Читатель: другие произведения.

Третья турецкая война Екатерины

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
Оценка: 4.68*11  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Альтернативная история. Третья Турецкая Война Екатерины Великой.

Третья турецкая война Екатерины (I) 

С интересом прочитал две предыдущие ветки по теме "Византийская империя в 18
веке". Хочу однако заметить, что византийские планы Екатерины вряд ли
осуществились бы на практике. Вторая православная великая держава да еще с царем
из династии Романовых, это слишком опасно для России и Екатерина поняла бы это
рано или поздно, несмотря на ее чувства к обожаемому внуку Константину.
Перейдем к более практическим целям войны. Для безопасности России
представляется совершенно необходимым иметь контроль над Проливами, чтобы
враждебные флоты не шлялись по Черному морю и высаживали десанты на русское
побережье как это было в 1854 или 1919 гг. Этот контроль над проливами может
быть действенным только в случае прямого присоединения района Проливов вместе с
городом Константинополем к России. А так как оборона заморской колонии дело
довольно сложное, желательно получить еще и сухопутный доступ к Константинополю.
Это означает присоединение к России Бессарабии, Добруджи, болгарского побережья
и современной европейской части Турции. Такова программа-минимум третьей
турецкой войны. Все остальные владения Турции в Европе могут быть отданы
Австрии, получить независимость или присоединены к России в зависимости от
обстоятельств, но вышеуказанные территории жизненно необходимы России и не могут
являться обьектом торга.
Далее некоторые замечания по стратегии. Босфорский десант представляется
чересчур авантюрным предприятием учитывая мощь турецкого флота на Черном море.
Сначала нужно отправить Балтийский флот в Средиземное море, чтобы создать угрозу
турецкой столице со стороны Дарданелл. Тогда турки будут вынуждены разделить
свои корабли между Черным морем и Восточным Средиземноморьем, что заметно
облегчит действия Ушакова. Эту стратегию Екатерина успешно применила в первой
турецкой, такие планы были и во второй турецкой, но помешала внезапно
вспыхнувшая русско-шведская война. В этот раз Екатерина свои планы осуществит.
Швеция войну 1788-90 гг. фактически проиграла и на новую агрессию была
неспособна. Более важным являлось содействие со стороны Англии, что Екатерина
также успешно успела получить, добившись на переговорах о совместных военных
действиях против революционной Франции согласия Англии на пропуск Балтийского
флота в Средиземное море. Таким образом для захвата Константинополя создастся
максимально благоприятная обстановка - Суворов с армией подходит по суше с
севера, Ушаков с Черноморским флотом атакует Босфор, а Вторая Средиземноморская
эскадра штурмует Дарданеллы.
Итак, постулируем успешный захват Константинополя уже в 1797 году. Что дальше?
Прежде всего, это означает автоматическое вступление в войну Австрии, которая
несмотря на свою крайнюю слабость в этот момент заинтересована в разделе Балкан
и не хочет допустить монопольного господства России в этом регионе. Для России
австрийское выступление очень полезно, немалые турецкие силы на Балканах будут
вынуждены воевать на два фронта и их разгром станет быстрым и неотвратимым, ведь
подкреплений из Азии они получить больше не смогут. Та же участь ожидает и
турецкий флот после захвата Проливов - главные силы будут уничтожены
соединившимися кораблями Черноморского флота и Средиземноморской эскадры в
Мраморном море, а остаток турецкого флота расчленен на несколько ослабленных
эскадр в Черном, Эгейском и Средиземном морях которые более не смогут оспаривать
господство на море у русского флота.
Теперь перейдем к азиатским фронтам войны. На Северном Кавказе, следует ожидать
взятия во второй раз генералом Гудовичем турецкой крепости Анапы. В Закавказье,
боевые действия развернутся на два фронта. Еще в 1796 г. Екатерина отправила
генерала Зубова в Персидский поход и русские войска уже успели захватить
Дагестан и большую часть персидского Закавказья. Впрочем, с самими персами война
еще не началась и боевые действия пока велись лишь против вассальных Персии
ханств Дагестана и Азербайджана. Война здесь будет долгой, а победы не слишком
впечатляющими по сравнению с балканским ТВД. Но победы будут, несмотря на все
сложности, ни туркам ни персам разбить русских в Закавказье не удастся.
Таким образом к 1798 году создастся интересная ситуация - на суше война с
турками будет идти лишь в Закавказье, а на Балканах все турецкие владения
перейдут к русским и австрийцам. Суворов, произведенный за взятие
Константинополя в генералиссимусы, будет требовать вторжения в Малую Азию, чтобы
подобно Александру Македонскому окончательно добить турок на их собственной
земле. Однако этот план будет отложен как несвоевременный.
Екатерину сейчас более занимают две вещи - что делать с Балканами и что делать с
Восточным Средиземноморьем.
Здесь возможны две альтернативы. Россия или должна взять себе тот минимум, о
котором шла речь выше, а остальное отдать Австрии или сделать независимыми
государствами или же просто-напросто следует поделить Балканы с австрийцами, не
создавая никаких независимых государств. Второе было бы наиболее практичным
решением учитывая печальный опыт протектората Екатерины над Крымом и Польшей.
Здесь уместным представляется отдать Австрии как можно больше, поскольку Россия
переварить все Балканы одна не сможет, да и вряд ли это было бы целесообразно
учитывая своеобразный менталитет балканских народов. Во-первых было бы
справедливо отдать Австрии Боснию и Сербию, которые уже однажды были
австрийскими. Во-вторых, Австрия очень хотела бы получить Албанию и часть
западной Греции которые необходимы ей для контроля над Адриатическим морем, что
также не вызывает возражений. В третьих, Австрия заинтересована в устье Дуная и
в контроле над дунайскими княжествами. Тут австрийские интересы приходят в
серьезный конфликт с русскими, поэтому здесь необходим компромисс. Устье Дуная,
Бессарабия и Добруджа при любых обстоятельствах должны быть российскими, а вот
Валахию и Молдавию австрийцам отдать можно, если они откажутся от претензий на
Бессарабию и признают присоединение к России оставшейся части европейской
Турции, то есть Болгарии, Греции, Македонии и Константинополя с проливами. Таким
образом к России отойдет примерно половина Европейской Турции с населением
порядка шести-семи миллионов человек, в основном православных молдаван, болгар,
греков и македонцев. Особой пользы они не принесут, но поскольку их земли
являются естественным предпольем жизненно важного для России Константинополя,
придется их аннексировать и как то переваривать.
После русско-австрийского урегулирования на Балканах, державы оставшиеся
обделенными также предьявят свои права османское наследство. Это прежде всего
Франция, которая в 1797 г. захватила Ионические острова и несомнено теперь после
разгрома турок в Европе французы захотят расширить свои владения на Балканах.
Здесь французам может оказаться полезным союз с Али-пашой Янинским, крупным
феодалом владевшим частью Албании и западной Греции и являвшимся фактически
независимым владетелем. Эту часть Турции мы предусмотрительно отдали Австрии,
которой теперь самой придется решать эту проблему. Впрочем Россия никак не
сможет остаться в стороне от возможного франко-австрийского конфликта на
Балканах. Это одна из причин по которой Суворову придется отказаться от броска
через Босфор.
Другой причиной является озабоченность России судьбой турецких владений в
Восточном Средиземноморье. Поскольку Россия после захвата проливов становится
средиземноморской державой, она естественно не может позволить, чтобы острова в
Эгейском море находились во вражеских руках, ведь они станут готовой базой для
штурма противником Дарданелл. При господстве русского флота на море и поддержке
местного греческого населения выбить турок с Архипелага довольно легко. Крупные
острова Родос и Крит нельзя оставить туркам по тем же причинам, а кроме того,
нельзя не учитывать того, что они в будущем могут перейти к сильным европейским
державам, обладающим значительным флотом, что создаст серьезную угрозу
Константинополю. По этой причине, операции по захвату Крита и Родоса следует
осуществить сразу же после окончания боевых действий на Балканах и в Эгейском
море. В этих операциях будет задействован не только флот, но и значительные силы
армии, так что Суворову для похода в Малую Азию все равно войск не останется.
Между тем, пока небольшой французский корпус при содействии Али-Паши
высаживается на теоретически принадлежащем Австрии побережье южной Албании и
пытается расширить французский плацдарм на Балканах, генерал Наполеон Бонапарт
решит сосредоточить свои усилия на захвате более богатой добычи из раздираемого
на куски османского наследства. Летом 1798 года французы высадятся в Египте.
Дальнейшие события будут развиваться как в нашей реальности. Англичане бросят
свой флот на разгром французов в Восточном Средиземноморье и адмиралу Нельсону
удастся уничтожить французский флот в Абукирской битве. Отрезанный от Франции
Наполеон тем не менее будет одерживать одну победу за другой над мамлюками и
турками и начнет наступление на Палестину и Сирию, с перспективой броска на
восток, через Месопотамию и Персию к Британской Индии. Как и Суворову, ему тоже
не дают покоя павры Александра Македонского.
Перепуганная Англия начнет переговоры с Россией и с Турцией, пытаясь убедить их
помириться и совместными усилиями выбить Наполеона с Ближнего Востока. Екатерина
разумеется согласна, если турки согласятся признать потерю своих европейских
владений. А турки естественно будут против. В конце концов, англичане,
поразмышляв, придут к выводу, что турки никак не смогут разбить французов и
единственная надежда на Россию. Только она сможет остановить неотвратимый марш
французских орд на Индию.

