Чернышова Алиса: другие произведения.

Глава 24 Два лика луны

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Peклaмa:


Оценка: 10.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Хоть вы мне ничего и не пишете, я все равно приготовила для вас подарок:) что-то мне подсказывает, что эта глава вам очень понравится - по крайней мере, большинству тех, кто читает:)))

  Глава 22. "Два лика луны"
  
  - Я отправляюсь на встречу. Мне в этом лице идти?
   А. Линкольн
  
  - Вчера ко мне явился представитель Сакии с предложением: они дадут Ишшарре в моем лице громадную ссуду, при условии, что я возьму в Старшие Жёны леди Камил, племянницу Верховного Жреца Микора, и нареку её Императрицей Экили. Я согласился.
   После этих слов стало тихо, и только шепот дождя за окном вторил течению моих мыслей. Эйтан смотрел на меня выжидающе, и в глазах его поблескивал странный вызов, за которым, впрочем, Сиятельный Император явно прятал страх. Эйтан Хитрый, человек, неоднократно заглядывавший в глаза смерти, боялся моей реакции на свои слова. Это было удивительно, но служило подлинным доказательством его чувств ко мне - которые, кажется, все же были.
   Тепло улыбнувшись Императору, я положила ладонь ему на щеку, искренне желая успокоить, стереть грусть со столь дорогого мне лица и вновь увидеть на нём улыбку. Змей, вздрогнув от этого прикосновения, быстро накрыл мою руку своей.
  - Омали... - начал он, но запнулся, словно не зная, что сказать. Я поняла, что молчать и дальше было бы просто нечестно по отношению к нам обоим, и постаралась ответить как можно беззаботней.
   - Это вполне предсказуемо, - негромко признала я, - И совсем не страшно. Микор хочет гарантий твоего послушания, и брак с этой Камил - разумный политический шаг. Ты правильно сделал, что согласился.
   - У меня нет другого выбора, - сказал Змей хрипло, - Но, я надеюсь, ты понимаешь: между нами ничего не изменится. Я не отпущу тебя.
   Я только улыбнулась в ответ. Да, разумеется, я знала это. Эйтан Хитрый, Император Ишшарры, не был тем, кто просто так отдаст что-либо свое. Однако, оставаться его наложницей я не хотела, просто не могла, и все тут. И дело было не в эфемерной общественной морали, на которую мне было наплевать, и не в ревности - я всегда знала, что такого человека, как Змей, мне все равно придется с кем-то делить.
   Нет, причина моего сомнения крылась в ином. Ты будешь смеяться, читающий эти строки, но это был вопрос власти.
   Я ввязалась в эту авнтюру и прошла, можно сказать, по пылающим углям ради того, чтобы после стоять рядом с Императором. Я рисковала, лгала, убивала - и точно знала, во имя чего это делаю; целью моей, озаряющей всю мою жизнь, была свобода. А что может принести её человеку? Только независимость, которой у наложницы просто не могло быть. С самого детства я знала точно: только пэр может, так или иначе, сам распоряжаться своей судьбой.
   Потому всегда, сколько себя помнила, я отчаянно желала стать пэри. Со временем, правда, эта мечта отдалилась, померкла - но не пропала. И, спасая Наследника Ишшарры, я понимала, что Эйтан - тот самый шанс, который дается раз.
   Змей говорил, что после его женитьбы ничто не изменится между нами, но то была ложь, я знала точно. Я видела ещё в детстве, как время безжалостно отдаляет моих родителей друг от друга, и знала - с нами произойдёт то же самое, если я, как вещь первой необходимости, буду постоянно под рукой. Я не могла этого допустить, да и просто не хотела для себя такого будущего. Я любила Императора Ишшарры, так, как только умела... но правда состояла в том, что свою мечту я любила больше.
   С самого начала я рассчитывала, что Эйтан сделает меня Младшим Советником - а потом, словно по ступеням, я взойду вверх и заслужу статус пэри, тем или иным путём. Когда мы со Змеем стали любовниками, я внесла в свои мечты коррективы. Счастье, представлявшееся мне в грезах, теперь состояло из двух пунктов: я - пэри, я - любовница Императора.
   Однако правда, лежавшая в тот миг передо мной, была безоговорочной: ничто не сбудется, если он меня не отпустит.
   Потому мой разум отчаянно, словно в агонии, искал выход из сложившегося положения, и, нужно сказать, некоторые идеи у меня возникли. Точно зная слабейшее место Змея, я вопросила, с болью глядя ему в глаза:
  - Эйтан, как же клятва Энатхо?
   Эйтан поморщился.
  - Я знаю, что буду делать, - бросил он, - В Шэрдонии состоится Совет Королей, где представители всех стран будут обсуждать сакийский вопрос. Со мною уже связался Первосвященник Иерте Боха, озабоченный тем, как Сакия усилила свои позиции. Он обещал лично позаботиться о безопасности представителя, которого я пошлю, и не допустить его гибели. Думаю, я рискну и доверюсь ему.
   Когда Змей это сказал, план, зародившийся было в моей голове, обрел форму и краски.
   - Но кого ты пошлёшь туда? - уточнила я и замерла в ожидании ответа.
  - Не знаю, - предсказуемо отозвался хмурый, как предгрозовое небо, Император. Облегчённо выдохнув, я как можно небрежнее выдала:
  - Что же, это могу сделать я.
   Некоторое время Змей молча рассматривал моё лицо, после чего мрачно прокомментировал:
  - Не хочу тебя огорчать, но эта шутка была неудачной.
   Впрочем, остудить мой пыл ему не удалось. Гениальная в своей простоте комбинация выстроилась в моем мозгу, и кровь быстрее побежала по жилам от осознания собственной дерзости. Я понимала - если нам удастся совершить то, что я задумала, место в истории нам просто гарантировано - как, впрочем, и небывалый успех.
  - Это была не шутка, Эйтан, - сказала я воодушевленно, - Я, кажется, придумала, как можно выполнить обе Клятвы, Стравить Орден Тай-Лир с Торговым Альянсом и вернуть Хатту.
   - И как же? - голос Эйтана звучал устало, измождено и как-то ... обречённо. Он смотрел на меня так, словно понимал все, что мною движет, и было в нём нечто от заключенного, который собирается выслушать зачитываемый ему приговор. Впрочем, сейчас, вспоминая этот миг, я не исключаю, что он просто понимал все последствия происходящего ничуть не хуже, чем я. Мой Император всегда был на редкость проницательным человеком...
