Альтшуль Павел Михайлович: другие произведения.

Этот город (ч.7)

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    'Project Noir: Le dernier et seul espoir de Franco Dhôiné', 7й эпизод. Прочитав его, можно узнать, о чем думает господин агент, когда его провоцируют, о первых фокусах великолепного до тошноты особого следователя Мийер-Майера, а так же получить возможность побыть зрителем спектакля с участием начальников полиции, карнавальных гигантов, злых гномов и города Нуара лично.


* * *

   - Как ты здесь работаешь? Ослепнуть же можно!
   От светло-серого костюма Агнуса Мийер-Майера в подземелье стало еще светлее. Одет он был иначе, чем в день их первой встречи: вместо сюртука был короткий элегантный пиджак, не стесняющий движений, а шею украшал расшитый серебром платок. В левой руке особый следователь нес длинные ножны, из которых торчала блестящая витая гарда с широкой крестовиной и двуручной рукоятью.
   Бодро поприветствовав Доине, он двинулся к коморке архивариуса. Агент удостоил его лишь взгляда над очками.
   Со словами "как и обещал" Мийер-Майер передал старичку аптечно звякнувший сверток, на что смотритель архива очень долго и горячо благодарил, после чего радостно засеменил прочь. Следователь провожал его с доброй грустью в глазах.
   Надежда агента на то, что он сделает свои дела и уйдет, не оправдалась.
   - Занят? - поинтересовался следователь, с участием наклоняясь над столом.
   Доине красноречиво посмотрел на него поверх нескольких слоев бумаг.
   - Это был дежурный вопрос, - улыбнувшись, признался Мийер-Майер.
   Обойдя стол, он без спросу взял меч агента, восхищенно погладив его по клинку. От прикосновения к оружию чужих рук Доине почувствовал отвратительный физический дискомфорт и, поднявшись с места, грубо вернул свое имущество себе. Отходя к шкафам, вложил меч в ножны и перекинул их ремень через плечо.
   - Что-то нужно? - холодно спросил он, касаясь очередной папки.
   - Я бы не пришел, если б мне не было нужно ничего, - спокойно ответил следователь.
   Агент прикрыл глаза и твердо решил не терять самоконтроль раньше времени.
   - Готов слушать.
   - Франко, - белоснежно улыбаясь, сказал Мийер-Майер, - у меня к тебе будет странное, но очень заманчивое предложение. Сразимся! Один на один, клинок на клинок!
   - Я ошибся, - Доине отвернулся и стал перебирать корешки хранящихся на полке томов.
   - Без огнестрела, - тут же обещал следователь, - И естественно без смертоубийств.
   С тихим металлическим шуршанием ножны следователя соскользнули с длинного оружия, не решившего, видимо, чем оно является - очень уж широкой шпагой или слишком изящным мечом. Следователь сделал шаг к Доине, описав острием сверкающий полукруг, а свободной правой рукой будто бы приглашая к танцу. Не дождавшись ответа, снова принял расслабленную позу.
   - Брось, Франко, - с улыбкой окликнул он, - у тебя наверняка давно не было достойного соперника. У меня - да. А истории о твоем мече ходят самые красочные...
   - И ты в них не веришь, - перебил Доине, - хочешь испытать сам.
   - Наоборот! - горячо заверил его Мийер-Майер, - Верю всем сердцем! И тут - такой шанс! Настоящий подарок судьбы! Не воспользоваться - преступное расточительство!
   - Значит, пойдешь на преступление.
   Чувствовал агент совсем другое. Ему более чем до этого хотелось в кровь разбить следователю его великолепное лицо. Размазать по черепу эту чертову улыбку со всей ее раздражающей ироничностью, навсегда проредить проклятые идеально белые зубы и выбить мерзкие веселые глаза.
   - Ты так не хочешь отрываться от этого клоповника? - Мийер-Майер погрустнел, - Знаю, причиной этому ответственность, а не банальный страх, даже разделяю твою заботу о благе дела! Но мы же просто продемонстрируем один другому пару приемов. Проигравших не будет. Тем более, нас все равно никто не увидит.
   Прекрасно понимая, что все происходящее - игра гораздо сложнее, чем кажется, Доине стал надевать на руки фехтовальные перчатки. Осознание того, что он позволяет себя так легко спровоцировать, быстро и полностью осмысленно отступало перед притоком пьянящей сладко-горькой ярости, под давлением наполняющей тело.