Третья турецкая война Екатерины (II) 

К концу 1798 года, переговоры России, Англии и Австрии о союзе против Франции
успешно завершаются. Основной силой второй антифранцузской коалиции станет
Австрия, которая развернет боевые действия на нескольких фронтах - в северной
Италии, Швейцарии и южной Германии. Вспомогательным ТВД будут Балканы и
Адриатика, где русские при поддержке австрийцев освободят от французов южную
Албанию и Ионические острова. После завершения операций на Адриатике, русские
высадятся на юге Италии и придут на помощь армии Неаполитанского королевства.
Совместно с итальянцами русские войска начнут наступление на север, на соединение
с австрийцами. Россия также соглашается помочь Англии на ближневосточном театре
военных действий. Здесь правда у союзников возникают первые разногласия. Англия
выступает за высадку в Египте, а русские отказываются, считая это опасным. В конце
концов союзники принимают план Суворова и Ушакова -сначала высадить десант на Кипр
(за последний год русские приобрели большой опыт подобных операций), а затем
используя остров как передовую базу начать вторжение в Сирию. Отсюда действуя на
два фронта против турок и французов, армия вторжения сначала остановит продвижение
Наполеона к Индии, а затем и полностью освободит Сирию, Палестину и Египет от
французов. Вопрос о судьбе этих земель после разгрома Наполеона, союзники
благоразумно решают оставить на потом. 
Еще при боевых действиях на Архипелаге в первую турецкую выяснилась одна
своеобразная особенность местного греческого населения. Турок они ненавидели, но
воевать с ними умели только одним способом. Каждый раз при появлении в
Архипелаге русского флота, сотни, если не тысячи греческих судов поднимали
Андреевский флаг и начинали вести каперскую, а точнее пиратскую войну против
турок. И на этот раз без этого не обходится. Помощь со стороны огромного
греческого каперского флота поистине неоценима и позволяет Ушакову проводить
одновременно десантные операции и на Адриатике и в Восточном Средиземноморье.
При этом помощь англичан не очень то и требуется, что несказанно их раздражает. 
К весне 1799 года, совместными усилиями армии и флота, удается разгромить Али-
пашу и французов на суше и высадить десант на Корфу. Еще через месяц, последние
французские части сдаются на островах и начинается подготовка к высадке на юге
Италии. Тем временем, другая русская эскадра высаживает десант на Кипре и
блокирует остров. Ожесточенное сопротивление турок через несколько дней сломлено
из-за начала восстания местного греческого населения. Русские оккупируют Кипр и
на остров один за другим прибывают  полки армии вторжения. Командовать операцией
поручают генералиссимусу Суворову, старик очень хочет повторить подвиги своего
тезки в Азии. Раз не дают начать вторжение с Босфора, можно попробовать и с
Кипра... 
Между тем, успехи австрийцев в Западной Европе не слишком велики. Охрана новых
территориальных приобретений на Балканах требует слишком много войск и на войну
против Франции сил явно не хватает. Армия генерала Моро несмотря на численное
превосходство австрийцев быстро останавливает продвижение в северную Италию и
австрийский фельдмаршал Мелас доносит гофкригсрату о необходимости приостановки
наступательных операций до высадки русских в южной Италии. Озабоченная Вена
требует у Екатерины ускорить открытие второго фронта и послать русский
экспедиционный корпус непосредственно в северную Италию. Но лишних войск нет и у
Екатерины, ведь и она ведет войну на четыре фронта против уже трех противников -
Турции, Персии и Франции. 
Тем временем после первоначальных успехов и взятия Рима, неаполитанская армия
терпит серьезные поражения. Из-за медлительности Меласа, генерал Макдональд,
командующий второй французской армией в Италии поняв, что армии Моро помогать
против австрийцев не нужно, бросает на юг все свои силы и неаполитанская армия
не выдержав удара превосходящих сил противника откатывается назад. Пять тысяч
англичан высадившихся в южной Италии мало чем могут помочь и французы занимают
Неаполь. Теперь начинает просить у России помощи и король Фердинанд. 
Начинаются боевые действия и на Ближнем Востоке. Тут генералиссимус Суворов
учудил такое, что Екатерина не знает чего и думать, может престарелый полководец
впал в маразм? Вместо оговоренной с англичанами высадки в Бейруте, войска Суворова
высаживаются в совсем другом месте, в порту Александретта, к северо-востоку от
Кипра. Французов тут, понятно нет и в помине. Но чудаковатый Суворов возможно
знает, что делает. Область Малой Азии, более известная как Киликия является
стратегически важным районом, через нее проходит дорога из Анатолии в Сирию.
С захватом Киликии, турецкие владения в Сирии и Палестине оказываются полностью
отрезанными. К тому же население Киликии составляют в основном армяне,
дружественно настроенные к России. С Киликийского плацдарма русские войска получают
возможность развивать наступление как на юг, в Сирию и Египет, так и на север, в Анатолию.
Что касается французов, то они могут и подождать. Упрямый Суворов уверен, что никуда
французы от него не денутся. А пока русские войска расширяют захваченный
плацдарм и занимают всю Равнинную Киликию, от Селевкии на западе до Марша на востоке.
Англичане в бешенстве, они требуют немедленно начать боевые действия против
французов. Суворов невозмутимо замечает, что между ним и французами стоят турки
и поэтому следует в первую очередь заняться турками. На деле впрочем, ничего
против турецких войск в Сирии Суворов предпринимать не намерен. Эту работу за него и
так сделают французы... 
Пока идет эта на редкость любопытная война в Киликии, русское командование
начинает спешную переброску подкреплений терпящим поражение в южной Италии
войскам союзников. И вновь огромную помощь оказывают греческие капитаны
предоставившие свои суда. В кратчайшие сроки пятнадцать тысяч русских солдат
высаживаются в Италии и останавливают французское наступление. Война в Италии
приобретает затяжной характер, как на юге так и на севере. 
Тем временем высадка русских в Киликии немедленно сказалась на положении
французов в Сирии. Паша Дамаска давно не получает подкреплений из Анатолии, ведь
султан слишком занят войной с русскими и вынужден воевать с французами в
одиночку. Теперь же ему приходится еще и разделить свои силы на два фронта.
Турецкие крепости которые могли бы держаться месяцами если бы была надежда на
выручку теперь практически без боя сдаются французам. Заняв всю Палестину,
французские войска выходят к побережью Ливана. Наполеон в затруднении. Здесь он
узнает о начале большой войны в Европе и о высадке русских в Киликии. Дорога на
Дамаск открыта, но не ясно, следует ли продолжать войну с таким второстепенным
врагом как турки когда Франция вынуждена сражаться не на жизнь, а на смерть с
крупнейшими державами Европы. В конце концов Наполеон избирает наиболее
благоприятный для хитреца Суворова вариант. Сначала он разобьет дамаскского
пашу, попытается заставить его заключить перемирие и тем обезопасив себя с
севера вернется в Египет. Ничего хорошего из этого плана не выходит. Наполеон
берет Дамаск, паша отступает в Алеппо, но ни на какие переговоры не идет.
Наполеону ничего не остается как обьявить войскам о победе и начать отступление. 
Пока французская армия отступает через синайские пески в Египет, Суворов
внезапным броском из Александретты берет Алеппо, одновременно высаживается
русский десант в Бейруте. Удар с севера который турки уже устали ждать нанесен в
самый подходящий момент и разгромленная армия дамаскского паши просто
рассыпается. Не встречая более никакого сопротивления, русские войска
стремительно движутся на юг, к Святой Земле. Энтузиазм солдат необычайно велик,
на каждом привале по приказу командующего священники рассказывают солдатам
истории из Библии связанные с местами по которым идет поход. В августе 1799
года, из освобожденного Иерусалима Суворов отправляет сообщение Екатерине:
"Слава Богу, слава Вам, 
Иерусалим взят и я там!" 