   Вздохнув, я опустилась на пушистый ковер, устилающий пол, и постаралась собраться с мыслями, дабы максимально четко изложить свой план. Змей, тихо вздохнув, подхватил меня на руки и сел в одно из кресел, прижав к себе. Это существенно осложнило ситуацию - было тяжело думать о разлуке, слыша мерный стук его сердца, и страшно говорить, не видя лица. Но, пересилив себя, я начала:
  - Тебе нужно выполнить обе Клятвы, при этом не развалить страну и не умереть от рук заговорщиков. Прости, но одному тебе это не под силу; нужен помощник, которому ты будешь абсолютно доверять. Этот человек должен быть предавшим тебя сторонником; он переметнётся на сторону Торгового Альянса и - как будут все думать - станет одним из самых непримиримых твоих врагов. Тебя не в чем будет упрекнуть - следуя клятве Энатхо, ты будешь выполнять все требования Тай-Лир, всячески притеснять Торговый Альянс и противостоять Эжару Коту. Твой помощник, напротив, будет выступать против Сакии и всячески поддерживать торговцев. Таким образом, контролируя ситуацию изнутри, ты ослабишь обоих своих противников. Пусть Эжар Кот оплачивает освобождение Хатты от повстанческой армии и сотрудничает с Алой Церковью Адада; пусть Микор финансирует твою борьбу с Торговым Альянсом и грезит о господстве Белой Церкви над миром! Ты, балансируя меж ними и стравливая их меж собою, в нужный миг сможешь одним ударом разрубить эту нить. Сложность одна - найти человека, которому ты сможешь доверить сведения о Клятвах; радует, что один такой нашелся - я.
   Он молчал долго, и я слышала, как трещали поленья в камине. Руки его держали меня так, что становилось тяжело дышать, но разжимать эти объятья я не стала бы ни под каким предлогом - время, проведенное с ним, было дорого.
  - Это безумие, - резюмировал он наконец, - Форменное самоубийственное безумие.
   Я только фыркнула:
  - А что, Клятвы Энатхо не были безумием?
   Он дёрнулся, точно от удара, и зло напомнил:
  - У меня попросту не было выбора!
  - А сейчас - он у тебя есть? - воскликнула я запальчиво и повернулась, дабы заглянуть в полные ярости глаза, - Ты видишь альтернативу - хоть какую-то? Чтобы исполнить Клятвы, ты должен иметь своего человека в Торговом Альянсе, причем такого, который знает точное их содержание. Ты знаешь хоть кого-то, кому можно доверить такую информацию? Я - удобный во всех смыслах кандидат; ты женишься, и любой, знающий женскую природу, поверит, что я могла предать тебя из ревности и мести. Мы прилюдно поссоримся - так, чтобы слухи об этом расползлись - и я отправлюсь к Коту в гости. Потом...
  - Забудь. Я не пойду на это, - бросил он, тяжело дыша. Я покачала головой, поражаясь упрямству этого мальчишки, и мягко напомнила:
  - Эйтан, это вопрос жизни и смерти. Ты можешь в любой момент запылать, словно факел - ты это осознаешь?
  На лице его отразилась борьба - разумеется, он отчаянно хотел жить, и не раз ему доводилось отчаянно бороться за свое существование. Он не был дураком и понимал, что выход, который я предлагала - единственно верный. Однако, решиться было непросто - слишком велика была цена этого вопроса.
   Я прочла по его глазам ответ за мгновение до того, как он сказал:
  - Плевать. Я лучше сгорю, чем это.
   Должна признать, в тот момент наш диалог зашёл в тупик.
  - Но почему тебе так не нравится эта идея? - рискнула надавить я, - Подумай сам - это лучший выход из положения!
   Император устало покачал головой, и мне на миг показалось, что он резко постарел и осунулся. Впрочем, показалось ли? Серебро первой седины, тронувшей его виски, было вполне настоящим...
  - Кири, - проговорил Эйтан мягко и увещевательно, осторожно проведя пальцами по моей щеке, - Я знаю, что ты - упрямая маньячка, которая ни перед чем не остановится на пути к своей цели. Я понимаю, почему ты такая, и, что там, уважаю тебя за это, хотя иногда, признаться откровенно, мне хочется схватить тебя и трясти до тех пор, пока мозги в твоей очаровательной головке не встанут на место. Но вот сейчас я просто не знаю, как тебе объяснить: об этой своей идее - просто забудь, ради меня. Пожалуйста.
   На мгновение я размякла, не вслушиваясь в слова, но наслаждаясь чарующим тембром его голоса, но, услышав последнюю фразу, резко встрепенулась.
  - Я не понимаю, почему тебе так не нравится этот план, - негромко проговорила я, безнадёжно при этом солгав, - Я вернусь, все устроится, мы выполним Клятвы и со спокойной душой будем вместе: ты - править Ишшаррой, я - отдыхать и писать мемуары, улучшая для тебя благосостояние провинции Хатта. Подождать каких-то пару лет - и все наладится, экономика нормализуется, а Микор де Анкаст умрет. Поверь, мы найдем способ это провернуть! А потом уж будем делать то, что захотим. Возможно, за то, что я добьюсь свободы для Хатты, Совет согласится дать мне титул пэри, и тогда ничто не будет стоять между нами!
  Эйтан понимающе усмехнулся:
  - Титул пэри... именно ради него ты пошла на это все, верно?
   Нужно признаться, тон его в тот момент мне откровенно не нравился: злой и чуть ироничный, Эйтан, кажется, просто смеялся с самого себя. Я, признаться, испугалась такого его поведения и, глядя ему в глаза, призналась:
  - Изначально - да. Но потом в моей жизни появилось что-то важнее титула - ты.
   Император медленно покачал головой, и, прикрыв глаза, устало спросил:
  - Хорошо, допустим, это звучит красиво. Я сам умею так говорить, если надо. Но ты ведь не отступишься от этой идеи, верно? Даже ради меня?
   Я едва удержалась от того, чтобы не выругаться - мы ступили на крайне зыбкую почву, способную в любой момент обратиться трясиной. Впрочем, я знала, что ответить.
