Алинна: другие произведения.

Ключ от радуги. Глава 8.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
 Ваша оценка:


Глава 8.

  
   Когда зверь пожирает зверя - это называется охота, когда государство пожирает государство - это называется ВОЙНА.
   А войны в Халифате не прекращались, это было частью жизни населения к востоку от Срединного хребта. Во главе государства стоял монарх, единственный кому принадлежала власть. Династия Каддалоров правила уже не меньше тысячи лет, она казалась вечной. Такой же вечной и естественной, как смена времен года, казалась и война. Война стала образом жизни, целью и средством, искусством и ремеслом. Она стала высшим смыслом, религиозным культом, а все носящие оружие его служителями. Элитное подразделение, личная гвардия халифа, агалары, одновременно считались жрецами Единого. На празднествах совершали служения только они. Агалары - обязательно кровные родственники халифа. Хоть капля монаршей крови, пусть даже по материнской линии - обязательное условие для вхождения во Внутреннюю гвардию. Будущий агалар рос в соответствии со строгими канонами воспитания воинов, и первое, с чем соприкасался новорожденный мальчик, был отцовский боевой меч, которым отсекали пуповину.
   Другой закрытой военизированной сектой была знаменитая на весь Халифат да и, пожалуй, на всю Лари, школа боевых магов - те самые халифские мальчики.
  
   Смотрящий за школой - царь и бог для нескольких сотен детей и подростков, талантливых магов, был страшно недоволен. Мало того, что в этот раз на отборочных боях был большой отсев, больше десятка погибших и сильно покалеченных, так еще и ЭТО. Отсев учеников в Школе всегда был непомерно большим, до конца учебы без больших увечий не доходило и половины учащихся,
   - Шур-фурга им в глотку... - выругался Смотрящий и в очередной раз покрутил в руках листочек со скупыми строками разведданных.
   Смотрящий был стар, но сохранил крепость тела и живой ум. На всей Лари из людей по возрасту и магической силе с ним мог соперничать, пожалуй, только Великий Магистр. Почти ровесники, пришедшие к власти практически одновременно. Великий Магистр стал канцлером Союза Великих, а Смотрящий захватил власть в Школе "Халифских мальчиков". Они никогда не встречались, но придирчиво наблюдали за достижениями конкурента. Между ними давно тянулось скрытое чужому взору соперничество, щедро приправленное неприязнью.
   Но последние годы Смотрящий чувствовал, что стал сдавать, и не далек тот день, когда в его кабинет войдет кто-нибудь молодой и амбициозный, предъявит печать Халифа и все... кончилась его долгая жизнь. Потому как отставных Смотрящих не бывает, бывают только живые или мертвые. И этот заказ на устранение, пришедший из Союза от самого Великого Магистра, вполне может стать тем делом, на котором его долгая карьера закончится.
  
   Смотрящий за школой был странен на вид и носил необычное имя Суфлехим Рамонни. Он происходил из тонбасов(12). Его племя когда-то было покорено Халифатом, его гордые соплеменники долго сопротивлялись, но это было бессмысленно. Земля в долине реки Тонбайсё стала анклавом, но за мнимую свободу, за право называться не Халифатом племя отдавало добрую половину урожая. Но у отца Суфлехима были другие взгляды. Он бросил гордое, но голодное существование и всем семейством подался на заработки в Халифат, за что был оплеван соплеменниками.
   И началась борьба за место под Андао и в прямом, и в переносном смысле. И неизвестно бы как сложилась его судьба, если однажды мальчишка, помогавший старшему брату развозить свежий хлеб из пекарни, случайно не попался бы на глаза владельцу богатого дома, магу воды.
   - Любопытный малец..., - улыбнулся господин, глядя на него. - Славный отрок, а никто никогда не говорил, что твоему брату надо учиться?
   - Благодарю за заботу, асса, он начнет учиться с этого года.
   - Э-э... я про другое. Ну-ка, малявка, посмотри на моего возницу и меня, - предложил Суфлехиму маг, - кроме одежды, какую ты видишь разницу?
   Мальчик удивился странному вопросу, недоверчиво взглянул на знатного господина:
   - Ну, у Вас волосы седые....
   - А еще?
   - Эта, которая вокруг головы, у Вас ярче.
   - Прекрасно! Можно еще чего-нибудь?
   - У Вас нитей много, и какие-то веревочки, сеточки, а на перстне целый клубок.
   - Парень, так ты ВИДИШЬ!
   - Вижу, а что такого? Глаза-то есть.
   - Просто глаза - этого мало. Вот он, - хозяин дома кивнул в стороны возницы, - не видит, вон те тоже не видят и твой брат тоже не видит. Ты - маг!
   - Разве?! - Суфлехим оглядел себя насколько мог и получил от старшего брата подзатыльник, чтобы не крутился пред глазами богатого господина.
   - Нет, это мне решительно нравится. Мы объезжаем весь Халифат в поисках юных дарований, а тут, пожалуйста, дарование само объявилось. Как же тебя пропустили, парень?
   - Мы родились на Тонбайсё. - авторитетно ответил старший брат.
   - Это еще где? А-а, да-да... та речушка, до которой я так и не доехал. Будем считать это моим промахом. Так, сейчас уже опаздываю, чего страшно не люблю, проследи, чтобы он сидел здесь вечером, естественно с отцом. Нам с ним надо о многом побеседовать, а завтра я его определю, куда следует. Если мы, конечно, договоримся с твои родителем, - и маг презрительно осмотрел одежду мальчишек, больше похожую на лохмотья нищих.
   Так тонбас Суфлехим попал в "халифские мальчики".
   Именно мальчики, потому что до почтенного возраста доживали единицы, да и своей смертью не умирал никто, это даже считалось непристойным. В школу юных магов в основном отбирали мальчиков простолюдинов. Семья получала солидный выкуп и освобождалась от налогов на пару лет, но навсегда теряла сына. Даже имя его должно было стираться из всех записей, нигде и ни при каких условиях бывшие родственники не должны были упоминать его. У Суфлехима проблем с родственниками не возникло, они получили деньги и забыли про него, а он забыл про них. Так спокойнее, он никому ничего должен, ничего ни от кого не ждет, и ничто не отвлекает от движения к намеченной цели.
   Как-то прежнему Смотрящему, наставнику Суфлехима, пришла в голову идея заняться племенным разведением. Действительно, почему бы не вывести особую породу, почему бы не начать воспитывать боевых магов не с рождения, а с зачатия. К тому же с матерями проблем никаких не будет, потому что бесправнее рабыни в Халифате только самка хвачика. А если учитывать, что служанкам и так приходилось удовлетворять все естественные потребности будущих бойцов, то племенной материал получался как отходы основного производства. Но и тут в работу пошел не весь материал, слабые здоровьем и девочки - это отходы от отходов, эти отбраковывались без лишних переживаний, сухо, по-деловому. Может даже слишком по-деловому, но у Смотрящего, как и у Суфлехима, в жизни ничего кроме его дела не было. Но, поразмыслив, предприимчивый селекционер решил, что неразумно смешивать первоклассный тщательно отобранный наследственный материал с неизвестно чем, и начал проводить селекцию и среди девочек. Да и молодые здоровые рабыни в хозяйстве пригодятся.
   Наставник благоволил неутомимому и, безусловно, талантливому инородцу, доверял свои помыслы, посвящал в планы. Суфлехим стал близок учителю, но когда вспоминал, что каждый Смотрящий, вступая на должность, убирает своего предшественника, что-то пережимало горло. Нельзя в школе иметь привязанностей, ничто не должно мешать выполнению приказов. Но на его счастье случились Злые камни....
   Наставник допустил единственный провал в своей карьере и был убран по приказу самого халифа. Среди учеников школы долго ходили упорные слухи, что он сам бросился на меч, когда увидел печать Каддалоров, не перенес позора.... Но это навсегда осталось тайной между старым Смотрящим и новым, которым ожидаемо стал Суфлехим. Без интриг, взяток и шантажа в высоких сферах это ему, конечно бы, не удалось, но и этому тоже обучали в Школе, и хорошо обучали. Где-то в глубине души он радовался, что учитель погиб без его участия, ведь отставных Смотрящих не бывает...
   Суфлехим получил первые образцы того, к чему стремился его предшественник во втором поколении, это были внуки его лучших бойцов. Он вел родословные книги, перестраховывая свою память, чтобы не упустить ничего, что не допустить кровосмешения. Вел записи придуманными им самим условными значками, чтобы никто не знал своего родства, чтобы ни у кого не возникало никаких привязанностей, чтобы на тренировке наставник выделял талантливого, а не своего сына, чтобы в отборочных боях брат не пожалел брата. Они все должны быть равными, они все - бойцы. Его система отбора работала, с каждым поколением выбраковка сокращалась. Он применял средства, повышающие вероятность рождения мальчиков. Однако грубое магическое вмешательство в этот деликатный процесс приводило к нежелательным побочным явлениям, и пришлось смириться с рождением девочек.
   "Ничего, ничего..., - успокаивал себя Смотрящий, - В конце концов, породистые рабыни дороже стоят. Да и хорошая наследственность по материнской линии еще никому не вредила. "
   И в один прекрасный момент он решился подкрепить эту мысль на деле. "Породистых самок" приказал отделить от остальных и обращаться не как с рабынями, а, страшно подумать такую ересь, как с будущими бойцами. Ему стало интересно, а что получится? И что-то получилось.
   Выяснилось, что девочки взрослеют раньше мальчиков не только физически. А с извращенной мстительностью женского ума не сравниться никакая мужская ярость. Хорошо еще, что в большинстве своем этот ум уступал мужскому, но найдись парочка мозговитых стерв, и, не приведи Единый, они между собой договорятся, то мужчинам придется туго. Как они потом завоеванное делить будут - интересный вопрос. Все блага и сокровища разделить проще, а что делать, если обе положили глаз на одного и того же мужчину? Суфлехим наблюдал, как два юных прекрасных создания рвали друг друга с лютостью горного хайнрода, не желая уступать избранника сопернице. Приказа разнять парочку Смотрящий не отдавал, он с интересом наблюдал. Не это ли он хотел получить в результате эксперимента, начатого еще его наставником? И, в конце концов, пусть победит сильнейшая из самок, она же и достанется сильнейшему самцу.
   Пока женщинам с мужчинами все-таки рано тягаться, у них нет одной способности, способности дружить, слишком долго они были на положении рабынь. А индивидуальных достижений недостаточно, нужно еще умение взаимодействовать в команде. А среди девушек каждая считает себя самой-самой и подруге своей не подчиняется. Решение проблемы, однако, нашлось просто - командиром женской группы поставить мужчину. Тогда борясь за внимание самца, они в лепешку готовы расшибиться. В отборочных боях халифские девочки показывали весьма приличные результаты, но ставить в известность высшее руководство о своих экспериментах Смотрящий не спешил...
   Любому военному не надо объяснять, что успех любой операции, прежде всего, зависит от разведки и подготовки личного состава. В знаменитой на весь Халифат, да и, пожалуй, на всю Лари, школе юных магов, с подготовкой и слаженностью боевых подразделений, на взгляд Смотрящего, было все в порядке. А вот разведка.... Разведка в данном конкретном случае сильно подкачала.
   Сейчас перед ним на столе лежали две папки, одна с делом почти трехсотлетней давности, так печально закончившимся для его предшественника и учителя, и вторая совсем новая.
   "Анна аль Зетеринг... названная или настоящая племянница или, судя по возрасту, скорее всего, более дальняя родственница той самой Зиты аль Зетеринг. Надо освежить все в памяти...." И Смотрящий стал худыми пальцами с уже явно видимыми морщинами и старческими пятнами на коже, перебирать хорошо знакомые листочки того дела. Не то чтобы он его не помнил, но, вдруг что-нибудь да забыл. Прошло много лет и сейчас, с высоты своего нынешнего опыта, можно попытаться взглянуть на это дело новым, свежим взглядом.
   Смотрящий долго изучал бумаги и пришел к неутешительному выводу: единственное, в чем был прокол в подготовке прошлой операции - это в неправильной оценке эльфийской охраны устраняемого объекта. Да, недооценил его предшественник слаженность работы двух эльфийских четверок и силу руководящего ими мага. Да и как оценить, если уже давно в восточной части Лари, слава Единому, нет эльфов. Их заставили покинуть восточное полушарие еще лет за сто до рождения Суфлехима. Да и орков почти всех повывели, еще чуть-чуть и Лари, во всяком случае, ее восточная, лучшая часть, будет принадлежать только людям.
   А задача, хорошо оплаченная задача, стоящая перед Суфлехимом намного сложнее, чем была у его предшественника и учителя. Пожелтевшие листочки старого дела шуршат и рассказывают историю одной из немногих неудачных операций Халифских мальчиков.
   "Звезда, одна звезда... Живым никто не вернулся. Эльфы пленных не берут. Дрянь ушастая..."
   Прошлый раз все было просто, операция казалась проработанной до мелочей. По данным разведки магиня должна была в последний день Посевника прибыть в Каравач через один из природных порталов. Она с охраной всегда приходила в вольный город через один и тот же портал и примерно в одно и то же время. Сначала из портала должна была выйти охрана, выходить должны были по одному.... Но что-то пошло не так. Что именно узнать точно так и не удалось, все что известно и записано в отчете, было прочитано по следам, и занимался этим уже сам Суфлехим, нынешний смотрящий.
   Как охране объекта стало известно о засаде не известно до сих пор. Но эльфы вышли из портала сплоченной группой, под прочным магическим щитом, и сразу атаковали, следом вышел их маг и еще одна четверка, их там вообще не должно было быть. Охране удалось разделить звезду на две части и прикончить бойцов очень быстро, раненых халифатцев, безжалостно добили. А объект - Зита аль Зетеринг участия в бою не принимала, она вышла из портала, когда все было кончено. В этом бою было убито два эльфа из ее охраны и еще несколько получили ранения, своих убитых эльфы забрали с собой, а нападавших оставили на месте. Похоронная команда из города пришла только на следующий день и трое из убитых уже успели подняться и еще долго бродили по окрестностям. Хорошо, что все не поднялись, рядом с природными порталами разлито столько чистой природной магии, что это даже удивительно.
   В этот раз задача была сложнее. У нынешнего объекта был демон охранник, а это намного хуже охраны из эльфов. И, по условиям контракта, заказ надо было выполнить до конца года, а где и когда встретить объект - сведений почти не было. Предполагалось, что в осенние Дни Богов объект посетит Каравач, но они скоро уже закончатся, и нападать сейчас никак нельзя, это почти наверняка провал. Где и когда будет объект - разведке не известно.
   "А почему собственно неизвестно? Очень даже известно... Она потом будет вместе со своей "тетушкой" у себя в пустыне. В прошлый раз нападение на наверняка хорошо укрепленный дом сочли неразумным, а сейчас.... Сейчас это единственный способ выполнить заказ. И не только этот, но и тот старый. А выполнение того заказа - это уже дело чести! "
   Смотрящий вскочил из-за стола и стал нервно расхаживать по кабинету. Все могло получиться: "Только придется действовать большими силами. Тут одной звездой не обойтись... Ну, да ничего, выпуск в этом году ожидается большой, можно его немного и ополовинить. А в хранилище артефактов еще осталось пара амулетов для хождения по природному порталу. Надо рискнуть, все равно другого выхода нет. "
   И старый маг сел планировать новое задание для трех боевых звезд школы мальчиков. Как выпускное задание оно вполне годилось... Только времени на подготовку осталось мало. Там в пустыне выпускникам придется столкнуться не только с эльфами, но и с демоном-охранителем и разгневанной вторжением в ее владение магистром синей магии - с женщиной.
   "Выпускникам придется, по сути, брать хорошо укрепленную крепость. Нет, три звезды не справятся..."
   "Или все же сначала устроить разведку боем? Но как при этом не выдать себя? А вот пусть мои девушки и прощупают тамошнюю девицу и охрану усадьбы. Ни в каком реестре они не записаны, официально их просто нет. Если не вернутся, туда им и дорога, а если справятся, то будет чем удивить Каддалора. Я в любом случае ничего не теряю, и разведданные будут верные, что уже половина успеха. "
  
