Всем привет. Думаю, что для начала нам стоит познакомиться, что бы лучше понять друг друга. Буду более краткой. Меня зовут Эмма, и для меня это имя словно рок судьбы, и в придачу иссиня-черные волосы от матери, которые, как их не выпрямляй, все равно остаются волнистыми. Что еще могу сказать о себе?
У меня есть мама, есть даже папа, и я дочь влиятельных родителей. Стоит мне захотеть ту или иную вещь, как она она в скором времени появляется у меня.
С самого детства меня приучали к людям, дабы ребенок не боялся большого количества людей и в будущем, а это неотъемлемая часть в бизнесе отца, ведь в скором времени и я буду присутствовать на вот таких вот званых ужинах и всех выходах в свет, от которых меня воротит с самого детства. Эти лживые улыбочки, сальные и наглые лица, которые уютно прячутся на ближайшие пару часов за маской доброты и вежливости.
Но как мы они не старались, а наотрез отказывалась от таких вот вечеров. Сколько мы меня не выводили туда в детстве, как я рыдала что окружающие готовы были сказать все что думают о этом кричащем комке, не вовремя останавливались, знаю к чему это может привести: к потере состояния. Плюнув на это гиблое дело, родители оставляли меня с няней, на попечение которой я все чаще оставалась.
Весь круговорот событий и денег закружился вокруг нашей семьи, и родителей я стала видеть все реже и реже. Нет, они и до сих пор любят друг друга, и меня они очень любят, искренне извиняясь за их долгое отсутствие. Училась я в частной школе с пяти лет, вы подумаете что то странно, так рано отдавать ребенка в школу, но на то были свои причины. Я не по годам была талантливым ребенком, от чего родители были в восторге, и поэтому отправили меня в школу так рано, заплатив приличную сумму нужным людям, я стала обучаться в этой школе.
Все, кого я знала в той школе, они не знали меня. Может видели где-нибудь мельком эту черноволосую странную девчушку, но кто она такая есть не знали, да и знать не желали.
Вот так я и закончила одиннадцатый класс к шестнадцати годам, и поступила на лингвиста, потому что меня с детства привлекали иностранные языки, и каждый новый язык был для меня словно чудо света, и я бралась за его изучение, оттачивая на дню по несколько новых слов.
Все мои однокурсники думали что я ушла после девятого класса, потому что "не могла такая малолетка поступить сюда после одиннадцатого класса в 16 лет". На их косые взгляды я не отвечала и просто проходила мимо, на их недоверие никак не реагировала, так как мне плевать на их доверие, оно мне не поможет.
Но единственное, на что я им отвечала, так это неприязнь. Когда в жизни человека не происходит ничего интересного и захватывающего, они берутся за жизнь других, слабых людей, делая их козлами отпущения на публике, показываю, кто ты есть на самом деле. Косые взгляды, насмешки, грязные сплетни о тебе, о которых ты сам удивляешься, потому что впервые такое слышишь, но им все равно, правда это, или нет. И круговорот жизни затягивает тебя, и ты становишься тенью для окружающих, пытаясь всеми возможными способами быть незаметной, избегая их заинтересованных взглядов.
***
-Воронова! Слышь,Эмо, я к кому обращаюсь?! -стараясь не обращать на нее внимания, иду дальше. Если что, скажу что не расслышала ее из-за большого скопления народа.
Прибавив шагу и уже несясь на всех порах наконец добежала до женской уборной, закрылась в одной из кабинок начала пытаться прийти себя, попутно зажав нос двумя мальцами рук. Запах стоял отвратный, не смотря на то, что уборщицы орудуют своими доспехами каждое ранее утро. перед приходом всех учеников данного заведения.
Достав с рюкзака с эмблемой Nike обычную расческу, стала наспех расчесывать волосы, от бега они совсем растрепались, что сравнивать волосы можно было только с вороньим гнездом. Скрутив волосы в жгут скрутила в неаккуратный пучок и закрепила все это тонкой резинкой. Мне ни к чему здесь светиться, лучше буду казаться более незамеченной, но как мне быть, когда...
Выбившаяся прядь, которая отличалась длиной от всех других волос тем. Что она была короче и...выкрашена в розовый цвет. Не бледно розовый, и не темно, а в насыщенный ярко розовый цвет, который мог заметить даже слепой старик и без очков. Шалость, которую удалось провести однокурсницам и их парням которые на кур старше их.
Сидя спиной к холодной стене из бледно голубой плитке, не показывая такого очевидного страха смотрела на собравшиеся передо мной тремя девушками и их парнями. Инна, Жанна и Лиза, они были моими однокурсницами, те, которые ненавидели меня из-за моего имени, внешности, которая была лучше их всех вместе взятых, богатых родителей и конечно же , как они думали, того, что я вру. Вру, что поступила сюда сама. И закончив одиннадцатый класс в шестнадцать лет поступила сюда. Но мне плевать . верят они или нет, даже если я и докажу, у них все еще много причин ненавидеть меня.
