Каури-4: другие произведения.

Молли Навсегда. Часть 2 (37 - 59 главы)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
Оценка: 9.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Вторая часть истории Санни Прюэтт. Главы с 38 по 59. Продолжение будет в третьей части (движок не позволяет больший размер или мне так не везёт)

Молли навсегда (часть вторая с 38 главы)

Направленность: Гет

Автор: kaury4

Беты (редакторы): venbi

Фэндом: Гарри Поттер

Пейринг: Молли Прюэтт/? (там видно будет)

Рейтинг: R

Жанры: Романтика, Ангст, Драма, Фэнтези, Повседневность, Учебные заведения, Попаданцы.

Предупреждения: ОЖП, Смерть второстепенного персонажа, Элементы слэша

Размер: планируется макси, написано 1268 страниц

Кол-во частей: 44

Статус: в процессе

Описание: Саньке Осинкиной не повезло - попала-то она в Поттериану, круто все, магия и прочий Хогвартс. Но в Молли Прюэтт? Если и был персонаж, который ну никаких чувств особо не вызывал, разве что раздражение и тоску, то именно эта рыжая ведьма с выводком невоспитанных эгоистичных уизлят. И рано она обрадовалась, что ещё не замужем.

Глава 38

Эжени Вуд вышла из кабинета ЗОТИ, чувствуя себя выжатой, как лимон, но довольной. Всё же занятия с Мэдисоном дали свои результаты. А некое разочарование, оставшееся от свидания пятидневной давности, сошло на нет. В конце концов, рано или поздно это всё равно случится. Так почему не на Рождество?!

Хотя свидание, если совсем честно, ей понравилось - Реган сумел удивить, точнее - даже шокировать. Об этом она вспоминала с мечтательной улыбкой, когда была уверена, что никто не видит.

В тот день, или вернее полночь, она даже ни на минуту не опоздала, поднявшись к ванной старост ровно за три секунды до двенадцати. Это пусть всякие Эвы Стэнли заставляют парней ждать и нервничать. Эжени не такая. Ну, в глубине души она признавала, что просто не представляет, кто захотел бы заставить нервничать Регана Мэдисона - уж точно не она. И точно не в этот день, когда почти решилась расстаться с поднадоевшей девственностью.

Реган тоже ждать себя не заставил, материализовался из тени - около входа в ванную старост их было предостаточно - и сразу втянул её в горячий многообещающий поцелуй.

- Ну же, рыбонька, - этот гад даже не запыхался, а вот она честно пыталась поймать ртом воздух, совершенно потерявшись во времени и пространстве. - Мы зайдём? Ты же не хочешь, чтобы нас застукали здесь за самым интересным?

Эжени отвернулась, чтобы скрыть от него отчего-то пылающее лицо, и торопливо пробормотала пароль, открывая ванную старост. Сердце билось в груди, как пойманная в клетку птица. Это сравнение теперь ей было очень близко. Она сама ощущала себя птицей, пойманной наглым слизеринцем, вот только покинуть эту клетку ни возможности, ни тем более желания уже не было. В клетке ведь она находилась не одна, а вместе с этим невозможным парнем, который ей всё же безумно нравился, хоть Эжени и боялась в этом признаться даже самой себе.

Стало чуть легче, когда, оказавшись внутри, они заперли дверь. Как хорошо, что в ванную старост невозможно войти, если она заперта изнутри! А потом она поглядела на Регана, который невозмутимо и медленно раздевался, не сводя с неё насмешливого взгляда, и вся нервозность разом вернулась.

- Что ты делаешь? - выпалила она, так и стоя у стены. Даже прижалась к ней спиной для верности. На бассейн посмотреть не хватало духу. Неужели всё случится там? Прямо сейчас?

Эжени сильно пожалела, что не выпила успокоительного. А ведь флакончик она прихватила, лежит в сумке! Девушка сглотнула - Реган уже снимал рубашку. Мантия висела на спинке стула. На фоне будто светящейся воды в бассейне его тело казалось смуглым. С жадным любопытством она отмечала мощную грудную клетку, совершенно безволосую, кубики пресса на животе... А вот тут тонкая полоска волосков уходила под ремень брюк. Вздрогнула, когда его руки легли на ремень, и поспешила отвернуться.

- Рыбонька, смотри на меня. Я же для тебя стараюсь. Ну же, - Реган говорил мягко и настолько убедительно, что мурашки уже табунами бегали у неё по телу, а ослушаться и мысли не возникало. - Или, может, добавить музыку?

Чарующая мелодия заполнила большое помещение, как по волшебству. То есть - конечно же, по волшебству.

Эжени послушно смотрела в лицо жениха, чувствуя, что вся горит. Но взгляд опустить просто не могла, не теперь, когда в его глазах светится насмешливое понимание.

- Раньше ты меня называл птичкой, - тихо пробормотала она, но Реган услышал.

- Знаю, радость моя, - лениво улыбнулся он. - Просто сегодня тебе предстоит побыть рыбкой. Или, может, русалкой?

Она замотала головой.

- Подойди! - велел Мэдисон.

Эжени с трудом отлепилась от стенки и сделала несколько шагов вперёд. Замерла было, но тут же неведомая сила, захватив её, притянула практически вплотную к Регану.

- Я передумал, - шепнул он ей в губы. - Дальше ты разденешь меня сама. Кивни, если слышишь.

Эжени судорожно кивнула и скользнула руками по его бокам, бестолково уцепившись за брюки. Нащупать застёжку оказалось целой проблемой.

- Будет проще, если ты будешь смотреть, что делаешь, - буднично порекомендовал он, осторожно стягивая с неё мантию.

- Может, ты сам? - больше всего хотелось зажмуриться.

- Да, рыбонька. Тебя я раздену сам, так и быть. Подними-ка ручки... Спешить нам некуда, не правда ли?

Судорожно вздохнув, она ещё раз кивнула и поспешно отдёрнула пальцы от застёжки, поднимая руки. А потом охнула, когда с неё мгновенно стянули рубашку вместе с мантией, оставив стоять в полупрозрачном лифчике. Бельё казалось таким правильным и соблазнительным, но только не теперь - под его жарким взглядом.

- Размерчик что надо, - грубовато заявил Реган, нежно касаясь её груди и обводя по контуру пальцами. Она затаила дыхание, ожидая большего. Не дождавшись, подняла взгляд. И залюбовалась его лицом, словно ставшим строже и даже красивее. Глаза практически светились, пока он придирчиво разглядывал её тело. - Посоветовал бы тебе одеваться, как Валери или Бель, нельзя такое чудо прятать под этими тряпками. Только вот, как представлю, что кто-то, кроме меня, будет смотреть... Ничего не меняй, короче.

С этими словами он опустился на колени, словно не заметив возмущённого взгляда, и сразу занялся юбкой и чулками.

Её снова страстно поцеловали, когда она осталась в одном белье - сначала в живот, вызвав там огонь, а потом в губы. И снова она потерялась в ощущениях, пока он не отстранился. В следующее мгновение её просто зашвырнули на середину бассейна. Выныривая из глубины и отфыркиваясь, Эжени тут же осознала две вещи: на ней неведомым образом даже белья не осталось, а Мэдисон уже рядом и, кажется, тоже совсем без одежды.

Его глаза смеялись, а мокрый ёжик на голове так и манил прикоснуться.

- Попалась, - весело заявил он, прижав её на мгновение к себе, но сразу же отпустил. - Стой здесь!

Что значит "стой", когда глубина в середине была выше её роста, спросить она не успела. А потом началось что-то невозможное. Едва Реган устроился на дальнем конце бассейна, как вода словно взбесилась, закручиваясь вокруг неё весёлыми бурунами и словно удерживая на поверхности. Тысячи крохотных струек полетели вверх, массируя кожу, а сама Эжени стала подниматься всё выше и выше, пленённая водной стихией, словно ожившей и закрутившейся вокруг её тела. Испугаться не успела: увидела, как Мэдисон вытянул руки ладонями вверх, и поняла, что это его шуточки.

Только вот теперь, пусть и в водяном коконе, непрерывно вихрящемся вокруг её тела, она была вся под прицелом его прищуренных глаз. И руками не прикрыться, ими она пыталась балансировать, чтобы удержаться в этой игривой волне.

Реган улыбнулся и поманил её пальцем, и смерч из водяной пыли завращался быстрее, приподнял Эжени ещё выше и вдруг закружил по всей поверхности бассейна, с каждым кругом всё ближе подводя к Регану. Это было так потрясающе - она словно вальсировала под пронзительно прекрасную мелодию! То подлетая к высокому потолку, то почти ложась на поверхность воды, то закручиваясь в бешеном ритме.

И уже задыхалась от восторга, когда волна с последним аккордом невидимого инструмента швырнула её прямо в сильные руки жениха.

- Реган! - засмеялась она, заглядывая в потемневшие глаза. - Ты что - водник?

- Тсс! Это маленькая семейная тайна, - улыбнулся он совсем по-домашнему и лизнул в мокрую щёку. - Понравилось?

- Да, да, да! Я никогда такого не испытывала! Это так здорово!

- Ты просто не видела, что может вытворять мой племянник! Только это тоже между нами. Начинай привыкать к семейным секретам.

Кажется, он смутился, и сердце Эжени тут же затопила невозможная нежность. Она смело обняла его ногами за талию, и ладонями обхватила лицо.

- Я люблю тебя, Рег! - выдохнула быстро-быстро и впилась поцелуем в приоткрытые губы Мэдисона.

И ничего не поняла, когда её оторвали от очень желанного тела, жёстко усадив рядом на какую-то приступку.

- Молчи, - прохрипел он, зажмурившись и не отпуская её руку. Словно боялся, что она снова на него набросится! Когда Реган открыл глаза, они словно стали светлее. - Я не железный, рыбонька, - голос был тихим и в нем слышалось сожаление. - Но остальное только после свадьбы. Так будет лучше для всех! Понимаешь?

- Но... Как же... - она беспомощно смотрела на него, не зная, как не выдать желание получить прямо здесь - всё и сразу. И в то же время намекнуть, что она совсем не против. - Значит... Это всё?!

- Ну-у, почему же? - протянул он, и коварно улыбнулся. - Кое-что мы можем...

Что было дальше Эжени могла вспоминать только глубокой ночью, иначе казалось, что её румянец видит каждый встречный. Нахальный водник, не касаясь невесты, вытворял только при помощи воды ТАКОЕ, что ... Увы, всё закончилось слишком быстро.

- Поженимся на каникулах? - одевал её Реган так быстро, словно его этому обучали, и совсем не любовался больше её округлостями. Даже предложение было какое-то торопливое и ни капли не романтичное. Хорошо хоть высушил, едва достав из воды, слабую и ещё плохо соображающую после пережитого.

- На каникулах? - повторила она растерянно. - Они же через неделю... две...

- Я столько ждал! Соглашайся!

- И сколько ждал? Месяц? - смогла она слабо фыркнуть.

- Пять лет, - серьёзно поправил он. - Твёрдо решил жениться на тебе на третьем курсе.

- При одном условии! - быстро произнесла она, чтобы скрыть умиление, возникшее так некстати.

- Слушаю, - Реган смотрел пристально, уже застёгивая свою рубашку.

- Подготовь меня к экзамену по ЗОТИ!

Некоторое время он молчал, надевая ботинки, мантию, поправляя ремень в брюках. Потом легко развернул её к выходу, куда и повёл, придерживая за талию.

- Каждый день после восьми, - сообщил он, прикрывая за ними дверь ванной старост. - Встречаемся возле библиотеки. А свадьба сразу после Рождества. И на каникулы ты едешь ко мне! Договорились?

Эжени закусила губу, глядя в напряжённое лицо жениха, ставшее как будто чужим. Словно он не верил, что она согласится. Как будто она могла ему сейчас отказать! Смешной!

- Договорились! - она протянула ему руку. Так делал дед-драконолог, когда заключал сделки.

Реган криво улыбнулся, пожал ей руку и дёрнул на себя. И опять поцелуй был совсем другим, не похожим на прежние - жёстким, властным, будоражащим. И кто-то ещё утверждал, что не умеет целоваться!

Её отпустили так же резко и, развернув, намекнули, что пора и честь знать. Во всяком случае, шлепок по попке вышел смачный. Обернувшись, чтобы высказаться, она уже никого не увидела. Даже не проводил!

Да, они встречались каждый день, и в каком-то заброшенном классе Реган весь вечер натаскивал её по ЗОТИ, совершенно не жалея. Критиковал так, что слёзы невольно выступали на глазах, до посинения заставлял повторять одно и тоже. И хоть бы разок чмокнул в щёку или ласково улыбнулся. Или попытался утешить. Бассейн, видимо, был забыт, как большая ошибка. А её учили, как минимум, для боёвки, а не для банального зачёта.

Теорию Реган тоже с ней подтянул, так что единственной, хоть и значимой наградой за мучения, стала удивлённая улыбка профессора Робертса, когда он пробежал глазами её работу и задал несколько вопросов.

И теперь Эжени была даже рада, что выгадала такое полезное условие. Главное - почти забылось недовольство от странных перемен в настроении жениха. И у него ведь зачёты. Все на нервах были, даже тот же наглый Лестрейндж.

Не успела она дойти до конца коридора, как Реган оказался рядом.

- Погуляем? - вот опять - и куда только делся жестокий наставник. Улыбка была снова вполне милой.

Пришлось радостно кивнуть, а разговор с Санни отложить до лучших времён. Подругу она всё ещё не пригласила на скорую свадьбу. Только деду и родителям сообщила, сразу, ещё в понедельник.

Дед написал, что одобряет, что хорошо знает Малькольма Бэддока и уверен, что жених замечательный. Логики она не поняла, как и того, причём тут какой-то Бэддок. Но была очень рада и одобрению со стороны любимого деда, и обещанию приехать на свадьбу.

А родители поздравили очень сдержанно, выразив некоторое удивление такой поспешностью. Даже попытались осторожно выведать, нет ли для такой спешки очень интересных причин. И даже не у неё, а у смеющегося братца Роберта.

- И что ты им ответил? - нахмурилась тогда Эжени.

- Конечно же есть, - ещё сильнее развеселился Роб. - Я прямо написал, что рассчитываю стать дядей не позже осени.

Эжени еле удержалась от братоубийства, но на горизонте появился Реган, и пришлось срочно мириться. Не дай Мерлин узнает, о чём они говорят - стыдно же будет! Но Роб не выдал, они вообще с Реганом стали друзьями, судя по всему. И когда только успели?!

Оставалось позвать на свадьбу Санни. Остальных гостей она оставляла на усмотрение жениха и своих родителей. Кроме подруги, ей больше никого из школьников приглашать не хотелось. Разве что Чарити Бербидж. Когда-то они неплохо проводили время втроём.

- К озеру? - спросила она Мэдисона, когда они вышли из школы.

- К воротам. Помнишь, я про племянника говорил? Встречаемся с ним по одному делу. Как раз вас познакомлю. Пойдёшь?

- С тобой - куда угодно, - легкомысленно ответила она и получила удивлённый взгляд.

- Правда? - тихо спросил Рег, остановившись. - Я не слишком тебя тороплю? Всё ещё можно отложить...

- Ты что!!! - возмутилась Эжени. - Я уже дедушке написала!

- О! Ну раз дедушке..., - серьёзно покивал гад Мэдисон, увлекая её по дороге к воротам. - Тогда всё, мне не отвертеться.

- Реган!!!

- Но я очень рад этому, птичка моя, - абсолютно без иронии добавил её Реган... Да, он давно уже стал только её, и ничей больше!

Она снова была птичкой, но надеялась, что после свадьбы ещё хоть разок Реган сделает её рыбонькой. Или не разок. Всё-таки, несмотря на разочарование в определённом плане, свидание у них было потрясающе прекрасным. И если повторить после свадьбы, когда всё уже будет можно, такое водное приключение может стать ещё интересней.

Словно прочитав её мысли, жених ухмыльнулся, подмигнул и загадочно сообщил:

- У нас всё будет, радость моя! Всё, что захочешь.

Солнце посылало косые лучи сквозь затянувшие небо низкие облака. Лёгкий ветерок едва слышно шелестел в мёрзлых кустах и словно нашёптывал ей что-то неразборчивое и романтично-глупое. Мэдисон легко приноровился к её шагу. Он держал её за руку, и даже то, что её ладошка полностью тонула в его руке - безумно нравилось. Она искоса поглядывала на жениха, такого большого и сильного, даже опасного. И было жутко приятно и в то же время немного грустно, что такой парень ждал её с третьего курса, а она узнала об этом так поздно! И почему молчал?!

Стало немного жаль, что впереди уже показались ворота. С Реганом даже молчать оказалось легко.

- А вон и мой племянник! Джеффри Бэддок.

- А Малькольм Бэддок ему... вам не родич? - оживилась Эжени.

- Откуда знаешь?

- Дедушка его знает, - призналась она. - Он драконолог, живёт в Ирландии, в заповеднике драконов.

- Интересный у тебя дедушка... Надеюсь с ним познакомиться. А Малькольм - муж моей сестры и отец Джеффа. Племянник старше меня на полтора года, будущий целитель и тоже водник, а ещё умный и начитанный, только не смей им увлекаться! Моей сестре было шестнадцать, когда она его родила. Я вас познакомлю на каникулах.

- Мне показалось, что твоя мама совсем молодая. Да и отец...

- Отцу почти шестьдесят. Просто хорошо сохранился. А мама у него вторая жена. Потом расскажу... Привет, Джефф!

- Моё почтение, дядюшка Реган, - весело приветствовал Мэдисона высокий худой парень с добродушным взглядом. - А это, полагаю...

- Моя невеста, Эжени Вуд.

- Мне уже можно называть вас тётушкой, милая леди?

- Полегче, - осклабился Реган, отчего Бэддок поднял руки в шутливом жесте. - Не слушай его, птичка. Он так больше не будет. Ты принёс, Джефф?

***

- Артур!

Севший голос Риты прозвучал так странно, что рыжик рванул к ней через всю лабораторию, едва не снеся по дороге какой-то котёл. Тот завертелся волчком, но устоял. И парень успел удивиться, что в такие мгновения умудряется думать о какой-то ерунде.

- Что тут? - он тоже уставился на стену, бывшую совсем недавно дверью, и охнул. Ровный прямоугольник пошёл пузырями, словно за дверью скрывалась комната, которая раскалилась от бушующего в ней огня.

- Мне страшно! - тихо призналась бесстрашная Мантикорочка, отчего у Артура по спине пробежали мурашки. - Так, быстрее! Ты помнишь, где находилась эта дверь? Ну, вход в лабораторию Вестерфорда?

- Помню! - сквозь зубы выдавил парень, рванув к новому выходу лаборатории. Ноги казались ватными. Предчувствие катастрофы заставляло сбиваться дыхание. Одно только утешало - несмотря на его спринтерский бег, Рита не отставала.

В голове билась мысль, что слишком поздно, и сожаление, что после зачёта они сразу не пошли в лабораторию, а задержались в своём "убежище", чтобы выпить чаю и поговорить. А что если за дверью чей-то труп? Насколько опасным было то заклятие, что Рита оставила в качестве сюрприза для директора? А вдруг это тот мальчишка Рой зачем-то пошёл к лаборатории Дамиана?

Бежать пришлось чуть ли не в другое крыло - как ни странно, к тупику, в котором находилась раньше дверь в лабораторию, нужно было подниматься по другой лестнице. Артур взлетел по ней одним махом, перепрыгивая сразу через несколько ступеней. Потому у тела, распростертого на полу возле совершенно гладкой стены, он оказался первым. Ещё издали он понял, кого увидит - цветастая мантия в звёздах могла быть только у директора. А оказавшись подле него, едва сдержал рвотный порыв.

Тело лежало на спине. Всё лицо Дамблдора заливала кровь, успевшая превратиться в отвратительные сгустки. Бороды не было вовсе. Тяжело дышавшая Рита подлетела к нему и ухватилась за локоть.

- Умер? - выдохнула она. - Мордред! Я не хотела...

- Подожди! - сжав зубы и преодолевая тошноту, Артур осторожно опустился на колени и приложил пальцы к запястью. Они как раз недавно выясняли, как можно определить без магии, жив человек или умер. Пульс не прощупывался, и тогда его осенило - магия же!

Но Рита уже и сама подняла палочку, произнеся диагностическое заклинание.

- Жив, - растерянно произнесла она. - Так, посмотри, нет ли чего... Нет, я сама.

Он придержал её, когда девушка наклонилась над жутким лицом директора и вдруг зажала руками рот. Едва удалось её оттащить. Не хватало ещё упасть в небольшую лужицу крови, натёкшей возле головы.

- Там... Там дротик! Погоди, надо вынуть без магии. Наши палочки могут проверить.

- С какой стати? - возмутился он. - Ты же не собираешься сама вызывать помощь? Рита, воспоминания тоже проверить могут, надо как-то иначе сообщить.

- Хорошо, Артур, делай как знаешь. Мне... сейчас полегчает.

- Акцио дротик! - он схватил прилетевший окровавленный дротик заранее приготовленным платком и сунул его в карман. Стон, раздавшийся с пола, едва не лишил остатков самообладания. - Уходим, быстро!

Ближе всего отсюда было дойти до кабинета директора. Оттуда спускалась ещё одна лестница. Артуру показался такой путь более безопасным. Риту он крепко держал за руку, приноравливаясь к её шагам. Но остаться незамеченными не удалось, так как у горгульи, охраняющей вход в директорский кабинет, стояла Минерва МакГонагалл, недоумённо повторяя пароль.

Пройти мимо неё незамеченными не представлялось возможным. Просто руки опускались от того, как всё неудачно складывалось. И верно - декан Гриффиндора обернулась, видимо, услышав шаги.

- Что случилось? - воскликнула она, поменявшись в лице. - Что с вами? Мисс Скитер? Артур?

Он замер, поскольку все мысли словно улетучились, оставив голову совершенно пустой.

- Там, - он обречённо махнул на коридор, из которого пришли. - Мы шли за помощью!

Рита вдруг упала на колени и её вырвало прямо под ноги профессора.

МакГонагалл, не растерявшись, велела оставаться на месте. Сама же поспешила в указанный коридор. Кажется, она отправила патронус - Артур был уверен, что видел вдали серебристую кошку. Он помог Рите подняться, обнял её и вздохнул, когда девушка с силой прижалась к его груди, вцепившись в свитер.

А вот МакГонагалл удивила. Она снова оказалась рядом, всё такая же собранная, лишь немного побледневшая.

- Что вы там делали? - спросила она Артура, пристально заглядывая в глаза.

- Целовались, - буркнул он. - Там нет портретов.

И наплевав на всё, осторожно погладил по голове всхлипывающую Риту.

- Профессор! Он жив? - глухо и жалобно прозвучал голос девушки.

Минерва покачала головой и направила палочку на пол:

- Эванеско! Живо уходите. - Её голос неожиданно смягчился. - Артур, уведи мисс Скитер куда-нибудь подальше. Не хватало ещё, чтобы вас заподозрили... Он жив, мисс Скитер, хотя очень плох. Но я не удивлена, учитывая последнее заклинание в его палочке. Ох, Альбус... Хорошо, что больше никого не было рядом. Ну же, идите, сейчас здесь будет целитель. Авроры тоже, хоть и немного позже, как я думаю.

Они поспешили воспользоваться разрешением, а за углом Рита вдруг ожила, и теперь уже она бежала впереди, ухватив его за руку. Никаких признаков слёз не осталось, когда они влетели в своё "убежище". Рита заметалась по кабинету, наконец схватила что-то с полки шкафа и рванула в лабораторию. Артур успел понять, что это подслушивающий прибор.

Они больше не разговаривали, просто слушали, как кроет матом каких-то помощников целитель Уайнскотт, как твёрдо отвечает кому-то Минерва: "Да, это я обнаружила директора. Нет, ничего не слышала, просто пошла в эту сторону, не застав его в кабинете..." Дальше уже было не разобрать. Затихли вообще все звуки.