   Мерно колышется пламя редких свечей, и возносятся кверху струи благовоний, пожертвованных храму в помин усопших. Пусто в храме после окончания дней богов, не любят люди лишний раз вспоминать о смерти, поэтому так пусто и гулко в пределе Томного Лика Богини Лари. Только жрец Темного лика тихо обходит владения Богини и зажигает на месте горевших свечей новые.
   Жрецу скучно и грустно, он уже столько лет служит при храме, что уже все надоело. Бывают случаи, когда человек не любит свою работу, вот Лирон свою жреческую работу не любил. Его раздражал запах благовоний, выводили из себя многочисленные посетители, что шли в храм толпами в последний день Дней Богов, помянуть усопших, и, на всякий случай, пожертвовать деньги таинственному и неумолимому Темному Лику. Если бы у матери Лирона не родилась двойня, а, например, тройня, то его судьба наверняка сложилась бы иначе. А так, раз двойня, то дети будут принадлежать храму и служить Богине, такова их судьба, и другой просто не может быть.
   В семье какой-нибудь крестьянки рождению двойни все бы искренне порадовались. Храмы Лари щедро платили отступные за увозимых в Храм детей, но та сумма, что казалась большой для крестьян, для пусть и бедного, но дворянского рода была не существенна. А тут еще выяснилось, что близнецы не похожи обликом друг на друга и сумма, что даст за них Храм, уменьшилась еще больше. У жрецов были четкие расценки, сколько и за каких близнецов они дадут. Больше всего платили за близняшек-девочек, и чем больше они походили друг на друга, тем больше давали отступных. Потом по цене шли близнецы мальчики, а за разнополых, да еще и разных обликом давали совсем мало.
   Но и не отдать двойняшек в храм было нельзя, это обычно заканчивалось плохо для всего Рода. То начиналось моровое поветрие, и вымирала почти вся семья во главе с близнецами, то неожиданный пожар сжирал дом вместе с домочадцами, то еще что. Поэтому жизнь Лирона и его сестры двойняшки, до того момента как в семь лет за ними приехали из храма, была не завидной. Нет, их хорошо кормили, прилично одевали, но относились как к "отрезанному ломтю", вроде и свои, но уже чужие. И за все восемь лет учебы в школе при храме никто из родни ни разу не приехал их проведать.
   Лирону и его сестре Лиретте учиться в школе нравилось, тут они были такими же как все, даже чуть хуже, потому как не одинаковые, но все равно было лучше чем дома. Он мечтал стать служителем Светлого лика, ходить в белой просторной одежде, украшать предел цветами, но посвящение нанесло ему еще один тяжелый удар. Его выбрал Темный лик, и теперь до конца дней своих он будет ходить в темной хламиде, закрывать лицо низко надвинутым капюшоном. Но не потому, что так положено, а потому, что яркий свет Андао стал раздражать, а его лучи заставляли чесаться и искать спасения в тени или кутаться в темные одежды. Боги, а особенно Богини хитры и коварно-жестоки.
   Первые лет десять Лирону приходилось ухаживать за храмовыми животными, выгребать из их владений кости, что ленивые храмовые гварричи оставляли от тел умерших. И отдавать эти обглоданные и измазанные липкой слюной остатки семьям. А если семье было наплевать на родственника или таковых не было, то приходилось еще и хоронить кости в общих склепах для нищих.
   Вот последние пять лет, с тех пор как он стал старшим жрецом, подобные мелочи Лирон уже давно не делал, для этого были молодые жрецы. А сам Лирон, теперь только зажигал свечи и вопрошал Богиню, но делать он это не любил, и старался всеми силами избежать. Очень ему не нравилось терять контроль над собственным телом и те мерзкие ощущения, остающиеся в теле, после присутствия в нем Богини. Вот Богиня заберет к себе главного жреца, и он вполне может претендовать на его место, но до этого надо еще дожить. Главный жрец лишь чуть-чуть старше самого Лирона и крепок здоровьем.
   Лирон отвлекся от воспоминаний и поймал себя на том, что стоит перед статуей Темного Лика и к чему-то прислушивается. В храме было тихо, слышалось лишь легкое потрескивание сгорающих в чашах благовоний, и с улицы доносился шум из загона с храмовыми животными. Молодые жрецы чистили загон и шумно сортировали кости умерших, решая кому ни принадлежат. А какая собственно разница? Все равно там были только трое нищих, и их будут хоронить в одном склепе, но практика молодежи не помешает.
   - Кх-кх...
   Легкое покашливание, раздавшееся из-за самой спины, заставило старшего жреца вздрогнуть и резко повернуться на шум. Прямо за его спиной стоял седой мужчина не высокого роста в одежде цвета пожухлой листвы. Он смиренно склонил голову, а когда посмотрел на жреца, то тот понял, что смирение, это не более чем поза и он, скорее всего, имеет дело с собратом по профессии.
   Жрец и неожиданный посетитель стояли и рассматривали друг друга
   "Чей же ты служитель? Что-то есть в тебе такое... неуловимое. Может Стерг? Нет, ветер его не любит, вон даже пламя свечей не колышется. Тогда кто? Мурану с Марисом отбрасываем сразу, их служителей я за версту чую. Служители Андао, они чаще всего рыжие и ... горячие, а этот холоден и спокоен. Лафригор? Для его служителя он не похож, но что-то такое угадывается. Скорее всего, он из Ордена Равновесия, этого только мне не хватало!"
   - Чем могу помочь? - привычно спросил Лирон у посетителя.
   Мужчина пристально всмотрелся в темноту низко надвинутого капюшона. "А вот ничего ты тут не увидишь. " Жрец чуть ил не в первый раз в жизни поблагодарил обычай закрывать лицо старших жрецов от молящихся.
   - У меня недавно умер друг, - на слове "друг" посетитель заметно сбился. - И я хотел бы узнать, не хочет ли его душа мести.
   - Пообщаться с умершим можно и у магов. Я не общаюсь с мертвыми.
   - Я знаю... Но это несколько необычное дело. Моего друга убил не совсем человек, мне интересно было бы узнать мнение по поводу мести у Темного Лика.
   - Богине все равно будете ли вы мстить за вашего друга или нет, свое дело она уже сделала.
   - А моему другу?
   Жрец усмехнулся...
   - Умершим нет дела до земной суеты. Месть нужна оставшимся, чтобы успокоить собственную совесть. Я не буду тревожить богиню по такому мелкому вопросу.
   - А как же...
   - Чтобы помянуть усопшего киньте в чашу благовония, а ящик для пожертвований находится справа от вас. До свидания... - и Лирон поспешил скрыться от пристального взора сторонника Лафригора. Ну не любил он этих святош, не любил. Все-то они стараются всех поучать, кому и как жить, что изобретать, а что нет, что правильно, а что ложно. Так, словно они истина в первой инстанции.
   "Равновесие, равновесие... Подумаешь! Есть жизнь, и есть смерть, а все остальное умещается между ними. Если жил, то рано или поздно умрешь, нельзя жить вечно. Вот и все равновесие, а то придумают всякого... Богиню ему вызывай... Друг умер... Все там будем. "
   Антонин между тем стоял и обдумывал слова жреца. Он был прав, за Даму должен мстить Легион, а леди Нериэнна в мести не нуждалась, единственное, что он мог теперь для нее сделать, это позаботиться о ее дочери.
   Уже бывший резидент Ордена Равновесия, кинул в ящик несколько серебряных монет, положил в чашу пару шариков благовоний и, постояв еще пару минут, пошел на выход. "Жрец прав, мертвым нет дела до мира живых, но к фиолетовому магу я все же схожу. "
  
   Малышке Киме повезло, наконец-то она уйдет с этого хутора, и никто ее не будет попрекать куском. Она будет жить в этом большом доме, мыть посуду на кухне, а на кухне всегда найдется какая-то еда. А еще здесь есть ванна, много горячей воды и душистое мыло. И хозяйка приказала горничной расчесать ее чудесные волосы и заплести косы. Хозяйка была в восторге от ее золотистых кос и даже подарила Киме резной костяной гребень и две заколки с малахитовыми глазками. У ассы было много разных блестящих и красивых эльфийских штучек.
   Конечно, Кима справится, она же мыла посуду на хуторе тетушки, где были еще младшие тетушки, дядюшки и многочисленные двоюродные братья-сестры, она будет очень старательной. И отдельной кровати у нее никогда не было, а здесь хоть старое, но свое илларье одеяло и целых две подушки. Кима спит, ей мягко, тепло и сытно.
   ...Сама собой загорается свеча на прикроватном столике. Девочка просыпается от ощущения чьего-то присутствия, что в комнатке кто-то есть. В полумраке она различает серый силуэт, под капюшоном не видно лица, только два блекло светящихся глаза. Она вскрикивает от ужаса, но ее никто не услышит, над ней магический полог. Но любопытство пересиливает, и девочка начинает разглядывать ночного гостя, к тому же его руки сложены в успокаивающем жесте.
   - Ты мой сон, или ты приведение?
   - Скорее последнее, - отвечает тень, - но ты меня не бойся.
   - Я уже большая, я не буду бояться. И в старых домах живут приведения, мне рассказывали. А ты давно здесь ?
   - Для приведения не очень. Значит ты Кима, это тебя вчера привезли?
   - Да, я буду здесь жить и помогать на кухне. А у приведений есть имена?
   - Конечно есть. Кайлас. Только я тебя расстрою, тебе нельзя здесь оставаться, ты должна уйти и чем скорее, тем лучше.
   - Но почему?
   - Хозяйка этого дома - ведьма.
   - Но она же добрая, смотри, сколько всего мне подарила.
   - Асса Галенгейра ничего не делает просто так, не верь ей.
   - Да хуже чем на хуторе уже не будет. Пусть это все заберет, что она мне может сделать?
   - Что? То, что когда-то сделали со мной! - Кайлас присел на корточки, чтобы их глаза стали на одном уровне, и снял капюшон. - Поверь мне.
   Из его темно-желтых глаз, словно гной, текли слезы. Вот здесь Киме могло действительно сделаться страшно, но ей стало жалко Кайласа, и она осторожно пальчиком дотронулась до его ладони.
   - Ты не мертвый!
   - Но и не живой.
   - Но ты когда-то был человеком?
   - Был.... А теперь драург (13).
   - Значит, драурги бывают? И это не сказка?
   - Это страшная сказка. Я не уничтожим, могу не есть, не пить, тело ссохнется, но я буду существовать в нем. Если очень постараться, тело можно уничтожить, например, сжечь, но я останусь духом неприкаянным здесь на этой стороне, за грань не уйду. Но не это главное, я связан заклятием хозяйки, я криллак на цепи, я не могу противиться ее воле.
   - Тебе больно? - и Кима погладила его по седым волосам.
   - Мне все время больно.... Она из тебя хочет сделать подобную куклу. И не своими руками, она сама не может. Она прикажет мне, а я не хочу, но буду вынужден. Беги отсюда, пожалуйста!
   - Но куда? На хуторе меня найдут.
   - Конечно, найдут. Тебя и искать не надо будет, тебя свои же обратно приведут.
   - Нет, не правда!
   - Если бы! Это же они тебя продали.
   Хуже страшной сказки бывает только страшная быль. Когда Кима оплакала предательство родни и вытерла слезы, уже начало светать.
   - А теперь, девочка, послушай меня. Я так много знаю о внешней жизни, больше из книг и из памяти людей, но и немногое тебе поможет. Сейчас пойди на кухню, там еще никого нет, поешь и возьми с собой чего-то в дорогу. Денег у меня нет, но вот, - он протянул ей серебряный перстень с аметистом. - Чтобы тебя никто не заметил, я сделаю амулеты для отвода глаз из твоих малахитовых заколок. В малахит прячут плетения эльфы, я постараюсь сделать похожие. Подобная магия мне дается тяжело, но я надеюсь, что они продержатся хоть несколько дней. Ты только постарайся магам на глаза не попадаться, а то вопросы будут, откуда у тебя такие странные эльфийские артефакты.
   - А как я магов отличу?
   - Да, тут загвоздка.... Дай-ка на минуточку перстенек, - Кайлас помудрил над аметистом. - Вот, теперь это не просто колечко с камушком, а магический артефакт - маячок, определяющий магов. Будет ли точно показывать цвет - не знаю, но надеюсь, что да, но тебе это и не важно. Тебе просто надо держаться от них подальше. Лучше пойти в столицу, в большом городе проще затеряться. Там за еду и кров можно найти место посудомойки в трактире. Но ты сначала зайди в храм Афари, последние несколько лет в Союзе мода брать свидетелями клятв невинных детей, считается, что им благоволит честная богиня. Попытайся, может быть тебя возьмут послушницей. Там тебя и грамоте обучат, и никто не обидит, а самое главное наша ведьма в храм Афари не сунется, даже если найдет тебя там.
   Кайлас вышел с девочкой во двор, криллаки не подали голоса, разбежались поджав дрожащие хвосты. Серый маг проводил девочку до ворот, это был его предел, дальше не мог. Он и выйти из подземелья решился, потому что хозяйка в эту ночь крепко спала.
   - Прощай Кими, удачи тебе.
   - Я когда-нибудь увижу тебя?
   - Не знаю, я , к сожалению, не провидец.
   - Я вырасту, найду тебя и освобожу.
   - Непременно, я буду ждать.... Ты только вырасти, обязательно вырасти!
  
