Патрацкая Наталья: другие произведения.

Повести Л или Мистическая дама

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Peклaмa:


 Ваша оценка:

  

Наталья ПАТРАЦКАЯ

  

Мистическая дама

  
  

По краю ландышей

  
  Окна офиса покрыты каплями влаги, как желудок Ларисы - каплями шампанского. В голове у нее пусто, как на ее странице в Интернете. Неподражаемый Самсон предложил ей вчера выпить шампанского. Один выстрел в честь новой жизни! Сладкое импортное шампанское мелкими пузырьками разлилось по ее организму, Лариса пила глоток за глотком, целый хрустальный бокал!
  О, истинное блаженство взбудораженным нервам! Потом еще полбокала, кусочек шоколада с орехами - и в голове, как в пустой бочке, мир и спокойствие! Она успокоилась. Гроза в честь новой жизни разбудила ночью. За окном сверкала молния, грохотал гром, в голове шипели пузырьки от шампанского. Она, трусиха, закрыла плотно окна, натянула на голову одеяло и уснула.
  Мужчина ее мечты, Самсон, ей не принадлежит, Лариса рядом с ним только иногда проходит. Ее мужчина - Платон, но он ее покинул. Все очень просто. В его офис пришла хорошенькая женщина. Фигурка у нее сладкая, такая она аппетитная оказалась для скакуна, ведь Платон - лошадь по гороскопу.
  Джинсы ее обтягивают, грудь у нее колеблется от дыхания, он и влюбился. Ларису стал презирать и часто стал высказывать неприятные слова по любому поводу при общении с ней. Той женщины уже полтора месяца нет на работе, а они из-за нее за это время успели официально развестись! Говорят, что она с лошади спрыгнула и ногу свою сексуальную сломала. Лариса вот только не поймет, с какой лошади она спрыгнула? С ее мужа Платона или с коня?
  Лариса по ее милости теперь одинокая и свободная женщина, можно сказать. Поэтому вчера и выпила шампанского, запила горечь поражения. Лежит теперь одна, никто ее не любит, а та в гипсе лежит: если бы не лезла к мужу Ларисы, может, и ногу бы не сломала. То, что Лариса любила своего мужа Платона, она поняла через две недели после развода, а сам развод казался чем-то нереальным, осознание реальности пришло позже. Страшнее всего было то, что от полной семейной гармонии до подачи заявления на развод прошло четверо суток! Так мало, так чудовищно несправедливо!
  Двадцать пятого июня стояла небывалая жара по местному прохладному климату. Солнце палило с самого утра, они договорились идти на пляж. Надели купальники, взяли покрывало, которое им на свадьбу подарили. Лариса - человек скромный, налила в маленькую полиэтиленовую бутылку кипяченую воду. Он пошел из дома раньше, чтобы купить себе воду. Она долго стояла на автобусной остановке, наконец, он вышел из павильона, в руках он держал какую-то воду и два очень крутых мороженых. Это он купил для себя... Ладно, проехали, она не обиделась, но призадумалась.
  Автобус останавливается рядом с парком, они вышли. Он съел первое мороженое. Навстречу им шла в бальном платье принцесса необыкновенной красоты, за ней шел парень в светлом костюме. Лариса все же догадалась, что сегодня утро после выпускного вечера. Прошли еще метров пять.
  Деревья в парке за последние годы стали большими, на небольшой площадке с великолепной плиткой в качестве асфальта стоял бюст маршалу. В центре площадки располагалась красивая клумба, стояли четыре скамейки. На скамейках в разных позах сидели вчерашние выпускники в нарядной, но слегка примятой одежде. Они все почти тянули жидкость из различных бутылок. А муж Ларисы ел мороженое. Прошли они утренний вертеп выпускников.
  Каскад фонтана был покрыт остатками вчерашней роскоши, видимо, все пути выпускников заканчивались в этом милом парке. Кто-то из девушек ходил по воде в фонтане, подняв юбку. Кто-то из юношей сидел на парапете и пил или курил. Среди молодых людей виднелись и те, кто стал снимать верх одежды и загорать под утренним солнцем.
  Ближе к реке выпускники шли, как говорят о чертеже, половина вида, половина разреза. Они шли полуобнаженные, можно не уточнять, но можно отметить дивные платья выпускниц и отличные костюмы выпускников, в целом они были несколько переутомленные. На пляже картина была просто уникальная.
  Жара нарастала, алкоголь звал в речку. Выпускники в платьях, не снимая своих королевских нарядов, оказывались в воде. Оставшиеся выпускники сидели на берегу большими, растрепанными группами.
  Лариса с Платоном расстелили свое свадебное покрывало. Легли загорать. Она взяла с собой бутылку из-под голубой жидкости, которой мыла окна, в нее она заливала воду и опрыскивала цветы, а теперь она в нее залила воду и прыскала на себя, чтобы не было мучительно жарко. Итак, лежит Лариса на пляже, опрыскивает себя водой, наблюдая за поведением выпускников.
  Платон тоже наблюдал за выпускницами, девочки слегка под градусом, молодые, красивые, и все вокруг него табунами ходят, правда, со своими молодыми людьми, но одно другому не мешает. Надо сказать, что на пляже Платон лежал раздетый далеко не первый раз в жизни. Первый раз Лариса его затянула на пляж, но получилось, что последний. Съел он второе мороженое, выпил свою воду, она выпила свою воду. Вот оно, семейное равноправие! Ни он, ни она в воду реки, кишащую от людей, не пошли, но часа через три ушли с пляжа.
  Выпускники к этому времени стала покидать пляж, парк, фонтан.
  Лариса никак ничего не могла понять, но именно в этот день он стал на нее зло сердиться. Вероятно, выпускницы выбили его из седла семейной жизни. Жена стала ему противна. Он прошел перед ней по комнате и сказал:
  - Куплю новую машину, тебя на ней не повезу!
  - Почему? - она искренне удивилась.
  - Потому, что ты ничего не делаешь для нее!
  У Ларисы глаза от удивления круглыми стали:
  - Почему я ничего не делаю?
  - Ты не копишь деньги на новую машину!
  Лариса удивилась еще больше, потому что она получает денег больше, чем он, и она виновата? Ладно, глядит жена, а муж вещи собирает!
  Платон ходил по квартире и собирал свои вещи! Бритву забыл. На прощание сказал, что он сюда больше не вернется! Вот тебе и день после чужого выпускного! Он ушел к матери, Инессе Евгеньевне. Лариса все думала, что он шутит. Звонит ему через сутки. Долго никто к телефону не подходил, определитель номера у них всегда работает. Потом трубку взяла его мать и сказала, что он в ванне. Он не перезвонил, но через сутки по Интернету предложил ей развод!
  А такая любовь была в ночь на чужой выпускной! А может, он ей диссертацию по любви сдавал? Отчет по любви, зачет хотел у Ларисы получить, что у него с теорией и практикой любви все на высшем уровне? Он на самом деле любил по высшему пилотажу, она даже спросила у него, где научился, а он ответил, что телевизор ночью смотрит.
  Шутки шутками, но любовь была что надо! И вообще за короткое время замужества он из робкого паренька превратился в уверенного в себе мужчину. Был скромный, неумелый, стал асом-любовником! И все кончилось раз и навсегда, после того дня на пляже они и десяти слов не сказали, разводились и то молча. Не поймет Лариса, в чем дело? Или и у него получился выпускной из семейной жизни, сдал последний экзамен любви и получил свободу. Но ей от этого нелегче. Или все равно? Нет.
  Главный упрек бывшего мужа Платона: она не купила ему новую машину. Надо было исправляться. В свое время она учила правила дорожного движения так, словно от них жизнь зависит, хорошо учила. На двадцать вопросов из двадцати ответила.
  Но по практике вождения дела обстояли хуже, ехать с инструктором было относительно легко, а самой помнить о переключении скоростей мучительно. Следовательно, надо купить дорогую машину с автопилотом. А денег у нее на такую машину не хватало. Права она все же получила, и без доплаты. И захотелось ей маленькую аленькую машину, чтобы самой везде ездить и не стоять пнем на автобусной остановке, когда ее старая машина в ремонте стоит.
  А где деньги взять? Вспомнила она про отца, про его огромную по деревенским меркам пенсию, поехала в деревню. Отец пасеку держит и пенсию придерживает. Поговорила Лариса с отцом, поскулила о жизни, дал он ей денег на пару колес, все лучше, чем ничего.
  Стала она посещать сайты, где автомобилями торгуют, к ценам присматривалась, к машинам. До мечты все еще было далеко, нужно было вливание чужих денег. Сказала Лариса о своей проблеме Самсону, он весьма доброжелательно прореагировал на ее мечту об алой машине. Дал денег, которых ей так не хватало. Она купила машину алую, новую, чисто женскую, на автопилоте.
  - Привет!
  - Привет!
  - Я соскучился.
  - Быть не может.
  - Это правда.
  - Платон, ты променял меня на пластиковые окна! Кто из женщин дает тебе больше денег, с той ты и живешь, даже если это собственная мать! Она поставила в квартире окна, и ты послал меня к черту! - воскликнула в сердцах Лариса - Что молчишь? Купил пластиковую куклу в магазине? Не будешь ведь ты жить со своей мамой за окна?
  
  На газоне стояла сухая трава, коротко подстриженная. Листья на деревьях лениво шевелились в легких порывах ветра. Вода со свинцовым оттенком тихо отражала аналогичное небо. Середина лета собственной персоной бродила по земле, и рядом с летом ходила Лариса. Она находилась в зените молодости.
  Походка ее еще легка, но уже не суетлива. Она много знает и обладает неплохой памятью. Фигура под одеждой не манит, но и не отталкивает. Это ситуация в значительной мере зависит от выбранной одежды. За ней струится тот запах духов, который подарил последний ее мужчина. Лариса - нормальная женщина. Она с тоской посмотрела на берег городского пляжа и не заметила загорающих людей, значит, они не заметили, что идет середина лета.
  Лариса знакома с жизнью, и жизнь ее знает. И этот пляж она помнит своим телом. Сколько часов она на нем загорала! Сколько она смотрела на этот пруд с пляжа! На него она приходила в жаркие дни, когда ехать куда-либо было слишком для нее жарко. Да. Однажды она дней пять подряд одна ходила на пляж и ложилась на одно место.
  В пяти метрах от нее лежал великолепный мужчина. Его накачанное тело излучало столько энергии, что она утром вскакивала, смотрела на небо и бежала на пляж. Он приходил утром. Тело его уже было бронзовым от загара. Она смотрела на него и вставала поодаль. Она вообще любила стоять на пляже и только иногда ложилась ногами к солнцу.
  Когда мужчина лежал, он ей нравился, но стоило ему подняться на ноги, он становился ей не интересным. Интеллекта в нем казалось маловато. Физически он ей импонировал, но его лицо и лоб не вызывали умиления. Он ее тоже заметил, но помалкивал. Волосы у него были как эта трава - сухие, коротко подстриженные. Они так и не познакомились.
  Середина лета.
  И центр напрасной ревности. Да, она последние дни страдала от ревности, то ли это любовь не уходила и держалась в ее душе остатками ревности. Родион был с интеллектуальным лицом, но без особых признаков мускулатуры. Лицо ее устраивало, но тело не привлекало. Однако она его любила некоторое время и ревновала ко всем женщинам, с кем его видела. И вот сейчас, глядя на пустой пляж, она почувствовала, что и ревность ее больше не интересует. Настроение стало похожим на свинцовые облака.
  Что дальше?
  Почему жизнь женщины обязательно должна крутиться рядом с мужчиной? Она что, сама вокруг себя не может покрутиться? Да запросто! И чего она вчера весь вечер давила на кнопки телефона, а слышала одни гудки? Родион ей не отвечал. И зачем ей в Интернете высматривать его письма? Она остановилась на берегу пустого пруда, лодки и те не бороздили его просторы.
  Девушка повернула голову и увидела в траве мужчину. Он лежал спиной к ней. Эту спину она уже видела! Давно, но видела на песчаном пляже, а сейчас спина виднелась из травы. Ей стало страшно. Захотелось убежать. Но глаза заворожено смотрели на мужскую спину, ей неудержимо захотелось коснуться пальцами его кожи.
  А кто мешает?
  Он один. Она одна. И лето, хоть и не жаркое, но лето. Она подошла ближе, заметила его рубашку на ветках дерева. Он лежал в брюках.
  - Вы живы? - спросила Лариса дрожащим голосом.
  В ответ она услышала оглушающую тишину. Ей захотелось убежать, но некогда обожаемая спина тянула к себе. Она нагнулась к мужчине, он резко повернулся, и она оказалась на его груди.
  - Здравствуй, любимая! Долго же я тебя ждал!
  Она лежала на его крепкой груди, их глаза смотрели в упор.
  - Ты не из трусливых баб! Я люблю тебя, женщина! Понимаешь! Я два года не мог тебя найти! Я не знал, где тебя искать! Я шел на пляж в любой теплый день. Я ждал тебя!
  Она попыталась скатиться с его груди, но он судорожно обнимал любимое тело, которым бредил так долго!
  - Почему ты перестала ходить на пляж?
  - Мой молодой человек не пускал меня на пляж и сам не ходил на него.
  - А я?!
  - Простите, но мы не знакомы! Да, я помню Вас на пляже! Да, мы пять дней рядом загорали, но мы не разговаривали и не знакомились! Да, мы вместе работали!
  - А! Помнишь! Ты меня не забыла!
  - Пока еще не забыла, поэтому и нагнулась. Я подумала, что Вам плохо.
  - Мне было плохо, но теперь я чувствую себя отлично под твоей тяжестью!
  - Отпустите меня, и я поднимусь, Вам станет легче.
  - Я не отпущу тебя! Я тебя поймал! Ты моя! - и он впился в ее губы с такой страстью, что она невольно ему ответила.
  Что с людьми делает любовь?
  Она выключает их сознание из розетки совести. Совесть засыпает с чистой совестью. Двое. Их было двое. Стало нечто единое, страстное, порывистое. Они перевернулись. Его глаза смотрели сверху, они лучились счастьем! Глаза казались огромными. Его волосы прекрасным ореолом обрамляли его лицо. Он был великолепен, и как она тогда его не разглядела? А, тогда у него была очень короткая стрижка!
  - Я не выпущу тебя, пока не скажешь, как тебя найти! - проговорил мужчина и тут же поцеловал ее в волнующие его губы.
  Она под поцелуем стала приходить в себя, но вывернуться из-под крепыша сил не было. Она вся была распластана на траве, и губы были под его губами. Она дернулась туда, сюда, но он только крепче сжимал ее со всех сторон. Он вдруг отпустил ее, сел рядом и стал смотреть на нее с таким обожанием, что ей стало неловко.
  - Как Вас зовут? - спросила Лариса, смутно сознавая, что она уже знала его имя, но забыла или не хотела вспоминать.
  - Платон.
  - А я Лариса Скрепка.
  - Это ж надо! Как же я тебя, Лариса, искал! Скрепку бы кинула с неба, чтобы я тебя мог найти. Я уже открывал сайт 'Жди меня', но что писать? Что ищу девушку в купальнике с пляжа у пруда? И я Вас раньше видел, но не помню, когда и где.
  - Зато наши отношения проверены временем.
  - Смеешься? Смейся, теперь и я могу смеяться, - и он лег на спину, но быстро повернулся, взял в руки ее ноги, прижался к ним. - Это ты! - и весело рассмеялся.
  Они встали, стряхнули с себя травинки и соринки. Он надел рубашку. Они пошли, держась за руки.
  Платон резко остановился и спросил очень серьезным голосом:
  - Куда идем? Лариса, ты не представляешь, как я тебя искал! Я так рад! Я так боюсь потерять тебя! Ты замужем? У тебя есть дети? Где живешь? Где работаешь?
  - Все есть понемногу, - она вздохнула, ведь только сегодня она полностью порвала с бывшим молодым человеком.
  - Не вздыхай, все наладится.
  - Платон, вы пляжный бомж?
  - Нет, BMW смотрит на тебя. Почему я был на пляже? Так захотелось. А ты почему сегодня здесь гуляешь?
  - Сама не знаю, захотелось здесь пройти. Моя зеленая Лада стоит рядом с BMW. Наши машины раньше нас встретились, как кони у стойла.
  - Номер твоей машины я уже запомнил, это последняя модель, в этом году она популярная. Это уже кое-что. Но без машин у нас было больше общего, вернемся на берег?
  - Что-то будет, когда до жилья дойдем, мы расстанемся.
  - Не болтай зря! Мне все равно, где ты живешь! Будешь жить со мной. Я к тебе не приеду.
  - Не люблю насилия. Я буду жить дома.
  - Хочешь, чтобы я тебя вновь на два года потерял? Нет, я не отпущу тебя!
  - Почему меня сегодня вынесло на этот берег?
  - Я тебя ждал! Я, как зверь, затаился. Я знал, что ты вспомнишь мою спину на пляже.
  - Сколько девочек на свете! Зачем я Вам?
  - Об этом говорить не стоит, ты мне нужна! Мне твоя фигура два года мерещится! Никто не может тебя заменить, и ты это прекрасно понимаешь.
  И он вновь обнял ее со страстной силой и уходящим отчаяньем.
  Рядом с молодыми людьми остановилась HONDA красного цвета. Из нее выскочила женщина в красном брючном костюме, с длинными черными волосами.
  - Платон, это кто с тобой? Что за тихоня в твоих руках? Да отпусти ты ее! Это моя кузина!
  - Полина, проезжай! Сегодня не твой день.
  - Я уеду, но с тобой.
  Рядом резко остановился темный автомобиль, из него выскочил мужчина.
  - Лариса, я передумал. Я могу передумать? Поехали домой, хватит сердиться.
  - Это судьба, - сказала женщина в красном и повернулась к сухощавому мужчине. - Родион, Вы теперь брошенный мужчина? Лариса Вас бросила? Можно я Вас подниму?
  Родион посмотрел на бледную Ларису в объятиях Платона и на яркую Полину.
  - Поднимайте меня, Полина! - сказал решительно бывший мужчина Ларисы.
  - Четыре человека и четыре машины, а надо сделать две пары, - растерянно проговорила Полина.
  - Машины оставляем здесь и идем на берег пруда, - четко сказал Платон.
  - Пошли, - сказал Родион.
  
  Все четверо пошли к берегу. Родион посмотрел на сухую траву, увядающую на берегу пруда, сбегал к машине, взял сдутый надувной матрас с насосом и догнал людей. Он быстро накачал матрас и предложил дамам на него сесть. Они отказались, тогда он сел сам. Рядом с ним села Полина.
  Платон взял Ларису за руку, и они вдвоем быстро пошли к машинам. Она села в BMW? и они поехали. Лариса почувствовала тяжесть на плечах и странное дыхание. Она увидела крупные лапы собаки и отменную собачью мордочку крупных размеров.
  - Хорошая, хорошая, - выдохнула Лариса собаке.
  - Это он, его зовут Львиный Зев. Можно Зева де Люкс, как удобно, но лучше Зев. Он всегда меня сопровождает.
  - Мы куда едем? - спросила Лариса с нервной дрожью, глядя больше на собаку, чем на Платона.
  - Сегодня выходной день у меня, и у тебя тоже. Мы поедем туда, куда глаза глядят. Первым делом нам надо повенчаться, поэтому мы поедем в Загорск. Там чинная обстановка, она способствует очищению от блудных мыслей. Ты Полину видела? Моя бывшая дама сердца, ей храмы и соборы не помогают.
  - Мы едем венчаться?
  - Не совсем так, но близко. Послушаем пение колоколов, и ты легко забудешь Родиона. Мы с тобой пройдем обряд очищения. С экскурсией погуляем между храмами и в один обязательно зайдем. Сегодня день - самый раз для таких мероприятий. Там есть особая святая вода. Выпьем - помолодеем. Душа наша и очистится от скверны прежних отношений.
  - Как у Вас все серьезно.
  - Я тебя долго ждал, уже забывать стал.
  Все так и было. Через Гефсиманский Черниговский Скит и святой источник они вышли в новую жизнь, в которой пока все было по-старому.
  - Платон, Вы меня не спросили о моей семье.
  - Ты о чем? Ты одна гуляла в выходной день. Где твоя семья? Твоя семья - это ты.
  - Почти угадал. Тебя волнует, сколько мне лет? Кем работаю?
  - Я могу ответить, кто я. Я работаю менеджером по продаже электронных товаров высшего качества, хотя по образованию я электронщик. Знаешь, кого я видел? Ко мне приходили певцы и актеры. Я теперь всех актеров без телевизора вижу.
  - Ты почему хвалишься?
  - Прости, Лариса, я помечтал. Я охранник, обычный временный охранник. А актеров я на самом деле вижу, но они меня не видят.
  - Замечательно, а вдруг ты дворник на Мосфильме? Вообще тогда всех знаешь.
  - Я не дворник. Я совсем забыл, мне сегодня в ночь выходить. Я тебя подвезу к твоей Ладе, и мы разбежимся.
  
  Платон высадил Ларису у машины и быстро поехал в сторону городской больницы. У него отец лежал в реанимации с обширным инфарктом, сегодня он мог его увидеть. Отец казался тенью самого себя. Он был абсолютно бледный, похудевший, какой-то прозрачный. Если бы не бригада врачей из реанимационного отделения, его бы уже не было на свете. Отец выглядел живым покойником.
  Ужас охватил все существо Платона, он не сказал Ларисе истинной причины поездки в Загорск. Он там молился за отца, но мысленно, вслух он этого делать не мог. Он не сказал ей, что лежал в траве у пруда от страха за жизнь отца. Платон любил отца. И теперь он видел его живого. Платон Ларису вообще почти забыл, но вспомнил пляжной памятью, лежа на земле. Она своим присутствием помогла ему выйти из транса, она на него положительно повлияла.
  - Сын, почему с таким ужасом на меня смотришь? - тихо проговорил отец.
  - Прости, отец, ты прекрасно выглядишь.
  - Не хорошо обманывать старших. У меня для тебя есть информация. Когда я был между небом и землей, я видел тебя с женщиной, но это была не Полина. У нее зеленая Лада, она твоя женщина от природы, - сказал отец и потерял сознание.
  Платон позвал медсестру, которая в свою очередь вызвала врача. Скоро подошла его мать. Он ушел из больницы, думая над последними словами отца. Если бы так было все на самом деле! Лариса ему понравилась, но и только.
  Лариса, выйдя из BMW Платона, почувствовала подставу, она ощутила себя брошенной, обманутой. Ее использовали и выкинули, как пакет. Посмотрев вслед уезжающей машине, она перевела взгляд на берег пруда. На берегу лежал надутый матрас, и рядом с ним в странной позе лежал мужчина. Она вздохнула и решила посмотреть, кто там ее ждет на этот раз. Берег пруда вновь был пустынным.
  У надувного матраса лежал Родион лицом вверх. Он был ни жив, ни мертв, но шевельнуться не мог.
  - Родион, что произошло? Что с тобой? - участливо спросила Лариса.
  Он замычал и показал на сердце пальцем.
  - Я вызову врача, - сказала она и стала набирать номер скорой помощи на сотовом телефоне.
  Родиона увезли в больницу и положили в палату, куда в тот же день перевели отца Платона из реанимации. Его отца в палате звали Дмитриевичем, на что тот не обижался, он привык к обращению по отчеству.
  
  Через пару дней Родион и Дмитриевич могли вполне сносно разговаривать, естественно, что их волновала причина их сердечных неурядиц. После нескольких фраз о том, что было с ними до сердечного приступа, они пришли к выводу, что причина их болезни одна, и зовут ее очень скромно - Полина. Она была девушкой Платона. Полина была столь яркой особой, что руки мужчин тянулись к ней, думая, что их руки растут из ее тела.
  Дмитриевич по простоте душевной случайно тронул рукой Полину, когда они почти одновременно выходили из парикмахерской, он практически случайно коснулся ее тела. Она взвизгнула и прыснула ему в лицо некий газ из баллончика. Он надышался этой прелестью до инфаркта.
  Родион оказался покрепче. После отъезда Ларисы с Платоном, минут через пять, он полез к нежному телу Полины и глотнул газ из баллончика. Краткая история сердечных воздыхателей яркой женщины закончилась на соседних кроватях в больнице. У них мелькнула светлая мысль подать на нее в суд, но, поговорив, они решили: этого делать не следует.
  В следующий раз Лариса и Платон встретились в больнице. Она пришла к Родиону, а он к отцу, Дмитриевичу. Больные с истерическими смешками рассказали причину своей болезни. В сторону Полины летели словесные шишки до тех пор, пока они не выговорились. Мужчины замолчали.
  Родион посмотрел долгим взглядом на Ларису и сказал:
  - Совет вам да любовь.
  - Родион, я не выхожу замуж за Платона! Я к тебе пришла! Ты вылечишься и вернешься ко мне.
  - Вряд ли. Но ты приходи, кроме тебя ко мне никто не придет.
  Сказав вежливые слова прощания, они разошлись.
  Платон сел в свою машину. Лариса села в свою Ладу. Они разъехались. Он поехал к Полине, злой на нее до крайней степени. Ведь он ее газ уже проходил! И вот две новые жертвы на больничной койке лежат. Где она эти баллончики берет? Выкинуть их - и дело с концом. Так он мечтал по дороге.
  Полина физически не выносила мужских прикосновений, она их терпеть не могла. Драться со всеми, кто западал на ее внешность, ей было не под силу. Она добыла баллончики с неким газом, он сужал сосуды человека, попадая в дыхательные пути. Дмитриевич много глотнул, да и стар был для таких злых шуток.
  В Полине таился комплекс неполноценности, она и с Платоном вела себя как девушка. Посмотреть на нее, так только что с Тверской улицы пришла, а на самом деле у нее не было ни одного мужчины. На Тверской улице она посещала магические по своей престижности магазины и не более того. Разумеется, она видела моду этой улицы, и она отражалась на ее внешности.
  Платон любил Полину, но он был нормальный мужчина, поэтому из-за нереализованных желаний так крепко вцепился в Ларису. Он изнемогал от элементарных мужских желаний. Все просто, как само устройство мира человеческих отношений.
  
  Лариса думала в это время о том, почему для современного инженера вредны шахматы. Почему? Для того чтобы создавать современную технику, нужны чистые мозги, а если человек тратит их на тяжелую литературу и умные шахматы, то его элементарно не хватит на длительное служение науке. Его мозги сорвутся на пустых хлопотах.
  То, что хорошо было для шаха десять веков назад, то плохо для современного инженера. Поэтому инженер не имеет права отдавать себя гарему женщин. Он истощится раньше времени, не выработав свой научно полезный потенциал. Это аксиома. А потом она стала думать о Платоне, неплохо они съездили на экскурсию, и вовсе он не тупой, как она думала о нем на пляже. Он скорее крутой и таинственный. Родион и Полина пусть пообщаются. Внешне они друг другу подходят.
  А проблемы Полины скорее всего в том, что она не нашла того, кто полюбил бы ее быстрее, чем она, как фокусник, вытащит свое оружие против мужчин. Нужен мужчина с быстрой реакцией, который бы ее обезвредил. Интересная мысль. Платон с ней справлялся, но терпение его иссякло. Полину надо непременно наказать настоящей любовью. Лариса задумалась, хорошо бы на это уговорить Родиона, если он не побоится к ней еще раз подойти.
  Лариса позвонила Платону и сказала:
  - Платон, спасибо за поездку! У меня есть просьба: направь Полину в больницу к Родиону, чтобы она посмотрела на результат своей газовой атаки, которая плачевно оканчивается.
  - Лариса, Полина - девушка непредсказуемая. Попробуй ее уговорить сама, - ответил он.
  Лариса позвонила Полине:
  - Полина, извини, что я тебя тревожу, но Родион лежит в больнице, он не понял, что с ним произошло. Ты не могла бы его посетить?
  - Запросто. Говори номер палаты и отделение. Хорошо, я к нему заеду.
  Лариса помахала головой от негодования, но лишнего слова не произнесла. Тогда она решила предупредить Родиона по телефону:
  - Родион, к тебе Полина едет. Будь любезен, предупреди мужчин, чтобы руки свои в карманах держали и ее не трогали.
  - Лариса, а ты меня не могла раньше предупредить?
  - А кто знал? Ты сейчас не попади в ту же ситуацию.
  Полина приехала в больницу. Она зашла в палату и увидела, что все мужчины держат руки в карманах. Она сама поставила передачу на тумбочку Родиона и сказала:
  - Здравствуйте! Выздоравливайте! - и, повернувшись в сторону Родиона, добавила: - Простите, но и Вы были неправы.
  - Согласен, я поторопился, - сказал Родион, не вынимая рук из карманов.
  - Родион, я думала о тебе...
  - А почему не вызвала скорую помощь? Если бы не Лариса...
  - Я прыснула в тебя газ и ушла, откуда мне было знать, что ты копыта откинешь?
  - Грубо как... Полина, ты яркая, красивая женщина...
  - Я об этом наслышана. Меня не надо трогать руками!
  - Не буду трогать тебя руками, пока сама не попросишь. Ты меня бросила...
  - Не начинай. Если я тебе нужна, то будь добр, не будь нудным.
  - Лариса от меня ушла...
  - Лариса недалеко ушла, а к Платону. Найти ее можно. Я ее хорошо знаю, она тебе не подходит. Тебе я подхожу.
  - В этом есть доля истины, но что мы с тобой будем делать? Что?!
  - Спокойно, Родион, лечитесь, а там посмотрим! Я приеду к Вам завтра, - и она быстро вышла из палаты.
  Мужчины смотрели на Полину во все глаза и держали руки в карманах, пока она не скрылась из виду, потом подошли к Родиону.
  - Ничего себе женщина! - проговорил один.
  - Отменная дамочка! - выдохнул второй.
  - Повезло тебе! - выкрикнул третий.
  - Родион, бойся ее, - предупредил Дмитриевич.
  - Я знаю. Но она такая красивая, ребята! - восторженно воскликнул Родион и потянулся к полиэтиленовому пакету на тумбочке.
  
  Мужчины по очереди исповедовались о своих подвигах на личном фронте. Родион слушал их и ел, ел, все меньше вспоминая Ларису, думая только о Полине.
  Полина после посещения в больнице Родиона выбросила все баллончики с газом. Она встретила его из больницы и привезла домой. Раньше у него была комната в четырехкомнатной квартире, когда он жил с родителями, но питался он отдельно от них и вел скромный образ жизни. Родители его имели дачу, куда он редко ездил. Он сдавал белье в прачечную, потому что не хотел обременять родственников ничем.
  Женщин у него практически не было, он со всеми дружил и заигрывал. Он умудрился купить двухкомнатную квартиру. Полина прониклась к Родиону участием. А он ее практически не касался.
  Долго такие отношения продолжаться не могли. Полина стала замечать, что перестает быть яркой женщиной, она стала полнеть, дурнеть. Она уже не смотрелась в зеркало, словно ее сглазили. Она становилась похожей на него. Родион тоже стал прибавлять в весе после больницы, но набирал не мышечную массу, а элементарную жировую прослойку. Полина вспоминала свои редкие отношения с Платоном все реже и реже.
  Раньше она была яркой женщиной и вела насыщенный образ жизни, тогда и купила алую машину, теперь она этой машины стыдилась и хотела ее поменять. Прежний ее мужчина водил ее на приемы и презентации, на которые его приглашали клиенты. Они расстались, когда он полез к ней с нормальными мужскими намерениями. Она достала газовый баллончик, и он выбил его из ее руки. На этом презентации прекратились.
  
  Лариса решила заняться вплотную Платоном, но он оказался неуправляемым и ей не подчинялся. Она билась как рыба об лед, и все безуспешно. Она хотела уже махнуть на него рукой и тут услышала звонок в дверь. Она заглянула в глазок и увидела цветок.
  - Эй, кто там? Я не открою дверь, пока не увижу вас.
  - Лариса, это я, Платон.
  - Ты?! - удивленно воскликнула Лариса, открывая нервно дверь.
  Между ними красовался огромный букет цветов. Платон вошел в квартиру. Цветы поставил в вазу. Он прошел в комнату, сел на диван. Перед ним стоял журнальный столик.
  - Нормально живешь, Лариса, - сказал он, крутя головой.
  - Не жалуюсь.
  - А я с родителями живу, - без эмоций вымолвил Платон.
  - Я поняла.
  - Ничего ты не поняла, - нервно заговорил он. - Мы взрослые люди, а ведем себя как подростки. Жизнь мимо проходит!
  - От меня что требуется? - раздосадовано спросила Лариса.
  - Прости, я погорячился. Ничего у нас не получится! - с истерическими нотками в голосе проговорил крепкий на вид мужчина. - Я сейчас один. Приходи ко мне.
  - Ты уже пришел ко мне, а Родион сейчас с Полиной любовь крутит.
  - Я в курсе. Я не против их пары. Хочу сделать тебе предложение: выходи за меня замуж!
  - Отлично! Ты у меня спросил: свободна ли я?
  - Согласишься, будешь свободная для меня. Ты мне подходишь.
  - Я это знаю. Но у меня есть еще один бывший гражданский муж, и это не Родион, хотя я сейчас одна.
  - Возьмем его к себе! - удивился Платон своим словам, а еще больше он удивился тому, что у Ларисы был кто-то до него и кроме донжуана Родиона.
  - Он иностранец. Я от него сбежала, теперь одна живу. Он привык жить с пирамидами, а я не могу с ними жить. У меня аллергия на чужой климат, поэтому меня он отпустил домой полюбовно. Я покрываюсь волдырями размером со смородину, стоит мне выйти на солнечную улицу на его родине.
  - Размером с черную или красную смородину?
  - Белую смородину. Я серьезно говорю.
  - И я не шучу. А здесь я на тебе волдырей даже на пляже не видел. Так что было с тобой раньше?
  - Помнишь, когда я лежала на пляже, а к тебе не подходила? Тогда я вернулась на родину, мне так хотелось на солнце полежать и не покрыться волдырями! Земля одна, а солнечная радиация разная. Моя кожа выносит только наш климат с прохладным летом.
  - Я понял, что виновных в твоей истории нет. Как твой гражданский муж посмотрит на твою законную женитьбу?
  - Он в том году сам женился. Я живу одна.
  - Славно, одна жизнь у тебя за бугром осталась, вторая жизнь здесь не получилась с Родионом. Мое предложение остается в силе, я не богат, но есть машина и квартира с родителями.
  - Я поняла и могу выйти за тебя замуж! Но еще Родиона надо пристроить, чтобы он нам не мешал.
  - Он кто тебе? Поподробнее, если можно.
  - Друг. Друг, и все. Он меня поддерживал морально, но не материально со дня знакомства.
  - Тогда Родион с Полиной пара.
  Слишком серьезный разговор ограничивал любовные импульсы. Платон и Лариса просто побеседовали за чашкой чая и разошлись по домам. Они договорились о том, что каждый из них будет жить у себя дома, не обременяя друг друга семейными отношениями.
  В дверь позвонили. Лариса открыла дверь, думая, что пришел Платон, но за дверью стоял его отец Дмитриевич:
  - Лариса, я хочу познакомиться с будущей невесткой.
  - Проходите, - сказала Лариса, пропуская в квартиру предполагаемого родственника.
  - Я по делу. Я хочу, чтобы Вы стали моей женой, а со своей женой, Инессой Евгеньевной, мы давно живем в разных комнатах.
  - Вы нормальный человек?
  - Вполне. Зачем тебе мой Платон? Я лучше.
  - Да Вы еще от инфаркта не отошли!
  - А я такой! И у меня есть для тебя подарок, а у моего сына жабу в болоте не выпросишь, - и пожилой мужчина достал из внутреннего кармана пиджака коробочку, обтянутую желтым бархатом.
  - Не надо мне подарков! Идите домой! Понятно, почему в Вас Полина разрядила газовый баллончик!
  - Не смей вспоминать! Смотри! - и он открыл коробочку.
  В коробочке лежал малюсенький янтарь.
  Лариса так была поражена, что даже не рассмеялась.
  - Это янтарь из усыпальницы фараона.
  - Чудно. Откуда там взялся янтарь? Как он к Вам попал?
  - Я был членом экспедиции в тайны пирамиды и нашел этот камешек. Наша экспедиция спустилась в гробницу. Люди хватали все, что под руку попадало, но потом не могли выйти из усыпальницы. Они погибли почти на месте. Я стоял наверху. Один человек, умирая, бросил горсть самоцветов на песок. Это все, что он вынес из гробницы, и прожил больше других. Те, кто брал больше, жили меньше, они не доползли до выхода. Я не выдержал, взял маленький янтарь и больше ничего. Я тогда был совсем молодым человеком.
  - Почему мне такая честь? - прошептала Лариса, с восхищением взирая на янтарное чудо.
  - Лариса, ты вытянула Платона из тяжелой депрессии и спасла меня. Ты заслужила награду. Нет, замуж за меня выходить тебе не надо - это моя дежурная шутка, которую не поняла Полина. Если у вас с Платоном будет ребенок, то я буду счастлив, тогда и янтарь будет принадлежать моему внуку.
  - Спасибо, - искренне сказала Лариса, забирая протянутую коробочку.
  Но бархатная коробочка выпала из ее рук. Янтарь выпал из желтой коробочки. Ноги пожилого человека подкосились. Он упал, протягивая из последних сил руку к янтарному зернышку. Ему стало плохо.
  - Господи! - вскричала Лариса. - За что мне эти испытания?! - и она стала вызывать врача.
  Лариса с ужасом взирала на янтарь фараона. Она боялась взять в руки древнее сокровище и понимала, что его надо спрятать от людей. Ей показалось, что ее убьет током, если она рукой коснется янтаря из коробочки. Она взяла пинцет через резиновые перчатки, подняла пинцетом с паркета янтарь фараона, положила его в желтую коробочку и спрятала ее.
  За окном заревела сирена. Врач выслушала Ларису, она поняла, что больной недавно перенес обширный инфаркт. Пожилого человека вновь увезли в больницу. Лариса вышла на улицу, посмотрела на стриженый газон, вспомнила янтарь фараона, села на скамейку и задумалась.
  После смерти отца Дмитриевича Платон расхотел жениться на Ларисе. У него была трехкомнатная квартира с родителями. Мать, Инесса Евгеньевна, ему не мешала, а помогала, и жена ему теперь была ни к чему. Лариса Платону про янтарь фараона ничего не сказала. На отказ жениться на ней не обиделась.
  Она спросила у будущего наследника:
  - Платон, а не остались ли желтеющие бумаги в архиве твоего отца?
  Платон такому исходу дела очень обрадовался и пригласил Ларису посмотреть бумаги Дмитриевича. В одном шкафу она обнаружила стопку папок. Она сложила архив в четыре полиэтиленовых пакета и с помощью Платона донесла их до машины. А он был рад избавиться от старого, пыльного хлама отца.
  Полина, прослышав об изменениях в судьбе Платона, явилась к нему с повинной. У него глаза от изумления стали как пятирублевые монеты: перед ним стояла бурая дурнушка. От прежней яркой красоты Полины почти ничего не осталось.
  - Полина, где тобой мыли пол?! - воскликнул удивленный Платон.
  - Я так изменилась?
  - Не то слово, ты обветшала, как старая тряпка.
  Она подошла к большому зеркалу, осмотрела себя и пролепетала:
  - Я давно такая.
  - Бросай Родиона и возвращайся ко мне. Я расстался с Ларисой, она слишком самостоятельная девушка. С тобой мне проще и легче.
  - Я не против тебя, - затравленно сказала Полина.
  - Какая ты теперь! Ой, что из тебя сделали, уму непостижимо! - все не переставал удивляться Платон. - Принимай хозяйство в свои руки: убирай, готовь еду и меняй все на свой вкус. Действуй! Мама постоянно на работе.
  - Я что, от домашних хлопот красивее стану? - с наивным притворством спросила Полина.
  - Красивее вряд ли, но стройнее станешь, если не будешь съедать все, что приготовишь.
  - Такая перспектива меня не радует, лучше помоги мне поменять красный автомобиль на любой другой.
  - Ой, совсем потухла девочка. Нет, не помогу. За какие заслуги твои передо мной я должен тебе помогать и тратить свои купюры? Я тебе предложил быть хозяйкой в моем доме? Ты отказалась. А я отказываю тебе.
  - Ты предложил мне стать твоей домработницей.
  - А в чем разница? Я не понял! - искренне удивился Платон.
  - Пока. Я ушла, - сказала Полина, захлопнув за собой дверь в прошлое.
  Полина вышла от бывшего друга с внутренней обидой на всех мужчин. Но солнце светило, трава зеленела, грустить не хотелось и одной быть тоже не хотелось. Родион ее больше не привлекал, он вел холостой образ жизни. Она знала, что он богатый, его карманных расходов ей бы на новую машину точно хватило! Но у него и рубля не выпросишь - это она знала по личному опыту, хотя Лариса утверждала, что он щедрый. Но когда это было?!
  Пошла Полина домой, а навстречу ей шла Лариса. Девушки остановились, испытующе посмотрели друг на друга.
  - Полина, ты от Платона идешь к Родиону? - с легкой обидой спросила Лариса.
  - А ты от Родиона к Платону? - не удержалась Полина.
  - Отлично, так и пойдем по своим новым местам.
  - Лариса, Платон сказал, что вы разошлись, - обиженно сказала Полина. - А ты к нему идешь. Он мне предложил быть хозяйкой в его доме.
  - Надеюсь, ты не отказалась? - тревожно спросила Лариса.
  - А вот и отказалась! - неожиданно гордо ответила Полина и пошла домой.
  Мать, открыв дверь Полине, сказала, что купила посудомоечною машину, и ее уже установили.
  - Спасибо, мама! Я буду жить дома! - воскликнула Полина и стала рассматривать новую посудомоечную машину на кухне. Сама кухня сияла всеми светлыми поверхностями. Она с наслаждением оглядела творение рук матери. Ей осталось вымыть руки, а мама уже ставила на стол тарелки с едой.
  - Хорошее решение, живи дома, - ответила довольная ее решением мать.
  На следующий день Лариса рассказала Платону о том, что именно обнаружила она в бумагах. Оказывается, его отец некоторое время был археологом, а потом резко сменил профессию. Еще она нашла подтверждение тому, что он был участником экспедиции в гробницу фараона. Эта новость Платона не удивила, в раннем детстве нечто подобное он слышал из разговора родителей. Лариса спросила:
  - Есть ли в доме сувениры из гробницы?
  Он ответил:
  - Ничего подобного никогда в доме не было, либо мне об этом неизвестно.
  
  Лариса ушла домой, оставив Платона одного. Ее мысли работали в другой области. Ее первый гражданский муж жил в стране Пирамид, откуда привез отец Платона янтарь фараона. Совпадение было несколько странным. Сама она туда поехать не могла, аллергия на жаркое солнце у нее была очень сильная. Жару и сухой климат она не переносила. Ей хотелось дождливой погоды, а там дождей практически не было. Желтый песок, желтая коробка. Отдать янтарь фараона государству, и дело с концом - иногда такая мысль посещала Ларису, но расставаться с реликвией ей не хотелось, но и хранить у себя боялась.
  Лариса достала с полки книгу Пруса 'Фараон', полистала, почитала. Она эту книгу читала раньше, но теперь искала в ней нечто другое. Когда-то она прочитала эту книгу на одном дыхании, сейчас читала критически. Ответа на свои вопросы она не находила. И что она хотела узнать? Напомнить себе историю страны Пирамид? Она историю помнила.
  И вдруг ее осенила простая мысль: несмотря на то, что все цивилизованные люди всех стран в разные времена знали историю страны великих Пирамид, на самом деле никто этой истории не знал и не знает! Глупо? Но это ее личное мнение. Историю знают все. И не знает никто. Эта мысль стала навязчивой. Можно сказать, что все человечество греет руки и мысли у Пирамид, делает свои предположения и догадки, но чего-то безумного и главного никто не знает. Что имеет она в виду? Янтарь фараона.
  Впору спросить:
  - Янтарь, скажи, что ты знаешь об истории страны Пирамид?
  Она достала желтую коробочку, поставила ее на книгу 'Фараон', посмотрела на янтарь и спросила, перефразировав слова Пушкина:
  - Свет мой, янтарь, скажи, да всю правду доложи! Правда, что ты янтарь фараона?
  Что Лариса захотела услышать от маленького камушка, похожего на маленький камушек с морского пляжа, которому пару тысяч лет? Она видела мумии людей в Эрмитаже и отшатывалась с ужасом от таких экспонатов. А что если камешек поднести к мумии человека? Вдруг они из одного столетия или тысячелетия?
  Янтарь молчал. Лариса с этим зерном покой потеряла и совсем забыла о Платоне, настоящем наследнике этого зерна, хотя его отец отдал его Ларисе!
  А что если он хотел уберечь сына от подобных мыслей? Вполне возможно. Из этого следует, что теперь она настоящая владелица янтаря фараона, но неизвестно какого. Жаль, что она не историк, изучила бы янтарь с точки зрения науки, диссертацию бы из него сделала. Какая ей польза от камешка фараона? Никакой. И покоя тоже нет. Одни пустые мысли.
  И вдруг она почувствовала, что янтарь считал информацию книги. Хотите - верьте, хотите - нет, но янтарь стал чуть больше. Ларису вдруг осенило, что янтарь надо вернуть Платону.
  
  Тем временем Родион накопил денег и купил себе еще квартиру в старом доме на далекой окраине города. Родственникам он ничего не сказал. В их отсутствие он вывез свои вещи на новое место жительства и сменил место работы. Его родственники потеряли его след.
  Мать его очень переживала неожиданный отъезд сына в неизвестном направлении. Она зашла в открытую, пустую комнату сына, где он вымел весь мусор после сборов. Женщина схватилась за сердце и с трудом дошла до своей комнаты. Долго лежала и не могла понять, что произошло и, главное, почему? Сын жил тихо, ни с кем не скандалил и вдруг исчез. Она терялась в догадках. Вечером вся семья пыталась выяснить, кто и что знает об исчезновении Родиона из дома. Никто и ничего не знал.
  На следующий день мать позвонила ему на работу, но там ответили, что он уволился, а куда устроился - не знают. Она уехала на дачу. Она вспомнила отца Родиона, который всю жизнь работал геологом. Он дома практически не бывал.
  Родион осваивал новое жилье, а заодно знакомился с соседями. Он залез на стремянку, пытаясь повесить шторы на высокие окна, и чуть не рухнул с лестницы: в окно он увидел известную телевизионную ведущую собственной персоной! Оказывается, в этом доме жили ее предки!
  Соседи ему об этом говорили, но им он не сильно поверил. Оказалось, правда. Он посмотрел на телевизионную ведущую некогда популярной передачи и слез со стремянки. Он еще раз посмотрел из окна своего второго этажа вниз, но ее там уже не было.
  С Родионом при любой возможности заигрывали все три соседки: мать и две дочки. Он выбрал для разговоров младшую дочь, она еще была старшеклассницей и более общительной, чем ее старшая сестра. Девушки быстро почувствовали жадность нового соседа, и они были правы: он опять копил деньги на очередную квартиру.
  Полина взяла себя в руки и определила свой внешний облик: он не должен быть ярким, но и не таким бурым, как сейчас. Она решила взять средний курс на приятную внешность.
  Девушка повторила языки, которые учила в экономическом колледже, нашла работу в международной организации. Ее зарплата резко подскочила вверх. Она с удовольствием летала в самые разные страны, куда ее посылали по делам фирмы.
  Она просто купалась в деньгах! Полина сама сменила машину и одежду и готова была купить новую квартиру в стартовом доме. Мать Полины, глядя на дочь, не могла нарадоваться. Полина только познавала любовь.
  
  В очередную командировку Полина поехала в Северную Африку. Закончив служебные дела, она сфотографировалась на верблюде в национальной одежде. Когда она отошла от верблюда, к ней подошел красивый мужчина и заговорил на русском языке.
  Мужчина спросил у Полины:
  - Извините, а Вы Ларису случайно не знаете?
  - Ларису? - переспросила Полина.
  - Да! - воскликнул он. - Вы с ней знакомы? Как она там живет? - И от любопытства вытянул лицо.
  - Случайно знаю одну Ларису, она прекрасно себя чувствует.
  - Это хорошо, а то ее последнее время аллергия замучила. Вот думаю к ней поехать, - и тут же с тревогой спросил: - Лариса замуж не вышла?
  - Нет, замуж Лариса не вышла, но предложение руки и сердца получала, - ответила Полина.
  - Не скучает она без меня, - с укоризной заметил мужчина и поник головой.
  - Почему загрустили? Если она не может к Вам приехать, то Вы к ней поезжайте, и немедленно! - бодрым голосом проговорила Полина, понимая, что таким образом одной соперницей на пути к Платону у нее будет меньше.
  - Поехать к Ларисе? - спросил мужчина. - Спасибо Вам, девушка, я к ней сам поеду, - сказал он и пошел к гостинице.
  Полина долгим взглядом посмотрела вслед мужчине, ей захотелось побежать за ним. Она сбросила камуфляж, отдала его фотографу, стоящему рядом с верблюдом, и побежала за мужчиной.
  - Возьмите меня с собой! - крикнула она ему с улыбкой до ушей.
  Мужчина остановился и посмотрел на молодую женщину с любопытством. Она была такая привлекательная! У него возникло ощущение, что он ее когда-то видел.
  Полина встретилась глазами с мужчиной и покраснела до кончиков ушей, в ее голове промелькнуло желание, далекое от пристойности. Она всю жизнь отталкивала от себя мужчин и вдруг была готова сдаться без боя только что встреченному мужчине, да еще бывшему мужчине Ларисы!
  - Придется знакомиться, - с улыбкой ответил мужчина.
  - Меня зовут Полина. Я не замужем. Детей нет. Здесь я нахожусь в командировке по делам своей фирмы, - скороговоркой сказала она.
  - Меня зовут Амон, я учился на Севере и там встретил Ларису. Теперь я живу один. Новая жена родной мне не стала, детей не родила.
  - Знаете, я все задания фирмы выполнила, после командировки у меня намечался двухнедельный отпуск. Я могу с Вами провести эти две недели. Зачем Вам менять климат? Я жару нормально выношу. Я от природы с карими глазами и черными волосами, а Лариса с серыми глазами и светлыми волосами. Она северянка, ей на самом деле в жару плохо, - сказала Полина и стала ждать его решения.
  - У меня есть две недели на отдых с Вами, - ответил довольный таким решением вопроса Амон. - Но жить мы будем не в гостинице. У меня есть приятель, у него есть приличный особняк. Мы поедем к нему.
  Вечером они были на новом месте. Чтобы не будоражить совесть хозяина особняка и его близких родственников, Полина изображала жену Амона. Длинные черные волосы Полины действовали на южных мужчин успокаивающе. Паре выделили две комнаты. Полина оказалась в одной комнате с Амоном. Газового баллончика при ней не было! Она искупалась перед сном и была свежа и невинна.
  Амон принял душ в стеклянной кабине и вышел к ней с полотенцем на бедрах. Он был мужествен и прекрасен! Постель под балдахином ждала их. Легкий ветерок из кондиционера покачивал бахрому занавесок.
  Это была первая ночь Полины с настоящим мужчиной! Раньше она всех мужчин водила за нос, а теперь она отдалась Амону с такой южной страстью и напористостью, что сама от себя такой распутности и раскованности не ожидала. После искренней взаимной любви с первого взгляда они еще успели выспаться.
  Ларисе всю ночь снился кошмар. Ей снился Амон. Она пыталась его вернуть себе, но у нее ничего не получалось. К утру Ларисе приснился сон: Амон и Полина спят вместе.
  Этого сна она не выдержала и проснулась окончательно. Она села на постели, посмотрела в небо и почувствовала любовь бывшего любимого человека с новой пассией. К ней всегда сквозь любые расстояния доходили его флюиды любви, даже тогда, когда он второй раз женился.
  Сейчас этой астральной связи с бывшим любимым не было.
  Связь прервалась. Он о ней больше не думал. Лариса об Амоне думала с затаенной грустью. Она знала, что если будет грустить, то он тоже будет грустить о ней, а жить надо с тем, кто есть. И она держала свои чувства закрытыми для прочтения другими людьми. Но нарушенную связь с Амоном она хорошо почувствовала!
  Мысли Ларисы невольно переключились на Платона и его неподдельную страсть в траве на берегу пруда. Она вздохнула и пошла на кухню. Заварив кофе, она вспомнила про янтарь фараона. Удивительно, но и это янтарное зерно ее перестало волновать. Пусть оно будет у своего хозяина, но ее оно больше не потревожит - так решила Лариса этот трудный вопрос, терзавший ее последнее время.
  
  Платон, выслушав отказы двух женщин в помощи по ведению его домашнего хозяйства, сам взялся за обновление быта и окружающей действительности. Мать в этом ему не помогала. Он привел квартиру в порядок. Важно, чтобы в доме все само делалось. Пока он был занят, о девушках не вспоминал.
  Закончив тяжкий труд, вспомнил, что ему никто не звонил. По привычке Платон позвонил Полине, ее мать ответила, что она в дальней командировке. Он позвонил Ларисе. И чудо! Лариса была рада его слышать и видеть. Приятно!
  Мать поджидала Полину из очередной командировки, но лишь услышала ее голос по телефону:
  - Мама, я задержусь на пару недель, - после этих слов слышимость пропала.
  
  Вечером без предварительных звонков пришел некий Степан Степанович к матери Полины. Ему надоело жить в одиночестве, он решил начать общение с одной из своих прежних подруг. Мать Полины, Любовь Сергеевна, пригласила его в дом под предлогом, что много приготовила еды к приезду дочери, а она задерживается.
  Степана Степановича долго упрашивать не пришлось: услышав слово 'еда', он пошел в дом без оглядки на ситуацию. Любовь Сергеевна с удовольствием выставила на стол курицу, тушенную в соусе с картофелем, пару салатов, свежий торт.
  Достала наливочку в хрустальном графине собственного приготовления из дачных ягод. Он ел и съел все, что стояло на столе. Она так была занята кормлением голодного мужчины, что мысли о Полине выскочили из головы.
  Выпив наливочки, Степан Степанович поделился с Любовью Сергеевной большим секретом, а именно тем, что с ее дочкой у него ничего не было, что она в него только направляла газ из баллончика.
  Любовь Сергеевна не удивилась, она привыкла к неприступности своей Полины и жалобам на нее мужчин всех возрастов. Она пила наливочку из маленького хрустального стаканчика и с удовольствием слушала новую исповедь жизни. Она вовремя поддакивала ему и вздыхала. А он спешил выговориться, пока его слушали с такой добротой.
  Чарочка за чарочкой, и за окном наступила глубокая ночь. Степан Степанович посмотрел на темень за окном и сказал, что в пьяном виде домой не пойдет. Любовь Сергеевна ему ответила, что он абсолютно прав, и постелила для него постель на диванчике. Он лег и отключился.
  У женщины наступило бабье лето, за окном еще зеленели деревья, а ей Бог послал кусочек счастья в виде Степана Степановича.
  Он, проснувшись утром, поел, попил и отбыл на службу, а на ужин он уже был приглашен. В его семье все питались по своим углам и кто чем, и такого домашнего уюта он не знал. Его мать не успевала всех накормить либо не хотела этого делать. А у Любови Сергеевны было много неиспользованной энергии. Она рано овдовела и вела размеренный образ жизни, вот и сохранилась.
  Степан Степанович с радостью отработал день. Он знал, что его ждут и накормят без затрат с его стороны. О тратах он пока не думал. Любовь Сергеевна словно помолодела, она за сутки расцвела и светилась изнутри.
  Отбивные из натурального мяса со сложным гарниром на большой плоской тарелке уже ждали мужчину. Салатики стояли в хрустальных салатницах. Хлеб лежал в плетеных из соломки тарелках. Наливки не было, но был чай, а вишневое варенье в вазе томно поблескивало.
  Он ел с наслаждением.
  Он наедался. Он блаженно жмурился, как кот. Его животик давил на брючный ремень.
  - Степан Степанович, я принесу тебе спортивный костюм, купила по случаю, а носить некому, - сказала Любовь Сергеевна и действительно принесла спортивный костюм, который подошел ему.
  Он переоделся и плюхнулся в кресло. Она пододвинула к нему столик на колесиках со стеклянной столешницей. На стекле стояла ваза с мытыми фруктами, капельки воды еще не успели высохнуть на бананах, яблоках и винограде. Отдельно она поставила ягоды с собственной дачи.
  - Любовь Сергеевна, я сытый. Спасибо Вам.
  - А ты ешь, Степан Степанович ешь, поправляйся.
  - Я уже засыпаю от сытости.
  - Ложись, ложись, я тебе постелю на диване. В комнату Полины входить не будем, она может рассердиться.
  - Как она сердится, я в курсе, - подпел ей Степан Степанович.
  И действительно, он лег и заснул крепким сном.
  Любовь Сергеевна прикрыла его пледом и сама ела фрукты и смотрела то на спящего мужчину, то на телеэкран. Он проспал три часа, проснулся поздно вечером. Телевизор был выключен, хозяйка спала в своей комнате. Он встал, включил свет и телевизор, выпил водички и сел доедать фрукты. В голове его было пусто-пусто, как у сытого домашнего кота.
  Идиллия длилась до тех пор, пока у Любови Сергеевны не кончились деньги, выданные ей на питание Полиной перед отъездом в командировку. Сама она жила на пенсию и не работала. Любовь Сергеевна скормила все наличные деньги в виде самой разнообразной пищи.
  Степан Степанович отъелся, хорошо выглядел и был отглаженный до острых кромок. Деньги кончились, а Полина не приезжала. Квитанции на оплату полетели со всех сторон, а платить за коммунальные услуги было нечем. Полина не звонила и не приезжала. Мужчина денег не давал, он считал, что его кормят в оплату за сердечный приступ, который он испытал однажды по вине дочки Любови Сергеевны.
  
  Любовь Сергеевна не выдержала и спросила:
  - Степан Степанович, ты не мог бы заплатить за коммунальные услуги? Полина вернется - отдаст.
  - А если не вернется? - спросил он.
  От такого вопроса челюсть у женщины отвисла, и ей показалась, что за окном полетели желтые листья.
  - Денег у меня на еду для тебя тоже больше нет, кончились, - грустно добавила Любовь Сергеевна.
  - Мне самому надо платить за свою жизнь, - и он, взяв сумку с вещами, которые незаметно у него накопились, покинул негостеприимный дом.
  Любовь Сергеевна плюхнулась в кресло, фрукты уже не стояли на журнальном столике. Зато раздался звонок в дверь. Она бросилась открывать дверь, да споткнулась о тяжелый предмет на полу. Это Степан Степанович, уходя, гантели раскидал по квартире. В дверь звонили, но она не могла подняться. Она стала кричать. Но голос ее был тихим, и за двумя дверями ее не услышали и ушли.
  
  Полина с Амоном впали в медовую любовь. Все было отлично, пока не екнуло сердце Полины, ей показалось, что у матери возникли проблемы. Она позвонила домой, ей не ответили. Она позвонила Платону, тот обещал навестить ее маму. Вместе с соседями Платон открыл квартиру Любови Сергеевны, но было поздно. Она была мертва. О чем он и сообщил Полине. Полина сказала Амону, что ей надо срочно уехать.
  Он в порыве чувств, чтобы скрасить несчастье Полины своим благородством, подарил ей золотое колье. Она оценила его поступок, взяла подарок с собой, улетая на самолете домой. Амон вернулся к своей второй жене, так как она его вполне устраивала.
  К этому времени Степан Степанович основательно забыл, что его Любовь Сергеевна кормила, ему очень захотелось отведать ее кухню. Полина вернулась и погасила вопрос с деньгами. Приехал Степан Степанович к Полине, сел у сервировочного столика, придерживая руки в карманах.
  Увидела Полина его позу и рассмеялась:
  - Не бойся, я все баллончики выкинула, я совсем другая стала. Насмешил ты меня, после смерти мамы я еще так не смеялась.
  - Любовь Сергеевна умерла? - с отчаяньем в голосе спросил Степан Степанович.
  - Да, пока я была в командировке, она запнулась о тяжелые гантели и ударилась головой о пудовую гирю. Так и лежала, пока ее не нашли. Одного не пойму: зачем она вытащила эти тяжести?
  Степан Степанович втянул голову в плечи: это он железо вытащил и все пытался поднимать его в спортивной форме, выданной ему Любовью Сергеевной. Значит, никто не видел и не знает, что он тут был!
  Захотелось домой. Проскочила мысль, что Любовь Сергеевна бежала к двери, в которую он позвонил вскоре после своего ухода, чтобы зайти и убрать эти гантели и гирю. Ему показалась, что он слышал ее крик, но она ему не открыла. Он постоял, подождал и пошел домой.
  Проанализировав прежние события в этом доме, Степан Степанович неудержимо захотел домой, но Полина предложила поесть, и он не смог отказаться. Аппетит у них был отменный по различным обстоятельствам.
  Полина со Степаном Степановичем нашли общий язык, она его завлекла на ложе любви ложью, но постепенно они привыкли друг к другу. А он от сытой жизни никогда не отказывался. Они пошли на второй круг своих отношений.
  Оба они остались одни в своих квартирах.
  Полина изменилась, она уже не была неприступной крепостью. Она привыкла с Амоном к любви в круглосуточном режиме. Ей нужна была любовь! Степан Степанович диву давался от метаморфоз Полины, но спрашивать боялся или не хотел знать правды. Полина давала ему науку любви во всем ее проявлении и разнообразии образов.
  Они нашли друг друга.
  Вскоре Полина стала ощущать признаки наступающей беременности, она не сомневалось в том, что это ребенок Амона. Но кому это было интересно? На работе это вызвало прямой интерес руководства, ей сказали, что после родов три месяца отдохнет и выйдет на работу, взяв няню по уходу за ребенком.
  Времена изменились, и законы государства и действующие законы новой жизни не всегда друг другу соответствовали.
  Полина предложила мужчине остаться, она все еще пыталась найти отца для ребенка. А Степан Степанович, почувствовав свою вину перед Полиной, решил согласиться с ролью отца ее ребенка. Он тешил свое самолюбие тем, что ребенок будет его. На том и остановились, что его отчество будет носить ребенок Полины. Однако у него не было чувства будущего отцовства!
  Вот не было - и все!
  Чужая приехала из длительной командировки Полина, и вся ее страсть к нему была чужой, словно принадлежала не ему, а тому, кого она оставила не по своей воле, а по воле обстоятельств.
  
  Степан Степанович поехал навестить Ларису. Интересная мысль посетила его: ему показалось, что от Ларисы идут те же флюиды, что и от Полины. Эта мысль стала его преследовать.
  - Лариса, а кто был твой бывший любимый мужчина в стране Пирамид? Не Амон?
  - Амон. Я тебе разве не говорила о нем?
  - Ты имя не называла. У Полины будет от него ребенок.
  - Степан Степанович, что такое говоришь? Амон женат!
  - Раз женат, два женат, три не женат. Третья у него Полина, и она ждет ребенка от Амона, а мне говорит, что от меня.
  - Знаешь, мне снился сон, что Полина спала с Амоном.
  - Значит, это правда, - горько промолвил Степан Степанович. - Но водку с горя я пить не буду, но и к ней идти мне не хочется. Как это получается? И ты, и она, и он?
  - Не волнуйся. То, что ты Полину упустил, - твои проблемы.
  - Давай проще, я ее не упускал! Она меня к себе до этой командировки близко не подпускала! - в сердцах крикнул Степан Степанович.
  Полина получала больше денег, чем Степан Степанович, и могла себе позволить такую игрушку, как он. Можно сказать, благодаря лапше на ушах она притянула его за уши к отцовству. Он не смог отказаться от ребенка Полины. Намечалась нормальная семья. Девочка родилась с кожей несколько темнее родительской.
  Степан Степанович вообще был с белой кожей. Он дивился чудесам, но не до такой же степени! Его любимым занятием стало нытье по поводу того, что девочка не его. Полина в этом не сомневалась и придумала сказку, будто ее бабушка жила в Северной Африке. Что было лично с ней, она приписала своей бабушке.
  Степан Степанович от замаливания греха пищей растолстел, но неравномерно, что его не красило. К девочке он привык через три месяца. Она становилась симпатичным созданием. Он с гордостью говорил, что он ее отец.
  Полина поощряла его отцовство. Зная, что ей надо выходить на работу, она оставила его дома с дочкой. На помощь Полина наняла воспитательницу из детского сада, женщину средних лет.
  Так, втроем и по очереди они стали выращивать красивую девочку Инну со смуглой кожей.
  
  В Северной Африке в честь Дня образования республики выпустили на свет божий заключенных, среди них был родной брат Амона, Эскер. Он вел подвижный образ жизни и отличался непредвиденным поведением. Брат спросил у Амона:
  - Амон, где твоя девушка Лариса?
  - Лариса живет у себя дома, на Севере.
  Брат узнал, что у Амона была еще одна страстная любовь. По этому поводу он спросил:
  - Амон, а где моя племянница?
  - Ты о чем, брат?
  - Ты любил женщину Полину? Любил. У нее мог родиться ребенок, год прошел, а ты ее еще помнишь!
  - Я адреса ее не знаю, но его знает Лариса, можно через нее узнать, есть ли ребенок у женщины Полины.
  - Звони своей женщине, брат! Я должен знать своих племянников, хотя бы их число.
  Амон позвонил:
  - Лариса, у меня брат вернулся. Да, его выпустили. Ты ведь знаешь, он сидел из-за ревности. Брат спрашивает: нет ли у Полины ребенка?
  - Есть у нее ребенок, - ответила Лариса.
  - Кто?! - вскричал Амон.
  - Девочка! Инна.
  Амон на автомате отключил сотовый телефон:
  - Брат, у меня родилась дочь Инна!
  - Я все понял из твоих криков. Амон, ты живешь с бесплодной женщиной, а у третьей твоей женщины есть ребенок, и он растет без тебя. Плохо, брат.
  - Сам знаю, но они далеко от меня живут. Там очень холодно.
  - Я так насиделся на одном месте, что хочу посмотреть на племянницу!
  - А тебя выпустят из страны?
  - Я все сделаю. Дай адрес Ларисы, а Полину я найду.
  - Ты языка не знаешь.
  - Мало-мало выучил, пока сидел.
  - Брат, ты молодец. Посмотри на мою дочь. Я оплачу твою поездку.
  
  Лариса сидела в кресле и смотрела телевизор. В дверь позвонили. Она открыла дверь и увидела брата Амона, Эскера. Она его видела раньше.
  - Привет, Эскер! Заходи.
  - Здравствуй, Лариса!
  - Ты наш язык выучил?
  - Да, было дело, выучил.
  - Молодец! Проходи, садись.
  - Лариса, мне надо видеть женщину Полину, у нее дочь Амона.
  - Понятно, я так и подумала. Я позвоню, они сюда приедут.
  - Я сам к ней хочу зайти.
  - Отвезу, - сказала Лариса Эскеру.
  
  Полина не ожидала увидеть толпу новых родственников. Хорошо, что Степана Степановича и няни в этот момент дома не было. Маленькая Инна спала в кроватке в розоватой одежде.
  - Ай, какая красивая девочка! - прищелкнул языком Эскер.
  - Лариса, а он кто? - спросила тревожно Полина, накручивая волосы на руку.
  - Его зовут Эскер. Он - брат Амона, приехал посмотреть на племянницу.
  - А Амон не мог приехать? Посла прислал, - недовольно проговорила Полина.
  - Амон работает. Эскер отдыхает, - ответил ей мужчина.
  Пока дядя смотрел на малютку племянницу, Полина отвела Ларису на кухню.
  - Лариса, ты зачем его привела ко мне? Степан Степанович - официальный отец ребенка! Я столько сил положила, чтобы он привык к этой мысли!
  - Полина, Эскер приехал с мыслью увидеть племянницу. Как я могла удержать его?!
  - Да, он серьезный мужчина, - сказала Полина. - И с ним мне немного жутко.
  - Он посмотрит и уедет.
  - Ты думаешь? А если останется?!
  - Полина, я придумала! Я его трудоустрою! Я приведу его в свою фирму, его возьмут! - Лариса подумала, что по образу и подобию Эскера можно выпустить привидение фараона, но вслух этого она сказать не могла.
  Полина впала в размышления. Летнее затишье - славное время, если его правильно использовать. Погода и та балуется и шутит то солнцем, то ливнями и грозами. Насытившись впечатлениями и любовными утехами, можно приступать к их вспоминанию, поскольку больше ничего на короткое время не остается. Чувство удовлетворения всегда может закончиться обыкновенной ненавистью.
  А она чего хотела? Вечной любви от своего Амона? Если любовь и вечная, то эта вечность длится мгновения. Можно трупом лечь ради любимого мужчины, служить ему как последняя служанка. Готовить еду для него, как шеф-повар престижного ресторана. Ласкаться, как леди профессии номер один. Но любимый мужчина все забудет после полного изнеможения от любви. Вот когда зарождается ненависть! Когда любовь кончается! Нет, Платоническая любовь, может, еще и живет, но физическая любовь на короткий момент времени завершилась, и вполне успешно.
  Хорошо ли это? В момент завершения любви - безусловно, но через секунду после этого можно удирать от мужчины со скоростью света либо машины. Мужчина сыт заботой и любовью. Ему спать надо, ему не до нее, а проснется - вообще не вспомнит.
  Поэтому если хочется провести неделю рядом с любимым человеком, значит, неделю его надо слегка кормить, слегка любить. Разлука неизбежна после качественной любви. Тела больше не хотят соприкасаться. Глаза не хотят встречаться. Мобильные телефоны не перекликаются. Почта Всемирной паутины глохнет.
  Забвение после любви.
  Полину этот вопрос волновал давно. Она бесилась, страдала, переживала! Она не знала в чем ее вина перед любимым человеком. И почему ее бросают после хорошей любви?! Это ж надо - сколько лишних мучений было в ее жизни! Все просто, вот она - безграмотность в человеческой психологии! Вот почему одноразовые мужчины и женщины во все века пользовались популярностью и были необходимы обществу! Вот почему бывают любовники и любовницы! Все по пословице: сделал дело - гуляй смело!
  Но жены и мужья в такой момент вынуждены сосуществовать на одной территории, мало того, под присмотром родных людей. А это ведет к взаимным упрекам, которые естественны после любовного пресыщения. Лучший способ уйти от ссор - уйти на работу или в хобби или улететь куда подальше. Кошмар любви и от любви.
  Полина открыла компьютер. Ей надоели собственные мысли. В Сети зашел разговор об откате. Откат - это закат очередной работы. Или почему дом не ремонтируют. Если на освоение цели выделена сумма Х, а доходит до цели сумма 0.5Х, то цель не достигнута. Проще, есть три городских дома. В каждом доме живет население приличного населенного пункта. На ремонт домов выделена весьма определенная сумма начальнице ЖКХ. Сумма ей так понравилась, что она взяла ее себе в качестве отката, отдав деньги на покраску балконов. Балконы засветились серой краской. А где откат? На него начальница купила себе целый этаж квартир, сделав в них шикарный ремонт.
  Город всерьез взялся за облик своих домов. Дома покрылись новыми стенами, которые сдерживали холод и не пускали мороз в дом. В домах появились новые трубы, окна, двери. Кафель украсил пол. Город обновился за несколько лет. И только три дома стояли без ремонта и новой облицовки.
  Огромная, вытянутая по земному шару страна решила помечтать. И захотела страна обновить железную дорогу, сделать всего одну дорогу, но вдоль всей страны. Конечно, эта дорога была на карте, по ней ходили поезда. Но ливни, оползни, ветра и постоянная нещадная эксплуатация превратили дорогу в убогое зрелище.
  И появилась в мечтах страны дорога в несколько рельсовых полос, вдоль которой стоят хорошие дома, ветхость которых не надо прятать за зеленым пластиком изгородей. Дорога - это хорошо. Еще лучше, чтобы железную дорогу длиной в страну делали под руководством одного человека, который не построит себе личный город на доход с этой дороги.
  Надо просто сделать летнюю олимпиаду на Дальнем Востоке, и дороги сами построятся. Без стимула трудно совершать подвиги. Кто про что, а у Полины Степан Степанович из головы не выходил больше, чем вопрос об откате, к которому она не имеет отношения. Это они живут в тех трех домах, которые не ремонтируют. Это у их начальницы ЖКХ была хватка кондора, после такой хватки у нее оказался в личном пользовании целый этаж, а у остальных - серые дома без ремонта. Все, мысли о доме Полине надоели, а думать об Амоне она не могла и не хотела. Она нашла ему замену - Степана Степановича.
  
  Лариса уговорила Эскера покинуть дом Полины под предлогом, что девочка очень мала и ей нужен покой. Она, узнав, что ее сон об Амоне и Полине был в руку, почувствовала легкость в душе, а любовь и ревность улетучились. Работа ждала ее.
  Лариса предложила сделать фильм о прилете межзвездного корабля на берег реки Нил. В то время в стране правил фараон Эскер. Ларисе возразили, что фараона с таким именем история не знает.
  Она ответила, если история не знает, так пусть узнает. Сам Эскер всем понравился. Он был вылитый фараон в профиль. Нужно было сделать мистический фильм с набором существующей информации о вторжении инопланетной цивилизации. Эскера устроили в гостиницу. Фирма все расходы оплачивала.
  'Если взять Северную Африку без пирамид, то народ фильма не поймет', - так подумала Лариса и тут вспомнила о янтаре фараона. В ее голове возникло видение: желтый песок, яркое солнце. Потом она увидела Эскера, сидящего в чалме фараона на носилках, его несли к Нилу.
  По реке плыли длинные лодки, на них сидели инопланетяне - те самые, внешний вид которых Лариса уже разработала. Лодки были выполнены из легкого гофрированного сплава и отчаянно блестели в лучах солнца. На лодках были установлены желтые паруса. Огромные глаза пришельцев смотрели на мужчину, в нем они угадали властелина местной земли. Инопланетяне почтительно наклонили головы в знак почтения к фараону Эскеру и вновь стали смотреть вперед.
  Эскер удивленно и величественно спросил у советника:
  - Кто плывет по моей реке?
  Вместо ответа фараону показали на небо. Фараон с легкостью сошел с носилок, в нем появилась энергия, предвещающая изменения в стране.
  - Догнать! - сделал он повелительный жест, указывающий в сторону лодок инопланетян.
  - Невозможно, мой господин! - проговорил советник.
  - Возможно! Подать мне колесницу с желтым пергаментом!
  В колесницу запрягли шестерку лошадей, вместо полога над головой фараона поставили желтый парус.
  Ветер дул вдоль реки. Разлива воды в этот время года не было. Под парусом Эскер быстро поехал в ту сторону, куда уплыли лодки. Лошади бежали во всю прыть. Фараон хоть и не догнал лодки, зато покатался с ветерком.
  Пришельцы в летающей тарелке зависли над продвинутым фараоном Эскером, им понравилась его сообразительность. Эскер заметил странный объект над головой, излучающий потоки света. Фараон был столь любознательный, что даже не испугался. Ему льстило быть освещенным свыше.
  Эскеру понравилось играть фараона, он легко вошел в роль. Короткие фильмы с его участием то и дело мелькали на экране. Ему позвонил Амон и сказал, что вся страна Пирамид с удовольствием смотрит за приключениями фараона Эскера.
  Лариса задумалась над тем, что без женской роли любой фильм является научно-популярным. Потом она подумала, что кроме Клеопатры были и другие женщины на желтом небосклоне. Она вспомнила о дочери Амона. Девочка могла бы быть дочерью фараона.
  Где взять женщину на роль любимой женщины фараона? А чего здесь думать? Черные длинные волосы Полины и ее красивые черные глаза могли бы публике понравиться. И назвать ее надо царицей долины Нила.
  Неиспользованным оставался сам звездный корабль. Выбрали песчаное поле, на которое из космоса прилетал Буран, переодетый под межзвездный корабль. Корабль пришельцев пробегал по песку и останавливался, подняв песок в воздух. Когда песок оседал, был виден вездесущий фараон Эскер на колеснице с неизменным желтым парусом.
  Из межзвездного корабля выходила в золотистом костюме Полина. Ее голову украшал шлем типа головного убора фараона. На плечах ее лежал круг, украшенный самоцветными камнями. За ней ходила стайка инопланетян. Фараон Эскер глаз не мог оторвать от царицы инопланетян.
  После своего возвращения из северной Африки Полина впервые почувствовала себя хорошо, она стала забывать страстную любовь с Амоном. По существу, у них была страсть самая настоящая, но не умиротворенная любовь, а с Родионом - это вообще дружба в чистом виде. Она обожала небо за окном, эту шумящую листву, а песок ее не привлекал. Она от него устала.
  Каким ветром ее в Африку занесло? Попутным и беспутным ветром любви. Нет, не она влюбилась, это Амон в нее влюбился, да так, что и она повелась на его чувство. Они любили, они были счастливы, но очень короткое время.
  Солнце и смерть матери сказали любви 'нет', жизнь их разъединила просто и со вкусом.
  Амон не любил зимний холод, он его не понимал. И вот теперь Полине стало все равно, она стала забывать африканские страсти и жила со Степаном Степановичем, весьма спокойным человеком, который свои чувства еще не разморозил.
  
  Лариса после создания фильма об Эскере решила отдохнуть. Ей стало все безразлично, пусть сегодня, но ей безразлично состояние своих любовных дел. А что такого, если Платон не обладает большим любовным потенциалом, и с ним, как ни парься, все впустую.
  Лариса подумала, что состояние отдохнувшего душой и телом человека достигается не только сном, но и полной гармонией с жизнью, когда мозг перестают волновать все неприятности последних дней. Эти неприятности уже разложены по полочкам и пылятся до следующего нервного состояния или полной усталости.
  Погода за бортом обитания способствовала умиротворенности бытия. Это вчера было жарко в Северной Африке, это вчера был ливень и гроза, а сегодня - март и в погоде, и в душе, и в теле, что очень важно для общего отдыха. Она посмотрела на белесое небо, на пустую почту в Сети и даже вздыхать не стала.
  Тишина - она и в Африке тишина. Откуда она почерпнула африканские страсти? От верблюда, на котором она снималась. Она перекинула свои фотографии в мини-ноутбук, и он вполне мог представить ее африканскую любовь к Амону.
  Что Лариса узнал за последнее время? Что невольной причиной смерти матери Полины стал Степан Степанович. Он вытащил гантели, пудовую гирю и оставил их в середине комнаты на полу. Это он позвонил в дверь, и женщина бросилась открывать, но уже никогда больше ее не открыла. Догадалась ли об этом Полина, она не знает. А то, что Степан Степанович ходил к Любови Сергеевне, она и сама знала.
  Хотелось выяснить, настоящий ли янтарь фараона.
  Лариса спросила о янтаре у матери Платона, Инессы Евгеньевны. Она засмеялась и ответила:
  - Когда отец Платона делал мне предложение руки и сердца, он подарил мне кольцо. Я в это время ела вареную кукурузу и положила одно зерно кукурузы в коробку вместо кольца, а кольцо на палец надела. Я в шутку назвала это зерно 'Янтарь фараона'.
  Летающие блестящие снежинки - бальзам на душу и настроение. По краю асфальта под легким снегопадом Лариса могла идти и идти без всякой конкуренции: люди предпочитали ехать в машинах и в автобусах.
  Пусть едут. А она проходила по краю снегопада - пока она шла, аура очищалась, она возрождалась, набиралась астральных сил без всякого человеческого обмена энергиями. Сейчас модно искать крайнего в изъятии внутренней энергии, так вот, Лариса энергию брала из космоса летающих снежинок.
  А вчера она встретила долгий и продолжительный взгляд любимых глаз Платона. Дал ли этот взгляд дополнительную энергию? Неизвестно, но нечто человеческое - дал, остатки любви или начало новых отношений между ними. Кто бы знал, как она не хотела его любви в свое время, но потом привыкла, и он оказался снежным бальзамом ее души.
  Часть дороги весьма пустынна, хотя шоссе от ее дороги недалеко находилось. Однако в одном месте своего снежного пути Ларисе всегда было жутко: из-за этой внутренней жути ей иногда идти не хотелось по этому пути. У дороги находился выход теплоцентрали, точнее, выход колодца больших размеров, прикрытого решеткой. Сквозь решетку дул теплый воздух, поэтому на решетке часто лежал человек в драповом пальто. Остановка автобуса от его лежанки находилось метрах в двадцати, но этот человек всегда внушал ей ужас.
  В душе леденело, когда она по кромке дороги обходила лежбище этого человека. Недалеко от этого страшного места стояла фирма, ухоженная, украшенная, но до нее еще надо было дойти...
  Струйка крови ярко выделялась на белом фоне выпавшего снега. Лариса готова была пробежать бегом мимо страшного колодца, но краем глаза она увидела, что на решетке сидит не конь в драповом пальто. На решетке сидел Фома, рабочий с ее фирмы! Это был он! Лариса остановилась как вкопанная, с ужасом взирая на кровь Фомы.
  - Лариса, остановись, я ранен! - сказал Фома, держа руками ногу ниже колена.
  - Фома, какими судьбы ты здесь, да еще весь в крови? Скорую помощь или такси вызвать? - спросила Лариса, не зная, что делать в такой ситуации. - Кто тебя ранил?
  - Не поверишь, но я увидел тебя из автобуса одну среди снега, выскочил на остановке, решил подождать, сел на решетку, и в ногу мне вонзился острый предмет. Я вытащил из ноги металлическую шпильку, заточенную с двух сторон, одной стороной она была вставлена в этот колодец, а другой торчала, но сквозь снег я ее не заметил и напоролся.
  Фома показал Ларисе острую шпильку в крови. По телу Ларисы прошла дрожь. Совсем недавно она встречала такие острые черные шурупы, и эта шпилька была того же качества: острая и жесткая. Буквально два дня назад она, не думая о помощи, сама вбивала такой шуруп молотком в стену.
  Она била по шурупу с размахом, со всей силы, с ожесточением. Шурупы требовали вкручивания, но на это сил у нее не хватало. Шуруп вылетел из уголка с закрепленными на них лесками для сушки белья. Вылетел примитивный, жирный и мягкий шуруп, а вбила она вот такой острый, черный...
  Почему она испытывала ужас, но не испытывала жалости к мужчине? Ей не было его жалко, вероятно, потому, что еще живо его пренебрежительное отношение к ней. Остаточная деформация его унижений.
  Лариса пошла на свое рабочее место на заводе. Кто любит запахи парфюмерии, а она любила запахи механического цеха, запах станков, масла и стружки. Любила тихий гул работающих станков, любила рабочих за станками и технологов, их опекающих. Любила чертежи.
  Она шла мимо цехов, смотрела на станки, дышала заводскими запахами и насыщалась астральной энергией производства. Здесь производили новейшую технику. В эпицентре производства отличная аура.
  Ее рабочее место находилось дальше механического цеха, она поднималась на второй этаж, проходила длинный переход, соединяющий два здания, и оказывалась в здании, выполненном из листов неизвестно чего, но всегда холодном.
  Окна по периметру излучали холодный воздух из всех щелей. Здесь и сидели технологи и конструкторы, они - морозоустойчивые. Лариса не вынесла холода и в обед стала скатывать газеты в плоские трубки и втыкать их во все явные щели. Потеплело.
  Ее любимой прической стал парик, она его держала в тумбочке стола. Она приходила на работу, снимала шапку, надевала парик и работала. На работу лучше всего было приходить в пальто, в нем можно работать и даже чертить. Зато было всегда приятно от собственных ошибок или проблем на производстве.
  Можно было снять с себя пальто, надеть халат и идти в цех по вызову технолога. Во всех цехах значительно теплее, потому что установки и станки хорошо работают при определенной температуре.
  Шла Лариса в белом халате по переходу, а навстречу ей шел Фома, прихрамывая. Он посмотрел на нее и прошел мимо. Он вновь работает на основном производстве, и у него свои задачи. В данный момент они по работе не пересеклись. Лариса шла по вызову технолога механического цеха.
  На фрезерном станке последнего поколения обрабатывали корпус для сложного изделия, который ей был необходим в ее работе. Он был такой сложный и прихотливый, что фрезеровщик от гордости из себя выходил, так он был доволен поставленными допусками на чертеже. Чем меньше допуск, тем дороже изделие, что фрезеровщику выгодно.
  Фрезеровщик - элита в области оплаты, поэтому он получит в два-три раза больше Ларисы. Но Ларисе не обидно, ее отец был рабочим и получал всегда по верхней планке. А она конструктор, у нее оклад. Фрезеровщик Ларисе улыбнулся, в душе он был доволен изделием и своей работой. Как он любил свой станок! Не пересказать.
  Лариса подозвала к себе технолога, и они пошли на второй этаж разбираться с чертежами. Здесь стояла пара деревянных кульманов, на которых делали чертежи для доработок изделий. Технологи всегда держали себя важно и с большим достоинством, а Лариса ничего, она с ними соглашалась с небольшими уступками в допусках, размерах или материалах изделий.
  Лариса спустилась с пристройки второго этажа, ее перехватил другой технолог и с великой гордостью показал новый гигантский станок, познакомил с его особенностями, чтобы она в чертежах их учитывала, чтобы станок не простаивал.
  Охрана была в цене. В древнем городе, расположенном совсем недалеко, и то охрану уважали. Сейчас устали пользоваться охранной сигнализаций, охраной. А маленькие безобразники подрастают. Вчера они пришли из поселка, сорвали плоды с деревьев, искупались, где захотели, подожгли древний автомобиль. А охрана? Охрана смотрит телевизор на посту. Охранную сигнализацию совсем не используют в горной местности. В результате у домиков сломаны двери, и никуда информация об этом не поступала.
  Так и космический корабль привезли на старт и оставили до утра без присмотра. Любой маленький шалун мог сделать очень большую шалость. Мальчишки могут проникнуть во все щели Сети и во все дыры в заборах. Мальчишки - маленькая, но страшная сила, которая летом на каникулах от безделья все может выдумать, они дома могут подслушать старших и отомстить за что угодно в самой невероятной форме. Даже повлиять на запуск корабля с космодрома.
  'Нужно проверить с хвоста событий, - подумала Лариса. - Надо посмотреть ситуацию на космодроме, расположенном в степи. Насколько мне известно, космодром находится не в заповеднике, до него многие знают дорогу, попасть в город Байка можно на автобусе из технически умных городов, например, из города П. можно попасть в город Байку на автобусе, а там до ракет рукой подать'.
  На столе Лариса заметила знакомые детали, посмотрела, как их изготовили, и медленно ушла на свое место, за свой деревянный кульман. Только она села, взяла карандаш, как подошел разработчик. С ним она просмотрела еще раз устройство прибора и соответствие ему корпуса, который уже обрабатывался на фрезерном станке.
  Разработчик - красивый и умный мужчина, с любой точки зрения разработчики - просто умнейшие из умнейших людей. Лариса в них влюблялась с первой их умной фразы, с первого блеска глаз.
  Она любила с ними говорить о работе, и в очередной паре рождался очередной новый прибор. К Ларисе подошел Шеф и недовольно глянул на разработчика, но руку ему пожал. Разработчик ушел. Шеф добавил пару фраз в технические требования чертежа, сказал, что зайдет за Ларисой в конце рабочего дня, и ушел.
  Спокойно чертить Ларисе не дали, подошел умный заместитель главного технолога. У него появился заказ на уникальное изделие, они начали на кульмане прорисовывать габариты изделия и говорить о том, как его можно обработать и вообще сделать. Тут же подошла женщина из ОНС и сообщила об изменениях. Святое дело, изменения надо вносить в чертежи.
  Все же наступает момент, когда Лариса чертит на кульмане очередной чертеж. Час чертит. Два чертит. Затачивает карандаш, проводит тонкие и толстые линии. Циркуль делает в дереве дырочки. Все нормально. За окном темно, рабочий день подошел к концу. Шеф вышел Ларисе навстречу, и они поехали каждый к себе. Она вышла на своей остановке автобуса, посмотрела на плакат в книжном киоске и прошла мимо. Поворот, дорога, магазин, дом.
  Звонок. Голос шефа:
  - Лариса, я иду к тебе...
  - Нет.
  Она бросила трубку - и правильно, не хочет она его прихода, нет. Сама, лучше все сама, хотя надоело ей быть мужчиной в доме. Она вспомнила, как много мужчин на основном производстве и как мало их в ее домашней жизни, просто ноль, обычный ноль.
  Иногда она думала о том, что зря влезла в эту мужскую профессию, но сдаваться она не собиралась. Она решила пройти путь обаятельной и привлекательной женщины на производстве, что не хуже общения с королями и шахами. Рабочие будни к любви мало располагали, но еще существовала коварная пятница, в этот день возможны всплески чудес.
  Шеф явился к ней в пятницу вечером. Пышный букет подсказывал о его серьезных намерениях. Они смотрели друг на друга и не пылали любовью, что они, друг друга не видели? И тут из-под него вывернулся коврик. Как это произошло, непонятно, но он грохнулся на пол. Пес держал конец коврика в зубах и сверкал глазами:
  'Кто пришел к моей хозяйке?!' - спрашивал его свирепый взгляд.
  Лариса запрещала собаке лаять на гостей, но терпеть в доме мужчину собака не смогла. Букет при падении рассыпался. Шеф лежал в цветах. Пес выпустил конец коврика и важно ушел из прихожей в комнату. Шеф проводил пса злым взглядом, встал, нагнулся, собрал цветы. Его взгляд любви не выражал. Они ходили по квартире втроем. Пес урчал на мужчину, и он не выдержал: собрался и ушел до весны.
  Весной высыпали зеленые листочки на деревьях, и Шеф опять засверкал глазами в сторону Ларисы. Но засверкал не он один - засверкало озеро, к которому вся компания пришла делать шашлыки в устройствах для шашлыка с собственными дровами из магазина.
  Шашлык! Звучит хорошо, а весной еще и обладает тревожными чувствами пробуждения. Вот и Шеф пробудился. А соль - была. Шеф и Лариса смотрели вдаль на зеркальную поверхность озера и не думали в нее окунуться. Рано купаться. На полиэтиленовой скатерти появились дары магазина, на тарелках появился шашлык.
  Вино лилось из бумажных пакетов. Вытрясалась водка из бутылок. Хорошо! Правда, Лариса ради дезинфекции выпила пару глотков вина, то же сделал и Шеф. Они сидели трезвые и насыщались мясом.
  О! Мясо! Мясо и вино пошло гулять по жилам, а они пошли по краю озера в обратную сторону. Они немного заблудились и шли долго, очень долго. Они прошли поляну с ландышами. Ба! Они прекрасны - ландыши, конечно. Белые цветы.
  Пройти по краю поляны с ландышами! Здорово.
  
  Ларисе самой для финансового обеспечения всегда нужна была работа. Она сама себя привыкла обеспечивать. Она любила независимость, ей нравилось быть властной, подчиняться она не любила. Оставаясь официально работать на кафедре технического института, где она почти не получала денег, она нашла одну из первых частных фирм, которую возглавлял невысокий находчивый человек.
  Физический вес ее в этот период уменьшился килограмм на двадцать. Худая и стройная Лариса пришла в фирму и была принята на работу по своей специальности. Компьютеры в это время были еще слабые, и программы для черчения совершенными трудно было назвать. Пришлось вновь сесть за кульман. Ее руки с трудом переносили грифель, который постоянно сыпался с карандаша. Приходилось пальцы заматывать изоляционной лентой. Цех находился этажом ниже, так что удобства на работе существовали.
  Влюбиться в красивого парня или мужчину - это просто, влюбиться в некрасивого мужчину в заношенной одежде значительно труднее, но вполне возможно. Жизнь ей предоставила и такую возможность. Разработчик, с которым работала Лариса, был одновременно заместителем директора, потому что ему принадлежала половина фирмы. Она ни разу не назвала его по имени. На работе рядом с ней сидел именно он, вот он и был ее очередным инженером-разработчиком.
  Лариса - конструктор, она без разработчика не может работать, так все устроено в жизни. Он придумывал электрическую схему изделия в соответствии с желанием заказчика, а она разрабатывала конструкцию для изделия. Рабочий его стол стоял так, что к ней любой человек мог подойти только боком.
  Часто к Ларисе приходили мастера из цеха или технологи. Технологом был красивый и почтенный пожилой человек, а вот мастера менялись, место не совсем тихое. Один из мастеров был необыкновенно интересным мужчиной, своими карими глазами на нее он так смотрел, что трудно было не увлечься им, хотя бы в мыслях.
  Лариса случайно иль нарочно назвала мастера уменьшительным, ласковым именем...
  Разработчик после ухода мастера цеха подошел к Ларисе и вылил кипяток из ее чашки на нее!!!
  Случайно иль нарочно... Кипяток проник под одежду, ноги в верхней части сильно заболели. Она поехала домой, на ноге вздулся огромный волдырь, долго эта отметина болела.
  Разработчик любил слушать радио на работе, но чтобы песни звучали на чужом языке. Он считал, что знакомые слова от работы отвлекают, а иностранные нет. Музыка звучала над ее ухом как отголоски садизма, для нее это было слишком громко, но зато он считал, что громкая музыка спасает от прослушивания.
  Жизнь Ларису приучила не возражать мужчинам и их странностям. У ее нового шефа, то есть у разработчика, на столе стоял малахитовой набор для карандашей и ручек, и было еще одно развлечение: он читал газету 'Из рук в руки'. Искал он себе новую машину. Да, после ее прихода в эту фирму директор фирмы уже сменил машину, а его компаньон и зам еще нет.
  Зимой в дырявых кроссовках разработчик уехал на своей старой машине. Приезжает и рассказывает: купил себе новую машину и долго вокруг машины по снегу ходил, ноги промокли в старых кроссовках. У него были самые заношенные джинсы. Он создавал полное впечатление, что у него нет женщины, хотя его и опекала дама из отдела кадров.
  Только красавец директор мог взять в замы такого некрасивого разработчика, который бедным не был, но был странным, если не сказать больше.
  Что произошло дальше?
  На фирме сгорел большой электрический чайник в выходные дни, кто-то его не выключил, а выяснить, кто его оставил включенным, не удалось. Чайник уже перегорал и был принесен из ремонта разработчиком дней за пять до пожара, видимо, при ремонте чайник лишили предохранителя.
  Чайник сгорел уникально: без огня, но с большой копотью, словно работала установка для напыления сажи на все предметы. Все в большом офисе было покрыто ровным слоем сажи: потолок, стены, полы, столы и документы, не убранные со столов. Весь персонал фирмы заставили переодеться, принести предметы для мытья и отмывать все, что можно отмыть.
  Ларисе работать с тряпкой было легко, отмывая стены и предметы. Над потолком трудились мужчины. Только закончили копоть отмывать, как разработчик задел пожарную систему последним движением тряпки по потолку, тут же прибежала охрана здания, но в комнате последствия пожара были все смыты.
  В это время в соседнем офисе еще стояла оптическая установка, в которой для ее работы использовали алмаз специальной огранки, зажатый в дорогом держателе.
  Разработчик, разбирая эту установку и налаживая ее, дойдя до алмаза, его просто взял и положил себе в карман. Лариса видела всю установку и алмаз отдельно до того, как разработчик ее испортил окончательно, спрятав алмаз в собственном санузле.
  У Ларисы была другая история до знакомства с некрасивым разработчиком. Квартиру Ларисы затопили по всем стенам. Этажом выше уснул военный, приехавший из действующей армии, он выпил лишку. Это он открыл воду в ванной и уснул. Вода на двадцать сантиметров покрыла всю его квартиру, потом вода по стенкам стала опускаться вниз по этажам.
  Стиральные порошки растворились в воде, и пенная вода стекала по всем стенам квартиры Ларисы. Дома у нее никого не было, все работали и учились. Когда первый школьник пришел домой, то увидел водопады из люстр, струи воды по переключателям. Удивительно, что вся проводка была в воде, но все обошлось. Нашлись люди, которые позвали кого надо, и те вскрыли дверь. Они увидели спящего военного, и занялись нужным делом, то есть сами стали собирать воду с пола.
  Через три часа после ухода с этой фирмы Лариса пришла на большой завод. Позвонила с проходной по местному телефону, услышала красивый мужской голос, потом знакомый женский голос, ее узнали по словарям - переводчикам.
  Осталось оформить документы. В тот же день она вышла на другое место работы. Начальником отдела был необыкновенно красивый и умный мужчина, работать с ним было хорошо, но его быстро повысили и дали целый завод в подчинение, но в области.
  Попала Лариса в женский коллектив. Комната вся в цветах, картинах и кульманах. Пять женщин. Работа более чем интересная и достаточно сложная. Женщины-конструкторы - это особый клан, они работают с мужчинами.
  Зубы у всех женщин белые и ровные, фигуры стройные, характеры - мужские. Но пять женщин в одной узкой и длинной комнате - это очень серьезно. Через четыре месяца Лариса пересела в холодный зал без цветов и людей, здесь раньше было много конструкторов, но из-за холода в помещении и холода в экономике страны конструкторы исчезли, как мамонты, или разбрелись по работающим еще организациям.
  Окна КБ выходили на север, солнце сюда не заглядывало, малахитовая ель перед глазами за окном - это ее единственное развлечение. Через пару месяцев в этом помещении появились конструкторы-мужчины, пришли сразу четыре человека, но сели от Ларисы в отдалении на более теплом пяточке.
  Жизнь забурлила и бурлила года два, потом опять все стали уходить по другим фирмам. Все зависит от условий труда и зарплаты. Эта фирма настолько большая, что неповоротливость ее в новой экономике сказочно на людях не сказывалась.
  Станочный парк отменный, а все остальное в плане оргтехники не сразу появилось. Климат, 14 градусов тепла на рабочем месте, отрицательно сказался на здоровье, одним словом, в больницу ее увезли прямо с работы, после больницы ее уже ждали на другой фирме.
  Кто как, а Лариса в подростковом возрасте перечитала большое количество приключенческой литературы с легким налетом человеческих симпатий. Почему-то именно нетронутая любовь оставляла в ее душе следы призрачных чувств.
  По жизни ей на роду было написано заниматься спортом либо зарядкой, поэтому она была вынуждена ходить либо в спортивную секцию, либо в тренажерный зал, или в бассейн. Еще у нее был постоянный интерес к приключениям с детективными элементами, но без убийств, чтобы все было красиво и настроение не портило.
  Сама она - обычная молодая девушка со своей специальностью, хотя кому ее специальность интересна, пока по ней не пройдет вихрь приключений?!
  Итак, либо не так, а пошла Лариса очередной раз в спортивный клуб, расположенный на берегу крошечного пруда. Пруд напоминал огромную воронку с водой, по краям которой росла осока. Вдали виднелись новые невысокие здания.
  Периодически она слышала, как изнемогали железнодорожные рельсы от многотонных составов. А так здесь царила тишина. В соседнем лесу птицы пели и комары кусались. Она шла в спортивный клуб.
  
  Санаторий, принадлежащий заводу, где Лариса в это время работала, состоял из двухэтажных домиков застройки шестидесятых домов. Лечебный корпус встретил ее просторным холлом и велюровыми темными креслами. Медицинский администратор проверила санаторную карту и дала номер в лучшем корпусе. Большая комната ее вполне устраивала. Она приехали на 24 дня отдыхать и лечиться, ей надо было разогнать острые боли в спине, наследие конструкторской работы.
  Ноябрь в первых числах месяца снегом не баловал. Трава зеленела. Часть листьев еще висела на деревьях. Лечение выбрали минимальное, основное развлечение - бассейн через дорогу от корпуса обитания. День в санатории заполнен с утра до вечера, самое темное занятие - постоянно одеваться и раздеваться, сапоги снимать и надевать.
  Завтрак - оделась и пошла в столовую. Еды много. Потом надо одеться и идти в лечебный корпус, там пару раз раздеться до последней или предпоследней степени. Потом бежать в свой корпус, взять все для бассейна и опять раздеваться и одеваться.
  Из бассейна отнести в свою комнату вещи, повесить сушить полотенца и купальники, переодеться - и пора на обед.
  Перед обедом минут двадцать все прохаживались перед столовой. Собаки и коты занимали места у лестницы в столовую.
  Обед - замечательная еда, много и сытно, но все съесть - трудно. Фрукты часто берут в руки и выходят на свободу. В это время Лариса брала пустые пластмассовые бутылки и поливала в огромном холле столовой цветы. Зимний сад требовал ухода, но, видимо, штатной единицы для этого не было.
  И затем личное время: спи, отдыхай. Чаще в это время она занималась стихами, работала над ними.
  После тихого часа постепенно люди приходили в холл столовой, именно там стояли два теннисных стола, огромные шахматы и шашки и в отдельной комнате - бильярд.
  Ларису притягивал теннис. Скучно не было. Вечерами можно было в красивом холле смотреть телевизор, или кино в клубе, или приезжих артистов рассматривать из прохладного зала.
  Однажды Лариса упала на спрятанный под снежок лед. Она не просто упала, она засмотрелась на Ваню, который приехал ее навестить.
  Правую руку Ларисы пронзила страшная боль в месте сгиба кисти и руки, там тьма мелких жилок, и связок, и косточек. К врачу Лариса пошла не сразу, не верилось, что боль такая сильная после падения.
  Руку разминала с мазями, а потом пришла к врачу дежурному, ей наложили шину и сказали, что завтра на скорой помощи увезут в город делать снимок. Где это видано, что она поедет делать снимок?
  Нет, конечно, через день она сама сняла шину, размяла руку и стала играть в теннис. Партнеры - сильные. Рука заболела так, что пришлось бросить эту милую игру, которая украшалась партнерами. Она пошла в бассейн. Здесь резвились общие знакомые.
  Плавать с забинтованной рукой очень больно, но выйти из бассейна, поднимаясь по лестнице и держась за поручни, просто нереально.
  Но Лариса вышла из такой ситуации. Руку вечерами и в свободное время мяла и разминала с мазями для спины вопреки всем канонам гипса, потом заматывала бинтами. Рука болела достаточно долго, но на работу после санатория она вышла.
  Повреждена была правая рука, и чертить на кульмане надо правой рукой, а линии требовали яркие и четкие, а чертежи шкафов - большие. Больно, но руку забинтовывала и чертила.
  Лариса работала инженером на фирме. Наступило джинсовое лето. День осветился солнечной прохладой. Нормальное лето. Ничего необычного и интересного. Лариса с модельной стрижкой чувствовала себя уверенной, и жизнь стала спокойней.
  Она вышла из отрицательного состояния. Сейчас она была близка к полнейшему безразличию к происходящим вокруг нее событиям. Реальность, а если в ней сейчас странная полоса, то естественно, хочется уйти в зеркало искаженной действительности.
  Свое отражение в зеркале ее почти устраивает. Ее не устраивает отсутствие высоких материй без новых технологий. Нужно маленькое чудо.
  Пусть квартира сама придет в божеский вид, а то пыль мешает приятному состоянию. Но зеркало тут не поможет и надо действовать ручками или нанимать постороннего человека для домашнего труда.
  Проще. Погодите. Надо стереть зеленую пыль цветущих деревьев со всех поверхностей зеркала искаженной действительности...
  
  
  

Поземка и хризантема

  
  
  В середине декабря поземка крутилась на асфальте вдоль очень длинного стеклянного здания фирмы. Здание своим торцом стояло в ста метрах от монолитного памятника у шоссе, по которому в олимпийские времена часто ездили правительственные кавалькады, из-за этого машины скапливались под окнами здания. Люди высовывали свои любопытные носы в окна, чтобы посмотреть, как проедут черные и большие машины. В этом длинном, длинном здание обитали три фирмы.
  Лариса шла по поземке в демисезонном темно-синем пальто. Ее голову украшала серая вязаная шапка петельками по моде тех времен. Ветер кружил вокруг молодой женщины и слегка подталкивал ее вперед, к проходной средней фирмы. Она зашла в проходную, посмотрела на указатели. Нужная фирма располагалась справа.
  В отделе кадров в стопке бумаг нашли все ее документы. Ее проверили по всем статьям, теперь она могла выходить на работу. КБ находилось в тупике второго этажа. Она вошла в огромное помещение, в котором обитали три лаборатории без видимых перегородок. При входе в помещение сидела женщина и стучала на огромной пишущей машинке. Остальное пространство занимали кульманы, столы, стулья и люди на стульях.
  На Ларисе было надето платье серо-голубоватого цвета. Ей достался третий кульман от двери. Подошел начальник лаборатории Степан Степанович, дал Ларисе первую работу - нарисовать педаль для станка-автомата в четырех вариантах. Так и началась конструкторская жизнь Ларисы с вариантов конструкций.
  Стоять у кульмана приятно, но прорисовывать удобнее сидя. Посмотрев вокруг себя, она постепенно стала различать людей, сидящих рядом. Руководство на ее счастье сменило кульманы и мебель через месяц после ее выхода на работу.
  Из-за новой мебели все передвинулись в пространстве, а рядом с ней часто останавливался симпатичный Платон. Его вьющиеся волосы были коротко подстрижены, такая повальная мода у остальных мужчин настанет только через тридцать лет. Он приходил на работу в очень красивом джемпере, снимал его и укладывал аккуратно на тумбочку, надевал белый халат, и после этого с ним можно было говорить о работе.
  Платон по совместительству выполнял функции первого 'справочного бюро'. Если кому-нибудь что-нибудь было непонятно, то спрашивали у него, а если не знал он, то знали другие. Постепенно Лариса поняла, кто из сотрудников и на какие вопросы может ответить.
  Ларисе понравился шеф Степан Степанович, но он любил совсем другую женщину, он в ту пору был увлечен экономистом отдела Анной Андреевной. В душе Ларисы мелькала маленькая ревность, но она про нее быстро забыла. Общению на работе Анна Андреевна не мешала, этого Ларисе было вполне достаточно. У нее своих проблем было выше крыши от жизни с молодым и сильным мужчиной, тогда он работал в этой же фирме, но этажом выше.
  Мужчины это быстро поняли и часто подсмеивались, что стоило с Ларисой заговорить, как с третьего этажа прилетал ее молодой человек. Он сделал одну большую глупость - кроме своих прямых обязанностей по работе, его кто-то втянул в общественную работу, а этого делать было нельзя категорически. Он стал пунктуально выполнять свои общественные поручения, то есть проверять фирму на вредность условий труда.
  Аппаратуры было много, и многие установки излучали совсем не нужные человеку лучи и токи высокой частоты, вот он все параметры замерил и согласовал их с СЭС. Руководству фирмы исследования мужчины Ларисы не понравились, начались судебные тяжбы. Ему пришлось тяжко на работе, хоть он и был прав и суд подтвердил его правоту. Именно в этой фирме он оформил свои многочисленные заявки на изобретения по работе, но общественная работа нанесла непоправимый урон его основной работе.
  
  Недалеко от кульмана Ларисы находился стол Родиона. Он и был вторым 'справочным бюро' по непонятным вопросам, но она не злоупотребляла его знаниями. Кроме кульмана у конструктора были и другие инструменты для работы: циркуль, карандаш, ватман, логарифмическая линейка, транспортир, угольник.
  При входе в комнату сидела экономист Анна Андреевна, потрясающая женщина с белыми волосами, она диктовала поведение в комнате конструкторов, все хозяйственные вопросы решала она. У нее был поклонник - Степан Степанович. Их общеизвестная любовь приятно скрашивала рабочие дни. Дома у них были свои семьи, но на работе, они были семья.
  Вероятно, свое дальнейшее поведение Лариса копировала с экономиста Анны Андреевны, кроме одного - Лариса не умела продавать, чтобы жить лучше, чем не зарплату конструктора. В свое время Анна Андреевна и ее муж заработали деньги на кооперативную квартиру весьма странным образом.
  Она работала швеей дома, поскольку была портнихой от Бога, а на работе она была экономистом. Как-то раз ее муж, работая машинистом, привез ей лоскутков целый мешок, отходы одного швейного производства, которые ему надо было выбросить или, точнее, отвезти на свалку. Муж не выбросил отходы, а привез жене. В то время с купальниками в городе было плохо, а лето выдалось жарким.
  Анна Андреевна выкроила купальники из лоскутков, сшила и продала. Купальники ее производства покупали очень хорошо. Так и повелось: муж привозил домой мешки с отходами швейного производства, жена шила вечерами купальники, а в воскресенье ходила на рынок и продавала.
  Худо-бедно накопили они так на кооперативную квартиру, а потом и мебель купили хорошую, на кухню приобрели гарнитур из натурального дуба, или он был сделан из шпона под дуб, что, в общем-то, не имело значения. Вскоре кримплен вышел из моды, его перестали производить, и машинист поезда стал привозить домой меховые обрезки.
  
  Судьба послала Ларисе романтическую встречу на природе. Листья еще желтели, снега не было. Сияло солнце. Надо было конструкторскому отделу подготовить летнюю базу отдыха к зиме. К работе хорошо подготовились: стол ломился от еды и крепких спиртных напитков. На этот раз Лариса пришла в красной куртке, с ней рядом за столом сидел Платон в темно-синей куртке. Осенний холод согрели русской водкой. Костер сверкал огнем. Звучало танго. 'Ты промедлил темно-синий...'
  Напротив глаз Ларисы вновь сияли серые глаза Родиона. Она быстро попала в его объятия, в его огромные и крепкие руки под предлогом обычного танца. Красно - синяя пара, покинув танцплощадку у костра, ушла в сторону реки. Берег реки в объятиях желтой листвы деревьев, красная куртка - в сером окружении... Поцелуи вознесли их в серые небеса. Мир оказался оранжевым.
  Платон вернул Ларису на землю, он подошел к ней, они сели у костра. В чем основная разница между Платоном в темно-синей одежде и Родионом, разработчиком в светло-серой одежде? Платон - интеллектуал, он хорошо разбирался в конструкциях, в поэзии, в живописи.
  Он был нужен Ларисе, как университет многочисленных знаний. Поцелуи на берегу реки быстро не забывались, и появилась потребность писать стихи. В нем была мужская сила. Это был крупный, красивый голубоглазый инженер. Именно он стал для Ларисы на многие и многие годы объектом для физического притяжения.
  А что же Родион? Он пригласил Ларису в золотые дни бабьего лета поехать в ближайшую деревню на пикник. Она была в красной, а он в светло-серой одежде. Любовь платоническая у них продолжалась. Иногда он заходил в КБ к Ларисе показать, кто здесь хозяин.
  На Новый год сотрудники собрались на квартире у шефа, Степана Степановича в новой башне. Квартира большая, народу набралось прилично. Лариса не отказалась от приглашения. Она пришла в длинной черной юбке в пол, в белой блузке и с красной ажурной шалью на плечах, а в квартире не оказалось знакомых поклонников, ради которых она вырядилась.
  Все лица новые, хотя по работе и знакомые. Все снова? Да, в процессе празднования из толпы явно выделился один крупный мужчина, Степан Степанович, ее шеф. Танцы, они и на Новый год танцы, и танго соединило их души. Из квартиры в новой башне Степан Степанович и Лариса ушли вместе.
  Жили они в соседних кварталах, машина в таких случаях не нужна. Как они оказались на мосту, который находился в стороне от домов вообще не понятно! Степан Степанович стоял рядом с Ларисой, смотрел на проходящие поезда и все пытался чмокнуть ее в щечку.
  Шампанское, верный напиток мимолетной влюбленности, стал выветриваться из головы, мысли пришли в норму, и она настояла на дороге по домам. Кончилась ли на этом история? Пожалуй, нет. Бывают супружеские, гражданские браки. У Ларисы был брак дружественный. Что это значит? А кто его знает?!
  Летом фирме выделили землю под сады и огороды. Землю делил Степан Степанович, и от его щедрот участок Ларисы оказался намного больше, чем у других, но в конце сезона она вернула земельный участок фирме. Случайно или нарочно шеф после новогоднего праздника попал под напряжение тысячи вольт. Его откачали, спасли. Скорая помощь появилась вовремя.
  
  Яркое, июльское солнце пригревало спины людей, шедших с тяпками по грядкам с маленькими всходами свеклы. Рядом с Ларисой шла Анна Андреевна, которая была старше Ларисы. С другой стороны по своей грядке шел Платон, высокий мужчина с пышной шевелюрой и большими глазами. Эти глаза то обращались к своему соседу по грядке с другой стороны от себя, то постоянно смотрели в сторону Ларисы. Судьба их постоянно сводила. Вероятно, начинало действовать любимое проклятье Анны Андреевны: 'Чтоб ты, Лариса, влюбилась!'
  Желтый купальник, надетый на Ларису, очень привлекал внимание Платона, или тело в этом купальнике не давало ему покоя. Анна Андреевна, половшая свеклу рядом с Ларисой, стала вводить ее в курс женских дел конструкторского отделения, она была не из разговорчивых особ и просто решила предостеречь девушку от соседа с другой стороны грядки. Июль грел своим теплом, а мужчина своим взглядом. Анна Андреевна - охлаждала.
  Грядки закончились. Толпа со всех сторон ринулась одеваться и отправляться по домам. Платон предложил подвести Ларису на машине до ее дома. В его машину со всех сторон сели люди, которых он знал. Анна Андреевна с тревогой смотрела на молодую женщину, которая села в машину красивого мужчины.
  Машина проехала по проселочной дороге, потом выехали на знаменитое шоссе, по городу машина развезла всех сотрудников. Хозяин машины даже и не думал даму из машины выпускать. За последним человеком закрылась дверь. Машина на приличной скорости поехала в сторону речки.
  Платон был в своей стихии: скорость, еще раз скорость. Проехали пост автоинспекции достаточно медленно. Свернули с одной дороги на другую дорогу и оказались на берегу речки, которая за последние годы так обмелела, что трудно представить, где это было.
  Жизнь к тому времени Ларису научила выживать и с крупными мужчинами в борьбу не вступать, а Платон был высокий. Вылезли они из одежды до купальников и вошли в воду. Охлаждение не было длительным. Вскоре он сидел на берегу и говорил про свою дачу и вишню в саду. Потом они сели в машину и поехали по другой дороге. Машина неожиданно резко свернула в лес.
  Будучи относительно спокойной женщиной, Лариса не ожидала такой внезапной любовной атаки со стороны высокого и красивого человека, с которым уже давно встречалась, и никакой любви между ними особой не было. Между ними возник каскад любовных действий разгоряченных тел, и рук, и губ...
  Натиск был стремительным. Желание возникало мгновенно. Расслабление абсолютное. Видимо, здорово Платон на Ларису на грядке насмотрелся, он был готов к любви и к любовной игре. И все. Описывать подробно действия каждого смысла не имеет, этого будет мало для воспроизведения событий. Чувство оказалось огромным и быстро прошло. Все, осталось уехать домой, куда ее довольно быстро он отвез...
  Так у девушки появился любовник. Что дальше? Они вошли в зацепление чувствами. Женщины на работе изо всех сил говорили об опасности, что Лариса у Платона не из первого десятка.
  