Рита громко выдохнула и как-то отключила прибор. Они сидели прямо на столе, который был придвинут к стене.

- Ну вот. Остаётся ждать, что предпримет МакГонагалл. Она меня удивила, если честно.

- А меня нет, - Артур поёжился. - Она решительная и справедливая, хоть и слишком молодая для декана. Это как раз в её духе. Ну и твоя реакция, видимо, повлияла. Не ожидал, что тебе станет так плохо.

Рита негромко хихикнула.

- Вытяжка из корня ипекакуаны, - призналась она. - Боюсь, в мои слёзы она бы не поверила.

Он покачал головой, восхищаясь.

- Как думаешь, он выживет?

- Честно? - Рита испытующе посмотрела на парня. - По мне, так лучше бы сдох. Совсем.

- Удивляюсь тебе, - вздохнул Артур и обнял её за талию. - Упыря тебе жаль, а директора нет.

- Сравнил, - фыркнула Рита, кладя голову ему на плечо. - А тебе что, жалко директора?

- Честно? - повторил он её вопрос. - Нет. Знаешь, я только сейчас понял. Я всегда его боялся. Это очень неприятное чувство.

- С Забини придётся повременить, - задумчиво произнесла Рита. - Займёмся после каникул. Хотя... кое-что я ему сообщу. Пусть мозги напрягает, умник, а не другие части тела.

Он только кивнул, потом спрыгнул со стола и потянул её за собой.

- Пойдём, Мантикорочка. Выпьем огневиски. У меня припрятано здесь полбутылки.

- И ты молчал! - Рита снова была похожа на себя. И это радовало куда больше, чем известие, что Дамблдор всё ещё жив.

Пили по очереди прямо из горла. А потом почему-то стали целоваться. Артур с трудом смог остановиться, понимая, что несмотря на свою стойкость, Рита просто всё ещё не в себе. Снова выпили, а потом устроились на диванчике, прямо в мантиях.

- Разбуди меня утром, - попросила она заплетающимся языком.

Он кажется кивнул, прижал её к себе покрепче и отрубился.

***

Ричард Лестрейндж задумчиво жевал травинку, стоя на высоком холме и осматривая далёкий остов малого замка. Издали родовое гнездо, оплетённое растениями, сейчас потерявшими все листья, с пустыми глазницами тёмных узких окон - выглядело пугающе. На той стороне реки оно было единственным, не считая пары пристроек и бывшего домика привратника - он смотрелся отсюда нелепым скворечником на высокой ноге. Избушка старой ведьмы из славянских сказок, да и только!

Тропинка к развалинам некогда была широкой мощёной дорогой, но сейчас практически не различалась среди кустов и деревьев, несмотря на то, что детвора лихо преодолевала полуразрушенный горбатый мост и наверняка лазила по опасным развалинам, точнее по той части, что была им доступна. Большая часть бывшего замка, включая единственную башню, всё ещё находилась под защитными чарами, которые давно уже нуждались в обновлении, да только руки всё не доходили.

Как полноправный владелец этих земель, Ричард видел все детали замка, а любой другой мог бы только различить часть полуразвалившейся стены у правой неплохо сохранившейся пристройки. Там и пытались свернуть себе шеи малолетние разбойники ковена, несмотря на все запреты наставников.

Да что далеко ходить, сам Дикон, будучи мальцом, тоже страсть как любил полазить среди готовых рухнуть на голову стропил и перекрытий, забраться на невидимую никому, кроме хозяйского сына, крышу и исчезнуть с глаз приятелей с какой-нибудь книгой. А потом вдохновенно врать, что побывал в другом мире, где небо голубее, земля чернее, солнце ярче, а деревья зеленее и вдвое, нет, втрое выше здешних.

Слушали его скептически, но с тайным вниманием, просили взять с собой, а он лишь разводил руками - не могу, я-то, дескать, особенный, и только мне можно...

Ричард усмехнулся своим воспоминаниям, запахнул тёплую куртку, но застёгивать не стал - утро выдалось тёплым и не по-зимнему солнечным. Вызвав Темпус, убедился, что до условленного времени осталось полминуты, и резко развернулся на звук. Сухопарый высокий волшебник криво усмехнулся, протягивая руку и зорко оглядываясь вокруг.

- Не опоздал?

- Минута в минуту, - ухмыльнулся Дикон, сплёвывая травинку.

Рукопожатие вышло крепким, старик Картер Кросби хоть и подряхлел изрядно, а хватку не растерял.

- Там? - уверенно ткнул он крючковатым пальцем в сторону развалин.

- Оно! Прогуляемся?

- По тому мосту? Уволь, Дикки, я ещё пожить хочу. Перенеси старика. Будь добр.

Аппарировали почти к самым развалинам. Старый мастер лишь усмехнулся и бодро зашагал к облупившейся стене малого замка, пока Ричард, не скрываясь, морщился, поглаживая живот - не любил он парных аппараций, да и вообще никаких, к тому же ещё на голодный желудок. Скрывать от Кросби не имело смысла, тот знал его ещё мальчишкой как облупленного. Наверняка нарочно заставил аппарировать, припомнив эту слабость...

- Как тебе домик? - догнал его Дикон.

- Чары снимай, мог бы и заранее подготовиться, - проворчал старик. - Сколько башен? Подвал есть? Сколько этажей, высота потолков, жилые помещения, камин?

Лестрейндж поспешно занялся снятием чар, которые оказались на удивление крепкими, умели деды ставить охрану. Отвечал на вопросы отрывисто:

- Башня одна, каминов два, на первом этаже почти целый, на втором почти разрушен. Два этажа и мансарда с выходом на крышу. В башне внизу чулан, лестница, один верхний этаж и чердак. Подвал шире дома примерно вдвое и настолько же длиннее.

- Расширение пространства?

- Разумеется, - Ричард порадовался, что накануне еще раз внимательно изучил план здания с пояснениями, сделанными ещё его дедом - министром Рудольфусом Лестрейнджем. - Не поле для квиддича, конечно, но только потому, что высоты не хватает.

- Что там будет?

- Ритуальный зал, думаю, сохранился. Мастерская - обязательно, заодно верстаки разные, ну, что там ещё для артефакторов...

- Знаю, сделаем. Любой артефактор ахнет. Я даже все защиты поставлю практически даром. А ещё тренировочный зал? Так?

- Так, обязательно нужен.

- Что-то ещё интересное?

- Да, в общем-то... Хотя есть. По планам там имеется подземный ход, который из этого подвала ведёт в южную башню Лестрейндж-холла, но состояние явно непригодное - сотню лет не пользовались.

- Это интересно, - оживился Кросби. - Восстанавливать будем? И разумеется, под клятву.

- Дом? Или ты про...

- Конечно, я про подземный ход, умник. Про дом уже и так понятно. Что, не хочешь пасовать перед лордом-драконом?

- При чём тут Нотт? - Ричард опустил палочку и мрачно поглядел на веселящегося Кросби. Не зная его, можно было подумать, что старик пытается кого-то устрашить своим оскалом.

Но глянув на проявившуюся башню, старый мастер скалиться перестал и присвистнул:

- Хороша! А как сохранилась-то!!! Зубцы подправим, обновим...

- Кросби, ты мне про Нотта скажи. Позже о зубцах!

- Ну как же, лорд-дракон сыну домишко купил, у Кавендишей. Хороший дом, куда можно будет после мелкого ремонта и молодую жену привести.

- Вы это что? - Ричард сплюнул под ноги, и прищурился: - Ставки делаете, проходимцы? И откуда прознали?

- Шило в мешке не утаишь, милорд, - хохотнул Кросби. - А нашим парням всё развлечение, не обессудь. Дальше нас не пойдёт, ты же знаешь. Если тебе станет легче, я ставил на твоего парня.

- И сколько ставил?

- Пятьдесят золотом.

- А на Нотта?

- Как можно, Дикки?!

- И кому ты врёшь, Глухарь? Кто за тебя ставил, сын, внук?

Кросби фыркнул на давнее прозвище, покрутил тощей морщинистой шеей и махнул рукой.

- Ушлый ты, Дикки! Всё помнишь. И ведь какой сноровистый был, загляденье. Я даже подумал: ты чего сам не возьмёшься восстанавливать? Глядишь, и на мне бы сэкономил.

- Некогда мне этим заниматься. И зубы не заговаривай. На Нотта сколько поставил?

- Вот же пристал. Внучка я попросил, он самый молодой в бригаде, но норовом в меня пошёл. Сыну-то всё нормально и хорошо, что бы ни предложили другие, не азартный совсем, хоть и старательный, так что внуку оставлю хозяйство. Смышлёный и прыткий уродился.

- Так сколько на Нотта?

- Сотню.

- Ну не шакал ли? - отчего-то расстроился Лестрейндж, и дёрнув из-за пояса хлыст, в сердцах сбил несколько веток разросшихся колючек у покосившейся полусгнившей двери и покрытых трещинами и выбоинами каменных ступеней. - Ладно. Давай о деле.

- Хорошо удар держишь, - серьёзно покивал Кросби. - Внутрь можно не ходить, я, пока ты болтал, уже всё понял и прикинул.

- Я болтал?

- Не придирайся к словам, Дикки! Значит, считаем. Пятьсот галеонов вперёд, потом ещё столько же по завершении. Все материалы, опять же, оплачиваешь сам, счета все - честь по чести - присылать буду. Ты меня знаешь, я без обмана. За подземный ход возьму сотню сверху, соглашайся, дело хорошее. Мост... тут две сотни, извини, переделывать надо почти полностью, дорогу расчистить - ещё одна сотня. Все пристройки и сторожку обновим - это в общий счёт входит. Советую балкон сделать - вон там, с торца - смотреться будет шикарно. Ещё двадцать пять.

- Какой ещё балкон?

- Широкий, с цветочками и прочей хернёй, нынешние дамы это любят. Вот прикинь, просыпается молодая жена, накинула прозрачный халатик и на балкон, кофий пить в плетёном кресле-качалке. Цветочки благоухают, птички поют, лёгкий ветерок обдувает после горячих постельных забав. Красота же! - Кросби даже языком прицокнул. Но тут же изменил мечтательный тон на деловой: - А внизу под ним веранду сделаю, почти даром, как раз новинку опробую, там такие стёклышки... Так что? Делать балкон?

Ричард, уже представивший Бастинду в прозрачном халатике на широком светлом балконе, вздрогнул и махнул рукой:

- Хорошо рассказал. Делай!

- Добро! А вот ещё садик разбить можно, - Кросби явно увлёкся. - Отсюда и до реки. Плодовые деревья, клумбы, цветочки, опять же. Скамеечки и беседки, а ещё качели - дамы их уважают. Мост, опять же, прекрасно впишется. А за домом огородец, если есть кому из домовиков присмотреть.

- С каких пор ты по садам-огородам? - удивился Лестрейндж, обречённо прикидывая, во что ему всё это обойдётся.

- Так этим не я, а жена моя занимается. Она с девочками - лучшие в этом деле, и берут недорого. А для тебя вообще скидку хорошую сделают. - И видя, что Ричард колеблется, Кросби весомо добавил: - Все девицы поставили на твоего мальчишку! А у Магнуса Нотта такого сада точно не будет!

- Да я согласен, - сразу сдался Ричард. - Но это что, ещё одна бригада?

- А то! Умницы все, красавицы, а какие сады делали! Расчёты принести могу. Колдографии тоже есть.

- Не надо, - испугался Дикон. - Я тебе доверяю! То есть жене твоей.

- А огородец, есть кому присмотреть?

- Да хоть младший ковен приставим, а там поспрашиваем домовиков. Кто-нибудь да сгодится. Сколько, говоришь, будет стоить?

- Сочтёмся! Не больше сотни-двух. А младший ковен - это хорошо. Пусть девам нашим помогут.

- Хорошо. Помогут. Наука им, опять же. И давай уже потом детали обговорим.

- Давай. По ходу дела все вопросы решим. Значит, для твоего младшего гнёздышко делать будем?

- Да, для Рабастана.

- Знаешь, а подниму-ка я ставку за Рабастана. До двухсот! Серьёзно, - Кросби хитро прищурился и потёр сухие ладони, в предвкушении глядя на башню. - Мы тебе этот замок в такую конфетку превратим, что невеста не устоит.

- Сантехника и прочие удобства...

- Обижаешь, всё по последнему слову техники. Для тебя, Дикки, самое лучшее, ты же знаешь.

- Сроки?

- Начнём, как договорились - завтра, но сегодня всё необходимое уже начнём закупать, часть материалов заказать придётся. Закончим за пару дней до Рождества. Скажем, двадцать третьего.

- За неделю?

- Управимся! С тебя десять портключей многоразовых и одного местного эльфа в помощь. Парней кормить надо, а повариха на сносях.

- Десять?

- Ну, милый мой, это ты у нас за троих пахал, хоть и был чуть не младше твоего меньшого. А мои парни сейчас, хоть и лучшие - не чета зеленожопым - но каждый работает как положено - за себя одного. И не бедствуем, заказов хватает. Так что две бригады по четыре человека, внучек и сын. А на меня портключ ты уже сделал.

- Да понял я, понял. Потому и позвал, что лучшие, хоть и разденете донага.

- Не жмись. Чай не для соседа делаешь, а для любимого сыночка. Я так для внука только расстарался бы. А ты младшего всегда любил больше.

- Что ещё с меня? - Ричард нетерпеливо похлопал по голенищу хлыстом. Жена уже явно проснулась и ждала за столом. А он обещал быть на завтраке, чтобы проследить за сыном, который сдавал нынче СОВы, да напутствовать добрым словом и, возможно, подзатыльником.

- Завтра будь здесь для принятия клятвы у парней, - Кросби понимающе заторопился. - Чары сокрытия стройки наложим вместе. Нечего ребятне вашей тут делать. От моста и до леса. Там же граница поместья?

- Там. И ограда должна была сохраниться.

- Тогда не задерживаю. Про ограду отдельно. Портключи - совой. Деньги завтра отдашь лично. Счета могут прийти уже сегодня. Бывай, Дикки! Не переживай, о тратах не пожалеешь! Замок получится всем на зависть!

- За две тысячи золотых? Уже жалею!

- Не бухти. Зеленожопые содрали бы десять, и конфетки бы не получилось.

- Да на хрена мне конфетка, Глухарь... - начал было Ричард, но Кросби подмигнул и исчез. Аппарировал, сволочь, даже не достав палочку.

Лестрейндж тяжело вздохнул, наспех вернул чары иллюзии на дом, и направился к мосту пешком - аппарировать второй раз за утро он точно не собирался. А все портключи остались в других брюках. Одевался в спешке, вот и вышло так. Звать же домовиков не хотелось, жена опять смеяться начнёт. А это обидно.

Хорошо ещё оставил Бастинду в постели очень довольной. Может, и не станет сердиться, что он опоздает на завтрак?

***

Джейми проснулся поздно, с тяжёлой головой и ощущением, что жизнь ужасна, и вообще всё кончено. И это ощущение, что ничего хорошего больше никогда уже не будет, заставило удивлённо распахнуть глаза. Подобного уныния он не испытывал уже давно.

Знакомая до мельчайших деталей обстановка его личной комнаты в маминой палатке живо привела в чувство. Прямо как наяву он услышал голос мамы:

"Не вынуждай меня быть жестокой, милый. Хандра хороша для бесхребетных тряпок, а ты не такой. Миллионам мальчиков нравились девочки, которые смеялись этим мальчикам в лицо. И что-то человечество до сих пор не вымерло. По-прежнему все плодятся и размножаются. А это значит - что? Никуда девочкам от мальчиков не деться. А ну-ка быстро встал, умылся и повёл себя, как настоящий мужчина и джентльмен. То есть - улыбаться всем назло, не жаловаться и быть вежливым".

- Встаю, - проворчал Джейми, с тоской глядя на измятую одежду. Придётся искать, во что переодеться. Домовика они вчера с Майклом отпустили обратно домой, решив, что сами вполне справляются. Особенно, когда выяснилось, что мантия Майкла совсем не помялась. "Шёлк акромантулов, - просветил их домовик Петри, - не мнётся и не рвётся. Вам повезло, друг хозяина". Джейми присвистнул тогда - он примерно представлял, сколько стоит такое чудо. Ну и отпустили Петри, ему надолго из дома матери уходить уже было трудно. Совсем стареньким стал. Позвать опять совесть не позволяла.

Джейми распахнул шкаф, где точно оставалось много одежды из их с мамой кочевой жизни. После получаса мучений, выбрал то единственное, что не смотрелось на нём слишком по-детски. Это были мягкие почти выцветшие джинсы, чёрная футболка, кожаная жилетка и красная бандана с чёрными черепами. Будет смахивать на кузена Фабиана, так что всё в порядке.

- Ух ты! - очаровательно-бодрый Майкл стоял на пороге, сияющими глазами рассматривая друга. Ничто не напоминало в его лице и улыбке вчерашнюю трагикомедию с очередной совой, которая для Моргана закончилась холодным компрессом на лбу, смертельной бледностью и тазиком для... последствий бунта его желудка. - Ты что, так и пойдёшь? Джейми!

- Так и пойду, - решил окончательно неправильный сквиб, хотя до этого просто дурачился. Но что-то в голосе Майкла и его сияющая мантия, словно только из-под утюга, заставили передумать. Да пошли они все, эти напыщенные волшебники! Пусть терпят!

- Но, Джейми, я думал сегодня в мантиях...

- Завтракал? - перебил его неправильный и несчастный сквиб. - Нет? Свари мне двойной кофе без сахара и сливок, пожалуйста. Я сейчас.

- Без сахара? - ужаснулся друг.

Джейми не стал останавливаться, стремясь к выходу. Слишком спешил узнать, ушла ли та кошечка. Хотя, к его чести, продержаться удалось изрядное время. Не побежал же, как полоумный, едва проснувшись. Мама могла бы гордиться.

Наверное, любой бы покрутил у виска, узнав, как неправильный сквиб справляется со стрессом.

Срабатывало, как ни странно, всегда. Стоило определённым образом позвать раненое или несчастное животное, как хоть какое-то находилось даже в пустыне. Что говорить о городе или об этом палаточном лагере с кучей волшебников и их детей. Как его слышали несчастные животные было очередной загадкой. Мама даже предполагала, что на зов они могли аппарировать. Но проверить такое не получалось никак. Зверьки появлялись и, получив лечение, исчезали снова.

Вчера жутко уставший, измученный физически и морально, он буквально вывалился из палатки, жадно вдыхая ночную прохладу. Совы, так напугавшей Майкла, поблизости уже не было, разумеется. Так что пришлось усесться по-турецки прямо на землю, сосредоточиться, прикрыв глаза, и, представляя красный цвет боли и отчаяния, позвать: "Помогу, иди ко мне".

Прошло минут десять, как кто-то словно отозвался знакомым: "Иду". Нет, это не было словом, скорее чувством, понятным и близким. И Джейми не смог сдержать печальной улыбки, увидев наконец это чудо.

Рыжее лохматое существо размером с крупного котёнка, с безумным взглядом, полным боли и страдания, разбавленным толикой надежды, с трудом ползло по земле, изредка вскакивая и двигаясь скачками на двух лапах. Смотрелось жутко. Но дёргаться и помогать было нельзя - уйдёт. Сердце уже привычно обливалось кровью, а руки - особенно кончики пальцев - налились тяжёлым жаром.

Чудо издало жалобный писк и попыталось ускориться. Не получилось, похожий на котёнка зверёк упал, дрожа от скрутившей маленькое тельце судороги. Так хотелось вскочить и преодолеть оставшиеся три фута, но чудовищным усилием воли Джейми сдержался. Только совсем тихо позвал уже вслух:

- Ну давай, маленький, ещё немножко. Ты сможешь, ты сильный...

Зверёк пополз, и было видно, что из последних сил. Большущие глаза так и норовили закатиться, их сейчас можно было хорошо разглядеть в свете огромной яркой луны. Малыш замер на несколько секунд, потом прополз ещё несколько дюймов и снова замер, распластался по земле. Бока крохи вздымались от тяжёлого дыхания. Вот опять пополз...

Ещё немножко, ещё капельку... И наконец можно дотянуться руками. Медленно протянуть их вперёд, замереть у самых кончиков встрёпанной шерсти, дать привыкнуть к жару, исходящему от рук. И подхватить, распахнуть куртку, задрать футболку и прижать дрожащее от боли и усталости существо к ставшему горячим животу.

Теперь он мог видеть, что шерсть просто серая от грязи, а рыжий цвет - это цвет магии маленького чуда. Дрожь котёнка постепенно утихала. Тельце льнуло к животу целителя-самоучки, успокаивалось бешено стучащее сердечко.

- Откуда ты взялся, малыш? - Джейми переместил одну руку на повреждённые задние лапки. Пальцы стали липкими, явно от крови, пропитавшей шерсть. - Кто твой хозяин?

Ответ пришёл как отрицание.

- Нет хозяина? - стараясь не говорить жалостливо, Джейми уверенно прошептал в густую шерсть, словно по волшебству начинавшую очищаться: - Теперь будет! Поверь! Пойдёшь от меня, держи головку выше, люди не смогут устоять, возьмут.

Зверёк возмущённо засопел, вцепляясь в живот коготками.

- Что значит, не хочешь? - шептал Джейми, понимая, что лечение близко к завершению. - Все сначала не хотят, но я не могу взять тебя к себе, понимаешь?

Чудо не желало ничего понимать. Но так бывало. Уйдёт. Джейми говорил правду, после его лечения мелкие животные почему-то очень быстро обретали любовь покровителей. Даже прежних, если хозяин был. Или новых, если были выброшены на обочину жизни чьей-то жестокой рукой.

- Какой ты красивый! - Теперь было ясно видно, что шерсть в самом деле рыжая, даже с красноватым оттенком. А рожица... Мордочка поднялась вверх и на него глянуло самое очаровательное существо из когда-либо встреченных. Да, это был книззл, но странный, похоже, в его предках затесалась лиса. Уж очень хитрым было выражение ставших счастливыми глаз, слишком шикарным был пушистый хвост и очень характерными острые ушки. От книззла малышу досталась чуть приплюснутая широкая мордочка, толстые лапки и магия, разумеется. Рыжая, даже огненная аура полностью повторяла очертания пушистого зверёныша. Просто-таки книззл-полукровка. Кто бы знал, что такое сочетание может быть настолько умилительным. Из глазёнок страдание уже исчезло без следа.

- Не могу, - добродушно усмехнулся Джейми, - Ну какой из меня хозяин, сам посуди! Брось, найдёшь себе кого-нибудь получше. Будь благоразумен... Ты ведь умный мальчик. Что? Ах ты девочка! Ну извини, сразу не распознал. Чудо, милое, ты прости. Я сейчас тебя поставлю на землю. Прошу, не настаивай. Имей совесть. Просто уходи. Я точно знаю, что одна ты не останешься. Честное слово, кроха... Ну отцепись, мне же больно!

Когти тут же втянулись, оставив на животе несколько глубоких царапин. Джейми и самому было жаль отстранять от себя тёплое тельце. Но надо.

"Ты же не сможешь содержать зверинец, - говорила Мюриэль. - Имей мужество отпускать их. Всё, что ты мог, ты уже им дал, у них теперь свой путь".

Хитрая полулисичка стала дрожать снова, едва её поставили на землю. Глаза смотрели с укором и осуждением.

Джейми легко вскочил, ощущая привычную слабость. Словно он правда маг и сильно потратился. Царапины на животе уже почти исчезли. Регенерация была всё так же стремительна, как и в детстве.

- Чудо, ну не притворяйся! Я знаю, что ты здорова, девочка. Вот попробуй, побегай! Лапки больше не подведут!

Кошечка отвернулась и села на свой пушистый хвост, только ушки были повёрнуты в сторону незадачливого целителя. Обиделась! Ну, не привыкать.

Джейми решительно вернулся тогда в палатку. А потом полночи страдал, то представляя горящие глаза темной волшебницы Агнешки, то большие обиженные глазки маленького рыжего чуда. Смог, не вышел, даже забылся под утро сном. И теперь он боялся и надеялся, что не увидит у входа знакомых острых ушек.

