Алифанов Олег Вл.: другие произведения.

Братья Александр и Николай Первые

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Аудиокниги БОРИСА КРИГЕРА
Peклaмa
 Ваша оценка:

  На самом деле братьев Первых было трое: Александр, Константин и Николай. Все трое в разное время были императорами. Константину не повезло. Он оказался в середине. Ему сделали "коробочку".
  
  Я хочу показать, как и почему два брата устранили третьего. Но сама фигура Константина интересна лишь в незначительной степени - устранили, так устранили, не он первый, не он и последний, хотя он успел побыть К. Первым. Интересны обстоятельства, которые породило это устранение: как внешние, так и сгенерированные самими двумя крайними братьями.
  
  Историки нередко (да всегда) делят общее время Первых на два: александровское и николаевское. Самый общий и самый же подробный анализ дает возгонку к единственной первопричине: судьбе Пушкина. Александр Александра "посадил", а Николай мгновенно возвысил.
  
  Эта наше-всё-аберрация (подспудно) способствовала тому, что некоторые ключевые события эпохи правления Первых интерпретируются крайне неполно и противоречиво. А генеральной ошибкой является рассмотрение "эпох" Александра и Николая раздельно. На самом деле, николаевская политика это прямое продолжение дела Александра при прямом (на ранней стадии) его участии.
  
  Вот эти события. Ко всем пунктам надо добавлять слово "странный" или "неожиданный", историки и добавляют; еще любят слово "загадочный". Я покажу, что при нормальной логике и одном-единственном допущении все странности исчезают.
  
  • Поворот Александра - от либерализма к консерватизму.
  • Отстранение Сперанского.
  • Русско-французский союз.
  • Замирение с Турцией в 1812 году.
  • Парадоксы Священного Союза: союз монархов против права на самоопределение наций.
  • Борьба с К. по вопросам прирезки земель к Польше и польской автономии.
  • Роспуск Библейского Общества, уничтожение перевода Библии на русский язык.
  • Гласный указ о запрете тайных обществ.
  • Роль России в доктрине Монро.
  • Уход Александра от власти ("легенда о Феодоре Козьмиче").
  • Переворот 1825 ("восстание декабристов")
  • Быстрые войны в Персии и Турции
  • Укрепление России в Восточном Средиземноморье, союз с Турцией.
  • Национализация администрации Николаем и построение национального государства.
  
  Начну с главного: с вывода, а потом перейду к предпосылкам и доказательствам. Этот вывод единственный не может быть строго доказан на основе документов (их просто не может существовать, так что и искать нечего), но увязывает все прочие факты, развязывая "странные" узлы. Итак. Александр договорился с Николаем через голову цесаревича Константина о передаче власти Николаю. Это прямо нарушало закон о престолонаследии, но именно в такой форме было необходимо Александру для фиксации достигнутых результатов и освобождения Николая от всех неписанных обязательств, данных Александром и которые обязан был бы исполнить законный наследник престола (любой). После "смерти" Александра был разыгран государственный переворот (отстранение Константина), развязавший Николаю руки, а Александр еще некоторое время осуществлял кураторство своих проектов и помогал неопытному Николаю, которого слишком мало готовили к управлению государством в целом.
  
  Сразу скажу, что за всеми событиями стоит борьба между Британией и Россией. После низложения Франции с места мирового лидера, она откатилась в ряд примерно равных держав (сначала на 2, а после на 3 - 5 места), к Пруссии и Австрии. Россия к Венскому конгрессу вышла на твердое второе место (никогда до и никогда после) с большим отрывом от 3 и с ощутимым от 1.
  
  Чуть назад. В 1776 году французское королевство спровоцировало американский мятеж, поддержав сепаратистов флотом и армией (военных "советников") и добилось выгодного для себя Парижского мира (там было несколько договоров, например, между Британией и Францией). Дееспособный тогда еще Георг III отправил на саммит к Бенджамину Франклину, изобретателю железного штыря его друга, такого же ученого масона, изобретателя железного занавеса, прославившегося поджогом королевской семьи (якобы он пригласил их в специальный дом и поджег его, но изобретенные им перегородки спасли августейших особ). Французы ликовали недолго. Месть осуществилась во время ВФР, одной из причин начала которой историки остроумно стали называть финансовый кризис, якобы порожденный долгами от войны в Америке (что чушь, ибо финансовый кризис сам по себе никогда не ведет к революции). ВФР - это, на самом деле, череда перетекающих друг в друга переворотов, одним из которых был якобинский террористический. Якобинцы - прямые агенты Британии, без стеснения финансировавшиеся с острова - французскую королевскую семью казнили. Такой английский юмор: подожгли - но не спасли ("помни о Гартли!")
  
  В России Екатерина в той или иной степени купировала английское влияние и, воспользовавшись падением Франции, усилила влияние России, но лишь в той степени, чтобы Россия стала рассматриваться в числе одной из великих держав. Признание это произошло во время неформального турне Екатерины и императора Иосифа II в недавно присоединенную Тавриду.
  
  Конечно, убить монарха было недостаточно, следовало уничтожить интеллектуальный правящий слой, с чем якобинцы справились блестяще. Поняв, насколько эффективнее падение чужого государства, чем рост своего, Британия пожелала распространить опыт разрушения государственного механизма и на прочих конкурентов. Вскоре при явной поддержке Англии был убит Павел (из династии Первых). Операция прошла настолько успешно, что у всего мира возникло мнение, что наследник Александр в нем участвовал.
  
  Казалось бы, метод найден (его нашли французы) и прекрасно себя показал. Он опирался на существующий механизм масонских лож. В отсутствии конкуренции "Великого Востока" англичане его модифицировали в сторону удешевления. Но Александр этому методу воспротивился и изобрел противоядие, реализованное им на пару с Николаем, это - национальная администрация.
  
  Никаким либералом и мегареформатором Александр не был. Никакие крупные реформы, например, земельная, были невозможны из-за общего невысокого культурного уровня - всех сословий. Александр содержал "негласный комитет" в декоративных и декларативных целях. Даже само название Комитета было декоративным: "негласный", а все знали. Занимался он совершенно разнородной чепухой, уровень был юношеский. Он состоял из противоречивых персонажей (подробнее о них дальше). Комитет был необходим молодому Александру для демонстрации возможности конституционализации России и пропаганды лично себя в различных группировках, откуда проистекали комитетчики. Это был вдобавок явный кивок в сторону Англии после ВФР, точнее, после спровоцированного и оплаченного Британией якобинского переворота. Александр говорил (как бы негласно, но так, чтобы все знали): вот завтра конституция, а потом, глядишь, парламент, а потом устану, совсем уйду - кто хочешь заходи, что хочешь бери. Но... надо только чуть подождать, вот, целый комитет работает. Развил такую бурную пропаганду либерализма, что ввел в заблуждение не англичан даже - историков! После прихода к власти он был (обязан был быть) каждой бочке затычка. "Пишете конституцию? И я с вами!" "Богу молитесь? И я буду!" "Цареубийство готовите? И я тоже хочу!" Разумеется, это было византийство, имитация, хождение галсами. На самом деле никто в России, включая Петра (из той же династии Первых) не был столь абсолютным правителем, как Александр. Часто приходится читать о монархах: "такой-то сделал то-то" и при этом понимать, что высказывание о личном участии сильно преувеличено, правильнее читать: "при правлении такого-то было сделано..." Но в случае Александра можно смело говорить о его личной воле и личном же интересе: во-первых, чтобы не убили, во-вторых... достаточно "во-первых". Но в данном случае "не достаточно": во-вторых, вывести свою державу в мировые лидеры. "При мне как при бабушке". Либеральный - но слегка, в бабушку. Отличие от бабушки было одно, но принципиальное. У бабушки свое царство появилось с присоединением восточных и южных земель, а до этого она была узурпаторшей земель чужих. Александр был царем законным. Разумеется, ограничители степеней свободы при этом никуда не деваются, и власть царя всегда ограничена цареубийством. Не случайно он вел дела лично, особенно дела внешней политики. В числе главных дипломатов своего времени (Меттерних, Талейран) он не стоит только потому, что неудобно: царь. Россию на второе место - ценой минимально возможных жертв и потрясений - вывел лично сам. Даже в Париж был внесен на плечах союзников.
  
  Помимо цареубийства ограничителем Александра было время: первые 15 лет человек действовал в условиях жесткого цейтнота европейских метаний. Предпринимать стратегические проекты он практически не мог. Стратегия началась в Вене.
  
  В начале его правления Россия находилась в двусмысленном положении: культурно французская (соотношение английского и французского у Пушкина 1:3), в торговле она была привязана к Британии (торговое сальдо с Францией было всегда отрицательным). Это порождало множество дипломатических комбинаций как со знаком плюс, так и минус. Внутри страны было то же самое: сильная английская партия экспортеров противостояла условной партии импортеров (Румянцев и пр.) Этот когнитивный диссонанс Александр разруливал вручную, зато научился сам выстраивать неразрешимые противоречия для других.
  
  Не Александр, а Павел затеял Большую Игру, но, взявшись за дело слишком ретиво, быстро проиграл. Начал атаку по флангам (не только индийский поход, главное - Средиземноморье и - Мальта) и пропустил хук табакеркой. Александр перевел бокс во французские шахматы, причем благодаря личному дипломатическому гению умел делать два хода за один противников. В обеспечение лишних ходов выдавал дипломатические же векселя, которые никогда не оплачивал. Примером является блестяще проведенное "дело Греции".
  
  Что касается Большой Игры, то агрессором выступала именно Россия, как страна более молодая и атакующая мир. Штука в том, что Англия сама была лишь немного старше и тоже еще атаковала мир (если бы она была столь же старой, как и Рим, к которому она себя усиленно притягивает, то, скорее всего, ее бы уже просто не было: с тех времен государств не сохранилось, не осталось и культур, разве что "Возрожденные", то есть привитые к сухому древу).
  
