# Улей. Глава 5

Алёна Лужанская

## Глава 5 "Предатель"


Мне не раз говорили, что у меня поразительно крепкие кости, особенно череп. Но камень и вода точит. Если получать по одному и тому же месту с завидной регулярностью, то обязательно наступит момент, когда самые ярые сплетники промолчат. Ведь о мёртвых в Улье не говорят.

- Лежи, - на лоб положили что-то холодное.

Я не мертва?

- Да ты ещё поставишь рекорд среди долгожителей Улья.

Не хочу.

Взгляд отказывался фокусироваться. Вместо лиц передо мной прыгали неразличимые пятна.

- Где Четвёртый? - из горла вырывался хрип. - Пусть он добьёт. У него получится...

- Ты уверена, что хочешь именно меня видеть на предсмертном одре?

Всё-таки предсмертном?

- Четвёртый, отставить! Твои шутки неуместны, - громкий голос Командира заставил неприятно поморщиться. Судя по всему, он находился в непосредственной близости от меня.

- Что происходит? - я чувствовала, как пухнет от мыслей голова. Казалось, что она вот-вот взорвётся.

Кто-то обнял за плечи и посадил, заставив окончательно вернуться в реальность. Почти со всех сторон давили каменные стены, и лишь впереди зияла дыра - выход из туннеля, к Пристани, на волю. И мне так хотелось туда попасть! Только я мечтательно подумала о том, как было бы здорово залезть на вершину Гиганта и, сорвавшись с края, пережить секунды свободного падения, а после резко взмыть ввысь, расправив крылья.... как передо мной крупным, давящим, силуэтом нарисовался ведущий разведчик. Сбоку обнаружился Док, который тут же подсуетился, уколол мою руку шприцом и сунул под нос фляжку с водой. Волчонок подпирал стену с другой стороны и выводил длинным прутиком какие-то символы на полу, покрытом слоем грязи.

- Где Кир?

Я обернулась, андройда не было видно поблизости. Несмотря на небольшое помутнение картины, транслируемой головному мозгу, туннель просматривался насквозь.

Док не глядя мазанул место укола спиртом, хоть в этом и не было необходимости. Кожа моментально срослась, не оставив даже следов в виде выступивших капелек крови. Вероятно находясь под воздействием некой внутренней установки, учёный продолжил меня "лечить" и невозмутимо наклеил пластырь, промахнувшись на пару сантиметров выше обработанного участка.

После манипуляций Дока, Командир дал ответ на мой вопрос:

- Не беспокойся. Четвёртый ликвидировал его.

- В каком смысле?

Ники никак не могла взять в толк, что за странный термин "ликвидирован", как его могли применить к её мужу, хоть и не настоящему, но оттого не менее родному.

- У твоего... гм... андройда оказалась на удивление тяжёлая рука. Ты еле выкарабкалась.

Вот она еще одна месть Королевы.

- Док пытался его отключить, но не смог добраться даже до аккумулятора...

Алая, горькая, со вкусом предательства.

- ... могли слететь настройки или спечься мозги из-за излучения барьера. Не расстраивайся, сделают тебе ещё одного. Доработают старую версию, будет ещё лучше!

- Кого просить? - прохрипела я, чувствуя, как горло сжимает спазм, а внутри зарождается буря. Именно последняя одним рывком поставила меня на ноги.

- Все заявки идут через Правящий Совет, конечно же, - не спуская с меня глаз, Командир тоже поднялся.

- Док, скажи, кто его сделал? - повернулась к учёному. - Ты хоть и косвенно, но участвовал в сборке.

- Я не вправе разглашать... - завёл тот старую пластинку, но тут же поперхнулся, схваченный за горло и прижатый к стене.

- Зато я имею полное право выяснить, кто решил меня убрать, - не шёпот, скорее шипение.

Вживлённый в чужое тело материал вспомнил руку хозяина, и потянулся ко мне.

- Отвечай!

Судя по каменному выражению лица, Командир знал мои действия наперёд. Он не поощрял их, но и не запрещал, стоял в стороне и наблюдал за нами. Очевидно, решил, что два безумца разберутся сами.

- Не знаю, - Док упрямо замотал головой, не оказывая никакого сопротивления.

- А я, кажется, знаю! - вдруг раздалось за спиной.

И тут, прокручивая в голове знакомство Волчонка с нашей разведгруппой, я вспомнила один момент, который определённо насторожил бы меня ранее, не будь Ники так погружена в мысли личного характера. Недорослик до смерти испугался учёного, но не удивился встречи с Киром, что означало - он видел их обоих прежде.

Тяжёлый взгляд Дока был брошен мимо моего плеча. И стали в нём было столько, что парень закашлялся и потупился. Разжав руку на горле, некогда собственноручно восстановленном, я обернулась.

- Рассказывай.

По мере моего приближения, Волчонок пятился назад. На его лице мелькала целая радуга эмоций: щенячий восторг и одновременно испуг, чувство собственной значимости и заискивающее благоговение. Он отступал до тех пор, пока не упёрся спиной в грудь ведущего разведчика.

- А что мне за это будет? - отскочив в сторону, подальше от Четвёртого, он не заметил, как попался прямо мне в руки.

Я встряхнула его за рубаху, благо он был одного роста со мной и примерно такого же телосложения.

- Гораздо результативнее пройдёт наш диалог, если я скажу, что тебе за это НЕ будет.

Левая кисть с помощью силы видоизменилась в жало. Тонкое и острое, оно нацелилось на синюю вену, проступающую на худой, цыплячьей шее. Кровь в артериях пульсировала в такт учащённому дыханию. Сладко запахло страхом и... предвкушением?

- Я наслышан, что разведчики могут соревноваться с палачами из Лабиринта в искусстве пыток. Потому... - он сделал паузу. - Давай, по-хорошему.

Удерживая взгляд, Волчонок мягко отвёл мою преображённую руку и нагло ухмыльнулся:

- Предлагаю честный обмен. Мне есть, что предложить тебе, а у тебя есть то, что хочу я. Это редкое совпадение.

Информация - за порцию силы?

Ники недовольно встрепенулась, а Вторая, на миг выглянув из недр, бросила равнодушное "почему бы и нет". А после меня настигла фраза, разрубившая одним махом все сомнения:

"На изощрённые пытки ты более неспособна! Не станешь же просить Четвёртого вытряхнуть из него информацию"

- ... и стены не замараем. Все будут счастливы.

Особенно наш чистоплотный Командир. Он не терпел, когда его бойцы разводили грязь. Однако, сейчас начальство неодобрительно покачало головой. Даже в темноте туннеля был виден нездоровый блеск в глазах мальчишки, который вопреки своему феноменальному, обособленному от Короны существованию, одной ногой стоял за гранью, проходящей между баловством и одержимостью.

Ники заставила втянуть жало и рукой, вернувшей исходный облик, потрепала Волчонка по щеке, будто бы извиняясь за сложившиеся обстоятельства.