Чуда не случилось, котёнок, видимо, ушёл ночью. И в груди вмиг стало тоскливо и пусто. Лагерь пробуждался, то и дело мимо палатки проходили волшебники. Они, видать, и спугнули несчастную крошку. На Джейми косились, непривычна для многих была такая маггловская одежда. Непривычна и, пожалуй, вызывающа. Ну и пускай, решение принято!

Что-то ткнулось в ноги и мгновенно впилось когтями прямо в икру. Джейми еле удержался, чтобы не взвыть от боли, и не ахнуть от затопившего душу тепла, но даже не опустил взгляд.

- Чудо! И вот как тебе не стыдно, а? - произнёс он тихо, разглядывая редкие пушистые облака. - Будешь так себя вести, я не смогу тебя оставить. Поняла, маленькая разбойница? Я не могу себе позволить завести невоспитанную зверюшку!

Дальше договорить ему не дали. От счастливого визга на каком-то ментальном уровне реально заложило уши. Мелкая мерзавка как обезьяна вскарабкалась по одежде и, подхваченная руками, принялась с энтузиазмом вылизывать лицо, уши и шею новообретённого хозяина.

- Хватит, хватит уже! Эй! - Джейми безуспешно пытался увернуться от вездесущего мокрого язычка. - Прекрати немедленно!

Чудо послушалось. Смирно сложило лапки, свесив хвост с его широких ладоней. Глазки прикрылись, пряча хитрое счастье, урчание доказывало, что зверёк полон сил и энтузиазма и до одурения доволен жизнью.

- Пойдём, познакомлю тебя со своим другом, - вздохнул Джейми, возвращаясь в палатку. Очень уж завистливо посмотрели на его личного полукниззла две маленькие девочки. Да и мама их, пухленькая ведьма, изобразила умиление на улыбчивом лице.

Поздно! Раньше надо было пройти рядом, а не теперь, когда Джейми нарушил все свои правила. Мама будет смеяться.

- Назову тебя Фламин, почти пламя по латыни. Нормально? Нет? Длинно? Хорошо, тогда будешь Фем!

Фем одобрительно заурчала, куснув его за палец. Слизала капельки крови с жадностью, как заправский вампир. Ранка тут же затянулась.

- И зачем тебе моя кровь, а? Сейчас молока дам. И постарайся не напугать Майкла, он очень хороший, но жутко боится сов. А вдруг и кошек тоже. Хотя ты не совсем кошка, но всё же.

Фем отчётливо фыркнула и с любопытством поглядела на Майкла, хлопотавшего у походной горелки. По гостиной плыл одуряющий аромат кофе. Что-что, а кофе Майкл варить умел.

- Почти готово, я только совсем чуточку добавил сахара...Ой, это кто?

- Кошечка. Если не будешь дёргать за усы, то подружишься с ней. Это пока котёнок, думаю, месяца три, не больше.

- Откуда он взялся? - подозрительно спросил Морган, подходя ближе. Руки он держал за спиной, не пытаясь дотронуться до полукниззла. - Вчера его не было вроде бы.

- Купил на рынке в Стамбуле, - Джейми осторожно отцепил от себя Фем и усадил на пуфик. Блюдечко с молоком подверглось тщательному обнюхиванию, было одобрено, и маленький язычок деловито принялся за дело. - Прикинь, каменная игрушка была, а вчера снял с полки и положил у кровати. Просыпаюсь, а она ожила.

- Волшебство! - восхищённо расширил глаза Морган, сноровисто расставляя на столе чашки с горячим кофе и вазочки с джемом и печеньем. - А как его зовут?

- Её. Это девочка. Её зовут Фем. Фем, это Майкл Морган, мой лучший друг.

Майкл удостоился ещё одного взгляда полукниззла. Фем втянула носом воздух и вернулась к угощению. Майкл передёрнул плечами и подвинул к себе кувшинчик со сливками. Похоже, кошек он был способен хотя бы терпеть.

Лёгкий завтрак прошёл в умиротворённой обстановке, если не считать нервозности Джейми, представившего на миг встречу с Агнешкой. После этого ни о чём другом думать не получалось.

Как себя вести, что говорить? Седьмое чувство говорило, что девушка от него не отстанет. И это доставляло какое-то мрачное удовольствие. Мысль обмануть её, скрыв, что он сквиб, была отметена сразу и навсегда.

К полудню удалось кое-как успокоиться. Уже знакомые охранники приветливо улыбнулись ему и Майклу, на мантию которого взглянули весьма уважительно. Было жаль, но Фем пришлось оставить в палатке. Маленькая хитрюга давала хоть толику тепла и спокойствия, но брать её на матч Джейми не решился. Теперь маленькое создание мирно посапывало на его подушке в палатке, решив, что это теперь её законное место.

- Джейми! Ну ни хрена, как тебе идёт такой образ. - Фабз почти врезался в него, придержав за плечи. - Серьги в ухе не хватает! Позволь, наколдую, у меня как раз есть с собой кусочек золота, а бриллиант из браслета возьму.

- Ауч! Сдурел? - Джейми схватился за ухо, на ощупь исследуя обновку.

- Не дёргайся, залечу сейчас... Ого, а крови-то и нет. Не обижайся, кузен. Тебе идёт, а без серьги образ не полный.

- Снять её можно будет?

- Да зачем? - Фабиан наконец обратил внимание, что кузен не один и постарался сменить тему. - О, а это же...

- Майкл Морган, мой друг и тоже сквиб.

- А ну да, ну да, забыл. Так вы тоже здесь? Перебирайтесь ко мне, там полно свободных мест.

- Я Северусу обещал, - поспешил отвертеться Майкл. - Я останусь в нашей ложе.

Джейми хмыкнул от небывалой решительности Моргана, похоже Фабиан не слишком ему понравился.

- Кому? - Фабз глянул за спину Джейми. - Добрый день, сэр.

Оказалось, что подошёл профессор Робертс, мелкий Северус тут же рванул к Майклу, хватая того за руку.

- Майк! За кого болеешь сегодня? - начал мальчишка с места в карьер. - Я смотрел программку. Итальянцы тебе нравятся?

- Ну, я не знаю, - Майкл покорно пошёл за настойчивым буксиром, тянувшим его за руку. - Если их форма зелёная...

- Господа, - кивнул им Робертс.

- Здравствуйте, сэр!

- Добрый день, профессор, - Фабз широко улыбнулся. - Как поживаете? Как настроение?

- Радуюсь, мистер Прюэтт, что вы уже давно не мой ученик. Джейми, как ваше самочувствие сегодня?

Неправильному сквибу показалось, что Робертс неодобрительно отнёсся к его образу. Захотелось хотя бы серьгу из уха вырвать.

- Отлично, сэр, да и вчера я...

Дыхание перехватило, как только за профессором появились последние гости ложи Гарпий.

Приветствия возобновились. Антонин Долохов окинул насмешливо-удивлённым взглядом кузенов Прюэттов, которых ему представил Робертс, и подтолкнул вперёд свою подопечную.

- Агнешка Мнишек, господа. Прошу любить и жаловать.

Джейми улыбался, когда подошла его очередь поцеловать аккуратные пальчики, остро ощущая на себе недружественный взгляд.

- Мистер Прюэтт, - тихий шёпот девушки заставил его затаить дыхание. - В перерыве - в кафе, оно дальше по коридору!

Приказ так удивил, что Джейми, поднял голову и осмелился, наконец, посмотреть в её глаза. Даже без особенного Взгляда они оказались прекрасными. Этот грозовой оттенок в пронзительной синеве радужки, эта таинственность и загадка, этот блеск...

- Мистер Прюэтт?

- Зовите меня Джейми, - слова дались с трудом. - Я приду.

Хорошо ещё остальные мужчины увлеклись разговорами о вчерашней игре.

- В таком случае, может, отпустите мою руку?

Он ощутил, как краснеет, но ещё пару секунд помедлил, наслаждаясь ощущением нежности её пальчиков.

- Нахал, - выдохнула Агнешка, и громче спросила: - А за кого вы болеете, мистер Прюэтт?

Джейми заметил за её спиной опасного мага Долохова и улыбнулся:

- Помимо Гарпий? Прошу извинить, меня уже, наверное, потеряли.

Самым невежливым образом, он повернулся к ним спиной, спеша в свою часть ложи.

- Первый раз его вижу, - услышал он за спиной голос Агнешки, несмотря на громкий стук сердца в груди. - Да, уже поняла, что они братья.

Большего услышать не удалось. Робертс встретил его сочувствующей улыбкой. Словно прекрасно знал, какие чувства обуревают неправильного сквиба.

- Будьте осторожны, - тихо посоветовал он, едва Джейми занял соседнее кресло. - За свою подопечную Долохов будет убивать очень медленно. И уверяю вас, это вовсе не красивый оборот.

- С чего вы взяли?..

- Просто предупреждаю. Вы хороший человек. И совсем не похожи на сквиба, уж простите.

- А на кого похож? - сразу оживился Джейми, но ненадолго. - Только не говорите, что на влюблённого дурака.

- Не скажу, раз вы сами это понимаете, - Робертс усмехнулся. - Но вы неплохо держитесь в этом смысле. Что касается сквибов, есть в вас что-то такое, что не объяснить словами. Сила, уверенность, и этот особенный взгляд.

Сердце упало и, казалось, разбилось на миллион кусочков.

- Сэр?

- Что вы или кто вы, сами-то знаете?

- Если бы я знал, - вырвалось у него помимо воли. - Кстати, моя мама тоже готова убивать за меня медленно, сэр. И это тоже не красивый оборот.

- Погодите, догадаюсь. Ваша мама - сестра лорда Прюэтта? Кажется, Мюриэль.

- Да, сэр.

- Что ж, молодой человек, если будет время на рождественских каникулах, приглашаю вас в гости. Можете даже захватить своего друга, они с моим сыном, похоже, спелись. - Профессор кивнул на бурно что-то обсуждавшую у перил парочку. - Я приглашу кое-кого, кто может помочь. Вы же хотите узнать о себе больше, как я понял? Но не стремитесь к кому-то обращаться, что грозит либо таким же неучем помереть, либо всё же загреметь к безумным чудакам, жадным до исследования всего необычного. Предлагаю реальную помощь. И, разумеется, под клятву. Я прекрасно понимаю стремление вашей матери уберечь вас от лап Отдела Тайн. Обещаю, что никоим образом не стану вредить ни вам, ни вашей семье.

Джейми, которому за пару дней Робертсы стали казаться почти родными, был впечатлён его речью. Когда профессор закончил говорить, в голове неправильного сквиба созрел лишь один умный вопрос:

- Зачем это вам, сэр?

- Не поверите, - охотно ответил Робертс, - но вы для меня не чужой. Как, к моему огорчению, и ваш кузен Фабиан. Родня по крови и магии - слышали такое?

- Кажется... - Джейми задумчиво погладил переносицу и оживился: - Это из-за Санни? Да? Те силки Майя!

- Похоже, вы очень тепло относитесь к своей кузине? Что ж. Тогда не берите Майкла ко мне в гости, ему и на квиддичном матче держаться трудно, пьянящий магический мир большими дозами вреден для новичков. Возьмите с собой кузину. Хотя нет, возьмите обоих! Северус из тех детей, что быстрее любых психологов способен адаптировать Майкла к магической реальности. Не обижайтесь, но их интересы схожи, несмотря на разницу в возрасте. Вас же с мисс Прюэтт буду рад познакомить с людьми, ставшими теперь роднёй для вас обоих. Да и вам рядом с Санни будет спокойней, как я понимаю. Только предупреждаю сразу - скорее всего потребуется не меньше трёх дней, но много вещей не берите, всем необходимым будете обеспечены.

- Я попробую её уговорить, - с сомнением протянул Джейми. - Но боюсь, дядя Джейсон это не одобрит. Что касается Майкла... Как-нибудь в другой раз.

- Понимаю, - хмыкнул профессор. - Вашего дядю Джейсона я возьму на себя. Ваше дело уговорить Александру. А если сомневаетесь в моей мотивации, то вот вам ещё пара аргументов для размышления: вы мне понравились, Джейми, сразу. Вы хороший человек и отличный друг. В вас замечательным образом сочетаются авантюризм вашей матушки, ирония и скрытность вашего дядюшки, открытость и честность вашей кузины, и исключительное жизнелюбие, приправленное огромной долей любопытства. Я ничего не упустил?

- Тотальное невезение, - Джейми скосил глаза на соседнюю ложу. - Но это другое, я понял. Что ещё вы успели разглядеть, сэр?

- Загадку, - просто ответил Робертс и усмехнулся, - которую очень хочется разгадать. Признайтесь, Джейми, у вас есть особые способности помимо того Взгляда, которым вы вчера так беззастенчиво похитили покой юной мисс Мнишек. И более, чем вероятно, вы сами понимаете, что вы очень необычный сквиб.

- Неправильный, - слабо улыбнулся Джейми. - Все признания после клятвы, профессор. С благодарностью и надеждой принимаю ваше приглашение. И да, Санни возьму на себя. Когда?

- После третьего января будет в самый раз. Комнаты для вас приготовят, с собой придётся взять только одежду, в которой будете ходить и спать. Кстати, нынешняя очень подойдёт, местная ребятня будет в восторге. С уточнениями я пришлю вам сову. А теперь давайте насладимся игрой. Забудьте на некоторое время о подопечной Долохова.

- Не обещаю, что получится, - вздохнул Джейми.

- Попытайтесь, быть в постоянном напряжении вредно для здоровья, - Робертс достал из кармана галеон. - Пари? Ставлю на "синих"...

- Это... - Джейми наконец обратил внимание на поле, точнее на игроков, что уже закончили показательное представление команд и разлетались на свои позиции. - Немцы? Принимаю. Ставлю на итальянцев. Победители играют с Гарпиями, как я понимаю?

- Именно. Глядите, Джейми, ваш ловец считается весьма неплохим игроком, но у команды есть проблемы, вернее, одна проблема, но очень большая. Если к концу матча сможете понять, какая, получите ещё один галеон.

- Легко! - Джейми чуть подался вперёд. - Кажется, ловец левша!

- Верно, - усмехнулся Робертс. - Но разве это проблема для команды? Смотрите внимательно, Джейми, думаю, вы сможете это определить, но не спешите с выводами. Попытка не засчитана, у вас остался всего только один шанс на правильный ответ.

***

У Санни перехватило дыхание от его слов - таких, казалось бы, простых, но... Сокровищем её ни разу не называли! Вот только Рабастан даже ответить не дал или подумать над этим, сразу заговорив снова:

- Санни, сегодня и я, и ты завершили сложные экзамены. Оба устали, я понимаю. Поэтому предлагаю поговорить спокойно, без нервов и без грандиозных планов моего драгоценного братца Рудольфуса. Просто пообщаемся немножко лицом к лицу. Мы ведь оба заслужили такой подарок? Как считаешь?

- Подарок? - трудно было не улыбнуться от упоминания вездесущего Руди. А ведь правда, он не мог знать об этой встрече! Или мог? - Так Рудольфус не знает?

- Нет, не знает никто. Могу поклясться, что полчаса назад я стоял перед совершенно безумной старухой Гризельдой Марчбэнкс - которую я и раньше нежно любил, а теперь просто обожаю!..

- Это шутка? Просто ты так ласково сказал...

- Конечно шутка! - хохотнул Рабастан. - Но не любить её невозможно, я серьёзно! Она наверняка выковывала свой исключительно коварный и въедливый характер в той же кузне, что и бабуля Сольвейг. Но про бабулю - позже!

- Хорошо!

- Так вот, полчаса назад я стоял и ждал решения экзаменаторов, и никаких мыслей о будущем у меня не было. Итог - все СОВЫ на "Превосходно", но в школу я больше не вернусь. Хотя и просил, и даже можно сказать умолял...

В то, что Басти кого-то умолял, не верилось ни разу, но говорить об этом Санни не хотела.

- Но ты же... Ох! Басти! Ты такой молодец! Я тебя поздравляю!

- Спасибо!

- Только не думай, что меня радует, как с тобой поступают!

- Нет? Не радует? Ладно, я закончу с рассказом. - Басти невесело усмехнулся, по-прежнему не спуская с неё глаз. - Я, конечно, глотнул вина, ровно три глотка, которыми меня угостила сама Марчбэнкс, как только объявила, что официальная часть завершена. Протянула свою флягу, представляешь? Выпил, только чтоб немного шокировать остальных экзаменаторов.

- Шокировал? - Санни разрывалась между сочувствием, восхищением и весельем.

- Если бы! Они там все спелись, имей в виду! Старые пни, но умные до тошноты! И все их вопросы были с подвохом. Хоть бы у одного из этих старикашек память отшибло... Впрочем, пусть живут, забавные они и совсем не злые. Поаплодировали они моему нахальству, я вернул флягу Марчбэнкс, поблагодарил комиссию, раскланялся и был отпущен. Какими путями покинул министерство, даже не помню, но когда оказался в парке, на свежем воздухе, то никак не мог надышаться... И тут ты написала.

- И ты решил меня навестить? - растрогалась Санни. - А родные? Разве они не ждут тебя после экзамена?

- Ждут. Но экзамен должен был закончиться на час позже. Так что не разочаровывать же отца, - весело подмигнул Басти. - Может, они мне какой-нибудь сюрприз готовят, а я явлюсь раньше и всё испорчу.

- Значит они не знают... Ну, что ты здесь.

- Никто не знает об этой встрече, ни одна живая душа! По крайней мере, от меня. Если только тот же Руди не следит за тобой.

- Зачем бы ему это делать сейчас? Не следит, я уверена! - покачала она головой, всё ещё пребывая под впечатлением от рассказа. - Но ты мог бы просто написать мне, что хочешь повидаться.

- И ты бы согласилась? - недоверчиво спросил он. - Ладно, не отвечай, я всё понимаю. И не думай, что я много жду от этой встречи, мне просто безумно захотелось тебя увидеть, поговорить.

- Просто поговорить, - произнесла она, засмотревшись на его улыбку.

- Именно. Несколько минут спокойного разговора - это такая малость, Санни, как считаешь? Только посмотри, какая красота! Только ты и я.

- И этот лес вокруг, - невольно улыбнулась она. - И эта решётка.

- Кстати о решётке. Умеешь хранить секреты? Подойди, и я покажу тебе кое-что интересное.

Если бы решётки не было вовсе, Санни бы трижды подумала, подходить ли к хитрющему слизеринцу, несмотря на все его заверения о "просто поговорить". Но как бы не хотелось себя обмануть, одно она осознала чётко - она тоже безумно рада его видеть.

И сейчас вдруг стало очень важным разглядеть, действительно ли так весело заблестели его глаза, стоило сделать шаг навстречу, или это только игра света и тени. Правда ли так отросли волосы, или в прошлый раз ей просто показалось. Но ещё сильнее манила возможность услышать что-то ещё, такое же милое и нежное, как его первые слова.

Сегодня Рабастан был в парадной мантии, блестящих чёрных ботинках и тёмно-сером костюме. Пиджак был расстёгнут, как и мантия, чёрная бабочка понуро висела, сорванная нетерпеливой рукой, да так и забытая. Шея и лицо казались тёмными на фоне белоснежной рубашки с двумя расстёгнутыми верхними пуговицами. И этот небрежный и элегантный вид младшего Лестрейнджа ей безумно нравился.

Санни даже не заметила, как ноги принесли её к самой решётке, и только схватившись за холодные прутья, вздрогнула, осознавая это и с трудом отводя взгляд от смешинок, горевших в его глазах. И куда вся его серьёзность подевалась?

- Вот, я здесь, - дрогнувшим голосом произнесла она и попыталась улыбнуться, упорно глядя на завитки чёрных волос на его открытой шее.

- Вижу, - выдохнул Рабастан и глубже засунул руки в карманы своих брюк. Он чуть наклонился вперёд, и Санни снова подумала, как удивительно, что он такой высокий и стройный - выше неё почти на полголовы. - Вкусно пахнешь.

- Не могу ответить тем же, - попыталась она пошутить, всей грудью вдохнув свежий лесной аромат. - Наверное, ветер в твою сторону.

- А так? - он шагнул вперёд, становясь вплотную к решётке, и она действительно уловила приятный мужской парфюм. Очень знакомый запах, напоминавший что-то хорошее.

- Так - чувствую, - постаралась она не рассмеяться - как это всё глупо и по-дурацки. Но зато теперь стало проще посмотреть ему прямо в глаза. - Что-то тоже вкусное. Но ты ещё не сказал, что я должна увидеть.

- Я много чего ещё не сказал, - вернул ей улыбку Рабастан. Такую задорную, мальчишескую, практически домашнюю. - Например, что убил ту девчонку, что поцеловала меня на почте.

- Не ври! - ахнула Санни.

- Но могу, только скажи!

- Басти, прекрати так шутить! - постаралась она сказать как можно строже. Зря она так близко подошла, но оторвать руки от решётки и отойти подальше, а лучше сбежать - заставить себя не могла.

- А ты перестанешь на меня злиться за тот случай?

- Я не злюсь!

- Разве?

Сражение взглядами длилось долгую минуту. Санни не выдержала первой и усмехнулась.

- Ладно, я злилась! И я знаю, что ты не должен был... Ну, что ты ничего не обязан. Ну, не обещал мне. Вот. Но я... Но ты же писал: "Только твой". Разве нет?

- Писал, - хрипловато подтвердил он. И серьёзно попросил: - Расскажи, что ты почувствовала тогда. Почему ушла?

- Тебе правда это интересно или ты смеёшься? - и всё-таки здорово, что их разделяет решётка, даря ощущение безопасности. Вроде и рядом, а можно не волноваться, что они непозволительно близко друг к другу. Но она всё равно волновалась, словно совершала что-то недостойное, а не просто болтала с красивым мальчиком. А ещё немного пугало желание прикоснуться к нему. Хотя бы к его руке, если бы он не прятал их в карманах. Или очертить пальцами подбородок, узнать - колючий он, или так только кажется. Или стереть каплю дождя с его щеки... Она и не заметила, как начался мелкий дождь.

- Мать считает, что иногда я становлюсь слишком бесчувственным и отстранённым, - тихо говорил Басти. - Но если я спрашиваю, то только потому, что мне в самом деле интересно. Очень, Санни. На что ты разозлилась? Я понять не могу, хоть и уверен, что причины у тебя были.

- Кажется, дождь начинается, - попыталась она его отвлечь. Только выжидательный, такой близкий и снова серьёзный взгляд не позволил увильнуть от ответа. - Я почувствовала себя лишней, Басти. Словно я чужая, а ты с ними...

- Да разве ты могла быть лишней! - с жаром возразил он.

- Я почувствовала себя лишней, - упрямо повторила она. - Это было очень неприятно.

- Мне ужасно жаль, - чуть помедлив, произнёс он тихо. - Я и подумать не мог... А ещё сильно за тебя испугался - аппарировать на такое расстояние без подготовки! Я, наверное, ни за кого так не боялся. Хорошо, Руди сообщил, что всё в порядке. Прошу тебя, Санни, не рискуй так больше!

- Постараюсь. Ты правда испугался?

- Конечно, правда! Но, кажется, я начинаю понимать, почему ты так сделала. Очень хочу поклясться, что такое не повторится, но разве могу я предвидеть, какие ещё приключения нас с тобой ожидают? - Этот взгляд мог растопить даже самое ледяное сердце, а у Санни оно было самым обычным, даже, пожалуй, излишне трепетным. - Но мне кажется, было что-то ещё, что тебя задело. Это так?

- Что? А, ну да... Если ты настаиваешь...

- Понимаешь, солнышко, так хочется, чтобы между нами не осталось недомолвок. Что ещё тебя заставило на меня сердиться?

- Эта... эта девица сказала про праздник. Что вы целовались там, и что тебе понравилось. Это так? - Вот теперь, сказав это вслух, она почувствовала себя ужасно глупо. Такие детские претензии!