-Сиди и не смей проронить и слова, усекла, Эммао? -потянув за волосы на затылке прошипела Инна.
Получив от меня кивок, они стали делать свое дело, а я просто сидела не пытаясь что либо сделать в свою защиту. Вначале пыталась, когда они меня суда вели, но разбитая губа и рана на щеке останавливали меня, давая понять, что действовать они могут и похлеще.
Покрутив ножницы в руках, Инна сев на корточки отрезала прядь волос. Не мало, но и не много, так, что бы при сборе волос в хвост или косу, этот пучок пряди все время выползал наружу.
Потом намазали эту прядь какой-то дрянью, подождали и смыли. А смыли не так, как бы мне хотелось, а взяв за шкварник ткнули носом в раковину и включили кран. Сильные руки их парней не давали мне вырваться, а вода уже была в носу и легких, став задыхаться они меня отпустили, а точнее кинули на место где сидела до этого. Потом эту же прядь стали мазать другой химией, но мне было тогда на столько плевать, что без всяких слов слушала их:
-Сейчас мы покарсим тебя немного, я нанесу эту прекрасную краску на твою новую прядь, через пол часа ты смоешь ее, и счастливая и почти невредимая пойдешь домой, поняла? А посмеешь ее вывести, -она грубо взяла меня за подбородок, развернув лицом к себе. -Сдохнешь, и никто такую падаль не подберет.
Пришлось выдавить из себя кивок, после которого они ушли оставив меня в покое, со своими мыслями и ненависти к ним, за то что делают все это, к окружающим, которым плевать на это, и на себя, за то, что не могу за себя постоять.
-Ты уверена, что после этого, наша странная Эммао не растрепает все своему папочке, а он не хухры-мухры, даже наших предков засудить сможет, -эта реплика вывела меня из не лучших воспоминаний, давая понять, что если пророню сейчас хоть слово, мне конец. Как можно тише подняла с пола рюкзак , положила себе на колени, подняла ноги, что бы не было видно из отверстия между дверью и полом, и стала вслушиваться в их разговор.
-Не думаю. После той покраски ведь не растрепала, думаю и сейчас промолчит. Думаю ее предкам либо наплевать на нее, и они не суют свои морды в их личную жизнь, -сжав руки в кулаки от злости от этих слов, пыталась увести свой гнев в другу сторону. -А если и растрепает, то скорее нам поверят, чем этой полоумной. Скажем, что мы ничего не знаем, мы ведь с ней даже не общаемся, или наоборот сделаем грустные моськи будто бы нам ее жалко, и вуаля! Гнусная Эмо-Эммао падает на дно со всеми своими надеждами.
Голоса стали утихать и удаляться, а когда они и вообще исчезли, я как можно тише открыла дверцу и подхватив рюкзак вышла из кабинки. Хорошо, что я попыталась уговорить отца не присылать за мной машину, а это привлекает очень много внимания, которое мне здесь совершенно ни к чему...
На бегу врезавшись в чью то крепкую широкую спину, я пожалела, что не смотрела по сторонам, а ведь стоило. АЛарис. До чего же странное имя у него. Гот, от которого я почему-то все время шарахаюсь, стоит только ему посмотреть на меня, или просто стоя с ним рядом. Вот кого я боялась больше всего на свете, даже эту шайку что сотворила с моими волосами я так не боюсь, его шайку находящеюся рядом с ним и его самого. Не понаслышке знаю, что среди неформалов готы люто ненавидят эмо, даже были случаи когда черные нападали, истребляли черно-розовых, иногда доходило до убийств, но я все чаще убеждаю себя, что это скорее вымысел, а вот про их вражду не могу не согласиться. Смотря в эти серые глаза, черные прямые волосы доходящие чуть ниже плеч, он напоминал мне героя фильма "Ворон", и от этого мне легче не становилось. Все учащиеся этого института пытались обходить его стороной, и даже заметала что из шайки Инны, девушки не ровно к нему дышат, кто бы мог подумать, эмо, которым я не являюсь - призираем, гота - уважаем?
Больше всего меня пугало то, что по нему не скажешь, что он слаб. Он не сильно худощавый, но отчетливо было видно мышцы рук, шеи, и торса от обтягивающей футболки, и это давало еще один повод для причин избегать его.
Звали его Аларис. Не знаю, настоящее ли это его имя, просто для это тайна покрытая мраком.
-О, бабочка сама попала в лапы пауку! -воскликнул один из его друзей, выбрасывая наполовину выкуренную сигарету. -Не думал, что отловить ее будет так легко, да, Ал?
На что тот только пронзительно посмотрел на меня, а я как дикая лань, с широко распахнутыми глазами пыталась вырваться из его захвата, причиняя тем самым боль в талии, где крепко он держал меня. Со всей силы ударив его по груди вырвалась наконец таки из стального захвата, а он словно и не приложил к этому никаких усилий, все так же смотря на меня.