  Никаких, конечно, всамделишных тайных обществ в России не было (их нигде не было, т. к. организовывались они сверху). Не случайно на ор недалекого Фотия "в твоих университетах все готово для революции" Голицын визжал: "что я могу поделать, царь сам того хотел!" Оба находились в когнитивном диссонансе и ничего не понимали. А понимать было нечего: Александр делал противоположные вещи умышленно: занять беготней всех - и революционеров и консерваторов - держи друзей близко, а врагов еще ближе. И все видели в нем верного сподвижника: Фотий, Голицын, Аракчеев, Сперанский... Все тайные общества полностью контролировались Александром, более того, он сам их и создавал, утилизируя протестных дураков, сидевших на своих имениях только благодаря самодержавию и не понимавших, что пилят сук, на котором сидят (1917 год это показал, когда с сука титулованные суки и посыпались).
  
  Среди "декабристов" было немало тех, кто не только не потерял в положении, но и продвинулся, даже после осуждения. Основатель "Союза Благоденствия" Александр Муравьев уже в 1828 был назначен городничим в Иркутске, в 1831 получил статского советника, дальше шел по нарастающей. Лев Витгенштейн, например, гонял между Северным и Южным Обществами, был близким "соратником" Пестеля... Стал соратником Николая. Основатель двух тайных обществ Михаил Орлов совершенно избежал наказания. Кто же были все эти счастливчики? Родственники высокопоставленных особ? (За них, рассказывают, заступились. Так все были родственники и за всех заступались!) Стукачи? Можно сказать и так. Если не знать, что они - кадровики. Сами организовали таинников, набрали неблагонадежных военных, отклассифицировали не спеша, по одиннадцати разрядам: этот висельник, тот случайный дурак... Провели чистку офицеров через военные ложи. Вот, взять зиц-диктатора Трубецкого. Он о многом догадался, на провокацию не поддался, на площадь не вышел. Искали - не нашли. А нашли - отправили на каторгу. В данном случае били не по роже (кто вышел), а по паспорту (по спискам, выписанным Витгенштейнами)[1] . А Шервуд... Ну, что Шервуд. Пропаганда сделала его суетливой витриной стукачества - типа, карьеры ради. Зачем выпячивать солидных подданных? Выбор англичанина был не случайным, это остроумный ответ Александра на английский юмор. В действительности, Шервуд был мелким соглядатаем (от английских лож) за делами русских английских лож. Никого он не сдавал (все были сданы сразу, в момент приема). Но к нему пришли, крепко пожали руку, поблагодарили, напялили клоунский колпак "Верный". Вот он, смотрите, это англичанин всех вас сдал! Дабы не затрагивать истинных котоводов. (За год до инициации Шервуда на Веронском конгрессе Александр выпихнул в центр "раскаявшегося" масона: "колись, идиот".) [2] Формально было следствие, якобы декабристы сдавали подельников, якобы по их признаниям брали остальных. Но это чепуха. Брали не всех. Грибоедова, например, взяли-отдали. (На него дали показания "всего-то" четверо.) Но Николай убивал двух зайцев (даже пять) в соответствии с железной логикой Александра: получил повод по своему выбору удалить неблагонадежных и отобрать благонадежных для создания национальной администрации национального государства. Для следствия была избрана формула: не искать виновных, но дать каждому возможность оправдаться. А что это значило? Не искать, потому что все козлища и агнцы заранее отсеялись - сами. Да и по каким критериям искать, что ставить в вину? Поставить восстание на Сенатской - нельзя тронуть остальных, поставить в вину участие в тайном обществе - надо сажать вообще всех подряд. Значило это, что главный следователь Николай сам решает, кто оправдался, а кто нет. Списки, кто сумеет оправдаться, а кто нет, на 90% были изготовлены загодя, еще Александром. То, что это именно так, говорит срок расследования по делу тайных обществ - всего полгода. Разве можно за полгода лично царю расследовать крупнейшее дело, будь оно в самом деле тайным? Аберрация опять-таки отсылает к магии Пушкина, его фразе, что, мол, все знали, кроме правительства. На самом деле, и это хорошо известно, Николая на следствии интересовали связи русских агентов с иностранными, точнее, не само наличие связей (это ясно), а понимание "декабристами" на кого они на самом деле работали. Если человек о ниточках не догадывался, репрессии не применялись или применялись в минимальной степени.
  
  СКОЛЬКО РАЗ ОТРЕКАЛСЯ КОНСТАНТИН
  
  Вот как обычно описывается последовательность событий.
  
  "14 января 1822 г. Константин направляет Императору письмо с просьбой передать право престолонаследия брату Николаю. "Тому, кому оно принадлежит после меня", - не называя имен, пишет Константин. По свидетельствам самого цесаревича, письмо было написано по просьбе Александра I вследствие "изустных предложений" самого Константина - так готовилась юридическая почва для отречения. Ответным письмом (Константин именует его рескриптом) от 2 февраля 1822 г. Александр дозволяет Константину следовать его "непоколебимому решению". Казалось бы, вопрос исчерпан, и остается только довести принятое решение до всеобщего сведения. Однако Александр I повелевает Константину хранить рескрипт в тайне вплоть до кончины самого императора. Только 16 августа 1823 г. утверждается Манифест, возвещающий об отречении Константина, в котором, во-первых, обосновывается собственно право на отречение, а, во-вторых, наследником престола объявляется великий князь Николай Павлович. Но, вместо того чтобы опубликовать Манифест, Александр, не сообщая о его составлении ни Константину, ни Николаю, в условиях строжайшей секретности запечатывает четыре экземпляра Манифеста и повелевает хранить запечатанные пакеты в Московском Успенском Соборе, Синоде, Государственном совете и Сенате до своего востребования или до кончины".
  
  Главный вопрос: если двое Первых все знали, то почему держали это втайне от главного выгодоприобретателя?? По стандартной модели карточным "болваном" становится Николай. При этом, прямо как в преферансном фольклоре, "болван" выиграл.
  
  Стандартная модель вдобавок не объясняет мотивов отречения Константина. Говорится о страхе покушения, о невозможности передать власть наследнику от брака с Грудзинской и пр. Первый аргумент нелеп: К. сам фактически возглавлял действительно радикальную и головорезную польскую секцию тайного общества (хотя говорить о едином тайном обществе вообще нет оснований). И в 1830 они себя проявили во всей красе - куда там декоративным мятежникам с Сенатской. Второй аргумент совсем плох: самодержец мог попросту изменить закон о престолонаследии. Если уж на троне была совсем незаконная Екатерина (да обе, впрочем), то уж наследник законного императора мог быть узаконен простым рескриптом.
  
  А правда в том, что он имел тайный торг с Александром. Константин давно требовал приращения польских земель и автономии, в качестве предела - вассальной независимости. Александр много раз обещал, но откладывал, ссылаясь на разного рода препоны и даже опасности. В 1823 устная договоренность была, очевидно, достигнута. В обмен на письменную просьбу об отречении в пользу Н (К не знал, что А планирует вскоре "умереть"), который был сильно младше погодков А и К и по возрасту вполне мог вступить на царство после смерти А полным сил (К, если был бы жив, был бы, вероятно, староват). То есть К в результате махинации планировал получить от брата европейски крупное почти полноценное царство, да его и готовили к трону в вассальном Константинополе. Сделка казалась супервыгодной: призрачный трон империи в обмен на реальную власть (де-факто и так была) и место в ряду европейских монархов (де-факто не было). Терзали ли А муки совести по отношению к К? Нет, ведь он сам в пользу Н не просто отрекался - "умирал".
  
  Версия, что Александр имел сговор с Николаем в обход Константина, вероятна более чем стандартная модель, согласно которой Александр имел сговор с Константином за спиной Николая. С точки зрения здравого смысла первая версия лучше: держать в неведении нужно не наследника престола, а того, кого престола безвозмездно лишают. В действительности, знали все трое, но Константин (вроде бы) не знал об осведомленности Николая (хотя, вроде бы, догадывался). Не знал он только о сценарии необходимости государственного переворота или его недвусмысленной демонстрации. Вероятно, в последний момент догадался и об этом - и наотрез отказался ехать в Петербург, угрожая в случае, если Николай будет настаивать, вообще бежать в Европу. Он имел все основания полагать, что Николай его и в самом деле свергнет - в том числе и в Польше. Тогда и возникла мысль организовать выступление константиновцев. Еще один "болван" был под рукой - ненавистный бонвиван Милорадович. Убедившись, что дело сделано, Николай за несколько часов до выступления войск совершает тихий переворот - принимает присягу себе, фактически ночью. О присяге, таким образом, почти никто знать не может, и громкий переворот выглядит настоящим. (На самом деле часть "декабристов" получила сведения о переприсяге, - но тем более их проконстантиновское выступление выглядело логичным.) При этом ситуация для внешнего наблюдателя запутывалась до предела, интерпретировать ее стало возможным как угодно, что дало Николаю небывалую свободу маневра, которую он впоследствии изящно использует для формирования своей официальной исторической версии. И распутать ее правильно невозможно, если не знать, что Александр свою смерть инсценировал, и власть оставил только когда убедился в дееспособности Николая.
  
  Николай отказал брату по всем пунктам, когда тот явился на коронацию в Москву спустя полгода. Сразу после торжеств Константин бросил: "я был на собственных похоронах" и ретировался в Варшаву.
  
  ДЕКАБРЬСКОЕ "ВОССТАНИЕ"
  
  Вообще, выступлению на Сенатской площади придается чрезмерно большое значение, меж тем, как это событие техническое, искусственное, театральное, и поэтому содержит множество "подножек". При этом, поскольку никогда не бывает, как спланировано, в процессе произошли сбои, что дало дополнительный слой запутанности. А рассматривать его нужно понимая, что Николай спровоцировал его с целью демонстрации, - но демонстрации не мятежа константиновцев, а своего силового путча. То есть он хотел, чтобы все увидели, как он свергает законного царя. На площади это видно лучше, чем на бумаге. При этом у него имеется на руках документ о его собственной законности. Наличие которого можно было бы объяснить, например, подлогом. Если бы дело ограничилось переприсягой Сената и полков, то у иностранных наблюдателей чего доброго возникла бы иллюзия передачи власти, а не ее захвата. С последующими требованиями по неформальным "кредитам", выданным Александру. Многое пошло не так. Главное - расстрел жителей, погибло около тысячи человек. Зато после никому не пришло в голову заявиться во дворец и потребовать исполнения старых "договоренностей": человек родного брата сверг, не пощадил женщин и детей. Ясно, что "долгов" не вернет. Да и не знает про них. (Так, конечно, никто не думал, комбинацию сосчитали "на раз", но сделать ничего не могли.)
  