Хорошо, Рабастан не стал смеяться, только вздохнул с видом: "Я так и думал!"

- На этом празднике были твои братья и кузен со своим другом, который сквиб. Они тебе ничего не рассказывали?

- О твоих поцелуях - нет, - она попыталась скрыть своё замешательство и ускользнуть от зыбкой темы. - Просто скажи, тебе правда понравилось?

- Если честно, даже не помню этого, - поморщился он. - Это был конкурс, развлечение для гостей, нужно было снитч поймать. Может, и чмокнул кто, но я был занят совершенно другими мыслями.

- И ты поймал? Снитч?

- А ты что, сомневаешься? - грустно усмехнулся он. - Поймал, а как же. Даже два. А вот приз не запомнился вообще. Меня там все поздравляли, парни хлопали по плечу, девчонки что-то визжали.... Ну, да, выпендрился, настроение было таким поганым. Думал, станет лучше. Да я рад был сбежать от них всех, что и сделал, кстати. Не знаю, что тогда напридумывала себе эта девушка, но, когда ты аппарировала, она попросила прощения, что испортила нам свидание.

- Это было не свидание!

- Разве? Так, давай-ка отойдём чуть левее, под дерево, а то ты скоро будешь стоять в луже.

Санни послушно пошла вдоль решётки, зачем-то перебирая руками уже мокрые прутья. До дерева с раскидистой кроной оставалось пару метров, когда рука схватила пустоту.

- Ну как тебе? - улыбка Басти была очень широкой, словно он лично сделал эту решётку не ощутимой. - Мы продолжим выяснять отношения, или рассказать тебе, откуда взялось это окошко?

Он наконец вынул руки из карманов и схватился за крайние от невидимых прутья. Санни осторожно проверила все шесть штук. Внизу решётка снова ощущалась на уровне коленей. Да уж, окошко! Проверить верхнюю границу не удалось, слишком высоко.

- Ничего себе! - восхитилась она вслух. - И откуда взялось окно?

- Много лет назад в Хогвартсе учился отчаянный парень Маркус Флинт, частенько нарушавший запреты.

- Отец Квина?

- Да... С каких пор ты зовёшь его Квин? - прищурился Рабастан. И как-то ненатурально усмехнулся: - Руди говорил, вы сильно сдружились?

- Прекрати, ничего такого в этом нет! Давай лучше дальше.

- Давай, - согласился он легко. - Маркус был парнем изобретательным, и возвращаясь однажды из Хогсмида далеко за полночь, поленился искать обходные пути и просто проделал проход прямо в решётке. Якобы по типу прохода через колонну на платформе "девять и три четверти". Квин узнал об этом незадолго до смерти отца, будучи ещё мальчишкой. Маркус проговорился сыну, когда слегка выпил и вспоминал "весёлые школьные денёчки".

- Значит, любой может здесь пролезть в школу?!

- Не любой, надо заклинание знать. И расположение. Мы долго искали эти прутья в прошлом году, когда Флинт поделился секретом. Я вот, кстати, не могу пролезть на территорию - оповещение сработает, я уже не студент, чужой в Хогвартсе.

- Ничего не чужой! - запротестовала она. - Тут столько народу тебя любит!

- Серьёзно? А ты? - он помедлил лишь пару мгновений. - Прости, не смог удержаться. Но ты ещё мне не ответила на другой вопрос.

- Какой? - Санни тоже хотела взяться за крайние прутья и тут же коснулась его руки. Пришлось отдёрнуть пальцы и лихорадочно делать вид, что ничего не случилось, что по жилкам не пробегал жидкий огонь от простого касания. Прутья были холодными и неприятно мокрыми, а его рука, сжавшаяся в кулак - горячей.

- Будем дальше выяснять отношения или достаточно?

- Разве у нас отношения? - осторожно спросила она, понимая, что ступает на очень зыбкую почву.

- Ты ещё сомневаешься? - тихо спросил Басти, но тут же в шутливом жесте поднял обе руки, - я помню наш договор, что о любви не будем говорить до Рождества! Просто у нас есть два варианта сейчас: я встану на колени и буду умолять не сердиться на меня за то свидание. Или ты меня простишь, и сможем поговорить о чем-то более приятном.

- Да, давай про другое поговорим! - торопливо согласилась она. Судя по суровому виду Рабастана, он сейчас непременно встал бы на колени. И Санни точно это не могло бы обрадовать. Это бы всё испортило!

- Значит, я прощён?

Иллюзия позволяла продолжать думать, что решётка всё ещё их разделяет, но внутри живота уже стало горячо от понимания, что от безопасности остались одни лохмотья. И стоит только протянуть руку...

- За что? - жалобно спросила она, уже ничего не понимая.

- Хотя бы за это.

Её неожиданно подхватили за талию, и подняв над землёй, перенесли через препятствие и сквозь иллюзорные прутья. Пришлось даже зажмуриться и подогнуть коленки. Хорошо, удалось ни за что не зацепиться.

Санни невольно схватила его за плечи, ощутив под ногами твёрдую землю.

- Басти! - выдохнула она, распахнув глаза. - Ну что ты творишь? С ума сошёл?

- Кажется, да, - его губы были совсем близко, а руки с талии он так и не убрал, и от них было очень тепло и странно. - Да, Санни! Ты сводишь меня с ума!

- Ты меня тоже, - буркнула она, пытаясь собрать в восхитительно пустой голове остатки разумных мыслей. - Отпустишь?

Но её отвлекло просто море воды, обрушившееся сверху. Даже тяжёлые ветви дерева, росшего рядом с ними, не стали преградой.

Санни ахнула, невольно прижимаясь к единственному тёплому и пока сухому существу рядом, но тут же засмеялась, запрокинув голову и подставляя разгорячённое лицо под холодные струи дождя.

- Мы промокнем насквозь! - но в её возгласе точно не было огорчения.

Оказалось вдруг, что она просто обожает дождь и готова танцевать под ним или вот так, ловить губами вкусные капли. И захотелось узнать, так же ли это нравится Рабастану, который слишком крепко прижимал её к себе.

И замерла, увидев, каким напряжённым, жёстким и горячим стал его взгляд, заворожённо проследила, как он слизывает капли с мокрых губ. Веселье и восторг, наполнявшие ещё секунду назад, разлетелись внутри на тысячу осколков.

Оставалось только покорно ждать, отдаваясь стихии, над которой была не властна, только непонятно какой - то ли той, что продолжала бушевать вокруг, то ли той, что носит имя Рабастан Лестрейндж. Сердце сжалось от удивления и невыразимой нежности, когда парень принялся осторожно сцеловывать капли дождя с её подбородка, щёк, губ. Его длинные ресницы слиплись стрелочками, а в потемневших глазах она, кажется, утонула, когда очень естественно всё превратилось в настоящий поцелуй.

Это было каким-то безумием! Бешеный ливень словно отгородил их от всего мира. И внутри что-то оборвалось, отпуская на волю, позволяя - сейчас можно! Можно ответить, можно обнять его за крепкую шею, можно самой пробовать его на вкус, задыхаясь, торопясь, словно воруя у судьбы эти мгновенья.

Басти оторвался от её губ, когда воздуха уже не хватало обоим. Прислонился лбом к её лбу, тяжело дыша, осторожно гладя по голове, спине, словно хотел успокоить. Потом снова принялся торопливо целовать её шею, щёки, глаза, даже укусил за мочку уха, и опять вернулся к губам, поймав ртом её возмущённый писк. Весь мир стал неважным и далёким. Был только он и пьянящее наслаждение от беззастенчивого, сводящего с ума поцелуя.

Вот только совсем чуть-чуть оставалось до полного восторга, которого так хотелось достичь, когда тёплые руки, губы и весь он вдруг исчезли, отстранившись.

Санни судорожно ловила ртом воздух, стараясь прийти в себя и бессильно сжимая кулаки. Реальность возвращалась медленно. Оказалось, что дождь уже затих, падая сверху отдельными каплями. Встрёпанный, мокрый и раскрасневшийся Рабастан снова засунул руки в карманы, стоя в добром метре от неё. Его губы кривились в досадливой улыбке, а нижняя была прокушена, капелька крови мешалась с дождём, скатываясь по подбородку. И как-то отстранённо Санни подумала - неужели это она?

- Мне надо вернуться, - пробормотала она вслух, чтобы сказать хоть что-то.

Басти кивнул, словно не доверял своему голосу, и показал глазами на прутья решётки.

- То есть, даже не поможешь? - спрашивать было так странно, припухшие губы казались непослушными.

Помог, сразу же. Легко перекинул её тельце сквозь иллюзорные прутья. И ведь опять она не задела за реальную решётку. Только сразу Рабастан не отпустил, не слишком настойчиво развернув к себе.

- Ты такая сладкая, - прошептал в её губы. Но даже не прикоснулся, только тёплое дыхание ощутила - с привкусом вина и мяты.

Пришлось самой резко отступить, делая вид, что это она не позволила прикоснуться. Очень уж обидно было, что не поцеловал ещё раз. И это испугало.

- Мне пора! - повторила строго, почти сердито. Глядела куда угодно, только не на него. А лицо пылало так, что было невыносимо от того, что он наверняка это видит.

- До встречи, - любезно откликнулся Рабастан. Быстро же пришёл в себя. - На балу. Мой первый танец, обещаешь?

- Ладно, - она быстро зашагала вдоль решётки к воротам.

- И второй! - нахальный Басти шёл рядом, и теперь их разделяла вполне реальная ограда.

- Рабастан!

- Да, солнышко?

- Имей совесть!

- Наколдовать тебе зонтик?

- А смысл? - вода у неё даже в сапогах хлюпала. И мантия оказалась расстёгнутой, отчего свитер и всё что под ним тоже промокло.

- Могу ещё высушить, но твои мокрые кудри - это что-то!

Она только сейчас поняла, что волосы спокойно спадают на плечи и спину. И когда он успел расплести косу?

- Это уже слишком, Рабастан! - возмутилась она непонятно чему. - Ты невыносим!

- Тебе же понравилось? - вкрадчиво поинтересовался он, останавливаясь у ворот.

- Басти! - пришлось тоже остановиться. Потому что никак не могла решить - уйти, не прощаясь или это будет совсем неправильно.

- Да, я мерзавец и извращенец, - шутливо заверил он, но тут же добавил вполне серьёзно: - Но я ни о чём не жалею! А ты?

- Уже стараюсь забыть! - вспыхнула Санни. - Пока!

Она стремительно развернулась и зашагала к школе.

- До свидания, солнышко. Ты самая лучшая! - его очень весёлый голос заставил улыбнуться против воли. И вот как на него сердиться?

Дождь усилился снова. Только бежать под крышу совсем не было желания. И почему-то очень хотелось верить, что он всё так же стоит у ворот и смотрит ей вслед. Но слишком неловко было бы обернуться и проверить.

И всё же мало было весёлого в зимнем дожде. Особенно, когда он стих, сменившись ледяным ветром. На подходе к главному входу школы её уже била мелкая дрожь. Мокрая одежда неприятно липла к телу. А в высушивающих чарах она была ещё не настолько уверена, чтобы применить их к самой себе. Как бы не заболеть перед самыми праздниками! И ведь не обманул нахальный Лестрейндж, о любви они не говорили! Щекам снова стало жарко от воспоминаний, даже уши теперь горели.

- Санни! - по ступенькам поднимался Квинтус Флинт. В два прыжка он поравнялся с ней. - Тоже попала под дождь?

- Как видишь.

Она отвернулась в сторону от его пристального взгляда. Может, дождь и смыл все следы безумств, но губы по-прежнему ощущались припухшими. И румянец был совсем некстати, хотя это уже могло быть началом лихорадки... Холодная Шотландия вокруг!

- Ты похожа на валькирию в таком виде, - пробормотал Квин. - Не знал, что они так вьются под дождём! Ты как будто в огне!

- Ты о чём? - она резко к нему развернулась, не дойдя до двери. Только не ожидала, что Флинт окажется так близко. И отступить не успела - её тут же внаглую взяли за подбородок, заставляя поднять голову.

- Ах вот в чём дело! - произнёс Квин, как-то тоскливо скривился и отпустил её, отступая на пару шагов назад. - Зря я рассказал мерзавцу про окошко в решётке. Это ведь был Рабастан, так?

- Не твоё дело! - обиделась Санни, бросаясь в школу. Вот только Флинта с его ревностью ей для полного счастья не хватало!

Захотелось скорее переодеться в сухое и в сотый раз перечитать мамино письмо. А ещё немного успокоиться и перестать, наконец, вспоминать ежесекундно лёгкую улыбку Басти и спокойный свет тёмно-янтарных глаз перед прощанием у ворот.

***

Окончательно успокоиться, как ни странно, помог свежий Пророк, который нашла у себя на столике в гостиной...

А сначала накрыло с головой паникой и пониманием, что в их отношениях с Рабастаном произошёл явный перелом. И ничто уже не будет прежним. Просто не получится и дальше обманывать себя, будто он просто друг. Друзья так не целуются! И это надо было хорошенько обдумать.

Едва оказавшись в своих комнатах, Санни бессильно прислонилась к двери, сползая по ней на пол. Прижав ледяные ладошки к пылающему лицу, снова и снова вспоминала отдельные фрагменты неожиданной встречи, понимая, что влипла она по самую макушку. До Рождества, которое так ждёт Рабастан, уже рукой подать, а её терзало нехорошее предчувствие, что теперь сделать выбор будет ещё сложнее.

Только появление Лакки заставило шевелиться. Домовушка охала и ахала, когда увидела хозяйку. Пришлось позволить перенести себя в спальню, где она была очень быстро раздета и погружена в горячую ванну с ароматом каких-то травок. Отмокала долго, безропотно выпила пару бокалов горького отвара, сваренного "лично дедушкой Петри". С большим трудом вспомнила, что так, кажется, зовут домового эльфа Джейми.

После горячей ванны Санни ощущала слабость и сонливость, но неприятные ощущения вроде бы прошли. Даже решилась спуститься вниз, прихватив Монстрика. В гостиной она устроилась в кресле, захватив со столика газету. А маленький книззл занял место у неё на плече, немножко повозился и засопел, засыпая.

- Газету совой доставили, - доложила Лакки. - Ужин уже скоро. Хозяйка Санни, вы пойдёте в Большой зал или как обычно?

- Здесь поем, - Санни раскрыла газету, и с удовольствием отхлебнула горячий чай с бергамотом, заваренный заботливой домовушкой по её просьбе. - Хочется домашних сосисок, которые Кручок готовит. И домашней лапши.

- О, Кручок будет очень рад! Через полчаса всё доставлю, - оживилась домовушка.

- Хороший аппетит? - Даркер на портрете одобрительно покивал. - Как же я соскучился по домашней еде...

Закутанная в шаль тётушки Мюриэль поверх самой тёплой пижамы, с толстыми носками на ногах и в маминой непробиваемой шапке из шерсти домашнего книззла Рекса на голове, Санни чувствовала себя каким-то эскимосом, заодно помещённым в горячую печь. Но, опасаясь, что простуда всё-таки могла просочиться в организм после ледяного декабрьского дождя, стойко терпела жаркое тепло.

- Жаль, что не получится с вами поделиться, - ответила она Даркеру. Попытки просунуть что-то ещё в картину так до сих пор успехом не увенчались.

- Когда-нибудь сможете, - усмехнулся профессор. - Могу я узнать, что с вами приключилось на прогулке?

- Ничего такого, - Санни поспешно уткнулась в разворот Пророка, посвящённый квиддичу и открытию благотворительных игр. - Попала под дождь.

- Ну что ж, ваше право умолчать о подробностях, - профессор подмигнул ей, заставив покраснеть. - Пожалуй, пройдусь по знакомым, поищу газету. Не поверите, перечитываем её уже по десятому кругу. Даже очередь образовалась, так сказать, живая. Прослежу, чтобы лорд Гринсбург не мошенничал.

- Хорошо, - Санни потёрлась щекой о мягкую шкуру Монстрика и вернулась к развороту "Пророка". - Наверное, интересно побывать на таком матче. И Кэти там будет. Ой, что это?

Выпавший из газеты вкладыш поражал воображение глянцем и цветными колдофото со свойствами увеличения. Монстрик приоткрыл один глаз, презрительно фыркнул и снова замурчал.

- Много ты понимаешь, - укорила его Санни.

"Примите участие в конкурсе и получите гарантированный приз" - гласило броское название на вкладыше. Санни увлечённо поискала условия участия. Давно она таких штук не встречала. А точнее ни разу в магическом мире.

Претенденту на приз предлагалось оформить сад и огород, перетаскивая соответствующие картиночки. Границы сада позволяли многое, можно было расположить дорожки, сделать дополнительные оградки. Вобщем, сильно похоже было на какую-то компьютерную игрушку из социальных сетей в прошлой жизни.

Увлечённо подбирая и выбраковывая растения, плодовые деревья и кусты, наводя тропинки и ставя теплицы, Санни провела всё время до ужина, забыв на время обо всех проблемах и переживаниях. Чисто механическая работа хорошо приводила в чувство.

- Готово, - усмехнулась она, любуясь трудом своих рук и воображения. Даже если приз никакой не получит, всё равно спасибо тем, кто придумал такое милое развлечение.

Как и требовалось в условиях, она приложила к блестящему уголку палочку и проговорила условленную фразу:

- Ответ на конкурсную работу от Александры Мануэлы Прюэтт! Финита!

На её глазах все изображения с глянцевого листка ссыпались, оставив абсолютно пустой лист уже даже не глянцевого пергамента. В уголке на миг загорелась надпись: "Ответ принят, спасибо за участие!" Но и он сразу же исчез.

Стало немного обидно. Даже захотелось попросить у кого-нибудь из ребят ещё вкладыши, если им не будет интересен такой конкурс. Просто поиграть, не отправляя. Только вряд ли такие дураки бы нашлись - развлечений подобного рода не так много. И скопировать не догадалась. А нарисовать такое по памяти... Нет, таланта Эжени у неё нет, да и смутно уже помнятся детали.

В дверь постучали, когда, поужинав, она просматривала всё тот же "Пророк". Санни не сразу вспомнила про вечеринку, на которую ещё утром её пригласил Рудольфус. И распахнув дверь перед неожиданным визитёром, всплеснула руками.

- Я не одета! Подождёшь минуточку?

- Очаровательно выглядишь, - рассмеялась Валери Нотт. - Ты не простудилась? Этот дождь начался так некстати... Давай я помогу тебе выбрать, что надеть.

Санни поспешно замотала головой и бросилась в спальню.

***

- Леди и джентльмены, прошу минуту внимания, - Рудольфус Лестрейндж подмигнул только что вошедшим в гостиную Валери и Санни. Он стоял на возвышении, оглядывая собравшихся слизеринцев. Здесь были только три старших курса, если не считать хитростью пролезших в общество взрослых Люциуса Малфоя и его дружка МакНейра. - Трагическое событие, возможно, несколько омрачит наш праздник...

Тишину, повисшую над собравшимися праздновать ребятами, казалось, можно было резать ножом. Кто-то побледнел, как бедняжка Санни, кто-то испугано охнул, остальные смотрели выжидательно, не спеша делать выводы. Но ни один не поторопил префекта.

- Примерно два часа назад, возможно, чуть больше, в Хогвартсе случилось несчастье, пострадавшего уже доставили камином в Мунго. По последним данным его жизнь... - Рудольфус не собирался нагнетать, но слишком уж хотелось, чтобы несчастье закончилось смертью этого самого пострадавшего, - ...вне опасности. Однако состояние крайне тяжёлое.

- Кто? - не удержалась Андромеда Блэк. Беллатрикс сжала её руку, едва заметно кивнув Рудольфусу.

- Директор Дамблдор.

Имя произвело эффект разорвавшейся бомбы. Заговорили все разом, и Руди с мстительным удовольствием видел, что, если друзья и были озабочены, то вопросом, кого благодарить. Он поднял руку, отчего сразу все пересуды стихли. Народ жаждал подробностей.

- Подробности, увы, не удалось разузнать, но ещё не вечер. Сообщивший мне новость человек, возможно, появится здесь чуть позже. А сейчас поздравляю всех с наступающими праздниками и успешным окончанием самой сложной недели уходящего года. Давайте праздновать, друзья!

Он шагнул с возвышения, сразу пробираясь к Беллатрикс, с удовольствием замечая, как все вокруг начинают расслабляться. Послышались радостные возгласы и смех.

- Устроим оргию! - заорал, перекрывая шум бессовестный Флинт, и как фокусник стал выставлять на столик со сливочным пивом несколько бутылок Огневиски.

- Браво Флинту! - дружно грянули Мэдисон и шестикурсники Бёрк и Селвин.

- Ты как? - Бель обняла за талию, отводя его в сторону от толпы. - Выпьешь за здоровье Великого Светлого?

- Разве что за похороны, - буркнул Рудольфус, сгребая её в объятия. - Бель, я страдаю, поцелуешь меня, ладно?

- Как будто тебе надо моё разрешение, - мурлыкнула она в его губы, а после короткого, но горячего поцелуя, легко чмокнула его в нос. - Прекрати терзаться, объявится твой непутёвый братец. Не удивлюсь, если твои родители устроили ему праздничный пир. Скажи, он может воспользоваться зеркалом, пока все они сидят за столом?

- Наверное, нет, - Руди заправил чёрную, как смоль, прядку ей за ухо и тяжело вздохнул. Неизвестность убивала.

- Спроси Санни, если не можешь ждать, - Бель хитро усмехнулась. - Судя по тираде Флинта, достойной быть запечатлённой в нашей книге рекордов, эти двое голубков уже успели повидаться. О дефектах решётки ограды там тоже было. Но по чести говоря, он только Мэдисону душу изливал, я услышала чисто случайно...

- Не может быть! - Руди резко отстранился, обводя взглядом гостиную. Найдя взглядом Санни, он сразу выпустил из объятий подругу. - Подожди, ладно...

Беллатрикс усмехнулась и пошла к Валери с Андромедой.

Рудольфус успел перехватить Люциуса у порога. Решительный Уолли МакНейр, конечно, был рядом.

- Дверь запечатана, Малфой, - любезно сообщил префект. - Сову отправишь домой позже. Раз уж пришли, будьте добры праздновать со всеми, и только посмейте с Уолденом прикоснуться к Огневиски!

- Но, Руди, прошу...

Всегда сдержанного и прекрасного юнца Люциуса, за которым уже закрепилось прозвище "Павлин", стало вдруг жалко.

- Не волнуйся, кому надо сообщили, и твой папочка наверняка уже в курсе. Отдыхайте, детишки!

Санни удивлённо улыбнулась, увидев Рудольфуса рядом, даже хватило совести смутиться под его пристальным взглядом.

- Эмили, я украду на минутку мисс Прюэтт, - обворожительно улыбнулся Лестрейндж кузине. И сразу же поторопился увлечь Санни в ближайший тихий уголок.

На него смотрели с упрямым вызовом. Он с трудом удержался, чтобы не закатить глаза - эти двое были иногда до ужаса похожи!

- Что тебе, Руди?!

- Значит, Рабастан провалил экзамен? - тихо рявкнул Рудольфус, не спуская с неё внимательного взгляда. У Санни вечно всё было написано на лице.

- С чего ты взял? - она растерянно моргнула. - Он сказал, что всё сдал на "Превосходно".

Дошло до малышки, даже ладошками закрыла рот и уже чуть не плачет. Почувствуйте себя монстром, мистер Лестрейндж!

- Он написал в блокноте, - поспешила она оправдаться. Но ушки уже окрасились в малиновый цвет. - А разве тебе - нет?

- Представь себе, - пришлось добавить в голос грусти. - Видимо, переписка была настолько страстной, что он просто забыл обо мне.

- О тебе забудешь! - посетовала Санни, смеясь глазами, пропустив мимо ушей его гнусные намёки. - Может, хватит нас опекать?

А теперь ему следовало срочно сделать вид, что не услышал это "нас", прозвучавшее неземной музыкой.

- Ну конечно, все такие самостоятельные! - состроил он оскорблённую мину. - И я, похоже, только мешаю жить, да? А ещё говорила, что я твой друг!