   - Нет опасений, что я могу поддаться на предложение? - последний раз предупредил Доине.
   - Только этого и желаю! - улыбаясь все более зверски, ответил особый следователь.
   Они уже стояли друг против друга.
   - Ну же, Франко! - азартно выдохнул Мийер-Майер - Я чувствую, как твой внутренний зверь ревет! Дай ему волю!
   Воздух рассек быстрый мощный удар. Следом за ним сразу еще два, даже более быстрые и хлесткие. Тяжелые кулаки с гулом рассекли воздух в нескольких дюймах от лица особого следователя, мягкий раструб перчатки коснулся серебристых волос. Воспользовавшись инерцией, Доине нанес четвертый удар - коварный хук, силы которого должно было хватить, чтобы в щепы разнести противнику ребра.
   Мийер-Майер уклонился и от него, пропустил удар под рукой, и, оказавшись позади агента, с легкого полупируэта атаковал сам. Меч, описав в воздухе изящную дугу, плашмя шлепнул Доине по плечам.
   - Франко, не серьезно, - с мягкой укоризной произнес следователь.
   Секунду они неподвижно стояли спиной друг к другу: Мийер-Майер, смотрящий куда-то вперед, мечом в вытянутой руке касавшийся плеч агента; и Доине, до хруста сжавший кулаки, сквозь красные линзы гладящий в пол. Гнев, омывающий его изнутри, теперь был холодный и ровный как лед на подземном озере.
   Его рука неспешно легла на торчащую над плечом рукоять.
   - Герой, - со спокойной и гладкой ненавистью сказал он.
   Поправил очки.
   Направление последовавшего удара Мийер-Майер смог только угадать. Увидеть клинок просто не сумел. Спасли его несколько быстрых отскоков и интуитивно поднятый меч, принявший на себя часть веса последующих выпадов.
   Не дожидаясь пока утихнет звон от первого столкновения, Доине бросился вперед, моментально сокращая дистанцию до предела и работая средней частью лезвия. Не позволяя оппоненту воспользоваться преимуществом в росте и длине оружия, навязывая сверхближний бой. Бил простыми быстрыми парами ударов слева и справа. Так, чтобы бы длина клинка его противника стала недостатком, лишающим маневренности.
   Но Мийер-Майеру удалось закрыться и от этого. Каким-то удивительным образом он смог провести весь меч под клинком Доине и, перевернув оружие, у самой шеи принять удар на гарду. Потом он как-то смог быстро опустить находившуюся у лица рукоятку и отразить удар с другой стороны. Следующие несколько атак он парировал приемами, такими же простыми, как и сами удары, и вскоре смог контратаковать. Несколькими широкими взмахами расчистил перед собой место и восстановил удобную дистанцию.
   От его ударов Доине очень скоро предпочел уклоняться, но при этом стал работать мечом, более коротким и гораздо более тяжелым, чем у оппонента, с опасно возрастающей скоростью, прямо на ходу меняя стили и тактики. Приспособился к неудобной леворукости следователя намного быстрее, чем тот ожидал.
   После серии особо резких столкновений, противники неожиданно разошлись. Мийер-Майер широко и радостно улыбнулся, лезвием описал дугу по полу и, высекая из бетона искры, сам бросился в атаку. Доине прыгнул ему навстречу, принял на середину клинка демонстративно бесхитростный вертикальный удар, и, не меняя положения меча, плашмя вперед ударил крестовиной, вложив в удар всю свою массу. Противники столкнулись. Не потеряв равновесия, Мийер-Майер крутанулся, пируэтом уходя за спину Доине. На долю секунды он коснулся его левого плеча своим правым, потом на мгновение они оказались спиной к спине, а потом, заставив сталь запеть, следователь с разворота атаковал плоским секущим ударом.
   Доине пригнулся и, не глядя, ударил назад ногой, ориентируясь только на слух и движения воздуха. Но ботинок лишь задел полу модного серого пиджака.
   Все еще не видя оппонента, Доине сжался как пружина, резко перенес центр тяжести и, снова вкладывая в удар всю силу, атаковал сверху. Мийер-Майер бил снизу. Мечи, двигаясь в параллельных плоскостях, просвистели в считанных дюймах друг от друга.