  Цивилизация проникла в страну исподволь, захватив дороги автомобилями, руки телефонами всех систем. Снег падал и ничему не удивлялся. Он много видел на своем веку, переходя из воды в снег, от земли к небу. Он видел хорошие поступки и плохие.
  Снег падал на крыши дорогих авто, и на крыши машин эконом класс, делая их слегка похожими. У снега было хобби: мир выравнивать в цветовой гамме. Он любил белый свет и белый цвет - он снег, и этим все сказано.
  Лариса любила снег и понимала его. По снегу она могла определить температуру воздуха. Снег всегда разный, он бывает влажный и блестящий, а между этими состояниями можно наблюдать снежные полутона.
  А еще она любит мартовский снег, который всегда стремится к крупинкам, прежде чем растаять и стать водой. Сегодня снег был легкий, приятный. Ветер дул южный, слабый. Можно было остановиться минут на пять и наблюдать зимние пейзажи.
  Однажды в дверь Ларисы постучала соседка по лестничной площадке и предложила шапку из белой нутрии в виде горшка с отворотами и хорошо обработанную шкуру белой нутрии на воротник. Лариса тут же решила, что нутрию надо брать. Шапка имела жесткий каркас и точно подходила ей по размеру. Но где взять пальто, на которое можно пришить шкуру нутрии в виде воротника?
  У нее было демисезонное пальто зеленого цвета с длинным поясом, и с большим воротником. Лариса разрезала шкуру нутрии бритвой, сшила по центру ручным швом и сделала симметричный воротник, после чего пришила его на демисезонное пальто. Наряд получился необыкновенно яркий и жизнерадостный: белый мех на фоне ткани, но долго в такой яркой обнове ходить необыкновенно трудно.
  Лариса после яркого наряда купила себе черное пальто с длинным поясом и капюшоном, на котором по краю уместилась скромная темно-коричневая норка. Этот наряд не раздражал яркостью, но черный драп требовал постоянного ухода, поскольку собирал на себя весь летающий мусор.
  Постепенно пальто привыкло быть постоянно вывернутым наизнанку, когда его Лариса сдавала в гардероб или оно висело дома, так оно меньше собирало окружающий мусор.
  Именно в этом черном пальто на стройной фигуре у нее было максимальное число поклонников в виде мужчин-сослуживцев всех мастей.
  Или у нее был такой возраст, что ей хотелось повесить на себя табличку: 'Не влюбляться!'
  Мама Ларисы из-за рубежа привезла первые сто долларов в жизни и отдала дочери. Лариса поехала в магазин 'Березка' и купила светло-серые замшевые сапоги. Шапка из песца такого цвета у нее уже была. Над светло-серыми сапогами шествовал светло-серый костюм, если снять черное пальто. В светло-сером наряде она являлась в кафе, где обедал необыкновенно красивый мужчина, по его машине она определяла место его нахождения.
  Рядом с мужчиной она не садилась, но садилась так, что он не мог не оценить ее серый наряд. И мужчина сам нашел ее через пару дней. Это был разработчик цифровой аппаратуры Платон.
  
  Серебристые кроны деревьев. Темное зимнее утро. Липовая аллея. Аллея города. Чудо, какая она хорошая! Серебрятся от инея ветви лип. Голубоватые ели прикрыты пышным снежным покровом. Снег скрипит под ногами. Небо совершенно неопределенного цвета - темное и все, но как прекрасно идти по аллее, когда над головой до горизонта видны кружева серебристых крон деревьев! Спокойно бьется сердце.
  Вместо мучительных мыслей о работе в голове возникают песни.
  И Лариса поет:
  - Висит на заборе, колышется ветром...
  И все прекрасно. Мир светел и чист. Чудеса. И хочется ей в вальсе кружиться и радостно петь. Зачем сердечные капли? Надо только идти пешком на работу, и мир окрашивается в чудесные краски зимнего утра. Кружева серебристых крон удовлетворяют потребность в красоте на рабочий день. И вот она, работа!
  Но нет, мысли с неприятностями опять исподволь выползают из закоулков мозга. Вновь расцветают пышным букетом нервные мысли. Лариса даже решает уволиться! Но видения зимнего утра спасают ее! Незаметно для себя она втягивается в работу и уже с удовольствием читает местный технический перевод с немецкого языка. Мысли ее в работе. Все нормально.
  Спасибо великому актеру Райкину, благодаря его выступлению у фирмы есть Греческий зал в столовой. Чем зал примечателен? Любая очередь быстро и незаметно рассасывалась - это как чудо. Не надо думать о еде, 60 копеек в кассу и за всех все обдумал местный шеф-повар. Ларисе оставалось взять обед и сесть за прекрасный стол, достойный украсить любое кафе, а стулья здесь стояли такие тяжелые и добротные, что она согласна иметь их у себя дома.
  А публика? О, что здесь за публика! Это самые здоровые люди с предприятий. Это самые нетерпеливые люди. Это те, которым все надо быстро и сейчас. Какие здесь красивые мужчины и независимые женщины! Сколько здесь знакомых и совсем незнакомых людей! А глаза? Они так и светятся, они так и ищут объект для внимания! А вот и тот, из-за которого этот греческий зал кажется лучшим рестораном в мире! Свет очей, в котором мир преломляется.
  Лариса не видит окружающих людей, они ей совсем не мешают. У нее обед! И не беда, что на подносе разлиты щи, а тефтели под интересным соусом! Все мелочи! Сияющие глаза окупят все. А если нет глаз, которые ей сияют? Надо искать. Вон их сколько, ждущих и вопрошающих! И обед станет чудом!
  Именно в залах общепита происходили свиданья в обед. Лариса ушла уже из двух фирм, люди из которых обедали в этом огромном помещении, в котором было много раздач. Несколько плит-печей варили разную пищу для разных столовых. Мужчины остались в прежних фирмах, но здесь их можно было увидеть при необходимости.
  Высоцкий выступал пару лет назад в двух километрах от этой столовой. Лариса на концерты Высоцкого не ходила. Он приезжал выступать со своими концертами, и был рядом с длинным-длинным зданием. Кто не поленился - его слышали живого. Степан Степанович его слушал лично.
  На фирме дисциплина была железная, работы много, дорога от КБ до цехов на заводе была неблизкой. Лариса некоторое время сидела во втором ряду кульманов, потом пересела в первый ряд у окна. Но и здесь не обошлось без общественных работ. Часть конструкторского отделения как-то отправили с места работы на колхозные грядки для прополки свеклы. В добрые старые времена на колхозные грядки вывозили проветриться и поработать людей любых организаций и рангов.
  Через некоторое время Лариса почувствовала свободу от общения с людьми. Из окон фирмы хорошо просматривалось знаменитое шоссе, но однажды это счастье закончилось. В фирме появился новый директор, он купил вычислительные машины, тогда они были огромными, и выселил конструкторский отдел из длинного-длинного здания. В их комнатах поставили вычислительные машины, которые требовали хорошего помещения и ухода, но они быстро морально состарились.
  Но конструкторы к этому времени были выселены в здание на задворках, к которому приходилось ходить по грязной дороге. В качестве компенсации за неудобства директор в окна конструкторов поставил кондиционер, дующий прямолинейно кому-нибудь в ухо и по этой причине являющийся страшным раздражителем общества.
  Теперь, чтобы пойти в цех или столовую, надо было одеваться и идти по плохой дороге, все это мало радовало и отвлекало от работы.
  Начальник КБ заставил поставить столы так, что люди смотрели друг на друга, и только повернувшись к кульману, получали уединение в коллективе.
  Анна Андреевна, женщина мудрая, в своих руках держала распространение на работе туристических поездок. Она заметила внимание Платона к Ларисе, и от ее взгляда не укрылись их разговоры.
  Женщина решила, что надо закрепить их служебные отношения, дабы ее любимый Степан Степанович не увлекся еще и Ларисой. Анна Андреевна предложила Ларисе и Платону две путевки в Древний город. Они согласились...
  
  На желто-оранжевую листву падали липкие лохмотья снега. Люди вышли из остановившегося экскурсионного автобуса, ехавшего по федеральной трассе. Они смотрели на осеннюю погоду, природу и друг на друга. Природа напоминала Подмосковье в чистом виде.
  Рядом с Ларисой, одетой в красную куртку, на которой висели хвосты длинного темно-синего шарфа, быстро оказался высокий мужчина в темно-синей куртке - Платон. Лариса посмотрела Платона в глаза и перевела взгляд на носки своих блестящих черных сапог.
  Молодой человек что-то говорил, как будто сыпал мокрый снег на душу молодой женщины, которая вырвалась из домашней повседневности, и тут же оказалась в плену чужих желаний. Их поверхностное знакомство ни к чему не обязывало. Вкусы и привязанности Ларисы и Платона практически совпадали, их взаимная симпатия замечалась окружающими. Три дня им предстояло провести вместе. В длинном автобусе со шторами на окнах они сидели рядом. Звучала песня: 'Папа, подари мне куклу...' Как из простой симпатии рождается любовь? Оказывается, нужна экскурсия в новые места среди незнакомых людей. На экскурсию едут отдыхать, развеяться и узнать о стране и о себе.
  Остановка автобуса на Валдае оказалась сугубо исторической. Вот где берет начало Древняя Русь! Именно здесь у Ларисы возникло огромное и странное ощущение истории! Низкие каменные здания вызывали бурю неподдельных эмоций.
  Воздух исторического прошлого пропитывал приезжих и сжимал их в дружеских объятиях. Монастыри и церкви покоряли своей естественностью вместе с окружающей средой. Озеро поразило своей прозрачной гладью и большими гальками. Лариса чувствовала, что она находится не в Подмосковье, пронизанном современностью, перед ней простирался Его Величество Валдай!
  Мощь исторического прошлого вызывала восхищение. Старинный маленький музей мог продемонстрировать предметы старины и утвари. Темной отличительной особенностью музея и его гордостью неизменно считались и считаются озерные колокольчики. В ресторане, расположенном в каменном доме, на стол подали маленькие, но вкусные котлеты.
  Маленькие колокольчики можно было видеть и в музее, и в продаже. Они звонко звонили, и все звонче становились голоса при разговоре, появилась теплота в общении, вместе с теплыми котлетами. Следующая остановка у озера, большого и чистого.
  На катере всю экскурсионную группу переправили в монастырь. Идут двое в толпе, и это приятно, им рассказывают историю этих мест, а они рядом, и эта история становится волшебной. Хорошо! Небо ясное. Снег подтаивает на жухлой траве вокруг стены монастыря.
  Двое все спокойнее чувствуют себя рядом друг с другом. Просто рядом. Следующая остановка оказалась медовой. Народ ринулся на рынок вблизи Древнего Новгорода, куда не дошли в свое время люди хана. В руках у многих пассажиров автобуса оказался мед в сотах. Лариса впервые видела медовое чудо. Она сходила одна на рынок и купила такой мед.
  Разговор за разговором и автобус подвез людей к месту ночевки. Гостиница находилась рядом со стенами монастыря. Лариса и Платон пошли гулять по берегу озера, окантованного белыми стенами монастыря. Проваливаясь в холодном песке, все ближе прикасался темно-синий шарф к темно-синей куртке.
  Руки встретились. Губы встретились. Глаза - оттаяли. Платон по природе своей осторожный мужчина, лишнего себе в отношении Ларисы он не мог себе позволить. Она именно с этого момента стала писать стихи. Ночь прошла в разных комнатах. Весь следующий день был заполнен экскурсиями. Совершенно верно, что Валдай посетили до Великого Новгорода! Новгород - само историческое совершенство!
  Памятник Тысячелетию Россия завораживает и отпускает на просмотр исторических достопримечательностей города и его окрестностей. Соборы, церкви, колокола не давят своей значимостью, а возвышают туристов. Кованые ворота, церковная утварь не порабощают, а вдохновляют на новые свершения. Раскопки городища, берестяные грамоты приближают к книгам по истории, словно становишься их соавтором, а не учеником жизни. Впечатления от встречи с Древней Русью на фоне желтой листвы - самые положительные!
  Домой Лариса и Платон вернулись в меру влюбленные, с ощущением поцелуя на губах. Платон все свои чувства высказывал необыкновенно красиво, он писал стихи на листочках, вслух много не скажешь, кругом стояли другие кульманы и сидели конструктора.
  Лариса на память стихи о любви не знала и отвечала своими стихотворными строчками, которые на удивление быстро появлялись в ее голове в ответ на послания Платона. Стихотворная переписка не мешала работать, зато в голове не скапливались ненужные для работы мысли, а сразу реализованные, занимали минуты, а длительные часы были оставлены кульману.
  
  В КБ, где работали Платон и Лариса, разрабатывали оборудование для получения твердого материала. Чертежи были достаточно большие и сложные. Анна Андреевна постоянно наблюдала за парой влюбленных и тихо радовалась, что не она на месте Ларисы.
  Лариса с Анной Андреевной однажды поругалась, и в качестве женской ревности Анна Андреевна бросила проклятье:
  - Чтоб ты, Лариса, влюбилась!
  С этого момента все в жизни Ларисы покрылось новыми чувствами.
  Безоблачная голубизна небес пела о первом дне календарной весны, такая погода в этот день была однажды в выходной день. Лариса надела свои лыжные ботинки, еще выданные тренером во времена юности, взяла в руки лыжи тех же времен, палочки были новые, и отправилась на лыжах за железную дорогу, на горках кататься. Морозный снег, ослепленный солнцем, остался в душе, лучом лыжной прогулки.
  Идти сквозь заснеженный лес до горок было не просто приятно, Лариса испытывала истинное наслаждение от вида самой окружающей зимней атмосферы. Лыжи катили нормально, по дороге встречались лыжники всех возрастов. Чем дальше от жилых массивов, тем больше поваленных деревьев, но медведи по ним не бегают, на сваленных деревьях лежит слой снега всей зимы.
  Горки. Скатилась с них пару раз и достаточно, пора домой, в лесу автобусы не ходят, надой найти силы дойти домой на лыжах. Вот и весь спорт спустя годы после спортивной лыжни юности. Великий социализм вместе с лыжами уходил в далекое прошлое.
  Почему Великий? Фирмы были большие, люди работали, столовые работали, больничные работали. После обвала социализма, наступил реализм частных фирм. Больничные листы еще существуют, но если ты их возьмешь пару раз, то тебя элементарно уволят по любой маленькой причине, выращенной до размеров слона.
  В частных фирмах не любят больничные листы, не любят больных, не любят пропуски в работе. Пропуски в работе неизбежны, человек живет в борьбе с болезнями. А если ты заболел, хоть на один день, то уменьшенная зарплата и наказания, неизбежны. Так и работает Лариса. Для расчета пенсии выбраны годы, когда фирмы сваливались с катушек из-за постоянных финансовых обвалов страны.
  Лариса работала, но где искать те фирмы, которые перестали существовать не по ее вине? Так, что жизнь прекрасна и удивительна, как солнечный день в первый день календарной весны.
  
  На Анну Андреевну деньги свалились. Она стройная, худенькая женщина от природы, слегка возвышалась над остальными женщинами необыкновенно красивой обувью на каблуках, на ее плечах всегда красовался красивый мех в виде очередной шубки. Своей роскошной одеждой она брала верх за свой рост. Анна Андреевна к ацтекам отношения не имела, она разведенная, но не брошенная жена бывшего мужа. Люди так разводятся, чтобы быть богаче на одну квартиру. У них есть общий сын (его имя древнее, как сама земля), который часто сопровождал свою маму, одетую в очередную новую шубку из редкого и дорогого меха, до очередной подружки.
  Так вот, чтобы из сына вырос хороший охранник своей мамы и себя самого, его с первого класса возили на модную борьбу и года через четыре-пять у него был пояс весьма почетного цвета. Жить в ожидании новой квартиры крутым людям неимоверно скучно, и, прибедняясь, но не во всем, семья построила себе особнячок из трех этажей.
  Анна Андреевна в мебельных магазинах покупала спальные гарнитуры в новый дом, самые дорогие и красивые, все остальное соответствовало этим гарнитурам. Но при строительстве дома они выбрали самые модные трубы для сантехники, и вот когда гарнитуры заняли свое место и включили в доме отопление, модные трубы лопнули. Вода с завидной легкостью крутилась у ножек различных спальных мест. Пришлось перекрыть отопление и менять модные трубы на обычные трубы, но проверенные временем и многочисленными домами.
  Но есть и вторая сторона успеха, дома особняки стоят особняком и вдали от общественного транспорта, это заставляет женщин, обеспеченных мужчин садиться за руль собственной машины. Мужчина с большой легкостью покупает своей жене машину, чтобы она от него отцепилась, хоть ненадолго. Анна Андреевна была вынуждена идти и учиться на права. Естественно, права она получила, но очень скоро врезалась своей новенькой машиной в автомобиль мужа, когда пыталась рядом с его машиной поставить свою машину.
  Автомобили отправили в ремонт. После ремонта автомобилей, муж сам сел за руль и уехал, а Анна Андреевна ходила кругами вокруг машины, не решалась сесть за руль. Тогда она вызвала такси, и тем самым решила проблему перемещения в пространстве.
  Большой дом, большая уборка комнат, для нее, это выше ее сил. Пришлось нанимать приходящую домработницу. Так и живет Анна Андреевна в роскошной обстановке с мыслями, как бы сбросить с себя очередные заботы, которые из-за роскоши хорошо растут.
  Переключив все передачи, душа ее остановилась на чемпионате мира. Что ни говори, а крупные спортивные соревнования наполнены здоровой энергетикой. Все спортсмены уникальные, победители - это вообще представители земли, их физическая форма и содержание достойны звания Богов Земли.
  Анна Андреевна всегда любила смотреть соревнования по легкой атлетике, почему-то тройные прыжки ей больше всего импонировали. Последний раз она неудачно пробежала по проспекту на эстафете, задохнулась от самой себя, и с тех пор перешла в ранг обычного зрители.
  Совсем недавно она слышала о соревнованиях для любого возраста, но больше трех кругов по стадиону выдержать пока не может. Поэтому прямой эфир с беговой дорожки - это все. Как раз идет эстафета мужчин. Красавцы! Атлеты - высший класс! Торсы. Мышцы. Здоровые люди спортсмены. Приятно, что есть такие великолепные мужчины на чемпионате мира. И зрители молодцы, они пропитаны энергетикой здоровой мощи атлетов из легкой атлетики.
  Воспаленный от ненависти мозг придумывал сказки, спокойный мозг их забывал, и жизнь начиналась сначала в отблесках солнца или в каплях дождя. Анна Андреевна устала от ненависти, от горьких обид и воспоминаний.
  На ловца и зверь бежит. Попал в сети ее мужчина неопределенной наружности, неопределенного возраста. У него было хобби: он копил зеленые бумажки с портретами чужого президента. Бумажек этих у него скопилось несколько тысяч, но все они были закрыты его природной жадностью.
  Анне Андреевне его зеленые бумажки и не улыбнулись. Несколько встреч за ее счет слегка отвлекли, но совместного будущего не обещали. Они расстались и все. И все же у нее появилась некоторая уверенность в себе, а не пришибленность брошенной женщины.
  Очередной мужчина Анны Андреевны был беден и ездил на большой машине, и на других огромных машинах с шофером. У него было два трехэтажных дома и квартиры в разных местах. Сами понимаете, деньги на маленького сына и его роскошную мать с неба сыпались сильно ограниченно. У него был личный пансионат с озерами, но денег на женщину было мало. Комната была завалена вещами в сумках, но отправка тянулась уже месяц.
  Анна Андреевна теряла терпенье, это передавалось окружающим. Несколько лет назад верховные силы выделили роскошной женщине квартиру. Дом многоквартирный из кирпича с гаражом и магазинами. Дом появился на обложках журналов. Рядом с домом гаражи, детские площадки, светятся окна магазинов.
  В дом не прописывали. Жильцам разрешили делать ремонты по своему вкусу, заплатить за свет. Дом завис. Слухи разные, в том числе говорили, что убили хозяина дома и всех его близких родственников. Люди умные стали продавать квартиры, в которых не жили, и покупать в домах более простых. А красивая женщина Анна Андреевна так и не может въехать в квартиру кирпичного дома, хотя деньги давно в нее вложены. Дом стоит. Магазины работают.
  
  Деревянный стол был покрыт зеленым сукном, за столом сидел мужчина средних лет в темно-синем костюме и иногда смотрел на конструкторов, сидящих перед ним. Это был начальник КБ, член КП. Его сила управления основывалась на двадцати рублях в квартал, которые на общем собрании торжественно отдавали лучшему ударнику коммунистического труда.
  Были еще способы оплаты, но они исходили от главного инженера НИИ, и заключались в создании бригад для особо важных работ с оплатой в два оклада. Но такие бригады создавались по особо важным заданиям, например при создании орбитальной станции, необходимой для накопления топлива, при полетах на Луну.
  Люди работали по шесть дней в неделю. Работа была напряженная и ответственная. Те, кто был в бригаде, придумали развлечение: собирали больше денег на дни рождения и дарили друг другу хрусталь. Флюиды взаимной влюбленности не обошли Анну Андреевну стороной.
  Осенью все выходили собирать картошку с грядок на колхозном поле. И политика начальника КБ резко менялась, он забывал про работу, в голове у него вертелась одна мысль, которая в разных вариантах, выражала один смысл: Анна, будь моей женщиной. Разговоры были все настойчивее, его опека окружала ее со всех сторон. Вода камень точит.
  Однажды летом, когда у начальника КБ, то есть у Степана Степановича, не было дома домашних, а его машина стояла у дома, в квартире Анны Андреевны раздался звонок:
  - Анна, приезжай, ко мне! - И он сообщил ей свой адрес.
  Домашние дела у нее отошли в сторону. При входе в его квартиру ее поразило антикварное зеркало, все остальное в квартире было просто, чисто и без излишеств. Ах, ах, ах... Люди оказывается не только роботы-конструкторы, иногда человеческие чувства появляются и в них.
  О чем думала она, когда сюда ехала? Неизвестно.
  Работала она вместе с начальником КБ, и мыслей о посторонних отношениях в голове не держала. А тут он как-то быстро превратился из зрелого человека в безрассудного молодого человека. Плохо менять партнеров, и женщина уже обжигалась на этом, но как бабочка прилетела в новую историю.
  Одним словом, любовь произошла быстро, здорово, необыкновенно. В сексуальной жизни всегда есть место подвигу и ротозейству. От скоротечности неожиданной любви Анна Андреевна легла и не могла двинуться минут десять.
  Женщина осталась одна, без мужчин. Расплата была самой дорогой: женщина попала в интересное положение по полной программе с первого захода, с мужем у нее были свои средства защиты, а здесь она о любви и не думала.
  Нервное состояние в таких случаях самое ужасное. Надо было избавиться от этого. Организм, молодой и крепкий, ничего не хотел отдавать, идти к врачам смысла не имело.
  Все было понятно, Анна Андреевна молчала и никому ничего не говорила. Пила траву за травой, таблетки за таблетками и сорвала беременность. Состояние было ужасное, температура высокая. Вызвала врача. Врач, молодой мужчина, осмотрел ее и назвал заболевание - ангина. Несколько дней отлеживалась дома. Вышла на работу и опять молчит.
  Прошло больше года, и КБ опять послали собирать картошку.
  Начальник КБ собирал картофель рядом с Анной Андреевной. Слово за слово и она рассказала ему окончание летней, любовной истории. Он притих, стал болеть, ходить в рабочее время по врачам, деревянный стол с зеленым сукном, стал пустовать.
  Однажды от напряжения внутреннего и большого объема работы у нее свело левую часть тела. Она сидела и оттирала правой рукой левую часть тела. Выпила нитроглицерин, немного пришла в себя.
  Муж Анны Андреевны всего этого не знал, но не понятно, почему явно показывал свое враждебное отношение к начальнику КБ. Ножку он ему подставил, что ли, но начальник КБ долго хромал по этой земле. Несколько раз Анна Андреевна встречалась с Степаном Степановичем. Интересно, что в душе у нее к нему не было ни любви, ни ненависти. Так, краеугольный камень судьбы.
  По двери кто-то бил кулаком и ногами, шум стоял отчаянный.
  Двое - Анна Андреевна и Степан Степанович - лежали в уютной постели, и выходить на стук в дверь им явно не хотелось. Кто-то бил в дверь минут десять и ушел. Окна в квартире так расположены, что в окно не видно, кто вышел из подъезда. Женщина встала и пошла на кухню, на глаза попался складной нож приличных размеров на стиральной машине-автомате.
  Жизнь для Анны Андреевны принимала интересный оборот, вполне возможно, что по двери бил ее законный муж. Она как-то исподволь, но чаще и чаще стала уходить из дома и не куда-то, а в эту квартиру давно знакомого человека. Здесь не было особой радости, но дома с мужем ей было намного хуже.
  Муж проследил, куда жена ушла в темноте зимнего вечера. Жизнь шла обычным чередом в квартире Анны. А в личной квартире Степана Степановича все было чисто, красиво и немного пустынно. Анне немного здесь было прохладно, из-за того что он курил и открывал для проветривания окна. Не все ей в нем нравилось, но он был ее спасеньем в этот период жизни.
  Анна Андреевна привыкла к Степану Степановичу, но их сердца были свободны от любви, и только небольшие влюбленности омрачали или согревали их души.
  У них был винный роман. Он любил букет виноградных вин. Она любила его. Она покупала вино, и, заглушив свою совесть, летела к нему. Любовь зависела от качества вина, чем лучше вино, тем лучше любовь.
  Зачем Степан ей был нужен?
  У Анны был такой период в жизни, когда вокруг звенела пустота от неудовлетворенности жизнью. Мир был полон красок, а в ее душе жила серость его одежды.
  Вино убивало микробы во рту, и поцелуи становились безопасными, ангины после винных поцелуев не проявляли свою активность, а ей нужны были его поцелуи для получения состояния удовлетворенности жизнью.
  Анна любила огромное кресло, которое стояло у Степана в комнате, покрытое искусственным мехом под тигра.
  Кресло стояло в центе комнаты, и в нем вполне можно было сидеть и тянуть потихоньку из хрустального бокала виноградное вино.
  Вино играло в бокале, бокал можно было крутить в руке в лучах люстры из горного хрусталя.
  Степан не любил закрывать портьеры, на окнах висела прозрачная легкая ткань с блестками. Количество блесток к низу ткани резко возрастало, и они мирно уживались на красивом рисунке, как танцующие капли вина на дне хрустального бокала.
  Он мог долго и много говорить, он ждал ее, ему нужна была ее способность слушать, поддакивать и не перебивать ход его мыслей.
  Анна покорно слушала и играла с бокалом вина. Он с вином не играл, он пил вино, как гурман. Он чувствовал вино в бокале и испытывал истинное наслаждение от его вкуса.
  В доме у него всегда было вино.
  Ее задача заключалась в том, чтобы купить вино не только из нужного сорта винограда, не только знать страну-производителя вина, но еще не полениться и прочитать, где разлито по бутылкам это вино. О, как Степан следил за всем этим! Изучив все надписи на этикетке бутылки, он смотрел ее на просвет, он замечал даже, как приклеена этикетка и что на ней написано со стороны вина. Если что-то не так, то он начинал ворчать, и до любви дело не доходило.
  У Степана Степановича еще была странная особенность, Анна ему больше нравилась в брюках, чем в юбке. Ему нужны были ее накрашенные глаза и уложенные в прическу волосы, ему нравилось смотреть на ее ухоженное лицо и пить вино. Ему нравился вид преуспевающей женщины сквозь бокал с вином.
  Ее все устраивало, она ждала финиша винной церемонии - любви. Винная идиллия нарушалась ее длительностью, она начинала от нее уставать. И появилось разнообразие в их отношениях, появился третий нужный человек. Он нашел себе друга, теперь они пили вино втроем.
  Другу Степана Анна очень нравилась. Степан этим обстоятельством был очень доволен. Он издевался над ними. Анна ушла в ванную комнату, встала под душ и сама стала как бокал вина с капельками вина на стенках. Она появилась сияющая из ванной комнаты в аметистовом ожерелье.
  Степан пошел с Анной в другую комнату, оставив третьего человека с бокалом виноградного вина. Ой, как ему нравилось солить третьему, чтобы тот завидовал их любви! Он любил любить при слушателях его любви, его успеха, его мужской возможности.
  О! Чувство победы.
  Молодые люди отметили полноценной влюбленностью свою случайную встречу. После любви Степан исчез в снежной пелене жизни. Попытки Анны вернуть Степана, ставшего за один день близким человеком, не увенчались успехом. Нельзя сказать, что она его раньше не знала. Они были знакомы больше года. Они встречались по работе в официальной обстановке. Но знала она его плохо.
  
  Степан родился в центре столице. Его отец работал в издательстве газеты шофером и столяром. Мальчик был не бедным, не богатым. Мама, папа, брат, сестра дали ему полноценное детство. Жили они на первом этаже многоэтажного дома, куда редко заглядывало солнце. Зимой сугробы подступали к окнам, украшенным морозными узорами. Жаловаться ему было не на что.
  Он рос худощавым, симпатичным пареньком, поэтому он пошел не в хоккей, где лица закрыты масками, а на бальные танцы. На танцах Степан познакомился с тоненькой девочкой маленького роста. Они хорошо смотрелись на сцене, но в жизни она смотрелась хуже. Он высокий. Она очень маленькая без каблуков. Жизнь и танцы - две большие разницы.
  Маленьким девушкам чаще, чем большим, нужна помощь мужчин. Например, чтобы шторы повесить, или принести продукты, или сдвинуть мебель с места. Танцевали они, танцевали и поженились. Через некоторое время его родители умерли. Им досталась одна комната на троих.
  Братья и сестра вели себя хорошо при живых родителях, а после их смерти квартира стала коммунальной. Степан не выдержал семейного разлада первым. Обладая хорошей памятью и способностями, он окончил технический институт и поехал работать в новый район столицы за квартиру. День его был занят дорогой, работой, а дома он был только вечером и ночью.
  Его миниатюрная жена сама разбиралась с его братом и сестрой, встречаясь с ними на общей кухне. Степан в электричке читал книги, учил стихи или английский язык. Его лицо носило интеллектуальный отпечаток прочитанной им литературы. Удивительно, но с годами он становился красивее, утонченней и, конечно, умнее.
  Стройность, но не худощавость притягивали женские взгляды. Он не пил, не курил, говорил красиво. Общение с ним для любой женщины было радостью. Тонкие черты лица, огромные глаза, легкий полет волос - волшебный мужчина.
  Первой на новой работе в него влюбилась яркая блондинка с ровно подстриженными волосами. У нее была дочка и больной муж. Это была худощавая женщина, чуть ниже Степана ростом. Работали они в соседних лабораториях и их встречи имели чисто рабочий характер.
  Но постепенно женщины стали поговаривать, что они встречаются и вне работы. Между ними веяло близостью. Поэтому для всех женщин отдела Степан перестал существовать. Если у мужчины есть жена и любовница то, что с него еще можно взять?
  Степан любил и ценил свою семью. Он свято отдавал жене заработную плату ведущего инженера, он ради семьи практически не был дома. Ну и что, что он встречался с еще одной женщиной? Он дома не мешал никому в это время.
  Итак, он уже мог изменять, превознося измену в ранг своего достоинства, или жертвы для своей семьи, чтобы не стеснять их своим присутствием. Так прошло пару лет.
  
  Лариса пришла на работу в лабораторию, где работал Степан Степанович. Что тут говорить? На самом деле она его не сразу и заметила. Женщина всегда замечает того, кто занимает высшую ступеньку в коллективе. Правильно, она заметила начальника лаборатории - шефа. С ним очень легко было общаться по работе.
  Шеф, Степан Степанович, был чуть выше ее, чуть полнее, смешливее и при этом весьма умным человеком в своей области. У него существовало правило: до трех часов дня никаких личных разговоров и переговоров. В три часа разрешался чай и анекдоты, и опять работа. Очень комфортная для работы обстановка.
  Для поощрения сотрудников существовала доска почета. Лицо Ларисы стало на ней постоянно появляться. И все было хорошо до поры до времени, пока она не увлеклась Платоном в день всех влюбленных. И он исчез. Снег. Холод. Темно. А его нет нигде. Дома нет. На работе нет. Тишина.
  День влюбленных отметили у Ларисы дома всей лабораторией. Хорошо посидели, потанцевали, разошлись по домам, но один человек из компании исчез.
  Когда все разошлись по домам, Платон вернулся к Ларисе для продолжения банкета. Но вернулся не он один, вернулся и шеф, забывший ключи в кресле.
  Лариса оказалась в щекотливой ситуации. Но шеф спокойно забрал свои ключи и удалился. А Платон остался, объясняя ситуацию расписанием электричек. В день влюбленных они без любви не обошлись, поэтому Платон спешил на последнюю электричку.
  А как он на электричку спешил?
  Из своих родных и близких людей очередной изменой он насолил: жене, любовнице-блондинке и шефу, которому нравилась и блондинка, и Лариса. Вкусы у них были одинаковые.
  Остался вопрос: куда исчез Платон?
  Платон пошел на электричку, но не дошел. По дороге его встретил Степан Степанович. Они поговорили. Их разговор видела ревнивая блондинка, которая ждала возвращения Платона от Ларисы. Она знала о празднике, но ее на него никто не приглашал. У блондинки была связь с шефом еще до Платона.
  Почему? Муж у нее был лежачий больной, и она искала чувства на стороне.
  Может, все дело в блондинке? Если бы ни она, то не было бы измен у приличных мужчин? Что было, то было. Мало того, в эту игру втянули и Ларису, и одного игрока потеряли.
  Следующие дни на работе протекали обычно, если не считать отсутствия одного ведущего инженера. Его разработка одиноко висела на доске. О нем вспомнила табельщица, она решила, что Платон заболел. Все так и решили, что человек заболел. Коллектив в массе своей очень тактичный. Все шито-крыто, ни у кого никаких сомнений не возникло, пока не зазвонил телефон.
  Позвонила жена Платона. Она просила позвать его к телефону. Ей ответили, что он заболел. Она не поняла ответа табельщицы. Стали выяснять суть дело и запутались окончательно. Шеф взял трубку и сказал, что видел Платона, как тот уходил в сторону станции.
  Через пару дней в лаборатории почувствовали отсутствие одной умной головы. Ларисе пришлось делать работу за Платона. Потом ее шеф послал на неделю в командировку в другой город.
  В отсутствии Ларисы на работе был следователь. Он искал следы Платона по просьбе его жены. Но он ничего не понял и закрыл дело. Внешне в отделе дела шли хорошо, все люди были толковые и семейные. Найти измены в дружном коллективе практически невозможно. Врагов у Платона не было в принципе, он был слишком умный и тактичный.
  Но человека не было.
  
  Лариса вернулась из командировки, и никто ей ничего не сказал о следователе. Блондинка стала проявлять к ней свой бубновый интерес. Две молодые женщины после трех часов дня стали разговаривать о женских делах. Так они отводили душу и свою тоску о Платоне.
  Любой человек постепенно забывается, даже очень любимый. Пусть с болью в сердце, с нервами, но забывается. Только лист с последней работой Платона продолжал висеть на его доске. А это был серьезный заказ, и он забирал все умственные способности Ларисы и шефа.
  Что они делали?
  Что-то очень серьезное. О шпионах в таких делах думать не принято.
  Больше всех тосковала блондинка, работа у нее была такая, что оставляла мысли в свободном полете. И еще, у блондинки была дача, на которой она и встречалась с Платоном. Заметьте, Платона к Ларисе никто не приписывал, он лишь однажды у нее задержался, и то его шеф на улице дождался. То есть Лариса успела влюбиться, но до большой любви не дошла.
  Итак, блондинка.
  На выходные блондинка поехала на дачу, сердце ее туда позвало. Нет, Платона она не увидела. Ей просто показалось, что на даче кто-то был. Она тщательно уничтожила все следы пребывания Платона, которые они оставляли вдвоем. Пропал секретный разработчик.
  Блондинка ревела на даче довольно долго, ее никто не утешал. Она сама успокоилась. Вечером вышла на крыльцо и увидела свет в соседних окнах. На выходные кто-то приехал отдохнуть, - подумала она и вернулась в свой дом.
  Блондинку звали Людмила. Она родилась в семье военного, одно время они много ездили, жили за границей. У нее было много золота серьезной пробы. С мужем только ей не повезло, заболел и лежал дома. Когда приходила его мать, то Людмила уезжала на дачу.
  Людмила звезд с неба не хватала, окончила техникум и работала на подхвате у разработчиков, выполняя качественно свою работу. Утром Людмила обнаружила, что свет у соседей продолжает гореть. Она пошла в дом соседей, дверь оказалась прикрытой. Она вошла в дом и увидела Платона.
  Прошло две недели со дня его исчезновения. Он был бледный, если не синий, но живой. Он лежал на постели и смотрел на Веру, но ничего не говорил. Говорила она много и без толку, пытаясь его поднять. Но сил не хватило. Он оказался тяжелым, хоть и худым. И она вдруг поняла, что у него случилась та же болезнь, что и у мужа! Платон превратился в лежачего больного!
  Он рассказал, что от Ларисы пошел в сторону станции, встретил шефа. Они поговорили. Шеф, как и Платон, после праздника был навеселе, но сами по себе они были невеселыми. У шефа в глазах сверкали искры, отдавать Ларису Платону он не хотел.
  Они крупно поговорили о морали и человеческих отношениях. В голове у Платона рубильник отключил светлые мысли. Он, чувствуя, что может быть уволенным и остаться без новой квартиры из-за своих отношений с Людмилой и наметившихся отношений с Ларисой, помутился разумом или в его мозгах забулькало выпитое вино.
  Платон сел на электричку, но перепутал направление и был вынужден выйти на остановке, где находилась дача Людмилы. Платон не смог открыть дом, но случайно увидел, где соседи прячут ключи, и пошел к соседям. Утром он почувствовал, что ноги его не слушают. Дальше - больше. Ему становилось все хуже под общие угрызения совести.
  Людмила знала, что такая болезнь практически не излечима. Нет, она никого не хотела заразить, это только сейчас она поняла, что причиной болезни Платона является она. Ее мужа проверили полностью, но никакой заразной болезни не обнаружили. Хотя люди не все еще знают о степени передачи болезней. Или Людмила зря причислила плохое состояние Платона на свой счет.
  Людмила нашла Платона, но на работе ничего о нем не сказала. Она перенесла его на свою дачу и лечила лекарствами своего мужа. Для тепла включила пару обогревателей и ездила к нему через день. На работе его практически не вспоминали.
  О Платоне вспоминала Лариса, но вслух слов на эту тему не произносила. То, что Людмила часто стала ездить на дачу, заметил шеф. Он знал ее повадки и заметил постоянную усталость, нервозность, раздражительность. Если красивая женщина перестает смотреть на мужчин и увядает, это становится для них заметным.
  Шеф проследил за Людмилой после работы, он поехал той же электричкой, вышел на ее остановке. Она его не заметила, так была погружена в свои мысли, неся в руках две увесистые сумки. Нарочно не придумаешь, Платона на этот раз в доме не было. Людмила сбросила на снег сумки и завыла.
  Тут подошел к ней шеф и спросил:
  - Людмила, зачем на Луну воешь? Это дело волков.
  - Платон исчез! - сквозь слезы проговорила она.
  - Платон исчез давно, уж месяц прошел, - заметил шеф.
  - Он жил в этом доме последние две недели.
  - Я заметил твои поездки, но и предположить не мог, что ты Платона скрываешь!
  - Я его не скрывала! Он был болен, он не мог ходить!
  - Слабо было вызвать врача?
  - Это деревня, здесь врачи не особо разъезжают.
  - Мне ты могла сказать? Зачем такую тяжесть в себе держала?
  - Я нашла его через две недели после его исчезновения у соседей на даче. Он к ним сам залез в дом.
  Шеф ее уже не слышал, он посмотрел ту сторону, куда потянулись следы от домика. Темнело быстро. Следы растаяли в темноте.
  - Собаку с проводником надо пригласить, - промолвил шеф.
  От его слов Людмила разревелась еще больше.
  - Он слабый, он в сугробе замерзнет, - пролепетала она сквозь слезы.
  - Вот бабы! Платону проходу не давали, а теперь ноют по углам.
  - Людмила давай покричим: 'Платон' - в один голос.
  Они кричали, кричали, но в ответ услышали дачную тишину.
  Это сегодня за Людмилой поехал шеф, а двумя днями раньше за ней поехала Лариса, она знала о поездках блондинки в сторону дачи и помогала ей продукты покупать и лекарства. Поскольку Людмила до конца ничего не говорила, то Лариса решила за ней последить. Но следила она только до электрички, дорогу на дачу она знала.
  Лариса знала, что Людмила ездит на дачу через день. Поэтому за день до приезда шефа именно она вывезла с дачи Платона и отвезла его в больницу, а из больницы врачи сообщили его жене, где он лежит. Лариса не сочла нужным говорить об этом Вере и шефу. Жена Платона на них очень была обижена и ничего не сказала шефу о том, что Платон нашелся в больнице.
  Прошла неделя, вторая. На третью неделю Платон стал подниматься, потом стал ходить, его выписали домой. Дома у него было так тесно, что ему захотелось на работу, где он не был почти два месяца. Ситуация! Его больничный не закрывал все время его отсутствия. Но этот вопрос решили другим путем, и Платон вернулся на работу.
  Что с ним было? Болел человек.
  Шеф загрузил работой ведущего инженера. Дамы поутихли. Платон старался ни с кем не разговаривать, сидел тихо и работал.
  Лариса хорошо знала Анну Андреевну, эта женщина могла быть бедной и богатой одновременно. Деньги она могла делать из воздуха, неприятности черпать из отношений с мужчинами. Работала она странно, но ее никогда не увольняли.
  Страшное чувство возникало тогда, когда Анна испытывала страх в присутствии мужа, и такое чувство редкостью для нее не являлось. Она прятала ножи, она боялась сказать ему слово поперек, она выполняла все его прихоти, терпела его любовь. А любовь бывает приятной и садистской в исполнении одного и того же человека. На протяжении совместной жизни каскад страха и унижений менялся.
  Любовь воспринималась как адское наказание, в таких случаях самое большое ее желание - прекратить садистскую любовь. И самое большое желание - остаться одной.
  Помните святые слова из песни: 'Женщине из высшего общества трудно избежать одиночества'? Чем выше женщина стоит на социальной ступени, тем большей свободой она обладает. Есть редкие супружеские пары, в которых жизнь гармонична и не содержит садизма. Но в таких парах есть чья-то мудрая хитрость, которая все держит в рамках приличия. В период революции и после нее существовал анекдот: 'Белые придут - грабят, красные придут - грабят'.
  У женщины, когда она в расцвете лет, бывает такое: один придет - любит, второй придет - любит. Не отбиваться же от каждого физически? А мужики лезут. У Анны в таких случаях появлялся страх загнанности: кого больше бояться? По поводу социальной ступени. Что это такое? Она не определяется структурой государства. Это не значит, если Анна замужем, то стоит на самой высокой социальной ступени. А если муж - садист в любви, высокомерен в отношениях и просто подвластен другой женщине? Очень тонкий момент. Тогда принцессы и прочие дамы существовали в затравленном состоянии.
  Так что тогда высшее общество? Это точно не там, где большие деньги. Где очень большие деньги, там большие страсти и криминал неизбежен. Ревность - страшная штука в таких местах. Где ступенька для женщины, на которой ей ничего не грозит? Быть сотой в очередь на любовь в гареме? Старость? Нет, и она не спасает ни от любви, ни от социальных проблем, ни от насилия. Где женский рай? На небесах? Об этом не стоит говорить.
  Анна стала рассуждать, чем знаменит Бонд. Он всегда побеждал, он всегда положительный герой, совершающий отрицательные поступки. А муж - Бонд наизнанку. Он уходит от погони, он наказывает тех, кто ему мешает. Почему он попадает в переделки? У него нет терпения, и его благоразумие носит относительный характер.
  Анну интересовала жизнь на земле, но безопасная для женщины. Ой, ой, как трудно быть женщиной! Сказать по секрету, где хорошо? Мужчины обидятся. Хорошо после развода, как после грозы, но остается чувство потаенной обиды. И это не панацея.
  
  Солнце светило. Золотая осень за окном. Погода плюс два градуса. В длинном здании на шестом этаже находилось конструкторское бюро. Оно занимало длинное помещение, в котором в три ряда стояли обыкновенные деревянные кульманы. Окна здания огромные, мало того, они могли открываться, чем непременно производили много врагов выяснениями: кому и куда дует ветер. В этом зале находились три лаборатории и кабинет начальника отдела.
  В этот кабинет и приехал молодой и шустрый заместитель главного инженера большого завода. Звали его Николай, рост 180, стройный, волосы тонкие, темные, голова небольшая, но умная. Он был одет в костюм и черную рубашку.
  Вопрос шел о разъемах, точнее прямоугольных соединителях. Николай постоянно добывал золото для контактов, а его не давали. Лариса и Николай участвовали в одной разработке, разрабатывали одни изделия, третьими были инженеры с республики, где есть необычное радио юмора.
  Общая работа связывала три страны, аналоги прямоугольных соединителей гуляли по свету, но изготовить свое изделие всегда не просто, даже если кто-то в какой-то стране на это потратил десятилетия.
  Соединители чертили, изготавливали и испытывали три организации. И люди, сопровождающие эти процессы, ездили по свету и иногда по пути заезжали в фирму. Так получалось, что все пытались с Ларисой заигрывать, хотя это мало кому удавалось, но Николай превзошел всех, его волновала одна мысль: почему Лариса нравится всем мужчинам? Он решил всех обойти.
  Первая его просьба была простая для многих, но не для нее:
  - Лариса, пойдем в ресторан 'Темный лес'. И они пошли, но не в ресторан, а на прогулку в лес. За рестораном погуляли среди снежных елей, поговорили.
  Следующий приезд Николая огласился звонками на весь отдел: он просил ее приехать в столицу, в великолепную гостиницу с шикарным номером, где он ее ждал, так как приехал на съезд великих людей.
  Лето было за окном. Она оделась при полном параде: юбка, изящная обувь на высоком каблуке. Фигура в норме. Едет Лариса по нейтральной дороге до развилки дорог: одна дорога на работу, другая дорога в гостиницу к Коле. Рядом как из-под земли появился Платон, ему уже напели про звонки Николая.
  Понятно, Лариса с Платоном поехали в свою фирму, хоть и разные у них были отделы к этому времени, но это спасло ее на этот раз. Звонки гремели по отделу из телефона в телефон, а она сидела за своим кульманом и чертила свои вечные чертежи, Лариса работала инженером-конструктором первой категории нестандартного оборудования.
  На следующий день Николай вновь был в отделе, но Ларису в сторону гостиницы не сдвинул, разговоры были по работе. Общая работа потихоньку подходила к завершению. Все участники разработки прямоугольных соединителей должны были зимой встретиться в маленьком городе, где Николай не был маленьким человеком. Для приемки изделий была создана комиссия.
  Ларису назначили председателем приемной комиссии по изделиям, а их было достаточно много.
  В маленький город съехались участники разработки соединителей. Первая задача Ларисы была выкрутиться от председательства, бразды правления она передала второму представителю своего города.
  Лариса обошла завод Николая и была изумлена сочетанием автоматизированных цехов с цехами без намека на автоматизацию, труд ручной на сто процентов. Стояли столы, вокруг них сидели женщины, которые металлические контакты забрасывали в соединители вручную. Для членов комиссии сделали экскурсию в партизанские землянки. 'Шумел сурово... лес'.
  Землянка была огромных размеров, чуть меньше конструкторского бюро, а лес здесь был в два раза больше подмосковных лесов по высоте и обхвату стволов. Естественно, соединители были одобрены и запущены в серию. А что было с ней?
  Умный Николай вписал Ларису в две гостиницы, и когда вечером она пришла в свой номер, ее вещей там не было, он их перенес в другой номер. Ничего не подозревая, она закрыла дверь и легла спать.
  Вдруг в полной зимней темноте повернулся ключ в замочной скважине, в комнату вошел Николай и сказал любимую фразу:
  - Я хотел узнать, почему ты всем мужчинам нравишься.
  Свет он так и не включил, но сказал:
  - Если закричишь, завтра об этом все узнают, у меня здесь все люди свои.
  Оказалась Лариса на полу в своей комбинации, темно-синей, с огромными кружевами. Бои и на полу различные бывают.
  Его слова:
  - Лариса, какая у тебя фигура! Ясно, почему мужчины к тебе неравнодушны.
  Одним словом, нарушение всех норм морали было налицо. На следующий день участники мероприятия отбыли в свои края. Насилие не сразу излечилось, долго оставалось физической и моральной травмой у Ларисы. Разве она изменяла? Она выживала в трудных ситуациях.
  Родион... Что Родион - он оставался рядом, но об этой истории не узнал, а у нее язык не поворачивался сказать, что с ней было в далеком городе. Лариса попала под избыток шампанского. Ресторан в маленьком городе, в зале одна компания по приемке темы.
  На столе коньяк и шампанское и много всякого мяса. Компания чисто мужская, а у Ларисы в тот момент не работал стоп-кран под названием рюмка - вечер. Ей наливали шампанское, она его пила, и бокал заполнялся под каждый новый тост. Мужчины пили коньяк и ели пять разновидностей мясных блюд.
  А теперь представьте, что все они с Ларисой захотели танцевать! Ладно бы танцевали, так стали отбирать друг у друга.
  Один не выдержал и сказал:
  - Ну, я теперь знаю, почему мужчины любят женщин!
  И убежал из ресторана, так как Лариса ему досталась всего на один танец. О, она впервые поняла, как женщина переходит из рук в руки согласно должности мужчин! Естественно, в танце, но все так прозрачно в середине января!
  
  - Есть серьезное задание: создать секретное оружие под названием 'Астра'. Прибор стреляет магнитными лучами в металлические предметы на человеке. С таким прибором легко можно обезвредить любого человека с оружием в руках, - проговорил Степан Степанович.
  - А почему 'Астра'?
  - На кончике прибора находится шарик с отверстиями, из которых могут выйти лучи, то есть получается цветок типа астры или хризантемы.
  - Чем отличается астра от хризантемы? - спросил насмешливо Родион.
  - Принципиальное отличие состоит в том, что хризантема - потомок астры. Хризантема самая одомашненная культура для срезанных букетов, а астра - уличный цветок, который расцветает поздно, когда наступает осень.
  Общая черта - множество лепестков весьма похожей формы. Люби не люби. Так почему нельзя хризантему астрой назвать? Астра на улице цветет, хризантема в квартире в вазе стоит до трех недель. Могут друг на друга смотреть в окно, могут дать название приборам, - высказал свои суждения начальник КБ.
  Николай стоял под окнами любимой женщины с букетом белых хризантем. Лариса вышла из здания с Родионом и прошла мимо белого букета. Николай посмотрел ей вслед и опустил букет в сугроб. Лариса обернулась, посмотрела на цветы в сугробе.
  - Николай, ты почему стоишь у проходной? Здесь тьма людей проходит, меня многие знают.
  - Лариса, я люблю тебя! Влюбился я, понимаешь? Хожу за тобой, а ты мимо меня с разными мужиками проходишь.
  - Я иду с работы! На работе я в основном работаю с мужчинами, поскольку работа носит технический характер. С ними иногда выхожу из здания.
  - Почему мимо меня прошла?
  - Мы разговаривали, надо было фразу закончить. Бери букет из сугроба. Идем со мной. У меня есть полчаса времени.
  - В ресторан пойдем на часок?
  - Николай, я в рестораны не хожу, - раздраженно проговорила Лариса.
  - Хорошо, просто пройдем по улице.
  Снег поблескивал в вечерних лучах уличных фонарей. Николай пытался взять Ларису за руку или под руку, но она выдергивала свою руку из его плена.
  - Здесь люди, неудобно идти за руку.
  - Ты хоть цветы возьми, - проговорил Николай недовольным голосом.
  Лариса взяла букет цветов из рук Николая и понесла их цветами вниз. Она знала все тропки и дорожки, ведущие в сторону дома. Ей ничего не оставалось, как часть дороги пройти по людному кварталу. Вместе со спутником она свернула в сторону лесопарка.
  Николай остановился, пройдя десять метров среди сосен и елей.
  - Лариса, постой немного! - взмолился он.
  Молодая женщина остановилась по велению мужчины. Он схватил ее руку, потом обнял. Из ее рук хризантемы плавно опустились в очередной сугроб, вслед за букетом в сугроб опустилась и женская сумочка. Николай поцеловал губы Ларисы, если бы они были из металла, то он бы к ним примерз, но теплые губы женщины после краткого и неожиданного поцелуя дернулись и отвернулись.
  - Ой, Николай! Не надо! Ты хотел поговорить, так говори!
  - А что с тобой разговаривать! Ты все молчишь и на все предложения говоришь 'нет'!
  - Пройдем немного по дорожке, - сказала Лариса, достала цветы и сумку из сугроба.
  Николай шел рядом с Ларисой, но недолго. Он остановился и вновь попытался приблизиться к женщине, но женщина отгородилась от него букетом и сумкой.
  - Лариса, ты как собака, но не на сене, а на снегу. Нас здесь никто не видит!
  После его слов в конце лесной аллеи показались парень с девушкой. Девушка бросила сумку в сугроб, и они обнялись.
  - Посмотри, ты говоришь, что нас никто не видит, да нас уже копируют! На месте моей сумки в сугробе лежит сумка девушки, и они целуются!
  - Пойдем, Лариса, в ресторан!
  - Не пойду, ты чего от меня хотел?
  - Дай свой домашний телефон и адрес.
  - Николай, хватит тебе и моего рабочего телефона.
  - Лариса, тогда ты ко мне приезжай в командировку. Мы тему закрываем, изделие в серию пойдет.
  
  Алюминиевые профили были новинкой, достойной внимания руководства фирмы. Группа конструкторов разрабатывала алюминиевые профили, используя большой опыт мудрых стран.
  Что интересно, в одной восточной стране делали такой прочный алюминий, что его инструменты перепилить не могли, а химики при всем своем оплаченном желании не могли полностью понять химический состав алюминиевого сплава.
  Шеф сидел на своем рабочем месте, у него была изумительная окладистая борода, и он любил повторять, как его встретили в городе Горном, где запускали в серию алюминиевые профили:
  - Лариса, приехал я в город, а навстречу мне идет мужик и говорит: 'Ой, Карла Маркса идет!'
  В командировку в город Горный Лариса поехала летом, скорее не приехала, а залетела с восточным ветром на самолете в столицу Медных гор, а потом на автобусе доехала до города Горного. Ночь в чужом городе. В час ночи Лариса оказалась в гостинице при вокзале города, куда взяли ее по командировочному удостоверению. Николай о приезде Ларисы в город не знал.
  Утром Лариса с технической документацией поехала на завод. Город полукругом был окружен крупными заводами. В один из них надо было попасть Ларисе. Она села в автобусе близко к кабине шофера.
  Ее профиль отражался в темном стекле кабины. Автобус столкнулся с машиной, которая резко затормозила перед автобусом. Вмятина в автобусе была с той стороны, где она сидела. Шофер только успел открыть дверь, как Лариса выбежала из автобуса одной из первых. Потом она пошла на ближайшую остановку и опять села в автобус.
  В задачу Ларисы входила встреча с главным инженером завода. Заводоуправление размещалось в старом двухэтажном здании. На втором этаже находился кабинет директора и главного инженера. Директор был на месте, и из его кабинета иногда доносились слова, если кто-нибудь дверь открывал.
  Судя по всему, темной задачей директора на тот момент было... разведение свиней для заводской столовой. Главный инженер, красивый высокий пожилой мужчина, спокойно встретил Ларису, они подписали нужные бумаги. Завод брал на себя выпуск алюминиевых профилей, но далеко не всех. Остальные заказы позже поместили на других заводах. Лариса вышла из заводоуправления.
  С букетом астр ее встретил Николай.
  - С приездом, Лариса!
  Лариса взяла астры, она любила эти поздние цветы лета, но не знала, как ей отреагировать на внимание Николая.
  - Привет! Я сегодня же уезжаю.
  - Хорошо, что мне сообщили о твоем приезде, а то бы совсем не увидел.
  - У нас есть время на прогулку.
  - Ресторан не предлагаю, я на работе. Пройдем по территории завода.
  Николай, заместитель главного инженера, на своей территории вел себя весьма официально. Лариса достаточно быстро оказалась одна и поехала в гостиницу взять свои вещи, потом села на электричку, которая доставила ее в столицу гор.
  В городе Горном ее поразили люди, они в основном были невысокого роста, и только когда стали подъезжать к столице гор, в электричку стали заходить высокие парни.
  О положительных результатах командировки Лариса доложила заместителю главного инженера фирмы, который руководил работами по разработке, изготовлению и внедрению алюминиевых профилей.
  На доске почета завода висел профиль Ларисы - всю конструкторскую группу сняли - за последние достижения в разработке и использовании алюминиевых профилей, изготовленных в горах.
  Платон приходил в КБ, вставал рядом с кульманом и смотрел на Ларису. Он был веткой сирени на асфальте. Напряженная работа Ларисы всегда сопровождалась влюбленными мужскими глазами.
  Из алюминиевых профилей в течение одного месяца сделали сто шкафов для контрольно-измерительной аппаратуры. Сборочный участок работал необыкновенно быстро. Шкафы не сваривали, как это было со стальными шкафами, их просто свинчивали.
  Ларисе предстояло за месяц разработать несущие конструкции семи блоков для одного из этих ста шкафов. Семь блоков за месяц - это много. Подобные задачи получили еще двое мужчин-конструкторов. Когда на сборочном участке собирали три шкафа с контрольно-измерительной аппаратурой, народу набежало необыкновенно много. Кто-то сказал, что при сборке шкафа Ларисы были допущены ошибки, на что рабочие сборщики ответили, что у нее было меньше ошибок, чем у других конструкторов.
  Платон всегда появлялся бесшумно, и еще он умел ждать. Если Николай был командировочным человеком, то Платон был свой, с того же отделения НИИ, где работала Лариса. Его можно сравнить с веткой сирени.
  
  Рядом с Ларисой, слева от нее, сидела Арина, молодая женщина с волнистыми волосами, которая сменила несколько фирм и вновь вернулась в КБ Ларисы.
  Арина приходила утром на работу, садилась за стол, снимала кольца, смазывала руки кремом, надевала кольца и поворачивалась к кульману, словно исчезала из поля зрения Ларисы. Она была явно неравнодушна к Родиону.
  И Лариса иногда не могла понять, на кого он больше смотрит: на нее или на Арину. Арина была изящней Ларисы, ходила стремительно на высоких каблуках, пользовалась хорошими духами. Арина показала в магазине духи Ларисе, которыми она пользуется. Лариса купила эти духи.
  И Родион потерял ориентацию окончательно между ними. Вероятно, с этого момента он стал смотреть на Ларису, или он приходил вдыхать знакомый аромат? Весна влетала в окна, а на кульман Ларисы кто-то положил ветку сирени. Она увидела уходящий силуэт Николая.
  Родион предложил Ларисе разработать каталог алюминиевых профилей, но сказал, чтобы эту работу выполнила она сама. Он был вхож к руководству фирмы. Сам он часто к Ларисе не подходил, но дополнительно оплачиваемая работа к ней поступала не без его участия.
  
  Молнии не дремлют и над зонтиками. Женщина шла мимо здания под зонтом. Молния ударила в зонт. Женщина погибла. Николай и Родион разговаривали о грозовых трагедиях, когда мимо проходила Лариса.
  Николай, как всегда, приехал в командировку, но на этот раз к Родиону, у них была общая работа, но пропустить Ларису мимо себя они не могли. Николай менял города, где жил и работал, но не менял место своей постоянной командировки.
  На Коле была черная рубашка, на Виталии рубашка была ярких осенних цветов в полоску. Лариса удивленно посмотрела на рубашки, она слышала их тему разговора, но прошла мимо них без лишних слов. Одно к одному.
  К Ларисе подошла Арина и стала рассказывать, что ее кузину убило молнией через розетку, но это произошло в другой стране. Лариса удивленно посмотрела на Арину, что это все сегодня о молниях говорят?
  А что могла добавить в эту тему Лариса? Что один ее родственник был убит шаровой молнией, которая влетела в открытое окно. Николай подошел к Ларисе, его интересовали каталоги о каркасах. Каталог был уже почти готов.
  Техника по изготовлению каталогов была на таком уровне: пишущая машинка, клей, калька и тушь. Лариса писала текст, делала чертежи, копировщицы копировали чертежи, машинистки набирали текст, корректор - руководила работами.
  Каталог был выпущен в количестве 500 штук и разошелся по фирмам. Через некоторое время выпустили еще столько же каталогов, которые взял с собой Николай в один из своих визитов. Черная рубашка Николая стояла перед глазами Ларисы, но говорили они только о работе.
  Удивительное было время: постоянно менялось руководство страны или города, каждому руководителю от фирмы полагался подарок в виде очередной технической новинки. Несущую конструкцию любого подарка выполняло КБ. Работа считалась почетной, за нее немножко доплачивали. Может, поэтому так быстро менялось в те годы руководство страны, чтобы Ларисе перепал лишний червонец?
  
  Самым большим развлечением для сотрудников фирмы был сбор картофеля или сахарной свеклы. Все отделение выезжало на поле. Погода бывает доброй. Если работать в здании, то дождь не помеха, если собирать картофель под проливным дождем, надев на голову мешки для сбора картошки, то это уже развлечение не для слабых здоровьем людей.
  Мешки намокают быстро, куртки от дождя длительное время не спасают, зонт не раскроешь. Но осень на осень не приходится, и бывает осень ослепительно золотой и теплой. Бабье лето.
  Платон после того, как собрали картофель со своих грядок, подошел к Ларисе, и они ушли с поля через зелено-золотой лес. Листва слабо шуршала под ногами, трава еще зеленела, они шли по проселочной дороге и разговаривали. Платон говорил и говорил. Лариса слушала его необыкновенно красивый тембр голоса.
  До чего он был красив! Огромные, просто огромные глаза! Тонкий нос. Крупные губы. Чистый лоб. Форма лица такая, что нет такого актера, который мог бы его сыграть, ну разве что один американский актер, который играл с Мадонной. У них еще была любовь у перевернутого дивана.
  У Платона и Ларисы не было совместного дивана, даже перевернутого. Был лес в первой стадии осени. Волшебный лес. Они вышли на маленькую поляну. Он сбросил с себя плащ-палатку, которую брал на случай дождя, но день был безоблачный и теплый.
  И почему Платон любил Ларису? Но он ее любил в безумном порыве наслаждения. Любовь на природе у них вообще хорошо получалась. Казалось бы, они устали от сбора картофеля с колхозных грядок, но усталости не было. Была радость обладания друг другом среди первозданного леса.
  Безбрежное небо просвечивало сквозь еще почти не упавшую листву. Серые глаза Ларисы лишь иногда смотрели в бездонные глаза Платона. Они целовались! О, как он мог целовать! Казалось, весь рот до последней клеточки участвует в этом великом наслаждении! Язык, его язык совершал чудеса в маленьком рту женщины.
  Господи! Так никто не мог целовать! Два рта объединялись в сексуальном танце щек, губ, языков. Проникновение друг в друга с помощью эротического поцелуя, сильнейшее чувство! Под прикрытием поцелуя руки совершили обряд обнажения.
  Еще не холодно, еще бабье лето! Ларисе нравилось его тело! Его приятно было коснуться, в него хотелось вцепиться, впиться всеми частями своего тела. И она извивалась в танце лежа. Они лежали на плащ-палатке среди золотых листьев и зеленой травы.
  Платон умел любить, и он мог любить! С ним блаженство Лариса испытывала в полной мере, все ее внутренности стремились ему навстречу. Они любили друг друга, каждой клеточкой своих организмов...
  Платон за выполнение секретной работы получил столько денег, что ему хватило на новую отечественную машину. Редкость такой удачи по тем временам не комментируется.
  Арина и Платон жили в одной кирпичной башне, но на разных этажах. У них были крошечные однокомнатные квартиры. Арина в своей квартире смотрелась естественно, она была худощавой женщиной. Лариса несколько раз была в квартире Арины, но к Платону домой она никогда не заходила, ее только волновал вопрос: как он спит в такой маленькой комнате, если его человеческая высота почти равна длине комнаты? Платон стал подвозить Арину до работы на своей машине.
  Отношения между Ларисой и Ариной несколько натянулись. Арина привыкла к машине Платона и утром специально ждала, когда он выйдет из дома, чтобы с ним поехать. Любвеобильный Платон не мог пропустить Арину мимо себя, если она постоянно у него под боком: или живет, или сидит в машине.
  Лариса на рабочем месте скорчилась от сильной боли. С каждой минутой ей становилось хуже. Не принято было в то время уходить с работы во время рабочего дня, надо было подписать не одну бумажку на разных этажах огромного здания.
  Боль у Ларисы становилась нестерпимо острой. Работу покидать нельзя, но если боль за пределами человеческого терпения?
  Из последних сил она написала заявление, подписала его на этаже руководства и, сгибаясь в три погибели, отдала его, только после этого поехала домой. Дома боль превзошла все ожидания. Состояние жуткое - держать в своей ладони создание, которое не выжило в борьбе за производственные успехи. Ощущение страшного момента позже преследовало годами. Интересно то, что все стареет.
  Фирма в последние свои годы стала снижать дисциплину, появилась возможность прийти на работу чуть раньше или позже, но и уйти с работы со сдвигом во времени. Естественно, Арина первой узнала, что у Ларисы был выкидыш, довольно поздний по сроку беременности. Она посочувствовала в первую минуту, а во вторую спросила то, что больше всего ее интересовало:
  - Лариса, а чей это был ребенок?
  - Чей? Лесного лешего в плащ-палатке.
  - Но плащ-палатка есть только у Платона. Он отец ребенка?
  - Да! Арина, а у тебя тоже был выкидыш, но ты в этом не призналась. Мы сами догадались.
  - Раз он отец твоего ребенка, так он отец и моего ребенка, чего тут рассказывать?
  - Понятно, обе влюбились, а дети не получились. А ты не в курсе, у Платона вообще есть дети или одни выкидыши?
  Женщины помолчали и разошлись к своим кульманам. Одинаковые духи разошлись по местам работы. Работа поглотила их полностью до следующего перерыва.
  Лариса врачам о случившемся выкидыше ни слова не сказала, да и мужу она ничего не сказала. Это только вездесущая Арина узнала, а если она узнала, то узнал и Платон, но не Платон. Платон сочень расстроился, но не из-за Ларисы, а из-за себя, оказывается, такое происходит со всеми его женщинами: они его детей не донашивают. Вот тебе и любовь.
  Несколько разработок Ларисы попали на выставку ВДНХ, так тогда назывался лучший выставочный комплекс. На выставку Лариса поехала с Колей. Посмотрели они на свои изделия и пошли смотреть, а что интересного есть в других павильонах.
  Приятно с приятным человеком ходить по выставке: тут посмотришь, там поешь, здесь погуляешь, а то и проедешь на местном транспорте. Выставка такое место: все равно знакомые растворятся в общей толпе и ты там никому не нужен. Но мир тесен.
  На обратной дороге проходили Лариса и Николай мимо павильона со своими изделиями и столкнулись с Платоном и Ариной. Перестрелка четырех глаз закончилась тем, что все сели в машину Платона и поехали домой, а Николай, как всегда, в гостиницу.
  
  Фирма в период своего расцвета была огромной. Чтобы управлять большим числом очень умных людей, работающих на вершине науки и техники, была введена суровая дисциплина. Рабочий день на всех этажах начинался одновременно в восемь часов утра. Инфаркт у проходной был нормой, а не исключением из правил.
  Напряженная работа, связанная с разработкой контрольной измерительной аппаратуры, необходимой для контроля изделий, даром не прошла.
  Совершенно случайно Лариса узнала, за что Платон получил такую большую премию. Его подразделение разработало секретное оружие: магнитный луч попадал в металлическую часть на одежде человека и пронзал его насквозь, человек погибал мгновенно на глазах стреляющих...
  Лариса задумалась: так, значит, а то и значит, что свою первую жену Платон сам и убил из своего секретного оружия, ведь она погибла напротив его окон, именно там находится его подразделение! А сделал он это во время грозы. Умный мужик.
  Так, а не мог ли он быть той самой молнией, которая достала сына Николая? Нет, здесь все серьезней. Мысль Ларисы оборвалась. Страх пронзил ее насквозь: и она его любила? Любила.
  На следующий день Лариса услышала о смерти еще одного человека. Люди сказали, что у него произошел инфаркт рядом с проходной. Лариса поняла сразу, кто стрелял в длинный зонтик, который был у погибшего человека. Зонт он всегда носил с собой, даже если не было дождя. Окна Платона недалеко от проходной, просто они на два этажа выше. Лариса посмотрела на себя в поиске металлических частей, увидела сережки...
  Но не в сережки ведь он будет стрелять? Жутко. Просто жутко стало девушке. Она поднесла магнит к сережкам, но они не магнитили, и она успокоилась.
  Охранники никогда не переходили проходную, в здании царили свои законы и своя охрана. Смерти у проходной были столь естественны, что родственники уголовных дел не возбуждали и расследований никто не проводил.
  Смерть от магнитного луча больше всего напоминала инфаркт.
  Платон позвал Ларису в кафе, ему надо было сказать ей, что у него скоро будет хорошая иномарка. Она сразу подумала, что Платон опять что-нибудь придумал. Вся любовь в ней к нему умерла, она больше не стремилась с ним к близости, ее задача была одна: выжить, не говорить ему того, что ему неприятно: опасно! Ларису вновь загрузили новой работой, целую серию блоков она разрабатывала, потом унифицировала, дел было много.
  Лариса отошла на второй план Платона. Арина заметила, что Платон ее больше не возит на своей машине.
  Как-то Платон ждал Ларису в машине с открытой дверцей. Когда она проходила мимо, он так вытянул вперед ногу, что она вполне могла споткнуться. Женщина села в машину как в ловушку. Ловушка-легковушка... Машина сразу тронулась с места и повезла Ларису на новую квартиру Платона. Теперь у него была двухкомнатная квартира.
  В квартире сидел вечный командировочный - Николай. Лариса поздоровалась с ним, и ей тут же предложили приготовить ужин. Она ушла на кухню. Мужчины беседовали.
  За столом они открыли ей страшную тайну, о которой частично она уже знала. Ларисе предлагали разработать дизайн нового оружия. Практически оно работало, но внешний вид у него был неприглядный.
  Николай выступал в роли поставщика металла для оружия. В качестве аналога ей дали пистолет, который мог бы лежать на ее рабочем месте, для всех это просто игрушка, но новое оружие не должно напоминать внешне пистолет.
  Из нового оружия пуля не вылетала, из него выходил магнитный луч, вызывающий инфаркт человека. Луч прекращал работу сердца. Он работал как тромб. Внешних повреждений на человеке не было.
  Лариса согласилась работать над новым оружием. На этот раз мужчины ее пальцем не тронули: ее ум им был важнее ее тела.
  Как-то Лариса на работе забылась, взяла в руки пистолет и пошла к Платону, показать новые прорисовки. Люди давали ей дорогу. Она не сразу сообразила, что другие в пистолете видят пистолет, а не образец, которому и надо, и не надо следовать.
  Арину в подробности новой работы Ларисы никто не посвящал. Лариса вышла из конструкторского зала за водой. Вода находилась в титане, это такая нержавеющая конструкция вместо самовара. Арина взяла пистолет со стола Ларисы и прицелилась в кульман, потом повернулась и выстрелила.
  Грянул выстрел.
  Выстрелом Арина разбила чайник, который несла Лариса. Кипяток разлился. В руках Ларисы осталась ручка от чайника.
  - Лариса, я думала это игрушка у тебя на столе лежит!
  - Арина, это аналог конструкции нового прибора.
  На выстрел из-за всех кульманов высунулись лица людей, посмотрели, что все живы, и уткнули носы в свою работу.
  Новое оружие назвали 'Астра'. Зачем нужно было это название? Для того чтобы в разговорах звучало название цветка, о приборе в явном виде говорить было нельзя. Внешне прибор напоминал фотоаппарат с выдвинутым вперед объективом, необходим он был для защиты власти от демонстрантов.
  
  В стране нарастал кризис, расстрел демонстрантов дело негуманное, но иногда необходимое. Фотоаппаратом убирали наиболее ярых поборников демократии и лозунгов. Фотоаппарат направлялся на кричащего человека или несущего неправильный лозунг, человек умирал сразу или через день, все зависело от его здоровья.
  'Астра в действии', - передавали информацию друг другу люди в штатском.
  Лариса после выполнения этого задания тут же была загружена другой работой. Ее не пускали на демонстрации, ей мало давали выходных. Она работала. Она никому ничего не говорила.
  Платон купил себе иномарку, которую хотел. Ларисе таких денег не платили, ей платили больше других, но меньше избранных. Мужчины держались от нее подальше.
  Через три дня после демонстрации в конструкторский зал в гневе ворвался Платон и закричал так, что все конструкторы вздрогнули и на него посмотрели:
  - Лариса, ты что, издеваешься?! Ты подсунула фотоаппараты вместо 'Астры'!
  - Успокойся, Платон! Я действительно отдала пару фотоаппаратов.
  - А я, глупец, не проверил. Я тебе верил! Где 'Астра'?
  - Слушай, в этой демонстрации участвовал отец Арины. Он написал ужасный лозунг, его бы одним из первых сняли 'Астрой'!
  - Что ты мне про отца Арины говоришь! Мне нужна 'Астра'!
  - Сядь, все готово! Первый образец 'Астры' сегодня можно испытать. У тебя дома мышки нет?
  - Нет, только две мухи залетели в окно, а больше никого нет. Ты мне столько вариантов 'Астры' показала, что я даже не представляю, как сейчас выглядит моя разработка!
  - И правильно, варианты есть, но мне больше понравился вариант, выполненный в виде приборчика с антенной. На маленьком жидкокристаллическом экране видна цель. Антенна служит дулом, она полая внутри, через нее луч проходит и попадает в цель. Если сделать 'Астру' в виде пистолета, то все сразу поймут, что в руках у тебя оружие, а так прибор больше похож на портативный приемник. Прибор с магнитным лучом готов.
  - Нас за обман по головке не погладят!
  - Победителей не судят! А мы победим! По этажам кошки бегают, возьми одну.
  - Не возьму.
  - Пойдем в подземелье, пока гражданская оборона отдыхает, воспользуемся стрельбищем. Надо взять с собой представителей заказчика.
  Ларисе по ее заказу сшили летнее платье. Подол платья был выполнен волнами, обшитыми тесьмой. Стройная женщина с новым оружием в руках и в новом платье спускалась в подземелье.
  Платон шел следом в сопровождении суровых мужчин в костюмах. При виде облегающего платья с уникальным подолом мужчины закрыли рты и ничего Ларисе не сказали по поводу ее обмана с фотоаппаратами, сами виноваты. Мужчины в штатском принесли с собой клетку с мышами. На мышах торчали различные металлические предметы: ошейник, антенна, монетка.
  С первого взгляда могло показаться, что луч от металлического предмета оттолкнется и вернется в того, кто стреляет, то есть луч будет являться бумерангом, но в этом был весь юмор изобретательного Платона.
  Металлический предмет, даже если он не магнитный, притягивал странный луч, в области воздействия луча возникало странное поле, которое воздействовало на сосуды человека, и они перекрывались мгновенно. Первый выстрел сделал Платон, чтобы показать и доказать, что для него оружие не опасно.
  Мышка бежала, хвостиком вильнула. Антенна на ней качнулась. Мышка дернулась и упала. Люди в костюмах заулыбались и встали в очередь пострелять. Мышки бежали, но все упали. Звука выстрела не было слышно, испытания проходили бесшумно.
  Ларису и Платона поздравили с большим успехом и сказали, чтобы даже слово 'Астра' лишний раз они не произносили. В серию изделие запустят в другом месте.
  Довольно часто в шахтах всех стран происходят неприятные события, человеческие жизни из-за загазованности подземелий висят на волоске от бытия.
  Лариса приехала посмотреть шахту, на которой произошли трагические события: выход метана погубил шахтеров.
  Смелая женщина не спустилась в шахту. Она с ужасом посмотрела на шахту, на черный лифт, или его еще клетью называют, на все снаряжение шахтера. Она решила, что лучше разработать прибор, удобный для каждого шахтера, и поместить его рядом с фонариком на каску, пусть он пронзительно пищит в случае обнаружения малейшей дозы метана. Важно, чтобы прибор не был дорогим, иначе его не дадут каждому шахтеру.
  Разработчик для такого прибора нашелся, он стал лучшим другом Ларисы на время разработки. Датчики обнаружения метана были разработаны, существовали разного типа пищалки.
  Предстояло объединить электронику, датчик, пищалку и поместить во взрывозащищенный корпус, который бы мало весил и был на голове шахтера, то есть на его каске. Женщина разговорилась с симпатичным шахтером, оказалось, что ему для отдыха после шахты нужны рыбки в аквариуме. Дома он держал огромные аквариумы с разными хитростями и большое число рыбок, очень любил смотреть на водоросли.
  Новый прибор, призванный защитить любителя аквариумов, назвали 'Хризантема'. Первый образец прибора попал на западную выставку. Прибором заказчики остались довольны, но Ларисе предстояло подготовить серию этих приборов, чем она и занималась, успев влюбиться в разработчика 'Хризантемы'.
  Стройный мужчина с небольшой сединой приятно действовал на впечатлительную женщину. С ним хорошо работалось, изделие получалось высшего класса! Вот в чем беда Ларисы: она вместе с мужчинами разрабатывала изделия, и эти изделия становились ее детищем!
  У разработанных приборов оставалась одна проблема, как бы удачно они ни получались, каждому шахтеру их никто не выдавал.
  Приборы засекретили. Слово 'Хризантема' запретили. До любви с разработчиком дело не дошло. Ларису срочно перевели работать в другое место.
  
  На новом месте Ларисе предложили разработать очень серьезный прибор, до нее его уже разрабатывали, но главный разработчик погиб и прибор завис. Прибор в семь раз был сложнее 'Хризантемы'. Задача Ларисы: сделать то, чего другие сделать не смогли. К работе приступила группа разработчиков.
  Один мужчина частенько подходил к Ларисе не только на работе, но и на улице. Как-то шел и улыбался, до Ларисы оставалось метров пять, но мужчина странно завалился на глазах женщины.
  Она заметила быстро уходящего мужчину в костюме, который ловко сел в машину и уехал. 'Астра', - подумала она и прошла мимо трупа влюбленного в нее мужчины. Она не могла остановиться рядом с ним, только мельком посмотрела на пожелтевшее лицо.
  Отсутствие рядом явной соперницы вдохнуло в Арину адреналин. Работа конструктора приносила ей относительный доход, одна ее приятельница занялась помимо основной работы продажей бижутерии из стекла и камня, Арина стала с ней подрабатывать.
  На новый имидж денег она наскребла. И они решили с Платоном ни много ни мало пойти под венец, благо церковь к ним ближе, чем загс. По телефону Арина сообщила Ларисе, что она теперь венчанная жена Платона, что теперь их союз на всю оставшуюся жизнь. Лариса не особо поверила новости Арины.
  Через пару месяцев Лариса сообщила, что Платон от нее ушел в свою двухкомнатную квартиру, а ее с собой не взял. Оказывается, Платон тоже подрабатывал эти два месяца: он сдавал свою квартиру Коле.
  Лариса закончила секретную и срочную работу, но богаче от этого она не стала, просто дальнейшая работа была более привычной и не сопровождалась набегами проверяющих комиссий.
  Родители Арины старели на ее глазах, и она не молодела. Николай словно услышал зов ее сердца и приехал к ней домой наперекор всем и вся. Она, зная, что Платон, ее венчанный супруг, неравнодушен к Ларисе, приняла Колю должным образом, не оглядываясь на слова своих родителей.
  Отец Арины некогда был главным разработчиком отечественных фонов, и так получилось, что квартира в данный момент у них была четырехкомнатная.
  Брат и сестра ее выросли, обросли семьями и уехали из квартиры. О большой квартире Арины Николай услышал от Ларисы, она бывала у нее дома. Николай решил, что такая квартира не должна пропасть, он не просто снимал квартиру у Платона, он опутывал сетями Арину, в которые она и попалась.
  Это Николай надоумил Платона пойти под венец с Ариной и объединить свои квартиры.
  Цель была достигнута! Платон охладел к ней. Николай был в квартире Арины! Ее родители жили в одной комнате. Оставалось еще три комнаты! Николай искренне пел любовные рулады Арине, подкрепленные жилищными условиями. Женщина не устояла, да и что стоять - годы бегут.
  Одна комната Арины была зимним садом. В центре комнаты стоял диван нараспашку, больше ничего не было, кроме светильников и многочисленных цветов, которые росли по периметру комнаты и свисали с потолка. В эту комнату и привела женщина мужчину.
  Любовь среди домашнего леса - это что-то! А впрочем, ситуация напоминала любовь с Платоном на плащ-палатке в настоящем лесу.
  Николай оценил любовные условия, вожделенные комнаты окружали его, а цена их была рядом - любовь к Ларисе и желательно до загса. В качестве любовника он проявил три свойства: хвастливый, суетливый, верткий. Поцелуи Николая были переспелыми, чувственность в них явно была утеряна. Арине хотелось встать и уйти от него подальше, и она ушла в ванную. Струи воды успокоили, и женщина вернулась на место.
  Предложение руки и сердца последовало незамедлительно. Смешно, но Арина согласилась. Она поняла одно, что такой муж сексом ее не будет допекать, а в качестве мужа без претензий он ей подходил. Николай оказался разведенным мужчиной, все документы у него были с собой. Путь к законным отношениям был открыт. Родители не возражали.
  Законная супружеская жизнь началась со слов Николая, что у него аллергия на цветущие домашние цветы. Арина любила цветы всеми фибрами своей души, и они разошлись спать по разным комнатам.
  Так бы они и вымерли, но у отца наступил юбилей, все его дети и внуки съехались в квартиру Арины. Николай вынужден был вновь стать супругом: одну комнату заняли родственники брата, вторую - родственники сестры, и в результате Арина и Николай оказались вместе в комнате без домашней растительности.
  На празднование юбилея пришли их друзья: Платон и Лариса. В доме появились журналисты, вспомнили про первые серийные отечественные фоны, отец Арины не вынес популярности, через день после юбилея его не стало. Публика еще и разъехаться не успела, и юбилей перешел в похороны, газета посмертно опубликовала о нем статью о фонах.
  У матери Арины на почве таких проблем произошел срыв в головном мозге. Она осталась жива, но ее сообразительность сильно ограничилась.
  Семьи брата и сестры захотели получить свой кусок наследства, но этого мать уже не понимала, зато всю ситуацию понял Николай. Он поговорил по телефону со своей очередной женой, объяснил, что происходит в семье Арины. Его жена развелась с ним формально из-за этой квартиры, а теперь кусок наследства становился таким малым, что не за что было и бороться.
  У мужчины была еще и дочь, он решил вернуться в свой дом, благо прописка у Арины у него была временная, на постоянную прописку не дали свое согласие ее родители, пока были в полной памяти.
  Собрал Николай свои вещи и уехал, оставив Арину среди ее родственников и наследников. Квартиру решено было разделить на четыре финансовые части, две части доставались тому, кто брал на себя уход за больной матерью. Как из-под земли в самую трудную минуту перед Ариной появился Платон.
  - Арина, я знаю все о твоей ситуации, есть предложение: бери на себя уход за матерью.
  - Она и так со мной остается.
  - Объединим усилия, я знаю, что Николай сбежал от тебя, моя квартира пойдет на погашения наследства твоим родственникам, а я остаюсь в твоей квартире на правах мужа.
  - А Николай?
  - Разведетесь.
  - А Лариса?
  - Я ей не нужен.
  - А я?
  - Ты спрашиваешь? Да я люблю тебя!
  - Ты уверен? А если ты только мечтаешь о повторении того, чего давно нет?
  - А мы повторим!
  Родственники разъехались. Платон перешел в дом Арины. У него не было аллергии на домашнюю растительность. Квартирные дела и разводы за год каким-то образом, но были решены. Платон жил с Ариной на круглой кровати посреди домашних цветущих цветов. Мать ее вышла из кризиса и мыслила вполне адекватно.
  
  Арина каким-то образом взяла в свое время пистолет со стола Ларисы, когда еще разрабатывали 'Астру', пистолет поискали, не нашли и забыли. А Арина взяла в привычку ездить по выходным одна в лес и стрелять по нарисованным мишеням, которые она с собой привозила. В ней затаилась злоба против Ларисы и Родиона, но внешне вида она не подавала.
  Счастливые улыбки пары, которые она случайно заметила, оскоминой сводили ее челюсти.
  На проходной большие сумки часто просматривали до дна, маленькие сумочки не проверяли. Арина стала ходить с маленькой кожаной сумкой, в сумке она носила пистолет. Родион носил с собой 'Астру' во внутреннем кармане пиджака. Один образец под предлогом усовершенствования оставили разработчику нового оружия 'магнитный луч'.
  Арина знала привычки Родиона и решила пугнуть его пистолетом. Утром, когда он первым приходит на рабочие место, она не могла простить ему улыбку, адресованную Ларисе. Позвонила она ему по внутреннему телефону, который точно не записывается нигде, и пошла в его служебное помещение.
  Родион, словно что почуял по голосу Арины и достал 'Астру', положив приборчик рядом с собой. Арина хоть и работала рядом с Ларисой, но конструкцию и назначение 'Астры' так и не знала. Лариса умела разговаривать с людьми, держа в секрете свою работу. Надо сказать, что она вернулась на свое рабочее место после выполнения срочного и секретного задания на другой фирме.
  Арина зашла в комнату Родиона, села против него на стул, слегка отодвинулась от стола, внимательно посмотрела на него, достала из кармана белого халата пистолет.
  В это время Родион взял в руки 'Астру'.
  - Арина! Спрячь пистолет или верни мне! Это я его дал Ларисе! Он у нее пропал!
  - Опять Лариса! Молись, я стреляю на счет три!
  Родион, видя разъяренное лицо брошенной и любимой им женщины, не знал, что и делать! У него было время ее убить, но убивать ему не хотелось. Тут Арина еще раз подняла на него пистолет. Родион, не поднимая 'Астру' нажал на ней кнопочку, луч вылетел на пистолет Арины.
  Рука женщины лежала на курке, но нажать не успела, так с пистолетом ее рука и опустилась. Она вся обмякла и грохнулась на пол, как мешок картошки на поле при сборе урожая под дождем.
  Родион убрал в карман 'Астру'. В это время в помещение подразделения зашли две его сотрудницы. Они увидели, лежащую с пистолетом в руке Арину, посмотрели на бледное лицо Родиона.
  - Родион, что случилось?
  - Она хотела выстрелить в меня, подняла на меня пистолет, да, видимо, сердце не выдержало, она только что упала.
  Одна из женщин подошла к Арине.
  - Она мертва. Что будем делать?
  - Вам виднее, мне надо подышать.
  - Идите, конечно, идите, вызовем кого надо.
  На следующий день в проходной появился траурный портрет Арины с надписью, что она скончалось от сердечного приступа. На столике перед портретом стояли астры в вазе.
  Лариса поняла почти все, когда вечером Родион пришел к ней, тогда она достала прибор из его кармана, пока он был в ванной, посмотрела на счетчик лучей в 'Астре'. Счетчик показывал, что прибором пользовались, на нем стояло время убийства Арины. Лариса ничего не сказала Родиону, она вообще чаще молчала.
  Родион заметил все и сказал:
  - Знаю, ты залезла мне в карман и посмотрела на счетчик магнитных лучей, не оправдывайся, я знаю, что ты знаешь про убийство Арины.
  - Дальше...
  - Иди ко мне работать!
  - Опять пистолет в 'Астре' или 'Хризантеме'?
  - Умница! Надо 'Астру' модифицировать. Прицел должен находиться на экране. Без тебя дело плохо идет.
  
  
  
  

Слиток для диадемы

  
  Лариса смотрела в окно: яркие золотистые завитки кленовых веток царствовали во дворе. Неописуемая красота раскинулась над землей, достигая шестого этажа. Местами в желтых букетах кленов вставали величественные березы с зелеными листьями. Рябина где-то снизу прислонилась к клену красными ягодами.
  Вот это букеты! Осталось перевязать ленточкой букет из деревьев и упаковать его в подарочную бумагу. Но где та огромная рука, которая способна поднять роскошный букет осени? Где та жилистая рука, которая могла бы принести своей любимой несколько листьев клена, маленький желто-медный букет? Лариса бы с удовольствием поехала к такому любимому.
  Но где его взять? Она посмотрела на плоский экран телевизора, на котором игрок в яркой одежде прятался от бычка, подпрыгивая в воздухе вслед за веревкой. Так и ей захотелось сфотографировать центр букета осени, но не хотелось спускаться вниз. Снизу - красивая осень, а сверху - великолепная. Она стала фотографировать осень из окна, потом распечатала фотографии на цветном принтере, и быстро закончилась желтая краска, - это она распечатывала осенние картинки.
  Пришлось ехать в магазин электронной техники. Покупая краски для принтера, Лариса увидела имя продавца на груди - Родион. Понятно, что он не гонял телят на другие планеты. И ей пришла в голову озорная мысль. С некоторых пор она работала в фирме 'Мистические обстоятельства' в лаборатории повышенной секретности, где занимались производством серийных сказок, действующих на психологическое настроение населения. Естественно, что на эмблеме фирмы сиял золотистый лист вяза.
  Все более чем просто: по заказу от телевизионной компании сотрудники создавали инопланетян, летающие объекты и мелкую чертовщину. Например, если в некоем регионе ожидалась гроза, то туда высылался дополнительный метатель молний.
  Незаметный самолет обладал способностью разбрасывать подобие молний в определенном направлении. Выбирался известный человек с прочной репутацией и запугивался молниями так, что любо-дорого его было снимать корреспондентам телекомпании, а потом показывать народу и приговаривать, что случайные съемки получены с места событий очевидцами.
  Хорошо получалось запугивать летчиков небольших аэродромов. Можно было обойтись без грозы. Над аэродромом то и дело появлялся летающий объект, прикрытый специальным обручем, излучающим потоки разноцветного света, в котором всегда присутствовал золотистый оттенок. Летчики пугались, и оставалось только снимать результаты творчества компании.
  Самое любимое развлечение фирмы - инопланетяне. Их создавали как современные картинки для Всемирной паутины. Инопланетяне засылались на шашлычные полянки к концу пиршества. На человека надевали шлем телесного цвета, в области глаз в маску вставлялись треугольные глаза. Люди для шуток подбирались изящные, с ними отрабатывали специфическую походку, на руки надевали нечто похожее на перепонки. В совокупности такой инопланетянин поражал самих создателей.
  Лариса всегда вздрагивала при виде очередного чудика-инопланетянина. Есть люди, у которых локти выгибаются в другую сторону, она сама видела таких людей, а в обличье инопланетянина вывернутые локти удивляют. Где найти уникальных инопланетян, рожденных на Земле? Лучше всего на конкурсе.
  Поэтому телевизионная компания объявляла конкурс людей с инопланетными особенностями в организме. Отбирали группу нужных людей, заключали с ними контракт и готовили их к роли инопланетян.
  В таких случаях не мешал межзвездный корабль. Если взять Буран и добавить к нему дополнительную геометрию из несущих конструкций, то слабонервных людей вполне можно было бы удивить, а заодно доставить инопланетян в нужное место, скажем, на конференцию заумных докторов наук.
  Телекомпания межзвездных сюжетов никогда не страдала отсутствием зрительской аудитории, значит, у Ларисы была отличная работа.
  Работая менеджером по продаже электронной техники, Родион, молодой человек славной наружности, лоб в лоб столкнулся с инопланетянином. Свет в зале в этот момент слегка уменьшился, и перед ним появилось существо среднего роста. Оно смотрело огромными треугольными глазами, сковывая его волю. Казалось, что в зале никого, кроме них двоих, не было. Существо взяло ноутбук и передало его следующему такому же чудику, который высветился в пространстве торгового зала.
  Вскоре из инопланетян выстроилась целая цепочка, по которой из торгового зала исчезли ноутбуки. Родион оцепенел. Он даже не нажал на кнопку сигнализации. Все зрелище в торговом зале было снято на камеру слежения. Кадры пошли в телевизионный эфир вечером. Родион стал самым популярным лохом дня. Речь шла об инопланетянах-злоумышленниках. Знал бы он, кому принадлежала разработка внешнего облика инопланетян! Всю бы злость на того обрушил! У руководства телекомпании существовал договор на покупку ноутбуков для этой группы людей, а зрелище окупило затраты.
  Родиону было мучительно стыдно за инопланетное ограбление своего отдела, за вынесенные на его глазах ноутбуки, и он решил уехать куда подальше, где нет инопланетян. И поехал он на восток через чугунное кольцо страны. В купе рядом с ним сидел накачанный мужчина, мучимый знаниями о Тунгусском метеорите. Его все волновал вопрос, почему по периметру колдовского круга деревья лежали, а в центре зеленели.
  - Очень интересно, - сказал Родион и добавил: - это была летающая тарелка, у которой по периметру находились вращающиеся винты, а в центре - наблюдательный пункт.
  - Замечательно, молодой человек, мне такая идея самому приходила в голову. Если пойти дальше и предположить, что на воздушную подушку, расположенную по периметру корабля, была произведена посадка межзвездного корабля?
  - Почти одно и то же.
  - Не скажите, молодой человек! Летающая тарелка слишком мелкая, а вот межзвездный летательный аппарат был бы более уместен.
  - А нам что от этого? - спросил без интереса Родион.
  - Как что? Да это же к нам инопланетяне прилетали! Другая цивилизация.
  - Эти инопланетяне у меня отдел ограбили, и я от стыда еду, куда глаза не глядят.
  - Точно, вспомнил Ваше лицо! Это Вы тот лох, которого чудики с треугольными глазами обокрали! - воскликнул радостно попутчик.
  - Чего мне пилить через чугунное кольцо страны на восток, если и там уже знают эту историю?
  - Слушайте, раз Вы лох известный, поедемте со мной на место падения Тунгусского метеорита или на место приземления межзвездного корабля, который оплавился и превратился в непонятный землянам материал. То есть межзвездный корабль произвел самоуничтожение.
  - Если корабль оплавился, что мы там искать будем?
  - Почту! Самую настоящую почту инопланетной цивилизации.
  - Письмо в бумажном конверте?
  - Юмор уместен. Нам с Вами надо стать экстрасенсами, настроиться и идти искать в ту сторону, куда нам укажет наше шестое чувство.
  - Ходить по буреломам, по корягам, среди комаров?
  - Слушайте, комары Вашего фиаско в магазине не видели. С этим Вы могли бы согласиться?
  - Несомненно, - серьезно ответил Родион.
  Лариса вошла в купе во время движения поезда.
  - Добрый день, любители экзотики! Меня зовут Лариса. Я прибыла на вертолете, который высадил меня на крышу вашего вагона, и через специальный люк я спустилась в вагон.
  - Меня зовут Родион, - улыбнулся недоверчиво молодой человек.
  - А, я Вас знаю, - сказала Лариса с улыбкой.
  Он промолчал.
  Попутчик представил себя:
  - Сидор Сидорович Болт! Меня все знают из-за пристрастия...
  - Можно не продолжать, я Вашу версию о Тунгусском метеорите читала в журнале.
  - А где теперь Ваши крылья, Лариса, на которых Вы прилетели к нам? - спросил серьезно Родион.
  - В чемодане лежат, - ответила она серьезно.
  - Лариса, мы хотим Вам предложить экскурсию в поисках почты или черного ящика Тунгусского межзвездного корабля.
  - Так Вы утверждаете, что это был корабль, а не метеорит? - спросила Лариса весьма заинтересованно.
  - Камень, ножницы, бумага. Нам нужен черный ящик межзвездного корабля, - без эмоций промолвил Сидор Сидорович и подумал, что Лариса - молодая и весьма симпатичная фея.
  - А в ящике нас ждет информация? - заинтересованно спросила Лариса. - Ой, а космические летчики катапультировались из корабля?
  - Деточка, ты чудо! - воскликнул Сидор Сидорович, вытаскивая из кармана янтарные четки. - Летать умеешь?
  - Да, прицеплю крылья и полечу.
  - Наш человек! Ты куда путь держишь?
  - У меня отпуск. Я еду туда - не знаю куда, посмотреть на то - не знаю что.
  - Отличный ответ. Подожди, это ты победила на очередном всемирном конкурсе экстрасенсов?
  - Я.
  - Лариса, посмотрите на фотографии места падения неизвестно чего.
  - Это и есть место падения Тунгусского...
  - Не спешите! Думайте, деточка! Думайте! Живы ли те создания, которые сидели в этом корабле?
  - Членов экипажа было семь человек, - серьезно проговорила Лариса. - Двое спеклись в корабле при приземлении, пятеро катапультировались с высоты в двадцать километров. Их отнесло ветром. Надо узнать, куда дул ветер в тот день.
  - Их отнесло за двадцать километров в сторону от места падения, - повторил Родион.
  - В голове промелькнуло слово 'кокос', - сказала Лариса.
  - Хорошо, они приземлились в шаре, который раскрывается на две половинки, - договорил Родион.
  Лариса еще раз внимательно посмотрела на снимок места падения инопланетного тела.
  - Они расплодились, - вымолвила Лариса. - Точно, их теперь на Земле не меньше сотни. Они обладают некими неизвестными людям функциями.
  - Ура! - воскликнул Родион. - Я нашел, откуда появились инопланетяне в моем отделе!
  Лариса была озадачена совсем другими проблемами: пришло сообщение о трансформации чужих инопланетян. Среди тех, кто это понял, оказался Родион! Сидор Сидорович сомнений не вызывал, этот специалист всегда был рядом с самой нереальной правдой. Ему верили представители фирмы 'Мистические обстоятельства', за ним следили и делали неспешные выводы. Так она оказалась рядом с ними.
  Тем временем путешественники покинули поезд, пересели на вертолет и полетели в сторону от падения космического объекта. В двадцати километрах от воронки с вихрами лежачих деревьев они опустились на крошечную поляну благодаря классному летчику вертолета. Им предстояло найти капсулу: если инопланетяне не циркачи и не сидели в ней в три погибели, то скорлупа должна быть приличных размеров. Еще если у них была повышенная гибкость, то размеры капсулы могли быть очень малы внутри, но велики снаружи для защиты инопланетян при прохождении атмосферных слоев.
  Путешественникам повезло, они встретили охотника и спросили его о большой скорлупе. Удивительно, но охотник не рассмеялся, а сказал, что знает берлогу медведя, которую используют многие поколения медведей и к которой людей они не подпускают. Берлога имеет внутри форму скорлупы кокоса. Группа из четырех человек подошла близко к уникальной берлоге и услышала устрашающий рев медведей. Медведи погнали путешественников от музейного экспоната так, что они забыли думать о тунгусской местности.
  Лариса знала, что большие массы населения не заведешь подобными сообщениями, люди их не заметят, и правильно сделают, и задачи такой никто не ставил. Но придумывать мистические обстоятельства - это ее прямые служебные обязанности.
  Есть три сферы жизни: вода, земля, космос. Космос дал о себе знать через Сидора Болта, но она знала, что надо работать на противоположности, значит, людские взгляды надо опустить на дно! И что?
  Точно, некий бизнесмен решил поиграть в капитана Немо! Он купил себе не яхту, а подводную лодку. Подводная лодка бизнесмена отличалась от военной подлодки, как дворец от казармы. Можно удивить бизнесмена в подводном мире, но он жадный и сенсацию на поверхность может не выпустить. И это не мысль.
  Мысль! Взять пару тунгусских инопланетян, посадить их в легкую подлодку или спусковой глубинный аппарат, завуалировать его под космический плавающий объект, сделать так, чтобы изображение инопланетных жителей шло импульсами на подводную лодку бизнесмена. Его приемные устройства уловят эти навязчивые изображения. Шок обеспечен, а с обеспеченного клиента корпорация получит свою долю выплат. Но Лариса не приступила к широкоформатному внедрению в жизнь своей очередной ахинеи.
  Новоиспеченные друзья поехали в сторону деревни Сидора, где у него был свой особняк, в котором он выделил гостевые комнаты для Родиона и Ларисы. Сам Сидор пошел отдыхать, а молодые люди поехали по деревне на золотистом автомобиле, который он им и дал.
  - Отдаленное будущее, как и отдаленное прошлое, имеет пять различий, естественно при сравнении с настоящим временем, - проговорила Лариса, рассматривая коромысло, лежащее рядом с человеком или подобием человека.
  - И что ты скажешь об этом человекоподобном существе? - с напряжением в голосе спросил Родион.
  Они склонились над человеком, лежащим так, словно он повторял линию коромысла. Рядом лежали два пустых ведра. Родион, одетый в серебристый комбинезон, попытался качнуть лежащего человека: судя по всему, он еще был жив, но полностью невменяем. Лариса была в золотистом комбинезоне
  - Лариса, мужик выпил два ведра воды и потому такой тяжелый на подъем?
  - Родион, он выпил тяжелую воду, - насмешливо ответила девушка, - скорее всего, человека ударили коромыслом по голове.
  - Это в тебе детектив проснулся. Но у нас с тобой совсем другое дело. Нас не должные волновать пустые ведра, - быстро проговорил Родион, пытаясь увести Ларису от коромысла. - Пойми, человек жив. Он сам проснется, а нам совсем ни к чему быть узнанными.
  Лариса невольно подчинилась Родиону и быстро села в машину. Машина золотистого цвета рванула с места, оставляя за собой облако пыли.
  Человек, лежащий рядом с коромыслом, посмотрел вслед пыльному облаку:
  - О, разбудили! Поспать не дали.
  И он вновь свернулся в клубок рядом с коромыслом.
  К коромыслу подошла женщина в ситцевом платье с цветочками. Она подняла два ведра и коромысло, не обращая внимания на мужчину, лежащего на траве, медленно пошла к колодцу. Она спокойно потянула к себе ведро, закрепленное на журавле, и с ужасом отшатнулась от него: в ведре виднелась ядовито-желтая жидкость. Она попыталась вылить желтую смесь на землю, но смесь свернулась в клубок, как мужик у коромысла, и зависла на дне ведра. Женщина решила снять ведро с журавля, но у нее ничего не получилось. Общественная бадья была хорошо закреплена от варваров. Тогда она вернулась к лежащему мужчине и стала его будить:
  - Вставай!
  - Отцепись! Я сплю!
  Женщина горестно вздохнула и пошла домой. А дома у нее не было воды даже в умывальнике, на который надо нажимать снизу, а пресловутое деревянное зеленое удобство скрывалось среди кустов зеленого крыжовника.
  В это время золотистая машина притормозила рядом с особняком, окрашенным в солнечный цвет и покрытым медной крышей. Дом стоял в деревне, как одуванчик на газоне. Лариса первая покинула машину. На ходу снимая желтый комбинезон и улыбаясь фирменной улыбкой, она вошла в ванную комнату, коснулась крана, вода полилась на руки. Она еще раз повернула кран, и вода забила из разных концов голубоватой ванны, наполняя емкость. Она плотнее прикрыла за собой дверь.
  Пока Лариса находилась в ванной комнате, Родион в холле включил экран размером в стену и увидел репортаж со спутника Сатурна. Этот спутник жители Земли прозвали Землей-2. Вся жизнь землян словно отражалась на новой планете. В передаче с Земли-2 показывали удобства в новых домах, но вместо прозрачной воды из крана лилось желтое соединение, состоящее из непонятных веществ.
  Родион передернулся, вспоминая, что сегодня они пытались умыться этим редким веществом, доставленным им с Земли-2, но только испачкали местный колодец. Ему стало совестно, что он оставил желтовато-медный клубок слизи в ведре колодца, хоть он и стоил больших денег.
  К колодцу стали подходить люди с ведрами. Это был единственный колодец с журавлем и бадьей на небольшую деревню, брать воду из реки жители отвыкли. Мужики пытались снять бадью, прикрепленную цепью к журавлю, но у них ничего не получалось, а опускать желтый склизкий сгусток в колодец они не хотели. Неожиданно мужиков, одетых в одежду деревенского образца, стал отталкивать от бадьи крепкий молодой человек в серебристом комбинезоне. Он ловко схватил желтый сгусток руками в странных перчатках, и вскоре исчез в машине.
  Лариса вышла из ванной комнаты и увидела входящего в дом Родиона, несшего в руках желтый комок космической слизи.
  - Лариса, мы с тобой забыли образец моющего вещества с Земли-2, я его вернул...
  Вскоре они вернулись домой, подальше от инопланетных проблем, точнее в прошлое.
  Поздняя осень радовала простором, который появился благодаря отсутствующей листве на деревьях. Стволы деревьев темнели на фоне земли, покрытой жухлой листвой. Рядом с домами листву благополучно собирали и увозили. Но в лесу листва оставалась лежать там, где упала. Лариса посмотрела за окно и ничего, кроме серого неба, не увидела. В это время в офис зашла женщина по имени Анна Андреевна и предложила путевки в Янтарную страну.
  - Отлично. Я поеду, - сказала Лариса распространительнице путевок в зарубежье.
  - А я не поеду, - медленно проговорил красавец Родион.
  Лариса онемела от негодования. Она хотела ехать с ним! Она уже отпросилась с работы, а он ее подставил! Но она промолчала и отошла в сторону. Родион пошел и сел на свое рабочее место, в сторону нее он не смотрел.
  В комнату заглянула девушка по имени Полина, она посмотрела в сторону стола начальника и спросила:
  - А где Родион?
  - Многие стремились к нему, - ответил ей умудренный жизнью Степан Степанович, вертя в руках желтый карандаш НВ.
  - Как Вас понимать? - возмущенно спросила девушка.
  - А так и понимайте, молодая леди, к нему всегда стоит очередь из женщин. Он Вас слышит, но не видит, - ответил он девушке и медленно повернул голову в сторону Родиона. - Родион, ты что, не слышишь? К тебе дама пришла, очередная твоя поклонница.
  - Слышу, но я занят.
  - Труженик ты наш. Девушка, Вы слышали ответ? Тот, кто занят, тот Вас не ждет.
  - Я поняла. Вероятно, я ошиблась комнатой.
  - Бывает, - проворчал Степан Степанович и уткнулся в чертеж, который проверял без всякого удовольствия, но с большим знанием дела. Он был очень способным человеком.
  На обед в кафе Лариса пошла одна, в сторону Родиона она не смотрела.
  Он сам подошел к ней с подносом в руках:
  - Лариса, я не могу с тобой поехать! Понимаешь, не могу!
  - Не можешь - так не можешь, а я поеду. Я никогда не была на берегу Янтарного моря. Меня Степан Степанович уже отпустил.
  - Прости, но ты поедешь без меня, - сказал Родион и удалился, унося свой обед на другой стол.
  
  В вагоне поезда сидела группа туристов, ехавшая на экскурсию к Янтарному морю. В группе было 28 женщин и два мужчины. Один мужчина ехал с женой, второй мужчина был свободен. Лариса посмотрела на контингент и спокойно достала книгу. Единственный свободный мужчина из 28 женщин безошибочно выбрал ее! Он просто сел рядом с девушкой, читающей в вагоне книгу, в то время как остальные представительницы туристической группы тихо переговаривались между собой.
  Лариса посмотрела на мужчину невидящим взглядом, словно смотрела сквозь него, перед ее глазами была диадема из янтаря. Кому чего, а ей хотелось золотистую диадему, пронизанную солнцем сквозь янтарь.
  - Девушка, можно я сяду рядом с Вами? - спросил молодой человек.
  Она мельком взглянула на очень короткие волосы над молодым лицом и пододвинулась к окну. До окна оставалось одно посадочное место. Минут через пять рядом проехал грузовой состав, из которого вылетел камень. Этот камень на большой скорости врезался в окно рядом с Ларисой. Стекло рассыпалось на мелкое крошево и осыпало ее с ног до головы. Она встала, и с ее головы посыпался стеклянный дождь.
  Люди заохали.
  - Получила я стеклянную диадему, - сказала Лариса, ни к кому не обращаясь.
  - Простите, я не хотел Вас подвигать к окну, все случайно получилось, - быстро проговорил молодой человек.
  Плацкартный вагон как единый зал, в нем всем все интересно. Лариса быстро стала личностью номер один, оказывается, и без конкурса красоты можно достичь некой популярности. Стекло с пола вымела проводница обычным веником. Остатки стекла оставались в деревянной раме вагона. Свежий ветер гулял по вагону. Проводница принесла липкую пленку и залепила отверстие в стекле, пробитое куском твердой породы.
  Молодой человек, увенчанный короткой стрижкой, сказал, что его зовут Самсон. Имя заинтриговало. Лариса перестала на него сердиться, словно он был виноват в том, что стекло разбилось. И только тут она заметила галстук на его шее, на котором был изображен конь. Галстук ему подходил во всех отношениях: Самсон был весь холеный и лоснящийся, как породистый конь. От него исходил отличный запах мужского одеколона, очень тонкого, излучающего свежесть своих компонентов.
  Лариса не думала о том, в каком вагоне ее повезут в Янтарную столицу со старого голубоватого вокзала с башенками. Она почти всегда ездила в купе, а тут собрался веселый табор экскурсантов в плацкартном вагоне. Самсон создал вокруг Ларисы свое поле, которое опекал. С ним было уютно и вкусно. Он угощал ее теми продуктами, которые взял себе в дорогу. У нее ничего, кроме бутербродов из белого нарезного батона с маслом и сыром, не было - это сухой дорожный паек.
  Проводница принесла чай в стеклянных стаканах с подстаканниками времен далеких, рядом положила сахар в маленьких брикетах. Дома Лариса чай с сахаром никогда не пила, но в вагоне вкус менялся, здесь хотелось того, чего нельзя. Мягкие нежные руки молодого человека порхали рядом, они словно клеились к девушке своими клеточками, и это ей начинало нравиться. Вскоре он ушел и пришел в симпатичном спортивном костюме, держа в руках плитку шоколада с орешками. Она ему улыбнулась и отложила в сторону книгу.
  За окном темнело. Новая парочка вышла в тамбур - единственное место в вагоне без глаз и ушей. Хотя какие у них могли быть секреты от окружающих? Как оказалось, на данный момент времени они оба были свободными людьми, не обремененными семьями.
  Лариса была девушкой среднего мужского роста, со светлыми волосами, с серыми глазами. Самсон был чуть выше ростом, он обладал правильными чертами лица, большими карими глазами. Он казался стеснительным молодым человеком и очень даже обаятельным. Нет, она никогда не мечтала о таком поклоннике, хотя понимала, что годы идут. Лариса хотела окончить институт и окончила его. Конечно, она еще была свободной девушкой, если не считать романтической связи с Родионом, который везде успевал: и дома, и на работе. Он был такой человек, на которого никто не обижался и все считали за счастье общаться с ним - любимцем дам всех модификаций.
  Янтарная столица пленила экскурсантов маленькими улочками, очень известными по фильмам и поэтому до боли знакомыми. Янтарь был во многих магазинах, Лариса смотрела на него, но не понимала, что ей нужно от этого янтаря. Понятно, что янтарную диадему, но какую? Бусы из янтаря лежали на прилавках магазинов солнечной россыпью, они были мило обработаны и подобраны по величине.
  На автобусе экскурсантов повезли в менее известный город с маленькими историческими домами и одним анекдотом, что семья в стране состоит из трех личностей: он, она и собака. Такой состав семьи вполне устраивал Самсона, он и рассказал этот анекдот. Странное чувство стадности в покупках довело Ларису до того, что денег на янтарь не осталось. Но о своем желании Самсону она не рассказывала, янтарная диадема - ее мысленная мечта.
  В музее моряков и рыбаков удивили тем, что моряки больше получали денег от привоза товаров в виде интересных бутылок с портвейном, чем от ловли рыбы. А дома у рыбаков были вполне приличные, между прочим. Янтарное море произвело на всех должное впечатление своим прохладным дыханием. Самсон так и ходил рядом с Ларисой, они простились только на вокзале...
  Вместо янтарной диадемы она привезла домой портвейн в красивой бутылке, которая ей нравилась больше содержимого. Почему Самсона нельзя считать янтарной диадемой? То и другое достается победителю. И, наконец, у Ларисы появился друг по путешествию.
  
  Отец Самсона, Антон Сидорович, с некоторых пор работал директором фирмы 'Мистические обстоятельства'. Раньше Лариса директора видела только издалека, а теперь она попала в обеспеченную среду обитания. Матерью Самсона оказалась прекрасная женщина с огромным конским хвостом собственных волос, Анна Андреевна. Тактичная женщина обволокла Ларису природным обаянием.
  Лариса почувствовала, что попала в крепкие сети и ей просто так не вырваться из их новой среды. Ее поймали, словно рыбу в море. Да и вырываться из мягких, вкрадчивых объятий Самсона не хотелось.
  Сотрудники спокойно выслушали рассказ Ларисы о поездке и женихе.
  - А я что говорил?! - спросил или сказал Степан Степанович.
  - Нам надо было поспорить на их свадьбу, - отозвался Родион.
  - Вы о чем? - спросила Лариса.
  - О тебе, - ответил Родион.
  - Так, подробнее, если можно.
  - А чего говорить? Экскурсовод выполняла задачу платной свахи. Тебя, Лариса, высчитали и решили, что ты подойдешь сыну нового директора фирмы. Ты теперь работаешь в фирме отца своего жениха. С новым директором ты не знакомилась, по штату тебе это не положено. А директор про тебя узнал, спросил у нас грешных, да и послал со своим сыном на экскурсию, - объяснил Родион обстоятельства дела.
  - Отлично, а кто в меня камень запустил?
  - Случайность, - грустно отозвался Родион.
  Лариса жила в однокомнатной квартире в панельном доме. У Самсона была четырехкомнатная квартира в дворянском гнезде - так называли группу кирпичных башен. Самсон и Лариса купили маленького щенка, создав прообраз семьи из его любимого анекдота.
  Квартиру родителей Самсона разменяли на две двухкомнатные квартиры, но... Самсон отказался прописывать Ларису в квартире. К его родителям дорога ей была закрыта. Она вернулась в однокомнатную квартиру и вышла на работу, с которой ее еще не увольняли. Мимолетное гражданское замужество Ларисы было выгодно одному человеку - Самсону. Он под предлогом женитьбы отхватил двухкомнатную квартиру у родителей. Хорошо, что они так и не расписались официально!
  Родион и Степан Степанович радостными криками встретили Ларису и промолчали в ответ на ее рассказ о последнем переселении, это уже не их ума дело. Они - люди тактичные.
  Полина, кузина Ларисы, узнав о промахе в замужестве Ларисы, пришла в квартиру Самсона. Он одиноко сидел на кожаном черном диване, перед ним стоял черный столик, и смотрел он в черный телевизор. Самсон был в своей черной стихии предметов, ей ли этого не знать!
  - Привет, Самсон! Со свободой тебя! - воскликнула Полина, снимая норковую шубку.
  - Привет, Полина! Я рад видеть тебя в моих пенатах, - ответил Самсон. - О, мой любимый мех появился!
  - А почему ты не купил шубу невесте?
  - Незачем баловать Ларису и выращивать из нее баловня судьбы.
  - Держишь Ларису в ежовых рукавицах.
  - Не твоя ее судьба, а мою совесть ты не потревожишь.
  - Понятно, без тебя не обошлось в жизни Ларисы. На вид ты такой мягкий да ласковый, как эта норковая шуба, да не тобою она куплена!
  
  В своей квартире Анна Андреевна взяла в руки издававший трели сотовый телефон:
  - Степан Степанович, это ты опять? Просила тебя к нам домой не звонить!
  - Анна Андреевна, объясни, почему вы Ларису домой отправили?
  - Не лезь в наши дела, это не нашего с тобой ума дело.
  - Политика такая у твоего благоверного?
  - Не сыпь соль на рану, и так больно и тревожно. Меня в это дело не пускают, сама по Ларисе и Самсону скучаю.
  - Анна Андреевна, я скучаю без тебя. Встретимся?
  - Зачем? Все быльем поросло.
  - На работу бы вышла, чего дома сидишь?
  - С несостоявшейся невесткой в одном подразделении работать?
  - А что такого?
  - Ладно, без меня обойдетесь.
  Антон Сидорович вызвал Полину к себе в кабинет.
  - Полина, ты зачем к Самсону ходила?
  - А Вам уже сообщили? Я только хотела ему сказать, что он сурово обошелся с Ларисой.
  - Ты куда лезешь не в свое дело? Зашла бы в кабинет Самсона на работе, а ты к нему домой пришла. А насчет их жизни - не лезь ты к ним с советами. Все под контролем.
  - Суровый у Вас контроль.
  - А теперь по делу... Ты хорошо знаешь английский язык? Насколько мне известно, ты занималась на курсах английского языка.
  - Давно это было.
  - Недавно. Есть предложение нам с тобой поехать в Морскую страну.
  - А как на это Ваша жена, Анна Андреевна, прореагирует?
  - Ты поедешь в командировку со мной, и это называется работа, - назидательно ответил Антон Сидорович.
  - Понятно, работа есть работа, я поеду, - покорно согласилась Полина.
  