А я , ни сказав и слова помчалась к выходу из территории института. На семнадцатилете, родители подарили мне квартиру в центре города, совсем недалеко от здания института, что очень облегчало мне жизнь. Хотя скорее это была моя инициатива, иначе как родителям объяснишь, откуда у меня эти раны, синяки? Поэтому сказав, что уже сейчас хочу быть самостоятельной, уговорила их, что я уже не их маленькая девочка, могу и сама о себе позаботиться.
Открыв дверь квартиры, мне на встречу словно тайфун выбежала Гретта, моя собака, она тоже была цвета вороньего крыла, как и мои волосы. Сев на пороге, внимательно следит как я разуваюсь и снимаю кожаную куртку и иду на кухню, а она за мной, весело веляя хвостом. Для меня эта собака мой спаситель, потому что если бы не она, то со мной многое могла приключиться.
С видя, она спокойная и жизнерадостная собака, но таковой она является лишь для меня и моих родителей. Но она не та, кем кажется. Стоит ей выйти за пределы квартиры. Как она ни на шаг не отходит от меня, и поверьте это не из-за страха перед людьми, а из-за страха за меня. Однажды, когда поздно вечером мы с ней гуляли, я отвязала ее от поводка и решила дать волю побегать, а тогда то я и пожалела, что сделала это. Дело в том, что если разозлить эту особу, то она становится невменяемой, и не отпустит свою добычу, пока я не прикажу ей это сделать. Стоит сказать ей единственную фразу "Жрать", она словно обезумевшая кидается на того, кого я прикажу, я признаюсь, не раз я такое применяла, и не жалею об этом, иначе это сказалось на моей жизни. Вот тогда то и случилось, что какая-то подвыпившая компания парней стала приставать из-за моей прически, а в тот момент я уже было в розовой прядью, и они начали забавляться, и перейдя в наступления стали подшучивать и пытаться раздеть, от чего тут же наступила паника, а я не могла ничего сделать, стояла как вкопанная.
Но тут подоспела Гретта, но ее никто не заметил, только я краем глаза, и вид ее был ужасен: глаза расширены, пасть в злом оскале, клыки наружу и с пасти течет слюна. Видимо она почуяла мой страх и стоя за спинами трех будущих покойников стала издавать протяжные рыки, которые никто по началу и не услышал, пока те не стали громче. Они развернулись на рык, а главный смертник не сводил с меня взгляда:
-Прикажи ей, что бы эта псина ушла, и мы тебя не тронем, -приказал он, боясь сделать малейшее движение.
-Сначала отпусти, -прохрипела я, но его рука еще сильнее сдалась у меня на шеи.
-Ну уж нет, тварь. Пусть эта сучка уйдет как можно дальше, -прошипел он.
Знаю я, как они будут действовать. Зло усмехнувшись, посмотрела на Гретту и сказала глядя ей в глаза, которые смотрели на меня, с страхом за свою хозяйку, сказал:
-Хочешь кушать? -отчего рык стал еще громче, и собака издала злой лай и умолкла, все так же с голодным взглядом рассматривать ублюдков и медленно ступая на них.
-Пускай уберется отсюда! -выкрикнул один из них. Кажется. Кое кто сейчас наложит в штаны.
-Что бы я сейчас не сказала, она не сделает, потому что слишком боится за свою хозяйку. Вам лучше отпустить меня, иначе она будет невменяема, и я ее не остановлю, а отпустив меня, вы сможете уйти без серьезных ран. Договорились.
-Подавись сука, -выплюнул они толкнув меня отошел на три шага назад, с опаской посматривая на меня, когда я спряталась за собакой. Рука невольно потянулась к ней, погладив по гладкой шерстке, а это был знак, что со мной все в порядке.
-Уводи ее отсюда! -выкрикнул он, но что я только помотала головой, в знак несогласия. -Ты же обещала!!! -взревел он.
-Я обещала, что вы уйдете не на носилках ногами вперед, а то, что вы будете живы. Ведь таких как вы стоит проучить. Гретта... Жрать! -с обезумевшим лаем она кинулась на первого, прокуси ему руку, но не принося значительного вреда, затем ко второму, укусив за щиколотку, а на третьего оставила на самое сладкое, и прыгнув на него, опрокинула его на асфальт, тот ударился головой, благо не так сильно, что бы умереть или упасть в обморок.
Подойдя к сидящей на парне собаке погладила ее.
-Скажи спасибо, что я не приказала ей перегрызть вам глотки. А она это могла, - развернувшись пошла в сторону дороги, и убедившись что они за мной не следят, пошла с Греттой домой.
К счастью, после этого случая никто их них не подал заявление за то, что моя собака без намордника и что она вообще их покусала. С тех пор я как можно чаще выхожу на улицу в сопровождении собаки, а та не отходит от меня ни на шаг, и только в стенах дома она моя любимая собака, даже подруга, которых у меня никогда не было. К счастью, она еще очень молода, и без не мне пришлось бы очень трудно...
![Обложка []](/img/a/aljusik/hrupkiekrylxjababochki/r7cv8ojs7qy.jpg)