В этот раз парень был готов к объятиям, более того выступил их инициатором. Зарывшись носом в шею и вдыхая запах волос, он вцепился в меня стальной хваткой. Даже сквозь броню ощущалось, как его острые пальцы жадно впились в рёбра, как сердце под тонкой хламидой выпрыгивает из груди, а плечи подрагивают, словно от озноба. В другое время реакция его тела могла даже позабавить, но я торопилась и не обратила на это никакого внимания.

Сила зажурчала по венам и, омыв мальчишку, просто-напросто ушла в каменистый пол. С резервом творилось что-то неладное, и я не собиралась растрачивать его на удобрение и озеленение окружающей среды. По ощущениям импульс вышел слабее, чем в первый раз, но эффект повторился один в один. Волчонок пошатнулся и повис на мне, чуть не опрокинув на землю.

- Выглядит дохлым, а такой тяжеленный, - пробубнила я, сбрасывая с себя обмягшее тело.

- И зачем ты это делаешь? - выдохнул Четвёртый, раздражённо мотая головой и прогоняя наваждение, охватившее наблюдателей - всех до единого.

- Вас не разговорить, Дока тоже. А вот с ним, - я пнула носком ботинка ногу паренька, - можно и поболтать.

Тот вздрогнул от удара и поднял на меня свой осоловевший взгляд.

- Потрясающе! Вы даже представить себе не можете, насколько это потрясающе.

- Куда уж нам, - буркнул Командир, отворачиваясь. - Ещё бы мы удивлялись тому, что дышим.

Он посмотрел на наручный дисплей и строго добавил:

- Вторая, у тебя пять минут. Потрать их с большей пользой, нежели на демонстрацию детских угроз. Такими спецэффектами уже никого не напугаешь.

Благодарный кивок начальству - и я села на пол перед Волчонком. Наши глаза оказались на одном уровне. О лжи говорил не только запах. Взгляды, лицевая мимика, жесты - следовало проверять правду на основании всей совокупности.

- Выкладывай.

- Довелось мне в начале лета бывать в Лабиринте. Премерзкое место, я вам скажу. Гнезда Уугров и то, как-то уютнее, душевнее, сделаны. Попал я туда, можно сказать, случайно.

- Не в первый раз, - резко перебила его, почувствовав в голосе колебания.

- Не в первый, - согласился парень, пожав плечами. - Но от количества приводов камеры краше не становятся.

Я улыбнулась, принимая ответ, и покрутила пальцами, подстёгивая его на продолжение.

- Гвардейцы меня схватили вместе с карманниками из гетто. Их-то замели за дело, а я наблюдал в сторонке. Разбираться не стали, сразу спустили в подземелья. А при сортировке, заметили, наконец, что я "пустой". А что с убогого взять? Ошибка природы же. Палачи не любят возиться с такими, как мы. И ещё с безумцами, - он кинул опасливый взгляд на Дока. - Начали связываться с лабораторией, подумали, оттуда сбежал. Оттуда я тоже как-то сбегал, но это отдельная история.

Сделав паузу, Волчонок криво усмехнулся. В этот момент сквозь маску беспечного весельчака проступило иное лицо - взрослое, злое, отягощённое темным прошлым.

- В общем, таскали меня туда-сюда, не зная, куда пристроить, и в итоге сунули в карцер. В Лабиринте их несколько. Есть одиночные, есть общего типа. Я был, кажется, в квадрате А2Б5 - слышал краем уха от охранников. До меня там сидел очень активный заключенный - не иначе как крот. Все стенки были в дырках. И одна таки была выковыряна насквозь.

- Дальше? - я торопилась, понимая, как быстро истекают минуты. Командир больше не позволит тратить ресурс разведгруппы на личные разборки одного участника.

- За стенкой я разглядел несколько фигур. По центру на стуле сидел ваш робот, а напротив него - крылатый, из ваших, и что-то колдовал над ним.

- Что именно? Опиши подробнее.

- Да откуда же я знаю, Ники? - сказал Волчонок добродушно. - Руками махал перед твоим Киром. А тот мешком сидел на стуле, не шевелился даже. Голова опущена, руки болтаются. И длиннющие такие руки! Мне сначала показалось отверженный сидит. Вроде и похож на нас, но какой-то другой. Разведчик потом подошёл к нему, взял за вихры и голову назад опрокинул. По всей видимости, "включил" - зенки у того и открылись.

- Почему ты решил, что это был Кир?

- Так одно лицо с вашим андройдом. И на руках у того опять-таки по четыре пальца было. У меня на такие детали глаз намётан и память хорошая.

- Как выглядел разведчик? - задала самый главный вопрос, ответ на который должен был определить мои шансы.

- Большой такой и страшный. Во рту переднего зуба не было, зато на шее клык болтался на толстой цепи, - увлечённо описывал парень одну из одиозных личностей Улья. - Колоритный такой, внушительный...

За спиной тихо выругался Командир.

Первый! Конечно же. Могла бы сама догадаться.

Было удивительно, что его занесло в фавориты. Вероятно, Королеве захотелось чего-то "остренького". Уж больно нестандартной, вызывающей для Красных Палат, близкой к уродливой была его внешность, да и образ в целом.

- Андройд по сложности внутренних процессов и "начинки" едва ли может сравниться с чем-то, ранее созданным. Это не однозадачный самописец и даже не узко-профильный робот-пылесос. - прокомментировал Док, хоть его мнением никто не интересовался. - Только самый сильный смог бы вдохнуть в него жизнь...

- Ага, и забрать мою.

Первый убьёт меня. Раздавит как муху и мокрого места не оставит.

"Как меня угораздило оказаться в его врагах?" - Ники охватила самая настоящая паника.

Ехидный смешок Второй был ей ответом. Разведчица много знала и понимала гораздо больше, нежели человеческая девушка, но отчего-то не желала делиться своими соображениями с соседкой. И дело было даже не во внутренних разногласиях и обоюдной непримиримости. Глухая стена, ставшая на границе между моими воспоминаниями, мешала им обеим.


Солнце закатилось за горизонт, погрузив туннель в непроглядный обычному глазу мрак. А наша разведгруппа, предварительно перекусив, двинулась в обратный путь.

- Надеюсь, ты оценила мой щедрый жест? - Командир подошёл ко мне, так и просидевший всё время, в раздумьях, на полу.

Со стороны могло показаться, что он просто не вмешивался, но на деле негласно позволил мне сначала тряхнуть Дока, а потом разговорить Волчонка. Раньше я определённо могла бы получить моральное удовольствие от произошедшего, но теперь сама мысль о совершении насилия была противна. Семь лет я перестраивала себя под Ники, меняла характер, очеловечивала внешность, адаптировалась под людей. А теперь, стирая истинные качества, уже она делала из меня своё подобие - наивное, преданное высоким идеалам, слабое и ранимое существо.

"Ага, та ещё притворщица" - Вторая всегда была предельно откровенной. - "Подвинься!"

Почувствовав истощение Ники, потерявшей все надежды на возвращение, разведчица встала у руля. Впрочем, ликвидация андройда, к которому я успела крепко привязаться, оказалась ударом для всех.