  Получает объяснение нелепость с четырьмя александровскими письмами. А то как так: Александр (здоровый, как его собственный конь) пишет тайное завещание, в котором делает наследником престола Николая - а тот НЕ ЗНАЕТ, что править ему!! Нелепость не объясняется историками - никак. А дело ясное. С одной стороны, есть бумага, то есть Николай легитимен (это для своих, доморощенных сенатских; а иностранцы имеют право думать, что подлог), с другой показывает: "наследник" что так, что эдак ничего не знал, к власти не готовился, обязательств не имеет.
  
  Нигде и никем достоверно не описан механизм происхождения в России александровских "тайных" обществ. Считается, что военные ложи организовывались спонтанно. Вернулись два офицера из Европы, поахали, как там славно, рассказали третьему. И пошло-поехало. В итоге собралось несколько тысяч человек. Армия. А царь-дурак и не знал. А все знали. А он хлопал ушами, прямо не Благословенный, а какой-то Блаженный. А Константин подозревал и боялся: "Не желаю царствовать, убьют, как папашу". Такие вот малохольные цари: Александр (как бы Македонский) и Константин (с понтом, Великий). А Николай и Михаил вообще не цари: ничего-ничего не знали и полезли сдуру на рожон: "Самое странное, что нас в заварушке не убили". А кого боялись Н. и М.? В Петербурге ложа была крайне умеренной. Еще более странно, кого опасался К., сам возглавлявший польских радикалов. Некоторым историком приходится доказывать, что Александр о тайных обществах - знал. Доказывать то, что является самоочевидным; в доказательствах как раз нуждается противная версия.
  
  В общем, так не бывает. А бывает так: когда нужно утилизировать умы (не очень умные, в основном, хандра и сплин), им заботливо создают клубы по интересам. В том числе клубы радикальные. Говорильни. Все - созданы сверху. Примеров таких клубов множество: Английский клуб в Москве (в Петербурге тоже был), "Арзамас", "Зеленая лампа"... ну и туда же "Союз Благоденствия", почему же нет? В нем выделили секту цареубийц. А почему нет? Все убийцы будут под приглядом. Удобно. Каховский вот, собирался убить Николая. А "убил" почему-то Милорадовича, врага Николая. Вот ведь как бывает. Потом подмели и его, как, разумеется, убийцу героя войны. А на самом деле, как цареубийцу (остальных четверых повешенных тоже обвинили в подготовке цареубийства, только как заказчиков, а Каховский исполнитель). Милорадович был хам, мот, грубый карьерист и закоренелый константиновец, К. продвинул его на пост генерал-губернатора Петербурга. Ему приписывают фразу, типа, у кого 60000 штыков, тот и решает, кто царь. (Это верно, но кто решает тебя самого?) Он был богат, содержал гарем балерин Александринки, одна покончила с собой, когда он на нее наорал, лоббируя (во всех смыслах) другую. Но, если такой богатый, почему такой глупый? Николай предложил ему доказать теорему: 60 тыс. штыков - дура, а 1 (одна) пуля - молодец. Генерал не справился. Александр его терпеть не мог, но терпел в рамках торга с Константином, Николай просто ненавидел.
  
  Меж тем, механизм создания екатерининских "тайных" обществ известен, там шныряют Шварцы, приезжавшие из-за границы и туда же уезжавшие. Ставившие дело Шотландского устава. Происхождения люди были самого неизвестного. То есть тщательно скрытого. Поняв, с кем она имеет дело на самом деле (Екатерина вообще хорошо разбиралась в настоящем устройстве мира), императрица общества запретила. Указ был негласным. Аналогично Екатерине рассматривал деятельность тайных обществ Иосиф II. Как только он убедился, что за масонами скрываются не просветители, а обыкновенные иностранные (в основном, французские) агенты влияния, исповедавшие банальный сепаратизм, он сразу подверг их запрету. Вот несколько фигур. Например, Карл Фридрих Бардт вступил в одну из лондонских лож в 1777, получил там "лицензию" на создание "Немецкого Союза", то есть перенес деятельность в Германию уже в 1788. А получивший от "Союза" эстафетный мастерок Игнатий Фесслер был принят сначала в английскую ложу "Феникс" (1783), перешел (1786) в английскую берлинскую ложу "Royal-York". Прибыл в Россию в длительную командировку уже во времена Александра. Или совсем хорошо известный Госснер. Христианин общего плана. Был католиком, перешел в протестантизм, работал в православной России, возглавлял систему миссий в Индии, сотрудничая с англиканами (англичанами). "Экуменист". (Экуменистов придумали в Англии.)
  
  А кто же эти великие и ужасные александровские заговорщики, ниспровергатели, цареубийцы? Вывели войска и - стояли. Чего ждали? "Диктатор" не явился. Командующий московским полком (Якубович) заявил о головной боли и ушел к Николаю. И т. д. Вот уж в самом деле не ужас, а ужас-ужас-ужас. В итоге ясно, что изначально ничего, кроме говорильни и не было. А со свободой слова (в закрытых помещениях) с екатерининских времен было все в порядке. Она не просто это дозволяла - культивировала. Писала в журналы. Новиков ей прозрачно и грубо отвечал. А она - ничего. Посадили Николая Ивановича не за слова, а за подозрение в попытке дела - связался с Брауншвейгским домом. Связался так, слегка, какой из него заговорщик? Но и намека на дело (покушения на власть) хватило для приговора. То есть в России так: болтай, что хочешь, а делать не вздумай.
  
  А чего ждали войска на Сенатской совершенно ясно. Им приказали просто выйти, как и офицерам. Выйти - и ждать. Ничего не делать. Стояли долго. Николаю нужно было, чтобы как можно больше людей, включая послов, зафиксировали "мятеж". Его, николаевский переворот. В переговоры с ними не вступали, это было лишнее, а то, чего доброго, разойдутся.
  
  Надо ли говорить, что перевороты и революции так не делаются. Офицерам ли русской армии в век переворотов не знать, как делались перевороты. Да и сами они, вроде бы, готовились к более решительным действиям, вплоть до истребления всей августейшей семьи и ареста высших сановников; захвату учреждений (в самом деле, не стоять же солдатам все дни в каре на открытом воздухе зимой, пока идет революция - надо бы захватить пару учреждений, хотя бы погреться). Но - ничего даже отдаленно напоминающего захват власти нет. Это не значит, что заговорщики растерялись, это значит, что никакого всамделешнего заговора не было, провокаторы сработали четко, в нужный момент саботировали восстание. (На самом деле никакого восстания не было возможно в принципе, - что это за революционная организация из тысяч офицеров? Ну 50, ну 100. 200 - уже передавят друг друга.) О степени готовности говорит один факт. Восстание Черниговского полка началось с того, что несколько офицеров освободили Муравьева-Апостола. При этом командиру полка Гебену нанесли аж 14 штыковых ранений... оказавшихся неопасными. От распоясавшейся офицерни полковника спас... солдатик (историки даже ФИО называют). Они же говорят, что "декабристы" готовились царя убить, ВСЮ фамилию. Это как? С такими-то кадрами?? Ощущение клоунады от событий декабря 1825 не оставляет исследователя. Нормальный же историк поймет, что как раз такие кадры никчемных никудышников набирали именно сверху - чтобы все дело развалилось само на любом уровне управления (если главные кукольники вдруг окажутся в отъезде). И сравните-ка с 1801: люди пошли на дело - и дело сделали. Не 14 театральных тычков штычком. Забили царя ногами. Задушили. Проломили череп. То есть с гарантией. В собственном доме-крепости. Точка. Но это когда всерьез. А когда театр, то суфлер и провокатор Якубович (по "плану" он ни много ни мало должен был захватить Зимний дворец), перебежав к своему царю, снова идет к "восставшим" и упрашивает постоять(!) еще: "держитесь, вас отчаянно боятся". А как можно бояться горстку со всех сторон окруженных, дезориентированных и дезорганизованных солдат? Это суметь нужно.
  
  Считается, например, что Волконский оговорил 22 человека, непричастных к тайному обществу. А в чем смысл Волконскому оговаривать? Его что, били? Ему что, назвать было некого? Нет, он сказал, что знал, просто эти 22 человека не нужно было наказывать, Николай признал их оправдавшимися. Вообще, Николай, вслед за Александром радикальных решений не принимал: все было взвешено и продумано. Когда после ревизии Магницкий насчитал в Казанском университете стопятьсот нарушений и подал бумагу с рекомендацией университет закрыть, Александр наложил резолюцию: "Зачем закрыть, лучше исправить". Ректором назначили Лобачевского. А ведь в докладе прямо говорилось о революционной ситуации.
  
  Наказание большинству "декабристов" было умеренным, Николай понимал, что людей подставил он сам. Люди были не идеальными, и в принципе заслужили доброй порки, но сами на переворот не пошли бы. Да и не пошли.
  
  А сколько, кстати, всего было "декабристов"? Не подвергнутых суду, а - вообще?
  