   На кухне уже все кипело, шкворчало и румянилось, а хозяйка все не появлялась. Вчера она долго просидела в гостиной, общаясь с бутылкой рома, уже который день не могла успокоиться после посещения Хейльда. Ведь это ж надо, она не без основания рассчитывала на благодарность и соответствующее вознаграждение от Великой Эльды аль Хейльдинг за заботу о ее ребенке. Но мелкий паршивец заявил своей вспыльчивой мамаше:
   - Тетя - бяка. Она Ка'яса абизяет и Ай'ика тозе.
   Вдобавок вцепился в своего желтоглазого гувернера и закатил скандал, требуя, чтобы добрая родительница купила раба для него. Свернуть бы сразу неблагодарной малявке шейку и не таскаться по сырым лесам. А тут после всех хлопот еще и грязью поливают.
   - Асса Галенгейра, Вы не встанете к завтраку?
   - Какой завтрак?! Скоро уже обед.
   - Так я и переживаю, а Вы еще не вставали.
   - Я, в конце концов, у себя в доме могу делать, что мне вздумается и как мне вздумается! - ведьма перешла на визг. - Пошла вон и не смей меня беспокоить!!!
   Через комнату со свистом пролетело зеркальце в роговой оправе, служанка не успела от него увернуться. Через полчаса хозяйка все-таки соизволила показаться в столовой и откушать кофе со свежими булочками.
   - А где же наша девочка, почему я ее не вижу? Позови.
   - Позвать Кими? - переспросила Абира.
   - А разве тут еще есть девочки? - процедила ведьма и нервно притопнула ногой.
   Рабыня опрометью выскочила в коридор. Вернулась она подозрительно быстро и с лицом, взволнованным как лужица на ветру.
   - Ну, и долго я буду ждать? Почему ты ее не привела?!
   - Асса, ее нет, ее нигде нет, - и рабыня загородила лицо руками, опасаясь удара чем-нибудь, но спасать пришлось уши. Голос ведьмы сорвался на самом верхнем звуке. Слуги обшарили весь дом и двор, но девочки нигде не было. Асса Галенгейра исступленно дергала свои длинные волосы, ее румянец стал багровым.
   - Это ты, вяленый кусок мяса, - проговорила она дрожащим голосом, - больше некому. Ну, труп ходячий, ты доигрался!
   Разъяренным гварричем ведьма влетела в жилище воспитанника.
   - Это ты, дохлятина недобитая! Ты ее отпустил! Я знаю, это ты!
   - Конечно же, я, - в желтых глазах плясала насмешка.
   - Да я тебя прикончу! - она зарядила плетение поводка. Тело драурга скорчилось в неестественной позе.
   - Ну! Давай, чего ждешь?! - и тут ведьма поняла, что именно этого он и добивается. Он надеется, что поводок при наивысшем напряжении может убить его. Он знал, что в поводке было заложено убийство подчиненного, но в планы ассы Галенгейры это не входило.
   - Нет, мой милый, нет, мой драгоценный, не надейся. Может быть когда-нибудь, но не сегодня.... Твоя мамочка не так глупа, как тебе хотелось бы. Придется еще чуть-чуть потерпеть.
   И слуги ассы Галенгейры наконец-то увидели ее тайного воспитанника. Его обездвиженное плетением поводка и противомагическими кандалами тело было растянуто на цепях между столбами над выгребной ямой.
   - Что-то он слишком хорошо выглядит, - заявила через пару часов асса, выпивая со своими наемниками. - Видимо не слишком аппетитный. Ну-ка, ребятки, полейте его сиропом и еще чем-нибудь, для запаха. И сделайте из него отбивную, жестковат он, видимо.
   Варжий хлыст сделал лохмотьями не только одежду, но и неживую кожу. Вылитые на его тело кухонные помои привлекли со всей округи толстых осенних мух. Полчища насекомых накинулись на угощение, исправно размножаясь в укромных уголках его ран. А наемники с хозяйкой вернулись в столовую.
   - Госпожа Галенгейра, а долго еще?
   - Долго, Белейв, долго. А ты куда-то торопишься? Тебя кто-то ждет?
   - Я имел в виду, долго ли он там будет еще висеть? А то как-то... после всего этого не очень хочется возвращаться за стол.
   - Да что тебе за беда? Пусть висит! Ему не повезло, умереть он не может, как бы не хотел, он уже и так дохлый, - и ведьма разразилась смехом, от которого даже у повидавших разное наемников передернуло физиономии.
   - Но радоваться рано, дорогие мои, девчонку надо отыскать. Я не успокоюсь, пока не передам ее заказчику. Так что готовьтесь, делайте, что угодно, тратьте сколько угодно, но эту дрянь ко мне приведите!
   Хозяйка, задумчиво постучав пальцами по столу, продолжила,
   - А сейчас приведите мне... э-э-э... сами знаете кого.
   Ведьма иногда снимала себе любовника из числа скучающих в трактирах безденежных, но кичливых дворянчиков.
   - Асса, но мы не успеем вернуться до темноты. Придется ночевать в городе.
   - Не надо в город. Сейчас открытие охотничьего сезона, полно кандидатур в лесной гостинице.
   - Хозяйка, но ведь охота!
   - Именно! Охота... денег всем охота.
  
   На утро асса Галенгейра, немного успокоенная ночными забавами, принимала ванну и выбирала, какими делами сегодня заняться. А на лесной тропе на бревнышке сидел сынок-переросток когда-то уважаемого, но сейчас захиревшего Рода и вспоминал, какой чудесный сон приснился ему. Во сне он попал в роскошные покои женщины благородного происхождения, воспылавшей к нему жаркой страстью.... Правда не понятно, как он попал на эту лесную тропу и как добраться до гостиницы. А в кармане позвякивали с десяток серебрушек.
  
   Ведьма привела себя в порядок, легко позавтракала и посетила все еще висящего на цепях драурга. Асса осталась довольна. Личинки мух уже копошились его ранах, выедая мертвую плоть и обнажив кое-где ребра. Асса, зная об упрямстве своего воспитанника, попыталась поговорить с ним. Только ответа не последовало, Кайлас даже не взглянул на нее. Его проеденная щека едва дернулась в кривой усмешке, в сквозной ране виднелись белеющие зубы....
   - Ну ладно, как пожелаешь, - процедила она. - Повиси еще, пока не поймешь, что деваться тебе некуда. Никто тебе не поможет. Никому ты не нужен, разве что мне. И ты правильно делаешь, что держишь глазки закрытыми. Правильно, а то опарыши быстро тебя их лишат, а восстановить их тебе будет намного сложнее, чем просто мертвую плоть.
   И ведьма вернулась к запланированным на сегодня делам.
  
   Рабы ассы Галенгейры натерпелись и нагляделись за свою жизнь немало того, от чего простой человек враз поседеет. Но то, что творилось на заднем дворе сейчас, превзошло мерзостью все прежние затеи хозяйки. Даже если не смотреть в окна, об этом напоминала невыносимая вонь. Один из рабов не выдержал и вылил на распятого драурга пару ведер воды. Кайлас едва заметно повернул голову, редко кто проявлял жалость к нежити.
   Гнев ассы, наверное, мог достичь вершин Срединного хребта.
   - Надо же, защитнички появились. Пожелал усохшую плоть окропить? Будь по-твоему. Окропишь ее своей кровью.
   Раб не боялся смерти, это означало избавление от его каторжной жизни. Но убить просто так - это было не в стиле ассы Галенгейры. Изъеденное тело драурга бросили в чан, а несчастного раба подвесили над ним вниз головой. И постепенно снимали кожу, чтобы на нежить тонкой струйкой стекала теплая кровь, пусть его плоть возрождается и опять отмирает раз за разом, снова и снова.... При этом опарыши никуда не делись, они охотно кормились плотью сдобренной свежим кровяным соусом. Когда раб был выжат до капли и наконец-то увидел Темный лик, ведьма, недолго думая, подвесила еще одного, а потом и третьего.
   Четвертого Борвен освежевывать живьем отказался, заявил, что ему надоело. Кто бы мог подумать, что наемники у ассы такие нежные и ранимые!
  
   - Кайлас, мальчик мой, проснись. Ты долго спал и сейчас надо поработать. Вставай. Ты вчера хорошо покушал? Отвечай.
   Поводок, связывающий хозяйку и ее опасную нежить, требовательно натянулся. Драург вспомнил вчерашнюю "трапезу" и очередной раз содрогнулся. Когда его тело контролировал человек, вернее остатки того сознания, что могли бы вырасти в человека, то он подавлял свои инстинкты нежити. Но когда по велению поводка человек отключался, наружу вылезала тупая нежить, которая больше всего на свете хотела ЖРАТЬ, причем желательно теплую человеческую плоть. И вот вчера, мамочка, как экономная хозяйка, желая восстановить внешний вид свой собственности, сильно попорченной опарышами, приказала нежити выйти на свободу. Конечно, можно было этого не делать, так даже страшнее, но создавать из Кайласа балаганное пугало она не планировала: шумно, хлопотно, да и доходы не те. И изглоданное бесчисленными насекомыми неживое бездушное тело уже само смачно обгладывало обескровленные тела рабов, пеняя своему парализованному разуму на слишком жесткую постную диету....
   - Отвечай. Я жду.
   - Да, хозяйка. Я сыт.
   - Вот и чудненько. Иди за мной.
   Кайлас покорно следовал по подвальным переходам вслед за ассой Галенгейрой. Поводок повиновения был сегодня как никогда строг, и даже тень мысли о сопротивлении хозяйской воле вызывала сильный ужас. Ведьма вошла в комнату, где на кровати лежала... Кима? Даург пригляделся, нет, это была не Кима, но девочка была очень на нее похожа, лицо, волосы, только на год моложе.
   - Вот сделай из нее куклу для игр. Чтобы она могла прослужить ее будущему хозяину год-полтора, не больше.
   - Я могу сделать так, что она прослужит лет пять-шесть.
   - Нет, не надо. Когда она сломается, он опять обратится ко мне и опять заплатит деньги. А я из-за тебя сильно потратилась... Пришлось еще раз заплатить за очередную девчонку, еще трех рабов придется докупать. Так что... работай! Заказчик ждет свою игрушку завтра.
   Даург содрогнулся от того, что он был сейчас сотворить, но приступил к работе. Через час он вышел из комнаты и передал свой хозяйке камень с управляющим плетением. А в комнате вместо живой девочки на кровати сидело слабое подобие драурга, ничего не понимающая, холодная и покорная нежить. Единственным собственным желанием, которой было есть живую человеческую плоть, но это желание жестко контролировалось наложенным на нее странным, серым, как осенний туман, плетением.
   - Готово?
   - Да.
   - Инструкции по содержанию?
   - Как обычно.... Держать в прохладном помещении, и желательно в тени, минимум раз в неделю ванна со льдом. Кормить раз в десять дней мясным фаршем, обескровленным, во избежание неприятностей. Отсутствие контактов с людьми и зверьми без управляющего камня в отсутствие хозяина. Все как обычно....
   - Молодец. Хорошо поработал. Жалко заказчиков на подобные игрушки мало... - Ведьма вздохнула, а драург мысленно пожелал заказчику, стать угощением для собственной игрушки.
  