- Ты друг! - горячо заверила она. - Ну, Руди, прости. Я очень ценю, что ты беспокоишься за меня, правда. Не сердись, пожалуйста!

- Ладно уж, живи! - усмехнулся он, и замер, когда она, смешливо улыбнувшись, откинула голову. Оставалось обругать неосторожного братца последними словами и незаметно взмахнуть палочкой. В надежде, что никто другой не заметил это пятнышко у неё за ухом. Надо будет научить Басти справляться с подобными последствиями страсти самому. Хотя, было сильно похоже, что без его контроля у этих невозможных красавцев всё пошло не самым плохим образом. - Принести тебе что-нибудь выпить?

- Нет, спасибо! И не надо за мной ухаживать, у тебя есть Бель! А я пойду к Эмили, если позволишь. Ты прервал нас на самом интересном!

- О, прошу прощения, леди. Наслаждайся вечером. И если хочешь, порадую - возможно, по домам мы отправимся раньше.

- Ой, директор же, - охнула Санни. - Так он правда в Мунго? Ты не знаешь, что случилось?

- Тебе его жаль?

- Руди! Не надо делать такое лицо, - отчитала его Санни. - Не знаю, что там случилось, поэтому не могу сказать, жаль мне его или нет. Не нужно навязывать мне своё мнение.

- Да ладно, даже не собирался. Иди к кузине, она уже проявляет нетерпение. А о чём вы беседуете, можно узнать?

- Нет!

Руди весело фыркнул, глядя вслед Санни, решительно пробирающейся обратно к Эмили Гамп. Хотелось уберечь и защитить её от всех разочарований в жизни. Но оставалось надеяться, что Басти сумеет сделать её счастливой. Вот только, что бы там у них не произошло, до хорошего завершения, желательно свадьбой, ещё далеко.

Захотелось срочно вернуться к Беллатрикс, заманить в спальню и поклясться в сотый раз, что будет только её душой и телом, навсегда. И пусть смеётся, пряча удовольствие в глубине глаз. Пусть дразнит параноиком, но только сначала пусть выслушает так серьёзно, как умеет только она, его Бель! И шепнёт в ответ одними губами: "Твоя навсегда!"

Только вид Уолли, прячущего недопитую бутыль огневиски в карман брюк, заставил резко сменить направление.

МакНейр охнул, ощутив железные пальцы у себя на ухе. Молча вернул бутылку на стол и обиженно засопел. Люциус неподалёку равнодушно разглядывал свои ногти, делая вид, что совершенно ни при чём. Малолетний пижон!

- Отпусти... Пожалуйста! - наконец взмолился Уолли.

- В следующий раз оторву и заставлю сожрать! Понятно? - ухо он всё же отпустил, и любовался, как МакНейр, держась за пострадавший орган, метнулся к Малфою и что-то горячечно ему прошептал. Люциус встретился глазами с Рудольфусом и покраснел. Вот-вот, маловат ещё, строить из себя принца! Но потенциал есть, как бы не пострашнее своего папаши получился этот "павлин".

Сделав внушение ещё двоим пятикурсникам, Руди уже совсем собрался подойти к Беллатрикс, когда дверь издала знакомый звук оповещающих чар.

Руди распахнул дверь и уставился на мрачного рыжика. Подумал и вышел, плотно прикрыв за собой дверь.

- Что здесь забыл Гриффиндор? - поинтересовался лениво.

- Буду краток, - даже вид рыжего Уизли был необычным. Костюм, отглаженная рубашка, ботинки начищены так, что блестят, плечи расправлены и в глаза смотрит без лишних ужимок и даже без привычной от него ненависти. Так, лёгкая неприязнь. - Мне поручено сообщить тебе о директоре Дамблдоре.

И снова этот бестрепетный взгляд, мол лучше бы я тебя, Лестрейндж в гробу увидел! Либо мир сошёл с ума, либо Рита Скитер способна сотворить чудо.

- Слушаю тебя внимательно, Уизли! - немного презрения в голос и в голубых глазах загорается бешенство.

- Мне плевать, как ты слушаешь, Лестрейндж, - всё-таки не сдержал свой нрав Рыжик. - Будь моя воля, ни хрена бы ты от нас не узнал. Но так уж вышло, что меня попросили. Повторять не буду.

- Не страшно, у меня думосбор есть, - не удержался Руди. Хорошая драка сейчас не помешала бы.

Рыжик мерил его посветлевшим от незамутнённой ненависти взглядом не больше пяти секунд, после чего отвернулся. А жаль!

- Сегодня, около трёх часов дня, Альбус Дамблдор шёл куда-то из своего кабинета. Какое заклинание он применил и зачем - никто не знает. Ясно одно, заклинание было тёмное и последствия необратимы. - Голос рыжика был абсолютно холодным и твёрдым. А правильное построение речи, без немыслимого числа вводных слов, привело префекта просто в восторг. - Что бы там ни произошло, но в результате применения этого заклинания, директор получил ожоги лица, травму черепа, и похоже, навсегда лишился бороды и правого глаза. Это всё. На вопросы отвечать не стану. И всего хорошего желать тоже. Можешь не благодарить!

Этот уникум развернулся и, печатая шаг, утопал в сторону лестниц. Руди присвистнул, но только новый Уизли даже головы не повернул. Что ж, Лестрейнджу оставалось решить, что сообщить широкой общественности. Ну и подарок Рите придётся сделать очень ощутимый. И не денежный, богатая выскочка не оценит.

И хотя новости были озвучены только избранным, Лестрейндж всего через час своими ушами услышал трёп трёх пятикурсниц о том, что директору кто-то выколол глаза, отрезал язык и, возможно, ещё кое-что. Назывались даже предполагаемые злоумышленники. Неизвестный сбрендивший с ума полулепрекон, выведенный лесником Хагридом, и почему-то Слизнорт. В чём пятикурсницы были уверены твёрдо, так это в мотиве - месть Гриндевальда на почве ревности. Вот так!

Даже не смешно, но Рудольфус слишком устал, поэтому сбежал в спальню, где ржал минут пять, после чего ополовинил флягу с чистым магловским коньяком, зажевал грейпфрутом и нетвёрдым шагом пошёл всех разгонять. К завтраку, где сообщат печальную новость, слизеринцы должны были явиться в полном составе, несмотря на выходной и любое недомогание.

***

Новости, услышанные на вечеринке, поразили Санни. Она сама не понимала, как относится к тому, что неизвестный напал на директора, изуродовав старого человека до полусмерти. Невероятные подробности и вовсе вызывали тошноту - море крови и плавающие в ней пальцы и глаза... Хорошо набравшегося Флинта хотелось пристукнуть за столь красочные фантазии.

И пусть она не могла простить старому манипулятору Обливиэйта, и того совета попечителей, где её практически растоптали до прихода отца, но подобной участи она бы и врагу не пожелала. Лучше бы совсем убили, чем так.

Но и жалости не было. Наверное, потому, что и он не пожалел бы её, случись что. В этом она была уверена твёрдо. Как и в том, например, что как бы ни чернили Тёмного Лорда, тот был способен по крайней мере на сочувствие. И это ломало всю и без того запутанную картину мира.

Сильно опасаясь, что теперь ей приснится кошмар, Санни забрала из кресла проснувшегося Монстрика и устроилась в постели. Котёнок утробно замурчал у неё на подушке, разгоняя тени и страхи, она взяла с тумбочки письмо мамы, чтобы просто перечитать полностью, что гарантированно должно было избавить от всяких бородатых страшил в её снах.

"Родная моя, - писала мама, первыми же словами вливая в душу Санни покой и какое-то умиротворение. - Спасибо тебе за твоё письмо. Счастлива, что его получила, и горда за твои успехи. У нас с папой всё хорошо, мальчики не пишут почти, но ты же их знаешь. Приедут на Рождество и всё расскажут про своих драконов. У меня и малышей тоже всё хорошо. Целитель Сметвик навещает нас раз в неделю и уверен, что детки развиваются как положено. Так что причин для опасений нет, хотя твой папа и уверен в обратном, окружая заботой и развлекая, как никогда. Я этому очень рада, потому что ты права, нам повезло, мы до сих пор любим друг друга. Во всяком случае, в себе я уверена. А Джейсон... кто его знает, что у него на уме. Только когда он смотрит, я всегда ощущаю, словно я - единственная для него во всей Вселенной. Не могу объяснить лучше.

И ещё ты права, что я никогда не делилась своими воспоминаниями с тобой, но сейчас, вероятно, настало время. И даже лучше, если я об этом напишу, а вопросы ты сможешь задать, когда приедешь на каникулы.

Начать придётся издалека, хотя я понимаю, почему тебе интересно узнать именно про любовь, как она возникла и как я поняла, что люблю. Но чтобы это понять, надо знать, что я была за человек до того, как любовь пришла в мою жизнь, изменив всё.

Очень рано я потеряла родителей. В нашем доме о них вспоминать не принято, но это оттого, что никак уже не узнать, кто они были, какой была их фамилия, где жили. Первые воспоминания у меня появляются лет в пять. Дом, где я жила, был очень мрачным и старым. Кроме меня, других детей там не было. Да и людей, кроме меня, в доме жило всего двое - мой строгий опекун и полубезумная старуха, какая-то его дальняя родственница.

Опекуна звали Джарвис Форгет, отчего и я получила такую фамилию, потому что моя прежняя неизвестна до сих пор. Но официального усыновления или оформления опекунства сэр Джарвис не проводил. И я чуть позже объясню почему.

Тем не менее в письме, пришедшем мне в одиннадцать лет, было указано очень чётко: Летиции Александре Форгет, живущей на чердаке дома с привидениями, Годрикова Впадина.

Собственно говоря, дом находился под чарами, а приписывали его к Годриковой Впадине, хотя до неё от дома точно не меньше пятнадцати миль. Что касается привидений, то это были совершенно безобидные юноша и девушка, ставшие моими единственными друзьями. Они ни с кем не общались, кроме меня, даже с сэром Джарвисом.

Теперь о нём. Джарвис Форгет был очень тёмным и страшным магом со множеством врагов и без единого друга. За всё время совместного проживания нас ни разу никто не навестил. Зато я неоднократно слышала, уже учась в школе, что Джарвиса Копта мечтает убить чуть ли не каждый.

Ты не подумай, что я училась с кровожадными людьми, речь идёт скорее о ковенах боевиков, их дети и дети их вассалов учились на Слизерине и Рэйвенкло, но было несколько и на Гриффиндоре. С главами ковенов ты даже знакома - Нотты и Лестрейнджи. Были ещё Крафты, но их вырезали полностью во время войны, и виной тому был как раз мой опекун, если люди не врут.

Я и поныне не знаю, какая из его фамилий была настоящей - Форгет или Копт. А может, и Крафт, бродила у меня в то время такая романтическая мысль, в конце концов, ковен этих профессиональных убийц, по воспоминаниям некоторых людей, был сплошь тёмным и даже диким. Что вполне соответствовало характеру мрачного сэра Джарвиса.

И я благодарила небо, что мне дали не столь известную фамилию. Хотя и её я не любила, и опекуна своего боялась, сколько себя помню.

Ах да, был ещё домовик, старый и молчаливый. Он готовил и прибирал в доме, а также занимался закупкой всего необходимого. Каким образом - не представляю. Всегда подозревала только, что Джарвис запретил ему говорить. Я и забыла о нём, потому что он был как тень, да и выглядел как тень. И звали его тоже Тень.

Как я попала в этот дом - отдельная история. Я услышала её лишь однажды, и мне запретили вспоминать и расспрашивать о ней впредь. Мои настоящие родители были проездом в Англии, такой вывод сэр Джарвис сделал из того, что я помнила из прошлого лишь пару слов на итальянском. Какие, он не говорил. Так вот, родители вроде бы сняли комнату на несколько дней, но буквально на следующую ночь начался пожар, не спасся никто, кроме меня. Видимо, это был магический выброс. К счастью или несчастью, меня вынесло на тротуар прямо под ноги проходившего мимо сэра Джарвиса. Было мне тогда, по его словам, полтора года.

Не сказала бы, что меня обижали или как-то притесняли. Меня кормили, одевали, даже учили. А ещё у меня были книги, много книг в огромной библиотеке. И эти книги стали моими единственными друзьями, если не считать привидений.

Стоит ли говорить, что в Хогвартсе я поначалу всех дичилась. Я впервые видела столько народу, столько детей, столько нового. И очень всего боялась, хоть и мечтала подружиться со всеми, или хотя бы с кем-то одним. Затворническая жизнь не могла не сказаться, и ни о какой дружбе поначалу не было и речи.

По прихоти Шляпы я попала на Гриффиндор. Честное слово, гораздо комфортней я чувствовала бы себя среди трудолюбивых и приветливых хаффлпаффцев или в крайнем случае - среди умных одиночек Рэйвенкло. Но не вышло, и я была окружена шумными и буйными ребятами, которые не приняли меня в круг своего общения. Моя вина тут тоже есть. Я всех сторонилась, одевалась весьма старомодно и бедно, а о правилах приличия знала только из книг.

Друг у меня появился только на третьем курсе, как раз мальчик из ковена Лестрейнджей. Звали его Трой Хейли. К сожалению, мы рассорились к шестому курсу, и я даже не знаю, жив ли он, и, если да, как поживает, есть ли семья. Знаешь, а ведь я о нём и не вспоминала толком, и возможно, написав тебе, попробую отправить сову и ему.

Трой защитил меня от мальчишек, напавших на меня после квиддичного матча. Причины помню смутно. Это были свои, гриффиндорцы, которые за очередную мою "непохожесть" устроили мне бойкот. А видя, что это никак на меня не действует, решили проучить сильнее.

С того дня Трой стал таскаться за мной повсюду. Он и сам был одиночкой, только его и не пытались травить. Ребята из ковенов для всех были немного психами и драчунами. Их уважали или ненавидели, но лезть к ним боялись.

Сначала я сама страшно его боялась, но не смела попросить оставить меня в покое. Но постепенно привыкла, через несколько месяцев мы даже начали разговаривать. Немного и только по делу, но и это было немалым достижением.

От него я узнала и про ковены, и про опекуна, и про негласные правила и традиции магического мира, о которых не пишут в книгах. Мне с моим неизвестным происхождением и непонятным статусом даже в голову не приходило, что это вообще важно. Только сейчас я понимаю, как мне сильно повезло с таким другом.

Мальчишки вообще перестали меня замечать после появления такого телохранителя. Но девочки, а нас в спальне было пятеро, продолжали пакостить по мелочи, на людях неизменно улыбаясь Трою и никак не показывая неприязни ко мне. Конечно же, жаловаться на мелкие неприятности я не могла, да и просто боялась, он ведь и убить их мог, по моему наивному мнению.

Не говорить же, что пропадало нижнее бельё, что утром в волосах я находила пауков, что в тапочки мне наливали что-то липкое. Это стыдно. Но я неплохо знала бытовые заклинания, магия давалась легко, а пауков я с детства считала добрыми вестниками.

Так что до определённого времени не придавала их выходкам большого значения, предпочитая не замечать. Не самая лучшая тактика, но не было никого, кто бы мог посоветовать мне иной подход.

Пожалуй, самое неприятное было, когда портили, например, заливая чернилами, мои книги или готовые эссе. Не раз я плакала из-за этого, хотя другие вещи меня так не могли расстроить. Но однажды Трой спросил прямо перед уроком, отчего у меня испорчена работа. Громко спросил, оглядев всех. Я попыталась его утихомирить, обещая рассказать всё позже. И видимо этим испугала девочек. Почти месяц меня вообще не трогали, потом опять началось. Только вот книг и эссе больше не касались и мне этого было достаточно. Остальное можно было пережить.

И несмотря на то, что в Хогвартсе жизнь меня не слишком баловала, возвращение в дом с привидениями было для меня трагедией. Опять замкнутое пространство, тёмные лестницы и коридоры, пыльная библиотека и сумасшедшая Мархет, которую я видела только во время ритуалов.

Кстати, о ритуалах. Их я знала много с самого раннего возраста. Смысла не понимала, но участвовала неизменно по нескольку раз в году. Надо ли говорить, что все они были тёмными - то есть с принесением жертвы. К счастью, это не были младенцы или девственницы. Обычно сэр Джарвис использовал петухов, кроликов или кошек. Последних мне было жальче всего, какими бы страшными они не выглядели.

К чему меня так готовили, я расскажу тебе сразу, хотя сама узнала это только на шестом курсе, когда всё и случилось. Это я уже про любовь... Оказывается, все ритуалы были направлены на то, чтобы я могла родить в своё время ребёнка тёмному магу.

Как бы ужасно это ни звучало, сэр Джарвис растил меня, светлую волшебницу, для себя. Это был его большой и важный эксперимент. Единственное, что утешает, когда я думаю о постигшей его участи, это то, что останься он в живых, обязательно осуществил бы задуманное. Ему от меня нужен был только ребёнок с какими-то особенными возможностями. Моя жизнь или смерть после выполнения этой великой миссии сэра Джарвиса нисколько не волновала. Второй попытки он не планировал.

Было время, когда я об этом не знала, только была заверена опекуном, что участь моя решена и в назначенный срок я выйду замуж за того, кому предназначена судьбой чуть ли не с колыбели. Кто же знал, что он имел в виду себя? Я не придавала его заверениям особого значения. Это было нормально: решать судьбу подопечных, и в книгах о таком писали, и Трой, бывало, рассказывал. А магловского мира, где многое по-другому, я никогда не знала, если не считать нескольких художественных романов прошлого века.

И вот дожила я как-то без особых потерь до пятнадцати лет. Подходил к концу пятый курс. Трой безответно влюбился в Мюриэль Прюэтт, которая училась на курс младше нас на Слизерине. Твоя тётушка и тогда была очень яркой, красивой и весёлой. Мне так было жалко Троя, что я решила ему помочь, преодолела собственный ужас и подошла как-то к этой красивой девочке. Ну и выложила всё про Троя без утайки. Я ждала, что она засмеётся, скажет что-то презрительное или даже ударит. Но ты же знаешь тётушку - это самый добрый человек на земле. И в юности она тоже была такой.

Она усадила меня за стол какого-то пустого класса и очень по-доброму объяснила, что любит другого. И хотя Трой - отличный парень, нравится ей и всё такое, но своему Хэйдену Брэму она не изменит никогда. Это была правда, именно за него вышла тётушка Мюриэль замуж сразу после школы. Именно этот Хэйден стал отцом Джейми и погиб до его рождения.

Трой мои старания не оценил, перестал разговаривать, предварительно накричав, чтобы я больше никогда не лезла в его дела, что я ужасная дура, ничего не понимаю, и вообще он никогда не любил Мюриэль, и я всё это себе придумала.

Конечно, мне было очень обидно, и я тоже перестала с ним разговаривать, а вот с Мюриэль, наоборот - нередко сталкивалась в библиотеке или на прогулке, и она охотно со мной общалась. Сама подходила или подсаживалась, но никогда не была навязчивой. Я же её боготворила, считая образцом, идеалом и лучшим человеком на земле. Кстати, мои чувства к ней не сильно изменились за все годы знакомства.

И в один прекрасный день, который всё равно бы случился, раньше или позже, она показала мне мальчишку годом старше меня. Это был шестикурсник со Слизерина. Не знаю, почему раньше я его не замечала, может, потому, что я в принципе старалась вести тихую и неприметную жизнь и мало засматривалась на парней. Мне вполне до недавнего времени хватало Троя Хейли.

"Это мой братец, - сказала тогда Мюриэль. - Зовут его Джейсон. Он наследник рода и жуткий засранец. Постарайся в него не влюбиться!"

Наверное, это и сыграло роковую роль. Я вообще не думала о любви и прочих глупостях до того момента. Во всяком случае, не думала, что эти глупости применимы ко мне самой. И услышать такое от своей яркой и красивой подруги с кучей поклонников было невероятно лестно. Ну, а как же, она считала, что я способна влюбиться. Прямо как героиня какого-нибудь романа. В библиотеке дома старинных романов из магловского мира было несколько, и я все их прочла.

Конечно, я верила Мюриэль, поэтому, решив поискать себе объект для любви, стала так же настороженно следить за Джейсоном Прюэттом, чтобы ни в коем случае не влюбиться.

И не стало для меня интереснее объекта для наблюдений, чем этот таинственный парень с непроницаемым выражением лица. Мне хотелось понять, отчего Мюриэль считает его жутким засранцем. И сколько бы ни присматривалась, так и не поняла, почему она так неодобрительно отозвалась о брате.

Именно тогда я начала вести дневник по совету твоей тётушки, так что все мысли о Джейсоне конспектировала очень аккуратно, стараясь не упустить ни одного нюанса, и доказать в итоге подруге, что брат у неё хороший, либо в очередной раз убедиться, что Мюриэль оказалась права.

Не знаю, в какой момент я поняла, что пропала, но это случилось до окончания пятого курса. Наверное, иной исход был бы невозможен, кто его знает. И сейчас не жалею ни о чём, но тогда всё виделось несколько в ином свете. Конечно, я понимала, что точно не пара великолепному Джейсону Прюэтту, слишком разным было происхождение, спасибо Трою - хорошо просветил на этот счёт. Да и на моём горизонте маячил неизвестный жених. Но это всё было неважным, ведь я просто играла, вся эта влюблённость казалось мне ненастоящей, но весьма увлекательной игрой. А главное, Джейсон не должен был даже догадаться о ней. Ведь он даже не подозревал о моём существовании.

Я не могла поделиться с Мюриэль из-за её предупреждения. Не могла поведать Трою, который всё ещё дулся. Так что все откровения доставались дневнику.

Я писала в нём обо всём: как Джейсон улыбается, как хмурится, когда чем-то недоволен, как слегка кривит уголок рта, когда собеседник ему неприятен. Как много читает, как сильно увлечён каким-то своим исследованием, о сути которого, я уверена, не знал никто. Однажды я проследила, что за книгу он брал в библиотеке, это была книга из Запретной секции. Я получила туда доступ, делая работу по нумерологии, потому и оказалась неподалёку, когда он ставил книгу на полку. Название меня испугало: "По следам тёмных проклятий".

Но боялась я недолго, подумаешь! У меня опекун ещё страшнее. Так что продолжила наблюдать и записывать. Что он ест на завтрак, что предпочитает на обед. Где любит гулять, когда к нему лучше не подходить, а когда у него отличное настроение и он может улыбнуться и сказать что-то весёлое даже своей строптивой сестре. А потом я подсмотрела, как он поцеловал одну девчонку в пустынном коридоре. А спустя сутки, в туалете для девочек, услышала, как она над ним смеётся. Проплакала в подушку целую ночь. На кого злилась больше - не знаю. Наверное, всё же на себя, ведь именно в ту ночь осознала, что мечтаю оказаться на месте той девчонки, чтобы он меня так поцеловал.

С тех пор у меня пропал аппетит и сон. Я стала хуже учиться, мало ела, а ночами мечтала о темных глазах и изящных пальцах Джейсона Прюэтта. Неудивительно, что не высыпалась.

Моё состояние заметили только двое. Трой решил вдруг помириться, просто сел рядом и заговорил о какой-то ерунде, словно и не было между нами месячной размолвки. Он был так заботлив, заставляя есть, следя, чтобы вовремя шла спать, помогая с учёбой, что я просто не могла на него сердиться. Хотя он и мешал наблюдать за моим новым кумиром.

Мюриэль была более практичной. "Кто?" - вопросила она меня однажды, загнав в угол. Все мои попытки избежать ответа пресекала на корню. Пришлось признаться и разреветься. Ругаться она не стала, утешала битый час, гладила по голове и называла "глупышкой". И тут же развила бурную деятельность, какие только отворотные зелья я не пила с её лёгкой руки. Только ничего не помогало. Сердце по-прежнему делало скачок, стоило мне увидеть её брата. Ладони потели, ноги становились ватными. И двух слов связать не могла.