  Морская страна находилась в двадцати минутах езды от фирмы и оказалась обычным санаторием, где Полина и Антон Сидорович прожили неделю своей командировки. Через неделю в тот же санаторий приехали Степан Степанович и Анна Андреевна.
  Две пары встретились на обеде за одним столом. Тактичность высшей степени проявили все четверо, никто никому не сказал ни слова упрека, после обеда разошлись в том составе, в каком приехали, по своим номерам.
  К ужину Полина и Антон Сидорович покинули санаторий.
  Лариса вышла на работу и удивленно заметила, что за столом начальника сидит Родион.
  - Родион, ты почему на чужом месте сидишь? - спросила она, улыбаясь.
  - Лариса, это теперь мое место. Приехал Антон Сидорович из командировки, меня повысил, а Степана Степановича понизил в должности.
  - Интересно. Напомни свое отчество, господин начальник? Ты случайно не очередной родственник директора?
  - Нет, я даже не его племянник. Меня повысили.
  - И ты об этом спокойно говоришь?
  - Я и живу спокойно, как нормальный холостой мужчина без вредных привычек. Лариса, поедем вечером в гостиницу, есть одна на примете, отметим мое повышение. Ты вся своя, хорошо влилась в дружный коллектив руководства, - с иронией проговорил Родион.
  - А если я не поеду?
  - Поедем в другой раз, у женщин свои причуды. Кстати, торт стоит на чайном столе. Я пошутил! Я не начальник!
  - Так ты мне больше нравишься. Уйди с чужого места! - прикрикнула Лариса.
  - Торт в честь твоего возвращения из длительного отпуска.
  - Ты очень любезен, благодарю.
  - 'Я хочу быть с тобой!' - пропел он последнюю фразу и посмотрел на белый потолок.
  - Ты и так со мной на рабочем месте.
  
  Самсон сидел на своем рабочем месте и наблюдал на экране комнату, в которой сидели Лариса и Родион. Поведение невесты ему понравилось, и он решил, что за ней еще понаблюдает. Он отключил экран и приступил к основной работе. Лариса посмотрела в сторону глазка и поняла, что его отключили, но Родиону все равно ничего не сказала, да он, вероятно, и сам все знал. Родион открыл ящик в своем столе.
  Светодиод, подключенный к жучку для слежения за работой, не горел. Он давно сделал себе такую информативную подсветку в своем столе. Если не горит в столе светодиод, значит, никто не просматривает комнату, но об этом он свято молчал.
  - Лариса, отбой местной тревоги! Я тебя жду по адресу, - сказал Родион и протянул ей визитку гостиницы.
  - Спасибо!
  - На том стоим. Лариса, ты по телефону говори сдержанно или вовсе не говори.
  - Спасибо за предупреждение. Только я теперь совсем не понимаю, кто чей в этой фирме.
  - И не надо понимать исторически сложившиеся отношения между людьми. Тебя просто использовали, навели справки о твоем здоровье до пятого колена и потом отстранили от дворянского гнезда. Обидно? Досадно?
  - Да ладно.
  - Умница! Ты мне сразу понравилась, как только я тебя увидел. Но меня лично предупредили, чтобы я к тебе не подходил, что я и выполняю по мере сил.
  - А сейчас что изменилось?
  - Теперь ты чужая брошенная невеста, и я имею право подойти к тебе, но пока в скрытой форме.
  - Шпиономания.
  - Нет, способ существования.
  - Хорошо, с тебя янтарная диадема.
  - А это еще что такое?
  - Мечта моя янтарная.
  - А что, янтарь на свете кончился? - усмехнулся Родион.
  - Нет, но я хочу янтарную диадему.
  - От меня что надо?
  - На самом деле я хочу янтарный ободок.
  - Вот это понятней, купи ободок и наклей на него янтарь.
  
  Самсон вскоре улетел за океан. У него было свое спортивное хобби: он любил играть в хоккей. А теперь он сидел на крыше своей гостиницы-небоскреба и болтал ногами, посматривая вдаль. Сегодня на его долю свалились неприятности мирового масштаба. Его бесконечно грустные глаза осматривали зону действия без доступа в сеть взаимосвязей.
  Он тосковал о бескрайних просторах совсем другой страны. Да, там бы его никто не загнал на крышу небоскреба, поскольку там их не было, в том смысле, что на бескрайних просторах не было смысла строить небоскребы. Да и зачем скрести небо зданиями, если есть обыкновенный простор для счастья?
  Так вот в чем дело! Скрести можно лед коньками, которые он бросил в гостинице. Вот пусть они там и лежат! Нет, он не хоккеист! Хотя как сказать: этот вид мужского спорта он любил с детства. Сколько себя Самсон помнил, он всегда себя помнил на коньках на ледяной арене. Ну почему он сломал клюшку о голову именитого хоккеиста?! Вот теперь сидит на крыше, сбегая от всех видов наказаний, а тот хоккеист только пошатнулся.
  'Так, с этого места поподробнее, пожалуйста', - сказал он сам себе. Клюшка сломалась, а соперник только покачнулся. Значит, клюшку кто-то повредил до выступления! Тогда за что его наказывать? Что он такого сделал? В этот момент над ним закружил вертолет. Голос, усиленный микрофоном, приказывал Самсону подняться на борт вертолета. Вертолет опустился на крышу небоскреба. К нему подбежал его тренер и попытался словами воздействовать на своего подопечного хоккеиста.
  - Самсон, все в порядке! Тебя никто ни в чем не обвиняет! Некто хотел занять твое место в сборной команде и довел тебя до бешенства. Платон подточил твою клюшку, а потом ловко замазал слабое место. Да, Платон - именитый хоккеист, но его время в прошлом. Ты - наше будущее!
  Самсон, медленно отталкиваясь руками, стал отползать задом от края здания. И в этот момент над ним оказалась еще одна птица. Ее огромные черные крылья отбросили тренера к вертолету. Нечто оранжевое склонилось над Самсоном. Красный клюв схватил хоккеиста за жилет и оттащил его от края вселенной. Еще пара секунд - и кондор во всей своей красе поднял Самсона над крышей. Молодой человек парил над небоскребом, ощущая всю прелесть розоватых лап птицы.
  Кондора только накануне выпустили на волю из клетки, гордую птицу тянуло в город. Он воспринимал здания как горы. Люди для него были потенциальной падалью, и их было много. От человека, сидящего на краю крыши, веяло вечностью, его жизнь висела на волоске, он уже был падалью, значит, он был потенциальной пищей. Кондор воспринял вертолет как соперника и решил отобрать у него свою пищу, что он и сделал.
  Самсон нервно схватился за кольца на лапах птицы, чтобы не уйти в свободный полет между гигантскими зданиями. У него не было страха, он прошел это чувство, сидя на краю крыши. Азарт - вот что владело им в полной мере! Он летел! А тренер остался ни с чем. Пусть теперь тренирует хоккеиста Платона.
  Жизнь была прекрасна. Кондор почувствовал хватку жертвы, скосил на человека красные глаза и полетел над океанским побережьем. У кондора на примете было одно место, где никто не помешал бы ему съесть свою жертву.
  Вертолет закружил над кондором.
  Но птица, сложив крылья, практически нырнула в золотистые листья кленов. Самсон почувствовал, что когти разжались, и он сам отпустил кольца на лапах. Молодой человек приземлился на опавшие листья клена и с восхищением осмотрел диковинную птицу. Кондор сел на ближнюю скамейку и безвинно взирал на человека. Они друг другу понравились. Где-то верху кричал тренер в мегафон, но это никого не волновало.
  Самсон подошел к кондору, погладил черное оперение и почувствовал в нем родственную душу. Оставалось придумать, как им жить дальше. Почему-то Самсон ощутил в кондоре неуверенность, словно он был первый день на свободе.
  Решение пришло мгновенно, но показалось нелепым. Где жить хоккеисту с кондором? Конечно, на льду! Самсон привык носить на себе вес хоккейной формы. Кондор весил не меньше. Он погладил птицу и почувствовал, что его погладили в ответ. Цирк на льду! Если из него не получился выдающийся хоккеист, то из него вполне получится ледовый циркач с живыми крыльями кондора на плечах.
  Кондор распахнул свои трехметровые крылья, показывая белые полосы. Дух у Самсона перехватило от такой красоты. 'Мы сработаемся', - подумал он. И кондор обнял его огромными крыльями в знак согласия. Между ними возникла взаимосвязь, еще неосознанная, трепетная, но она нарастала и крепла с каждой минутой. Не успел он помечтать о выступлениях с кондором, как огромная птица взмахнула крыльями и улетела.
  Поездка за океан оказалась короткой, и теперь Самсон лежал на вращающемся ложе, которое крутилось мимо замкнутого панорамного экрана. Он не любил переключать каналы, но любил переключать судьбы людей. Перед ним проплывали горы и долины, реки и водопады. Он не любил сидеть, но любил лежа рассматривать пейзажи земли. Он лежал и смотрел по сторонам, пока в его голове не возникало нечто неосознанное, которое вскоре превращалось в определенную мысль.
  Над экраном с пейзажами стали появляться лица людей, которые, как горы, определяли рельеф населенного пункта. В задачу Самсона входило негативно-позитивное развлечение общества. Он прекрасно понимал, что людям надо давать передышку для решения личных дел вместо переживания за общие проблемы человечества. Он дело поставил так, что известные люди откупались от него еще большей популярностью. Они выворачивали свою жизнь наизнанку на экранах, и это их спасало от еще большей кары в жизни.
  Мысль о планетах и людях закончилась в голове странной фразой: 'Не стоит жить на астероидах прошлого Фаэтона, надо жить на планете настоящего и не думать всерьез о планете будущего, о Венере'. Но не думать он не мог о своей Венере, которую звали Лариса.
  Степан Степанович и Анна Андреевна остались одни за столом столовой санатория. Ужин прошел в молчании. На улице Степан Степанович заговорил:
  - Анна Андреевна, ты знала, что твой муж в этом санатории отдыхает?
  - Сколько живу с Антоном Сидоровичем, столько и не знаю, чего от него ожидать. Знаешь, если ему покажется, что за ним следят, то он резко меняет свой маршрут. Он выбрасывает дорогие билеты на поезд и самолет, меняет время, меняет место. Я ничему не удивляюсь.
  - Да, но мы попали в глупое положение!
  - Я этого не заметила. У Антона Сидоровича и Полины есть общая работа, они имеют право на встречи. Тебя в должности не понизят, - заверила Анна Андреевна.
  - Будем надеяться. Меня волнует, почему Самсон улетел за океан и не прописал у себя Ларису?
  - Столичный подход. Мы из-за них пошли на размен квартиры с доплатой, а Самсон теперь один живет в двухкомнатной квартире. Он вчера вернулся из очередной поездки.
  - Анна Андреевна, ты что-то можешь изменить?
  - Нет. Плохо то, что Лариса найдет себе другого мужчину.
  - Родиона.
  - Откуда ты знаешь? - спросила Анна Андреевна.
  - Я уверен, что они сегодня встретятся, используя мое отсутствие на работе для разговоров на личные темы.
  - Вот и все, круг измен замкнулся в очередной раз.
  - Это жизнь, а не измены, - сурово проговорил Степан Степанович.
  
  Самсон сидел дома и рисовал план двухэтажного особняка. За океаном таких особняков было полно, а здесь их почти не строили. Ему было скучно. Он механически набрал номер телефона Ларисы.
  - Лариса, я виноват перед тобой. Ты виновата передо мной. Возвращайся ко мне.
  - Я в чем виновата?
  - Ты сегодня была с Родионом.
  - Угадал. Я была с ним как брошенная тобой девушка.
  - Я бросил, я и подниму. Сижу и рисую план нашего дома, нужен твой совет. Но после Родиона я не хочу тебя видеть, а завтра приезжай или совсем переезжай ко мне. Я пришлю тебе помощников.
  - Подумаю.
  - Думать не надо, надо просто ко мне вернуться. У тебя была мечта под названием 'Родион', ты его получила, теперь без мечты возвращайся.
  - Самсон, я не буду жить в твоем новом особняке, - сказала Лариса.
  - Почему, если это не секрет фирмы 'Одуванчик'? - удивленно спросил Самсон.
  - Понимаешь, я не могу жить в частных домах, у меня комплекс больших зданий, я боюсь дач и маленьких домов.
  - Лариса, мы поставим охранную сигнализацию по всему периметру дома.
  - Мне квартира в многоэтажном доме больше подходит.
  - Так, один вопрос решили. Есть второй вопрос: ты родишь мне дочь?
  - Да не вопрос, но в моей квартире нам будет тесно.
  - Слушай, а у тебя нет где-нибудь сестры или брата?
  - Зачем тебе они?
  - Понимаешь, мне тут теорию развернули: если в семье жены было двое детей, то и она двоих детей родит, если трое - родит троих, а ты что, одна у матери?
  - Ты ведь знаешь, у меня есть двоюродная сестра Полина.
  - Очень хорошо! Значит, у меня будет двоюродная дочь!
  - Сомневаюсь, мы с тобой вместе не живем.
  - Ты забыла, что я пропускал твою мечту - Родиона, а после него надо месяц ждать, чтобы быть уверенным, что дочь будет моя, а не двоюродная.
  - Благоразумный у меня жених.
  - Через месяц переедешь в мою квартиру. Нет, Лариса, не могу я ждать месяц! Я соскучился! Ты мне сейчас нужна! Только скажи мне, что с Родионом ты не была.
  - Я с Родионом не была.
  - А я поверю, хотя от ревности меня выкручивает всего.
  - Живи спокойно.
  Вскоре к Ларисе домой вместе с Самсоном пришли два парня, они взяли ее вещи и унесли. Жизнь ее усложнилась, впервые все заботы легли на ее плечи. Но надо отдать должное Самсону, он привозил продукты и иногда мыл посуду. Они стали одной семьей в новом качестве и сами себе понравились. Самсон подошел к Ларисе, поднял ее на руки и отнес на большую кровать. Лариса подумала, что Самсон ей больше подходит, чем Родион, но вырвалась и убежала. Самсон на этом не успокоился.
  На работе Лариса с Родионом говорила теперь только о работе, словно между ними никогда и ничего не было. Приехал из санатория Степан Степанович, и все встало на свои места.
  Иногда Лариса задумчиво смотрела в сторону Родиона, только и всего, потом она переводила взгляд на маленькое зеркало на полочке, стоящее над рабочим столом. Ей опять безумно хотелось янтарный обруч на голову. Она встряхивала своей рыжеватой гривой волос и опускала голову над очередной разработкой.
  Вспомнила Лариса кузину Полину на свою голову! Раздался телефонный звонок:
  - Лариса, будь другом, хочу волосы нарастить! Весна, сама понимаешь! Дай денег, ты у нас теперь богатая.
  - С чего ты это решила?
  - Муж у тебя - богатый Буратино, а мне как раз пяти золотых не хватает.
  - Полина, я чего-то не понимаю?
  - Интересное кино, что я забыла в дачном захолустье? А тут столица, ты уехала - я приехала на твое место.
  - У меня нет денег.
  - Чего я перед тобой душу открываю, если у тебя денег нет? Жадная стала? Кузине денег не осталось? - возмутилась Полина.
  - Проси у своего мужчины.
  - Издеваешься? У меня сейчас отношения без финансовых взаимных вливаний и официальных бумаг.
  - У меня денег нет.
  Лариса вспомнила, как Полина очередной раз устраивалась к ним на работу.
  - Лариса, я и твой будущий муж должны знать друг друга, - сказала Полина.
  Вышел Самсон, поздоровался.
  - Самсон, возьмите меня к себе на работу, - неожиданно для всех попросила Полина. - Я среди вас словно бедная родственница.
  Самсон окинул внешний облик странной сестры своей невесты, нашел между ними и сходство, и различие. Полина была ниже ростом.
  - Полина, а кем бы Вы хотели работать?
  - А Вы как думаете?
  - Мне о Вас Лариса почти ничего не говорила, пройдите в комнату, поговорим.
  - Я потому о ней и не говорила, что Полина путем нигде не училась, в учебе у нее была отъявленная лень, но в менеджеры выбилась, да, видно, ей этот труд с поездками порядком надоел.
  - Полина, я в затруднительном положении, у нас научно-техническая фирма, могу Вас устроить в бухгалтерию, если переучитесь, больше ничего на ум не приходит. Машину водить можете? - спросил Самсон.
  - Не могу.
  - Так и я могу ответить Вам: могу взять с последующим обучением.
  - Вот Вы какой! - сказала Полина и направилась к двери.
  Лариса пошла следом за ней с одной целью - закрыть дверь.
  - До свидания, Лариса, - сказала Полина, закрывая за собой дверь.
  Полина вышла и расплакалась. Амбиций у нее много, а способностей к труду, мало...
  - Красивая у тебя сестра, - сказал Самсон.
  - А на работу не взял.
  - Куда, не скажешь? Вы не очень дружные сестры.
  - Самсон, меняй тему, она сама разберется в своих делах, у нее свои непонятные мне способности.
  - Заметно.
  Полину на работу в хозяйственную службу взял отец Самсона, Антон Сидорович. Как бы они в командировку вместе ездили? А так по делам службы.
  
  У весеннего солнца могучая энергия, которая слизывала своим языком снег достаточно быстро, обнажая асфальт, землю и цветы. Оказалось, что различных видов подснежников много, или это просто ранние цветы, и они в скором времени готовы цвести на радость изголодавшимся по цветовой гамме природы глазам. Анна Андреевна посмотрела в окно, а потом на себя в зеркало и осталась довольна своим изображением, она старела медленно и красиво.
  Антон Сидорович всегда гордился внешними данными своей супруги, но стопроцентной верности у них не получилось, и они друг друга не винили: так и жили красивой парой, отдыхая друг от друга по взаимному соглашению. Поразительно, но факт: они всегда обращались друг к другу весьма благожелательно, не произнося упреков и назиданий. Они вели себя друг с другом весьма тактично, приветливо и сдержанно.
  И весна не вносила коррективы в их сформированные длительной жизнью отношения. Чистота в квартире и на даче всегда была не назойливой, а естественной. Они держали приходящую домработницу, она отмывала поверхности, чистила и уходила. Сами они вещи не разбрасывали, и все у них было хорошо. Тыл директора фирмы был весьма надежный. С сотрудниками он вел себя сдержанно: не бранил, не хвалил, хорошо платил за работу. Идеальный человек, если не считать некоторых личных тайн. Так, ничего особенного.
  Когда-то Антон Сидорович был безмерно беден, работал в шахте, но ему повезло. А работал в шахте он для того, чтобы написать в анкете, что он из рабочих. Для шахтеров в отдаленные времена в учебном институте существовали дополнительные места.
  Шахта, где Антон работал, находилась рядом со старой шахтой, в которой некто спрятал бочку, но не с медом, а с янтарем. Было ощущение, что этот янтарь оторвали от стены, одним словом, янтарь, 'бывший в употреблении'. Антон в отсеке шахты отбойным молотком коснулся бочки. Сквозь руду под светом фонаря, расположенного на шахтерской каске, сверкнули брызги янтаря. Он остановился, оглянулся, рядом никого не было. Оставалось вынести бочку на поверхность без посторонних глаз.
  Наверху дежурила девушка по имени Анна, она выдавала шахтерам фонари и прочие принадлежности для спуска под землю. Антон с ней договорился о том, что бочку с янтарем поднимут вдвоем. Они подняли бочку на поверхность земли.
  А что такое янтарь после железной руды? Пушок. Спрятали янтарную бочку. Анна и Антон сдружились, оба поступили в институты и окончили их. Антон быстро нашел пути сбыта и обработки янтаря. Он делал уникальные длинные бусины, которые смотрелись как украшения времен Клеопатры. Божественно. Создал Антон Сидорович малую фирму, потом большую фирму, умнее были и задачи, но начало его успеха было такое: от янтарной бочки.
  ...Сидор, младший лейтенант советской армии, сидел в закрытом помещении и отдирал от панелей янтарной комнаты янтарь. Стены, разобранные на панели, то есть на составляющие части, стояли одна за другой. Ему помогали несколько человек рядовых. Их охраняли люди в черной форме. Младший лейтенант понимал, что жить ему остается немного, он будет жить, пока он добывает янтарь.
  В свое время он видел эту янтарную комнату. А теперь сидел и портил шедевр мировой архитектуры. Янтарь укладывали в бочку. На дне бочки он положил записку со своим именем, что именно он наполнял ее янтарем. Эту записку обнаружил Антон Сидорович, когда вытаскивал из бочки янтарь и расфасовывал по более мелкой таре. Он решил, что именно он сын младшего лейтенанта Сидора...
  
  Лариса эту историю услышала от Самсона и страшно удивилась, что ее мечта прошла рядом с историей создания его семейства.
  - Самсон, почему о своей находке твои родители никому не сообщили?
  - Не верили в безнаказанность. Люди раньше всего боялись. И, найдя то, что другие люди искали по всему миру, предпочли молчание. Я все фильмы по телевизору о янтарной комнате просмотрел.
  - А янтарь еще остался?
  - Вряд ли, осталась семейная легенда.
  - По принципу 'а был ли мальчик'? Жалко, что все исчезло, мне на янтарную диадему не оставили.
  - Опять ты про диадему! Куплю я тебе янтарь, не такой уж он и дорогой, чтобы всю жизнь мучиться над простым желанием.
  - Диадема должна быть ажурная, из чистого золота, а в нее вставлен янтарь.
  - Выполнимо. Тебе сейчас нужна диадема или подождешь?
  - Еще ее надо нарисовать.
  - Мама с такой задачей справится, поговори с ней. Эта тема лучше, чем твоя связь с Родионом.
  - Опять ты за рыбу деньги. Мы с ним работаем, и все.
  Анна Андреевна решила сделать ремонт в квартире. Она сама снимала обои и нашла странное место в стене: звук от него был пустой, а обои в этом месте с трудом можно было ободрать. Под обоями она нашла тонкую пластину, под пластиной располагалась ниша, в которой лежали четыре пакета из-под молока.
  Литровые картонные пакеты были набиты янтарем. Она крутила в руке пакет с нарисованными синими листиками, внутри пакета поблескивали янтарные камушки. Она вынула один янтарь и обнаружила, что одна его сторона была неровной, словно на ней был клей, потом его чем-то отдирали. Она поставила пакет на стол до прихода мужа.
  Антон Сидорович, заметив пакет с янтарем, весь перекосился:
  - Анна, ты зачем достала пакет из тайника?
  - Так это был тайник со старым янтарем?
  - Янтарь сам по себе - старый кусок смолы.
  - Но это использованный янтарь.
  - Больше скажу, но не сейчас.
  - А, так это тот янтарь, который обдирал в войну с панелей янтарной комнаты твой отец Сидор?
  - Вспомнила? Да, это он.
  - Отдадим в музей?
  - Нет.
  - Понятно, но историческая ценность мирового значения стоит дороже бус из него.
  - Вероятно, все так, как ты говоришь, но такая реклама может оказаться антирекламой до конца жизни! Нас затаскают по мероприятиям, и еще нашим детям достанется. Анна, молчи о находке, умоляю, никому ни слова! Забудь все это еще раз!
  Анна Андреевна позвонила сыну:
  - Самсон, приезжай домой! Есть наследство от твоего деда Сидора! Жду. Но ты должен приехать в тот момент, когда твой отец еще на работе будет.
  - Мама, ты загадки задаешь. Приеду перед обедом.
  Самсон посмотрел на янтарь, послушал версию матери на эту тему и сказал:
  - Янтарь - слишком серьезное обвинение моему деду и отцу, чтобы быть правдой.
  - Что делать будем? - спросила тревожно мать.
  - Положи туда, где взяла, и замуруй покрепче.
  - Жалко столько добра в стену замуровывать.
  - Жалко - так забирай себе, чай, наследство от моего деда или все, что от него осталось. Лариса мечтает о диадеме из янтаря, а тут целый литр этого добра, я бы взял. Но что отец на это скажет?
  - Я думала, что ты мне отдашь, а ты своей зазнобе подарок готов сделать!
  - Мама, так я возьму дары стены нашей?
  - Забирай, спать лучше буду.
  Самсон попросил Ларису задержаться на работе после ухода отца.
  - Что еще придумал? - спросила она с раздражением.
  - Есть янтарь для твоей диадемы, много янтаря.
  - Отлично, но где взять много золота?
  - У отца.
  - Понятно, а ему можно сказать, что янтарь есть у тебя?
  - Говори, все равно узнает.
  - Собрание соберем?
  - 'Треугольник' такое собрание называется.
  - Нет, у нас многогранник.
  
  Анна Андреевна не выдержала секрета и рассказала бабкам на улице о своей находке в стене. Бабы разные бывают, одна сообщила в милицию, вторая в музей сбегала, подставили ее со всех сторон. Анна Андреевна обрадоваться не успела, как приехали люди и забрали янтарь на экспертизу. Любой янтарь заканчивается.
  Антон Сидорович спросил у экспертов:
  - Куда янтарь повезли? Не знаете? Узнаю.
  Достаточно быстро директор выяснил, куда повезли янтарь на экспертизу, он сам туда возил янтарь из этой серии. Джип, два охранника, пара автоматов - и он выехал навстречу тихоходной машине тех, кто вез янтарь на экспертизу. Они не столько везли, сколько делили его между собой, но машина этих людей была ему известна.
  Во время дележки янтаря рядом с машиной остановился джип Антона Сидоровича. Он остался в машине, его охранники внезапным нападением без капли крови добыли литровые пакеты с янтарем. Он вновь держал янтарь в руках, гладкие камни приятно грели его ладони. Он решил янтарь никому не отдавать в память о шахте и так, чтобы было.
  Осталась Лариса ни с чем, но прослышала, что ее мечта осталась в сейфе директора. Все остальные участники этой истории поволновались да забыли, или думали так молча. Она решила взять янтарь в руки, но причины выхода на директора у нее не было, разве что через Самсона. Все-таки он сын, да и она не совсем чужая.
  Лариса напомнила Самсону о своей мечте, исчезнувшей в сейфе его отца.
  - Лариса, давай купим несколько янтарных бус и сделаем тебе диадему, перестанешь меня мучить.
  - Принципиально хочу исторические камни, без истории они имеют маленькую цену.
  - Спрошу у отца при случае, не торопи.
  - Жду, родной, а пока супружеский долг в сейфе полежит, - и Лариса пошла в комнату, где на диване уснула.
  
  Однажды в парикмахерской Полина услышала, как женщина рассказывала про янтарь, найденный в стене в пакетах из-под молока. Она решила, что Лариса должна знать продолжение этого рассказа.
  - Лариса, это у вас стены из янтаря стали делать? - спросила ехидно Полина по телефону.
  - Полина, привет, откуда такая новость?
  - Из парикмахерского салона. Я слышала рассказ из соседнего кресла, пока меня стригли.
  - Быстро новости без газет разносятся, надо торопиться.
  - Куда, сестричка, собралась торопиться?
  - Хочу я именно этот янтарь.
  - А кто сомневался! Ты с детства бредишь янтарем, а сама ни одного камня не купила! У меня и то есть кулон и сережки! Купи себе сама янтарь и угомонись.
  - Угомонюсь, но не все так быстро делается. Я янтарную диадему хочу.
  - Все, твои 'хочу' у меня в печенках, пока...
  Лариса на работе обсудила последние новости с Родионом. Он промолчал в ответ, а потом и просто отвернулся к своему рабочему месту. Лариса на него почти не обиделась и пошла работать.
  Антон Сидорович, посмотрев на странный диалог на экране телевизора, промолчал.
  Самсон не промолчал:
  - Лариса, отец хочет с тобой лично поговорить. Ждет тебя вечером у себя дома.
  - Ты со мной поедешь?
  - Нет, ты поедешь одна.
  Антон Сидорович дома был один.
  - Привет, Лариса! Пришла за янтарной мечтой?
  - А Вы мне мою мечту покажете?
  - Цену знаешь? Мы с тобой поедем в Морскую страну. Обойдемся без переводчика. Поедем завтра в командировку.
  - Меня не отпустят.
  - Считай, что все отпустили.
  
  Утром Лариса медленно спускалась по лестнице своего подъезда, лифт кто-то тормозил. Она шла пешком с небольшой походной сумкой. Сверху послышались быстрые шаги, которые ее догоняли. Она остановилась, повернула голову: ее глаза встретились с глазами мужчины, одетого в пиджак фирмы строителей. Он держал в руке три отрезка металлических труб разной длины.
  Пот прошел по телу. Лариса сделала вид, что не испугалась, и быстрым шагом пошла к входной двери подъезда. Мужчина шел следом. Она резко остановилась и еще раз повернула голову. Он опустил три трубы вниз. Она нажала на кнопку входной двери, но дверь не открылась. Она нажала еще раз на черную кнопку замка, и дверь открылась. Мужчина догнал женщину. Они вместе вышли из подъезда.
  У страха глаза велики.
  Рядом с подъездом стояла машина Антона Сидоровича, его шофер потянулся через кресло, нажал на кнопку задней двери. Лариса открыла заднюю дверь, села на сиденье, рядом поставила небольшую походную сумку. Машина тронулась с места и плавно поехала мимо дома. Мужик с трубами шел в другую сторону.
  - Здравствуй, Лариса, - промурлыкал Антон Сидорович.
  - Доброе утро, Антон Сидорович! А Вы не забыли, что я девушка Вашего сына?
  - Дорогая моя, я в курсе семейной жизни своего сына. Я знаю, что ты отлично спишь одна в комнате. Мало того, я знаю, что у тебя и у Родиона в гостинице было свидание, но ты - сексуальная ленивица: ты скрылась из гостиницы. Ты оставила красавца Родиона при его интересе в одном нижним белье.
  - Я львица, а не ленивица.
  - Это уже лучше звучит. Ты слышишь, она у нас львица, - обратился Антон Сидорович к шоферу.
  - Звучит красиво. Когда за вами приезжать?
  - Я позвоню.
  
  Дальше ехали и молчали. За окном мелькал лесной пейзаж или дачные дома нового образца. Машина остановилась у двухэтажного особняка. Металлические двери бесшумно раздвинулись в две стороны. Машина въехала во двор. Лариса заметила на крыльце пожилую женщину и двух мужчин с видом охранников.
  Машина остановилась. Лариса и Антон Сидорович вышли из машины.
  - Хозяйка, встречай гостей, мы надолго приехали!
  - Антон Сидорович, мы всегда Вас ждем! У нас все готово.
  - Отлично, покажи комнату гостье, ее зовут Лариса.
  Лариса вошла в комнату с круглой кроватью в центре комнаты. Комната была квадратная, но в углах стояли скругленные шкафы разного назначения. Ей понравилось временное жилье. Она села в кресло у окна, еще раз окинула взглядом комнату, заметила скрытую дверь, обнаружила за ней ванну и прочее.
  Рядом с креслом стоял журнальный столик, на нем лежал компьютер в виде книжки - ноутбук. Все она понимала, кроме того, что ничего не понимала! Зачем ее привезли на эту дачу? Лариса вздрогнула и подняла глаза: над кроватью висело круглое панно из янтаря, маленькие светильники располагались вокруг него - это уже интересно.
  В комнату вошел Антон Сидорович, его внешний вид вызывал невольное уважение. Благородное лицо обрамляла небольшая седина, уложенная в красивую мужскую прическу. Лариса впервые посмотрела на потенциального свекра как на мужчину, и он молодой женщине понравился.
  - Лариса, надеюсь, тебе здесь будет хорошо! А сейчас для тебя принесут работу.
  В комнату вошли двое мужчин и внесли две красивые картонные коробки.
  - Да, это работа для тебя. Здесь янтарь, раз он тебе нравится. Просмотри камушки, продумай прямоугольные панели для этой комнаты. Эта дача на продажу. Ты здесь будешь жить некоторое время, пока не придумаешь весь дизайн.
  - А Вы уедете, Антон Сидорович?
  - Как это ни странно, нет. У меня здесь есть дело. А то, что ты придумаешь, будет использоваться для серийных панелей с искусственным янтарем.
  - Понятно, господин директор. Панели мне принесут?
  - Они здесь, ты их не заметила. Их три штуки.
  - Я думала, что это часть дизайна комнаты.
  - Будущего дизайна.
  - Пригласили бы настоящего дизайнера.
  - Мне нужен истинный любитель янтаря, а это ты, моя дорогая.
  - Но я не Ваша дорогая.
  - Это дело времени. И еще, в твоем компьютере есть программа с набором ажура для панелей. Орнамент будет выполнен из золота либо с его напылением. Выбери рисунки для панелей под янтарь. Ты хотела янтарную диадему?
  - Я Вам об этом не говорила.
  - Все разговоры, достойные моих ушей, ко мне приходят.
  Как оказалось, кропотливая работа с янтарем была не для Ларисы, она через пару дней подошла к Антону Сидоровичу и отказалась от бессмысленного труда.
  - А как же мечта?
  - А я не передумала мечтать о янтарной диадеме...
  
  По дороге шел человек в потертых джинсах и красной ковбойке с полиэтиленовым пакетом в руке. Его сильная рука была оттянута тяжестью. 'Какая тяжесть может лежать в пакете?' - подумала девушка, идущая следом за ним. Рука мужчины опустилась еще ниже и резко поднялась вверх. На дорогу упал сверток, в котором нечто блеснуло. Мужчина остановился. Остановилась и девушка, слегка задев мужчину и с трудом узнавая в нем некоего Степана Степановича, своего бывшего сослуживца.
  - Проходи, Лариса, - узнал ее Степан Степанович. - Ничего для тебя интересного нет.
  - Степан Степанович, Вы золотые гири несете? - спросила с насмешкой Лариса.
  - Не твое дело! Иди своей дорогой.
  Лариса посмотрела на мужчину. Ей стало интересно, что такое он несет?
  - У меня есть прочная сумка. Я могу ее дать Вам, чтобы Вы донесли свою гирю, - сказала Лариса наставительным тоном.
  - Не нужна мне твоя сумка! - истерически крикнул Степан Степанович.
  - Зачем кричать? Дарю сумку! - воскликнула настойчивая девушка, протянув пустую сумку, сшитую из ткани.
  Степан Степанович машинально взял сумку. Он поднял сверток с земли и небрежно сунул этот сверток в сумку, предложенную Ларисой. Рука его оттянулась под тяжестью предмета. Сумка стала трещать по швам.
  - Эй, Лариса! Забери свой подарок! Он рвется!
  Лариса оглянулась, подошла и забрала свою порванную сумку. Степан Степанович двумя руками держал сверток перед собой.
  - Иди своей дорогой! Не смотри на меня! - крикнул он ей.
  - Чего Вы так злитесь? - спросила она.
  - Ладно, скажу. От тебя не избавиться иначе! Сегодня я обошел старый дом отца, который скоро будут сносить, и нашел самодельный слиток золота! Ты не поверишь, но это слиток моего отца, поэтому он мой!
  - Здорово, Степан Степанович, Вы не украли, а нашли слиток золота в своем родовом доме. Радуйтесь, а я пошла.
  - Нет, Лариса, не уходи! Мне одному жутко с этим куском золота. Я побоялся такси вызвать, ведь любой таксист, как психолог, быстро узнает, что я золотой слиток везу. Ты вот все узнала, и он бы мог узнать.
  - Понятно. Идемте ко мне. Мой дом рядом. Я недавно переехала в этот район.
  - Идем к тебе. До моего дома еще далеко, - схитрил мужчина. - Лариса, я отдохну у тебя немного, с тобой поговорю, а ты мне машину вызови по телефону. Я попытаюсь с таксистом не разговаривать.
  - Я видела, что наша соседка ездит на машине. Пусть она Вас отвезет!
  Разговаривая, они подошли к дому Ларисы, поднялись на ее лестничную площадку. Они немного посидели на кухне, чай попили. Лариса не выдержала тайны и попросила показать ей слиток. Она еще никогда не видела самодельные слитки золота. Слиток ее удивил. Может, это и был слиток золота, но больше похожий на небольшой брусок, а по контуру его окружал янтарь. Янтари так вжились в золото, что трудно их было отделить. Очень слиток напоминал печенье с изюмом.
  - Ничего себе сокровище! Степан Степанович, а почему Вы решили, что это сокровище - слиток Вашего отца или деда? Это надо же было в слиток впечатать янтари! Да как красиво получилось! Очень похож слиток на коврижку, которую смазали яйцом, а внутрь изюму не пожалели. Нет, этот слиток старше Вашего деда! Где Вы его нашли?
  - Я же сказал, что старый дом отца пошел под снос. И отца давно нет, и дом часто пустовал. А тут вдруг объявили, что дом сносят. Я и пошел в свой дом, где родился. Я, когда был маленький, облазил весь пол. Еще в детстве я играл в 'секреты' с соседскими девочками. Они закапывали в землю осколки стекла или посуды, а потом их разыскивали, нежно сбрасывая землю с 'секрета'. Я разложил газеты на полу, лег на них и стал осматривать нижнюю часть комнаты с высоты своего детства. Под корочкой головного мозга у меня осталась картинка из детского 'секрета'. Я тогда колупал стенку, покрытую штукатуркой, и в одном месте стены обнаружил золотистый предмет. Мне нравилось его трогать пальчиками. Вспомнил я! Это было под кроватью моих родителей, сверху над головой у меня тогда была железная сетка кровати. Я покрутился по полу, нашел место, где стояла кровать. Потом я взял старую кочергу, лежавшую у печки, и стал отбивать стенку. Недолго и искал. Под кочергой блеснула золотистая вспышка. Тогда я стал рукой обдирать штукатурку, лишь иногда применяя кочергу. Из стены выпал золотой слиток с янтарем, завернутый в лоскут из мешковины.
  - Степан Степанович, похоже, что Вы правду мне говорите. Значит, это действительно Ваше сокровище, и оно мне нравится.
  Лариса повертела брусок в руках и сказала:
  - Это не слиток золота, а скорее железо, покрытое золотом. Вероятно, брусок снят с какого-то предмета. Возможно, что это ножка шкафа или гиря от часов.
  - Еще скажи, что это стрелка из часов.
  - А почему нет?!
  - Не дала мне порадоваться! Я думал, что богатым стану. Нет, умная баба лишила мужика слитка золота!
  - Не обижайтесь. Пакет Ваш порвался. Это чугунное литье, покрытое золотом!
  - Совсем меня бедным сделала, - обиделся большой мужчина.
  Лариса позвонила в дверь соседней квартиры. Из квартиры вышел накачанный молодой человек:
  - Девушка, Вы к кому? Неужели ко мне? Лариса - это Вы?
  - Я, Платон, Ваша новая соседка. Необходимо мужчину отвезти домой. Я видела, что в этой квартире живет женщина, у которой есть золотистая машина.
  - Это машина моей мамы. Но ее сейчас дома нет. Она не работает таксистом.
  - Извините, я такси вызову.
  - Правильно, вызовите такси, если мужчина сам не может этого сделать, - иронично ответил молодой человек.
  Девушка резко повернулась к своей двери, но как-то всем своим существом почувствовала, что молодой человек смотрит ей в спину.
  Она резко повернулась к нему:
  - До свидания, Платон!
  - Именно до следующего свидания, Лариса, - нежно проговорил сосед.
  Лариса прошла в свою квартиру и спросила грустного мужчину:
  - Степан Степанович, доедете на такси? Хотите, я Вас провожу?
  - Нет, провожать меня не надо. Золота у меня больше нет. Оставь себе эту позолоченную чугунную болванку с янтарем! - крикнул Степан Степанович, но чугунную болванку взял с собой как память о детстве.
  
  С соседом по лестничной площадке Лариса несколько раз поднималась в лифте. Они познакомились. Однажды он зашел к ней в квартиру и сделал ей официальное предложение.
  - Платон, мы мало знакомы, - ответила Лариса. - Не рано ли нам жениться?
  - Я не был женат, детей у меня не было, могу жениться, - невозмутимо ответил он.
  - Чудный предлог для предложения руки и сердца, - заметила она без эмоций.
  - Подожди, Лариса! Я сейчас свою маму позову! - крикнул Платон и исчез за дверью.
  Вскоре Платон появился в дверях с симпатичной женщиной, представив ее Инессой Евгеньевной.
  Платон внимательно посмотрел на Ларису и сказал более настойчиво:
  - Лариса, давай поженимся!
  - Сегодня? - засмеялась Лариса.
  - Немедленно, пока не явился кто-нибудь другой!
  - Лариса, твоя квартира просто великолепна, - усмехнулась Инесса Евгеньевна, осматривая комнату.
  - Возможно, что у меня еще не так красиво, как хотелось бы. Подождите, к Вам кто-то пришел.
  В дверь Ларисы постучали, а не позвонили.
  Платон открыл дверь:
  - Родион, как ты догадался, что я тебя жду в этой квартире?
  - Услышал твой голос сквозь приоткрытую дверь. Я уже слышал, что у тебя появилась новая соседка. Нетрудно было догадаться, что ты ее не пропустил.
  - Друг, ты пришел вовремя! Я сватаю соседку за себя, но ты ее у меня не отбивай!
  - Я что, такой плохой, чтобы у друга невесту уводить? Я знаю, как ты с ножами управляешься.
  - Прав, Лариса еще не жена, но очень похожа на мою невесту.
  - Так ее Лариса зовут? Приятно будет продлить знакомство.
  Лариса и Платон действительно вскоре скромно расписались. Он всегда и во всем торопился, словно боялся опоздать. Вскоре он стал приставать к молодой жене с вопросом:
  - Лариса, когда у нас будет ребенок?
  Она смотрела на него удивленно, не понимая, когда бы они успели сделать ребенка? Так получилось, что вскоре они поссорились, но быстро помирились.
  
  Платон легко менял взгляды на все устои жизни и долго на Ларису не сердился. Однажды он принес ей в подарок шесть стульев. Она искренне удивилась подарку: в маленькой квартире один стул поставить было некуда, а он принес целых шесть стульев!
  Да, у нее маленькая квартира, и она так хотела сделать ее красивой! А вместо этого все свободное время у нее уходило на приготовление пищи для Платона, когда он жил с ней. А еще он принес каталог антикварной мебели. Она долго его рассматривала и смутно чувствовала в душе непонятную тревогу. Ей очень понравился журнал, а особенно мебель из этого журнала. Ей захотелось жить среди этой мебели! Да где ее взять? И главное, на какие деньги?
  Минутная музейная слабость к золотым вензелям неизбежно переходила в жизненную потребность. Лариса всегда жила среди прямоугольных домов или прямоугольной мебели, простой до примитивности. Получалось, что до двадцатого века создавали мебель, радующую глаза хотя бы небольшой части общества, а потом все исчезло и перешло в музеи. Ей так хотелось чего-нибудь золотого и с вензелями! Из-за этой потребности у нее всегда было смутное желание побывать в прошлом веке, и она ходила по музеям. Где еще найти остатки роскошной жизни?
  Лариса купила золотистую краску, поставила ее перед глазами, думая, что так она быстрее придумает, как ее использовать. А в душе у нее было пусто до отчаянья и головной боли: у нового благородно изогнутого стула две ножки постоянно выступали вперед. И куда они бежали? А сделан он был так, что в его сиденье можно было сокровища прятать.
  Где их взять? Сокровища. И в голове нет ничего, кроме этой самой головной боли, а когда она сидит на этом стуле, то мысли лучше функционируют. На старом стуле мысли старые или в голове пусто и желания спят. Нет желаний.
  Лариса коснулась обивки стула рукой. У нее появилась мысль продать этот стул и его братьев за большие деньги. Ее вчера попутным ветром занесло в антикварный магазин мебели, и она увидела цены на очень старую мебель. Цены ей понравились, а дома у нее без толку стояли шесть стульев с изогнутым профилем, обтянутых шелком.
  Она взяла в руки банку с золотой краской, взболтала жидкое золото, задумалась на секунду и полиэтиленовой пленкой обтянула шелк, потом из пульверизатора покрыла дерево стульев золотой краской. Она залюбовалась своей работой и решительно набрала номер телефона:
  - Платон, будь человеком, в твоей фирме есть камеры тепла и холода для испытаний? В камеру стул влезет?
  - Лариса, ты чего придумала на мою голову?
  - Я что, деньги у тебя прошу? Нет. Я прошу взять новый стул, погреть его и заморозить раз десять - и все.
  - Понятно. Понимаешь, дорогая моя, так поступают с иконами, но не со стульями!
  - Родной мой, я не умею рисовать иконы! Я стул покрасила золотой краской, только олифы у меня нет, чтобы его покрыть.
  - Ладно, возьму стул, погрею, заморожу. Но претензии по его внешнему виду не приму.
  - Спасибо, а шесть стульев возьмешь?
  - Радость моя, у нас солидная фирма! Один стул я смогу оправдать, сославшись на то, что его склеиваю, но шесть стульев...
  - Возьми один стул, склей его. У стула на самом деле передние ножки от задних ног постоянно вперед уходят. Я уже их склеивала.
  - Лариса, слышу нормальную речь! Склею стул и проведу испытания клеевого шва в дереве.
  - Платон, спасибо! Ты настоящий мужчина!
  Платон принес стул на испытательный стенд. Работница стенда согласилась помочь испытать клеевой шов в стуле. Стул ей очень понравился, и она вполне понимала желание Платона склеить его качественно. Через пару суток Платон вернул стул Ларисе. Она ойкнула и радостно покрутила стул на одной ножке.
  - Лариса, чему радуешься? На стуле сидеть можно, но обивка несколько сжалась, само дерево слегка потрескалось, верхний слой покрытия вообще стал в мелких трещинах, надо теперь его заново красить.
  - Платон, на этом стуле у меня в голове рождаются славные мысли, спасибо!
  - Тебе видней. Я сделал то, что ты просила. Сиди на стуле и мысли. У меня сегодня много работы, стул я тебе привез. Все, я уехал. Пока.
  - Счастливо, родной! - Лариса расплылась в радостной улыбке, закрывая дверь за Платоном. Она подошла к стулу, взяла его и понесла к соседке.
  Соседка, пожилая, приятная женщина, встретила ее спокойно. Лариса высказала свою просьбу:
  - Инесса Евгеньевна, помогите, пожалуйста! Мне от бабушки достался один старый стул. Я его выкинуть хотела, но мне так понравился его изгиб, что рука не поднялась.
  - Конечно, Лариса, я помогу тебе. Но чем? Почистить его шкуркой?
  - Что Вы, ни в коем случае! Вы его сдайте в свой антикварный магазин, только не трогайте его. Я его сама довезу до магазина.
  - Лариса, я никогда ничего подобного не продавала. Получится ли у меня продать ваше наследство?
  - Инесса Евгеньевна, бабуля мне рассказывала, что этот стул ей достался от ее бабушки, он у нее стоял в кладовке.
  - Видно, что стул старый, забыли его вовремя выбросить, - усмехнулась Инесса Евгеньевна, но ее глаза хитро блеснули.
  - Ладно, не надо его продавать, я просто хотела Вам показать бабушкино наследство.
  - Лариса, я думаю, что ты пошутила насчет антикварного магазина.
  - Простите за беспокойство, - сказала Лариса и спиной, неся стул, вышла из квартиры матери Платона.
  Дома она перевернула стул, оторвала пожелтевшую этикетку, еще раз осмотрела стул, поставила его в угол. Затем она вынесла из комнаты пять стульев и без стульев поехала в магазин на новом автомобиле.
  - Вас что-то у нас заинтересовало? - спросил вездесущий продавец Родион, между прочим, друг ее мужа Платона.
  - Вы мне вчера понравились, а мебель сегодня, - ответила Лариса, кокетливо улыбаясь продавцу.
  - Меня среди антиквариата и мебели обычно не замечают, - хмуро ответил молодой человек.
  - Что Вы сегодня вечером делаете? - спросила она молодого мужчину.
  - К Вам еду. Я правильно понял? - усмехаясь, спросил продавец. - Рабочий день через полчаса закончится. Только мой визит Вашему мужу Платону может не понравиться.
  - Можно я похожу пока по магазину, а потом поедем ко мне?
  - Ходите, смотрите, это не запрещено, - предложил вежливо Родион.
  Лариса два раза обошла торговые залы, потом вышла из магазина и села в автомобиль. Она с тоской подумала, что делает глупость. Ей захотелось уехать от магазина куда подальше, но на крыльце показался продавец Родион.
  - Идите сюда, - позвала Лариса, открывая дверцу машины.
  - Женщины меня еще не возили на машине, - сказал он, глядя на машину.
  - Времена меняются, я давно за рулем.
  - Что мы у Вас делать будем? Я понял, Вы хотите оценить свой антиквариат!
  - Мы уже знакомые, а антиквариата у меня никогда не было. Мебель у меня современная.
  - Хороший ответ, а я подумал, что Вы заманиваете меня в дом как оценщика старой мебели.
  В подъезде Лариса столкнулась с Инессой Евгеньевной. Пожилая дама улыбнулась и вопросительно посмотрела в глаза Родиона, но промолчала.
  Родион прошел в квартиру и воскликнул:
  - Я прав, Вы меня привезли оценивать этот стул, - он подошел к стулу. - А что, неплохой стульчик! Прямо скажем, неплохой! - засмеялся радостно Родион, глаза его так хитро сверкнули, что Лариса удивилась.
  - Вы проницательны, - сказала Лариса с некоторым внутренним раздражением, ей показалась, что афера себя не оправдала.
  - Продать Ваш антиквариат? - спросил Родион, многозначительно покачивая головой.
  - Нет, он мне дорог, как память.
  - Все так говорят и продают, а покупатели эту память покупают. Сказать Вам цену на этот стул? - и он назвал цену.
  - Так мало?
  - Вот видите, из-за стула Вы меня привезли! А мало стул стоит потому, что без легенды и тянет на позапрошлый век.
  - Правда, что ли?
  - А Вы что, не знали что стул восемнадцатого - девятнадцатого века?
  - Нет, на самом деле я его принесла из бабушкиной кладовки. Мне его профиль понравился, изогнутость ног и спинки. Я с детства этот стул помню. Я на нем сидела, когда к бабушке приходила пить чай с вишневым вареньем. Дома у нас варенья никогда не было, - увлеченно врала Лариса и сама верила своим словам.
  - С какой грустью Вы говорите и так красиво. Вспомнили бы лучше историю стула до варенья с чаем или вспомните, что бабушка говорила о своей бабушке.
  - Не помню, мне это было неинтересно.
  - Тогда дороже не продать. Я сейчас уйду, Вы стул сами привезете, а мы его продадим. Вот и вся любовь - на один стул. Я без обиды говорю, Вы не первая клиентка в моей работе, которая меня увозит на оценку антиквариата под предлогом интереса.
  Родион ушел. Лариса села на диван, еще раз посмотрела на стул и рассмеялась:
  - Это ж надо! Восемнадцатый век!
  Она позвонила Платону:
  - Платон, спасибо за стулья восемнадцатого века!
  - Лариса, ты откуда узнала, что они восемнадцатого века?
  - Твой друг Родион сказал.
  - Ты бедствуешь, моя радость? Я купил стулья, а ты их продаешь?
  - Так получилось. Стулья на самом деле из гарнитура восемнадцатого века?
  - А ты вспомни, где я работаю! Я теперь работаю на частной мебельной фабрике. Мы изготавливаем мебель на заказ малыми партиями. Однажды нас попросили сделать гарнитур из восемнадцати стульев, похожих на стулья восемнадцатого века. Я ездил по музеям. В музее великого писателя нашел этот стул. Мы по этому стулу выполнили заказ, а заказчик оплатил двенадцать стульев. Шесть стульев я купил по цене с большой скидкой и тебе подарил.
  - Вот теперь спасибо. А ты знаешь, что я могу один стул продать как антиквариат восемнадцатого века? Ты лучше скажи, где находится музей, в котором ты стул срисовал?
  - Я соскучился. Приеду и все расскажу.
  - Приезжай хоть сейчас, - сказала Лариса и положила трубку телефона.
  
  Лариса спрятала стул, прошедший испытания на стенде. Пять стульев она распределила по квартире так, чтобы их число не сразу определялось. Посмотрела на себя в зеркало и решила, что красивее быть необязательно, и побрела на кухню готовить ужин для любимого мужчины. Дети у них пока не появились. Платон хотел детей, бредил продолжением своего рода. Лариса упреки на эту тему не выносила. Она привыкла к его дарам. Они ее устраивали.
  Платон был гибким мужчиной, легким на подъем. Вес на его теле так равномерно распределялся, что он казался просто прекрасным, что Ларисе весьма импонировало. Он знал и чувствовал дерево в любом его проявлении, но что касалось техники - тут у него был полный провал. Машину водить он умел, но без особой легкости, хотя имел права на вождение. Вообще он весь был отголоском прошлых веков. Последнее время он вновь воспылал любовью к Ларисе. Она пыталась увильнуть от его назойливой любви, но чем больше она его отсылала, тем настойчивее он становился.
  Если Платон любил Ларису, то кто из них сильнее любил? Непонятно. Она могла бы с ним и на футбол пойти, но он за футболистов не болел. А у Ларисы даже шарфик фирменный был. Не болельщик он футбольный, а наглый молодой муж, поэтому Платон Ларисе и нравился.
  Вечером они были на ночной дискотеке. Музыка гремела, цветомузыка вращалась и посылала импульсы в толпу танцующих людей. Лариса танцевала так, что от нее постепенно все отпрыгивали в сторону. Она же почти настоящая танцовщица, и на нее интересно смотреть. Платон остановился и посмотрел на ее танец, за ним остановились все, и Лариса вытанцовывала в одиночку.
  На нее нашло вдохновение танца! Приятно! Лариса находилась в центре внимания публики, в центре цветовой настройки танцевального поля, в центре музыки. Подошел к ней Платон после танца, и они пошли на улицу. Погода прохладная. Нуль или ноль градусов. И они два нуля.
  Но сейчас не об этом.
  Нечто подобное вспоминала Лариса, пока ставила рыбу, залитую майонезом, в духовку. Платон любил картофельное пюре со сливочным маслом и молоком, этим она и занялась. Накануне он привез сетку картошки, сетку свеклы и все остальные овощи. Она открыла дверь своему снабженцу и вновь пошла на кухню. Он сам знал, что ему делать с овощами. В нем не было эксцентричности, но была основательность, в нем не было любовной суеты, но любил он душевно.
  Ларису устраивала домашняя любовь без особых требований.
  - Лариса, я смотрю, все стулья на месте.
  - Платон, а куда им деваться, все они здесь, - сказала она, снимая передник, оставаясь в платье, облегающем фигуру.
  - Как ты хороша в платье! А то ходишь в брюках, словно ты не женщина!
  - Я для тебя платье надела.
  - А хоть бы и так, все одно приятно, глаз мой мужской радует. Хочешь знать, где я стул срисовал? Мы можем туда вдвоем съездить, если довезешь на машине. Это старая усадьба, музей писателя.
  - Ой, Платон, вот почему мне на этом стуле хорошо думается!
  - Угодил, стало быть, и то славно.
  Через некоторое время Платон бросил Ларису по неизвестной для нее причине и вернулся к матери, видимо, у нее квартира была больше.
  - Привет! - воскликнул Платон, встретив на лестничной площадке Ларису. - Я соскучился.
  - Быть не может, - без эмоций возразила Лариса.
  - Это правда.
   'Жесть!' - подумала Лариса и пошла дальше, у нее не было денег на покупку Платона. Она представила, как он в магазине купил куклу. И пропела мысленно: 'Секс-топ, секс-топ, секс-топ, секс-топ'.
  Платон после очередного своего ухода от Ларисы действительно перешел жить к матери. Поскольку квартиры располагались на одной лестничной площадке, то появление Степана Степановича в квартире Ларисы соседи заметили. Но Инесса Евгеньевна ради сохранения своей внешности мускулом на своем лице не дрогнула. Да и Степан Степанович при встрече спокойно пожал огромную руку Платона.
  
  - Люди! - хотелось крикнуть Инессе Евгеньевне, когда она одна сидела в большой и пустой квартире. Когда женщина дома одна, ей прислуга не нужна, она влачит ленивое состояние. Она занималась тем, сем, потом ей это здорово надоело. Одним словом - никого дома, надо же было ей придумать себе такой ленивый выходной день!
  Инесса Евгеньевна, директор антикварного магазина, отдыхала от людей и суеты. Она достала обруч и стала крутить его вокруг своей талии. У нее замечательные ногти. Великолепная грива толстых волос украшает ее голову, которую она мыла два раза в неделю, и волосы прекрасно лежали в прическе и жирными не становились. Бог ее не обидел. Иногда она считала себя излишне худощавой. И вот такая женщина с огромными серыми глазами и миловидным лицом сидела дома по собственной инициативе и страдала от безделья, ею же созданного!
  Поэтому Инессу Евгеньевну вполне устраивало возвращение сына из соседней квартиры, с ним она становилась более обеспеченной. Его деньги шли в общий карман семьи из двух человек, деньги жене он не давал, если жил дома.
  
  Лариса почувствовала нехватку денег с тех пор, как от нее ушел Платон, но просить деньги у него она не могла; вот и пошла на аферу со стулом, а стул и впрямь оказался родом из восемнадцатого века, можно сказать, почтенной копией стула знаменитого писателя!
  'Вот тебе и легенда, - подумала Лариса. - И придумывать ничего не надо, это на самом деле копия стула великого писателя восемнадцатого века! Надо только каким-то коленом к этому писателю примазаться, как масло на хлеб'. Она медленно обошла домашнюю библиотеку, обнаружила одну книгу великого писателя, прочитала биографию.
  Все складывалось лучшим образом: они с писателем жили почти рядом по меркам огромной страны. Так что там бабка о своей бабке могла сказать? Это надо было придумать. Лариса окунулась в книгу писателя, бывшего владельца настоящего стула.
  Заказчиком стульев восемнадцатого века был тот самый продавец из антикварного магазина. Звали его Родион. В магазине один покупатель забыл буклет с фотографиями усадьбы писателя. Родиону один стульчик на буклете очень приглянулся. Он его и заказал в фирме Степана Степановича, а Платон съездил в усадьбу и снял размеры с оригинала. Еще Родион был наслышан, что есть испытательные стенды, на которых можно провести процесс старения изделий, в том числе и мебели. Он хотел купить себе машину с большим багажным отсеком для перевозки мебели.
  Директором антикварного салона мебели в то время работала Инесса Евгеньевна, именно она обмолвилась Родиону о стендах, которые были в фирме Платона. Родион покаялся, что стульчики он заказал, она его пожурила и похвалила, так они сообща купили двенадцать стульев и положили их на склад. Шесть стульев прошли несколько иной путь в доме Ларисы.
  Инесса Евгеньевна сразу сообразила, что Лариса пошла правильным путем по старению стульев, дальше они сами с Родионом справились с двенадцатью стульями. Перед Инессой Евгеньевной лежал график ее личного старения, его знакомый экстрасенс составил: что было, что будет в плане ожидаемых болезней. А что, очень похоже. Инесса Евгеньевна от кривой своей старости особо не отклонялась. Получается, что жизнь похожа на гладиолус, бутоны раскрываются снизу и постепенно подбираются к верхушке цветка.
  Гладиолусы бывают маленькие, с небольшим количеством цветков, а бывают породистые, ну очень большие. Каждый цветок что-то да обозначает, что бы он ни обозначал, а смысл один: больше цветков - длиннее жизнь. Инесса Евгеньевна претендовала на большую жизнь, то есть на большой гладиолус.
  Вредных привычек у нее не было, а это сразу давало значительный довесок к возрасту. Инесса Евгеньевна, женщина от природы властная, сыну подчинялась с полуслова. Она переживала первый кризис старости, костная система у нее стала выходить из подчинения. Она перечитала все статьи по поводу болезней ног, больше всего ей понравилась одна статья о том, как сохранить кальций в организме, и она бросила пить кофе, на этом она решила, что все рекомендации статьи выполнила и кальций будет у нее в норме. Она купила упаковку кальция из 20 таблеток, выпила четвертую часть таблеток, запила водой и отключилась.
  Выспавшись, она принялась за уборку квартиры. Иногда ее доставали боли, но она упорно двигалась, ведь недаром женщины пожилого возраста идут в уборщицы или помогают убирать квартиры своим продвинутым детям! Как ни странно, но именно это и есть народный секрет женской живучести.
  На счастье или несчастье, Степан Степанович явился к Ларисе выговориться. Он посмотрел на Ларису, читающую книгу и совсем забывшую про него, собрал со стола посуду после ужина и стал ее мыть. 'Вот и вся любовь', - думал он, водя губкой в пене по тарелкам и смывая с их боков пену водой.
  Платон шел с работы, задумался, да и позвонил в дверь, можно сказать, по привычке. Дверь открыл Степан Степанович в переднике, пена на руках указывала на его домашний труд в квартире его бывшей жены, что Платону было хорошо знакомо.
  - Привет, - сказал Платон. - Лариса дома?
  - Где ей еще быть? Книгу читает, - ответил Степан Степанович, полностью закрывая собой дорогу в квартиру.
  - Я по привычке нажал на звонок, домой иду, - сказал Платон и стал открывать соседнюю дверь ключом.
  Лариса проблемами старшего возраста особо не страдала, она лежала и читала книгу писателя восемнадцатого века, у которого еще при его жизни был стул восемнадцатого века. Она всеми клеточками своего серого вещества мозга пыталась найти нечто общее между своими предками и великим писателем прошлого, пока ей это не удавалось.
  Внезапно Лариса почувствовала, что строчки книги уходят в темноту. Она подняла голову от книги, посмотрела на источник света, но вместо торшера у дивана обнаружила огромную фигуру Степана Степановича.
  - Заметила, наконец, что я здесь! Лариса, я к тебе пришел, а не к посуде.
  - Простите, Степан Степанович! Я забыла о Вас, зачиталась, ушла в прошлое.
  Степан Степанович медленно опустился на колени, сложил свою огромную голову на ее грудь, слегка поводил волосами по платью, как гигантский кот. Молодая женщина не выдержала и погладила большую голову мужчины. Он медленно стал подниматься и с необыкновенной прытью барса перемахнул через нее и оказался лежащим с другой стороны платья.
  Лариса повернулась к Степану Степановичу. Он сжал ее платье со всех сторон своими огромными руками. Она утонула в объятиях мужчины, продолжая держать в одной руке книгу.
  - Да выкинь ты эту книгу! - в сердцах воскликнул Степан Степанович.
  Лариса разжала пальцы. Книга выпала из ее руки. Свободной рукой она обняла мужчину.
  - Так-то лучше, - проворчал он, невольно освобождая ее колени от домашнего платья.
  - Степан Степанович, может, не надо?
  - Еще чего! Мы взрослые люди. Муж тебя бросил. А ты лежишь тут передо мной, слегка платьем прикрытая, вся изогнутая по профилю, ножки свои голые демонстрируешь, а потом говоришь: 'Не надо, Степан Степанович'.
  Лариса поняла, что никто ее возражения не услышит, и откинулась на спину. Она выгнулась, как кошка. Прощальным взглядом встретилась с торшером и выключила свет.
  - Свет чем тебе помешал? Или я тебе не по нраву пришелся? - спросил Степан Степанович и уверенным движением расстегнул молнию на платье.
  Женщина села и стянула с себя платье, ее ноги были в руках мужчины. Она и встать не могла, но подумала, что сама на стул стала похожа с вытянутыми руками, словно они - спинка стула с чехлом из платья. Наконец платье опустилось на пол.
  Тут же властные, мощные руки вцепились в скромную верхнюю полоску с двумя выступами и слегка подергали маленькую вещичку. Она еще раз села, изображая стул, сняла и эту одежку. Руки мужчины, довольные до безобразия, взяли в свои руки верхние, чувствительные выступы на ее теле, сжали, потом нежно-нежно стали проводить местный массаж чувствительных участков тела, освобожденных от ткани.
  В какой-то момент времени рукам это надоело, и они бесцеремонно полезли к ногам. По этой дороге руки столкнулись с еще одной тоненькой одежкой. Руки нервно дергали несчастную тряпочку. Лариса выкрутилась из последней одежки, оставив ее в руках мужчины.
  Внезапно огромная масса тела взлетела над ней в порыве человеческих чувств. А ей очень захотелось выкрутиться из-под этой массы тела, но она практически подчинилась...
  'Еще немного, еще чуть-чуть' - и две массы тел объединились бы в одну, но как будто кто свыше сообщил об этом четырем людям сразу:
  - некто позвонил в дверь,
  - зазвонил телефон,
  - запели на разные голоса два сотовых телефона.
  Пара распалась на две части.
  Степан Степанович поднял свое огромное тело и рванул к личному сотовому телефону.
  Лариса на три части разорваться не могла. Она стала собирать в кучу свои вещи, потом пошла за халатом, потом рванулась к телефону, а сотовый сам замолчал, оставив номер звонившего человека...
  У двери стояла Инесса Евгеньевна:
  - Лариса, давай свой стул. Я его продам, есть покупатель на старый стул.
  - Я раздумала его продавать, Инесса Евгеньевна, мне на нем хорошо думается.
  - А кто там у тебя по телефону говорит? Платон дома сидит. А ты чего такая лохматая, и лицо у тебя красное, возбужденное...
  - Я Вам потом объясню, - сказала Лариса и попыталась свекровь отодвинуть от двери.
  - Ты чего, Лариса, я тебе помешала?
  - Нет, я стул не продаю! Тема исчерпана.
  - Лариса, с кем ты там говоришь?! - прокричал Степан Степанович и высунулся в прихожую.
  - Лариса, ты не одна! - вскричала Инесса Евгеньевна. - А как же мой Платон?!
  - Платон деньги отдает вам? Значит, и живет у Вас, а я сама по себе.
  - Бабы, что за разборки в такое время?! - зашумел недовольный ситуацией Степан Степанович. - Что за ерунду вы говорите?
  Инесса Евгеньевна слабо, но стала соображать, видимо, на ее гладиолусе очередной цветок распустился:
  - Ухожу, ухожу, - сказала женщина и резко прикрыла входную дверь.
  
  
  
  Платон сидел с двумя телефонами: сотовым и обычным, глаза у него были грустные-грустные. Ему было очень плохо.
  - Платон, - сказала вошедшая в квартиру Инесса Евгеньевна и замолчала.
  - Мама, Лариса отдала тебе старый стул?
  - Ей не до стула, я так поняла ситуацию в ее доме. Она стул не хочет продавать. А ты откуда про стул узнал?
  - Лариса мне стул отдавала склеивать, а потом мы провели серию климатических испытаний с этим стулом по ее просьбе.
  - Понятно, а мне сказала, что стул ей от бабушки достался. Платон, ты не мог бы еще двенадцать стульев подвергнуть этим самым испытаниям, которым подвергли первый стул?
  - Мать, ты чего? Лариса просила еще для пяти стульев провести цикл испытаний, а ты уже двенадцать стульев предлагаешь, не много ли тебе?
  - А жить всем хочется. Трудно помочь? Хочешь, я выступлю официальным заказчиком этих самых испытаний над стульями? Только надо все сделать так, как было со стулом Ларисы. Стул замечательно смотрится.
  - Не понял...
  - Ты давно был в антикварном магазине?
  - Я туда вообще не хожу.
  - Зайди, посмотри, чем торгуем. Где на всех покупателей антиквара найти? Вот, сами и придумываем вар-антиквар.
  - Прости, не сразу понял. Ладно, испортим твои стулья по полной программе. У нас все записано. Кто-то у Ларисы есть? Она тебе говорила?
  - Нет, я у нее никого не видела и ничего про других мужчин не слышала.
  - А мне показалось, что у нее вместо антикварного стула славянский шкаф завелся.
  - А шкаф в твою печь не влезет? Мы бы шкафчики сделали...
  Лариса словно очнулась ото сна и внимательно посмотрела на Степана Степановича так, словно холодным душем его облила:
  - Степан Степанович, шел бы ты домой, ну не люблю я тебя!
  - Чего глупость говоришь? Куда я пойду? Мне и тут нравится.
  - Зачем ты ко мне банным листом прилип? Я думала, что Платон ушел, я одна поживу.
  - Это его мать приходила? Красивая женщина!
  - Шел бы ты к ней, что ли.
  - А возьму и пойду, вдруг не прогонит, - сказал Степан Степанович, надевая рубашку.
  - Ты что - всеядный? Тебе все равно, кто и с кем? - спросила Лариса, застегивая молнию на халате и надевая тапочки на ноги.
  - Не знаю. Меня бабы боятся - или боятся, что прокормить не смогут.
  - Скорее последнее. Оделся? Счастливо! - сказала Лариса, не думая о последствиях.
  Степан Степанович вышел из квартиры Ларисы, даже не думая на нее обижаться, и решительно позвонил в соседнюю квартиру.
  Дверь ему открыл Платон:
  - Вы к кому пришли? - спросил он недоумевая.
  - Я пришел к Вашей маме. Мне с ней поговорить надо. Я для ее магазина мебель делал.
  - Что Вы говорите! Только без меня, - сказал Платон и вышел из открытой двери, но тут же позвонил в дверь Ларисы.
  Лариса посмотрела в глазок, увидев знакомый силуэт Платона, открыла дверь.
  - Привет, Платон!
  - Да мы сегодня уже виделись, просто день выдался длинный.
  - Ты прав, проходи, садись.
  - Можно, но не на стулья восемнадцатого века.
  - Чай с лимоном пить будешь? У меня вафельный торт есть.
  - Давай чай, если больше нечего дать.
  - Я спать хочу, день трудный был. Сам чай нальешь? Все на кухне.
  Платон пошел на кухню, походил, покрутился, вернулся в комнату. Лариса спала...
  В кресле тихо спал Платон, равномерное дыхание мужчины не нарушало общий покой комнаты. Лариса, проснувшись, сквозь остатки сна пыталась вспомнить, кто в ее комнате спит. Она чувствовала второе дыхание.
  За окном светлело. Она перевернулась на другой бок и увидела спящего в кресле бывшего мужа. Его не было несколько месяцев, и она успела от него отвыкнуть, но родные флюиды любимого человека вновь стали тревожить сонный покой.
  Платон открыл глаза:
  - Привет, Лариса. Проснулась? Я тут как твой сторож сижу. Точнее, охранник. Я тебя от Степана Степановича стерегу.
  - Доброе утро, если не шутишь. Еще есть время поспать, ложись на постель.
  - Ты не прогонишь? От тебя всего можно ожидать. Устал я жить гонимым мужем. Я еще не выяснил, что здесь делал Степан Степанович. Вы с ним спали? Вот на этой постели?
  - Платон, 'что было - то было, и нет ничего, люблю, как любила, тебя одного...'
  - Опять на песни перешла вместо слов! А я возьму и лягу рядом с тобой.
  Лариса вся потянулась, перевернулась, укрылась одеялом.
  Платон прошел в ванную, пошумел водой, вернулся и скромно лег на краю широкой кровати, потом не выдержал, повернулся и нырнул под одеяло к бывшей жене.
  Они обнялись порывисто, страстно и привычно...
  
  
  

Странный шкаф

  
  Степан Степанович зашел в квартиру к Инессе Евгеньевне:
  - Здравствуй, хозяйка! Не прогонишь? Мы одним миром с тобой мазаны, дерево любим.
  - Чего от меня хотите?
  - Любви.
  - Вы в своем уме? - от возмущения у Инессы Евгеньевны голос стал прерывистым.
  - А чего уж я такого предложил? Просто я соскучился. У нас с Вами связь крепче, значит, и любовь будет крепче.
  Инесса Евгеньевна задумалась, вспоминая, что там у нее по плану в ее жизни написано, но вспомнить слова астролога не смогла. Она внимательно посмотрела на Степана Степановича:
  - Вам сколько лет, молодой человек?
  - Я Степан Степанович, мне много лет, я бобыль. Так чем мы не пара? Я знаю больше о Вас, чем Вы можете представить. Вы старше меня, но лет на семь, не больше, а семь лет никогда не считаются...
  - Вам сорок лет? А мне сорок семь. Вроде и не старая женщина.
  - А кто сказал, что Вы старая? Кормить меня не надо сегодня. От Вас я в трех автобусных остановках живу. Вы не бойтесь, у меня есть квартира.
  - Скажите честно, я смогу от Вас сегодня избавиться? - спросила Инесса Евгеньевна со смутной тревогой в голосе.
  - Вряд ли. Не тянет меня сегодня домой, у Вас уютней. Мне хочется женского уюта, знаете ли. И мне одному жить надоело.
  - Платон сейчас вернется.
  - Да ни за что Платон от такой бабы не уйдет!
  - А ведь Вы правы, ради его счастья можно Вас потерпеть в своем доме.
  - И на том спасибо, мне только диван большой нужен.
  - Кровать у меня огромная, ложитесь на нее, а я на диване лягу.
  Под утро проснулась Инесса Евгеньевна, спать на диване под пледом ей было неудобно. Она села на диван, сунула ноги в тапки, поправила халат, в котором так и спала из-за чужого для нее человека в квартире. На миг ей показалось, что медведь оказался медвежатником, что он вскрыл ее сейф и скрылся. Она почувствовала дуновение ветра и тревогу в душе. Набравшись храбрости, женщина вышла в прихожую.
  Дверь в комнату, где спал Степан Степанович, была плотно прикрыта. На вешалке для гостей висела его огромная куртка. На полу стояли гигантские кроссовки. Входная дверь светилась спокойствием от утренних лучей света, падающих на нее из кухни. Она бесшумно прошла по ковровой дорожке на кухню.
  Степан Степанович сидел за столом и смотрел в окно.
  - Степан Степанович, почему не спите?
  - Меня вчера сам черт попутал, и я к Вам ворвался. Стыдно, знаете ли, на утреннюю голову. А я ведь и не пил вчера. Простите, если можете, я сейчас уйду.
  - Я не отпущу Вас. Еще чего доброго, к Ларисе пойдете стучать, звонить! Лучше часок здесь посидите, так надежнее.
  - У меня ведь тоже есть сын, ему четырнадцать лет, я с его матерью развелся.
  - Так Вы нормальный человек. У Вас все есть. Чего не хватает?
  - Женской заботы. Люблю я женское внимание, уход, домашний уют, чистоту.
  - Это всем нравится, а чем можете оплатить женское внимание к своей особе?
  В куртке, весящей в прихожей, зазвонил сотовый телефон.
  Степан Степанович быстрым шагом подошел к куртке, достал из кармана телефон:
  - Зинаида, привет! Почему рано звонишь? Что? Где он сейчас? Не знаешь?! Время пять утра! Ладно, еду домой, - прокричал с паузами в трубку Степан Степанович и обратился к Инессе Евгеньевне, закрывая крышку телефона. - Инесса Евгеньевна, мне надо уйти. Сын у меня сидит под дверью. Он от матери убежал. А я тут сижу.
  - Да, конечно, поезжайте. Машина у Вас есть? Транспорт еще не ходит.
  - Я бегом добегу, машины с некоторых пор у меня нет.
  - Могу Вас подвезти. Мне и самой интересно, что там с Вашим сыном.
  Вскоре Инесса Евгеньевна предстала перед глазами изумленного Степана Степановича. Она была в джинсах, белых кроссовках, бирюзовом джемпере, связанном поперек, а не вдоль, как обычно вяжут свитера, с ключами от машины и от квартиры, которые она быстро убрала в маленькую сумку, которую тут же повесила на плечо.
  Степану Степановичу женщина в новом исполнении пришлась по душе. Они сели в золотистую машину Инессы Евгеньевны и поехали к его дому по еще пустым улицам города.
  Мальчик сидел на школьном рюкзаке и спал под дверью квартиры своего отца. Степан Степанович нежно поднял его, открыл дверь, ведя сонного сына. Следом за ними в берлогу зашла Инесса Евгеньевна. Однокомнатная квартира дышала запустением, легким налетом пыли. Сына Степан Степанович положил на диван и вышел к Инессе Евгеньевне.
  - Спит Паша, просыпаться не хочет, - сказал шепотом Степан Степанович.
  - Пусть спит. Выспится, сам все расскажет. Вы матери его позвоните, пусть не беспокоится.
  - Да ни за что ей звонить не буду! Еще чего! Она позвонила мне и обо всем забыла. Пьет она, знаете ли, Инесса Евгеньевна.
  - Трудный случай, тогда ему лучше у Вас жить, чем с матерью.
  - И я так думаю. Теперь он большой, сам пусть решает, с кем жить.
  - Так я пойду, Вы сами справитесь.
  - Останьтесь, простите, но комната одна. Мы с Вами посидим на кухне, пока он спит.
  Инесса Евгеньевна прошла на кухню, звенящую пустотой холодильника, пылью на плите и мужской неприкаянностью.
  - Степан Степанович, из чего здесь можно приготовить? У Вас ничего нет!
  - Я все куплю, как только магазины откроются.
  - Знаете ли, - сказала Инесса Евгеньевна, непроизвольно повторяя словечко Степана Степановича. - Не люблю готовить на чужой кухне. Сегодня воскресенье, жду Вас с сыном на поздний завтрак, часам к двенадцати.
  - Будем, непременно придем, если Паша не заартачится.
  В девять часов утра в квартире Инессы Евгеньевны раздался звонок в дверь, на пороге стоял Платон:
  - Мама, у тебя все в порядке?
  - Да, проходи.
  - Где Степан Степанович? Лариса спит. На кухне у нее нет никаких продуктов. Есть хочется.
  - Вы помирились? Улыбаешься? Значит помирились. Тогда поехали вместе в магазин за продуктами, по дороге расскажу, где я сегодня была.
  Они зашли в универсам, взяли корзину на колесиках и стали обходить магазин по зигзагу, собирая все на своем пути и сбрасывая в корзину.
  - Мама, чего так много покупаешь продуктов?
  - В двенадцать ко мне придет Степан Степанович со своим сыном, и вы приходите с Ларисой. В честь вашего примирения я всех накормлю полным обедом.
  В двенадцать часов дом Инессы Евгеньевны был готов к приему гостей не без помощи Платона. Первой пришла Лариса, она принесла торт и бутылку марочного крымского вина. Через пять минут появились Степан Степанович и Паша. Резко увеличившаяся семья села вокруг стола на стулья, изготовленные фирмой Степана Степановича.
  Завтрак, переходящий в обед и ужин, затянулся на весь день. Платон сидел с Пашей за компьютером. Лариса мыла посуду после длительной трапезы. Инесса Евгеньевна со Степаном Степановичем разговаривали в гостиной, сидя в двух больших креслах. Между ними стоял мраморный журнальный столик, на котором стояла ваза с фруктами. Они ели виноград и вели беседу.
  - У нас с Пашей сегодня праздник жизни получился, - сказал Степан Степанович, отправляя в рот кисточку с виноградом и вытаскивая пустую ветку.
  - Мне приятно вас всех накормить обедом. Я редко собираю дома людей, да и некого особо к себе звать, - сказала Инесса Евгеньевна, отрывая одну крупную виноградину от большой кисти и отправляя ее в рот красивыми пальцами с элегантным маникюром.
  - Рай у Вас, просто рай, Инесса Евгеньевна! - сказал Степан Степанович, отрывая следующую веточку винограда.
  - Оставайтесь у меня с Пашей, - сказала женщина и сама испугалась собственных слов, но забирать их ей казалось неприличным.
  - А если мы согласимся, что делать-то с нами будете? Мы много едим, ведь мы крупные мужики.
  - Что делать буду? Буду ездить с вами за продуктами. Учить вас готовить. Посуду вы мыть умеете.
  - А где мы все поместимся?
  - Квартира трехкомнатная. Платон помирился с Ларисой, он у нее будет жить, а вы у меня.
  - Так давайте объявим о помолвке, я правильно Вас понял? И перейдем на 'ты'?
  - Не торопитесь объявлять, это вызовет антагонистические толки в наших славных рядах. Пусть все будет так, как само получится.
  В этот момент входная дверь распахнулась. На пороге возникли трое мужчин в масках.
  - Всем внимание! - прокричал один мужчина, размахивая в воздухе пистолетом, - Мы пришли раскулачивать директора антикварного магазина! Всем выйти в прихожую с поднятыми руками, а хозяйка пусть откроет добровольно свой сейф! У нее должны быть деньги!
  Степан Степанович открыл челюсть, потом сомкнул ее. Он посмотрел, что люди потянулись в прихожую, подгоняемые налетчиками. Инесса Евгеньевна подошла к комоду, на котором стояла ваза с гладиолусами, словно хотела цветами защитить себя и близких ей людей.
  Степан Степанович слегка сжался и медленно вышел в прихожую, там он подмигнул своему сыну, который резко выкинул вверх ногу и выбил пистолет у главаря банды налетчиков. Степан Степанович двумя руками обезоружил двух мужчин и скрутил им руки так, что те закричали от боли.
  Через минуту три человека в масках были без масок и держали руки за спиной. Они подобострастно заглядывали в глаза Степану Степановичу. Одним из налетчиков оказался Родион, это он навел грабителей на дом своего директора магазина.
  Первая гражданская жена Степана Степановича позвонила второй гражданской жене Степана Степановича и сказала ей:
  - Полина, хочешь дочь Инну на каникулы отправить?
  - Что, правда? Куда?
  - Темнота, Паша мне позвонил, так они с отцом живут у директора антикварного магазина. И живут они как у Христа за пазухой.
  - Его девчонку не прокормить, вылитая его дочка!
  - Я тебе сказала, а ты думай. Директорша и твою дочь прокормит...
  Полина позвонила Степану Степановичу:
  - Степан Степанович, где отдыхаешь? Возьми дочь отдохнуть к себе на неделю.
  - Ты чего? Да я сам только пристроился!
  - Пашу взял, а Инну не берешь?!
  - Что за люди, отдохнуть не дают! Вези дочь ко мне домой.
  - Нет, ты не дома живешь, а у самой директорши антиквара.
  - Хорошо, привози на наше место встречи, я буду там через час.
  Через час Степан Степанович стоял рядом с дочкой лет семи и думал, куда пойти, куда податься. Мимо него проехала Инесса Евгеньевна на золотистом автомобиле, она остановилась рядом со Степаном Степановичем и сказала:
  - Степан Степанович, что за красавица с тобой стоит?
  - Моя дочь, Инна.
  - Имя милое, куда путь держите? Ко мне?
  - Что Вы! Мы гуляем. Мать ее дала мне на часовое свидание.
  Инна во все глаза смотрела на красивую женщину в золотистой машине.
  - Папа, я хочу поехать с этой тетей, у нее машина красивая.
  Степан Степанович и Инна сели в машину.
  - Степан Степанович, скажи честно, сколько у тебя еще детей?
  - У меня всего двое детей, и те живут не со мной. Это дети моих гражданских жен.
  - Если только двое, - задумчиво проговорила она, - бери с собой дочь на неделю, больше я не выдержу. Это в качестве премии за спасение от грабителей.
  - Спасибо, Инесса Евгеньевна, век Вам буду благодарен. У нее каникулы начались, она дома у Вас неделю погостит.
  Инна пронеслась вихрем по квартире. Она, закончив обход помещений, села в кресло и сказала:
  - Папа, мне здесь очень нравится! Я согласна прожить здесь недельку.
  Из соседней комнаты вышел Паша. Он с трудом оторвался от очередной игры, которую ему установил Платон, но оставить без ответа слова сестры по отцу он не мог:
  - Инна, ты уверена, что тебя здесь оставят жить? Не жирно ли для тебя?
  - Здравствуй, Паша! А я буду так себя вести, что меня захотят оставить. Вот!
  Она встала с кресла и подошла к Инессе Евгеньевне:
  - Я не буду Вам мешать, тетя! Я буду помогать Вам. Вот!
  - Деточка, а что ты умеешь делать, чтобы мне помочь? Раньше я без помощников обходилась, а сейчас бы я от помощи не отказалась.
  - Я умею пыль стирать с мебели, могу пол протереть, могу посуду помыть.
  - Если ты такая трудолюбивая девочка, то я приму твою помощь. Идем, стол накроем для ужина.
  Инна расплылась в довольной улыбке. Она вымыла руки и стала беспрекословно выполнять все команды Инессы Евгеньевны. Девочка сама пригласила всех к столу, затем на самом деле вымыла всю посуду. Хозяйка квартиры так была удивлена ее усердию, что помимо своей воли предложила ей занять диван в гостевой комнате. Для нее самой оставалось одно спальное место: одна на двоих кровать со Степаном Степановичем...
  Степан Степанович усмехнулся, но промолчал. Он сразу понял, что следует из визита дочери в дом с тремя спальными местами. Честно говоря, он был доволен новым обстоятельствам в своей жизни. Паша прочно занял комнату Платона, его диван, компьютер и начинал носить его вещи.
  У Инны вещей с собой не было, это Инесса Евгеньевна поняла сразу, поэтому после завтрака она предложила девочке съездить в магазин, до его открытия у них еще было время на сборы. Инна мгновенно оценила ситуацию и покорно пошла за своим новым спонсором. Они купили самые необходимые вещи для жизни в новых условиях в течение недели. Девочка светилась от счастья, она нежно держала руку тети Инессы и подпрыгивала то на одной ноге, то на другой.
  Степан Степанович с удивлением заметил, что ему нравится Инесса Евгеньевна в роли матери его детей. Он даже готов был на главное, а именно на то, чтобы она стала его женщиной. На этот шаг они еще не решались в присутствии Паши, а присутствие Инны, напротив, ускорило их решение быть вместе.
  Инесса Евгеньевна поймала себя на мысли, что играет в чужую жизнь, но эта жизнь все больше ее захватывала своей неожиданностью.
  Инна изображала из себя горничную и следила за порядком в квартире. Ее настоящая мать последнее время работала администратором в гостинице. Дети уснули, тишина и темнота окутала квартиру. Двое взрослых людей лежали неподвижно на разных краях большой, массивной кровати с полукруглыми спинками, так они и уснули...
  В квартире дети прижились. Шла неделя за неделей, а они все еще жили вчетвером. Инесса Евгеньевна все чаще забывала о своем отчестве, Степан Степанович называл ее Инесса, дети - тетя Инесса. Но, оставалось большое НО: ничего не было между взрослыми. Они спали под разными одеялами на большой кровати и боялись перейти последнюю границу.
  
  'Я люблю этот славянский шкаф', - думала Инесса Евгеньевна, вспоминая Степана Степановича, сидя в своем кабинете. Он стоял у нее перед глазами, она очень хотела испытать на ощупь этот славянский шкаф. С каждым днем ей все сложнее становилось держать нейтралитет.
  - Инесса Евгеньевна, - ворвалась в кабинет продавщица Лена. - Там, там привезли славянский шкаф!
  - Что с ним? Он ранен? - спросила Инесса Евгеньевна, продолжая думать о Степане Степановиче.
  - Это шкаф. Он очень старый, но сколов на нем не видно.
  - Какой шкаф, Леночка?
  - Идемте со мной, шкаф в Вашем кабинете не поместится.
  Они вышли на улицу.
  На фоне кустов цветущей сирени стоял его величество славянский шкаф! Это был уникальный экземпляр славянского шкафа! Метра два шириной, метра два высотой. Он немного напоминал сервант, секретер, шкафы для одежды, но в одном флаконе.
  Шкаф из дуба - это Инесса Евгеньевна сразу определила по рисунку древесины, из которой был выполнен чудовищный красавец. Весь шкаф с большим мастерством и вкусом был украшен вензелями. Рядом стояли четыре дюжих молодца в униформе строителей.
  - Кто хозяин шкафа? - обратилась она к рабочим в спецодежде.
  - Мы, - хором ответили богатыри со стройки. - Понимаете, мы старые дома сносим под новые застройки. Мы обходили дом перед тем, как его сломать, и нашли этот шкаф, он был закрыт старыми досками и всяким хламом. Хозяева шкафа уехали в новый дом, а шкаф сдвинуть не смогли. Мы его с трудом к вам привезли. Возьмите шкафчик, пожалуйста.
  - Кому я его продам, он такой большой, - начала Инесса Евгеньевна сбивать цену.
  - Понимаем, гражданочка. Вы не беспокойтесь, мы много не просим. Заплатите нам, сколько сможете, а мы на четверых деньги и разделим и забудем друг о друге.
  - Хорошо, занесите его на склад. Шкаф еще реставрировать надо.
  - Без проблем.
  Рабочие взяли деньги, один из них оказался с паспортом, на него и записали сданный в магазин шкаф. Рабочий взял деньги с чеком через кассу, разделил их перед кассой на четыре части, и они отбыли на свою стройку.
  Инесса Евгеньевна вызвала реставратора мебели, который при виде шкафа наполнился счастьем до краев и приступил к любимой реставрационной работе.
  Вскоре на пороге кабинета директора возник Родион.
  - Здравствуйте, Инесса Евгеньевна, - заговорил он.
  - Родион, ты откуда и куда? И без пистолета?
  - Инесса Евгеньевна, простите меня, пожалуйста! Мы пошутили. Пистолеты у нас были деревянные, их мой отец столяр делал для театра. Я взял три деревянные игрушки. Ребята захотели приколоться. Мы только пошутить хотели. Из милиции нас выпустили за отсутствием улик.
  - У меня слов нет. Что ты от меня хочешь, гражданин Родион Селедкин?
  - Хочу вернуться на работу.
  - Совести у тебя нет! Грабить своего директора магазина! Но работник ты хороший, с этим не поспоришь. Так что говоришь? Твой отец - столяр? Хороший? А шкаф сделать сможет?
  - Да без вопросов.
  - Прощу тебя ради твоего отца, только приведи его сюда.
  - Отец здесь, он ждет меня на улице у кустов сирени. Обожает отец сирень.
  Столяр Селедкин зашел в кабинет, снял кепку, наклонил голову в знак приветствия. Инесса Евгеньевна и столяр нашли общий язык. Столяр согласился сделать еще один шкаф из дуба.
  В кабинете раздался телефонный звонок:
  - Инесса Евгеньевна, это я, Лариса. У меня есть идея, как продать антикварные стулья.
  - Слушаю очень внимательно, - строго сказала Инесса Евгеньевна.
  - Не надо ничего придумывать, все придумано. Надо написать табличку, что этот стул из гарнитура великого писателя восемнадцатого века, и рядом повесить фотографию кабинета этого писателя, на которой ясно виден стул. И все... Стулья состарим, договоримся с дежурной, которая испытания проводит на климатических стендах.
  В кабинет опять зашел Селедкин-младший:
  - Инесса Евгеньевна, я могу приступить к работе? Спасибо Вам за папу, он любит шкафы делать и очень любит работать с дубом.
  - Действуй! Сам все знаешь. Дуб отцу на днях привезут.
  Инесса Евгеньевна набрала номер телефона Ларисы:
  - Лариса, есть для тебя еще одно интеллектуальное задание.
  - Слушаю очень внимательно.
  - В обед в магазин приезжай, покажу один шкаф. Фотоаппарат цифровой не забудь взять, сфотографируешь дубового монстра, а потом надо ему историю придумать.
  - Постараюсь помочь.
  Затем Инесса Евгеньевна позвонила Степану Степановичу:
  - Степан Степанович, будь человеком...
  - А я что, славянский шкаф? - обиделся Степан Степанович.
  - Кстати, о славянском шкафе, мне тут один шкаф привезли, посмотри сегодня. Очень интересный экземпляр.
  - Приеду...
  Рядом со славянским шкафом собралось несколько человек. Реставратор открывал дверцы и шкафчики. Удивительно, но старый дубовый шкаф внутри сиял непонятной чистотой. Внутренность шкафа мерцала и переливалась от непонятных источников света. Люди стали издавать возгласы неподдельного восхищения при открытии очередных дверок и ящичков. Хмурое помещение склада замерцало и засияло непонятным освещением. Шкаф был пуст.
  Инесса Евгеньевна позвонила Платону:
  - Платон, мне привезли удивительный шкаф, он полон технических загадок. Мы не в состоянии понять, что такое есть внутри шкафа, что может светиться.
  - Мама, немедленно выведите всех из помещения и закройте все дверцы шкафа. Немедленно! Я еду.
  - Товарищи, всем немедленно покинуть помещение! - крикнула Инесса Евгеньевна прерывистым от волнения голосом.
  Люди заторопились к выходу, вслед за ними все покупатели магазина и все сотрудники потянулись на улицу к кустам сирени. Магазин опустел. Через десять минут появился Платон с человеком из общества по изучению непонятных явлений цивилизации, естественно, это был все тот же Родион Селедкин. Они прошли на склад.
  Дубовый шкаф светился в темноте всеми своими щелями, расположенными между различными дверцами. Платон открыл дверцу шкафа. Родион сфотографировал внутренность шкафа. От вспышки в фотоаппарате произошла ответная вспышка в шкафу, из которого вылетело светящееся белое облачко и быстро исчезло. Светящихся веществ на свете существовало достаточно много, друзья об этом много читали и знали. Первое светящееся вещество типа белого фосфора было открыто в семнадцатом веке.
  Если это шкаф бывшего химика? Платон и Родион вышли на улицу, где стояла целая толпа людей, сосредоточенных на создании различных предположений и вымыслов.
  - Все в порядке, - сказал Платон, - но шкаф лучше отдать на экспертизу в научный институт, он является химической загадкой природы.
  - Платон, да я за него деньги заплатила! - вспылила мать не на шутку.
  - Мама, отдадут тебе твои деньги! Тут, такая загадка! Такая!
  Загадка не загадка, а во двор стали приезжать различные служебные машины. Шкаф с большими почестями отправили на экспертизу. Знатоки дерева отошли в сторону, они хотели одного: изготовить еще один такой шкаф, но обычный, без светового эффекта, и продать его как шкаф семнадцатого века.
  Эксперты постановили: ввиду радиоактивности шкафа подвергнуть его утилизации.
  'Облом', - подумала Инесса Евгеньевна и для возвращения своих средств, заставила всех, кто успел увидеть этот удивительный шкаф, его нарисовать, изобразить с размерами, с рисунками украшений. Она решила изготовить новый шкаф.
  'Облом', - подумал Степан Степанович, он сразу понял, что дети ему больше не грозят. Вероятно, он рядом с этим шкафом потерял все свои мужские качества. И он решил проверить, а правда ли он еще мужик или уже все.
  И вот, вечером, когда дети спали, а делать было нечего, он протянул свою огромную руку к дремавшему телу Инессы Евгеньевны. Она повернулась к нему, коснулась своей рукой его руки. И вы знаете, мужчина решил, что эксперты их надули, он оказался полноценным мужиком, что вполне может подтвердить его женщина.
  Любовь состоялась, чего еще надо желать женщине? Все есть. Но не было теперь у женщины отдыха, не было личной комнаты. Она жила словно бы в чужом мире, в вечных гостях. Куда бы она ни шла по квартире, везде были люди. Она и уснуть не могла без посторонних глаз и лишних вопросов. Для нее это было давно забытое прошлое, а таким настоящим она заплатила за любовь Степана Степановича.
  Дорогой мужчина оказался, лучше бы Селедкина взяла, он хоть бы своего отца ей в дом не привел, а сам бы пришел. Инессу Евгеньевну продолжали удивлять дети, дома был исключительный порядок, поддерживаемый Инной и Пашей. Степан Степанович исправно покупал все основные продукты на собственные деньги. Паша неплохо готовил.
  Одним словом, все в доме само делалось, а то, что они замечательные охранники, она знала на личном опыте последнего комедийного ограбления с участием Селедкина с деревянными пистолетами и двух его приятелей в масках из гольфов. Как избавиться от домашних трудолюбивых завоевателей? Вот в чем вопрос нынешней жизни Инессы Евгеньевны, ее даже Степан Степанович перестал волновать.
  Она взяла почту из ящика, огромную кипу рекламных газет, открыла верхнюю газету и обнаружила объявление о новой косметической процедуре. Из своего бывшего кабинета несколько раз позвонила в этот салон и при первой возможности поехала на новую процедуру. Процедура еще та. Ее натирали морскими водорослями, обмазывали гелями, пеленали полиэтиленовыми полосами, широкими бинтами, пропитанными различными составами, делали массаж лица. Через полтора часа она встала с места, шатаясь. И только через двенадцать часов Инесса Евгеньевна почувствовала легкость в теле и полное равнодушие к окружающей среде. Она остыла к Степану Степановичу. Он это почувствовал и сказал, что для всех отпуск закончился.
  
  Вечером все семейство Степана Степановича разъехалось по своим местам без помощи Инессы Евгеньевны, поскольку она впала в молчание. Она проводила домашних завоевателей, посмотрев в окно. Зашла в свою пустую квартиру и перешла на новый этап своей жизни. Она взяла новую книгу, легла головой к окну и стала читать. Из книги выпала фотография, на фотографии был снят славянский шкаф на фоне сирени, а рядом со шкафом стоял Степан Степанович.
  Интересно, когда успели сделать фотографию и сунуть ее в новую книгу? И тут она вспомнила, что покупала книги для Инны и купила себе книгу. А на цифровой фотоаппарат снимала Лариса по ее просьбе. Славянский шкаф хорошо получился, а ее глаза обратили свое внимание на Степана Степановича, в сердце прошла теплая волна чувств. Она вздохнула, отложила фотографию, но удовольствие от чтения было основательно испорчено воспоминаниями.
  Степан Степанович места себе не находил, бродил по пустой квартире, как зверь в клетке. Душа его разрывалась на части, хотелось выть, кричать от пустоты, от безнадежности своего существования. Все казалось глупым, ненужным, скучным. Раздался звонок:
  - Папа, ты не грусти, - проговорила быстро Инна и тяжело вздохнула. - Я так рада, что мы с тобой были вместе у тети Инессы! Мне так хорошо было с вами. Спасибо...
  Дочь сама прервала свое признание.
  Телефон вновь зазвонил:
  - Отец, спасибо тебе! Мы так хорошо все вмести пожили. Класс... - пробасил Паша.
  Сын положил трубку, не дожидаясь слов отца.
  Третий раз зазвонил телефон:
  - Степан Степанович, мне плохо без вас. Извините, я вас вроде не прогоняла. Может, чем вас обидела? - тихо и грустно спросила Инесса Евгеньевна.
  - Инесса Евгеньевна, дети только что мне позвонили, они сказали, что у тебя им было классно! Все нормально.
  - Так в чем дело? Приезжайте ко мне. Ой, ко мне кто-то рвется! - прокричала женщина и бросила трубку на пол.
  Степан Степанович услышал, что на его Инессу Евгеньевну опять совершено нападение. Он позвонил сыну. Оба побежали ее выручать. По цепочке новость дошла до Инны, и она поехала к тете Инессе.
  В квартиру Инессы Евгеньевны ворвались два мужика. Как они вошли, осталось загадкой. Или она дверь забыла закрыть?
  Один мужик с порога закричал:
  - Платон! Ты где? Ты забыл взять удочки и оставил их у подъезда!
  - Карася не поймаешь! Выходи и забери удочки, а мы пошли! - прокричал второй мужик.
  Инесса Евгеньевна выглянула в прихожую, там и правда два мужика из их дома держали в руке вязанку удочек.
  - Простите, а как вы вошли в квартиру?
  - Мы к Платону пришли. Он удочки забыл у подъезда. Бабы видели, что он с Ларисой своей собрался ехать. Вещи носили, удочки забыли. Мы и решили удочки к нему принести, уж очень удочки хорошие. Здесь и спиннинг есть. Мы все принесли.
  - Спасибо вам. Значит, Платон уехал на рыбалку без удочек. Я ему сейчас позвоню.
  Мужики вышли в коридор.
  Послышался голос Степана Степановича и его крик сквозь дверь:
  - Инесса, у тебя все в порядке?
  Инесса Евгеньевна открыла дверь, пропуская Степана Степановича. На лестничной площадке она заметила Пашу, который поднимался пешком. Они втроем зашли в квартиру. Через десять минут появилась Инна. Все четверо дружно рассмеялись и разбрелись по своим местам.
  Второй визит детей в квартиру Инессы Евгеньевны носил несколько иной характер, нежили первый. Инна ничего не убирала, много рисовала, разбрасывала листки по квартире, книги не читала, постоянно звонила по телефону подругам, сидела во Всемирной паутине, не подпуская к компьютеру Пашу.
  Она уходила, уезжала к своим бывшим подругам. Дома говорила, что она у Инессы Евгеньевны, а Инессе говорила, что она у мамы. Инна, если пытались ее ругать, делала невинные глаза и продолжала вести себя в духе визита номер два. Паша тоже не отличался усердием. Он уже не пылесосил квартиру, не пытался готовить еду. Он просто не пытался никому угодить, найти его было весьма затруднительно, и лето было в разгаре.
  Степан Степанович особой любовью к Инессе Евгеньевне не пылал, зато ругал ее по любому поводу от души. Он мог ругать ее часами. Эта троица поверила в свою безнаказанность и большую необходимость в жизни Инессы Евгеньевны. Женщина не знала, что ей делать в создавшейся адской ситуации. Молодые из поездки не возвращались, уехали на две недели, а их не было уже три недели.
  Неприятности со всех сторон сжимали Инессу Евгеньевну. Она вспомнила, в каком месте находятся сердце и нервы. 'Клин клином вышибают', - подумала Инесса Евгеньевна и объявила семейке Степана Степановича, что все деньги кончились.
  Она перестала давать деньги на продукты. А Степан Степанович на свои деньги во второй визит ничего не покупал. Она сократила все расходы, дома хлеб и тот закончился. Инна первая сказала Инессе Евгеньевне 'прощайте' и ушла. Вскоре дом без продуктов покинули Паша и Степан Степанович.
  
  Из почтового ящика взяла Инесса Евгеньевна прессу. Прочитала о бассейне, расположенном от нее не очень далеко, и пешком пошла с одной сумкой в руках.
  Плаванье успокаивало, она заметила в лягушатнике новый гидравлический массаж, покрутилась перед мощной струей воды, когда выходила после этой раскрутки, резко упала на кафель. Полежав немного, поднялась и пошла домой с очередным ушибом от жизни.
  По дороге в незаметном киоске она купила хлеб, сок, засунула продукты под вещи - и домой. Дома долго натирала мазью место ушиба на руке. После пережитых неприятностей даже телевизор не шел на ум, книгу она в руки не брала. Так и уснула.
  Гроза бушевала всю ночь, утром ливень прекратился, а днем молодые приехали и подарок привезли Инессе Евгеньевне. Где они были, ей особо не рассказывали, сказали, что хорошо отдохнули. Инесса Евгеньевна воспрянула духом, но попросила проверить подарок на радиоактивность. Платон, смеясь, протянул ей прибор. Показатели были в норме.
  Платон не мог выбросить из головы славянский шкаф, а его друг Родион - тем более. Они верили в радиоактивное свечение и не верили. Больше всего они боялись, что славянский шкаф уже успели уничтожить, и надеялись на неисполнительность исполнительных служб, и были правы отчасти. Шкаф вывезли на свалку и сбросили в общую кучу, недавно утрамбованную мусорной техникой.
  Шкаф привлек внимание местных людей-воронов. Они общими усилиями шкаф вынесли со свалки, поставили на проселочной дороге и залюбовались деревянным исполином. Один мужик открыл дверцу шкафа, свечения в шкафу не было, да он и не знал, что оно было. Шкаф по общему согласию установили в лачуге, он стал целой стеной. Его многочисленные дверцы и ящики радовали людей-воронов свалки.
  В качестве стенки и обнаружили шкаф Платон с Родионом. Даром шкаф мужики не отдавали, но за пару бумажек - отдали с великой радостью. Шкаф вытащили из лачуги, вид у него был затрапезный.
  Платон так и сказал:
  - Шкаф, до чего ты грязный, старый, паршивый, можно сказать! - не успел он договорить свои бранные слова, как весь исчез в славянском шкафу.
  Родион глазам своим не поверил: был человек - и нет человека, а мужики к этой минуте уже ушли покупать зеленого змия на зеленые бумажки. Родион открыл самую большую дверцу шкафа, Платона там не было. Он посмотрел за шкаф, но и там его не было. Он стал быстро открывать все дверцы и ящики, но нигде друга не было.
  Свечения в шкафу тоже не было! Родион измерил радиоактивность шкафа, параметры были в пределах нормы.
  Лариса подъехала к шкафу на своей алой автомашине с автоматической коробкой передач:
  - Вот вы где пропадаете! Ищу вас везде! А где Платон? Родион, я тебя спрашиваю! Где мой любимый муж?!
  - Лариса, он исчез в шкафу без остатка.
  - Ладно, я его сейчас соберу, - сказала Лариса, фотографируя шкаф.
  После вспышки фотоаппарата из шкафа, как джин из всех щелей, появился единый Платон.
  - Родная моя, ты меня спасла! - кинулся Платон целовать Ларису.
  - Ругаться меньше будешь, - ответила она, набирая номер мобильного телефона Инессы Евгеньевны. - Инесса Евгеньевна, это я, Лариса! Я нашла Платона и славянский шкаф.
  Шкаф привезли к цветущим кустам сирени, выгрузили, поставили на асфальт. Степан Степанович и Родион всем зевакам запретили говорить плохие слова рядом с грозным дубовым шкафом.
  Родион проснулся с мыслью, что он непременно должен купить славянский шкаф в свое личное пользование, тогда шкаф сделает его богатым бизнесменом. Он только жалел, что две зеленые бумажки людям-воронам отдал не он, а Платон, и шкаф перекочевал в магазин, а у Инессы Евгеньевны шкаф станет таким дорогим. После своего вещего сна Родион пришел к мысли, что шкаф ему нужен для фокусов перед людьми, для которых он станет магом и волшебником.
  Он научится вызывать дух шкафа из прошлого и сам изучит возможности шкафа. Он будет его единственным владельцем. Родион жил на первом этаже холостяком в однокомнатной квартире, поэтому доставка шкафа в его квартиру для него не являлась острой и мучительной. Трудным был вопрос, где взять деньги для его приобретения. Но ему помог случай...
  Шкаф перенесли на склад магазина. К директору явился участковый инспектор, получивший информацию от своей местной агентуры, что увезенный шкаф вернулся в магазин. Инесса Евгеньевна на правах директор магазина сказала, что шкафа нет в магазине.
  Она откупилась от визитера, понимая, что шкаф надо из магазина немедленно убрать. Она почему-то вспомнила про Родиона, позвонила ему и сама предложила спрятать в его квартире славянский шкаф. Шкаф, упакованный в полиэтиленовую пленку, замотанный скотчем, прибыл в квартиру Родиона как по щучьему велению, по его хотению.
  Величественный шкаф предстал перед глазами Родиона, когда его еще не успели отреставрировать. Родион протер его от пыли и мелкого мусора олифой. Дубовый исполин засветился приятным деревянным светом. В это время шкаф вновь заработал, в нем появилось свечение внутри.
  Инесса Евгеньевна видела, как притащили, иначе и не скажешь, дубовый стол. Осмотрев стол со всех сторон, она пришла к выводу, что рядом со славянским шкафом он будет отлично смотреться, но будут нужны дубовые стулья того времени. Подобную проблему она проходила и теперь только вызвала к себе Степана Степановича, чтобы его фирма к этому столу выполнила старинные стулья той же эпохи.
  Сообразительный Степан Степанович сказал, что стулья надо украсить вензелями славянского шкафа и заодно добавить их к этому слегка простоватому дубовому столу. Ему выплатили задаток за заказ. Посмотрев на Степана Степановича, Инесса Евгеньевна пришла к выводу, что не мешало бы его приодеть, потом решила, что так он целее будет.
  Столяр Селедкин сделал копию славянского шкафа: хорошую, добротную копию. Люди ходили вокруг шкафа, открывали двери, естественно, не вызывая свечения внутренних поверхностей дубового гиганта.
  Все бы ничего, но вновь явился участковый инспектор, пытаясь найти упущения по поводу уничтожения этого шкафа; ему показывали, что шкаф новый, еще стружкой пахнет, а тот все искал вчерашний день.
  В дверь вбежал возбужденный Родион, увидев стоящий новый славянский шкаф, закричал истошным голосом:
  - Шкаф еще и летает!!!
  Выяснилось, что он сбежал от свечения в шкафу, прибежал за помощью, чтобы выкинули из его квартиры шкаф. В открытые двери его квартиры просочилась толпа людей, которая остановилась перед старым шкафом, ничем не примечательным, вполне достойным быть на свалке жизни.
  Стоило в комнату войти Родиону, как шкаф ожил. Из шкафа пошло белое свечение, завораживающее своим светом. Люди стояли и не двигались, им казалось, что если они сдвинутся с места - произойдет нечто странное.
  Первым пришел в себя участковый инспектор:
  - Вот он шкаф! А я грешил на директора магазина, а это Родион безобразничает. Родион, где шкаф взял?
  - Где? На свалке. Шкаф не успели уничтожить. Тамошние люди его к себе определили.
  - Значит так, сейчас дружно его загружаем в машину и везем на свалку! - грозно сказал инспектор, и... исчез в белом свечении шкафа.
  Люди тихо стали выходить из комнаты.
  Остался один Родион. Он сел на кособокий стул:
  - А мне что делать? - спросил он у шкафа. - А, надо Ларису позвать, она вернет инспектора, - вспомнил он, как она Платона из этого шкафа высвобождала, но ехать за ней ему не хотелось, а мобильного у него не было...
  Грузчики сообщили о новой ситуации Инессе Евгеньевне, о событиях в квартире Родиона. Рисковать собой и Ларисой она не захотела и вызвала Селедкина-младшего. Она дала ему деньги на цифровой фотоаппарат.
  Родион Селедкин оказался сообразительным парнем, все сделал, как надо. Он сфотографировал славянский шкаф и выпустил из него инспектора.
  На их глазах шкаф превратился в полированного красавца. Родион тут же запечатлел его новый облик, шкаф из своих недр на вензеля выпустил позолоту. От такой красоты Родион пришли в такое изумление, что сел на стул, ножки у него подвернулись, и он растянулся перед шкафом.
  В этот момент в комнату вошла Лариса:
  - Какой шкаф красивый! Родион, а ты почему с пола на него смотришь?
  Парень сидел и боялся вымолвить слово, он в упор не видел Ларису. Перед ним стояла молодая графиня лет семнадцати, в платье с талией под грудью, с локонами: жена Пушкина с известного портрета. Мгновение - и видение исчезло. Родион увидел перед собой девушку и скромный шкаф.
  - Родион, что с тобой? Мне показалось, что шкаф был красивым, а он опять стал обычным.
  - Лариса, я тоже это видел. Я запомнил, каким он был! Вероятно, шкаф подсказывает, каким он был. Это видение из прошлого. Его надо реставрировать по его указанию, - необыкновенно спокойно проговорил Родион.
  - Отличный вывод, но что-то мне подсказывает: его нельзя перевозить, кто его будет реставрировать? Если к нему подходит реставратор, он выдает радиоактивное излучение, а тебя он хорошо выносит. Родион, приводи своего отца, попытайтесь восстановить шкаф здесь. Материалы и работу оплатят.
  Шкаф промолчал, соглашаясь с речью умной женщины.
  Лариса подумала о столе, у нее возникла мысль, что славянский шкаф и стол одним человеком созданы: папа Карло у них был один.
  - Родион, есть просьба: поставь решетки на окна, металлическую дверь. К тебе привезут стол, твое дело - их охранять, наблюдать, лишних людей не пускать. Все оплачу. Не волнуйся, плачу не из своего кармана, из кармана заказчика.
  Инна, пожив у Инессы Евгеньевны, четко осознала, что есть лучшая жизнь, есть красивая одежда и обувь. Она сделала свой вывод. Она стала донимать мать Полину просьбами: купи это, купи то, а не купишь - уйду из дома и не вернусь.
  Девочка стала меняться вещами с подругами, обменивала свои вещи на чужую одежду, обувь, сумки. Полина не успевала следить за одеждой дочери, то она исчезала, то появлялась. Стоило матери купить для дочери кроссовки за большие для нее деньги, как они через день исчезали, а через неделю появлялись грязные.
  Мать их отмывала добела, кроссовки исчезали, а если приходила в дом подруга к Инне - того и гляди что-нибудь прихватит и вынесет. Взрослая женщина от такой чехарды предметов дочери, купленных для нее с большим трудом, порой на последние деньги, стала нервной и взвинченной до предела. Любая подруга дочери стала для нее врагом первой величины. Дом стал адом.
  Дочь повадилась гулять по вечерам, перед прогулкой стала требовать деньги на карманные расходы, ведь Инесса Евгеньевна ей давала карманные деньги! Дочь запугивала мать, угрожала ей жалобами отцу, доставала ее по всем статьям.
  Мать заболела, сил встать у нее не было, она сказала:
  - Я не пойду на работу, мне плохо.
  - Ты чего, мать! Мне деньги нужны, а она болеть вздумала!
  Мать дошла до неконтролируемых рыданий, сквозь рыдания дочь продолжала ее обвинять в своей плохой жизни. Мать стала истерически кричать проклятия.
  Дочь спокойно сказала:
  - Выпей воды, это я из-за тебя боялась дома одна сидеть! Это ты во всем виновата! Не кричи на меня. Ты зачем меня к бабушке посылала? Она меня за косы таскала!
  'Наверное, было за что', - подумала Полина, выпив воду после таблетки, и сказала:
  - Инна, сама бери ключи от квартиры, открывай и закрывай дверь за собой.
  Дочь ушла гулять, уверенная в своей правоте. Мать полежала, встала, занялась домашними делами, делиться такими событиями ей не хотелось.
  Мать Паши тоже почувствовала временное влияние Инессы Евгеньевны, поначалу она радовалась, что сын пожил в достатке, по-человечески, с компьютером в квартире, с отцом пообщался. А сын... Он по возвращении от отца стал унижать мать своим высокомерием, своими новыми знаниями. Говорил ей, что она глупая, ничего в жизни делать не умеет, ничего не понимает.
  Паша круто изменился, он излучал презрение в адрес матери, которая не знала, что ей делать. Парень с достоинством носил вещи от Платона и Инессы Евгеньевны и полностью отказывался носить ту одежду, что покупала ему мать.
  Сам Степан Степанович, выручив Инессу Евгеньевну от нападения, возвратился в свою холостяцкую берлогу. Он рвался к ней, но понимал, что это невозможно. После нее его не интересовали две его бывшие женщины, он им отдавал деньги на детей, а сам жил достаточно экономно, да и не так много он и получал, чтобы все были счастливы. Поэтому Степан Степанович не мог решить проблемы своих детей на уровне Инессы Евгеньевны - разные у них финансы, разные.
  