   Одрик полдня мучился, пытаясь понять, как работает сделанный им амулет. Учитель помочь ему не пожелал, заявив, что сам он такими штуками никогда дела не имел и пора бы ученику приучаться думать самостоятельно.
   "Навязал, сам не знаешь чего, а кто-то должен распутывать. Не выйдет! Сами, мой принц, все сами. Мне от Ваших успехов славы не достается", - фыркнул Учитель.
   После ужина асса Зита почему-то сжалилась над гостем и выдала ему из своих неприкосновенных запасов работающий и полностью заряженный амулет.
   - Я подумала, и решила облегчить Вам, юноша, задачу. Вот, одна из немногих вещей, что осталась мне от брата. Амулет до сих пор исправен. Сравните их действие, и если в Вашем ошибка, то Вы сможете вернуться сюда. Зарт был гением и с помощью этого амулета, даже на последних крохах энергии можно добраться до усадьбы. Работайте, молодой человек, работайте.
   И асса Зита величественно удалилась в библиотеку.
   "Учитель, а она что, с самого начала не могла дать мне нормально работающий амулет? Зачем надо было давать почти сломанный, если есть исправный и заряженный? "
   "А чего гадать? Пойдем, посмотрим...", - Учитель сменил гнев на милость.
   "Не, меня Кани ждет..."
   "Кани подождет, скажи ей, что есть интересная задачка, может она ее с тобой вместе порешает. А в вещах можно и потом покопаться... Разобраться с принципом действия намного важнее, а то ты что-то сделал, а как оно работает, и работает ли вообще - неизвестно".
   "Асса Зита сказала, что он работает. "
   "Мало ли кто кому и что сказал! Через портал-то ты пойдешь, а она тут останется".
   Кани с радостью пошла вместе с Одриком к природному порталу. Проводить эксперименты и прочие манипуляции с амулетами Дик посоветовал именно там, а Учитель с ним согласился.
   Молодые маги рука об руку зашли в сумрачный зев портала.
   - Стой! - заорал на Одрика Учитель. - Куда попер? Думаешь, если есть ноги, так их надо всегда на полную катушку использовать? Зашел и стой, не ходи никуда. Доставай амулеты и начнем. Отдай работающий амулет Кани, и пусть Дик объясняет, как им правильно пользоваться.
   - А я Дика не слышу.
   - Зато Кани ты прекрасно слышишь, вот пусть она за Диком все тебе повторяет. И голосок у нее, несомненно, приятнее, чем у этого старого брюзги.
   Торкана между тем взяла в руки два амулета, тот, что был у нее, когда она на остатках его и своей магии пришла в Злые камни, и абсолютно новый, от ассы Зиты. Плетение в амулетах затрепетало, почувствовав магию портала. Потом один из концов плетения в обоих амулетах дернулся и словно путеводная нить прицепился к находящемуся за спиной магов выходу. Только у амулета Торканы остальные нити безвольно висели, а нити плетения на новом извивались, свивались в кольца и словно ждали команды. А девушка стояла, заворожено смотрела на поведение нитей и, прислушиваясь к тому, что ей говорил Дик:
   - Эти два амулета сделаны одними и теми же людьми.
   - Людьми? Не одним человеком?
   - Нет, Дик говорит, что в работе принимали участие два человека. Один плел основу, а второй давал привязку к выходу и маскировал цвет плетения. Вот посмотри, какого цвета нити в амулете, что сделал ты, Одрик?
   Юноша поспешно достал сделанный им амулет и с удивлением уставился на мерцающие и переливающиеся цвета нитей плетения.
   - Получается, что асса Зарт не делал эти амулеты сам?
   - Да, он только привязывал их к выходу и наполнял плетение синей магией. В результате их никто не смог повторить.
   Маги зачарованно смотрели на мерцание плетений.
   - Еще смотри, Одрик, видишь разницу? Твой амулет не привязан к определенному выходу. Если амулет Кани гарантированно выведет ее к выходу у усадьбы, то твой нужно дополнительно направлять.
   - Дик, а как его направлять?
   Торкана прислушалась и стала повторять за Диком:
   - Чтобы найти нужный выход из природного портала, нужно очень четко представлять себе, куда или к кому тебе нужно. Можно представить себе место, можно человека, но главное - нужно сильно захотеть. Должно быть четко оформленное желание. А нить что привязана к определенному выходу, она действует как якорь, и если ты вдруг потеряешься, то всегда сможешь вернуться к безопасному выходу. Кстати, посмотри, у амулетов ассы Зарта есть еще один якорь, только он далеко. Ни один из вас там не был и не может дать туда четких координат, но амулеты помнят этот выход и смогут провести вас туда.
   - А куда направлен второй якорь?
   - А я откуда знаю?
   Одрик вопросительно посмотрел на Кани:
   - Давай посмотрим?
   - Ну, давай.
   "Эй, детки, вы чего удумали? Нет, так дело не пойдет. Во-первых, уже поздно, а вы завтра собрались идти по порталам в Халифат, а во-вторых, это может быть опасно! "
   "Да ладно тебе, мы только посмотрим, куда ведет второй якорь и тут же обратно. "
   "Ты хоть конец своего амулета к точке входа привязывать научись, исследователь..."
   Учитель, как всегда, говорил дело. И Одрик вздохнув, стал привязывать один из болтающихся концов своего плетения к выходу за спиной.
   "Одрик, ты когда-нибудь научишься сперва думать, а только потом делать? " Возмутился Учитель.
   "А что? "
   "Смотри чего и куда ты привязываешь!! Неуч!! Если ты сделаешь хоть шаг, нас всех разорвет!! Ладно тебе наплевать на себя, но ты хоть Кани пожалей! Оболтус... Учу его, учу, а все бес толку..."
   Одрик быстро отцепил конец нити плетения и присмотрелся к своему творению внимательно, сравнил его с плетением в амулете Зарта. Выбрал нужную нить и прицепил ее к сиянию портала.
   "Вот теперь правильно... Думай прежде, чем что-то делать", - продолжал бухтеть у него в голове Учитель. Одрик взял в свою руку маленькую и горячую ладошку девушки:
   - Пойдем, посмотрим?
   - Пошли.
   Кани быстро убрала свой совершенно разряженный амулет, что полгода назад привел ее в Злые камни. Потом чуть-чуть плеснула чистой силы в синее плетение и одна из его нитей, что целенаправленно тянулась в глубину лабиринта портала, замерцала и окрепла. Молодые люди, держась за руки, пошли по пыльному коридору. К их удивлению нужный выход нашелся очень скоро, или им просто было хорошо идти вместе, держась за руки? К проему была прицеплена нить из амулета, и выход подсвечивался синим цветом.
   Одрик аккуратно выглянул наружу. Там шел нудный осенний дождь, смешанный с резким сырым ветром и желтыми листьями. Ограда вокруг портала была почти неповрежденной, а рядом громоздились развалины.
   - Одрик, что там?
   - Не знаю, дождь.... Опасности не вижу, выходим.
   Одрик накинул ей на плечи свою куртку. Кани вышла из портала следом за юношей, и встала под дождем, с интересом разглядывая остатки огромного особняка.
   - Что это за место? Ты не знаешь?
   - Откуда? Я кроме как в Караваче нигде не бывал. Ну, еще в столице жил, но я ее почти не помню.
   - Зато я помню. Не переживай, ты не много потерял.
   Развалины давно захватил лес, на них выросли деревья, а дорога, ведущая к дому, угадывалась по кое-где различимой гранитной брусчатке. Двор зарос густым орешником и был устлан опавшей листвой. Но от руин все еще фонило остатками сильной магии, от чего по телу пробегали мурашки. Стало холодно, и у промокшего Одрика начали звонко постукивать зубы.
   - Пойдем, посмотрим поближе? - спросила Торкана, заворожено рассматривающая развалины девушка.
   - Я думаю - не стоит. Кани, пойдем отсюда. Здесь давно никого нет, а мы с тобой одеты не по погоде, и мне кажется, что тут опасно.
   Девушка, молча, согласилась с его доводами.
   Обратная дорога через пыль коридоров растянулась, они шли и шли. Клубилась пыль, и сквозняк гонял по полу песок, а Кани о чем-то напряженно думала.
   - Одрик, я, кажется, догадываюсь, что за развалины мы наблюдали...
   - Да? И что же это за место?
   - Это лаборатория ассы Зарта. Он там жил и работал все последние годы своей жизни. И оттуда он постоянно ходил к своей сестре. Тут его и убили... А магия, что разлита по развалинам - это остатки боевых плетений и защиты лаборатории. Так что мы правильно туда не пошли, но Анне надо будет это место показать.
   - А Зите?
   - Зита о нем наверняка знает. А вот о том, что мы тут были ей лучше не говорить.
   - Да, пожалуй. Но Зита просто так ничего не делает, а вдруг она специально амулет брата мне дала?
   Почти всю обратную дорогу Одрик шел, молча, задумчивый, отрешенный. Кани не осмелилась прервать его размышлений.
  
   Рано утром парочка собралась покинуть гостеприимную усадьбу. Одрик надел наряд богатого купца, а Кани переоделась в мальчика-служку прелестного своим изяществом и юностью. Они спустились вниз в просторный холл и поправляли непривычные чужеземные наряды. Асса Зита, спустилась вниз, скептически посмотрела на маскарад и цокнула языком.
   - Девочка моя, - магиня шептала девушке на ухо, - пояс придется ослабить. Ну что ж ты так затянулась, мальчикам не свойственна твоя осиная талия.... И в этом месте у них ничего мягкого быть не должно. Так, без перчаток не обойтись, слишком тонкие пальчики для служки.
   Пришлось Кани одеть еще пару рубах, чтобы скрыть женственность в фигуре, но Зита все равно вздохнула, глядя на фигурку "мальчика".
   - Одрик, я хочу тебя заверить, что если ты будешь так страстно смотреть на своего "слугу", то тебя заподозрят в мужеложстве. В Союзе это не преступление, а в Халифате нравы гораздо суровее.
   Маг, после этого замечания старой ведьмы, покраснел как маков цвет.
   - И что теперь делать?
   - А ничего..., умерить свою страсть на публике.... Просто будь к этому готов. Если что случится, то заплатишь штраф или просто дашь взятку. В Халифате взятки - обычное дело, и там, как мне помнится, предпочитают за мелкие правонарушения, хулиганство или поругание нравственности штрафовать. И оружие оставьте здесь, в Халифате купеческое сословие оружие носить не имеет права, а слуги тем боле.
   Одрик мрачно кивнул, проверил наличие кошелька у себя на поясе и отстегнул от пояса ножны с мечом, но хозяйка усадьбы задала путешественникам еще не все вопросы:
   - Кстати, Одрик, я забыла тебя спросить, насколько хорошо ты владеешь халифским наречием?
   - Э-э-э... я, асса, им совсем не владею. Так, понимаю немного, если говорят медленно.
   - Понятно, значит совсем не знаешь... А ты Торкана?
   - Халифское наречие не входит в список изучаемых в академии Союза дисциплин.
   - Ну, вы, молодежь, даете... Я-то думала, что хоть один из вас хорошо говорит на языке Халифата, а они собрались ехать в совершенно другую страну даже не умея говорить с ее жителями на одном языке! Не пущу! Все, вопрос исчерпан.
   - То есть как? Мы же собрались.... - попытался возмутиться юноша. - Асса Зита, неужели ничего нельзя придумать? Может, какой амулет соорудить?
   - Амулет? Амулет... Подождите тут.
   И старая ведьма быстро пошла вверх по лестнице. Будущие путешественники ждали довольно долго и успели порядком заскучать, когда она вернулась. В руках ведьмы была простая фляжка.
   - Вот... выпей, за побочные эффекты я ручаться не могу, она могла уже испортиться, но, надеюсь, язык Халифата ты знать будешь, может и другие тоже. Пей, не бойся. Твоя бывшая невеста ее не только пила, но еще и искупалась.
   Одрик взял фляжку в руки.
   "Ученик, ты, прежде чем пить, хоть поинтересуйся, что тебе подсунули!! "
   - Асса, а что это?
   - Сперва выпей, потом скажу, а то откажешься.
   "Стой, Одрик, что ты делаешь! Учу его, учу...", - Учитель все нудел и нудел. А Одрик уже припал к принесенной ведьмой фляжке и большими жадными глотками пил с виду обыкновенную воду, только очень холодную. Последний глоток и ....
  