  - Я сделала бы для тебя все, Эйтан, и пожертвовала бы чем угодно, - сказала я спокойно, - И, поверь, мне не слишком-то хочется рисковать жизнью и плыть вдаль от родных берегов, но - я не позволю тебе сгореть. Я никогда не прощу себе, если сейчас отступлюсь; конечно, мне страшно, но все, что я задумала - ради тебя. Не выставляй это так, словно я тебя предаю из корысти; лучше скажи: если не я - то кто? Кому ты доверишь свою жизнь и расскажешь о Клятвах? Я уже говорила тебе, в ту памятную ночь, когда ты пришёл говорить со мной о крокодилах, что моя забота - не услаждать твой слух пустыми обещаниями, а помочь тебе стать Императором. Сейчас, казалось бы, все иначе: да, ты стал правителем. Но мало что изменилось, верно? Просто в бассейне стало ещё больше крокодилов, вот и все. И я пойду, если будет надо, даже против твоей воли - лишь бы не позволить им тебя сожрать.
   Он криво усмехнулся и понимающе кивнул, подтверждая правдивость моих слов. Ободренная, я продолжала:
  - В Павильоне я ничем хорошим не закончу, ты и сам знаешь. Меня отравят, рано или поздно - или я попросту сойду с ума в компании этих, с позволения сказать, "цветочков". Советником ты меня не сделаешь, да и смысла это сейчас не имеет: если ты превратишься в живой факел, мне тоже не жить. Мы все продумаем, все просчитаем. Просто позволь мне сделать это. Пожалуйста, любимый. Пожалуйста, - голос мой сорвался до шепота, и я прижалась к нему, спрятав лицо у него на груди.
   Змей рассмеялся. Вот честно, он просто смеялся, глядя в огонь, и я, не удержавшись, тоже расхохоталась.
   Вы меня, может, и не поймёте, но ситуация была по-своему забавной. В своем роде. Хотя, должна признать, скоро наш истерический хохот начал попахивать прямым направлением в Дом Скорби, потому я поцеловала его - просто чтобы он больше так не смеялся, и сжала пальцы так, как только хватило сил, чтобы почувствовать, точно узнать, что он - рядом.
   А потом - нас словно волной накрыло, и я не чувствовала и не помнила уже ничего, кроме жёстких, почти жестоких рук. И признаться честно, в тот раз не было никакой нежности - но она нам и не была нужна. Когда он схватил меня за волосы, резко запрокидывая голову, и целовал шею, явно оставляя на коже следы - я плавилась, забывая обо всём на свете. Страсть накрыла нас с головой, и на несколько часов мы попросту выпали из реальности.
  
   Горячая вода купален приятно ласкала разгоряченную, ставшую сверхчувствительной кожу. Пряное вино, принесенное расторопным мальчишкой-евнухом, успокаивало и расслабляло. Я отхлёбывала его изредка из бокала, стоящего на плавающем столике, и продолжала сосредоточенно втирать заживляющий раствор в кожу Императора, особое внимание уделяя шрамам на его спине. Говорить не хотелось - ни мне, ни ему, ведь несказанное буквально висело в воздухе между нами, мешая дышать.
   Первым нарушил молчание Эйтан.
  - Итак, спрашиваю в последний раз - ты ведь не отступишься, так? - поинтересовался Император Ишшарры с нездоровой весёлостью в голосе.
  - Да, - просто ответила я. Змей, криво улыбнувшись, сверкнул глазами:
  - Хорошо! Этого ты хочешь? Да будет так. Если желаешь играть в эти игры, я не стану держать тебя в клетке. Но учти: если мы начнём этот спектакль, я должен иметь гарантии того, что ты меня не предашь, и твоего слова тут явно недостаточно.
   - Это разумно, - пожала я плечами в ответ, - Каких именно гарантий ты хочешь? Клятву Энатхо? Кольцо Верности? Печать Баака? Я приму любое твое желание.
  В глазах Императора промелькнуло удивление - кажется, не такого ответа он ожидал. Помедлив мгновение, он осторожно уточнил:
  - Ты ведь понимаешь последствия любого из этих ритуалов?
  Его нерешительность меня позабавила. Улыбнувшись, я отхлебнула ещё вина и, заглянув Императору в глаза, отозвалась:
  - Да, вполне. Клятва Энатхо сожжет меня, если я нарушу её; Кольцо Верности будет причинять мне боль всякий раз, когда я буду думать о предательстве, и мучительно и медленно убьет меня, если я его совершу; Печать Баака приставит ко мне демона-надсмотрщика, который накажет за любое действие, совершенное тебе во вред.
   По мере того, как я говорила, лицо Его Величества вытягивалось - очевидно, он и предположить не мог, что мне ведомы подробности подобных ритуалов, давно и безнадёжно запрещённых. Я улыбнулась его удивлению и мягко сказала:
  - Эйтан, я все понимаю и предвидела такую твою просьбу. Чтобы сыграть в эту игру, ты должен доверять мне абсолютно; без магии подчинения это невозможно. Не раз и не два мне придётся изображать предательство. Ты должен быть уверен, полностью убеждён в том, что я играю на твоей стороне. Потому - выбери ритуал, и мы покончим с этим.
   Помедлив пару мгновений, Сиятельный Император Ишшарры признался:
  - Ты никогда не перестанешь меня удивлять.
   Я улыбнулась, поскольку он сделал мне лучший комплимент из возможных, и призналась:
  - Я постараюсь, чтобы так и было. Так что ты выбрал, в конце концов?
   Змей поднял на меня глаза, и во взгляде его отразился вызов.
  - Не все ли равно? Ты сказала, что примешь безоговорочно любое моё решение.
  - Так и есть, - усмехнулась я, ощутив, как азарт пьянящим коктейлем забурлил в крови.
  - Собирайся, - бросил Император, не отводя от меня опасного, пристального взгляда, - Самое время навестить Храм Всех Богов.
  
   Древнее святилище, в которое привел меня тем вечером Эйтан Хитрый, предназначалось для поклонения всем божествам обоих Пантеонов и занимало весьма значительную часть Золотого Дворца. Посещать его имели право исключительно члены Императорской семьи, наиболее влиятельные пэры и несколько Жрецов, в чьи обязанности входило поддержание порядка в Храме и проведение разного рода ритуалов. Неудивительно, что, замерев на мозаичной плитке, обозначающей границу святилища, я нервничала - честь, дарованная мне, выпадала далеко не каждой женщине.
  - Подожди здесь, - приказал мне Змей и растворился во мраке меж высоченных колонн.