- Выбирай, - Командир отвлёк меня от грустных мыслей, протянув две руки.

Правая, пустая, была раскрыта ладонью вверх, а левая, зажатая в кулак, держала Оковы Верности. Древние браслеты страха не внушали, никто кроме Четвёртого не верил в их работоспособность, и в предложенном контексте они несли разве что символический смысл. А вот отказаться от поддержки Командира означало совершить ещё одну глупость. И Вторая, будучи девочкой умной, ухватилась за свободную руку....

Плато мы пересекали под звёздами. Их было столько, что местность утопала в холодном, мёртвом свете и хорошо просматривалась в широком радиусе вокруг. Но вот пустошь закончилась, а бродить в зарослях, кишащих ночными тварями, было не лучшей идеей, потому Командир отдал приказ располагаться на ночлег возле самой кромки леса. В какой-то момент, мы с Доком остались наедине.

- Чтобы не говорили, Первый твой друг, - с нажимом произнёс учёный, раскатывая одеяло на ещё теплой земле. - Не сомневайся в нём.

- Неужели, такой же, как ты?

Я до последнего сдерживала поезд из бушующих эмоций, несущийся на всех парах. Но Док знал, на какие рычаги давить, дабы ускорить его ход.

- Я более... деликатный.

- Издеваешься? Это ведь ты пытался сделать из меня сумасшедшую! - зашипела я по-змеиному.

- Случилась утечка информации....

- Во имя Короны, хватит врать! - ярость кипела в моих венах. Руки начали светиться, обнажая паутину кровеносной системы. - В лаборатории седьмой уровень защиты. Даже воздух оттуда нельзя вынести!

Силы было мало, и те последние крохи, что оставались, перегорели за несколько секунд. Я выдохнула, раздражённо дёрнув плечами. За ночь резерв хоть немного да наполнится, но пора привыкать, Вторая, что временами ты становишься безоружной как дитя.

- Должно быть, невероятно скучно слыть единственным на весь город безумцем. Одиночество так и съедает, да?

Поступки Дока не стоили оправданий. Прошло то время, когда я могла из жалости закрыть глаза на его оплошности. Учёный в ответ застыл столбом. Шестеренки пришли в движение, но тут же остановились - одну заклинило. Слюнозаменяющая жидкость не успела стечь и теперь сгустком встала в патрубке.

Поперхнулся, бывает.

По его реакции было невозможно понять, то ли моё обвинение попало в точку, то ли, наоборот, оказалось ошибочным.

- Я к этому не причастен, хоть и - не буду скрывать - считаю такое стечение обстоятельств весьма удачным.

Он опустил взгляд вниз и вдруг сорвался на крик:

- В Улье хорошая репутация опаснее дурной славы! Первый перегнул палку, вознёс тебя почти до небес и едва не столкнул вниз. Радуйся, что кто-то решил подкорректировать твоё резюме...

Впервые Док разговаривал со мной на повышенных тонах. А я, опешив, замерла в полуобороте и смотрела, как багровеет единственный "живой" участок на его лице - лоб. К счастью, после памятной катастрофы, главная ценность учёного оказалась не тронутой. Головной мозг физически остался цел, и этот факт сохранил ему жизнь и место в Улье.

- Слишком многим ты нравишься, - проскрипел износившийся, полустёртый голосовой механизм. - Сильная, справедливая, надёжная! Ещё невероятно талантливая, пожертвовавшая несколько лет жизни на благо будущего... мне продолжать?

- Да какое ты право имеешь влезать в мою жизнь!?

- Я? - переспросил Док, будто рядом стояло ещё несколько кандидатов. - Я хочу её сохранить. Ты сильно изменилась, многие вещи забыла. И я чувствую в происходящем свою вину.

- Неужели? - прозвучало довольно язвительно. - Очень странный способ просить прощения.

- Из-за меня ты попала в этот проект и память потеряла тоже... - он не успел договорить, почувствовав приближение Командира и Четвёртого, замолк на середине предложения.

А я стояла, растерянная и оглушённая, пыталась что-то вспомнить и не могла. Стоило копнуть в детали, как вновь упиралась в глухую стену!

События развивались стремительно: авария на Пристани, ломота в висках, три ночи в лазарете, затем аудиенция с Королевой. Суть разговора выпала из памяти, явственно сохранились лишь чувства, с которым я покидала Красные палаты: неприятный осадок и злость, жгучая до слёз.

Через пару недель была вылазка к отверженным - миссия на грани фола. Спешная подготовка, средства, неоправданные целью, первые шаги без привычного груза за спиной и дезинформация разведцентром, что ударила под дых. Тонна грима не только не спрятала нашу Силу, своим химическим запахом она выдала нашу маскировку с потрохами.

Помню, у Королевы в то лето особенно остро развилось чувство страха. Она видела зреющие заговоры даже в кучке несчастных, поломанных существ. Но, стоило признать, интуиция Её Величества не подвела: ранее слонявшиеся по одиночке, отверженные объединялись в стаи, у каждой из которых был теперь вожак. Принцип его выбора оставался неясен, однако за счёт отличительных черт - предводители привязывали к затылку деревянную рогатину - их легко было распознать и ликвидировать с воздуха. Должно быть, моя память посчитала сей нелепый атрибут власти более стоящим для сохранения, нежели диалог с Её Величеством. Впрочем, не будем о больном...

Не успела я вернуться со свежими данными об отверженных, как в тот же день получила новое распределение - приглашение от Королевской лаборатории в проект следующего года, несущий гордое названием "Альфа-6". На следующий день мой жизненный путь сузился до одного маршрута: койка в жилом блоке - койка с пищащими датчиками.

Научные сотрудники с Доком во главе всё же преуспели: вылепили из Второй разведчицы человеческую девушку Ники.

- До рассвета два часа. Всем отбой, - из зарослей, прихрамывая, вышел Командир и принёс с собой запах смерти. Его грудь по диагонали рассекала рваная рана, ошмётки порванной брони и кожи клочьями свисали с краёв. Четвёртый, вернувшийся с ним, выглядел заметно свежее.

- А как же....? - я кивком указала на капающую кровь - след, тянувшийся от самого леса. Более чёткого указателя для оголодавших тварей и не сыскать.

- Периметр защищён лучше, чем Улей, - усмехнулся Командир, тяжело приземляясь на расстеленное Доком одеяло. - И пошуровали мы знатно.

Четвёртый бросил на землю возле меня сумку с круглым по виду содержимым, размером с футбольный мяч. Из неё торчала обломанная ветка, смутно напоминающую корону отверженных.

- Фаворитом быть не захотел, а вот лесорубом, смотрю, подрядился.

Но вопреки моим ожиданиям никакой реакции на ехидное замечание не последовало. Ведущий разведчик, не оставив места застывшему в растерянности учёному, сел рядом с Командиром и вытянул ноги.

- Второй за сегодня. Первого, увы, ты целиком сожгла в порыве гнева у Пристани.