   Гася инерцию проворотами, противники снова оказались спиной друг к другу. Инстинктивным, доведенным до автоматизма движением Доине засунул руку под плащ, пальцы сами обхватили рукоятку "Мессершмитта". На лету взводя курок, он со змеиной скоростью завершил разворот.
   И увидел смотрящий на него черный глаз ствола "Хенкеля" раньше, чем его пистолет направился в лицо противника.
   - Мы же договорились без огнестрела, - задумчиво заметил Мийер-Майер.
   Пистолеты они убрали одновременно. Мгновение стояли не двигаясь. Потом Доине перехватил меч, взявшись за рукоятку второй рукой, и медленно подтянул его к груди. А уже в следующий миг взорвался серией чудовищных по силе атак, буквально загнав противника в полную, глухую оборону. Заставляя отчаянно закрывать себя от града быстрых и очень тяжелых ударов, задавливая силой, значительный перевес которой был на его стороне даже при внешнем сравнении.
   А затем резко изменил стиль, и почти застав противника врасплох, нанес длинный шипящий о воздух удар, целясь в шею. Несколькими сложными шагами подготовился к парированию и немедленной повторной атаке. Увидел загадочную улыбку Мийер-Майера. То, как он начинает поднимать меч, чтобы не менее сложным приемом отразить удар и разрушить серию противника. И как он после этого просто опускает руки, позволяя себя убить.
   Осознавая, что не успеет, Доине резко дернул рукояткой, пытаясь изменить направление удара, но сбился с шага и потерял равновесие. Предпринимая последнюю отчаянную попытку сохранить противнику жизнь, нелепо споткнулся и потерял Мийер-Майера из виду. Последним, что он видел, был самый конец его клинка, находящийся около шейной артерии особого следователя.
   Меч закончил движение по смертельной траектории, встретив минимальной сопротивление.
   Первой пришедшей Доине в голову мыслю было то, что за убийство высокопоставленного республиканского сыщика следовала виселица. И далеко не факт, что его сумели бы спасти бумаги Тайной Канцелярии: отстоять своего оперативника было делом чести каждой "секретно-тайной организации", так что в случае разбирательства, бой был бы не менее ожесточенным, чем окончившаяся только что схватка. И победила бы та контора, которая, если продолжать пользоваться цветистой терминологией Грегуара Боннэ, в итоге оказалась бы "мрачнее".
   Следом на агента нахлынуло тошнотворное отвращение даже перед самой позорной вероятностью смерти с веревкой на шее. А потом он услышал аплодисменты и восхищенный голос только что убитого им сыщика:
   - Браво! - лучезарно улыбался Мийер-Майер, - Великолепно! Превосходно!
   Доине посмотрел на свой меч и действительно не увидел на нем ни следа крови.
   - Такой восхитительной разминки у меня не было сто лет, - особый следователь дружески хлопнул его по плечу.
   Агент не обратил на это внимания, так как все его внутренние усилия ушли на то, чтобы скрыть неприятно зудящее удивление.
   - Не один! - не в состоянии сдержать восторг, продолжал Мийер-Майер, - Слышишь, не один самый разудалый рассказ о тебе не врал! Скажу более, они приуменьшали твое мастерство!
   Он подобрал ножны, которые красивым движением выбросил в самом начале боя, и плавно надел их на меч.
   - Если это была какая-то проверка... - с опасными интонациями начал Доине, но следователь его сразу же перебил.
   - Не кипятись, - весело фыркнул он, - Неужели тебе не понравилось? Или уже жалеешь, что не убил меня по-настоящему?
   Немного помолчав, агент ответил с неожиданным спокойствием.
   - Ты получил, за чем пришел, - сказал он, возвращаясь к своим делам.
   Мийер-Майер выполнил изящный глубокий поклон, соответствующий имперскому придворному этикету, и начал удаляться из помещения.
   - Я надеюсь, - перед уходом произнес он, - что теперь мы можем рассчитывать друг на друга.
   - Всенепременно, - холодно бросил Доине.
   - Очень рад, - особый следователь еще раз попрощался и покинул подземелье.
   Оставшись в одиночестве, агент снова занялся архивом, его бескрайними залежами исписанной бумаги и их отражением в своем блокноте.
  