  Погода: весна, снег, солнце и пронзительный ветер. За окном белые березы. Инесса Евгеньевна сидела в фойе спортивного комплекса после тренировки. А где еще писать? Усталость и потерянный интерес к публикациям ничем не заменить. В момент освоения Сети была радость от публикации, но постепенно она исчезла от неприятных слов читателей. Что она думает о своих произведениях? Какая разница, все проходит: и популярность, и интерес к читателям. Еще печальнее, что ушло чувство влюбленности, его ничем не заменишь. Теперь можно вернуться к героям, которые живут вокруг нее.
  Конец марта. Пурга из снежной крупы с дикой скоростью закружила вокруг. Натянув на голову капюшон, Инесса Евгеньевна шла, не видя дороги. Сил у ветра хватило минут на пять, и он стал утихать, снежная крупа исчезла. Облака раздвинулись. Появилось безвинное небо, удивленно взирающее на заснеженную землю. Зима держалась пять месяцев, не сдавая своих позиций. Скоро апрель, через день, а зима хитрит, изворачивается, показывает свои новые стороны, которые даже зимой не особо проявляла.
  Непривычно жить Инессе Евгеньевне и не иметь поклонников. А кто сказал, что их нет? Все в женских силах, как и эта пурга на исходе зимы. В ее голове всплывают три кандидата на ее сердце, но исчезают, как снег под ногами, который тает, соприкасаясь с новыми составами ЖКХ, предназначенными для таяния снега. Вчера ящики с песком и химикатами увезли с остановок в преддверии весны.
  Что произошло на земном шаре? Серия землетрясений - если не верить, что цунами произошло естественным путем из-за смещения пластов на дне океана, то уже сделали люди предположение, что произошел неудачный ядерный взрыв. Закрученная волна, снятая из затопленной машины, обошла Всемирную паутину. Красивая волна, но страшные у нее последствия. Выводы одни - жить надо на материке, а не на островах, но людям этого не объяснить. Вид на океан их привлекает больше, чем вид на леса и горы.
  Летом Платон решил поехать в отпуск куда подальше. Он подготовил машину к дальней поездке, взял минимум вещей и продуктов, зашел к Ларисе домой, а зря. На пороге стояли сумки, огромные сумки и гигантский чемодан на колесиках.
  - Лариса, ты куда собралась? - удивленно спросил Платон, рассматривая огромное, по его меркам, количество сумок.
  - Платон, я решила поехать с тобой, - устало проговорила Лариса, подтаскивая в прихожую очередную сумку. - Все надо, там ничего лишнего нет.
  - Дорогая моя, ты прекрасно знаешь, что я еду в отпуск на две недели! Куда столько вещей набрала?! Если чего там нет, так вполне можно обойтись! Причем спокойно. А ты весь дом в сумки засунула! Они в машину не влезут!
  - Влезут! Дорогой мой, я знаю твою новую машину и ее багажное отделение! Три сумки в ширину, две сумки в длину! Чемодан снизу. Собачку в клетке возьму на колени.
  - А собачка откуда? У тебя собачек не было!
  - Купила я маленькую трехмесячную собачку, она в домике спит. У нее есть все документы для пересечения границы.
  - Нет, в таком случае мне лучше дома остаться, без тебя и твоей новой радости!
  - Платон, твое дело - машину вести, я на место шофера сумки не поставлю! Не бойся!
  - Успокоила. Я еду в санаторий, там рыбалка в двух озерах, стенды для стрельбы. Что ты там будешь делать?
  - Понятно, родной, мне все понятно! Да, я не умею рыбу ловить! Я не люблю стендовую стрельбу, сильно в плечо после выстрела отдает! Буду сидеть на веранде домика и на горы смотреть.
  - Ладно, отбери сумки первой необходимости и второй, чтобы знать, что можно оставить дома.
  Платон ехал, ехал и вспомнил, что забыл положить в машину удочки, он их вытаскивал для укладки багажа, а удочки хотел сверху положить и забыл.
  - Лариса, я забыл удочки у подъезда, надо вернуться домой, что я без них буду делать?
  - Платон, удочки бабки домой отнесут, они видели, что мы уезжали, а вернемся назад - дороги не будет.
  - Это ты абсолютно права, я вернулся, и все пошло кувырком, а то бы один давно уехал и с удочками.
  - Поедем в другое место! Какая разница, куда ехать!
  Они остановились в деревне, расположенной у дороги. Лариса отказалась спать в машине и показала на приличный домик. Хозяйка предложила им комнату с двумя узкими кроватями, но с большими подушками. Лариса зашла в горницу и удивленно остановилась: перед ней стояли напольные часы, украшенные янтарем! Платон стоял рядом с ней, не отводя глаз от узкого деревянного шкафа, вверху которого располагался циферблат, выполненный из янтаря. На стрелках часов двигались маленькие янтари.
  - Какая прелесть! - выдохнула Лариса. - Просто чудо, а не часы! Откуда они у вас?
  - Так мы тут всегда жили, рядом с дорогой. Прадеду моему за лошадь барин отдал эти часы, вот и стоят здесь, никто им не удивляется, - ответила приветливая хозяйка.
  - Вы нам не продадите? - спросил Платон наугад.
  - А что, купите? Надоели, черти, громко тикают, гирьки у часов в шкаф уходят, место только занимают эти часы, - сказал подошедший хозяин.
  - Купим часы, а собачку оставим вам. Возьмете? - спросила Лариса и добавила: - Собачка с родословной.
  - Возьмем щенка! Он красивый, лапы у него крупные, большая вырастет собака, нам у дороги она не помешает, - ответила хозяйка.
  На том и решили.
  Утром Лариса и Платон расстались с добрыми хозяевами, а часы привязали к крыше машины. В санатории Платон поставил часы в домике. Больше половины вещей, что привезла Лариса, здесь были не нужны. Два прозрачных озера с рыбой доставляли ей зрительное удовольствие. Платон периодически сердился на Ларису за забытые дома удочки, а она отвечала, что ей нравятся карпы в пруду, а не на сковородке, что она не любит и не умеет жарить свежую рыбу. Ей понравилось кататься по озеру на бананах. Стендом для стрельбы распоряжалась девушка, она так ловко управлялась с оружием, что Лариса невольно увлеклась стрельбой. У нее возникло ощущение, что ее, как пулю, вбили в стенд.
  В углу комнаты громко тикали янтарные часы. Лариса посмотрела на часы, ей показалось, что стрелки подмигнули. Она подошла к часам, открыла дверцы, и ей мучительно захотелось взять в руки гирьки. Она дотронулась рукой до тяжелой, металлической гирьки в виде цилиндра. Вторая гирька очень походила на золотой самородок, который когда-то она видела у Степана Степановича.
  Двумя руками Лариса подняла цилиндрическую гирьку, покрутила в руках. Она заметила линию соединения, нажала на гирьку снизу, и гирька в ее руках распалась на две части. Внутри гирьки лежало пожелтевшее письмо.
  С большим трудом Лариса прочитала, что эти часы созданы часовых дел мастером по заказу графа Орлова в 1770 году или нечто очень похожее. 'Это же экспонат для музея Чесменской битвы', - подумала Лариса, но сообщить о своей находке никому не успела.
  Она сидела на веранде и читала книгу, но прочитать удалось одну страницу, рядом с ней как из-под земли возник привлекательный мужчина в костюме неопределенного цвета - Самсон. Она смутно вспомнила его в своей жизни, но тогда он появился рядом с ней сказочным образом с золотым самородком. А когда-то она в шутку придумала ему родословную.
  - Лариса, мне известно, что вы с Платоном купили янтарные часы в придорожной деревне. Было это или нет? Где янтарные часы?
  - Откуда Вы о них знаете?
  - Я знаю о тебе достаточно много. Где часы? Они принадлежат моим предкам! Прошу их вернуть законному владельцу, то есть мне! Вы купили часы у моих родителей!
  - Ваши доказательства, господин Самсон? Почему часы Ваши?
  - Я - правнук графа Орлова!
  - А причем здесь граф? На часах этого не написано! Тем более что Вашу биографию я придумала Вам и распечатала ее на принтере!
  - Лариса, Вы что, не знаете, что у Вас часы графа Орлова? Значит, Вы признаете, что часы у Вас?
  - Часов у меня нет! Мы их подарили, а кому - неважно.
  - Ха! Не верю! Я слышу тиканье часов! Они мои!
  Лариса промолчала, спорить с человеком, у которого за плечами маячили два черных крыла в виде дружков в черных костюмах, она не пыталась, просто кивнула головой в знак согласия. Ее очень удивило, как основательно человек вжился в придуманную для него биографию предков. Самсон стремительным шагом вошел в домик. Лариса побежала впереди него.
  - Что-то забыли? - с непонятной тревогой спросила Лариса.
  - Да, по нашим точным данным у Вас есть мои янтарные часы, хотелось бы их вернуть истинному владельцу!
  - Вы умный человек, у меня есть янтарные часы, но они принадлежат лично мне!
  - Были Ваши - станут наши, сударыня!
  Лариса кивнула головой и захотела позвать Платона, но ее руку резко опустили. Они прошли из прихожей в комнату, этот момент заметил Платон, выглянувший из кухни. Он оценил ситуацию правильно и понял, что идут за янтарными часами. Пистолета у него никогда не было, но отдавать часы, в которые он уже вселялся по воле мистики, ему не хотелось. Часы стали для него родными.
  Платон подмигнул часам и Ларисе. Она благодарно на него посмотрела, словно пыталась ему передать силы на борьбу за янтарные часы. Платон понял и резко направил правую руку в скулу господина Самсона с криком:
  - Ты чего к моей бабе прицепился? Хвощ в костюме! Прочь из моего дома!
  Два дружка вынырнули из-за плеч падающего хозяина. Платон двумя кулаками снизу отбросил их на лестничную площадку, захлопнув дверь, успев поцеловать щеку Ларисы.
  - Спасибо, Платон! А такой приличный господин, наследник графа Орлова.
  
  Самсон с дружками вышел на улицу. На следующий день Лариса и Самсон поговорили без свидетелей на другом берегу озера и пришли к соглашению сторон. Смысл соглашения состоял в том, что Самсон ничего у Ларисы не отбирает, на нее не претендует, но при необходимости оказывает ей финансовую помощь за подбор стариной мебели.
  Отношения Платона с Ларисой с каждым днем становились прочнее. Платон больше не бегал к матери на обед или ужин, ее квартира была заполнена людьми, и он все чаще готовил сам на кухне, если Лариса зачитывалась очередной книгой. Иногда Платон поднимал крышку глазка в двери и провожал взглядом новое семейство своей матери, после чего еще надежнее оседал рядом с женой.
  В комнату ворвался Платон:
  - Лариса, чем страдаешь? Есть мысль! Вся наша мистическая афера началась с янтарных часов! Мысль улавливаешь? Надо выпустить эффектные часы для мистических сеансов и продать их экстрасенсам! - быстро прокричал он.
  - Отлично, Платон! Но мы специализируемся не на часах!
  - Скучная ты, так придумай жесткую мебель для перехода людей в экзотическое состояние. Полина бы меня поняла.
  Лучше бы он этого не говорил, в Ларисе появилась двойная ревность к Полине.
  - Степан Степанович, поговори с Полиной, - сказала Лариса и вышла из комнаты на кухню.
  - Я - Платон, ты забыла? - крикнул он ей вслед.
  Лариса не ответила, ревнуя его к Полине, второй жене Степана Степановича, она поняла, что она его любит!
  - Лариса, соглашайся на диван со мной, - сказал мужчина, подхватив ее на руки, и, сверкая белыми зубами, он перенес ее в комнату, где стояли янтарные часы, очень похожие на те, что когда-то они купили в деревне у дороги.
  - Вот так и рождаются легенды, - сказала Лариса.
  Что было дальше? Что-то необычайно приятное. Но любое приятное чувство иногда надоедает. В такие минуты Степан Степанович уходил от Инессы Евгеньевны, а Платон уходил от Ларисы, но ненадолго.
  В дверь позвонили. Естественно, за дверью квартиры стоял Платон.
  - Лариса, не гони! Можно я к тебе пройду в комнату?
  - Платон, ты один вполне войдешь в эту комнату, но за тобой придут твои друзья. Тесно станет.
  - Не издевайся, - пробасил Платон, поднял Ларису на руки и вместе с ней прошел в маленькую квартиру.
  - Выпусти меня! Не люблю я, когда меня поднимают! Отпусти!!! - закричала Лариса в крепких руках мужчины.
  Платон осторожно опустил Ларису на пол со словами:
  - У меня есть идея! Ты будешь жить на кухне, а я - в комнате с часами. Все на местах! Не хочу я жить в домике с мужиками!
  - Сказать, что у тебя нет совести - это ничего не сказать, - зло процедила Лариса. - Ты что думаешь, мне легко было переехать из квартиры в эту маленькую квартиру?!
  - Тебе меня не выгнать! Я большой! Я весь тут! А что это за архитектурные часы стоят? Откуда такое старье в моей комнате? Выноси! Я могу и новые шкафчики сделать. Мне не нравится их громкое тиканье на моей территории! Останови часы! - нарочито раскричался Платон, словно он выпил немного для храбрости.
  Дух янтарных часов очень обиделся за себя и добрую хозяйку, он подсветил янтарь на циферблате, и часы засветились. Вскоре заискрились и стрелки на часах. Лариса посмотрела на часы и поняла, что в них живет дух времени. Она прекрасно знала, что многие предметы старины дышат своим временем.
  - Чего это часы ожили? - спросил Платон у пространства.
  Второй раз на него часы обиделись, дух часов дыхнул на Платона, и его душа вселилась в янтарные часы. Тело Платона приобрело внутреннюю оболочку шкафа, его мозги стали часовым механизмом.
  Комната вновь была полностью в распоряжении Ларисы. Платон растворился в часах, словно его и не было.
  - Платон, ты в часах? Пошевели стрелками, если меня слышишь! - весело воскликнула Лариса.
  Стрелки на часах пошевелились и пошли обычным путем.
  - Вот до чего тебя жадность довела, часами стал.
  Часы подмигнули ей янтарной единичкой.
  - Платон, а что если в тебя магнитофон вставить? Тогда нормально будешь мне говорить, о чем часы думают.
  
  После рождения ребенка Лариса пришла к Инессе Евгеньевне с одной просьбой: совершить родственный обмен, по которому они переезжают втроем в трехкомнатную квартиру, а она переезжает в однокомнатную квартиру. И все довольны. Обмен состоялся, даже мебелью не менялись, все осталось стоять на своих местах, как и антикварный магазин.
  Степан Степанович сидел у Инессы Евгеньевны дома с ее маленьким внуком, заигрывая перед малышом, с тревогой оглядываясь на янтарные часы - подарок Платона.
  Он не выдержала загадок последних дней, поэтому спросил у Инессы Евгеньевны:
  - Инесса Евгеньевна, откуда Вы знаете о тайне стариной мебели?
  - Степан Степанович, я давно занимаюсь антикварными предметами мебели, не все из них, но наиболее ценные экспонаты хранят в себе дух прошлого, и к нему надо относиться с большим почтением, вот и вся тайна, - и она ласково погладила стенку славянского шкафа.
  Степана Степановича как подменили, он стал нежным, услужливым, почтительным к семье и мебели Инессы Евгеньевны и перестал употреблять негативные слова.
  
  Город был покрыт чистым асфальтом, и чтобы найти грязь, надо было зайти на рынок, где грязь имелась международного масштаба. Лариса побрела по сухим островкам рынка, пересекая его раз вдоль и раз поперек. На рынке существовали магазинчики с умными поставщиками, приходилось иногда в них заходить. Послать в магазин некого, вот сама Лариса и ходила за необходимыми предметами, которые в обычной семье должен покупать мужчина, - это электротовары или сантехника.
  В такие минуты она всегда про мужчин вспоминала, но, выйдя с рынка, забывала. А, пусть живут! Она обойдется без мужской помощи. Ей очень нравился магазин с люстрами, она его обошла по спирали, а теперь заглянула в него за лампочками. Если честно, ей больше магазина понравился один продавец. У него фигура танцора и лицо умное! Но не приставать ведь к мужчине?
  Однажды она зашла в магазин и купила электрический чайник, вода из чайника лилась не только из носика, но и из щек. Кипяток водопадом выливался из чайника, но ей его не заменили, пришлось купить чайник металлический.
  Сейчас Лариса заглянула в тихий магазин с люстрами, где шум стоял невыносимый. Два покупателя снимали с головы третьего люстру, упавшую с потолка. Потерпевший кричал. Девушка с кассы и та к ним подбежала, в это время двое мужчин выносили из магазина то, что дороже, пользуясь свободой передвижения. Непонятно, как могла люстра оборваться?
  Лариса подошла к группе и посмотрела на люстру, было ощущение, что ее подстрелили, она и упала, как утка на охоте. Кассирша опомнилась и пошла на свое место. Прибежал со склада красивый продавец, оценил ситуацию. Извинился за упавшую люстру, а те трое еще кричать стали, что нужна компенсация. Продавец почесал в затылке и сказал, чтобы тихо выходили из магазина, пока он охрану не вызвал. Три мужика вышли на улицу и сообразили на троих, им было кем-то уже заплачено за концерт в магазине.
  - А кто стрелял? - спросила Лариса у продавца?
  - Никто!
  - Почему люстра упала?
  - Вам какое дело?
  - Я поняла, люстру мужику на голову надели и шум подняли.
  - У нас все люстры на потолке!
  - А где они ее взяли?
  - Они несли люстру на кассу, я им сам ее дал!
  - Но у вас тут было воровство в чистом виде!
  - Шла бы ты куда подальше!
  - Не могу уйти, у меня лампочки перегорели, мне нужны лампочки вон на ту люстру! - и она показала на потолок, но увидела в дыре на потолке прямо над собой чье-то лицо.
  Лариса опустила голову и пошла из магазина.
  - Эй, женщина, Вы хотели лампочки купить! - услышала она себе в спину крик продавца.
  На улице она еще раз посмотрела на хилое строение огромного рыночного объекта и пошла в павильон меньшего размера, где люстры на потолок нельзя было повесить при всем желании продавцов, да их там и не было, но лампочки были, перламутровые, белые лампочки. Для их приборов они подходили. Одна лампа ее удивила. Она была черная. Круглая черная лампочка лежала рядом с синей лампочкой на витрине. Лариса задержалась у витрины, соображая, что черная лампа напоминает черный шар. У нее закрутилась мысль, а не придумать ли черную лампу, излучающую полезные лучи через маленькую неокрашенную поверхность.
  
  Инесса Евгеньевна купила себе новую квартиру, но о ней даже Степану Степановичу ничего не сказала. Последнее время она боялась всего и всех. А он, потеряв ее из вида, посмотрев на себя в большое зеркало в магазине, решил присмотреть за Ларисой. Он хорошо знал, где она гуляет с коляской, и просто хотел ее дождаться, когда она выйдет гулять с ребенком, а там будь что будет!
  Вместо Ларисы в подъезд вошла продавец Леночка, вскоре она вышла с Платоном и они, спокойно держась за руки, как влюбленные, прошли недалеко от Степана Степановича, который успел прикрыть лицо газетой, а одежда на нем была для них незнакомой.
  Степан Степанович решил заглянуть к Инессе Евгеньевне, но в ее квартире оказался Родион. На вопрос о хозяйке новый хозяин ответил, что она переехала, а на вопрос, где Лариса с ребенком, он не знал ответа. В большой соседней квартире дверь никто не открывал, там никого не было.
  Степан Степанович вернулся к Родиону, обхватил свою большую голову руками и зычно закричал в пространство:
  - Где Лариса?!
  - Степан Степанович, чего кричишь? Она уехала на открытие музея, - вспомнил Родион, - потом к ним приехали мужики и увезли к ней ребенка, мне слышно было сквозь дверь.
  - А Инесса Евгеньевна знает?
  - Мне неизвестно, кто и что из них знает. Я не знаю, где она живет теперь.
  Мобильный телефон запищал кнопочками в руках Степана Степановича:
  - Инесса Евгеньевна, где ты? Где Лариса с ребенком? Я сижу у Родиона. Она точно не в музее, а Платон спокойно с Леной ходит.
  - Почти поняла. Где я - не скажу. Я не хочу тебе свою квартиру показывать во избежание наезда твоих детей. Где Лариса? О, это тайна. Дальше сам соображай, тема сия для меня неприятная, да и тебе ко мне ехать нет необходимости.
  Степан Степанович сжал в руке мобильный телефон, он хрустнул, впиваясь осколками пластмассы в руку. Родион побежал за йодом, а Степан Степанович с ревом вылетел из квартиры, бросив на пол окровавленные осколки телефона. Он бежал широкими шагами домой, вытаскивая куски пластмассы из ладони. Дома он промыл раны, выпил таблетки, что под руку попались, и лег спать.
  Никогда не знаешь, где объявится ангел любви, а он облюбовал дачу с лебедями. Хитрый ангел поселился в душе хозяина дачи и городской гостиницы Виктора Сидоровича, уже давно в нем чувства не возникали, а тут он не на шутку увлекся Полиной, второй гражданской женой Степана Степановича и своей горничной по совместительству. Она первую неделю много хлопотала по хозяйству, все убирала на свой вкус, но через неделю у нее стало появляться свободное время.
  Солнце светило исправно на маленький земельный участок внутри высокого забора. Полина после трудов праведных надела купальник, взяла раскладушку, поставила ее у озера и легла загорать. Виктор Сидорович из своей беседки видел край этой раскладушки. Полину скрывал куст сирени. Он встал и почти на цыпочках подошел к молодой женщине и двумя пальцами с двух сторон нажал ей под ребра. Она вскочила, вскрикнула, но, посмотрев на довольного Виктора Сидоровича, улыбнулась.
  - Вам скучно, Виктор Сидорович? - спросила Полина.
  - А ты как думаешь? Поговорить не с кем, а ты вся в работе.
  - Так меня сюда взяли поработать.
  - Полина, а ты не догадываешься, что тебя пригласили для меня? Не сопоставляла факты нашего присутствия на этой даче?
  - Когда? Мне сказали убирать - я убираю.
  - А если я скажу тебе любить - ты будешь меня любить?
  - Как скажете, Виктор Сидорович.
  - Ты такая покорная?
  - Так подчиненные всегда влюблены в своего хозяина, а я у Вас давно работаю, значит, давно Вас и люблю...
  - Что ж ты молчала? Мне поговорить не с кем, а тут любовь моя пропадает! Где встретимся? Ты лучше меня знаешь комнаты в этом доме, и они на месяц в нашем распоряжении. Жаль, что неделю мы потеряли. Куда вино принести?
  - Вы не шутите? А завтра меня возьмете и уволите!
  - Полина, я приглашаю тебя на романтическое свидание без свидетелей! Говори, где здесь лучшая спальня?
  - Лучше Вы ко мне придете.
  - А почему не ты ко мне?
  - У меня надежнее. Жду Вас вечером после ужина.
  - Разумно, я приду...
  Виктор Сидорович давно жил праведной жизнью, он уже и забыл, какая она - любовь без жены. Красивый мужчина с густой шевелюрой наполовину седых волос появился на пороге спальной комнаты Полины. Он был несколько обескуражен простым убранством ее комнаты. У него в комнате все было в стиле люкс, а у нее словно свалка старых вещей далеко не антикварного вида. Среди этого мебельного хлама сидела приятная женщина в платье с белым воротником и в белых босоножках на босых ногах. Его чувства попали в состояние облома, не по приколу хозяину любить служанку в нищих условиях.
  - Полина, перейдем в холл, там приятнее и вид из окна лучше.
  Так ангел любви куда-то улетел.
  Полина, выпив вина в присутствии Виктора Сидоровича, почувствовала, что она человек. Ей импонировало его внимание, рядом с ним ей приятно было находиться. Она перестала себя чувствовать горничной, душа ее возвысилась до уровня собеседника, и она спокойно отстегнула белый воротник со своего платья. Невольно женщина потянула молнию на платье до груди, маленькая золотая цепочка лучше подходила к моменту их общения.
  Виктор Сидорович и Полина вышли из-за стола и, не сговариваясь, направились к его спальне. Обстановка полностью соответствовала моменту. Оба они были высокие и в меру стройные, остановились они у кровати и обнялись в порыве проснувшихся чувств. Редкое единство взглядов привело их в душ. Они стояли под струями воды, улыбаясь, словно смывали с себя прикосновения прошлой жизни. Ей доставляло удовольствие касаться его тела в струях прохладной воды.
  Он с внезапным желанием и с большим удовольствием ощущал новые, волнующие импульсы в своем теле, о которых в последнее время подзабыл. Они вытерли друг друга полотенцами, не касаясь себя, словно их души уже переселились в любимые тела. Так и дошли они до кровати. Желание, страсть, влечение, прикосновение, поцелуи, объятия воссоединили их требующие любви тела. Они поплыли по воле волн царственного желания любви.
  
  Платон сделал так, что новые звонки с предложениями антикварной мебели поступали к нему. Он наклеивал на мебель янтарные камни, после этого заказ поступал к Ларисе. Вот откуда взялась в разных местах мебель с янтарем! Платон скупил все янтарные бусы в городе и заказал их за его пределами. А Лариса верила в чудеса. Только первые предметы мебели были янтарными на самом деле, да еще конторка.
  В каждом деле важен результат. И вновь стоял готовый к продаже трельяж с янтарем, а Платон услышал очередное предложение от неких наследников. Ему предлагали шкаф-шарманку, естественно, без янтаря, а у него весь запас кончился, хоть объявление давай: скупаю янтарь.
  Если мебель была без янтаря, то она попадала на реставрационные работы в магазин, а если на ней находился хоть один янтарь, то она попадала к отцу Родиона Селедкина. Вот в чем состоял прикол и бизнес, хотя второго случая судьба не предоставила.
  Виктор Сидорович от Полины, кузины Ларисы, узнал о готовом трельяже с янтарем и немедленно появился перед очами Ларисы. Она мысленно обругала Полину, так ей не хотелось с трельяжем расставаться, но клиент есть клиент. Вслух Лариса сказала, что такой предмет интерьера для продажи готов, в голове у нее промелькнула любовь с Платоном.
  
  Лариса вспомнила про Леночку, та в последнее время стала такой модной женщиной, что не грех ее представить дорогому клиенту. Леночка поехала показывать товар лицом господину Виктору Сидоровичу. Трельяж с деревянными вензелями в тон янтарным часам и с янтарем в лунках вензелей светился в комнате Родиона.
  Виктор Сидорович как увидел это сокровище, так и присел на распахнутый диван.
  Леночка подошла к трельяжу, встала рядом с ним на скрещенных ногах в черных босоножках на шпильках, отделанных крупными стразами по вырезу и по широкой застежке, расположенной в узкой части точеных ног.
  Белые бриджи и черный топик, украшенный такими же стразами по воротнику на шее, завершали летний наряд девушки. Белые волосы крупными волнами опускались на молодую грудь нерожавшей женщины. Ее грудь полностью скрывал топик, оголяя руки и плечи.
  Виктор Сидорович смотрел то на солнечный трельяж, то на томную Леночку в летнем наряде, купленном на его деньги, о чем они и не догадывались.
  Под руку меценату попался маленький флакончик, мельком посмотрев на надпись, он прочитал: 'Пихтовое масло'. Он осмотрел диван, на котором сидел, и заметил в углу простынь. На окнах сквозь офисные прямые жалюзи просвечивала решетка.
  Леночка уловила взгляды импозантного мужчины, внешний облик которого превосходил все ее требования к мужчинам, но она продолжала стоять у трельяжа, как статуя.
  Он забросил флакончик с коварным содержимым в угол комнаты и встал с убогого дивана.
  - Я беру этот трельяж, можете возвращаться в магазин.
  Из закрытой одеждой груди женщины вырвался вдох сожаления, что такой мужчина так быстро появился и исчез из ее жизни. Трельяж привезли на дачу. Виктор Сидорович пошел в свою комнату, но по дороге заметил Полину, у которой белый воротник вокруг шеи довершал наряд. Он подумал, почему красивые женщины стали прятать от него то, что ему больше всего нравится в их облике?!
  Леночка так захотела Виктора Сидоровича, что позвонила любимому Платону и назначила ему встречу у себя дома, ведь его жена Лариса дома...
  А Полина, дойдя до своей комнаты, тут же позвонила Эмме, жене Виктора Сидоровича, чтобы она приехала на дачу к своему благоверному Виктору Сидоровичу. Но его жены дома не оказалось. Горничная меньше всего хотела увеличивать число встреч с хозяином. Один раз прощается, а второй раз запрещается. Ау Полины росла дочь Инна.
  
  Инна в отсутствии матери замечательно третировала бабушку, пропадая или на пляже, или у подруг, или на скамейке в парке с друзьями. Бабушке оставалось смотреть на часы, греть воду, отключенную на летний ремонт, и по возможности молчать. На ее упреки Инна реагировала круто и неожиданно, поэтому бабушка кормила внучку и помалкивала.
  После отличной любовной ночи, проведенной с Полиной, Виктор Сидорович предложил ей привезти на дачу Инну. Он прекрасно знал, что еще одна такая ночь ему в ближайшие дни не под силу, и решил упрочить свои отношения с женщиной, сделав приятное предложение ее дочери.
  За Инной он сам съездил на машине. Инне на даче очень понравилось, она внесла оживление в местное общество и частенько сидела с Виктором Сидоровичем в его беседке, пока ее мать работала по дому. Она от скуки обошла дачу, заметила странные окна, закрытые ставнями. Инна приоткрыла ставни, за ними были стекла, ажурная металлическая решетка, плотные вишневые портьеры.
  Девочка не выдержала любопытства и спросила у матери:
  - Мама, что находится в комнате, в которой на окнах есть ставни? В других окнах решеток нет и шторы легкие.
  Полина ответила:
  - Инна, у меня нет ключей от этой комнаты.
  Инна этот же вопрос задала Виктору Сидоровичу.
  Он ответил:
  - В комнате находится семейный музей, который пока еще в стадии подготовки.
  Повар ничего не добавил к информации. Зато охранник, которому пришлось заносить в комнату славянский шкаф, сказал, что в комнате находится склад древней мебели. Поговорив с охранником, Инна попросила выпустить ее за ворота, чтобы осмотреть дачный поселок, пообещав ему вернуться через час. Дачный поселок состоял из внушительных заборов с большими новыми домами. Ничего интересного девочка для себя не обнаружила, если не считать машину, выезжающую из чужих ворот. Она попросила довезти ее до города.
  Инна оказалась на свободе. Трое суток она гуляла по подругам, потом появилась в квартире отца. Степану Степановичу она рассказала о даче с музеем, который так и не видела, тот сразу понял, куда исчезает вся антикварная мебель с янтарем в деревянных вензелях. Выпросив у отца денег на жизнь, она пошла к бабушке, у нее и осталась до возвращения Полины с дачи.
  Степан Степанович что-то пропустил в этой жизни, все женщины вышли из-под его власти, хоть шаром покати, а никого нет. Инесса Евгеньевна куда-то уехала, исчезла и Полина, не сказав ему ни слова.
  
  Оставалась на месте его первая женщина, мать Паши. На безрыбье и рак рыба, поехал Степан Степанович навестить мать своего старшего сына.
  Удивительная была женщина Зинаида, она всегда спокойно реагировала на отъезды и возвращения блудного Степана Степановича. Паша ухмыльнулся отцу и ушел к другу. Степан Степанович и Зинаида оставались вдвоем, как два старых друга: без большой любви, без эмоций, просто сидели и беседовали. Он оставил ей деньги, но чувства в нем не возникли, словно все давно бурьяном поросло. Косить бурьян чувств было лень. Поговорив немного о Паше, Степан Степанович уехал в свою холостяцкую квартиру.
  Он решил осуществить задуманное, его безумно тянула Лариса.
  Степан Степанович приоделся и пошел к ее дому в надежде, что она появится с коляской во дворе. На этот раз ему повезло. Первым вышел из подъезда Платон и ушел в сторону дома Леночки. Вскоре появилась Лариса с детской коляской. Степан Степанович встал перед ней, как Орфей. Он весь лучился силой, желанием и любовью к молодой матери. Лариса грустно улыбнулась ему и покатила коляску по своему излюбленному маршруту в парке. Степан Степанович пошел рядом. Они разговорились.
  В это время к ее подъезду подъехала крутая машина Родиона, он вышел из нее и увидел силуэты Степана Степановича и Ларисы на аллее парка. Драка с могучим Степаном Степановичем в планы его не входила.
  Родион подъехал на машине к аллее, вышел навстречу парочке и просто сказал:
  - Привет! Степан Степанович, а твоя жена Полина на даче обслуживает своего начальника Виктора Сидоровича, а вчера они в холле пили вино.
  Степан Степанович в лице изменился.
  А Родион продолжал говорить, улыбаясь:
  - Если хочешь, я тебя к ней отвезу на свидание.
  Откуда он все знал? Охранник дачи Виктора Сидоровича был приятелем Родиона.
  Что оставалось делать Степану Степановичу? Любовь любовью, но гражданская жена дороже. Он сел в машину, и его повезли к ней на дачу. Он достал из кармана янтарные четки, они помогали ему принимать правильные решения. Он проехал квартал на машине Родиона и попросил шофера остановиться, ему стукнуло в голову, что мешать Полине он не будет, а лучше пойдет домой. Войдя в свой дом, он лег ничком на диван.
  Проснувшись, на автомате позвонил Ларисе. Она пригласила Степана Степановича к себе в магазин.
  Выспавшийся Степан Степанович приехал незамедлительно. Рядом с ним Лариса чувствовала себя хорошо. С ним было спокойно и надежно работать. А он поделился с ней своей информацией. Она не особо удивилась и сделала предположение: раз есть комод, шкаф, то должны быть еще предметы.
  Степан Степанович намек понял и предложил предоставить наброски двух древних предметов. Дерево теперь старили до изготовления мебели. Платона они решили не подключать, а все сделать в мебельной фирме Степана Степановича, а янтарь купить в другом городе.
  
  На следующий день Лариса встретила Платона, который возвращался от Лены. Они дошли с детской коляской до местного пляжа. У пруда в вечерних лучах солнца лежали несколько человек. Две девушки привлекли всеобщее внимание. На одной из них были только маленькие трусики, а открытые для публики груди свободно волновались от ее дыханья.
  В трех шагах от них на скамейке сидел молодой мужчина и тянул пиво из банки, не отрывая глаз от доступных взгляду грудей. Платон от того зрелища почувствовал пробуждение своих желаний, он готов был оторваться от Ларисы и ринуться к доступным грудям.
  Она это почувствовала и просто сказала:
  - Платон, идем в твой номер в гостинице, ко мне домой нельзя. Твоя мать может вернуться. Она знает, что ты к Лене ушел.
  - Лариса, а как же малыш? Ему надо есть, а в гостинице нет детского питания.
  - Да не волнуйся ты, у меня вновь появилось молоко.
  - Но оно ведь кончилось?
  - Не кончилось, а несколько дней его действительно было мало, а сейчас вполне хватит покормить нашего сына, если ты молоко не съешь за него.
  - Не съем, оставлю ребенку. Жаль, что я потратился на эту Лену, теперь у меня в городе нет квартиры. Ладно, пойдем в мой номер в гостинице, это здесь рядом.
  - Я знаю.
  Они поцеловались, проходя мимо пляжа, унося импульсы любви. Ребенок спал, его оставили спать в коляске. Платон и Лариса, приняв душ, вступили в новую фазу своей любви.
  Платон отодвинулся от Ларисы и спросил, глядя в гостиничный потолок:
  - Лариса, у тебя была однокомнатная квартира, она еще есть? Мне этот номер в гостинице обходится в копеечку.
  - Тяжелый случай. После рождения малыша мы с тобой из моей однокомнатной квартиры переехали в трехкомнатную квартиру Инессы Евгеньевны. А она, скрипя зубами, переехала в нашу квартиру. Дальше - хуже. Мою квартиру она отдала Родиону, его квартиру забрала для реставрационной мастерской, так как она находится на первом этаже, а себе она купила двухкомнатную квартиру в новостройке. Вот и все!
  - Слушай, а чего я тут с тобой время трачу, если у тебя квартиры нет? Шла бы ты домой, раз у нас на троих теперь трехкомнатная квартира, в которой я не живу!
  - А у нас с тобой сын, ты забыл?
  - Но у тебя нет ничего, ведь квартира у нас общая!
  - У меня есть наш сын.
  - Так забирай его и дуй домой!
  - Как знаешь! Ты отец ребенка! - сказала Лариса, покормила грудью проснувшегося в коляске малыша и вышла на улицу.
  Темнело, тополиный пух притаился среди травы.
  Лариса с помощью случайного помощника поставила коляску с малышом в автобус и поехала домой.
  Пока она ехала на автобусе, Платон приехал домой на такси. Платон с Родионом сидели в креслах рядом с мраморным столом, они пили пиво.
  - Платон, вон она, приехала, - вскричал Родион и пошел в соседнюю квартиру.
  Платон поцеловал Ларису. Жизнь есть жизнь. Невостребованная любовь Платона требовала выхода. Ребенок спал. Пришлось Ларисе выполнить супружеский долг. Долг есть долг.
  
  Не успела Лариса соскучиться по проблемам, как в трубке телефона услышала дребезжащий голос старушки:
  - Это квартира коллекционера изделий из янтаря? Вы госпожа хранительница? У меня к Вам есть дело. Я называю свой адрес, Вы приезжайте одна, поговорим. Мой старый дом находится в старой части столицы. Не обессудьте, но быстрее приезжайте, пожалуйста.
  Лариса умела ценить звонки, она записала адрес, потом посмотрела по карте, где находится дом старушки. Она села за руль своей машины и поехала в старый район столицы. Ее встретила маленькая, сухонькая старушка, возраст ее был в таком тумане, что определять его Лариса не стала. Старушка провела ее в комнату, в которой царил старый вишневый бархат.
  - Госпожа хранительница, Вы садитесь в кресло, я Вам все поведаю. Дело в том, что мой конец не за горами, и на мои похороны деньги спрятаны в этой комнате. Мое богатство не в деньгах и не в золоте. Когда-то весь этот дом принадлежал моей семье, но Вы сами знаете: революция, война и годы лишений прошли по этому дому. У меня осталась эта маленькая комната. Не смотрите, Вы ничего не увидите, меня столько раз пытались ограбить, что на первый взгляд здесь взять нечего. Не смотрите на меня с таким удивлением, а посмотрите на эту тумбочку под телевизором. Что Вы видите? Фанерный ящик? Правильно. Эту старую фанеру надо осторожно снять, под ней будет то, зачем я Вас пригласила! Вы мне дайте деньги, я Вам дам эту драгоценность. Сами не пытайтесь снять фанеру, не получится, тут нужны мужские руки, а теперь можете вызвать помощника, - старушка замолчала, сжалась в своем кресле в маленький комочек нервов.
  Лариса хотела позвонить Степану Степановичу, с которым наладила отношения, и сразу отдать ему его семейную реликвию. Потом она подумала, что он едва ли расплатится со старушкой, поскольку с ним она заключила договор по другому поводу.
  Она набрала номер Родиона. Сообразительный Родион, прихватив необходимые инструменты, довольно скоро появился перед двумя дамами разных эпох. Он ловко снял фанеру с некоего предмета, покрытого мусором, который сыпался на него десятилетиями сквозь щели между листами фанеры.
  Старушка приободрилась и сама подала тряпку, дабы смести мусорный налет с ее драгоценного предмета старины. Перед глазами очевидцев появилась конторка с ящичками и небольшим секретером. Цепкий взгляд Ларисы определил как минимум восемнадцатый век и необыкновенное качество изделия. Интересно, что в завитках по периметру изделия поблескивал янтарь.
  Лариса уже ничему не удивлялась.
  Получилось, что проснулась мебель с янтарем, и один предмет за другим потянулся к ней. Она немедленно рассчиталась со старушкой. Старушка в ответ гордо наклонила голову и тут же величественно откинула ее назад.
  Конторку отвезли в логово Родиона, там предстояло восстановить предмет старины. Лариса сидела на стуле, а Родион открывал ящички секретера перед ее глазами. Один ящик не открылся, он помудрил в замке инструментами и отрыл последний ящик. Они наклонились над содержимым маленького ящичка и увидели небольшую шкатулку с навесным замком.
  Родион, открыв замок, обнаружил внутри футляр. В футляре лежал широкий золотой браслет с янтарем. Браслет был так красиво выполнен, да еще на него накладывалось пара столетий, что цена его было неизмеримо больше, чем стоили материалы, из которых он был выполнен.
  Родион протянул Ларисе футляр с браслетом. Она отдала ему аванс на оформление реставрационных работ и поехала к старушке. Старушка сидела в кресле, она даже дверь не закрыла. Лариса подошла к ней. Старушка была мертва, ее рука так и осталась в том положении, в каком она брала деньги из руки Ларисы, но денег в руке старушки не было! Телевизор стоял на полу, да и где ему стоять, если тумбу из-под него вывезли!
  - Руки! - крикнули за спиной.
  Лариса почувствовала твердый предмет, упирающийся ей в спину. Она подняла руки, дамская сумочка повисла у нее на руке, но по опыту своей жизни, она много денег с собой не носила. Липкие руки сорвали с нее сумочку, порылись в ней и вытолкнули ее с пустой сумкой за дверь.
  - Ша, тетка! Ты ничего не видела, бери свою пустую сумку и тикай подальше!
  Лариса выбежала из дома, прошла десять шагов, села в машину. Мотор завелся. Машина медленно двинулась с места. Лариса нащупала янтарный браслет, завернутый в платок. Пустой футляр лежал в сумке. Она заглянула в сумку, но футляра в ней не было...
  Ленивое воскресенье подходило к концу. Лариса покрасила волосы в парикмахерской, сидя под панамой из киселя с дырочками. На ее голове в волосах возникли перышки в виде лапши. Дома она больше смотрела в зеркало, чем на телеэкран, разглядывая новую прическу, или переключала программы, но во всех программах встречала комоды. 'У них что, сегодня день комода?' - подумала она недовольно.
  Запиликал мобильный телефон, басистый голос Платона что-то стал говорить, но Лариса уловила одно слово - комод.
  - Платон, что за комод? О чем ты говоришь?
  - Лариса, мои знакомые ездили на похороны своего с деда, ему было 90 лет. В комнате деда обнаружили весьма занимательный комод. Я предлагаю комод передать в твою коллекцию.
  - Комод с барельефом, а в уголках - янтарь?
  - Откуда ты узнала? Они тебе звонили?
  - Нет! День складывается, как пасьянс. Платон, ты очень вовремя позвонил. Когда, говоришь, комод привезут?
  - Да хоть сейчас.
  - А ты что, не знаешь, куда везти? Бери наследников под руки и вези их вместе с комодом.
  - Одеваюсь и выезжаю.
  Лариса заплатила наследникам комода наличными за очередной подарок судьбы. В квартире вместе с комодом остались Лариса и Платон. Они осмотрели приобретенное сокровище, без слов понимая друг друга. Лариса поймала себя на мысли, что Платон ее волнует больше, чем комод. Дерево - оно и есть дерево, а человек не дерево. Он тоже это почувствовал - невидимые биотоки любви.
  В квартире стоял убогий диванчик. Лариса и Платон одновременно сели на диван и стали смотреть на комод. С первого взгляда было заметно, что он сильно испорчен временем, но отреставрировать его вполне было можно.
  - Платон, как ты думаешь, а чувства можно отреставрировать?
  - Ты о чем?
  - Так, почувствовала себя старым комодом. День такой сегодня, даже эта старая развалина с остатками янтаря меня не радует, все мне надоело! Мы с тобой родились под знаком Льва! Янтарь - наш камень! Я ношу бусы из янтаря, у тебя брелоки янтарные! Теперь еще комод с каплями древесной смолы.
  - Да ты что? Нам мать за этот комод больше отвалит раз в десять - после реставрации, конечно.
  - Платон, все так запутано, что этот комод мне продавать не хочется.
  - Оставь себе или просто поставь в антикварный магазин на продажу.
  - О, ты мне уже и советы даешь! Кто из нас начальник?
  - М...м... мало ли кто начальник?! Я мужчина, а ты женщина!
  - Мне нравится твой ответ, как бы из него пользу извлечь? Ты не знаешь? А, скажем, что комод с янтарем от сглаза помогает.
  - Что тут знать? Какой сглаз?! Ты - баба! Я - мужик! Ты одна. Я вообще один. Ты сюда прямо из ванны приехала, волосы рассыпчатые, чистенькие, даже влажные, ты вся такая!
  - Красиво говоришь, да здесь удобства относительные. А янтарь как оберег для человека.
  - Какие нам нужны удобства? Мы ж на диване сидим! Старый он, но нас выдержит, а янтарь нам посветит вместо солнца.
  - Ты чего это мне предлагаешь?
  - Ничего не предлагаю, - обиделся Платон. - Рядом с нами нет бугая Степана Степановича, я и обрадовался.
  - Есть хороший специалист Селедкин, пригласи его комод отреставрировать. Деньги на комоде уже лежат.
  - Заметил. Мои услуги оплатишь? За доставку антикварной янтарной продукции!
  - Наличными? Ты мой человек и за свою работу зарплату получаешь. Лучше возьми ключи, привези сюда реставратора, он сам все знает, что делать.
  - Ящики открывать будем? - не дожидаясь ответа, Платон встал и поставил комод под старую люстру. Он обошел его со всех сторон, открыл ящики - чудес не было.
  Лариса посмотрела на Платона, потом на открытые ящики комода, встала, подошла к комоду, достала маленькую бутылочку, на ней виднелась надпись 'Пихтовое масло'. Она взяла бутылочку в руки:
  - А говоришь, ничего нет, а здесь такое сокровище! От чужого деда осталось наследство.
  - Выброси! Зачем оно нужно?! Я не пойму: откуда тебя знают старики и старушки и присылают тебе старую мебель с солнечными камнями?
  - Смотри, какая упаковка! Маслом еще можно пользоваться. А что касается янтарной мебели, так это моя бабушка обзвонила своих старых знакомых, после того как увидела янтарные часы. А божьи одуванчики почему-то Богу душу отдают вместе со своим сокровищем.
  Лариса резким движением раскрыла диван, успев заметить, что внутри дивана лежит чистая простынь. Вторым движением она постелила ее на диван.
  - Прошу, Платон, все готово для испытания наследства, скорее, его приложения.
  Лариса легла на край дивана и стала смотреть на комод, ей показалось, что старый дед вселился в комод и подмигивает ей. Платон одним движением залетел на диван, на нем сверкал металлическими украшениями кожаный широкий ремень...
  Жена погладила ремень:
  - Хорошее у тебя укрепление, снять его можно? Или сложно?
  - Да и ты в каркасе, вон какая у тебя талия обтянутая! До тебя не добраться, и потом, вокруг тебя столько мужиков, что страшно.
  - Не обижай, это летнее платье, сейчас все ткани тянутся, - и она потянула замок молнии на платье вниз. - Что касается мужиков, так ты у меня один, а остальные - партнеры по бизнесу, которых постоянно прибирает к своим рукам кузина Полина.
  Платон снял ремень. Они механически каждый сам с себя снимали одежду и складывали со своей стороны дивана. Они еще не верили сами себе, еще все казалось большой шуткой. Лариса протянула Платону пихтовое масло, пальцами показала, как им надо пользоваться, он послушался.
  Он умел играть на гитаре, надо было свои способности использовать в жизни: его тонкие пальцы, смазанные маслом, изобразили на мгновение игру на гитаре, больше этого не требовалось. Он взлетел на чистое тело Ларисы, такое живое, такое притягательное, такое нежное, такое готовое к нему, что он потонул в нем с замиранием сердца...
  Комод стоял понуро, о нем просто забыли.
  
  Полина за месяц отмыла все помещения дачи, последней комнатой был местный музей, ключи от которого она получила в последнюю очередь. В комнате с вишневыми портьерами ей было немного жутко, казалось, что предметы старины были живыми, они светились и подмигивали солнечным янтарем. Она, дрожа всем телом, протирала загадочную мебель, утыканную солнечными камешками. С величайшим наслаждением закрыла она дверь этой комнаты, радуясь, что срок ее работы на даче подошел к концу. Она получила расчет. Виктор Сидорович, уезжающий одновременно с ней, подвез ее до дома, а сам поехал в гостиницу, не заглянув в свою квартиру.
  На следующий день на дачу приехала Лариса, кроме нее там был повар и охранник. Она отметила чистоту, царившую везде в этом современном доме. Она настояла на первоочередном визите в музей. В комнате с закрытыми ставнями, с плотными бархатными портьерами вишневого цвета пришлось включить свет.
  Мебель была Ларисе вся знакома, она отметила, что размеры комнаты позволяют добавлять в нее предметы, это больше всего ее интересовало.
  - Виктор Сидорович, все хорошо, но стены современные, они портят интерьер и общее впечатление. Не лучше ли сделать стены из деревянных панелей, выполненных под старину? И еще: нельзя ли добавить маленькую комнату к музею и собрать две коллекции отдельно: столовую и спальню?
  - Лариса, как ты глобально мыслишь! Я с тобой полностью согласен, но сейчас у меня на это нет свободных средств, хотя в скором времени они будут непременно.
  - Ладно, отделка стен помещений музея за мой счет. Надеюсь, еще одну комнату Вы сюда добавите.
  Виктор Сидорович мысленно обрадовался, что правильной дорогой шли его мысли, видимо, Ларисе он очень понравился. Хороший план!
  Полина вскоре сказала Виктору Сидоровичу, что у них будет ребенок.
  - Полина, быть не может! Мне сорок лет! Детей нет! А если это ребенок Степана Степановича? У вас с ним уже есть один общий ребенок!
  - А мне всего тридцать лет, и Степана Степановича в моей жизни нет уже два года, он только иногда передает деньги для Инны.
  - Что делать будешь?
  - И ты спрашиваешь? Я оставляю ребенка, а ты поможешь мне пару первых лет с малышом, дальше я сама проживу.
  - О чем речь! Помогу, чем могу! Я теперь стопроцентный мужчина!
  Виктор Сидорович тут же сообщил новость своей жене Эмме. Эмма, странное дело, без тени ревности сказала, что ребенку надо помочь родиться и взять его потом себе. Эту новость от своей жены Виктор Сидорович пересказал любовнице Полине.
  Полина ответила весьма неожиданно:
  - Ребенка кормить грудью буду я, первый год он будет со мной, а вы с ним можете гулять, а дальше будет видно.
  - Договорились. Береги себя, будем вместе воспитывать нашего ребенка. Кстати, для Инны я буду перечислять некую сумму денег с сегодняшнего дня.
  Полина такого счастья и не ожидала.
  Степан Степанович, услышав от Полины сенсационную новость, ухом не повел, а только подумал, как хорошо, что он к ней на дачу в машине Родиона не поехал, а то бы ребенка ему приписали.
  Полина решила заставить Инну сделать селедку под шубой, но девочка сделала вид, что не услышала. Через сутки мать повторила задачу. Дочь разрыдалась. В ответ она услышала вопли матери, перечисляющей ей наказания. Девочка поняла, что лучше пойти и сделать треклятую селедку под шубой. Она еще раз спросила, что надо для этого сварить и сколько.
  В большую кастрюлю Инна налила воду, положила в нее пять штук вымытых свекл, две моркови и четыре картофелины. В другую кастрюлю, но меньшего размера, она насыпала соли, налила холодной воды и положила пять яиц. Дальше предстояло самое сложное: разделать селедку, удалив из нее все косточки. Мать показала, как надо разделывать селедку.
  Надо сказать, всем нравится разрывать селедку на две части за хвост, тогда все основные косточки скелета сами выходят из селедки.
  А дальше начинается мука с маленькими косточками, а потом надо разложить мелкие кусочки селедки на блюдо и постепенно покрывать селедку шубой, состоящей из тертых овощей, яиц, майонеза...
  В гости к Полине пришел Виктор Сидорович. Мать и дочь ему очень обрадовались, видя в его руках вкусные продукты. Стол получился праздничным, но настроение в целом было такое, словно приспустили флаг на корабле. Мужчина был озадачен тем, что ему надо разойтись с женой Эммой. Инне пришлось открыть правду, что скоро у нее будет брат или сестра. Девочка в первый момент обрадовалась, а во второй впала в тоску. Возник момент, когда все втроем были готовы разреветься.
  Выход нашелся.
  Полину неожиданно скрутило от боли так, что она сжалась в комочек и выскочила из-за стола. Ее не было долго, когда она появилась, то сказала, что ребенка не будет, не получилось. Виктор Сидорович обхватил рукой свои челюсти, ему казалось, что его зубы все одновременно заболели. Он почувствовал боль в сердце и стал сползать со стула. Полина сама лежала, скорченная от боли и не могла встать.
  Инна посмотрела на страдания взрослых и бросилась к телефону, но вместо скорой помощи она позвонила отцу. Степан Степанович был дома и бегом прибежал к ним, благо дома находятся в одном квартале. Его соперник лежал и еле дышал.
  Степан Степанович достал из своего кармана таблетки от боли в сердце и дал их Виктору Сидоровичу. Потом он подошел к Полине, с которой не жил и не разводился из-за ее криков. Он подержал огромную ладонь на ее животе, и боль из нее стала выходить, словно своей ладонью он ее вытягивал.
  Потом он позвонил в гостиницу и вызвал Эмму, не спрашивая разрешения у больных. Пока Эмма ехала к ним, Степан Степанович сел за стол и съел всю селедку под шубой, потом позвал дочь Инну прогуляться с ним на свежем воздухе после очередного дождя.
  Эмма вбежала в квартиру, посмотрела на Виктора Сидоровича, вздохнула, подняла его. Он поднялся с ее помощью и пошел к прежней благополучной жизни.
  Полина осталась одна, она лежала и смотрела на стол, где не было селедки под шубой, но ей она была больше не нужна.
  
  Степан Степанович устал от работы на производстве, ему захотелось улететь в свободный полет. Он вспомнил, что у него есть племянник, живущий на золотом прииске. Он нашел его адрес. Племянник Степана Степановича окончил горный институт и стал геологом, все его пути были направлены на поиск и добычу золота. Золото в удобных и теплых местах не очень показывается людям на глаза.
  Добыча золота - работа кропотливая и тяжелая.
  Полина давно знала, что Степан Степанович не может быть богатым человеком, но может участвовать в поисках эфемерного счастья. Он все же полетел к племяннику. Дорога на самолете, потом на вездеходе привела его на золотые прииски. Золото проходит пять этапов: геологи находят месторождение золота, руду с золотой крупой добывают, перерабатывают, получают золотые слитки и отправляют в банки или ювелирам.
  Спрашивается, что здесь забыл Степан Степанович? Золото обитает на востоке и севере страны, добывают его килограммами и тоннами, но отдельному человеку это ничего не говорит. Тонны золота человеку не нужны, человеку нужно тепло и уют, а он, Степан Степанович, нашел себе место на холодном севере. Он бросился изо всех сил в новую область, иногда работая механиком и ремонтируя оборудование, используемое при добыче и переработке золота.
  Лето в этих местах короткое-короткое. Зима - длинная. И золота не захочешь, но Степан Степанович нашел здесь счастье в жизни! Он был с некоторых пор непьющим человеком, и по местным меркам он - ценный мужской кадр. На Степана Степановича положила глаз местная Фифа. Это была красивая женщина, дочь ненца и русской. Коренная жительница холодного севера. Он - выходец из средней полосы страны: стройный, высокий, крупный мужчина с холодной кровью.
  А может, природа решила вывести новый тип людей? Дома на севере часто бывают одно- или двухэтажные, из больших бревен либо из кирпича, все зависит от того, когда дом строили. Фифа лучшей доли, чем жизнь со Степаном Степановичем, и не знала. Умела она и на оленях ездить, и на собаках. Вездеход - хорошо, а олени - лучше.
  Фифа обогрела, обласкала, да и забрала мужика Степана Степановича. Он - мужик умный, стал в местной школе преподавать и влез во все дела золотого прииска. Стал нужным человеком. Полине писем он не писал.
  Племянник был здесь главным геологом, а Степан Степанович так вообще стал директором школы. Все на местах. Фифа в гражданском браке со Степаном Степановичем жила, ребенка прижила с ним, а ему захотелось самому золото добывать. Попробовал, да уж очень дело холодное и невыгодное.
  Научился на собаках ездить, сам стал собак держать. Северянином стал. На крупинки золота он насмотрелся, и никаких чувств они в нем не вызывали до поры до времени, но вдруг захотелось ему накопить крупинки золота. Степан Степанович организовал тайник и по крупинке добавлял в него или песок золотой засыпал. Уж что получится.
  Захотел Степан Степанович на юг поехать да на солнце погреться, отдохнуть. Отпуска у рабочих на севере большие, все можно успеть. Знал он, кому золото продать можно, старатели научили, все ему рассказали за длинную зиму. Часто люди ездили к морю и там сбрасывали накопленные сокровища, а Степан Степанович решил на Волгу поехать, дом там поставить. Устал он от морозов и в то же время привык к ним, и к этой северной жизни, и к неплохим зарплатам, и к случайному золоту. Много не брал. В воровстве его не замечали. Пил мало. Повезло ему, сбыл без шума золото.
  Отдыхал Степан Степанович в круизе на теплоходе по Волге. И все бы хорошо, да крупинки золота в кармане оказались. Новая его знакомая по теплоходу случайно обняла его, потом сунула руку к нему в карман, наткнулась на золотые остатки роскоши. Вытащила она крупинки из кармана, посмотрела, оценила да и спрашивает:
  - Степан Степанович, а это что за крупинки у тебя в кармане?
  - Золото...
  - Откуда?
  - Работа наша такая...
  - Ты что, с золотых приисков?
  - Точно.
  - А мы найдем общий язык?
  - Так мы оба на одном говорим.
  Так укрепилось случайное палубное знакомство Степана Степановича с Леной.
  Лена, молодая, маленькая, худенькая женщина, работала продавщицей в антикварном салоне. В круиз она поехала просто от скуки и подальше от родителей, с которыми жила в маленькой квартире в родном городе. Ела Лена мало, потребности в жизни были небольшие, так и скопила на круиз без северных зарплат. Степан Степанович ей понравился своей противоположностью. Ел много: и за столом съедал свою порцию, и Лене помогал справиться с едой. Одно к одному - и до постели общей добрались, тут их совсем стало не разнять. Любовью оба были не избалованы. Расставаться им не хотелось.
  А куда ехать? В малогабаритную квартиру к Лене или в деревянный домик на Севере к Степану Степановичу? В его городской квартире жил сын Паша от Зинаиды. Степан Степанович сказал, что мечтает о своем доме на этой большой реке. Было бы желание.
  Лена - девушка с каштановыми волосами, которые рассыпались по плечам или послушно завязывались в хвостик. Мечта Степана Степановича - остаться на большой земле - была несбыточной, Лена это сразу поняла. Его уже тянул привычный Север. Ему было жарко на теплоходе, он уже устал от радости отдыха на большой реке. Лену манило золото. Несколько крупинок золота изменили ее жизнь. Быть одинокой продавщицей очень не хотелось. Она позвонила маме и сказала, что выходит замуж. Мать не поняла, радоваться или огорчаться...
  Лена со Степаном Степановичем приехали к ее родителям, ввергли всех родственников и знакомых в легкий шок и уехали на Север, там они и поженились гражданским браком. Лена по привычке стала работать в магазине. Степан Степанович с удовольствием с Леной разговаривал, и о неожиданность! Они на одну Инессу Евгеньевну в прошлом работали, просто Степан Степанович не замечал маленькой продавщицы.
  Лена рассказала Степану Степановичу и о Полине. Новости о его законной жене она знала от своей матери, которая была на пенсии и знала все новости в своем районе. Лена не Степан Степанович, все матери написала, так и Полина узнала о судьбе собственного бывшего мужа, который уже был гражданским мужем очередной женщины.
  Бабули высыпали на улицу и гуляли под февральским солнцем, не отходя от подъезда. Звонок. О, это сам Степан Степанович позвонил Полине в кои-то веки!
  - Степан Степанович, ты откуда звонишь?
  - Со столичного вокзала.
  - Золота много добыл?
  - Я золото не добываю.
  - А что на приисках делаешь?
  - Полина, а ты откуда знаешь?
  - Лена сказала, где ты. Сам ты и соседей собственных не знаешь.
  - Это Ленка, что ли, сказала?
  - Она под нами жила раньше.
  - Полина, ну я не знал, а ты замуж не собираешься?
  - Нет!
  - Полина, я с тобой не разводился, как ты смогла замуж выйти?
  - А я нашла свидетелей, что тебя дома год не было. Меня с тобой развели, а о том, что ты живой, я знала от соседки, матери Лены, она и свидетельницей была.
  - Ну, ты, Полина, даешь! А я-то тебе хотел золото передать...
  - Ты сказал, что у тебя нет золота.
  - Так я тебе всю правду и выложу по телефону! Как там Лариса?
  - Нормально.
  - Да? А у меня на севере сын маленький есть, на чукчу смахивает.
  Только положила она трубку, вновь звонит Степан Степанович.
  - Полина, я хочу вам подарок занести. До вас два часа пути, у вас час - и назад поеду, ты Паше позвони, что я приеду.
  Положила Полина трубку и тут же позвонила Паше.
  - Паша, отец звонил по телефону.
  - Полина, ты что, шутишь? Столько молчал!
  - Паша, зайди к нам домой через пару часов.
  - Ладно, сегодня выходной день, зайду.
  Через два часа раздался звонок в дверь. Пришел Степан Степанович.
  - Полина, я еле в подъезд попал, ты мне код не назвала.
  - Забыла про код.
  - А мне Паша дверь открыл, домой шел, изменился так, бороду носит, как у меня.
  Через пять минут раздался звонок в дверь.
  Немая сцена встречи.
  Степан Степанович посмотрел на Полину, Ларису и на Пашу и сказал:
  - Паша, у меня есть золото в виде песка, в подошве сапог лежит, я бы хотел тебе отдать.
  - Отец, зачем мне золото, это же мертвые деньги, какая мне от них польза?
  - Паша, разберешься, а то совесть меня гложет за то, что я вас бросил.
  - Отец, раньше золото на зубы брали, а теперь у всех зубы белые.
  - Паша, я тебе отсыплю, а ты сам подумаешь, что с ним делать, есть ведь в городе золотые мастерские.
  Степан Степанович снял огромные сапоги, вынул стельки, вынул жесткую прокладку и высыпал золотой песок на тарелку. Потом вставил прокладки, стельки и надел сапоги.
  - Ну, ты, отец, молодец! - сказал Паша, рассматривая золотой песок.
  - Все, бывайте, а то я заплачу и не смогу уехать! - сказал Степан Степанович и исчез в проеме двери.
  - Полина, я возьму золото, я знаю, кому его отдать, - сказал Паша и ушел.
  Все стихло. Золото Полине улыбнулось и исчезло, так же быстро и жизнь проходит. Золотая пора молодости осталась далеко за горизонтом. Маячил юбилей, не чужой, а ее собственный. Определитель вещает на всю квартиру, кто звонит, а звонят от Паши.
  - Полина, я к Вам зайду днем, вечером не могу, - проговорил в телефонную трубку Паша.
  - Хорошо, заходи, буду ждать.
  К Полине пришел Паша, подал ей красную коробочку. В коробочке полный золотой набор: сережки, цепочка, кулон, кольцо.
  - Полина, мы сделали из золота отца три набора: тебе, моей маме и Ларисе.
  - Спасибо! Красиво-то как!
  - С юбилеем Вас, Полина! - проговорил Паша.
  - Спасибо, спасибо!
  Полина позвонила Ларисе и сказала, что Степан Степанович ей подарил золотые комплекты. Но Лариса как в воду смотрела: все интересные события произошли из-за Полины. Полину увидел Степан Степанович, который очень любил женщин с мистической энергией. Она произвела на него должное впечатление, и они вновь влюбились на глазах Ларисы! Правда, что ей расстраиваться. Степана Степановича у Полины увела Анна Андреевна, но теперь Полина увела его от нее! Логика янтарная или мистическое правило жизни.
  
  
  
  

Пик событий

  
  
  Виктор Сидорович подарил маленькую породистую собачку Инне. Она взяла ее на руки и больше никому не отдавала, живая игрушка ее вполне устроила. Инна подаренную ей Виктором Сидоровичем собачку привезла ему на дачу. Маленькая собачка обладала звонким лаем, чем очень надоела молодой хозяйке. Собака лаяла в ответ любой собаке, чей лай доносился до квартиры, где она жила. Она лаяла на любой хлопок лифта. Она лаяла ночью, если кто просыпался.
  Иногда лаяла просто так, иногда от возмущения, но всегда звонко и пронзительно. Собачка на даче немного боялась простора и лаяла от страха перед большим пространством. Еще она полюбила скулить и лаять под дверями, куда поставили мебель с вырезанными зверями. В остальное время собачка любила стоять рядом с человеком, принимающим пищу. Выпрашивать кусочек недозволенной пищи - это было ее любимым занятием. Есть собачий горох ей меньше всего хотелось...
  Освободив себя от собаки, Инна проколола язык, подвесив на него украшение, чем вызвала натуральный гнев своей мамы Полины. Мать от возмущения и ругательств зашлась в крике и долго кричала на Инну. Результатом прокола языка был домашний арест Инны до начала школьных занятий. Свобода закончилась дачным заточением, и Инна вынуждена была общаться с маленькой лающей собакой.
  Девочка первая поняла, что собака у музейных дверей лает наиболее звонко, до боли в ушных перепонках. Она сказала об этом Виктору Сидоровичу, тот в шутку или всерьез ответил, что за дверями живет настоящее привидение и тревожит чуткую душу собачки.
  Инна шутку поняла буквально, она взяла ключи от музейных комнат у матери и одна зашла в смежные комнаты, в которых стояла темная мебель. Девочка села на стул, посмотрела на карнизы мебели, украшенные вырезанными из дерева зверями, она вынуждена была запрокинуть голову, и эта голова у нее медленно закружилась. Она потеряла сознание.
  Собачка бродила по даче и скулила, она искала свою маленькую хозяйку и первая обнаружила приоткрытую дверь в музей. Шустрый носик пролез в приоткрытую дверь, вскоре все здание огласилось звонким, счастливым лаем собаки, нашедшей свою хозяйку.
  Острые зубки ухватили джинсы и стали дергать их из стороны в сторону, пытаясь заставить девочку посмотреть в ответ, но она молчала, тогда собака залаяла так оглушительно, что на ее зов прибежала Полина. Она увидела лежащую на стуле дочь, закричала в унисон собаке, взяла дочь на руки, вынесла ее из комнаты, донесла до дивана в холле первого этажа.
  На шум подошел Виктор Сидорович.
  - Полина, что случилось с Инной?
  - Сознание потеряла и в себя не приходит!
  - Она таблетки пила?
  - Да, она ведь себе язык проколола. Я ее заставила вынуть украшение. Язык мы продезинфицировали, а у нее ангина еще началась, я добавила ей антибиотиков, да еще ее занесло в этот музей!
  - Врача вызвать?
  - Да не хочется вызывать врача. Мне непонятно, почему она потеряла сознание. Я ее нашла по лаю собаки, в музее на стуле.
  - А снотворное ты ей не давала?
  - Антибиотики плюс таблетки от аллергии на эти антибиотики и больше ничего, от них она сознание никогда не теряла, слабость могла появиться, но не больше, хотя сонливость не исключается.
  - Да спит она! Проснется - посмотрим, что дальше делать, пусть тут спит, я рядом посижу, книгу почитаю.
  - Спасибо, Виктор Сидорович, а я музей закрою, ключи от комнаты Инна так в руке и зажала.
  Полина вынула из руки дочери ключи и пошла в музейные комнаты. Дверь была открыта настежь. Она заглянула внутрь комнаты. Женщина свалилась на пол. Виктор сидел рядом с девочкой, он о Полине не беспокоился. Собака дремала рядом с Инной.
  Виктор Сидорович, вернувшись в город, навестил нового директора антикварного магазина, он решил рассказать ей о мистичности мебели, которую она продает.
  Лариса спросила:
  - Виктор Сидорович, родной мой покупатель! Что ли, мы с тобой не знакомы? Чем ты не доволен, скажи.
  - А чего говорить, вся твоя мебель с мистическим уклоном получается.
  - Так за этот довесок надо бы цену поднимать, мебель настоящая, антикварная!
  - Настоящая мебель, говоришь? А человек посмотрит на нее и в обморок падает!
  - Знаешь что, господин хороший, не нужна мебель - вези назад, куплю.
  - Не могу, последний комплект со зверями облюбован духом Самсона и не подпускает никого в комнату.
  - Вот это да! Вот это дощечки из тайги!
  - Чему радуетесь, не пойму?
  - Уникальности изделия.
  - Лучше бы обычную мебель продавали! - сказал Виктор Сидорович и покинул офис.
  Лариса задумалась: значит, получилась антикварная мебель, а младший Селедкин - настоящий потомственный мастер! Она вызвала Родиона Селедкина и вручила ему премию внушительного размера.
  У того глаза округлились, а Лариса сказала одно слово:
  - Заслужил!
  
  В кабинет вошел мужчина высшего качества: так в своем мозгу Лариса дала определение вошедшему мужчине. Холеное, благородное лицо, величественная осанка, плечи отведены назад, живот отсутствовал. Посетитель, одетый в костюм неопределенного цвета, но весьма дорогой и хорошо на нем сидящий по всей великолепной фигуре, поздоровался с владелицей салона антикварной мебели и предложил ей умопомрачительный контракт.
  Проще говоря, господин Самсон положил на стол перечень предметов стариной мебели, необходимой ему для создания музея своих предков. Дело в том, что Лариса написала бизнесмену его биографию до пятого колена, коим он хотел зацепиться за фаворита и великого человека своего времени - графа Орлова. Легенду прошлого для нынешнего предпринимателя необходимо было подкрепить настоящими предметами старины!
  Лариса решила, что янтарные часы как изюминку коллекции продаст ему за огромные деньги вместе с конторкой и комодом. А пока часы стояли у нее дома. Прочитав предварительный перечень предметов, она успокоилась, многое она могла поставить в личный музей предпринимателя.
  Связь с общественностью у нее была налажена, летом она брала на работу студентов, которые занимались тем, что находили предметы старины. Господин Самсон предлагал поставить требуемые предметы в минимальные сроки, оплата наличными. Для большей важности он выложил перед Ларисой приличную сумму денег на первые расходы. Лариса вызвала бухгалтера и на глазах предпринимателя деньги официально оприходовала.
  Лариса предложила Самсону деловое соглашение: она поставляет ему антикварную мебель, украшенную янтарем, а он расплачивается за мебель для его музейной дачи, берущей начало от графа Орлова, от 1770 года. А кто не хочет пожить в интерьере, в котором сама царица почивала?
  Виктор Сидорович после посещения своего музея в последний день жизни на даче не мог больше работать в своем янтарном кабинете, ему все казалось, что он сидит в музее, и чтобы избавиться от назойливой мысли, он позвонил:
  - Самсон, привет, племянник, это я, Виктор Сидорович! Слушай, хочу отдать в твой музей свой янтарный кабинет.
  Самсон присвистнул и ответил:
  - Беру, если он от Ларисы.
  - От нее.
  Самсон позвонил:
  - Лариса, мой дядя, Виктор Сидорович, предлагает мне янтарный кабинет в музей, хочу под музей выделить четыре комнаты, надо подумать над названиями и над оформлением.
  - Самсон, над этим надо подумать, а результат я покажу. Договорились? Я знаю планировку Вашего дома, ехать к Вам мне не обязательно.
  У Самсона возникло ощущение, что его за уши отодрали, как маленького, но и подарки он стал получать весьма весомые.
  Платон не мог простить Ларисе визит Степана Степановича. Его он ненавидел всеми фибрами своей души. Но Платон не был столь могучим мужиком и осознавал, что физические силы у них разные, и от этого только больше его ненавидел, он еще продолжал сомневаться: а сын чей? Его или Степана Степановича?
  На пике этой затаенной злобы он приметил Леночку, продавца из антикварного магазина. Стал оказывать ей посильное внимание, тем и отводил свою душу от ненависти. Лариса почувствовала, что Платон к ней охладел, но дел с малышом было так много, что она даже радовалась его холодности, у нее на него сил не оставалась.
  Договоры Лариса выполняла: если Самсон дал деньги на мебель, то она ее и собирала. По расчетам получалось, что на выданный аванс, как пасьянс, складывались славянский шкаф, янтарные часы, комод и конторка с янтарем, дубовый стол и новые стулья под этот комплект, доведенные до совершенства умелыми руками старшего Селедкина.
  Все было выполнено честно, и весь комплект стоял в квартире Родиона под его неусыпной охраной. Он и порадоваться не успел, как к нему в квартиру позвонил заказчик с охранниками. Родион о заказчике знал. Мобильный телефон ему купили для такого случая, он нажал на номер телефона Ларисы. За дверью послышался стук и угрозы, но он успел сказать, что заказчик прибыл.
  Металлическая дверь гремела от ударов. Родион открыл дверь и отскочил в сторону, мимо него в комнату ворвались три человека и остановились в немом изумлении: из шкафа, часов, из стола и одного стула, в который вставили донорский кусочек дерева из шкафа, шло белое свечение, которое подсвечивало янтарь.
  Казалось, предметы переговариваются.
  - Не обманула, - прошептал Самсон. - Красота! Мебель, я ваш новый хозяин, я заберу весь комплект, прячьте свое свечение.
  Родион надеялся, что мебель съест наглеца, но предметы промолчали, они покорно погасили свой белый свет и янтарь.
  Янтарный набор мебели продали достаточно удачно. Лариса рассчиталась со всеми участниками проекта в рабочем кабинете. Господин Самсон не пожалел денег за конторку с янтарем. Благодаря чему Платон пересел на новую машину, что было выгодно в первую очередь Ларисе, он становился ее любимым мужчиной и шофером по совместительству.
  Самсон привел себя в порядок, посетил все салоны красоты, даже мышцы покачал - и явился с букетом в кабинет бывшего директора антикварного салона, известного в своем городе благодаря ее находчивости. Он решил взять новую даму для себя даром.
  Инесса Евгеньевна сидела в своем кабинете и просматривала наброски Платона, мельком посмотрев на Самсона, она сказала, что есть предположение, что в одном из соседних городов найдена еще одна реликвия прошлого с янтарем.
  'Кто бы сомневался', - подумал Самсон, а вслух сказал:
  - Дорогая Инесса Евгеньевна, спасибо Вам за участие в создании музея, примите мой скромный букет, - и поднес ей великолепный многоярусный букет цветов. - У меня есть предложение: посетите мою скромную дачу, посмотрите музей в действии через неделю.
  - Самсон, возражений нет, заезжайте через неделю, если не забудете о своих словах.
  Самсон прислал Инессе Евгеньевне приглашение на открытие музея своего предка. Ехать на официальную церемонию она не захотела.
  Лариса как новый директора антикварного салона согласилась поехать на открытие музея, от домашних хлопот она порядком устала, а тут появился повод выйти из дома. Она купила новую одежду, новые туфли, в которых и в гареме не грех было бы показаться, - так подумала о них Инесса Евгеньевна.
  
  В назначенный день за Ларисой заехала машина Самсона. Музей находился за пределами города. 'И откуда берутся просторы?' - думала Лариса, сидя на заднем сиденье машины. Она смотрела на пейзаж за окном, на бесконечное мелькание зеленой массы деревьев или полян, даже полей, покрытых зеленой растительностью.
  Случайно ее взгляд упал на шофера, она вздрогнула, шофер показался ей странным. Она невольно застегнула на груди молнию легкой белой курточки и отвернулась к окну с мыслью, что уж очень долго едут они к музею. За окном замелькали дома дачного поселка, заборы один выше другого, на укрепленных стенах стояли камеры наблюдения, металлические ворота катались по рельсам, охраны не было видно, но она явно подразумевалась.
  У одной такой современной крепости остановилась машина. Дверь машины бесшумно открылась, открылась и дверь в ограждении современного замка, впуская Ларису на территорию особняка. Людей не было видно. 'Ничего себе открытие музея, - подумала Лариса. - Людей нет, здание более чем современное'.
  Она посмотрела на внушительный дом с башенками, своего рода мини-дворец. Идти в дом Лариса не решилась, она села на скамейку рядом с небольшим фонтаном. Из пасти льва, покрытого позолотой, струилась вода. 'Как в сказке 'Аленький цветочек', - промелькнула в ее голове, - все есть, людей не видно, не слышно'. Она еще раз посмотрела на ворота, они были закрыты. Машина, в которой Лариса приехала, не въезжала на территорию особняка.
  Солнце припекало. Лариса сняла с себя белую курточку, положила ее на белую сумку, украшенную большой брошкой вместо замка. Сумку Лариса поставила на скамейку и, откинувшись на спинку скамейки, прикрыла глаза. Она задремала под легкий шум воды фонтана.
  Самсон посмотрел сквозь легкие шторы на спящую Ларису. Грудь кормящей женщины, белая, пышная, выглядывала из маленького белого топика. Русые волосы крупными волнами лежали на ее плечах. На ногах бело-золотые туфли заканчивались шнурками почти у колен, где начинались светлые бриджи.
  У него появилась простая мужская мысль взять ее на руки, отнести в спальню вместо открытия музея. Он надел белые брюки, светлые без пяток босоножки, снял с себя майку и в таком виде спустился к Ларисе. Лариса крепко спала. Он взял ее на руки и понес в спальную комнату, где положил Ларису на белое шелковое покрывало.
  Кондиционер поддерживал в комнате прохладную атмосферу. Лариса сквозь сон почувствовала прохладу, ей захотелось укрыться. Самсон посмотрел на божественную нежную грудь кормящей матери и прикрыл ее огромным белым полотенцем. Потом он подошел к кальяну, и слабое средство, затуманивающее мозг, постепенно заполнило комнату. Легкие грезы окутали мозг уставшей молодой матери.
  Два бокала легкого вина и виноградная гроздь на золотом блюде стояли на столе с прозрачной столешницей. Лариса невольно потянулась к бокалу, жажда еще во сне стала ее мучить от непонятного привкуса на губах. Выпив бокал, она взяла одну виноградинку, и только тут заметила внимательный взгляд хозяина.
  Самсон нажал на пульт, темные шторы на окнах опустились, легкий полумрак окутал комнату. Молния на топике оказалась в руках мужчины в белых брюках. Его красивое лицо приблизилось к ее лицу, молния медленно расстегнулась на груди молодой женщины. Грудь двумя волнующими окружностями выступала над двумя белыми чашечками. Самсон расстегнул застежку, расположенную спереди для удобства кормления грудью. Он двумя руками держал в руке грудь Ларисы, пристально смотрел в ее глаза и медленно подносил сосок к своим губам со стальным блеском в глазах. На соске выступило грудное молоко, он слизнул капли молока языком, потом обхватил сосок губами, продолжая смотреть ей в лицо, и стал медленно сосать молоко из ее груди...
  Вторая грудь наполнилась молоком.
  Лариса словно окаменела. Из второй груди непроизвольно стало капать молоко на руку Самсона. Он разминал руками затвердевшую от молока грудь. Молоко капало на его руки и на белое шелковое покрывало. Женщина молчала, онемев от изумления, приятная нега окутывала все тело, груди освобождались от молока, они становились мягче. Многодневная боль покидала грудь. Его руки в сладком грудном молоке расстегнули последнюю молнию на ее брюках.
  Липкие пальцы медленно и нежно сняли с молодой матери обувь, брюки. Они стянули последнюю белую одежку. Она лежала на белом покрывале в русом облаке своих волос.
  Самсон снял с себя белые брюки. Его мускулистая фигура приятно радовала глаза. Лариса и не возмущалась, она просто вся подалась навстречу этому необыкновенно приятному человеку. Они обвились друг вокруг друга, как будто всегда были вместе.
  Без слов, без единого звука они изучали друг друга нежными ладошками, пальцами. Его губы раскрылись так широко, что обхватили ее губы, его язык вошел в ее рот, белые зубы от языка не волновались, но кожные покровы рта приветствовали его язык божественной истомой. Он покорил ее всю без остатка. Равномерные движения тел без скрипа великолепной постели были апогеем приятного знакомства...
  Проснувшись, Лариса не увидела в комнате Самсона. На себе она заметила простынь. Рядом с кроватью стоял столик с едой. На краю постели лежал шелковый халат. Лариса надела халат, поискала глазами дверь в ванную комнату. Все удобства отливали кафелем. Она умылась, привела себя в порядок и вошла в комнату, но в ней по-прежнему никого не было.
  Лариса подошла к окну: между воротами и фонтаном стояла детская коляска, в ней спал ее ребенок, но других людей во дворе не было. Она быстро выбежала из комнаты и потеряла ориентир. Она не знала, как спуститься вниз. Двери, зеркала располагались кругами, или ей так показалось. Она прошла в одну сторону, дошла до конца здания, не найдя лестницы, повернула назад, прошла до конца коридора: лестницы не было.
  По виду из окна Лариса определила, что находится не ниже второго этажа, мало того, она забыла, из какой двери вышла. В отчаянии Лариса села в кресло в холле, потом подошла к окну, перед окном находилось озеро, оно было совсем маленькое, но по нему плавали два белых лебедя.
  От злости она толкнула створку высокого окна. Окно раскрылось. Лариса оказалась на полукруглом балконе. С балкона свисала лестница из веревок и круглых палок. Она уверенно перешла с балкона на веревочную лестницу и стала спускаться вниз.
  На земле Лариса попала прямо в руки Самсона своим голым телом под шелковым халатом. Он нежно прижал ее к себе на одно мгновение и поставил на землю. Голые ступни коснулись мягкой травы зеленого газона.
  Лариса непроизвольно поцеловала губы Самсона, а сама в это время заметила арку. По ее мнению, сквозь эту арку она могла бы попасть к коляске с ребенком, стоящей с другой стороны дома. Самсон поднял Ларису на руки и понес к арке, от арки она увидела коляску. Лариса вырвалась из рук Самсона и побежала к своему ребенку. Малыш спал. Она поцеловала малыша и вопросительно подняла глаза на Самсона.
  - Лариса, ты поживешь у меня с моим сыном. Надеюсь, ты не возражаешь?
  - Самсон, меня дома потеряют!
  - Нет. Для всех ты на даче. Посмотри, как ты устала! Ты засыпаешь в любом положении, в любой ситуации. Отдыхай здесь, тебе все привезут.
  - Я не ориентируюсь в твоем доме: он такой большой! И где музей, на открытие которого я к тебе приехала?
  - Все есть, но не сейчас.
  - У тебя есть здесь люди? Мне одной твой дворец не убрать, вот уж действительно устану!
  - Лариса, у тебя будет няня с высшим педагогическим образованием, она уже в дороге. Здесь и сейчас есть повар и горничная. Для прогулок с ребенком существует дорога вокруг озера, расположенная в тени деревьев. Для любви есть я. Что еще тебе нужно?
  - Свободу!
  - Это и есть свобода в твоей ситуации! Поживи здесь немного, а сейчас идем, я покажу комнату для малыша, нашего малыша! Ты не представляешь, какого труда мне стоило смотреть на то, как ты попала в лапы своего Платона! Я уверен, твой Платон побежал к Леночке. Надеюсь, ты ее знаешь? Кстати, что у Инессы Евгеньевны было с этим Степаном Степановичем? Я позвонил в твою квартиру, дверь открыл он, и я неожиданно получил в челюсть.
  - В моей квартире тогда жила Инесса Евгеньевна, а Степан Степанович - ее мужчина, - в мозгу Ларисы промелькнуло видение с нависшим над ней Степаном, а потом дикие звонки по всем телефонам.
  - Хорошо, что не наоборот. Стало быть, я второй в твоей судьбе и будущий отец ребенка.
  - Откуда у тебя такой дворец?
  - Без вопросов на эту тему, музей тебе покажут без меня, а я сейчас уеду. К тебе подойдут, помогут. Пока! - воскликнул Самсон и поцеловал Ларису, потом стремительно пошел к воротам, а они услужливо открылись и закрылись.
  Лариса остановилась с коляской у фонтана, к ней подошла улыбчивая женщина в платье с белым воротником. Лариса изучала новые владения, катала коляску по всему дачному участку, сидела на скамейке у озера с лебедями, кормила ребенка грудным молоком два раза в день. Ей помогали люди Самсона.
  
  Странные вещи начинали твориться вечером. То, что первый раз в любви казалось случайностью, становилось закономерностью. Самсон целый день отсутствовал, появлялся вечером, ел у себя в комнате - ему привозили еду из местной столовой, он мылся и шел к Ларисе в спальню.
  Любовь между Ларисой и Самсоном носила молочный характер. Он ее любил, но начинал любовные игры с ее груди, полной молока от пропущенного кормления, которое вместо нее осуществляла няня, вводя искусственное молоко в питание ребенка. Молоко из груди высасывал Самсон до основания, так что оно с трудом прибывало к утру для ребенка.
  Ларисе не давали много работать, ее заставляли спать днем для сохранения молока, ей давали витамины, пищу, соки, чай со сливками - одним словом, она должна была вырабатывать молоко для ребенка и... его временного отца. От этого можно было бы сойти с ума, но женщине давали успокоительные средства с пищей, поэтому она не волновалась и воспринимала действия Самсона относительно спокойно.
  Любила она его настолько страстно, насколько это было возможно под успокоительными средствами. Он был доволен.
  Гардероб Ларисы пополнялся без ее участия. Она открывала шкаф и брала то, что нужно по погоде. Она не знала, откуда появились вещи, ей вообще трудно было думать, она просто жила и выполняла обязанности, которые предписывались ей в этом дачном замке.
  Грудь Ларисы в предлагаемой одежде всегда слегка выступала и светилась на солнце. Если становилось прохладно, ей приносили теплые вещи и тщательно укутывали грудь от дождя, от ветра, от холода. За кормящей женщиной следили, ее берегли для ночи с господином Самсоном. Ее грудь работала как мини-завод по производству молока. Он мял груди в своих руках, он оттягивал соски, он пил ее молоко...
  Однажды Лариса отказалась от предложенной пищи, ее мутило, тошнило. Несколько таких дней - и молоко перестало прибывать. Мозг, очищенный от снотворных, задумался над происходящими событиями. Лариса поняла, что у нее вновь будет ребенок, но теперь уж точно от Самсона.
  Вечером пришел Самсон, но молока в груди не было, оно перегорело, и ребенок два дня не брал грудь. Любовь без молока не получилось. На следующий день Ларису вместе с ребенком отвезли к Платону, который довольно спокойно отнесся к возвращению Ларисы домой и просто пошел с ребенком гулять, а ей пришлось на пару дней лечь в больницу.
  Платон в детской коляске обнаружил приличную пачку стодолларовых купюр, сопоставил их количество с числом дней отсутствия Ларисы дома, и в его голове что-то встало на место. Ребенок спал в коляске. Платон сидел на скамейке в парке и совершенно случайно наткнулся на эти деньги, доставая соску младенца, которая умудрилась закатиться под матрас.
  Он знал о существовании Самсона, но не думал о нем серьезно, оказалось, что он - более серьезный соперник. Платон качал на автомате коляску и витал в облаках ревности, потом это занятие ему надоело. Он сделал вывод, что об этих деньгах Лариса точно ничего не знает, иначе давно бы их изъяла из детской коляски.
  Значит, если после возвращения от Самсона она легла в больницу, тут и так все понятно, что ничего хорошего для мужа нет в ее отсутствии. Платон позвонил Лене, та примчалась на зов достаточно быстро, а он взял да и отдал половину найденной суммы денег Леночке. О, как она обрадовалась! И с ребенком помогла посидеть пару дней в отсутствие матери ребенка, и еду приготовила, и, само собой, полюбила Платона со всем старанием.
  Лариса, вернувшись из больницы, обнаружила полный порядок в трехкомнатной квартире, полный холодильник продуктов, приготовленную пищу в кастрюлях и на сковородах, улыбающегося Платона и довольного малыша. Она странно улыбнулась, увидев пачку долларов, лежащую на телевизоре рядом с пультом управления.
  Так они и жили, каждый со своей любовной историей за пазухой.
  Однажды Платон пришел к Леночке и остановился на пороге. В комнате он увидел Родиона, устанавливающего в углу комнаты тумбу, на верху тумбы находился мини-театр из очень старых кукол. Вещь антикварная. Платон посмотрел на Леночку, на Родиона, и ему показалось, что он лишний на празднике жизни. Ни слова не говоря, он вышел из квартиры. Его никто не остановил...
  Платон решил на Леночке проверить то сексуальное удовольствие с пихтовым маслом, которое он познал с Ларисой, но повторить с ней он не смог. Он понимал, что та любовь была случайной, импульсной, без продолжения. В кармане у Платона лежал новый флакон с маслом. Он побрел домой.
  Ждал он, ждал Ларису с ребенком. Он решил, что за ней, вероятно, опять заехал Самсон, и позвал Родиона скоротать вечерок за пивом.
  Родион антикварный предмет мебели привез продавщице Леночке, а не отдал его директору антикварного магазина просто потому, что затаил обиду на Ларису. Он сменил объект обожания. На Платона он даже не обратил внимания и вовсе не заметил его приход или сделал вид, что не заметил.
  Самсон в гостинице своего дяди всегда держал за собой один номер для себя или для тех, кто к нему приезжал по делам, к себе в дачный дом он посторонних не приглашал. Полину он приметил давно, у него созрела мысль пригласить ее на работу к нему на дачу.
  После отъезда Ларисы он ощущал пустоту. Самсон заметил, что Полина много работает да трудно живет, и предложил ей поработать у него хотя бы в течение месяца. Она, замученная просьбами Инны и унылостью Степана Степановича, согласилась поработать на даче и оставила дочь с отцом. Лишних людей на даче Самсон не держал, это была его личная держава, он оставил Полину, повара, одного охранника. Для всех внешних связей ушел на дно отпуска.
  Янтарная комната находилась в загородном доме Самсона, комната с антикварной мебелью всегда была закрыта, в ней даже пыль не протирали. Самсон в нее заходил сам, заводил старые часы, сидел на стуле, смотрел на шкаф, часы, конторку, стол и мечтал найти еще несколько предметов старины с янтарем. Иногда предметы в знак приветствия посылали световые импульсы.
  Тревожная атмосфера комнаты повышала адреналин в его крови, в ней было немного жутко, иногда он из нее резко выскакивал и быстро закрывал дверь, боясь неизвестно чего...
  Ключи от этой комнаты он никому не давал. Полине хватало работы в его большом доме. Самсон и его дядя Виктор Сидорович, управляющий гостиницей, почти одновременно заболели янтарной мебелью. Самсон собирал предметы старины, а его дядя заказал у Ларисы накрученный янтарный кабинет, увиденный случайно у одного знакомого энергетика.
  Виктор Сидорович жил с женой Эммой, не пытаясь менять судьбу. С годами она стала его правой рукой в делах гостиницы. Господин Виктор несколько обленился, иногда он приезжал в загородный дом и сидел у озера в кресле. В последний свой приезд на озеро с лебедями Виктор Сидорович заметил, что его администратор Полина в свой личный отпуск работает на даче его племянника Самсона.
  На работе Виктор Сидорович вел себя весьма сдержанно и на сотрудниц внимания не обращал, ведь рядом с ним всегда была Эмма, а сюда она дороги не знала. Виктор невольно стал наблюдать за Полиной, других женщин здесь не было.
  Поваром работал пожилой мужчина. Охранником был крупный молодой мужчина. Полина часто ходила в коротких брюках и кофточках с воротником. На блузках рукава были разной длины, но белый воротник словно прирос к ее шее. Иногда ее руки были видны до самого воротничка, но он оставался на месте.
  Полина постоянно существовала в своей нехитрой работе, требующей физического труда, чтобы содержать большой дом в порядке. Не выдержал Виктор ее голых плеч, выступающих рядом с воротничком. Его руки сами потянулись потрогать эту чистую, шелковистую кожу.
  - Виктор Сидорович, что с Вами? - возмутилась Полина.
  - Слепень сел, я его прогнал.
  - Ох уж эти слепни! Здесь говорят, что комаров у озера потравили вовремя, поэтому их и нет, а слепни остались, да еще мухи чужие залетают. Вы держите в руках что-нибудь, чтобы их отгонять от себя, - сказала Полина, вымыв пол на веранде - любимом месте отдыха Виктора Сидоровича.
  
  Лариса лежала на диване перед плоским экраном телевизора и думала о Самсоне, которого мысленно называла молочным вампиром. Зацепил он ее своей импозантностью, музеем, планировкой и вообще янтарной мебелью, которая продолжала увеличивать свою численность. Она была готова подарить ему янтарную кровать, если он ее полюбит на этой кровати...
  Мысли вылетели из головы внезапно, а потом снова назойливо стали крутиться в мозгу. Она опять задумалась о Самсоне... Стыдно? Конечно! Но мысль появилась, потом исчезла. Она нажала на пульт управления телевизором и уснула.
  Лариса, выспавшись в обед дома, сидела на работе в своем офисе с хорошим настроением. Жара надвинулась внезапно, дневная духота давила и угнетала все ее существо после треволнений последних дней. Она думала только о том, как избежать мужчин в своей жизни.
  Она неожиданно для самой себя отказалась заниматься разработкой интерьера дачи Самсона и вообще участвовать в гонке по выдумыванию янтарной мебели. Да, ей повезло купить янтарные часы, но все остальное - без нее. Она занималась ребенком, готовила еду - и все.
  Рядом скользил Платон по квартире, но она его особо не касалась и ни о чем не просила. В жаркие дни она выходила гулять с коляской рано, ходила по аллеям парка, потом выходила вечером, а днем сидела с ребенком дома. Когда маленький мальчик капризничал, она махала над ним большой книгой или журналом, включала в стороне от него вентилятор, и тепло лишь немного радовало тем, что оно вообще бывает.
  Лариса очень жалела, что произвела родственный обмен, больше всего ей хотелось вернуть маленькую квартиру, и однажды она об этом заговорила с Платоном, с Родионом и даже Инессе Евгеньевне позвонила. Никто не стал возражать. Родион переехал в свою квартиру. Лариса переехала в свою однокомнатную квартиру. Платон остался один в трехкомнатной квартире, но это уже его дело и Инессы Евгеньевны.
  Самсон лежал на диване в холле второго этажа дачной крепости и смотрел в окно. Когда-то из этого балконного окна Лариса спустилась к нему в руки по веревочной лестнице. И почему ему взбрело в голову, что она ему не нужна?
  Ну и что, что ребенок у нее от законного мужа Платона? Что в этом плохого? Поздно познакомились, а он рассердился на нее, да не нужна ему ее квартира! Ему Лариса нужна, это он из ревности к Платону так раскипятился. Родион ему на днях сказал, что она вновь в своей квартире живет.
  Вот и полетели все его мысли к ней, к молодой матери. Да не нужно ему ее грудное молоко! Это его черт попутал, прилип к ней, как маленький. И скучно, и грустно, и некому руку подать. Ему надоела возня с янтарной мебелью, сколько в нее денег вложил, а все коту под хвост, чего-то в коллекции не хватает, нужен дизайнер от бога - опять же, нужна Лариса!
  Пусть бы она разобралась с янтарной мебелью да пользу из нее извлекла. Самое смешное в этой истории, что Самсон не на шутку полюбил Ларису! А ведь он ее первый раз пригласил только посмотреть музей, а сам занялся с ней необычной для него самого любовью...
  - Лариса!!! - крикнул он молча.
  Лариса встрепенулась, подняла голову от детской коляски: ей показалось, что ее кто-то зовет, но голоса не слышно. В голове возник образ Самсона. Живя одна в своей квартире, из трех своих мужчин чаще всего она вспоминала Самсона, зацепил он ее мысли и сердце!
  Сам ведь прогнал, а может, ей так показалось, что прогнал? Нет, сама она к нему не придет, не позвонит и не приедет! Лариса подняла ребенка на руки, прижала его к груди и понесла раздевать после прогулки.
  Самсон вскочил с дивана, быстро сбежал вниз по лестнице, сел в машину. Ворота дачи перед ним открылись, и он поехал в город.
  Ребенок уснул. В дверь позвонили. Лариса, не посмотрев в глазок, открыла дверь.
  На пороге стоял Самсон! Он ворвался в квартиру, подхватил ее на руки, прижал к себе, поцеловал долгим поцелуем и опустил на пол.
  В незакрытую входную дверь на них смотрел Платон. Взгляд его был блуждающим и тревожным. Он опустил руку в карман, вынул складной нож, нажал на кнопку, нож раскрылся, и он виртуозно запустил его в спину Самсона...
  Кто бы мог подумать, что Платон в кармане носит такой страшный нож? И так им владеет? А ничего странного. Он рос спокойным малым, несильным. Когда-то они с Родионом сидели в песочнице, играя в ножички. Так он и носил нож в кармане, меняя его на лучшие варианты исполнения, периодически запуская нож не в землю, а в деревья в парке...
  Самсон упал на пол, на нож, еще больше вонзая его в себя. Он смотрел угасающими глазами на Ларису.
  А Лариса смотрела полными ужаса глазами на Платона. Платон перевернул Самсона на грудь, вынул нож, вытер его о детскую пеленку, лежащую в прихожей, и вышел из квартиры.
  Лариса проверила пульс на руке Самсона: пульса не было вовсе. Удар был нанесен точно в сердце.
  
  Раздался телефонный звонок Степана Степановича:
  - Инесса Евгеньевна, мы тут гуляем с Инной, не хочешь присоединиться?
  - Вы где? Я сейчас к вам подойду.
  Она надела брюки, кожаную курточку, обувь и вышла.
  У подъезда стояли Степан Степанович и Инна. Они тут же стали рассказывать ей последние новости, связанные с Полиной и Виктором Сидоровичем.
  - Что от меня хотели услышать? - не выдержав потока новостей, спросила Инесса Евгеньевна. - Мне вас пожалеть? Похоже, все нормально.
  - Так, ситуация стрессовая, - пробасил Степан Степанович. - Инесса Евгеньевна, пойдемте по парку, Инна ведь все равно с нами гулять не будет.
  - Я с вами не пойду, папа денег мне подбросил, я в магазин пойду. Пока! - махнула им рукой Инна и исчезла за поворотом.
  - Степан Степанович, ты видел мебель русского модерна конца девятнадцатого века?
  - Круто сказано, но это была одна фабрика, очень трудоемкая работа, резьбы много.
  - А мы могли бы ее сделать? Резчики по дереву такого уровня найдутся?
  - Были бы деньги - резчики найдутся.
  - Найди пару человек, есть идея, займемся русским модерном.
  И они тихо пошли по парку, вдыхая лесные ароматы вечернего воздуха, радуясь тишине и собственному спокойствию.
  Лариса позвонила на мобильный Степану Степановичу, который в это время гулял с Инессой Евгеньевной по парку, приближаясь к дому. Навстречу им шел Платон.
  В кармане Степана Степановича звонил мобильный телефон. Инесса Евгеньевна остановила Платона. Он был страшен своим выражением лица.
  Степан Степанович, услышав в телефоне крик Ларисы, побежал к ней в квартиру, благо это было рядом.
  Платон, махнув рукой матери, ушел быстрым шагом в неизвестность.
  Степан Степанович поднялся на лестничную площадку, увидел лежащего в крови Самсона, взвалил труп на плечи и вынес на чердак.
  Лариса вытерла следы крови и поднялась за ним на крышу. Темнело.
  Инесса Евгеньевна пошла вслед за убегающим Степаном Степановичем, дверь в квартиру Ларисы была открыта, она вошла, увидела спящего малыша, больше никого не было...
  Со стороны глухого торца здания, примыкающего к лесу, Степан Степанович скинул тело Самсона на землю, оно, цепляясь за деревья, ударилось о металлическую ограду. Людей с этой стороны здания не было.
  Инесса Евгеньевна сидела с ребенком на руках, качала его на коленях. Она ничего не знала, но тревога пронизывала все ее существо. Степан Степанович взял под руку Инессу Евгеньевну, и они вдвоем вышли из подъезда и направились в сторону ее нового дома, обойдя здание с другого торца. Так она ничего и не поняла и не спрашивала от тяжелого чувства непонятного происхождения.
  Утром дворник Зинаида обнаружила труп Самсона. Дверь дворницкой выходила из глухого торца дома. Она проснулась рано утром, вышла с метлой на улицу и чуть не споткнулась о труп.
  Зинаида сразу вызвала милицию. Она устала от перепалок с сыном Пашей и ушла от него, а чтобы не снимать квартиру, стала работать дворником.
  Красивый мужчина лежал спиной на остром выступе невысокой металлической ограды. Когда его перевернули - для этого его пришлось снять с металлического острого выступа - на спине у него была одна, но глубокая рана...
  Детектив Мусин осмотрел тело мужчины, и даже его внимательный взгляд ничего подозрительного не обнаружил. Он подумал, что мужчина сам упал с крыши дома и спиной наделся на металлическое острие ограды, следов насилия не было видно.
  Лариса осталась с ребенком одна, ее трясло, как от озноба, нервное состояние не проходило. Платон не появлялся. Лариса не выдержала и попросила Инессу Евгеньевну пожить в старой квартире и помочь ухаживать за ребенком. Бабушка стала приезжать в свою старую квартиру и сидеть с внуком.
  Однажды в дверь позвонили, это оказался детектив Мусин. Он прорабатывал свою версию убийства Самсона. Не мог он поверить в самоубийство великолепного и обеспеченного мужчины. Его наследником становился его дядя, Виктор Сидорович. Но дядю в этом доме никто не видел.
  Дворник Зинаида сказала, что видела погибшего мужчину с Ларисой, они вместе катали детскую коляску. Вот такие следы и привели Мусина к Инессе Евгеньевне, сидевшей с внуком. Ларисы дома не было, не было и Платона. Мать его сказала, что он в отпуске и его нет в городе, как и его друга Родиона.
  Мотив ревности проскочил в голове детектива, уж очень красив был погибший мужчина. Других зацепок к этому делу у него не было. Увидев Ларису, хрупкую красивую женщину, детектив понял, что ей не столкнуть мужчину с крыши и не протащить даже метра.
  Лариса подтвердила еще раз слова Инессы Евгеньевны, что Платон в отпуске вместе с другом Родионом. Мусин твердо знал, что убийство без Ларисы не обошлось, никто больше не был знаком в этом доме с погибшим мужчиной.
  Он навел справки о Платоне и понял, что тот не мог бы затащить Самсона на крышу: мужчина, сделавший это, должен был быть сильнее погибшего человека. При вскрытии трупа был обнаружен ровный разрез в спине между ребрами рядом с рваной раной от металлической ограды. Появилось предположение, что Самсона убили ножом, а потом сбросили с крыши.
  
  Платон пошел к другу Родиону и покаялся ему в убийстве любовника своей жены. Родион предложил ему уехать в экспедицию в одно интересное место, где люди видели НЛО. Оказалось, что они оба в этот момент были в отпуске, и, следовательно, никто их искать не должен.
  Родион за вторичный переезд из квартиры в квартиру взял деньги у Инессы Евгеньевны и поэтому мог помочь другу детства уехать в медвежий край на пару недель. Бумажник у Платона был при себе, проблем с документами не возникло.
  Они ночью покинули город на поезде. Платон и Родион сошли с поезда раньше на одну остановку, им все равно некуда было идти.
  Продукты у них были те, что Родион припас для похода на одного себя, прикупить продукты на Платона они не успели.
  Значит, им надо было подумать о маршруте, на котором бы были населенные пункты с магазинами. Друзья углубились в тайгу. Пошел снег. Это летом! Но скоро снег растаял.
  Платон плохо переносил лес. Он был горожанин до мозга костей и в лесу вел себя как загнанный зверь. Он готов был вернуться домой и сдаться.
  Родион отговаривал Платона от самопожертвования. Он говорил, что в тайге жить можно, надо только привыкнуть к новым условиям существования.
  Шли они тропами, как звери. Они прятались от встречных людей и на контакт ни с кем не шли. Продукты таяли, кушать на свежем воздухе очень хотелось, а еды было мало для двух взрослых мужчин.
  Родион предложил Платону забить ножом кабана, зайца - да кого угодно, лишь бы что-нибудь съесть. Спички, зажигалки у них были. Палатка у них была одноместная. Был один спальный мешок. Оставалось для сносного существования разжечь костер и приготовить пищу.
  От сильного голода Платон метнул нож в утку. Птица упала. Они долго искали место, куда упала птица, и еле нашли. Они жалели, что у них нет с собой собаки. Утку приготовили на костре, потом съели за один присест и крепко уснули. Проснулись они от странных шорохов.
  Девушка с ружьем за плечом, в высоких резиновых сапогах, в штормовке и джинсах палкой пыталась притушить их костер.
  - Чего спите, а костер не потушили? Ветер дунет - ни вас, ни леса не останется.
  - А ты кто? Лесничий? - спросил Платон.
  - Нет, дочь лесничего. Утку съели? Где разрешение на отстрел? Вы откуда и куда?
  - А без вопросов можно? - спросил Родион.
  - Можно, но тогда сделайте так, чтобы я вас здесь больше не видела.
  - Этого мы обещать не можем, - сказал тихо Платон.
  - Вдруг вы преступники. По тайге в нашем районе объявлен план перехвата двух мужчин, а вас как раз двое.
  - Мы приличные люди, точнее, инженеры в отпуске. Меня зовут, впрочем, неважно, как меня зовут. Девушка, Вы лучше подскажите, как можно выбраться из сей великолепной тайги? - спросил Платон.
  - Поверю вам. Очень вы похожи на городских, столичных жителей. Если пройдете метров пятьсот по просеке, то выйдете на узкоколейку. Поезд ходит раз в сутки.
  - Так Вы на этом поезде приехали? - спросил Родион, которому очень понравилась дочь лесничего.
  - Да. Мне сказали грибники, что вас видели. Я приехала посмотреть, какие вы, птицы залетные, и чем занимаетесь.
  - А домой завтра вернетесь?
  - У меня здесь еще есть дела. Мне необходимо обойти лес. Дело в том, что к нам чужие волки зашли.
  - Вы волков не боитесь? - продолжал задавать вопросы Родион.
  - А что делать? Надо.
  - Не бросайте нас! - взмолился Платон.
  Слова о волчьей стае его испугали.
  - Я бы вас в полицию доставила, уж очень вы напоминаете тех, на кого перехват объявлен, но у нас в радиусе ста километров полиции нет.
  - А откуда Вы знаете про перехват, если полиции нет?
  - На почту присылают словесное описание тех, кого разыскивают. Почтальонка лесников предупреждает. У нас тут свои связи.
  - А нас не боитесь? Ведь мы похожи по словесному описанию, Вы сами это сказали, - спросил Платон.
  - Особенно ты! Признавайся, кого пришил? - девушка наставила ружье на Платона.
  - Кого? Любовника жены ножом в спину убил, - и он вытащил нож, потом нажал на кнопку.
  - Да, серьезное оружие. Я предлагаю перемирие, а ваши слова принимаю за шутку. Разойдемся красиво, - предложила девушка без страха в голосе.
  - Девушка, но Вы теперь много знаете, а здесь тайга, - стал запугивать ее Родион.
  - Отец знает, где я. Имейте это в виду! Вас найдут.
  - Зачем Вы свалились на нашу голову? - взревел Платон, шлепая ладонью комаров на своем лице.
  Родион с дочкой лесника пошли вперед вместе.
  Платон шел сзади, отставая от них с каждым шагом все больше. У него был свой рюкзак. Он решил просто от них уйти в неизвестность.
  Влюбленный Родион отводил душу с девушкой, интересной ему во всех отношениях.
  Платон остановился за сосной, а потом ушел в другую сторону... Он чему-то успел научиться у Родиона. Вечером он зажег костер, испек пару картофелин, съел их, как пирожные, и уснул. Сквозь сон Платон слышал крики, словно его звали, но откликаться не стал.
  Крики смолкли.
  
  Утром Платон продолжил путь. Он весь был покрыт укусами комаров, но об этом старался не думать. Он шел по солнцу, чтобы не делать круги по лесу. Он смотрел на мох на деревьях, вспоминая, с какой стороны деревьев он растет. Он вообще вспоминал все, что слышал о жизни в лесу.
  Через пару суток ему попался пустой домик охотника без запасов еды, но зато с крышей. Пошел холодный дождь. Платон чувствовал себя в безопасности. Он научился собирать грибы и ягоды, ел их жадно.
  Он пытался жевать корешки трав. В домике Платон остался жить, понимая, что идти ему некуда, потому что его ищут. Лицо молодого мужчины заросло щетиной. Он стал похож на кого угодно, только не на себя - интеллигентного в прошлой жизни мужчину.
  Родион через пару недель вернулся в город, не избежав вопросов и допросов Мусина. На все вопросы Родион отвечал одной короткой фразой:
  - Платона не видел. В отпуск ездил один.
  Мусин возразил:
  - Вы вместе брали билеты на поезд!
  - Это совпадение случайное. Рядом со мной ехал в поезде мужчина, но это был не Платон.
  Родион выкручивался, зная, что Платон остался в тайге по своей воле, а тайга - она огромная.
  Платон сел в поезд. Вид у него был лесной, похож он был на лесовика, запах от него шел как от костра. Люди от него в сторону отодвигались. Улыбнулась ему проводница. Она его узнала и сказала, что если у него сохранился прошлый билет, то пусть он посмотрит номер. Возможно, что он выиграл в железнодорожной лотерее.
  Так не бывает, но Платон действительно выиграл немного рублей. В вагоне все ахнули. Пришел, как чудище болотное, и деньги ему с неба упали. Получил Платон деньги и поехал на юг: после жизни с мышами на поляне захотелось ему от них повыше забраться.
  Лариса словно не замечала отсутствие Платона. К ней в квартиру приходили люди с собакой, доказывая ей и себе, что погибший Самсон был у порога ее квартиры. Но даже собака не шла внутрь квартиры, потому что там его следов не было!
  Детектив Мусин решил, что убийство произошло на лестничной площадке, а супруги на момент убийства жили отдельно.
  Ларису с ребенком перестали тревожить.
  Платон выехал из города, но в тайгу не поехал. Он прекрасно знал способы проверки его отъезда, поэтому честно купил билет на поезд, уезжающий в горы. А сам на попутной машине проехал остановку поезда в южном направлении, потом купил билет на проходящий поезд и уехал в город Кипарис, расположенный на берегу моря.
  Но до города Кипариса он доехал не сразу, а сошел на большом железнодорожном узле, сел на автобус и на попутной машине доехал до павлиньего заповедника, купил там три пера павлина и приехал в маленький город Абрикосовку. Платон поселился у старенькой хозяйки.
  Сентябрь вдали от шума городского и бичевания собственной совести был в его распоряжении. Он ходил по маленькому городу, купался в прохладном море. Не зверь Платон, но от ревности его сильно вело, вот и довело до берега моря.
  А что ему здесь делать? Сентябрь, первая его половина, народ есть, но уже не тесно на пляже и в столовой. Сотовый телефон он выбросил, а новый и покупать не стал, разговаривать ему было элементарно не с кем. Скучно - жуть, да и денег на веселье не было, большую часть денег он отдал Ларисе.
  Зачем он Ларисе деньги отдал? Обошлась бы, а ему в Абрикосовке на что жить? Он посмотрел на наличие документов: паспорт, диплом находились у него. А что он может делать? Он - обычный безработный инженер, на пляже такие люди, как он, не нужны. Пойти моряком?
  Но он не плавал и море не чувствовал, проще говоря, не понимал. Платон дошел до маяка, но маяк был огорожен забором, и рядом с ним ходили люди в военной форме. Тогда Платон решил зайти в пансионат 'Павлин' и устроиться на работу сантехником. Он прошел к директору пансионата, который зевал от полноты чувств или от их полного отсутствия.
  - Господин директор, мне работа нужна, любая, я бывший инженер, хочется здесь пожить для поправки нервной системы и дыхательных путей, но денег нет, - начал свою вступительную речь Платон, узнавший у охранников имя директора, но забывший его употребить.
  - Много таких безработных здесь за лето проходит, чем меня можете удивить?
  - Я могу сделать из пустого места антикварную мебель.
  - Забавно. Как это? Понимаешь, моя жена Лиана ездила в гостиницу, жила в янтарном номере, так через двадцать минут сбежала, оставив в номере жемчужные бусы. Только деньги зря заплатила за трое суток.
  - Я знаю этот комплект, сам со своей женой купил янтарные часы из этой коллекции в одном маленьком домике проездом на юг.
  - Вот оно как! Слышал я про эти янтарные часы, моя Лиана от них и сбежала. Они что, на самом деле обладают мистической силой? Они на самом деле исторические?
  - Не без этого! Мы с женой нашли в них бумажку, точнее медную пластину с датой изготовления и еще бумажную записку. А мистикой они точно обладают. Мать моя раньше занималась антикварной мебелью.
  - А почему тебя она выпустила из дома без денег?
  - Жене отдал деньги, у нас маленький ребенок.
  - У нас нет детей, - вздохнул директор. - Я понял, кто ты, но не понял, зачем ты мне нужен. У меня в пансионате нет антикварных номеров. Слушай, в нашей Абрикосовке есть училище, шел бы ты в него преподавателем работать. Я вижу, что ты крутишь у меня перед носом своим техническим дипломом! Сейчас как раз занятия скоро начнутся! Им специалисты нужны всегда! А мне с таким дипломом люди не нужны.
  - А где это училище?
  - Училище типа колледжа находится в центре Абрикосовки. А жить тебе есть где?
  - Есть.
  - Как всегда без удобств?
  - Это уж точно, но мне другое жилье пока не осилить.
  - Устроишься - заходи, потолкуем, - сказал, улыбаясь, директор. Видимо, ему этот молодой мужчина чем-то понравился.
  