- Иначе пришлось бы тебе тащить две коряги... - тихо пробормотала себе под нос, завершая все приготовления ко сну.

- Бесправные ублюдки имеют право избирать себе вождя, ну не абсудрно ли? - неожиданно зло прошипел Четвёртый, глядя на то, как начальство, отмахнувшись от помощи, самостоятельно обрабатывает себе рану, зажав в зубах деревяшку. - Вырезать их надо! Всех до единого. Поди мир чище станет.

"Не станет", - чуть слышно прошептала Ники. И я не могла с ней не согласиться.

Этот мир ничего не спасёт. И все, кроме Четвёртого разведчика, это понимали.


Как только рассвет занялся, мы углубились в заросли. Проинформированные учёным о тяжести утраты Ники любимого мужа - якоря-андройда, остальные члены разведгруппы не дёргали меня по ерундовым вопросам, лишь пристально наблюдали. С Доком я больше не разговаривала, хоть тот и старался всеми способами выяснить моё внутреннее состояние и уточнить "степень адекватности". А Волчонка пинками выпроводили еще в туннеле. Зачем кормить лишний рот, если никакой пользы он не принесёт? В высокогорье было мало съедобной флоры и фауны, потому в ход пошли припасы. У барьера остались несколько обугленных мертвяков и две туши неопознанных существ.

"Если поторопишься, отхватишь себе лучший кусок" - с таким комментарием Командир создал силовую плеть и шарахнул ей об стену. Эффектная штука, надо сказать, но в бою абсолютно бесполезная. Имея весьма тонкую и клетчатую структуру, она распадалась при столкновении с более плотным объектом. Однако парня тут же, как ветром сдуло, он и не догадывался, что ему погрозили обычной мухобойкой.

Ники было жаль Волчонка. То ли неуёмный материнский инстинкт, то ли человеческое сострадание, а может, и оба фактора разом были тому виной.

"А хочешь, вспомним время, когда единственно кого ей не было жаль, так это людей?" - лукаво осведомилась Вторая и, не дождавшись ответа, погрузила меня в воспоминания человеческой девушки, жизнь которой началась со знакомства с Киром...


Портал выкинул меня в метро, прям на холодные рельсы.

Влажный воздух, температура около пятнадцати градусов. Темно. Под ногами твёрдая, неровная поверхность. На мне короткая юбка, гольфы, вязаная кофточка голубого цвета и лёгкая куртка. Невинный и слегка наивный образ Ники должен был скрыть внутреннюю мощь Второй разведчицы.

Включив ночное зрение, я уверено шла по туннелю, шикая на детёнышей землекопов, которые, как впоследствии выяснилось, оказались обычными крысами. Но даже они не смутили меня своим количеством, растерялась я лишь, когда дошла до станции. Людей я не боялась, наши механические "жуки", запущенные в каждый активный портал, собрали всю доступную информацию о жителях других миров. Да и чего бояться тех, с кем у нас определённо когда-то было родство?

Неожиданными оказались звуки и жесты, адресованные мне.

Час пик. Девушка на рельсах. И слышен нарастающий гул.

"Жуки" передавали, что люди любят свет. Собираются и сидят компаниями у костров, каминов, вечерами под лампами, зажигают свечи, везде таскают с собой связующие гаджеты и утыкаются в их горящие экраны. Я должна была вести себя максимально дружелюбно, стать одной из них, потому шла навстречу приближающимся огням и улыбалась.

Кир не кричал, он свесился с края платформы и дёрнул меня за руку. Довольно агрессивно. Если бы не взгляд, полный тревоги, его действия показались бы мне организованным нападением. Однако им отчётливо двигал страх. Как ни странно - страх за меня.

Подбежал мужчина в форме - дежурный сотрудник метрополитена. На его лице тоже был испуг, но другого характера, эгоцентричного, как и у других людей, ожидающих поезда на станции. Замкнутые позы, нервные жесты и широко открытые рты описывали их мысли лучше любых слов:

"Какое ужасное начало дня!" "Как я переживу такое зрелище?" "Надо бы помочь, да работа не ждёт" "Надо было прыгнуть в предыдущий поезд"

Тогда ещё не зная менталитет людей, я сразу нарекла их вид малодушным и слабым. Вторая была довольна, ведь это означало, что с заданием мы справимся легко.

Кир с дежурным сотрудником метрополитена затащили меня на платформу в последний момент....


- Эй! - пнули меня в бок.

Не заметив как, наша разведгруппа преодолела уже половину обратного маршрута.

Ноги гудели, бельё прилипло к телу. Желание скорее попасть домой гнало вперёд всех, кроме меня. Но для Ники выбора особо-то и не было. Тяжёлые и утомительные для пеших участки мы преодолевали на крыльях Командира и ведущего разведчика. При этом остановки приходилось делать едва ли не чаще.

- Да хватит уже, Четвёртый! - ещё один толчок привёл к моему раздражённому шипению.

- Рик. Я Рик.

"Тупорылый ему подошло бы больше" - пробормотала Ники впервые за весь день молчания.

- Есть будешь?

Протеиновый батончик уже пару минут как плясал перед моими глазами, не получая при этом должного внимания.

- Что ж ты такая ущербная?

Я подняла на разведчика недоумённый взгляд.

- До "Альфы-6" было ещё пять проектов. Другие участники тоже не сразу возвращались к прежней жизни, но башку у них так не срывало, - он вдруг зажал пальцами нос и прогнусавил. - Их период адаптации был заметно короче.

- Не похоже.

Док был занудой, но говорил чисто, не считая, конечно, жутких скрипов.

- Ещё как похоже! - фыркнул Четвёртый, - Командир?

Учёный, с деловым видом ковыряющий ногой яму, не сразу понял, что речь идёт о нём. А сообразив, нахохлился как петух:

- Невежливо и крайне нетактично передразнивать того, кто сидит рядом с вами. Я понимаю, что навыки разведчиков обширны, а знания в разных сферах столь глубоки, что вытеснили собой наименее полезные качества. Но делайте это хотя бы за моей спиной!

- Ну что? - со всем вниманием выслушав нравоучительную речь, Четвёртый ожидал вердикта начальства.

- Прости, Док, ты правда гнусавишь.

Громкие хлопки и победоносный клич прозвучали над ухом. Объятый непонятной радостью, ведущий разведчик подкинул вверх три камня и около минуты не давал им приземлиться.

Кир тоже умел жонглировать.... Считал, это не столько развитием ловкости, сколько тренировкой мозга. Очевидно, Четвёртому тренировать было попросту нечего. Он был глубоко убеждён, что раз мозг - это не мышца, не стоит его и накачивать.

- Возможно, аллергическая реакция на сухой горный воздух. Мой организм, в отличие от ваших не приспособлен к таким климатическим переменам, и физиологическая разница между разведчиком и...

- Что-то я не припомню, чтобы в ранних вылазках ты жаловался на недомогание, - грубо перебил Командир. Его брови грозно сдвинулись к переносице, но в глазах плясали лукавые искорки.