  ПЕРЕСМЕНОК
  
  Вот типовой слепок Междуцарствия:
  
  "19 ноября 1825 г., находясь в Таганроге, Александр I умирает. Рапорты о кончине государя направляются в Санкт-Петербург и в Варшаву, где пребывает Константин. Лица, находившиеся с императором, ничего не зная о секретных пакетах, первыми присягают Константину. 25 ноября цесаревич получает сообщения из Таганрога и уже на следующий день отправляет письма на имя императора Николая Павловича и матери императрицы Марии Федоровны с подтверждением отречения от наследования престола. 27 ноября сообщения из Таганрога получают в Санкт-Петербурге. Государственный Совет собирается на чрезвычайное заседание, в котором вскрывается хранившийся в архиве Государственной канцелярии пакет с Манифестом от 16 августа 1823 г. В журнале чрезвычайного собрания приводятся такие свидетельства: "Член Государственного Совета Граф Милорадович объявил собранию, что Его Императорское Высочество Великий Князь Николай Павлович торжественно отрекся от права, предоставленного ему манифестом, и первый уже присягнул на подданство Государю Императору Константину Павловичу". Неосторожное словоупотребление свидетельствует о недостатке правил об отречении от престола: никто не уверен в том, кто и на каких основаниях может отрекаться. В действительности Николай не отрекался от права, предоставленного ему Манифестом: он не признавал юридическую силу Манифеста, а отречение Константина считал как "в свое время необъявленное и в закон не обращенное". Министр юстиции князь Д. И. Лобанов-Ростовский, выступавший против вскрытия пакета с Манифестом, выразил мысль Николая Павловича более емко: "Мертвые воли не имеют". Отказавшись занять престол, Николай буквально вынудил членов Государственного Совета принести в придворной церкви присягу на верность императору Константину. В тот же день список с журнала чрезвычайного собрания Государственного Совета с описанием этих событий был направлен в Варшаву на имя императора Константина Павловича. 27 ноября присягу учинил и Правительствующий Сенат, повелев при этом обнародовать известие о смерти Александра I и повсеместно разослать текст присяги на верность подданства императору Константину. Рапорт Правительствующего Сената тоже был направлен в Варшаву. Россия присягает Константину..."
  
  Такое вот нагромождение. Ну, а дальше еще хуже.
  
  Обилие частных цитат выдает растерянность. Цитатами (а это просто частное мнение, записанное сильно постфактум, когда уже "все ясно") прикрывают разрывы в логической цепочке, которая должна быть основана прежде всего прочего на жесткой мотивации участников.
  
  События междуцарствия не имеют внятного и логичного объяснения и кажутся метаниями Константина, Николая и снующего между ними Михаила. Никто вроде бы твердо не хотел брать власть. Наоборот: играли в игру, кто тверже откажется. Объяснение: боялись, оттого и уговаривали друг друга. Но так не бывает. Меж тем, понятно, что Николай ждал приезда Константина чтобы совершить прямой и явный переворот, после чего замкнуть всю внутреннюю и европейскую политику на себя. Константин не повелся, тогда Николай заменил личный визит "узурпатора" на открытое выступление в поддержку Константина (якобы замаскированное под мирную демонстрацию военных в поддержку конституции).
  
  С присягой Константину у историков выходит большое затруднение: присягу ему дали, а он ее вроде бы не принял. И? "Я ему пожал руку, а он мне нет". Непонятно, была ли присяга действительна в таком парадоксальном случае. Если же нет, чего тогда всполошились войска?
  
  После смерти Александра Константин НЕ СОБИРАЛСЯ брать власть (в общем, все было оговорено гласно и негласно), он отрекся вторично, напомнив про александровское обещание относительно царства Польского. Это было ошибкой, так как вся комбинация затевалась как раз для того, чтобы александровские обещания аннулировать. Метания же Михаила имели целью Константина из Варшавы выманить. Но Константин ехать в Петербург наотрез отказался (а в Варшаве он дома, поди возьми его за-рупь-за-двадцать). Тогда Николай устроил представление с переприсягой и спровоцировал выход войск на Сенатскую площадь. А с Польшей так потом и вышло: Николай наотрез отказал брату и демонстративно короновался в Варшаве в мае 1829 (единственный коронованный польский монарх из российских императоров!) Константин в бешенстве поднял мятеж и вскоре был уничтожен - перед своей женой и после главнокомандующего - своего протеже.
  
  История с изготовлением константиновского рубля также полна временных и мотивационных несоответствий. Утверждается, что министр Канкрин по своей инициативе взялся срочно изготовить рубль, дабы "прорубиться" перед новым начальством, у которого были основания Канкрина ненавидеть (тот неоднократно посылал цесаревича куда подальше). По той же причине рубль был изготовлен персональным, портретным. При Александре же портретных монет не было, он считал это пошлым. Второе недоразумение - скорость, с которой были изготовлены рубли. Объясняется это наличием у медальера секретных помощников, иначе ему одному никак не успеть справиться. Оба эти объяснения никакого документального подтверждения не имеют, это лишь консенсусное мнение некоторых историков. Но изготовление монеты - это аргумент в пользу версии о договорном перевороте: Александр и Николай хотели доказать, что Константин был законным императором, так, что даже монета появилась. Теоретически изготовить клише и несколько экземпляров можно довольно быстро, штука в том, что на Петербургском монетном дворе в то время такой быстроты добиться не могли - некому было. Поэтому, скорее всего штамп готовили заранее, а портретной монету сделали для того, чтобы не возникло сомнений, что Константин был законным императором - под портретом была соответствующая надпись. Ни клише, ни монету после не уничтожили, что странно, если бы Николай желал скрыть силовой характер своего прихода к власти. Стандартная модель описывает сохранность отчеканенных рублей самым отъявленным пятиэтажным конспирологическим образом - и ничего. То, что судьба монеты впоследствии Николаем не выпячивалась, объясняется вторичностью этого доказательства по сравнению с подавлением константиновцев на Сенатской. Но когда рубль только планировали изготовить, у авторов переворота были сомнения, удастся ли им более явно продемонстрировать николаевский "путч", тогда монета вышла бы на первый план, вместе с первой присягой и пр. Впоследствии Николаю на монету стало банально наплевать, и нашли ее в архиве минфина спустя десятки лет.
  
  СЛАБЫЙ ЦАРЬ
  
  Откуда взялось представление о слабом, мягком, либеральном, метущемся и даже трусоватом Александре тоже понятно - это представление восходит к злым эпиграммам Пушкина. "Правитель слабый и лукавый...", "Под Австерлицем он бежал, в двенадцатом году дрожал...", "Дней Александровых прекрасное начало..." Еще бытует мнение, что опытный и злой лис Меттерних убедил нашего мягкого либерала стать твердым консерватором. Александр вертелся, но сдался. Добило его якобы восстание подшефных ему семеновцев, о котором Меттерних узнал раньше Александра (дело было в Троппау, курьер, метросексуал Чаадаев прихорашиванием задержался в пути).
  
  Семеновскому бунту придается большое значение, мол, Александр Меттерниху обещал, что у него не будет революций, а вон чего вышло, и Меттерних его попрекнул (протроллил). Де, Семеновский бунт окончательно повернул мировоззрение Александра к реакции (то есть революция произошла, но только в голове у Александра). Это всё, конечно, поздние домыслы, а было иначе. Семеновское выступление не посягало ни на монархию, ни на монарха. Это был единичный изолированный и мгновенно купированный протест против низкорангового командира - всё! Ничего в политике Александра не поменялась: она, как была переполнена плановыми противоречиями, так и осталась. Истинная же причина бунта крайне проста. Дело в том, что армия состоит нее только из писанных, но и неписанных правил, этот кодекс описывается емким религиозным словом, известным любому армейцу: "положено!" Это "положено" выделяет (возвышает) армейскую секту в глазах других. Когда на эту систему покушаются, религиозный орден готов на любые жертвы ради сохранения статус-кво. Такой же характер носили и волнения за год до этого - в Чугуевском военном поселении, когда казакам изменили социально-имущественный статус (это для того времени, как пол поменять, принудительно).
  
  Тут нельзя не сделать отступление о роли Австрии. Австрия - это осколок утратившей независимость в 1806 году Священной Римской Империи, феодального акционерного общества. Александр некоторое достоинство Австрии возвратил, Англия выплатила субсидии. Несмотря на утверждения о гениальности Меттерниха никакой самостоятельной политики Австрия вести не могла. Утверждения о том, что Меттерних умел Александра заставить выступать в пользу Австрии, основаны только на воспоминаниях самого Меттерниха. У Австрии перед Александром был большой долг: на Венском конгрессе Англия сколотила коалицию с ней и Францией против России и Пруссии. Александр французскую копию пакта получил от Наполеона, показал ее ошарашенному Меттерниху. С тех пор ни о каком доверии (тем более "идти на поводу") не могло идти и речи; никакого доверия не было и раньше, но тут уж совсем... Поэтому все заплачки о том, что Николай так рассчитывал на Австрию (после подавления революции 1848 года), а они взяли и предали, жестоко притянуты за уши. Причины австрийского "предательства" кроются совершенно в другом (об этом позже).
  
  Вообще "боязнью" и "слабостью" царей история перегружена. Александр был трусоват, от ужаса перед тайными обществами "умер", Николай трусил взять власть и отрекся, Константин боялся, что убьют и успел отречься раньше Николая, тогда тому пришлось, трясясь, брать царство поневоле. Но на самом деле Александр был совершенно тверд в своих главных целях: усилить Россию (никакого патриотизма - это просто была его личная страна) и ослабить всех остальных - и готов был платить репутацией переменчивого и неуверенного человека. Личной трусости не проявлял. Бежал с поля Аустерлица - да, а что он должен был сделать? Остаться? Четверть века спокойно гулял один и с женой по Дворцовой набережной и улицам всех своих и европейских городов, а нам рассказывают, что боялся заговорщиков из тайных обществ. Некоторые историки, впрочем, честно пишут, что он был хорошо осведомлен о деятельности таинников. Но сделать еще одного шага и признать, что Александр и создал эти общества не особенно желают. А примеры перед глазами: константиновские ложи в Польше, "Филики Этерия" в Одессе, поддержка итальянских карбонариев. Не Александр, конечно, изобрел региональный сепаратизм, но перевел его в национально-освободительную идею он, развив до стадии всеевропейской головной боли. Имея в руках узду в виде Священного Союза монархов, он мог манипулировать не столько революционерами, сколько монархами.
  