Третья турецкая война Екатерины (III) 

Гром побед Суворова в Святой Земле не заслоняет для Екатерины сложную
стратегическую обстановку. До тех пор пока продолжается война с Турцией, Россия
не может сосредоточить необходимые для разгрома французов силы. Русские войска
разбросаны по многим фронтам - 35000 на Кавказе, 40 тысяч на Ближнем Востоке,
15000 в Италии, 40000 на Балканах и в Архипелаге. А ведь надо еще чем то
охранять западные границы России. Единственный выход видится лишь в привлечении
местного населения. Генерал-губернатор вновь присоединенных балканских губерний
Кутузов проводит первый рекрутский набор среди православного населения Болгарии
и Македонии. Для греков решают проводить наборы на флот, из них получаются
отличные матросы. Кроме того, всячески поощряется вступление добровольцев из
местного населения в иррегулярные формирования. Сгладив таким путем острую
нехватку солдат, часть регулярных войск на Балканах удается заменить новыми
балканскими полками, а высвободившиеся войска направляются на активные фронты,
в Италию и на Ближний Восток. Но их все равно недостаточно, Екатерине остается
лишь советовать командующим на местах восполнять нехватку войск своими силами,
что они и пытаются делать. Суворов создает вспомогательные отряды ополчения из
местных христиан, но более или менее боеспособными являются только киликийские
армяне, которым поручено оборонять от турок горные перевалы Киликийского Тавра.
На сирийских христиан давно утративших воинский дух надежды мало, но из них тоже
формируются отряды милиции. А на западе, молодой командующий русским корпусом в
южной Италии генерал Милорадович пытается реорганизовать отряды неаполитанских
антифранцузских повстанцев-лаццароне в боеспособные войска, способные заменить
регулярную армию Королевства Обеих Сицилий, к тому времени уже прекратившую свое
существование. Все это грозит занять довольно много времени и Екатерина
понимает, что скорой победы ждать не приходится.
Отношения с союзниками между тем продолжают осложняться. Сэр Сидни Смит,
британский адмирал командующий эскадрой в Восточном Средиземноморье пишет в
Лондон полное отчаяния письмо. По мнению адмирала, истинной угрозой для
британской Индии является не Бонапарт, а Суворов. Сэр Сидни рекомендует срочно
направить войска из Индии на Ближний Восток, потому что русским доверять нельзя.
Подобные настроения начинают появляться и в Лондоне, но пока никто не в силах
выработать альтернативную политику. Пока идет война с Францией, Россия
необходима как союзник. Но на всякий случай генералу Уэлсли, командующему
британскими войсками в Индии приказывают направить дивизию на Ближний Восток как
только завершится война с правителем Майсура Типу-Султаном, союзником французов.
В Лондоне пока не знают, что еще в апреле генерал Уэлсли разгромил войска
майсурцев и взял их столицу Серингапатам.
Не знает этого и генерал Бонапарт. Но ему уже все равно, он окончательно решил
покинуть Египет и вернуться во Францию при первой возможности. Наполеону
кажется, что только он сможет спасти Францию от катастрофы. На самом деле
Франция пока далека от военного поражения и единственный фронт, где это
поражение выглядит реальным является как раз Египет.
Весьма печально и положение турок. Две трети армии потеряны на Балканах, флот
потоплен в Мраморном море, захвачены Киликия и Сирия. Генералам султана
мерещится русское вторжение вглубь Анатолии со всех четырех сторон - с запада
через Босфор и с островов Эгейского моря, с юга через Киликию, с востока из
Закавказья, с севера на Черноморское побережье. На самом деле войск на такие
обширные наступательные операции у русских нет, но турки об этом пока не
догадываются. Турецкое командование однако не намерено ждать пока русские
нападут и решает напасть первым на наиболее уязвимый русский Киликийско-
Сирийский фронт. Главный удар наносит армия великого визиря на Киликию,
одновременно паша Багдада должен напасть на Алеппо и отвлечь на себя силы
русских.
Планы великого визиря ломаются уже в первую неделю наступления. Русско-армянские
отряды успевшие занять горные перевалы Киликийского Тавра упорно держат оборону.
Узнав о начавшемся крупном наступлении турок, Суворов спешно поворачивает армию
на север. Суворов успевает как раз вовремя, чтобы помочь гарнизону Алеппо,
осажденному войсками багдадского паши. Эта провинциальная турецкая армия
набранная в Месопотамии в основном состоит из малобоеспособного иррегулярного
курдского и арабского племенного ополчения и боя с главными силами русских под
командованием самого Суворова они конечно не выдерживают. После боя, не
отвлекаясь на преследование дезорганизованных остатков багдадской армии, Суворов
стремительным маршем движется к Киликии.В упорном трехдневном сражении в Горной
Киликии, армия великого визиря терпит сокрушительное поражение, а Суворов с
победой возвращается в Александретту. Бои у Алеппо и в Горной Киликии становятся
последними победами Суворова, жаркий климат Сирии и тяготы переходов по горам и
пустыням подрывают здоровье старого генералиссимуса и осенью 1799 года на посту
командующего Сирийской армией его сменяет генерал Багратион.
Тем временем, на итальянском фронте обстановка складывается не в пользу
союзников. Австрийские войска в Северной Италии так и не смогли пресечь
переброску подкреплений французским армиям из Франции через западные Альпы. В
результате к осени армия нового французского командующего генерала Жубера
численно начинает превосходить силы фельдмаршала Меласа. А Милорадовичу на юге
по силам лишь отвлекать Макдональда от помощи Жуберу. Планы же соединения с
австрийцами приходится пока отложить на неопределенное время.
А в ноябре на маленькой греческой шхуне генералу Наполеону Бонапарту удается
проскользнуть мимо кораблей сэра Сидни Смита и высадиться во Франции. Его
немедленно арестовывают и сажают в тюрьму за дезертирство. Директории не нужны
чересчур популярные генералы...
Тогда же в далекой Индии начинается подготовка к переброске англо-индийской
дивизии на Ближний Восток. Генерал Уэлсли полностью разделяет мнение сэра Сидни
о русских и поэтому намерен действовать отдельно. Вариант с высадкой на берега
Красного моря отвергнут и принимается удивительное решение - оккупировать
оставшуся без армии турецкую Месопотамию. То, что Англия не находится в
состоянии войны с Турцией уже никого не волнует, но как быть с Египтом? В
донесении в Лондон генерал Уэлсли заявляет, что если Месопотамия будет в
британских руках, то французы могут сидеть в Египте сколько им угодно, до Индии
им уже не добраться. А кроме того, с оккупацией Месопотамии англичане
преграждают путь в Индию и своим русским "союзникам".
Новый 1800 год встречают в европейских столицах с воодушевлением и у каждой есть
свои резоны. Для Петербурга, последние три года были временем ошеломляюших
побед, захвачены Константинополь и Иерусалим, турки изгнаны из Европы и
Восточного Средиземноморья, русские войска высадились в Италии и на Ближнем
Востоке, Россия теперь стала не только европейской, но и мировой державой. Такая
война в Петербурге очень нравится и мысли о мире пока Екатерину не посещают. Для
Вены тоже дела обстоят неплохо. Практически без потерь удалось невероятно
расширить границы на Балканах, война с Францией правда идет сложно, но и
поражений серьезных пока тоже нет. А в Париже Директория празднует успешный
арест Бонапарта. Для нее этот успех гораздо важнее побед на фронтах. Но и там
есть чего праздновать. В очередной раз французские армии успешно сдерживают
натиск крупнейших армий Европы, а война идет далеко за пределами французских
границ. И только Лондону радоваться нет причин. Да, французский флот уничтожен,
но вместо него в Восточном Средиземноморье утвердились куда более опасные
русские. По сравнению с огромными территориальными приобретениями России,
Австрии и Франции, английские захваты в колониях мало что значат, а в Европе
Лондон может похвастаться лишь крошечной Мальтой. На таком фоне инициатива
Уэлсли встречает полное одобрение. Раз уж Египет в одиночку захватить Англии не
по силам, пусть будет Месопотамия. Лозунг дня в Лондоне - "вести войну с
прибылью" и не важно за чей счет.  А турок все уже просто списали со счетов,
ведь они больше не уважаемая европейская держава, а просто дикие азиатские
туземцы...