Дневник был исписан сотней вариантов признания ему в любви. А на задней страничке, подобно романтической героине, я на разные лады выводила имя: "Летиция Прюэтт".

Незаметно наступили каникулы и я уехала домой. Надо ли говорить, что моя роковая влюблённость за лето только окрепла. Может, я и приписывала ему вдали несуществующие достоинства, но была по-настоящему счастлива, одновременно страдая в своё удовольствие. Несколько очень откровенных писем, которые никогда бы он не увидел, я написала прямо в дневнике. А потом и вовсе начала все записи свои вести, словно обращаясь к нему. Они начинались примерно так: "Привет, Джейсон, сегодня я опять видела тебя во сне. Утром мои привидения рассказали мне странную историю. Видел бы ты, какая красивая была когда-то Мелани. И рассказывать она умеет интересно, хоть и повторяет одно и тоже раз за разом..." В общем, все мои дела теперь были прочно связаны с объектом моих желаний.

Первое сентября я ждала с таким нетерпением, что не могла думать ни о чем другом. Даже сэр Джарвис заметил мою нервозность, и попытался выяснить в чем дело. Сказалась уставшей после очередного ритуала. Мне были выданы зелья без этикеток и инструкция как принимать. Убрала в школьный чемодан.

На платформе девять и три четверти я тряслась как осиновый лист, с нетерпением ожидая теперь уже семикурсника Джейсона. Заодно высматривала Троя и Мюриэль. Но с гораздо меньшим энтузиазмом, к своему стыду.

Но Джейсон так и не появился, пришлось садиться в вагон вместе с Троем. Мюриэль я тоже не увидела и в купе с моим другом мы были одни. Как назло, Трой в этот раз оказался очень разговорчивым и сильно мешал мне страдать. Было почти невыносимо слушать, как здорово он провёл лето, какой славный наставник его обучал, с какой лёгкостью он теперь может расправиться с любым гриффиндорцем и даже с половиной ребят из Слизерина. И всё в таком духе. Я улыбалась, кивала и в какой-то момент просто перестала слушать. Видимо, Хейли это заметил, потому что резко замолчал и только бросал на меня сердитые взгляды. Сейчас мне грустно об этом вспоминать, наверное, ни с кем больше Трой так много не разговаривал. А я не оценила.

А потом дверь распахнулась и я увидела Джейсона. Мерлин, как он был красив! Я забыла, как дышать, как улыбаться, как слышать, только таращилась, как дурочка, на своего кумира и млела.

"Эй, - сказал он, обратившись в итоге к Хейли, - твоя подруга того?"

Это были его первые слова, которые он сказал обо мне. И это было ужасно. Трой начал подниматься, новоявленный боец! И я бросилась к нему, чтобы удержать. Джейсон покрутил у виска, обозвал нас психами и ушёл, захлопнув дверь купе. А я разрыдалась.

Трой ровным голосом сообщил мне, что Прюэтт искал свою сестру, а потом угрюмо молчал весь оставшийся путь. Выходя на станцию в Хогсмиде, он обозвал меня дурой и сел в другую карету.

Беда пришла ко мне на второй неделе сентября. Я в тот вечер задержалась на дополнительных занятиях по нумерологии, а вернувшись в спальню, увидела, что все мои вещи переворошены, а дневник бесследно исчез. Тогда не было у меня большего горя. Я нарочно пропустила первое занятие на следующее утро и аккуратно обыскала вещи своих четверых однокурсниц. Результат оказался плачевным - дневника в комнате не было.

Если это и сделали они, то, видимо, унесли его с собой. По их лицам ничего нельзя было понять. Я не знала, что делать, как попросить их вернуть пропажу. Мюриэль сказать я боялась, ведь вопреки её наставлениям, я так и не преодолела свою слабость, а дневник был полон признаний.

Потом навалился ужас от осознания, что мои признания кто-то прочтёт. Я совершенно потеряла аппетит. Ругала себя, что не подумала защитить записи от чужих глаз. Ведь даже знала нужные заклинания!

Иногда я ходила за своими однокурсницами тенью, в надежде, что они заговорят о дневнике. Мне хорошо удавалось заклинание отвлечения внимания, и они не замечали слежки. И наконец мне повезло.

Я просто поздно спохватилась, но примерно знала куда пойдут две особенно злые на меня девочки. Дело в том, что за лето я немножко похорошела, как уверяла Мюриэль. И на меня начали заглядываться мальчики, даже из Гриффиндора. Только мне так и хотелось им крикнуть - где вы были раньше? Никто, никто мне не был нужен, кроме самого недоступного. Но мои однокурсницы этого не знали, и злились, что такая замухрышка перетягивает на себя внимание их парней.

Вот за такими, самыми красивыми на Гриффиндоре, я и спешила тем злополучным вечером. И чуть не прошла мимо. Какая-то компания громко что-то обсуждала, со смехом и скабрезными замечаниями. Обычно подобные сборища я обходила стороной, но тут бросила один взгляд и чуть не умерла.

У окна стоял Джейсон, скрестив руки на груди и глядя на гриффиндорок крайне раздражённым взглядом. Одна из девушек держала в руках мой дневник и зачитывала оттуда что-то. От шума в ушах я не поняла, что именно. Я не отрывала взгляда от Джейсона и понимала, что жить дальше незачем.

"Смотри, - вдруг сказала та, что держала дневник. - вот же! А ты говоришь, что не про тебя. А тут написано: Летиция Прюэтт". И она противно засмеялась вместе с подругой.

"Дай-ка сюда", - оживился вдруг Джейсон, и ловко отобрал дневник у девицы.

Он быстро листал страницы, иногда задерживая взгляд на чём-то, потом продолжал листать дальше. А потом открыл тот самый форзац и засмеялся.

"Идиотка", - хмыкнул он и засмеялся снова.

Девицы тупо хихикали, переминаясь с ноги на ногу и нервно оглядываясь.

Мне казалось, что хуже со мной уже ничего не случится. Поэтому сбросила с себя заклинание отвлечения. Подошла прямо к Джейсону и со всей силы влепила пощёчину. И даже дневник не отобрала, а просто сказала в лицо разъярённого парня: "Наслаждайся! Больше там нет ни единого слова правды! Ненавижу!"

И ушла. Девицы так и остались стоять, разинув рты. А Джейсон побежал за мной. Кажется, он кричал, что-то вроде: "Остановись, ненормальная! Забери это!"

Я развернулась и пальнула по протянутому дневнику Инсендио. Хотела спалить, раз больше он мне был не нужен. Не попала. Этот мерзавец сумел поставить щит.

Я даже больше не плакала. Мне как будто стало всё равно. Когда сердце обливается кровавыми слезами, плакать нечем. Стала лучше учиться, перестала вообще с кем-нибудь разговаривать, кроме Мюриэль и сменившего гнев на милость Троя. Джейсона, как ни старалась, всё равно замечала всюду. Видела, как он на меня смотрит, и злилась страшно. Теперь он знал обо мне всё, но я в самом деле научилась его ненавидеть.

Он подкараулил меня две недели спустя по дороге в Хогсмид, так зыркнул на Троя, что Хейли остался стоять на тропинке, сжимая кулаки, но не пошёл меня защищать. А Джейсон увлёк, крепко держа за руку, в самую чащу каких-то кустов. Где, к моему ужасу, встал на колени и попросил прощения.

Ничего не ответив, я просто сбежала. Обратно в школу. Трой побежал за мной, но догнать не смог или не захотел.

С того дня я снова научилась плакать. Но стала избегать Джейсона, который глядел издали больными глазами. Зная практически все его привычки, это было несложно. Тем более учились мы на разных курсах. В библиотеку я ходила только на час после обеда, а он там раньше пяти вечера не появлялся. На обед и ужин опаздывала, а он всегда приходил раньше и уходил задолго до того, как поедят остальные. Завтракала очень рано, а Джейсон сильно любил поспать, и порой не завтракал вовсе, или прибегал в последнюю минуту.

Конечно, долго мне так везти не могло. И очередная встреча произошла возле кабинета нумерологии, где я ждала своего профессора, наскоро дописывая эссе. В коридоре не было ни единой души, а профессор должен был вот-вот вернуться с обеда.

Кажется, я подпрыгнула, слишком поздно услышав шаги. Увидела Джейсона и застыла, сбежать шансов точно не было. А что он ищет именно меня теперь уже сомнений не оставалось.

Глядя в пол, решила на него не смотреть. Вместо этого глядела на его ботинки и старалась сдержать слёзы.

"Значит так! - резко начал разговор твой папа, тогда ещё мальчишка, пусть и на год старше меня. - Прекрати от меня прятаться! Слышишь?"

Я молчала, кусая губы. Мне под нос сунули букет цветов. От неожиданности я их взяла.

"В субботу идёшь со мной в Хогсмид!" - рявкнул он зло, развернулся и ушёл.

Конечно, я решила не ходить, несмотря на увещевания Мюриэль, что будет только хуже. "Уж если Джейсон что-то вбил в свою голову, ничего не поделаешь, милая, - говорила она, заплетая мои непослушные волосы. - Придётся тебе выйти за него замуж. Отец точно ему позволит. Так что лучше смирись. И вообще, хватит дуться, ну негодяй, ну прочёл твой дневник, но ты же его любишь! Признай уже!"

Я вздыхала, признавалась, соглашалась, но в субботу даже из кровати не вылезла. Читала какую-то книгу, взятую в библиотеке. Только поздно вечером решила пробраться в кухню к домовикам, чтобы хоть что-нибудь поесть. Девицы провожали меня какими-то затравленными взглядами. А я и не замечала, что они вообще перестали мне вредить. Только тогда это поняла. Ещё подумала: неужели у них совесть проснулась? Впрочем, мне было наплевать на это с Астрономической башни после случая с дневником.

Он сидел на полу прямо напротив выхода из гриффиндорской башни, скрестив ноги и пристроив на коленях какой-то огромный фолиант. Правильно, не просто же так сидеть.

Даже не встал ведь, только приказал тихо: "Остановись!"

Я послушно остановилась, было в его голосе всегда что-то такое, что ослушаться невозможно.

"Давай начистоту, - заявил Джейсон, положив руки на книгу. - Я люблю тебя, Летиция. И ты любишь меня! Не спорь - это очевидно. Предлагаю тебе руку и сердце. Прости, не могу встать, ноги затекли!"

А я ещё Мюриэль не поверила! И уж мне-то было понятно, что всё это всерьёз. Слишком хорошо я знала это выражение его лица. На его ладони я увидела кольцо, которое оставило отпечаток. Видимо, сжимал его в кулаке всё время, пока ждал. Это почему-то так поразило, что все мои защитные бастионы рухнули в одно мгновенье. Пришлось самой опуститься перед ним на колени и протянуть руку. Кто бы знал, что это происходит так просто. Джейсон надел на мой палец обручальное кольцо. А потом сказал: "Я голоден, как стая мантикор! Пойдёшь со мной?"

Я ответила, что мантикоры стаями не живут, они одиночки. И мы всю дорогу до кухни спорили на эту тему. Не было ни поцелуев, ни других нежностей. Только весёлый спор и еда. Много вкусной еды!

Позже, конечно, было всё. И поцелуи тайком, и походы в Хогсмид, и постоянные записочки с назначением встреч. И ссоры, и примирения, и приступы ревности, и новые признания, куда романтичней первого.

Пришлось мне писать опекуну, прося позволения выйти замуж за Джейсона Прюэтта. В свою очередь Джейсон написал своему отцу. Тогда я впервые увидела твоего дедушку, он уже был очень стар, но человеком оказался замечательным. Обнял меня и сказал, что счастлив, что сын выбрал "такую славную девушку".

Мой же опекун не отзывался долго. Я уже заволновалась, когда вдруг меня вызвал директор школы. Там мне объявили, что опекун забирает меня на домашнее обучение, и что женщинам образование в принципе без надобности.

Мне дали всего десять минут, чтобы собрать вещи. И всё же я успела послать патронуса Джейсону, где наспех пересказала, что случилось. У него как раз шёл урок зелий, и весь класс был свидетелем моего послания. Но я об этом узнала много позже. В тот момент я не думала о таких мелочах, а была лишь безумно благодарна Джейсону, что вообще научил меня вызывать этот тёмный аналог патронуса и передавать с его помощью сообщения. А вот обычный патронус, доступный светлым, у меня так ни разу и не получился. Джейсон ещё смеялся, что ему хватит и тёмного. Мне кажется, он уже тогда любил производить на окружающих самое мрачное впечатление.

Сэр Джарвис словно сошёл с ума. Дома он долго орал, какая я пропащая дрянь, сколько сил было вложено, а я чуть было всё не погубила. И всё в таком роде. А потом меня просто заперли в комнате, запретив выходить. Словно я могла это сделать!

Страшно вспомнить эти дни. Сколько было слёз, сколько попыток умолять Джарвиса отпустить меня к жениху. Всё было напрасно. Отказ есть его тоже не взволновал. "Ничего, - жутко улыбался он, - почти всё готово. Скоро тебе будет не до этих бредней, моя девочка!"

От такого тона мороз проходил по коже. Правдами и неправдами мне удалось выяснить, что он задумал. Я пришла в ужас. И умудрилась без палочки вызвать свой тёмный патронус, отправляя сообщение Джейсону. Рассказала в нём всё, боясь, что это моя последняя надежда. На мою беду это был праздничный рождественский ужин в Хогвартсе, моё сообщение слышали все студенты и профессора, собравшиеся в Большом зале.

Отряд авроров прибыл в наш засекреченный дом через три часа, когда меня уже привели в ритуальный зал и, раздев, привязали к алтарю. Они успели вовремя! Еще бы пять минут и, страшно подумать, что сотворил бы со мной этот ужасный старик. Сэр Джарвис был приговорён к поцелую дементора. А меня взял под свою опеку лорд Прюэтт, как будущую невестку. Я не доучилась год. Мы поженились сразу после того, как Джейсон сдал ТРИТОНы. Я их сдавала уже в министерстве, будучи на пятом месяце беременности.

То, что творил с моим организмом сэр Джарвис, имело свои плюсы. У меня были теперь шансы выносить ребёнка тёмного мага. Первая беременность проходила тяжело. А вот тебя я носила, даже не замечая своего состояния.

Теперь ты знаешь всё про меня, моя дорогая девочка. Или почти всё. Уже ночь, я увлеклась и писала весь день, не замечая, как летит время. Джейсон давно спит, а я не могу уснуть из-за воспоминаний. Надеюсь, я не слишком утомила тебя подробностями. С любовью и пожеланием найти свою судьбу, мама".

Глава 39

- Наконец-то, умираю с голода, - Рита казалась сегодня особенно маленькой и хрупкой, даже наставления звучали чуточку отстранённо, без огонька. - Не ворчи, Медведик. Забудь ты уже о выпендрёже Лестрейнджа! Он так воспитан, аристократ, наследник главы ковена боевиков, а ещё большой сноб. Да, мерзавец, но так уж положено. Однако чувство долга и законы чести для него не пустой звук, поверь мне. А главное - он нам нужен, и поможет в своё время, пусть пока даже не подозревает об этом.

Артур угрюмо кивнул и пощекотал грушу. В чём им поможет охреневший вконец Лестрейндж, он не понимал и понимать не хотел. Но спорить с невестой не спешил, частенько случалось так, что её слова оказывались пророческими, вопреки всему. На ужин они не пошли, а у Риты к ночи разыгрался аппетит. "Отсиживаться в логове" она отказалась. Поэтому в пятницу около полуночи и пошли поесть на хогвартскую кухню.

- Мисс Бербидж! - возглас Риты заставил вздрогнуть.

- Чарити! - Артур тоже узнал семикурсницу с Хаффлпаффа, замершую в тени коридорчика, ведущего к гостиной барсуков. Девушка прятала глаза и выглядела настороженной. То ли не ожидала никого встретить здесь в такой час, то ли имела что-то против именно их компании.

Невольно вспомнились слова Риты - она не только собирала информацию обо всех окружающих, но всё тщательно конспектировала в свой безразмерный ежедневник и под настроение что-то из записей проговаривала вслух, делясь с Артуром. Про Чарити он с удивлением недавно узнал, что та уже месяц не появляется в Большом зале и явно сторонится даже своих однокурсников. Рита ещё гадала тогда - любовь или неприятности в семье. Он отвлёкся и вывода так и не услышал. И теперь с удивлением приметил следы слёз на лице хаффлпаффки.

- Мисс Бербидж, - Рита говорила мягко и в то же время решительно. - Мы будем рады, если вы составите нам компанию. Сами пропустили ужин и надеемся на гостеприимство домовиков.

Девушка явно колебалась, не решаясь принять предложение. И Артур по-доброму улыбнулся, пытаясь подбодрить.

- Правда, Чарити, пойдём, вместе нам будет легче переваривать все восторги и умиления маленького народца.

Девушка всё же усмехнулась и, видимо, приняв решение, выступила из тени, подходя к ним.

Домовиков было много, и они действительно бросились к студентам, наперебой интересуясь, чем угодить "дорогим гостям".

Артур сразу попросил для себя мясной пирог с почками и жареных свиных рёбрышек, а для подруги заказал нежные телячьи котлеты с овощным салатом. Чарити, немного смущаясь, попросила того же.

- И чаю для всех, - решился Артур. - Много.

Он почти не слушал одобрительные причитания ушастых, заметив задумчивый вид Риты, глядящей с мрачным видом куда-то вглубь кухни. И благодарить хозяев котлов и поварёшек пришлось Чарити.

- Тихо! - вдруг оживилась Рита, подняв руку. Домовики послушно замерли, во все глаза уставившись на его невесту. - Кто здесь главный?

Ответом было недоумённое молчание.

- Наверное, главных у них нет, - тихо предположила Чарити.

Но Рита, продолжала сверлить взглядом толпу смущённых ушастиков, сложив руки на груди.

- Ну? - тихое нетерпеливое восклицание заставило эльфов задрожать.

Они начали расступаться, пропуская вперёд какого-то совершенно неказистого домовика.

- Что хочет узнать юная леди у Эльма? - пискляво осведомился он.

- Кому вы подчиняетесь? - спросила Рита.

- Эльфы служат школе и господину директору! - прижал руки к груди Эльм.

- Вы знаете, что директора Дамблдора нет сейчас в Хогвартсе?

- Эльм знает, эльфы очень обеспокоены.

- Кому вы подчиняетесь во время отсутствия директора?

- Господа деканы вправе приказывать эльфам и решать их судьбу.

- Почему та домовушка плачет? - осведомилась Рита, махнув рукой в дальний угол большого помещения, освещённого светом нескольких печей и большого камина с потрескивающими поленьями.

Домовики даже не обернулись в указанную сторону, только замялись, опуская глаза. Артур с изумлением следил за развивающимся действием. Рита умела удивлять даже тогда, когда удивляться, казалось, нечему.

Слово нехотя взял всё тот же Эльм:

- Она нарушила Закон и будет изгнана из школы. Это большая честь служить директору школы. Она забыла свой долг...

- Каким образом она нарушила Закон? - перебила Рита металлическим тоном. - Что совершила? Может, убила кого-то? Покалечила?

Домовики в ужасе стали хвататься за головы или зажимать рты. Держался более-менее в рамках лишь Эльм.

- Она не убивала и не калечила, домовые эльфы не способны причинять вред человеку и друг другу, - несколько даже высокомерно ответил он. - Эта домовая эльфа посмела попрать условия хозяина! Чёрной неблагодарностью ответила за принятие в общину и доброе отношение хозяина!

- Конкретней! Что именно она нарушила? - ровным голосом спросила Рита.

Артур уже нашёл глазами ту самую эльфийку, о которой, видимо, шла речь. Сидя в дальнем углу на небольшой перевёрнутой кастрюле, та тряслась, уткнувшись носом в тюк вещей, лежащий на коленях.

- Она не пожелала принимать зелье!

- Какое зелье? - ровно осведомилась Рита.

- Зелье, помогающее избежать нарушение Закона!

- Они так и будут ходить по кругу, - прошептала Чарити, тоже заинтересованная Ритиным расследованием. Похоже, об остывающей еде забыли все. - Позвольте мне?

Рита едва заметно кивнула и Чарити проговорила громче:

- Уважаемый Эльм, я прошу прощения, что задаю вам столь деликатный вопрос. Скажите, пожалуйста, это зелье, которое надо пить, препятствует возникновению беременности?

- Эльм не понимает, уважаемая госпожа! Эльм очень сожалеет, что такой непонятливый!

Домовик принялся остервенело дёргать себя за большие уши. Но Чарити не впечатлилась.

- Она ждёт ребёнка?

Сцена паники среди домовиков повторилась, а Эльм оставил в покое свои уши, налившись гордой мрачностью.

- Отступница нарушила Закон, - закивал он, - Она будет изгнана из общины, когда придёт срок. Маленьким эльфам не место в нашей общине.

- Кто отец? - поинтересовалась Рита, разглядывая свои ногти и вроде бы ни к кому не обращаясь.

Гробовое молчание было ответом. Артур увидел, что плачущая домовушка подняла голову, с испугом глядя на Риту.

- Как её зовут, уважаемый Эльм?

- Изгнанным из общины не положено имени, - глухо ответил тот, нахохлившись.

- Но ведь она ещё не изгнана? - подняла бровь Рита. И вдруг решительно встала, направляясь прямо к домовушке. Эльфы поспешно уходили с её пути, а домовушка с узелком затряслась, глядя на мисс Скитер с ужасом и обречённостью. Теперь, когда она невольно выпрямилась, Артур заметил округлившийся под просторной наволочкой животик. Словно она засунула под скудное одеяние круглый мячик.

- Когда маленький появится на свет? - Ласково заговорила Рита, присев на корточки перед испуганной домовушкой.

- Я... маленький родится через пять ночей, - голос несчастной дрожал.

- Куда ты пойдёшь, когда тебя изгонят из общины?

- Потерявшая имя не знает, - из больших глаз эльфийки покатились крупные слёзы, но дрожать она перестала. - Потерявшая имя будет искать себе нового хозяина.

- А что ты умеешь делать?

Ответом был недоумённый взгляд. Эльфийка шмыгнула носом, защищая лапками вздутый живот.

- Неважно, - вздохнула Рита, - хочешь пойти ко мне? Я не самая лучшая хозяйка, но магией делиться смогу и с тобой, и с твоим малышом.

Вот как мало нужно для счастья мелкой эльфийке. Та засияла как новенький галеон, даже худенькие плечи расправились.

- Потерявшая имя будет счастлива служить доброй госпоже! - воскликнула та, бросаясь перед Ритой на колени.

- Пойдём с нами! - велела та, разворачиваясь и направляясь к выходу.

Артур понятливо быстро наколдовал бумажный пакет из салфетки, собрав туда всю еду со стола. Чарити последовала его примеру, но поспешно схватила за рукав Риту, умоляюще заглянув в глаза.

Рита подняла брови, но кивнула, согласившись подождать. Домовушка с узелком замерла у её ноги.

- Скажите, пожалуйста, - вежливая Чарити обращалась сразу ко всем. - Среди вас есть ещё кто-то, у кого будет маленький?

Некоторое время дезориентированные домовики помалкивали, но потом вперёд вытолкнули сразу двух эльфов. Артур поражённо уставился на этих малышей, кто из них девочка понять сразу было сложно. Слишком большие грязные наволочки скрывали все подробности худеньких тел. Лица были мрачными.

- Мы уйдём вместе, - заговорил тот, что был чуть выше, и метнул на Эльма яростный взгляд. - Урс не бросит в беде мать своего малыша.

Артуру показалось, что слова "как некоторые" просто повисли в воздухе. Он с интересом посмотрел на напыщенного домовика по имени Эльм. Но не спрашивать же, не вы ли, уважаемый Эльм, трахнули неназываемую. Да у него даже в голове не укладывалось до сегодняшнего дня, что эльфы вообще этим занимаются.

Чарити шагнула вперёд и, явно волнуясь, спросила:

- Когда у вас родится малыш?

- Через пятнадцать ночей, - ответил Урс и взял за лапку молчаливо жавшуюся к нему подругу.