* * *

   Вероятный зритель, смотрящий со стороны, сегодня имел бы возможность лицезреть преудивительные события, которые по необычности поведения героев и примечательности обстановки походили более на театральное представление, нежели на что-то, происходящее в обыденной повседневности.
   Но для начала следовало бы предположить, что сей сторонний наблюдатель знает господина начальника полиции Боннэ достаточно хорошо, чтобы легко распознать его в высоком долговязом мужчине, освещенном лишь неверным светом из окон окружающих домов.
   Именно после этого допущения и начинались странности. Что, спрашивается, может делать такой заслуженно уважаемый и высокопоставленный человек таким глубоким вечером вне дома или места службы? Тем более, одетым в броский синий мундир и высокий кивер?
   Зная всегдашнее и повсеместное отношение обывателей не слишком благополучных городов к представителям закона, ему следовало бы сменить одежду на что-то менее приметное, а лицо скрыть под треуголкой, так как противный нуарский дождь предлагал последнему убедительный предлог.
   Можно было бы счесть возможным, что он возвращался со службы домой, чтобы скинуть рабочие сапоги, влезть в мягкие туфли, дорогой теплый халат и предаться заслуженному отдохновению. Но почему тогда он не воспользовался таким отличным служебным транспортом? Загруженность узкоколеек ведь не проблема! Полицейские вагонеты, идущие под синим химическим маячком, обязаны быть пропущенными всеми участниками движения! Невероятное же удобство!
   Или надо сделать второе допущение, в отличие от первого весьма нелепое, что господин Боннэ, после тяжелого дня вдруг решил прогуляться и сделать крюк в десяток кварталов? И что это были за кварталы! Высокие, отвесные как скалы дома по пять-шесть этажей каждый, многочисленные маленькие комнатки которых сдавались бесчисленным приезжим рабочим. Крутые крыши, латанные поверх тонких листов металла таким грязным гудроном, что дождевая вода, медленно смывающая его слой за слоем, оставляла внутри водосточных труб змеистые темно-бурые разводы. Проходов между зданиями почти не было, во внутренние дворы-мешки вели только арки высотой чуть более человеческого роста, в которых и двое-то могли разойтись только при большой сноровке.
   По одну сторону района шел канал, отделяющий его от торговых улиц. На них несли вахту наемные стражники, на деньги коммерсантов обеспечивающие оплаченный косметический порядок. По другую сторону через полосу отчуждения крошечных конторок, дряхлых лавчонок и мелких государственных учрежденьиц начинались поля труб и глухонемые кирпичные здания промышленной зоны. "Фон Морганн" был виден из этой точки города особенно хорошо.
   Одним словом место было далеко не самым подходящим для вечернего моциона. Справедливости ради стоит отметить, что до трущоб, куда ни полиция, ни даже наемники старались не соваться, было далеко, что несколько объясняло, но далеко не оправдывало неспешность походки господина Боннэ.
   Неожиданно ему преградил дорогу огромный детина, целиком заслонивший его своей тенью. Как на ваш взгляд должен поступить нормальный здравомыслящий гражданин, когда в темное время суток ему вдруг не дает проходу субъект, превосходящий его телосложением более чем в три раза? Точно не как Грегуар Боннэ! Разумно было бы обратиться в уместное в бегство, во весь голос призывая на помощь небеса, всех святых и на худой конец полицию. Но Боннэ был почему-то даже рад встретить господина столь угрожающего вида. Кроме того, следовало подивиться тому, что великан, промышляющий преграждением приличным людям дороги в ночи, был одет в потрясающей выделки фрак.