  В 1822 Чернышев принес ему "Зеленую книгу". Генерал подозревал, что устав "Союза Благоденствия" списан с положений ордена иллюминатов. Бегло просмотрев первую часть, "слабый" царь меланхолично сказал, что совпадений мало, и беспокоиться не о чем... Историки до сих пор мнутся с ответом: мол, знал он всё, вот и не беспокоился. Но тут же получается, что ошибался в своих знаниях: вон до какого(!) восстания декабристов дошло дело.
  
  А почему бы не посмотреть на все с самой очевидной стороны: сам организовал, поощрял существовать для определенной цели. Когда цели достигли (путч Николая), всех развинтили. А Александр хлопал в ладоши: к левой руке привязаны ниточки от бунтарей, к правой - полиции. И все при деле. Ниточки не в том смысле, что он жестко управлял, а в том, что по их дерганьям шли сигналы. Чернышев был вторым каналом информации, первичная напрямую поступала из тайных обществ. Потому Александр почти не читал его доклада, его люди уставы "Союзов" писали.
  
  Меттерних писал об Александре (то есть о себе, а фоном выступал Александр): "Александр был человеком слова и легко подписывался под данными обязательствами, каково бы ни было потом направление его мыслей: он очень ловко старался избегать того, что могло толкнуть его не по намеченному пути, но так как мысль его принимала быстро форму системы и вечно меняла направление, то уважение к данному им слову его страшно стесняло, ставило его в неловкое и тягостное положение и вредило общественному делу".[3]
  
  Меттерних ничего не понял по сути, но написал в целом верно. Просто точка созерцания канцлера находилось на уровне моря, а Александра на высокой горе. Мысль императора никогда не отклонялась от генеральной линии: себя на 1 место, Россию на 2-е. [4] Все тактические движения, которые предпринимались внутри этой линии слабоинформированному (по сравнению с Александром) Меттерниху виделись противоположно направленными галсами, в то время как корабль Александра медленно плыл к намеченной цели.
  
  Заметить это можно с течением времени, иногда нужно наблюдать довольно долго. Галс мог длиться годами и сам по себе оставлять иллюзию тренда, внутри которого историк может выделить составные части движения. Поочередные союзы с Англией и Францией в результате привели Россию на 2 место. Вот как описывает этот процесс недалекий Меттерних: "...в 1805 году... он был либерален в самом широком значении этого слова. Он был ярым противником Наполеона, презирал в нем деспота и ненавидел завоевателя. В 1807 году произошла радикальная перемена в его взглядах, а в 1812 году опять наступила новая фаза". А по пути культурно "подрезал" Австрию (великий хитрец канцлер даже не заметил) и Пруссию, не говоря о прочих. Объяснение на уровне Швеции и Турции - ветер переменился. Историки обожают выделять метания Александра между либералами и консерваторами. Между христианами общего толка и православными фундаменталистами. Вывод: Александр изменял взгляды. Такой характер. Женский. На самом деле Александр не изменял взглядов. Ему нужны были все направления, как кораблю нужны запад и восток, чтобы двигаться на юг. Меттерних и тут верно подметил (но не понял сути), что Александр "не доверяет своей армии, своим министрам, своим дворянам, своему народу". Верно подмечено, но репутация подмочена. Александр представляется подозрительным параноиком. С мелкого уровня наблюдателей-современников, преследующих свои приземистые цели, заинтересованные в определенных лишь румбах, он таким и являлся. Но переменчивость Александра имела характер перекладывания парусов - и ветра тут ни при чем. Учтем и то, что истинную свою цель Александр скрывал - ревностно. Подробнее о цели - отдельно. Что же до недоверия, то единственным национально ориентированным человеком в государстве был он сам. Кому же еще доверять? Национальное государство, в котором можно доверять администрации, ему только предстояло создать.
  
  Относительно слабости Николая. В интересах Александра и самого Николая было поддерживать мнение о крайней непопулярности и невысоких способностях Николая. Это мнение укоренилось, в него всерьез уверовали современники. Но почему-то в нужный момент слабому и ненавистному Николаю не только безропотно присягнули (ночью встали), но по первому приказу (первому приказу только что самопровозглашенного императора, по мнению многих, самозванца) выступили на его стороне против вооруженных мятежников. Это согласно стандартной модели. На самом деле Николай спокойно готовился к приему царства, перенимал опыт и людей Александра и налаживал необходимые связи за границей. Милорадовичу он не мешал (и не мог) быть самым популярным в войсках, Милорадович милостиво позволял считать свою популярность популярностью своего патрона Константина (а с чего бы у Конствнтина могла быть какая-то собственная популярность в Петербурге, где его вообще не видели?) Все главные деятели александровской эпохи впервые в истории России практически в полном составе спокойно перетекли к Николаю - и служили лучше прежнего.
  
  КАК АЛЕКСАНДР ДОШЕЛ ДО ЖИЗНИ ТАКОЙ
  
  Александр родился наследником престола и монархом стал. Это было непросто. Еще до трона он мог умереть, его могли свергнуть и посадить, или обойти в правах наследования: все это в истории "династии Романовых" было. Имя ему было подобрано соответствующее, с намеком на Александра Македонского (можно, Невского, это Македонский лайт). Имя прямо заявляло о продолжении резко экспансионистской линии Екатерины. [5] Век этот вообще имел характер экстремально экспансионистский, причем с неизбежными лобовыми столкновениями великих держав. Поэтому все великие державы желали, чтобы их было меньше. Перед решающим рывком было важно, с какого места каждый из участников стартует в этой гонке. Уже третьему месту могло почти ничего не достаться. Первой готовить позицию в борьбе за мир начали Франция и Англия.
  
  Лавирование Александра между отцом, отцеубийцами, бабкой и ее фаворитами сделало его дипломатию тонкой, умной и проницательной. Он планомерно устранил отцеубийц, попутно завязав лично на себя (через Голицына) масонско-иезуитско-иллюминаткие концы (то есть иностранных агентов влияния). Характерно, что в русской историографии Александра считали выдающимся дипломатом, в советской и западной не считали дипломатом вообще: так, любитель. "Коллежский асессор".
  
  К моменту начала царствования Александра расклад (в порядке совокупного влияния) был такой: Англия, Франция (поменялись местами после ВФР), затем трио примерно равных - Священная Римская Империя (Австрия), Россия, Пруссия, этим исчерпывался список великих держав. Потом шли Испания (плюс-минус Португалия), Турция, Римская курия... США и пр.
  
  17 июня 1801 Александр заключил с Великобританией конвенцию, восстанавливавшую все прежние договоры, но также он сохранил павловские отношения с Францией. При этом Александр всеми силами пытался сохранить нейтралитет, то есть сконцентрироваться на устранении внутренних врагов. С этой очевидной и обычной для дипломатии комбинации и начались все противоречивые дипломатические трюки Александра, впоследствии приведшие к крайним коллизиям и необходимости спрямить путь неискушенному (и не столь умному) Николаю посредством аннулирования чересчур сложных галсов.
  
  Вообще, Негласный комитет был комитетом английским, это было продолжение якобинской "руки Лондона" в отношении конкурентов. Предложил проект Комитета сын графа Священной Римской Империи Павел Строганов, примкнувший к якобинцам как некий нетитулованный Поль Очёр (по названию имения Строгановых в Пермской губернии, такой английский юмор). Ему подсунули опытную английскую шпионку Теруань де Мерикур ("де" у нее фальшивое), которая его соблазнила и сделала одним из каналов, по которому англичане питали террористов: поскольку гражданин Очер был сказочно богат, это "не вызывало подозрений". Ситуативно Англия и Россия были союзниками, так как падение Франции России было выгодно - мир вступал в эпоху национальных государств, когда высшие аристократы и монархи не могли уже рассматривать себя только как феодальных правителей вне постоянных территорий и народов. Совместно с кадровым "сотрудником" русского посольства Петром Дубровским он выкрал и вывез в Россию несколько возов французских архивов, включая, например, Санкт-Петербургского Беду - книгу, удревняющую историю Англии. (Это второй по древности экземпляр истории Беды - первый, разумеется, в Англии. Важно, что "нашли" его во Франции, где он провалялся тоже в древнем Сен-Жерменском аббатстве сотни лет, таким образом, получилось, что в древней Франции прекрасно знали о еще более древней Англии. Важно, что отправили его в нейтральный "с иголочки" Петербург, а не в заинтересованный римско-кельтско-друидический Лондон.) Екатерина, понимавшая случайность и временность совпадения англо-русских интересов, Очера из Парижа отозвала - чтобы не наделал глупостей, но наказан он не был (ибо в России в то время даже императрица не знала, как "сделать умно"). Его до поры прибрали в коробку, исправно выдавая, однако, положенные за выслугу чины - их он нагуливал на бумаге, живя в московском имении Братцево и продолжая состоять в офицерах (и шпионах). Другой Павел (из династии Первых, который плохо разбирался в мироустройстве из-за того, что передавать ему знания мать не хотела - передавала сразу внуку) произвел Павла в камергеры. У Александра шпион оформился в сенаторы, тайные советники и заместители министров двух министерств, в 1806 поехал в Лондон "сближать интересы" с новым правительством Гленвилла и Фокса. (Одновременно усиливавшийся Александр делал обычные для себя прямо противоположные ходы в рамках сохранения внутреннего баланса: отставил Чарторыйского и назначил Будберга в министры иностранных дел - должность при Александре номинальная, что подчеркивал чин ниже канцлерского; под Тильзитским договором нет его подписи, это объясняют тем, что он был противником договора, но на самом деле Александр всегда вел внешнюю политику лично, не доверяя ничего и никому. Будберг конфликтовал со Строгановым за влияние в английских делах, шпион подал в отставку. Александр послал на переговоры в Париж ничего не значившего Убри, одновременно от англичан поехали дипломаты более матерого ранга. Договор, парафированный Убри, Александр не ратифицировал.)
  