   Я осталась в полном одиночестве под вычурной аркой, обозначающей вход во святилище. Ласковая темнота громадного гулкого помещения тут же обволокла меня со всех сторон, успокаивая. Чем-то окружающая обстановка неуловимо напомнила мне Тальскую Библиотеку, вызвав смешанные, противоречивые воспоминания.
   Когда глаза мои привыкли к темноте, я сделала несколько шагов вперёд, и пустота отозвалась под высокими сводами звонким эхом. Очевидно, магические светильники, стилизованные под обыкновенные факелы, были настроены на то, чтобы реагировать на звук - стоило мне переступить порог, как они, следуя за моим передвижением, начали вспыхивать, освещая путь и выхватывая из темноты отдельные фрагменты жертвенников, постаментов и кумиров.
   Все вокруг буквально дышало былым могуществом, что неудивительно. Строился Храм Всех Богов в те далекие времена, когда Жрецы были важной частью политического расклада в стране, имея влияние буквально на все сферы жизни ишшаррцев. В те дни настоящие реки крови лились для того, чтобы умаслить капризных божеств. Разумеется, гуманистические веяния, медленно, но верно пришедшие в нашу страну с материка, наряду с развитием Магического Альянса сделали свое дело, постепенно сведя на нет могущество Жрецов; все же боги, сущности категоричные, непредсказуемые и жестокие, постепенно уступали место магии, силе более безопасной, и, что главное, контролируемой. Но для меня с самого раннего детства божества, или, как их ещё называли, Сущности были олицетворением безудержного, своевольного и могущественного рока, без которого, по моему разумению, человеческая жизнь теряла всякий смысл. Потому, медленно минуя любовно выделанных из различных материалов кумиров, я кланялась каждому из них, выражая свое почтение.
   Когда я миновала Нижний зал, предназначенный для божеств младшего пантеона, все вокруг вспыхнуло ярким светом, отозвавшимся болью в глазах - Солнечный Дракон Энатхо, верховное божество и, по легенде, прародитель Императоров, приветствовал меня ярчайшим сиянием, хлынувшим из его глазниц. Не смея оставить без внимания такую честь - алтарь загорался далеко не для каждого - я подошла поближе к вылитому из золота мощному мужчине с красивым, волевым лицом, и встала на колени перед древней Сущностью, олицетворяющей могущество, богатство и власть. Признаться, благосклонность этого бога поразила меня: считалось, что муэти противоположны солнцу. Впрочем, людей тянет к антиподам - почему же наши творцы должны сильно от нас отличаться?
   Выждав положенное время, я медленно прошла вдоль кумиров Верхнего Пантеона. Их избирали себе в покровители амбициозные люди, жаждущие власти, потому неудивительно, что среди этих Сущностей не было тех, кто покровительствовал семье, браку, домашнему уюту или памяти предков - все эти светлые чувства следовало оставить для Нижнего Пантеона.
   Первый алтарь, увиденный мною, был стальным кумиром Байтака, бога войны, схватки и убийства. Ему приносились исключительно кровавые жертвы, и молились ему люди, имеющие прямое отношение к воинскому ремеслу. Вечный спутник Энатхо, Байтак, одноглазый пожилой мужчина, опирающийся на меч, вечно стоял позади Императорского трона. Кивнув ему, я пошла дальше.
   Свет божественной силы высветил худощавую фигуру и сморщенное от старости лицо каменного Макита, Сущности справедливости, верности, честности и служения. Ему поклонялись Советники, евнухи, слуги и другие люди, целью жизни которых было поклонение вышестоящим. К особам такого рода отнести меня было сложно, но у алтаря этого я ненадолго остановилась, понимая, что, возможно, вскоре мне придётся взойти на него и надеть на палец зачарованное кольцо. Украшение это было сродни тем жутким перстням, которые ломали разум Советников; я знала, оно навек изменит и поработит мою волю, срастется со мною и, зная все мои думы и порывы, будет карать за любой намёк на предательство. Признаться честно, я молилась, чтобы Эйтан выбрал другой способ. Словно в ответ на мои думы, от алтаря повеяло могильным хладом, заставив поёжиться - все же, никогда мои отношения с этим божеством не были хорошими. Покачав головой, я последовала далее.
   Без особого интереса я миновала деревянного кумира Ишика, коренастого и круглолицего покровителя фермеров. Также чувств моих не затронул медный Шикат, бог ремесел, огня, кузнечного дела и промышленников. Сойдя с невысокого постамента, я направилась к трём божествам Верхнего Пантеона, которым не нашлось места в Солнечном Кругу.
   Предки наши считали, что женщинам не место средь мужчин, потому двух женских кумиров и установили хоть и рядом, но ниже, подчеркивая их тёмную суть. Компанию этим леди составлял бог-братоубийца, к которому я и подошла в первую очередь.
  Это был глиняный кумир бога Баака, владетеля подземного царства, покровителя купцов, кочевников, путешественников, менестрелей, лицемеров и ораторов. Предстал он передо мною, как обычно, мощным мужчиной с крупными, хищными чертами лица, облаченным в звериную шкуру, символизирующую его двуличие и звериное начало.
   У изображения этого божества, глубоко почитаемого мною с самого детства, я задержалась надолго. Я, в отличие от многих, не гнушалась выказать уважение тому, кто посмел соперничать с самим Солнечным Богом - для меня время, когда на землю опускала свой полог тьма, было избавлением.
   Тут следует пояснить, что наши предки свято верили: зима наступает, когда Баак побеждает своего брата, Энатхо, и забирает у него власть над Ишшаррой. С другой стороны, Баак всегда покровительствовал тайной власти, олицетворяя собой могущество торговцев, которые частенько бывали недовольны решениями Императора. Потому, как ни глупо это звучит, соперничество этих Сущностей носило, в своем роде, политический характер.
   Меня этот бог очень привлекал - своеволием, смелостью, таинственностью и необычностью. Я улыбнулась подземному владыке, искренне надеясь, что именно его печать предпочтет Эйтан увидеть на моем челе, и последовала дальше.
   Быстро поклонившись высеченной из кости седовласой строгой Лумати, Матушке Дракона, породившей множество богов и покровительствующей матерям Императоров, я прошмыгнула мимо неё, не желая задерживаться у её алтаря. Рожать будущего Императора я не планировала - и искренне не желала бы для собственного ребёнка такой судьбы. С другой стороны, как бы жестоко это ни звучало, я была искренне рада, что родительница Эйтана давно умерла, ибо нет соперницы более опасной и непредсказуемой, чем мать мужчины, которого ты желаешь заполучить.