Третья турецкая война Екатерины (IV) 

Весной первого года нового 19 века, императрица Екатерина наконец решается
предпринять давно задуманное путешествие в свои вновь завоеванные владения.
Программа визита в Константинополь весьма обширна и включает помимо всего
прочего торжественную коронацию в храме Святой Софии короной византийских
императоров. За отсутствием подлинной короны, спешно заказывают петербургским
ювелирам новую, потребовав выполнить ее в "греческом стиле" и предьявив как
образец знаменитую "Шапку Мономаха". Весь придворный Петербург лихорадочно
листает книги о византийских нравах и обычаях, появляется мода на греческих
гувернеров и все от мала до велика садятся за изучение греческого языка. Упорно
циркулируют слухи, что Екатерина в Петербург больше не вернется и останется жить
в новой столице Российской империи.
Не обходится и без курьезов. Внезапно выясняется, что приняв титулатуру
византийских императоров, Екатерина будет официально именоваться императрицей
римлян. К сожалению, монарх с подобным титулом уже имеется, не папа римский,
конечно, его то меньше всего в Петербурге берут в расчет, но дражайщий брат и
союзник император Священной Римской Империи Франц Второй. Срочно направляется
деликатный запрос в Вену, не обидится ли Его Императорское Величество если
императрица Екатерина примет новый титул? Оказывается, нет, не обидится...
Готовятся к приезду императрицы и в Константинополе. Прежде всего необходимо
обеспечить безопасность Екатерины, ведь Константинополь до сих пор в сущности
остается прифронтовым городом. Хотя оба берега Босфора в русских руках,
азиатский берег Мраморного моря до сих пор принадлежит туркам и они вполне могут
попытаться произвести диверсию в окрестностях Константинополя во время визита
императрицы. Чтобы не допустить подобных ужасов, генерал Кутузов решает
предпринять задуманный еще Суворовым Забосфорский поход. Правда в связи с
отсутствием достаточного количества войск масштабы операции сужаются и ставится
ограниченная цель изгнать турок с берегов Мраморного моря. Официальная
мотивировка похода - "обеспечение безопасности императрицы" позволяет привлечь
все местные резервы и все присланные из России подкрепления. Италия и Сирия
пусть пока обходятся своими силами, главный фронт сейчас на берегах Мраморного
моря.
План Кутузова не блещет оригинальностью, никаких отвлекающих десантов, просто
полк за полком вся Балканская армия переправляется на плацдарм на азиатском
берегу Босфора, а затем при поддержке пушек линейных кораблей обеих флотов
начинается фронтальное наступление на турецкие позиции. Еще в начале осени
турецкое командование перебросило самые лучшие части на восток для участия в
последнем и решающем сражении в Горной Киликии, где все они и полегли под
штыками суворовских чудо-богатырей. Оставленные на западе третьесортные турецкие
полки оказываются не в силах противостоять Балканской армии и уже к концу
следующего дня русские войска доходят до реки Сакарья, конечного рубежа
наступления на востоке, и устремляются дальше на юг, к Бурсе.
Удивительная легкость первых дней наступления приводит Кутузова к счастливой
мысли прощупать на всякий случай еще и турецкую оборону далеко вглубь Анатолии.
Казаки атамана Платова продвигаются вверх по реке Сакарья и всего через неделю
достигают самой Ангоры. Появление казаков у стен столицы повергает турок в шок,
а султан с великим визирем бросив даже свои гаремы, срочно покидают город. Хотя
глубокий рейд Платова у стен Ангоры и заканчивается, свита султана бежит не
останавливаясь до самой Иконии, где находится ставка самой сильной турецкой
армии. Но долгожданной безопасности они не находят и здесь, на юге...
Генерал Багратион, получивший незадолго перед этим приказ поддержать наступление
Кутузова, переходит все еще покрытый зимним снегом хребет Киликийский Тавр и
начинает наступление на Иконию. Хотя с военной точки зрения наступление
Багратиона является всего лишь отвлекающей демонстрацией, тут не выдерживают
потрепанные нервы его султанского величества. К огромному изумлению Багратиона,
всего на третий день после начала похода к нему приводят турецкого парламентера
с неожиданным предложением - заключить перемирие и начать переговоры о мире
между Россией и Турцией. Любой другой генерал ответил бы, что это не в его
компетенции и предложил бы подождать ответа из Петербурга или Константинополя.
Но потомок грузинских царей не боится ответственности и уже через пятнадцать
минут турецкий парламентер получает текст мирного договора с требованием вернуть
его не позднее чем через сутки с подписью султана и великого визиря. Что он
сделает в противном случае, грозный Баграт-паша не уточняет. И так поймут.
За час до истечения срока ультиматума, парламентер возвращается и принесшая
России столько славы и чести трехлетняя война завершается полной победой. Султан
признает за Россией все ее территориальные приобретения на момент подписания
договора и обязуется признавать покровительство России над оставшимися в Турции
христианами.  Столь неопределенная формулировка будущих границ вызвана тем, что
Багратион просто не имеет точного представления каких конкретных рубежей
достигли русские войска на других фронтах. Как потом выясняется, если
руководствоваться буквальной трактовкой текста договора, русско-турецкая граница
должна была бы пройти прямо по стенам султанской столицы, что дает огромный
козырь русским дипломатам на последующих переговорах. Чтобы отодвинуть границу
на запад от Ангоры хоть на несколько верст, турки оказываются вынуждены пойти на
дополнительные уступки в других вопросах.
Великая императрица так и не узнает о своей последней и самой знаменитой победе.
На пути в Константинополь, Екатерина заболевает простудой и болезнь оказывается
смертельной. Императором всероссийским, императором римлян, царем и великим
государем Московским и прочая и прочая и прочая, суждено теперь стать угрюмому
гатчинскому изгнаннику Павлу. Вся Европа замерла в ожидании великих перемен...

Реплика в сторону (I)

Наиболее интересным аспектом данного мира на мой взгляд является постепенная
трансформация России в совершенно иное по сути государство, условно назовем его
Неовизантийской империей, со своими геополитическими интересами, довольно сильно
отличающимися от традиционных российских. Геополитическим центром новой империи
является район Восточного Средиземноморья, а преобладающей тенденцией становится
стремление к превращению всего региона в русское озеро.
Взгляните на карту Средиземного моря. Подошва итальянского сапога и остров
Сицилия делят этот регион на две неравные части, Западное Средиземноморье
образуемое побережьем Испании, Франции, Италии, Сицилии, Туниса, Алжира и
Марокко и более крупное Восточное Средиземноморье состоящее из побережья Греции,
островов Эгейского моря, средиземноморского побережья Малой Азии, Сирии, Ливана,
Палестины, Египта, Ливии и Туниса.
Внутренняя логика развития неовизантийской империи требует взятия под контроль
России всего Восточного Средиземноморья и закрытия региона от проникновения
западноевропейских или центральноевропейских держав. Первое уже практически
достигнуто, осталось лишь дожать французов в Египте и занять стратегически
важные Тунис и Бизерту. Для решения второй задачи требуется установить
постоянный протекторат России над Королевством Обеих Сицилий, который позволит
превратить эту слабую страну в заслон на пути экспансии западноевропейских
держав в Восточное Средиземноморье. Осложняющим фактором является захват
англичанами острова Мальты. Очевидно, что существование крупной базы английского
флота внутри русского Восточного Средиземноморья совершенно невозможно с
геополитической точки зрения. Военным или дипломатическим путем, но англичан с
Мальты нужно изгнать. Третьей проблемой является экспансия Австрии, которая
весьма сильно продвинулась на южном направлении после раздела Балкан. Поскольку
здесь существует реальная угроза прорыва Австрии в Восточное Средиземноморье,
следует запереть австрийцев в Адриатическом море, опираясь на контроль над
Неаполем, Ионическими островами и южной Албанией.
Это уже осуществлено в ходе войны с Францией, но к сожалению подписанные ранее
договора требуют отдать Ионические острова, южную Албанию и западную Грецию
Австрии. Этого разумеется делать ни в коем случае нельзя.
Таким образом неовизантийские интересы требуют выполнения следующих задач:
1) изгнание французов и англичан из Восточного Средиземноморья(французов из
Египта, англичан с Мальты)
2) недопущение в будущем прорыва англичан, французов и австрийцев в Восточное
Средиземноморье. Достигается путем установления действенного протектората над
Неаполем, захватом Туниса и Бизерты и сохранением контроля над Ионическими
островами и южноалбанским побережьем.
Нетрудно заметить, что эти задачи выглядят противоречивыми и даже
взаимоисключающими. Да и с точки зрения практической осуществимости, выгнать
адмирала Нельсона с Мальты представляется довольно сложной задачей для русского
флота, мягко говоря.
Дело крайне осложняется еще и тем, что руководство Российской империи еще не
осознало всей глубины изменений и пока что продолжает мыслить в категориях
старой российской геополитики для которой важны Польша, Финляндия, датские
Проливы, баланс сил в Германии и прочие малозначащие для Новой Византии вещи. Но
логика развития нового мира, то что Лев Толстой предпочитал называть "силой
вещей" обьективно толкает русских на неожиданные для них самих поступки.
Медленно, но верно, русские незаметно превращаются в новых византийцев. Этот
процесс и составляет главную интригу Мира Третьей Турецкой Войны(МТТВ).