   Чего страшного может быть в воде? Разве что подозрительно холодна, но асса Зита могла применить охлаждающее плетение, по жидкостям она специалист. Только зачем? Едва он коснулся узкого горлышка фляги, то уже не мог оторваться. Губы словно примерзли к нему, а по телу разливался жидкий холод, сковывая все внутри. Он попытался разжать пальцы, чтобы фляга выпала, но руки не слушались, ему даже послышался хруст тонкого льда. Однажды лед уже сковывал его пальцы.... Это бы в той реке, когда за грань уходила Шайми.... Все, что он старательно пытался забыть, пронеслось в его памяти калейдоскопом, и сиреневые глаза девочки...
   "Я хочу, чтобы он умел видеть чужими глазами"...,
   ...и болезненно озабоченное лицо Гаарха...
   "не смей! Я уже встретил с той стороны твоего...".
   Резкая боль пронзила его насквозь, он непроизвольно сделал последний обжигающий горло глоток, неимоверным усилием отбросил от себя фляжку и провалился во мрак.... Все оплетено паутиной...
   "... мы не причем, ему так на роду написано..."
   Руки срывают паутину, и его накрывает темно-зеленая стоячая вода...
   Какие-то вспышки и голоса, сверкнул клинок его меча,...
   "Он ваш, асса Макс"
   ..., лесная чаща расступается, перед ним пирамида. Почему-то он уже видит ее с высоты птичьего полета, на верхней площадке пирамиды сияет октаграмма - восьмилучевая звезда.
  
   Одрик очнулся на диване в холле усадьбы, перед его глазами все еще плыли разноцветные искры, но особых проблем со здоровьем он не чувствовал.
   - Чем вы его опоили, асса?
   - Кани, успокойся! Смотри, он уже пришел в себя. Одрик, как ты себя чувствуешь?
   - Нормально... Вроде...
   - Ты зачем выпил все? Я думала, ты пару глотков сделаешь....
   - Со мной все хорошо.
   "Спроси ее, чем старая ведьма тебя опоила? А то я думал, что все, сам еще раз помру...."
   - Асса Зита, Вы обещали сказать, что же я выпил?
   Ведьма сосредоточенно вытрясала из фляги последние капли воды.
   - Это была вода из реки памяти, той, что разделяет мир живых и мертвых.
   "О-о-о!!! А откуда она ее взяла? Это же такая редкость... А ты, идиот выпил все! Сколько раз тебе говорил - не глотай все подряд! Ничего не оставил... Эх..."
   - Откуда она у Вас? - чуть слышно прошептал маг.
   - Молодой человек, пользуйтесь иногда своими собственными мозгами, или что у вас там в голове, и меньше слушайте своего плетеного приятеля. Ты у нас все-таки человек в своем роде единственный и неповторимый, а он - так, какая-то трансцендентальная сингулярность.
   Старая ведьма повернулась ко всем спиной и величественно удалилась.
   "Как? Что? Так значит, я ... Чем это она меня обозвала? Ну, дожил... Птфу... Одрик, откуда она взяла воду?? "
   "Учитель, асса же сказала, что ее пила Анна, значит, фляга принадлежит ей. А асса скорее всего взяла воду в ее вещах. Вот Анна вернется, у нее и спросим. "
  
   Путешественники подхватили вещи и вошли в портал. Маг наполнил силой свой амулет и прицепил, как прошлый раз одну из его нитей ко входу ведущему к усадьбе.
   - Кани, спроси Дика, что делать дальше...
   "Вчера надо было этим заниматься, а не глазеть на разные развалины", - бухтел Учитель, он все еще не мог прийти в сея.
   - Дик говорит, что тебе надо представить того, к кому ты хочешь попасть, сформировать свое желание и объединить его с образом нужного человека или места. А потом направить все это в амулет. Дальше сам разберешься.
   Одрик представил себе своего давнишнего друга - Сора, вспомнил, как долго он с ним не виделся, что не смог даже прийти на его с Маари свадьбу.... Пожелал увидеть их сейчас, немедленно и направил все это в висящий перед ним амулет. Добавил чуть-чуть магии и стал смотреть, как из сделанного им амулета во все стороны полезли переливающиеся всеми цветами радуги нити. Амулет качнулся, и его явно потянуло куда-то вперед в глубину туннеля. Он подхватил свою сумку с вещами, Кани ухватилась за его пояс и они пошли вперед, сквозь пыльные завесы коридоров природного портала.
   Шли долго, больше двух часов, Кани уже стала спотыкаться, когда один из выходов вдруг замерцал всеми цветами радуги и амулет перестал тянуть Одрика вперед.
   Маг осторожно выглянул наружу. Портал был прямо на вершине не большого холма, но привычной для Союза ограды не было. Стояли четыре столба с предупреждающими надписями и все. Под холмом уходила вдаль пыльная дорога, а вокруг желтели пустоши и выбитые скотиной пастбища, и торчали редкие и чахлые деревца. Вдалеке по дороге двигался караван.
   - Кани, выходим. Если я все представлял правильно, то вон в том караване мы встретим Сора и Маари.
  
   Молодые люди спустились с холма и просто уселись на свои вещи, поджидая неспешно бредущий в их сторону небольшой караван.
   - Одрик?! А ты откуда здесь взялся? - окликнул мага молодой халифский купец, с лицом закрытым от пыли шелковым платком. - И Кани с тобой. Торкана, тебе мужская одежда идет, замечательно выглядишь, - караванщик снял платок. Взирающим высоты варга на мага оказался его друг Сор, позади него, держась за пояс уже супруга, сидела Маари.
   - Да вот... мимо проходил, и подумал, а не навестить ли нам молодоженов?
   - Кончай придуриваться, а варги ваши где? - Одрик развел руками. - Ладно, у нас есть запасной. Но вечером ты мне все расскажешь. А сейчас лицо придется спрятать от пыли, а через платок не очень-то поговоришь.
   Сор свистнул, подзывая и так стоящего недалеко верхового слугу. И стал быстро отдавать приказы на гортанном халифском наречии. Одрик с удивлением понял, что он понимает абсолютно все, что говорит Сор, и даже что у него сильный акцент жителя Западной равнины.
   Одрик уселся на варга, Кани пристроилась позади него, и караван, не торопясь, потащился дальше по пыльной дороге.
   Когда Андао уже опустился за возвышающийся на западе Срединный Хребет, впереди показался город. Варги радостно взревели и ускорили неторопливый бег. Одрика поразила невыразительная и странная архитектура чужого города. Каждый дом, в зависимости от зажиточности, состоял из множества маленьких, лепящихся друг к другу домиков с плоскими крышами. Территория каждого хозяйства была огорожена высоким забором.
   Караван вошел в город, и, проехав почти в центр, завернул в широко распахнутые ворота. Поднялась веселая суета, прибежали слуги и бросились разгружать варгов, хлопотать вокруг гостей, стараясь угодить хозяйскому внуку, их будущему хозяину. На пороге самого большого дома показался высокий старик с длинной седой бородой и уже сгорбленный годами. Сор подошел к старику, и они обнялись.
   - Да, ты такой, каким я тебя представлял, мой внук Зоар, - звучно произнес хозяин дома и слуги упали ниц перед признанным наследником.
   - Благодарю, - ответил Сор, слегка поклонившись. - А ты такой, как про тебя рассказывали. Но я не один, Маари - моя жена. Мы принесли клятвы в храме Всех Богов, брак считается законным и в Халифате.
   - Вот это похвально! А то ваша западная распущенность..., - старик со вздохом покачал головой. - Мы будем считать, что в Караваче у вас были смотрины и обручение, а здесь сыграем твою свадьбу еще раз. Пусть все знают, род Залмана ин-Хаджара не прервался, и не зарятся на чужое добро. Прямо сейчас и начнем, вечером положен "прощальный" ужин только для мальчиков, а девочкам даст наставления опытная женщина. А завтра дадите еще одну клятву в святилище Единого, пусть весь город видит! Я так надеюсь на тебя, и жду, что твоя жена сможет порадовать меня правнучком прежде, чем меня поглотит жерло вулкана.
   Маари не говорила по-халифски, но поняла о чем речь. Она покраснела и спряталась за плечо Сора, наверное, эта радость для старого Залмана действительно была не за горами.
   - А еще меня сопровождает мой друг Одиринг аль Бакери и его... в общем, слуга.
   - Аль? То есть сейн? - уточнил хозяин.
   - Лучше "асса", господин Залман, и просто Одрик.
   - Асса - значит, маг. Хорошие у тебя друзья, Зоар, - имя своего внука и наследника старый купец выговаривал с особым наслаждением и на Халифский манер.
   Магу и его "слуге" предоставили комнату с одной низкой кроватью, мешок Кани один из слуг бросил в угол комнаты, где на полу лежало несколько ковров. Одрик уже открыл рот, чтобы возмутиться, как его одернул Учитель:
   "Ты что сдурел? Головой думай!! Это другая страна, тут слуги спят на полу, хорошо, что хоть ковер есть. "
   "Я не могу позволить, чтобы Кани спала на полу!! "
   "А кто ее заставляет там спать? Пусть, как всегда, спит с тобой, только не говори об этом никому! Ну, нельзя же быть таким наивным... Вот бери пример с Кани, она молчит и общается только жестами. Замечательно изображает глухонемого, а ты чуть все не испортил! "
   Тут в дверь постучали, и явившийся слуга пригласил господина за стол.
   - А мой слуга? Его тоже надо покормить...
   - Ваш слуга может пойти на кухню и поесть там.
   - Кани, тебе придется поесть на кухне, - девушка молча кивнула.
   "Дик сообщает, что Кани просит, чтобы ее проводили. Она не знает, где здесь кухня. "
   Одрик напрягся и проговорил на халифском наречии:
   - Проводи моего слугу на кухню и проследи, чтобы его вкусно накормили. Обращайся с ним вежливо, он немой, - и он протянул служке серебряную монетку. Она словно растворилась в его ладони, слуга сразу же подобрел и стал заверять юношу, что его слуга будет более чем доволен.
  
   Праздничный обильный ужин подходил к концу, и дед Сора все время оценивающе поглядывавший на Одрика потихоньку приступил к расспросам.
   - А Вы, юноша, являетесь другом детства моего любимого внука?
   - Да, но мы более близки с его старшим братом и вашим внуком Роорингом. Он даже приходится мне родственником, поскольку женат на моей кузине и живет в моем доме.
   - О, это значит, что Вы, в некоторой степени, и мой родственник тоже. А своей родне я всегда рад.
   Слуги стали собирать со стола и приносить принадлежности для вечернего приема травяных взваров и сладостей. Вот стол накрыт, посторонние удалились, и хозяин продолжил расспросы нежданного гостя.
   - А можно, юноша, поинтересоваться причиной вашего визита в Халифат.
   - Вы же знаете, что я вырос в Караваче, а у нас, как Вам известно, занятие торговлей считается почетным и даже необходимым. Мы не Союз, где дворянство торговлей брезгует. Вот я и подумал, что раз уж Сор решил переехать в Халифат, то есть смысл съездить с ним и ... посмотреть, наладить, так сказать, связи. В общем, я хотел разведать перспективы торговли разными магическими штучками.
   - Ах, да! Совсем забыл, Вы же маг. И на чем Вы специализируетесь?
   - Я - на снах. Вот и подумал о расширении рынка сбыта, ну, может, еще чего можно будет возить туда, сюда.
   - На снах? Никогда не слышал, что сны можно продавать.... Возможно, они и будут пользоваться у нас популярностью, но Вам придется сильно потратиться на ... э-э-э ... образцы. Пока поверят, что ими можно торговать, пока то, пока се...
   - Я это понимаю...
   - Ну что ж... Сегодня уже поздно, а завтра мы с вами еще поговорим.
  