   Последним и самым спорным божеством Верхнего Пантеона была Танни-ти, богиня судьбы, луны, тьмы, смерти и наслаждения, покровительница женщин, избравших путь рихэм. Её с легкой руки одного из сакийских послов окрестили "богиней куртизанок". Надо сказать, Танни-ти действительно покровительствовала любовницам, да и вообще женщинам, тем или иным образом зарабатывающим деньги. С другой стороны, молились ей также тёмные маги, разбойники, шпионы, люди, склонные к азартным играм, фаталисты, наёмники и многие политики. Учитывая специфику придворных отношений, где каждый следующий день мог стать последним, среди обитателей Золотого Дворца богиня судьбы пользовалась немалой популярностью.
   У этого хрустального кумира, изображающего девушку-прядильщицу, я задержалась надолго, любуясь переливами света в её кажущейся призрачной фигуре. Мне всегда безумно нравилась легенда о том, что именно прекрасная Танни-ти, жена Баака, стала причиной извечного конфликта меж божественными братьями.
   - Омали, отвлекись, - громкий голос за спиной заставил меня вздрогнуть, - Позже помолишься, а сейчас у нас есть иные дела.
   Медленно обернувшись, я встретилась взглядом с Его Величеством, облаченным в церемониальные одежды. Энатхо с радостью приветствовал своего Наследника, обволакивая Сиятельного Императора своим тёплым желтоватым светом, нещадно слепившим глаза. Эйтан сиял так, что сам казался безжалостным, палящим солнцем, которое всю мою жизнь несло мне одиночество, погибель и сомнения. Усмехнувшись, я отметила, что в этом есть нечто символичное, и, щуря слезящиеся глаза, постаралась рассмотреть двоих спутников Змея.
   Первым был Советник. Серьёзный, собранный, облаченный в церемониальные одежды, старик, казалось, не был удивлен внеурочным визитом Императора и словно бы даже ждал его. Поприветствовав меня почтительным поклоном, старик отошел к статуе Макита, чтобы отдать дань уважения своему Создателю и узнать его волю.
   Вторым спутником Эйтана оказался чуть нервный молодой человек в помятом, перекошенном наряде Младшего Жреца Энатхо. Глаза его бегали туда-сюда, а нижняя губа подозрительно подрагивала, из чего я сделала вывод, что присутствие Императора весьма и весьма пугает мальчишку. Понять бы ещё, отчего...
   - Лэсс Ширэт, Вы так и собираетесь стоять? - поинтересовался меж тем Эйтан, - Я согласился простить Вам некоторые Ваши ошибки в обмен на отступление от некоторых канонов ритуала; однако, терпение мое не безгранично. Еще минута промедления - и Вы отправитесь в тюрьму.
  - Да, Ваше Величество! - отвесив поклон в пояс, Жрец метнулся в сторону неприметной двери, скрывающей, видимо, проход в хозяйственные помещения. Мы с Императором остались наедине.
  - Сейчас самый лучший момент для того, чтобы отказаться от этой идеи, - сообщил мне Змей доверительно.
  - Понимаю, - приторно улыбнулась я в ответ. Некоторое время мы постояли, буравя друг друга взглядами. Молчаливое противостояние наше прервал неслышно подошедший Советник, молвивший:
  - Ваше Величество, я стану гарантом ритуала, ибо Отцу нашему угодна эта женщина. Удача будет сопутствовать ей, и Сущности благосклонны к начинанию её.
   - Благодарю, - бросил Эйтан раздраженно; кажется, в глубине души он надеялся, что Советник скажет нечто иное.
   Меж тем старик переключил внимание на меня.
  - Распустите Ваши волосы, Госпожа, - попросил он со странной почтительностью. Неизвестность к тому мгновению основательно потрепала мой несчастный разум, отзываясь нервной дрожью в руках. Путаясь во многочисленных заколках и шпильках, я принялась буквально вырывать их из прически, зачастую - вместе с волосами. Хотелось просто побыстрее покончить с этим и оказаться как можно дальше ото всех людей, чтобы иметь возможность вдоволь побыть в одиночестве и обдумать произошедшее.
   Эйтан, видя мои издевательства над столь любимыми им волосами, отвел мои ладони и принялся сам осторожно разбирать мою прическу. Повинуясь властным рукам, я спрятала лицо у него на груди и прикрыла глаза, наслаждаясь упавшей темнотой. Судя по звукам, Жрец вернулся, чем-то позвякивая, и быстро прошёл мимо нас в сторону трёх алтарей, стоявших вне Солнечного Круга. На мгновение я воспряла духом, решив, что Эйтан избрал Печать Баака, но потом вспомнила, что Жрецы Энатхо не имеют права проводить ритуал для тёмного владыки. По спине моей пробежал холодок, когда я осознала, что из всех Сущностей, чьи кумиры располагались в том углу святилища, только Лумати, Матушка Дракона, отзовётся на призывы Жреца.
   Искренне надеясь, что ошибаюсь, я отстранилась от Императора и быстро оглянулась. Как выяснилось, только для того, чтобы удостовериться: для ритуала действительно готовят алтарь костяной богини.
   Нет, он издевается.
   Проследив за моим взглядом, Император едва заметно усмехнулся, подтверждая правильность моих предположений.
  - Да ты спятил, - пробормотала я. Его Императорское Величество вежливо напомнили:
  - Ты можешь отказаться.
  Ну да, конечно.
   Прочитав ответ по моим глазам, Змей хмыкнул:
  - Или проходи обряд Дара Лумати, или - возвращайся в Павильон. Ни на что иное я не согласен.
   Я растеряно уставилась на чистое чело костяной богини, и мне почудилось, что она с не меньшим скепсисом взирает на меня. Признаться, её сомнения были мне вполне понятны: кем-кем, а "послушной юной особой, чистоплотной, скромной, разумной, пунктуальной и полной всяческих благ" я себя точно не считала. Между тем, именно таковой описывалась в "Наставлениях Лумати" женщина, достойная стать Даром Богини.
  - Эйтан, это плохая идея, - постаралась я как можно осторожней донести до венценосного кретина очевидное. Эйтан же, почуяв слабину, равнодушно напомнил:
  - Ты сама дала мне право выбрать ритуал; я выбрал. Не нравится - возвращайся в кровать, там тебе самое место.