  Платона взяли преподавателем в техническое училище, или, как теперь называют, технический колледж, и предложили комнату в общежитии, но он отказался. Платон не ожидал, что он так быстро устроится на работу, но стоило ему сказать: 'Меня директор пансионата 'Павлин' рекомендовал к вам на работу преподавателем!' - как его тут же взяли на работу.
  Вскоре он получил от директора приглашение на домашний обед. Лиана постаралась все приготовить по высшему разряду, то есть максимально вкусно и красиво. Разговор об антикварной мебели Лиану и Платона так увлек, что директор, съев все самое вкусное, покинул комнату, оставив их двоих, а сам лег и уснул.
  Лиана и Платон сидели с двух сторон мраморного стола в кожаных креслах и щипали виноград. У него возникла мысль, что такое в его жизни уже было! Да у него дома почти такой мраморный стол и похожие кресла, и мать для гостей всегда покупала виноград. Он вздрогнул и посмотрел на Лиану: перед ним сидела ухоженная блондинка без признаков возраста.
  - Простите, Лиана, а оплата за янтарный номер уже прошла? А то бы съездили с Вами. Посмотрели на все вдвоем.
  - Поздно, прошло уже несколько дней. Тоня заставит платить за каждый час.
  - Поехали, у Вас есть машина, а я за экскурсионный час смогу заплатить.
  - А почему бы и нет! Я готова, поехали.
  - А далеко ехать?
  - Двадцать минут на машине.
  Лиана и Платон подъехали к гостинице. Номер был настолько дорогой, что клиенты в него не ломились. Они его сняли на час, что оказалось весьма значительно для бюджета Платона. Оба одновременно зашли в широко раскрытые двустворчатые двери и оказались в янтарной гостиной. Одновременно они присели на два антикварных стула. Лиана посмотрела на славянский шкаф. Она вздохнула и посмотрела на Платона, ожидая его реакцию. Мебель стояла мирно.
  - Платон, а что если эта мебель излучает мистику только на одного человека, а в присутствии двух она смирная?
  - Нет, Лиана, меня этот славянский шкаф уже всасывал, не думал я, что с ним встречусь еще.
  - Что значит всасывал? Вы могли просто в нем спрятаться.
  - Правильно рассуждаете, а у Вас цифровой фотоаппарат со вспышкой есть? Очень шкаф его обожает.
  - С собой нет, но я все могу зарисовать по памяти, а с Вами не страшно!
  Только Лиана это проговорила, как заскрипела нижняя дверца шкафа и из нее выбежала мышка, белая и красивая. Со скрипом открылась единственная дверца янтарных часов, и из них выбежала белая и пушистая кошка. Кошка побежала за мышкой, они стали бегать между ножек стола, стульев и людей.
  - Лиана, а что если и прошлый раз вас эти мышка с кошкой напугали?
  - По идее, их здесь не должно быть.
  Кошка и мышка исчезли среди мебели или в пространстве.
  - Нам они померещились, здесь никого нет, - сказал тихо Платон.
  В этот момент подломились ножки стола, и он плашмя упал на пол.
  Лиана нагнулась поднять стол.
  - Платон, здесь разбитая бутылка водки у ножки стола, - шепотом проговорила она.
  Он нагнулся над ножкой стола, сзади на него упали янтарные часы вместе с деревянным корпусом. Мужчина попытался поднять часы, но потерял равновесие, прокатившись, по разлитому напитку из бутылки. Часы ровно легли на Платона.
  Лиана попыталась к нему подойти, но мимо нее быстро пробежали кошка с мышкой, и она сама упала, ударившись щекой об янтарь на корпусе часов. На секунду она потеряла сознание.
  Через час в комнату постучали. Женщина в белом фартуке открыла дверь, заглянула в комнату. На полу лежали: мебель, люди и опять мебель, сверху сидели кот и мышь. Она погрозила кошке пальцем, и та спрыгнула с пирамиды, под шкафами задвигались люди.
  - Что с вами, вы живы? - елейно спросила служащая гостиницы.
  - Кто жив, а кто нет, - поднялась Лиана с пола.
  Две женщины подняли янтарные и дали возможность подняться Платону.
  - Спасибо, выручили! А час веселья уже прошел?
  - Ваше время вышло, с вас причитается доплата.
  - За что? За эту мебель, которая падает?
  - А здесь разве что-то упало? - спросила горничная.
  Лиана и Платон оглянулись вокруг себя: все стояло на своих местах. Янтарные часы безвинно показывали, что прошло два часа и надо доплачивать за номер. Они вышли на улицу.
  На следующий день Лиана пришла к Платону. Он лежал на кровати, на большой подушке.
  - Вы свободны, - строго сказал Платон Лиане, проработав неделю преподавателем, он изменил свою речь.
  - Что ж так официально? - обиделась Лиана. - Лучше погуляем.
  - Неудобно. Ученики увидят, засмеют.
  - Вы изменились за неделю!
  - А Вам чего бы хотелось? Вы живете в трехэтажном дворце, а я в этой лачуге без удобств! Однажды я уже жил в охотничьем домике, потом оказалось, что это был домик бабушки, а сейчас я живу - говорить не хочется, - он махнул рукой и отвернулся к крошечному окну.
  - Да, Вам здесь плохо, но я жила на Вашем месте, на Вашей кровати, но нашлись люди - перевели меня в пансионат, потом во дворец Павлина.
  - Принца встретили?
  - Неважно. Не знаю. Чем я Вам могу помочь? Сдать Вам комнату в своем дворце?
  - Денег у меня нет на комнаты во дворцах.
  - Уезжайте домой.
  - Не могу. Я убил любовника жены, дома об этом знают. Здесь я скрываюсь от правосудия. Чтобы вопросов не задавали: кто я, что я и почему без денег.
  - Вам надо искупить свой грех!
  - Я год жил в тайге и сейчас в бегах, я уже готов пойти и сдаться. Зверем жить надоело.
  Лиана удивленно посмотрела на Платона, а он неожиданно потерял сознание. Она подошла к нему, потрогала его лоб. Он был холодный. Признаков жизни в теле Платона не было. Пульса не было. Лиана закричал истошным голосом.
  На крик прибежала хозяйка:
  - Лиана, что случилось? Что с ним?
  - Не знаю. Он лежал, потерял сознание, умер.
  - Типун тебе на язык! Давай, сделай мужику искусственное дыхание! - и старушка вышла из домика.
  Лиана тронула руку Платона, пульс появился, она нажала двумя руками на грудную клетку, но и визуально было понятно, что он оживал.
  - Я жив? - спросил Платон, поднимаясь на локтях, вглядываясь в лицо Лианы. - Что со мной было?
  - Не знаю, отключился, как лампочка, и включился.
  - А я что здесь делаю? Я тут живу? А я кто?
  - Вы - Платон, преподаватель технического колледжа.
  - Правда? Вроде я был инженером, потом менеджером. Тебя не знаю. Что это за дом?
  - Вы сказали, что убили любовника жены, и потеряли сознание.
  - Я никого не убивал, я только институт окончил. Я хороший мальчик.
  - Бред, но не пойму почему, - она невольно засмеялась сквозь стянутые от напряжения скулы. - Что будем делать?
  - Надо что-то делать? Мне трудно, я какой-то весь чужой и тяжелый.
  - Надо все забыть, иначе Вы в себя не придете. Вы чем убили человека?
  - Не помню, чтобы я кого-то убивал.
  - Каким оружием Вы владеете?
  - Холодным. У меня был складной нож.
  - Как же Вы им убили?
  - Песок не убивают! Я бросаю нож в песок или в дерево.
  - И случайно метнули в человека?
  - Нет! Я в человека не бросал нож.
  - А что бросали?
  - Снежки.
  Лиана поняла, что его мозг прячет ненужные знания глубоко и надежно.
  - Здесь снег бывает в феврале, - задумчиво произнесла Лиана.
  - Сейчас февраль?
  - Нет, сентябрь. Снега нет! - воскликнула Лиана и вышла из комнаты.
  В спину ей полетел нож, но он вонзился в косяк. Она посмотрела на вибрирующий в косяке нож и выбежала за калитку маленькой усадьбы. Объяснять ей больше ничего не надо было.
  Она все поняла, но страха не было. Лиана быстро села в свою машину, резко нажав на газ, она уехала.
  Платон вынул нож из косяка, сложил его и засунул в карман. Потом он взял деньги, паспорт, вышел во двор, улыбнулся хозяйке и вышел за калитку. Теперь он точно решил поехать в тайгу, к бабушке. Он сел на попутную большую машину, но поехал не в тайгу, а домой, заставив изменить маршрут шофера газели.
  У его дома стояла Лариса, а сын играл в песочнице. Платон из машины выходить не стал, он вспомнил о даче.
  Платон ехал на дачу без единой мысли, он даже не знал, как открыть ее ворота, поэтому попросил таксиста поставить машину рядом с забором и с крыши перемахнул через забор.
  Дача была пуста. Он здесь и остался. Платон медленно обходил дачу. В помещении охранника он обнаружил связку ключей, которую бросила Полина. Ему оставалось найти двери к этим ключам. Больше всего его интересовала столовая и ее запасы.
  Поскольку народ сбежал с дачи внезапно, то продукты в наличии имелись.
  Платон открывал все двери, открыл музей. Он не ожидал увидеть дощечки, привезенные им самим из тайги. Но они замечательно украшали мебельный гарнитур и так слились с основной массой дерева, что переход был практически незаметен.
  Ему вообще понравилось сидеть в музее, к которому он приложил свои руки, ничего мистического он здесь не наблюдал. Одно плохо - поговорить было не с кем, и еще ему очень надоело скрываться. Он нашел способ, как открывать ворота дачи. Он включил телевизор и долго не открывал глаз от экрана, где показывали, как делают пластические операции.
  Он нашел деньги на пластическую операцию! Осталось продать мебель из музея и на эти деньги изменить свою внешность! Он не стал много думать по этому поводу, а позвонил прямо в медицинский центр и предложил оплату антикварной мебелью. Там посмеялись, но нашелся хирург, который согласился сделать операцию за необычную плату и даже сам приехал на дачу за мебелью и пациентом.
  
  Платон закрыл все двери, а ключи взял с собой на всякий случай. В больнице он познакомился с отцветающим хоккеистом, которого качественно ударили клюшкой по лицу, когда он не надел маску на тренировке, в результате тот был вынужден делать пластическую операцию.
  Этот же хоккеист был готов приобрести гарнитур мебели с мистическим уклоном. Платон ему все уши прожужжал о новом комплекте мебели, который пока находится в работе.
  Покупателя он нашел, и после выписки с новой внешностью попросил хоккеиста замолвить за него слово, в результате он получил новый паспорт. По его версии, его избили, ограбили, но он клялся и божился, что назвал свои личные данные при получении нового документа.
  Итак, он стал другим человеком, голос у него еще в тайге изменился, а теперь он был неузнаваем даже для себя. Что делать дальше, Платон не придумал, и поэтому вернулся на дачу. Дня три он отдыхал, на четвертый день он услышал, что к даче подъехала машина.
  В открытые ворота зашли Лариса и Антон Сидорович, отец Самсона.
  Платон наблюдал за ними сквозь шторы из комнаты последнего этажа, сожалея, что не уехал с дачи раньше. Антон Сидорович решил продать очередной музейный гарнитур, у него появилась мысль по обновлению фирмы. Он открыл дверь в музей, а там - пусто, хотя ему привиделось виденье: Самсон сидит на своих подогнутых ногах посередине пустой комнаты. Во второе мгновение он увидел пустую комнату, две другие комнаты тоже были пусты. Остались висеть вишневые шторы.
  - Лариса, ты что-нибудь понимаешь? Куда могла исчезнуть вся мебель?
  - Вы меня спрашиваете? Мне откуда знать, спросите у своего брата, Виктора Сидоровича, - ответила она, вспоминая о том, что тут было раньше. Виктор Сидорович говорил, что, когда он уезжал с дачи, мистическая мебель была на месте, а Инна и Полина из-за нее теряли сознание, и дачу они оставили закрытой.
  Для Антона Сидоровича остался открытым вопрос: куда делась мебель? Она так дорого стоила! Он стал бегать по этажам в надежде увидеть сбежавшую мебель, чем сильно напугал Платона, однако ему повезло - они не встретились.
  Антон Сидорович, весь потный от пробежки, понял одно: искать нечего, а мебель элементарно украли. Он позвонил в антикварный магазин, ему ответили, что директор в командировке, а они ничего о мебельных гарнитурах не знают, у них в магазине стоят в продаже отдельные предметы антикварной мебели начала прошлого столетия.
  Лариса и Антон Сидорович покинули дачу.
  Платон подумал, что с дачи надо уезжать, да так, чтобы собака след не взяла. Он взял перец и насыпал его везде, где мог. Все запасы перца распылил по земле. Последнее время он стал часто вспоминать Ларису, запала она ему в душу, зря так глупо расстались, он хотел к ней вернуться в новом облике. Он позвонил домой, но Инессы Евгеньевны дома не оказалось, он позвонил ей на работу, ему ответили, что она уехала по делам.
  Что делать? Он поехал домой к матери, в ее новую квартиру. Он всегда знал, где у нее есть деньги, сейфы или их подобие. Ключ от квартиры у него был. На новом месте его никто не знал, и сам из себя он был весь новый, так что он спокойно вошел в квартиру Инессы Евгеньевны.
  Осталось найти деньги, но денег у нее не было! Он все обыскал, вспоминал все ее привычки - пусто. Тогда он подумал: а вдруг она свою машину дома оставила? Он взял ключи от ракушки, машина стояла на месте.
  Доверенность на машину матери у него была, но он водил из рук вон плохо, поэтому чаще перемещался на чужом и общественном транспорте.
  Выхода не было, пришлось брать документы и пищу на кухне. Выехал он на машине из ракушки да сразу же врезался в столб. Вылез из машины, благо было раннее утро и явных свидетелей его неудачи не нашлось. Платон вернулся в квартиру матери и лег спать.
  Утром Платон позвонил другу Родиону, тот и голос-то его не узнал. Тогда Платон решил проверить свою внешность на друге, а если он узнает, то хотя бы не предаст. Он сказал Родиону, что хочет поговорить о производстве антикварной мебели, себя назвал представителем крупной фирмы. Они встретились.
  Родион друга не узнал. И Платон решил все так и оставить. Внешний вид прошел проверку на легальность, оставалось еще раз поискать деньги. Платон нашел деньги в квартире матери, да и те лежали в квитанциях на оплату коммунальных услуг двух квартир. Вот эти деньги он и взял с собой.
  
  В купе поезда Платон оказался вместе с Эммой. Он знал, что она жена Виктора Сидоровича. Этот самый Виктор Сидорович обвинил ее в краже мебели с дачи, она рассердилась, собрала вещи и поехала к матери. Платона она вообще не узнала. Они сидели и играли в карты.
  Возраст у них был почти одинаковый, она назвала свое имя:
  - Эмма.
  - Платон, - назвал себя Платон своим именем.
  От Эммы он услышал все виды ругательств в адрес братьев, и если бы она знала, кто он такой на самом деле, то он стал бы ее другом. Они волею судьбы стали единомышленниками! Платон решил прилипнуть к женщине, как ракушка, ведь ехать ему на самом деле было некуда.
  Итак, двое оказались вдвоем в замкнутом пространстве, оба обозленные на свои вторые половины, оба разведенные, оба свободные. У нее была плоская бутылка коньяка, а в сумке лежали продукты: курица, яйца, колбаса, помидоры, огурцы, хлеб.
  Все было просто замечательно, любовь под коньяк пошла как по маслу. Они так сроднились, что Эмма пригласила Платона к себе в родительский дом, но для этого им надо было выйти на пару остановок раньше, с чем он решительно согласился, мол, какая разница, где отдыхать, коль он едет на юг дикарем, да еще осенью! Внешность у него после пластической операция стала актерская, он был такой писаный красавец, что Эмма ради него была на все согласна, особенно на любовь.
  
  Летали желтые листья, когда Лариса заметила необыкновенно красивого мужчину, его черты лица были столь утонченные, что казались неправдоподобными. Волосы были безукоризненно уложены в прическу и казались великолепным париком. Он периодически стал попадаться на ее пути.
  Однажды мужчина подошел к Ларисе и заговорил, тембр его голоса показался знакомым, но небольшой хрип в его басе был абсолютно неизвестен. В нем было нечто родное, и в то же время он был чужой.
  Ребенок улыбался ему радостно и открыто, однажды он выдавил из себя 'папа', мужчина вздрогнул, но в ответ улыбнулся. Где он жил, что делал, Лариса не знала, просто он периодически появлялся рядом с ней и ее сыном.
  Лариса не выдержала первая и спросила:
  - Простите, как Вас зовут? Мы так часто встречаемся и так мало общаемся!
  - Вы меня заметили?
  - Разве Вас можно не заметить? Сын уже папой Вас назвал, а я имени Вашего не знаю!
  - А как Ваше имя, прекрасная молодая мама?
  - Лариса.
  - Лариса? А сына как зовут?
  - Женя.
  - Понятно, сегодня мы много наговорили. Пока! - и он ушел быстрым знакомым шагом.
  Лариса посмотрела ему вслед и подумала, что если бы не видела его лица, то решила бы, что это идет сам Платон. Он шел и думал, как все глупо у них получается! Родная жена смотрит ему в лицо и спрашивает, как его зовут. От Эммы он быстро уехал, ничего у них дальше поезда не пошло.
  Ему очень надоело вынужденное раздвоение личности, он и к матери не заезжал, жил в вечном страхе на даче. Вот, набрался храбрости, стал к жене подходить. До чего она красивая! А ему что дальше делать? Он не знал, знал одно - что пора работать.
  Диплом Платона остался в техническом колледже Абрикосовки. Куда идти? Он так задумался, что на дачной дороге налетел на медленно движущуюся машину.
  Из автомобиля выскочила яркая женщина:
  - Я Вас не ударила? Господи, как Вы красивы! Мужчина, я Вас возьму к себе на работу!
  - А я разве просил?
  - Да Вы пешком идете при такой божественной внешности! Пойдете работать в ночной клуб? Вы просто созданы для музыкального клуба. Произнесите пару строк.
  Он проговорил известное стихотворение.
  - Отлично, могу хоть сейчас отвезти Вас на место работы! Кстати, меня зовут Эльвира. Вам придется мышцы подкачать, а так у Вас с внешностью все хорошо. Вы здесь рядом живете? Впрочем, Вас довезут. Садитесь в автомобиль.
  Платон сел в автомобиль яркой женщины с мыслью, что не зря он сделал себе новое лицо, и решил Ларисе на глаза часто не показываться, раз намечается у него новая жизнь, а жена вполне его может узнать, с ней до любви не дойдешь...
  Лариса забросила дела, а тут совсем села дома и смотрела пустыми глазами в окно... Женьку у Инессы Евгеньевны она забрала, сын снова жил с ней, а она думала, как бы свекровь вернуть к жизни, ведь она хороший специалист по мебельному антикварному профилю!
  Сын подошел и сказал:
  - Ем!
  - Ем - пир! Ампир! - воскликнула Лариса. - Женька, спасибо тебе, мы выручим твою бабушку, она еще поработает.
  Ампир так ампир, что для него надо? Качественное дерево, великолепная обработка внешних поверхностей, вычурные головы птиц! Но где все это великолепие взять?
  Степана Степановича кто-то сглазил, он уже год был нетрезвый.
  Инесса Евгеньевна проплакала все свои глаза.
  На кого опереться? Родион Селедкин занимался извозом на своей машине. Где былые кадры? Антикварный магазин был закрыт на учет длительный период.
  Лариса взяла ключ от магазина и вместе с Женькой стала обходить все помещения. В одной кладовке они натолкнулись на ящик, в котором лежали деревянные головы птиц. Это было то, что надо! Она прикинула столовый гарнитур, кресла - все отлично получалось.
  Нужна была карельская береза! Лариса вызвала Родиона, он согласился привести эту самую карельскую березу.
  Степана Степановича Лариса отвезла в больницу, через полтора месяца он стал не совсем прежним, но полностью трезвым.
  И у Ларисы появилось странное чувство, что Степан Степанович сбросил с крыши еще живого Самсона! Ведь два милиционера от ударов Платона ножами в спину не умерли, а остались жить! Степан Степанович тогда очень быстро подошел и утащил Самсона на крышу, а Лариса трусиха и на крышу не лазила, так, потопталась у люка на крышу да домой пошла.
  Степан Степанович впал в затяжной запой - это ведь он свою совесть алкоголем глушил! Так кто в этой истории виновен?
  Степан Степанович знал, что Инна находится на даче. Его неудержимо потянуло к дому Ларисы. У соседнего подъезда в доме Ларисы разгружали из машины новую мебель, а на скамейке с ручкой детской коляски в руках сидела Инесса Евгеньевна. Он сел рядом с ней.
  - Привет, Инесса Евгеньевна, кто это у вас мебель новую привез?
  - Думаю, что вы. Вы отвезли антиквариат на дачу, а сами купили новую мебель.
  - Думаете, что антикварная мебель со зверями на даче Виктора Сидоровича?
  - А что в этом удивительного?
  - Ничего удивительного, мебель я сам делал, она без мистики, но в нее вделали пластины с вырезанными зверями. Эти деревянные пластины из тайги привез твой Платон, сделаны они мастерски, но в них есть нечто нетривиальное, присущее старой антикварной мебели, в них есть мистический дух, я сам на себе испытал, когда смотрел этот законченный комплект. Мужик я крепкий, но мне здорово повело голову! Я теперь боюсь за своих женщин, мне тревожно стало. Инесса, смотри на мебель, а я поехал на дачу. Тьфу, пока дождусь рейсового автобуса! Машина в ремонте. Слушай, отвези меня на своей машине на дачу Виктора Сидоровича!
  - Степан Степанович, ты в лице изменился! Конечно, я отвезу тебя, держи коляску, сознание сам не потеряй, сейчас схожу за ключами и подъеду на автомобиле.
  Виктор услышал гудки машины у ворот дачи, но никто ворота не открывал. Он сам встал, посмотрел на спящую девочку и пошел к пульту управления у входа в здание. Он увидел лицо Инессы Евгеньевны и Степана Степановича на сером экране, открыл ворота. Они проехали на территорию дачи.
  Он вышел к ним навстречу:
  - Чем я обязан вашему приезду?
  - Виктор Сидорович, Степан Степанович о своих женщинах беспокоится! - ответила Инесса Евгеньевна.
  - И правильно, Инна потеряла сознание в музее и спит, а Полина где-то затихла, даже вам ворота не открыла.
  - Где они? - хрипло спросил Степан Степанович.
  - Идемте со мной, - ответил Виктор Сидорович и повел гостя за собой.
  Инна спала на диване в холле. Собачка открыла глаза, приглушенно гавкнула и вновь легла рядом с девочкой.
  - А Полина где?
  - Она взяла у дочери ключи от музея, и больше я ее не видел.
  - Пошли в музей.
  В дверях музея лежала Полина.
  Степан Степанович поднял ее на руки, как пушинку, и резко закрыл дверь в музей.
  - Виктор, не ходи туда, не знаю почему, но дверь эту не открывайте!
  - А вдруг там кто есть?
  - Думаю, нет. Вас много было на даче людей? Трое? Я всех видел. Инесса Евгеньевна стоит внизу у фонтана с ребенком, больше здесь быть никого не должно. Ладно, куда Полину нести?
  - Неси в холл к Инне, там два дивана стоят, там флюиды хорошие.
  - Флюиды - это важно.
  Степан Степанович положил Полину на второй диван, посмотрел на ее лицо. Лицо Полины выражало остановившийся ужас, но она дышала, а вот лицо замерло в маске страха.
  - Степан Степанович, что ж ты такую страшную мебель делаешь? - спросил в сердцах Виктор Сидорович.
  - Виктор, я делаю нормальную мебель, без фокусов, но моей мебели делают прививки антиквариатом, и результат выходит за рамки моего понимания.
  - Может, нам закрыть дачу да по домам разъехаться? Сентябрь скоро.
  - Это хороший вариант, - ответил Степан Степанович. - Но Полине и Инне надо проснуться и рассказать нам, что с ними в музее произошло.
  - А если им вспоминать не захочется? Давай Инессу Евгеньевну с ними оставим, а сами в музей пойдем, посмотрим, что там, - предложил Виктор Сидорович.
  - Ты лучше ответь: у тебя на даче привидения есть? - спросил Степан Степанович.
  - Мы об этом недавно говорили с тобой и пришли к выводу, что душа Самсона вполне может быть привидением музея.
  - Так зачем мы туда пойдем? Пусть там Самсон и обитает, он сам себе музей строил.
  - Степан Степанович, мы продали янтарный комплект, а в музее стоит комплект со зверями.
  - Вон оно что! Я об этом что-то знаю, но целиком мысль в голове не держал, этот ваш музейный обмен мог душе Самсона не понравиться! Самсона убил Платон, этих зверей привез Платон!
  - Ты говоришь, что Платон убил Самсона? А ты говорил, что Самсон - самоубийца, что он сам спрыгнул с крыши. Я помню, что ты говорил, что он был лунатиком.
  - Сорвалось с языка, я не знал, что ты этого не знал!
  - Степан Степанович, а ты откуда это узнал?
  - Честно? Да я сам скинул Самсона с крыши, но он уже был мертвый, - сказал Степан Степанович и протянул: - Кто меня за язык тянет это говорить?
  - С кем я рядом сижу?! - завопил Виктор Сидорович.
  - С кем? С мужем своей любовницы! Чем ты не доволен? У меня выхода не было. Пришлось выручить Ларису, к ней ворвался в квартиру Самсон, а ее муж Платон запустил нож от ревности в его спину. Все мы тут одни миром мазаны.
  - Да, лучше не копать, - протянул Виктор Сидорович другим тоном.
  - Так и я о том же! В этом музее дух Самсона бродит. Перебродит - станет тише, зайдем в музей, но не сегодня.
  - Нет, дамы проснутся - поедем домой!
  - Я схожу за нашатырным спиртом, должен он быть в аптечке в машине, да все и уедем отсюда.
  Вскоре все покинули дачу. Инна свою собачку себе забрала, домой.
  Жена Виктора Сидоровича, Эмма, не могла долго страдать от собственного благородства, она предложила мужу развестись на самом деле в свете последних событий.
  Сказано - сделано. Труднее всего заполнить бланк квитанции в Сбербанке, надо написать тьму цифр, и все из-за пары сотен. Брали бы триста рублей наличными, тогда людей бы больше разводилось.
  Эмма заполнила бланк быстрее, еще и за квартиру успела заплатить, потом ушла ждать Виктора в УЗАГС, там успела съесть шоколад, поскучать, и только тогда появился супруг со своей квитанцией. Им дали один бланк на двоих, они заполнили каждый свою колонку по вертикали, и все. ВСЕ! Домой они шли врозь, каждый со своей скоростью передвижения.
  У них на двоих было две квартиры, каждый ушел в свою квартиру. Раньше они одну сдавали. Избалованный Виктор Сидорович, привыкший к хорошему женскому уходу, сразу почувствовал провал в своей жизни и подумал, что чужая любовь дается трудно. Трудно быть настоящим мужчиной!
  Получилось, что он стал вторым спутником Полины после Степана Степановича. Теперь она живет одна с Инной, а мужчины живут поодаль от нее. Затосковал Виктор Сидорович от собственного благородства, да и Полина отказала ему в дальнейшем совместном существовании. Вот оно как все сложилось, знал бы, так на ту дачу и не ездил бы вовсе.
  Неожиданно Виктор Сидорович стал владельцем дачи с янтарной мебелью. Естественно, он тут же подвергся допросу детектива Мусина, но у него было алиби. Он с сердечным приступом лежал в больнице и в ночь убийства больничной палаты не покидал.
  Мусин спросил:
  - Виктор Сидорович, а Вы не знаете случайно крупного мужчину из числа общих знакомых с Ларисой?
  Виктор Сидорович ответил:
  - Ларису мало знаю, но знаю крупного мужчину Степана Степановича, мужа Полины, которая летом работала на даче Самсона.
  Мусин встретился со Степаном Степановичем. Внешний вид его вызывал уважение и настораживал одновременно. Рост под 190 сантиметров, крупного телосложения, почти бритый затылок. Такой мог сделать что угодно. Мусин предложил ему метнуть нож. Метание ножа у Степана Степановича не получилось, не умел он метать ножи. Нож вообще не вязался с ним.
  Решил детектив Мусин подождать возвращения Платона, поскольку других мужчин в окружении Ларисы он не обнаружил, тем более что билет он покупал в ночь убийства. Мусин сообщил на конечный пункт прибытия Платона о необходимости его задержания. Но сведения с места его нахождения согласно железнодорожному билету не поступали.
  Солнце светило в окна. Небо без облаков казалось бескрайним, как затянувшееся одиночество. Лариса иногда вспоминала Самсона и жалела его и себя, а заодно и Платона, и сына. Ребенок подрос, она хотела уже выходить на работу, а перед этим лучше всего привести себя в боевую готовность.
  Лариса решила пойти и позагорать на пляже, благо он рядом. Надела она купальник, легкий халат, сланцы; посадила сына в летнюю коляску и пошла с ним на пляж по своей обычной прогулочной дороге.
  Навстречу Ларисе шел сам Платон! Она решила, что он ей померещился, и попыталась пройти мимо него, но он остановился, перекрывая ей дорогу.
  - Здравствуй, Лариса!
  - Привет, пропавший! Откуда и куда?
  - Дай на сына посмотреть.
  - Смотри. Тебя ищут или выпустили?
  - Зачем вопросы? Я здесь. Вот, деньги возьми, честные, можно сказать. Я помог сделать новый гарнитур с антикварным уклоном, теперь могу тебе отдать деньги на жизнь.
  - А я возьму.
  - И бери, а я ушел, - и Платон, резко развернувшись, исчез в боковой аллее.
  Идти на пляж с большой суммой денег Ларисе расхотелось, и она повернула домой, чтобы положить деньги куда подальше.
  На скамейке у подъезда сидел детектив Мусин.
  - Лариса, слухи ходят, что твой муж вернулся. Как его найти? Сюда он не приходил.
  - Я его с прошлого года не видела.
  - А у нас другие сведения. Есть сообщения, что его видели в городе. Еще объявился родной дядя Самсона - некий дядя Сидор, он пытается найти убийцу. А похожи они!
  - Я ничем Вам не могу помочь.
  - Зря. Я надеялся на тебя. Про дядю Сидора не хочешь узнать? Сидор Болт жил за рубежом много лет, а тут приехал, вернулся и копает. Нам дали месяц срока на поиск убийцы, а я и так знаю, что убил Самсона Платон, а Степан Степанович его сбросил с крыши для инсценировки убийства. А мне нужна новая машина.
  - В огороде бузина, а деньгами возьмете за свободу Платона? А заезжему дяде Сидору скажите, что было самоубийство чистой воды, ведь кроме Вас да меня никто всю картину убийства не знает. Вы сами догадались, а я видела. Если честно, то Платона я впервые за последний год увидела десять минут назад, он мне деньги дал на ребенка. Могу деньги Вам отдать.
  - Раскололась. Где Платон сейчас живет?
  - Он мне ни слова не сказал о себе, дал деньги и исчез в зарослях.
  - Деньги у ребенка отбирать не буду, тебе тяжело пришлось, я это знаю. Красивая ты баба, я вот о чем подумал, если дядя Сидор тебя увидит, то твой Платон его из ревности пришьет!
  - Если честно, то Инесса Евгеньевна мне говорила, что Платон жил год в тайге у знахарки и теперь он не умеет метать нож, она у него нож забрала.
  - Значит, знахарка лесная с него порчу сняла? Коряво. А если по-хорошему, то Платона и Степана Степановича надо сдать, но улик нет и нож у знахарки - так и сказать дяде Сидору? Так тогда еще что-нибудь произойдет, а мне кого-нибудь надо выдать ему, а выдам я тебя, Лариса.
  - Это еще как?
  - Скажу дяде Сидору, что Самсон из-за любви к тебе упал с крыши, что у него крыша поехала. А ты хочешь, чтобы на мне это дело вечность висело? - закурил сигарету Мусин, глядя пристально на Ларису.
  - А про нож Вы как узнали?
  - Это все ерунда, человека нет - проблема есть, и надо подвести черту под этим делом. Так я тебя познакомлю с дядей-иностранцем?
  - От Платона отстанете? Знакомьте, если это Вам поможет.
  - Да, но ты должна выглядеть так, чтобы иностранный дядя смог бы поверить, что из-за тебя у мужиков крыша едет.
  - Кто бы с ребенком посидел, а я бы занялась своей внешностью.
  - Найми няню, не мне тебя учить. Значит так, через неделю к тебе придет дядя Сидор, произведи на него впечатление.
  Лариса рьяно взялась за свою внешность. Няня сидела с ребенком, а она усиленно приводила себя в порядок.
  Через неделю детектив Мусин привел заморского дядю Сидора.
  - Господин Сидор, вот это и есть Лариса, в которую был влюблен Ваш Самсон, больше мне добавить нечего, - сказал Мусин, пропуская в квартиру Ларисы некоего господина, а сам быстро закрыл за собой дверь.
  - Здравствуйте, Лариса! Так это из-за Вас Самсон покончил с жизнью? Да, Вы действительно красивы! Но жизнь дороже. Что ж Вы его довели до такой степени?
  - Знаете, трудно мне все это вспоминать, но Самсон меня по-своему любил.
  - Да я и сам готов в Вас влюбиться, от Вас идут флюиды любви и совершенства!
  - А что мешает?
  - Не хочется с крыши падать.
  - Не лазайте на крышу и не сорветесь!
  - Лариса, Вы сказали хорошую мысль! Самсон просто сорвался с крыши! Наверное, сидел на Вашей крыше и смотрел на луну, да и сорвался! Он еще в детстве был лунатиком, на луну реагировал! Тьфу. Гора с плеч! - воскликнул дядя Сидор, вставая с кресла и медленно проходя к выходу.
  Лариса закрыла за ним дверь и плюхнулась в кресло.
  Вскоре появился детектив Мусин.
  - Лариса, спасибо! Дядя Сидор закрыл дело о гибели Самсона, сказав, что он был лунатиком с детства. Я не ожидал от Вас такого ума! Самому в Вас влюбиться? Нет, лучше не буду. Все, прощайте!
  
  Степан Степанович после разговора о русском модерне с Инессой Евгеньевной сделал столовую мебель, а с резчиками по дереву у него ничего не получилось. Комплект мебели был, а антикварного вида у него не было. И пошел он к Инессе Евгеньевне в жилетку поплакать. А она засмеялась! Он только рот открыл от удивления.
  - Милый ты Степан Степанович, есть мистическая отделка для твоего комплекта! Да еще какая! Но нужно найти столяра Селедкина, чтобы он все это вместе состыковал по старым рецептам.
  - Так умер столяр, и нет теперь мастера, который мог бы под старину мебель реставрировать.
  - Я не знала. Что предлагаешь?
  - Не знаю, а Родион знает? Он видел, вероятно, как его отец работал. Столяр реставрировал без зрителей, никого не впускал в мастерскую.
  - Это я хорошо знаю. Младший Селедкин уволился, но его можно найти. Вези свой комплект в магазин, в реставрационную мастерскую, а я привезу для него украшения и Родиона.
  Родион откликнулся на звонок мобильного телефона и сам приехал в магазин. Он сказал, что знает, как отец делал мебель под старину, но сам никогда этого не делал, хотя помнит все материалы, которые отец при этом использовал.
  Степан Степанович привез столовый мебельный гарнитур, а увидев дощечки с качественно вырезанными животными, как ребенок, захлопал в ладоши.
  - Отлично, то, что надо! Какое мастерство, и все выдержанно в одном стиле, в одном размере!
  Родион при виде дощечек выдохнул:
  - Откуда такая прелесть? Все животные выпуклые, как живые, да так ровно сделаны!
  - Родион, твое дело - объединить дощечки с гарнитуром, надо создать новую антикварную коллекцию русского модерна конца девятнадцатого века.
  - Без проблем! Это настоящая натура!
  Откуда люди узнают о новинках? Неизвестно, но покупатель вскоре объявился на весь столовый гарнитур, хотя для начала ему показали стул с отделкой из двух дощечек с изображением животных на спинке стула. Стул смотрелся единым целым, трудно было догадаться о том, как он был сделан. Единственное, о чем просил покупатель - оставить в секрете свое имя.
  Виктор Сидорович, дядя погибшего любовника Ларисы, на правах хозяина с удовольствием обходил дачу. Ему нравилось жить без посторонних людей. Он с удовольствием открывал комнату с янтарной мебелью, долго смотрел на нее, представляя себя графом. В качестве помощницы по дому он вернул Полину и уволил повара с охранником.
  Инна, дочь Полины, переехала жить к отцу Степану Степановичу. С ним она не ссорилась, ощущая себя хозяйкой. Отец сильно ее не доставал воспитанием. Девочка научилась готовить, и все шло своим чередом.
  В антикварном магазине наступило затишье. Реализация залежалых товаров шла плохо, и без суеты рекламы дела не шли.
  Родион покинул свое место работы. Лариса жила в полусне. У нее возникло ощущение вязкого болота. Иногда ей хотелось поехать в тайгу. Посмотрев на парк, она поймала себя на мысли, что это ей не под силу.
  Так прошел год...
  Уныло смотрела в окно Инесса Евгеньевна, мать Платона. Она думала о нем. Люди после его исчезновения ее обходили стороной. Такое наказание для нее было естественным. Она смотрела на кучевые облака в небе, на зеленую беспробудную листву и ощущала тревожную пустоту в душе. Состояние беспокойства постепенно нарастало. Она потянулась к коробке с шоколадными конфетами. И в этот момент прозвенел звонок в дверь. Она ее открыла и отпрянула.
  В квартиру стремительной, но знакомой походкой вошел незнакомый человек.
  Она всмотрелась в его лицо, узнавая и боясь ошибиться: перед ней стоял ее Платон! Но какой?! Его лицо покрывала кучерявая ровная бородка. Его волосы были подстрижены немногим длиннее бороды. Он выглядел красавцем!
  - Платон, это ты? - спросила дрогнувшим голосом Инесса Евгеньевна.
  - Я, мать! Я! - басовито ответил сын.
  - Что с твоим голосом? Ты стал басить?
  - От ветра, от морозов мой голос немного треснул. Много пришлось покричать...
  - А борода? - тихо проговорила мать, начинающая верить в счастье.
  - Что борода! Посмотри, что я принес! - и он нагнулся над сумкой, потом махнул рукой и поставил ее на стол перед матерью, медленно открывая молнию.
  Инесса Евгеньевна поднялась с кресла, заглянув в сумку, потянулась рукой за дощечкой.
  - Сын, что это? - ее голос дрожал, рука подергивалась от волнения, вынимая из сумки бесценный деревянный предмет.
  - Садись, мать, в свое кресло. Послушай меня внимательно, разглядывая лесное произведение искусства. Я жил в тайге. Один жил. Нашел я избушку без курьих ножек: крыша, окно, дверь, железная печурка. Три месяца я не видел ни одного человека. Я так исхудал, что стал молиться о спасении. Я съел все дары леса, что росли поблизости. Животных и птиц я не убивал. Я стал обросшим, страшным, немытым. Однажды мне стало невмоготу. Я готов был наложить на себя руки. Зрение стало исчезать. Я впал в полудрему. Очнулся я оттого, что на меня смотрела Баба Яга, чью избушку я занял.
  И говорит Баба Яга скрипучим голосом:
  - Здравствуй, касатик! Совсем издыхаешь, родимый? Порченый ты человек, а вылечить тебя можно. Зло прошло через твою жизнь. Сильно виноват ты, да не совсем. Вылечу я тебя. Знахарка я. А ты что подумал? Травы у меня в этом домике хранятся. Ты их и не трогал, и то молодец. Да я новых трав еще насобирала. А сейчас я сделаю для тебя отвар. Ты отвар выпьешь и человеком станешь. Тебя мои травы одурманили, ты и стал спать, и славно. Тебе надо было выспаться.
  Поставила бабуля меня на ноги, да и повела с собой по деревне. А в той деревне все дома стоят с заколоченными окнами, одна бабка эта там живет. Откормила она меня картошкой, луком и огурцами. Еда у нее еще та: что сама выращивала, то и ела. Я встал на ноги, стал по деревне ходить, дома смотреть. Жильцов давно в них нет.
  В одном доме я нашел эти дощечки и бабуле показал. Она всплакнула, вытерла слезы краем платка, который с головы никогда не снимала. Сказала, что жил у них один человек с золотыми руками, ходить много не мог, а все сидел да мастерил. А любил он на небольших дощечках животных вырезать, да так ловко, что все животные как живые! Дощечек этих я обнаружил штук пятьдесят, просто письмена какие-то!
  Прожил я у бабули еще девять месяцев. Она меня не отпускала, лечила и поила травами. А однажды подходит и говорит, что я здоров и могу уехать домой. Я ей ответил, что меня ищут, я зло большое совершил. А она сказала, что все будет нормально, если я ей свой нож оставлю и никогда в руки его больше не возьму. Дает она мне мой складной нож и просит, чтобы я его метнул. А нож выпал из моей руки! Понимаешь, мать, я не могу больше ножи метать! Не могу! Проводила Баба Яга меня до станции. Поезд там две минуты стоит. А перед этим на той станции она меня к парикмахеру сводила, потом травки свои сушеные сдала скупщику. Мне она билет купила, одежду и сумку. Я ей только нож и оставил. Да дров целую стену наколол. Да отремонтировал ее жилье.
  - Платон, а дальше что с тобой будет?
  - А ничего. Я буду жить в твоей новой квартире, а ты уйдешь в старую квартиру. Она ближе к Ларисе. К ней я пока не пойду, не могу. У меня есть идея: я нарисую комплект мебели, такой, чтобы дощечками этими его обклеить. Степан Степанович все сделает. Вот и модерн! Настоящий модерн!
  - Вот за это спасибо, а то я от скуки не знаю, что и делать. А как мне ту старушку отблагодарить за твое спасение?
  - Лучше о ней забыть, мы с ней в расчете. Я у нее отработал свое спасение. Теперь я хочу у Ларисы поработать! У нее, смотрю, все люди новые, а Степан Степанович меня не продаст. У меня иного выхода нет. Баба Яга сказала, что я должен с деревом работать, а она с травой работает. Так вот.
  - Платон, да тебя сейчас никто и не узнает. К Родиону пойдешь?
  - Нет, нам лучше не встречаться.
  - А Ларисе о тебе сказать?
  - Не надо, мне очень хочется увидеть сына, но не сейчас. Я буду работать в твоей новой квартире, нарисую эскизы новой древней мебели, отдашь их потом Ларисе или Степану Степановичу. Но обо мне не говори на всякий случай.
  - Так и будешь в квартире сидеть?
  - Сидел я в избушке, посижу в квартире. Мне еще надо немного времени, чтобы в себя прийти.
  - А бороду сбреешь?
  - Не сейчас.
  Платон отдыхал, отмывался. Он сбрил бороду, много смотрел телевизор и совсем забыл о прорисовках. Матери он до машины донес сумку с бесценными дощечками, спрятав лицо под кепкой, натянутой чуть не до носа.
  
  Сидор Болт поехал к своему брату Виктору Сидоровичу посмотреть на дачу, оставшуюся от Самсона, предположительно убитого Платоном. Дело в том, что он стал третьим его наследником после двух братьев.
  Дольше всего Сидор Болт рассматривал янтарную мебель, словно никогда ее не видел, а от янтарных часов он просто не мог оторвать глаз. Часы его притягивали, и их воздействие на него с каждой минутой усиливалось.
  Вдруг ему показалось, что если он задержится в этой комнате хоть на секунду, то исчезнет во времени, уйдет в эти часы, как в неизбежность.
  Он резко вскочил со стула, на котором сидел, и бросился к выходу.
  Ему показалось, что ножки стула разъехались. Но посмотреть на стул у него не хватило храбрости. Сильным движением он закрыл дверь в мистическую комнату.
  Медленно побрел Сидор Болт к Виктору Сидоровичу.
  - Виктор, что за часы находятся в янтарной комнате?
  - Что, брат, они тебе сильно понравились? Да, еще те.
  - А это не они довели до самоубийства Самсона?
  - Чем черт не шутит, я сам редко захожу в эти янтарные комнаты.
  - А зачем они тебе нужны, давай продадим?
  - А кто купит? Стоит янтарная мебель дорого, так точно с восемнадцатого века сохранились, цены им нет, за границу увезти не дадут, в кармане не провезешь.
  - В кармане нельзя, но в контейнере можно.
  - Ты их еще в порошок преврати и провези в цилиндре размером в пятьдесят грамм.
  - Не шути, Виктор, я серьезно говорю. Часы мистические, мне так страшно рядом с ними стало, что поджилки затряслись, еле ноги из комнаты унес.
  - Верю. Сам боюсь до чертиков этих часов.
  - Что делать будем с наследством Самсона? Надо ему было коллекционировать такую чертовщину мистическую!
  - Пусть стоит там, где стоит. Не мешает.
  - А ты в гостиницу поставь, три комнаты можешь украсить этой мебелью и цены заломить за страх!
  - Этого еще не хватало! Потом в гостиницу никто не пойдет жить.
  - Вот попали! Должен же быть выход из этой ситуации!
  К ним подошла Полина:
  - Обед готов, прошу к столу.
  - Полина, принеси нам еду в холл, лень в столовую идти, - отозвался Виктор Сидорович. - У нас с братом серьезный разговор.
  Полина посмотрела на Сидора, уловив его сходство с Виктором, пошла за едой.
  - Красивая у тебя кухарка! - воскликнул ей вслед дядя Сидор.
  - Да она мне чуть ребенка не родила, да не получилось. Сорвалось. Нет у меня наследников.
  - А я чем не наследник?
  - Ты, Сидор, - косвенный наследник.
  - Это еще посмотреть надо, чья эта дача теперь: моя или твоя?
  - Эх, прав ты, тысячу раз прав, но я к этой даче привязался, а тебе она чужая, у тебя своя есть дача.
  - Верно, я не изверг, чтобы прогонять родного брата, но я хочу всех нас избавить от янтарных часов.
  Полина привезла сервировочный столик и стала выставлять тарелки с едой на стол.
  - Простите меня, если что не так скажу. Я поняла, что вы говорите о янтарной мебели, - решила вставить свои слова Полина, - я убираю в этих комнатах, мне страшно среди этой мебели, особенно давит славянский шкаф.
  - Вот, и я о том же! Я заметил этот шкаф, он еще страшнее этих часов, - подхватил дядя Сидор. - Ладно, уговорили, тем более что Самсон, собиратель этой чудовищной коллекции, погиб. Я подумал, и у меня есть предложение: продать всю янтарную мебель на юг. Там, конечно, надо проезжать через границу, но эту границу еще можно проехать, есть у меня там старые знакомые, смогут купить эти дары истории.
  - А может, мебель в настоящий музей отдать? - робко спросила Полина.
  - Молчи, женщина, - промолвил дядя Сидор. - Здесь большие деньги пропадают, а я на них себе квартиру куплю, надоело жить на даче, а брату тогда эту дачу оставлю.
  - Понял, на юге у меня есть относительные друзья и их относительные враги, хочу продать мебель Тоне, это она меня чуть без гостиницы не оставила, а я, кроме гостиниц, ни в чем не разбираюсь. Тоня, забыл ее отчество, владеет гостиницами, купит она эту мебель!
  - Виктор, а ты еще и женщинам можешь нравиться? Тогда продай янтарный гарнитур этой самой Тоне.
  - Вспомнил, ее мужа Сережа зовут.
  - Вот и память возвращается к тебе, а ты сам поедешь к ним или к себе вызовешь покупателей?
  - Надо вызвать их сюда. Вспомнил! Как я мог забыть!
  Виктор Сидорович позвонил Эмме - с ней он сохранял служебные отношения - и предложил ей сообщить Тоне о коллекции янтарной мебели. Эмма затребовала часть денег от продажи. Виктор согласился.
  
  Дядя Сидор на вырученные деньги от продажи янтарной коллекции мебели купил квартиру в доме Ларисы, в соседнем подъезде, тянуло его в этот дом. Вскоре он уже перевозил мебель в новую квартиру после непродолжительного ремонта за выездом прежних хозяев.
  Лариса везла коляску с сыном и увидела, как из газели выгружают антикварную мебель, что-то смутно знакомое она в ней улавливала. Платон не показывал ей дощечки, привезенные из тайги, но она хорошо знала, как выглядит мебель, изготовленная Степаном Степановичем и переделанная под антиквариат. Она заметила, что мебель без янтарных камней, зато в ней было много весьма качественной резьбы.
  Хозяин мебели, заметив ее внимание, подошел к молодой матери и решил пояснить, что эту мебель он купил в антикварном магазине за большие деньги, но комплект весьма интересный и стоит этих денег.
  Лариса с ним полностью согласилась.
  Их разговор наблюдал из-за кустов Платон, его принесло сюда желание бросить прощальный взгляд на свои дощечки, превращенные в приличную мебель. Он смотрел на мебель, потом заметил Ларису и подошедшего к ней пожилого мужчину, он сразу угадал в нем родственника Самсона. Руки у Платона зачесались в поисках складного ножа, опять к его жене приставал очередной поклонник! Ножа не было! Он остался у бабушки в тайге.
  Недолго думая, он направился в магазин в поисках нового складного ножа. Он его купил! Положил нож в карман и успокоился, потом разволновался: может ли он еще владеть этим ножом, как раньше? Пошел в лесопарк, выбрал ствол дерева, стал метать в него нож. Руки вспомнили, у него все получалось! Он легко попадал в цель. В груди у него было пусто после возвращения из тайги, у него не было женщины, но вновь появился складной нож...
  Дядя Сидор спиной почувствовал взгляд Платона, он оглянулся, но никого не увидел. Тогда он поговорил с детективом Мусиным. Детектив проговорился про след от ножа в спине Самсона, обнаруженный после его падения с крыши дома. Эти слова запали в голову дяди Сидора. Он верил в рок и в непонятные явления. Он решил примерить защитный бронежилет.
  Вес конструкции всегда приводил его в ужас, но он спиной ощущал, что кто-то ведет за ним охоту. Он не верил в случайную смерть Самсона! Он решил сам расплавить свинец из аккумулятора, сделать плоскую пластину. Свою задачу он выполнил, нож застревал в пластине весьма незначительной толщины. Из двух маек он сделал жилет со свинцовой прослойкой в области груди и спины. Надев защитную свинцовую майку, он пошел в гости к Ларисе.
  И надо же было Платону в этот день вернуться в свою квартиру! Он услышал разговор у дверей Ларисы, а посмотрев в глазок, заметил дядю Сидора. Когда Сидор сделал шаг в квартиру Ларисы, Платон мгновенно открыл свою дверь и метнул нож в спину Сидора! Нож отскочил от спины и со звоном упал на плиту лестничной площадки.
  Лариса вскрикнула.
  Дядя Сидор посмотрел на нож и на Платона:
  - Это ты убил Самсона? - глядя в глаза Платона, спросил дядя Сидор.
  - Я, - машинально ответил Платон.
  - Ты муж Ларисы? От ревности тебя так ведет? Понятно. Что с тобой делать?
  - Почему нож отлетел от Вашей спины?
  - Не скажу. Я знал, что ты еще раз попробуешь повторить свой удар. Знаешь, я долгое время был военным, предлагаю теперь тебе уехать куда подальше и не возвращаться, либо я сдам тебя.
  - Мне некуда ехать, разве что в тайгу, где я год прожил.
  - Езжай в тайгу! Если я тебя здесь увижу - сдам, без слов сдам.
  Платон покинул город.
  
  Платон в ночном клубе приобретал популярность, он стал любимцем публики. Его внешность пользовалась успехом и приносила доход. Эльвира держала его на коротком поводке, никуда не отпускала, никого к нему не подпускала.
  У него появился автомобиль с личным шофером, но жил он все еще на даче. Зимой дорога становилась проклятьем, поэтому он снял номер в гостинице. Это стало известно Эмме, она повадилась его встречать у номера.
  Эльвире донесли об Эмме. Две женщины крупно поговорили, и Эльвира сняла Платону однокомнатную квартиру рядом с ночным клубом. У квартиры появились женщины-поклонницы, ожидающие его в любое время суток. Об этом ей тоже донесли. Эльвира взяла его к себе домой.
  Она заметила, что одна дорогая дверь превратилась в труху. Выяснила, оказывается, Платон в дверь кидал нож. Это Эльвиру насторожило, она боялась ножей и запретила ему кидать ножи в доме.
  Платон кидал нож в дверь от ненависти к своему лицу, он его не любил, он скучал по Ларисе, а Эльвира его одного никуда не выпускала. Чем больше у него становилось денег, тем злее он становился. Он хотел свободы! Ради свободы он изменил внешность, но был опять на привязи.
  Для него тайга становилась несбыточным раем, он готов был поехать хоть куда, лишь бы подальше от ночного клуба и женских глаз!
  Его всегда сопровождал крепкий мужик.
  Однажды Платон не выдержал и стал у охранника просить, чтобы тот отпустил его в магазин. Мужик-охранник сказал, что живым его не выпустит, и пошел к двери на свой пост. В спину охраннику полетел нож.
  Платон подошел к трупу, вынул нож, вытер его, взял документы, деньги и ушел без сумки. Как обычно уходят мужчины.
  Детектив Мусин понял, кто был в городе. Опрос родственников ничего не дал, Платона давно никто не видел, о его сходстве с неким незнакомцем Лариса и Родион благоразумно промолчали.
  Платон поехал на море, но не доехал, а пересел на другой поезд до знакомого полустанка в тайге. Он рассчитывал выйти на заброшенном полустанке, где нет перрона для пассажиров, но за время его отсутствия здесь все изменилось.
  Его нога из вагона ступила на новый перрон, вокруг разворачивалось строительство. От такого вида он захотел нырнуть назад в вагон, но поезд стоял минуту или две и сразу стал набирать скорость. Он растерялся и немного обрадовался: если строительство на начальной стадии, значит, люди здесь нужны.
  К своему удивлению, в отделе кадров строительства сидела дочь лесника. Она Платона не узнала. Здесь нужны были бульдозеристы - разравнивать площадку под новый промышленный поселок.
  Люди говорили, что рядом нашли залежи какой-то редкой руды. Платон сказал, что права на вождение машины у него имеются, но он ехал в лес, в отпуск, и с собой их не взял.
  Ему назначили испытательный срок, и на следующий день он вышел на работу. Девчата в косынках, завязанных на шее, приметили молодого человека, над ним посмеивались, ему строили глазки. А он пытался освоить рычаги бульдозера с помощью одной такой девушки, помня, что последнее его вождение на автомобиле было неудачным.
  С бульдозером у него получилось лучше, или ему очень хотелось его освоить. Убитого охранника он пытался не вспоминать, о себе никому и ничего не говорил. Однажды он взял свой складной нож и забросил его в одну из самых глубоких на стройке ям. Таких ножей в местном сельпо не продавали. Ножами он старался не пользоваться. Он был не женат, что сразу отметила дочь лесника, он ее притягивал, как магнит. Девчата заметили страсть начальника отдела кадров и дорогу ей не переходили.
  Платон работал старательно, насколько вообще мог это делать. Они стали встречаться. Дочь лесника звали Флора. Его утонченное лицо загрубело от ветра, солнца, дождя, приобрело бронзовый оттенок, теперь бы его в ночной клуб не взяли.
  Волосы отросли, он их завязывал резинкой в хвостик, их неухоженный вид его вполне устраивал. Он начинал свою вторую двойную жизнь. Ходил в простых куртках, телогрейках, в таких же ватных штанах, в кирзовых сапогах. На голове у него была старая кепка, потом шапка из затертого кролика. В одном из первых домиков он поселился с Флорой. Они расписались, он взял ее фамилию. Теперь он сам не помнил, кем раньше был.
  
  
  
  

Мистика жизни

  
  
  Простая задача: как скрестить новую мебель со старой корзиной - была Ларисе по силам, это она четко осознавала. Дерево к дереву, и чтобы лучилось! Сердце ее в это время было абсолютно свободным, деньги ей были нужны, и вечерами она сидела с сыном и прорисовывала вензеля с вплетенными в них прутиками из корзинки. Корзинку расплели, предварительно замочив, чтобы она не ломалась. Старые веточки напоминали по внешнему виду копченый сыр.
  К Ларисе на огонек стал заходить Родион: то ли его тянула корзинка, то ли она сама, но он играл с малышом и уходить домой не собирался. Полина стала забываться, а вот Лариса заполонила все его существо. Или это корзина их связывала? Кто знает.
  Лариса иногда шутила:
  - Платона не боишься?
  - Не знаю, если честно, но мне с тобой уютно.
  - Как у Степана Степановича работается? Не обижает?
  - А чего нам с ним делить? У нас разные обязанности, я свои выполняю.
  - Давай назовем новый комплект мистической мебели 'Копченый сыр'.
  - Лариса, ты лучше ничего не придумала?
  - А чем плохо? Предложим его директору мясомолочного комбината, где этот чудесный сыр выпускают.
  - Ты этот сыр любишь? Он дорогой!
  - Так он сухой. Возникает иллюзия, что его ешь, ешь, и челюсти устанут, а ты при этом не поправляешься.
  - Если так, то по мне лучше бутерброд. Сообрази чай с лимоном и бутерброд с обычным сыром и маслом, я это все купил, в холодильнике лежит.
  - Раз лежит - сделаем, мне недолго.
  Интересные у них складывались отношения: без страсти, без видимых взглядов. Так, теплые отношения, тихие слова, никаких совместных планов на будущее. Работа у Степана Степановича в фирме благоприятно отразилась на внешнем облике Родиона, он стал уверенней в себе, стал лучше одеваться, лучше стричься. Они не кидались друг другу на шею, не было поцелуев, но все чаще вечера Родион и Лариса проводили вместе, втроем с ребенком гуляли по выходным в парке. Возникало ощущение, что они начинают жить с чистого листа. Этого не могла не заметить Инесса Евгеньевна, но и она не возражала против дополнительной опеки ее внука Евгения.
  Название нового комплекта мебели 'Копченый сыр' Лариса предложила директору комбината, производящего копченый сыр. Директор удивился, рассмеялся и купил за хорошие деньги весь комплект мебели.
  
  Весной Виктор Сидорович и Эмма поехали на дачу. С первого взгляда было видно, что здесь зимой никого не было. Эмма отказалась от услуг Полины и сама занялась уборкой помещений. Ее хозяйская жилка подсказывала, что это сущая роскошь - одним жить на такой большой даче. Эмма предложила дачу городскому детскому саду.
  Приехала комиссия, дачу одобрила, и к лету сюда заехали малыши с воспитателями. Эмма, таким образом, спасла своего Виктора Сидоровича от посягательств чужих женщин. Он не возражал. Полина после такого расклада в жизни Виктора Сидоровича пошла на работу к Степану Степановичу. Его предприятие расцветало. Ее взяли на упаковку готовой продукции. Степан Степанович, получая зарплату, сразу отстегивал деньги Полине на Инну.
  Все это так, но для дополнительного заработка Ларисе нужна была вновь рассада для мистики на новую мебель. Это понимали все, кто с ней работал. Где взять мистическую рассаду? И главное, что взять? Ясно одно - это должно быть дерево. Лариса не могла послать Родиона далеко и надолго.
  
  Ларисе повезло.
  Позвонил молодой человек и спросил:
  - Вы берете ларцы двухсотлетней давности? Или его надо сдать в другое место? У меня прабабка умерла.
  - Размер большой у ларца?
  - 300х200х300, он с выступающей крышкой.
  - Привозите! - с надрывом сказала Лариса, боясь, что ларец отдадут кому-то другому.
  Приехал симпатичный парень, поставил на стол ларец. Лариса решила, что ларец настоящий, ему лет триста, или ей так хотелось думать. Деньги она заплатила, чтобы случайно парень не забрал ларец назад. После его ухода она открыла ларец и чуть не закричала от обиды: внутри ларец был выполнен из свежего дерева, и, как насмешка, в нем лежали деревянные бусы!
  Бусы на самом деле оказались старые и деревянные. Лариса еще раз осмотрела ларец и поняла, что его термическими циклами снаружи искусственно состарили, это значит, что кто-то парня надоумил на такой поступок. И этот кто-то из числа их общих знакомых.
  А вот бусы? Что если они тоже состарены? Бусы Лариса отдала на экспертизу. Получила ответ: бусам лет 150. Надо было проверить их на мистичность. Лариса вызвала знакомого экстрасенса. Тот запустил свой стеклянный шар. Шар умудрился поговорить с деревянными шарами, ответ был тот же: 150 лет, и бусы обладают свойством мистификации.
  Бусинок диаметром в 15 миллиметров было девять штук, этого вполне достаточно для комплекта мебели. На этот комплект руку наложил экстрасенс, он не захотел бусы выпускать из своих рук. А Лариса без мебели, в которую бусы заточат, продавать их ни за какие деньги не собиралась. Они договорились о том, какая мебель нужна в данном случае.
  
  Степан Степанович пришел к Ларисе домой прорабатывать новый заказ комплекта мебели 'Бусинки'. Малыш подрос и, внимательно посмотрев на Степана Степановича, спросил:
  - Книги читать будешь или азбуку со мной изучать?
  - Я пришел к твоей маме проработать новый мебельный заказ.
  - Она его нарисует, а ты мне книги почитай или смени мне видеофильм. Мог бы и машинку подарить. Зачем ты так просто пришел?
  - Исправлюсь, давай сменю фильм.
  Маленький Женя взял власть над Степаном Степановичем и к Ларисе его не подпускал, пока она не закончила работу.
  Лариса посмотрела на сына и сказала:
  - У меня вырос личный охранник.
  - Нет, я твой личный сын, - ответил малыш и бросил карандаш в пол, а тот острием попал в ковер...
  Лариса стала жить своей жизнью.
  
  Платон задыхался от избытка воздуха и свободы на стройке. В дождливую погоду работы прекращались. Ему стало надоедать роль мужика, не мог он больше ходить в ватнике и быть таким замусоленным! Захотелось ему нежной жизни. Флора заводить детей не собиралась, она пила гормональные таблетки пачка за пачкой.
  Цивилизованной женщиной казалась, а так - баба бабой. От таблеток ее стало разносить во все стороны. Платон все локти искусал, что нож свой уникальный закинул в яму. На ноже уже завод вырастал. Стены были видны. А для переработки руды оборудование завозили.
  Ему мучительно захотелось уехать. Знал он за собой такую особенность. Он почти врос в новую почву, да зашатался от своих желаний. Платон взял заработанные деньги - свои и Флоры, документы, в которые была вписана она. Он сел на проезжающий поезд и был таков.
  На вокзале Платон зашел в парикмахерскую, навел лоск, удивился, что так изменился за короткое время, и поехал навестить Ларису и Женьку. Приоделся он в магазине в новую одежду, старую в нем оставил. Из-за дерева посмотрел он на свой дом, подъезд, вздохнул и вошел в подъезд.
  Лариса открыла дверь. Несмотря на новое лицо, она мужа узнала, но сказала:
  - О, кто к нам пожаловал! Какими судьбами?
  В прихожую выскочил Женька:
  - Привет! Маме работу принес?
  - А что, все маме работу домой приносят? Можно я зайду?
  - Заходи, мне на компьютере сменить игру надо.
  Когда Женька уснул, Лариса спросила:
  - Платон, и долго ты так будешь жить - с чужим лицом и именем?
  - Всю жизнь, а что, узнала?
  - Со спины узнала в последний раз, когда тебя видела. Много еще чего натворил?
  - Хватает.
  - К матери пойдешь?
  - Не знаю, но посмотреть на нее надо.
  - Куда поедешь?
  - Наездился, не знаю, чего хочу. Покоя хочу, а покоя нет.
  - Ситуация у нас не дай боже. И все из-за подгузников хорошего качества. В чем проблема? В диком ужасе последствий. Если в прошлом детей сажали на горшок в три месяца и не держали их в мокрых марлевых подгузниках, то с детьми времен импортных подгузников все не так. Да, ребенка высаживают на горшок, но привычка справлять нужду в импортные подгузники до полутора лет оставляет страшные последствия. Ему в школу идти, а он то и дело какает некую дозу кала в штаны и лишь спустя время идет в туалет. Иногда, точнее после очередных наставлений, он пару раз сбегает в туалет вовремя, но потом все повторяется. Кто виновен? С ума бы не сойти, ища виновного в дышащих подгузниках. Тут в гости пригласили. И что вижу: ребенка после сна на горшок не высаживают, а дают ему сходить в лучшие в мире подгузники, хотя видно, что его можно высадить на горшок, стоящий рядом с ним, - проговорила Лариса.
  - Преувеличиваешь, - возразил Платон.
  - Кто бы говорил. Мужчин так много на телеэкране, играющих положительных мужчин. Где бы их в жизни найти? Есть мужчины, которые знают, что за любовь надо отвечать, но основная масса мужчин и не догадывается, что после качественной любви с порванными предохранителями дети появляются. Мужчина после любви чаще всего в женщине не нуждается. У него передышка по накоплению очередной партии оплодотворяющей жидкости. А тут ему звонит женщина и говорит, что увидела на узкой бумажке пару полосок. Мужчина отвечает, что он к детям не готов. Вот он, момент проверки женщины на прочность! Что делать? Подумать, пересмотреть ситуацию со всех сторон. Любые советы покажутся неверными. И при этом женщина должна понимать, что главное в жизни - ее жизнь, - высказала свое мнение она.
  - Спать пора от твоих слов.
  Ночью к ним постучали, это пришел детектив Мусин и сопровождающие его милиционеры.
  - Привет, Платон! - сказал Мусин.
  - А как вы обо мне узнали?
  - Секрет, но тебе он уже не поможет. Могу сказать, что на входе в город на вокзале стоят турникеты, они отслеживают отпечатки пальцев приезжающих в город людей. Вчера на турникете твои отпечатки появились, нам поступил сигнал о твоем прибытии. Ты - наш заказ, вот мы и приехали сюда. Долго ты нас за нос водил. С Ларисой и с сыном попрощался? Тогда пойдем. Два убийства - это больше, чем одно.
  Лариса посмотрела им вслед и ничего не сказала, затем подошла к окну и посмотрела вниз: в свете фонаря два милиционера лежали на земле с ножами в спине. Платон убегал. За ним мчался детектив Мусин. Лариса прикусила нижнюю губу, посмотрела в спину Мусину - он подвернул ногу и упал. Платон убежал.
  А любовь? Иногда от нее надо качественно отдохнуть, и Лариса отдыхала. Лариса отдыхала от любви, ее муж Платон убежал. Его не нашли. Женька рос и рос. Она работала и работала. А мужчины как сквозь землю провалились, вернее, чтобы не провалиться в землю, к ней вновь не подходили. Лариса от любви основательно отдохнула, такое аморфное состояние ей стало надоедать. Не вешаться же самой на первого встречного!
  Она вспомнила Платона, Самсона, Степана Степановича. А дальше что? Степана Степановича она побаивалась, не для нее он был создан, ей бы красивее мужчину.
  Мысли Ларисы колечком улеглись, с памятью о Платоне и она сама в кресле колечком сложилась. Сын играл на компьютере, на нее внимания не обращал. Такая тоска разлилась по организму Ларисы, хоть волком вой. Захотелось ей любви, любой, хоть плохой, хоть хорошей, но только не этой отчаянной пустоты!
  Или это интуиция в Ларисе проснулась?
  
  В дверь позвонили. На пороге стоял дядя Сидор.
  - Дядя Сидор, ты ведь уехал!
  - Я вернулся. Дома идут военные учения нескольких стран. А я умудрился уехать до их начала, буквально за день, узнал данные разведки - и я здесь, цел и невредим.
  - А я сижу, о тебе вспоминаю.
  - И я о тебе постоянно думал, жалел, что вообще туда второй раз поехал, на одни грабли наступил два раза. А как Платон поживает? Где он? Кого мне бояться? Жилет надевать?
  - Платон в бегах, теперь ему сюда нельзя возвращаться.
  - Лариса, давай сменим квартиру, чтобы он не нашел нас.
  - Он найдет, хотя это вариант. Здесь мне трудно стало жить. У тебя есть деньги?
  - Успел. Я успел деньги сюда переслать. Есть вариант проще, можно снять квартиру, а эту сдать. Мы проверим наши отношения.
  - Второй вариант мне больше нравится. Давай снимем квартиру на троих!
  
  Они сняли двухкомнатную квартиру, на первый взгляд в ней все было современное и ничего лишнего. В маленькой комнате поселили Женю, себе они купили две кровати и поставили их рядом: вроде вместе, вроде врозь. Кухня была достаточно большой, в нее вошел диванчик и телевизор для тех, кто спать не хотел. Заплатили они за год вперед.
  Маленький рай. Первая неделя была наполнена эмоциональной любовью, потом эмоции улеглись, страсти поутихли. Лариса готова была перейти спать на кухню, поскольку вторую неделю любви она уже с трудом выдерживала.
  Женька ныл и просился домой. Выдержали они втроем месяц совместной жизни, и Лариса вернулась с сыном в свою квартиру. Больше любовь ей была не нужна.
  
  Прохладное утро не радовало прогулочной погодой. Темные облака отпугивали мысли о прогулке. Дядя Сидор поежился, встал, посмотрел в окно: кусочек неба солнечного дня не обещал. Он прошел по квартире, к которой еще не успел привыкнуть, посмотрел на вырезанных из дерева зверей и подумал, что напрасно он купил эту мебель.
  Звери вызывали смутные чувства в его душе, тревожили ее. Видимо, поэтому такую мебель никогда не выпускали в промышленных вариантах, а он купил. Ему казалось, что все звери смотрят на него и просят кушать, открывают голодные рты, скалят зубы.
  Он тряхнул головой, чтобы сбросить эту чертовщину, но звери оставались на своих местах, они сидели на шкафах, комоде, на спинках стульев, они лепились по периметру стола. Он стал всматриваться в вырезанных из дерева зверей, под его взглядом они становились все реальнее и даже агрессивнее.
  'Что же я такое купил? - подумал дядя Сидор. - Надо бы продать этот антиквариат чистой воды куда подальше или вывезти его на дачу, туда, где стояла янтарная мебель. Надо же было в эту мебель вложить деньги! Сразу отдал их, а теперь и к женщине пойти не с чем, и еще местный бизнес не развернул. Вот с этого бы и начинал, а то его звери замучили'.
  Ситуация складывалась не для прогулок на пластмассовом велосипеде с ручкой для взрослых. Надо было найти человека для общения, и дядя Сидор решил поехать к Виктору Сидоровичу, пока он еще жил на даче.
  Новая машина довезла его до дачи, за забором слышны были крики и женские ругательства. Он подошел к камере внешнего наблюдения, нажал на кнопки, ворота разошлись в стороны по рельсам. Он на машине въехал на территорию дачи. У фонтана стояли Полина и Инна.
  Мать посмотрела на выходящего из машины мужчину и спросила:
  - Сидор Сидорович, завтракать будете? Я через десять минут принесу завтрак в холл второго этажа, там любит обедать Виктор Сидорович.
  - Хорошо, - сказал он, закрывая машину маленьким пультом управления.
  Братья вновь сели за стол переговоров. Вопрос шел об антикварной мебели.
  - Виктор, мне надо избавиться от антиквариата в моем доме! Насколько это возможно без потери денег?
  - Сидор, зачем ты купил эту мебель, спрашивать у тебя бесполезно. Купил - значит, хотелось. Продать дорого трудно, один комплект мебели мы на юг отправили. Тоня звонила, она говорит, что народ боится в этих дорогих апартаментах всякой чепухи, чертовщины и прочего. Первой жительницей этих дорогих комнат была некая жемчужная дама, так она заплатила за трое суток, а прожила в них минут двадцать, если не меньше. Сама Тоня ничего странного в мебели не находит. Я к чему говорю: она второй комплект не купит.
  - Круто, ничего себе! А я вчера смотрел на зверей да чуть не свихнулся.
  - Я так скажу: эта мебель действует на художественные натуры, которые сами готовы выдумать что угодно. Нужно искать богатых людей без признаков художественности в мыслях. Понял? Ничего ты не понял. Можно мебель продать Ларисе, она возьмет. Она в этом разбирается, но сама дома антиквариат не держит. Она считает, что у старой мебели есть духи.
  - Вот наговорил! Теперь домой не пойду, а останусь на даче. Правда, я пообещал Ларисе погулять с ней и ее ребенком.
  - Не лез бы ты к Ларисе. Не ровен час, Платон явится, худой и полный сюрпризов.
  - Он в меня уже метал нож, но я надел свинцовую майку, нож и отскочил, - объяснил дядя Сидор.
  - А я что говорю? Так зачем ты лезешь к его Ларисе? Муж у нее - парень смекалистый, еще чего выдумает. Отдай мебель в магазин. И зачем ты купил квартиру в ее доме?
  - Достали, опять уеду туда, откуда приехал.
  - Я добрый, разрешаю твою мебель со зверями вернуть в музей этой дачи. Возьму бесплатно, - благородно произнес Виктор Сидорович.
  - Вот, действительно добрый брат! Согласен! Вдруг миражи антиквариата требуют вернуть мебель на место?
  - Это ты хорошо подметил, а если предположить, что душа Самсона ходит по своему музею и мебель ищет, а ее нет?
  - Чего ты меня пугаешь? Получается, что я ограбил душу Самсона? Чушь, а жутко становится. Поставлю я мебель для его души, но тогда получается, что на даче будет жить привидение!
  - Куда деваться? Дача выполнена под мини-замок, а в замках привидения всегда жили. Он сразу, еще при строительстве этого мини-замка, думал о музее! - воскликнул Виктор Сидорович.
  - Уговорил, привезу своих зверей взамен янтарной мебели, сниму свой грех перед душой Самсона, - произнес важно дядя Сидор.
  Мебель с вырезанными из дерева зверями неплохо вписалась в комнаты, предназначенные для янтарного гарнитура, словно бы она там всегда стояла.
  
  Лариса сидела и думала: что делать дальше? Для комплекта мебели известному хоккеисту она использовала неприкосновенный запас мистики. Родион вернулся из командировки влюбленным котом без мистических предметов. От Платона информация не поступала. У Степана Степановича был почти готов очередной комплект, а у нее за душой было пусто.
  Кстати, о душах. А где эти души водятся? В бездне. Правильно, но туда нельзя. Мистика должна быть живой. Тогда где могут быть предметы старины на поверхности Земли? Если с юга Родион приехал пустой и влюбленный, то надо послать его на север, где людей ходит мало, где что-нибудь залежалось на чердаках старых домов.
  Родион, услышав новое задание, пришел в отчаянье, ему так нужна Полина, а ему говорят: 'Брысь на север. Ищи ветра в поле трехсотлетней выдержки'.
  А что делать? Надо ехать, хоть щепу привезти, главное, чтобы натурально древнюю.
  Стал он изучать историю северных городов, да запутался и вновь позвонил Ларисе:
  - Лариса, помоги! Скажи, где у нас на севере города, которым более трехсот лет, чтобы от них можно было нащипать мистики?
  - И это правильный вопрос. Родион, кстати, где твой друг Платон?
  - Ты чего? У тебя крыша поехала? Хотя, знаешь, ко мне приходил один мужик, говорил явную глупость, на лицо чужой, а по спине Платон.
  - Так и я видела этого мужика, а потом он исчез!
  - Вот это да! Он что, медаль? С одной стороны - неизвестный, а с другой - Платон!
  - Ладно, а ты знаешь, как его найти? - спросила Лариса.
  - Представления не имею. Лучше найди северный город и скажи, как туда проехать и что там искать.
  - Начни с древнего Новгорода. На городище постоянно идут раскопки, не найдешь предмет обихода, так от стены древних домов всегда можно отщипнуть лучину: не от тех, что снаружи, они каменные, а от тех, что в земле зарыты. Храмы там тоже каменные, но в них есть деревянные предметы не первой исторической важности.
  Поехал Родион в северный древний Новгород то ли покорять, то ли ущемлять, это уж как получится. Город как город, а ворота у одного храма такие огромные да кованые. Колокола гигантские и все на месте, еще и звонят.
  Но такие большие предметы оказывают мистическое влияние на огромное число людей. Вон, сколько автобусов со всего мира в город приезжает! А сколько среди них зарубежных туристов? Почти половина. И все они ходят по городу в поисках древности, визуальной или карманной.
  Попал Родион на одну экскурсию за город, он думал, что там древность есть, а там был выстроен деревянный город, стилизованный под старые дома, а бревна новехонькие, и отщипнуть нечего. Внутри домов была собрана утварь, но тоже видно, что она новая.
  Горько стало Родиону, опять задание не выполнил, решил опят поискать в ближнем лесу. Пошел Родион в лес. В лесу старушку встретил, махонькую, сухонькую, с курносым носом, с седыми волосами, заплетенными в тоненькие косички и вокруг головы напутанные. В руках она несла корзину с грибами.
  От корзинки Родион глаз оторвать не мог.
  - Бабуля, сколько лет твоей корзинке?
  - Родимый ты мой, если бы знала, так сказала, она мне от бабки досталась, много у меня других корзинок было, да все состарились, а этой - хоть бы что!
  - Продай корзинку, я тебе заплачу, сотню новых корзин купишь, еще внукам останется.
  - Так, почитай, жалко ее.
  - Слушай, бабуля, твои внуки грибы собирают в лесу?
  - Ты что, касатик, они в городе каменном живут, шампиньоны в магазинах покупают.
  - А я о чем! Продай корзинку, бабуля!
  - Так я тебе новую корзинку продам, зачем тебе это старье!
  - Мне эта корзина нужна! Меня за ней послали. Хожу я тут по лесам, ищу тебя.
  - Правда меня ищешь? - лукаво спросила старушка.
  - Тебя ищу, с корзинкой.
  - Фу ты, как привязался! Был бы ты крещенный - никогда не стал бы из рук корзинку выпрашивать.
  - Сколько хочешь денег за свою корзинку? Ведь я мог бы у тебя из рук ее вырвать, но я с тобой переговоры веду, можно сказать, на государственном уровне!
  - Вот треклятый, почини мне забор да крышу, тогда отдам тебе корзину.
  - Ты, бабуля, не промах, идем, покажи свою хибару.
  Бабуля повернула в другую сторону. Покрутила его вокруг елей да сосен, он вообще потерял ориентир, откуда пришел и куда идет. Пришли они к избушке, старой, не в пример музейным. Треть избы занимала огромная печь.
  - Бабуля, зачем тебе печь такая огромная?
  - Ты чего, сизый мой, так я в ней моюсь, после того как хлеб испеку, я на ней и сплю.
  - Ох, тяжело ты, бабушка, живешь!
  - А куда легче! У меня все есть!
  - Где продукты берешь?
  - Мне много надо? Колбасы я ваши не ем. Грибков насобираю, муку мне привозят. Так и подумай, зачем мне твои деньги?
  - Вот попал! Неужели тебе ничего не надо?
  - Надо. Дровишки завсегда мне нужны, люблю я тепло.
  - Где дрова взять?
  - Ты чего, родимый, больной? Гляди, лесу-то сколько! Неужели мне на дрова не хватит!
  - Может тебе пилу 'Дружба' купить?
  - Так я с малолетства топором дрова рубила.
  - Ладно. Показывай забор и крышу.
  Через три дня, поработав топором, Родион получил корзину и свободу. Старушка денег у него взяла совсем немного и столько, сколько считала нужным. Он купил жесткую сумку, упаковал в нее корзину, чтобы не сломалась, и домой поехал.
  Лариса, увидев корзину, всплеснула по-стариковски руками:
  - Молодец, Родион! Чудо! Это настоящее чудо! Свет выключи.
  Родион выключил свет, закрыл окна. Корзина светилась матовым блеском.
  - Настоящая! Проси что хочешь!
  - Ладно, я ушел, мне завтра на работу к Степану Степановичу выходить.
  - Отлично.
  Серое облако судьбы, выплывающее из темного скопления облаков, медленно поглощало тех, кто пытался Ларисе навредить. Они все исчезали, уезжали, одним словом, ей больше не мешали. Она сидела на личном антикварном стуле рядом с малышом, сидящим в высоком стуле для малышей, и кормила его из ложечки. Он ел, открывая живописно свой ротик, немного вымазывался растворимой кашей, но ел.
  Жизнь продолжалась без Самсона, без Платона, они оба ушли в прошлое. Лариса не жаловалась, просто некому было жаловаться, не у кого было что-либо просить. Она кормила ребенка и думала о том, где находится белое облако судьбы, которое принесет в ее дом помощника. Кто бы сомневался, что в дверь позвонят! Естественно, позвонил в дверь дядя Сидор.
  Она вытерла рот малышу, взяла его на руки, открыла дверь.
  - Привет, соседка! Гостей не ждешь?
  - Всегда жду! С ребенком играть будете? Других развлечений у меня не предвидится.
  - А как с ним играть?
  - Ему скоро спать. Прочитайте маленькому книжку, он уснет от монотонных и умных звуков.
  - Давай, мамочка, книжку, я почитаю, если не разучился. Я на детском языке давно не читал.
  Дядя Сидор стал читать детскую книжку с непонятным привкусом, язык шевелился у него с лишними звуками, но ребенку понравилось. Он пытался проговаривать отдельные звуки, маленькие слова, и до Ларисы доносился дуэт двух иностранцев. Она вымыла посуду, приготовила чай для взрослых, сделала бутерброды. Ребенок, довольный новым чтецом, уснул.
  А мужчина, довольный, что справился с заданием, пришел на кухню.
  - Задание выполнил, что дальше, хозяюшка?
  - Садитесь, ешьте, пейте, - быстро проговорила Лариса и сама села за кухонный стол, оставив более удобное место для гостя.
  Он взял теплый бутерброд, горячий чай с лимоном и вдруг улыбнулся всеми своими зубами:
  - Лариса, мне нравится быть с тобой! Тихо и уютно, и словно ничего больше и не надо.
  - А больше мне и предложить Вам нечего! От Платона нет известий. Инесса Евгеньевна ко мне практически не приходит, один раз позвонила, и все. Родственников в этом городе у меня нет.
  - А как жить будешь? Одна, с ребенком?
  - Живу и дальше проживу.
  - Нет, это все неправильно, завтра возьмем мальчику велосипед с ручкой и пойдем гулять. Вдруг чего надумаем? А сейчас спасибо за чай. Я, пожалуй, пойду домой, - сказал дядя Сидор и словно белое облако растаял в тумане вечера.
  Лариса еще раз убрала со стола с блуждающей улыбкой на губах, без мыслей о будущем, ей очень хотелось спать. Она уснула, спал и малыш.
  Дядя Сидор пришел домой, посмотрел на свою большую квартиру с темной великолепной мебелью, роскошной для него одного. Он лег и стал рассматривать зверей, изображенных на всех выступах мебельного гарнитура. В какой-то момент ему показалось, что деревянные звери сбились в стадо и поскакали в его сторону, что было дальше, он не увидел - уснул.
  Лариса подумала о том, что пора бы новую диковинку выдумать на свою голову и на голову покупателя, и вызвала Степана Степановича. Он явился хмурый, страшный, а она ему - премию. Он расплылся в улыбке.
  - Степан Степанович, здорово у нас получилось с мебелью со зверями? Я поняла, что произошло на даче, здесь Виктор был. Новую мебель надо делать!
  - А кого пугать будем?
  - Конкретный вопрос, лучше бы спросил, что делать и из чего? Делай базовый комплект.
  - Чем украсишь?
  - Не знаю, пока не знаю. Знаю! Свободен!
  - Страшная Вы женщина, хотите добыть новую рассаду для мистики?
  - Самой мне не хочется добывать, я ленивая трусиха, кого бы послать добыть то - не знаю что? А, я знаю кого, все, спасибо.
  Лариса основательно задумалась и подумала, что это под силу Платону и Родиону, но Платон уехал и молчит, а это значит, что у него все в порядке.
  Лариса позвонила Родиону:
  - Родион, привет! Зайди за зарплатой, тебе причитается.
  Он нутром почувствовал, что Лариса что-то замышляет, но пришел, взял деньги, посмотрел на директора.
  Она не заставила себя долго ждать и предложила:
  - Есть дело на юге, место уточнишь у Виктора Сидоровича, твоя задача - найти рассаду для мистики для нового комплекта мебели. Родион, дело серьезное, вот тебе деньги на дорогу, адрес уточнишь. Все, - и она отвернулась от него, словно его и не было.
  Он не обиделся, зашуршал новыми деньгами и, довольный жизнью, улыбнулся.
  
  Ларису обрадовал звонок знаменитого хоккеиста, он сказал, что готов купить комплект мистической мебели, она ответила, что мебель готова, как только появится мистическая рассада, останется ее высадить на мебель. Хоккеист издал победный клич.
  Удрученным оставался дядя Сидор, его дела в городе не шли, ему не везло, он не богател, а становился все беднее. Общение с Ларисой его не радовало, поскольку денег она ему не приносила. Он уже был готов продать дачу, хоть и обещал брату Виктору Сидоровичу ее не продавать. Оставалось продать квартиру и уехать домой, где у него дела шли лучше, чем в столице.
  Инесса Евгеньевна жила одна под спудом собственной психологической бездны, которая ей подсказала, что пора бы съездить к Ларисе и осыпать ее и внука деньгами и подарками. Они вновь подружились и вдвоем по очереди гуляли с малышом, которого вскоре взяли в детский сад.
  Лариса окончательно вышла на работу, заменив Инессу Евгеньевну в ретро-бизнесе, и стала набирать удивительную зрелую красоту. Ее мягкие и нежные черты лица, обрамленные каскадом пышных волос, привлекали внимание людей. Но в кои-то веки у нее никого не было.
  Она смотрела на себя в зеркало и не находила ни малейшего изъяна, кроме одного: некому на нее было смотреть. Мужчины ходили по улице, оглядывались на Ларису, но не подходили. На работе она ловила тягучие мужские взгляды, но никто не приглашал ее на романтические свидания. Не подавал признаков жизни и Платон. А дядя Сидор уехал, ни разу не позвонив.
  Лариса расцветала дивным цветком, но никто не пытался ее сорвать. Она ходила на работу, водила ребенка в детский сад. Она приводила в порядок квартиру, себя и ребенка с ощущением, что вокруг нее общественный вакуум бездны. Вероятно, она была слишком хороша! Или ее боялись из-за Платона, слухи тоже имеют ноги. Иногда Ларисе хотелось уехать туда, где ее никто не знает, и начать все сначала.
  После отъезда Эммы Виктор Сидорович погрузился в одиночество, которого он не выносил, поскольку любил тщательный уход за своей персоной. Полина, после того как потеряла на даче сознание, вместе с сознанием потеряла к нему интерес.
  Виктор Сидорович заскучал и, не выдержав одиночества, позвонил Эмме. Она - женщина удивительная, прощать Виктора Сидоровича всегда была готова. Приехала она быстро, да еще завела его рассказом о том, что в поезде ехала с мужчиной удивительной красоты. Он ей ответил, что в поезде все красивые. Она вздохнула и согласилась с выводом своего почти единственного мужчины.
  В знак примирения они решили посетить дачу. Листья желтые кружились, призывая подготовить загородные дома к зиме. Не было больше музея, но дача была! Их дача! Виктор Сидорович заметил, что дачей пользуются без их согласия. Эмма обошла владения, нашла полный беспорядок на кухне, и весьма свежий беспорядок. Им стало немного жутко.
  Какой-то Конек-горбунок пользовался их дачей! Надо было его выследить. Они спрятали автомобиль за домом, взяли из него свои вещи и пошли в холл последнего этажа. Им повезло, через час ворота разошлись по рельсам в разные стороны, во двор въехала великолепная иномарка, из нее вышли яркая, красивая женщина и необыкновенный по своей красоте мужчина. Женщина посмотрела на главное здание дачного ансамбля, махнула головой, села в иномарку и выехала за ворота. Мужчина махнул ей рукой и пошел на кухню. Ворота закрылись.
  Хозяева вышли к гостю.
  - Здравствуйте, вы, вероятно, хозяева этой дачи? - спросил мужчина красивым голосом с небольшой хрипотцой.
  - А Вы кто? - уточнил Виктор Сидорович.
  - Живу здесь, пока никому не мешал.
  - Для бомжа Вы слишком красивы и хорошо одеты.
  - Одели меня для работы.
  - Так Вы еще и работаете? Тогда платите нам за аренду дачи!
  - Договорились. Сколько? Если можно, заплачу не сейчас, а через пару недель.
  - Тогда с процентами.
  - Согласен.
  Виктор Сидорович назвал цену за проживание на даче. Платон согласился.
  Эмма узнала своего попутчика из поезда, но промолчала.
  Супруги уехали.
  Новый комплект мебели получился великолепным. В нем была мощь, красота, витиеватость, томное свечение мистики сквозь великолепную резьбу. Само дерево давило своим качеством, красотой отделки и чем-то далеким, из прошлых веков. Цена у мебельного монстра с мистическим уклоном была соответствующая, но покупателя это не напрягало. Известный хоккеист купил совместное творчество многих людей. Все были довольны, что очередная работа подошла к логическому и финансовому концу.
  Лариса дала определение мистической антикварной мебели знаменитому хоккеисту: 'Мебель, способная вызывать вдохновение, полеты фантазии у тех, кто живет среди нее, возвышающая душу человека до невиданных высот, стимулирующая его к любви...'
  Заслушаться можно. Трудно было после продажи очередного шедевра, Лариса оставалось перед бездной, в которой ничего не было. Ей нужна была изюминка для создания очередного шедевра.
  И надо же было такому случиться, что известный хоккеист купил квартиру у Сидора и именно в нее привез новехонький антиквариат восемнадцатого века!
  Хоккеист закончил свою спортивную карьеру, разъехался с семьей и решил уединиться один в антиквариате. Антикварную мебель привезли в соседний подъезд. Лариса, как идейный создатель мебельного шедевра, глаз не могла оторвать от шкафов.
  Хоккеист заметил красоту женщины и повышенное ее внимание к его мебели, спросил:
  - Хороша мебель?
  - Лучше не бывает.
  - О, это мне один человек посоветовал ее у Вас купить.
  Лариса посмотрела на него с таким удивлением, что его впору было прикрыть ресницами.
  - Почему Вы так удивились?
  - Мне показалось, что я Вас знаю.
  - Так я известный человек, вот, на пенсию вышел.
  Лариса промолчала и повезла санки в парк, думая, что этот незнакомый красавец очень похож на Платона.
  Степан Степанович после того, как Полина и Инна на даче потеряли сознание в антикварной комнате, понял одно: что он их любит! Он так за них испугался после их возвращения с дачи, что пошел на то, на что никогда не шел: он согласился соединить квартиру Полины и свою в единое целое. Но она не согласилась, объяснив свое несогласие тем, что Инна скоро вырастет. Поговорив, они не пришли к одному решению и оставили все как есть.
  Уяснив, что ничего у них в отношениях не меняется, Степан Степанович пошел к Ларисе, но ее он увидел в компании со знаменитым хоккеистом. Судя по всему, с ней у него не могло ничего получиться, и хоккеист занял место Платона или Самсона, кто их разберет?
  На следующий день Степан Степанович пошел в антикварный магазин: а куда еще деваться производителю нового антиквариата? Он застал Ларису с телефонной трубкой у уха, судя по всему, она громко говорила с абонентом из другого города. Похоже, это Родион вешал ей лапшу на уши.
  Лариса, положив трубку, спросила:
  - Степан Степанович, а кто ажур для мебели будет делать?
  - Я не умею.
  - Учись, найди, заставь, тебя что, учить?!
  Мужчина посмотрел на властную женщину и понял, что сегодня не его день.
  
  Инна продолжала войну с матерью, теперь они с подругами ходили друг к другу ночевать, чем вводила мать в иступленный гнев с ревом и криками, с взаимными упреками. Полина перестала ей совсем давать деньги и покупать вещи. Кто кого.
  Паша, напротив, успокоился и, если была возможность, ходил в компьютерный салон. Степан Степанович, проснувшись, решил купить Паше компьютер, а Инне дать деньги на сапоги и шубку.
  На том все временно затихли. Инна перешла на новый уровень раздражения собственной матери. Она ей ныла про купальники, искала полотенце, такое, чтобы не очень детское было, и уходила на пляж. Мать ждала дочь, ждала, та приходила не раньше девяти вечера.
  - Какой пляж в девять вечера?!
  - Что ты на меня кричишь, еще светло! - отвечала с криком дочь и выходила за дверь поговорить с приятелями, которые еще никак не могли разойтись по домам.
  В половине одиннадцатого она заходила домой окончательно и врубала музыку на полную мощность. Реп сквозь сон - ночной кошмар. Мать натягивала на голову одеяло и засыпала, она всегда засыпала в это время. Однажды под утро Полина проснулась от говора, где-то кто-то громко говорил. Она зашла в комнату дочери, та спала, телевизор кричал.
  Под утро любые звуки кажутся более громкими. Мать вышла на кухню. Стиральная машинка горела семью лампочками, в ней лежал мокрый комок чужого покрывала. Она вышла на балкон, там стоял чужой велосипед со спущенными колесами.
  Утро у дочери начиналось не раньше одиннадцати. Она просыпалась от телефонного звонка очередной подружки.
  - Инна, откуда у нас на балконе велосипед? У нас что там, стоянка чужих велосипедов? - спросила Полина.
  - Нет, у моего нового парня два велосипеда, этот он мне дал.
  - У него колесо спущено!
  - Так это я по стеклам проехала, - безвинно ответила дочь. - Мама, ты мне новый купальник купи, этому купальнику второй год пошел, я себе хочу новые шторки.
  - Шторки - это что такое?
  - Купальник на тесемках, он по ним перемещается.
  - Я сегодня сама пойду на пляж, - сказала Полина и ушла на кухню.
  - Мама, ты чего?! Я большая девочка! Еще не хватало, чтобы я с мамой на пляж ходила!
  'Не жаловаться ведь Степану Степановичу по каждой проблеме', - подумала Полина и купила дочери новый купальник. Сама нашла в комоде свой старый купальник, которому было несколько лет, и примерила его. А что делать? Бюджет не выносил двойных расходов. Дочь еще спала, когда мать ушла на пляж.
  
  Под ярким солнцем молодая зелень пищала о своей красоте всеми своими зелеными клеточками листвы. А что делать? Надо себя рекламировать целыми лесами, полянами. Инна, дочь Полины, весь день занималась тем же, то есть рекламировала свою молодость. Молодость рекламировать легко.
  Фото повесила на своей странице - и весь прикол. Люди лезут посмотреть, а кто она такая, Инна, и ничего больше от нее и не требуют. Она и разленилась от собственной молодости. У нее было второе развлечение: она могла три часа подряд с переносной трубкой телефона сидеть на полу, на диване и перемалывать девичьи новости своего района.
  Что за фото она поместила? В свои отроческие годы она надела белые остроносые босоножки на тонких высоких шпильках, с перемычкой в стразах, в капельках стеклянной росы. Новый белый топик в тех же прозрачных каплях на тоненьких лямочках оголял все, кроме нижней части молоденькой груди. Сверху возвышалась пара нежных бугорков, изображающих молодую грудь девушки. Вся она такая. Между майкой и босоножками появлялись либо сильно разорванные джинсы, либо полоска юбки, либо, сами понимаете, махонькие. На фото она в юбке или в джинсах. Она приличная девочка. У нее период увлечения фотографиями. Она фотографирует тремя фотоаппаратами разных версий: и цифровыми, и пленочными. Результат один - везде она либо те, кого она встретила по дороге отрочества.
  Вскоре Инна сдавала экзамены в школе. Для учительницы она купила вишневую розу на длинном стебле, поставила в стеклянную тонкую длинную вазу и опрыскала ее блестками. Роза переливалась под светом лампы. А Инна села с ногами на диван, взяла в руки учебник, ручку, тетрадь и стала готовиться к экзамену. У Инны был поклонник со времен детского сада, они учились в одном классе, но мальчик продвинулся вперед. Нет, не в учебе, его снимают в телесериалах, и он говорит ей, что его скоро покажут по ТВ. Он любил показываться на ее глаза. А у нее другие интересы.
  Раз в неделю она ходила в настоящий институт и изучала информатику.
  В начале учебы занятия ее не радовали, ей просто все было уже знакомо, но понемногу новые знания ее покорили, и на занятия в институт она шла с радостью. Что ее там радовало? Буфет. Рядом находился буфет, в нем гамбургеры продавали, но она скоро поняла, что стала полнеть: между джинсами и блузкой появился жирный животик.
  Пришлось Инне сменить гамбургеры на сок. Она предпочитала небольшие коробки с соком, из которых торчали двойные трубки. Животик жирный исчез, но не сразу. Инна пошла на танцы, занималась ими три раза в неделю, плюс диета - и через месяц жирок исчез.
  Это из-за танцев она собрала свой диван, на котором сидела с ногами и учила уроки. Ей нужен был пол для танцев. Все танцы она многократно повторяла дома. Еще одно у нее обнаружилось увлечение: вслед за певицей, поющей сильным голосом, повторять ее песни. Только появлялись титры фильма 'Не родись красивой' и звучала песня, как Инна врубала телевизор на полную мощность. 'Не смотри, не смотри ты по сторонам, оставайся такой, как есть...' Стены глохли. Основное увлечение Инны - придумывать то, что ей надо купить, и если она сутки ничего не просила, значит, она задумала нечто большое для кошелька взрослых.
  Например, ее мама Полина ездила на рынок за вещами и брала с собой Инну для компании. Такие поездки со временем стали приносить больше вещей Инне, чем ее маме. Мама у нее набрала вес, и с каждой поездкой все меньше рыночных вещей на нее можно было надеть. Зато при виде Инны все продавцы, особенно мужчины, расплывались в улыбках и называли ее всевозможными ласковыми словами и красавицей на всех языках и диалектах. Зимой ей купили белый комплект: белую шубку, белые сапоги, белую шапочку, белую сумку, белые брюки, белый свитер. Весной ей купили розоватый комплект: курточку, сумку, сапоги и еще кучу вещей. И ее мама, наконец, поняла, что рядом с ней, у нее в доме появилась соперница, и не взяла ее в следующую поездку. Так-то. Ничего, Инна нашла другие способы для расходов взрослых.
  А так она смышленая девочка, но лень ей было убирать у себя в комнате, однажды она просто ответила:
  - Я не служанка и не буду убирать в квартире.
  Много десятилетий назад звучала песня: 'Все я в доме приберу, вымою посуду, и воды принести я не позабуду'. Старая песня, сейчас Инна слушала реп и быстро-быстро произносила слова. Еще быстрее бросала неприбранную постель и исчезала с сотовым телефоном на зеленых просторах листвы под ярким весенним солнцем.
  Как-то утром за Инной домой зашла ее подружка. Подружка была на два года старше нее, у нее дома всегда царили чистота и порядок. Девочка была одета в теплые ботинки, теплый вязаный свитер, куртку. Она переступила через порог квартиры Инны, ее глаза расширились при виде подруги, в одних полосках плавок и бюсте открывшей дверь. За спиной Инны царил первозданный беспорядок: одеяло лежало на полу, вещи лежали на диване, книги были разбросаны вперемешку с дисками.
  Сквозь свое сумасбродное утро Инна крикнула:
  - Мама, напиши учительнице записку, что меня летом здесь не будет, а то заставят школу мыть. Я на дачу уеду.
  Ее способности к уборке на самом деле были на низком уровне развития, чего не скажешь о ее умственном развитии - здесь она обгоняла многих.
  После школы, часа в три, раздался у Полины на работе звонок:
  - Мама, я все уроки сделала. Ушла гулять с подругой, скажи, как снизить ей температуру? Я ей дала антибиотик и горошину, а еще что ей дать?
  - Достаточно, - прозвучал ответ.
  Трубка замолкла. Полина продолжила работать. После работы она купила мясо, приготовила его кусками: так Инна его лучше ела. Судя по продуктам в доме, девочка сходила в магазин и купила то, чего ей самой хотелось. В частности, она любила сухой сыр, заплетенный косой.
  Вечер ушел на приготовление ужина, прозябание у телевизора под пледом. В квартире было прохладно, отопление отключено, окна очищены от зимних утеплителей. Что касается Полины, то она могла убрать в квартире раз в неделю, в свои вечные выходные. На неделе ее на это не хватало - иначе не хватит на работу.
  Часам к восьми вечера появилось состояние тревожного ожидания госпожи Инны. Ее не было. Телефон молчал. В двадцать один час, вместе с программой 'Время', взяла Полина в руки сотовый телефон.
  Инна сразу ответила:
  - В девять буду дома.
  - Уже девять.
  Ожидание стало аморфным, потом острым. Наконец она пришла.
  На ней были босоножки на шпильках, куртка нараспашку, ноги сверкали сквозь дыры в джинсах.
  - Мама, я не хочу есть. Я завтра поем.
  Ее фигура значительно похудела за последнее время. Музыка оглушила пространство. Часто для позднего вечера раздавались телефонные звонки: ей звонили. Потом она обратилась к Полине:
  - Мама, вот чего ты мне звонишь? У меня мальчик появился, парень, друг, папа бы обрадовался, а ты переживаешь. Он ровесник.
  Она взяла копченый сыр, заплетенный косой, стала отщипывать кусочки сыра пальцами и совать в рот - это называлось 'ужин'.
  Инна, как и солнце, случайно заглянула в комнату матери, да так и осталась. Она села у принтера печатать цветные рисунки и фотографии. А мать в это время, как домашний меланхолик, убирала квартиру, мыла посуду, гладила и сглаживала углы.
  Инна ходила по квартире в коротких шортах и топиках, как будто она жила на юге. Мать ходила в велюровом халате и меховых тапочках, как будто дома царил собачий холод. Матери при виде бровей дочери захотелось пойти в салон и покрасить свои брови, чтобы они были чернее и гуще. Дочь при виде бледных полосок бровей матери села уменьшать свои черные заросли в верхней части лица.
  Мать равнодушно смотрела в экран телевизора, но, поглядев на дочь, спросила:
  - Инна, ты седые брови выдергиваешь?
  - А они у меня есть? Седые брови? - откликнулась она и посмотрела на улов инструмента, ей удалось сразу выщипать несколько волосков из бровей.
  На телеэкране певец исполнил песню, появилась реклама кофе, на этом Инна переключила программу и стала слушать прогноз погоды. На ближайшие дни прогноз погоды был просто хороший. Она вытянула свои ноги и спокойно посмотрела на экран.
  - А почему ресницы висят? - спросила Инна, глядя в зеркало.
  - А я видела ресницы в два раза больше твоих, - сказала мать, подойдя и посмотрев в ее зеркало. - Ты знаешь, что большие ресницы лицо делают привлекательным?
  - О! - воскликнула Инна, накрасив тщательно ершиком ресницы, которые успела нарастить.
  - Я твое лицо не трогаю, - сказала мать, а потом спросила: - а ты куда собираешься?
  - Хочу очень большие ресницы. Я на свидание иду.
  На стене висели фотографии красивых девушек в одежде из полосок тканей с копьями и перьями на фоне лазурного моря. И вот среди этой красоты Инна не прожила и дня, а теперь она глядела на огромное небо и лес средней полосы на горизонте, с трудом вспоминая море. Теперь она жила дома, как орел на привязи, жаль, что на фоне ее никто не снимался.
  Инна росла нормальной девочкой и смотрела смешные фильмы - и выросла крепкой девушкой. Но однажды она поняла, что вид у нее как у простых девушек. И она похудела. Изящная девушка стала скучной и ленивой. Сил у нее было мало из-за постоянного голодного состояния. Она ничего не хотела делать, никого не любила. У нее появились слова, что замуж он не хочет и детей у нее никогда не будет.
  В страшном ленивом состоянии она худела и огрызалась на все попытки окружающих заставить ее заняться физическими упражнениями. Лень на грани фантастики истощала ее силы, а она только иногда замеряла свою тонкую талию.
  Мама отвезла ее на море, чтобы она хотя бы поплавала среди медуз. Но чуда не произошло: девушка приходила на берег моря, ложилась на белый топчан и смотрела в песок. Потом вставала и уходила лежать в номер. Она не читала книг, практически не ела, позволяя себя один раз в день отвезти в кафе, где сидела и пренебрежительно смотрела на тех, кто ел. Никто не мог заставить ее засмеяться или посмотреть на экран с юмористами.
  Мать всерьез опечалилась. Она отвела кисейную барышню на дискотеку, посадив ее в темный угол. Инна безразлично взирала на танцующую публику. Мать принесла ей коктейль в высоком стакане и ушла домой. Девушка лениво поднесла себя к соломинке и отпила напиток. Шквал музыки обрушился на нее со всех сторон. По веранде скользили зеркальные блики.
  Девушка сидела и пренебрежительно смотрела на прыгающую публику. Крепкие, загорелые молодые ребята и девушки двигались в ритме музыки или сидели за столиками и пили холодные напитки. Через некоторое время пришла мать и увела дочь домой.
  Девушка после такого выхода в свет проспала до полдника, после чего один раз сходила на море. Скука, кромешная скука сопровождала лень девушки. Она не влюблялась, не увлекалась никем и ничем.
  Однажды Инна влетела в комнату, сунула в рот жевательную резинку, но не себе, а матери. Потом освободила мокрые волосы от полотенца, отобрала у нее пульт управления от телевизора на секунду, да так и зависла у музыкальной программы. Мать не обиделась, она закрыла рукой лицо и без обиды жевала жевательную резинку.
  
  Утро было солнечное, с пронзительным небом. Полина постелила сложенное в четыре слоя покрывало, легла по солнцу на живот, опустила голову на руки и задремала. Открыв глаза, она увидела маленького муравья: он ползал у нее перед глазами по траве, росшей на пляжном песке. Она села, усталость и раздражение ушли в землю.
  На пляже у маленькой реки народу с утра было мало. Песок местами порос травой. Постоянные посетители пляжа были покрыты прочным загаром. Она посмотрела на свою белую кожу и встала. Ей нравилось загорать стоя, потому что земля всегда с утра прохладная, зато небо чистое. Она вспомнила свое знакомство со Степаном.
  Пляжный роман длился недолго. Степан Степанович приходил на пляж по утрам, ложился на одно место, стелил темное большое полотенце и лежал неподвижно, не глядя на женщин, не заговаривая с ними. Иногда вставал, плавал и ложился загорать дальше.
  Она, стоя, видела его божественную фигуру, он ей безумно нравился, но подойти к такому красавцу у нее смелости не хватало, она просто созерцала великолепное тело мускулистого мужчины. Он чувствовал ее взгляд, их глаза встречались. Она была крупной девушкой с плоским животом и мощными ногами, да и грудь особыми размерами не отличалась, однако Степану Степановичу она приглянулась с первого взгляда. Было в ней обаяние, внутренне спокойствие.
  Они неделю ходили на пляж, смотрели друг на друга и не разговаривали, через неделю стали здороваться, да дождь пошел, летний, солнечный. На следующий день Степан Степанович пришел с волейбольным мячом. Они поиграли в волейбол вдвоем, мяч летал между их пальцами и практически не падал, но пляж - он и есть пляж. Народ к ним потянулся. Круг желающих играть в волейбол все увеличивался, тем самым отдаляя друг от друга. Она пошла на свое место, легла спиной к солнцу, опустила голову на руки...
  - Полина, привет! - услышала она сквозь дрему, перед ней стоял Степан Степанович, не такой, как много лет назад, но все еще интересный мужчина.
  - Здравствуй, Степан Степанович! - сказала она и поднялась.
  - Где Инна? Я ее вчера здесь видел с подругами и двумя мальчишками.
  - Спит еще, для нее время загара еще не наступило. Позже придет загорать.
  - Как у вас дела с ней? Сильно ссоритесь?
  - Все бывает, а ты как? Один сейчас живешь или с кем?
  - Полина, а тебе до меня дела нет. Ты сама живешь. Самостоятельная.
  Она посмотрела на речку, на осоку на берегу, вздохнула, ей стало скучно. Она постоянно в присутствии Степана Степановича ощущала беспросветную скуку, а почему - объяснить не могла, ей всегда хотелось уйти от него после того, как иногда сама к нему подходила...
  
  Дядя Сидор остался жить в съемной квартире без особой обиды на Ларису. Одному ему больше нравилось жить. Он решил сам сделать генеральную уборку квартиры, залез на табурет, чтобы посмотреть на антресоли. С одной стороны в антресоли лежали книги, журналы. С другой стороны лежали в полиэтиленовых пакетах расписные деревянные ложки. Он развязал один пакет, взял ложки. Его поразила яркость красок и узоры на ложках. Он осмотрел ложки: получалось, что ими играли. Существуют такие ансамбли, где играют на деревянных ложках. Где-то в его памяти отложилось, что Ларису тянет к деревянным предметам старины. Дядя Сидор позвал Ларису к себе.
  Ложки были не очень старые, им было лет тридцать. Она сама залезла на табурет и заглянула вглубь антресоли. Где-то по центру виднелся забавный деревянный предмет. Она достала его. Это оказалось деревянное корыто. Похоже, что здесь жили артисты, а это был их инвентарь. Корыто тоже было разрисовано, как ложки, но смотрелось оно иначе. Корыто слабо светилось.
  - Дядя Сидор, подари мне корыто!
  - А если его искать будут?
  - Будут искать - вернем.
  - Бери.
  Пришлось Ларисе оплатить корыто натурой, а куда денешься?
  Корыто оказалось очень старым. Сверху его покрыли краской, а внутри оно было старое до трухлявости. Лариса смотрела на корыто с затаенной радостью. Любила она старые деревянные предметы.
  - Лариса, а как мы с корытом поступим? На щепки расколотим? - спросил дядя Сидор.
  - Нет, целиком оставим, - ответила Лариса.
  - Это как?
  - Понимаешь, там еще есть ложки, надо сделать кухню под старину с росписью.
  - Разумно, это для подобного любителя деревянного музея в доме - клад.
  Тоня позвонила Ларисе с одной целью - сказать, что янтарный номер стал пользоваться огромной популярностью. В начале его существования номер приносил убытки, но после стал приносить немалый доход.
  Лариса получила импульс счастья от такой прекрасной новости и спросила:
  - Тоня, Вы еще что-то хотите приобрести?
  - С удовольствием, но что-нибудь дешевле, для менее обеспеченных женщин.
  - У нас сейчас готовится национальный комплект мебели из предметов домашнего обихода. Есть музейные образцы, именно они дают эффект мистики.
  - Возьму не глядя, найду, куда поставить. Ведь Вы знаете, какое чудо еще происходит в янтарном номере? Женщины, можно сказать вдовы, в нем во сне видят своих мужей как наяву. А девушкам снятся их суженые или они просто вскоре выходят замуж. У нас такая очередь в этот номер! Спасибо Вам!
  Позвонил Ларисе известный хоккеист и сказал, что не знает, с чем связать свое счастье. Он ушел на пенсию весь в ранах и шрамах, но после жизни в квартире с мистической мебелью все раны затянулись, боли прошли, он чувствует себя здоровым и теперь собирается идти работать тренером, а раньше он об этом и думать не мог.
  Совсем неожиданно позвонил Ларисе специалист по пластической хирургии, он сказал, что ему один пациент за операцию предложил комплект антикварной мебели с вырезанными зверями из дерева, так вот, у него самого произошла растяжка рубцов.
  Он давно страдал образованием рубцовой ткани после операции непластического характера, а теперь у него все нормально. Так он этот комплект мебели поставил в реабилитационный центр, и все больные выздоравливают намного быстрее.
  Хирург назвал Ларисе дачу, на которой купил этот комплект у некого пациента. Эта новость ее просто удивила. Задуматься ей не дали - позвонил экстрасенс и сказал, что после приобретения мебели с деревянными шарами у него усилились свойства распознавать события прошлого и будущего. Клиенты сидят в очереди, а раньше такого не было. Позвонил директор молочного комбината и сказал, что его копченый сыр раскупают по всем регионам, не успевает изготавливать. Целый день она слушала дифирамбы в свой адрес.
  Лариса рассказала свекрови, как Платон метнул два ножа в двух милиционеров, но они выжили. Детектив Мусин подвернул ногу, ползком дополз до них, вытащил ножи, а Лариса вызвала скорую помощь. С одной стороны, куча приятной информации, а с другой - невыносимый Платон!
  Позвонила она Виктору Сидоровичу. Он так обрадовался новости от хирурга, что готов был простить пропажу мебели. Он так устал от невезения, что раскрытие пропажи мебели с дачи принял за счастье.
  Лариса пообещала сделать для него солнечный комплект в подарок. Пообещала она комплект Виктору Сидоровичу в качестве компенсации и решила сделать мебель из модного ясеня, но чем его мистифицировать - она не знала!
  Родион получил задание: найти деревянный предмет прошлого, и обязательно настоящий! Деньги ему нужны были так, что и передать нельзя! Родион, недолго думая, сел на пригородный автобус и поехал до самой дальней деревни, куда не ходят поезда. Вышел он на последнем клочке асфальта, кругом была грязь после дождя, виднелось несколько домов, старая ферма, конюшня.
  Погладив себя по голове за то, что взял с собой высокие резиновые сапоги, Родион переобулся и пошел месить грязь по деревне. Он сразу заметил дальний дом. Постучал, а в ответ тишина. Толкнул дверь. Она открылась. Обошел бедную хибару. В дальнем углу на кровати лежал старик. Он еще дышал.
  - Дед, ты жив?
  - А чего тебе надо здесь?
  - Так, мимо шел и зашел.
  - Откуда меня знаешь?
  - Я тебя не знаю. Есть хочешь, дед?
  - Давай свою еду, ко мне тут заходят, кормят. Мне, чай, восемьдесят седьмой год идет.
  Достал Родион еду, для себя припасенную, и выложил ее перед дедом. Тот обрадовался и стал жевать пищу тремя зубами. Выпил стопочку кагора, разговорился, после второй стал хвастаться. Родион беседу поддерживает да на антиквариат местного производства наталкивает, а сам избу оглядывает. С первого взгляда ничего не нашел. После третьей рюмки дед намекнул, мол, сходил бы Родион за соленым огурчиком, ему самому тяжело спускаться в подпол.
  Родиона упрашивать было не надо, полез он в подпол. Три ступеньки и земляной пол под ногами, в нишах - несколько банок с огурцами. Маленькая деревянная бочка с солеными грибами с плесенью на марле. Две трехлитровые стеклянные банки с брусникой, залитые водой. В фанерных ящиках лежал картофель. Взял Родион банку огурцов и решил уже выходить на свет и свечку тушить, как вдруг его взгляд натолкнулся на крашеный шкафчик. Открыл его, а там пустые стеклянные банки. Ничего больше! Потушил свечку, к деду пошел, а тот уснул, сопит себе после кагора. Стал Родион избу обходить да все дверцы открывать. Потом ставни закрыл, свет потушил и стал ждать чуда! Сам задремал после кагора.
  Сон Родиону приснился: девушка берет его за руку и ведет на чердак. Он проснулся. Темно. Открыл ставни: на улице светло. Посмотрел, как на чердак забраться. Полез. Залез. Свечу зажег. На фанере плесневелые яблоки лежат. В углу сундук стоит. Открыл сундук, в нем оказались тряпки старые из темного сукна. Вытащил все. Некоторые вещи молью подернуты. Брезгливо перебрал все, ничего деревянного в сундуке, кроме самого сундука, не было.
  Родион словно взгляд в спине почувствовал, резко обернулся и увидел свечение. Оно шло снизу вверх. Подошел. Посмотрел на пол чердака. На полу лежала доска с рельефом, раньше такими досками белье гладили - до утюгов с угольками, до чугунных утюгов, которые просто на печь ставили.
  Поднял он гладильную доску, а рядом еще валик лежит, свет излучает. Вспомнил Родион, что раньше гладили двумя этими предметами. Взял валик и доску, стал спускаться с крыши, ступеньки под его тяжестью и обломились. Он полетел кубарем и потерял сознание.
  Очнулся - рядом дед стоит:
  - Так ты вор, стало быть? А я думал, ты человек! Смотри, чего натворил, сказал бы уж, чего ищешь, продал бы тебе.
  Родиону стыдно стало.
  - Дед, я все починю и все расскажу.
  Пришлось Родиону чинить лестницу, забор и все, что дед ему наметил, за работу получил он предметы быта из далекого прошлого.
  Лариса обрадовалась деревянному утюгу, оплатила его, но подумала, что все это уйдет в комплект для Тони. Следующая интересная передача Ларисе попалась о русском модерне в мебельной промышленности конца девятнадцатого века. Отличная мебель, видимо, жил-был великолепный мастер, великолепная резьба по дереву - зря передачу не записала, такие предметы старины! Важна идея, а сделать русский модерн можно всегда, вот если бы его можно было на поток поставить!
  