   Когда Одрик вернулся в комнату, Кани уже спала, свернувшись калачиком на краешке кровати. Маг тоже собрался ложиться спать.
   "Мой принц, я бы не советовал Вам ложиться. "
   "Это почему? "
   "Мне думается, что разговор хозяина этого дома с Вами еще не закончен. "
   "Но, он же сказал, что поговорим завтра. "
   "Вы в комнате были не одни, там ты озвучивал, так сказать, официальную версию. А скоро он вызовет тебя для разговора наедине и тогда тебе придется отвечать на массу неприятных вопросов. Будь с ним аккуратнее и, я бы посоветовал, рассказать ему все честно. Может, он тебе и поможет. "
   "Почему он должен мне помогать? "
   "А чем быстрее и с меньшим количеством неприятностей ты отсюда уберешься, тем будет лучше и безопаснее для его семьи. "
   Учитель был как всегда прав. Одрик только и успел, что умыться и поменять рубашку, как за ним пришел слуга, с предложением посетить хозяина дома в его кабинете.
   Залман возлежал на низком диване и пил мелкими глоточками местный травяной взвар. Его терпкий, пряный аромат заполнял собой всю комнату. Одрик уселся, а потом и прилег на диван стоящий напротив, соблюдая местные традиции. Слуга подвинул к нему низенький столик с чайником наполненным взваром и вазочками со сладостями, а сам неслышно удалился.
   Хозяин прислушался и активировал стоящий у него на столе амулет с защитой от прослушивания. Одрик посмотрел на защиту и, не удержавшись, фыркнул, и поставил собственную.
   - Вы поступили абсолютно правильно, применив свою магию. Ваша защита сильней моей? Я не ошибаюсь?
   - Вы правы, раза в три сильней.
   - А Вас не затруднит поставить, перед объездом, такую же в мой амулет?
   - Разумеется, с превеликим удовольствием.
   - Так зачем Вы, юноша, явились в Халифат? Только не надо врать. Если скажете правду, то мне будет проще Вам помочь и поскорее выпроводить домой. У нас не любят чужих, даже если они дальние родственники. Иметь родню в Союзе - опасно. Так зачем Вы приехали?
   - Мне с моим слугой надо срочно попасть в главный Храм Андао, тот, что расположен в Огненной Долине.
   Дедушка Сора подавился взваром и закашлялся. Он долго кашлял и вытирал слезы.
   - А больше Вам, юноша, ничего не надо? Например, Мураны с неба? Или еще чего?
   - Нет, больше ничего.
   - Ну, хоть это хорошо, - старик положил в рот кусочек сладости и задумался. - И надо так понимать, что пока Вы не попадете туда, вы не успокоитесь?
   - Да.
   - А зачем вам в Храм? Только не говорите, что уверовали в Единого, и хотите совершить жертвоприношение, все равно не поверю.
   - Мне не хотелось бы разглашать причину моего интереса, но поверьте, что она невероятно важна для меня. И я войду в Храм в Огненной Долине, так или иначе.
   В разговоре наступила тягостная пауза.
   - Хорошо, я помогу Вам, но при условии, что Вы будете делать все в точности так, как я Вам скажу. Я хотел бы пояснить, почему я Вам помогаю... Если я этого не сделаю, и вы со слугой поедете к Храму самостоятельно, то без необходимых бумаг вас быстро поймают. Вам не поможет ни маскарад, ни знание языка, ни магия, а когда это произойдет, власти быстро выяснят, кто вы и как попали в Халифат, и у моей семьи будут неприятности. Большие неприятности. Поверьте мне, так и будет, я всю жизнь здесь живу. Я могу по пальцам одной руки пересчитать все известные мне случаи, когда иностранцы ездили по Халифату дальше нашего городка и оставались после этого живыми, но здоровыми - ни разу.
   - Я все понял.
   - Ну, раз понял, то иди, отдыхай. Завтра рано вставать, после святилища на базар пойдем. Надеюсь, у тебя есть с собой образцы товара, которым ты надеешься тут торговать?
   - Да, конечно есть.
   - Твой ... э-эмм... "слуга" пусть сидит в комнате и носа оттуда не высовывает. На мальчика она, конечно, похожа, но только издалека. Я завтра пришлю к ней Кариму, она поможет ей загримироваться и одеться так, чтобы она и вблизи походила на мальчика. Иди, на рассвете тебя разбудят.
  
   Первый день пребывания Одрика в Халифате в пограничном торговом городке Кириене, прошел очень суетно. Его разбудили на рассвете и после легкого завтрака все мужчины дружно отправились сопровождать молодых к святилищу Единого, а женщины по традиции должны были готовить встречу дома. Родственница хозяина Амишта со служанками собрала Маари как подобает невесте на халифатской свадьбе: в красное с золотом. Глава Рода чтобы соблюсти традиции благословил молодых и возложил на их головы золотые ободки со свисающим на лоб украшением в виде капли - бинди. После этого и остальные сопровождающие в храм повязали шнурки с бинди, только скромнее, из черного вулканического стекла, а у рабов деревянные.
   "Чего это они на себя понавешали? "
   "Бинди - чтобы было видно, кто ты есть. В будни можно их не носить, а на праздник, на прием или в храм - обязательно. Вон смотри, хозяин идет, сейчас и ты в лоб получишь...".
   - А ты у нас какой цвет предпочитаешь? - спросил Одрика Залман, - Ты друг жениха и войдешь с ним в святилище, так что выбирай. Черный не для тебя, ты у нас из благородных, золотой - тоже, это для жениха с невестой. Так какой?
   - Наверное..., красный, - назвал Одрик глядя на Торкану, которая не могла пойти с ним.
   - Ну, ты хватил! Красный - цвет семьи Каддалоров, надо быть кровным родственником, чтобы носить рубиновую каплю.
   - Тогда белый.
   - Вы посмотрите на него! Белый положен самому халифу, да продлит Единый его годы в добром здравии. Только у солнцеподобного Алишера на челе сверкает алмаз. Ты же маг, какой ты по патенту? Белых патентов не бывает.
   - У меня голубой.
   - Вот и славно, бирюза у меня есть. Получи, - и вручил магу подвеску на шнурке.
  
   Восточные традиции, восточные славословия, чтобы все не хуже чем у людей, подразумевай - у соседей. Сор с Маари после святилища должны были в открытой повозке проехать по всей Кириене, всем надо было показать, какой у Залмана ин-Хаджара наследник.
   А сам купец заспешил на местный базар, и похвастаться, и приятелей на сегодняшний ужин пригласить. Как понял Одрик, в Халифате было не принято держать лавки в жилых домах. Здесь дом был только домом, а вся торговля была на чуть удаленном от города базаре, где каждый уважающий себя купец держал лавку или, по крайней мере, шатер. А если и шатра не было, то торговали с телег, раскладывали товар на ковре или просто ходили, нося на шее лоток с разной мелочью.
   Торговали на базаре только мужчины, но больше половины покупателей были женщинами. Они важно ходили по базару всегда в сопровождении служанок или слуг-евнухов, которые носили за ними корзинки с покупками, помогали открывать тяжелые двери лавок и охраняли своих хозяек от многочисленных малолетних воришек, хищные стайки которых тут и там носились по базару.
   У Залмана и его семьи на базаре была большая лавка, комната с прилавками, пестревшими разными товарами, а за ней большой склад. Пока хозяин давал указания приказчикам и переговаривался с приказчиками, Одрик в сопровождении выделенного ему вооруженного телохранителя, бродил по базару. Дабы создать видимость торговой деятельности он зашел в пару лавок специализирующихся на разных магических штучках. К его удивлению захваченные им с собой бутылочки со снами стандартных тем про любовь, путешествия и с купанием в куче золотых монет оказались очень даже востребованы. Их тут же купили, причем по очень хорошей цене, а книгу с каталогом снов буквально вырвал себе один из купцов, торгующий с Тадж-Ярудом столицей Халифата. Он предложил за будущие поставки столь хорошую цену, что Одрик подумал, что он раньше продавал сны слишком дешево и надо будет взять это на заметку. Вдруг когда понадобятся деньги? Тогда можно будет наделать снов по каталогу и продать в Халифат. И цены в Караваче тоже, пожалуй, стоило бы поднять. Он даже согласился взять вечером список с заказанными по каталогу снами с нужным купцу количеством и подумать о расширении каталога разными халифскими сказками.
   "Вот, я ж тебе говорил, что ты себя низко ценишь", - дребезжал у него в голове Учитель, с невероятной скоростью подсчитавший сколько заработал его ученик на одном флакончике, с учетом затрат на изготовление бутылочки, время потраченное на создание сонного плетения и доставку из Каравача. И сколько он сможет на этом заработать, если бутылочки заказать у гномов, а доставку возьмет на себя семья Сора.
   А стеклянные шарики Одрика, которые попав в горячую воду выпускали в клубящийся пар стайку бабочек, вызвали у случайно увидевшего это чудо того же купца такую бурю восторга, что он заявил:
   - Куплю все такие шарики, что привезете и что есть сейчас. ВСЕ!! Это ж какая замечательная игрушка! А можно ли их подзаряжать?
   - Да, конечно, как любое стандартное плетение в любом амулете.
   - А в такие шарики можно только бабочек? Или что-нибудь другое?
   - Да, в принципе можно любой сон из каталога... Да вообще любой сон!
   - Ш-ш-ш... Молчите! - купец оглянулся по сторонам и зашептал Одрику в ухо. - Молодой человек! Это же золотая жила!! Вы хоть представляете себе, СКОЛЬКО можно на этом заработать?
   - Нет. Мне это как-то в голову не приходило.
   - Эх, молодой человек, молодой человек... Если вы когда-нибудь захотите стать неприлично богатым, то приходите ко мне. Мы с вами не просто договоримся о купле-продаже вашего товара, а заключим НАСТОЯЩЕЕ СОГЛАШЕНИЕ О ПАРТНЕРСТВЕ, причем мне хватит и четверти прибыли. И через десяток лет, вы сможете купить на корню и весь Халифат, и весь этот ваш Союз, причем, вместе с эльфами и орками.
   - Я подумаю о вашем предложении, - вполне серьезно пообещал Одрик.
   "Какие перспективы!! Какие перспективы!!! Чтоб меня шур-фург пометил! Слушай, а зачем тебе учиться белой магии? Это даже смертельно опасно, и спасибо все равно никто не скажет. Может, бросишь, ты эту учебу? И мне проще будет... Займешься торговлей, станешь важным, толстым и неприлично богатым, а я у тебя буду прибыли считать. А то учишь его, учишь, а тут ТАКИЕ ДЕНЬЖИЩИ предлагают. И затраты-то всего...", - дальше Одрик слушать не стал.
  
   К вечеру усталый, так словно он весь день рубил дрова и таскал воду, маг вернулся в гостеприимный дом, где присоединился к праздничному ужину вместе с Сором и другими мужчинами. Войдя в выделенную ему комнату, он не поверил своим глазам. В комнате вместо Кани сидел и с аппетитом уплетал виноград рыжий кучерявый и конопатый мальчишка.
   - А где мой слуга?
   Тут мальчишка засмеялся и Одрик наконец-то узнал в нем свою подружку.
   - Ну, как тебе? - Кани вскочила и закружилась по комнате, демонстрируя свое преображение.
   - И как это получилось?
   - Это маленькие женские секреты...
   Кани подошла к магу, положила свои руки к нему на плечи и, посмотрев в глаза, лукаво прошептала:
   - Смотри и запоминай. Чтобы ночью ты смог в полной мере почувствовать: каково это спать с мальчиком, - Одрик покраснел не то, что до корней, а до самых кончиков своих пшеничных волос.
  
   После ужина, прошедшего в спокойной и дружелюбной обстановке, Одрика опять вызвал к себе Залман, только в этот раз не было расслабляющего запаха травяного взвара и вазочек со сладостями. А был кабинет вполне даже обыденного вида, с громоздящимися в шкафах с пыльными приходно-расходными книгами, и стол, заваленный бумагами. Одрик почему-то вспомнил очень похожий кабинет сейна Каларинга в казарме Тайной стражи. Даже кресло для посетителей было очень похожим и стояло на том же самом месте.
   Хозяин жестом предложил магу присесть в кресло. И сделал выразительный жест, предлагая магу поставить защиту от прослушивания.
   - У меня все готово, завтра утром вы уезжаете.
   - Как, уже?
   - Да. Слушай сюда, - купец расстелил на столе карту. - На рассвете из Кириены выходит маленький караван в Каравач. Зима у нас в этом году опаздывает, поэтому он вполне успеет проехать мимо льдов. Вы уезжаете вместе с ним.
   - Но...
   - Сперва дослушай, потом, будешь возражать. Вы уезжаете вместе с караваном. Едете вместе с ним до полудня. Потом караван едет в Каравач без вас его поведут мои верные слуги, а вы в сопровождении Джовара по объездной тропе выезжаете вот сюда. - Купец ткнул пальцем в точку на карте. Это заброшенная ферма, там и переночуете. Понятно?
   - А зачем нам уезжать, а потом возвращаться?
   - Чтобы вся Кириена, видевшая как вы приехали, точно также увидела, как вы уезжаете. Продолжим... На ферме вас будет ждать груз и подорожная, с тебя полторы сотни золотых за груз и еще столько же за подорожную, можешь оставить мне чек на предъявителя.
   - Да, хорошо, я дам обязательство, а кузина в Караваче выдаст вашим представителям нужную сумму. А что за груз?
   - Труп.
   - Труп?
   - Да. А что тут такого... Согласно документам, у тебя умер дядюшка. И выполняя волю покойного, ты, в сопровождении слуг, везешь его тело в Храм Единого в Огненной Долине для осененного Богом погребения в жерле вулкана. Есть у нас тут такие сумасшедшие, что согласны заплатить огромные деньги, чтобы их тело не просто сожгли в ближайшем Храме Андао, нынешнего Единого, или, как положено, отдали священным животным в Храме Лари. Ну, да пусть их....
   - А кто этот... ну, которого я повезу?
   - Дядюшка? А не знаю, нищий какой-то сегодня на базаре умер. Вот его труп ты и повезешь. Не переживай, он и мечтать не мог о таком погребении, и в своем посмертии будет тебе безмерно благодарен. Закрой рот и смотри на карту. Вот досюда будете ехать одни, а дальше обязательно нужно пристроиться к каравану, идущему в долину с таким же грузом. Они тут часто ходят, но возможно придется подождать. Все ясно?
   - Да. А карту мне можно?
   - Нет, карты я тебе не дам. Вместо нее вас до Долины будет сопровождать Джовар. Если он довезет вас туда без проблем, то я дам ему вольную. Поэтому если он скажет лечь, ложитесь, скажет прыгать, то только уточняешь, насколько высоко. Считай что вместо него с вами еду я. Так понятно?
   - Да. А почему?
   - Что почему?
   - Почему все же вы решили нам помочь?
   - Я же тебе вчера объяснил...
   - Я думаю, что у вас еще есть причины нам помочь и даже не одна.
   Купец усмехнулся, откинулся в своем кресле и стал задумчиво чесать в бороде.
   - Причины... ну, часть ты знаешь, а остальные... Во-первых, я сегодня вызывал к себе гадалку, и она сказала, что ваша поездка в Храм в Огненной Долине поможет исполниться одной нашей легенде. Легенде об Андао, знаешь такую? Хотя откуда, ты же не местный. У нас в Халифате трудно найти человека, который бы ее не знал. Интересна эта легенда не сама по себе, а разными выводами, что из нее делают. Я расскажу тебе легенду, а выводы ты будешь делать сам.
   Купец откинулся в кресле и, прикрыв глаза, начал вещать заунывным голосом:
   - Андао - наш бог, сияющий как клинок меча, бесстрашный, яростный, азартный, страстный. Такой, каким и должен быть воин на поле брани, а не толстобрюхий торгаш. Но мало уничтожить врагов, надо еще оставить своих продолжателей. Ведь сколько бы раз воин не держал верх над недругом при жизни, если он уйдет за грань, не продолжив свой Род, а противник оставит достойных потомков, но это и будет самым тяжелым поражением воина.
   Да, нельзя же жить одной войной - равновесие, однако. Не всегда меч должен обагряться кровью врагов, иногда он должен вкладываться в ножны. Иногда надо уходить на перемирие. И если суть мужчины это война, то перемирие есть суть женщины. Женщина умеряет гнев мужчины, снимает его ожесточенность, она расслабляет его для отдыха, но она же придает ему новых сил. В конце концов, она вынашивает в своем чреве его детей. Но у нас об этом сейчас не принято говорить, война - апофеоз всего, все остальное - пустяки. Но чем больше мы воспеваем войну, тем угрюмее становиться лик Единого в Храме Огня, тем печальнее склоняется его голова, а острие копья давно коснулось каменного пола. И один за другим замолкают вулканы...
   Когда-то в стародавние времена, четыре раза в году, в ночь перед днем Андао в главном храме собирались самые прелестные женщины Восточного нагорья. Как считалось, они проводили в храме ночь, с заката до рассвета танцуя перед статуей бога, совершая какое-то особое жертвоприношение. А что там происходило на самом деле - мужчинам то не ведомо, даже главному жрецу не позволялось присутствовать в храме в эту ночь.
   Но в один лихой год случился неурожай, а затем страшное моровое поветрие, люди вымирали целыми семьями. И женщин в храм на праздник пришло мало, всего четверо и были-то они не в добром здравии. И не было среди них ни одной, посвященной огню, носящей в себе его жар и страсть, бушующую как извергающийся вулкан. А через некоторое время потух один из священных вулканов, из его жерла перестал идти дым, и в нем вместо огня образовалось озеро. Жрецы обвинили во всем женщин, дескать, это из-за них недуг коснулся ипостаси Бога, и тот ослаб, и запретили ночные пляски в храме.
   Прошло несколько лет, сколько точно - не знаю, и потух еще один вулкан, и женщинам запретили даже посещать территорию Главного Храма. А когда женщинам запретили посещать все храмы по всей стране (сейчас женщины предстают перед Андао только для клятвы верности супругу), тогда потух третий вулкан, и начались бедствия по всему Халифату. Тогда наши войска потерпели сокрушительное поражение на море, случилось еще одно моровое поветрие, и чуть не прервался правящий род Каддалоров.
   Женщины, которые когда-то провели ночь в Храме, приходили к его закрытым воротам накануне каждого праздника и с плачем возносили молитвы. С годами танцовщиц становилось все меньше и меньше, пока не осталась последняя из них. Она умерла на ступенях храма, прощальные слова ее были о боге, пораженном унынием, и что победоносный дух ему сможет вернуть только истинно пламенная женщина. И тогда вулканы оживут.
   И эта легенда бродит среди народа Халифата, хотя жрецы ее запрещают. А в Огненной долине остался только один действующий вулкан.
  