- Меня сильно выручали Королевские лекари, - сказал Док таким тоном, будто признался в чём-то постыдном.

- А чего не постучался к ним в этот раз? Получил бы вот такой пакет, на всю жизнь вперёд.

Командир встряхнул свою сумку. Раздался мелодичный звон склянок.

- Меня там не ждут.

- Отчего ж? - хмыкнул Четвёртый. - Мало того, что ты нежелательная персона в Красных Палатах, так ещё и в Королевскую лечебницу путь заказан?

- Мне весьма доходчиво объяснили, что не смогут там помочь. Специфика организма. После той аварии поменялись некоторые свойства. Не буду утруждать вас научными терминами. Суть в том, что теперь я один на один со своими... болячками.

И тараканами. К слову, весьма упитанными.

- Тебе можно только позавидовать. От меня никак не отвяжутся! - прозвучало с искренней досадой. - Уже начинает казаться, что трудолюбивые лекари хотят залечить до смерти...

- Мы с вами, Командир, оба представляем живое доказательство их бессилия. Два фурункула под кожей. Проще вырезать, а не лечить.

- Вон третий сидит. Никак в себя прийти не может, - прыснув от смеха, Четвёртый бесцеремонно толкнул меня локтём, чуть не выбив батончик из рук. - Если поначалу это было забавно: неконтролируемые вспышки, потеря памяти, фишка с именами, то сейчас, Вторая, ты явно переигрываешь.

- Я не... - начала предложение и осеклась. Не было смысла, что-то кому-то доказывать, тем более такому недалёкому собеседнику.

Разговор плавно сходил на "нет". Бережно запаковав остатки провизии, начальство поднялось на ноги, ознаменовав своим действием конец отдыха. А у Дока вдруг, как ни кстати, случился приступ откровения:

- Я признаю, что другие кандидатуры больше подходили для участия в проекте "Альфа-6". Но приказ Королевы сразу отсеял всех остальных добровольцев.

"Приказ..." - эхом просвистело в голове.

Неспроста Вторая воспринимала миссию в чужой мир как ссылку и вяло отмахивалась: "Вы серьёзно? Считаете моё место среди людей?"

- И чем же вам не угодил мой солдат? - обвинительно вопросил Командир. - То, что крыша немного съехала, поправимо.

- Ага, - поддакнул ведущий разведчик, - Вернём на место и прибьём получше.

Док только собирался раскрыть рот, как начальник ревностно отметил:

- Вторая, между прочим, поставила рекорд! У неё ещё лёгкий отходняк. Вспомни, как первое время корёжило "Альфу-5". Пять дней бедняжка был нем, как рыба, и пузыри пускал. А на шестой разговорился и, едва вспомнив свой номер, бегом побежал на службу...

Не давая учёному вставить слово, они с Четвёртым продолжили обмениваться едкими замечаниями относительно бесхребетности гвардейца, который на их удивление не смог найти общий язык с подобными ему тварями. Они ушли вперёд, а я тихо спросила у Дока:

- А ведь действительно, что со мной не так? Я же когда-то была идеальным оружием.

- Я думаю дело в Ники. У неё, как у любого человека, был ряд психосоматический расстройств... - Док, польщённый вниманием, охотно углубился в пояснения:

- Ты знаешь, неоантропов мы изучаем давно. Ещё со времён Первой Сотни, когда у некоторых её представителей возникло желание познакомиться поближе с соседним миром. Да к слову, несколько раз те сами вываливались из порталов, и было бы грехом не воспользоваться... гм... в общем, схожая оболочка, но ядро другое. Особенно разнятся репродуктивные процессы. Много исследований было проведено, и много любопытного обнаружено.

На этих словах мне стало не по себе, а Док продолжал бубнить, как ни в чём не бывало:

- Физиология проста и понятна, а вот некоторые психологические аспекты до сих пор не изучены, то есть известны лишь в теории, базирующейся на словах подопытных. К примеру, весьма занимателен синдром исчезнувшего близнеца. Полагаю, склонность к изоляции, нарушение структур привязанности, вспышки агрессии, беспокойные сны и даже раздвоение личности - это может быть последствием...

Я не выдержала и перебила его монотонную речь:

- Про людей я знаю достаточно. Не рассказывай мне. Ники здорова, а ко Второй это и вовсе не имеет отношения. У нашего вида не рождаются одновременно более одного детеныша.

- Да, генетика диктует свои правила, - легко согласился учёный. - К тому же за пренатальным развитием, как физическим, так и личностным следит Королева-Мать.

- Вот и думаю теперь, могла ли она что-то упустить со мной? Это тело не больно то подходит для разведчика. А в мыслях полный хаос...

- Тебе забыли закрутить пару винтов в мозгах, вот они и разболтались, - бросил через плечо Четвёртый, без зазрения совести прислушивающийся к нашему разговору.

Док не обратил внимания на едкий комментарий и тихо прошептал:

- Хотел бы я всё исправить, но, к моему большому сожалению, не могу залезть к вам в голову.

К счастью!

Им лучше не знать, о чём я беспрестанно думаю.

"Барьер может отключить лишь смерть Королевы" - вертелись брошенные вскользь слова Командира. Вторая раскладывала это предложение по частям, читала задом-наперёд и думала. Много думала. Но более заинтересованная Ники наставляла на иной путь: "Постарайся вернуть доверие и разберись с потоками силы".

У Её Величества должны быть ответы на мои вопросы. Она единственная, кто сможет объяснить, что со мной творится.


Путь до старых катакомб прошёл без сюрпризов. И почти в полном молчании - разведчики, в отличие от гвардии, не растрачивают себя на слова. Исключение составляют часы отдыха. Резерв за целый день и ночь заполнился примерно на одну пятую. Вторая разведчица была не в состоянии поджарить себе ужин на костре - смешно! Командир, должно быть, чувствовал отсутствие колебаний моего обычного фона, но ничего не сказал. А когда пришло время вызволять Уугра, безбоязненно отправил меня с Четвёртым.

"Может, сбежим?" - робко поскреблась Ники, и Вторая, не жалея красок, расписала ей все возможные последствия этого поступка. Даже будучи под сильным впечатлением от всплывающих в голове образов, человеческая девушка проявляла завидную настойчивость:

"В месте, которое ты привыкла называть домом, нас не ждёт ничего хорошего"

Её - так точно, а вот у разведчицы ещё оставалась одна призрачная лазейка на свободу, если разговор "по душам" с Её Величеством не состоится.

"Ты забываешь о Первом!" - прозвучал крик отчаяния. Вторая в ответ на него лишь скривила губы в усмешке.

Мы резко остановились, да так, что я чуть не налетела на Четвёртого.

- Ты что разговариваешь сама с собой?

Зелёные глаза подозрительно сузились.

- А ты нет? - огрызнулась я, толкая его вперёд. В узком коридоре было сложно разминуться, и обойти затормозившего напарника не представлялось возможным.

Он сделал пару шагов и снова замер.

- Хватит оглядываться. Я не сбегу, а если отстану, ты итак почувствуешь.