Чарити беспомощно повернулась к Рите, и та понятливо подошла ближе.

- Я не смогу, - с отчаянием сказала мисс Бербидж. - Магии для одного эльфа у нас с отцом бы хватило, хотя место силы не очень близко. И даже для малыша... Но...

Она замолчала, судорожно сжимая руки.

Рита оценивающе поглядела на Урса, на его серьёзную подругу и громко спросила:

- Пойдёте ко мне? Но предупреждаю, первое время магия будет только из накопителей, а потом посмотрим. Что-то придумаем. В крайнем случае достану ещё накопители. И ещё, работать придётся много. Нужно будет делать ремонт дома, работать в саду, заниматься хозяйством.

Урс повернулся к своей эльфиечке и посмотрел в глаза. Та отвечала тем же. Было такое чувство, что те общаются мысленно. Хотел бы Артур так уметь.

- Мы согласны, - вынес решение Урс, и оба эльфа с хлопком исчезли.

- Ну а мамочку без имени тебе, - Рита кивнула Чарити на домовушку, цепляющуюся за её юбку.

Та робко посмотрела на мисс Бербидж и без слов перешла к ней. Артур с изумлением наблюдал за сюрреалистической сценой, не зная, как вообще ко всему этому относиться. Чувство неловкости усугубилось слезами, которые он заметил в глазах хаффлпаффки, с обожанием смотревшей на свою только что обретённую домовушку. И он поспешно отвернулся, когда девушка судорожно вздохнула и осторожно погладила эльфийку по голове.

- Пойдёмте, - Рита пошла к дверям, оглянулась на притихшую общину хогвартских эльфов, но ничего больше не сказав, быстро вышла. Артур опомнился и бросился следом, осторожно прижимая к боку пакет с едой. Чарити вышла последней вместе с семенящей рядом эльфийкой.

- Мисс Бербидж! - Рита повернулась к хаффлпаффке, бросив лишь мимолётный взгляд на материализовавшихся рядом своих двух эльфов. В руках Урс держал внушительный узелок, видимо там находились пожитки обоих. - Тебе есть куда привести эльфа? Я не про твой дом, а сейчас.

- Да, - поспешно закивала Чарити. - У меня уже второй год отдельная спальня. Там есть кресло, оно достаточно широкое...

- Отлично, но прямо с утра поинтересуйся у декана, как привязать к себе эльфа, а мы попробуем спросить у Флитвика. Надо ведь узнать - правомерно ли это вообще, забирать себе этих эльфов.

- Госпожа хозяйка, - подал голос мрачный эльф.

- Говори, - велела Рита.

- Урс может сам вам сказать, как нас принять. Урс со своей супругой может сам решать, к кому идти. И безымянная тоже. Мы совсем недавно пришли в школу, нас еще не приняли в общину. И уже никогда не примут. А безымянную уже изгнали. Она должна была уйти с первыми лучами солнца.

- Понятно. И как вас принять?

Ритуал оказался таким простым, что его тут же и провели. Эльфы поклялись служить, а безымянная мамочка получила от Чарити довольно глупое, по мнению Артура, имя Хлоя. Сама эльфиечка была от него в восторге и намочила слезами край мантии новой госпожи. К некоторой досаде Уизли ему тоже пришлось принять участие в принятии эльфийских клятв. Теперь Урс и Свитти стали личными эльфами их обоих - его и Риты.

Логово эльфийским супругам очень понравилось. Они тут же установили, с согласия Риты, внутреннюю защиту помещения, а заодно и лаборатории от проникновения кого бы то ни было, включая хогвартских эльфов.

- Нас не выгоняли, а права быть в Хогвартсе директор уже дал, - объяснил Урс.

- Вот и отлично, - покивала Рита. - Пока поживёте здесь, а на каникулы уедете с нами. Что будет потом, решим позже. Возможно, вам придётся остаться охранять дом. Артур, не стой, я жутко хочу чаю. О, и пирог! Какой молодец, я совсем забыла о еде.

- Ой, Свитти сейчас приготовит чай хозяевам, - спохватилась молчавшая до сей поры эльфийка. - Свитти очень хорошо готовит.

- Отлично, - кивнула Рита, - но только чай, сделайте себе где-нибудь здесь гнёздышко для начала, или где вам будет удобно спать и прочее. И скажите мне, ради Мерлина, я что, действительно не могу дать вам одежду? То, что на вас - претит моему чувству прекрасного!

Урс выпрямился и даже изобразил перед Ритой нечто вроде поклона.

- Спасибо, хозяйка. Позвольте ответить.

- Позволяю. И впредь, Урс, не спрашивай на это позволения. Можешь ответить - просто отвечай. Есть что сказать, говори. Я вижу, ты парень сообразительный и поймёшь сам, когда лучше промолчать.

Эльф просветлел лицом и даже весь как-то подобрался.

- Госпожа Хозяйка, дарить одежду - это знак, что эльф свободен. И нет большего горя для нормального эльфа. Без магов нам выжить невозможно, даже места силы не спасут. Другое дело, вы можете приказать нам сделать себе одежду. Или приказать надеть купленную или сделанную вами одежду.

- Поняла, поняла, разница принципиальная. Урс, Свитти, вон там в углу парочка ненужных мне мантий, и старый полог, в нём материи много. Выберите себе что-то и сделайте одежду себе, а также используйте ткань для устройства своего уголка. И прошу, зовите меня мэм или хозяйка Рита, а Артура - хозяин Артур или сэр.

- Спасибо, мэм.

Чай на столе появился через мгновение, как эльфы исчезли. Появились они вновь когда Рита с женихом уже уполовинили принесённые из кухни продукты. Артур во все глаза уставился на насыщенно-розовую тунику Свитти, с бледно-голубой окантовкой. И синий с золотой каймой наряд Урса. Даже тапочки появились на ногах соответствующей расцветки, а у Свитти ещё и голубая полоска ткани, повязанная на голове.

- Вот это я понимаю! - Рита пару раз хлопнула в ладоши. - На сегодня всё. И давайте договоримся, не надо появляться, если не случилось ничего важного или пока мы сами вас не позовём.

- Да, мэм!

- Да, хозяйка Рита!

Артур облегчённо вздохнул, покидая убежище. Сложный день, наконец, завершился. Прощальный поцелуй - и скорее в гриффиндорскую башню. Завтрак утром в Большом зале обещал быть как минимум интересным.

***

Николь Бригитта Шелби проснулась в эту субботу очень рано. Её приятель и единственный лучший друг на всем Хаффлпаффе Питер Аллен в гостиную ещё не спускался. Раздумывая, идти ли ей в Большой зал без него или всё же подождать, читая роман, одолженный у Валери, Ники устроилась в глубоком кресле у камина. Было так приятно ощущать себя в привычных брюках из тонкой коричневой кожи и в зелёном свитере под цвет глаз с высоким горлом и длинными рукавами. Ещё бы перестать трястись от воспоминаний вчерашнего вечера...

Лисс Пранк и Валери Нотт атаковали её вчера сразу после обеда, поймав на выходе из Большого зала.

- В чём дело? Пожар? Общий сбор ковена? Лорд Нотт прислал список помолвок с приказом бежать под венец? - Ники сделала знак Питеру, с любопытством остановившемуся впереди, чтоб уходил без неё.

- Ну ты скажешь, Ник! - Лисс обиженно надула губки, но глаза смеялись. - У нас к тебе дело!

- А что, побежала бы? - ехидно улыбнулась Валери. - Даже если бы за Бэддока выдали?

- Да мне без разницы! - Ники закатила глаза. - Здесь говорить будем или что-то важное?

- Пошли к тебе, - решила Лисс, - ты же одна живёшь в комнате. Нам бы так!

- Потому что наш декан очень чутко относится к желаниям студентов, - показала Ники язык Лисс. Но закончила уныло: - И ни одна сволочь не захотела спать со мной в одной спальне.

- А с кем бы ты хотела? - подняла брови Валери. - С Питером?

Они сразу свернули в коридор, ведущий к гостиной барсуков.

- Да ну тебя! Пит - друг и сохнет по твоей подружке.

- Замучил любовным щебетом?

- Скорее молчанием, - хмыкнула Ники. Открывая паролем гостиную, она тут же перешла на пониженный тон, - через гостиную идём быстро и молча. И не говорите со мной, не портите мне репутацию!

- Кого ещё молчуном назвать, - прошипела Лисс и сделала постную мину под любопытными взглядами нескольких барсуков, копируя подруг. Но хватило её только до первого коридора, ведущего к спальням старшекурсников. Мисс Пранк принялась хохотать, сначала вполне беззвучно, а затянутая подругами в спальню Ники - уже в полный голос.

Валери тоже посмеивалась, а Ники только вздохнула и запрыгнула на кровать, устраиваясь в позе лотоса. Кресло и стул она оставила гостям.

- Когда успокоитесь, постарайтесь покороче донести до меня приказ лорда-дракона, - попросила она. - Или что там у вас. Мне в библиотеку надо.

- И вроде не книжный червь, - покачала головой Валери, которая уступила удобное кресло самой младшей из них. - Лорд всего лишь осведомлялся о здоровье, и предупреждал, что нас заберёт мой братец с платформы девять и три четверти.

- Нас всех? - уточнила Ники с недоумением. Обычно за ней присылали одного из племянников, и они аппарировали прямо из Хогсмида.

- Да, всех, - вздохнула Валери. - Твои племянники чем-то заняты, я не уточняла. Но мы по другому поводу.

- Ага, - Лисс уже просто улыбалась, справившись с весельем. - В Слизерине вечеринка сегодня. Мы приглашены.

- А мне-то что?

- Ты тоже, - Валери ухмыльнулась. - Будем делать из тебя принцессу. Имей в виду, Флинт и Мэдисон настаивали, чтобы ты была.

Ники недоверчиво подняла брови:

- Скажи честно, что лорд Нотт вспомнил о моём существовании и велел выставить на продажу!

- Зачем так грубо? - Валери неодобрительно посмотрела на хихикнувшую Лисс. - А ты, мелкая, лучше бы подумала о том, что тебя лорд Нотт точно не забыл и, может быть, уже за кого-то сосватал.

Эффект был мгновенный. Мисс Пранк смеяться перестала и даже отвернулась к окну.

Ники прожгла Валери укоризненным взглядом. И одними губами спросила: "Так и есть?"

Получив утвердительный кивок, совсем загрустила. Если уж Лисс за кого-то сосватали, то её и подавно могут. А ей не хотелось замуж ни сейчас, ни через пять лет. Хоть и понимала, что это неизбежно. Надежда, что хотя бы до конца школы её эта участь минует, сейчас поблекла.

- Ладно, - решила она. - На вечеринку пойду. Про платформу поняла. Фестралы будут счастливы.

- Не смей ехать верхом, - предупредила Валери. - Тебя потому и забирали сразу, если хочешь знать!

- И что? Кто запретит? - вздёрнула подбородок Ники. - И вообще, если всё сказали, можете идти, не держу!

- Не всё! - Валери вскочила и подошла к шкафу. - Можно?

- Валяй, - пожала плечами Ники. Ей было безразлично, что надеть на вечеринку - никого соблазнять она точно не собиралась, но от мисс Нотт не отвяжешься, лучше сразу смириться, что та выберет ей наряд.

Валери хватило пару минут:

- Не пойдёт, - вынесла ожидаемый вердикт. - Ник, я серьёзно. Лисс принесёт тебе платье сразу после ужина и сделает причёску.

- Только прошу, не слишком открытое! - Ники заметила загадочную улыбку дочери лорда и закатила глаза. - Ладно, сама решай. Это ведь ненадолго?

- Руди разгонит всех не позже одиннадцати, - подала голос Лисс. - Вэл, можно я к вам сейчас, не хочу гулять, не хочу возвращаться в нашу башню.

- Конечно, пойдём, - Валери направилась к двери. - Ник, не подведи, ладно?

- Будет всё в лучшем виде. Отобью у вас всех парней, будете знать!

Обе подруги пренебрежительно фыркнули и, наконец, ушли. А Ники смогла вздохнуть свободно, сползти с кровати и без всякого энтузиазма подойти к окну, чтобы задумчиво уставиться в хмурое небо.

Николь Бригитта была самым младшим ребёнком в семье Шелби, поздний подарок судьбы уже немолодым родителям. Отцу этой весной должно было стукнуть шестьдесят пять, мама на год моложе. Старшим братьям Ники уже перевалило за сорок, и оба племянника были старше неё - Арес на четыре года, Клайв на два, выпустился в июне из Хога.

Сколько себя помнила, Ники всегда была окружена мальчишками, играла с ними маленькой, принимала участие в драках и дуэлях позднее, а повзрослев, тренировалась чуть ли не на равных, несмотря на вздохи мамы и отца. Тайную гордость за дочку Бриг Шелби тщательно прятал от жены.

Ники уродилась молчаливой и не слишком улыбчивой, часто её можно было увидеть на развесистом дубе возле ворот их дома, где она либо читала свои книжки, либо задумчиво лежала на широкой ветке, уставившись в никуда. И пусть даже племянники, её верные друзья и подельники в любых шалостях, считали её странной, Ники это устраивало.

Она предпочитала одеваться по-мужски, наравне с мальчишками летала на гиппогрифах и сильно обижалась, если её не брали отгонять мантикору от границ поместья. На тренировках она никогда не плакала и не жаловалась, хотя травмы, особенно по малолетству, получала, порой, весьма серьёзные. Малькольм Бэддок говаривал, залечивая очередные синяки и ссадины, что она у него самая любимая и самая частая пациентка. Мол, парней и то реже видит.

- Хватит терпеть, реви уже! - как-то рявкнул он, вправляя сложный перелом руки, но добился только остервенелого взгляда. Бэддок скрипнул зубами и продолжил своё дело молча. И только завершив, и влив в горло порцию костероста, проглоченного как вода, проворчал: - И в кого такая? Да будет тебе известно, что даже парни стонут и плачут, и ничего. Не стыдно это. Да знаешь, как твой братец старший орал, когда ему ногу топором едва не отхватили?

- Парням можно, - убеждённо ответила тогда Ники и отвернулась.

Собственная фигура её убивала. Высокий рост достался от отца, и она быстро перегнала даже своих племянников. Тоже ещё та проблема - иногда она боялась, что муж ей достанется коротышка. И искренне просила Мерлина уберечь от такого "счастья". При таком росте с тонкими руками, ногами, и без всякого намёка на грудь даже в пятнадцать, она смотрелась эдаким нескладным жеребёнком. Ещё и талия осиная, хотя ела всегда наравне с братьями.

- Не в коня корм, - смеялся её брат Майкл, отец Клайва. - Как бы тебя ветром не сдуло, мелкая. Завтра на дальнее пастбище летим. Или останешься дома?

- Полечу, - ответила сердито.

Вот только к шестому курсу грудь неожиданно решила появиться, не слишком обрадовав хозяйку. И сейчас у неё был уверенный второй размер. Да и вся фигура слегка округлилась, хорошо, под бесформенными одёжками и мантией это не слишком заметно. Очередное доказательство поговорки: "Бойся своей мечты". Получив внезапно весьма привлекательную фигуру, Ники затосковала. Быть симпатичной девушкой, такой как все, оказывается, не так уж ей и хотелось.

И теперь предстояло пойти на вечеринку, а что платье, которое подберёт Валери, не будет скрывать фигуру, можно было даже не сомневаться. Конечно, Ники носила платья, особенно в жаркие дни летом, но случалось это достаточно редко. На тренировках Ники всегда предпочитала брюки, рубашки и дуэльные мантии.

Валери "не разочаровала". Зелёное платье оказалось в обтяжку, подчёркивая и грудь, и тонкую талию, и бёдра. Да ещё и плечи были открыты. Маленький чёрный кружевной пиджачок-болеро немного утешил. Вопреки обещанию, помогать одеваться пришла сама мисс Нотт, хотя и вместе с Лисс. Наверняка, чтобы убедиться, что подопечная не откажется наряжаться в это платье. Только девочки напрасно беспокоилась, она ни за что не стала бы ломаться. Надо - значит надо.

- Что значит "под платьем не видно"? - Валери даже подбоченилась, приготовившись к борьбе. - Немедленно снимай эти грубые ботфорты! Лисс, где туфли?

Ники могла бы возразить, что её сапожки вовсе не грубые, красивые и вообще очень удобные. Клайв чудный подарок сделал ей на день рождения. Из тончайшей коричневой кожи с набивным узором, с каблуками, подбитыми железными набойками, так что на все случаи жизни. Но не спорить же по таким пустякам.

Лисс Пранк, впервые увидевшая Ники в платье, зачарованно замерла, оценивая фигуру. Только повторная просьба Валери заставила её очнуться и протянуть коробку с туфлями.

- Ты красавица! - безапелляционно заявила Лисс, принимаясь позже за причёску подруги. Валери их покинула, взяв обещание прийти к слизеринской гостиной ровно к семи часам. - Давай распустим волосы? Я уложу. Тебя никто не узнает!

- А в косу нельзя? - сделала попытку сопротивления Ники.

- Нельзя! - сурово ответила Лисс, принимаясь колдовать над причёской.

Одна радость, что на вечеринке все девушки были красивые, и Ники нисколько не выделялась "из толпы". Это позволило расслабиться, стянуть бутылочку сливочного пива с сервировочного столика посредине гостиной, осторожно обогнуть Флинта и Мэдисона, что-то бурно орущих и не узнавших её в таком виде, и отойти в уголок, где сразу заметила Эмили Гамп и Андромеду Блэк. С ними ещё была рыженькая гриффиндорка, ну да, Прюэтт. Валери говорила, что Руди её опекает.

- Ники, это Александра Прюэтт, - познакомила её сразу мисс Гамп, - Санни, это Николь Шелби, она из ковена Ноттов.

После этого заговорили все разом, и можно было считать формальности выполненными. Да только момент немного испортила Андромеда.

- У тебя есть грудь! - шокировано заявила она, даже кто-то из парней обернулся.

- И попка ничего, - хохотнула бессовестная Валери. - Меда, прекрати так таращиться на Ники, я ревную.

Смех девчонок сгладил неловкость. И Ники с вызовом посмотрела на парня, который заинтересованно уставился на неё с другого конца гостиной. В белой рубахе и черных брюках любой парень смотрелся бы симпатичным. И сволочной шотландец Уолден МакНейр исключением не был. Ники даже не сразу признала своего единственного школьного врага.

История их ненависти началась ещё на младших курсах, когда Ники как-то на матче по квиддичу случайно попала в парня шуточным Ступефаем. Баловалась, показывая Питеру, как ловко у неё получается сбивать боевым заклинанием яблоко, установленное на столбике трибуны. Питер ловко левитировал фрукты обратно, правда, не всегда удачно. Но яблок они запасли полдюжины. Скучноватый матч Рэйвенкло с Хаффлпаффом занимал дружков куда меньше.

Откуда уж перед ними взялся МакНейр, и почему пробирался по первому ряду трибуны барсуков, Ники не задумывалась ни тогда, ни позже. Она его банально не заметила, а когда Ступефай уже летел в его голову, стало слишком поздно. Мальчишка-слизеринец мог бы и жизнью поплатиться, и это не давало Ники покоя долгое время. С тех пор она стала куда внимательней, и нехотя признавала в этом заслугу Уолдена.

Трагедии тогда не случилось, МакНейр шёл, пригнувшись, а в момент встречи со Ступефаем как раз выпрямился зачем-то. Заклинание угодило ему в плечо и выбило с трибуны. Конечно, они с Питером бросились к ограждению и в две палочки смогли смягчить его падение. Но в больничное крыло шотландец всё же загремел с переломом ноги.

Ух, сколько ненависти было в его взгляде, когда Ники с Питером пробрались в больничную палату, чтобы его навестить. Тут были и угрозы уничтожить, и требования просить прощения на коленях, и обещания не дать спокойной жизни. Да много чего. Вот обещание своё он выполнил, лишив Ники спокойной жизни на все последующие годы. Недели не проходило, чтобы они не поцапались, не подстроили друг другу какую-нибудь каверзу или не придумали особенно злостную и обидную обзывалку. Бывало, и до драк доходило. Правда, очень редко. Флинт и Мэдисон, а также племянник Клайв зорко следили, чтобы их противостояние не заходило далеко.

С Ники не раз проводились серьёзные беседы. И с Уолденом наверняка тоже. Однако неприязнь свою они никуда не дели, пронеся её через все годы как "самое дорогое чувство". Иногда Ники признавалась себе, что без этих стычек с бешеным шотландцем ей попросту было бы скучно. Правда, с шестого курса всё вдруг усложнилось. Шутки МакНейра стали хоть и реже, но изощрённее, а насмешки - более обидными. Или это она изменилась?

И где-то в октябре Ники настолько разозлилась на какую-то мерзкую выходку Уолдена, что даже прекратила ходить на любимые тренировки у профессора Робертса, а также всячески стала избегать те места, где можно было столкнуться с МакНейром. И пусть кто-нибудь посчитал бы такое поведение трусостью, Ники же была твёрдо уверена, что просто спасает его шкуру. Что однажды просто может не сдержаться и прикончит мерзавца, и уж точно не Авадой, которая была слишком милосердна для подобных отморозков.

У Хаффлпаффа со Слизерином учебные пары совпадали достаточно редко, и она всегда сидела на задней парте крайнего ряда с Питером Алленом, а Уолден сидел на второй парте с другого края, так что стычки на парах, где волей-неволей ей приходилось с ним встречаться, всё же были редкостью. Да и Валери следила очень пристально за Ники на таких парах, а МакНейр любимую дочь лорда Нотта почему-то всегда побаивался.

И сегодня встретить такой откровенно-заинтересованный взгляд мрачного слизеринца оказалось неожиданно приятно. Раньше этот гад на девчонок вообще внимания не обращал. А уж на девчонок-барсуков - тем более. Ники Шелби была единственным исключением. Но сейчас это не был привычный презрительно-угрожающий взгляд. И это сразу заинтриговало и, что уж скрывать, принесло мрачное удовлетворение.

Может, конечно, он её с кем-то спутал, но это вряд ли. Даже несмотря на её усмешку, парень продолжал буквально поедать глазами её фигуру с совершенно определёнными чувствами. Пожалуй, впервые он смотрел на неё как на девушку, а не как на врага. Даже забыл про бокал в своей руке. Это стоило где-нибудь отметить! Если бы она вела дневник, то обязательно расписала бы, как Уолден пал к её ногам, сражённый неземной красотой.

Ники наслаждалась этими мгновениями на полную катушку, ощущая, как от такого неприкрытого любования у неё мурашки бегут по затылку, хотя кулаки всё-таки чешутся стереть мечтательную полуулыбку с его лица. Поэтому растягивать удовольствие и дальше не решилась и развернулась к нему спиной, после чего с удовольствием отхлебнула сливочного пива прямо из бутылки.

- Ты понравилась МакНейру, - выдохнула мисс Пранк, стоявшая рядом. - И Бёрк на тебя смотрит!

- Лисс, малышка, прекрати считать похотливые взгляды! - ласково попросила Ники. - Лучше посмотри, нет ли чего съестного.

- А ты так и будешь подпирать стенку? - дерзкая девчонка рассмеялась и поспешила улизнуть.

Пришлось развернуться, когда Лестрейндж толкнул речь про несчастный случай с директором. Правда, Ники воспользовалась всеобщим вниманием и бурными обсуждениями после, чтобы незаметно сменить дислокацию. А потом внутренне веселилась, стоя возле камина и наслаждаясь растерянным видом МакНейра, шарящего взглядом по гостиной. Хорошо ещё, что подошедшие к ней Андромеда и Лисс хоть как-то скрывали от внезапного интереса преобразившегося врага.

- Пироженки, - протянула тарелочку Лисс. - Извини, мясные пирожки парни уже расхватали.

- Спасибо, подойдёт, - Ники сделала ещё глоток пива и вздрогнула от прикосновения к локтю.

- Могу поделиться пирожком, - заявил красавчик Кристиан Бёрк, заглядывая прямо в декольте. - Мисс Шелби...