   На самом деле, это он зря сказал. Я в этом смысле странно устроена: как только кто-то начинает сомневаться в моих силах, во мне тут же просыпаются невиданные доселе резервы. В этот раз случилось точно так же: раздражение вытеснило страх, заставив меня собраться и успокоиться.
  - Что же, согласна. Я пройду ритуал, - безмятежно отозвалась ваша покорная слуга, после с удовольствием проследив, как изумленно расширяются глаза Змея.
  Тут, думаю, я должна кое-что прояснить. Ритуал, зачастую именуемый Даром Богини, был, по сути своей, древней формой заключения брака меж Императором и любимой наложницей. Распространена сия традиция была ещё до прихода Большой Воды, в более поздние времена её постепенно заменили на менее радикальные методы.
   Итак, в чем была суть ритуала? Признаться честно, я и сама знала об этом очень мало. Что мне было известно доподлинно, так это то, что после прохождения этого обряда я не смогу иметь детей ни от кого, кроме Императора, не смогу ни за кого выйти замуж, будучи, фактически, собственностью Змея, и не смогу без него долго. В буквальном смысле, как человек, подсевший на гэш, желает побыстрее заполучить новую дозу, так и женщина-дар будет жаждать общества своего хозяина, не имея возможности никогда избавиться от этого наваждения.
   Признаюсь честно, поначалу перспектива подобная напугала меня до нервной дрожи. Я, всю жизнь ставившая свободу на пьедестал своего мира, испугалась настолько полной и безоговорочной зависимости от другого человека.
   Но ужас мой прошёл в тот момент, когда я посоветовала себе быть честной с самой собой и признать, наконец: этот обряд мало что изменит в моей жизни.
   - Идём, - бросил Змей, и я послушно последовала за ним к костяному кумиру. Жрец успел развить у его подножия бурную деятельность: в специально отведённой чаше полыхал огонь, осколки различных минералов образовывали ровный круг, а маленькая рысь, заготовленная, видимо, в качестве жертвы, тщетно и безнадёжно пыталась высвободиться из сдерживающей её клетки. Животное мне, разумеется, стало жаль, но прерывать ритуал из-за такой малости я не стала. Повинуясь небрежному жесту Змея, я зашла в круг и медленно опустилась на колени. Мой Император, напряженный и собранный, подошёл и замер за пределами камней, неотрывно глядя на меня. Жрец зашептал что-то, взывая к силе божественной матери. Камни вокруг меня мягко засияли, и, чтобы отвлечься от зарождающегося в душе страха, я подняла взгляд вверх и стала неотрывно смотреть в его глаза.
   Глупый, глупый мальчик, когда же ты отринешь свой страх и поймёшь, что этот обряд для меня ничего не изменит? Ты был моим наркотиком - им и останешься; в твоих интересах я действовала - так и буду поступать впредь; тебя любила - тебя и буду любить. Так, как умею, так, как могу, но ты - тот, кто дал мне всё, чем я дорожу. Власть и наслаждение, искренность и понимание, надежду на исполнение мечты, свободу и возможность действовать - все дал мне ты, Эйтан Хитрый. Безо всяких ритуалов и клятв для меня нет никого, кто важнее, чем ты.
   Странно, но, как только я подумала об этом, сияние минералов вдруг перестало слепить глаза, а беспричинный страх исчез, как призрачная мара. Мне показалось, что ласковые руки матери легли мне на плечи, благословляя и утешая. С изумлением я поняла, что богиня, заглянув ко мне в душу, приняла меня. Это было странно и нелепо: я, амбициозная и жестокая лицемерка, мало походила на идеал женщины для Императора, потому я ожидала боли и злобы со стороны матушки Дракона. Утешала я себя только тем, что сам Эйтан также не был идеальным правителем; возможно, мы друг друга уравновешивали.
   Правда, сейчас, спустя годы, я оглядываюсь назад и думаю, что богиня просто заглянула в самые наши души и не увидела там каких-то страшных грехов. Там были одинокие дети, прятавшиеся во тьме от сверстников, там были несчастные возлюбленные, меж которыми пролегала невероятно глубокая пропасть, там были надломленные личности, неспособные кому-то доверять до конца, но отчаянно жаждущие любви, там были дерзкие безумцы, способные пойти на все во имя цели. И она просто приняла нас, как любая мать принимает своих детей. Она поняла его страх, его сомнения и жажду обладания; она поняла моё недоверие, мою боязнь и неуверенность. И, прочтя наши чувства, она дала нам ощущение странного единения, словно он - это я, а я - это он. Мне передавались все его чувства, и это - наверняка - был обоюдный процесс.
   Меж тем Жрец умолк и подошёл к нам, держа наготове ритуальный кинжал. Несчастный зверёк в клетке, предчувствуя опасность, отчаянно забился. Я отвернулась...
   И вздрогнула, услышав странный хрип. Что-то алое хлынуло в круг камней, меня словно бы окатило дождем, и характерный гулкий звук падающего тела заставил меня вскинуть голову.
   Молодой Жрец лежал, глядя на своды Храма мертвыми глазами, а из перерезанного горла его фонтаном била кровь. Безмятежный Советник стоял, сжимая в руке окровавленный кинжал, и спокойным голосом досказывал обращение к богине.
   Я замерла, ощущая, как кровь медленно стекает по моим волосам, со странным звуком капая на пол. Тяжелый металлический запах окутал меня облаком, а в полыхании камней появилось нечто зловещее.
   Рассеянно оглядывая мертвое тело, я медленно размышляла. Однозначно, можно понять, почему ритуалы древних богов были запрещены и проводились в тайне: если всякий раз перед свадьбой купать невесту Императора в человеческой крови, иностранные послы могут, мягко говоря, сильно впечатлиться. Все же, обряды культа Адада, охватившего материк, были куда менее кровавыми и зрелищными.
   Меж тем, сияющие нити, гибкие и прочные, начали опутывать меня со всех сторон, привязывая к Императору. Я обреченно прикрыла глаза, понимая, что ритуал свершился. Мне уже никогда не выйти ни за кого замуж, а у него могут быть сотни жён, никогда не родить ребёнка от другого, хотя у него будет множество детей...