Третья турецкая война Екатерины (V) 

Еще в декабре 1799 года, передовые части англо-индийской дивизии высаживаются в
Месопотамии. К весне сипаи уже занимают большую часть Месопотамии и осаждают ее
столицу Багдад. Война с турками оказывается на удивление легкой, хотя
предназначенных для операции 12 тысяч солдат явно недостаточно даже для простой
оккупации такого обширного региона. Впрочем английский флот полностью
господствует в Персидском заливе и при необходимости может перебросить в
Месопотамию новые подкрепления из Индии. В такой обстановке известие о
заключении мира между Россией и Турцией поначалу не вызывает у генерала Уэлсли
особого беспокойства. Он ничего не знает о настроениях в Ангоре, да и
предубеждение которое у него успело сложиться в отношении боевых качеств
турецких войск мешает отнестись к турецкой угрозе всерьез. 
А внутриполитическая обстановка в Турции между тем складывается весьма
взрывоопасная. Страшные поражения последних лет и позорный мир с Россией
подрывают авторитет султана. Срочно требуется победа над каким угодно врагом,
чтобы реабилитировать себя в глазах подданных и восстановить подмоченную
репутацию османского оружия. Английское вторжение в Месопотамию оказывается как
нельзя кстати. Короткая победоносная война с Англией это как раз то что нужно
Турции. К середине апреля в Мосуле сосредотачиваются отборные части Южной и
Кавказской армий и мобилизуются ополчения курдских племен, а всего против англо-
индийской дивизии Уэлсли турки бросают огромные силы, свыше ста тысяч солдат. 
А между тем в далеком Петербурге новый русский император Павел начинает
оправдывать свою репутацию противника политики Екатерины. Император на совещании
высших сановников империи делает заявление о переходе к новой внешней политике.
По мнению Павла, за последние годы Россия приобрела слишком много земель и новых
территорий ей уже не требуется. Теперь следует сосредоточиться на освоении уже
захваченного. Что касается войны с Францией, то она ведется в интересах Англии и
Австрии и России совершенно не нужна, поэтому император Павел намерен ее
прекратить в самом скором времени. Заявление вызывает переполох в Вене и ярость
в Лондоне. Русских упрекают в предательстве и нарушении союзных обязательств,
возникает серьезнейший кризис в отношениях с союзниками. Но Павел непоколебим,
он уже дал указания командующим на фронтах начать переговоры с французами о
мире. 
Впрочем они уже ведутся, еще в конце 1799 года, новый командующий французскими
войсками в Египте генерал Клебер начал тайные переговоры с генералом
Багратионом. Клебер предлагает сдать Египет русским в обмен на эвакуацию
французских войск в Европу. Багратион согласен, но мешает английский флот.
Генерал Багратион всегда отличался решительностью и еще до начала кризиса с
союзниками, он приказывает английскому флоту покинуть гавани Кипра и Родоса.
Теперь англичане вынуждены вести блокаду египетского побережья базируясь на
Мальту, что гораздо сложнее. 
Полностью рвать отношения с союзниками впрочем в планы Павла не входит и чтобы
успокоить Лондон и Вену, он выступает с разьяснением. Речь не идет о сепаратном
мире, Россия предлагает союзникам совместные переговоры с Францией. Общий мир в
Европе предлагается заключить на основе принципа удержания каждой стороной
позиций уже захваченных в войне. Для России такой принцип весьма выгоден, как
впрочем и Австрии с Францией. Единственная страна которую этот принцип не
устраивает, это конечно все та же Англия. 
Впрочем для Англии неприятности только начинаются. Во второй половине апреля
турки начинают мощное наступление в северной Месопотамии. На пятитысячную
группировку англо-индийских войск осаждающую Багдад обрушивается страшный удар
стотысячной турецкой армии с севера. Раздавив багдадскую группировку меньше чем
за неделю, турки неудержимым потоком двигаются на юг, к Персидскому заливу.
Уэлсли остановить турок не может, да и не пытается. В страшной панике гарнизон
Басры грузится на корабли и английский флот навсегда покидает негостеприимные
берега Месопотамии. 
Почти одновременно с известием о провале Месопотамской экспедиции в Лондон
прибывают сведения о еще одном фиаско. Багратион и Клебер заключают локальное
перемирие на Ближнем Востоке, начинается почетная эвакуация французских войск,
пока на Кипр. По заключении мира с Францией предполагается переправить французов
в Европу через Италию. А тем временем, русские войска занимают покинутый
французами Египет. К ближневосточным владениям российской короны добавляется
новая блистательная жемчужина... 
На этом неприятности не кончаются. Лондон окончательно теряет свое влияние и в
южной Италии. Король Фердинанд узнав о переменах в Петербурге немедленно
заключает мир с Францией на условиях возвращения к довоенным границам, не
обращая никакого внимания на угрозы адмирала Нельсона. 25-тысячный русский
экспедиционный корпус генерала Милорадовича начинает эвакуацию на Ионические
острова. 
Теперь и Вена склоняется к миру. Хотя в принципе Австрия может вести войну с
Францией и в одиночку, ясно, что новых территориальных приобретений она не
добьется, поэтому и смысла воевать дальше нет. Переговоры с Францией оказываются
довольно легкими, ведь Директории тоже нужен мир и обе державы заключают
почетный Миланский мирный договор 1800 года. Владения Австрии в северной Италии
несколько расширяются по сравнению с условиями Кампоформийского мира 1797 года,
но Вена признает захват Францией Швейцарии и территориальные приобретения в
средней Италии и в западной Германии. 
Одновременно начинаются переговоры и России с Францией. Для Франции является
очень важным сам факт признания гордым санкт-петербургским двором новых
французских властей. До этого Петербург считал республиканцев узурпаторами и
отказывался пойти на любые переговоры. По сравнению с этим прорывом, уступки
Директорией и так уже потерянных земель мало что значат. По Петербургскому миру
Франция признает присоединение к России балканских и ближневосточных провинций
Османской империи, а также Ионических островов. Взрывоопасный вопрос о будущем
статусе Египта обе стороны осторожно обошли. Остальные пункты договора касаются
условий репатриации французской армии с Кипра и вопросов торговли. 
Последняя проблема неожиданно для Петербурга едва не срывает переговоры.
Французская делегация запрашивает Россию, намерена ли она сохранить режим
капитуляций и торговые привилегии французских подданных дарованные султаном в
бывших владениях Османской империи. Тут выясняется, что генерал-губернатор
Кутузов их уже успел отменить. Левантийская торговля очень важна для Франции, а
особенно для торгово-финансовых кругов близких к Директории и она на уступки тут
пойти не может. Первоначально Павел склонен уступить французам в этом
малозначащем, как он считает вопросе, но тут императору показывают докладную
записку Кутузова по финансам новых губерний. Кутузов убедительно доказывает, что
отмена привилегий иностранных купцов приведет к увеличению доходов от новых
губерний по меньшей мере вдвое-втрое по сравнению с турецкими временами, что
превратит их из убыточных в прибыльные для российской казны. Для Павла последнее
обстоятельство оказывается очень важным. Он был убежден, что новые приобретения
Екатерины не принесли России ничего кроме затрат и он не может упустить шанс
окупить хотя бы частично огромные расходы расточительной матери. Россия наотрез
отказывается признавать капитуляции и привилегии. Французы добиваются лишь
обещания заключить с Францией в скором времени новый торговый договор который
охватит и условия левантийской торговли. 
Переговоры ведутся и в Константинополе с прибывшими турецкими послами.
Прелиминарный мирный договор заключенный генералом Багратионом явно нуждается в
уточнениях. Здесь турки впервые встречаются с новым грозным оружием русских,
скрывающимся под безобидным названием совместных комиссий по делимитации границ.
Под тем или иным благовидным предлогом, комиссии по делимитации медленно, но
верно откусывают в пользу России кусок за куском самых плодородных земель Малой
Азии. Турки не успевают опомниться, как у русских оказывается не только вся
Вифиния (область Малой Азии вокруг берегов Мраморного моря), но и Эгейское
побережье с городом Смирной. Последнюю туркам пришлось уступить в обмен на
передвижение границ от Ангоры на запад до реки Сакарьи и Вифинии. Одновременно и
русские границы на юге как то вдруг неожиданно сдвигаются на запад вплоть до
залива Анталья. Турки с ужасом начинают понимать, что комиссии по делимитации
будут неустанно продолжать свою работу, пока границы русской Киликии не
сомкнутся с владениями России на западе Малой Азии. 
Освоение новых владений между тем понимается властями империи в самом буквальном
смысле. Работа по делимитации границ еще продолжается, а в Петербурге уже издают
указ о переселении десяти тысяч казачих семейств с Украины и Дона в Вифинию. Так
начинается история славного Забосфорского казачьего войска. В русской
колонизации Малой Азии ему предстоит играть главную роль. Впрочем русская
колонизация не ограничивается одной Малой Азией. По причинам идеологическим и
геополитическим признается необходимым начать освоение русским населением и
Святой Земли. Поскольку обстановка в Палестине пока далека от стабильности, на
первых порах заселять ее будут все те же казаки с Дона, но уже другого нового
войска, Иорданского. К войску приписывается и несколько тысяч семейств
волонтеров из местного населения - православные арабы, марониты, друзы. К
колонизации новых азиатских владений привлекается и население Балкан. В
Забосфорский край и на Эгейское побережье хлынул поток греческих переселенцев, а
местные мусульмане опасаясь расправы десятками тысяч покидают свои земли.
Маятник истории качнулся назад и казалось уже навсегда ставшая мусульманской
древняя земля Малой Азии вновь увидела возвращение своих забытых византийских
хозяев... 