- Любые органы чувств, внутренние локаторы и даже технику - всё можно обмануть. Ты сама учила перепроверять дважды.

Учила? Кого угодно, но только не его.

- Когда то ты была лучшим мастером маскировки. Признаюсь, пару финтов я у тебя по молодости спёр... - ведущий разведчик задумчиво царапнул когтём стену. - Сейчас прогресс впереди, но от привычки полагаться на базовые ощущения сложно избавиться.

"Недоразвитый эмпат!" - мысленно прорычала Вторая, уловив намёк. Она терпеть не могла, когда кто-либо пытался считать её мысли. И не потому что они были запретными, нет. Просто думы работяги - это думы всего Улья, а мысли разведчика принадлежат самому разведчику.

- Ты очень громко размышляешь о побеге. Не стоит, - усмехнувшись, предупредил Четвёртый. - Я везде тебя найду.

Лицо непроизвольно скривилось в страшной роже, когда "щит и меч" повернулся спиной.

"Это мы ещё посмотрим..."

Напарник чуть не промахнулся поворотом. Блуждать с ним в темноте не было никакого желания, потому пришлось мне потратиться на поиск. Когда "паучок" - так Ники мило окрестила Уугра - обнаружился за стеной, я протянула Четвёртому лом. Тот поддел им плиту и без усилий отодвинул её в сторону. Почуяв нас, ещё живая тварь заворочалась, а когда защитный купол был снят и верёвки чуть ослабли, выкинула вперед одну из своих многочисленных лап.

Стоило инстинктивно сделать шаг в сторону выхода, как на моём предплечье железным обручем сомкнулась твёрдая рука.

- Ишь ты, какой нервный! - я вывернулась из захвата.

- А ты не дёргайся.

- Уверена, он сильно проголодался за эти два дня и будет не прочь позавтракать неосторожными разведчиками.

Четвёртый фыркнул, оттесняя меня в сторону.

- Недорослик его мастерски связал. Такую махину три узла и без силового плетения выдержат.

Он дёрнул на себя верёвку. Палач замотал головой.

- Пошёл, кому сказал!

Мы не привыкли работать с объектами, неподвластными нашей силе. Несмотря на грозный внешний вид, Четвёртый выглядел сейчас весьма курьёзно. Упираясь пятками в пол, он тянул из пещерной ниши сопротивляющуюся тварь.

Ещё более смешным казался Кир, когда во время одной из туристических поездок пытался сдвинуть осла с дороги. Животина была до ужаса флегматична и упряма, и Кир через полчаса сдался, передав поводья более опытным и сноровистым проводникам. Он в отличие от Четвёртого умел проигрывать, не теряя при этом достоинства.

Глядя на потуги напарника, я не спешила ему помогать и не из-за личного нежелания, а по вполне объективным причинам. Тот, к моему счастью, страдал излишней, необоснованной, гордостью и предпочитал всё делать в одиночку. Но как бы то ни было, медленно и верно, мы двигались в нужном направлении.

От скуки решила поразмышлять над одной из волнующих тем:

- Командир знает о том, что ты метишь на его место?

- Конечно, знает, - разведчик сделал паузу, дабы перевести дух. - Более того, учит меня нюансам военной стратегии.

- Ах вот оно что! - моё удивление выглядело слегка притворным. - Преемственность поколений?

Нравы и принципы, по которым Командир был взращён во времена Первой Сотни, уже устарели. Никто более не передаёт знания из уст в уста. Всё происходит в строго обозначенных учреждениях.

- Ага, она самая.

Не то чтобы я осуждала выбор начальства.... Но почему Четвёртый!? Была я, в конце концов! Мы с Командиром всегда неплохо ладили.

- И когда же ты успел стать его любимчиком?

Рывок. Верёвка затрещала, но выдержала.

- Пока кое-кто спал в крио-блоке.

- Я не...

- Да-да, я помню, ты попала в мир гуманоидов через портал и долгие годы отважно с ними уживалась.

Издевается. И улыбка такая гадливая.

Тем временем полузадушенный Палач принял своё поражение и больше не рвал верёвку. Ярость в янтарных глазах потухла, осталась лишь тихая злоба и голод. Он не пытался вырваться, даже когда поводок, перекинутый укротителем через плечо, ослабил натяжение. Смирился. И мне стоило последовать его примеру, но...

- Тебе там мёдом намазано что ли?

Запах Королевы и вкус её силы. Весь Улей обожает мёд. Я тоже до какого-то момента его любила.

- Чего тебе тут не хватает? Давай только честно.

Уж с кем я не собиралась откровенничать - так это с Четвёртым. Но зная его непростой характер, понимала - он будет донимать меня всю обратную дорогу, пока не получит хоть какой-либо ответ, похожий на правду. Вопреки широкому набору полезных качеств, разведчик не обладал и сотой долей такта и терпения, присущих Доку. И Ники, тяжело вздохнув, неохотно заговорила:

- Ты наверняка чувствуешь себя самодостаточным, цельным. Отдельной личностью..., - остановилась и решила пояснить. - Личность - это...

- Я знаю, что это, - раздражённо фыркнул тот и сухо добавил, - Да.

- Молодец, - кивнула, - а я не чувствую. Здесь, в Улье меня не покидает ощущение внутренней пустоты....

Четвёртый явно хотел вставить какой-нибудь язвительный комментарий, открыл уже было рот, но промолчал.

- ... будто часть тебя оказалась в другом теле. И только вместе с единением пришли понимание, гармония и некое ощущение целостности, - патетичные фразы человеческой девушки, отыгрывающей до последнего свою уже никому ненужную роль, заставили меня поморщиться.

"Бе-е-е" - Вторая скорчила гримасу. На лице Четвёртого, хоть он и старался сохранить невозмутимый вид, промелькнуло такое же брезгливое выражение.

- Сентиментальный разведчик - это отвратительно. Давай по существу.

Сквозь сжатые зубы я выдавила из себя:

- Там осталась моя семья, близкие мне люди.

- У тебя всё это было и здесь.

Его непреклонный тон породили во мне бурю негодования.

- Док?? Ты шутишь?

- Шучу, - мрачно ответил ведущий разведчик и резко дёрнул на себя замершего Уугра. Тот не удержал равновесие на связанных лапах и кувыркнулся вперёд.

Пожав плечами, я отвернулась, считая тему для обсуждения исчерпанной. Но не успела сделать и пару шагов, как произошли события, которые навсегда расширили список моих заклятых врагов, поместив туда ещё одного из самых сильных и опасных персонажей Улья. Видимо, другим там места не было.

На плечо легла тяжёлая рука. Вторая дёрнулась и тут же оказалась в крепком захвате. "Щит" без труда смял мою вялую контратаку. Сила, зажатая в тиски, хлынула обратно в вены. А я так и стояла, прижатая спиной к напарнику, полностью обездвиженная, и чувствовала лопатками изгибы его нагрудной брони.

Щёлкнули Оковы.

- Ты спятил!? - ярость кипела и растекалась по телу горящей лавой.