   Тем временем гигант с механическим кивком-поклоном промычал что-то и пригласил начальника полиции проследовать в узкий, походивший на щель проулок между домами.
   Тот согласился, и детина поплелся за ним. Еще один тревожный звоночек! Если человеку перекрывают путь к отступлению такой массой мышц - а в невообразимой силе гиганта не следовало сомневаться, - то явно что-то от него желают. И вовсе не стоит, не оборачиваясь, идти вперед, беспечно выпустив потенциального грабителя и убийцу из виду, как это сделал господи Боннэ.
   Вскоре перед начальником полиции возникла низенькая неказистая дверь из подржавленного железа, покрытая лоскутами отслаивающейся краски. За ней была крутая, похожая на корабельную лестница с гремящими чугунными ступенями, ведущая в глубокий подвал. Именно на этом слое города, под землей, находилось малоизвестное, но в отличие от внешнего вида своего входа, очень приметное заведение. Оно имело репутацию клуба для избранных, чью элитарность обеспечивали антигуманно завышенные цены, чудовищно не сочетающиеся даже с исключительным уровнем обслуживания и великолепной подборкой самых изысканных напитков, ввоз многих из которых в пределы Республики являлся наказуемым деянием. И даже если принять во внимание определенную щедрость государства к чиновникам положения господина Боннэ, люди его уровня, живущие на честные доходы, могли себе позволить сие заведение не чаще трех-четырех раз в год. Из чего логично предположить, что местная прислуга никак не могла знать начальника полиции, как одного из самых почтенных и стабильных клиентов. Так что факт обратного являлся следующим удивительным аспектом происходящего.
   Господин Боннэ, сопровождаемый гигантом, проследовал через узкий пустынный зал-тоннель, вдоль стен которого выстроилось очень ограниченное количество столиков, за которыми сидели еще более редкие (во всех смыслах!) гости. В свете вполне себе функционирующих газовых трубок стало видно, что на поясе великана висела заграничного вида шпага, чья праздничная карнавальность придавала ему вид участника великосветского увеселения. Косвенно это подтверждала скрывающая лицо белая баута и совершенно определенно опровергала невидимая под фраком кобура могучего двуствольного "Фокке-Вульфа".
   Пройдя через все заведение, они скрылись в одной из двух ниш, в которых располагались отдельные кабинеты.
   - Ситуация, - вместо приветствия начал тот, кто ожидал их внутри, - вызывает все большее беспокойство!
   Исполин плотно затворил дверь и молчаливой глыбой встал у того за спиной, от полумрака приобретя очертания деревянного идола.
   - И вы будьте здоровы, - кивнул глава полиции, присаживаясь и пододвигая к себе бокал с заранее приготовленным для него кроваво-красным напитком.
   Услышав эти слова, сидевший раздраженно засопел, а в его и без того неприятном голосе появились новые нотки. Дальнейший их разговор был до крайности странен, и понял бы его лишь тот, кто знаком не только с общим сценарием представления, но и с черновиками к нему.
   - Плохо не то, - заговорил сидевший, - что поведение нашего общего знакомого стало полностью непредсказуемым, а то, что мы с вами, господин Боннэ, всецело от его поведения зависим.
   - Господин Грильяр, более известный между нами как "наш общий знакомый", - с какой-то скукой произнес Боннэ, - личность противоречивая. Я к собственному спокойствию не знаю, какие персональные сделки вы имели и имеете лично с ним, но из того, что известно мне, я мог бы предложить вообще с ним не связываться.