   - Я к чему рассказал тебе эту легенду... Ты ведь в Храм пойдешь вместе со своей подружкой, а она вроде огненная ведьма. Так?
   - Так.
   - Ты присматривай там за ней получше, и если что, помни о легенде и ничему не удивляйся. Ах, как бы мне хотелось, чтобы легенда исполнилась...
   - Зачем? Зачем вам это надо?
   - На Лари всегда было и есть, восемь богов, и запрет на моления семи из них ни к чему хорошему не приведет. Пока Богам все равно, но рано или поздно они обидятся на нас за пренебрежение ими, и хорошо от этого никому не будет.
   Вот когда вулканы извергались с завидной частотой, нам приходилось уходить, но ненадолго. Вулкан посыпал все пеплом, и мы ждали первого дождя после извержения. Правда убирать приходилось много, но пепел удобрял поля, и мы собирали богатый урожай. А теперь вулканы молчат, и наши поля истощаются, но это еще полбеды. Чем дольше спит вулкан, тем страшнее его пробуждение, и он уже не пеплом засыплет наши дома и поля, а зальет все огненной лавой.
   Все получилось именно так, как спланировал Залман. Ночь маги провели на заброшенной ферме и во вполне приличных условиях. Джовар взял на себя все хозяйственные хлопоты. А утром путешественники сели на варга, а слуга с комфортом разместился в повозке, где, укутанное в специальные в пропитанные благовониями ткани, лежало тело безвестного бродяги.
   Так потянулись долгие и скучные дни путешествия. Пыльная дорога, маленькие сонные городки и постоянные проверки документов и простановка в них отметки о пути следования. В городке Ларгиш путешественники пристроились к длинному каравану, состоящему из телег с таким же скорбным грузом. Неожиданно сильно потеплело и от каравана ощутимо запахло разлагающимися трупами. Одрик хотел было применить магию, чтобы остановить разложение тел, но Учитель запретил ему даже касаться магии, единственное, что он позволил, это легкий ветерок, чтобы уносить амбре чуть в сторону.
   На Одрика в караване никто особо внимания не обращал, разве что хмыкали, наблюдая, как он уходит ночевать в одну комнату со своим мальчишкой-слугой.
   За день до въезда каравана в Огненную долину, прямо на дорогу выехала, а скорее ворвалась кавалькада богато одетых людей на породистых верховых варгах.
   Впереди проскакали основательно вооруженные всадники со штандартами Каддалоров.
   - Агалары! - вскрикнул Джовар и повалился на дорогу. Люди в караване торопливо спешивались и так же стелились по земле. Не успевших вылезти из сёдел, всадники охаживали нагайками.
   - Чего ждете? Падайте быстрее! - призывал проводник уже уткнувшийся в дорожную пыль.
   - На колени, глаза вниз, - слышалось отовсюду.
   Одрик уже спрыгнул с варга и снял Кани, обхватив ее за талию. Торкана собралась преклонить колени, но именно в этом месте перед ними на дороге улеглась лепешка варьжего навоза. И рыжеволосому мальчику оставалось только прятаться за своего хозяина. Одрик машинально, как выбрасывают вперед руку, защищая лицо, выставил вокруг себя и девушки зеркальную защиту. Правда он ее снял через один удар сердца, но этого хватило, чтобы отклонить нагайку, она только сбила с него местный головной убор.
   Белый маг почувствовал магическое воздействие, кто-то пытался сканировать его ауру. В магическом зрении его ослепил сияющий луч, пришлось зажмурить глаза. В обычном зрении рядом с ним кто-то придержал белого варга-иноходца, именно у этого всадника находился ослепляющий амулет. Маг решился поднять взгляд. Молодой наездник на гарцующем варге повелевающим жестом остановивший очередной удар нагайки, он с любопытством разглядывал мага. Они встретились глазами на пару мгновений, Одрик был удивлен, халифский юноша тоже.
   Одрика изумило насколько красив может быть халифатец, и вообще парень. И не приторно-тягучей эльфийской смазливостью, а чисто по-человечески. И ничего женственного в парне тоже не было. Он был широк в плечах, на одном из которых послушно сидел серебристый охотничий гваррич, тонок в поясе, затянутом широким ремнем. Как все восточные жители смуглый, брюнет, но не угольно-черный, а цвета кофе, высокие скулы, волевой нос с умеренной горбинкой, выразительная нижняя губа... А вот глазам позавидовал бы любой эльф, за их редчайший темно-зеленый малахитовый цвет. Широкий чистый лоб юноши венчал витой ободок с крупным рубином в форме капли, бинди положенным роду Каддалоров, в этом камне и было заключено охраняющие плетение принца крови. Один из агаларов, вооруженный не плетками и клинками, а магическими артефактами, сказал царственному отпрыску что-то неслышное для остальных, тот склонился к уху своего иноходца, прошептал:
   - Вперед, Аспар(14)ух! - и растаял в дорожной пыли.
   Одрик перевел дух и выпустил из защитных объятий девушку.
   - Ты видел?
   - Ты про что, Кани?
   - Его рубиновую каплю! Я тоже хочу такую.
   - Только если станешь женой кого-нибудь из Каддалоров.
   - Так это был какой-то из принцев? А я в жутком виде....
   - Принц и не какой-то, - отозвался поднявшийся из пыли Джовар, - а Мурат, сам наследник престола Солнцеподобного, да пошлет ему Единый множество счастливых дней и ночей.
   - Божественно хорош, конечно, он первый из принцев, - Кани была в восторге.
   - Алишеру, да будут его долгие дни благополучны, Единый послал множество сыновей, и Мурат не перворожденный его сын. Но поговаривают, что он - самый любимый.
   - Неужели? - Торкана проявляла острый интерес.
   - Ведь у нашего халифа восемь жен, да будут они здоровы и плодовиты, меньше правителю не положено, а сколько наложниц точно никто и не знает.
   - И этому прелестному юноше надо будет восемь раз жениться?! - воскликнула девушка.
   - Восемь! И ни разу меньше, бедненький принц, - съязвил Одрик.
  
   К вечеру следующего дня караван въехал в Огненную Долину. На территорию Храмового комплекса паломников не пустили, и все путешественники остановились в специальной гостинце, подальше от храма.
   Когда Одрик и Кани привели себя после путешествия, к ним в комнату постучался Джовар.
   - Хозяин. Я выполнил свое обещание. Вы благополучно доехали до Огненной долины. С этого момента я свободен и могу идти, куда мне захочется. Я зашел попрощаться.
   - О, я совсем забыл... Вот, это вам, вы так хорошо помогали нам в дороге... - и маг протянул бывшему рабу заранее заготовленный кошелек с несколькими монетами. Он хотел положить золото, но Кани велела ему ограничиться серебром. Если у бывшего раба заметят золото, то могут подумать, что он его украл. Джовар взвесил на руке кошелек и заглянул внутрь.
   - Спасибо Вам, господин... С такой наградой моя жизнь теперь значительно облегчится, - он повернулся к двери, чтобы уйти, но неожиданно вернулся, - Господин, вы были добры ко мне, поэтому можно я дам вам еще один совет... Я не знаю зачем вы ехали в Огненную долину, но... в общем, завтра вы отсюда уедете. Обязательно.
   - Почему?
   - Завтра с утра придут жрецы, и проводят караван и сопровождающих к вулкану Дунгалору, вы посмотрите, как жрецы сбросят тела вниз и караван покинет долину. Поэтому если у вас тут есть какое-либо дело, то вам нужно сделать его этой ночью, другого времени у вас не будет, - бывший раб с поклоном удалился.
   - Что будем делать? - поинтересовался маг у девушки.
   - Спать ляжем.
   - Как?
   - Так. Ты как всегда с краю?
   - Да... А как же храм?
   - Одрик, ты как маленький. Мы ляжем спать, но встанем в полночь и пойдем в Храм. Кстати, та часть ключа, что мы ищем, может быть и в каком-то другом месте. Ты когда последний раз замечал направление?
   - Когда въезжали в долину и недавно. Компас показывает точно на Главный Храм Огня.
   - Ладно, встаем в полночь. Надо бы еще нашего варга не в варгятнице оставить, а оседлать и привязать в кустах за гостиницей. Природных порталов в долине нет, поэтому будем удирать по той дороге, по которой приехали. Я, кажется, видела сразу за перевалом столбы ограждения. Там рядом застава, но ... прорвемся. А сейчас спать.
  
   После полуночи маги, активировав все магические плетения для незаметности, что моги придумать, и что имелись в их арсенале, тихо выбрались из гостиницы, оставили все свои вещи притороченными к седлу варга, и направились в сторону храма.
   Сразу за полосой густого кустарника была высокая стена, окружающая территорию Храма Огня. Вся стена была пронизана сигнализирующим плетением. Стоило бы хоть кому-нибудь крупнее мелкого гваррича или врана коснуться стены, как на это место немедленно прибыла бы охрана.
   - А они ленивые...
   - Кани, ты про кого?
   - Да про охрану... Сигнализация дело хорошее, но помимо нее нужно еще и патрулирование, а то будет как сейчас.
   - Это как?
   - Увидишь... Готовь свой радужный меч, когда скажу, сделаешь им дыру в стене и быстро проходим на территорию.
   Торкана села на землю перед выбранным ею участком стены и приготовилась колдовать. Белый маг встал чуть в стороне, наблюдая за завораживающим зрелищем.
   Вокруг спокойно сидящей девушки на земле спокойно лежали ярко красные нити силы. Взмах длинных ресниц и нити напряглись, зашевелились и вокруг каждой из них стали возникать и плясать маленькие язычки пламени. Еще мгновение и пламя уже гладит кожу магини и трепещет в ее волосах, а нити силы, повинуясь движению тонких пальчиков, начали сплетаться в сложный, как герсинское кружево, узор. Пламя подхватило плетение, прилепило его к стене, слилось и опутало собой сигнализацию и поднялось, свернувшись наверху пульсирующим клубком.
   - Одрик, чего ты стоишь, вырубай проход в стене. Никогда мне еще так хорошо не колдовалось. Здесь все словно пропитано огнем... - Маг уже не слушал девушку, в его руках мелькнули радужные мечи, удар ногой и пролом в стене готов.
   Одрик осторожно заглянул внутрь ограды, но все было тихо. Торкана выбрала очень удачное место. Каменная кладка упала на кучу мягкого навоза, сваленного у стены. Маги вошли на территорию храма, но не с парадной стороны, а с черного хода. Торкана аккуратно вытянула свое плетение из охраны внешней стены и подвесила его перед собой. А на удивленно поднятую бровь юноши, усмехнувшись, заметила:
   - Силы тут, конечно, вокруг много, но зачем бросать, такую удачную вещь. Она еще не раз нам пригодится.
   Одрик двинулся вперед, а Торкана замешкалась.
   - Кани, а теперь что?
   - Ну и напылил же ты, - заявила девушка, прихорашиваясь, и глядя на себя в зеркальце, - В следующий раз вырубай стену аккуратнее. Не могу же я предстать перед Андао чумазой.
  