  Вторым членом Комитета был Адам Чарторыйский. Польский сепаратист, подготовивший план переустройства Восточной Европы с отделением Польши (плюс прирезанной к ней т. наз. Литвы), впоследствии похожий план продвигал Константин. Александру он был нужен для демонстрации Англии скорого распада России. Реализация плана была Ч-му (а на самом деле Англии: "мы готовимся распустить империю; а, кстати, вы?") обещана, но, как всегда, Александр, воспользовавшись Тильзитским миром, к плану "охладел". На самом деле никогда и не собирался. Ч. был министром иностранных дел (то есть никем) около 2 лет. Когда Александр сблизился с вражеской Англией на дистанцию "обнять-целовать" (держи друзей близко, а врагов еще ближе), Ч. получил отставку. Но еще долго шпионил на Александра и Николая, усердно делая вид, что шпионит против (см. например, дело "Виксен").
  
  Николай Новосильцев. Прямой и явный британский агент. В 1805 участвовал в заключении союза с Великобританией. Планомерно доведен Александром до состояния международно презираемого краснорожего пьяницы, шута и позера. Выставлен напоказ англичанам: не ваш?
  
  Кочубей. Из запорожских самозванцев. В 1801 назначен Президентом Коллегии иностранных дел (то есть Никем, в реальности - никем). До того получил инициацию в Лондоне под руководством суперангломана Семена Воронцова, брата того, который заседал в Непременном Совете.
  
  А-а, вот и Непременный Совет.
  
  На другую руку Александр положил (11 апреля 1801 года - сразу же) Непременный Совет. Его он доверху набил отцеубийцами, фаворитами бабушки и англоманами, то есть опасными для себя персонами "гратиссимо". Его член, заговорщик Трощинский и был автором манифеста-слогана "при мне, как при бабушке". Иезуитское название ("непременный" значит неизменный, несменяемый) по отношению, например, к убийцам отца Платону и Валериану Зубовым выглядело полной капитуляцией. Однако Александр быстро извел обоих, просто и открыто приставив к ним полицейских. Дурак Валериан Александру пожаловался, на что получил от "кроткого" ответ, мол, я слаб, меня никто не слушается, может, вы им сами приказать изволите? Вопрос даже ушел на другую руку, в Негласный Комитет, который пришел в ужас, как такое возможно в нашем государстве, но полицейские продолжали свое дело. Платон все понял и сбежал за границу в конце 1801 и больше на заседаниях не появлялся. Валериан не понял, взялся ломать комедию с проектом о персидской торговле и тайном поиске торговых путей в Индостан (то есть, по сути, предложил Александру пойти по пути отца, повеситься). Проект дурака "недальновидный" Александр отправил снова на другую руку, в Комитет. В Совет Александр отправлял на рассмотрение самые кривоколенные, запутанные и незначительные дела империи. Так Александр день и ночь занимал деятельных негодяев. А зачем он перекидывал дела? ("Слабый, сам не мог решить.") Просто хотел аннигилировать обе партии влиятельных врагов. Ну, уж если не их самих, то их делишки. Негодяи быстро сбегали. Впрочем... Валериан решил остаться. В результате странно и быстро помер от странного и быстрого внутреннего нарыва, его странно и быстро залечил какой-то француз. Платон не отсвечивал и в статусе "нон-грата" прожил гораздо дольше.
  
  Писалось, что целью Комитета было работать над реформой безобразного здания государственной администрации. Но из состава двух органов ясно, что никакого преобразования государственного строя, никаких реформ и т. п. эти люди делать не были призваны. Задачей Совета была утилизация опасных подлецов на высоких синекурах, то есть "быть на глазах" у императора или валить куда подальше. Комитетчики (они все вместе и по очереди занимались иностранными делами на формально высших постах) призваны были находиться на глазах у англичан и докладывать, что дело разрушения государства идет правильно и быстро.
  
  Заняв (завалив) шпионов и убийц "делами", Александр получил возможность самостоятельно начать выстраивать высшую национальную администрацию. Комитет прикрыл через пару лет, комитетчиков позже, по одному. А в 1810 распустил и "вечных". То есть поступил, как всегда: повернул налево, потом направо - все попадали.
  
  Что англичанину хорошо - французу смерть. В английском парламенте сидели лорды. В верхней палате старшие, в нижней младшие. Все, как полагается. Культурно. За свой интерес. А во французском Конвенте - шпана да беспредельщики за чужой интерес отправляли друг друга на гильотину. Равенство. Вот такие разные парламенты. Тальен кинжалом машет, его жена голой пляшет. Свобода.
  
  Александр изворачивался ужом, обещал, клялся, заключил с Англией союз, но парламент не ввел. Сто лет спустя в России под давлением английского социал-демократического террора с Англией тоже был заключен союз, и - введен парламент, куда сразу конвенционально набились террористы, шпионы, масоны. Глава парламента царя арестовал, тот был из династии не Первых, а последних. Союзник Георг (опасаясь своего парламента) Николая не спас. Братство.[6]
  
  ЧТО ПРОИСХОДИЛО В ЕВРОПЕ
  
  Нужно ясно отдавать себе отчет в том, что:
  1. Александр получил власть посередине мировой войны.
  2. Во время войны произошел государственный переворот.
  3. Россия воевала за свой интерес.
  Эти тезисы, увы, нуждаются в разъяснении.
  
  1. История крайне странно изображает войну 1792 - 1815. Ее разбивают на две крупные части и множество мелких (коалиции). В многочисленных перерывах, вроде бы как, был мир. Делается это для того, чтобы скрыть единую мировую мегавойну с крайне несимпатичными целями и средствами. Отсюда и терминология, с разных сторон: "интервенция", "революционные войны", "узурпатор", "борьба за свободу Европы"... Это был критический момент - смена мировых лидеров. Государства, проигравшие тогда борьбу за лидерство и вице-лидерство, впоследствии, хотя и поднимались на короткое время ценой неимоверных усилий и рисков авантюристической политики, пали.
  
  Суть войны всех контрреволюционных и антинаполеоновских коалиций: борьба континентальных союзников за 2 место после падения Франции с места лидера в результате ВФР. Слабо понимается также регулирующая роль Англии в том, чтобы никого на втором месте не оказалось (Каслри, например, добивался приращения Пруссии, дабы подровнять ее силу к Франции, Австрии и России). Считается, что многочисленные войны вели недалекие европейские монархи и генералы против гения "всё-в-одном" Наполеона - и четверо против одного (если считать по крупному, без курфюрстов и швеций) не могли одолеть его 15 лет (а до того еще 8 лет без толку мяли Францию без Наполеона). Постоянно заявляется о неких противоречиях у союзников, при этом прямо не говорится о главном. На самом деле, в войнах, где жертва намечена, согласована и уже всем очевидна, происходит другое. После осознания стратегической победы над общими противниками в рамках основной войны ведется псевдовойна внутри коалиции победителей - жесткая игра на вышибание лишних, чтобы с ними не пришлось делиться результатами общей победы, при этом, желательно использовать будущего лишнего в качестве расходного материала. Совершенно то же самое происходило и в 1-й и во 2-й мировых войнах. [7] Наполеон же понимал это прекрасно, потому хладнокровно и точно действовал против "всего мира".
  
  Не верно и утверждение, что вся Европа воевала против Франции. Если бы воевали все и сразу, то победили бы все и сразу. А что делать дальше? Как делить? Как не оказаться тем, кого будут делить после? Поэтому все воевали со всеми: политически удобно было иметь Францию в качестве эталонного спарринга, матчами с которым остальные меряются силой и влиянием. Участие в коалициях позволило России дотянуться до отдаленной Франции через множество границ. А сама война (не так важно, победил или нет) против мирового лидера уже повышает статус. Потому Александр такое большое значение придавал личным встречам с Наполеоном. Ведь с Наполеоном больше никто не мог встречаться на равных.
  
  Почему русские вообще оказались в этих дурацких коалициях? Советские историки представляли дело емко: "немецкие цари, дураки и негодяи, посылали солдат проливать народную кровь в чужих землях за чужие интересы". На самом деле участие в коалициях (поначалу на вторых-третьих ролях) позволило России законно влезть в кучу-малу, где загонщики делили раненого зверя (Францию). Поначалу с перочинным ножиком отрезать ушко, - под конец Россия залезла на стол с ногами и, орудуя большим тесаком, сплевывая Молдавию и Валахию, отпугивала прочих интересантов.
  
  Попытка рисовать Россию агнцем во главе с императором-миролюбцем, стремящемся к системе коллективной безопасности, ничего кроме смеха вызвать не может. Это в век безудержной экспансии и жестокой драки на выбывание! Александр стремился вывести Россию наверх, спихнуть конкурентов и учредить такой послевоенный режим, чтобы его позиция не пошатнулась, и при этом безнаказанно дергать (совместно с другими) за вымя мирового лидера Англию. Пять хищников могут сколько угодно рядиться в овечьи шкуры, но негоже историку поддаваться на пропаганду начала 19 века.
  
  2. Говорят: не государственный переворот, а дворцовый. Ну, расхожий такой мем, придумали и звонят: "век дворцовых переворотов", как раз ровно 100 лет. Это красиво, люди такие штуки любят. Но касательно 1801 (и 1825) не верно - в корне. Переворот был именно государственный, потому что сменилось оба вектора: внутренней и внешней политики. Похожий переворот произошел в феврале 1917 - и страна рухнула. А в правление Александра - взлетела до небес. Уже одно это можно бы поставить ему в заслугу. Но не ставят. Можно найти десяток аргументов, мол, сравнение некорректно потому что... и т. д... Но, если по-крупному: мировая война и заговор - в XIX веке страна - вверх, а в XX - вниз. А ведь республиканские технологии в александровское время уже существовали - и крайне успешно применялись. И террор и гильотина и проч. - все имелось. Двести-триста русских якобинцев обеспечить - вопрос технический.
  
  Тут надо сделать отступление. Оно интересное, хотя никак не влияет на основную тему данного исследования.
  