  Платон появился перед глазами Флоры. Она не удивилась и не обрадовалась, так встретились двое на перекрестки судьбы. Он готов был вновь сесть за бульдозер, но она возражала по той причине, что получила запрос от детектива о местонахождении Платона.
  Флора сказала:
  - Платон, мне все равно, что ты совершил, но уезжай отсюда куда подальше, не надо тебе здесь оставаться! Тайга не все списывает. Деньги на дорогу дам.
  Платон, недолго думая, взял деньги и поехал на юг, там у него документ остался, что он умный и с высшим образованием. Правда, он нож в косяк вогнал на глазах у Лианы, но ведь не в человека, и вдруг там его никто не искал.
  Лиана посмотрела на его новое лицо и сказала:
  - Платон, а ты стал красивее, но это ты!
  - Я! Понимаешь, уехал я от тебя, повредил лицо, пришлось сделать пластическую операцию.
  - Ничего, ты стал еще лучше. А как там Лариса поживает?
  - У нее есть теперь другой мужчина.
  - Да? У нас с ней отношения даже по телефону стали натянутыми.
  - Это неудивительно. Ты мне поможешь восстановиться с новым лицом в техническом колледже? Скажи, что я попал в аварию и был вынужден долго лечиться.
  - Ладно, помогу, а где жить будешь?
  - У вас можно?
  - Не наглей, своему мужу я несколько безразлична, но не настолько, чтобы подселить чужого мужчину в свой дом.
  - А я квартирантом к вам пойду в гостевой домик, где мы жили однажды во время отпуска. Лариса твоему мужу тогда очень понравилась.
  - Да кто ему не нравился! Уговорил. Спрошу у мужа, тем более что он чаще живет по месту работы, чем дома.
  Платон зашел в гостевой домик, на него нахлынули воспоминания, как они здесь жили после того, как купили по дороге янтарные часы. Здесь они провели часть отпуска. Лиана выполнила свое обещание, Платона взяли на работу в технический колледж, его объяснение пластической операции на лице было вполне правдоподобно и являлось вполне уважительной причиной исчезновения во время учебного года.
  Милиция его не искала в соседней стране. Он успокоился, перестал вздрагивать. Муж Лианы его не доставал: самого, на самом деле, дома практически не было. Квартиранты к квартирантам.
  К Лиане с просьбой снять у нее второй этаж основного дома обратилась некая Эльвира, весьма обеспеченная особа. Ее прислала Тоня. Эльвира уже прожила неделю в янтарном номере гостиницы, за это время познакомилась с Абрикосовкой, ей понравился дом Лианы, она навела о нем справки у хозяйки гостиницы.
  Платон увидел Эльвиру из окна своего гостевого домика и готов был сквозь землю провалиться от такого соседства. Больше всего он хотел вернуть свое первое лицо, чтобы его эта дама не узнала! Он встал у зеркала, напряг все мышцы лица и обратился к Богу и к небу. Он водил руками по лицу, ощущал мелкие шрамы, он пытался их разгладить, он пытался повернуть вспять пластическую операцию! Он хотел стать собой!
  Эльвире этот городок рекомендовал сам Виктор Сидорович, ее сосед по даче, и он же рекомендовал посетить гостиницу с янтарным номером. Вот таким образом эта дама появилась во дворе Лианы и перед глазами за стеклом Платона.
  Платон стоял у зеркала, менял прически, лишь бы не быть таким, каким его помнила Эльвира по ночному клубу. Наконец он зачесал волосы на другую сторону. Почти удовлетворенный своим внешним обликом, Платон выглянул в окно сквозь занавеску и отскочил от окна: во двор вошла Лариса с маленьким сыном! Он готов был вылезти через трубу и в качестве черта скатиться с крыши с той стороны дома в пасть к соседнему волкодаву, чей лай мешал ему ночью спать, но он вернулся к окну.
  Лиана направила Ларису в гостевой домик! А куда она еще могла ее направить?
  Лариса, увидев в гостевом домике нервного Платона, не удивилась. Она почти была уверена в том, что он здесь!
  - Привет, Платон! Женя смотри, твой папа нас уже здесь ждет!
  Ребенок подбежал к отцу и быстро оказался у него на руках. Платон с сыном на руках подошел к зеркалу, и ему показалось, что у него прежнее лицо и что лицо сына напоминает его маленькую копию. Совесть от двойного испуга уснула и его не мучила. Иногда Платону снилось, как из его руки вылетает нож и вонзается в спину Самсона, удивительно, но даже во сне у него было ощущение, что он не убил его своим ножом!
  Нет, Платон был почти уверен, что Самсон остался живым! Да, он его ранил, но не убил! Что касается охранника Эльвиры, то тут была борьба, тут была угроза жизни, его личной свободы, здесь его совесть практически спала с самого дня побега от Эльвиры. Платон дернулся всем телом и вновь посмотрел в зеркало, но своего лица он словно не заметил и смотрел только на Женьку, потом он резко отвернулся от зеркала и поставил ребенка на пол.
  - С приездом, Лариса!
  - Спасибо, что заметил, - откликнулась Лариса, наблюдая за его внутренней борьбой, буквально написанной на его лице.
  - Вы надолго приехали?
  - Как получится. А ты надолго здесь, Платон?
  - Я здесь работаю в техническом колледже.
  - Неплохо устроился, нас недельку потерпишь, потом мы уедем.
  - Лариса, давай переедем на эту неделю в другое место, здесь нам втроем будет тесно.
  - Ты что, богатый?
  - Нет, - он вспомнил о деньгах Флоры. - Но на неделю можем снять жилье лучше и ближе к морю, а потом зарплату получу, мне хватит.
  - Согласна, - сказала Лариса.
  Платон посмотрел в окно: Эльвиры во дворе не было. Он сбросил свои немногочисленные вещи в сумку, взял сумку, и они вышли со двора, открыв двери в воротах, не сказав хозяйке ни слова.
  Лиана услышала стук двери, она была почти уверена, что все семейство покинуло ее дом и двор, но с места не сдвинулась. За воротами они вздохнули свободнее, и Лариса поняла, что не хочет уезжать без Платона домой, и в то же время понимала, что детектив Мусин в покое их не оставит. А это было совсем непонятно.
  - Платон, надо снять жилье на длительный период, мы с тобой останемся, - сказала Лариса бодрым голосом.
  - Лариса, не спеши, не смеши, давай неделю проживем, а там видно будет.
  Они сняли номер в новой гостинице, но не янтарный, однако все местные удобства были гарантированы. Одно к одному, они отдохнули, умылись, переоделись и пошли в местное кафе.
  На первом этаже в фойе гостиницы они увидели дядю Сидора! Лариса закусила нижнюю губу от неожиданности, а Платон присвистнул, один Женька обрадовался, он вырвал руку из руки матери и побежал к дяде Сидору.
  - Вот те раз! - воскликнул Платон и повернул назад в номер за своими вещами.
  Лариса пошла за ним. Платон ее резко остановил, покачал головой и почти побежал за своими вещами в номер. Женька уже сидел на коленях дяди Сидора и что-то ему оживленно говорил. Через пару минут мимо них пробежал Платон со своей сумкой, они его не останавливали. Лариса была уверена, что он побежал к Лиане. Дядя Сидор снял янтарный номер, а кто бы в этом сомневался! Оплаченный Платоном номер остался не занятым в первую ночь. Что стало с янтарными часами, которые Лариса приобрела вместе с Платоном, непонятно, но они не полюбили ее в паре с дядей Сидором.
  Возникало ощущение, что янтарные часы оттаскивают ее от него, они не давали ему к ней приблизиться. Мало того, и Женька не мог подойти к нему. Ночью особенно сильно ощущалось поле недовольства в комнате. Комната и весь янтарный номер словно поставил цель выгнать из себя Ларису и Женьку.
  Утром Лариса с сыном пошли в номер, снятый Платоном. Он сидел один в номере и смотрел на дверь. Когда Лариса с Женькой вошли в номер, он вскочил с кресла:
  - Обязательно надо было ночевать в его номере?!
  - Но ты ведь убежал сам!
  - Я вернулся.
  - И мы вернулись. Мир, - сказала Лариса и поцеловала его впервые за длительный период.
  
  А Родион привез эту редкую березу. Лариса проработала внешний вид гарнитура и сказала, что он принадлежал потомкам боярыни Морозовой. Ей поверили. Лариса, посмотрев на полуфабрикаты, вызвала Степана Степановича. Он, похудевший, но счастливый, явился перед ее глазами и вскоре запустил в производство комплект мебели на бывшей своей фирме: в результате каких-то махинаций, в которых сквозило имя Виктора, фирма перестала принадлежать ему, но суд вернул ее Степану Степановичу, когда Лариса приложила к этому руку.
  Селедкин довел новый комплект с головами птиц до изумительного совершенства. Мебель сияла красивой поверхностью, сияли головы птиц на подлокотниках кресел. Все вздохнули, словно последнее время они и не жили на этой земле, а просто существовали без любимого дела.
  'Дурное чувство - одиночество. И зачем Платон запустил нож в Самсона? - думала Лариса. - Теперь сам плутает неизвестно где, неизвестно с каким именем и внешностью'. Со Степаном Степановичем личные отношения Ларисы плавно перешли в служебные отношения: и так бывает между бывшими любовниками. Они отдалялись друг от друга. У нее в последнее время фаворитом был Родион - из-за добычи антикварных предметов.
  Родион, находясь на морском побережье, познакомился с некой Полиной. Молодая женщина выяснила у Родиона, что он невинный как младенец. Она со смехом предложила ему снять на одну ночь самый дорогой номер отеля. Он не стал возражать. Посчитав в уме, он снял номер на сутки. Стоил он!.. Когда Родион увидел знакомый янтарь в узорах шкафа, он понял, что за это отдал целое состояние, и заскулил как раненый зверь.
  Сапожник купил свои сапоги, но Полине об этом он ничего не сказал. А она сказала, что придет к нему на пару часов вечером. Родион в душе весь перевернулся: за два часа отдать столько денег! Снять на сутки! Он взял себя в руки и заказал в номер романтический ужин, за который он бы полмесяца ел!
  Родион побрился, постригся в местной парикмахерской и понял, что утром надо уносить ноги из отеля, пока у него есть деньги на дорогу. Потом он решил, что это будет его дебют в любви, а он стоит денег!
  Полина явилась в девять часов вечера в черно-белом платье, в черно-белых босоножках на шпильках. В руках у нее ничего не было. Волосы у нее были уложены в длинные спиральки и сверху схвачены черно-белой заколкой.
  - Вот это номер! Класс! Хоть посмотрю, за что люди деньги платят!
  Она присела на стул, закинула ногу на ногу, нижняя часть платья упала вниз, верхняя осталась по центру ног, и ноги во всей своей красе предстали перед Родионом.
  - Отлично, мальчик, но мои два часа для тебя обойдутся...
  Родион готов был зажать уши, чтобы не слышать новой денежной цифры, но он ее услышал. В голове появилась мысль: собрать остатки денег, отдать этой всеядной женщине и больше ее никогда не видеть! Но нет, он решил с детством распрощаться сегодня, поэтому достал деньги и отдал Полине.
  Ужин уже стоял на столе в столовой: шампанское в серебряном ведре, второе на тарелках под колпаками, фрукты в многоярусной вазе. Родион Полину уже не хотел, он ничего не хотел, у него отшибло все желания, он не привык много тратить денег, он считал финансовые потери и не смотрел на красивую женщину. Полина открыла окно, выглянула на улицу и стала смотреть на море.
  А у Родиона появилось желание скинуть ее подальше, чтобы никогда больше не видеть это жадное, по его меркам, создание. Любви в его душе не было, а было вселенское негодование от своей непролазной бедности, можно сказать, нищеты, правильно она его определила при знакомстве.
  Он посмотрел на шкаф и улыбнулся шкафу - и... ничего не произошло, шкаф стал богатым, респектабельным и шутить не хотел. Родион посмотрел на часы, но те гордо двигали стрелки и не реагировали на Родиона.
  - Полина, садитесь к столу, - выдавил Родион из себя первую любезность.
  Она села за стол, подняла металлический колпак с тарелки и стала медленно перебирать столовые приборы. Он открыл неумело шампанское, налил его в фужеры. Она пить отказалась:
  - Прости, но я шампанское не пью.
  Он опять на нее рассердился, пока еще мысленно, и залпом выпил свой фужер. Она съела виноградинку и подошла к нему, обхватила его сзади двумя руками. Он сквозь злость не ощущал радость от ее прикосновения и просто ел, жевал. Она поцеловала его в щеку. Он непроизвольно дернулся всем телом.
  - Что ты ко мне пристаешь?! - закричал Родион неожиданно для себя и для нее.
  Она оттолкнула его от себя. Он лег лицом на тарелку. Она вышла из номера, бросив деньги в комнату через свое плечо. Купюры взлетели и упали. Он вздохнул облегченно, собрал деньги, сунул их в карман и решил никогда сюда больше не приезжать. Оставаться в номере ему не хотелось, у него и так был его маленький номер.
  
  Родион вышел на улицу и пошел к морю. Он дошел до скалы и стал смотреть на море. К берегу подплыла обычная шлюпка, в ней сидела обычная девушка с небольшим хвостиком светлых волос. Она затащила шлюпку на песок и подошла к Родиону:
  - Парень, ты чего такой скучный, словно пристукнутый? Смотри: звезды, море, скалы. - И она раскрыла руки всему свету.
  - Девочка, а ты почему вечером и одна? Не страшно?
  - Здесь кто-то есть? Я не вижу! Ты не считаешься. Ты - галлюцинация собственной бездны! Тебя нет!
  - Не обижай! Я вот он, весь здесь. Я - нормальный, можешь потрогать.
  - Правда, что ли? - она коснулась его руки. - Ты смотри, человек! - Она поднялась на цыпочки и поцеловала его в щеку.
  - У вас здесь принято в щеку целовать? Девушки подходят и целуют!
  - Ты такой белый и пушистый, тебя и целуют, как игрушку.
  - Мне много лет. Я взрослый!
  - Да? А по тебе не скажешь!
  Она тряхнула хвостиком и пошла к отелю.
  Он оторвался от скалы и пошел за ней следом. Она остановилась, запрыгала на одной ножке, сказала, что острый камень уколол подошву. Он стал искать острый камень, который уколол ее подошву ног. Она, воспользовавшись моментом, залезла ему на плечи:
  - Если ты взрослый, то вези меня до отеля, у меня там дело есть, - она крепко ухватилась руками за его подбородок.
  - Почему вы, бабы, такие наглые?! - крикнул он. - Как бы мне отсюда скорей уехать!
  - На мне поедешь? - спросила девушка и необыкновенно проворно оказалась лежащей на песке.
  - Я понял: ты из цирка шапито! Лазишь по мне туда-сюда! Лягу рядом и никуда не пойду, чтобы тебя на себе не тащить!
  Он лег на песок и стал смотреть на море. Она легла на него и стала смотреть в небо.
  - Ты ведь не хочешь, чтобы я простудилась, лежа на песке? На тебе теплее.
  От возмущения Родион молчал. Она перевернулась на нем и поцеловала в губы:
  - Вкусный какой! Можно я еще поцелую не в щеку? - И она впилась в его губы своими губами.
  Он осознал, что ему ее наглость нравится, и денег она не просила, он ответил на ее поцелуй неумело, но чувственно.
  - Ты смотри! А ты еще и целуешься! - воскликнула девушка. - Пошутили и пошли.
  - Требую продолжения поцелуев! - крикнул дурашливо Родион.
  - Ты чего? Того? Мне некогда! - И она бегом побежала к боковому входу в гостиницу.
  Он побрел в свой маленький номер. Через десять минут к нему постучали.
  На пороге стояла Полина.
  - Простите, так нехорошо получилось...
  - Ничего, все нормально. - И он закрыл перед ее лицом дверь.
  Через минуту к нему вновь постучали. Он сделал недовольное лицо и распахнул дверь настежь. На пороге стояла девушка с хвостиком.
  - О, я вас нашла! Можно я к вам зайду на минутку? Руки помою и уйду.
  - Хоть вся мойтесь.
  Она пошла в ванную комнату. Шум воды его убаюкал, он прикрыл глаза, лежа на одноместной постели. Он задремал, а проснулся от того, что на нем кто-то переворачивался.
  - Ой, как неудобно на вас спать! - услышал он женский голос.
  Он окончательно проснулся, а светлый хвостик волос гладил его лицо. Она на нем лежала. Он резко дернулся в сторону. Она оказалась рядом с ним. Он лежал на боку и держал ее за талию, чтобы она не упала, потом через себя перекинул ее ближе к стене.
  - Я вам мячик? Что вы меня пасуете? - спросил удивленный голос.
  - Какая же ты наглая!
  - Я не наглая, а бедная.
  До него стало доходить.
  - Циркачка, у меня за сутки оплачен номер, иди за мной. Сможешь в него незаметно проникнуть?
  - Без проблем. Сотрудники гостиницы меня не видят, я им примелькалась. Ты не думай, я не такая, я тут работаю, а проще говоря, я мусор выношу.
  - Ладно, идем.
  Они пришли в номер. Она тут же допила и доела все, что было на столе. Огромная кровать стояла по центру спальни. Он предложил ей лечь на эту кровать, а о себе сказал, что ляжет на диване.
  Она легла на роскошное лежбище и уснула почти мгновенно. Он стоял и смотрел на нее, потом лег на диван, не раскрывая его, и уснул.
  Он проснулся от свежего потока воздуха. Она стояла у раскрытого окна и смотрела на море. Он замерз и медленно потянул на себя одеяло. Она заметила его движение и легла на него сверху.
  Он нисколько не удивился. Уверенный поцелуй скрепил их временный союз. В дверь постучали.
  Раздался голос Полины:
  - Родион, открой дверь, я к тебе пройду. Тебя нет в своем номере, значит, ты здесь.
  - Чего ей тут надо? - зашептала девушка с хвостиком. - Скажи, что ты занят.
  - Я ей просто не отвечу, - прошептал Родион.
  Полина постояла у дверей и ушла.
  - Вот ты какой! По тебе женщины сохнут! - сказала девушка и сбросила одеяло на пол, потом потянула его на лежбище.
  Он пошел за ней на постель. Шарики слабо мерцали на спинках кровати. Он лег. Она стала крутиться вокруг него, как волчок, потом положила свой хвостик волос на его грудь и притихла. Он стал медленно гладить ее руками, зарываясь все глубже под ее одежду.
  - У меня еще никого не было, - прошептала девушка с хвостиком.
  - И у меня никого не было, - прошептал Родион.
  Они были первыми и проснулись в обед. Родиону пора было уезжать домой. Они перешли в маленький номер. Он собрал вещи. Она поцеловала его в щеку на прощание и сказала:
  - Оставь свой адрес, а то ребенок получится, а его отец об этом не узнает.
  Он важно достал свою визитку и отдал девушке. Она выпорхнула из комнаты, потом вернулась и сказала в приоткрытую дверь:
  - Меня Раиса зовут.
  - А меня Родион.
  Она тут же закрыла дверь с той стороны. Он услышал ее шаги по коридору, вскоре они затихли.
  
  Раиса работала на самом плохом месте в гостинице: собирала мусор и выносила его. И именно она после одной ночи в этом номере вышла замуж за столичного парня, у которого она была первой женщиной.
  Парень на ней женился, у них родились мальчик и девочка одновременно. У нее семья была очень бедная, а теперь она живет как принцесса. Эта сказка ходила из уст в уста, и люди стояли в очередь, чтобы хоть сутки пожить в мистическом янтарном интерьере, приносящем такую редкую удачу.
  На самом деле неважные дела складывались у Раисы: она не могла дозвониться до Родиона. Дома его постоянно не было, а работу он сменил. Его визитка морально устарела. Три месяца беременность развивалась в скрытом варианте, потом стала такой, что ничем нельзя было живот спрятать.
  А Родион молчал. Раису дома не то чтобы ругали, а презирали. Хуже было другое: финансовых средств в ее доме хронически не было, деньги ее дом стороной обходили. В гостинице, где Родион жил, она узнала его домашний адрес, на последние деньги купила билет на поезд. Раиса приехала к его дому, чтобы ждать его, пока не появится.
  Родион пришел поздно. На скамейке у его подъезда сидела Раиса с большим животом. Он ее с трудом узнал. Да и она его узнала только потому, что впивалась глазами в каждого мужчину, заходящего в подъезд. Код замка она не знала и в подъезд пройти не могла. Родион привел ее к себе домой. Срок у Раисы был серьезный, а живот такой огромный, что Родион его с первой минуты испугался.
  Раисе было немного плохо после переезда. Она сразу легла на диван. Теперь уже пришлось бегать Родиону и ухаживать за Раисой. Он не отрицал своего участия в образовании этого гигантского живота. После работы он теперь шел домой. Она и не спрашивала его ни о чем. Был - хорошо, нет - тоже хорошо.
  Родион и Раиса были вынуждены расписаться, потому что Раисе требовалось наблюдение врачей, она даже приехала со своей медицинской картой. Родила Рая ближе к лету крупного мальчика Валеру. Весь временный лоск Родиона слетел. Деньги уходили на сына и Раису.
  У Родиона есть сын - для его бывшей дамы этот фактор стал определяющим. Они больше не встречались на личном фронте.
  
  На душу Платона, друга Родиона, давил старый грех. Однажды он пришел к Родиону, а увидел у него в доме Раису с двумя детьми. Платон помнил Раису спокойной молодой девушкой без любовного прошлого. Невзрачная внешне, умная в техническом плане, она была для отдыхающих на море своим парнем. Или казалась для всех такой. Она выросла на самом синем море, где отдыхающие расслабляли молодых местных девочек.
  Раиса не была исключением. Подвижная, живая девчонка влюбилась в приезжего отдыхающего. Роман был непродолжительным, но крайне опасным для школьницы. В 15 лет она попала в материнские проблемы, после диких слез и трех уколов этой участи она избежала. После пережитого она подошла к зеркалу и попыталась сделать из себя некрасивую девушку. Раиса делала все, чтобы мужчинам не нравиться, но при этом заставила себя хорошо учиться, как бы наперекор судьбе.
  После школы Раиса училась в техническом колледже среди парней и не одному не позволила собой увлечься, как будто в ней был противовес всем любовным увлечениям, а летом подрабатывала в гостинице на самой грязной работе.
  Так что Платон был у нее первым, а Родион был последним. Она окончила технический колледж и родила пару детей - и вот встретила своего первого мужчину в доме последнего своего мужчины. Вечером на новенькой отремонтированной кухне сидели два затравленных прошлым человека: Платон и Раиса. Они словно впервые увидели друг друга, да они случайно встретились.
  - Платон, что произошло? Почему ты так со мной поступил?
  - Раиса, я был глупец! Я испугался, что тебе не было 18 лет, и уехал, я боялся, что ты подашь на меня в суд! Я скрывался от себя и от тебя!
  - Ты умный!
  - Ты так думаешь?
  - Я всегда о тебе думала хорошо.
  - Я плохой человек!
  - Не занимайся самоуничтожением, вредно.
  - Не буду, но я чуть тебя и себя не убил! Из-за одной неудачной любви.
  - И почему? Бредишь. Иди спать.
  - Раиса, ты права. А знаешь, ты сегодня очень красивая!
  - В кои-то веки заметил меня! А я давно здесь живу, и до этого училась.
  - Прости, но я тебя в этом городе не видел, конечно, я тебя знаю, но не присматривался к тебе, боялся думать о тебе.
  - Да и я тебя особо не вспоминала.
  - Выпьем за знакомство!
  - Нормально! Давно знакомые, а теперь выпьем за знакомство! Выпьем! - сказала Раиса, достала из холодильника начатую бутылку вина и сняла фужеры с полки. - Чем закусим?
  - Чем бог послал. У меня есть коробка конфет и кусок сыра в дипломате.
  - Годится, а завтра я приготовлю банкет на троих, если не возражаешь.
  - Готовь, если Родион не возмутится.
  Два человека сидели на кухне - пили вино. Родиона не было дома. Платон протянул руку к Раисе, но она свою руку стремительно убрала.
  - Платон, банкет завтра, а сейчас иди спать домой, - сказала она и закрыла дверь за гостем.
  Платон пошел домой спать и уснул, как провалился.
  На следующий день к Раисе опять приехал Платон. На банкете сидели два человека с различной совестью. Платон приехал к Раисе за прощанием, а для большей убедительности он оставил деньги для малышей. Она взяла деньги и поехала в универмаг посмотреть для себя новый магнит для мужчин - в чем он будет выражаться, она еще не осознавала.
  
  Ряд зеркальных прилавков с косметикой притягивал ее, она прошла взглядом по косметике, дошла до последнего прилавка - здесь цены были значительно ниже, чем на первом. Раиса взяла полный комплект косметики для лица, для ногтей, немного успокоилась.
  В большом торговом зале народу было сравнительно немного, народ предпочитал ходить на рынок, но зимним вечером путь есть один - магазин, теплый, освещенный.
  Сумочки, сапожки, костюмчики...
  Раиса осмотрела все, что есть, но одежда была для нее дорогая. Взгляд ее упал на вход в полуподвальный этаж универмага. Она спустилась по новым мраморным ступенькам. Огромный зал необыкновенной красоты сиял перед ее глазами. На дорогих столах стояла дорогая посуда, из пустой посуды ели дорогие, упитанные стулья. Раиса как заколдованная шла внутрь помещения.
  Внушительные широкие кровати притягивали к себе дорогим постельным бельем, цены для нее были запредельные. Она повернулась к выходу. Перед ней стоял упитанный мужчина, небрежно одетый.
  Мужчина усмехнулся, глядя на робкую девушку, и уверенно взял в руки дорогое покрывало. Раиса пошла быстро к выходу, но задержалась у витрины с мочалками, даже они здесь были необыкновенно хорошие и дорогие. Она выбрала зубную щетку по бешеной цене. Мимо нее уверенно прошел упитанный мужчина с двумя хорошо упакованными пакетами. Раиса выписала зубную щетку. В это время у кассы на выходе произошла заминка, прозвучал резкий крик, топот ног.
  Она увидела, что кассир, держась за голову, упала за свой стол за кассой. Мужчина с двумя пакетами убегал по мраморным лестницам. К кассе подбежала продавщица из зала, она нажала на кнопку тревоги. Раисе продавщица сказала, чтобы она не уходила. Мужчина убежал из магазина. Раиса посмотрела на орудие нападения: это была подставка для какого-то экрана. Она и раньше их видела, такие подставки с экраном, стоят в дорогих магазинах, а для чего, она не знала.
  Прибыла группа милиционеров, Раису опросили как свидетельницу, она запомнила того, кто был в штатском и назвался Мусиным. Симпатичный такой мужчина. Его визитка легла в ее ладошку вместе с чеком на зубную щетку. Раиса и детектив Мусин познакомились.
  Мусин всегда работал там, где была работа. Раиса стала его временным партнером. Он по ее описанию составил портрет некоего мужчины, но его не нашли по горячим следам, а та кассирша выздоровела. Мужчина ударил ее вскользь, не смертельно.
  
  Раиса и Родион оказались в квартире, в которой царили заросли травянистых растений. Цветущих растений не было, но все пространство было обвито зеленой листвой.
  - Ничего себе! - вскричал удивленный Родион. - А здесь кровать есть?
  - А надо? - усмехнулась Раиса. - Сюда, кроме меня, никто не приходит.
  - Радует, - усмехнулся Родион, наклоняясь под вездесущей листвой, пытаясь обойти квартиру. Он нашел лежбище одинокой женщины, размеры лежанки были так малы, что Родиону они не подходили ни вдоль, ни поперек.
  - Слушай, как ты на этом спишь? Здесь можно только сидеть! - возмутился Родион.
  - Купи, - смиренно сказала Раиса, уходя в спасательную кухню.
  Родион хотел пройти за женщиной на кухню, но запутался в лианах, опутывающих все пространство под потолком.
  - Раиса, у людей потолки натяжные, а у тебя травяные! Можно я оборву листву? Пройти невозможно!
  Он сел на пол, но неудачно - на полу стоял поддон с маленькими кактусами.
  Дикий рев разнесся по квартире.
  Раиса включила вентилятор, и все скопление растений зашевелилось и задвигалось.
  - Я понял, у тебя растения - твои охранники! - прокричал Родион, снимая джинсы с иголками от мелких кактусов.
  - Прекрасно, что ты понял, можешь идти домой после того, как джинсы наденешь.
  А что останется для Платона? Он пришел к ним в гости.
  - Родион, у тебя талант! Отдай деньги Раисе. Няньку найми да попробуй найти еще что-нибудь такое, сам знаешь что.
  - Мне надо отдохнуть, с сыном посидеть, потом поеду. Привык я к своему карапузику.
  
  Раиса сменила автобусы на воздушные трамваи, которые не могли сойти со своего пути, они практически плыли в воздухе по узким рельсам, выполненные из материала пятого поколения. Раньше такие дороги использовали для подъема в горы, при этом кабина вполне могла зависнуть. Воздушные трамваи имели индивидуальную систему доставки, а не простой мотор для прокрутки полупрозрачных канатов.
  Раиса сидела во втором вагоне трамвая и смотрела на город, проплывающий за окном. Она привыкла к таким полетам, к плавности перемещения, к беззвучной работе двигателей. В данные момент она ехала - летела в магазин, где продавали семгу, форель, креветки и икру от производителя. Дома намечалась славная вечеринка под названием 'Рыбный день или возвращение'.
  Совершенно неожиданно появились два летающих диска и обстреляли канаты, расположенные за трамваем. Раиса только теперь сообразила, почему канаты сделали прозрачными, чтобы их никто не испортил. Она видела, как пули отлетали от препятствия, и чувствовала покачивание трамвая.
  Диски, постреляв, улетели. Покачивание прекратилось. По канатам прошла струя восстанавливающего материала. Раиса не полетела дальше, а вышла из трамвая на первой остановке и услышала оживленные голоса людей. Оказывается, некий парень попытался на руках повисеть на невидимых канатах, а его дружок снимал его на камеру. Парня сняли с канатов.
  Домой она пришла нервная и без рыбных деликатесов. Дело в том, что последнее время она вновь жила со своим бывшим мужчиной Родионом, и в знак примирения хотела купить рыбные деликатесы, но все сорвалось.
  Вскоре воздух квартиры Родиона сотрясала ее ругань, состоящая практически из одного слова. Это универсальное слово, передающееся по наследству в семье Раисы, преследовало Родиона в том случае, если он совершал благое дело.
  Родион совершил страшный поступок: он сделал косметический ремонт помещения за время отсутствия Раисы. Она не оценила его ремонт и выкрикивала это жуткое слово. Куда пойти молодому мужику, если его выгоняют из дома за великолепный ремонт, который он сделал сам? Он лежал пластом, обиженный несправедливыми обвинениями, которые еще доносились из-за закрытой двери кухни.
  Так он и уснул.
  Проснулся Родион ночью в полной тишине, под дверью виднелась полоска света, эта полоска мешала ему уснуть. Состояние обиженного человека требовало реабилитации. Он подумал, что если бы у него в этот момент была капсула с ядом, он бы ее непременно съел. Он закрыл полоску света, и этого оказалось достаточно для продолжения сна.
  Светило солнце.
  Кучерявые, рыжие деревья виднелись со всех сторон. Родион шел мимо травы покрытой изморозью, смотрел на проезжающие автомобили, и совсем не думал о ремонте и наказании за него. Надо было что-то предпринять, но он знал, что выхода у него нет. Ему от нее, то есть от Раисы, не избавиться. Когда-то все было наоборот. Теперь у него ничего нет, все у нее.
  Были непродолжительные промежутки времени, когда Раиса вела себя адекватно и жизнь казалась прекрасной, поскольку готовила она великолепно. Что она терпеть не могла, так это изменения в ее окружающей среде. Он обновил ей кухню!
  Она покрывала его светской бранью.
  Вечером предстояло Родиону вернуться домой, что он и сделал с великой неохотой. Как ни странно, но Раисы дома не оказалось. Квартира была пустой, не было ничего из мебели, одежды, посуды. Голые стены с новыми обоями, которые он наклеил, смотрели на него весьма безобидно. Искать, исчезнувшую даму с мебелью у него не было ни малейшего желания.
  Счастьем казалось ее отсутствие.
  Он вспомнил про антресоль, где хранил спальный мешок, палатку, надувную лодку. Туристическое снаряжение оказалось на месте. Родион почувствовал себя богатым! В рюкзаке лежал котелок, кружка, ложка.
  В кухонных встроенных шкафах осталась крупа, в холодильнике нашлись замерзшие пельмени. Жизнь холостяка вступила в свои права. Как все хорошо окончилось, а он хотел покончить счеты с жизнью! Надо было только немного подождать, сделать паузу в общении ...
  Безоблачной жизнь не бывает. Если нет облаков, то есть жара, холод или еще что-то непредвиденное. Раиса обиделась. Что за ерунду Родион наклеил на стенах?! Какие-то разномастные обои! Ужас! Все знакомые будут потешаться от их вида!
  В гости никого нельзя пригласить, все будут рассматривать художественное творение Родиона. Нет, чтобы купить обои с одним рисунком и необходимое число рулонов и заклеить стены равномерно! Но он так не делал. Он купил три рулона с рисунком, один белый рулон и однотонные обои в цвет рисунка. Потом все это художественно наклеил на стенах.
  Как только она увидела его творчество на стенах, вся ее нервная система тут же вышла из берегов. Раиса от ярости забыла все слова, кроме одного святого: блин.
  Теперь Раиса сидела с телефонной трубкой в руках и жаловалась на жизнь своей приятельнице Ларисе среди обновленных стен. Лариса предложила ей вернуться домой.
  Раисе грузчики помогли вынести мебель, которую она заработала за жизнь с Родионом. Даром она ему готовила? Нет, конечно. Живя с Родионом, Раиса совсем забыла, что у нее дома небольшая квартира. От жадности она прихватила не только мебель, но и посуду, и одежду свою.
  Куда все это деть в небольшой квартире она и не подумала. Всю свою злобу она выложила на голову матери. Иногда она произносила обычные слова, состоящие из набора претензий разного рода. В конечном счете, она отдала посуду на кухню, а мебель пересмотрели, и лишнюю сдали в комиссионку.
  Неназойливо Раиса села на кухне в квартире матери, и практически ее не покидала. Она была твердо уверена, что мать обои на кухне не переклеит.
  Родион лежал в спальном мешке на полу по центру комнаты и осматривал стены.
  Это он на кухне сменил обои, а в комнате еще и не начинал творить. В его голове стали рождаться идеи, которые носили геометрический характер в цветовом исполнении. Он придумывал, как можно художественно оформить стены, пока у него нет никакой мебели.
  Молодой человек забыл обиды, он придумывал, и был счастлив. Найдя решение, он приобрел материалы для продолжения ремонта, который делал по утрам до работы, или по вечерам после работы. Он наслаждался тем, что творил на стенах.
  Ему было хорошо.
  Естественно, что он стал часто бывать в магазине с кратким названием 'Обои'. За прилавком стояла худенькая девушка, которая легко его понимала, и находила те обои, которые он просил.
  Надо ли говорить, что Родион и девушка из магазина 'Обои' встретились у него дома? Она с любопытством рассматривала стены, восхищалась его творчеством. Он был рад общению на любимую тему. Они сидели на спальном мешке, и пили чай из алюминиевых, походных кружек.
  На другой кухне сидела Раиса, смотрела в окно на пролетающие в воздухе воздушные трамваи, и в буквальном смысле тосковала о Родионе. Без него ей было скучно, если честно она успела отвыкнуть от мамы, ее тянуло в его грубоватые, сильные объятия.
  Она физически ощущала его отсутствие, словно земля ушла из-под ее ног, будто она все время летела по воздуху в воздушном трамвайчике, и никак не могла долететь до остановки на башне.
  Бывает однотонное, безликое небо серого оттенка, иногда так тянутся бездонные дни. Вспышки чувств, как свет солнца в сером небе, бывают крайне редко. Родион после того как осуществил свой замысел по изменению цветовой гаммы стен в квартире, загрустил неизвестно о чем, или о ком. Ему вдруг надоели игры с обоями, захотелось съесть что-нибудь вкусное, с пылу - с жару, приготовленное его единственной женщиной.
  - 'Кто может сравниться с Раисой моей', - пропел он неожиданного для самого себя.
  Его призыв закружил вокруг Раисы. Она встрепенулась у плиты, стала готовить, жарить, парить, резать, укладывать еду в герметичную тару.
  Забыв о гордости, она думала только о своем голодном, единственном мужчине. Она взяла в руки кладь с едой, и внезапно опустилась на стул, словно раздумывая о чем-то горестном, потом улыбнулась себе любимой, и вышла из квартиры с едой для любимого человека.
  Родион ждал ее. Он физически ощущал, что его любимая еда сама к нему едет, идет, взлетает в скоростном лифте. Он просто подошел к двери и открыл ее. Точно, его Раиса шла к нему из лифта. Он схватил ее тяжелую сумку, прижался щекой к ее щеке, вдыхая ее запахи косметики и, приготовленной пищи.
  'Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок' был проверен на личном опыте. Любовь после хорошей еды - святое дело, даже естественное. Спальный мешок так и лежал по центру комнаты с великолепными стенами, украшенными по замыслу дизайнера, сытого до последней степени.
  У спального мешка есть хорошее свойство - он не скрепит, он безразмерный, поскольку части тела, не вмещающиеся на его поверхности, спокойно могут касаться пола.
  Раиса подошла к двери, посмотрела в глазок, увидела нечто тощее и невысокое. Открыла дверь. Перед ней стояла худенькая женщина. Надежда даже не удивилась, ведь она только, что вспоминала ее худым словом.
  - Простите, Родион дома? - сказало нежное создание.
  - Леночка, зачем он вам? - сурово спросила Раиса, извергая пламя ненависти из глаз.
  - Я не Леночка, меня зовут Алена, - сказала молодая женщина голосом снегурочки из сказки. - Раиса, так это вы вывезли у Родиона мебель из комнаты, - сказала она храбро.
  - Не пищи, уши режет! - возмутилась Раиса. - И уходи отсюда!
  - Фу! Какая ты злая! Родион на полу спит? Так нельзя поступать с ним! Он хороший, - проговорила жена Родиона, отступая к лифту.
  Из лифта вышел Родион. Увидев Лену, он закричал:
  - Лена, опять сюда ходила? Я тебя предупреждал, чтобы ноги твоей не было у порога. Я следил за тобой, - проговорил он гневно.
  Раиса, увидев, что опасность в лице соперницы миновала. Она захлопнула дверь квартиры. Оставшись наедине с Родионом, она почувствовала угрызения совести. Мебель надо было возвращать, но возвращать было нечего, она прочно встала на другие свои места. Ничего не оставалось, как купить нечто новое. Раиса прошла по квартире, мельком взглянув на цветовую гамму помещений, и полетела на любимом воздушном трамвайчике в магазин с кратким названием 'Уют'.
  Кто бы удивился, но она не выразила удивления, обнаружив в качестве продавца мебели молодого человека Лены. На нем висела табличка с именем 'Родион'. В голове у Надежды всплыло в памяти, что она правильно назвала Лену Леночкой - одиночкой.
  Есть у нее чутье на такие вещи. Купила Раиса новую мебель, посмотрев на образцы в магазине. Пока она ехала домой, к ней со всех сторон от производителя везли мебель. Прибыли они к дому практически одновременно. Родион проснулся от шума. Рабочие в униформе вносили в дом новую мебель.
  
  Лариса, забросив через плечо сумку, шла по снежным ручьям, боясь вступить в рыхлые сугробы. Она упрямо приближалась к спортивному комплексу через лес вместо того, чтобы идти по сухому асфальту. Дело в том, что сухой асфальт охраняла вечная стая бродячих собак, живущих под боком двухэтажного кирпичного гаража. Она писала городским властям об этой стае собак, но власти по этой дороге проезжают на машинах и бродячие собаки их не пугают. В спортивном комплексе Ларису знали, но ей это не мешало.
  Ее поражали женщины в сауне, их поведение было непредсказуемо: то они скромные, то откровенно голые, да еще смазанные кремами. Это зрелище не для всех, и порой лучше от них отвернуть глаза в сторону камней, подогреваемых неизвестно чем, но до такой степени, что золотые и серебряные цепочки впивались раскаленной болью в тело. И тут начинался концерт: дамочки пытались сбросить с себя раскаленное золото, а потом они пытались его найти. Для этого отрывали доски скамеек и совали руки в темноту, чтобы найти под скамейками потерянное золото и серебро.
  Несколько занятий Лариса занималась на аэробике в воде. Это для моржих, которые по шею сидят в воде с поясами и выполняют приказы мужчины, который показывает им упражнения на суше. Надо сказать, делает он это весьма сексуально, одетый в трусики, майку и платок на голове. Женщины всех возрастов просто околевают в воде от счастья видеть его упражнения, пытаясь воспроизвести их в воде. Лариса занималась до тех пор, пока не замерзла окончательно; она посмотрела на мурашки на коже соседней женщины и вышла из бассейна.
  Можно пойти в тренажерный зал со старыми тренажерами, зато здесь никто не командует и можно делать, что хочешь. Недалеко от Ларисы мужчина с накачанными икрами ног надевал на себя широкий пояс, потом подвесил на него блин для штанги и, утяжеленный, стал подтягиваться. У Ларисы мелькнула мысль, что он способен поднять на руки женщину более тяжелую, чем он сам. Именно такая наглая баба в креме находится в сауне, с торчащими сосками. Вот где можно людей знакомить! Но Лариса занята делом, она безмолвно одолевает тренажер за тренажером.
  
  Со всех сторон на Раису свалилась работа, даже написать пару слов некогда. Итак, ее Родион купил себе новый велосипед. А у Раисы было чувство, что у него появились новые романтические отношения. Но с кем? Ей пришлось сопоставить факты общей биографии и еще неких моментов, которые словно специально происходили рядом с ней.
  Итак, мимо Раисы позавчера прошла стройная женщина, и она почувствовала колючие флюиды соперницы, а ведь еще совсем недавно она остановилась бы рядом и поговорила. Раису словно кольнуло - это она. Родион с этой стройной женщиной некогда работал. Но флюидные колючки еще не могли быть доказательством.
  Вчера Раиса подошла к своему дому и подошла к соседкам, которые сидели на лавочке. Она встала рядом с ними, так ей был виден вход в подъезд, где жила стройная женщина. Не прошло и двадцати минут, как на велосипеде подъехала эта самая стройная женщина.
  Какие еще нужны доказательства? Ведь Родион устроился на работу, которая находится рядом с работой этой стройной женщины. Их велосипеды теперь стоят рядом на одной велосипедной стоянке.
  Раиса поделилась с соседками своими мыслями. Очень грустная и худая женщина, сидевшая на лавочке справа, вдруг расцвела и сказала:
  - Раиса, а ведь ты ревнуешь Родиона к этой женщине! Она тебя моложе!
  - Нет, я не ревную, просто провела анализ событий. Я вам это сказала не для мужа стройной женщины, а так, свои мысли. У них отношения велосипедные.
  У грустной и худой женщины своя история. Она была пышной и веселой женщиной. Но лет пять назад она внезапно похудела так, что соседки боялись к ней подходить. Пока все не поняли, что у нее диабет и что она пунктуально выполняет все назначения врача. Странно, рядом с ней часто сидят на лавочке пухлые бабушки, которые из-за диабета только еще больше прибавили в весе. Раиса бабушек уважает, она всегда узнает, как их дела и здоровье, и заодно наблюдает за обстановкой во дворе дома.
  Вот кустарник расцвел белыми цветами, земля разрыхлена, все цветы на газоне ухоженные - это дело рук костяной женщины. У нее одна кость в ноге металлическая. Люди в таких случаях дома сидят-лежат, а она походила с костылем, а теперь опять за цветником ухаживает на общественных началах.
  
  

Подвесной мост

  
  Лариса открыла почту в паутине и прочитала письмо от Платона, слова в них были еще те. 'Ты меня не заслужила!' - повторяла она вновь и вновь его слова из письма. Платон написал такие суровые слова! Лариса глубоко вздохнула и нажала на педаль автомобиля, подаренного ей хозяином кафе. Машина рванула с места в карьер.
  'Именно в карьер', - повторила она мысленно, останавливаясь у старого карьера и выходя из машины. Она недоуменно осмотрела окрестности. Людей нигде не было видно. Зеленая тоска охватывала Ларису волнами, которые накатывались на нее приступами тяжелейшего состояния обреченности. Она вздрогнула, посмотрела под ноги и отшатнулась от края карьера. 'Обрыв не для меня, - вдруг подумала она, распрямившись, точно пружина. - Обрыв для него'.
  Гравий шуршал под ногами. Ларису потащило к пропасти. Почва из-под ног уходила. Ей отчаянно захотелось жить. 'Жить хочу!' - кричала душа, но ее никто не слышал. Она упала и замерла. Движение гравия прекратилось. Появилась слабая надежда на спасение. Она глазами искала любой выступ, чтобы зацепиться, чтобы не съехать в этот самый карьер.
  'Ты меня не заслужила!' - всплыло в памяти. Пусть не заслужила, жила бы себе да жила. Она стала ползти медленно, как будто кто подсказывал телодвижения. Гравий колол тело. Пальцы болели. Она боялась ошибиться и упасть в пропасть, пусть не очень глубокую, но колкую и безвыходную, как сама ситуация.
  Машина стояла в стороне от гравия, на застывшем куске бетона, и манила своим уютом. Гравий перестал сыпаться. Руки почувствовали старый бетон. Лариса встала на колени, потом поднялась на ноги. Она посмотрела на свой ободранный облик, села в машину, взяла распечатанное на принтере письмо.
  'Чтобы приехала в среду ко мне! Мне еще нужно найти тебе замену! Вот и сиди одна до гробовой доски, а ко мне не лезь! Ты меня вообще не заслужила! Не тормози меня!' - писал Родион. Лариса перечитала два раза все слова и усмехнулась.
  На письме появилась кровь из пораненных о гравий пальцев. Обида прошла. В сердце появилась пустота безразличия, а рваная одежда успокаивала. Она выжила, а это главнее слов. Она пройдет этот ад одиночества. Она слегка отъехала назад на машине, потом развернулась и остановилась.
  Перед машиной стоял молодой человек в куртке цвета песка, со старым рюкзаком на плече и в высоких резиновых сапогах. Он измученно улыбался. Ларисе стало страшно, но она произнесла фразу: 'Двум смертям не бывать, а одной не миновать', - после этих слов она открыла дверь незнакомцу.
  Мужчина положил осторожно рюкзак на заднее сиденье и потом сел рядом с ней. От него несло запахом костра, пота, грязной одежды. 'Да, машину пора помыть, а то только такие грязные мужики и просят подвезти', - подумала она.
  - Мне до города, - заговорил молодой человек, - сколько возьмете?
  - Жизнь, - мрачно выпалила Лариса.
  - Не смешно. Почему так дорого? Тогда я пешком дойду.
  - У меня шутка такая. Довезу. Вы бедный, буду Вашим спонсором на одну поездку.
  - Я не бедный.
  - Кто бы говорил.
  - Что с Вами? Вы вся в крови!
  - Шла. Споткнулась. Упала. Кровь.
  - Верю. Я заплачу. Вот, возьмите, - сказал мужчина и показал свою ладонь. На ладони сверкнул маленький кусок золота.
  - Откуда он у Вас?
  - Этот карьер был некогда прибыльным, гравий даже привезли, чтобы строить здесь, но потом карьер забросили.
  - Золото - и забросили? Здесь столица рядом, а тут такой карьер с золотом, и рядом ни одного человека! Как так?
  - Я передачу по телевизору смотрел про этот карьер. Сам не поверил, что рядом с городом золото добывают в этой глине. Ведь Вы чуть в карьер не съехали! Здесь скользкая глина, а гравий сверху привозной. Весна. Только снег сошел, вот Вас и понесло.
  - Почему не стали меня спасать?
  - Я видел, что Вы выползете, а я здесь уже накатался по глине, да и с гравием хорошо знаком.
  - Золота много добыли?
  - Нет. Золота здесь на самом деле практически нет.
  - А то, что Вы мне дали?
  - Считайте, что это самородок.
  - Вам не жалко?
  - Девушка, Вы меня спасете, если до дома довезете! Поверьте - это дорогого стоит. В таком виде ехать по городу опасно.
  - Зачем сюда поехали?
  - Романтики захотелось, но больше не хочу.
  - У Вас есть жена?
  - Бог миловал.
  - А меня мой друг бросил официально, можно сказать, по Паутине.
  - И Вы из-за этого чуть сегодня не погибли?
  - Да.
  - Поехали ко мне! Я не злой! Я добрый! А золото я купил у местного золотодобытчика. Пропах я здесь костром и сам знаю, что пахну не лучшим образом.
  - Тогда я зайду к Вам. Мне любопытно, а как Вы живете?
  - У меня квартира в старом двухэтажном доме в столичном переулке. Дом принадлежал одной пожилой женщине, я ее видел сам, когда был маленьким. У нее была тогда одна комната. Все печи в доме выложены кафелем, дом давно предназначен под снос. Нас уже четверть века снести обещают, а мы все в этом доме живем. Дом деревянный, да Вы сами его увидите, - и назвал адрес.
  - Я знаю этот переулок, действительно старый переулок, исторический, можно сказать.
  - Лучше бы он не был историческим, тогда бы у меня была новая квартира с удобствами, а так мне надо идти в баню или в тазике мыться.
  - Я подвезу Вас до вашего дома, но к Вам заходить не буду, Вы меня напугали.
  Машину она остановила у старого двухэтажного дома. Из булочной, расположенной в этом доме, шел вкусный запах, который перебил запах костра. Мужчина с рюкзаком зашел в подъезд, словно исчез в деревянной пещере, так показалось Ларисе. Она вышла из машины, зашла в булочную, а когда она вышла из магазина, то увидела того же молодого человека, но не с рюкзаком, а со спортивной сумкой, из которой выглядывал березовый веник. Он улыбался.
  - В баню подвезете?
  - Садитесь.
  Она отвезла мужчину в баню, а сама поехала домой. Дома она залечила ранки, легла в ванну, отмылась от чужих запахов. Мокрые волосы закрутила в полотенце. Звонок прозвенел неожиданно громко.
  - Лариса, я уже чистый! Заберите меня из бани.
  - И я чистая, но с мокрыми волосами. Высушу - приеду за Вами. Где Вы взяли мой номер телефона? Как Вы узнали мое имя?
  - У Вас в машине лежала стопка Ваших визиток.
  - Уберу. А Вы кто?
  - Человек.
  Она подъехала к бане. На крыльце бани стоял неизвестный мужчина, но она заметила знакомую сумку в его руке. Теперь он был дважды известный. Стройный мужчина с идеальной стрижкой, с чистым лицом, в джинсах и ковбойке был необыкновенно привлекателен...
  - Сказки - это хорошо, но действительность пугает. Можно ли действительность превратить в сказку? - спросил он.
  - Если прочитать абзац о бюджете страны, то приходишь в ужас от пессимизма тех, кто его составляет. То есть страна идет по наклонной плоскости от успеха к поражению. Странная вещь: появляются более красивые дома, дороги, машины. Но все это проходит мимо и мало кого успевает обрадовать, - ответила она.
  - Так чего нет в нашей безбрежной стране? - опять спросил он.
  - Общей цели созидания! Человеку надо быть необходимым обществу и потом самому себе, своим близким. Руководитель округа из последних сил снимает с себя рубашку бюджета и раздает в качестве добавок к пенсии, а у самого один вопрос: что дальше делать? Мало того, куда-то делись в стране деньги, их нигде нет! Если денег у всех нет, то это вопрос номер один.
  - Куда стекают деньги? Кто их и куда складывает? Где предел? Почему в стране учат непроизводственным специальностям? Где сами производители?
  - Раньше были герои труда, а теперь герои боевиков. С этим багажом далеко не уедешь. А все просто! Свою страну надо любить и думать о том, что в ней живут умные люди! А умные люди должны производить продукцию и получать за нее деньги. Но страну раздали на частные лавочки, а частные лавочки легко капитулируют перед тяготами жизни. И еще хуже - бескрайний север страны обеспечил всего одного богатого человека, который это богатство при разводе разделил на две части. Абсурд! Но это яркий пример того, куда исчезают деньги из казны.
  - Что говорить о столице?
  - Столица - это клубок из нелегальных и легальных денег. Убрали казино, но счастья еще от этого не испытали. Любой человек деньги и за океаном сможет проиграть.
  - Зачем смотреть в чужой карман? Чушь? Возможно, но где страна и нормальная забота о гражданах округа? Чего гражданам не хватает?
  - Само собой, денег!
  - А где их взять?
  - Заработать! А где заработать, - вот в чем вопрос! Кто бы об этом подумал! Где те идеи, ради которых можно всю страну построить и заставить приносить прибыль своей работой, - ответила Лариса и остановила машину. Ее больше не тревожили глупости мужчины.
  Прошедшая зима оказалась качественной. За путевкой в санаторий Инесса Евгеньевна, пошла тогда, когда последние сугробы еще таяли. Желающих ехать в санаторий не было. Приятельница посоветовала ей пойти и встать в очередь в санаторий по той болезни, с которой Инесса Евгеньевна лежала в больнице. На работе ее уволили по возрасту, препятствий для получения социальной путевки в санаторий у нее не было. Ей предложили три путевки на выбор в три разные области большой страны. Она выбрала свою область. Осталось пройти врачей, получить санаторную карту.
  До санатория на автомобиле Инессу Евгеньевну отвезла Лариса. До этого дня Инесса Евгеньевна несколько дней собирала вещи, долго думала над юбкой - а нужна ли она? Привыкла она ходить в брюках, впрочем, как и большинство женщин любого другого возраста. Сумку с вещами Лариса положила в багажник, а Инесса Евгеньевна села на заднее сиденье и примолкла.
  Лариса вела машину в полной тишине, дорога ей была незнакома. Поэтому они поехали на окружную дорогу, но, как всегда, проехали нужный съезд на шоссе. Сделать круг по кругу не так просто. Что интересно, по другой стороне съезд на нужную дорогу был указан лучше. Но они умудрились не попасть на шоссе и заехать в небольшой город. Зато новый город посмотрели и, сделав полукруг, выехали на Минское шоссе.
  Удивительно, но дорога была просто шикарной до того момента, пока с нее не свернули в сторону санатория по указателю. Санаторий оказался с двумя проходными. За обыкновенным въездом в санаторий скрывалась заповедная территория. С первого взгляда все деревья были обыкновенными, но они были в три раза толще и выше обычных деревьев. Сосны росли группами, в которых каждая сосна была необыкновенно прямой, высокой и большой в обхвате. Одна сосна стояла в стороне, ее ствол был в два обхвата на высоте в три метра, а далее сосна раздваивалась и уходила кроной ввысь. Газоны пестрели различными травами с мелкими белыми, желтыми и синими цветочками. Пение птиц звучало со всех сторон, иногда в общий хор добавлялся голос кукушки.
  Главное здание важно встречало новичков. Оно раскинулось своими крыльями в две стороны, но в нем место для меня не нашлось. В регистратуре центрального корпуса Инесса Евгеньевна сдала путевку, получила санаторную книжку с номером корпуса, в котором ей предстояло жить, и уверенно пошла в неправильном направлении. Ба! Но своего корпуса она не увидела. Спросила у первого встречного, который четко показал рукой нужное направление. Прошла метров сто мимо роскошной зелени и недоуменно остановилась перед подвесным мостом, висевшим над огромным оврагом, который в древности был руслом речки. Справа от нее резвились белки на елях, обвешанных кормушками. Она обернулась, но белые здания были не видны, она стояла среди величественных деревьев и пышных кустарников.
  Инессу Евгеньевну послали в корпус, который находился за подвесным мостом. Она спокойно дошла до подвесного моста, который раскинулся над старым руслом реки, и остановилась. Легкий ужас прошел по телу, она понимала, что ее где-то за мостом ждет Инесса с чемоданом на колесах, пока она оформляла бумаги на поселение в корпус, и это ее останавливало.
  Впереди висел подвесной мост. Очень страшно сделать по подвесному мосту первый шаг.
  Инесса Евгеньевна сделала первый неуверенный шаг, схватившись за перила, и пошла по мосту, глядя только вперед, чувствуя пустоту под узким живым мостиком. Она шла медленно, крепко держась за поручни. Страшно - жуть. В центре моста ее охватила легкая паника. Вокруг нее были деревья, они росли где-то далеко внизу и окружали мостик со всех сторон. Она заставила смотреть себя только вперед и идти по центру мостика вперед.
  В русле бывшей реки росли деревья, которые были достаточно высокими, чтобы возвышаться с двух сторон моста. Она не смотрела вниз, но шла отважно. Навстречу ей шли люди, которые вели себя более спокойно, мало того, они останавливались, смотрели вниз, рассматривая птичек в гнезде.
  От моста дорога пошла вверх и привела прямо к нужному корпусу, оказавшемуся кирпичным пятиэтажным зданием. Инесса Евгеньевна зашла через стеклянные двери и оказалась в холле, где стояли диваны с высокими спинками. Она пошла в кабинет медсестры и получила ключи от комнаты, расположенной на втором этаже. Номер, предназначенный для двух человек, оказался на редкость правильным, в нем было все, что нужно, а шкафы оказались столь вместительными, что все вещи исчезли в них без лишних проблем. Соседки по номеру не было на месте.
  Все, Лариса проводила Инессу Евгеньевну до номера, зашла в него, посмотрела, что у нее есть соседка по комнате, и уехала. Инесса Евгеньевна осталась. Она обошла небольшой номер, состоящий из санузла с душем и комнаты на две кровати. Между кроватями лежали два коврика. Шкаф был весьма вместительным, но в нем было мало вещей соседки, да и ее самой в номере не было, но по тому, что одна кровать была застелена, а на второй лежало постельное белье, можно было понять, где ее кровать. Она разложила свои вещи, поставила обувь, заправила постель и пошла в столовую. Ее покормили и показали, где ее место в столовой, которая была достаточно большой и уютной.
  На руках у нее осталось направление к врачу на следующий день. Следовательно, она была относительно свободна. Столовая располагалась в отдельном корпусе. Она назвала предполагаемый номер диеты и села за столом у окна. Судя по всему, здание столовой было отремонтировано совсем недавно. Ей понравилось все, и еда в том числе. После обеда она села на скамейку, расположенную в тенистой аллее. Комаров не было. Рядом с ней села симпатичная женщина с короткой привлекательной стрижкой. Они поговорили ни о чем.
  В первый день сил у Инессы Евгеньевны хватило на то, чтобы дойти дважды до столовой и посидеть на скамейках. Вечером она уснула до прихода своей соседки по номеру.
  Утро выдалось теплым и солнечным. Инесса Евгеньевна наконец-то увидела свою соседку по номеру, которая необыкновенно напоминала мать ее первого мужа в былые времена. Они разговорились, благо у них было на это время. Соседка оказала не просто похожей на свекровь, но они и родились в одной сибирской области. Женщина оказалась ровесницей. Женщины легко нашли общий язык и общие темы для коротких разговоров.
  Инесса Евгеньевна надела светлую одежду, легкую обувь и вышла из корпуса, повернув в сторону столовой. Перед столовой находилась открытая площадка с клумбами, на которых цвели пионы. В центре площадки стояла чаша пустого фонтана. Безоблачное небо испускало солнечные лучи. Она села на скамейку, вытянула ноги и блаженно подставила лицо солнцу. После весенней зимы неожиданное тепло радовало без всякой меры. Она сходила на завтрак в столовую и опять села на скамейку, потом посмотрела на часы. До врача у нее еще было время, и она с упоением и блаженством впитывала в себя энергию солнца на заповедной территории санатория.
  Очередь к врачу ждала в соседнем корпусе. В холле стояли почтительные диваны, обтянутые светлым кожзаменителем, а может, и кожей. Ближе к кабинету врача на двух диванах сидели четыре женщины. Очередь ее оказалась пятой. Этот корпус был еще лучше, здесь все говорило о совсем новом ремонте. Врачом оказалась пожилая женщина с седой гривой кудрявых волос. Она практически не смотрела на Инессу Евгеньевну, а быстро говорила по телефону о женщине, которая была здесь до нее.
  Врач почти не говорила. Инесса Евгеньевна довольствовалась видом седых кудрей, под которыми что-то писали руки врача. Вскоре она получила свою санаторную книжку с назначенными процедурами. От одной процедуры она благоразумно отказалась. Дальше время закрутилось быстрей. Инесса Евгеньевна решительно перешла подвесной мост и пошла к лечебному корпусу, прошла мимо питьевого корпуса, где можно было пить минеральную воду, которую ей пить не разрешили.
  Лечебный корпус походил на лабиринт, и хождение по нему носило странный характер, однако она с первого захода записалась на все процедуры. Возвращаться по подвесному мосту ей не хотелось. Она пошла к главному корпусу, прошла под аркой и остановилась перед фонтаном. Струи воды весело серебрились в лучах солнца. Круглые кусты туи окружали вход на центральную аллею санатория. С двух сторон на цепях висели скамейки. Очень взрослые люди с удовольствием качались на скамейках-качелях.
  Инесса Евгеньевна прошла ряд качелей и подошла к местной достопримечательности - лестнице, идущей к реке. Она спустилась по ступенькам и оказалась на берегу реки. Над рекой висел еще один подвесной мостик. Она смотрела на реку, на противоположный берег, потом заметила тропинку на берегу и пошла по ней. Дошла до валуна и остановилась. В воде виднелся огромный камень. Подошли две женщины и вскоре ушли.
  Инесса Евгеньевна осталась. Мимо нее медленно прошел высокий мужчина. Она спросила у него, можно ли пройти к корпусу, минуя подвесной мост. Получив положительный ответ, она направилась за мужчиной по берегу реки. Метров через сто тропинка пошла вверх. Еще несколько подъемов по береговой круче - и она увидела свой корпус. Мужчина подошел к женщине, а Инесса Евгеньевна пошла в номер.
  Соседка была на месте, она лежала на кровати и смотрела маленький телевизор.
  Погода выдалась просто великолепной. Тепло и солнечно. Время закрутилось быстрее. После завтрака (теперь у меня была самая жесткая диета) Инесса Евгеньевна пошла от столовой к подвесному мосту короткой дорогой, быстро прошла мост и направилась к лечебному корпусу. Первой процедурой была ванна, наполненная минеральной водой, добытой с километровой глубины. После ванны она пошла за прописанным настоем из трав. Далее она посетила большую комнату, в которой по стенкам в креслах сидели люди. На потолке висели странные лампы, из которых не лился свет, а лились ионы чего-то неизвестного. Естественно, что следующей процедурой был магнит на больное место.
  Осталось время на второй завтрак - хлебцы с чаем - и передышку до обеда. Инесса Евгеньевна элементарно проспала это время и на обед пошла отдохнувшей. Теперь до нее стало доходить, что если она будет столько спать и есть, то скоро в ворота не пройдет. Поэтому после обеда она смело прошла подвесной мост и пошла к большой лестнице, ведущей к берегу реки. Территория санатория в тихий час была практически пустой. Этот момент ей понравился.
  Инесса Евгеньевна без проводников прошла по берегу реки, дошла до валуна. Остановилась, глядя на реку, в которой резвились мальки рыб, и поднялась по обрыву к своему корпусу. Между обрывом и корпусом росли ландыши. Их было великое множество. Вид с высокого берега открывался просто великолепный. Река в этом месте делала поворот. Стремительное течение реки завораживало. С одной стороны реки виднелись красивые дачные дома. С другой стороны природа была нетронута домами и людьми. Смотреть на реку - сущее блаженство. Спокойную гладь реки нарушало стремительное течение.
  Первые дни хотелось говорить, и не только ей одной. Она общалась с женщинами, легко подсаживалась на скамейки к отдыхающим. Кто хотел, тот изливал ей свою душу. Солнце светило. Жизнь налаживалась. Силы понемногу возвращались.
  Соль с тела от принятой ванны надо было смыть вечером. Душ в номере оказался лучшим способом избавиться от соли. Мокрые волосы довершили облик. Соседка лежала на кровати. Она набегалась. Кроме процедур она успела съездить домой и полить грядки. Все ее мысли были о своем муже, который в этот момент был на Севере, он работал всю жизнь вахтенным методом. Она то и дело ему звонила - и тут же сообщала, что у него метет метель. Потом она позвонила сыну, жившему в северной области, и выяснила, что там сегодня идет снег.
  А в санатории было тепло.
  Инесса Евгеньевна вышла на улицу, раскинула руки на спинке скамейки. На ней был надет легкий халатик, ее ноги загорали после длительной зимы. Да, где-то на севере еще шел снег, но вокруг нее шумела листвой молодая зелень и божественно пели птицы.
  Санаторное утро начинается с любопытства. Инесса Евгеньевна выходила на балкон, смотрела на небо, на деревья, на землю. Обнаружив, что погода все еще прекрасная, она начинала думать, что и как сегодня ей нужно надеть. Святое дело подумать о процедурах и подготовить пакет с необходимыми предметами, сопутствующими процедурам и набору воды или лекарственного настоя трав. Если время еще оставалось, она делала зарядку обыкновенную, начиная с вращения шеи, рук, туловища и ног. Покрутив себя вокруг себя, она шла на завтрак, потом на процедуры через подвесной мостик.
  Через день между процедурами у Инессы Евгеньевны появлялось свободное время, и это время она с блаженством проводила на подвесных скамейках, иначе говоря, качелях для взрослых. Качаясь на качелях, она наблюдала за работой цветоводов, которые с чувством высаживали рассаду на клумбах. За одно утро они приводили в порядок только одну клумбу. Посмотрев на работу других, Инесса Евгеньевна направлялась к большой лестнице, ведущей к реке. Хождение по лестницам в последние годы для нее было просто необходимо, сие удовольствие подкачивало массу мышц.
  Обед - он всегда обед, что тут говорить. В обед надо есть, но так, чтобы еще силы остались на прогулку, а не на сон. Солнце грело по-летнему в середине мая, и этим надо было воспользоваться, пока оно не передумало. Поэтому она уверенно надела купальник, легкий халатик до колен и обувь, в которой ногти на пальцах могли посматривать на само солнце. И пошла она на пустынный берег реки. Когда нет людей - хорошо, но когда их нет совсем, становится жутко.
  Инесса Евгеньевна покрутила головой: никого нет - и медленно пошла по берегу реки. Дойдя до валуна, она остановилась, сняла халатик и стала загорать стоя. Она смотрела на воду, на мальков рыб и не заметила, как возле нее возникла великолепная фигура мужичины баскетбольных размеров.
  'Суди, люди, суди, Бог...'
  Мужчина остановился. Женщина заговорила первой. Слово за слово они пошли по берегу дальше. Пройдя пляжную территорию, женщина надела на себя халат, который под взглядом мужчины оказался слишком коротким. Они шли между берегом реки и дачами. Дорога привела к роднику, к которому вели старые бетонные ступени. Сам родник засорился по дороге, его струйка из трубы была слишком мала, чтобы доставлять радость людям. Обратную дорогу они прошли вместе, не узнав собственных имен, разошлись в разные стороны.
  Они разошлись, но он ее зацепил. Теперь Инесса Евгеньевна невольно высматривала его фигуру. Она решила, что хватит сидеть на лавочке, и пошла на фильм в ДК, захватив вторую его часть. Главный герой играл, как всегда, великолепно на фоне детей из лагеря. Его партнер почему-то больше запомнился по конкурсу 'Две звезды', где он пел с Великой Тамарой. Фильм несколько улучшил настроение. В фойе продавали бижутерию, она внимательно посмотрела на россыпи камней. Да, надевать камни пока мне было не для кого. Инесса Евгеньевна давно была одинокой женщиной, ходила так, что и серая мышка не могла ей позавидовать. Туда-сюда - и день прошел.
  Дни становились похожими друг на друга. Лица стали запоминаться, у Инессы Евгеньевны появился некий круг знакомых. Соседка по ее комнате продолжала переживать за мужа, сына и внука. Периодически она им звонила по телефону, потом бегала в главный корпус, чтобы положить деньги на их телефоны. Она управляла всеми родственниками в течение каждого дня, несмотря на то, что они находились далеко от нее, порой совсем в других часовых поясах.
  Соседка была в курсе всех дел и погоды, но через телефонные разговоры. Она знала, куда вышел внук. Она им звонила и звонила. А муж ее ездил на Север работать, чтобы оплачивать ее постоянные разговоры с родственниками из ближних и очень дальних городов. Интернетом она не пользовалась.
  В столовой Инесса Евгеньевна прочитала объявление, что вечером ожидаются танцы. За ее стол сели две бабули. Они купили себе одинаковые бусы, надели кофты одинаковые. Избытки еды они одинаково складывали себе в сумки. Вопрос за столом был один: какое место заняла Дина на 'Евровидении'? Накануне все говорили про нее, но в санатории после 23 часов спят, и на следующий день никто ничего не мог узнать или услышать. Мнение людей о Дине? А кого оно волнует? Если бы у Дины была внешность Оксаны в 2002 году! Это вполне можно устроить в любом фильме, но не на 'Евровидении'.
  Итак, внешность. После обеда Инесса Евгеньевна никуда не пошла, она решила заняться своим имиджем. Соседки по комнате не было на месте, она опять убежала поливать грядки в своем огороде. Порывшись в закромах своей тумбочки, она обнаружила два пакетика с масками. Вытащив из пакетика мокрую белую маску, она водрузила ее себе на лицо, потом плотно распределила по лицу. Вот когда надо снимать женщину: когда она в маске!
  Инесса Евгеньевна захотела быть красивее и вымыла волосы, потом стала их укладывать по мере сил, учитывая, что с собой она ничего не взяла для укладки волос. Но она знала секрет укладки волос, которым всегда пользовался ее первый муж! У него прически были великолепные, ровные волосы всегда стояли в чудесной прическе. Что он делал? Он мыл голову детским мылом, после этого еще мокрым волосам придавал нужную форму. Поэтому она волосы вымыла шампунем и мылом. Результат не заставил себя ждать: волосы легли на голове нужной формой.
  Появилась соседка и легла на кровать. Она принесла новость, что Дина - пятая. Новость удивления не вызвала. Соседка подшучивала над Инессой Евгеньевной, что она всюду ходит с санаторной книжкой. Просто в маленьком пакете помещались три вещи: санаторная книжка, сотовый телефон и ключ от комнаты. На этот раз пакетик сыграл злую шутку.
  Вечером она пошла на танцы, но более чем неудачно. Народ стекался к танцевальной площадке со всех сторон. По периметру площадки сидели пожилые люди. Ей страшно стал мешать пакетик в руках, тем более что нужный мужчина стоял впереди нее!!!
  Ведущий объявил белый танец. Инесса Евгеньевна замешкалась, скручивая пакет в руке. У нее не хватило решимости вовремя пригласить мужчину на танец, и его увела женщина с черными кудрями. Инесса Евгеньевна развернулась и пошла к себе через подвесной мост.
  День выдался серым во всех отношениях. Появилась облачность, обещавшая дожди. Процедуры и еда - вот и все радости жизни. После обеда в одиночестве Инесса Евгеньевна гуляла по берегу реки. Грусть скрашивали разговоры с женщинами. С одной пожилой дамой так поговорили хорошо, что вместе пошли слушать в ДК старые записи Мартынова. Мартынов знаковая фигура в ее жизни, он похож на ее брата, и умерли они почти одинаково, и почти в один месяц и год...
  'Стоят девчонки, стоят в сторонке'. И опять все не так. Шел дождь. Танцы были в зале. Нужный мужчина уже танцевал с женщиной с черными кудрями. Они все танцы танцевали вдвоем. Инесса Евгеньевна не любила стоять в сторонке. Объявили белый танец, лучшее изобретение всех танцевальных вечеров. Черные кудри уже кружились рядом с Ним. Она пригласила крепкого смуглого мужчину, стоящего у стенки. Он страшно удивился, но приглашение принял. Танцевал он отменно. Один танец как целая жизнь. Еще несколько общих танцев, и пожилая женщина покинула зал. Она шла по заповедной территории и смотрела на деревья. А что еще ей оставалось делать?
  
  Странный день был следующим. Куда бы ни шла Инесса Евгеньевна в этот день по территории санатория, на всех углах и поворотах она встречала женщину с черными кудрями. Воскресенье. Кто-то донес на женщину с черными кудрями, и к ней приехал разъяренный муж с другом. Они втроем пришли на танцы. Именно поэтому Инесса Евгеньевна успела пригласить того мужчину, которого давно хотела пригласить на белый танец. Женщина с черными кудрями танцевала со своим мужем. Мужчина сказал, что он видел, как она одна ходила по берегу, а он в это время был на другом берегу. Они договорились о встрече на следующий день.
  Свидание было назначено на послеобеденное время у лестницы, ведущей к реке. Боже, его облик до сих пор стоит перед глазами Инессы Евгеньевны! Он стоял в сине-голубом костюме у арки над лестницей. Он ее узнал, когда она подошла ближе. Приятная улыбка обнажила страшные зубы. Его глаза приветливо сверкнули в жутких линзах очков. Ей стало не по себе. Возникло ощущение, что он оборотень. Он был страшен! Его условие прогулки было не из легких: они должны были перейти через подвесной мост, расположенный над настоящей рекой.
  И Инесса Евгеньевна пошла по мосту, висящему на металлических жгутах. Вдоль моста были проложены вертикальные бруски, а сверху поперек лежали доски, которых местами не хватало. Пожилые люди перешли мост, потом пошли по берегу в левую сторону. Приятно смотреть на нетронутые просторы, на поля, леса. Инесса Евгеньевна любовалась красивой фигурой страшного мужчины, когда он шел впереди нее.
  Тропинка нырнула под деревья, под ногами появилась грязь от протекающего сверху ручейка. Он придержал ее за руку. Первое легкое прикосновение, а сколько в нем невысказанного чувства! Они прошли нависающие над ними деревья, и вновь тропа вывела их на берег реки.
  Красота! Яркая зелень травы, зеленые листья деревьев и гладь реки. Оказывается, смотреть на мир вместе - это божественное чувство...
  На следующий день дождь лил после обеда с крупными пузырями, а это значило, дождь будет идти еще долго. Инесса Евгеньевна решила, что нет смысла идти через подвесной мост с зонтом. И элементарно уснула.
  Но Степан Степанович не спал, он пришел на назначенное место свиданий. Он ждал женщину в голубой беседке два с половиной часа. Потом он пошел на ее сторону через подвесной мост. Он ходил мимо ее корпуса, смотрел в окна. Он ее ждал!
  Инесса Евгеньевна, проснувшись, увидела, что дождь почти прошел. Она взяла зонтик и пошла на сторону корпуса Степана. Они разминулись. Она бродила по парку, садилась на скамейки-качели. Она высматривала его, но его не было на его территории. Он в это время ход ил около ее корпуса.
  'Мы оба были.
  - Я у аптеки.
  - А я в кино искала вас...'
  И вечером им не удалось встретиться.
  На следующий день Инесса Евгеньевна пошла с зонтом после обеда к лестнице, ведущей к реке. Степан Степанович ждал ее. Он сразу рассказал о своих поисках и на этот раз взял ее номер телефона. Информационный мост - великая сила. Они сели на скамейки-качели. Пошел дождь. Крыша над качелями спасала, но недолго. Дождь усилился, поэтому с двух сторон они выставили свои большие зонты. И так продолжали качаться. Она полностью потонула в его крепких объятиях. Теснота и дождь сближают.
  Дожди всегда нужны, особенно там, где их давно не было. Но для них дождливая погода затянулась совсем иначе. Погода в санатории разделилась на первую половину без дождей и на вторую сплошь дождливую погоду. Получилось так, что Степан да Инесса вышли на прогулку по правую сторону от подвесного моста над рекой. Они прошли метров сто и были вынуждены спрятаться под деревом. Они стояли под деревом и разговаривали; дождь усилился, и им пришлось придвинуться друг к другу. Так жизнь становится прекрасной в дождь. С чем могут сравниться первые прикосновения? Ни с чем. Они прекрасны в своей невинной чувственности.
  Русло реки после дождей разлилось до своих естественных берегов. Интересно наблюдать за рекой после разлива. Видно, где находится сама река, а где вода просто прибыла, именно в этой части нет течения. Все прибрежные тропки оказались под водой. Идти им было некуда, поэтому они вернулись к подвесному мосту через реку и перешли ее.
  Оказывается, любовь в душе может продержаться всего три дня, а потом она буквально стирается новыми событиями.
  Санаторная повесть протекает в идеальных условиях: свободное время после лечебных процедур и четкий график питания дают с чувством и толком проводить свободное время. Попадая в естественные условия, когда за все надо бороться, мысли невольно уходят в русло борьбы за существование...
  
  Любовь молодых - удел большей части любовных романов. Но в санатории, именуемом курортом, любовь - удел всех возрастов. В недалекие времена в нем отдыхали номенклатурные работники, занимающие приличные посты. Время шло, но у них оставалась привязанность к этому дому отдыха. Бывшему заместителю министра, который и в свои преклонные годы сохранял и приятную внешность, и внутреннее достоинство, понравилась хорошо сложенная женщина по имени Инесса - как оказалось, она работала в библиотеке.
  Подул прохладный ветер со стороны туч. И тучи, как по команде, быстро заполонили собой огромное небо. Но дождя не было. Это такой местный фокус туч. Инесса сидела в столовой санатория за одним столом с Катей. Если Инесса любила высказывать мысли на бумаге, то библиотекарь Катя высказывала мысли сразу, не отходя далеко от стола и событий. Она сразу сказала, что познакомилась с бывшим министром и что они вместе гуляют, ходят на танцы. Он ее провожает до подвесного моста.
  Однажды самоуверенная Катя не пришла на танцевальный вечер. Инесса Евгеньевна увидела партнера Кати с другой женщиной, с которой он мило танцевал. Инесса Евгеньевна об этом Кате не сказала. Но ей донесли, что министр, хоть и бывший, танцевал с другой женщиной. Так Катя умудрилась упрекнуть Инессу в том, что она об этом ей не сказала! Круговая осмотрительность библиотекаря в действии. На следующие танцы Катя пришла в новом наряде, чем понравилась своему седому кавалеру. Они танцевали вместе тихие танцы, а на бурные танцы смиренно садились на скамейку запасных.
  Что Катя! Инесса Евгеньевна сама не выходила из рук своего партнера Степана. Вот тебе и санаторий! Казалось бы, больные люди находятся на лечении, а они еще успевают отдохнуть с пользой для лечения...
  Степан. Не везло или везло Инессе на мужчин с этим именем? Все относительно. Она мужчин не меняла, они сами иногда менялись.
  
  Итак, Степаны. Степан первый был сокурсником, они встречались, гуляли, дошли до поцелуев, и дальше дело не пошло, хотя иногда встречались и разговаривали. Степан второй был поэтом, земляком. С поэтом дела дальше стихов вообще не пошли, хоть он и приходил к ней в гости, но все по делам, все по стихам. Степан третий - это и есть партнер по танцам в доме отдыха. Чем могли кончиться танцы? Правильно: прогулки, его объятия и как предельный максимум - поцелуй на прощание или в непредвиденной ситуации. Спрашивается, так чего переживать? Все было известно заранее, как только он назвал ей свое древнее имя.
  Это сейчас, спустя месяц, она может так думать, а тогда она не думала, а летела к нему, как бы его ни звали, она мчалась к его упоительной фигуре, настолько красивой, что лучшего и придумать нельзя. Она водила руками по его спине и не находила изъянов. Она таяла от его присутствия. Ее лицо... С него просто пот катился градом, хотя даже в самую большую жару она редко потела. Рядом с ним ее температура тела повышалась. Сейчас она мерзнет и вспоминает теплые дни его рук. Вот, ее согревали его руки! Они ее грели, его температура соединялась с ее, и получался уксус в крови, кровь становилась жидкой и весело бежала своей дорогой.
  
  Кошмар, но Инесса Евгеньевна была по-настоящему счастливой! Ей тьма лет! Но что с ней стало в присутствии Степана? Ничего. Легкая влюбленность положительно влияет на продолжительность жизни и дает нечто большее, чем физическая любовь, - она дает Вдохновение!
  Тот, кто стал ее первым мужем, был хорош в то время, но он всегда нещадно критиковал ее. И чего критиковать? На критику есть зеркало обыкновенное, бессердечное. Да, не всегда она была красивая, и для благородной внешности ей над собой приходится работать. А кому красота легко дается? Самое неприятное в отношениях - подстраиваться под мужчину, под его критику, портить свои волосы, а он все равно кинет, но с испорченными волосами. Она свои волосы за жизнь столько раз кудрями покрывала, что и счет давно потерян.
  Понятно, что кудри и локоны украшают, но и внутренние силы на кудри иногда кончаются. Впору дать объявление: 'Пожилая дама ищет спутника жизни с одним условием: чтобы он не требовал кудри на ее голове'. Короче, никого она не ищет, если уж кто случайно подвернется, желательно прямоходящий. Земля большая, Сеть пользуется популярностью у людей, а поговорить не с кем.
  Чем зацепил Степан? Патокой слов приятных, прикосновениями рук во время просмотра концерта, объятиями при встречах. Человек знал и знает, как понравиться женщине. Если бы он не сказал, что работает станочником, никогда бы в голову ей не пришло, что он станочник. Вид у него - генералы отдыхают. Стройный мужчина, ухоженный, без жира на спине. Ощущение, что его много и удачно массажировали.
  Он говорит, что у него руки от огромных стружек черные, а посмотришь - руки просто шикарные, их прикосновения - божественные. И почему он не ракеты делает, а тепловозы? Итак, ракетоносители и тепловозы имеют похожее назначение. А вдруг среди деталей для тепловоза появляются негласно детали для ракет? Рабочий работает по чертежу, у него нет сборочных чертежей всего изделия, есть часть от числа. Заказы сейчас размещают там, где выгоднее и надежнее. А чем не надежен старый прославленный завод, на котором трудится Степан? Кстати, если он не генерал, то чем генерал от рабочего отличается, если внешность второго круче, а человек он надежный? Вот по этой причине Инесса Евгеньевна, если бы она была принцессой, вышла бы замуж за рабочего, если он выглядит лучше маршала.
  - Ты где, любимая? Я тебя искал всюду! Я обошел твой дом. Ты что, меня не видела?
  - Я спала.
  - Тогда дай мне свой телефон, я твой номер запишу, - и Степан Степанович стал записывать в сотовый телефон цифры, которые называла Инесса Евгеньевна. - Сейчас я тебе позвоню, и мой номер будет у тебя.
  Последующие дни они перезванивались, ища друг друга, боясь потерять драгоценную минуту общения. Любовь вспыхнула абсолютно внезапно в давно потухших сердцах. Степан Степанович постоянно удивлялся:
  - Я никогда не думал, что я еще могу прочувствовать такие чувства! Я не подозревал, что вообще существуют женщины такие, как ты! Я никогда не встречал женщин, похожих на тебя! Не встречал! Я люблю тебя! Я твой портрет положу у сердца, чтобы всегда был со мной!
  
  Инесса Евгеньевна смотрела на Степана Степановича с восторгом. Она сама купалась в его любви, она его чувствовала всеми фибрами своей души. И она не думала, что бывают такие волшебные мужчины. Вот, влюбилась! И это чувство безмерно грело душу.
  Можно сказать, что они оба были счастливы, но очень короткое время, отведенное им на общение условностями существования. Какая тут мораль! Он был благополучно женат. Она была лет на пять старше его, со своей судьбой, со своими делами. Она сразу и не называла свой возраст, но он его вычислил и воскликнул:
  - Инесса, в твоем возрасте женщины так не выглядят! Ты видела себя в зеркале? Ты выглядишь младше меня!
  Инесса Евгеньевна с приятной улыбкой на устах внимательно взирала на своего великана. Он был прекрасен в минуты, когда говорил приятные для нее слова. Он ничем не обижал, и это радовало. Его седые волосы в короткой, красивой природной укладке не раздражали, он ей нравился с седыми волосами, хотя она еще никогда не влюблялась в седых мужчин. Но его седина, украшавшая его божественное лицо, ее полностью устраивала.
  Сама Инесса Евгеньевна волосы всегда подкрашивала, но по отросшим волосам было видно, что седина не всю голову покорила, а только виски. Нет, во время их встреч корней волос вовсе не было видно, поскольку она покрасила волосы перед поездкой в санаторий в весьма натуральный цвет, который ее не старил. Мало того, по воле случая она не подстригла волосы перед поездкой, а только подкрасила брови и ресницы, но брови имели естественный оттенок благодаря мастеру, их покрасившему.
  Поразительным было и его лицо - без морщин, гладкое, ровное, с приятными чертами. А глаза! Они были цвета неба, они были ласковые и внимательные. Они с добротой проникали в душу. Его глаза ее любили такой, какой она была в минуты встреч. И это было великолепно! Вот оно, счастье, которое не купишь, которое выпало на долю пожилых людей в санатории, куда судьба их забросила согласно возрасту и болезням. Но болезни им в это время лечили специалисты, и их самих они вообще не волновали! У них оставалось время на чувство, на встречи, на прогулки, на танцы.
  В обычной жизни такое нельзя втиснуть в рамки существования. Получается, что платоническая любовь могла возникнуть только в райских кущах санатория, среди поющих птиц и кукующих постоянно кукушек. Но платоническая любовь при реальных встречах, а не выдумывании их в голове, требовала своего воплощения.
  И тут действует принцип 'Трех тополей'.
  Что это такое? Когда он согласен на встречу, а она из дома не выходит. Когда он предлагает реальное место для встречи в закрытом помещении, а она предпочитает прогулки. Начинает действовать чувство неловкости перед другими отдыхающими, которым до них нет дела. Они давно перешагнули беззаботный возраст, для них вспыхнувшее чувство само по себе уже редкость, а дойти до его реализации они так и не смогли, поскольку условия в санатории созданы исключительно для романтических отношений независимо от возраста, а возраст самый разнообразный.
  У Инессы Евгеньевны сменилась соседка по комнате. Теперь с ней в одной комнате жила пожилая женщина, лет на 13 старше. Так она и с детьми жила, и имела отдельную квартиру. Свою отдельную квартиру. Сейчас она могла бы пожить одна, да негде, и негде продолжать роман со Степаном, оба они люди зависимые от сложившихся условностей и условий жизни.
  Теперь Инесса Евгеньевна вообще никто, нигде, ничто. И Степан Инессе не по ее зубам... А мысли сами возвращаются к Степану, чтобы согреться у приятных воспоминаний. Это ж надо - одна неделька, а как греет до сих пор тепло от его рук. И никакого доступа к нему. Остались флюиды, которым расстояние не помеха.
  Вот почему недельные отношения со Степаном Степановичем для Инессы Евгеньевны были чистым бальзамом на душу. Он очень ловко умел выстраивать отношения с женщинами всех возрастов, умел держать и свою линию, но и вовремя польстить, вовремя продлить отношения, если они ему нужны. Но такие беспечные недели за жизнь можно по пальцам пересчитать, они остаются как воспоминания чего-то слегка забытого, но весьма приятного. Можно ли продлить их отношения после возвращения домой? Почти невозможно. В жизни без помощи близких они быстро потеряют себя. Он ухожен, обеспечен, но чувствуется твердая рука его жены. Хотя он и сам труженик большой и для него она бальзам на душу, но бальзамом никто ежедневно не увлекается.
  Инесса Евгеньевна загорела, немного спрессовала свою фигуру - ловкость рук и никакого мошенничества, волосы у нее отрастают уже третий месяц и завязываются в хвостик или закалываются заколкой. У женщины добавилось женственности в облике, и лет десять элементарно скрадываются. Она готова к встрече, но потерян его телефон, встреча будет полностью зависеть от него. Что общего у старых и малых? Они вне большой любви, у них одна романтика.
  Дважды была возможность уединиться со Степаном, но Инесса не верила в то, что между ними что-то может быть больше романтики. Его прекрасное тело знало не один десяток массажисток, оно совершенно для его возраста, только удачные касания могли его немного встревожить. Чувствительность к ласкам дело весьма тонкое, любовь - это когда каждое прикосновение носит электрический характер, между партнерами пробегает импульсивный разряд страсти. Выходить на страсть через поцелуй - дорога более короткая, но извилистая и не всегда несет успех любви у людей большим жизненным опытом.
  Детям - стадион, старикам - санаторий, каждому свое. Почему стадион? Именно здесь произошло прощание Инессы Евгеньевны с санаторием! В санатории она влюбилась, а разлюбила на стадионе неделю назад. У нее не было его телефона, она ему не звонила. Сидела она на трибуне стадиона, смотрела за тренировкой внука Жени, и вдруг звонок.
  Чудесный мужской голос поздоровался:
  - Здравствуй, любимая! Ты где?
  - На стадионе!
  - Мы с тобой встретимся?
  - Хорошо.
  Какое кощунство! Какая чудовищная ложь! Теперь у нее был его номер телефона, но она звонить ему не могла. На следующей тренировке с этого стадиона она отправила ему СМС с вопросом, когда ей ему можно позвонить. Он позвонил, когда она опять была на стадионе, и назвал время. В душе она ему не поверила, но позвонила. Но когда Инесса Евгеньевна позвонила Степану Степановичу в назначенное время третий раз, он взял трубку и сказал:
  - У меня проблемы, никогда мне больше не звони.
  И бросил трубку. Именно в этот момент закончился курортно-санаторный рассказ.
  Как можно встретиться с нужным человеком, если он находится в этот момент далеко? Ответ один - мысленно, ответ второй - письменно. Инесса Евгеньевна в этот момент была от него далеко, он проникал в ее мысли постоянно, но это не имело ни малейшего смысла. Совсем недавно они вместе были. Нет, не совсем так. Дни в памяти больше не делились по порядку, осталось чувство чего-то далекого, но необыкновенно приятного. Они гуляли по берегу реки, и не один раз, он обнимал ее плечи, он иногда касался губами ее лица. Он был весь необыкновенно большой, добрый и трогательный.
  Они через день ходили на танцы, танцевали подряд все и под любую музыку. Они не отходили друг от друга. И поскольку они, не таясь, ходили вместе по территории санатория, их уже считали мужем и женой. Но они не были в гражданском браке, у них было великое чувство, которое питало их своим волшебством, но не доводило до волшебства, которого оба безумно хотели.
  Инесса Евгеньевна отложила ноутбук, в котором пыталась найти Степана по известным ей о нем данным, но его нигде не было. Он не был публичным человеком. Он не был любителем Интернета. Она находилась в лимонной спальне и строчила свои строчки, за которые ей никто и никогда не заплатит. Так уж она устроена со времен социализма, что живет на прожиточные минимумы в минимальных жилищных условиях, с минимальным количеством любви.
  Вечером Инесса Евгеньевна вспомнила про Степана. Она представила, как он танцует с другой женщиной, это ей не понравилось. Его облик стал таять в тумане забытья. Дольше помнила объятия. Но однажды он позвонил. Они не встретились, но у нее остался его подарок - магнитик с изображением небольшого фонтана санатория.
  
  Теплое марево опустилось на землю, сжало тело своим теплом, ватной ленью. Ватное состояние души и тела, особенно мозга, трудно переносится. 'Надо срочно сменить направление деятельности', - промелькнуло в мозгу Ларисы. Дело в том, что она продолжала то ли отдыхать, то ли набирать информацию. Она взяла газету и стала смотреть объявления о продаже щенят, ей захотелось купить породистую собачку. Ничего подходящего она не нашла, но ее нашли.
  Лариса решила сменить имидж и зашла в парикмахерскую. Вскоре появилась женщина, обладающая громким, пронзительным голосом. Женщина кому-то рассказывала о своих щенках. Лариса прислушалась: разговор шел о щенках, словно специально для нее. С красивой прической Лариса подошла к женщине, найдя ее по голосу. Они вместе поехали смотреть щенков.
  Три породистых щенка с острыми ушками смотрели влажными глазами. Один щенок Ларисе понравился, она взяла его на руки. Щенок состоял из тонких косточек и скользкой шкурки. Он выпрыгнул из ее рук. Хозяйка взвизгнула от негодования, стала смотреть его лапки на целостность.
  Лариса загрустила и сказала, что сутки подумает, да и щенок стоил приличных денег, с собой такую сумму она не носила. По дороге домой Лариса приобрела сумку для переноски щенка, корм и еще некоторые щенячьи принадлежности и задумалась: а нужен ли ей щенок?
  Дома Ларису ждала относительная неприятность. У соседей по лестничной площадке произошел ряд событий весьма трагических. Молодой сосед по имени Родион был крупным, улыбчивым, с небольшой лысиной. Он в этот день недосчитался заднего левого колеса на автомобиле, которое не сняли с машины, а подожгли.
  Отец Родиона вышел из подъезда, когда машина задымилась, он бросился за водой, и... Дело в том, что пожилой мужчина шел на перевязку после операции; у него от резких движений шов разошелся, дикая боль пронзила его бренное тело. Машина, на которой его должен был отвезти сын, дымилась.
  Мать Родиона посмотрела в окно. Она увидела, что горит их машина, что ее муж лежит на асфальте, схватившись рукой за рану после операции. Пожилая дама потеряла подвижность. У нее уже был один инсульт. Муж ее буквально выходил в больнице, а теперь сам лежал и не двигался на асфальте.
  Родион ходил в магазин, а когда вернулся, то увидел горящую машину и лежащего на асфальте отца. Он бросился домой, чтобы позвонить пожарникам, но дома обнаружил лежащую мать.
  Родион вылетел из своей квартиры с двумя ведрами воды и окатил водой из ведер принцессу Ларису, открывающую свою дверь с огромными пакетами в руках. Поднятые парикмахером волосы на ее голове на должную высоту быстро опустились под ведерным запасом воды, превратившись в мокрые сосульки.
  Лариса не видела, что произошло на улице, так как она вошла в подъезд, когда на улице все было нормально, ее задержала другая соседка, показывая результат своего ремонта квартиры. Вечером у Ларисы намечалось романтическое свидание, а теперь она была в мокрых сосульках волос...
  - Родион, что ты себе позволяешь! - закричала она истошным голосом.
  - Лариса, у меня крупные неприятности, лучше помоги и посиди с мамой до приезда врача.
  - Сам не можешь? Ходишь тут с водой! - крикнула Лариса вслед убегающему парню. Однако, поставив дома сумки, вошла в открытую дверь соседей.
  Соседка лежала на полу. Она открывала рот, вращала глазами, но и звука не могла произнести.
  'Живая еще', - подумала Лариса и спросила:
  - Зинаида Родионовна, ты чего не говоришь? Что с тобой?
  Молчанье было ей ответом и раскрытые от ужаса глаза пожилой женщины. Глаза показывали на таблетки, лежащие на холодильнике. Лариса взяла таблетки в руки и стала показывать соседке, та глазами выбрала нужные. После выпитого лекарства Зинаида Родионовна закрыла глаза, но ее дыхание было заметно по колыхающейся груди.
  Родион, выбежав на улицу с пустыми ведрами, бросил их за ненадобностью, хлопнул себя по лбу и сквозь клубы дыма от горящей резины попытался достать огнетушитель из машины.
  Невдалеке от горящей машины остановилась черная блестящая машина, из нее выскочил Мусин с огнетушителем и быстро потушил горящее и дымящееся колесо.
  Рядом с отцом Родиона стоял детектив Мусин, разговаривая с ним. Отец так и держался за шов после недавней операции и не давал себя поднимать. Приехавшая скорая помощь забрала родителей Родиона. А он, вернувшись от них из больницы, позвонил в дверь Ларисы, чтобы извиниться и излить душу вместо воды.
  Лариса открыла дверь с крупными бигуди на голове.
  - Как дела? - спросила она Родиона.
  - Нормально. Отца перевязали и отпустили домой. Мать положили в палату, из которой недавно выписали. Колесо я сменил, - проговорил Родион, плюхнувшись на собранный диван. - Лариса, а ты что такое объемное купила?
  - Собачку хочу купить, вот и купила перевозку для нее, домик, поводки с камнями. Родион, посмотри, какие они красивые, - и Лариса достала ошейник и поводок с крупными украшениями.
  - А куда с прической собиралась? Я заметил твою шикарную прическу перед тем, как ты сникла под водой из моего ведра.
  - Родион, ты мне вечер испортил, у меня сегодня свидание!
  - Правильно, что я тебя облил водой! Я не хочу, чтобы ты шла к другому мужику!
  - Слушай, мы с тобой только соседи! Какое тебе дело до моих мужчин? Ты мне не муж!
  - Я твой сосед с тех пор, как себя помню! Ты мне как родная, можно сказать.
  - Глупец, я свободная женщина и могу выбрать себе мужчину своей жизни или нет?
  - Можешь выбрать меня.
  - Так, ты еще со своей женой не развелся, сбежал от нее и живешь у родителей.
  - А если я тебя люблю?
  В это время на улице загорелось колесо машины Мусина, который истратил свой огнетушитель на автомобиль Родиона. Дым повалил черный и едкий. Окна хозяина машины выходили на другую сторону дома. Он сам пожара не видел. Дело в том, что Самсон некоторое время жил с Зинаидой в квартире для дворников, дабы не быть обузой матери.
  
  Дворник Зинаида, хорошо владеющая большой метлой, рядом со своим домом разбила цветник. Ей очень мешали автомобили, заезжающие на газон, и она придумала хитрость. Если машина заезжала на газон одним колесом, то вторым невольно ехала по асфальту и включала зажигалку, спрятанную в асфальт. 'Против лома нет приема', - так думала ведьма с метлой и ломом пробила в асфальте ямку, заточила в нее зажигалку и подлила керосина.
  Колесо включало зажигалку, керосин горел, колесо дымило и горело. Это был секрет Зинаиды, придуманный для охраны газона с ее цветочками. Чего она хотела? Чтобы ее и ее газон показали по телевизору. И Зинаиду показывали по телевизору вместе с ее цветочным газоном.
  Ситуация сложилась от ее поджога колеса автомобиля по типу бумеранга. Потерпевший Мусин отомстил Зинаиде, но не ей лично, а ее Самсону. Он сделал так, что шасси его самолета не смогло спрятаться после взлета. Такая ситуация не смертельна, но весьма опасна. Две неприятности или два минуса неожиданно сложились в один плюс: самолет приземлился, но взлететь не смог. На аэродроме прошел слух, что самолет Родиона потерпел крушение.
  Зинаида словно потерялась от такой новости и жила рядом с запасным аэродромом.
  Почему аэродром запасной, ей было не понять, но он ей безумно нравился. Странный аэродром, чаще всего на нем стояли самолеты частной, или малой, авиации. Иногда приезжали летчики, садились в самолеты и улетали. Зинаида на глаза им не попадалась.
  В ограждении был свой лаз, она его никому не продавала, сама подкопала, сама лазила и закрывала ветками перед уходом. Надо сказать, тем и жила. Аэродром обслуживали несколько человек, иногда вообще никого не было видно, поэтому вездесущая Зинаида чувствовала себя на нем как дома. Она знала, где стоит горючее, как открыть двери, как их закрыть. У нее был такой беспробудный вид, что, глядя на нее, все пытались ее в упор не видеть и не видели на свою голову.
  В ветвях дерева Зинаида не поленилась и сделала насест, она забиралась на него и ощущала себя летчицей, наблюдая за обстановкой на аэродроме. Ей нравились летчики, нравились военные в форме. Мужчины что надо, но не для нее, это она безрадостно осознавала. Зинаида ходила в брюках и куртке, списанных служителями аэродрома. Волосы ее никто не видел, на голове у нее всегда была кепка, которая менялась непонятным образом.
  На аэродром приехали машины. Мужчина в военной форме и местный летчик сели в небольшой самолет. У военного на погонах была одна звездочка. Зинаида разбиралась в их количестве, но не в качестве.
  Военный с одной звездочкой улыбался задорной улыбкой. Зинаида так и обомлела, он ей понравился. Она уже жалела, что горючее взяли из ангара, которое она сама лично разбавила. Каким образом? Все вам расскажи, что она, зря жила под его забором, можно сказать, в землянке?
  Рядом с аэродромом шла траншея времен войны, в одном месте этой траншеи была землянка, ее Зинаида и облюбовала себе в качестве летней дачи. За подобное жилье она, естественно, не платила, но кушать ей всегда хотелось.
  Она нашла мужичка без особых примет и внешности, он у нее покупал авиационный керосин. Так и жила Зинаида на своей летней даче. Сидя на насесте, ей пришло в голову, что люди могут обнаружить отсутствие горючего, его утечку. Зинаида решила, что не позволит такого обстоятельства, нет, она не вредитель, она - Зинаида. Все, и стала Зинаида носить воду. У нее было две канистры - в одну керосин вливала, из другой добавляла воду. Все путем, как в аптеке. Дебет и кредит.
  Самолет набрал высоту и заурчал, словно в его желудке было много пива, а не керосина. Зинаида прищурилась, глядя в небо. Она чувствовала, что военного с одной звездочкой на погонах ей больше не увидеть. Телевизора в землянке у нее не было, газеты она читала крайне редко, но сердцем чувствовала, что сделала большую глупость. Правильно чувствовала.
  Самолет пошел в пике и нырнул в землю. Зинаида прямо ахнула. Она этого не хотела, у нее самой журчало в желудке, и она покинула аэродром в поисках пресловутой пищи. Ей перепал пакет молока, булка, и больше у нее денег не было. Зинаида пошла к своему насесту с пакетом молока и булкой.
  Впервые ее задержали с этим пакетом молока, но молоко спасло, и ее отпустили. Народу понаехало, мужиков видимо-невидимо. Все вокруг упавшего самолета суетились, еле пробралась она к своему насесту.
  Видит Зинаида сквозь листву, что останки собирают, два ведра набрали. Ужас охватил ее. Решила она, что не будет больше керосин разбавлять, а то такие мужики в землю врезаются, жуть какие красивые. Через сутки народу стало поменьше, и она пошла на место падения самолета. Бульдозеры уже почти все сровняли. В луже лежала рука, в другом месте она обнаружила ухо, под ухом была родинка или грязь.
  Все, что насобирала, положила на бугорок и исчезла. Нашла погон с одной звездочкой и взяла его в качестве сувенира от красивого военного. От молока шумело в голове, не ее это напиток, ей бы бутылку, и голова не болела. Молоко промыло одну извилину в ее мозгу. Зинаида вспомнила, что у нее был муж, что он летал на самолете, поэтому она и живет рядом с запасным аэродромом. Она еще что-то пыталась вспомнить и не хотела вспоминать, а чего она не хотела вспоминать, она не помнила.
  
  Зинаиду осенила простая мысль, что надо помянуть погибших, а нечем. Тут она заметила, что на аэродром идет женщина в сопровождении двух военных, в форме такой же, как у погибшего майора. На аэродром их не пустили, появилась охрана, а только что никого не было. Они постояли и ушли, оставив... Зинаида сорвалась с места и правильно сделала: у ворот стояла бутылка и лежала закуска. Зинаида потянулась за бутылкой.
  Охранник схватил ее за руку:
  - Куда, Зинаида?! Не для тебя стоит.
  - А ты откуда меня знаешь?
  - Ты меня не помнишь?
  Зинаида напрягла всю свою память, но не могла вспомнить ровным счетом ничего.
  - Не помню! - вскрикнула Зинаида.
  - Я друг твоего покойного мужа.
  - У меня нет покойного мужа. Я одна! - гордо заявила Зинаида.
  - Совсем ты плохая стала, а какая красавица была, - заговорил охранник.
  - Ты меня не тревожь, - сказала Зинаида, описывая рукой в воздухе движения.
  - Ты что, за воздух держишься?
  К ним подошла Лариса, которую вызвал охранник:
  - О, опять ты, Зинаида, здесь бродишь! Ушла бы ты куда подальше, пока идет выяснение падения самолета.
  - И эта меня знает, - пробурчала Зинаида.
  - А кто тебя не знает! - в сердцах сказала Лариса. - Раньше от тебя всегда пахло цветочными духами, а теперь! - И она с горечью махнула рукой.
  - Лариса, ты чего волнуешься за нее, побродит тут лето и уйдет, - сказал охранник.
  - Зинаида, ты пол можешь мыть? - с Ларисой на понимание спросила Лариса.
  - У меня земля вместо пола, ее мыть не надо.
  - Уборщицей будешь работать в административном здании?
  Взгляд Зинаиды покрылся мглой, и она побрела к насесту.
  - Лариса, она не в себе, что ты от нее хочешь? - спросил охранник.
  - Вернуть к жизни.
  - Напрасны твои усилия. Ты лучше скажи, почему самолет разбился?
  - Черный ящик нашли, такие люди разбились! - воскликнула Лариса и всхлипнула.
  Зинаида побрела вдоль рва, зарастающего травой и кустарником, к своей землянке. Рядом с землянкой стояли люди; она спряталась за большой куст и стала слушать.
  - Здесь нашли погон погибшего майора.
  - А что, если он жив?
  - Это невозможно, его останки обнаружены на месте аварии.
  - Да, но кто-то в кучку сложил останки именно майора, их узнали его друзья.
  - Странно, есть вероятность, что в старой землянке живет человек. Надо ее сровнять с землей и поставить плиту.
  - Будет выполнено, товарищ...
  Зинаиде дальнейшее было не интересно; ее летнюю дачу собирались засыпать, заасфальтировать. Она пошла в сторону от людей, от траншеи, куда глаза глядят.
  Споткнулась, упала, очнулась в палате.
  - Мусин, Зинаида в себя пришла, - сказала Лариса.
  - Зинаида, ты меня узнаешь? - задал свой обычный вопрос Мусин, он ей задавал его уже не первый раз, его глодала совесть, но признаваться в своей вине он не собирался.
  - Мусин, это ты? - прошептала Зинаида.
  - Я! Узнала, она меня узнала! - закричал радостно Мусин. - Только я не понял, зачем ты подожгла машину?
  - Зинаида, у меня для тебя есть духи, цветочные, - сказала Лариса, перебивая вопрос Мусина.
  - Спасибо, проведи ими рядом с носом, я так соскучилась по этим приторным запахам прошлого! - громче произнесла Зинаида, не отвечая Мусину.
  - Зинаида, твоя сестра приехала. Позвать ее? - спросил Мусин.
  - Кто она? Я ей не нужна.
  - Ты мне нужна.
  - Мусин, зачем я тебе такая нужна?
  - Ты красивая, ты сама не знаешь, какая ты красивая! Ты вылечишься, и все будет хорошо!
  - А я болею? Чем?
  - Тебе было плохо, очень плохо. Твой муж погиб.
  - Не помню мужа. Тебя помню. Ларису помню. Сестру не помню.
  - Ты нас видела последнее время, а ее давно не видела.
  - Зинаида, ты можешь работать дворником с метлой? - спросила Лариса.
  - Хочу, но я не помню, что значит работать.
  В палату вошел врач, интересный блондин.
  - Больная пришла в себя? Ей надо отдохнуть.
  - Доктор, она тут помнит, тут не помнит, - сказала Лариса.
  - Она вспомнит! Через неделю приходите, раньше не надо.
  Через неделю в палату пришел Мусин, принес цветы, фрукты и платье.
  - Зинаида, здравствуй!
  - Привет, Мусин!
  - Я к тебе с подарками.
  - Вот спасибо - платье в цветочек! Здорово как! По сезону. Размер мой.
  - Надевай. Пойдем гулять в парке, тебе разрешили прогулки.
  - Сейчас надену.
  Мусин вышел.
  Зинаида взяла платье, уткнулась в него носом и разрыдалась, она впервые заплакала после гибели мужа. Со слезами утекало ее состояние 'помню - не помню', она все вспомнила. Посмотрела Зинаида на платье, в нем появилась мокрое пятно. Она его встряхнула, надела, умыла лицо водой из-под крана. Покрутилась Зинаида перед зеркалом.
  Женщины в палате затаили дыхание: Зинаида из жалкого создания на их глазах превратилась в цветущую даму в платье с цветочками. Зинаида вскочила, посмотрела на ноги, на тапочки неизвестного размера, и села на кровать. Одна из женщин сообразила и дала ей свои босоножки. Зинаида взлетела от радости, надела их, они ей были как раз, и выскочила из палаты.
  Мусин смотрел на дело своих рук и светился от счастья, что Зинаида, прекрасная Зинаида, вернулась к жизни. Она гордо сошла с крыльца и пошла с ним в парк, спрятанный от посторонних глаз забором. По парку ходили люди, встречались известные актеры, Зинаида их узнавала, улыбалась и шла дальше.
  - Хочешь, скажу, за что я твою машину подожгла? Мусин, не приставай к Ларисе, это очень опасно!
  
  Детектив Мусин прибыл на место преступления. В хорошо отремонтированной квартире лежал труп хозяйки без всяких следов насильственной смерти. Три его помощника осматривали квартиру, следов грабежа не было. Все в квартире было аккуратно расставлено, пыли и той нигде не было. Полированные поверхности мебели сияли первозданной чистотой. Хрустальная ваза стояла монументом чистоты на связанной крючком салфетке. Стулья, как солдаты на параде, ровно стояли по обе стороны стола. Редко группе Мусина приходилось видеть такую чистоту на месте преступления. Все предметы стояли на своих местах. И даже мертвая хозяйка лежала на раскрытой постели, в которую она легла в опрятной ночной рубашке с кружевами и уснула красиво вечным сном.
  У входа в квартиру стояли два человека, вызванных из соседних квартир в качестве понятых при осмотре места преступления.
  Соседи осмотрели квартиру и сели на два стула в комнате, где лежала хозяйка. Даже эти два стула всегда стояли при входе в комнату. Мусин и его люди пожимали плечами, они не понимали, зачем их вообще вызвали? Зачем одна из понятых их вызвала, а сама сидела и молчала, с ужасом разглядывая лежащую хозяйку квартиры?
  Недоволен был вызовом Мусин, не видел он, куда можно приложить свой ум великого сыщика, все здесь было так славно, даже умершая женщина лежала красиво. Он с сотрудниками покинул помещение, в него пришли другие люди с другими задачами. Звонок из морга нового к делу ничего не добавил, там поставили диагноз: сердечная недостаточность.
  Раздался телефонный звонок.
  - Мусин, - заговорил человек, в чью обязанность входило давать последнее заключение в жизни человека, - понимаешь, эта женщина, из квартиры с идеальной чистотой, умерла так же странно, как еще два человека до нее. У нас в городе я один даю медицинский отбой населению, других людей нет. Могу сказать, что в ее смерти есть нечто странное. Я поставил дежурный сердечный диагноз, но моя совесть и мозг пребывают в неспокойном состоянии.
  - Тебя что в этом вопросе тревожит?
  - Есть ощущение, что это похоже на отравление неизвестным мне веществом. Химия наука еще та - бог знает, чего эта женщина вдохнула перед смертью.
  - Но внешне она не казалась отравленной, следов мучения на ее лице не было.
  - В том-то и дело, что больше похоже на сердечный приступ. Я тебе дам фамилии еще двух человек с очень похожей смертью. Поищи, что между ними общего...
  Мусин и его бригада сыщиков в городе были единственными представителями сыскной братии. Не было у них конкурентов, все дела городка были у них. Он, мужчина в самом расцвете лет, был главой местной милиции.
  Но данные о трех подозрительных смертях были так малы. Хотя, как сказал младший лейтенант, обошедший все три квартиры умерших людей, на которых из морга дали наводку, во всех трех квартирах был недавно сделан ремонт, чувствовалась одна бригада ремонтников.
  Соседи подтвердили недавний ремонт в трех квартирах, описали внешний облик ремонтной бригады. Описания бригады во всех трех случаях совпали. Мусин решил найти ремонтную бригаду, после которой хозяева квартир умирали. Новость поползла по городку, и народ сам стал делать весенние ремонты. Распространители новости часто собирались в магазине, где продавали товары для ремонтных работ. Спрос на ремонтные бригады резко упал.
  Мусин зашел в одну такую квартиру, а точнее в последнюю, чистую, медленно заполняющуюся пылью, сел на стул у двери и как истукан стал осматривать единственную комнату в квартире умершей женщины в сорочке с кружевами. Родственников у нее не было, жила она одна, вот решила сделать ремонт в однокомнатной квартире с помощью бригады - и сделала на свою голову. Спрашивается, куда торопилась? Мусин сидел на стуле и осматривал комнату. Он был уверен, что смертельная опасность таилась в этих стенах или потолке. Он посмотрел на люстру, но там, где обычно висят люстры, был чистый и ровный потолок. Мусин встал и включил свет. Над постелью вспыхнуло бра, на противоположной стороне вспыхнули ярким светом такие же лампочки бра. Он улыбнулся.
  Бра излучали яркий свет из ламп, а плафоны скрывали модные лампочки. Мусин пошел в магазин, где продавали такие красивые бра. В магазине сказали, что помнят женщину, купившую два бра. В этих бра стояли трансформаторы, понижающие напряжение, в результате лампы светили от 12 вольт, очень экономичные в употреблении.
  Цифра 12 засела в голове детектива. Он вспомнил, что все соседи утверждали, что хозяева квартир умерли через две недели после ремонта, или через 14 дней.
  В магазине продавец посмотрел на бра со стороны трансформаторов и сказал:
  - В одном бра есть непонятное устройство, его здесь не было, мы проверяли его перед продажей. Что это за устройство, я не знаю.
  Мусин взял бра, положил в коробку, которую услужливо дал ему продавец, и пришел в отдел. Он вспомнил, что бра с лишним устройством висело над постелью пострадавшей. 'Вот и ладно, осталось выяснить, что это за устройство', - подумал Мусин и отнес бра на экспертизу. Экспертиза показала, что это устройство способно извергать отравляющее вещество по сигналу встроенного таймера. Устройство питалось через трансформатор, время действия - тринадцать дней...
  
  Зинаиду выписали из больницы в неизвестность. Мусин встретил ее у входа и предложил довести до дома. В памяти Зинаиды опять появилось состояние 'помнит - не помнит', но она решила, пусть об этом думает Мусин. Он привел ее к однокомнатной квартире, находящейся на первом этаже. Соседки узнали Зинаиду, радостно закричали, потом заплакали.
  Мужчина посмотрел на эмоции женщин, отвел одну старушку в сторону:
  - Скажите, что здесь произошло?
  - О, молодой человек! Тут такое было!
  - Ладно, Зинаида из этой квартиры? - и он показал рукой на окна однокомнатной квартиры, где умерла женщина под бра.
  - Зинаида наш человек, она из этой квартиры, да ее мы давно не видели.
  - Что в квартире произошло без нее?
  - Я по порядку расскажу. Первым исчез Родион, - заговорила старушка.
  - Это я знаю, дальше.
  - Приехала его сестра, сказала, что квартира ее, и выгнала Зинаиду.
  - Вот оно как! Но у Родиона сестры не было!
  - А Зинаида поверила. Она ушла.
  - Она ушла к аэродрому, где последнее время работал Родион.
  - Да? А в квартиру въехала его сестра, потом она позвала артель строителей, они сделали ей ремонт, а она через две недели после ремонта и умерла.
  - А как в квартиру попасть?
  - Милый ты наш, да тут милиция туда-сюда ходит, у них ключи.
  - Спасибо, пусть Зинаида с вами посидит на скамейке, я найду ключи.
  - Да, ладно, присмотрим за ней.
  - Еще вопрос: а как вы определили, что в квартире мертвая женщина?
  - Этаж первый, собаки выли, опять же форточка была открыта, запах пошел, дни теплые стояли.
  - За Зинаидой присмотрите, - сказал Мусин, остановил машину и поехал к детективу Мусину. Ключи от квартиры были у него.
  Зинаида вернулась в свою квартиру дворника. Она сидела на лавочке в окружении старушек, и по мере их рассказов ее глаза прояснялись. Бродила она месяц без квартиры, а ей показалось, что вечность.
  Квартиру открыли. Зинаида зашла, села на стул и заплакала. Старушка заглянула в квартиру и тут же вышла. Зинаиде дали поплакать, потом отдали ей таблетки, их ей дала еще в больнице медсестра в бумажных кулечках. Женщина успокоилась. Мусин принес два бра, сам их повесил. Зинаиде разрешили жить в квартире.
  Третье убийство частично оголилось, как провода, зачищенные перед пайкой. Кто поставил устройство, Мусину было неизвестно, но кое-что было ему понятно. Два первых дела были в состоянии целины. И где та бригада, что ремонты делала, было совсем неизвестно.
  - На местном аэродроме потерпели крушение два самолета, - вещал диктор.
  'Не связана ли гибель летчиков с теми двумя квартирами?' - подумал Мусин.
  И решил заняться расследованием гибели летчиков в быту. Сел он в машину и покатил в сторону аэродрома. Дежурная повела его на место падения самолета.
  - Скажите, а что Зинаида здесь делала? - спросил детектив.
  - Шаталась как неприкаянная.
  - И все? Чем жила, что ела?
  - Я не нянька взрослой женщине.
  - А вы ее раньше не могли в больницу отправить?
  - Так она как лань пуганая, к ней не подступишься. Ее в лесу нашли, лежала без сознания, тогда и отправили в больницу.
  - Еще вопрос: что она могла бы сказать о гибели летчиков? Как охраняются самолеты и горючее, есть к ним доступ?
  - Есть, нет.
  - Загадка для местных товарищей, а мне подробней, пожалуйста.
  - Умный вы! Тогда посмотрим на горючее в натуре.
  В ангаре стояли цистерны без особого присмотра, рядом с одной цистерной все было натоптано женскими ногами, почти босыми.
  - Это следы Зинаиды?
  - Не мои следы, это точно. Зинаида иногда босая ходила. Других женщин на аэродроме нет.
  - Возьму я горючее на экспертизу. Еще вопрос: из этой цистерны для последнего полета самолета горючее брали?
  - Брали.
  - Подождем результатов. И расскажите мне о погибших.
  - Это не тайна, что они погибли, но не все знают, где погибли, кто погиб. Тайна небольшая сохраняется.
  - Мне их данные нужны: где жили, с кем дружили.
  - Один наш летчик. Второго прислали из центра, о нем мало чего знаю: майор, и все.
  - Все о вашем летчике...
  - Так я здесь и отдел кадров, адрес так скажу, жена у него осталась.
  Мусин посмотрел на адрес: адрес совпал с одним из тех, что они взяли под контроль из-за убийства после ремонта.
  Теплым вечером подошел детектив к дому, подсел на лавочку к одинокому старику. Дед сидел, переживал, а сделать ничего не мог. Результаты экспертизы были плачевными: водная эмульсия горючего из цистерны с трудом называлась горючим для самолета. Судить Зинаиду за разбавление горючего водой смысла не имело, ее вменяемость была относительной. Дежурную можно было привлечь за халатность. Мусин решил не лезть в разборку полетов и падений, а заниматься гражданскими делами.
  Два дела имели окончание на летном поле, как два провода, по которым бежит ток через устройство для впрыскивания ядовитого облачка.
  Покупка дома к убийству не относилась, но над ремонтом дома трудилась бригада, по внешним данным подходившая под все описания квартир после ремонта. В смерти двух женщин было виновно устройство с газом, но не сам ремонт.
  Мусин посмотрел на бригаду и ничего не сказал их бригадиру. Кто поставил устройство с газом и включил таймер? Вот в чем оставался главный вопрос этого дела. Кому мешали люди? Но этот вопрос завис в воздухе с парами авиационного топлива.
  