Третья турецкая война Екатерины (VI) 

С мирным занятием Египта завоевание Россией Восточного Средиземноморья
завершается. В новых владениях России живет 18 миллионов человек, из них 9
миллионов на Балканах, Архипелаге и в западной Анатолии, порядка 7 миллионов на
Ближнем Востоке(из них половина в Египте) и 2 миллиона на Кавказе. А всего с
1796 года население Российской империи увеличивается в полтора раза и достигает
колоссальной цифры в 55 миллионов человек. Это при том, что население двух
остальных крупнейших стран Европы - Франции и Австрии составляет всего по 30
миллионов человек. Еще более разительным является контраст с Турцией. Если в
1796 году Османская империя имела сравнимую с  Россией численность населения -
около 35 миллионов, то нынешнее население оставшегося под властью султана
огрызка Турции составляет всего 10 миллионов. Пропорционально росту населения
увеличивается и военная мощь России. В случае нового конфликта с Турцией русские
армии будут теперь иметь не только качественное, но и количественное
превосходство. Добавим к этому еще и чрезвычайно выгодную для России
конфигурацию новых границ позволяющую в любой момент расчленить ударами со
сходящихся направлений владения султана на пять-шесть изолированных друг от
друга кусков и становится ясно, что Турция более не может считаться не то, что
главным, но даже просто серьезным противником. Турецкое государство продолжает
свое существование только потому, что России все же требуется некоторое время
для освоения уже захваченного. В Ангоре впрочем это прекрасно понимают и готовятся
к реваншу. Правда у Турции нет никаких шансов победить русских, но турки надеются
на чудо. Вдруг будет большая война в Европе, а Россия ее проиграет, тогда может
победители вернут Турции за участие в войне хотя бы часть потерянных владений...
Вспыхнувший в конце 1800 года кризис вокруг Мальты дает туркам некоторые основания
для таких надежд. Поскольку присутствие английского флота на Мальте несовместимо с
интересами России в Восточном Средиземноморье и является прямой угрозой ее господству
в этом регионе, император Павел начинает кампанию дипломатического и военного давления
на Англию с требованием эвакуировать Мальту и отдать остров России. Для обоснования
претензий России организуется избрание императора Павла магистром Мальтийского ордена.
Дипломатические меры подкрепляются и военной силой. На Ионических островах собирается
огромная армада из соединенных сил Средиземноморского и Черноморского флотов - 25
линейных кораблей, столько же крупных фрегатов и сотни более мелких судов. Корпус
Милорадовича ведет приготовления к высадке на остров и штурму крепости Мальта.
Но у Англии на Средиземном море тридцать линейных кораблей, а на Атлантике и в проливе
Ла-Манш у них есть еще пятьдесят. Этого вполне достаточно, чтобы не бояться угроз и
англичане не поддаются давлению.
Несколько недель император Павел колеблется. Неудачная война с Англией грозит России
потерей Восточного Средиземноморья и может быть даже Проливов. Выигрыш же в случае
победы ограничивается всего лишь Мальтой. Да и победить островную Англию очень трудно.
При желании англичане могут вести войну против России десятилетиями как они уже это
делают с Францией. Эти соображения в конце концов перевешивают. Россия соглашается
оставить Мальту у английского флота на время войны с Францией в обмен на обещание
Англии вернуть остров после заключения мира.
После завершения мальтийского кризиса, император Павел принимает важные решения. Флот
оказался слишком слабым, чтобы противостоять англичанам даже в русском Восточном
Средиземноморье. Это совершенно недопустимо. Павел спрашивает у командования
флота, сколько кораблей им нужно, чтобы не бояться англичан? Поразмышляв,
адмиралы-перестраховщики требуют пятьдесят, а еще лучше семьдесят линейных кораблей на
Средиземном море. Только тогда, по их мнению, Россия сможет не опасаться за свои новые
владения. Цифра огромна, но выясняется, что новая средиземноморская Россия может
себе это позволить. В наследство от турок русскому флоту достались не только несколько
захваченных линейных кораблей, но и немалые судостроительные мощности на Эгейском море.
Вместе с верфями Херсона и Николаева, они могут строить по три-четыре линейных корабля
в год. Кроме того, на Средиземноморский флот могут работать и верфи Балтики и
Архангельска, да и Балтийский флот может выделить из своего состава еще несколько кораблей
более теперь приоритетному Средиземноморскому. В начале 1801 года принимается большая
морская программа которая предусматривает строительство и закупку за рубежом 50 новых
линейных кораблей всего за пять лет. Почти все они предназначаются для Средиземноморского
флота. Это колоссальные деньги, но у России они теперь есть. Доходов с новых русских
владений хватит на любой, даже самый крупный флот.
А пока новые корабли строятся на верфях, Средиземноморский флот, избавленный на время от
необходимости воевать с сильнейшей морской державой мира, принимается за новую работу.
Мусульманские государства Северной Африки, формально являющиеся подданными турецкого
султана давно живут только за счет пиратства и работорговли. Война в Европе которая
отвлекает флоты западноевропейских держав от борьбы с варварийскими пиратами вызвала
огромный рост пиратства. До поры до времени и русский флот был слишком занят, чтобы
обращать внимание на комариные укусы пиратов. Теперь же с окончанием войны и мирным
разрешением мальтийского кризиса, все 25 линейных кораблей соединенного
Средиземноморского флота вдруг оказались свободными для борьбы с пиратами.
Первым решают покончить с Триполи, который имеет ценное дополнительное преимущество -
близость к Мальте. Базируясь на Триполи, русский флот сможет в будущем действовать против
Мальты более успешно. Эскадра из пятнадцати линейных кораблей отплывает с Корфу вместе с
пятью тысячами десантников Милорадовича. Двух часов бомбардировки порта оказывается
достаточно, чтобы бей Триполи капитулировал. Заняв десантниками город и освободив тысячи
христианских рабов, русские однако и не думают уходить, как это всегда делали французы
или англичане. Изумленному населению пиратского города обьявляют о низложении бея и
присоединении Триполи к Российской империи. Захваченная в Триполи добыча огромна. Самыми
ценными являются десятки крупных и мелких судов, их обьявляют пиратскими и конфискуют для нужд
Средиземноморского флота. С захваченным городом стремятся установить и наземную связь. С этой
целью флот и армия проводят серию операций для захвата всех крупных пунктов на триполитанском
побережье от Триполи до Египта. А в самом Триполи строится новая крепость и база
Средиземноморского флота. Часть освобожденных христианских рабов решает остаться в городе и
принимает русское подданство. Большинство из них итальянцы и мальтийцы. Вместе с прибывшими с
Ионических островов греками и албанцами они составляют первое население нового русского города
возведенного рядом со старым Триполи. 
Англичане не в восторге от захвата Триполи, но протестовать не осмеливаются. Уничтожение
пиратского гнезда вызывает бурный восторг у населения Италии и Мальты. Русские оказываются
единственными, кто готов всерьез бороться с пиратами. Впрочем положение хозяев Восточного
Средиземноморья к этому обязывет. А англичане, они ведь на Средиземном море только гости...