   - Что за спектакль!!! - взорвался его собеседник, вскочив с места, после чего неожиданно зашелся нехорошим мокрым кашлем.
   Ростом он был весьма невелик, крайне щупл сложением и по сравнению со служащим ему гигантом, которому едва дотягивал до груди, выглядел мерзким уродливым гномом.
   - Вам никто не говорил, что порядочность драгоценна? - заметил Боннэ, слушая тяжелый хрип, исходящий из груди зашедшегося в приступе коротышки.
   - Не вызывайте у меня смех, - поморщился тот, вытирая губы платком, - Я всегда плачу больше.
   Великан за его спиной начинал медленно покачиваться на месте.
   - Не мне вам говорить, - продолжил карлик, - как несвоевременен недавний демарш нашего общего знакомого. Особенно в свете того, чему вы были непосредственным свидетелем, а я слышал из достоверных источников. Сразу два государственных посланца одновременно! Это наводит на определенные размышления. Пока я не знаю, что от нас хотят в Столице. Но скоро выясню это без вашей помощи. Либо с ней.
   - Наших гостей, - со вздохом отозвался начальник полиции, - интересуют дела темные и не имеющие к вам никакого отношения. Беспокойство беспочвенно.
   - Нам могут смешать карты. Предотвратите это.
   - Не имею права. А, кроме того, имею право этого не делать, но уже по нашим договоренностям.
   Карлик скривил некрасивые тонкие губы.
   - Вы крайне непоследовательны в выполнении обязательств, особенно когда внезапно пытаетесь изобразить честного гражданина. Вам не идет. Игры с огнем, господин Боннэ.
   Они оба притронулись к напиткам в бокалах.
   - Мы зависим друг от друга, Грегуар. Ни один из нас не пойдет ко дну в одиночестве. У каждого достанет сил и средств, чтобы дважды закопать любого из повязанных.
   - И каждый сможет выкрутиться. Не думаю же, что вы допускаете, будто бы я мерю всех исключительно по себе.
   Коротышка забарабанил пальцами по столу.
   - А я смотрю, вы ничего не боитесь. Зря!
   Начальник полиции вопросительно поднял бровь.
   - Я имею в виду не себя! - быстро добавил тот.
   - Я догадался, - сказал Боннэ, бросив взгляд на детину позади него.
   Из-под его маски начали стекать какие-то капли, повисающие на подбородке.
   - Киприано! - разозлился карлик, - Немедленно оправься!
   Гигант вздрогнул и быстро-быстро вытер подбородок красной льняной салфеткой, которую потом уронил. Неуклюже наклонившись за ней, задел головой стол, из-за чего стоящая на нем посуда визгливо зазвенела.
   Гневно следящий за ним коротышка раздраженно запыхтел, бормоча сквозь вставные золотые зубы, потом захотел обругать его вслух, но вдруг хрипло раскашлялся, оборвавшись на первом слове и прижав платок к губам. Посмотрев на тот, сморщился совсем уж безобразно и, скомкав, зажал в крошечном кулаке.
   - Вы закончили эксперименты? - после долгой паузы спросил начальник полиции.
   - Мы в них продвинулись. И весьма далеко. А вам это зачем знать?
   - Нужен ли вам материал? Если да, то я предвижу его скорое появление.
   Его собеседник продолжил нервно теребить платок.
   - Взаимное недоверие, - сообщает Боннэ, глядя на поверхность жидкости в бокале, - неплохая основа для сотрудничества.
   - Похоже на тост, - отвечает коротышка.
   Гигант покачивается из стороны в сторону.
   Конец представления. Занавес.
  
  
  
  
  
  
  
  

5

  
  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"