   Судьба в этом смысле, увы, весьма несправедлива к женщинам, ставшим для кого-то подарком. Впрочем, не мне было роптать: я сама пошла на это.
   Действо подходило к завершению
   Советник остался в Храме, дабы уничтожить следы ритуала, мы же последовали обратно, в императорские покои. Усталость пригибала меня к земле тяжким бременем, а кровь, которой меня окатило, присохла и стянула кожу. Хотелось нырнуть в прохладную воду купален и остаться там надолго, чтобы смыть всю эту мерзкую грязь. Однако я подозревала, и не без оснований, что обойтись без глубокомысленных диалогов нам не удастся. Как показало время, мои опасения оправдались.
   Когда дверь покоев захлопнулась за нами, я, не глядя на Змея, принялась срывать с себя одежду. Он остановил мои судорожные движения, перехватив за запястья, и негромко сказал:
  - Не молчи. Можешь покричать, обвинить меня в чем-то, только не молчи.
  Ох, милый, что в такой ситуации можно сказать?!
   Я усмехнулась и впервые со времени проведения ритуала заглянула в его глаза:
  - Все хорошо, мой Император. Твоё решение гениально. Во-первых, теперь, по мнению Древних Богов, я - член твоей Старшей семьи, и ты имеешь полное право не причинять мне вреда, даже если Тай-Лир прикажут: Энатхо не сочтет это нарушением Клятвы. Во-вторых, после моей смерти все моё имущество перейдёт к тебе - включая провинцию Хатта. В-третьих, ты обезопасил себя от того, что я выйду замуж и передам что-либо супругу, равно как и оставлю тебя ради семьи. С другой стороны, у тебя обязательств по отношению ко мне нет... в общем, браво, Змей. Это было красиво.
  - Благодарю, - усмехнулся он, даже не пытаясь отрицать очевидное. Я кивнула, принимая ответ, и продолжила:
   - Особенно, конечно, финал впечатлил. Я так понимаю, нужна была кровавая жертва?
  - Да, - пожал плечами Император, - Тебя нужно было окатить тёплой кровью. Или человеческой, или священного животного, выращенного при Храме. Но Священную рысь мне тоже было жаль, а от свидетеля все равно пришлось бы избавляться - ты и сама понимаешь, никто не должен знать о произошедшем.
   Я фыркнула и покосилась на наши отражения в громадном зеркале. В наших устах, перепачканных в человеческой крови, слова о том, что жаль жертвовать Священной рысью, звучали как-то особенно цинично.
   Медленно развернувшись, я отбросила в сторону нижнее платье и провела ладонью по груди, размазывая кровь по белоснежной коже. На мой взгляд, это должно было смотреться весьма привлекательно - по крайней мере, я всегда находила нечто сакраментальное в сочетании алого и белого. В голове промелькнула полуистеричная мысль, что чем дальше, тем больше я напоминаю самой себе Эстатру Ящерицу - и ничего хорошего в этом, увы, не было.
   Сделав несколько шагов в сторону купальни, я чуть обернулась, встречая хищный, полный желания взгляд Императора. Желание сказать какую-нибудь гадость тут же поднялось волной, пересиливая во мне все доводы здравого смысла.
   - Эйтан, ни один ритуал не заберёт свободу у того, кто обладает разумом, - как можно ласковей молвила я, - И ты наивен, если думаешь, что я буду принадлежать тебе одному.
   Он сделал шаг вперёд, но я задвинула дверь и опустила в пазы резной засов. В тот момент, каюсь, мне по-настоящему хотелось побыть одной.
   Впрочем, порыв этот быстро прошёл. Наплескавшись вдоволь, намазавшись заживляющими кожу маслами, заказанными, к слову, специально для меня, я как-то внезапно осознала, что сегодня, можно сказать, моя первая брачная ночь, и другого подобного случая в жизни не будет точно. Проводить время в одиночестве показалось мне кощунством, не говоря уж о том, что тело, расслабившееся и отдохнувшее, желало далеко не сна.
   В общем, полюбовавшись некоторое время на сводчатый потолок, я набросила на плечи лёгкий халат и вышла из купален, намереваясь отыскать своего Господина и стребовать с него супружеский долг. В голове, каюсь, даже замелькали настойчивые картинки того, как именно это можно было бы сделать...
   Покои Императора были погружены во мрак. Его Величество не караулил меня у двери, дабы устроить скандал, не приказал отправить в Павильон и не попытался сломать дверь. Змей, отлично понимая, как любая женщина не любит невнимание к своей персоне, просто отправился спать. Усмехнувшись и мысленно оценив мозги Змея, я направилась в его опочивальню.
   Некоторое время я понаблюдала за неподвижно лежащим мужчиной, изображающим глубокий сон. В душе поднялись противоречивые чувства. Так значит, да? Ладно!
   Пожав плечами, я подошла к книжной полке, подхватила ближайший том, даже не стремясь различить в полумраке название, сбросила халат и направилась на балкон - читать. Сомневаться в том, что охрана, призванная блюсти порядок во внутреннем дворе, оценит представление по достоинству, не приходилось.
   Надо сказать, надолго терпения Его Величества не хватило: стоило мне переступить порог, как меня схватили за волосы и резко дёрнули назад. Сомневаться в личности нехорошего человека, так поступившего, не приходилось.
   Я повернулась, прижав книгу к груди, и уставилась на него со всем недоумением, на которое только была способна. В неверном сиянии светильников, проникающем в комнату через окна, было явно видно, что Император зол. В душе моей поднялась обжигающая волна возбуждения: мне до безумия нравились именно те моменты, когда он терял контроль над собой.
   Демоны, спящие в моей душе, подняли голову, и желание завести его ещё сильнее, дабы сбросить напряжение воистину безумного дня, переросло в стойкую потребность.
  - Эйтан, оставь меня в покое, - попросила я капризно, - Я хочу почитать.
   Он усмехнулся:
  - Ещё немного - и я запру тебя в темнице. Читать будешь там, а в моих покоях у тебя несколько другие функции.
   Моя нижняя губа задрожала, когда я жалобно поинтересовалась:
  - Как ты можешь так говорить? На тебя я потратила лучшие.. хм... дни своей жизни! А ты... Знаешь, драгоценный мой супруг, ты - хам.
   Змей прищурился и не без раздражения заявил:
  - Может, прекратишь?
   Наивный.
   Спрятав под ресницами шальной блеск глаз, я попросила с дрожью в голосе:
  - Убери руки.