  Существует предположение, что Александр (как вариант, вместе с матерью) был замешан в государственном перевороте на самом серьезном уровне, а не просто вовлечен в него вихрем событий и уведомлен о мягкой его форме. То есть узаконенный цесаревич будто бы состоял в числе главных организаторов и выгодоприобретателей. Это основывается, в основном, на утверждениях из окружения принца Евгения Вюртембергского, сначала устных, а после появившихся в мемуарах, в том числе, в комментариях к его запискам (сам 17-летний мемуарист он об этом не писал). Воспоминания принца публиковались порциями лет 30, когда никого из участников уже не было на свете.
  
  Предпосылки выстраивались так. Павел, уже восстановивший новым законом о престолонаследии "майорат", вдруг якобы переменил решение и принялся расчищать дорогу к престолу 13-летнему крысенку, запланировав рассадить его старших кузенов А и К вместо тронов по крепостям. Параллельно упечь свою жену (счастливый брак, 10 детей, включая недавно сделанного порфирородного Михаила) в монастырь. При этом она, получается, активно протежировала принцу в ущерб родным детям - и себе. Племянничка же по линии этой самой постригаемой в монахини супруги Павел вознамерился женить на своей любимой дочери Екатерине, впридачу усыновить зятя (при живых родителях) и назначить цесаревичем. Не беда, что новобрачным по 13 лет. История невероятная, бурлескная, но к Павлу легко прилипла: "волюнтаризм".
  
  Некоторые во все в это верят. Основой веры являются исторические аналоги "И. Грозный убивает сына", "Петр и Алексей", а также множество своих и заграничных случаев борьбы по линии Монарх - Наследник. Теоретически, спору нет, царь мог поменять царский закон про царей в любой момент, это объясняют даже не самодержавием, а самодурством. Между тем, сплетни окружавших трон людей (юный генерал-майор, разумеется, помалкивал) не объясняют одной принципиальной вещи: сам факт поспешных приуготовлений 46-летнего полного сил и власти монарха. Допустим, родные кровиночки А и К ему не угодили, и он, положим, опасался их покушения на свою власть, но ведь оставались еще невинные малыши Н и М (впрочем, "объясняют": Павел-де вознамерился засадить в крепость ВСЮ свою семейку, кроме Екатерины, включая трехлетнего Михаила). Что с того, что им мало лет? Принцу ЕВ тоже царствовать (да и жениться) рановато, и, если Павел не собирался помирать быстро, родные младшие сыновья успевали подрасти и выучиться на каких надо царей. Вообще, выбирай - не хочу.
  
  То есть история недостоверная и с точки зрения правящего монарха вообще никак мотивированная - "надоели все". Так кому, когда и зачем понадобилась спекуляция о приглашенной звезде, заграничном принце-консорте? Очевидно тем, кто после государственного переворота хотел очернить Александра, придумав ему "сверхмотив" (одним мотивом было не обойтись) и отвести подозрения от себя. Самому же подросшему принцу нетрудно было внушить такую версию о своем вероятном будущем (очевидно, своих собственных воспоминаний у него не могло быть - такие вещи не обсуждают с 13-летними подростками, а воспоминания о чужих воспоминаниях вполне). Такие слухи были крайне выгодны, в частности, англичанам, проявлявшим трогательную заботу об анти-павловско-французском перевороте. Англия - страна, вообще специализирующаяся на "черных легендах". А все эти маневры как раз и начались после заключения франко-русского союза. Других интересантов в этом деле не просматривается. Наполеон крайне дорожил случившимся с Павлом альянсом.
  
  Так что дело обстояло иначе. Никаких планов по описанному сценарию у Павла не было. Но слухи вокруг этого сформировали и продвигали. Организаторы этой сложной и явно инспирированной версии использовали принцип тяни-толкай, доказывая, что Александру не просто было нужно поскорее урвать корону, но и то, что он боялся оказаться в тюрьме: двойной мотив для совершения преступления. Остальная часть семейства его поддерживала в стиле "дедка за репку, бабка за дедку..." так как власть вообще могла уйти по касательной. Типа, Гольштейн-Готторпские повторят судьбу Брауншвейгских.
  
  Мощную подпитку им дал визит самого принца в Россию в начале 1801, думается, его и организовали с этой целью. Он беззаботно отплясывал и волочился за ровесницами, не подозревая, что является катализатором убийственно ядовитой реакции (после аннигиляции Павла его в неизменном виде отправили домой). Александр на инспирацию не поддался. Он вообще всего в жизни добился исключительно сложной дипломатией и вообще никогда не предпринимал резких шагов, предпочитая использовать движения противников. Максимум, чего от него удалось добиться - согласие на отречение Павла.
  
  "Подвесить" нового царя на обвинении в хорошо мотивированном отцеубийстве открывало чакры (и кто после вспомнит, что у отца не было мотива провоцировать наследника). И дело не только в ключах к управляемости: англичане отводили глаза от своего конструирования переворота. Впрочем, виноват в формировании "железного" повода к своему устранению прежде всего сам Павел, своей действительной непредсказуемостью и двойными стандартами. Он, например, не любил, когда в гвардию зачисляют высокородных младенцев, дабы им с рождения шла выслуга лет, и вычистил из полков не одну сотню неявившихся к смотру детей. Но на принца это не распространялось, в 8 лет ему даровали полковника, и к 10 годам он, находясь "в отпуску" и ни разу не быв в России, "выслужил" генерала; Александр же, даже после всеевропейской победы генерала себе не присвоил. Правда, надо отдать должное и чутью Павла: командиром принц стал боевым, слыл одним из лучших в русской армии, его корпус первым вступил в Париж. Александр не мешал его карьере, но недолюбливал - не за мнимое участие ребенка в псевдоинтриге, а за то, что в эту байку верили: получалось, что само присутствие ни в чем не повинного и, в общем, ценного кадра ассоциировалось с преступлением императора. Александр избавился от него, как учил Лагарп: осыпав поцелуями, почестями и орденами. Николай, понимая основанную исключительно на психологии опалу, Евгения закономерно вернул. Всю жизнь, где бы ни находился, ЕВ преданно защищал интересы России.
  
  Вообще, к post mortem-воспоминаниям принца ("Русский Архив" 1878, "Русская старина" 1894, "Русская быль" 1908) надо относиться настороженно, т. к. они изобилуют редактированием и ложными комментариями, интегрированными в подзаголовки, сноски и т. п. В них немало противоречий не просто между разными источниками (дата рождения плавает на 5 лет), даже в одной статье можно встретить редакторские вставки и правки, например, в "Русской старине" 1894 года подзаголовок дает: "Пожалование меня на тринадцатилетнем возрасте в полковники русской службы" и далее в основном тексте: "Производство меня в генерал-майоры, последовавшее уже в 1798 г., и назначение шефом драгунского полка, окончательно сделали из меня мученика. Казалось бы, подобная мысль вовсе не должна была прийти в голову, относительно десятилетнего мальчугана, но история свидетельствует о многих оригинальностях, в этом роде, со стороны императора Павла". Там же в предисловии указана дата рождения 1783 год.
  Если такие сливки, то что тогда молоко?
  
  3. Часто приходится слышать, что Россия воевала за английский интерес. Однако, заглянем на полвека назад, в Семилетнюю войну, которую, как говорят, Россия тоже вела за чужие интересы. Люди не понимают. В Семилетнюю войну Россия впервые попыталась вступить в большую европейскую политику. Но на правах государства второго ранга. Попытка вступить в клуб держав первого ранга (великих держав) не удалась. Произошло это только в царствование Екатерины, после аннексии Крыма и всей Новороссии. Произошло так: с пятого места в результате долгой, показательной - на суше и на море - успешной войны с Турцией Россия эту самую Турцию и выдавила, встав на ее место. Расклад тогда был такой: Франция, Англия, Св. Рим. Империя, Пруссия, Россия. Авторизовал Россию император Св. Рим. Империи Иосиф II, которого специально для этой цели Екатерина пригласила прокатиться по бывшей Турции. Тот авторизовал, на условиях своего младшего партнера - и то, инкогнито, т. к. иначе ехать в Россию было неприлично. Напомню, он сам был только третьим, обращаться же к первым двум Екатерина, конечно, не решилась. [8] Франция и Англия такими мелочами не интересовались, у них шла большая игра. Пруссия, объективно слабее России, была авторизована в клубе Англией (в то время, державой Љ2) как раз в Семилетнюю войну, которая и велась Пруссией за вступление в клуб. Это произошло не просто так, а взамен Испании. Россию же включить в клуб в ту "войну трех баб" оказалось некому (некого больше было вытеснить), хотя Елизавета очень рассчитывала на поддержку союзной Франции. Но, где тогда Франция, а где Россия?
  
  Рассмотрим ситуацию войн 1805 - 1814 с точки зрения стратегических национальных интересов, как их понимали тогда только что сформировавшиеся или еще формирующиеся национальные государства. Решив опереться на мощного ситуативного партнера, Александр во что бы то ни стало решил сделать Англию своим союзником в деле подавления континентальных держав и одновременно взял на себя роль посредника в отношениях держав с Англией. У него имелось два мощнейших козыря: крупная взаимовыгодная торговля и огромный потенциал в формировании армии. Остальные факторы: экономика, социальное развитие, дипломатия были из рук вон. Просвещение в зачатке. Главное - у него напрочь отсутствовала необходимая для прорыва национальная верхушка. Дабы хоть как-то уменьшить значение этих факторов, дипломатию он замкнул целиком на себя, устранив из этой сферы ненадежную аристократию. На протяжении десяти лет он разыгрывал английскую карту планомерно и жестко, с какой-то удручающей последовательностью.
  Ситуация эта напоминает крушение Испании с места мирового лидера в период предыдущей мировой войны, которая состоит из так называемой Тридцатилетней (1618 - 48), Франко-испанской (1635 - 59) и Англо-Испанской (1654 - 60) войн. Тогда сообща валили Испанию (помимо прочих дел), и она с первого места обрушилась на дно коробки великих держав (как можно видеть, процесс падения тоже был мучительным, с цепляниями), на мировом троне ее сменила Франция, а вовремя подсуетившаяся Англия, пристегнувшись к новому чемпиону, вылезла на третью позицию (это если считать сложно устроенный конгломерат Священной Римской Империи за одну штуку). Впрочем, распределение мест после Франции может вызывать дискуссии, но факт тот, что Англии до этого в большом клубе не было.
  