   Маги долго блуждали между разными постройками, то и дело, заходя в тупики, или обходя большие, хорошо освещенные пространства, но, наконец, они пробрались к огромному зданию Главного Храма. Компас четко показал, что кусочек ключа находится где-то там. Торкана еще раз вскрыла сигнализацию, но уже на боковых дверях Храма и парочка тенями проскользнула внутрь.
   Они прошли несколько плохо освещенных залов и переходов и через крохотную боковую дверку вошли в огромный зал, освещенный лишь двумя огромными лампадами. Между лампад на высоком постаменте стояла огромная статуя унылого и чуть сгорбленного мужчины, тяжело опиравшегося на огромное копье. Одрик глядя на висящий над его ладонью ключ, дважды обошел вокруг статуи.
   - Кани, - зашептал он, - кусок ключа где-то на статуе.
   - Ты уверен?
   - Да, компас определенно показывает на нее. Освети этот шедевр получше, надо рассмотреть, что может быть ключом.
   Торкана выпустила в воздух десяток ярких огоньков, они взлетели и повисли вокруг головы статуи.
   - Одрик... Это не просто украшение, эта статуя один из аватаров Андао.
   - Да хоть самой Танис, но ключ где-то там наверху. Придется лезть.... Как ты думаешь, вырезать ступени в пьедестале, или подкатить сюда один из вон тех светильников?
   - Одрик! Тебе нельзя лезть наверх! Там все оплетено огненными плетениями! Ты сгоришь! Ты же не умеешь с ними обращаться.
   - А что тогда делать?
   - Наверх полезу я, а ты меня подсадишь... И без возражений! Лучше скажи, что может быть частью ключа?
   - Кани я не знаю, но подозреваю, что это может быть что-то из его украшений. Вон видишь, какие бляхи на шее висят, и вон то сооружение у него на голове...
   - Это - венок победителя.
   - Кого?
   - На голове статуи венок победителя.
   - Победителя кого?
   - Вообще, венок - это в данном случае символ...
   - Кани, хватит умничать, давай я тебя подсажу, пока кто-нибудь не пришел. Постарайся залезть ему на руку, ту, что держит копье, с нее можно дотянуться и до ожерелья и до веника.
   - Венка.
   - Не важно...
   Одрик прислонился к пьедесталу спиной, Торкана поставила ногу на его сцепленные руки, и маг легко, словно пушинку, забросил девушку наверх. Он отошел от пьедестала подальше, чтобы лучше видеть, что делает наверху Кани.
   Магиня между тем ловко сняла со статуи накрученную на нее защиту и стала карабкаться наверх по левой чуть согнутой ноге. Долезла до верха и уселась, на словно подставленную руку статуи. Чтобы лезть дальше к голове статуи и руке держащей копье, Кани решила проверить, можно ли упереться коленкой в решетку, стыдливо скрывающую причинное место статуи. А дальше началось странное, и если бы не рассказанная Залманом легенда об Андао, Одрик бы не поверил собственным глазам. Решетка вдруг отвалилась, а рука девушки словно приклеилась к ... члену статуи.
   - Одрик!! - тихо позвала сверху Торкана. - Он... он... он живой!!!
   - Кани, что такое? Что он? Ты раньше не заикалась.
   - Он на меня смотрит. Глаза у него светятся.
   - Да это просто светильники отражаются, успокойся.
   - Нет, Одрик, он живой! Он дышит. Я не знаю, что делать! Сними меня отсюда...
   - Прыгай! Я тебя поймаю.
   - Я не могу, он меня держит. У меня рука прилипла... к его... Кошмар какой! Он хочет...
   - Медный истукан возжелал огненную женщину. Залман, вонючий шур-фург, так вот зачем помог нам сюда добраться! Кани! Он тебя не получит! - в руках у белого мага выросли радужные мечи.
   - Одрик, стой! Это же Бог, сам Андао!
   - А мне плевать!
   Изваяние сверкнуло глазами, едва заметное движение глаз аватара, и Одрика сбил с ног огненный поток. Его отбросило к стене.
   - Нет! Не смей! - Торкана изловчилась и пнула статую ногой где-то рядом с причинным местом. Аватар взглянул на нее озадаченно и одновременно снисходительно.
   "Какая же ты отважная девушка, искорка моя", - услышала Кани голос у себя в голове, ей даже почудилась улыбка в глазах бога. "Не бойся, я не причиню вреда ни тебе, ни этому выскочке. Намекни наглецу, что ему рановато тягаться с богами, пусть полежит в тенечке, отдохнет."
   И красную ведьму окутал ласковый огонь. Огонь - стихия, которой она посвящена с рождения. Он тек по ее коже, гладил изгибы, трепетал в сокровенных уголках ее тела. И голос, который звучал внутри. Девушка уже не касалась ни металла статуи, ни камня пола, она впала в какой-то транс, и ложе нежного пламени приняло ее....
  
   Кани открыла глаза, но все вокруг еще казалось ей сном. Обнаженная, она лежала на полу, но каменная плита под ней была теплой и мягкой, как огромная морская губка, и переливалась изнутри огненными струйками как угли в очаге. Когда девушка поднялась, ее ложе тут же затвердело и остыло. Торкана улыбалась чему-то, и все еще не могла прийти в себя.
   "Коллега, Вы здесь?" - осторожно поинтересовался Дик.
   "Здесь, как ни странно, - отозвался Учитель, - Ну как Вам сегодняшнее действо?"
   "Ну, знаете, такого я даже в Канесильских хрониках не припомню. Да! Как наш мальчик? А то девочка будто в дурмане, и меня не слышит".
   "Он еще в отключке, ему же велено отдыхать! Или считаете, что хватит, пора будить?"
   "Пора, рассвет скоро...."
   "Мой принц, просыпайтесь! Нас ждут великие дела! "
  
   Одрик очнулся, для того как его приложило, он легко отделался. Маг огляделся в поисках Кани. Она обнаженная стояла у жертвенного огня и на оклик не ответила, Одрик поспешил к ней. Девушка держала руки в пламени, перебирала его лепестки, щелчком пальцев запускала искры, и не за один-два удара сердца, для чего у красной ведьмы должны быть плетения, а гораздо дольше.
   - Кани, что ты делаешь?! - Одрик прервал ее развлечение.
   - Смотри.... Он меня больше не обжигает, - мечтательно ответила его подружка и продолжила играть с пламенем как с фонтаном.
   Пытаясь привести Торкану в чувство, Одрик взял ее за плечи и слегка встряхнул.
   - Что? Будешь ревновать меня к огню?
   - Буду !!
   - Хорошо, ревнуй, только осторожно, - и Кани лукаво улыбнулась. Она окончательно пришла в себя.
   - Где твоя одежда?
   - Сгорела... Ничего вон там в углу какие-то ткани лежат, я сейчас сооружу себе что-нибудь...
   Но приступу ревности у мага не дал состояться кусочек ключа, он вдруг забился как птичка в клетке в нагрудном кармане мага, и на его ладони как путеводная звезда привел к одной из курительниц. Там лежала ажурная решеточка, что отвалилась от причинного места статуи. Одрик поднял находку. Решетка оказалась спаяна из нескольких частей. Одна медная палочка с завитушкой при случайном соприкосновении с компасом нагрелась, отвалилась от общей конструкции и словно сама прыгнула в руку Белому магу.
   Одрик долго стоял, заворожено рассматривая свою находку, и пытался понять, что же эта палочка с завитушками ему напоминает. От этого сложно мыслительного процесса его отвлекло сотрясение пола храма и далекий низкий гул, а огоньки, зажженные Торканой, вдруг все разом погасли.
   - Кани!!
   - Я тут, - отозвалась из-за его спины девушка. - Пошли отсюда скорее... Тут сейчас такое начнется!!!
   - Что начнется?
   - Да пошли скорее... Лучше нам этого не знать.
   Молодые люди дружно бросились к той же дверке, через которую они и проникли в главный зал Храма Андао. Только они не стали плутать по темным переулкам, а побежали напрямик к главным воротам. Никто их не задерживал, всем кто мог или хотел бы это сделать, было не до того. Земля периодически уходила из-под ног, с неба сыпался мелкий, похожий на серый снег пепел, а на востоке и юге небо было ярко освещено, и оттуда доносился жуткий гул.
   Воры нашли в кустах своего варга и поехали к северному выходу из долины.
   - Кани? Что это?
   - Вулкан! Проснулся южный вулкан!! Гони быстрее, если я не ошибаюсь, то скоро проснется и западный!!
   Все стражи, что должны были охранять перевал, были заняты сдерживанием толпы паломников, половина которых хотела войти в долину, а другая срочно ее покинуть. И им не было дела до какого-то купца с мальчишкой слугой, замотанным в тряпье, что вместо того, чтобы ехать по дороге, прямо верхом на Варге вломился в природный портал, и ожидаемо там сгинул.
  
   Младший жрец Большого Зала Главного Храма Единого в Огненной Долине Асен просто обожал свою должность и свою сытую и спокойную жизнь. В семье Асена все мужчины всегда были жрецами, и не мыслили себе другой судьбы. Работа легкая, жизнь сытная, неделю живешь в храме, неделю в городе с семьей. Что еще можно пожелать?
   В его обязанности входило зажжение и поддержание огня в неугасимых лампадах рядом со статуей Андао, а теперь Единого. Но сейчас, когда все качалось, и стены храма ходили ходуном, он прибежал в Большой Зал не от рабочего рвения. Просто из келий младших жрецов именно пробежав через Большой Зал можно было быстрее всего выбежать на улицу, подальше от сыплющейся сверху штукатурки. Тут он услышал визгливый голос старшего жреца Умитара, нашедшего у пьедестала женское зеркальце:
   - Женщина... женщина осквернила храм Единого!!
   Младший жрец вбежал в Зал мельком взглянул на изваяние и вдруг резко остановился. Он не узнал статую! Вместо унылого, какого-то потертого веками и чуть сгорбленного мужчины на высоком постаменте стоял, опираясь на копье, мускулистый молодой атлет. На его торсе проступили все положенные мышцы-кубики, горящие глаза излучали уверенность в победе, а надменный мощный подбородок - презрение к врагам. Вместо медной решетки, стыдливо закрывавшей раньше причинное место статуи, гордо вздымался сияющий СТАЛЬНОЙ ЧЛЕН.
  
   (12)Тонбасы -Народность земледельцев и скотоводов, населявших плодородную долину на востоке континента.
   Драург - вид нежити, сохраняет прежнее тело, память, а иногда и душу. Внешний вид драугов зависит от вида их смерти: с утопленника постоянно стекает вода, а на теле павшего бойца зияют кровоточащие раны. Кожа может различаться от мертвенно-белой до трупно-синей, а само тело становится значительно тяжелее. Кайлас был умерщвлен без повреждений тела. Драугам приписывают сверхчеловеческую силу. Считается, что им не наносит вреда обычное оружие; чтобы убить драуга, надо отрубить ему голову (чем только). После этого следует сжечь останки вместе с головой. Драугам приписываются и магические возможности, и тот, кто знает особое заклинание, может подчинить их себе с этой целью. Также в сагах упоминается, что они способны превращаться в различных животных, но при этом у них остаются человеческие глаза.
   (14) Означает "скачущий как ветер", халифатск.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  В.Соколов "Обезбашенный спецназ. Мажор 2" (Боевик) | | Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих" (ЛитРПГ) | | Д.Гримм "Ареал X" (Антиутопия) | | Д.Деев "Я – другой" (ЛитРПГ) | | Д.Хант "Вивьен. Тень дракона" (Любовное фэнтези) | | А.Мичи "Академия Трёх Сил" (Любовное фэнтези) | | Б.Толорайя "Чума" (ЛитРПГ) | | Е.Боровикова "Подобие жизни" (Киберпанк) | | А.Респов " Небытие Ковен" (Боевое фэнтези) | | Ф.Вудворт "Замуж второй раз, или Ещё посмотрим, кто из нас попал!" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "То,что делает меня" И.Шевченко "Осторожно,женское фэнтези!" С.Лысак "Характерник" Д.Смекалин "Лишний на Земле лишних" С.Давыдов "Один из Рода" В.Неклюдов "Дорогами миров" С.Бакшеев "Формула убийства" Т.Сотер "Птица в клетке" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"