Четвёртый невозмутимо поправил сползшие браслеты, явно рассчитанные на более толстые, вероятно, мужские запястья и всё также молча принялся накачивать их своей силой.

- Зачем? - выдохнула я, когда на смену ярко-алой злости пришла угнетающая серая апатия.

Он же улавливал отголоски моих мыслей, он знал, что предложенный Ники план по очередному побегу мы задвинули в долгий ящик.

Разведчик не ответил. Закончив манипуляцию с артефактом, развернул меня к себе и заставил посмотреть в глаза. Оставалось всего пару секунд на то, чтобы провернуть один старый, забытый всеми трюк. Изменив молекулярный состав слюны, я собиралась плюнуть ему в лицо ядом - не смертельным, конечно, неприятным до жжения, но не успела. Резко закружилась голова.

"Вспомни то, что не забыл я" - слова пробились ко мне словно через вату. Несмотря на то, что в туннеле всё также царила непроглядная тьма, болезненная вспышка света резанула по глазам.

Взмахнув руками, попыталась загородиться от неё и поняла, что мне дали свободу. Однако, в ту же секунду возникло новое ощущение, которое выбило почву из-под ног и заставило осесть на землю.

Я чувствовала, как под пальцами перекатываются бугры напряжённых мышц, как когти царапают загорелую могучую спину. Пульс бешено стучит в висках, ускоряет поток крови. Тяжёлое дыхание, касающееся шеи, и ничего не значащие фразы, проговариваемые почему-то шёпотом. Тихий смех. И, закрывая стеной от всего мира, распахиваются огромные чёрные крылья...

Возникшая картина из воспоминаний словно выстрелом ранила Ники. Она закричала. Вторая, менее потрясённая видением из прошлого, ринулась к ней на помощь, но не смогла заблокировать боль - та уже расползалась по всему телу, заставляла скукожиться в позе эмбриона и тихо скулить.

Сильные руки вздёрнули меня с пола.

Всю жизнь Четвёртый в глазах Второй, как и всего Улья, был самовлюблённым, недалёким типом. Несмотря на то, что я была сильнее от рождения, он всегда наступал на пятки, пытался занять лидирующие позиции в тех сферах, где я проигрывала. Извечная конкуренция держала меня в тонусе, заставляла ежедневно работать над собой, развивать тело и потенциал, а в моём сопернике выращивала озлобленность, портила и без того не ангельский характер. Будучи разборчивой в связях, Вторая никак не могла повестись на одну лишь симпатичную рожу. Определённо имел место случай, после которого Четвёртый вместе с доверием получил и пропуск в мою постель. И этот случай, к сожалению, напрочь стёрся из памяти. Древний артефакт, едва не убив Ники, вытащил одно из воспоминаний, хранящихся по ту сторону возведённой в моей голове стены - прошлое, от которого я сама была бы рада избавиться окончательно.

На затылок, стягивая растрепавшиеся волосы, легла твёрдая ладонь. Сухие горячие губы коснулись лба, затем опустились ниже, прошлись по скулам и через несколько дюймов достигли цели.

Пытаясь вырваться из окутавшей пелены боли, я не сразу сообразила, будь то явь или продолжение увиденной сцены. Четкое осознание пришло лишь, когда Четвёртый с шипением оттолкнул меня. Стоило приложиться головой об каменную плиту, как мозги встали на место, и мысли прояснились.

- Ублюдок! - Ники как с цепи сорвалась, и чуть было не перехватила контроль над телом. Только понимание того, что обидчик уже получил по заслугам, немного усмирило её пыл.

Четвёртый стоял, согнувшись, и выплевывал сгустки крови вперемешку со слюной на пол. Почуяв знакомый запах раненой добычи, Уугр зашевелился и сделал робкое движение в сторону своего укротителя, оценивая серьёзность полученного им урона. К сожалению, от язв на слизистой не умирают - мне нечем было порадовать тварь.

- Гадюка, - зло выдохнул ведущий разведчик. И было неясно, то ли он охарактеризовал меня, то ли произнёс вслух название весьма примитивного и давно неиспользуемого приёма.

Вторая облизала губы.

- Не думай, что мы в расчёте. Боль, что почувствовала я, не сравнима с твоим стоматитом.

Горькие всхлипы раздавались из глубины сознания, терзали сердце. Человеческая девушка, спрятавшись в дальнем углу, уступила своей более сильной соседке право вершить возмездие.

Взгляд Четвёртого вдруг изменился, из свирепого превратился в насмешливый.

- Смотрю, тебя впечатлило увиденное. Вообще-то, я собирался вызвать в памяти другой фрагмент...

Вытерев рот, разведчик поднял лежащие на земле Оковы. Не реализовав до конца полученную силу, они продолжали тускло мерцать.

- Признаю частичную правоту Командира касательно легендарного артефакта.

- Да неужели?

Яд словесный иногда бывает опаснее яда вещественного, но не в случае с Четвёртым.

- Для дальнейшей работы его следует немного откалибровать.

Новая струйка крови потекла на подбородок, когда он растянул губы в хищной ухмылке.

- Иди в ....! Экспериментатор хренов!

В какой-то момент меня охватил настоящий испуг относительно будущего Ники, и это поистине удивительное открытие перекрыло всё возмущение от планов одного самодура. Ведь Вторая не раз говорила, что пора избавляться от человеческой сути. И будто в оправдание в голове неуверенно прозвучали слова: "ну не руками же Четвёртого".

Ведущий разведчик рассчитывал на продолжение бури, но никак не на мою довольную улыбку. Не говоря больше ни слова, он дёрнул за верёвку Уугра, тихо наблюдающего со стороны, и направился вглубь коридора, даже не удосужившись проверить, последую ли я за ним.


- Почему так долго? Отчитайтесь.

Командир выглядел расстроенным и хмурым, как осеннее небо, но не стал скрывать облегчения от вида обоих своих солдат в относительно целом состоянии.

Окровавленный оскал Четвёртого смотрелся жутко, и было сложно представить, какой смысл он вложил в слова:

- Предавались приятным воспоминаниям.

Однако начальство не позволило себе даже намёка на неудовольствие от фривольного ответа разведчика, не говоря уже о положенном такому случаю наказании.

- Я доложил центру о завершении операции, дополнительных заданий не поступало. Возвращаемся в Улей.

- Отрадно слышать, - сухо вставил Док, отвлекшись от соскабливания древней породы. Орудуя маленьким шпателем, учёный собирал образцы для анализа - осквернял старые катакомбы, во благо науки.

На лице Командира промелькнула тень, но он быстро взял себя в руки и, раздав приказы, поднял всех в путь. Пещера, в которой мы сделали привал, находилась где-то в середине длинного спиралевидного туннеля. Спуск вниз должен был быть однозначно приятнее, чем восхождение на вершину. Однако, учитывая замену состава, на мой взгляд, абсолютно неравнозначную, обратная дорога предполагала определённые сложности. Кир - андройд, что варил нам кашу, обладал более покладистым характером, нежели изголодавшийся, пленённый Уугр.

