
   Черный, почесывая след от подзатыльника, на несколько секунд призадумался, а потом, сам не веря в получившийся результат, удивленно произнес, как бы ища поддержки своим словам:
   - Если я не ошибся в расчетах, то получается, что под воротами погибло около ста пятидесяти человек. Если это сделано кем-то специально, то ему положена награда.
   Сказав это, он восхищенно обвел глазами место перед воротами, где толпа вояк уже заметно уменьшилась. То ли часть из них ломанулась другим путем, то ли скорость ослепленных жаждой наживы бандитов явно была выше его разумения.
   - Не награду этот герой получит, а таких пистонов, что на всю жизнь запомнит, - Лис горестно вздохнул и уставился на опрокинутые ворота.
   - Это почему? - Черный удивленно во все свои небесно голубые глазасмотрел на Лиса.
   Лис резко повернулся к Черному и со злостью ответил:
   - Это были любимые ворота императора! А главное, ты не представляешь, сколько они стоят, и как трудно было их повесить на место.
   Черный, внимательно выслушал учителя, но не смог, как не пытался, понять его доводов.
   - А разве "все ради победы" - это плохой клич!? - Громила подошел к Черному и приобнял его.
   - А вот ты и спроси об этом у нашего принца. Он часто такие умные вещи говорит, что даже завидки берут.
   Все повернулись к Дарию, которому пришлось оторваться от наблюдения бойни в столице, чего ему делать очень не хотелось, ведь Тени и гвардейцы устроили настоящие кровавые ловушки по всему городу, и численность войска неприятеля очень быстро уменьшалась. Победа была уже близко, и ему не хотелось упустить ни одной детали происходящего, а уж тем более он должен был все держать под контролем. Но все ждали его ответа, и он не мог проигнорировать заданного вопроса. Принц медленно посмотрел в глаза каждому из присутствующих при этом разговоре и тихо произнес:
   - Даргес, ты готов был погибнуть ради нашей сегодняшней победы?
   Виконт, который до этого момента молчал, не принимая участия в беседе, не задумываясь, ответил:
   - Да, мой принц!
   Принц печально улыбнулся и продолжил:
   - А готов бы ты был наслаждаться этой победой, если бы знал наверняка, что твои близкие погибнут, а ты единственный останешься в живых?!
   Даргес задумался над вопросом принца, на нескольких секунд он опустил голову, а затем ответил чуть сиплым голосом:
   - Мне такая победа не нужна, мой принц.
   Принц снова повернул голову в сторону города и присмотрелся, чуть прищурил глаза, видимо, чтобы получше что-то разглядеть, а может, просто собирался с мыслями. Спустя некоторое время он все с той же грустью в голосе сказал:
   - "Все ради победы!" - клич или идиотов, или фанатиков. Что, впрочем, практически одно и то же. Наш клич куда проще, но надеюсь он и более правильный.
   Все заинтересованно прислушались к словам принца. А он уже спокойным и уверенным голосом громко сказал:
   - За то, чтобы мы жили гораздо дольше, чем наши враги!
  
  
   Пятеро старших баронов сидели за старинным полукруглым столом в большом светлом зале. Зал украшало множество изящных фресок с милой глазу позолотой. Зал не был большим, но был очень уютным. Его явно создавали не для торжественных и официальных приемов случайных людей, а для приятного и благообразного времяпровождения за приятной беседой с друзьями и единомышленниками.
   Не лишним будет сказать, что замок барона Торега, в котором и проходила встреча, явно выбивался по своему стилю и отсутствию чрезмерной роскоши из целого ряда дворцов, которые в своих владениях строились его друзьями и их предками и были образцом безвкусной яркости и помпезности. Сам барон тоже заметно выделялся на фоне остальных. Он являлся одним из сильнейших, влиятельнейших и богатейших людей, а главное, в чем все сходились во мнениях, это то, что барон Торег был очень умен. И не смотря на его преклонный возраст, его мнение принималось многими как аксиома.
   Перед баронами на стуле прекрасной отделки сидел весьма изящно одетый молодой человек. Его одежда выдавала в нем дворянина, и, похоже было, что весьма не бедного. О его высоком положении говорила даже не его одежда, а то, что он мог себе позволить сидеть перед старшими баронами. Бокал вина в его руке, который он изредка подносил к губам, чтобы сделать очередной глоток, только подтверждало это.
   - Корис, расскажи нам свою версию этого бездарного поражения. Особенно нас интересуют последствия и твои выводы,- барон Торег поерзал в своем кресле и продолжил.- Я думаю тебе не надо напоминать, что мы хотим узнать от тебя только правду. Хватит с нас той лжи, которую мы слышим из уст выживших последние три дня.
   Корис пристально посмотрел на баронов, пригубил вино и, задумавшись на пару секунд, начал свой рассказ:
   - Бароны, я думаю, что вы в курсе, что битва, благодаря предательству и бездарности военной аристократии империи, хоть и с трудом, но была нами выиграна. Моя тайная служба успешно подготовила почву для этой битвы, нам даже удалось захватить императора живым. Оставался только марш-бросок до столицы, а там нашим десяти тысячам солдат и еще примерно трем тысячам заговорщиков во главе с герцогом Коштой никто уже не смог бы противостоять, - Корис выпил оставшееся вино одним залпом и поморщился, как будто вспомнил о чем-то неприятном.
   - Но вмешался этот глупый ребенок! - крик одного из баронов заставил Кориса еще сильнее поморщиться.
   - Ребенком принца Дария можно, конечно, было бы назвать, но с большими оговорками. Уж скорее, он подросток, - Корис обвел всех баронов тяжелым взглядом. - А вот глупым я его точно не назову. Все слухи, которые доходили до нас до этого, мы делили как минимум на два, а то и более. А нужно было умножать. Мы его очень недооценили.
   Барон Торег обвел глазами всех притихших баронов и медленно повернулся к Корису:
&