  Кажется, Его Величество начал волноваться, что меня, может быть, похитили духи и на кого-то подменили. Сказать по правде, так и подмывало сообщить ему, что это последствия ритуала и теперь я постоянно буду такой. Однако дурная веселость, охватившая меня, требовала куда более активного выхода, потому я ловко вывернулась из его рук, стиснувших мои плечи, и молнией метнулась в сторону, отбросив ставшую помехой книгу.
  - Оставьте меня в покое, дражайший супруг, - попросила я строго, - Я устала, день был сложный, и мне, к Вашему сведению, крайне нездоровится - голова болит, знаете ли.
   В глазах его мелькнуло понимание, а на губах возникла на редкость хитрая усмешка:
  - Ах, моя дорогая, не тревожьтесь, - сказал он со всей чопорностью, свойственной пэрам, - Я вас вылечу.
  - Вы не похожи на доктора, драгоценный, - сообщила я доверительно.
   - С Вашей хворью, поверьте, я справится смогу, - проникновенно пообещал Эйтан, медленно наступая на меня. Я попятилась и капризно завопила:
  - Оставьте меня в покое! Имейте уважение! И вообще, я, как женщина остепенившаяся, имею право на капризы! Сегодня, дорогой, я не в настроении!
  - И зачем же Вы тогда пришли ко мне в спальню, драгоценная? - Змей, похоже, начал терять терпение.
  - За книгой, как зачем?! Нужны Вы мне! - я пренебрежительно фыркнула.
  - Кажется, вчера вы говорили нечто иное, - напомнил Змей. Я только ухмыльнулась:
  - Супруг мой, Вы так наивны! Все мы до свадьбы говорим нечто иное, Вас никто не предупреждал об этом?
   Брови Эйтана слегка приподнялись. Я усмехнулась и искренне пожалела, что поблизости нет пэра Эйлта: он точно оценил бы шутку. Хотя, конечно, если бы я попросила провести пэра Ящерицу в императорские покои, боюсь, Змей не так бы меня понял...
   Кажется, до Эйтана дошло, что переговариваться таким образом мы можем довольно долго. При всем при том, к тому моменту мы успели сделать уже три почетных круга вокруг кровати, и я, словно рак-отшельник, продолжала пятиться.
   Вздохнув, Император остановился, и, чрезвычайно серьёзно глядя на меня, приказал:
  - Иди сюда.
   Я оскалилась, показав в чуть безумной улыбочке все зубы, и сообщила:
  - Не люблю повторяться, знаешь ли. Вариант с послушанием мы уже пробовали, так? А теперь по-другому.
   Его глаза блеснули плохо скрытым азартом.
  - О чем ты? - поинтересовался Змей как можно небрежней.
   Я пожала плечами и, исподлобья глядя на него, серьёзно предложила:
  - Поймай меня.
   Змей широко усмехнулся и метнулся ко мне; я рванула прочь, ловко огибая различную мебель.
   У нас было ещё несколько дней, чтобы решить вопросы государственной важности и все обдумать. Масштаб проблем и опасностей, нависших над нами, сложно было даже вообразить, но та ночь осталась той самой счастливой сказкой, в которой время замедлилось только для нас двоих. За все надо платить? Пусть так.
   Он стоил того.
  
  
   Послесловие
  
  Карета, печально поскрипывая, уносила меня вдаль от родного селения. Все долги были возвращены, все слова сказаны, но была вещь, которую я так и не смогла себя заставить сделать. Казалось бы, в тот момент, когда все опасности улеглись - почему бы не навестить родную Библиотеку? Однако, я так и не нашла в себе смелости на то, чтобы сделать это. Думаю, впрочем, зная мою историю, ты, читающий эти строки, поймешь меня.
  Откинувшись на подушки, я прикрыла глаза. Сон окутал меня облаком, окуная в призрачные тени прошлого.
  
   - Господин Смотритель, а Вы хотели бы стать пэром?
   Седовласый старик поднял голову от очередного автобиографического очерка и серьёзно посмотрел на маленькую худощавую девочку, которая щурила глаза от слепящего солнца.
  - Нет, Омали, - покачал он головой, - Общество пэров давно и прочно прогнило. Они мерзкие высокомерные твари, лживые и лицемерные. Они растут среди недоверия и жестокости, их специально учат выживать в этом мире, и я уж точно не хотел бы стать одним из них.
   Девочка чуть нахмурила бесцветные бровки:
  - Но, Господин, ведь у каждого Рода есть свой Основатель, который когда-то был самым обычным человеком...
   Дэр Сахрос с глухим стуком опустил книгу на стол.
  - Довольно! - голос его зазвенел, - Пэрами рождаются, Омали, и только. Стать одним из них невозможно, потому ответ на твой вопрос - нет. Я не грежу о том, чему никогда не сбыться.
   Девочка медленно покачала головой:
  - Но, Господин, Основатели смогли. Значит, стать пэром - не невозможно, просто - сложно.
   Смотритель поднял глаза к потолку и отрезал:
  - Девочка моя, ты - глупый ребёнок, не понимающий жестокости и лицемерия этого мира. Ты не сможешь стать пэри, просто поверь.
  - Верю, Господин,- вздохнула малышка, - Вам я доверяю во всем.
   Мужчина, удовлетворенный ответом воспитанницы, отвернулся, возвращаясь к своим делам. Он уже не мог видеть, какой ненавистью блеснули розоватые глаза маленькой муэти.
  - Я смогу, вот увидишь, - прошептала она, отворачиваясь, - Я могу все.
Оценка: 10.00*3  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  Л.Миленина "Не единственная" (Любовные романы) | | Д.Эйджи "Пятнадцать" (ЛитРПГ) | | Д.Вознесенская "Таралиэль. Адвокат Его Темнейшества" (Любовное фэнтези) | | А.Эванс "Право обреченной 2. Подари жизнь" (Любовное фэнтези) | | Л.Петровичева "Попаданка для ректора или Звездная невеста" (Любовная фантастика) | | LitaWolf "Неземная любовь" (Любовное фэнтези) | | В.Мельникова "Избранная Иштар" (Любовное фэнтези) | | А.Эванс "Право обреченной. Сохрани жизнь" (Любовное фэнтези) | | Т.Тур "Женить принца" (Любовное фэнтези) | | К.Кострова "Соседи поневоле" (Юмор) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"