Ко всему прочему учёный, будто специально вставляя палки в колёса, замедлял наш ход. В первый раз он задержался возле какого-то разлома, сканируя его глубину, второй раз прирос к следу, оставленному в каменной породе вымершим ракообразным. Терпение у Командира иссякло после третьей просьбы Дока "подождать минутку".

- Двадцатый! Если разведгруппу тормозит исключительно любопытство, я согласую с центром и лабораторией твоё временное проживание в Старых катакомбах.

- Да-да, - рассеянно ответил горе-учёный и, подняв с земли портфель, направился к нам. Ноги слушались приказа начальства, а вот стальная голова была занята вещами иными. Когда он споткнулся и упал прямо в руки Командира, тогда, наконец, части его тела синхронизировались между собой.

- Простите. Кажется, я близок к одному интересному открытию.

- И какому же?

- Горный хребет Меридиан - старожил нашего мира. Внешним стенам около шести миллионов лет. А вот внутренние выглядят заметно свежее.

Живой глаз Дока светился холодным голубоватый светом - такое вот нестандартное остаточное явление...

- Я бы сказал тебе это и без применения силы, - заворчал Командир, оборачиваясь на Четвёртого разведчика, который едва угомонил встрепенувшуюся, словно на зов, тварь. - Зверушки, что жили до нас, помимо красивых рисуночков нагородили тут подпоры, множественные ходы и тайные карманы.

- Именно. Но мне бросился в глаза один нюанс, который я не замечал ранее. Здесь... - учёный ласково прошёлся пальцами по шершавой, местами заросшей мхом, поверхности, - ... не просто обтёсанный материал. Судя по радиоактивному распаду этой породе не больше миллиона лет.

И, сделав паузу, вперился взглядом в беспристрастное лицо начальства, пытаясь считать признаки скрытого энтузиазма по поводу нового знания.

- Конечно, вы не обязаны верить утверждению, что базируется исключительно на моём чутье и "осязании". По прибытии в Улей я немедленно отправлю запрос на геологическую экспертизу.

Командир недоверчиво хмыкнул, пожевал губами, и через пару минут выдал:

- То есть, ты хочешь сказать, что кто-то поместил гору в гору? - после нерешительного кивка учёного, он пояснил свой скептицизм, - Первая Сотня открыто баловалась силой, но я не припомню, чтобы кто-то из них возжелал навести красоту или поменять ландшафт. Изначально их общей целью было покинуть этот дохлый мир. Другое дело, что мнения после разделились...

- Моя задача проводить анализ фактов, а не искать причины, - Док пожал плечами.

Поделившись своей находкой, он угомонился и больше не кидался от одной стены к другой.

А вот с каждой пройденной "петлёй", что углубляла нас и приближала к выходу, Командир всё больше мрачнел. По всей видимости, какие-то тревожные мысли не давали ему покоя. Он шёл позади, смотрел куда-то сквозь впереди идущего учёного и сильно прихрамывал, и то было не от усталости. Наш вид отличался повышенной выносливостью в сравнении с теми же людьми, и обратный маршрут по туннелям вполне мог сойти за лёгкую прогулку, с небольшими оговорками.

Я чуть отстала, сравнивая ход с начальством:

- Обычно сигнал о возвращении домой воспринимается более оживлённо. Не вижу на тебе следов радости.

- Мы несколько поспешно завершили миссию, - тут же отозвался Командир, но, почувствовав мой немой вопрос, снизошел до объяснений весьма неохотно. - Конечно, порядок выполнения заданий никем не оговаривался, но центр выказал, скажем так, удивление по поводу лёгкой поимки Уугра.

- Лёгкой?! - негодование так и рвалось наружу.

- Они рассчитывали, что после починки портала, мы спустимся в низину, к гнёздам. Это ещё три дня пути, ежели пёхом, - и бросив на меня странный взгляд, он продолжил, - Некоторое время мы находились в режиме "тишины", а тут выныриваем почти на подступах к городу и говорим, что дело уже сделано.

- И...? - мысли уже оформились в догадку, но Второй было важно услышать Командира.

Но тот, явно пожалев о затеянном разговоре, резко поменял его вектор:

- Меня заботит другое... - сказал он задумчиво, будто прикидывая стоит ли мне доверять. - Вместо того, чтобы стянуть силы в одну точку, Улей ослабил внешний гарнизон, раскидав лучших бойцов по всему миру. Нас отправили в горы, несколько разведгрупп полетели на другой конец материка, другие занимаются расчисткой завалов в старых шахтах. А в родных стенах меж тем что-то назревает...

- Заговоры, заговоры, куда же без них, - прошептала едва слышно.

- Семь, - так же тихо ответил Командир.

- Что?

- Столько было официально обнародовано и раскрыто за время твоего отсутствия. В год по одному. Гвардейцы ведут неплохую статистику, но то всё - мелочёвка. Пару безмолвных собирали компромат на Жасминовую Леди, повариха в нашей столовой перепутала приправы, да так, что весь взвод мучился животами. Какие же это заговоры! У меня есть ощущение, что нелепые случайности, прости уж за тавтологию, происходят неслучайно, а делаются для отвода глаз.

- Так что мешает Палачам выбить признание?

- Из кого? Безмолвных порешила сама Королева. Лёгким движением руки, швырнула бывших слуг за стены, - невесёлая улыбка выдала многолетнюю усталость Командира. - На каком основании я потащу повариху в Лабиринт? Гвардия не связывает события друг с другом, а внутренняя безопасность это их дело.

- Благополучие Королевы наша общая забота, - резонно отметила я.

- Правящий Совет никакой опасности не видит, тем не менее Её Величество сильно встревожена. Ты же понимаешь, что при серьёзной стычке заслоном станут разведчики. Один наш стоит десяти гвардейцев. А Первый стоит их всех...

- Первый пригрелся на новом месте, считай, ушёл со службы, - резко отозвался Четвёртый. Он умел делать несколько дел одновременно, в том числе и подслушивать чужие разговоры.

- Предатель!

И это слово, произнесённое экспрессивно и зло, зазвенело в тишине, как сигнальный колокол.

- Ты так считаешь? - я обернулась к начальству.

Тот кинул осуждающий взгляд на ведущего разведчика и нехотя пояснил:

- Приказ о возвращении был получен после некоторого давления с моей стороны. На том конце связи, в центральном управлении были слышны голоса. Помимо диспетчера, там находился и Первый. Спрашивается, что ныне фаворит там забыл?

- Что? - Вторая жаждала получить подтверждение из чужих уст, но начальство вдруг пошло на попятную:

- Ничего, - он лихо подставил мне подножку. Я могла бы удержать равновесие, но решила подыграть, и, чертыхаясь, кувыркнулась на землю.

- Смотри под ноги. Так и ров не заметишь.

За шутливым тоном и отвлекающим маневром Командир хотел спрятать очевидный факт: дома нас не очень ждут, если не ждут вовсе.

Продолжение следует...