  В первую пятницу августа Лариса почувствовала, что теплое марево продолжается, нарастает жара и ощущение угарного газа. Голова перестала соображать даже после порции холодной воды. Она взяла из сумки носовой платок, намочила его в питьевой воде и выскочила из офиса, приложив треугольник платка на рот, а уголки заложила за уши. Так и шла по улице, не встретив в свой адрес удивленных глаз.
  Дома она закрыла окна, включила вентилятор. Налила в ванну прохладную воду для повышения влажности, искупалась в ней. Уснула под вентилятором минут на двадцать, после этого приступила к уборке в квартире, где не была пару месяцев.
  Почему-то на кухне все покрылось за это время жирным желтым налетом. Гречка, которую она два месяца назад, как обычно, из пакета засыпала в стеклянную банку - проржавела, стала зеленоватой от налета.
  Пот с лица лил от всех движений. Еще раз пришлось охладиться водой в ванне и продолжить мыть плафон лампы, который просто желтел. На улице градусник показывал сорок градусов тепла, домашний - тридцать градусов. Разница в десять градусов оказалась просто живительной и не позволяла расслабиться и открыть окно, за которым виднелся белесый туман. Окна в доме напротив практически все были закрыты.
  Субботу и воскресенье она занималась квартирой с закрытыми окнами. В воскресенье, в семь вечера, она посмотрела в окно и увидела открытые окна в соседнем доме.
  Посмотрела в сторону деревьев, они еще были в белой дымке, но внизу появились парни, мужчины, которые шли в сторону магазина.
  Вот оно чудо! Первыми в магазин пошли мужчины за пивом! Женщины и бабули на улицу еще не выходили. Мать ее вообще только под вентилятором лежала.
  Лариса точно знала, что из дома до вечера лучше не выходить, разница в температуре давала возможность работать, употребляя холодную воду практически вместе с дыханием.
  На юге, где она была в отпуске, народ недоумевал, как это при температуре в 38 градусов тепла столько тревоги в голосе диктора ТВ Клюквенного края? На юге жара - дело обычное, они давно обзавелись кондиционерами, поливными машинами на полях, артезианскими колодцами в усадьбах.
  В дождливой местности, в которой 27 градусов тепла бывает две недели в году, ни о чем подобном не думали. То, что для других обычно, для жителей Клюквенного края стало невероятным. И если в смог открыть окно, то ощущалась слабость, как от отравления угарным газом...
  Любое лето заканчивается, даже такое жаркое.
  
  Самое предсказуемое будущее, - это не непредсказуемое будущее, а почти существующее, но неосуществленное в настоящее время по причине несовершенства системы существования. Такой каламбур хорошо известен. Лет через пятнадцать работы в НИИ Ларисе крупно повезло, она попала на кафедру, при которой была научно-исследовательская часть, лаборатория, в которую был нужен конструктор ее уровня.
  Не всегда мужчины ведут себя раскованно, в учебном институте все сотрудники были таинственными и воспитанными. Выгоду Лариса извлекала из любых хороших отношений. Например, на кафедре открывалась новая тема, первым пунктом идет анализ существующих конструкций. А где найти эти конструкции?
  Существовали книги, учебники, а авторы этих учебников ходили рядом по кафедре. Можно было еще поехать в патентную библиотеку на набережную, и Лариса ездила в нее не один раз, там действительно могла найти аналоги конструкции, которую еще предстояло ей разработать.
  Несколько этажей с папками чертежей со всех стран мира. Несколько поездок в библиотеку по разным темам не прошли для нее даром, были найдены и аналоги, и патенты на изобретения, да и Лариса сама имеет патент на изобретение в соавторстве с членами кафедры. Но без мужчин-преподавателей все это было бы не возможно.
  Одни на добровольных началах вводили ее в курс новых наук, другие в область микросхем, третьи занимались с ней герметизацией корпусов, четвертые вкладывали мысли в вакуумные установки, с пятыми она разрабатывала координатные устройства перемещения, с шестыми работала над измерительными приборами, с седьмым студентом вела его дипломную работу.
  Жизнь в плане умственной нагрузки была очень насыщенной, и еще десять лет Лариса была на предзащите всех дипломных проектов кафедры, т.е. знала все или очень многое, что в этой области науки вообще разрабатывается и конструируется в городе. Вот такая была ее жизнь.
  Лохмотья снега летели в темно-синем небе, догоняя друг друга, они увеличивались в объеме до маленького снежка и нежно опускались на землю. Женские чувства могут увеличиваться, как снежный ком, но, падая на теплую землю, немедленно растают. И чего мужчина спрашивает у женщины, то чего ей не надо. Спросить у нее то, чего она хочет, он не может! Ну вот, опять забежал, посмотрел, убежал, словно он в Интернет зашел и вышел. А вот еще один, по тому же принципу, зашел, посмотрел, вышел.
  У сердца есть забавное качество: оно может любить, но, многократно обиженное любимым человеком, закрывается герметично, как люки на МКС. Миниатюрные МКС продаются в виде пластмассовых игрушек, а может, и чувства бывают пластмассовыми, легко обижаемыми? Настоящие чувства дольше терпят обиды, хотя все оплачивается любовью, абсолютно все. Где компромисс, там любовь и деньги или их смутная замена, о которой человек себе не признается, но любая любовь в принципе меркантильна. Уши у Ларисы от таких мыслей заалели, или это ее кто-то вспоминает. А она их не вспоминает. Конструктор бывшим не бывает, мысленно все проблемы решает, как технические задачи.
  В жизни все часто меняется: то космос, то обычная кафедра в институте. Это как раз реально. То рядом молодой человек, то профессора, которым глубоко безразлична внешность сотрудниц. Конечно, не безразлична Лариса профессору, но здесь возникает новый уровень отношений - работа. Надо быть красивой, умной, хладнокровной. Ведь появляются новые заводы и новые возможности для изготовления разработок!
  И возникают новые прогулки по набережным с молодым преподавателем. И появляются новые стихи новым сопровождающим Ларису лицам. Надо отдать должное мужчинам самой умной кафедры, что все к Ларисе хорошо относились. Никто не переходил границ дозволенности.
  С одним доцентом произошло лирическое отступление. Столы стояли рядом: Ларисы и доцента, и, случайно глядя на него, она написала стихотворение 'Белые цветы'. 'Подари мне цветы, только белые, белые, чтобы мы на заре были честностью смелые', - такие там были слова. Потом один раз доцент был в составе делегации в волжский город, всего было человека четыре.
  Через несколько лет после этой поездки он заболел. Ему сделали сложную операцию, и вот в ночь, когда его должны были выписывать из больницы, в ручке входной двери квартиры Ларисы оказался огромный белый букет цветов. Доцент умер, но перед смертью послал ей огромный букет белых цветов.
  Неумолимо настал период, когда кафедра в учебном институте стала резко уменьшаться по числу сотрудников. Первыми покинули кафедру крутые доценты. Страна переходила на новый экономический строй через проблемы во всех слоях общества.
  Последней работой была разработка электронного изделия. Работоспособность у изделия была хорошая, и через десять лет оно работало. Лариса какое-то время существовала за счет этой разработки. Образовывались первые маленькие частные организации.
  Директор уже хотел построить отдельную фирму, но все деньги, полученные за изделия, вложил в частный банк. В этот период все столбы украшались плакатами с наименованиями банков, которые все обещали золотые горы. Банкротом стал директор вместе с банком, и все сотрудники вместе с ним.
  На кафедре был интересный человек, занимающийся хозяйственной работой, ему же звонили из медпункта по поводу прививок от гриппа. Человек он более чем ответственный.
  Звонят из медпункта, чтобы все шли делать прививки, - надо идти, а преподаватели идти отказываются, и он пошел сам и сделал себе две прививки с разницей в пару дней. Завлаб, бывший отставник, бывший военный, плохих привычек, кроме исполнительности и усердия, у него не было.
  После двух прививок от гриппа он поехал на три дня на родину в ближнюю к столице губернию, там заболел, сказали - воспаление легких, умер в течение двух недель после двух прививок от гриппа!
  Был еще один интересный профессор, рожденный в глубинке, к шестидесяти годам он стал профессором современной науки, созвучной с названием кафедры. Последний раз Лариса видела его за два месяца до его смерти в автобусе, он очень обрадовался ей, а ему было уже семьдесят лет, она из своей сумки достала свою новую книгу и отдала ему.
  Профессор сказал, что его внучка и ее ровесники Ларису знают. Через два месяца она узнала, что профессор в семьдесят лет пытался быть на высоте науки, он освоил компьютер, так вот, когда он последний раз ехал в институт, в этот день он должен быть выйти во Всемирную сеть, его сбила машина. Профессор в Интернет так и не вышел - погиб. Он очень много знал в самой умной области науки.
  Лариса десять лет присутствовала на защитах дипломных проектов, которые вел именно он и другие доценты, профессора. Могли бы оставить его живым. Зачем профессора сбили? Он и в семьдесят лет был стройным и подвижным мужчиной, по понедельникам он не ел. А не в понедельник ли его сбили?
  На кафедре была одна женщина доцент с великолепной гривой светлых волос, она была правой рукой сбитого машиной профессора. Умная и энергичная женщина.
  О заведующем кафедрой того периода можно сказать, что профессор - умнейший и красивейший мужчина своего времени. Его книги и книги сбитого профессора висят или висели на стене на последнем повороте перед кафедрой университета.
  В комнате перед входом в кабинет заведующего кафедрой сидела потрясающая секретарша, на столе с двух сторон стояли огромные электрические пишущие машинки. Секретарша, вся в серебряных изделиях и в запахах духов, улыбалась входящим к профессору людям и простым студентам.
  Когда машинки пишущие исчезли, она перешла работать в киоск, и многие бывшие сотрудники кафедры забегали к ней купить бутылку воды.
  Жизнь долго длится, но быстро проходит. Намотана катушка жизни, если потянуть ее за кончик, еще можно размотать, пока есть Лариса.
  А теперь по делу.
  Сегодня ночью в ее окне маячила звезда. Лариса не поленилась и выглянула в окно, но звездного неба и луны не обнаружила. Но звезда висела на месте: что ли, она одна вышла сегодня погулять? Она взяла очки и нацепила их на нос.
  Звезда не приблизилась. Муть какая-то видна сквозь очки. Тогда она взяла бинокль деда. Но в бинокль она увидела в небе не звезду, а мини-фургон, и в нем горел свет! Что мог делать фургон в небе? На летающую тарелку он был не похож.
  
  Через три часа после ухода с кафедры Лариса пришла на большой завод. Позвонила с проходной по местному телефону, услышала красивый мужской голос, потом знакомый женский голос, ее узнали по ее разработкам. Осталось оформить документы.
  Лариса без перерыва вышла на другое место работы. Начальником отдела был необыкновенно красивый и умный мужчина, работать с ним было хорошо, но его быстро повысили и дали целый завод в подчинение, но в области.
  Свобода зимнего утра! Воздух после выходных дней свежий, как родниковая вода. В темноте утра рядом с дорогой стояли женщины и продавали свой товар. Магазин на снегу работал по своим правилам, каждая продавщица приходила в свой день недели, так что товары здесь менялись ежедневно.
  Для себя Лариса здесь редко что встречала. Она видела в продаже то, что нужно ее близким или знакомым, но угодить им заочно - дело нелегкое. И она проходила мимо утренних продавщиц.
  Большие здания фирм всех мастей светились редкими окнами. В это время все люди на работу еще не пришли. Рано. Несколько лет эти здания увядали. В любое время суток светящихся окон было все меньше, позже появились плакаты с номерами телефонов об аренде.
  Здания стали оживать. Из них вывозили огромное количество старой утвари. Помещения ремонтировались, появлялся свет в новых светильниках.
  Лариса прошла мимо елей и невысокого квадратного здания, в которое вкатывали огромные рулоны бумаги из машины. Здесь располагалась типография. Еще шагов двадцать - и она прошла мимо вахтера, поднялась на свой этаж. Все. Жизнь застыла до вечера. Всемирная сеть - подруга раннего утра.
  Мужчинами на своей фирме она не увлекалась, они все были женаты, да и она была замужем, когда ее на работу брали. Но жизнь у всех не без фантазий и реальности.
  Ларису интересовала жизнь на Земле, но безопасная для женщины. Ой-ой-ой, как трудно быть женщиной! Сказать по секрету, где хорошо? Мужчины обидятся. Хорошо после развода, как после грозы, но остается чувство потаенной обиды. И это не панацея. Вот и оставалось Ларисе жить одинокой принцессой.
  
  Лариса в хорошую погоду выходила гулять в ближний лесопарк, по которому дорожные службы проложили дорожку из белых камешков. Летом от белых камешков обувь становилась белой, осенью грязь и листва уравнивали камни до одной высоты, чему способствовали проезжающие с бревнами машины.
  В лесу постоянно на одном месте жгли лишнее ветки и распиленные бревна. Зачем? Возможно, что они золу производили для таблеток. Совсем рядом находилось производство по изготовлению лекарства.
  Подберезовики после дождя с удовольствием росли рядом с пешеходной дорожкой. Они не любили расти зря, им очень хотелось почувствовать тепло человеческих рук. Лариса видела грибы под любым листиком, за любой корягой. Она не могла пропустить милую шапочку гриба, особенно маленького. Один гриб подарил ей пилочку для ногтей. 'Интересно, кто ее в лесу мог уронить'? - мелькнула мысль в ее кудрявой головке.
  Среди деревьев мелькнул мужской силуэт в светлой одежде. Он явно искал грибы в десяти метрах от дороги. Лариса слегка поежилась, она превратилась в ежика с колючками. Шла она по дорожке лесной и не думала, что в лесу еще есть люди. Она резко свернула в сторону от тропинки к кусту, обсыпанному малиной, и с удовольствием поела спелые ягоды.
  Но вдруг Лариса почувствовала взгляд. Она приподнялась и увидела у куста с малиной, расположенного в трех метрах от нее, мужчину на корточках, который ел малину, а на нее поглядывал с усмешкой. Она наклонилась к самой нижней ягоде, а рядом с ягодой лежал складной нож. Ей захотелось крикнуть:
  - Мужчины, кто нож потерял?
  Вместо этого она ногой толкнула нож в кусты, медленно встала, незаметно оглянулась и пошла к автомобильной трассе. Сзади послышался щелчок, скрип. Она остановилась от страха, потом сообразила, что это старые деревья скрипят от соприкосновения. Навстречу ей по дорожке шла женщина с платком на голове и с корзинкой в руке:
  - Девушка, не подскажешь, как выбраться из леса?
  - Вы не на ту дорожку вышли, надо вернуться до развилки и повернуть на другую дорогу. Лесной перекресток путает дороги.
  - Вот спасибо! Я чувствую, что машины уже рядом, а выйти из леса не могу.
  Лариса всей душой готова была пойти рядом с женщиной, и она пошла рядом с ней. Женщина ее заметила:
  - Что такая грустная?
  - В подберезовике нашла пилку для ногтей, - ответила Лариса.
  - Бабы уронили, у них ножей нет, так пилкой смотрят, червивые грибы или нет.
  - Как все просто.
  - С грибами все просто, у меня вот приятельница Кира с отпуска не вернулась, она в лесу все дороги знает, я всегда с ней ходила и ни о чем не думала.
  - Что с ней произошло? - спросила Лариса.
  - Не знаю. Я тоже отдыхала на юге, где Кира, но уехала на неделю раньше. Мы отдыхали в месте, где раньше рос бамбук. Бамбуковая роща, а рядом море. Теперь все красивее, и вместо бамбука растут пальмы и кипарисы. Ой, а я вас не задерживаю, мы уже дошли до дороги?
  - Может, ваша приятельница еще вернется?
  - Сомневаюсь, на работу она не вышла. Когда она приехала к морю, то очень захотела вернуться домой. Она мне это сама говорила. Женщина она худенькая, шустрая.
  - Что с ней могло произойти?
  - Если скажу, не поверите. Вы не спешите?
  - Я могу вас выслушать, - сказала Лариса.
  - Когда я приехала в бамбуковый город, на вершинах гор еще лежал снег, а море было холодное. Кира приехала через неделю, и море уже стало теплее. В горах много горнолыжных трасс. Море постоянно штормило. В городе проходил фестиваль, из-за которого неделю разгоняли облака. Солнце светило на лыжные трассы и нагревало снег. Нет, я не скажу вам свое предположение по поводу гибели приятельницы. Ой, нет! - воскликнула женщина и быстро пошла к автобусной остановке.
  Лариса посмотрела ей вслед и тут же услышала за спиной мужские голоса. Страх пробежал по ее спине, и она пошла к стоянке машин. Из леса вышли двое мужчин в светлых брюках и светлых рубашках. Мужчины, переговариваясь, подошли к своим машинам на стоянке.
  Ларисе стало стыдно, она повернула назад, чтобы найти нож в малине и отдать, но ее отвлекли другие события. Точнее, то, как начиналась ее трудовая деятельность. Когда она вернулась из отпуска в бархатный сезон на свое место, но на столе увидела свою пилку для ногтей, которую она потеряла в грибочке. А нашла ее Лариса во время прогулки в обед, в ближнем лесу. Как-то так.
  
  Ларису на экране телевизора потрясли разрезы на лице женщины в районе виска. Хирург, делавший ей операцию, за страшное зрелище был вскоре убит. Смотреть передачу - было выше сил. Лариса переключила программы и вновь возвратилась на 'Первый канал'. Зрелище тягостное. Зеркало притянуло ее надолго, она посмотрела на свое лицо и поняла, что не пойдет на такие издевательства над собой. Просто очень захотелось дать совет дамам на телеэкране: лицо берегут с молодости! За лицом смотреть надо всегда, а не тогда, когда на вас деньги сыплются или ожидается, что вот то посыплются из рога изобилия.
  Совет советом, и Лариса стала делать массаж лица, иногда она делала его в косметических кабинетах, но там так любят сквозняки устраивать, что лучше не рисковать здоровьем. Свое лицо Лариса знала наизусть, но зеркало всегда стимулировало работу пальцев. Крем. Пальцы. Лицо. Движения. Вот и весь секрет молодости госпожи Ларисы.
  Однажды Лариса почувствовала, что ей необходимо сменить на себе украшения. Она подумала, что если у нее украшения будут дешевле, то есть вероятность, что большему числу молодых людей она понравится, особенно тем, у кого с деньгами не густо. Она купила серебряные сережки с насечкой, которая искрилась в свете ламп не хуже алмазов. Потом добавила крупную, на ее взгляд, серебряную цепочку. Сережки искрились в ушах. Цепочка дремала на ее шее.
  Никто ее не замечал, любовь и дружбу не предлагал. Она распустила пушистые волосы, но и это не привлекло к ней особого внимания. У нее возникло ощущение, что она стала невидимкой от всеобщего невнимания. Она крутилась перед зеркалом до умопомрачения, чем вызвала недовольство домашних. Скука всемирная заполнила ее душу, но серебро снимать она не собиралась.
  Однажды Лариса невольно отметила, что серебро на ее ушах перестало сверкать, а цепочка на шее помрачнела. Что-то было не так. Она попыталась почистить серебро, но оно вновь покрылось дымкой недоразумения, скорее всего, под влиянием соленых волн. Она купила себе платье местного производства из великолепного хлопка. И стала вместе с платьем сестрой яркого желтого солнца, тогда ее перестали замечать мужчины. Она вновь превратилась в невидимку, что полностью устраивало ее.
  Лариса пришла на работу в офис фирмы. Первые заморозки сопровождались нежным, розовато-голубоватым небом. В другое время года такое чудо на небе она не наблюдала. Всего второй раз в жизни она видела такую красоту, и то считанные минуты утром, да еще с определенной высоты. Словно в небе растаяло женское и мужское начало и светило своим заревом любви.
  Офисная жизнь успокаивала. Лариса Ивановна покинула спортивные площадки. Вечная ее подруга и соперница Анна Андреевна отучилась на курсах бухгалтеров и стала работать в офисе.
  Заграничная жизнь притихла. Лариса и Антон Сидорович прошли сексуальный возраст. Нежные отношения у них были редко и длились считанные минуты. Ларисе хотелось удержать мгновенья счастья, но они растаяли в жизни так же быстро, как исчез розоватый цвет неба. Призрак счастья манил своей человеческой теплотой отношений, но быстро растворялся в повседневной жизни. Лариса вошла в офис, коснувшись ключом электронного замка.
  Антон Сидорович сидел за столом с компьютером, рядом с ним стоял настольный станок для обработки алмазов. Глаза их встретились - вот и все приветствие близких по духу людей.
  - Антон Сидорович, как дела с новым изделием?
  - Не хватает двух микросхем в изделии. Лариса, есть новая задача, садись за стол, обсудим.
  Стол для гостей стоял в стороне от стола шефа, за него можно было сесть с двух сторон, разложив все прорисовки нового изделия. Лариса прорисовала эскизы нового прибора. Она уяснила поставленную перед собой задачу и решила обговорить все вопросы с огранщиком. Потом взять все, что нужно, из этого натюрморта и унести к себе на стол, словно добычу.
  За своим столом Лариса могла вспомнить слова Антона Сидоровича, достать чистый лист бумаги и рисовать, рисовать прорисовки нового изделия. И лишь тогда, когда проявится ценная мысль на листе, вновь встретиться и обговорить результат поиска нового технического шедевра.
  И вся любовь - одна совместная работа.
  Заставка компьютера открывала тайны при легком нажатии на клавишу или кнопку мышки. На экране появлялся перечень разработанной конструкторской документации на изделия. Лариса находила чистые форматки, они получали новые названия, номера, и новое изделие начинало рождаться в зеленых и белых линиях на черном фоне компьютера.
  Справа на столе на металлических полках лежали старые справочники и новые каталоги с выставок и показов приборов. На верхней полке стоял цветок, который никогда не цвел. Своими зарослями он скрывал Ларису Ивановну от сотрудника, профиль которого иначе маячил бы перед ее лицом.
  Да, менеджер Родион иногда работал в офисе, и нельзя было допускать, чтобы их глаза встречались во время работы. Листва нежно и неназойливо прятала Ларису и Родиона друг от друга. Справа от Ларисы стояла любимая кружка с крышкой. На кружке были изображены незабудки, милые цветочки, их и цветами не назовешь, а только нежно - цветочками. За кружкой лежал крокодил стола - темно-зеленая трубка телефона. Лариса меньше всего пользовалась услугами зеленого крокодила, больше электронной почтой.
  За спиной стоял старый шкаф, в котором прятались новые папки с рисунками и документацией на новые изделия. Старая документация отправлялась в недра шкафа и не маячила перед глазами; то, что в ней было изображено, давно произведено и спрятано покупателями где-нибудь от подземелья до небес.
  В офис зашла Анна Андреевна, весьма симпатичная женщина. Она раздала листочки с заработной платой, остановилась рядом с Родионом. Он для нее обладал некой притягательной силой. Они оба излучали улыбки, светились от радости общения. Она не задерживалась рядом с объектом своего обожания и шла на свое рабочее место.
  Анна Андреевна для Родиона - облачко мимолетного счастья. Взгляд Ларисы возвратился на свой стол, она сосредоточенно работала. Случайно она подняла глаза над компьютером и увидела небо с белыми клубами облаков, и вновь взгляд возвратился к работе. В офисе царила тишина. Все работали. За стеклянной стеной был слышен голос менеджера фирмы Родиона, вдруг голос его усилился, и он закричал:
  - Федор, почему Вы не приходите на работу? У Вас прогулы и нет больничного листа.
  В ответ раздалось мужское бурчание. Федор оказался для фирмы рождественским подарком. Он устроился в декабре на работу. Взяли его как специалиста по обработке материала, но он превзошел все ожидания. Весьма интересный мужчина, достаточно высокий, хорошо откормленный, с седыми волосами и не лысый произвел на всех приятное впечатление.
  На рабочем столе его стоял настольный станок для изготовления опытных образцов, на полке были расположены приборы для контроля готового изделия. Его дело состояло в том, чтобы вести работу нескольких изделий фирмы.
  День он начинал с телефонных разговоров.
  - Алло, лапочка, - говорил Федор, - встретимся в 16 часов у магазина...
  Или:
  - Здравствуй, милая, как дела? Ты знаешь...
  Родион смотрел на соседа слева и не знал, чем от него отгородиться. Но это твердо знал Федор. Он передвигал шкафы, переставлял приборы. В течение трех месяцев он воздвигал крепость из подсобных предметов. Внутри крепости появился старый столик, покрытый стеклом. На стекле стоял любимый телефон. Перед глазами на плакате висели изделия фирмы, но производства не той фирмы, на которую он работал. Работать за станком Федор не любил. Все новые папки Родиона медленно перекладывались в шкаф Федора.
  Федор фильтровал воду в стеклянном фильтре, грел воду в чайнике, заливал кипяток в свою литровую кружку, кидал в нее много ложек с сахарным песком. Начинался аттракцион: чаепитие в крепости из приборов. Присвистывая, причмокивая, прихлебывая чай, Федор таял от удовольствия.
  Внутри его крепости проходил стояк с трехфазным током, провода прикрывал металлический кожух. В этом кожухе Федор сверлил отверстия, чтобы повесить бухту проводов. Одно отверстие у него получилось, но при сверлении следующего отверстия он умудрился попасть в один из проводов. Блеск, треск, запах! Тумблер на 380 вольт вышел из строя, и сгорел шкаф для испытания приборов. Это стало началом конца Федора.
  Родион смотрел на него, и ему иногда казалось, что Федор так и остался при социализме и пропустил перестройку.
  Весна внесла свои коррективы в поведение Федора. Он своей жене только звонил, а жил на даче. Дача наказала его сыростью и простудой. В трех метрах от Родиона постоянно находился человек с кашлем, плюс чаепитие, да еще шепот из мини-приемника.
  Надоело Федору чахнуть в крепости, ушел он на пару недель, потом совсем исчез из поля зрения Родиона.
  Как-то пришла Анна Андреевна и сказала, что Федора надо бы уволить за прогулы, но сам он отказывается увольняться. Мероприятие по увольнению длилось месяцев пять, включая суд. На его место приходил работать Олег, он чай не пил на этом рабочем месте, и от него шел тонкий поток флюидов, когда Лариса подходила к нему по работе.
  Горизонт, розовато-красноватый на фоне серо-голубоватого неба, был не так нежен, как вчера. И личный мужчина несколько утратил нежность в обращении с Ларисой. Первозданная нежность, будь ты замужем или то случайная любовь, бывает раз или крайне редко. Все остальное в любви - поиски первого чувства, а секс - это уже так, механический процесс поиска наслаждения, это розовато-красное на фоне серо-голубоватой сферы неба и деятельности человека.
  Иногда любое спокойствие дороже наслаждения, выжить бы, не до любви, и счастьем в такой миг является отсутствие угнетающих мыслей. Вот и все небо, проза в жизни побеждает любовное начало человека.
  Анна Андреевна развлекалась игрой в карты на компьютере. Среди бухгалтеров это наиболее почетное развлечение, по этому поводу над ней подтрунивал менеджер Родион. Она красиво обижалась и опускала глаза в свои многочисленные бумаги. Иногда он ее смешил, и она звонко смеялась.
  Закат отличался от рассвета перевернутой картинкой цвета розоватого и голубоватого. На рассвете - снизу голубоватое небо, сверху розоватое, на закате - снизу розоватое, сверху голубоватое небо.
  
  
  
  

Золотистый цвет

  
  Мусин зашел на сайт знакомств и увидел обычное фото женщины. Чувствовалось, что на этом фото ничего не убиралось и не добавлялось фотографом. Лицо серьезное, стрижка короткая, на глазах очки. Да и сам он был с шевелюрой по краям головы и в очках. Он написал ей. Она пригласила его в театр.
  Они встретились у входа в театр. Кстати, театр отличное место для первой встречи: безопасно и людно. В театре можно проверить человека на благородство души и состояние его кошелька. На улице царила зима, когда на деревьях нет листвы, когда трава в инее и нет снега. Дама пришла на свидание вся в белом: белые сапоги, белая куртка с белым воротником.
  Когда она сняла куртку и сапоги, то оказалась аккуратной женщиной, у которой все было на месте. На ее ногах царили чулки телесного цвета, а не черного, как у всех! Туфли на среднем каблуке хорошо сидели на ее ножках. Прямая юбка эффектно облегала бедра. Тонкий джемпер давал возможность светиться серебряной цепочке на ее шее. Серебряные ажурные серьги на ее ушах гармонировали с кулоном на серебряной цепочке. Просто и со вкусом.
  Мужчина был сражен наповал внешним обликом такой чудесной женщины. Сам он был одет прилично, но не до такой степени, чтобы себя описывать. У него в голове не умещалась мысль, как такая женщина могла оказаться без мужчины? Довольно скоро он узнал, что ее муж погиб. Почему? Она не знала ответа на этот вопрос.
  Некоторое время она жила одна, то есть без мужчины, но со своими детьми. И вот однажды зашла на сайт знакомств и сразу увидела Евгения. Он ей понравился, да и жил он недалеко от нее.
  После театра он сидел дома один и ел апельсины. Он не пил, не курил, дам домой не водил. Идеальный мужчина Мусин для одинокой женщины по имени Полина. Мужчина был разведен, его дети жили отдельно от него. Его бывшая жена жила сама по себе, то есть без него и без детей.
  Утром иней опутывал траву. На газоне образовались равномерные завитки травы, покрытые белым инеем. Больше ничего не напоминало о зиме. Хотя на площади уже неделю собирали ель из отдельных искусственных веток.
  Мир новостей сообщал о событиях, которые не прошли мимо журналистов. Но жизнь так устроена, что не все новости появляются на экранах телевизоров и в Сети. Чаще всего утром Мусин узнавал новости из Интернета, а вечером с удовольствием просматривал новости на плоском экране телевизора, который легко можно было бы превратить в экран компьютера, но ему этого делать не хотелось.
  Нет, он не был ленив, прошло всего два дня, как он вернулся из прекрасного городка. Он ездил к своей бабушке. Он ездил совершать житейский подвиг, связанный с ее переездом.
  К бабушке он улетел на самолете, а вернулся на поезде, в котором проспал почти все время от усталости. К себе он не мог взять бабушку, поскольку жил в странной квартире. Вся его квартира состояла из пятнадцатиметровой комнаты, включающей в себя спальню и кухню, и узла с сантехникой, состоящего из душа и сиденья с крышкой. Изумительная мизерная квартирка, не вмещающая иных родственников, кроме него самого.
  Полина на следующем свидании, прошедшем в виде прогулки по парку, рассказала Мусину то, что знала по поводу гибели своего мужа. В то время она работала в столице и ездила на работу в электричке. Получается, что на работу она проехала мимо трупа мужа, чего она не знала. Она ехала с тяжелым чувством неизвестности, потому что ее муж не пришел с работы домой.
  На работе от внутренней напряженности Полина не могла работать, она сидела и обзванивала больницы. И вдруг ей позвонили из полиции и сказали, что ее муж Сидор погиб под поездом, когда он переходил ночью через железнодорожные пути. Ее телефон они узнали в городской библиотеке. Оказывается, у мужчины с собой была библиотечная книга его жены, что помогло найти жену погибшего.
  Короткая история из серии умных поступков полиции не давала объяснения причины гибели трезвого мужчины под колесами поезда в месте, расположенном совсем недалеко от подземного перехода через железнодорожные пути.
  Никто не выяснял причину гибели мужа Полины, но Мусина этот вопрос взволновал, он хотел знать причину гибели мужчины. Бывают 'черные вдовы', а Полина была 'белой вдовой'! А так ли все на самом деле? Он хотел жить долго, а для этого ему надо было знать, что было до него в биографии столь аккуратной женщины.
  Мусин и Полина продолжали встречаться, при этом он исподволь продолжал выяснять причины, приведшие к гибели ее гражданского мужа.
  Трагическое событие с третьим мужчиной Полины, Сидором, произошло в канун Нового года, когда у входа в старый подземный переход стояли лотки с игрушками и гирляндами. На этом месте могли продавать семечки, носки, цветы и елочные украшения. С другой стороны перехода продавали журналы и газеты.
  Сидор нес с собой библиотечную книгу, значит, на работе у него не было Интернета, да и денег у него особых не было, если он новую книгу не мог купить. Итак, мужчина был семейным, деньги отдавал семье, сам жил более чем скромно, то есть он вполне мог перейти через подземный переход, скрывать ему от людей было нечего.
  Алкоголя в его крови не обнаружили. Трезвый, честный, бедный - и зачем он пошел через железнодорожные пути? Мог бы и дальше жить без особых потребностей, никому не мешая, помогая семье по мере сил.
  Постепенно встречи Полины и Мусина перешли из парков и театров в дом. Поначалу они встречались в его мини-квартире, потом встречались в ее квартире, где она жила с дочкой Инной. Вот тут-то и познакомился второй раз Мусин с дочкой Полины, Инной. Знакомство произошло на дне рождения Полины.
  Мусин излишне подозрительно смотрел на Инну, чем-то она его поразила. Теперь он мог уверенно сказать, что Полина не была виновата в гибели мужа, но ее дочь вызывала подозрение. Инна была одного роста с мамой, на этом их сходство заканчивалось. Рядом с Полиной было спокойствие, а рядом с Инной появлялась нервозность. Полина не курила. Инна курила.
  Полина тянула лямку материнства, а Инна тянула деньги на игровые комплексы. Было время игровых автоматов, именно в них Инна оставляла деньги. Авантюрная молодая особа - вот что о ней думал Мусин. В принципе, он уже считал, что с Полиной можно связать свою жизнь. Она действительно 'белая вдова' или вдова не по своей вине. Но ощущения, что поиск виновного окончен, у него не было.
  Горожане украшали деревья светодиодными гирляндами - они не просто светились, а еще и бегали сверху вниз по ветвям. Приятное зрелище. Мусина осенила мысль, что погибший Сидор пытался Инну спасти от игры на автоматах. Он бежал через железнодорожные пути к бару с автоматами, расположенному по той прямой, по которой он переходил рельсы. Он слишком торопился спасти дочь от долга и погиб, не заметив в ночи поезд. Сейчас этого бара уже нет, но в тот год, когда Сидор Сидорович погиб, он был на пути его следования. Вот и весь ответ.
  Сидел Мусин весьма довольный жизнью и ел соленую соломку, дабы не потолстеть. Но тут позвонила Полина и сказала, что им необходимо съездить вдвоем к матери Сидора. Мусин только охнул, но согласился поехать в гости в выходной день. Мать Сидора оказалась бабулей подвижной, но ворчливой. Жила она с отчимом Сидора. Та еще парочка.
  Мать Сидора постоянно ворчала на его отчима. Пожилой человек умудрялся не реагировать на нравоучения пожилой супруги, так они уживались уже лет сорок. И у Мусина стукнула в голове мысль: 'А как реагировал Сидор на свою родную мать? Могла ли она его довести до белого каления?' И сам себе ответил: 'Могла'. Есть люди, напичканные нравоучениями и поучениями. Мать Сидора была из этого числа.
  Теперь Мусин постоянно думал, что это именно мать довела Сидора до невменяемого состояния, и теперь сам пытался отгородиться от ее нравоучений всеми способами. Например, если на семейный праздник приезжали все родственники Полины, то он приезжал на праздник последним, когда мать Сидора уезжала. На этом он и остановился в смысле поиска правды о погибшем муже Полины.
  Жизнь правит бал переживаний. Самый главный бал зимы - Новый год. Мусин вздрогнул от предчувствия, он боялся схода родни Полины за общий стол, который она накрывает за их общий счет. Он боялся этой встречи. Он уже обвинил мысленно Инну и мать Сидора. Что таится в Полине Григорьевне? Вот в чем вопрос.
  Город плотнее одевался елками и покрывался гирляндами. У перехода под железнодорожными путями продавали игрушки и маленькие елки. Мусин пошел через переход. В переходе сидела дружная компания, состоящая из двух продавцов и одного музыканта. Здесь продавали нательное белье и цветы. Рядом с продавцами сидел баянист, который иногда играл нечто известное всему народу. Мусин остановился у живописной группы. Ему показалось, что эта компания знала мужа Полины.
  Теперь Мусин уже знал, что Сидор Сидорович последнее время работал сварщиком на стройке. Дома строили по новой технологии, поэтому без сварочных работ сборочный процесс домов не обходился. Он строил дома в новом районе, а жили они в старом районе города. При сварке бывает такая красивая иллюминация, что не хуже салютов смотрится со стороны.
  А, когда сварщик успевал книги читать на работе? Или он читал во время обеда? При сварке точно книгу не почитаешь. Спрашивается, почему он шел с библиотечной книгой? У Мусина в голове пролетели вопросы целым роем.
  - Мужик, чего застыл, будто спросить чего хочешь? - спросила полная баба в цветастом платке, продающая цветы.
  - Не знаю, как к вам обратиться. У меня есть один вопрос, - растерянно проговорил Мусин.
  - Задавай свой вопрос, - разрешил баянист.
  - Дело в том, что я женюсь на женщине, у которой муж погиб под поездом, переходя железнодорожные пути. Это было год назад.
  - Ты на бабе Сидора жениться хочешь? - удивилась баба в цветастом платке.
  - А вы Сидора знали? - в свою очередь удивился Мусин.
  - А то нет, он тут завсегда проходил. Сидор нашему музыканту Юрьевичу в шапку деньги за музыку кидал. У меня цветы жене покупал. Он с нами разговаривал, а то некоторые идут и за музыку не платят, - ответила баба.
  - А вы, часом, не знаете, почему Сидор пошел не через подземный переход, а через железнодорожные пути? И, вообще, непонятно, почему вы знаете, что он погиб? - спросил с отчаянием в голосе Мусин.
  - Да кто его знает, почему он пошел через пути?! - возмутился баянист. - Ты не первый, кто у нас про Сидора спрашивает! Год назад нас постоянно опрашивали по этому вопросу. Мы ничего не знаем.
  Мусин положил бумажную купюру в шапку баяниста и пошел дальше по переходу под радостный крик музыканта. Он хотел посмотреть на дома, которые строил Сидор Сидорович. Дома стояли похожие один на другой и были готовы для новоселов.
  В голове у Мусина было три варианта ответа. Случайность. Спасал Инну от игровой зависимости. Мать, любившая всех обзванивать, довела его упреками и нравоучениями. Почему-то в эти варианты не входила Полина. Мусину Полина нравилась, и он не мог даже в мыслях ее упрекнуть.
  У одного нового дома Мусин заметил небольшую группу рабочих. Он подошел к ним и стал пристально рассматривать.
  - Кого ты здесь ищешь? - спросил рабочий, одетый в синюю куртку, похожую на ватник.
  - Я ищу того, кто знал Сидора - сварщика, погибшего год назад.
  - Мы его знали, - ответил строитель. - Хороший был мужик. Работящий. Земля ему пухом. Помянуть бы его не грех, год прошел.
  - А вы, случаем, не знаете, почему он погиб? Почему он не пошел через подземный переход?
  - Кто его знает! Я точно не знаю, почему его черти через пути понесли! - воскликнул зло рабочий. - Может, он устал! Или замерз! Или заболел! Сварщики порой на улице работают!
  - Простите меня, - попятился Мусин. - Вот, помяните Сидора-сварщика, - и он протянул купюру рабочему.
  Рабочие кивнули ему в знак благодарности.
  
  Мусин пошел к пресловутому подземному переходу. Он не был богат, раздавая деньги, он элементарно покупал свою жизнь у случайностей.
  - Подождите! - услышал он сдавленный крик.
  Мусин остановился, оглянулся: за ним быстро шел молодой парень.
  - Мне надо с вами поговорить, - нервно выдохнул молодой человек.
  - Я вас слушаю, - ответил спокойно Мусин.
  - Я работал с Сидором, я его ученик. После его смерти вся его работа на стройке на меня свалилась. Я знаю, как ему было тяжело работать. У него были большие проблемы с глазами, он часто смотрел на сварку, но не всегда подбирал правильные очки. Я себе купил защитные очки для сварки, а он на себе экономил. Он просто мог не заметить поезда.
  - Но он мог его услышать! - воскликнул Мусин.
  - На стройке столько шума, что слух притупляется, - ответил молодой сварщик.
  - Спасибо вам большое! - произнес Мусин, пожимая руку парню.
  У подземного перехода Мусина поджидала баба в цветном платке.
  - Мужик, что я тебе скажу, - проговорила она шепотом.
  Но договорить она не успела, ее кто-то просто оттолкнул от Мусина, потому что мгновенно появилась толпа из электрички. Баба исчезла в толпе или растворилась в пространстве. Он медленно пошел к остановке, но на его пути встала баба в цветном платке, словно из-под земли выросла.
  - Мужик, я чего вспомнила: Сидор плохо видел. Мужчина он был обходительный, шибко мне нравился. Он мне одну историю про себя рассказал. Когда ему было лет девять, он уже был красивым, а в школе, значит, у них зрение проверяли. Фельдшер ему в глаза жидкость закапала, от которой у него зрачки расширились, но назад так и не вернулись. Мальчишка почти ничего не видел. Его глаза долго лечили, но особо не вылечили. Он всегда в очках ходил. Он же еще сварщиком работал, прутки сваривал, очки другие надевал, так еще хуже зрение стало. Вот, - выдохнула тираду слов баба и исчезла в сумерках.
  Мусин пришел домой. Его мини-квартира сияла чистотой. Пахло вкусной едой. На тренажерном велосипеде сидела Полина Григорьевна в футболке и бриджах, крутя педали.
  - Еда готова. Я тебе не помешаю, если покручу педали? - спросила Полина.
  - Крути педали. Ты мне не мешаешь, - ответил Мусин и стал переодеваться.
  Незаметно Мусин посмотрел на элегантную женщину на велосипеде, вспомнил бабу в платке и понял, что для Сидора они были равны из-за плохого зрения. Ему захотелось сделать подарок Полине.
  - Полина, а какие у тебя очки? Минусы или плюсы?
  - У меня очки для работы и для дали, поэтому я ношу с собой всегда двое очков.
  - Ты мне дай свои данные, только запиши, чтобы я не перепутал.
  Мусин заказал для Полины дорогие модные очки, в которых были все нужные ей для нормального зрения диоптрии.
  Через неделю он подарил ей очки... Женщина растрогалась, поцеловала любимого человека и расплакалась, но как-то быстро успокоилась и сказала:
  - Мусин, у меня есть проблема, я тебе о ней не говорила. Инна больше года снимала квартиру у музыканта, он в подземном переходе играл. Сидор Инне сосватал эту страшную квартиру.
  - Почему страшную квартиру? - насторожился мгновенно Мусин.
  - Квартира однокомнатная, так вроде и ничего, но плита сожженная. Я ее сама отмывала, но так и не смогла отмыть. Туалет еле отмыли. В ванной плитка облетела. Запахи жуткие.
  - А сейчас что случилось?
  - Музыкант жил у какой-то бабы, а квартиру свою сдавал моей Инне. А тут он как сбесился. Кричал на нее, просил немедленно выехать из квартиры. Инна выскочила из квартиры, а когда вернулась, то застала музыканта в ванной. Висел он на штыре для душа. У Инны страшный стресс.
  - Инна одна жила в этой квартире?
  - Нет, со своим гражданским мужем, которому буквально месяц назад дали квартиру за выездом. Теперь они могут пожениться и жить в его квартире.
  - Как такую квартиру он мог посоветовать?
  - Я тебе не говорила, Сидор плохо видел с детства, а последнее время и запахи не различал. Он был в той квартире, но ему все как с гуся вода. Другой бы не предложил снять дочери такую квартиру.
  У Мусина сердце упало и вновь забилось. Ему стало плохо. Это заметила Полина:
  - Не переживай, Мусин! Инна выехала из той проклятой квартиры. Она со своим мужем живет сейчас на его территории.
  - Полина, у твоего мужа враги были?
  - Ты чего такое говоришь? Он добрый был.
  - Или очень добрый, - обронил Мусин и посмотрел на заснеженные ели за окном.
  - Полина, а как обстоят дела у твоей второй дочери? - спросил Мусин.
  - Люба не моя дочь!
  - Я думал, она твоя, у вас и рост одинаковый.
  - Любу привел Сидор Сидорович из-под земли, точнее из перехода подземного. Он добрый. Мы вообще тогда только поженились, я в институт поступила. А он привел домой маленькую девочку. Шли девяностые годы. Ее отец задолжал кому-то или проигрался в пух и прах. К ним пришли два мужика домой, которые расстреляли ее родителей. А Люба в шкафу под одеждой просидела, ее не заметили.
  - Она одна жила?
  - Нет, у нее есть тетка, она в подземном переходе цветы продает.
  Мусин с изумлением посмотрел на Полину, у него слов не было от подобной цепи совпадений.
  - Не удивляйся, она от своего родного отца переняла любовь к азартным играм. Когда Сидор погиб, она ведь проигралась до долгов! А Сидора она как отца любила. Его смерть очень переживала.
  - А почему она не с теткой живет?
  - Тетка личность странная, если не сказать больше.
  - Но сейчас Люба взрослая женщина. Замуж не собирается?
  - Есть у нее один строитель, он сварщиком на стройке работает. Кстати, ученик Сидора.
  На этом месте Мусин сел, закрыл рот рукой, крякнул:
  - Что-то в горле першит.
  - Я тебе чаю налью.
  - И она слоняется без квартиры, когда есть своя квартира?
  - Мусин, все перемелется, но не сейчас. Пей чай. Сидор боялся за Инну и не хотел, чтобы она жила в своей квартире.
  - А кого он боялся?
  - Не знаю! - крикнула Полина и уткнулась лицом в плечо Мусина.
  
  Мусин понял, что он тоже не знает ответа на все вопросы этой истории. Итак, он стал жилеткой для слез. А голова у него для чего? Все люди из этой истории друг с другом связаны и судьбой повязаны. У него впервые возникла мысль, что сварщик Сидор, баянист Юрьевич и родители Любы - звенья одной цепи. Но какой? Чем и кому они навредили? Еще он понял, что через подземный переход ему идти не хочется. А надо бы посмотреть, что там делается.
  И он пошел в переход, прошел его и никого не нашел. Люди шли из электрички целой толпой, но никто не играл и не продавал. Он пошел к новым домам, но и там строителей не было. Все невольные свидетели трагических событий исчезли с его пути.
  Что он знал? Что родители Любы были убиты много лет назад, Сидор Сидорович погиб год назад, а баянист повесился вообще недавно. Вот! А сам ли погиб Сидор? Сам ли повесился баянист? Куда делась баба в цветном платке? Ее не было в переходе. А если убийца родителей Любы был в местах отдаленных, там, где вместо асфальта деревянные доски? Почему нет? Значит, убийца вышел на свободу год назад и убрал второго отца Любы?! Чем провинился баянист? Он жил с теткой Любы, то есть был ей дядей...
  Так, а на свете жил бедняк. Кто этот мститель? В голове Мусина стало пусто. Он испугался не на шутку! Ведь теперь он гражданский отчим Любы! Ему стало страшно! И надо ему было искать даму через Интернет?! Что делать? Куда бежать? Кого бояться?
  В голове возник образ строителя в синей куртке, похожей на ватник. Так молодой человек Инны находится под ударом? Мусина заклинило, он уже не боялся за себя - боялся за незнакомого парня-сварщика. В памяти возникли слова Полины, что Инна и ее парень живут в квартире Полины, куда Сидор не пускал их жить!
  
  Елку на площади собрали до конца. В витринах магазинов появилась мишура с подсветкой. Новый год приближался. Полина Григорьевна не любила горевать, на работе по Интернету она заказала четыре билета в театр и через банк заплатила. Она хотела, чтобы дочки со своими парнями развеялись от грустных мыслей. Но Инна отказалась идти в театр, сославшись на плохое самочувствие. Поэтому Полина предложила Мусину пойти с ней в театр. Он обрадовался такому предложению, узнав, что в театр придет Люба со своим молодым человеком.
  Все четверо сидели в одном ряду. Мусин сидел как на иголках. Он спиной ощущал холодок чужого взгляда. Рядом с ним сидел молодой человек. Ему казалось, что они оба затягиваются одной петлей. Он чуть не закричал от воображаемой реальности. В полусумраке зала он чувствовал свою погибель.
  Мусин не мог смотреть на сцену, либо смотрел, но ничего не понимал. Ему хотелось оглянуться: казалось, что за ним сидит мужик в куртке, похожей на ватник. Но этого быть не могло - в теплом театре не сидят в рабочих куртках.
  До его плеча дотронулась чья-то рука. Мусин весь передернулся от страха. Он невольно посмотрел мельком на Любу, а сзади его по шее ударили торцом ладони. Он вжался в кресло. Ему захотелось сползти на пол, но он повернул голову назад в ожидании удара. Перед ним сидела баба с цветным полушалком на плечах. Она прошипела ему на ухо:
  - Не заглядывайся на мою Любу!
  Мусин вздохнул с облегчением: за его спиной сидела охрана в лице бабы в полушалке. Поговорить с девушкой и ее парнем ему не удалось.
  На следующий день он подумал, что все страхи и проблемы он выдумал. Нет никакой для него опасности.
  
  Мужик в синей куртке под ватник работал на стройке больше года крановщиком. Звали его Зураб. С виду он был обычный человек, но иногда быстро становился злым или, точнее, озлобленным. К этому привыкли и не особо замечали те, кто с ним работал. Сидор Сидорович чаще других с ним разговаривал за жизнь в минуты затишья. По работе они мало пересекались, а поговорить могли.
  Случайно и под выпитую водку по поводу собственного дня рождения, Зураб разговорился. Он рассказал Сидору, что работал на золотом прииске бульдозеристом. Однажды его сменщик взял отгул. Зураб остался один. Был момент во время короткого обеда, когда бульдозер не работал, он чуть было не уснул.
  Зураб никогда не спал в обед, а тут его сморил странный сон. Он прикорнул, потом чутьем волчьим почувствовал что-то странное. Он краем глаза посмотрел в окно и увидел, что ему два мужика почти под острие бульдозера бросают нечто блестящее. Он подумал, что ему это снится, и сделал вид, что спит и ничего не видит.
  Выходить и брать дары людей он не стал, а выждал, когда сеятели золота ушли, и приступил к работе. Естественно, что он взял в ковш бульдозера то, что ему подбросили. В ковше лежали огромные слитки золота. У Зураба возникла мысль, что слитки искусственные, потом он эту мысль отбросил.
  Один слиток весил больше десяти килограмм, еще пять слитков были весом меньше килограмма. Слитки он завернул в промасленную тряпку и спрятал в кабине бульдозера. С собой ценный груз он не понес. Вскоре Зураб золото перепрятал и стал мечтать о новой жизни.
  В это время уже летело сообщение в министерство от неизвестного человека, что найден самородок, достойный выставки, но его дальнейшее нахождение неизвестно. Приехали на прииск сыщики, которые искали эти самородки.
  Но никто не догадывался, что самородки спекли умельцы для поднятия цены на золото. Задача заказчика была простая: надо было сделать золотые самородки, потом добыть их из земли и подбросить на столичную выставку в качестве самородков.
  Зураба взяли с самородками, когда он по простоте душевной пытался их вывезти на большую землю. На это и рассчитывали заказчики этого проекта. Его посадили. Самородок выложили на главной выставке страны, потом его убрали на склад, откуда он исчез в неизвестном направлении.
  Родители Любы работали на золотом прииске. Они участвовали в изготовлении ложных самородков, поэтому их и убили.
  
  Платон не решился жить вместе с Ларисой и предпочитал жить в одиночестве. Он часто ходил на работу по одной и той же дороге. Однажды по пешеходной дорожке ехал автомобиль, он так внезапно вывернул из пространства, что Платон нервно отскочил в сугроб, пропуская автомобиль. Мужчина за рулем на него и не посмотрел.
  Платон ходил пешком и невольно увидел отпечатки шин на утреннем нетронутом снеге.
  Все было так прозаично! Просто автомобиль стоял на обочине пешеходной дороги всю ночь, отсюда и возникла неожиданность его появления.
  На обочине дороги в ряд расположилось с десяток автомобилей под легким налетом снега. Он увидел место стоянки проехавшего мимо него автомобиля.
  Он мимоходом посмотрел на место стоянки машины, от которой вели следы шин на свежем снегу, и увидел белый длинный шарф, который больше напоминал след от протектора, чем шарф. Он оглянулся на машину, которая ехала по пешеходной дороге достаточно медленно, багажник у нее был приоткрыт, из него выглядывала нога или башмак. Прохожих он не заметил, машину догонять не стал, решил, что это не его ума дело, и пошел по своим делам. Вечером Платон возвращался этой же дорогой, шарфа на снегу не было, не было и машины, соседние автомобили тоже отсутствовали.
  На следующее утро он вновь пошел по своей пешеходной дорожке, но вышел минут на пять раньше, чем в предыдущий день. Все машины стояли на обочине, снежок падал и на черную машину.
  
  Утро выдалось наивным и чистым. Излюбленная тропа Платона шла несколько выше уровня, на котором стояли дома. Вдруг от дома отделился человек и быстро стал подниматься по ступеням лестницы, которая вела к пешеходной тропе. Этот человек быстро сел в черную машину и поехал по своему прежнему пути. Но Платон уже стоял не в зоне ее движения, он просто посмотрел на место стоянки машины. Шарфа не было на снегу, и багажник отъехавшей машины был плотно закрыт. Он медленно пошел по своей дороге.
  Внезапно Платона остановил крик со стороны подъезда, из которого выбежал шофер черной машины. Он остановился и посмотрел вниз, туда, где находился подъезд дома: на крыльце стояла девушка, очень похожая на Ларису, и махала белым шарфом в след уехавшей машине. Видимо, она поняла, что опоздала, и быстро зашла в свой подъезд, приложив электронный ключ к дверному замку.
  У Платона возникла мысль, что он заглянул в замочную скважину чужой квартиры, которая в прошлой жизни была его собственной, и пошел по своим делам. Следующее утро он ждал с нетерпением, непонятно почему, но белый шарф в тумане снежного утра казался эйфорией чьей-то зависимости.
  
  На третье утро в душе Платона возникло не любопытство, а маленький страх, ему стало страшно за женщину на крыльце дома. Он поймал себя на мысли, что рад был бы увидеть ее на крыльце, но встречаться с черной машиной ему не хотелось. Платон заставил себя выйти из дома в то же время и идти той же дорогой. Сценарий повторился, но не полностью.
  По лестнице шла Лариса с белым шарфом на светлой куртке, ее догонял шофер из черной машины. Машина стояла на своем месте.
  Судя по всему, Платон пока был третьим лишним, они его не замечали, но он без них уже не мог существовать, неожиданно для себя он подошел к паре и спросил:
  - Вы меня не подвезете до центра?
  - 100.
  - Согласен, - ответил Платон мужчине, хоть тот и заломил цену.
  Платон сел на заднее сиденье машины, рядом с ним на сиденье лежали несколько больших коробок. Шофер и Лариса в его присутствии не проронили ни слова. Платон остановил машину в центре города и быстро пошел в свой офис, не оглядываясь на автомобиль, ему казалось, что автомобиль стоит, а они смотрят ему в след.
  Лариса повернулась к шоферу черной машины:
  - Виктор, зачем тебе понадобился Платон? Ты понимаешь, что здесь он живет нелегально? Он уже сам напросился к нам в машину!
  - Лариса, не возникай, посмотрела на него сегодня - и довольно. Он нас заметил. Завтра на его глаза не появляйся, а я проеду мимо него, ко мне одному в машину за такую цену он проситься не будет.
  Платон нервно посмотрел на бегущее табло над главным входом в здание, поднялся на свой этаж, сел на свое место и приступил к работе. Рядом с ним за соседним столом сидела женщина по имени Надя.
  - Платон, ты сегодня рано приехал, не спалось с утра?
  - Здравствуй, у меня много дел, - скороговоркой проговорил Платон.
  - Ты сегодня мне свою работу передаешь, не забыл, тебе уходить скоро?
  - Видишь, спешу передать, - буркнул молодой человек и полез во Всемирную паутину, потом резко встал и подошел к окну, черной машины за окном не было.
  - Платон, что-то случилось? - праздно поинтересовалась Надя.
  - Девушка, займись своими делами.
  - Уходишь от ответа, значит, случилось, ну и не говори, - обиделась Надя и занялась работой, не обращая внимания на него.
  
  Платон устроился на работу под своим вторым лицом, здесь никто не знал, что он человек, убивший любовника жены и охранника. Светло-серое небо напоминало курточку Ларисы. Очень хотелось Платону посмотреть на ее лицо, глаза; пусть она уехала, но она забрала с собой его мысли и душу. Он решил, что сейчас действительно надо заняться работой. День прошел в молчаливых делах.
  Утром Платон вышел из дома с белым шарфом на шее, который купил накануне вечером, после работы. Концы шарфа развевались на утреннем ветре. Черная машина стояла на месте, шофера и Ларису Платон не увидел, он посмотрел на часы: время то же, но их нет - он вздохнул, и в это время из подъезда выскочил шофер. Платон кивнул ему, как старому знакомому. Ларисы не было видно. Шофер заметил белый шарф на парне.
  - Что ты сегодня хочешь? - спросил Виктор у Платона.
  - Это моя обычная дорога, иду на работу.
  - Тебя подвезти?
  - Дорого, я на автобусе доеду.
  - Как хочешь, - сказал Виктор, и черная машина поехала по пешеходной дороге в противоположную сторону.
  На душе у Платона стало так пусто, хоть волком вой, он посмотрел на крыльцо, там никого не было. Надя на работе его ни о чем не спрашивала, начальство не тревожило. Он ждал пятое утро, ему хотелось увидеть Ларису хоть одним глазком!
  Пятое утро радости не принесло, черной машины Платон не увидел.
  Молодой человек посмотрел в сторону крыльца подъезда. В двух метрах от крыльца лежало нечто, прикрытое белой простыней, из-под простыни выглядывал конец белого шарфа. Он быстро сбежал вниз по косогору, рядом с телом под простыней он упал, запнувшись обо что-то, торчащее из земли, его лицо оказалось вблизи головы тела под простыней. Он вздрогнул от неожиданности и поднялся.
  Прямо на него смотрела Лариса в светлой куртке, но без белого шарфа.
  - Платон, откуда ты свалился? - спросила Лариса.
  - Я шел своей дорогой, увидел шарф, который высунулся из-под простыни, ею кого-то накрыли, подумал, что под простыней ты лежишь, вот и прибежал, даже упал, - быстро проговорил Платон.
  - Это не я, это моя соседка по подъезду.
  - Почему у нее твой белый шарф?
  - У нее свой белый шарф, вот и у тебя, я вижу, белый шарф, но это не значит, что у тебя мой шарф.
  - Логично. А что с соседкой произошло, почему она лежит на улице?
  - Мог бы сам догадаться: она выпала из окна.
  - Сама выпала? Почему?
  - По кочану и по капусте! Я не знаю почему, я ее увидела, когда выходила провожать Виктора.
  - Он сегодня раньше уехал?
  - Ненамного раньше обычного времени, минут на пять.
  - И не стал ждать, когда отвезут труп соседки?
  - У него работа, он не может опаздывать, ты ведь ходишь в одно время по этой дороге. Мы вызвали скорую помощь, думали, она еще жива. Ты чего мне допрос учинил? Шел бы на работу, а я сама подожду. Ты где живешь?
  - Нигде, я сегодня могу опоздать на работу, до свидания! - крикнул Платон.
  Платон взбежал по лестнице на свою дорожку и пошел быстрым шагом. Лариса проводила его глазами, потом перевела их на подъезжающую к подъезду скорую помощь. Врач вышла из машины и подошла трупу под простыней, подняла простынь над головой (лицо женщины было прикрыто шарфом), подержала в руке ее руку.
  - Пульса нет, - сказала врач, ни к кому не обращаясь, потом задумчиво посмотрела на труп женщины и спросила у Ларисы: - Вы что-нибудь видели?
  - Я соседку увидела на земле, когда вышла на крыльцо, думала, она жива и ей плохо, вот и вызвала по сотовому телефону скорую помощь, потом сбегала домой за белой простыней. Утро. Дети в школу идут, чтобы не напугались.
  - Девушка, Вы все правильно сделали, я вызову специальные службы, и мы уедем, а Вы уж их подождите, - сказала врач, вскочила в машину и уехала.
  Лариса тоской смотрела на белую простыню на снегу и кусок белого шарфа, который опять высовывался из-под простыни в области головы. Подъехала милицейская машина, из нее легко выскочил на морозный воздух детектив Мусин. Он кивнул Ларисе головой, резко откинул простыню и застыл на месте. Лариса посмотрела туда, куда смотрел мужчина: лицо женщины было в маске, точнее, на нем лежала лепешка из теста. Раньше она этого не заметила из-за того, что лицо прикрывал шарф, а врач только трогала пульс, а шарф с лица не снимала. Приехавший милиционер в штатском снял с трупа одним жестом простыню и шарф.
  - Пострадавшая задохнулась под тестом, но почему она тесто с лица не сорвала? - спросил вслух мужчина, потом повернулся к Ларисе: - Лариса, Вы кем приходитесь потерпевшей?
  - Соседка по подъезду. Она совсем недавно переехала в наш дом.
  - Что знаете по этому поводу?
  - Я увидела соседку лежащей на улице, лицо у нее было прикрыто шарфом, она не дышала. Я вызвала скорую помощь и накрыла простыней, больше ничего не делала и ничего не знаю.
  - Как Вы определи, что она не дышит, если шарф с лица не снимали?
  - Пульс трогала, да и врач только пульс потрогала и уехала.
  - Знаю, кто приезжал, она всегда так делает, не лезет в наши дела, если случай безнадежный. В бумагах у нее будет полный отчет, а на месте преступления эта врач не задерживается. Меня, кстати, зовут детектив Мусин. Да мы с Вами хорошо знакомы.
  Только сейчас из машины вышли еще два человека, они сфотографировали труп на фотопленку и опять сели в машину. Подъехала еще одна машина и увезла труп. Лариса пошла к двери подъезда.
  - Лариса, остановитесь, Вы - единственная свидетельница.
  - Я не видела, как она умерла.
  - Я с Вами еще раз должен поговорить.
  
  Мусин, еще раз посмотрев на Ларису, уехал.
  Странно, но думать о трупе ему не хотелось, Мусин думал о Ларисе в светлой куртке. Подумав о Ларисе, он решил, что с ней обязательно встретится после вскрытия трупа. Ему дадут выписку о том, почему женщина умерла, и, умудренный этими данными, он поговорит с женщиной, пусть она его ум почувствует. Лариса пришла домой с ощущением, что ей плохо, она легла и уснула.
  Детектив Мусин, получив данные вскрытия, приступил к делу с трупом под тестом. Вскрытие показало, что она не падала с девятого этажа, где живет, она умерла от удушья в тесте, это тесто на лице ей держали белым шарфом, одета она была так, словно выбежала из дома, чтобы открыть входную дверь в подъезд: в тапочках, брюках, вязаной кофте. Теперь он был готов встретиться с женщиной в светлой куртке. Лариса открыла дверь детективу Мусину, он вел дело об убийстве ее соседки по подъезду.
  - Лариса, что Вы можете сказать о своей убитой соседке? Какой у нее был характер? Какой образ жизни она вела?
  - Ее звали Зинаида, соседей редко зовут по имени и отчеству. Последнее время она жила в общей квартире, у нее была комната в трехкомнатной квартире, до этого у нее была однокомнатная квартира. У каждого своя комната и свои финансовые интересы, мы с ней практически не разговаривали и почти не здоровались.
  - А кто третий сосед или соседка?
  - Третью комнату сдают хозяева много лет разным людям, сами живут в другом городе.
  - У Зинаиды были подруги?
  - Не видела.
  - А где ее сын Паша?
  - Я видела ее сына, но давно.
  - Крики или ругань в их квартире слышали?
  - Глухо, у них двойные двери, но соседка этажом ниже их квартиры на них жаловалась, у нее слышимость лучше, чем через двери. С ней поговорите.
  Детектив Мусин ушел делать опрос соседей. Лариса осталась одна. Антон Сидорович только иногда жил у нее, гостил неделю, потом исчезал, даже нового телефонного номера ей не оставлял.
  
  На Рождество Лариса скучала, новогодние елки еще светились празднично, по телевизору показывали золото церковной утвари и богослужение среди дорогих икон, она решила поехать к церкви, где проходило богослужение.
  Внутрь церкви попасть было трудно, но народ стекался на свет свечей и чистые звуки церковного пения. Для народа организовали крестный ход вокруг квартала с иконами, так толпа приобщилась к святыням церкви, внутри все было забито людьми. Лариса совершила с народом крестный ход.
  Виктор Сидорович подошел к Ларисе:
  - Лариса, скучаешь одна? Вот и помолиться пришла, к чему бы это?
  - К Рождеству Христову!
  - Не, я все понимаю, но моя машина стоит через два квартала от церкви, могу доставить тебя, куда прикажешь! Так, Лариса, идем быстро!
  Виктор взял ее под руку и быстро повел в сторону от церкви. За ними из толпы пошли два человека, но их она не видела, она почти бежала рядом с ним. Он быстро втолкнул ее в машину, которая стояла с работающим мотором и завелась с пол-оборота. Черная машина рванула с места, два человека коснулись ее руками и отстали. Один из них достал пистолет, но второй опустил его руку с пистолетом:
  - Виктор от нас не уйдет.
  Лариса оглянулась на мужчин:
  - Это твоя команда?
  - Хорошо, это часть моей команды.
  - А почему от них уезжаешь?
  - У нас мелкие счеты, они стрелять не стали, но пугнули, я испугался, и мы едем к тебе.
  - Ко мне? А я не одна живу!
  - Лариса, я психолог: если ты в церкви, значит, у тебя проблемы на личном фронте.
  - Да, я одна живу последнее время, сын живет у бабушки Инессы Евгеньевны, и так получается, что Платон редко приезжает...
  - Я знаю, где твой дом.
  Мужчина прошел по квартире:
  - Неплохо живешь, я останусь на неделю, потом появлюсь неизвестно когда.
  - Виктор, ты можешь занять вторую комнату, благо у меня теперь двухкомнатная квартира.
  - Не откажусь, и на тебя я не претендую.
  Двое преследователей в это время говорили между собой.
  - Ловкий Виктор, сразу девушку подцепил.
  - Она нас видела, на неделю его приголубит.
  - У нас машина сразу не заведется, пока мотор еще прогреется!
  - А мы свое дело выполнили, можно не торопиться.
  Лариса так и не поняла Виктора Сидоровича, он прожил у нее неделю, к ней не приставал, не выходил из дома, только давал деньги на продукты. Через неделю он уехал, но вскоре опять позвонил в дверь. Лариса открыла, пропустила мужчину в квартиру, он вошел, как хозяин. Без поцелуев и объятий прошел по квартире, дал деньги на продукты и лег на свое место. Лариса ушла в магазин.
  Виктор быстро вскочил, достал коробку с обувью, поднял каблук на сапоге, вставил в него пластину с платой на микросхемах, каблук приклеил клеем.
  Лариса вернулась с продуктами, Виктор Сидорович поцеловал ее в щечку:
  - Лариса, тебе подарок: сапоги. Размер твой.
  - Спасибо, Виктор Сидорович, но сапоги трудно без примерки покупать.
  - Ты примерь!
  Надела она сапог, а он точно по ноге оказался, второй сидел на ноге тоже хорошо.
  - Здорово! Так трудно сапоги выбрать, а эти сами на ноги наделись!
  - На том стоим, - скромно ответил Виктор в ожидании ужина.
  После ужина Виктор подарил Ларисе белый шарф и попросил неделю в этом шарфе провожать его до крыльца, иногда его сопровождать, а через неделю он уедет. Неделя прошла тихо, только она не поняла, зачем Виктор привлекал к себе внимание Платона, который каждое утро шел по дороге наверху. Лариса заметила, что Платон тоже купил себе белый шарф. Виктор вел себя пристойно всю неделю. Труп соседки Зинаиды у подъезда Лариса с Виктором не связывала, он такой тихий, даже с любовью не приставал!
  Детектив Мусин поговорил с бывшим мужем убитой женщины под тестом. Его квартира находилась под квартирой Ларисы. Степан Степанович пил бутылочное пиво, батареи бутылок стояли по квартире, но больше всего Мусина удивило то, что к потолку был прикреплен черный конус, о его назначении хозяин квартиры говорить не хотел. Под напором вопросов детектива мужчина сказал, что это звукоуловитель, его попросил поставить знакомый убитой Зинаиды. У него было устройство для прослушивания звуков в квартире выше этажом. Поставили его почти год назад. За это ему привезли пиво в ящиках, вот он его и пьет!
  Мусин посетил соседку Зинаиды. Соседка пожаловалась хорошо отрепетированными словами о том, что над ней в квартире происходит постоянный Содом. Ночью у них музыка и пьяные голоса, иногда танцы по ее люстре. О Зинаиде соседка сказала, что она была тихой женщиной, но иногда громко ругалась с друзьями. Пьяной ее она не видела. Мусин спросил у соседки, был ли у Зинаиды белый шарф.
  - У Зинаиды я белого шарфика не видела. Она всегда ходила в черной одежде или в темной.
  - У нее в подъезде враги среди женщин были? Кто мог ей тестом лицо залепить?
  - Знакомый. Под пьяную лавочку, так он тесто бы не смог сделать.
  Мусин вернулся в квартиру Ларисы.
  - Лариса, Вы не могли бы сказать, почему знакомый Зинаиды мог бы прослушивать Вашу квартиру из квартиры своего друга в течение последнего года? Что было у Вас в квартире столь интересное? Комнату никому не сдавали? Кто к Вам приезжал в течение этого года?
  - Я одна живу, ко мне никто не приходит, - сказала и задумалась, стоит ли говорить Викторе.
  - Лариса, Вы что-то хотите скрыть, может, Платон объявился? - спросил он наугад.
  - Мусин, у меня два раза по недели жил тихий человек, Виктор, у него есть черная машина, мы с ним на Рождество у церкви встретились.
  - Интересно! Кто он, что он, не знаете?
  - Виктор Сидорович последнее время к обуви не равнодушен. У него в машине всегда лежат коробки с обувью.
  - У него есть белый шарф?
  - У него нет, но мне он подарил белый шарф, а в последнее время я его не видела.
  - Еще интересней. Как найти Виктора?
  - Я не знаю. Он ко мне приезжал, жил неделю, еще он травил одного прохожего молодого человека.
  - Это еще кто?
  - Идемте к окну. Вон, видите под окном дорожку пешеходную? По ней один молодой мужчина каждое утро в одно время ходит, а Виктор его все зацепить хотел.
  - Тот парень Виктора видел? И как с этим парнем встретиться?
  - В будни утром, в одно и то же время.
  - И в это время была убита Зинаида?
  - Вы знаете, почти в это время. Он подошел к трупу до приезда скорой помощи и опять пошел своей дорогой.
  - Заметано, завтра утром буду у Ваших ног.
  Лариса посмотрела на него и ничего не ответила.
  Платон шел по темному асфальту, посыпанному новой солью для съедания обуви. Из темноты на него вырулила черная грязная машина.
  - Платон, садись в машину, быстро! - крикнул ему Виктор. - Подвезу даром.
  Молодой человек сел в машину, она резко набрала скорость.
  Платон не видел, как от дома отделился детектив Мусин и побежал вверх по ступенькам, но он опоздал на наблюдательный пункт.
  Детектив Мусин вернулся к Ларисе:
  - Лариса, что Вы видели в окно сквозь шторы?
  - Виктор Сидорович подъехал на черной машине, постоял немного, потом поехал навстречу молодому человеку, посадил его в машину, и в это время Вы поднялись на дорожку по лестнице.
  - Опоздал я, но другие были на месте, портреты парня и шофера я Вам покажу для опознания.
  Виктор заметил, что их сфотографировали сквозь стекло автомобиля на выезде с пешеходной дороги на магистраль. Скорость в этом месте маленькая. Снимок мог и получиться.
  Он обратился к Платону:
  - Платон, не вздрагивай, я знаю о тебе больше, чем ты обо мне. Нас засекли, твое дело - сменить маршрут и не ходить по этой дороге. И еще, вот ботинки твоего размера, надень. И в них выйдешь на остановке, чтобы собаки след не взяли.
  Объяснение было вполне логичным, Платон снял свои башмаки. Он взял новые башмаки из картонной обувной коробки. На остановке автобуса он вышел из машины и быстро прошел сквозь остановку с людьми.
  Прогремел взрыв. Остановка подпрыгнула и развалилась. Люди взревели от ран. Платон взорвался в своих новых башмаках.
  Виктор Сидорович, увидев, что Платон полетел в воздух, проговорил:
  - Все, Платон, твой конец пришел!
  В десяти метрах от остановки Паша остановился и ждал, когда к остановке подойдет его сводная сестра Инна, ее он заметил на противоположной стороне дороги. Потом он отметил про себя, что черная машина, за которой он невольно смотрел, проехала по той стороне дороги. Почти мгновенно на остановке прогремел взрыв. От взрывной волны Паша покачнулся и прикрыл запоздало уши, рядом с ним остановилась машина, из нее вышел детектив Мусин:
  - Молодой человек, Вы случайно не видели, что произошло на остановке до взрыва?
  - Видел черную машину, из нее вышел красивый мужчина в новых башмаках, и все взорвались. Машина уехала очень быстро.
  - А я тут за этой черной машиной еду по следу и опоздал! Почему ты решил, что у мужчины были новые ботинки?
  - Мне так показалось, они блеснули в воздухе, мужчина сделал пять шагов, и все взорвалось от его ботинок, мне так показалось.
  - А еще что-нибудь заметил?
  - Я видел шофера этой машины у одного подъезда, когда шел в школу в тот день, когда у подъезда убили женщину. Вначале я заметил шофера машины и стал следить за ним глазами на остановке, из нее вышел мужчина - и прогремел взрыв.
  - Молодец, спасибо! Номер черной машины не заметил?
  - Номер автомобиля я запомнил, - добавил Паша и подумал, что интересно говорить о себе в третьем лице.
  Детектив Мусин взял визитку у Паши, посмотрел на оцепление милиции рядом с остановкой и поехал догонять черную машину. Паша, увидев Инну, махнул ей рукой, чтобы стояла на месте, и пошел к ней через переход. Горел зеленый свет для пешеходов, вдруг мимо Паши вновь пролетела черная машина. Он успел отскочить, и машина его не задела. Он подошел к Инне, она стояла, широко открыв глаза от удивления и страха. За черной машиной гнались две милицейские машины.
  - Паша, тебя чуть машина не сшибла!
  - Инна, поездка отменяется, остановку взорвали, хорошо, что ты опоздала, а то бы взлетели мы на воздух.
  - Меня задержала у подъезда Лариса.
  - Знаешь, у меня ощущение, что эти два преступления связаны между собой. Мать Зинаида у меня спрашивала о том, зачем в квартире отца стоит подслушивающее устройство квартиры Ларисы. На потолке у него точно какая-то железка прикреплена, а отец все пиво пьет.
  - Здорово! Пойдем к отцу, посмотрим на прослушивающее устройство времен динозавра: почему не жучок, а тарелка?
  - Это не мое дело.
  У подъезда стояла черная машина, с двух сторон она была зажата милицейскими машинами. Людей не было. Паша и Инна - брат и сестра по отцу - вошли в подъезд. Никого. Вызвали лифт доехали до нужного этажа, зашли в квартиру отца.
  Степан Степанович сидел с разбитой бутылкой пива, рядом валялась черная тарелка с потолка, в потолке видно было углубление и маленький металлический предмет.
  - Папа, ты здоров? - спросила Инна.
  - Дочь, бросаю пить, тут ко мне черти заходили.
  - Инна, здесь разлито пиво, а запах примитивной водки желтого цвета, это не пиво! - воскликнул Паша.
  - Папа, кто заходил к тебе? - спросила она у отца.
  - Друг мой закадычный, знакомый Зинаиды убиенной, а с ним черт приходил, тарелку с потолка грохнул из пистолета и мне бутылку разбил, - вздохнул отец и лег на пол.
  - Отца отравили этим пивом. Он давно его пьет? - спросил Паша.
  - Ой, Паша, он почти год пьет, оторвать его от этого пива не можем. Мама уже ревела от него.
  - Дети, тсс! Виктор Зинаиду обляпал тестом, она, проклятущая баба, принесла мне это пиво со своим дружком, им надо было Ларису прослушивать. Лариса - хорошая баба, - сказал отец детей и захрапел.
  Лариса задумалась над жизнью, узнав, что на остановке погиб мужчина, вышедший из черной машины, она сразу подумала, что это был Платон.
  От руки неизвестного под слоем теста умирает первая жена Степана Степановича, Зинаида. Месть неизвестного к Платону заканчивается его подрывом... Долго эту историю раскручивал детектив Мусин.
  В дверь Ларисы позвонил детектив Мусин, давно его здесь не было.
  - Лариса, ты не знаешь, где твой знакомый Виктор Сидорович? Получается, что это он на остановке твоего Платона убил, пользуясь современным пультом управления, а на него надел обувь с взрывчаткой.
  - Я это уже поняла.
  - Умная. Однако я тут додумался, что Степан Степанович еще живого Платона видел перед взрывом.
  - И я об этом сегодня подумала.
  - Мы что, с тобой вместе думаем?
  - Зинаида могла видеть, кто машины поджигал, за это Виктор ее до смерти довел.
  - И об этом я уже думала.
  - Лариса, ты мне нравишься! Посмотри, мы с тобой думаем одинаково, мужчин у тебя нет, предлагаю себя в роли твоего мужчины.
  - Об этом я не думала. Я придумала новый комплект мебели в стиле ампир.
  - Хочешь сказать, что я тебя не устраиваю?
  - Не знаю. Мне все кажется, что откроется дверь и войдет Платон!
  В дверь позвонили. Лариса вздрогнула. Мусин открыл дверь. На пороге стоял Виктор Сидорович.
  - Заходи, - сказал ему детектив Мусин. - Заходи, Виктор, чай пить будем.
  А сам наручники ему на руках быстро защелкнул и ввел его в квартиру Ларисы.
  - Мусин, что за шутки! - возмутился Виктор.
  - Без шуток, ты арестован за убийство Платона, мужа вот этой Ларисы.
  - Мусин, я Платона давно не видел и уж тем более не убивал!
  - Ты его взорвал на остановке!
  - Разве это был Платон? Это человек из ночного клуба, он у Эльвиры работал! Да он близко на Платона не похож, что я, его не видел?! Он у Эльвиры охранника убил и сбежал. А еще он был мужчиной моей Эммы!
  - Значит, ты взорвал Платона? Но это тоже убийство! Он тоже человек.
  - Платон не человек, а убийца. Я его выслеживал долго.
  - Мусин, а если это был не Платон и настоящий Платон жив? - спросила Лариса.
  - Лариса, Инесса Евгеньевна его опознала!
  Мусин смотрел на Виктора, смотрел - и вдруг снял с него наручники.
  - Я запутался, я не знаю, кто взорвался на остановке! Лица не было, был кровавый ужас. Лариса, подскажи, я устал решать такие проблемы.
  Лариса с удивлением смотрела на кающегося детектива, на ее глазах он сник, словно его подменили. Она посмотрела на кресло, в котором он сидел, это было кресло из последней разработки, с мистической присадкой. Одно кресло она взяла к себе в дом, на нем и сидел Мусин.
  - Мусин, быстро сядь на табурет, а ты, Виктор Сидорович, садись в кресло стиля ампир!
  Виктор сел в кресло и заныл, что он плохой, что он преступник. Теперь Мусин с удивлением смотрел на кающегося грешника.
  - Лариса, объясни, - не выдержал Мусин. - Я тебя чувствую, Лариса!
  - Эх, Мусин, а это моя работа, или мистика в действии! - воскликнула Лариса и посмотрела в окно. На темном небе ясно виднелась большая звезда.
  Мужчины с ней согласились.
  
  Когда Платон погиб, Лариса сходила с ума в буквальном смысле слова, она свихнулась по полной программе. Она была невменяемой, и не верила в его смерть, она не была на его похоронах. Когда ей говорили, что его похоронили и крышку гроба заколотили гвоздями; она рисовала его огромные, удлиненные глаза. Она рисовала его прямой, тонкий нос, его необыкновенно красивые губы.
  Однажды черти занесли ее в универмаг на трех вокзалах, и она увидела его! Живого! Но когда подошла ближе, то увидела простой манекен в одежде. Она подняла глаза и увидела его огромный портрет! Но это опять был не он! Это была реклама, но мужчина на рекламе был словно с него срисованный, его черты лица она знала наизусть. Она надеялась, что он оживет!
  Лариса выбежала из магазина, и увидела гигантский рекламный плакат! На плакате был ее портрет в красном платье, в котором она была с Глебом на свидание. Это была реклама сигарет. Она окончательно сдвигалась по фазе.
  Она неделю блуждала пешком по столице, ей казалось, что за ней следят все светофоры своими зелеными глазами. Она шла по набережной реки Москвы, шла и шла. Заходила в Центральный парк, проходила по его аллеям, зашла в уголок Дурова, посмотрела на выступление Ксении Дуровой и не могла успокоиться и даже присесть на скамейку, ее словно гнал ветер, будто она лист, сорванный с дерева.
  От Ларисы шарахались подруги, она добивала их словами, что Платон жив. Она плохо спала, мало ела, чуть не падала от усталости, вероятно, он звал ее к себе, обессиленную для жизни на этой земле.
  Однажды она почувствовала, что ее силы на исходе, она не могла работать, у нее сил не было. Она не могла думать, ничего уже она не могла.
  И Лариса пошла к врачу. Врач ее направила в другую поликлинику. При личной беседе с врачом она заревела, она впервые заплакала и говорила такой бред, что ей сделали укол. Она уснула на кушетке в странной поликлинике, когда проснулась, то увидала рядом с кушеткой два дюжих мед брата. Они взяли ее под руки и отвели в машину скорой помощи.
  Ларису привезли в желтую больницу. Внутри все двери закрывались на ключи, но ей было все равно, где она и, что ее здесь ждет. Она хотела спать, а когда проснулась, разглядела палату очень уж сантехническую, то есть всю покрытую кафельной плиткой от пола до потолка. Спинки кроватей были металлические, полукруглые. Во рту было необыкновенно сухо, слюны и той не было.
  Лариса натянула на лицо одеяло в белом пододеяльнике, так и лежала, пока ей дали полежать. Позвали на завтрак. Стол, четыре стула, ложки, каша. Таблетки ей дали прямо в рот. Здесь никто никому не верил. Трудно поверить, но она потихоньку стала приходить в себя.
  О нем она не думала. Странно, но мыслей в ее голове о погибшем любимом человеке не было! Она выполняла указания врача, ходила за едой на кухню, поскольку только этих людей выпускали в фуфайках на воздух, в очень грубой обуви.
  К выполнению требований жизни за пределами этого больничного отделения Лариса была не готова. Она клеила коробочки, строчила на швейной машинке, пила все таблетки, и страдала от сухости во рту.
  Приехал Руслан Юрьевич, он удивился тому, что даже в такой больнице Лариса хорошо выглядела и разговаривала с ним спокойно и с достоинством.
  Медсестра принесла ей клубки и спицы. Вечером, когда в отделении оставалась одна дежурная медсестра она вязала зеленый свитер.
  Ларису направили к профессору через полтора месяца, ассистенты провели ряд тестов, она была признана здоровой. Ее выписали из желтой больницы... О муже она больше никогда и не с кем не говорила, она четко усвоила, что эта тема самая запретная.
  В душе закрылась дверца в сердце, совсем или почти совсем. Лариса общалась с людьми в пол уха, в пол мысли, в полслова. Она остыла к подругам, ее общение с ними свелось к минимуму. Год она прожила в полусне, нет, она жила, работала, но все происходило в полусознательном состоянии. Она еще месяца три, а то и больше пила таблетки, которые ей выписали, и была под гипнозом врачей.
  Через год к Ларисе подошел человек и попросил написать стихотворение. Она написала первое за этот полусонный год стихотворение, и вошла в штопор. У нее произошел срыв воспоминаний о погибшем любимом человеке, срыв привел ее в странную поликлинику.
  Ей опять сделали укол, но в больницу не увезли, и она лечилась на ходу. Сама приходила на уколы. После этого лечения она что-то стала понимать, ее мозги очистились от страха воспоминаний! Она стала писать о муже стихи! Она писала каждый день по стихотворению, она писала ему стихи целый год!
  Прошел второй год после смерти Платона, ему было написано огромное количество стихов, и вдруг, Лариса написала стихотворение поэту, который сидел рядом с ней в поезде. Поэт поэта вылечил. Они ехали в поезде и писали друг другу стихи. С этого момента она перестала жить прошлым, она вошла в настоящее время.
  С поэтом она ходила по берегу Волги. Днем и вечером они ходили по городу вдоль и поперек. Они оба были в командировке, но это не мешало им ходить по городу, одетому в золото бабьего лета.
  Они смотрели на памятник вождю, но зайти в крытый музей она не смогла. Город, укрытый золотом листвы и огромная река Волга ее окончательно вернули к жизни. Она перестала вспоминать, она увлеченно смотрела на пейзажи, на поэта - она жила!
  Нет, она не влюбилась в полненького поэта, со слегка лысеющей головой, но рядом с ним ей было легко. Он был такой мягкий, сладкий, уютный! Он был добрый и до безобразия симпатичный!
  Она ходила рядом с ним, рядом с трамвайными путями и была почти счастлива. Но стоило их рукам соприкоснуться, как начались проблемы, упреки и всякая ерунда, но это была жизнь, текущая жизнь, а не прошлая жизнь, канувшая в лету. Через пару месяцев поэт перешел на другую работу, не смог он быть рядом с Ларисой, но это было уже неважно.
  В ее жизни наступил период перебора струн человеческих сердец, она увлекалась то одним, то другим, каждому писала пять стихотворений и меняла партнера, платонического партнера. В серьезные, близкие отношения она долго, а может еще год, до следующего ноября ни с кем не вступала, она боялась потерь. Она ходила в темно-синем платье с белым воротником, почти с белыми волосами, уложенными в короткой стрижке. Она нравилась всем мужчинам от студентов до седых мудрецов, она мимоходом писала всем стихи и рядом ни с кем долго не находилась.
  Лариса стала приобретать популярность, ее пригласили выступить на новогоднем вечере.
  Она ходила в вишневых полусапожках на длинной шпильке, в вишневом костюме и белой блузке или в черном, тонком свитере. В таком виде она выступила, но видимо это не было ее призванием.
  Прошло еще пару лет после утраты, а она все не находила себе партнера, да, не находила! Все стихи, да поэты, а поэты любят словами, а не сердцем. Поэтическая любовь зашла в затяжную фазу. Годы бежали.
  В литературном обществе побывало много симпатичных поэтов, она лет несколько ходила в это приятное общество, но однажды наступил предел допустимого общения. Лариса покинула реальное общество поэтов и перешла в виртуальное общение. Какой вывод из этой истории? Поэт от неприятностей защищен стихами, а тогда, давно, она не смогла сразу потопить свое горе в стихах.
  
  С некоторых пор люди перестали лазить по горам из-за безопасности, а в качестве гор считали космические станции, опоясавшие Землю со всех сторон, которые так сроднились со своими орбитами, что даже не требовали коррекции по высоте. Богатые земляне, кроме дач на Земле, имели свои космические комплексы.
  Океаны были полностью исследованы, как собственные ванны и бассейны. На небольших океанских глубинах выросли поселения. Нет, они не были расположены под водой, они возвышались над водой. Новые острова в океане удивления не вызывали, их несущие конструкции были основательно разработаны и не боялись штормов и землетрясений. Земляне давно перестали делиться на национальности и расы, существовала одна разновидность людей - земляне, потому что космические полеты расширили взгляды человечества на устройство Вселенной.
  Большое число наземного, подземного, водного и воздушного транспорта позволило заселить все отдаленные участки Земли. Численность населения выросла незначительно, но значительно выросли запросы землян, они уже не любили старые высотки, им нужен был простор всей земли.
  На работу, благодаря транспорту, люди добирались достаточно быстро, кроме этого, они могли работать дома, поддерживая связь через компьютер. То есть земляне на работу устраивались в любой точке Земли, не меняя места жительства.
  Все это в равной степени относилось к Ларисе, у нее существовала возможность выходить на работу в офис либо работать дома, все зависело от задания, но достать ее могли в любом месте и проверить служебную исполнительность.
  
  Снег сошел, остались небольшие, спрессованные с грязью островки. Сквозь сухую траву медленно пробивается зеленая трава, значительно быстрее она растет там, где сухую траву собрали граблями, освобождая дорогу для новой травы. По краю дороги лежат белые шарики вещества, которое использовали зимой для таяния снега. Снег растаял, а белые шарики-камешки лежат у дороги и в траве, которая под ними совсем не спешит расти.
  Весна за неделю до мая. И кто говорит, что потеплело? Пока погода апрельская, только отошли снежные вихри запоздалого снегопада. Вот люди и воюют там, где тепло, где солнце горячее и море прохладное. А здесь семь месяцев зима и ее отголоски, и три дня в году редкой жары. Бывает больше, но не всегда.
  Иногда так хочется туда, где тепло, но желание быстро проходит после знакомства с ценами на билеты, жилье, питание. Можно посмотреть, какие бывают санатории, и успокоиться без отпуска вовсе. В то время, когда люди делают себе броневики на базе достойных автомобилей, она обходится без автомобилей. Да, есть такие умственные работы, которые дают скромные доходы из года в год, из десятилетия в десятилетие.
  Нормально.
  В чем заключается работа? Надо постоянно делать то, чего еще нет. Разрабатывать, придумывать, прочерчивать, доводить до промышленного образца и опять придумывать новое. Есть изобретения, а есть работа, состоящая вся из изобретений, при этом она изобретательством не считается, просто конструкторская работа.
  Как-то так, при этом видеть заморские страны исключительно на экране.
  Что можно? Ходить в спортзалы и бассейны, которые рядом, которые можно потянуть физически и финансово. Дома обычно у людей данного круга нет помощниц по хозяйству, люди все делают сами. Скромность и трудолюбие спасают от нравственного падения.
  Небо затянуто серой пеленой. Так и жизнь затянута пеленой забот и обязанностей перед всеми, кто рядом, кто близко и не очень, далеко в моральном плане.
  Иногда разработки не идут в изделие, а иногда летят в производство со скорость ветра и компьютерной техники. Рейсшина, кульман, компьютер.
  Арифмометр, логарифмическая линейка, калькулятор, компьютер. Карандаш, линейка, угольник, миллиметровка, компьютер. Бумажные справочники перешли в сеть, в компьютер. Замечательно. Человек стал многофункциональный.
  Раз - и пролетели две недели, пока весну ждали, пришло лето. Тепло. Светло. Зелено. Скучно? Скорее нет, просто в голове пусто после окончания очередного этапа работы. Мысли еще не нашли нового прибежища.
  Жизнь личная у Ларисы стала праведная. Время первых компьютеров в жизни конструктора настало. Кульман ушел в прошлое. У Ларисы появились новое окружение, новые сотрудники, новые проблемы.
  Старые знакомые сменили должности. Шеф стал директором фирмы, он нашел Ларису и вернул ее в свою фирму. Лариса была готова к новому витку знаний, к работе. Ее ждали разработки новых электронных узлов для железнодорожного транспорта.
  Мощный компьютер - главный помощник. Да, уже лет десять происходил переход от тетрадей к компьютеру. Многие воспринимали такой переход болезненно, десятилетние привычки трудно излечивались. Тянуло к родному и любимому карандашу и ручке. Ларису на компьютер перевели просто: пригласили в фирму, дали новейший компьютер и должность. Первые дни пришлось работать по старинке и вести разработки изделий. Затем несколько дней читать книги по работе с компьютерами. Потом все забросить на месяц и работать над текущими проблемами. И через месяц произошло простое чудо, Лариса Ивановна села за компьютер и стала работать. Все получилось. Она успевала везде. Такая она, жизнь.
  Новый сотрудник охраны пришел на работу. Его божественная фигура стала великолепным украшением коллектива фирмы. Широкие плечи, ровный торс, наличие волос для прически, что весьма радовало женщин фирмы. Они постоянно косили на него свои глаза. Вторым антихристом в фирме был менеджер с солнечной фамилией. Оба они одними из первых были взяты на фирму при ее организации.
  Сейф стоял в нише темной деревянной стенки, где первое время постоянно лежала огромная куча зеленых денег. Много чего надо было приобретать за наличные деньги, у фирмы были технические наработки, но не было мебели, компьютеров, комплектующих для изделий.
  Солнечный менеджер постоянно рассказывал о своих туристических поездах по отдельным странам и о вояже чуть не кругосветном. Ему было доверено приобретение материалов для офиса фирмы. Материалы приобретались за огромные деньги и в большем количестве, чем нужно.
  Офис перепланировали на базе бывших лабораторий, оплата арендная стала весьма высокой. Поставили новые будущие стенки, но их так и не закрыли купленным материалом, так и не прикрыли ободранные полы, но деньги через солнечного менеджера постоянно исчезали на материалы и на оплату рабочим, которые якобы строили офис. Компания арендовала еще одно помещение, в котором работала над своими изделиями.
  Новый год компания встретила с большим размахом: музыка, вина, соки, закуски, несколько замечательных вторых блюд в ресторане. Сотрудники пришли со своими семьями. Директор из кармана фирмы все доплатил.
  Сами понимаете, что лучшим мужчиной для танцев был охранник. Танцевали так, что пол местами стал проваливаться. Половицы прогнулись. Аварийное место обставили стульями, но народ отплясывал за счет фирмы долго и убедительно. Деньги в сейфе уменьшились после встречи Нового года. Директор уволил пару человек.
  Наступило двадцать третье февраля. Праздник устроили на своей территории, на фото люди стоят в два ряда, столы изгибаются от еды и питья. После праздника уволили два человека. Охранник подумал, что сейф скоро опустеет, и решил взять часть его запасов. Сидел он в одной комнате с директором. Однажды директор вышел, а сейф не закрыл. Охранник взял деньги из сейфа, но не все, чтобы сразу было не совсем заметно. Директор вернулся, сейф закрыл, кражу не заметил.
  Наступило восьмое марта. Отметили этот день на фирме: с шумом, с плясками, с расходами. После праздника директор осознал, что денег в сейфе очень мало и сократил трех женщин сразу. Охранник уволился под шумок сам и ушел на другую работу, его никто не заподозрил в краже.
  Директор сильно расстроился от финансовых растрат, арендная плата незавершенного офиса съедала всю прибыль.
  Как-то прошел директор по помещениям, в которых работали его сотрудники, и велел собрать и разобрать всю новую мебель: кресла компьютерные, столы, шкафы. Новую мебель продали и привезли старую списанную мебель, стулья и компьютеры лишь новыми остались, зато доплатили арендную плату за помещение, в котором руководил ремонтом солнечный менеджер.
  Менеджер насобирал себе на туристическую поездку.
  Директор продал свою машину и заплатил арендную плату. Незавершенный ремонт повис в воздухе. Рядом обанкротилась еще одна фирма. Две фирмы объединились, работы и заказчики пришли на выручку. Директор освободился от арендной платы помещений, он их просто сдал, а купленные материалы для ремонта канули в неизвестность. Но и это не все.
  Директор набрал много молодых сотрудников, один из них стал оказывать внимание Ларисе. А она посмотрела передачу об ультразвуке. Получается, что ультразвук встречается с внутренними органами человека, и вся картинка отражается на экране. Ультразвуком определяют усталость металла и сварочных швов. Замечательно, никакой фантастики, все реально. Еще бы просканировать ультразвуком человеческие отношения, и все было бы прекрасно.
  Проблемы проблемами, но больше всего удручало Ларису состояние тупика, из которого она выходила, меняя место работы. Работа становилась более трудной, менялись люди, с которыми работала. Вот и сейчас у нее - тупик. Работа, накопленная до ее прихода, обычно быстро исчерпывалась и тогда она ее придумывала.
  
  Ночью Ларисе снился сон...
  ...Я тень, я живая, я спряталась под сводом подошвы Платона. Он засмеялся от легкой щекотки и почесал ногу, а заодно коснулся меня. Мне приятно, я еще больше полюбила его и свернулась в маленькое овальное пятно, чтобы не исчезнуть вовсе, и пошла вместе с ним. Он подошел к бассейну, сбросил меня вместе с башмаками и нырнул в воду. Нырнул неудачно, не было у него прибора Клапана жизни. Свернул он себе шею о дно бассейна. Подбежала охрана, его выловили и отвезли в больницу. Любая операция стоит денег. Летняя ситуация со свернутыми шеями врачам хорошо известна, не все ныряльщики выживают. За Платона заплатили наличными и ему сделали сразу две операции. При первой операции вынули нижнее ребро, при второй операции ребро вставили в шею. С двумя швами он вернулся в жизнь, но башмаки ему еще не светили, он лежал. Я, как его тень, отдыхала, я научилась жить под поднятыми частями тела Платона. Ему было очень плохо, а я его утешала, как могла. Он моего присутствия не чувствовал. Я проснулась, перевернулась, посмотрела на черную ночь за окном. Я встала, подошла к окну, посмотрела на далекие и близкие звезды.
  А тут Лариса превратилась в тень самой себя и потонула в странных мыслях...
  ...Приятно находиться в тени, и смотреть на то, как солнце, освещая своими лучами царственных особ, теряет свою неиссякаемую энергию. За окном: небо, солнце, шум самолетов, листья, вымытые последним дождем. Там все, тут нечто. Где я - там тень. Тень создается вольно и невольно, или это она сама всегда находит себе прикрытие? Вероятно так. Я - скромнейшая. Я - величайшая. Я - госпожа всевидящая тень. Я родилась. Я появляюсь каждый день, каждую секунду, каждый миг. Я везде, я повсюду. Меня знают все, я всевидящая тень событий. Я под каждым листком. Я под каждым кустом. Меня нет на солнце. Меня любят в жару, меня обожают, ища у меня прохладу в знойный час. Меня увеличивают в размерах, строя дома и подземные переходы. Иногда ко мне стремятся сильные мира сего, и я их на время скрываю в прохладных залах их дворцов. И однажды я, прохладная на чувства Тень влюбилась в Платона, он был обворожительным мужчиной. Я уже говорила, что люблю свет, из-за него и существую я - Тень. Он лежал под балдахином из утренних лучей, они струились из круглого окна в потолке, они сползали по прозрачной занавеси к его божественным ступням. Платон был весь на свету. Весь. У меня не было возможности подойти к нему. Я хотела подкрасться к нему, приласкать своей прохладой и не могла. Я была бессильна. Я стала маленькой, маленькой, я спряталась в его башмачках и стала ждать, когда ко мне придут его благословенные солнцем ноги. Кем я могла бы стать в его башмаках? Только маленькой, крошечной девочкой. И почему его башмаки так малы? А то я стала бы тенью! Мечты, мечты, как вы прелестны! Но еще прелестней Платон! Рядом с ним я теряю свою силу, свое могущество, он прямолинеен в мыслях и чувствах. В его душе нет места для меня.
  В такие минуты люди превращаются в перелетных птиц. Дом остается - домом, а человек летит куда подальше, где все другое, где цветут магнолии и обрушиваются водопады с гор, или дождевые водопады. Но это все там, за горизонтом. Человек спешно собирает вещи, на это всегда мало врем. И летит, летит...
  
  Степан Степанович проснулся от странных видений и, не выдержав их наплыва в своем мозгу, и разбудил телефонным звонком Ларису:
  - Лариса, помнишь, ты говорила, что Самсон - правнук Григория Орлова? Ты ошиблась, моя дорогая! Я правнук Алексея Орлова!
  - Степан Степанович, очнись, я это все придумала, глядя на медную бирку в янтарных часах, и рассказала Самсону!
  - Ты не выдумала, а у тебя было виденье! Но ты не знала, что у Григория был брат Алексей! Признайся, не знала?
  - Я и сейчас не знаю про Алексея Орлова.
  - Так вот, мне снился сон, что мой пращур родился в каземате от княжны Таракановой. Не перебивай меня, женщина, а то сон забуду! Значит, дело было так: настоящую царицу подсиживала княжна Тараканова, и царица предложила Алексею Орлову избавить ее от конкурентки! Алексей в то время плавал на корабле, я ясно помню мачты корабля, и для выполнения приказа царицы предложил княжне Таракановой обвенчаться! Они обвенчались на корабле, венчание было ложным, но любовь между ними была настоящей! Граф Алексей Орлов покинул корабль, в это время на корабль ворвались люди царицы и арестовали ее, заточив в крепость. Княжна Тараканова до своей гибели успела родить сына от графа Алексея Орлова. Поняла?!
  - Круто, и ты знаешь, вполне правдоподобно, но мне стало страшно. Мне сейчас снились рысаки, лошади, много лошадей...
  - И правильно! Лариса, видимо, мы с тобой попали во сне в один период времени! Лошади! Ты знаешь, что именно Алексей Орлов являлся тем человеком, из-за которого были выведены орловские рысаки?
  - У меня слов нет! Я боюсь теперь употреблять эту золотистую энергию!
  - Ладно, об этом позже. А меня опять тянет к тебе! Я не пойму, в чем твоя сила?
  - Я - человек обычный, простого происхождения.
  - А давай выпьем еще по цилиндру золотистой энергии и твоих предков увидим!
  - Я боюсь пить эту золотистую энергию! Но у меня есть идея: мы можем сделать в цилиндре маленькое отверстие и клапан и помещать его в антикварную мебель, а те, кто купит мебель, будут видеть временные сны!
  - Деловая ты женщина, Лариса! А вот тебе и вторая разгадка!
  - К Петру I не примазывайся!
  - Я и не собираюсь, но город есть!
  Лариса смотрела сон в руку про Степана Степановича, с трудом понимая, кто он.
  - Ты Платон? И почему у тебя в руках золотой слиток?
  - Я тебя хотел обрадовать, принес показать первый золотой слиток из найденной тобой золотой жилы. Лариса, очнись! Тебе еще надо поспать, ты, похоже, рано проснулась.
  - А я спала?
  - Нет, ты по траве бегала! Искала золотой слиток.
  - Золотой слиток в полиэтиленовом пакете нес ты. Пакет порвался, я дала тебе сумку, и сумка порвалась. Ты нес золотой слиток деда. Я встретила Платона. Где Платон?
  - Он погиб, и уже давно.
  - Этого не может быть! Он жив! На твоем месте должен стоять Платон. Я - богиня янтарная! Он должен быть живой. Погиб его двойник, ты ничего не знаешь! Он сменил внешность, он делал пластические операции. Погиб не он, а кто-то другой, похожий на него. Он умеет уезжать и возвращаться. Да, он должен вернуться! Я хочу, чтобы Платон был живой!
  - Лариса, так нельзя! Его нет! Ты опять за свое?!
  - Мне плохо, что мне не верят. Я тебя, Степан Степанович, не люблю, я люблю всю жизнь одного Платона. Да, он ранил Самсона, но добил его ты. Вы оба виноваты, но ты жив, а он нет.
  - А себя не винишь, Лариса? Из-за тебя все произошло, если бы ты не поцеловала Самсона на глазах Платона, то все жили бы долго и счастливо, а так я один остался, и выбирать тебе осталось между мной и моим приемным сыном, что ты и делаешь. Заметь, я тебя не упрекаю, но ты заканчивай свои опыты или превращай все в мистику для мебели, но не используй ее для людей.
  - Прости, Степан Степанович, но главным героем моего романа я вынуждена признать тебя. Только и ты меня много раз на других женщин менял, никакой ты не мой рыцарь.
  - Это уже другой разговор, что было, то было, остались мы с тобой вдвоем.
  - Я тебе отдам мистическую энергию для антикварной мебели, ведущую в бездну янтарных часов, мне она больше не нужна.
  - Согласен, мы сделаем мистический комплект из черного дерева, на нем янтарные вкладки будут казаться естественными.
  - Растешь, Степан Степанович, - засмеялась Лариса, сбросив с себя весь хлам воспоминаний.
  В этот момент открылась дверь, и на пороге появился Платон, такой, каким он был до пластических операций.
  - Здравствуй, любимая! Я опять здесь! А этот что тут делает? - и он показал на Степана Степановича. - Надеюсь, у вас только служебные отношения?
  - Растай, Платон! Тебя нет! Я не хочу в больницу!
  - И не надо, тронь меня - это я! Прошел операции и вернулся.
  - Но твоя мама узнала твой труп.
  - Вряд ли. Это была подстава от пластических хирургов, они мне помогали.
  - Мог бы меня предупредить, что ты живой!
  - Ты чувствовала, что я живой! И сейчас ты меня видела вместо него, - и Платон махнул в сторону Степана Степановича.
  - Если ты - Платон, то тебе кто-то помог, кто-то тебя финансирует! - воскликнул Степан Степанович.
  - Прав, как всегда. Сидор мне помогал, как это ни покажется вам странным. Он решил спасти мою заблудшую душу. И спас! Я ему безмерно благодарен. Чувство вины, доселе терзавшее мою душу, мозг, сердце, меня покинуло. Кстати, Степан Степанович, Ваша доля в преступлении не меньше моей вины! А Вы живете на моем месте с моей женщиной, из-за которой и произошло столкновение моего ножа с ее очередным воздыхателем, Самсоном. Я вернулся, у нас Ларисой будет все хорошо!
  Платон подошел к Ларисе. Он посмотрел на нее с такой любовью, пронизанной болью пережитого, что Степан Степанович немедленно направился в сторону двери, он остановился и повесил янтарные четки на ручку двери, словно прощался с ними навсегда.
  Мусин знал одно, что эта неправильная история подошла к концу. Правильно, когда все правильно: она, он, дети, а в этой истории все перемешано, да еще и несколько раз. У людей бывает такой период жизни, когда судьбы друзей и знакомых плотно переплетаются, а позже расходятся в стороны. Так произошло с героями романа. Они влюблялись, теряли разум от ревности, совершали криминальные поступки, прятались сами от себя и возрождались в новом поколении.
  Самсон, влюбленный в Ларису, погиб от руки Платона, ее избранника. После убийства Платон постоянно скрывался от себя и правосудия, он даже менял свой облик и убил охранника в клубе, чтобы обрести искомую свободу. Ну и ладно... Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается.
  Лариса поставила цилиндры на стол, они были открыты, а она открыла окна, чтобы вернуться полностью в свое время и на свое место с прямоугольными зданиями и мебелью... Она поняла главное, что золотистая энергия дает возможность во сне прожить жизнь в прошлых временах, но все эти путешествия забирают психологическую энергию. После полета во времена братьев Орловых она ослабла психически.
  Она спокойно взяла успокаивающие таблетки и выпила двойную дозу, потом посмотрела во сне на Степана Степановича: он опять спал. Она стала за него волноваться, его надо было вытаскивать из прошлого, но как? Этого она не знала. Знала бы она, что это за энергия! Хорошо, что она ей больше не нужна. Лариса поняла, что и химическая лаборатория у нее забирала какие-то энергетические силы.
  Но как вернуть в настоящее время Степана Степановича? Она взяла свой сотовый телефон, поднесла его ко рту спящего мужчины и нажала на цифру 21. Через 21 минуту он стал оживать.
  Степан Степанович очнулся: он опять летал во сне к княжне Таракановой, и это забрало у него кучу психической энергии. Лариса дала ему три успокаивающих таблетки, он выпил их, не задавая вопросов. Она принесла из холодильника красную икру и стала делать бутерброды рядом с постелью, боясь оставить Степана Степановича одного.
  - Степан Степанович, давай бросим эту золотистую энергию и пустим твое золото на вензеля антиквариата!
  - Я понял, золото на напыление вензелей получишь в любом количестве.
  - А стульев?
  - Да хоть славянских шкафов! - сказал Степан Степанович и отправил красную икру со сливочным маслом на белом хлебе прямо в рот и запил все чаем с лимоном и сахаром.
  - А может, бросить золото и заняться янтарным гарнитуром? - спросила Лариса, намазывая бутерброды красной икрой.
  - Мне все равно, хоть янтарные выпускай под графа Орлова.
  Лариса поела и задремала, но только для того, чтобы вспомнить, как она дошла до полетов в мистическое прошлое. Она открыла ящик стола и обнаружила в нем золотой цилиндр, утерянный месяц назад. В ящике Лариса нашла пудреницу, открыла эту черную коробочку, в ней лежала сим-карта, она вставила карту в сотовый телефон, нажала на цифру 19, выпила золотистой энергии и оказалась в первой половине 19 века.
  Она подвела итог: ей лет девятнадцать, у нее есть мать и ее ждет голубоглазый Самсон. Она укуталась в большое махровое полотенце с цветочками и вышла из ванны.
  - Лариса, когда ты научишься брать с собой халат? Неприлично так ходить по квартире! Когда ты станешь настоящей фрау?
  - Мама, а ты отвернись, мои вещи на месте?
  - А где им еще быть? Тебя ждут.
  - Вещи ждут?
  - Нет, тебя ждет некий Платон.
  - Правда, что ли? Ой, - взвизгнула Лариса, с удивлением обнаружив стоящего в дверях Платона...
  Она еще раз очнулась от своего крика, в руках у нее был пустой золотой цилиндр из-под золотистой энергии, в голове стоял дурман, захотелось выпить таблетки от головной боли.
  Вместо Платона в дверях стоял Степан Степанович.
  - Лариса, я рад, что ты очнулась, очень долго ты спала, я рядом с тобой медсестру посадил. Я боялся, что бездна тебя не выпустит. У Ларисы возникла мысль, что Степан и Платон вскоре встретятся...
  
  Облако цвета мокрого асфальта нежно прислонилось к белому облаку. Сочетание удивительно. Совсем рядом плыли серые облака и задумчиво смотрели на черно-белую пару. Сквозь серые облака местами проявилась голубоватая безоблачность неба, а сквозь черно-белое сплетение облаков неба не было видно.
  Вот так и судьбы переплетаются немилосердно. Длительное время Полина работала под руководством весьма умного человека, который мог надеть на себя любую маску при общении. Он мог быть обаятельным, если она была сильно нужна в работе. Он мог быть равнодушным, если в его мыслях были иные хлопоты. Он мог быть непробиваемым. Если он хотел уволить человека.
  Дошла до Полины черная очередь полного отчуждения. Он не дал ей выйти на работу, но с лихвой пользовался ее документацией, которую она скинула ему в компьютер. И это было ошибкой. Шеф не дал ей забрать свои вещи из стола. Она не отдала ключи от комнаты и ушла под его высокомерным взглядом. Она пыталась ему звонить, но без толку.
  И вот когда Полине было плохо, родной ей человечек сказала, что ей плохо от того, что о ней говорят плохо. Полина замолчала от неожиданности и грязи, в коей она не могла пошевелиться. Итак, она без работы. Без уважения.
  Страшное слово 'предательство' с трудом можно заменить слово 'лицемерие'. Полина всегда считала себя белым облаком. Но нет, люди сочли, что она слишком белая и замазали ее дегтем перед родным человечком.
  Вот есть же люди, которые способны уничтожить вас через близких вам людей! При этом эти самые близкие люди по непонятным причинам забывают все хорошее, что вы для них сделали, и помнят только плохое, чем вас очернили!
  От такой вопиющей несправедливости Полина сильно расстроилась, но ненадолго. Чего горевать? Если люди захотели поверить в плохое, значит, им это выгодно. Когда им будет выгодна другая ситуация, они ее создадут.
  И действительно, черно-белое облако исчезло вдали, оставив за собой белый след среди серых облаков. Прошуршала, пролетела последняя листва, опала на землю и промокла от холодного дождя.
  О, как красив был любимый клен! Он цвел золотой листвой с багровой верхушкой. И такая красота длилась три недели, пока Полина ждала, что Степан Степанович вспомнит о ней. Не вспомнил. Осыпались чувства сотрудничества, как листва с деревьев. Полине надо было искать новую работу. Сеть туманно намекала о том, что работы полно, но не все звонки получались, некоторые телефоны молчали. Пруд уходил в прошлое.
  