  Тезис о войне за английский интерес казалось бы, дипломатия Александра подтверждает просьбами о субсидиях и войсках, но разберемся в стратегии. После разрушения французской государственной машины Англия свою задачу, в целом, выполнила. Она обменялась с Францией мировым лидерством. Теперь, имея темпы роста выше французских, Британия могла сконцентрироваться на мирном развитии и уйти в отрыв безо всякой войны. В сущности, реализацию этой стратегии мы и видим на протяжении эпохи наполеоновских войн. При этом, продолжение разорительной войны континентальными конкурентами между собой давало приятный дополнительный бонус: падали все, а Англия росла - и за время войн всех коалиций выросла неимоверно (правда, параллельно вчетверо вырос и долг). В сущности, за подпитку войны Англия и платила, в общем, совсем немного даже для своих континентальных агентов. Деньги она давала агрессорам, для выравнивания континентального баланса, т. к. отчаянно барахтавшаяся Франция выдавила из себя республику и гигантским напряжением оставшихся сил сохраняла себя на очевидном втором месте, пытаясь отчаянно выстроить взамен казненной и разогнанной новую национальную аристократию - основу управления государства. При этом сами континентальные державы не желали упускать возможность добить надоевшую Францию и, раз уж появилась такая возможность, занять ее вожделенное второе место (чему, как раз Англия противостояла). Атакующими были именно трое третьих: Россия, Австрия и Пруссия, а вовсе не Франция. Наполеон (и Франция до него) все время находился в активной обороне и настойчиво искал мира (конечно, на своих условиях). Войны "коалиций" развязывал не он. Большого интереса собственно Англии в том, чтобы место Франции заняла какая-либо третья сторона, разумеется, не было. В полном разгроме или катастрофическом поражении ее Англия была совершенно не заинтересована. Хрупкие коалиции России, Австрии и Пруссии и нескоординированность военных операций демонстрируют, как каждая из стран пыталась стать лидером в разгроме Франции, чтобы поживиться ее положением: второе место только одно. Поначалу лидерство приняла на себя Австрия (Наполеон в Вене), затем Пруссия (он же в Берлине) и после - Россия (тот же в Москве). Так что Россия воевала вполне себе за свой интерес. То, что интерес России дополнительно усиливал позиции Англии - неизбежная плата за отрыв от остальных континентальных держав. То есть, Россия, обеспечив себе твердое и с большим преимуществом второе место, упрочила Англию на месте первом, но это была запланированная жертва Александра. Именно он и придумал пиар ход, что Россия-де воюет за английские интересы, но придумано это было исключительно для внешнего употребления: оказания давления на Англию. Глядите, как мы из кожи вон лезем - и все ради вас (а сами мы не местные). Дополнительно Александр намекал, что такого верного союзника как он, Александр, свергать не надо. На острове сначала пожимали плечами, полагая, что новенький царь недостаточно умен, мол, спасибо, конечно, не очень-то и нужно, но вот вам миллион за то, что хотя бы не гадите. Поняв, что в 1812 Наполеона заманили в ловушку, из которой ему не выбраться, Англия вообще в помощи России отказала. Россия тогда была уже стратегически сильнее Франции, а вместе с союзниками очевидно добивала ее окончательно и довольно быстро безо всякой помощи с острова. Для спасения Франции в войне (и продолжения этой самой войны) англичане сделать уже ничего не могли: события разворачивались стремительно, и Наполеон проиграл все за несколько месяцев - остальное было делом техники. Остановить бурный поток деятельности возмужавшего Александра было невозможно. Англичане поняли, кого они вскормили, и дело выравнивания Франции взяли на себя на Венском конгрессе (сговор трех держав). В принципе, им было выгодно деморализованное республиканское состояние Франции (как и любой другой державы), но противовес России был категорически необходим: поэтому Великобритания потребовала реставрации, и на трон - Людовика XVIII, лондонского резидента.
  
  Без национальной аристократии нечего было и думать претендовать на мировое лидерство. "Что нужно Лондону, то рано для Москвы". По счастью (счастье относительное, его готовили) свою национальную верхушку пустила под нож Франция. Австрия же и Пруссия, как и Россия, своих национальных элит не имели. Второе место освобождалось, но занять его без национальной администрации (не обязательно чисто аристократической, что доказывал Наполеон) можно было лишь временно, пока не вернется Франция или не подрастут другие. Сам Наполеон создать национальную администрацию все же не смог (возможно, просто не успел), путаясь в родственниках-королях, безродных маршалах и обезглавленных (фигурально) масонах. А Александр сделал мощный задел и технично отпасовал Николаю. Для этого и пришлось разыграть путч с отказом от данных обещаний и прекратить мусолить тему парламента и оппозиции до формирования национальной администрации.
  
   [1] За Витгенштейна заступился Петр Волконский, он в Витгенштейна был влюблен. Отказать ему Николай не мог, Волконский был посвящен в тайну "смерти" Александра, находился в Таганроге, вез гроб и т. п.
  
   [2] В 1844 Шервуда посадили на 7 лет - за ложный донос. Это говорит о том, что его доносы были некачественными и в 1825 ориентировались не на них. То есть человек захотел подпрыгнуть выше назначенной ему (и очень высокой для перевербованного шпиона) планки, снять шутовской колпак. Но в качестве торчащего пугала он был полезен, а кому нужно пугало, разгуливающее по городу?
  
   [3] Поздний Пушкин (лучше поздно, чем никогда) уяснил сложную суть Александра: "Недаром лик сей двуязычен./Таков и был сей властелин:/К противочувствиям привычен..." (1829) Но Пушкин был очень умным. Николай назвал его самым умным человеком в России. Можно смеяться, мол, сам-то Николай умным не был. Да. Но Николай был самым осведомленным.
  
   [4] Это линия, а не цель. Даже линию он не афишировал, цель же скрывал тщательно, маскировал, совершал подлоги до конца дней. Это выражалось в том впечатлении, которое он порождал: "все сам, все сам". Меттерних смеялся: он сам у себя министр. Но хорошо смеется тот, кто смеется последним. Некогда великую державу тролля Меттерниха через 100 лет всю накрыли австрийским флагом. А Россия... Не та, конечно, что при монархе - живет. Был Александр Второй, был Третий... Но где ж сыскать второго Александра Первого? - даже половину найти трудно. Сто лет у власти какие-то обрубки.
  
   [5] Екатерине, как незаконной императрице, было важно, пока она была законной регентшей, существенно расширить границы для собственной устойчивости: выглядеть не узурпаторшей территории старой Московии, а законной правительницей страны, где старая территория меньше новой, то есть ее собственной. Не просто перераспределить ресурсы от старой коренной аристократии в пользу фаворитов, а основать полтораста городов, посадив туда собственных сподвижников.
  
   [6] Георг переменил фамилию, основал дом Виндзоров, в честь какого-то дома. Объясняли так: в 1917 году стало опасно, мы ж немцы, как бы чего не вышло. Очень страшно было. На самом деле было так: Георга уговаривали Николая с семьей спасти (уговаривали многие монархические родственники всей Европы). Переименованием Георг сказал громко: так боюсь, что не могу спасти, а то английские патриоты убьют всех. А тихо, но внятно прошипел: отрекаюсь от вас, шваль, и от вашего рода и от ваших фамилий. Будете у меня в ногах ползать. Хочу - спасу, а хочу - не пощажу двоюродного брата сгноить в Сибири. "Бей своих, чтоб чужие боялись".
  
   [7] Это выходит за рамки данного рассмотрения, но гений Александра становится очевиден, когда понимаешь, как он растолкал всех конкурентов и сумел заставить считаться со своей страной мирового лидера Англию, которая вообще в войне не особенно участвовала - получила свое раньше. То есть он выиграл не только войну главную, с Наполеоном, но и самую главную - против добрых самаритян Пруссии, Австрии и, в существенной степени, Англии, которой не удалось добиться второй цели - уравнять претендентов. При этом, заставил воевать Пруссию и Австрию в полную силу, даже англичан подставил под Пиренейскую кампанию. В 1-ю же мировую войну сердечные союзники Россию из числа победителей просто вышибли пинком, во 2-ю, в общем, тоже, и только ценой гигантских жертв и сверхусилий СССР удалось поучаствовать в разделе мира, примерно на равных правах с "сопротивлявшейся" Францией, но безо всякой пользы в деле послевоенной жизни народа-победителя.
  
   [8] Статус Бурбонов вообще был очень высок - выше не было. Людовик, XVIII, в принципе, никто, не встал в присутствии Александра. Тот хмыкнул: "будто не я ему, а он мне трон подарил". И ничего, обошлось. В свое время англичане, чьи монархи были рангом (и даже, бывало, двумя рангами) ниже как в басне "Лиса и виноград" придумали себе "конституцию", чтобы сделать вид, что им их Парламент встречаться с прочими монархами не позволяет. На самом деле, Бурбоны с большинством из них не стали бы общаться. Петр I тоже, конечно, не смог встретиться с Людовиком XIV, только с регентом Людовика XV, когда их ранги сблизились. А с "английским" Вильгельмом запросто. Даже и с императором СРИ.
   [Конец 1 части]
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Кочеровский "Утопия 808"(Научная фантастика) А.Емельянов "Мир Карика 9. Скрытая сила"(ЛитРПГ) П.Роман "Искатель ветра"(ЛитРПГ) Р.Цуканов "Дух некроманта"(Боевое фэнтези) В.Соколов "Обезбашенный спецназ. Мажор 2"(Боевик) А.Емельянов "Мир Карика 8. Братство обмана"(ЛитРПГ) А.Черчень "Дом на двоих"(Любовное фэнтези) В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2"(Боевая фантастика) С.Суббота "Наследница Драконов"(Любовное фэнтези) А.Ардова "Брак по-драконьи. Новый Год в академии магии"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"