Третья турецкая война Екатерины (VII)

Захват русскими Триполи вызывает у Англии новые опасения. Как и следовало ожидать, могучая
средиземноморская держава возникшая в результате развала Османской империи стала естественным
врагом Англии. В Лондоне встревожены таким развитием событий и на повестку дня встает так
называемый русский вопрос. Адмирал Нельсон предлагает решить его простейшим способом -
напасть на русский флот и уничтожить, одновременно на Средиземном море и Балтике. Ликвидировав
русскую угрозу на море, следует затем захватить ключевые позиции в Восточном Средиземноморье -
Ионические острова, Крит, Кипр, а также район Проливов. Кроме того, флот окажет помощь туркам
в освобождении Леванта от русских. А на Балканах следует привлечь Австрию к союзу против России.
Таким образом русские будут изгнаны обратно в свои азиатские пределы. 
К сожалению, план Нельсона страдает серьезными недостатками. Начать с того, что захват островов
в Восточном Средиземноморье видимо Англии не по силам, ведь один только двухтысячный французский
гарнизон на Мальте держался больше года. Сколько же времени и сил потребуется, чтобы выбить с
Ионических островов 15-тысячную армию Милорадовича? Крит, Кипр и Родос c многочисленным и
враждебно настроенным к Англии населением представляют столь же серьезные проблемы. Даже если
сил для захвата островов хватит, долгая оккупация потребует такого количества сухопутных войск
каких у Англии просто нет. Про Проливы и говорить не приходится. Балканская армия русских
просто сбросит английский десант обратно в море. Союз с турками также малореален. То есть
турки то, вполне вероятно, с радостью согласятся, но вот помочь им на суше Англия ничем не
сможет. А результат очередной русско-турецкой войны без серьезной внешней помощи вполне
предсказуем, дело кончится тем, что русские раздавят турок и захватят последние провинции
которые у них еще остались. Единственная надежда победить Россию состоит в привлечении Австрии,
но венский кабинет наотрез отказывается обсуждать какие либо планы совместной войны с Россией.
Такая позиция вызвана не любовью к России, наоборот, австрийцы полностью разделяют опасения
Англии насчет чрезмерного усиления мощи русских. Нет, дело в том, что австрийские генералы знают
балканский театр военных действий не понаслышке. Они прекрасно понимают, что блицкрига по-
суворовски у них не получится и австрийская армия увязнет на Балканах надолго, а этим немедленно
воспользуются враги Австрии и захватят ее владения - Пруссия Польшу и Галицию, а Франция
северную Италию. Англия помочь Австрии против этих держав ничем опять же не сможет, как
впрочем и против России. По этим причинам война с Россией для Австрии абсолютно неприемлема.
Другое дело, если Англия и Турция сами разобьют Россию и поражение русских станет очевидным.
Тогда, может быть, Австрия и вмешается, но не раньше. 
Лондон приходит к неутешительному выводу, что война с Россией приведет лишь к очередным
победам русских на суше и их временному ослаблению на море. Англия будет вынуждена держать
значительные силы в Восточном Средиземноморье, но изгнать русских из региона не сможет. Кроме
того, вероятен союз России и Франции, который приведет к полному доминированию этих двух
держав на континенте. Некоторое время рассматривается также и вариант заключения мира с
Францией, который позволит Англии заняться всерьез русскими, но неожиданные события в Париже
кладут конец этим надеждам. 
Мир с Австрией и Россией вопреки ожиданиям Директории создает для нее новую угрозу.
Вернувшиеся с фронтов солдаты и офицеры не хотят и не могут вернуться к мирной жизни. Все, что
они знают и умеют это воевать, мир им совсем не нужен. Армия настаивает на возвращении к
политике завоевательных войн, но Директория обеспечить этого не может. Толчком к выступлению
армии становится возвращение в Марсель ветеранов Египетской экспедиции. Они требуют
немедленного освобождения генерала Бонапарта. Попытка подавить мятеж бонапартистов силами
других частей приводит к их переходу на сторону мятежников. Обьединившись, армия юга Франции
начинает поход на Париж. Часть членов Директории пытается найти выход в соглашении с
Бонапартом. Генерала освобождают из тюрьмы и назначают командующим южной армией. Но
Наполеон легко переигрывает интриганов Директории и вскоре становится неограниченным
диктатором Франции. 
Приход к власти генерала Бонапарта, известного своими антианглийскими взглядами, окончательно
ставит точку в планах Лондона относительно России. Теперь Англии снова понадобятся русские
полки для сдерживания французской угрозы, а для этого нужно срочно мириться с Россией. И Лондон
в очередной раз начинает манить Россию обещаниями отдать Мальту. Для этого нужно совсем
немного, чтобы Россия опять вступила в войну против Франции и помогла привлечь к участию в
новой, уже третьей по счету антифранцузской коалиции другие державы, прежде всего Австрию и
Пруссию. Правда отдавать Мальту русским на деле Лондон не спешит. Главное сейчас втянуть
русских в войну, а потом может и найдется какой нибудь повод не отдавать остров. 
А в Петербурге на этот счет совсем другие планы. Стратегическое решение добиваться господства на
Средиземном море уже принято и менять его император Павел не собирается. Тем не менее
переговоры с Англией о союзе против Франции охотно ведутся, но никаких конкретных обязательств
Россия на себя не берет. Тем временем, Петербург планирует воспользоваться передышкой для
решения неотложных стратегических вопросов. А их у Петербурга два. 
Во-первых, на Средиземном море требуется закончить войну с берберийскими пиратами и захватить
Тунис. С овладением этим стратегически важным пунктом, английская эскадра на Мальте будет
отрезана от своих главных сил в западном Средиземноморье, а королевство Обеих Сицилий окажется
охваченным русскими владениями сразу с двух сторон, что серьезно усилит влияние России на
Неаполь. Таким образом станет возможным лишение английского флота портов на Сицилии и юге
Италии, что опять же приведет к еще более полной изоляции Мальты. Дружественных портов в
Средиземном море у англичан больше не останется, за исключением английских баз на Менорке и
Гибралтаре. Вести успешно войну против России в таких условиях английский флот не сможет. 
Во-вторых, руководство армии настойчиво требует окончательного решения турецкого вопроса.
Возможная потеря господства на море в случае войны с Англией грозит отрезать русские владения на
Ближнем Востоке от остальной империи. Поэтому необходимо срочно провести новую кампанию в 
Малой Азии и восстановить наземное сообщение Константинополя с Ближним Востоком. План
русского командования повторяет в общих чертах операции Кутузова и Багратиона в начале 1800
года. Сирийская армия перейдет через перевал Киликийские ворота и двинется в направлении на
город Икония и далее на север навстречу Забосфорской армии, которая должна наступать на Ангору,
а затем повернуть на юг к Иконии. Встретившиеся русские армии после этого очистят всю Анатолию к
западу от них от все еще оставшихся там турецких войск. Император Павел в принципе план одобряет,
но откладывает его исполнение до окончания войны с Персией. А там тем временем происходят очень
любопытные события. 