  На земле царила осень своими золотыми красками, это золото листвы невольно влияло на все происходящие в жизни процессы. Спектральный анализ был любимым делом Ларисы со времен института. Да, она очень любила этот частокол полос различной величины. В кои-то веки ей, человеку, окончившему университет, дали возможность работать по любимой специальности, и это все благодаря директору фирмы Антону Сидоровичу.
  Он дал ей химическую лабораторию, когда узнал, что она окончила химический факультет университета. Ее пальцы всегда были защищены резиновыми одежками. Перчатки она не любила. Кожа пальцев с некоторых пор устала от химикатов, пробирок и резиновых перчаток, и только мозг волей или неволей жил процессами, происходящими в химии. И химия отвечала Ларисе любовью, например, вчера...
  А что было вчера? При соединении веществ получился какой-то странный, необыкновенно красивый золотистый цвет. Работа была обычная, и вдруг блеск, треск, свечение и цвет, который появился и исчез. Лариса готова была повторить этот химический процесс, но поняла: не получится.
  О, этот цвет! Лариса переоделась, сняла с пальцев резину, халат, шапочку, тряхнула волосами... и так ей захотелось заколку в волосы того необыкновенного цвета! А что за цвет, она не готова была сказать, но она его видела!
  Самсон, сын Антона Сидоровича, ждал Ларису. Как он любил ее роскошные волосы и всю ее фигуру! Она выныривала из химической лаборатории и творила чудеса. Для него все было чудом, до чего дотрагивались ее маленькие натруженные ручки. Они пошли тихим шагом до своих домов. Они жили в разных витых домах, стоящих рядом. Витой дом был многоэтажным домом с винтовой лестницей, внутри которой ходил бесшумный лифт. В доме было все удобно, и по большей части жизнь была автоматизирована. Окна появлялись и исчезали по желанию хозяина дома. Так и Лариса с Самсоном. Они появлялись или исчезали из жизни друг друга.
  Как в древней Руси, у них была мужская и женская половина, но не одного дома, а они жили в двух домах. Один дом светился темно-синим цветом, а второй - вишневым. Не было отдельных ламп, казалось, светилась сама поверхность витого дома, и поэтому глаза от свечения не уставали. Сегодня им хотелось быть вместе, для этой цели была предназначена комната на последнем этаже витого дома: спальня, столовая, кинозал.
  Потолок комнаты был обвит лианами. Поющие крошечные птицы летали под потолком. Между комнатой и этим живым уголком была натянута прозрачная пленка, и от нее шли лучи в сторону птиц: не подлетать! И птицы послушно наслаждались зеленью лиан.
  В этом райском уголке они проводили свои совместные часы. Их тела были покрыты нежной тканью, ласковой и полупрозрачной. Телесное соприкосновение быстро находило свое пресыщение, поэтому легкая одежда растягивала удовольствие на более длительный срок. Им было просто хорошо вдвоем, постель меняла свою конфигурацию по их желанию, экран возникал в любой стороне стены. Сенсорное управление не утруждало и любви не мешало.
  Лариса с легкостью вызвала стол с нужным набором еды и питья. Чудо имело свое объяснение: повара обслуживали несколько домиков и знали пристрастия своих клиентов. Повара, как и врачи, были признаны необходимыми для здоровья жителей города, только правильное питание увеличивало срок жизни внутренних органов человека.
  Так же важно было беречь мозговые клетки человека для его профессии и не утруждать их знаниями медицины и правильного питания. Мозговая ткань конечна, перегрузки вредны. Жизнь людей нужно было беречь всеми способами.
  Так вот чем поразил Ларису возникший цвет при химическом опыте! Он вызывал прилив жизненных сил, он вызвал в ней импульсы сексуальных желаний!!! Это могло бы понравиться власти города! Как все просто: смотришь на цвет, и твой организм переживает чувство любви, в этом состоянии наиболее легко обновляются клетки организма, словно ты загораешь под солнцем и клетки приобретают более темный вид, а здесь они остаются того же цвета, но становятся моложе.
  Организм обновлялся и восстанавливался! Что-то было в этой химической реакции от ядерного распада или... Что или? Есть такие вещества, которые существуют доли секунды, но и это было бы хорошо для химического центра. Пусть этот цвет будет виден доли минуты, но как он положительно влияет на омоложение организма! Если бы не этот случай, который был сегодня, а не вчера, они бы не пришли в комнату птиц и любви. Это в Ларисе возникла энергия, это она мысленно вызвала Самсона к себе!
  Сколько лет им? Очень трудно определить возраст, в городе только власть знает возраст своих жителей. А Лариса была прославленным ученым местного значения, ее мозги пребывали в работоспособном состоянии, и пока она выдавала своему городу необычные открытия, ее возраст не мешал оставаться специалистом. Поэтому она оставалась молодой.
  А если Ларисе повезет открыть способ получения цвета молодости, этот цветовой эликсир, то даже трудно мечтать о том, что ее ждет. Власть города всегда была благосклонна к новым открытиям в области проблем молодости. Несколько опытов прошли неудачно. Лариса сама подбирала химические вещества, она всегда все записывала состав, количество, время реакции. Результат был плачевный. Цвет не появлялся.
  На улице кружились снежинки. Пришлось опыты с цветом оставить. Надо было выполнять заказ верховной власти. Работа шла прозаическая. Самсона Лариса почти не видела. Он пересел на спортивный самолет и редко бывал в синем витом доме. Лаборантки говорили, что он нашел студентку и с ней улетал в неизвестном направлении. Жизнь стала скучной. Плановые работы и сохранение себя в надлежащей форме - вот и все, чем Лариса была занята.
  Прошел год практического одиночества. Вяз покрылся желтыми листьями. И... произошло чудо! О, силы! Оказывается, в момент появления желтых листьев на вязе соединение определенных веществ дает выход омолаживающей энергии в виде сиятельного цвета листвы вяза!
  Немедленно Самсон бросил свою очередную подружку и оказался у ног и рук Ларисы! Все повернули головы к ней! От нее шло золотистое сияние, как от листвы вяза. Вяз - завязь, дающая жизнь. Как все просто! Энергия молодости могла появляться один раз в год! Как этого было мало! И все же это лучше, чем угасать без новой энергии. Как поймать эту силу? Лариса получала все удовольствия мира, но они быстро проходили.
  Вернуть их через год? В памяти всплыло первое желание после получения золотисто цвета - заколка! Желание должно привести ее к решению задачи: как удержать таинственную силу цвета, дающую энергию организму? Если все связано еще и с вязом, решение напрашивалось простое: надо сделать заколку по форме и цвету листа, но вот какой материал использовать, чтобы он заменил желтые листья вяза?
  Если цвет медно-золотой, то и надо использовать эти материалы. Жизнь Ларисы наполнилась новыми экспериментами. К Самсону она окончательно остыла. Она теперь знала, на каком поводке он ходит: на этой необычной энергии, без нее общение с ним смысла не имело.
  Чем заняться, кроме опытов и работы, чтобы не было мучительно скучно в ее совершенном по форме и содержанию доме? Скуку прогоняла только работа мозга, значит, Ларисе оставалось одно занятие: надо писать, писать о прожитых годах, анализировать их и делать выводы для нового поколения, но ей не давала покоя новая, случайная пока еще реакция получения молодого счастья организма.
  Она четко представляла решение задачи, состоящей в получении золотой энергии - так она ее назвала. Предстояло аккумулировать новую энергию и выдавать ее по мере необходимости. Знакомые не смели подтрунивать, они знали: если Лариса что-нибудь придумала, то она решит поставленную задачу, и только намекали ей, что и им бы новая энергия жизни не повредила.
  Юмор заключался в том, что Лариса почувствовала страшную апатию после того, как прошел запас золотой энергии. Ей все надоело, ничего не хотелось, никого не хотелось. Открытие зависло. Работа не привлекала. Собственная молодость не притягивала. Все виды скоростного и тихого транспорта просто надоели. Лариса стала высыхать, как листья вяза. На голове появились седые волосы. На листья вяза упал снег. Она впадала в зиму, и этот процесс трудно было остановить без посторонней помощи, которую она отвергала.
  Лариса лежала в комнате с поющими птицами и таяла на глазах. Эта золотистая энергия оказалась обычным бабьим летом. Какой упадок жизненных сил! Из последних сил она, великая химическая и мистическая дама, нажала на пульт управления экранами. Чудо! На экране рядом с золотым вязом стояла девушка с золотыми волосами! В ней появился маленький, но прилив сил!
  Она нажала на пульт связи и попросила прислать золотистую краску для волос. И, между прочим, в голове всплыли знания древней истории: в древности в церквях и соборах всегда присутствовало золотое сияние на образах и на алтаре. Главное действие на прихожан в храмах кроме ликов святых оказывало окружающее их золото!
  А вот именно золото сегодня было не в почете, именно оно было убрано из повседневной жизни жителей города, чтобы не вносить распри между людьми! Лариса оживала! Она знала, как получить энергию молодости!
  Туман окутал город. Настроение становилось стабильным, но к реактивам она не спешила. Душа требовала положительных эмоций. И она приступила к ремонту вишневого витого дома.
  Она вызвала дизайнера, попросила убрать вишневый цвет. Внутреннее убранство разрешила выполнить в золотистых и белых тонах. На время ремонтных работ она уехала в санаторий, где решила получить молодость без золотистой реакции. Ей необходимо было омолодить мышцы, внутренние органы, внешний вид.
  Многие процедуры известны с древних времен, многие придуманы за последнее время. Жизнь закрутилась вокруг ее собственной персоны. Лариса тренировала мышцы на различных тренажерах, плавала и приводила в порядок сосуды сменой температур.
  Внутренние органы проверялись и лечились врачами. Над внешним обликом трудились косметологи, которые использовали кремы, грязи, водоросли. Жизнь была насыщенна до предела. Солярий изображал солнце и ветер. Без фантастики организм омолаживался. Проверить полученные чары Лариса отправилась на остров - любимое место отдыха Самсона, где она так и не была.
  Лариса, стройная и загорелая, была определенно-неопределенного возраста, в общем, молодой девушкой, которой она и являлась. Золотистые волосы оттенялись прядями волос, окрашенными более светлой краской, что создавало эффект солнечных лучей на голове. Имидж она хорошо изменила и превратилась в блондинку с прямыми, красивыми, переливчатыми волосами.
  На берегу океана стояла группа молодых студентов. Сверкая золотисто-белыми одеждами и золотисто-светлой прической, она приблизилась к группе. Ее узнавали и не узнавали. Приятен был взгляд Платона, а не Самсона, стоявшего рядом с ним, у которого взгляд изображал все, кроме радости.
  Лариса решила провести время отдыха с Платоном и побыть с ним в нерабочей обстановке. Ей нужен был для работы ассистент. Платон почувствовал притяжение к Ларисе. Он знал, кто она. Она знала, кто он. Ему было приятно ее внимание. Любовь проснулась без всякого чуда. Мягкий климат подружил них. Они были готовы к витку сотрудничества.
  Лариса уловила в Платоне приятные черты лица и характера. Надо было переходить к основному опыту: созданию цвета молодости. Она заказала заколку из сплава золота и меди, по форме заколка напоминала лист вяза.
  Стены лаборатории были обклеены огромными изображениями вяза с осенней листвой. Герметичный стенд для проведения опытов был слегка позолочен; внутри него за золотистым стеклом выстроились в золотистых колбах реактивы. Золотистые перчатки входили внутрь стенда. Все было готово.
  Все блестело золотом! И что-то в этом было от церковной утвари.
  К стенду подошел Платон, приятная улыбка светилась на его лице. Он понимал ответственность события и хорошо изучил порядок проведения реакций. В золоте и на золоте надо было получить золотистую энергию, которая проявляла себя золотистым свечением. Дань вязу была отдана.
  Лариса стояла в отдалении в бело-золотистой униформе. Она махнула золотистой перчаткой: Платон приступил к таинству. Раз, два, три... семь! Все этапы были пройдены с легкостью. Вдруг появился долгожданный треск, блеск, свет, свечение... Выходящая при реакции энергия собиралась в золотой герметичный объем. Стенки сосуда были прочными. Все удалось!
  Энергия жизни была в золотой ловушке. Вот и оправдалось имя Джинна, как ее всегда называл Платон. Оставалось выяснить меру потребления божественного эликсира на одного человека, время свечения золотистого цвета.
  Открытие немедленно обошло все экраны.
  Герои дня - Лариса и Платон - были на всех экранах города. Они спокойно покинули золотистую лабораторию и отбыли в золотисто-белый витой дом на золотистом автомобиле. Они были вместе! Она забыла возраст! К ней вернулась молодость.
  Не все просто было в городе. Перешагнув порог дома Ларисы, Платон зафиксировал свои данные в центральном компьютере, и ему необходимо было выслать подтверждение на запрос: 'Платон - пара Ларисы?' Он ответил: 'Да'. Власть города теперь знала, что они официальная пара. Автоматически пара после регистрации в центральном компьютере попадала под невидимую охрану города.
  Цивилизация в городе была на высоте, но человечество оставалось человечеством, среди него появлялись люди с отрицательным характером. Наблюдение за населением города было ненавязчивым, но постоянным. Дома людей не просматривались и не прослушивались, но пороги домов находились под качественным наблюдением. Все, что происходило на улицах города, было под неусыпным взором камер слежения. Население к вниманию камер привыкло с рождения, и объективы камер никого не тревожили.
  Пары подобного уровня находились под таким контролем, что в него лучше не вникать. Ларису это не волновало, а Платон стал привыкать к жизни рядом с великой женщиной. Великолепный витой дом стал райским уголком для них. Все ее любимые предметы отдыха находились в пределах ее владений, теперь не было у нее необходимости из-за тренажерного зала или бассейна ехать в клуб. У нее все было, а рядом с Платоном ей было хорошо.
  Но все проходит, и особенно - райская жизнь. Они стали скучать. Ему захотелось уйти в общество молодых студенток, но, погуляв среди молодых девушек, благоразумный Платон вернулся к Ларисе. И вот, когда он к ней вернулся, она поняла, почему она чувствовала себя старой! Да потому, что она влезла в жизнь человека из другого поколения! Антон Сидорович был старше ее вдвое, и она вошла в его мир, в его поколение и стала такой, как он, по возрасту и мироощущению, а потом она искала золотистое чудо, чтобы вернуться на круги своя.
  Лариса давно поняла, что в золоте есть нечто от мистики бездны. И тут ее осенило: что если изобрести иную энергию? А что если она сама - правнучка химика? Ведь она получила нечто уникальное! А не этим ли занималась она, занимаясь поисками мистических предметов для развлечения людей?
  Свои сомнения Лариса выложила Платону, а он засмеялся:
  - Лариса, ты из меня сделаешь правнука царя.
  - А что если эту золотистую энергию запустить в новый шкаф?
  - Ты в своем амплуа. Забыл сказать: Инесса Евгеньевна хотела от тебя получить пару цилиндров золотистой энергии.
  - Понятно. Это можно. Ваше золото - моя золотистая энергия импульсов сексуальных желаний.
  - Понял, твоя ночь любви - мое золото.
  Лариса и Платон, употребив по цилиндру золотистой энергии, уснули крепким сном. То ли правда то ли ложь, это дело не тревожь. Он, возможно, чародей, будет ладно у людей.
  
  Все смешалось в голове Ларисы, но сквозь туман неприятностей, она четко сознавала, что Самсона и Платона больше нет в этой жизни. Что история о золотистой энергии ей элементарно приснилась. Что Раиса не отпустит от себя Родиона, что у них есть сын Валера, который дружит с ее сыном Женей. Что Виктор Сидорович вернулся к своей жене Эмме. Что Степан Степанович окончательно остановил свое внимание на Инессе Евгеньевне. Сидор Сидорович? Он ушел к Полине и не вернулся. Как-то так и без диадемы.
  
  
  

Метель и ишак

  
  Так получилось, что внук Женя и его друг Валера, следующим летом отдыхали с Инессой Евгеньевной в горах. Небо покрыто облаками. Впереди, чуть слева, расположен пруд или озеро, последние остатки воды от бывшего здесь в незапамятные времена моря. Слева за озером находится кусочек степи, где бегают зайцы и косули. В степи растет колючая трава и красные маки. Иногда зайцы пробегают мимо кухонного окна по одной тропе. В этой части степи земля покрыта мелкими ракушками, что указывает на то, что степь была дном моря.
  Горы имеют белесые прогалины между растительностью. Тропки здесь белые, покрытые мелкими белыми камушками. Если смотреть прямо, то вид закрывается почти ровной, плоской горой, перед которой проходят ленты поездов. Удивительное чувство огромного пространства, которое окружает балкон, украшенный красивыми столбиками перил.
  С домашнего балкона, размер которого в три раза меньше, виден двор и дом напротив, и кусочек неба.
  Инесса Евгеньевна сидела на пластмассовом стуле за деревянным столом и смотрела во все стороны, очарованная пейзажем, который не могла фотографировать, но могла описать. Фотографии этого места есть в сети, но живой вид и ощущение простора нельзя ничем заменить. Наслаждение природой прервали кошачьи вопли. Кошка и кот под кустом что-то не поделили. Молодая кошка убежала.
  Кот с горечью мяукал ей вслед. Помяукал и ушел назад. И вся любовь.
  Инесса Евгеньевна ушла с балкона, выгнанная с него порывами холодного ветра. Она почувствовала дикую боль в центре солнечного сплетения, вспомнила свою диету 5П, посмотрела в холодильник и поставила чайник греться. В это время ей полагался завтрак из горячего чая и сухарей.
  Что удивительно, после принятия сих простых продуктов, боль поутихла. То-то ее бабушка на старости лет уважала сухари, залитые кипятком. Оказывается, что все на свете повторяется.
  - У тебя нет друзей, - сказал на днях ей Женя.
  Нет практически. Друзья - они с молодости бывают, а стоит сменить место обитания, и друзья меняются. А мужья? Кто-то всю жизнь живет с одним и страшно ненавидит тех, кто мужей и мужчин меняет. Это потому, что им повезло встретить долгоживущего мужа. А что делать, если муж долго не живет либо потерял где-то память и домой забыл вернуться? И остается женщина одинокой, и живет она жизнью своих детей и внуков, но иногда и ей хочется, чтобы кто-нибудь о ней позаботился. Дети - да.
  Человек всю свою жизнь молод душой! И эта душа иногда трепещет без использования. Люди и в старости находят себе пару, но для этого должны совпасть все обстоятельства. С мужем не все сразу совпало, они жили в разных странах, а встретились в третьей стране. И квартира у Инессы Евгеньевны тогда была новая, и комната у нее была за двумя дверями. Удобства для любви - были, и регистрация брака произошла, что была необходима для совместной любви.
  Инесса Евгеньевна тогда и не подозревала еще одного момента, что она была ему нужна, потому что училась в техническом вузе, в то время весьма востребованы были специалисты технического профиля. Муж это знал, он знал, на ком женился. Она ему была нужна для получения лимита, для работы в столице.
  Нужны были конструкторы и физики, но в паре, и он выстроил эту линию для жизни в столице. Вот и вторая сторона любви. Он ей писал письма и хвалил столицу, приучал ее к мысли, что придется сменить место жительства. Он расписывал красоты Подмосковья и описывал золото листвы.
  Поэтому когда он первым окончил институт, они поехали в подмосковные вечера, проходившие на общей кухне в общежитии. То есть из новой трехкомнатной квартиры Инесса въехала в комнату общежития. То о ней заботились добропорядочные работающие родители, имеющие дачу, сад, огород в одном лице. На новом месте у нее ничего не было. Две минимальных инженерных зарплаты и локти, которые трудно кусать.
  А кудри? Были бы волосы, а сделать кудрявыми их можно. 43 года назад была ее свадьба, это так давно, что и вспоминать нечего. День в день и давно. Она посмотрела на себя в зеркало, сняла резинку с волос, встряхнула волосы. Немного их поправила и стала чуть лучше выглядеть. Вот и тогда она все волосы забрала в прическу, точнее в букли с помощью парикмахера и огромного количества шпилек. И платье у нее было такое же короткое, как сейчас домашний халатик, и на улице было под тридцать градусов тепла.
  Инессе Евгеньевне Лариса предложила уехать с внуками в горы.
  В жизни бывают ситуации, которые возвращают человека в детство, в школу. Нет, в саму школу дорога закрыта, но можно решать задачи по математике. С какой стати? Школьная программа с каждым годом усложняется. Дети успевают узнать новое. Но что еще помнит Инесса Евгеньевна? Ее подопечным, Жене и Валере, приходится для успешной учебы осваивать школьную программу и немного больше.
  Иностранным языком они занимались с четырех-пяти лет. Буквы учили с трех-четырех лет. Инесса купила им билеты всем на верхних полках, расположенных в двух купе поезда.
  Парни легли на верхних полках в одном купе, а Инесса Евгеньевна легла на верхнюю полку в соседнем купе. Ночь проспали, а утром нижние места рядом с ней стали медленно освобождаться от пассажиров.
  Рядом с ребятами ехала симпатичная девочка на два года младше их. Ее присутствие немного успокаивало мальчишек. Получилось, что они доехали в двухкомнатном купе. Дети уходили периодически на верхние полки в свое купе и давали Инессе Евгеньевне отдохнуть от своей энергии.
  Они ехали в последнем вагоне, рядом с его сиятельством тепловозом...
  Поезд пришел в южный город вечером, путешественники успели вытащить вещи на платформу с помощью проводника и пассажиров. Инесса Евгеньевна смотрела вокруг себя и искала того, кто их встречает. Подошли двое: Он и Она. Чемоданы бодренько поехали к машине, и в этот момент опустилась темная южная ночь.
  На юге трассы не освещают фонарями, здесь светят только фары машин.
  Дорога с поворотами и небольшими подъемами привела их всех к месту назначения. Им дали маленький домик, расположенный среди гор и холмов, где безжалостно светило солнце. Теперь у Инессы Евгеньевны был номер с огромной кроватью. В жизни всегда так: был мужчина, не было кровати на двоих. А теперь у нее была прелестная комната и кровать. Недалеко от дома росли цветы красные и розовые на кустах и сиреневые в сухой траве.
  
  На следующий день погода была еще солнечной, хотя облачность все увеличивалась. Инесса Евгеньевна с детьми успела искупаться в открытом бассейне, покататься на машинах с большими колесами. День прошел на подъеме. Она посмотрела за окно, рядом с которым сидела, и увидела в отдалении горы и сухую траву.
  Но никогда не поздно в жизни поработать ишаком. Отдых на природе в идеальных условиях никогда не бывает идеальным. Чего-то да не хватит для обычной жизни. Поселились они втроем в домике, расположенном недалеко от дороги. Все хорошо, но коты под дверями мяукают, почуяв запах не съеденной в дороге курицы. Останки курицы, запеченной в фольге, отдали коту. Кот привел с собой еще пару кошек. Они съели то, что ребята в поезде не успели съесть за сутки пути.
  Мальчики приехали на отдых с Инессой Евгеньевной. Она всегда отличалась крепким телосложением и упрямым нравом. Именно она не любила пользоваться машинами, а предпочитала ходить в магазин пешком, повесив сумку через плечо.
  Но в первый день она села в машину, в которую надо было залазить, перекинув ногу через дверь. Машина предназначалась для гонок, двери у нее были приварены к корпусу. Колеса у машины были достаточно большие. Ребята сели в машине на заднее сидение, естественно, они перелезли через задние двери. Инесса Евгеньевна перелезла через передние двери и плюхнулась на продавленное сидение, на которое шофер успел положить свернутое в несколько раз одеяло.
  Они поехали по степной дороге. Степь украшали кустики травы, неизвестные сиреневые цветочки и красные маки. Со всех сторон виднелись плоские горы, покрытые лесом или белыми пещерами, которые получились от вымывания полостей водой в незапамятные времена.
  Почва в этих местах больше белая, чем черная. Вероятно, когда-то здесь было дно моря, а плоские горы были берегом, потому что в грунте было много мелких ракушек. Машина подъехала к двум магазинчикам. Ребята из машины выходить не стали. А Инесса Евгеньевна, перемахнув через двери, пошла в магазин.
  В хозяйственном магазине было много чего, но ей нужна была метла типа веника и таз обыкновенный. Еще она взяла стиральный порошок. В продуктовом магазине она купила то, что можно было съесть, имея только чайник для кипячения воды.
  В зоне отдыха было одно кафе, но работало оно странно и без удовольствия, то есть когда хотело, тогда и работало. Поэтому надо было иметь продукты в доме на тот случай, если кофе впадет в серию отдыха или будет слишком занято, чтобы обслуживать рядовых отдыхающих.
  Рядом с домиком, где они жили, паслись два настоящих буйвола, просто сказочные типажи. В стороне от них пасся одинокий шикарный конь. И ближе всех к домику стоял ослик. Вот этому ослику и стали Женя с Валерой относить кусочки сахара. В благодарность ослик издавал гортанные кричащие звуки.
  Но самыми занятными оказались муравьи. На тропинку попал кусочек сахара, его облепила целая колония муравьев и еще в очередь выстроилась. Пришлось смывать муравьев с дорожки холодной водой. Смыв муравьев на траву, Инесса Евгеньевна посмотрела на безоблачное небо, вздохнула и пошла стирать.
  Стирка в условиях отдыха значительно отличается от домашней стирки. Дома она загружает в стиральную машину белье, добавляет в нишу порошок стиральный, нажимает на кнопки и отдыхает. А на отдыхе стиральной машинки нет, но есть новый пластмассовый тазик и порошок стиральный. Она выстирала белое белье, потом цветное и в конце стирки - черное. Прополоскала белье и повесила на веревке, натянутой на веранде домика. Сушка - дело ветра и солнца, а если белье еще и капать начнет, так это не страшно, высохнет под гортанные звуки ослика.
  
  Чем больше хвалишь один день, тем напряженнее получается день следующий. Всю ночь лил дождь, который преследовал путешественников по дороге, теперь недельный дождь пришел и на южные склоны гор. Днем съездили в ближний магазин, купили немного продуктов и немного хозяйственных товаров. Дети почитали свои книги, поиграли в электронные игры, съели треть запасов. И прокричали, что они голодные и им бесконечно скучно. А на улице все еще шел его Величество дождь.
  Удивительные люди - рыбаки. Они сидят с удочкой на берегу озера часами, не трогая руками удочек. Мимо них проплывают крякающие утки. На берегу стоит ослик и гортанно кричит. В отдалении пасутся буйволы с гигантскими рогами. На берегу медленно отцветают кусты с красными розами. И все это находится на плато, с которого во все стороны видны невысокие горы.
  Над горным озером склоняются обычные ивы. Если пройти по вымощенным тропкам, то можно увидеть не только места для рыбаков, но настоящий музей фильма. То и дело можно встретить героев фильма в полный рост, есть все, нет 'Не виноватая я, он сам пришел'! Есть ресторан и официант с дичью в руке. Люди приезжают и фотографируются рядом с героями Миронова, Никулина. Очень уважительный музей.
  Экстрим - вещь непредсказуемая, только что Инесса Евгеньевна играла с ребятами в теннис, а уже забрасывает ногу с подножки на борт старой военной машины. Им предложили поездку. Первое впечатление - скорость, второе - тихий ужас, когда машина под углом сорок пять градусов ринулась в озеро и проплыла по периметру водной глади. После этого машина поднялась под тем же углом и, резко набрав скорость, ринулась по степным дорогам.
  Машина уверенно ехала к горам, которые Инесса Евгеньевна видела издалека. Древний город располагался в четырехкилометровой цепи гор из ракушечника. В горах были проделаны углубления всех форм и назначений.
  Тучи надвигались, они заняли половину неба. Камни - удивительное место, его тучи обходят стороной. И на этот раз дождь прошел в ближнем городе, но не на Камнях. Неделю шли молчаливые бои за место под солнцем. Что за бои? Инесса Евгеньевна с двумя пареньками пыталась выговорить себе и детям питание на территории места отдыха.
  На нет - суда нет. Интернет отключен, деньги на телефоне из-за международной связи исчезали быстро. Телевизор и тарелка на улице изображали рекламный ролик. Жизнь без связи. Женя и Валера спят. Время девять утра местного времени. Вчера они по компьютеру долго смотрели фильмы на веранде двухэтажного домика. Их голоса в тиши ночи было слышно далеко. Наказание последовало незамедлительно - отключили сеть.
  Инесса Евгеньевна устала быть их мамой, у них есть свои мамы, которые задолбили ее вопросами, как она кормит их детей. И все деньги с телефонов уходят на их пытки-следствия.
  Поэтому Инесса Евгеньевна вынула сим-карту из своего телефона, чтобы в случае необходимости можно было позвонить по делу, а не отвечать по телефону. Позвони папе. Позвони маме. Лучше б картошки привезли. За окном прекрасное утро. Она постирала белье, вымыла пол, потом вымылась в новомодной ванной комнате без ванны, но с подогретыми полами. Интересно, что санузлы, совмещенные с ванной комнатой, стали делать без всяких ванн и поддонов. Кафельный пол сделан так, чтобы вода сливалась сама.
  За окном быстро пробежала лошадь. Потом проехал грузовик. И осталась птичья тишина. Саранча или огромные кузнечики иногда залетают через окно. Дети в какой-то степени тоже галдят, как саранча.
  На днях они вместе с лагерем ездили в горы. Первая остановка микроавтобусов была у магазина, куда Инесса Евгеньевна пешком за продуктами ходила. Дети вышли из автобуса на десять минут, а собрались назад через час. Все ехали в горы в поход на четверо суток. Естественно, нам надо было себе нечто прикупить. И все купили - мороженое и ели его. Еще дети купили сникерсы, которые быстро растаяли в пакетиках. Такие запасы явно не на четыре дня.
  Шофер автобуса оказался на редкость словоохотливым полным человеком. Он говорил, что знает всех людей в области, всех он возил на разных маршрутах. Он так хорошо знал дорогу в горы, что выбирал самый дальний путь через железнодорожные переезды. Когда ехали в горах, а путь там не близкий, более 15 километров, автобус словоохотливого шофера застрял в свежем оползне после последнего дождя. Дети вышли из автобуса, чтобы его другая машина могла сдвинуть с места. Канат порвался. Автобус вытащили чем-то похожим на пожарный рукав.
  Предполагалось, что более крепкие ребята из лагеря часть дороги пройдут пешком. В горах дожди уникальные, местного значения. Пошел дождь. Некоторые дети остановились и мокли безвольно под дождем. Машины отвезли в лагерь рюкзаки, маленьких и полных детей и вернулись за детьми, которые шли. Если в степи, где расположен лагерь, дождя практически не было и каждое дерево надо было поливать, то в горах царила тропическая влажность. Детям не поставили палатки, им предоставили хороший многокомнатный дом с печкой и водой.
  Недалеко от лагеря находится место и вовсе редкое, там бурлит небольшая горная река и разводят редкую рыбу. А охраняет редких рыб странный отшельник-монах. Человек начитанный, составивший сам книгу, как обзор прочитанной христианской литературы. Знаток своего дела. Очень скромный и исполнительный человек.
  Инесса Евгеньевна немного с ним поговорила, разница в их возрасте была всего два года. Но монах выглядел почтенным старцем. Женщины сварили на его печке уху из пойманной рыбы. Заповедное место, расположенное в тиши яркой зелени, постоянно окропляемой дождевой водой. Святое место в горах.
  Дети из лагеря возвратились. Без происшествия не обошлось. Один отряд с вожатой пошел пешком, сбился с дороги, свернули не там. Их нашли через телефон вожатой.
  Дети, дети.
  
  ГЛАВА 12
  На ближнем горизонте пасется конь. Гордая осанка с высоко поднятой головой у него бывает крайне редко, чаще он виден с опущенной в траву головой и с махающим хвостом. Неделю периодически шли дожди, поэтому конь ел траву с наслаждением. Новая трава появилась повсюду, и расцвели дивные цветочки на своих стеблях, где сиреневые, а где желтые типа мальвы.
  Прошло несколько ливней, но чаще здесь идет дождь, когда капля от капли падает на расстоянии 15-20 сантиметров. Так и трава здесь растет не сплошной поляной, а пучками, удаленными друг от друга, и люди живут не в многоэтажных домах, порой пустующих, а в отдельных приличных домиках. За модными отлитыми заборами слышен лай собак, рядом с домиками часто видны гаражи.
  Дороги в поселке времен давних или совсем отсутствуют. Большой дворец культуры в центре поселка имеет заброшенный вид, только с одного края в нем поместился магазин, именно с этой стороны дворца бывает утренний базар. Рядом стоят два магазинчика. Вся остальная огромная площадь завалена отдельно валяющимися железобетонными блоками.
  Насколько ухожены отдельные домики, настолько безобразна площадь, на которой пасутся козы между блоками. Дорога в этом месте имеет вид древней земельной колеи, словно у поселка никогда не было хозяина. Где есть хозяин, там все ухожено, где царствуют назначенные люди, там полная запущенность, чего нельзя сказать о содержании дорог, имеющих большее значение, нежели принадлежность к одному поселку.
  К домику прибился котенок мужской расцветки, то есть черный с серыми полосками. Теперь он ходит по дому, а если выходит на улицу, то быстро возвращается. По улице (видно из окна) прошел отец котенка, большой и грациозный кот, победитель местных котов. Он кота-соперника одной лапой сбрасывает в воду озера, в котором плавают килограммовые рыбки.
  Сегодня выдалась поездка на море, и котенка закрыли одного. Ехал и до моря минут двадцать пять мимо невысоких пологих гор, поросших различной растительностью. Подъехали к небольшому поселку, на балконах появились полотенца. Чем ближе к морю, тем больше домов с полотенцами стало встречаться. Море возникло неожиданно. Эффект появления волшебного морского цвета на огромной территории всегда удивляет.
  Пляж узкий, но достаточно большой для многочисленных отдыхающих. Песок отменный, но у самой воды он становится крупнее, поэтому соизмерим с клавиатурой, но имеет различную форму. Люди купаются там, где подкатывают первые две волны. Здесь и цвет воды другой. Смысл купания - в нырянии в волны, которые подкатывают плавно к берегу.
  На берегу в несколько рядов стоят платные пластмассовые белые топчаны. Чаще всего они пустуют, а люди располагаются между ними. По берегу снуют продавцы мелкой пищевой торговли. Детвора плещется в волнах. Взрослые дальше детей уходят не больше, чем на метр. На рейде, или точнее на горизонте, видны баржи и теплоход.
  Берег покрыт торговыми точками. Много надутых игрушек, но при таком отличном море мало кто на круге будет плавать. Съели мясные изделия и поехали домой той же дорогой, которая показалась значительно короче. Ветер охлаждал, пейзажи радовали. У домика бродил папа-кот. В доме мяукал котенок.
  На следующий день Женя властным голосом сказал:
  - Я тебя уговариваю уже десять минут поехать на море, а ты отказываешься! Мама бы со мной поехала.
  - Мы вчера ездили, поедем в понедельник.
  - Нет! Мы сейчас хотим ехать на море.
  - А зачем меня уговаривать? У меня нет машины, не ко мне надо обращаться с такой просьбой, - пыталась Инесса Евгеньевна отговориться от поездки.
  Женя взял сотовый телефон и пошел на улицу. За ним вышел Валера. Прошло четыре часа, а их еще нет. Инесса Евгеньевна сходила к администратору и выяснила, что они уехали со вчерашним шофером, но на другой машине. Она думала, что они не уехали, поэтому взяла с собой все для бассейна. Плавала одна. Одна и загорала на белых топчанах.
  Вскоре приехали дети-путешественники, они обошлись без полотенца и перекусов. Довольные, в руках мокрые трусы. Даже борщ съели и поощрительную дыню. И вдруг ополчились друг на друга, но передохнув и съев конфеты из морозильника, успокоились и попросились идти в бассейн.
  Теперь им захотелось плавать в шортах. Поскольку на них оставались шорты после поездки на море. В воде шорты надувались и создавали неожиданные трудности, вызывая хохот. Ребята помирились. Ныряли, кувыркались, плавали. И после купания надели плавки для плавания вместо шорт, сверху майки и пошли гулять. Инессе Евгеньевне осталось повесить сушить итоги их плавания. Пятница.
  
  Вечером стали подъезжать новые отдыхающие. Запахло традиционными шашлыками от других домиков. Котенок весь день сидел задумчиво недалеко от балкона. Похоже, пока она вешала вещи сушить, котенок сбежал с балкона на запах шашлыка.
  Раз на раз не приходится. Женя, когда отнес вчера котенка, закрывая дверь, отломил ручку от двери. Администратор пообещал, что мастер придет в 9 утра. Как любого мастера, его надо ждать. По этой причине Инесса Евгеньевна пошла в магазин после того, как проснулся Женя. Время близилось к полудню. Жара усиливалась. Через поле нести сумки с продуктами тридцать минут - занятие не очень легкое. Стоило ей покормить Женю и Валеру, как Женя начал звать ее поехать на море. Она отказалась.
  Понятно, что Инессе Евгеньевне с детьми в зоне отдыха надо решать проблемы с питанием. Вчера дети поели в ресторане, поэтому ужин остался в холодильнике. Зато дети пришли и не могли напиться, все пили воду из холодильника. А чтобы не было скучно пить воду, они брали из морозильника шоколадные конфеты.
  На улице днем сильная жара. Поэтому Инесса Евгеньевна покупает конфеты и кладет их в морозильную камеру холодильника вместо мороженого, а в нужный момент холодные конфеты пользуются популярностью. И она иногда не отказывает себе в удовольствии достать замороженную конфету - и приятно, и охлаждает.
  Нет, мороженое она тоже иногда покупает, но не всегда можно его донести до дома. До магазина идти полчаса по жаркой степи, если она покупает замороженные продукты, тогда покупает и мороженое, сумка получается как холодильник. Но чаще она идет на рынок и покупает фрукты и овощи. Ребята активно ели черешню и наелись, теперь они перешли на абрикосы и дыни.
  У Инессы Евгеньевны свои задачи: покормить, убрать, помыть, постирать и смотреть за Женей и Валерой. Она на косяке двери сделала метки их роста. Через две недели Женя подрос на 1,5 сантиметра, а Валера на 1 сантиметр. Едят они практически одинаково, но худой Валера худеет от купания и солнца быстрее крупного Женю.
  Местные ребята такие худые, что на их фоне худощавый Валера худым не кажется. У местных детей тонкие кости, обтянутые кожей, - это не значит, что им есть нечего, здесь жарко продолжительное время года, а в жару не всем есть хочется, больше пить хочется.
  В выходные в рыбацкую зону отдыха приезжают однодневные туристы. Они катаются на бывшей военной технике, списанной временем, но готовой развлечь отдыхающих. Они катаются на ослике, фотографируются у красочных скульптур героев фильма. Они стреляют по мишеням, купаются в бассейне и ловят рыбу с раннего утра.
  Скоростные развлечения у некоторых компаний сопровождаются шашлыками, которые делают у домиков или рыбацких беседок, куда приезжают на машинах. Вчера котенок сбежал через балкон на шашлыки. Ребята его нашли и принесли домой. Он так наелся, что до утра двигаться не мог, но через день котенок вновь ушел.
  С балкона размером 15 метров квадратных открывается вид на горы с двух сторон. Справа надвигаются тучи, и обзор закрыт ближним холмом, из-за которого вечером выкатывалась круглая луна, после того как слева за дальними горами зашло солнце. Очаровательное зрелище, когда видно заход солнца и восход луны буквально через несколько минут.
  Так иногда хотелось Инессе Евгеньевне повернуть жизнь вспять и вернуться домой, под крыло мамы и папы. Их уже давно нет, нет и первого мужа. О чем тосковать? Все было, все прошло. 43 года канули в лету. На окнах капли дождя. За окном степь, сопки. Небо серое, горы на горизонте чуть темнее.
  Оказывается, во времена социализма здесь находился совхоз-миллионер, выращивающий табак. И то, что она называет степью, было поливными полями. Прошло лет двадцать после того времени, и степь стала степью, а не полем. Если посмотреть на огромные просторы, которые видно с балкона домика, то можно увидеть прямоугольник всего одного поля, и то - поле скорее частное.
  Интересно, а космический корабль, который неудачно стартовал, кому принадлежал? Государственных заводов мало, и те поделены на частные секторы. Многие технические проекты становятся частными. А за космические разработки особо не платят. Деньги, как вода, дождем сыплются, но мало их попадает в нужную точку. Обиженные исполнители могли быть.
  Получить государственный заказ трудно, он расходится по своим людям, по крепкому знакомству. И пусть.
  Сегодня весь день лил дождь, на небе все еще гуляют серые облака, из вертикально приоткрытого окна дует прохладный воздух. Птицы щебечут и не спешат в окно залетать, как это было перед ливнем.
  Инесса Евгеньевна перестала вспоминать свое недавнее прошлое, как несбыточную мечту. Зачем ей проблемы, которые могут возникнуть от общения?
  Эх, а она в свое время вышла замуж за молодого ученого. Беда его была в том, что он хвалился полученными знаниями, унижал других, кто менее его знал его предмет. Результат: ученый девальвировался, как ученый он не рос, остановился в своем развитии. Ей муж не подчинялся, он распылился на просторах страны в трудные девяностые годы, как облачко. Может, это он в виде хмурого облака плывет за окном? Вероятно, и его работы были на орбите, но это было давно.
  Космос хорош тем, что долгие годы питал и питался умами людей. А сейчас кто-то потерял бдительность и осторожность при запуске космических ракет. Секретность и охранная сигнализация в таких делах просто необходимые атрибуты. Нельзя в прямом эфире показывать запуск ракет. Это секрет номер 1, а его нарушают постоянно.
  Чем меньше людей знают время и место запуска, тем всегда лучше для дела. Еще в ракетостроении раньше применялась тройная защита, тройная надежность всех блоков. А сейчас что происходит? Экономия на надежности несет плоды неудач на старте.
  Северный ветер несет прохладу и темные облака прямо в окно, значит, окно смотрит на север, и Инесса Евгеньевна тоже смотрит на север, который спрятался за длинной горой. Горизонт ограничен горой. На ближнем склоне растут кустарники, чуть ниже находится озеро, в котором купаются только рыбы. Сегодня у озера праздник - воды немного, но прибыло благодаря дождю. После дождя дня через два будут заметны новые побеги. Цветы начинают цвести веселее.
  Вчера ливень шел весь день, сегодня отголоски от ливня, и небо, затянутое пеленой облаков, где светлых, где темных. Воздух замечательный...
  Инесса Евгеньевна вышла на балкон, где вчера повесила сушить одежду мальчишек. Они умудрялись за день сменить по два комплекта одежды. Или их кто-нибудь обливал, или они в шортах ныряли в бассейн, или под душ вставали мыться, не сняв всех вещей, или мокли под дождем.
  Мальчишки десятилетние способны на многое, особенно они не любили чистить зубы без приказа, не любили мыть головы, не любили читать внеклассное чтение, не любили стричь ногти.
  Дети на каникулах - это что-то, это неуправляемый сгусток энергии. Они даже не рисовали целый месяц после школы. И только два дня назад они взяли в руки карандаши и стали рисовать с планшетки автомобили. Два дня перед сном рисовали машины, называя их марки. Благодать, когда в ночи тихо и дети рисуют. Местный телевизор их не отвлекал, в нем всего одна программа, и та показывает клипы все стран.
  Сеть или есть, или ее сразу нет. Это ведь своеобразная дача, на которой находились Инесса Евгеньевна и ее подопечные Женя и Валера.
  Инесса Евгеньевна посмотрела на небо в белых барашках, на прекрасную гладь озера после двухдневного дождя, на коня, которого поставили пастись против моего окна, и вошла в спальню, примыкающую к балкону.
  В таких апартаментах она еще не жила. Комната большая, потолок ровный, белый, на нем замысловатая бело-желтая люстра. Обои лимонно-желтые. Два окна на двух стенах прикрыты легкими белыми капроновыми шторами и парчовыми портьерами с блестящей нитью цветом чуть темнее обоев. То есть цвета абсолютно солнечные.
  На одной стене висит картина, написанная маслом, на ней изображено море во время шторма. В четвертой стене находится дверь на балкон и к ней примыкает спинка огромной кровати, на которой в одиночестве она спит. В комнате есть лестница на первый этаж, к перилам лестницы приставлен трельяж и комод, все в тон кровати. Декор простой, но продуманный, и ее вовсе не раздражает.
  Дети три недели спали в этой спальне, потом перешли спать на огромный диван, расположенный на первом этаже. Диван раскладывается, и это их устраивает. На первом этаже есть санузел, холодильник и кухня, все к их услугам, и не надо ходить по лестницам. Они иногда поднимаются на второй этаж, но для того, чтобы выкинуть сырое яйцо с балкона и посмотреть, как оно разобьется. Или посмотреть на гнездо птицы, расположенное под крышей балкона.
  Инесса Евгеньевна всю жизнь прожила в маленьких квартирах с большим числом людей. Как-то так получалось, что жила она по большей части в двухкомнатных квартирах. Но в начале жизни в такой квартире жили две семьи, а когда они получили трехкомнатную квартиру, то недолго она жила одна в комнате, вышла замуж за студента из общежития и уехала с ним в общежитие. Потом получили маленькую двухкомнатную квартиру на троих, потом их стало четверо, а когда стало пятеро, то муж сбежал.
  Такие хоромы, в которых Инесса Евгеньевна жила сейчас во время отпуска, ей и не снились. Что плохо? Тиха и темна ночь в одиночестве. Первое время мальчишки тоже боялись ночи, но вчера им это надоело и они устроили ночной бег на улице, после чего довольно быстро уснули.
  Инесса Евгеньевна готовит им еду на кухне, где есть дубовый овальный стол и уголок, на котором мальчишки сидят. У нее давно не было возможности готовить, негде и некогда. А теперь она полностью отвечает за питание мальчишек, поэтому исправно ходит в деревню в магазин и готовит пищу для детей и себя любимой.
  'Пора завтрак готовить детям', - подумала она, и отложила в сторону ноутбук. И началось. Завтрак в час дня. Женю заставить есть либо читать практически невозможно. Валера подчиняется после небольшого окрика. Довели так, что Инесса Евгеньевна, у которой деньги подошли к критической отметке, сказала:
  - Женя, если ты не сядешь вовремя за стол, уедем домой через три-четыре дня! Продуктов осталось на четыре дня, денег только на обратную дорогу.
  Сыр-бор разгорелся не на шутку. Прошло несколько часов. Ребята ушли к рабочим в домик. Здесь вообще не с кем общаться, поэтому дети идут туда, где их принимают до поры до времени. Если подумать - все хорошо, если еще подумать - все плохо. Остается искать выхода или ждать, что жизнь сама образуется, а пока, чтобы не конфликтовать с окружающими в критические минуты, ей остается выпить пару успокоительных таблеток и надеяться на лучшее.
  За окном ливень третий день. Для данной местности такой дождь праздник. Вся зелень оживилась. Были мысли позвонить туда, сюда. А зачем? Радостных новостей нет, а кого интересуют чужие проблемы? Да никого, их еще и усугубят, чтобы самим веселее от этого стало. Поэтому Инесса Евгеньевна решила помолчать, пусть другие говорят.
  И раз дети ее не слушали сегодня, то их не надо звать кушать, пока сами не явятся. Вот так она решила все проблемы. Заставляла она ребят читать, но читать то, что дают десятилетним детям по программе - это не то, что им хочется прочитать. Чтобы читать школьную программу, взрослым нужно адское терпение, чтобы заставить детей читать то, что не читается!
  Внеклассное чтение по школьной программе - это огромный семейный раздражитель и повод для больших и маленьких семейных ссор. Его проще было назвать историческим чтением, потому что это больше похоже на историю, чем на чтение. И заинтересованность детей к чтению историческим чтением не воспитаешь. Детям скучно читать родную, но такую чужую по времени речь. Конкретно? Возьмите книги для внеклассного чтения от четвертого до шестого класса.
  
  Духота на улице. Кондиционер трудится. Облака клубятся. Лоб загорел, исчезла челка в отросших волосах. Женя и Валера пересели на новый вид транспорта, состоящий из четырех колес и сидения. Они быстро привезли хлеб из магазина. До этого продукты привезла мать Жени, которая приезжала навестить сына. Он хотел домой уехать, но ехать пока некуда, ремонт дома еще не закончен.
  Инесса приехала по причине, которую назвал Женя по телефону: он не спит до трех ночи. Причина одна - он боялся уснуть - это дачный синдром. Если человек всю жизнь прожил в многоквартирных домах, то ночлег в индивидуальном домике страшен своей непонятностью. Это Инесса Евгеньевна по себе знает, и ей не по себе ночью в чужой местности без фонарей. Но, на их счастье, приехали соседи в соседний домик, и ощущение ночной жути почти исчезло.
  Они съездили на море, которое в июле намного теплее, чем в июне, когда они ездили в прошлый раз. Вторая поездка была менее эмоциональная, море уже не вызывало зрительного восхищения, зато появилось ощущение морской воды, из которой бабушка и мальчишки не хотели выходить.
  Произошел маленький конфуз, только сняла она с себя халат, как ее купальник - расстегнулся, да так звонко, что соседний мужчина повернул голову. А Инесса Евгеньевна стоит и держит купальник по бокам. Алла завязала ей сзади узел, так как сломалась одна из металлических застежек. Узел купаться не мешал, позже она вылезла из своего плена.
  Самое главное качество при общении с младшими поколениями - это терпение, без него трудно выживать, можно только плакать от обиды, но слезы у пожилого человека в дефиците, поэтому остается - терпеть или принимать сторону подрастающего или уже выросшего поколения. Это легко сказать, но трудно выносить.
  Благополучие старшего поколения полностью зависит от способности подстраиваться к новому времени, которое неизменно идет с каждым новым поколением. Когда показывают нищих стариков, это значит, что показывают тех, кто в свое время сошел с рельсов подчинения младшим или не захотел принимать условия новой жизни, или гордость для них дороже благополучия, или лениво смотрели за своим здоровьем, или лечились не движением, а одними бесплатными таблетками.
  Очень трудно выживать с младшими, очень хочется внимания к себе любимой, но его не получить, можно только заботиться о каждом новом члене семьи, пока он не подрастет до самостоятельного возраста. Женя уже в чем-то обошел бабушку в свои девять с половиной лет. В его голосе уже появляются командирские нотки, а Валера ему почти беспрекословно подчиняется.
  Поэтому в условиях обычной жизни у Валеры есть боевая подружка, которая верховодит в их детской паре. А у Жени есть умная девочка, которая ловко маневрирует в отношениях с ним, опираясь на достижения всех компьютерных устройств. Женя в любой момент может записать высказывания Инессы Евгеньевны или снять ее на фото, если она начинает его воспитывать. Подвох - дело тонкое.
  Малооблачно. Вчера прошел отвесный ливень с громом и молниями. В результате выключили интернет и электричество, которое через 3 часа включили, а интернета опять нет. А он чем хорош? Можно почитать книги, можно свое написанное перемещать на сайтах. Жизнь дачная приближена к природе максимально: нет лифтов и нет транспорта. Дети обходятся четырехколесным транспортом. Начали с осла, потом пересели на четырехколесный транспорт. Иногда он ломается, иногда они переворачиваются вместе с четырьмя колесами, но с осла они тоже падали.
  Дети в бассейне больше ныряют, чем плавают, проплывают его по всей длине, нырнув один раз. Земля впитывает влагу быстро, последствия дождя практически не видны, но чувствительно подрастают ветви деревьев. А дети подросли на 1 сантиметр. Женя просит творог, но с рынка творог есть не хочет, а в магазине творог не берут на продажу из-за малого срока годности.
  Местные йогурты ребята все попробовали и больше не просят. Интересно, что в начале приезда они охотно ели мороженое, теперь не берут его вовсе. Дети больше не едят мороженые конфеты, вероятно, они привыкли к жаркому климату и дополнительное охлаждение им не требуется, кроме бассейна.
  Новые люди медленно закрывают собой старые интересы. Но природа! В столице все равно, зашло солнце или нет, а здесь, в районе божественных мест, все мерится заходом солнца. Все стараются переехать с места на место до захода солнца, после захода солнца наступает кромешная тьма с огромным звездным небом, на котором четко видно созвездие Большой Медведицы и млечные пути.
  Тихая ночь - птицы и те не поют до рассвета, только потрескивает пересохшее дерево в домах да слышны всевозможные шорохи. Проходящие мимо дома люди с фонарем вообще покажутся инопланетянами или коварными злодеями. Жуть безграничная царствует до трех ночи, пока не начинает светать.
  Пять часов тьмы еще надо пережить, прочувствовать бесконечный страх в каждой клетке. Бывает, что ночь проходит быстро, но чаще это мучение, сопровождаемое страхом тьмы и шорохов. Это происходит не только с Инессой Евгеньевной, но и с ее подопечными. Свет, только свет спасает от тьмы, и соседи в соседних домиках, которые - то есть, то нет. Сейчас есть, приехала большая семья с личным вертолетом и заняла пару домиков. Их слышно и видно, и уже не так жутко. А местные жители строили дом к дому, и каждый держал собаку, чтобы предупреждала людей своим лаем.
  Дети с директором уехали ловить форель с ночевкой, они взяли с собой гитариста, теплую одежду и продукты. Там, где разводят форель, а именно в запруде горной речки, дожди очень частые. А здесь солнце работает на полную катушку, но загар не особо липнет. Инесса Евгеньевна просто выходит из домика и загорает минут по десять раза три в день, дольше она не выдерживает.
  Хорошо загорается во время движения, когда она идет через степь в магазин, но тогда загар получается местного значения, что открыто, то и загорает.
  Наметился день отъезда, но до него еще есть время на тьму и солнце. Лариса привезла их всех троих домой на машине, все вернулись домой.
  Стадион - это поле с белой разметкой и трибуны с синими сидениями. На предпоследнем ряду стадиона сидит Инесса Евгеньевна. Она здесь сидит на тренировке Жени. С каждым годом его тренировки интереснее и интенсивнее. Стадион расположен в замечательном месте на берегу небольшой реки.
  На противоположной стороне реки находятся производственные корпуса. А перед ней только поле стадиона, на котором нет деревьев, но есть столбы освещения и высокие ворота. На поле идут тренировки ребят разных возрастов. По ребятам видно, что год от года они становятся лучше, спортивней. Часто тренировки начинаются с бега по периметру стадиона, но скоро у ребят будет ответственная игра, и сегодня они без раскачки приступили к выработке профессиональных навыков истинных регбистов.
  Скоро в школу, а сейчас идет последняя неделя летних каникул. На поле ребята легли отжиматься от земли, теперь они качают пресс и хором считают. На том берегу реки стоит фирма, где Инесса Евгеньевна работала последние годы, но сейчас у нее затянувшийся отпуск под названием пенсионный.
  
  Но Инесса Евгеньевна подумала, что часть людей обладает способностью мигрировать из страны в страну за проблемами, лозунгами, событиями. Покорение целины привело в страну множество людей на протяжении лет двадцати после освоения целины. Землетрясение вызвало приток строителей, а часть людей получила квартиры в других городах. Наводнение вызвало интерес к заброшенным городам, приток денег и новых молодых людей. Даже если город сменит название, то и в него поедут люди, а некоторые, наоборот, покинут город. Как в 'Одноклассниках': меняешь имя - появляются новые знакомые.
  И увидала Инесса Евгеньевна двух жгучих мужчин...
  Из перерезанного горла кровь быстро вытекала в ведро.
  - Печень есть будешь или в фарш добавим?
  - Ой, нет! Сам подумай, вкус печени люди сразу почувствуют, ее лучше отдельно съесть.
  - А я не знал, что лучше! - ехидно ответил невысокий мужчина в белой одежде, моя нож под струей воды.
  - Ай, не остри! Тебе сегодня шкуру снимать.
  - А я не хочу спускать кожу, я горло перерезал, а дальше твоя печаль.
  - Опять глаз положил на хозяйскую жену?
  - Тебе какое дело, скажи? Он ее за собой всюду возит, возит.
  - Лето, вот и возит, чтобы она отдохнула на природе.
  - С маленьким дитем отдохнула? Она сегодня просила меня плов ей приготовить.
  - Вот ей и приготовишь печень, а то у нее кровь жидкая.
  - Она красивая, очень красивая женщина. Сам подумай, с чего бы у нее кровь жидкая была? У ее мужа все есть: вертолет есть, дома есть, магазины есть, стадо есть!
  - Еще ты у них есть, повар недоделанный! - рассердился тот, кто резал горло.
  - Это ты только и умеешь, что горло перерезать! - крикнул сдавленным голосом повар. - А Лена - хорошая женщина, очень правильная мать, дите кормит грудью сама. Не переводит на молоко из коробочки.
  - Да, ты готов за нее все делать!
  - Что попросит, то и сделаю.
  К этому времени кровь из горла барана вся вылилась в ведро, из него вышло все из желудка, осталось снять с барана шкуру и приготовить свежее мясо для начинки.
  Новая приятельница Лена в это время рассказывала Инессе причины, по которым она хочет покинуть страну мужа и переехать в страну, где живет Инесса. Главная причина - отсутствие тепла в квартире в зимнее время.
  - Знаешь, как я плакала этой зимой? Дети маленькие, живот большой, а надо носить дрова, уголь, чтобы квартиру топить! Мы все вместе зимой живем в одной комнате. Муж сделал печку в комнате! У нас газа нет, свет есть не всегда. Последний раз газ был в девяностые годы, все про него уже забыли! Вот у тебя много ковров в доме?
  - У меня в доме нет ковров, - ответила Инесса.
  - Как вы живете! У нас у всех много ковров, на полу не один ковер лежит, чтобы ногам тепло было! Зима холодная, дети зимой гулять не ходят! У нас в сентябре дожди идут! Детей гулять не пускаем, одежду сушить негде. Я их в этом году и в детский сад не водила, как их поведу?! У меня живот, спина болит, уголь носить надо.
  - Лена, а у тебя браслет золотой?
  - Конечно, золотой! Ты чего спрашиваешь? У нас золота много должно быть на женщине, иначе о ней плохо подумают. На мне еще не все мое золото. Я себе еще мелкие изумруды куплю, а то с крупными изумрудами в отпуск не поедешь, - и она покрутила кольцом с мелкими камнями, которого еще вчера у нее не было.
  - Понятно, главная причина переезда - холод зимой в самой жаркой стране!
  - Ой, знаешь, как у нас холодно!
  - А когда у вас зима заканчивается?
  - В феврале.
  - Но у нас зима с октября и по апрель, то есть в эти месяцы еще снег бывает, а у твоей мамы зима с ноября по март. Она живет южнее столицы.
  - Инесса Евгеньевна, у тебя тепло, у тебя топят, у тебя свет есть. И у мамы все есть. Я у своей мамы спросила: 'Мама, ты меня с детьми к себе возьмешь, а с мужем не возьмешь?' Она ответила: 'Лена, я тебе не помощница, тебе помочь может только муж'. Мне все говорят: муж тебя кормит, одевает, ты не работаешь, хороший у тебя муж. Мы продадим квартиру. Дом на земле купим рядом с тобой.
  - Зачем тебе дом на земле? С ним хлопот много!
  - Главное, чтобы газ был и свет. А у нас газа нет, люди делают насосы и выкачивают газ из системы, а если его в трубах нет, то и насосы не помогают.
  - Лучше квартиру купить рядом со мной, маленькую квартиру, чтобы тепло было.
  - Я смотрела большую квартиру в элитном доме, у меня столько денег нет. У нас мебель сделана по специальному заказу, кровать огромная и высокая, - и Лена показала фото кровати и стола.
  - У нас такой стол и ставить негде! Тебе детям надо два письменных стола.
  - Что ты, мы на этой кровати зимой все спим, а за столом все будут сидеть и заниматься. Я с детьми по очереди занимаюсь, если заниматься сразу с двумя, то они много шумят и не слушают.
  Накануне они разговаривали первый раз, а после этого разговора Лена с семейством уехала.
  Инесса вспомнила, что ей рассказывала о своей судьбе Лена...
  Мама Лены в свое время уехала на целину и вышла там замуж. Она родила двух дочек, и все было прекрасно, пока не родилась Лена. Девочка родилась красивая, черноволосая, черноглазая, пухленькая, но она совсем не переносила климат. Родители Лены собрали пожитки, взяли трех дочек и поехали в теплый город, из которого они и приехали на целину. Продали они квартиру на целине, а купили в теплом городе. Пожили-пожили, и решила мать Лены, что климат ей не подходит, к этому времени у нее еще родился сын, а потом и дочь. Пять детей! Шустрая женщина оставила подросших дочерей в теплом городе, взяла с собой младших детей, мужа и поехала в Поволжье.
  Подросла красавица Лена, волосы у нее длинные, кожа светлая, лицо холеное. Вышла она замуж за местного жителя, весьма делового предпринимателя. У них родились мальчики-погодки. Симпатичные дети со смешанной генетикой по материнской линии. Странное дело, но у Лены оказалось гражданство российское, хотя она родилась на целине, а жила в жарком городе. Это ее мама постаралась сделать детям свое гражданство после переезда независимо от того, где ее дети жить остались.
  Итак, Лена не была гражданкой одной страны, ее дети принадлежали по паспорту только ее супругу, они были вписаны в его паспорт вместе с фотографиями. Лена стала матерью трем детям, на которых прав не имела. Внешне она выглядела восточной женщиной, вся в ажурном золоте, говорила на трех языках, а паспорт меняла в России. Детям пора в школу, а она в трансе, она не знает, куда отдать их в школу.
  Вечером Лена и Инесса сели на скамейку недалеко от обрыва. Дети играли в прятки и не мешали разговаривать.
  Лена стояла на краю обрыва, на груди у нее висела сумка для ребенка, на руках она держала маленькую девочку, которой не было еще и полугода. Она только что покормила ее грудью, сидя на скамейке, расположенной под деревьями недалеко от обрыва. Горизонт закрывали небольшие горы, под обрывом находилось поле, обработанное тракторами, которое простиралось до гор. Бирюзовое небо постепенно темнело. Инессе Евгеньевне пора было возвращаться домой из очередной поездки.
  
  
  "Ветер, одетый в снег, называется метель", - так думала Инна, идя навстречу сильному ветру, который готов был пронзить холодом каждого, кто выйдет на его тропу. За ночь намело небольшие сугробы снега, которые мирно переливались маленькими симпатичными искрами. Девушка натянула капюшон на шапку, вынула варежки из карманов, подтянула молнию к подбородку, и продолжила свой путь сквозь метель.
  Путь до школы проходил мимо высоких многоуровневых домов, утепленных по последнему слову строительной техники. Город, в котором она жила, небольшой, но интересный. Можно сказать, что это город мудрецов. Она из третьего поколения жителей, живущих в царственном городке магов. Некогда мэр распорядился организовать городок великих магов, дабы они не волновали умы простых смертных.
  Для магов возвели белые многоуровневые дома, которые заканчивались заостренными башенками, увенчанными иглами антенн. Центральной частью городка был Магический лес, его окружала широкая дорога, а за дорогой - располагались дворцы, школы и дома магов.
   Если посмотреть сверху на городок, то можно было заметить, что он состоит из чередующихся кругов, состоящих из леса, дорог, домов, дорог, леса, дорог, домов, пересеченных радиальными линиями небольших дорог. Почему городок магов назвали Изумруд? Вероятно, хотели подчеркнуть значимость острого ума магов.
  
   Отец проводил дочь Инну только до своего авто, покрытого слоем снега. Он посмотрел дочери вслед, включил снегоочиститель. Через пару минут его машина была чистой, но на ее чистую поверхность уже садились снежинки, принесенные метелью. Отец еще раз посмотрел в ту сторону, куда ушла его дочь, сел в машину. Ему предстояла поездка за пределы города. На пульте управления он набрал название пункта, куда ему предстояло поехать. На карте четко выделилась дорога, и появилась предупреждение о малой скорости перемещения по дорогам.
   Госпожа Метель постаралась замести проезжую часть дороги снегом. Машины ехали шагом. Никакие новинки техники по уборке снега не могли быстро справиться с госпожой Метелью. Летом госпожа Метель жила на севере, в круглой яранге, с отверстием в потолке и смотрела передачи по многоканальному телевидению. Очень ей понравился город Изумруд, но летом она в него не могла попасть. И только в конце января, когда ветры смешиваются со снегом, она смогла посетить город магов.
  
   Итак, Инна шла из третьего круга домов во второй, где и находилась ее школа технической магии. Ученикам не разрешалось ездить в школу на личных мини машинах, которые были у каждого ребенка с семи лет для перемещения по городу. Инне было лет 14, значит, уже много лет она училась в школе технической магии, и еще долго ей предстояло в ней учиться.
   Госпожа Метель знала, что заметает улицы великого города. Ей было не все равно, куда наметать сугробы. Инна преодолевала сильные порывы ветра, слегка наклонив туловище вперед. В такой позе ее увидел Женя, он улыбнулся девушке холодными щеками и пошел рядом с ней. Им оставалось пройти мимо школы кубиков, где учились дети от двух до семи лет. Женя был крепким парнем. Дети магов с рождения были вовлечены во все полагающиеся им школы: спортивные, образовательные, художественные, музыкальные, танцевальные.
   Высший совет магов уделял должное внимание школьникам. Занятость у детей была полной, отдых включался в расписании. Итак, Женя и Инна, преодолевая метель, подошли к школе. К крыльцу школы с двух сторон шли дети и маги - учителя. Дворники небольшими машинами убирали снег, который метель вновь перемещала с места на место.
   Метель с большим удовольствием резвилась на чистых улицах, делая сугробы в самых неожиданных местах. Она пела морозные песни. Она крутилась, юлила, и вторгалась во все уголки, заметая их снегом. Это был ее день. Ветер подмигивал Метели. Они были знакомы с давних лет. Старые приятели с удовольствием кружили по волшебным улицам. Они заметили Инну и Женю. Метель обсыпала их снегом. Ветер мешал им идти к школе. Но дети пришли в школу магов. Над дверью школы висело табло, на котором высвечивалось время.
   При входе в школу сидели охранники, окруженные аппаратурой слежения и оповещения. На первом этаже пол был вымощен мраморными плитками, чтобы многие поколения школьников прошли по ним до вершины своего обучения. Стайки детей резко возрастали в раздевалке и разлетались по своим классам. Звонок возвестил о начале занятий. Магия уроков была священна.
   Метель, бросив на прощание пригоршню снега в спину девочке, присела на школьном крыльце и попала под машину дворника. Госпожа Метель вскрикнула, вцепилась в шею мужика со снегоочистителем и повалила его на дорожку, прибитую к крыльцу, чтобы дети не скользили. Дворник явственно чувствовал, что его кто- то держит, но звонок прозвенел, а на улице было пусто. Глазами он никого не видел, но он чувствовал объятия холода. Ему стало страшно. Дворник пополз, окутанный и опутанный Метелью.
   Один из охранников посмотрел на экран, где виднелось крыльцо школы. Он заметил огромный снежный шар. Ему на мгновение стало страшно. Он толкнул локтем второго охранника. Второй охранник, увидев нечто странное на крыльце школы, резво вскочил с места и бросился на улицу. На крыльце возвышался сугроб. Из сугроба торчала нога дворника. И тишина.
   Ветер с Метелью завернули за угол, и оттуда посмотрели на дело рук своих. Увидев, что дворник в надежных руках охранника, они поспешили выполнять свои функции за пределами школьного двора. Друзей неудержимо потянуло в Магический лес. Они с наслаждением покружились над елями, дольше всех деревьев сохраняющих снег на своих ветвях.
  
   В крещенские морозы чистый снег покрыл деревья легкими пушинками, не забыв приукрасить сугробы. Дворники в одинаковых формах боролись с красотой зимнего дня, забрасывая снег с дорог на нежные снежинки. Дети, настоящие ценители зимнего дня, строили снежную крепость. Редкие прохожие шли ускоренным шагом, словно в морозы нельзя пройти медленно.
   Зима настоящая царила за окном. Выходной день для выхода в заснеженную красоту природы подходил к обеду.
  Инна позвал Женю выйти на лыжах. Он согласился. Инна и Женя надели куртки, взяли лыжи и пошли в лес, расположенный за внешним кольцом городка. Войти в заснеженный лес равносильно вхождению в сказку.
  Огромные, заснеженные деревья божественно красивы. Воздух - кристально чистый. Снег, выпавший в холодный день, белоснежный. Возникает огромное ощущение счастья. Появляется прилив сил. Инна и Женя встали на лыжи и плавно заскользили по снегу. Скольжение на пластиковых лыжах - великолепное, их не надо покрывать мазью, все и так хорошо.
   По лыжне шли лыжники всех возрастов. Под елью стоял молодой мужчина без лыж, рядом с ним лежала сумка, содержащая банки, которые явно меняли конфигурацию сумки. Он пил из холодной жестянки.
   Инна проговорила:
   - Можно, мы вас объедим?
   Мужчина благосклонно кивнул головой. Ребята углубились в лес. Поваленное дерево полностью перегородило лыжню. Пришлось корни дерева обходить вокруг. Женя упал, поворчал, но встал быстро. На обратной дороге, он упал так, что лежал без единого движения, и без единого звука вытянув вперед руки с палками.
   Инна остановилась, посмотрела на друга, подождала немного, да как закричит:
   - Женя! Женя!!!
   Полная тишина была ей ответом. Женя не шевелился. Появилось ощущение, что он потерял сознание. Инна на лыжах стала приближаться к парню с дикими криками. Он пошевелился. Встал. Сказал:
   - Больно, - показывая на шею в области сонной артерии.
   Что-то его на минуту выключило, но длилась эта минута вечность. На обратной дороге, под елью стоял мужчина, рядом с ним валялись выпитые банки, в сумке оставалась явно одна банка.
   - Разрешите, мы еще раз вас обойдем, - проговорила Инна, обходя мужчину, и не делая ему замечаний. И еще долго в ее голове стоял образ мужика с банками. Странный мужик из металлических банок пил на морозе.
   Ребята доехали до пешеходной тропы, сняли лыжи и пошли пешком домой.
  
  Вечером Женя вновь пожаловался своей маме на боль в шее. Вероятно, он шеей ударился или о носок лыжни, или еще хуже - палки. Но внешне на шее ранок не было. "Словно сына вампир коснулся", - невольно подумала мать Лариса.
  На следующее утро, проснувшись до будильника за двадцать минут, мама Инны тихо встала. Она привела в порядок кухню. Разбудила дочь, чтобы она в школу собиралась. Мать Полина готовит в выходные дни и не является основным домашним поваром. Вчера она готовила борщ и творожный пирог. Основное воскресное блюдо - это и есть творожный пирог.
   В понедельник мясные блюда в доме готовит - робот. Мясо и курица с вечера лежат на серебристом подносе и размораживаются. Робот выбросила мусор, потом вымыла стаканы, которые всегда появляются после вечерне - ночных хождений. Она не всегда включала посудомоечную машину.
   Мама Жени посмотрела в компьютер, чтобы определиться с целями на текущий день. Глаза ее уже накрашены, пусть это не всем нравится, но так она себя чувствует увереннее. Теперь пора одеваться. Женя уже сидел и одевался, иногда потирая шею, на которой никаких следов от удара не было.
  
   По дороге на работу мама Инны посадила к себе в автомобиль маму Жени, и рассказала ей о происшествии на лыжне. Но услышала параллельный ответ.
   - В целом люди стали пить меньше. В прошлые годы люди пили больше, чем резко сокращали жизнь, сохраненную по воле случая на войне. Лекарствами мало пользовались, спиртное заменяло лекарства от боли, от нервов, тем самым активно защищало больные органы от любого лечения. Но есть люди, которые пьют, да еще как! Один мужчина с хорошей фигурой и ясными глазами стал пить энергетические напитки во время обеда, потом перешел на вино, водку. Напившись водки досыта, он умер довольно быстро, - высказала свое мнение мама Жени.
   - Робот спроектирована, как странная женщина, то вся такая правильная, а то она курит. Поначалу она курила и пряталась, а потом отстояла свое право на курение. Курит много дорогих сигарет. Готовит она великолепно. А потом она пьет, вначале она пила вкусное вино, а теперь она пьет за вечер - две бутылки, - высказалась мама Инны о своем поваре - роботе.
   - Ужас, - пролепетала мама Жени. - Отец мой был большой труженик, он работал столяром - плотником в бригаде, и никогда не соглашался на должность бригадира или мастера. Отдыхал он даче, которую сам построил из досок, которые сам и настругал. Отец сам вскопал кусок целинной земли, и привез на нее много машин перегноя. Он окончил агрономические курсы, поэтому его шесть соток давали хороший урожай. Особенно он преуспел с клубникой, которая давала урожай с мая по сентябрь. Так вот он тоже мог выпить. Ай, что говорить на эту тему! Мы уже приехали.
   За окном автомобиля появились фирменные корпуса, едва видневшиеся сквозь заснеженные деревья.
   В школе учат академическим знаниям, и приучают к трудностям жизни. Инну в школе научили пришивать пуговицы. После этого она захотела сшить рубашку. Ее мама возразила:
   - Инна нельзя начинать шить рубашку. Сшей фартук.
   - Вечно ты все испортишь, - проворчала девушка.
   Первые стежки на швейной машинке были неровные, нитки постоянно рвались. Но Инна оказалась упорной швеей и стежки становились ровнее, а нитки она сама заправляла в иглу и настраивала швейную машинку. Она сшила для себя фартук.
  
   В это время Женя со своим отцом, магом технических наук, был занят совсем другим делом. Они разбирали сломанную стиральную машинку на части. Отец решил, что если машинку нельзя починить, так хоть выбросить ее можно с большим смыслом. Сын постигал устройство стиральной машины при ее разборке, авось, когда сможет отремонтировать. У них был огромный набор отверток, вот они и пригодились.
   Женя уже не играл в игрушки, не собирал машинки и домики из пластмассовых деталей. Освоив конструктор за несколько детских лет, он больше к нему не возвращался. Теперь он строил на экране компьютера. Он строил дворцы, дома, изготавливал мебель, - но все это было виртуально, и никакого беспорядка в доме от его игр уже не было.
   Иногда по сети Женя играл с Инной. Было время, когда они висели на телефонах и на экранах. Теперь у них наушники, камеры, микрофоны. Игра проходит тихо и пристойно. Но бывает, вспомнят детство и убегают играть на улицу. После общения среди снежных крепостей, они возвращаются домой в абсолютно сырой одежде, но довольные и счастливые.
  
   У мамы Инны было древнейшее увлечение. Представьте русскую избу, печь, скамью. На печи лежит лоскутное одеяло. Лоскутная техника с тех пор сделала шаг вперед. Женщина придумывает одеяло - покрывало. Она покупает ткань, вырезает кусочки, создает рисунок. Сшивает кусочки, делает прокладку и обратную сторону одеяла. Получается внушительное покрывало, которое может украсить любой интерьер.
   Мама Жени шить не любит. Она любит вязать. Она пыталась вязать на вязальной машине, но это ей не понравилось. Она любит тишину, мягкие движения спиц, соединенных лесками. Она вяжет без швов, в этом ее фишка. Иногда она выбирает сложные узоры, но быстро переходить на простые способы вязания, чтобы не участвовать в процессе всеми клеточками мозга. Так она вяжет и погладывает на экран телевизора.
   Отец Жени любил улучшать жилье. Он сам уложил кафель в ванне, он два раза перестилал пол на кухне, пока не получил хороший результат. Он сам придумал мебель для кухни, но сам ее не делал, а просто заказал. Если осмотреть его квартиру, то в любой ее точке, можно увидеть дело его рук. Он постоянно придумывает и осуществляет задуманное дома, на даче.
  
   Отец Инны ничего глобального дома не совершает, он лишь понемногу улучшает все, чего коснется. У них дома всегда полный порядок. Никакие вещи не нарушают покой квартиры. Если жена сама убирает глобально, то ее муж без звука поддерживает созданную супругой чистоту. Чем не хобби? Инна чаще находится в своей комнате, убирать комнату ей вовсе не хочется при таких работящих родителях. Поэтому она прибрала в комнате учебники, и это можно отнести к подвигу девушки.
   Робот среди этих двух семей и свой и чужой. Робот прекрасно готовит и абсолютно не любит убирать. Но его зовут, он умеет за два-три часа наготовить на пять рабочих дней. После его прихода проблем с едой ни у кого нет, и все могут работать и заниматься своими увлечениями.
   Так чему учат в школе? Практически всему, любые навыки легко прикладываются к знаниям. Поэтому, построив дом на экране, Женя уходит на тренировку. У него сборы, тренировки, соревнования занимают свободное от учебы время.
   После того, как Инна сшила фартук, она ушла на занятия по бальным танцам, потом у нее занятия по углубленному изучению языков. Ее мама, сшив несколько лоскутков, села к компьютеру, в "Одноклассники". У нее есть клуб по интересам среди любителей ручного труда.
   Мама Жени отложила вязание и открыла свою страницу "В контакте", где она любила рассматривать фотографии.
   Отец Жени, разобрав с сыном стиральную машину, сел в машину и уехал по делам.
   Отец Инны уткнулся в электронную книгу, он вообще никому не докучал и сам себя обслуживал.
   Робот открыл игру в сети, он любит выращивать виртуальные цветочки и придумывать новые блюда для своих потенциальных клиентов.
   За окном светило солнце, освещая дома, проникая в сердца и души людей. Мороз на улице не раздражал, при солнце он казался естественным, как естественным является любая смена дел и поступков жителей городка.
  Инна пошла домой под Новый год. В подъезде она увидела беловато-голубоватое облако. Снегурочка задумчиво сидела на ступеньках лестницы в подъезде - так казалось тем, кто проходил мимо нее. Длинная белая коса лежала на груди и не колыхалась от дыхания. Инна посмотрела на Снегурочку.
  Ей показалось, что Снегурочка дышит, и она спокойно прошла мимо. Лицо Снегурочки было спокойное и слегка удивленное, глаза прикрыты, и потому создавалось впечатление сна и покоя. Крови на одежде не было, выглядела она как заснувшая сказочная принцесса.
  Люди проходили с новогодними сумками и не останавливались. Может быть, Снегурочка ждала Деда Мороза и заснула от усталости. А может быть, она не спит, а просто глаза прикрыла.
  В подъезд вошел Женя. Его очень удивила спящая Снегурочка. Он дернул Снегурочку за белую косу. Коса сдвинулась с места, и под ней стала видна дорожка из капелек крови, тогда он поднял косу и увидел маленькую золотую ручку, торчащую из груди Снегурочки.
  Женя положил косу на место и побежал к себе домой.
  Внутри квартиры все крупные предметы были перевернуты: кто-то что-то искал у них в квартире. В квартире, кроме Инны, не было никого. Она подошла к дивану, подняла сиденье и застыла в удивлении: в деревянной нише дивана лежал огромный меч с золотой ажурной рукояткой, рядом лежал маленький кинжал с золотой рукояткой, отделанной камнями.
  Сталь лезвия меча поблескивала в темноте дивана. Она быстро опустила сиденье дивана и села на него с задумчивостью Снегурки. Женя подбежал к Инне и стал дергать ее за руку.
  Она с большим трудом пришла в себя:
  - Подожди, Женя.
  - Инна, что ты в диване увидела?
  - Ничего.
  - Кто у нас все перевернул?
  - Не знаю.
  В дверь сильно забарабанили кулаком. Инна пошла к двери, чтобы открыть ее. За дверью стоял встревоженный Дед Мороз:
  - Где мой посох? Я его у вас забыл! Он у двери стоял! А, бумагу вижу, в которую посох был завернут, а где то, что было в бумаге?
  - Я не знаю, о чем Вы спрашиваете, - медленно проговорила Инна.
  - Знаешь, говори, куда дела!
  - Вам меч нужен? - спросила неосторожно Инна.
  - Точно знаешь, а говоришь, что не знаешь.
  Женя стоял за дверью в другой комнате, когда услышал, что про меч говорят, попытался поднять диван, но только чуть приподнял. Увидев блеск меча, он отошел от дивана. В комнату вошел Дед Мороз. Инна приподняла сиденье дивана.
  Дед Мороз посмотрел на меч и кинжал и как закричит:
  - Где еще золотой нож?!
  - Здесь ножа не было, - ответила она.
  - Я видел золотую ручку в сердце Снегурочки. Вы мимо нее только что прошли! - крикнул Женя.
  - Где Снегурочка? Она убита?
  - Вы что, не знали?
  - Нет...
  Дед Мороз, автоматически закрыв диван, сел на сиденье. На некоторое время он замер.
  - Где Снегурочка? - спросил Дед Мороз.
  - В подъезде, на первом этаже, - ответила Инна.
  - Я шел с верхнего этажа. Когда мы расстались со Снегурочкой, она была жива. Ой, как тут у вас все разбросано, а когда мы с ней выходили из квартиры, то здесь был полный порядок!
  - Дед Мороз, Вы сюда уже приходили? А кто Вам двери открыл? - спросил Женя.
  - Дверь мне открыл мужчина в халате. Снегурочка, когда его увидела, воскликнула: 'Ой, это ты!'
  Дед Мороз продолжил говорить:
  - Видимо, Снегурочка и мужчина были знакомы. Я увидел, что родителей Жени дома нет, и решил пойти по другому вызову на верхний этаж. Снегурочка сказала, что останется здесь, потом меня догонит. Я взял мешок с подарками, а трость сгоряча забыл в углу вашей прихожей.
  - Так это был Родион! - воскликнула Инна. - Тогда все понятно становится.
  - Да, похоже. Снегурочка схватила посох, а Родион у нее стал отбирать. В посохе у меня был спрятан очень дорогой подарок для одного мальчика, который увлекается коллекциями холодного оружия.
  - Вон оно что! А почему Вы не положили подарок в мешок?
  - Нож в мешке не утаишь, а тут целый военный набор холодного оружия!
  - Детектива надо вызвать, - сказала Инна и пошла к телефону.
  - Да, но мы все в этом виноваты: я - из-за халатности, а ваш Родион убил Снегурочку. Надо обсудить, что детективу скажем. А где теперь Родион? И почему Снегурочка оказалась в подъезде? - разговорился Дед Мороз.
  - Пусть в этом детектив разбирается, - и Инна позвонила по телефону детективу Мусину, которого знала с детства.
  Детектив Мусин приехал довольно быстро и спросил у Инны:
  - Детектива вызывали? Убийство здесь произошло?
  - Да!
  - Покажите.
  - А Вы разве не проходили мимо убитой Снегурочки?
  - Нет!
  - Идемте, она в подъезде сидела.
  Все спустились на первый этаж, но Снегурочки там не было!
  - Ложный вызов под Новый год, да еще с Дедом Морозом! Шутите с утра пораньше!
  - Мусин, я сам видел убитую Снегурочку, - сказал Женя и заплакал навзрыд.
  - Эй! Кто здесь плачет? - раздался сверху дивный женский голос.
  С верхнего этажа спускалась Снегурочка! Немая сцена. Все с удивлением смотрели на Снегурочку.
  - Объясните, в чем дело? - сурово спросил детектив Мусин.
  И Снегурочка сказала:
  - Ой, господин детектив, все получилось случайно. Мы с Родионом увидели в углу палку Деда Мороза, бумага раскрылась, а в ней оказались меч, кинжал и нож - и все золотое. Мы поиграли острыми предметами, потом я их спрятала.
  Родион увидел, что Женя с Инной к дому идут, и позвал их встречать. Мы и пошли. Родион взял томатный сок, брызнул мне на грудь, между грудью и подмышкой вставил нож, заставил сесть и все прикрыл косой. А я плаванием занималась и умею надолго сдерживать дыхание. Мы пошутили!
  - Хороши шутки! - сказал детектив Мусин и вышел из подъезда.
  
  Женя подарил Инне белую норковую мышку. Почему норковую? Из этих славных белых мышат люди шили норковые шапки.
  Мех белых мышей был похож на мех белых норок на брюшке, этим воспользовались скорняки. В соседнем доме мыши занимали целую комнату, в которой стояли клетки. В клетках сидели мышки, как кролики. Их кормили, поили и не выпускали из клеток.
  Мыши размножались очень быстро, хорошо росли и превращались в белых норок. Это был семейный бизнес друга Жени. Возможно, подарив белую норковую мышь девочке, мальчик хотел посмотреть, сможет ли она подхватить их бизнес в качестве его будущей жены. Хотя перспектива была тогда очень отдаленная.
  Что происходило в семье Инны после появления белой мыши? С мышкой все играли в кошки-мышки. Мышка пряталась, но ее энергия не позволяла ей сидеть на одном месте, и она вскоре выскакивала из любого места на поверхность.
  Мышка очень понравилась Инне, она была шустрая и развлекала всю семью. В семье Инны никто не занимался разведением мышей, и мышь служила для всех обычным развлечением. Мышка вела вольную жизнь в отличие от своих собратьев у мальчика.
  Что еще могла делать мышка? Мышка могла гулять по улице на плече Инны, а посмотреть на нее выбегали свободные от хозяев кошки и собаки, чтобы приветствовать ее мяуканьем и лаем. Мышка могла перегрызть телефонный провод. Она могла прыгать в высоту через барьеры. Мышке ставили чемодан, и она его перепрыгивала. Мышка, будучи маленьким существом, легко переезжала границы на поезде, ее портреты остались на фотографиях Инны. Так получилось, что мышка выросла, стала меньше прыгать и бегать и больше грызть то, что под зубы попадется. Мышку оставили без свободы. Ее поместили в стеклянный аквариум, сверху накрыли стеклом и оставили щель для воздуха. В аквариум мышке подавали пищу. Как грустно стало белой мышке!
  Иногда ей удавалось сдвинуть стекло, и она выпрыгивала из аквариума, совершая пробежки по квартире, пока ее не останавливали. Она перестала кататься на плече Инны. Изменилась белая мышка. Кто-то принес в дом кусок хлеба, пропитанный ядом для мышей, и спрятал в то место, куда любила забираться мышка.
  В свой очередной побег из аквариума мышка этот кусочек хлеба сгрызла и заболела. Мышка перестала выпрыгивать из аквариума, у нее не было на это сил, она отказывалась от еды и умерла. Инна долго плакала над мышкой.
  Женя предложил ей в подарок еще одну норковую мышь, но девочка отказалась от подарка. Ей стало жаль мышку, она уже знала, что мышь в доме - это не всегда радость и смех, а выращивать мышей для шапок она вовсе не хотела.
  Семья Инны проводила мышку с почестями, ведь она прожила в семье целый год и все к ней привыкли. Кто принес яд? Скорее, это был кто-то из тех, кто не хотел, чтобы Инна вышла замуж за мальчика даже в отдаленном будущем...
  
  
  Так получилось, что Лариса Ивановна в очередной отпуск первый раз ехала одна. В чем прелесть поездки в поезде? В меланхоличности личности, в монотонности движения. За окном чаще всего видно небо и кусты - деревья. Дома похожи и различны по всем статьям. Перед отъездом Лариса посмотрела передачу о первой манекенщице, чья жизнь состояла из фейерверков, показов, моделей, одежды и интересной личной жизни в среде важных особ разных стран.
  Она много знала, нервы ее не выдерживали государственной ответственности, да еще кто-то из зарубежных писателей вставил ее имя в свою любвеобильную книгу и получил один из первых бестселлеров. Манекенщицу обвинили в том, чего не было - в связи с иностранцем.
  За окном проплыли новые кварталы огромного города. Качество домов за последние годы выросло, внешне новые кварталы полны положительной энергетики. Дачные поселки напоминали филиал дворцового строительства. Солнце бежало за поездом, или наоборот, и постоянно светило в окно, что было фантастически приятно. Кондиционер исправно выдавал свежие потоки воздуха, из-за чего приходилось теплее одеваться в купе. Комфортно и никого рядом.
  Если лежать и смотреть на бегущее солнце, возникало ощущение косметического салона или утряски на вибрационном стенде. Вот почему все актеры моложе своих ровесников! Они чаще подвергаются тряске. Музыки и объявлений по радио в вагоне поезда не было, свет не регулировался. По коридору бегали дети, да и те уснули от равномерности покачивания вагона поезда.
  Березки, березки, березки за окном, как солнечные лучики, объятые весной. В голове возникла стихотворная строчка без продолжения.
  Пять часов поезд проехал от столицы, исчезли дачные усадьбы, появились маленькие домики на дачных сотках и дороги без асфальтного покрытия. Время 21.21, желтоватое солнце все еще бежало по горизонту.
  За окном мелькали довольно тонкие, но многочисленные стволы деревьев. Любой пробел между деревьями давал возможность полюбоваться просторами страны. Деревья мелькали обычные и типичные деревянные домики в два или три окна. Поля были покрыты ровными всходами. Солнце перестало ослеплять через окно.
  Упивалась Лариса пейзажами за окном в полном одиночестве. Шикарного мужчину к ней в купе не впустили. Его перевели в другое купе. Между деревьями появился легкий туман и исчез. Как пусты просторы и как тесно живут в столице! Проехали небольшой город, произошла резкая смена марок автомобилей. 'Копейки' пошли табунами. Светло. Тепло. Тихо. Невысокие дома.
  Темно за окном. Стоянка поезда одна, потом вторая и другая страна с тем же пейзажем, который постепенно изменяется. Появились поля, степи, водные глади, тополя. За окном вода и небо. Мост. Вдоль длинного берега через сто метров стоят рыбаки. По вагону торгуют красивой рыбой.
  Степная дорога мимо полей привела к морю. Вечером делали шашлыки из мяса, пили красное шампанское под сводами из виноградных листьев. Если выйти за калитку, то ничто не мешало увидеть огромное небо полное звезд, расположенных несколько непривычно для глаз. В большом городе нет такого усыпанного неба звездами из-за огней, а здесь и фонарей на улице практически нет.
  Поэтому ночью тревожит тьма тревожных звуков неизвестного происхождения. Если прислушиваться, так и спать некогда будет.
  Безбрежное море под огромным небом и полоска песка - это основной пейзаж, который Лариса видела с утра до вечера. Поздним вечером начинал работать бар, расположенный во второй половине кафе-веранды.
  Молодое поколение двигалось под музыку в зеркальных блестках шара и пило коктейли почти до утра. Утром просыпались пожилые люди. Они занимались стиркой, уборкой или купались в одиночестве в чистом и спокойном море, пока внуки и внучки спали.
  В солнечный день пляж заполнялся людьми, которые медленно входили в море, дарующее свою прохладу и медуз. Эти создания достигали размеров половинки арбуза со щупальцами, цвет у них или прозрачный, или голубоватый.
  Красавец лет тринадцати принес три розочки юной соседке. Этот точеный смуглый кудрявый мальчик обладал неистовой способностью приклеиваться к людям. Он не отходил от соседки ни на час.
  Лариса назвала его пиявка с розочкой, а как еще назвать высокого красавца с серебряными цепочками на шее? Он легко приклеивался к девочке. Она была восхитительна в свои двенадцать лет. Тоненькая высокая блондинка привлекала к себе прирожденного донжуана. С его розочек начался сегодняшний день.
  Утро началось с чисто пуританских забот. Лариса приехала не просто отдыхать, а сменить Полину, которая отдыхала здесь с Инной. Они вчера уехали домой. И Лариса осталась одна с Женей. Надо было привести номер в порядок, сменить белье, отдать в стирку. Дома она все сама стирала, убирала, готовила.
  В пансионате готовить было нельзя, можно было только чай кипятить. Стирку приходилось отдавать в прачечную пансионата. Поэтому появлялась возможность делать массаж, и Лариса Ивановна с утра исправно ходила с Женей на массаж.
  Вчера был дождливый день, но еще более дождливой была ночь. От проливного дождя в отремонтированном номере, расположенном под новой крышей, протекла одна стена. Умные люди сделали пластиковый потолок, который не потек. Юную соседку все эти проблемы не волновали, ее волновал новый друг с розочками.
  Телефон Жени развалился на запчасти, оставив всех без внешней связи. Сотовый телефон Ларисы молчал. На телевизоре шли 5 программ. Вот и вся информация. Лариса прочитала за 1.5 дня детектив. Отличная книга, написанная в лучших всемирных традициях детектива. Все события и герои на своем месте и ничего лишнего.
  Морской берег, на котором они жили, обладал широким горизонтом и огромным небом, которое периодически извергалось таким ливнем, что все отремонтированные крыши текли от счастья встречи с потоками небесной воды. Лариса на место дождевого потока бросала коврик, он впитывал влагу со стен, оставалось его повесить сушиться на нижнюю трубу балкона.
  Песок на пляже состоял из серого мелкого песка и многочисленных мелких ракушек. По пляжу периодически проходили продавцы креветок и пирожков. Народ на пляже говорит на двух языках, чаще встречались люди голубоглазые, с большими глазами. Волосы у них в основном светлые. На подсобных работах по реконструкции пансионата, лучшего на полуострове, работали парни из ближних поселков. Местное население ожирением не страдало.
  Водные ресурсы этого небольшого края обладали целебными свойствами. Вода из скважин улучшала работу желудка, кишечника. Некоторые отдыхающие смогли камни в почках растворить и вывести. Кто-то приезжал и лечил кожу грязью.
  За пару недель можно значительно улучшить внешний облик. Для этого здесь есть все: солнце и сухой климат, мелкое море с кромкой травы, содержащей йод.
  В окрестностях можно найти соленые озера и грязи, от которых мелкие наросты на коже просто отваливаются, а сама кожа подтягивается. Сказка? Нет - действительность, здесь ограничено действие сотовых телефонов и сети. Сотовые телефоны зарядку держат не больше суток, они устают от поиска сети, которой здесь практически нет или очень мало. Ближайшие к полуострову десятки километров покрыты полями и деревьями вокруг дорог с малым количеством знаков.
  Безбрежное море под огромным небом и полоска песка, - это основной пейзаж, который она видит с утра до вечера. Поздним вечером начинает работать бар, расположенный во второй половине кафе - веранды. Молодое поколение двигается под музыку в зеркальных блестках шара, и пьет коктейли почти до утра. Утром просыпаются пожилые люди. Они занимаются стиркой, уборкой, или купаются в одиночестве в чистом и спокойном море, пока внук спит. В солнечный день пляж заполняется людьми, которые медленно входят в море, дарующее свою прохладу и медуз. Эти создания достигают размеров половинки арбуза со щупальцами, цвет у них или прозрачный, или голубоватый.
  Песок на пляже состоит из серого, мелкого песка и многочисленных мелких ракушек. По пляжу периодически проходят продавцы креветок и пирожков. Народ на пляже говорит на двух славянских языках, больше людей голубоглазых, с большими глазами. Волосы в основном светлые. На подсобных работах по реконструкции пансионата, лучшего на полуострове, работают нежирные и нехилые парни из ближних поселков. Местное население ожирением не страдает. Водные ресурсы этого небольшого края обладают целебными свойствами. Вода из скважин улучшает работу желудка, кишечника. Некоторые умудряются и камни в почках растворить и вывести. Кто-то приезжает и лечит кожу местными грязями.
  За пару недель можно значительно улучшить внешний облик. Для этого здесь есть все: солнце и сухой климат, мелкое море с кромкой травы, содержащей йод. В окрестностях можно найти соленые озера и грязи, от которых мелкие наросты на коже просто отваливаются, а сама кожа подтягивается. Сказка? Нет - действительность, здесь ограничено действие сотовых телефонов и Интернета. Сотовые телефоны зарядку держат не больше суток, они устают от поиска сети, которой здесь практически нет, или очень мало. Ближайшие к полуострову десятки километров покрыты полями и деревьями вокруг дорог, с малым количеством знаков.
  Две недели пролетели быстро, дочь приехала, Лариса поехала домой, вот и весь отпуск.
  С берега моря Лариса собралась и ушла минут за десять, она уезжала вовсе не на машине. Забросив сумку за плечо, она оставила пансионат и пошла на остановку автобусов. Накануне она смотрела расписание, но оно не совсем отражало действительность, поэтому она, пропустив один автобус, уехала часа через два. Автобус выпуска неизвестного года, но с носиком, вез ее по степям, далеко не всегда по асфальтированной дороге. За окном струилась плоская степь или виднелось мелкое море. Проехав несколько населенных пунктов, она оказалась в городке в 18 часов местного времени.
  А это значило, что автобусы прекращали уезжать по междугородним маршрутам. Минут через пять появилось такси. Она уехала в чудный город с отличным вокзалом. Поезд подошел через десять минут. Боковое нижнее место в последнем вагоне было наградой за путешествие.
  Через сутки Лариса была в столице. Теперь можно дать объяснение, почему у нее была сумка через плечо, а не на колесиках. Она в прошлом году с маленькой сумкой на колесиках замучилась - в метро. Ужас, поэтому если куда надо ехать через метро, то уж лучше без колесиков, а через плечо.
  Два года подряд Лариса ездила отдыхать в один пансионат.
  Людская память короткая и едет по пути чьих- то интересов. Жизнь прекрасна иногда, но это зависит от мироощущения. Лариса перегрелась на солнце и купила гигантское мороженое для внутреннего охлаждения. Во дворе росли ореховые деревья и отгоняли комаров, которые в изобилии клубились метрах в двухстах среди туи и тополей. Местный парадокс: море рядом, а берег звенел от сухой травы, которая впивалась в обувь и издавала странный звук при ходьбе. Кафе, магазины, лавочки выстроились на одной улочке.
  После 16 часов вода в море теплая, на ней хорошо лежать, легко плавать. Соль держит. Но если выйти из воды, ощущается легкий бриз. Ветер с моря несет прохладу. Берег покрыт водорослями, содержащими йод. Море пронизано водорослями, и лишь там, где купаются люди, травы нет.
  Вечером по пляжу гуляли бакланы и ели крошки, оставленные людьми на песке. Ночь через ночь приносила сон или его отсутствие. Теплое небо, усыпанное яркими звездами, казалось огромным, много на нем звезд, которых не видно на Севере. Ночь кончается на рассвете, остается время для осмысления жизни.
  Лариса находилась на маленьком полуострове, под которым находился большой запас пресной воды высокого качества, поэтому в поселке не было высоких домов...
  Утром она пошла на пляж. Народу было еще мало. Окунулась в морской волне, прошла по морской траве, ракушкам, бархатному песку. Постояла на сухих темных водорослях и пошла за шляпой.
  Ларисе срочно помешали большие медузы, заполонившие водоем, на берегу которого она отдыхала. Берег ее отдыха Ларисе был хорошо знаком, он состоял из трех полос: земля, море, небо - именно этот пейзаж красуется на ее старом сотовом телефоне. Осваивать новый телефон ей совсем не хотелось.
  Когда вернулась, то народу было уже много, пляж был полон жизни. Возникло ощущение, что она все это уже видела. Да, здесь она была, но давно. И поняла, почему здесь отдыхают, а в большом городе с вечной прохладой работают. Тело проявило первый загар морской, а не из солярия.
  Здесь постоянно по утрам продают вареную кукурузу. Но голову так перегрела, что пришлось пять раз нырнуть под воду, чтобы охладиться. Температура воздуха дней шесть держалась под сорок градусов тепла.
  В степи любое дерево - чудо. Большие деревья - дань человеческому труду, их поливают из артезианского колодца. Питьевая вода вкусная и полезная, она не тухнет от времени. Воду и свет здесь вынужденно экономят. Спать Лариса ложится рано, но если открыть окно, то можно услышать музыку с дискотеки. Постоянно ловит себя на мысли, почему она так упорно сюда не ехала. И отгоняет все мысли на эту тему. Здесь можно отдыхать, не пользуясь транспортом и средствами массовой информации.
  Первая неделя оказалась изнурительной, знойной. Немного загара под солнцем, море и загар в тени. Надо сказать, что здесь в жару все загорали в тени. Море и небо, и степь плоская, и сразу видно, что Земля круглая. Здесь царствует фея Солнца. Днем все повторяется: загар, море, тень. Песок серый, бархатный, с ракушками.
  Лариса с соседями познакомилась при поездке на розоватое соленое озеро. Они ехали на джипе, а она на автомобиле, приспособленном для асфальтных дорог. Поэтому сосед вел машину по степным дорогам с завидной легкостью и скоростью, а Лариса нещадно отставала из-за травы, впивающейся в дно машины. Вот почему на ниве нужна 'Нива' - она легко бы преодолела степные дороги со стерней по центру дороги. Рядом с ветряными электростанциями.
  Везение бывает странным, а ей досталась соседка-косметолог, весьма общительная женщина. Раньше она занималась постановками театра народного творчества, потом косметологией, сейчас преуспевала в третьей профессии.
  После поездки на соленое озеро у нее остались грязь и вода из соленого озера, которое находится на месте взрыва самолета.
  Соленое озеро соединили с воронкой, оставшейся от взрыва самолета, и она наполнилась соленой водой. В соленом озере можно лежать на спине и очень трудно плыть животом вниз, поскольку вода выталкивает пловца.
  Взяв бутылку соленой воды и маленькое ведерко грязи, Лариса и женщина-косметолог пошли к морю. На берегу моря они ладошками облили себя соленой водой, дали ей подсохнуть на коже, потом нанесли грязь на кожу по всему телу.
  Грязь привезли с озера, расположенного в двадцати метрах от соленого озера, ее достают недалеко от осоки, сняв верхний серый слой ила. Грязь на теле подсохла, проявились мелкие кристаллы соли. Через некоторое время Лариса легла в море недалеко от берега и медленно смыла грязь. В прошлом году она сама наносила грязь на кожу, а потом еле ее смыла. Маленький секрет состоял в том, чтобы перед нанесением грязи нанести соленую воду.
  Можно точно сказать, что кожа после такой процедуры становится гладкая, блестящая, вылечиваются все воспаления, неизбежные по жизни от контакта с городской водой и моющими средствами. Не у всех есть слуги, некоторые сами слуги себе и своему окружению, а тут становишься князем положения с хорошей кожей. Внешний вид Ларисы Ивановны стал лучше, но это никого к ней не привлекло.
  
  Однажды вечером Инна сидела перед зеркалом и вглядывалась в черты своего лица. Иногда она тянула волосы за их кончики. Она вставала с пуфика и осматривала свою талию со всех сторон.
  Вердикт ее был прост: серая мышка. Да, она невзрачная девушка. Никто ее не любит и не жалеет. Она девушка-невидимка. 'Умница-разумница, про то знает вся улица, кот да кошка', - вспомнила она строчку из детской книжки.
  Еще она хорошо помнила чудесную сказку, в которой добрая фея спасла девушку от прозы дня, отправив ее в карете из тыквы к принцу. У Инны были тетушки, но среди них фей не было и помощи ждать было неоткуда.
  Конечно, она смотрела передачи, в которых из серых мышек на экране делали мерцающих звезд. Но ее никто не возьмет в передачу, никто не отправит в зеркальную примерочную показывать фигуру всему свету, никто не сделает из нее принцессу на один вечер. Ей захотелось заплакать, но слез не было.
  Совершенно случайно она заметила две кнопки на створках. Она никогда так внимательно не смотрела на себя в старое зеркало, прикрепленное к туалетному столику. Она одновременно нажала на две кнопки. Нет, она не превратилась в принцессу.
  Но зеркало! Оно преобразилось. На зеркале появились морозные узоры. У Инны возникло ощущение, что над ней появилось ажурное облако фаты. Нет. Фата - явный перебор желания. Ей хотелось быть красивой на сегодняшнем празднике. Время таяло, а она все еще была сама собой.
  А кому она нужна? Никому!
  Симпатий к ее особе среди парней последнее время не наблюдалось. Одноклассники видели ее одноклассниц, а ее никто не видел, кроме учителей. Даже девчонки из класса на нее не обижались, хотя между собой они постоянно спорили и ругались.
  Инна еще раз посмотрела в зеркало перед тем, как принять окончательное решение по поводу макияжа, но лицо расплылось и исчезло. Она потрогала лицо. Оно было на месте, но как на лицо нанести косметику, если лица нет в зеркале? Задачка не для нее. Тогда она покрутила пальцами перед зеркалом, но и пальцы в серебристом стекле не отражались.
  - Мы так не договаривались! - вскрикнула она и отступила на шаг от зеркала.
  Интерьер комнаты в зеркале не отражался. Инна невольно взяла пудреницу, но она оказалась пультом с сенсорным управлением. Девушка нажала на красную кнопку.
  Зеркало включилось. Оно оказалось обычным монитором. Она нервно рассмеялась, ведь это зеркало стояло на этом месте еще до ее рождения...
  На столе засветился зеленый светодиод, появились кнопки клавиатуры. Она глубоко вдохнула и открыла почту. Первое письмо сообщало, что на компьютере стоит программа для макияжа.
  Она открыла программу и с большим вниманием стала рассматривать свое лицо в многочисленных вариантах макияжа. Ей стало нестерпимо грустно, когда она дошла до варианта с черными губами и черными кругами вокруг глазниц.
  После очередного вздоха она открыла второе письмо, которое сообщало об установке программы с вариантами одежды лично для нее. Перед глазами замелькала фигура в разных одеждах.
  - Мне какая польза от всей этой одежды? - заплакала девушка от одного вида волшебных или примитивных комплектов.
  Инна открыла третье письмо, которое гласило, что она может выбрать себе молодого человека. Естественно, тут же рядом с ней на мониторе появились молодые люди. Она села на стул и из ее глаз полились слезы рекой.
  - Что за кино на мою голову? - спросила она с отчаяньем в голосе.
  Вверху над экраном появился свет, послышался механический голос:
  - Инна, выбирай грим, одежду и молодого человека.
  - Автомобиль мне не предлагаете? - спросила она ехидно.
  - Автомобиль прилагается к тому комплекту, который ты выберешь.
  - Отлично! - воскликнула девушка и рассмеялась: терять ей было нечего, а предложение было более чем заманчивое.
  Инна быстро выбрала комплект сиреневой одежды, макияж, почти сразу нажала кнопку рядом с парнем и отвернулась в сторону окна.
  Когда она повернула голову к экрану, то увидела свое отражение в зеркале. Она увидела контуры своего лица, но оно напоминало лицо прекрасной ведущей концерта, который шел в это время на телевизионном экране.
  Она увидела свой силуэт в платье ведущей, и рядом с ней стоял молодой человек, с которым она вела концерт. Девушка поняла весь юмор ситуации. Получилось, что красавица с телеэкрана шагнула в ее комнату вместе со своим партнером.
  Итак, в комнате было уже два человека: Инна и некий Женя.
  - Ужас! Мне что, так и идти на праздничный вечер? Все подумают, что я двойник известной красавицы, что у меня своего вкуса нет! Что я нашла двойника ее парня! - запричитала Инна.
  - Время выбора истекло, - сказал механическим голосом Женя.
  И зеркало стало обычным трельяжем на старом столе.
  - Инна, мы идем в клуб? - спросил Женя.
  - Мы идем в клуб. Женя, а у тебя есть автомобиль?
  - Вероятно, есть. Выйдем на улицу - увидим.
  У входа в подъезд молодых людей ждал лимузин последней модели, при их появлении дверь приоткрылась, а ключ приветливо закачался.
  Они сели в машину, поехали и приехали в клуб, где Инну приняли за двойника красавицы, такой известной, что при виде ее улыбки поплыли по холеным лицам публики. Спрашивается: кому нужен концерт с участием Инны?
  У девушки стали просить изобразить голос знаменитости. Женя всем улыбался. Его приветствовали. А она? Инна попала в шоу, но способностью к пародиям она не обладала. Оставалось играть выбранную роль. Вскоре публика смотрела в другую сторону. Про нее забыли.
  Не забыл ее Женя. Он улыбнулся:
  - Все нормально. Я проходил подобную ситуацию. А ты красивая.
  - Правда? Что мне здесь делать? - спросила она растерянно.
  - Иди за мной. У нас есть столик на этот вечер. Наблюдай. Сама поймешь, что здесь все просто и дорого одновременно. Не волнуйся.
  Инна посмотрела на стол, на публику, которая разошлась по своим столикам. Она еще раз взглянула на парня и опустила взгляд в салат. Странный вкус пищи отвлек от грустных мыслей. Она впала в транс. Внезапно ее осенило, что все, что с ней произошло за последний час, - это просто сказка, и нечего ей показывать людям свою унылую физиономию. Она непроизвольно улыбнулась и открыто посмотрела в сторону Сережи.
  Его не было!
  Она посмотрела на публику и увидела картонные фигуры. Она одна сидела среди картонных фигур с лицами и фигурами знаменитостей. Открылось окно. Подул холодный ветер. Картонки зашатались и одна за другой упали на пол. Она попыталась встать, но не смогла - она приклеилась к стулу, поэтому встала вместе со стулом и пошла.
  Девушка попыталась оторвать стул от одежды. Не получилось. Она сорвала с себя платье вместе со стулом и оказалась в майке и колготках. Под потолком послышался смех. Ей было не до смеха. Туфли прилипли к полу. Она оставила их на полу и пошла босыми ногами к двери, которая сама открылась.
  Ветер растрепал прическу. Она посмотрела в зеркало, расположенное перед выходом из клуба. Инна увидела себя! Это была она сама, а не прототип известной красавицы. Она заглянула в раздевалку, где висело ее пальто. Она надела пальто и вышла из клуба. Она не выдержала и повернула голову: здание потонуло в темноте. Она пошла в сторону дома.
  Дома у нее никого не было. Она подошла к зеркалу, посмотрела на место, где были кнопки. Кнопок не было. Чуда не произошло, но в ее голове застыла фраза Сережи: 'А ты красивая'.
  Инна неожиданно для себя почувствовала себя красивой. Она смыла с себя грим, вымыла волосы. Ее отражение прекрасно смотрелось в зеркале. Она закружилась вокруг себя и включила музыку.
  В дверь позвонили. Девушка посмотрела в глазок: за дверью стоял молодой человек. Настроение улетучилось, но всего на одно мгновение. Она накинула на себя халат, сунула ноги в тапки, улыбнулась и открыла дверь.
  - Привет, Инна! Все тебя ждут на празднике жизни, а тебя нет! - сказал русоволосый Женя.
  - Женя, прости, я забыла о вечере! Проходи, я скоро! - на ходу сказала Инна.
  Она быстро пробежала мимо зеркала, мимо косметики. Она надела любимую одежду, расчесала чистые волосы и вышла к нему.
  - А ты красивая, - задумчиво произнес Женя.
  И Инна ему поверила, а в ее сердце вселилось странное, тревожное состояние. Она вышла из квартиры за ним и случайно заметила, как приподнялись брюки на его ногах, и показалась белые птички на его пятках, словно показывали дорогу на первый бал.
  
  
  
  
  
  На экране рядом с ведущим крутилась телевизионная дива с прической каре, которую уже сделали многие. Недолго думая, Лариса пошла в салон - парикмахерскую, чтобы сделать прическу каре. Девушка, посмотрев на ее волосы, предложила сделать каре на ножке. Она прилежно приступила к стрижке волос, но что-то замешкалась на затылочной области минут на пятнадцать, уделив боковым прядям не более минуты. Результат стрижки превзошел все ожидания. Вспомните висячие усы, так вот в их роли выступали боковые пряди волос, а между ними был выстрижен грот вместо рта. С такой прической Ларисе мужчину не завоевать, зато можно сидеть на лавочке с деревьями за спиной.
  Это все так, теперь возникает другой вопрос, что можно заработать? Ответ прост: ничего. Что у Ларисы появилось за эти годы? Одежда, так и ту десятилетиями вязала, чтобы в чем-то выйти на работу, но после того как повредила руку десять лет назад, вязать перестала совсем. Одежда самая простая. Мебель за тридцать пять лет сменили. Дачи и машины у нее нет и быть не может, не с чего и некогда. Она не пьет, не курит, не гуляет. Трудится на работе, дома, в компьютере уже восьмой год - и карманы, как всегда, пустые. Не звенит.
  А теперь мудро на телеэкране заметили, что конструкторов и рабочих нет, есть бухгалтера, юристы, таксисты. Ларису подрастающее поколение вообще назвало рабочей лошадкой, мол, только они могут работать на неоплачиваемой работе по тридцать пять лет.
  Вокруг растут дома, но ей в них не переехать. Кто она такая? Да никто! Ни одно издательство не публикует. Никто конструктора не опубликует, и по телевизору покажут. И космос заглох, а ведь и он без нее не обошелся, и Мир, и...
  А где же еще мужчины? О, это просто и сложно, и является тайной, которая почти раскрыта и не раскрыта в этом романе. За многие годы сексуальной жизни много воды утекло, много жизней покинуло этот мир; ушли в иной мир и мужчины Ларисы, не все, конечно, но кое-кто покинул лучший мир.
  В старые времена она ходила в великий университет слушать лекции по аутотренингу. Знания по поводу передачи энергии у нее были самые разные. В настоящее время она мудрыми и дорогими лекарствами омолаживала тело, но старость надо кому-то отдать.
  О том, что человек вечная пешка, узнаешь, когда пытаешься подойти к королю данной местности. Кто такой король? Человек, окруженный служебной охраной. Зачем к нему идти? По идее, король должен знать о больших успехах своих фигур, знать-то он, может, и должен, но видеть фигуры ему совсем и не обязательно. Фигуры они тоже гордые бывают.
  А многочисленная охрана должна заботиться о спокойствии своего короля. На все это можно сказать одно: не очень и хотелось, или не нужно, значит. Или еще: король - явление временное, избранное людьми. Избирала - наслаждайся отказом в визите, следующий раз не будешь выбирать.
  А погода... почти солнечная, слегка морозная, несколько облачная. А прическа - в норме. Игра закончена? И да, и нет. А конь куда делся? Испугался короля и на глаза к ладье не явился. А слон? О, эта фигура обожает иногда ладью. И то славно.
  Пронзительно холодное небо открывало душу космосу. Дыхание наслаждалось чистотой воздуха, а руки сжимались от холода в четыре фигурки, каждая из трех пальцев. Но пальцев всего десять, а фигурок получалось четыре. Спрятанные в кармане, они надежно охраняли Ларису от потоков чужих мыслей.
  Чужие мысли, пущенные ей вдогонку, надоели до безобразия. Она ощущала пустоту в душе от беседы со своим шефом, который постоянно держал во рту рыбу своих навыков и оперировал им, как ему вздумается. Подняв над собой рыбий флаг, покрытый чешуйками познаний, он несся на нее с очередной глупостью, прикрытой собственной властью.
  Надоело. Ларисе так это надоело, что она с ожесточением вонзила четыре фигурки в глубине своих карманов. Она шла решительно. Ей хотелось забыть свое унижение, вызванное необходимостью подчиняться шефу. Впереди нее замаячила фигура, которую она знала так давно, что вспоминать, сколько, будет неправильно.
  Мужчина был одет во все самое добротное из всего, что продается на этом свете. Качество каждой одежки и предмета просто верещало о своей дороговизне. Она в своем решетчатом пальто и подойти к нему не могла. Он ее узнал всеми фибрами своего существа. Он чувствовал ее сквозь всю добротность своих одежд. Но они так и не встретились глазами.
  О, это большое искусство идти рядом, сидеть вместе в одном транспорте и не смотреть друг на друга. Фигурки из пальцев в кармане распались. Лариса вцепилась в сумку и смотрела в окно, чувствуя на себе добротный взгляд. Нет, они никогда не были близки даже близко. Они всегда были друг от друга бесконечно далеки. Но если бы рукав ее пальто коснулся его рукава, то, несомненно, произошло бы короткое замыкание.
  Они специалисты своего дела и никогда не позволят приблизиться друг к другу настолько близко. Он первый покинул транспорт. И ей стало хорошо. Лариса не смотрела, как мужчина выходил из автобуса, но своим присутствием он заставил ее забыть крики шефа. Как звали человека в добротных вещах? Платон.
  Безысходность всегда заставляла Ларису брать в руки телефонную трубку. Сейчас, когда все ходят в мобильниках, трудно понять привычку тянуть руку к стационарному телефону. Многие от него уже отказываются, не чувствуя в этом острой необходимости. Мобильник соединяет всегда с хозяином телефона, а домашний или фирменный телефон может соединить с кем угодно.
  В том случае, если Ларисе остро хотелось выговориться, она набирала автоматически один и тот же номер. На том конце раздавались гудки, но последнее время данная связь казалась устаревшей и безмерно дорогой, и ее звонок иногда звенел в пустоте, или к нему подходила не та, кому звонила.
  Они вместе работали: Лариса Ивановна, Арина Ефимовна и Платон Михайлович. Они сидели в одном помещении рядом друг с другом. Компьютеров в ту пору не было, но были доски с линейками, расположенными под прямым углом друг к другу. На доски кнопками крепили белые листы бумаги и чертили простыми карандашами, иногда используя циркули, которые не хуже кнопок портили доску.
  Платон и тогда уже ходил в качественных вещах и очень за ними ухаживал, как и за одной молодой женщиной. Была ли она красивой? Она была добротной. В Ларисе их отношения вызывали легкий призрак ревности, который до сих пор был между ними. Зачем она его вспоминает и упоминает? Все чаще Платон стал попадаться на ее дороге. Зачем? Жизнь сводит и разводит людей. Ларису и Платона развела Арина Ефимовна, когда они были молодыми и доски заменяли им компьютеры.
  Арина ходила в платье с яркими подсолнухами. Ее голову украшала коса, которую она заплетала, переплетала и закручивала на затылке. Ее грудь дышала среди подсолнухов, верхняя часть груди выглядывала из желтых цветов и привлекала внимание мужчин.
  Платон - мужчина, а тогда он был молодой и красивый. А рядом с ним цвели подсолнухи, сквозь которые трудно было заметить Ларису в серой или синей одежде. Лариса в то время часто плакала от усталости или обиды. Дома у нее был муж первый, который забирал всю ее женскую энергетику. Могла ли она заглядываться на Платона? Скорее нет. И он нет.
  Платон знал ее первого мужа и видел слезы Ларисы, но никогда ее не утешал. Арина Ефимовна ее не успокаивала, она нападала на нее словесно и вела некую доминирующую перепалку. Арине нравился Платон. Чтобы приблизиться к нему, она приблизилась к Ларисе.
  Арина стала приходить к Ларисе домой под любым предлогом, она придумывала дело и оставалась у нее без нее, но с Платоном наедине. Платон сказал Ларисе, что Арина к нему тянется, но ему не нравится ее фигурка, не его формат.
  Арину холодность Платона не останавливала. Она плотно стала с Ларисой дружить, успокаивать, настраивать и перенастраивать. И, естественно, что к ним домой она ходила, когда хотела.
  Платон общался с Ларисой, если они пересекались по работе, что было довольно редко. Платона Лариса видела с его новой дамой. Арина общение с Ларисой не прерывала, она стала приглашать ее к себе домой, но не одну, а вместе с Платоном на все виды праздников. После таких праздников у Ларисы складывалось чувство, что ее обманули.
  
  
  
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  К.Демина "Леди и некромант. Часть 2. Тени прошлого" (Приключенческое фэнтези) | | А.Минаева "Леди-Бунтарка, или Я решу сама!" (Любовное фэнтези) | | Т.Тур "Женить принца" (Любовное фэнтези) | | В.Мельникова "Жених для васконки" (Любовное фэнтези) | | С.Суббота "Ведьма и Вожак" (Юмор) | | А.Ардова "Мужчина не моей мечты" (Любовное фэнтези) | | В.Мельникова "Избранная Иштар" (Любовное фэнтези) | | А.Оболенская "С Новым годом, вы уволены!" (Современный любовный роман) | | А.Емельянов "Мир Карика 3. Доспехи бога" (ЛитРПГ) | | А.Енодина "Не ради любви" (Попаданцы в другие миры) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"