Третья турецкая война Екатерины (VIII) 

Война с Персией началась еще в далеком уже 1796 году. Заняв закавказские владения Персии,
русские войска перешли к обороне по реке Аракс и все силы бросили на борьбу с турками.
Несколько раз за время войны с Турцией персидские войска пытались вторгнуться в Закавказье, но
каждый раз неудачно. С заключением мира русская Кавказская армия смогла сосредоточить против
Персии значительные силы, около 20 тысяч солдат, и в первый раз за всю войну перешла Аракс.
Вступив в персидский Азербайджан, русские разбивают наспех собранную армию шаха и занимают
столицу региона город Табриз. Не имея больше сил бороться с Россией, шах вынужден начать
переговоры о мире. Условия русских суровы - Персия должна признать присоединение Дагестана и
Закавказья к России и выплатить значительную контрибуцию, которую русские сами и соберут
оккупировав южный Азербайджан на десять лет. Заставив шаха подписать мирный договор, русские
предлагают ему почетный выход - вступить в союз с Россией. За участие в войне с Турцией, Россия
готова вернуть Персии южный Азербайджан и помочь ей завоевать турецкую Месопотамию. В дальнейшем
Персии будет предоставлена помощь в создании собственного флота на Персидском заливе. Россия
также гарантирует Персии защиту от нападения других европейских держав (разумеется единственной
державой способной на такое нападение является Англия).  Предложение действительно чрезвычайно
выгодное, а потеря Закавказья более чем компенсируется присоединением Месопотамии, однако
заключение союза с Россией поставит Персию в сильную зависимость от русских и шах это прекрасно
понимает. Но другого выхода у него нет, если он откажется, русские вполне способны найти себе
другого шаха, благо претендентов на трон хватает. Договор о русско-персидском союзе подписан и
немедленно начинается работа по выполнению его пунктов. Русское командование планирует
подготовить персов к вторжению в Месопотамию уже к кампании следующего года и нужно успеть
сделать многое. Через каспийские порты в Персию срочно доставляются пушки и военное снаряжение
для персидской армии, в казну шаха поступают субсидии России на сбор новых войск, а русские
офицеры начинают обучать персов методам современной войны. 
Пока готовится персидское вторжение в Турцию с востока, на западе война с берберийскими
корсарами приобретает новый характер. Осознав размеры угрозы, бей Туниса и алжирский дей
договориваются о совместных действиях против русских. В конце лета 1801 года, соединенный флот
Алжира и Туниса появляется у берегов Триполи и высаживает десант на побережье. Несколько дней
русский гарнизон выдерживает осаду пиратов, но вскоре прибывшая с Корфу эскадра адмирала
Сенявина в сражении у Триполи разбивает вражескую армаду. Вступление в войну Алжира и Туниса 
становится толчком к интернационализации конфликта. Сардиния и Неаполь выражают готовность
послать против Туниса свои корабли. Правда крупнейшие морские державы региона в тунисской
экспедции участвовать не смогли, английский флот по понятным причинам, а Франция и Испания из-
за блокады англичанами их побережья. Зато у русских появляется новый, совершенно неожиданный
союзник. Правительство Североамериканских Соединенных Штатов, озабоченное нападениями
пиратов на американские торговые суда в Средиземном море послало небольшую эскадру в три
фрегата с поручением наказать бея Туниса и вернуть своих пленных. Американцы с восторгом
принимают предложение русских присоединиться к карательной экспедиции против Туниса. 
В начале октября 1801 года, русский флот усиленный контингентами союзников отплывает к
тунисским берегам. После бомбардировки крепости, на берег высаживается десант в десять тысяч
солдат. Но тут триполитанский сценарий дает осечку. Гарнизон Туниса отвергает предложение о
капитуляции и начинается долгая осада крепости с суши и моря. Осенью и зимой предпринимается
несколько безуспешных попыток берберских племен Туниса освободить крепость, но воевать с
европейской армией они еще не умеют. Осаждающие однако подвергаются постоянным нападениям с
тыла, а гарнизон часто предпринимает вылазки. Тем не менее, снимать осаду русские и не думают.
Морем им постоянно доставляется все необходимое, а гарнизон Туниса уже к концу зимы начинает
голодать. Весной следующего 1802 года, алжирский флот делает последнюю отчаянную попытку
разбить русских. Новое морское сражение завершается очередным разгромом алжирских пиратов и
потеряв всякую надежду на помощь, Тунис капитулирует. Победа далась на этот раз России очень
тяжело и планы продолжить войну на территории Алжира приходится временно отложить. Но и без
алжирского похода война в северной Африке не прекращается. Несмотря на переход побережья к
русским, арабские и берберские племена Туниса и Триполитании продолжают оказывать
сопротивление. Война на суше с берберийцами неожиданно грозит поглотить значительные силы
балканской армии и для будущей малоазиатской кампании остается очень мало войск. 
А тем временем, несмотря на многократно высказанное императором Павлом намерение отказаться
от дальнейших захватов, "расползание" империи продолжается и на других направлениях. После
занятия Египта, русские войска столкнулись с племенами бедуинами в пустыне и в отдаленных
оазисах. Их покорение признано необходимым, чтобы обезопасить Египет от постоянных набегов
кочевников. Пока сухопутные части в Египте заняты войной в пустыне, одновременно создаются две
военные флотилии, Нильская и Суэцкая. Первая нужна для контроля над бассейном Нила, вторая же
занимается освоением османского наследства на Красном море. В рамках этой задачи первым
занимают порт Джидда на аравийском берегу Красного моря. Турецкий гарнизон Джидды давно
отрезанный от родины деморализован и не оказывает серьезного сопротивления русскому десанту.
Порт Джидда имеет стратегически важное значение, так как рядом расположен священный для
мусульман город Мекка. Шериф Мекки, потомок самого пророка, не является религиозным
фанатиком и готов завязать с русскими дружеские отношения. Союз выгоден обеим сторонам.
Содействие шерифа позволяет поставить под русский контроль весь Хиджаз - прилегающий к Синаю
район Аравии на берегу Красного моря, но в обмен шериф Мекки требует оказать военную помощь
против его соперников в Аравии и русские оказываются втянутыми в очередную войну в пустыне, на
этот раз аравийской.
Новый враг России называется ваххабиты. Эта фанатичная секта возникшая в середине прошлого века
базируется в Неджде, области Аравии к востоку от Хиджаза. Правитель Неджда имам Сауд обьявляет
джихад России и ее союзнику Мекке и начинается долгая война за Аравию. Борьба с Недждом
поглощает военные ресурсы не только Египта, но также Сирии и Палестины, куда начинают вторгаться
ваххабиты. К сожалению русская армия пока не подготовлена для ведения боевых действий в глубине
аравийских пустынь и оплот ваххабитов, оазисы центральной и восточной Аравии еще долго
остаются вне досягаемости русских войск. 
Более успешными оказываются действия русских на противоположном берегу Красного моря. На
эритрейском побережье последний остающийся у турок порт Массауа перешел к русским без боя. С
занятием Массауа, русские завязывают дружеские отношения с правителями христианской
Абиссинии, которая становится естественным союзником России в северо-восточной Африке. В
Абиссинию направляются военные советники и современное оружие и с помощью русских Абиссиния
быстро превращается в самую крупную военную силу в регионе. 
Даже захвата этих двух портов на побережье оказывается недостаточно для завоевания
господствующего положения на Красном море. Для господства над Красным морем необходимо 
контролировать выход из Красного моря в Индийский океан - стратегически важный Баб-эль-
Мандебский пролив. Однако интерес к региону проявляют и англичане, которым ранее доступ в
Красное море был запрещен султаном. Чтобы опередить занятие английским флотом позиций в
проливе, Суэцкая флотилия высаживает десант в йеменском порту Аден, занятие которого втягивает
Россию в еше одну полосу войн в пустыне. Быстро спохватившиеся англичане интригуют и
поднимают против России йеменские племена. Подкреплений из Египта в столь далекую страну уже
практически не поступает и русские в Адене начинают ориентироваться на местные ресурсы. Обложив
данью судоходство в проливе, получают значительные финансовые средства, которые направляются
на подкуп вождей местных племен. Одновременно в Абиссинии нанимаются войска для службы в
Йемене. А вскоре в Красное море приходит подкрепление с неожиданной стороны. С Балтийского
моря, после долгого путешествия вокруг Европы и Африки прибывают четыре русских фрегата.
Вместе с кораблями Суэцкой флотилии они становятся ядром русского флота Индийского океана.____
Оценка: 4.68*11  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Кошкина, "Академия Алых песков. Проклятье ректора"(Любовное фэнтези) М.Атаманов "Альянс Неудачников-2. На службе Фараона"(ЛитРПГ) А.Ефремов "Мертвые земли"(ЛитРПГ) Т.Мух "Падальщик"(Боевая фантастика) С.Суббота "Шесть секретов мисс Недотроги ??????"(Любовное фэнтези) М.Юрий "Небесный Трон 4"(Уся (Wuxia)) С.Казакова "Жена-королева"(Любовное фэнтези) О.Обская "Невыносимая невеста, или Лучшая студентка ректора"(Любовное фэнтези) А.Кутищев "Мультикласс "Союз оступившихся""(ЛитРПГ) А.Белых "Двойной подарок и дракон в комплекте"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"