- Отвалил быстро, - Ники даже голос не повышала, но слизеринцу хватило взгляда. Убрался, как миленький, вместе со своим пирожком.

- Сурово, - оценила Андромеда, забирая последнее пирожное с тарелки. - Вот бы мне так уметь! Вас в ковене специально учат, что ли, как парней отшивать?

- А как же иначе?! - задрала носик Лисс. - Каждое утро, как на тренировку, к миссис Эми Флинт.

- Болтушка, - фыркнула Ники.

А потом стали раздвигать мебель, чтобы устроить танцы. Специальный агрегат с музыкой установили прямо на камин, поэтому пришлось опять искать, куда отойти.

Резко развернувшись, Ники сразу уткнулась в грудь МакНейра. Точнее с размаху заехала ему зажатой в руке бутылкой чуть ли не под дых. Ростом суровой шотландец был всегда даже чуть выше неё, что было редкостью. Дракклов горец даже не охнул, уставился ледяным взглядом в глаза и подал руку ладонью вверх.

- Потанцуем?

Согласилась просто от неожиданности, вложив ладошку в его лапу и с горечью понимая, насколько она меньше. Вымахал за последний год во все стороны! Пары вокруг уже кружили под звуки знакомого вальса.

К её удивлению, Уолден танцевать умел, уверенно вёл, придерживая её за талию. И ничего лишнего себе не позволял, к несчастью. А то быстренько бы отделалась от него. Те ощущения под ложечкой, что вызывал у неё этот какой-то почти незнакомый МакНейр, ей отчаянно не нравились. Так неловко она не чувствовала себя никогда. Куда легче было противостоять его нападкам, отвечая колкостью на колкость.

- Выйдешь за меня? - вдруг буднично спросил он под конец танца, заставив Ники споткнуться. Она тут же была осторожно подхвачена, и с помощью его твёрдой руки легко восстановила равновесие.

Как ни мало времени заняла заминка, успела заиграть новая мелодия, и МакНейр со слизеринской хитростью воспользовался этим, просто продолжив кружить её по гостиной. Не вырываться же!

- Ты больше не хочешь меня убить и нарезать маленькими кусочками? - спросила она, наконец, со смешком, посчитав, что молчала достаточно. К сожалению, ничего умнее на его дурацкую шутку ответить она не смогла.

- Представь себе, внезапно я понял, что насчёт тебя у меня совсем другие желания..., - ухмыльнулся Уолден. Но вместо того, чтобы разозлиться, Ники ощутила, как у неё перехватило дыхание, а в животе запорхали бабочки. Следовало срочно от него избавиться, пока она не поверила его словам и взглядам.

- Отпусти немедленно, - попросила тихо. Вот только на шотландца её строгий взгляд не подействовал вовсе.

- Ники, я хочу, чтобы ты стала моей женой! - спокойно произнёс он.

Мордредовы кальсоны! Да таким тоном говорят о погоде! Что он смеётся над ней, сомнений не оставалось. А она-то возомнила...

- Сочувствую тебе. Если шутки закончились, отпусти меня прямо сейчас, - в тон собеседнику ответила она, и попыталась вывернуться из его рук.

Не тут-то было. Её сразу же прижали к мускулистому телу так, что даже вздохнуть было трудно. Это всё из-за дракклова платья!

- Я влюбился, - повысил мотивацию МакНейр, чуть-чуть отстраняясь. И продолжил танец.

- В кого? - решила поддержать разговор разозлённая Ники. Если бы на ней были её сапожки, а не эти туфельки с эфемерным каблучком!

- Ники, это не шутки. Я серьёзно. Я хочу тебя, и люблю уже давно, - убеждённо продолжил Уолден, ледяные глаза которого чуть потеплели.

А ещё говорили, будто от него и пары слов не услышишь! И она сделала глупость - рассмеялась ему в лицо. Нет, ну а что оставалось - верить этому мерзавцу? Нашёл дуру!

Смех просто выбили из неё, с силой приложив к стене. Она не следила, где они танцуют, и не заметила, как вдруг оказались в уголке за камином. Чем и воспользовался МакНейр. Свет просто померк, когда он наклонился и поцеловал её в губы. И даже не подумал отстраниться. Он словно сошёл с ума, и она тоже, потому что ответила, хоть и понимала, что нельзя. Но почти сразу опомнилась и попыталась оттолкнуть.

- Я выбрал тебя! Ты станешь моей женой! - заверил Уолден хрипло. - Хватит ломаться, Ники!

Она с трудом увернулась от его ищущих губ, скользнувших по щеке. Это она ломается? Да в жизни никто ее в таком обвинить не мог!

- А моё мнение тебя не интересует? Думаешь, я такая идиотка, и сразу поверила тебе? После всего?! - дрожащим от бешенства голосом спросила она и всё же попыталась врезать коленом по самому дорогому.

Только и платье помешало, и мгновенная реакция шотландца, снова прижавшего её ближе некуда. Вот укус в плечо сработал безотказно. Её выпустили, и она успела ещё заметить, как белая рубашка окрашивается красным.

- Бешеная! - тихий восхищённый возглас за спиной заставил крепко сцепить зубы.

Металлический привкус крови наглого слизеринца показался даже приятным. Хоть немного заглушал вкус поцелуя!

Ники быстро пробралась между вальсирующих пар, радуясь, что вроде как никто ничего не заметил, и выхватила из рук мисс Пранк бокал. Выпила залпом и тут же стала судорожно глотать воздух. На глаза навернулись слёзы.

- Какого лысого гоблина? - рявкнула тихо на испуганную девчонку.

- Я только глоточек хотела, - Лисс чуть не плакала. - Флинт налил.

- Убью Квина, - пообещала Ники.

- Не надо! - Лисс вцепилась в её руку. - Хочешь, уйдём? Я пароль знаю!

- Пошли.

Спасаться бегством, конечно, противно, но только в таком состоянии как бы и правда Флинта не покалечить, а заодно и МакНейра. Возомнил о себе...

Ники проскользнула к двери вслед за Лисс и со вздохом облегчения покинула шумную гостиную. Кажется, никто не обратил на них внимания.

- Забери их, - велела Ники, приостановившись и сняв надоевшие туфли. Ледяной пол приятно холодил натруженные ступни, не привыкла она к такой обуви. В голове немного шумело от выпитого огневиски.

- Хочешь, тапочки из них трансфигурирую? - жалостливо спросила мисс Пранк, ожидая, когда Ники помассирует ступню. - Я умею.

В холодном тёмном коридоре её голос гулко отдавался от стен.

- Не нужно! Тут недалеко. Хочешь со мной? - расщедрилась Ники. - Расскажешь, что за страсти вокруг тебя бродят.

- Я лучше к себе, - вздохнула Лисс. - Устала.

Они расстались у поворота к гостиной барсуков. И Ники почти не удивилась, увидев перед собой МакНейра, тенью отделившегося от стены.

- Ники!

- Не знаю, какая муха тебя укусила...

- Ники, подожди! Я говорил серьёзно! Я клянусь! - Уолден опёрся рукой о стену, загораживая проход.

- Мой тебе совет, - проговорила она холодно, стараясь не показать охватившего волнения. Она придирчиво оглядела рубашку, где не было больше кровавых пятен. - Не мечтай напрасно, МакНейр. Ковен своих женщин не отдаёт на сторону. Ясно? Но даже если бы я тебе поверила... Даже если б ковен вдруг дал добро... С какой стати ты решил, что я соглашусь?

- Ники, я...

- Просто берёшь, что хочешь? Да, Уолден? Захотел - поцеловал, захотел - трахнул. Думаешь, я сейчас от счастья запищу, что ты хочешь на мне жениться?

- Я извиниться хотел, - угрюмо ответил он.

- Давай, - развеселилась она. - На коленях, пожалуйста. И чтобы со слезами в голосе. Ну же, я жду.

Его глаза вспыхнули опасным огнём. Только усилием воли Ники удержалась от того, чтобы не отшатнуться.

- Долго ждать придётся, - холодно заявил шотландец, отлипая от стены. - Ещё не нашлась та женщина, которая поставит меня на колени!

- Она перед тобой, - нагло заявила Ники.

И бестрепетно похлопав его ладошкой по груди, протиснулась мимо окаменевшего тела - хорошо, не остановил.

Кажется, ей удалось вернуть всё на круги своя. И снова между ними легла отнюдь не любовь. Правда, кое-что изменилось. Они больше не дети. И желания у обоих претерпели крутые изменения.

Почти не чувствуя ног, Ники шла по коридору, стараясь не прибавлять шаг. Всё же она тут одна, а ярость в глазах парня немного испугала. А ну догонит, использует по назначению и скажет, что не нужна больше. Отобьётся? Против МакНейра и в этом платье - вряд ли. И палочку оставила в комнате, дура!

Спину прожигал злой взгляд. И стоило большого труда не обернуться. Спасительная гостиная встретила шумом. Тут тоже праздновали окончание занятий. На неё едва ли кто взглянул. Только Питер подскочил с диванчика, метнувшись к ней.

- Ты чего? - обеспокоенный голос, взгляд, торопливо ощупывающий платье, приятно согрели душу, в которой поселился холод. - И откуда?

- Потом, ладно? Переоденусь.

- Я жду, - Аллен прищурился. - Тебя обидел кто-то?

Ники покачала головой и поспешила к себе. Платье снимала аккуратно, не хватало ещё порвать.

Старые добрые штаны и рубаха порадовали надёжностью защитного панциря. Вот встреть она Уолдена в таком виде... Нет, фантазировать на эту тему нельзя. Ведь ещё встретит! Тут и сомневаться не приходилось. Сама виновата, поняла же, чем зацепить. Вот только как теперь расхлёбывать - неизвестно.

- Флинт, придурок, налил Лисс огневиски, - рассказывала она Питеру полчаса спустя, за руку введя в свою комнату. - Пришлось её увести оттуда. Ну и сама ушла, не возвращаться же. Кстати, Лестрейндж говорил, что директора в Мунго отправили. Не слышал?

- Ники, мне-то хоть не ври, пожалуйста, - Питер придвинул кресло к кровати и взял её ледяные ладони в свои руки, растирая и отогревая. - На тебе лица не было, когда вошла. Что случилось?

- Да так, попался один придурок...

Аллен серьёзно кивнул, испытующе заглядывая в глаза. Молча ждал продолжения. Не дождавшись, прицокнул языком:

- Я тебе всё рассказываю, - сказал обиженно. - С каких пор секреты? Влюбилась? Так я не стану смеяться.

И тут она поняла - это же выход. Не придётся объяснять, чего опять взъелась на шотландца, когда, казалось бы, он почти забыл о её существовании. Во всяком случае, Питер искренне в это верил.

А приглядывать за Уолденом придётся, чтобы быть готовой, в случае чего. С такими ухо востро надо держать.

- Можешь смеяться, разрешаю.

Питер ответил широкой улыбкой:

- Я его знаю?

- Это МакНейр! - ну вот, она смогла это сказать и даже улыбнуться.

- Ники, нет! - Аллен схватился за голову. - Скажи, что ты пошутила!

- Да какие тут шутки, - рассердилась она. - Я что не могу влюбиться?

- Можешь конечно! Но МакНейр! Вы же ненавидите друг друга! Опомнись, Ники!

Она обиженно отвернулась. Дурацкая была идея. Конечно, Питер не может поверить, что она внезапно сменила ненависть на любовь.

- Ладно, прости! - не дал он ей пойти на попятный. - Просто скажи мне - это серьёзно?

- Очень, - заверила она.

Аллен покачал головой, глядя с грустью.

- А он что? По-прежнему тебя не замечает? Смотрел на другую? Ты поэтому ушла?

Она кивнула, чтобы хоть вслух не врать. А Питер вдруг поскучнел:

- Слушай, ты точно уверена, что он тебе нужен? Псих же, тебе ли не знать! И гордый, как все шотландцы. Если бы даже влюбился в тебя - не признается ни за что. Он просто не сможет признать, что столько лет ненавидел, а теперь... Ники!

- Я тоже гордая, - отмахнулась она, представив, как удивился бы Пит, расскажи она ему всю правду. - Не бойся, вешаться на шею не стану. И вообще, может, переболею. Как ты.

- У меня не получается, - помрачнел парень. - И что ж нам с тобой так не везёт-то?

- Повезёт ещё. Наклонись-ка! - Ники взлохматила ему волосы, едва он наклонился, и засмеялась над полным возмущения взглядом. Зато тосковать перестал. - Видела Санни, кстати. Такая задумчивая была. Как там твой приятель, не раздумал на ней жениться?

- Этот раздумает! - сразу заулыбался Аллен. - Он экзамены сегодня сдавал в Министерстве. Позже напишу, спрошу, что и как. Прикинь, хотел проситься у них в школу обратно, чтобы сразу на наш курс зачислили. Прикольно бы было, правда?

- Зря, - не согласилась Ники, - если отец смог его забрать из школы, то не вернёт, а они против папаши его не пойдут. Ты же представляешь себе отца Рабастана?

- Угу, жалко Басти, блин! И в квиддич без него неинтересно будет играть. Жизнь - такая сволочь, Ник...

- Ну, начинается! Так, захвати палочку, и идём в тот пустой класс. Сбросим напряжение, заодно посмотрю, как ты подтянул боевые заклинания.

- Ники!!! Может, не сегодня?

- Пропустишь день - навёрстывать придётся неделю, - наставительно покачала она головой. - Так что в самый раз. Встретимся за дверью.

Она спрыгнула с кровати и подтолкнула парня к выходу. Сбросить злость и страх ей самой не мешает. Может, удастся хоть на время избавиться от МакНейра в голове. И от жёстких слов: "Ещё не нашлась та женщина, которая поставит меня на колени!". Сволочь! Влюбился он! Как целоваться - так запросто! А как попросить прощения нормально, так сразу какие-то заморочки. Хоть целью теперь задавайся - поставить его на колени! А что, почему и нет?!

Тренировка удалась на славу. Пит явно улучшил технику щитовых чар. И связки из боевых заклинаний получались быстрее. Ей пришлось попотеть, но это лишь радовало. Потом на деревянной копии гипотетического врага, созданной из сломанной парты, она вволю оттянулась, разнося на молекулы голову, руки, пронзая огненными стрелами грудь - там, где сердце.

- Ого! - Питер отдыхал на трёхногом стуле. - Кто же тебя так достал, Ники? Это из-за него?

- МакНейр! - рявкнула она, подтверждая, и резанула изрядно покалеченный фантом режущим ниже пояса.

Опустилась на пыльную парту, вздыхая.

- Всё-таки он на кого-то запал? - осторожно осведомился Аллен. - Поэтому злишься? Хотя я просто не представляю, чтоб МакНейр вообще что-то чувствовал, бездушный ублюдок.

Пожала плечами. А что сказать - да, Пит, он запал на меня, а теперь ненавидит. Она всё же не такая сволочь, чтобы пугать лучшего друга. А он точно испугается, если всё узнает. И как бы геройствовать не полез.

- Пойдём, - Ники быстро убрала разрушения. - Поздно уже.

Заснуть всё не удавалось, мерещилось, что она снова на танцполе прижимается к МакНейру, ощущая его стальные мышцы, снова оказывается прижатой к стене за камином, и сумасшедший поцелуй, на который по глупости ответила. Первый поцелуй в её жизни!

Ники вскочила с растерзанной кровати, в третий раз отправляясь под холодный душ. Зубы отбивали дробь, пока ледяные струи освежали, остужая голову и разгорячённое тело. Написать, что ли, отцу, чтобы забрал на каникулы раньше? Нет, нельзя, разволнуются с матерью. Как-нибудь переживёт оставшиеся несколько дней. Не убьёт же её МакНейр? Или может? Сама ведь шотландцев психами считала, особенно МакНейра. Но не всерьёз как-то. А тут такая ярость в глазах была, когда она ладошкой его похлопала. И как не прибил на месте?

Обзывая себя последней трусихой, вернулась в комнату. И на этот раз всё же уснула, едва донеся голову до подушки.

***

В гостиной Хаффлпаффа было по-утреннему тихо, только в камине потрескивали поленья. Ники уже третий раз перечитывала страницу дурацкого романа, не понимая смысла. Вызвав Темпус, убедилась, что ещё слишком рано, и Пит может ещё час не появляться, и решительно поднялась. Затянула потуже узел на затылке, волосы, убранные в высокий хвост, доставали только до талии. Пообещала себе, что фиг она согласится ещё раз их распускать. Кто знает этого долбанутого Уолдена, может, длинные черные волосы - его фетиш. И ведь тоже наверняка ещё спит, мерзавец!

Эта мысль придала уверенности. Успеет поесть и тихо убраться в библиотеку. Там-то точно МакНейра не застанешь. А Питер найдёт, не впервой.

До Большого зала долетела, как на крыльях, по пустым коридорам, подсвеченным сквозь окна лучами утреннего солнца. И непонятно было, чего так вчера боялась, и весело от собственной дурости. И никого навстречу.

МакНейр вывернул из-за угла неожиданно, как накликала. Надежда, что в таком виде станет ему неинтересна, пропала сразу. Ведь явно её и поджидал. Замер, глядя с привычным презрением и угрозой. В груди почему-то стало больно. А чего она ждала? Что бросится снова признаваться в любви? Пришлось срочно тормозить, и идти до него уверенным шагом. Не останавливаясь, улыбнуться в лицо:

- Доброе утро, Уолли!

Только завершить следующий шаг не получилось. Подлый слизеринец схватил за руку, заламывая её за спину, и ловко развернул к себе. Ники выгнулась, изо всех сил преодолевая боль и стараясь не коснуться его тела грудью. В глаза смотреть было страшно и весело.

- Пусти, придурок!

- Попроси вежливо, - рявкнул он. - Может, и отпущу!

- Мерзавец, да чтоб тебя мантикора покусала! - выпалила на одном дыхании, не отводя взгляд от ледяных глаз слизеринца. Словно надеялась разглядеть в них что-то иное. И закусила губу, когда руку заломили сильнее. От боли хотелось заорать, но по крайней мере, она больше не чувствовала боли в сердце. Да пусть хоть руку сломает!

- Запомни, Ники! - его слова были жёсткими, как и бессердечный взгляд. - Не попадайся мне на глаза! Не надо со мной здороваться и никогда не называй меня больше Уолли! Уяснила?

- Нет, Уолли! Я тупая. Не доходит, - отрывисто ответила она, словно шагая в пропасть. По подбородку текло что-то тёплое. Ники пошатнулась, когда её отпустили, и снова оказалась притиснутой к его груди. Теперь он намотал на руку её хвост, больно дёрнув. Но страсть, прорвавшаяся во взгляде, того стоила!

- Стерва, - горячие губы прижались к её губам, а в следующее мгновение она смотрела в быстро удаляющуюся спину. Даже не заметила, как волосы отпустил - точно фетиш. И у самого-то хвост, разве немного короче. Странно, что косу не заплетает. Спросить, что ли?

Руку ломило, пришлось накладывать заклинание левой, отпустило почти сразу. Сглатывая слёзы, Ники ещё постояла в коридоре, вытерла с подбородка кровь, залечила прокушенную губу.

- Подонок! - произнесла вслух, запрятав воспоминание о втором поцелуе поглубже. Передёрнула плечами и отправилась вслед за ним на завтрак. Будет улыбаться! Эта сволочь ещё пожалеет!

Стол Хаффлпаффа был через один от слизеринского. Ники сразу разглядела своего врага, в удивлении оглядев их стол. Похоже, за ним дружно собрался весь факультет. За другими столами царило вполне ожидаемое запустение. Своих Ники насчитала аж пару десятков, рассеянных по всей длине. Гриффиндорцев было чуть больше. Рэйвенкло представляли человек пятнадцать. Ники махнула рукой бодрой Лисс Пранк, которая радостно улыбнулась в ответ.

МакНейр сидел к ней спиной. И повинуясь своему дурному нраву, Ники спокойно прошла к середине своего стола, устраиваясь прямо напротив ненавистного гада. За столом грифов тут как раз образовалось широкое окно. Полюбовалась на спадающий до лопаток пшеничный хвост Уолдена и осторожно достала палочку. А ведь раньше такое с ним проделать в голову не приходило. Отращивать волосы он начал только в этом году.

Заклинание роста волос, выученное ещё на третьем курсе, было совсем простым. Заплетение косы чуть сложнее. К счастью, Уолден ничего не заметил. Последним штрихом был пышный розовый бант - пришлось пожертвовать носовым платком, чтобы трансфигурировать ленту. Зато толстая коса смотрелась теперь шикарно.

Её действия заметила девочка с третьего курса, хихикнула в ладошку. Пришлось нахмуриться, чтобы та успокоилась. После этого завтрак показался божественно вкусным. Маленькая и такая глупая месть грела сердце.

Ровно до тех пор, пока припозднившийся слизеринец Бёрк не пожелал сесть рядом с МакНейром, разумеется, оценив новую причёску.

Ники заработала зубами в убыстренном темпе, доедая бекон, когда Уолден перебросил косу на грудь, даже не повернувшись. Смех его приятелей, грянувший за слизеринским столом, заставил похолодеть. Оставалось неспешно подняться и направиться к выходу, несмотря на острое желание досмотреть спектакль.

На выходе из Большого зала она столкнулась с Алленом.

- Уже поела? - огорчился он, задерживая её почти у дверей. - Может, ещё посидишь немного? Говорят, декан грифов будет что-то объявлять.

Ники окинула друга критическим взглядом и в который раз поняла, что как защитник - он не очень. И тут же вспомнила, что за столом слизеринцев сидели Флинт и Мэдисон, так что даже пожалела, что пошла к дверям. Лучше и правда вернуться. Она согласно кивнула. А после того, как у Пита округлились глаза, резко развернулась.

МакНейр стоял прямо за её спиной.

- Аллен, проходи, - холодно кивнул тот Питеру. - У меня разговор к твоей подруге. На пару слов.

Ники поспешно кивнула Питу, не хватало ещё его втягивать в разборки с шотландцами.

Тот с сомнением оглядел Уолдена, но пошёл дальше.

- Твои штучки? - шотландец с непроницаемым лицом показал розовую ленту. Коса уже была расплетена, насколько она могла видеть.

Ники попыталась ленту забрать, но ей не дали. МакНейр с улыбкой спрятал её в карман.

- Жить надоело? - спросил ласково.

На них поглядывали. И Мэдисон заинтересованно смотрел в их сторону. Ники с трудом улыбнулась:

- Что ты, Уолли! Только во вкус вошла!

- Доиграешься, - спокойно кивнул он, словно другого и не ждал. - Чего ты добиваешься, Ники?

- Чтобы ты встал на колени и умолял о прощении, - определила она цель, с гибельным восторгом заметив, как напряглись у него желваки и опасно загорелись глаза.

- Уверена, что тебе это по зубам? - МакНейр на минуту прикрыл веки и взглянул снова посветлевшим взглядом. Хоть аплодируй его выдержке.

- Вполне, мальчик. И хватит болтать, меня друг ждёт.

- Подождёт! - всё-таки рявкнул он, заставив её вздрогнуть. Но сразу понизил голос. - Дуэль. Завтра на рассвете. Квиддичное поле. Только ты и я.

- Не пойдёт, - Ники показалось, что пол уходит из-под ног. Вот оно! Уолден оказался даже круче, чем она думала. Доигралась, он прав. И назад пути нет. Голос стал чужим и спокойным: - Секунданты нужны. Если ты не знаком с кодексом...

- Хорошо! - повысил он голос. - Хочешь по кодексу - будет по кодексу. Побежишь к своим ковенцам?

- Вот ещё! - Ники судорожно обдумывала. Питера трогать не стоит. Тогда кто? - Не волнуйся, Уолли, у меня и без ковена найдётся секундант. Предлагаю назначить встречу секундантам сегодня в библиотеке в три часа дня. Крайний первый стол от окна.

- Отлично, Ники, и не опаздывай завтра. Ровно в шесть утра встречаемся, а в пять минут седьмого будешь лежать на земле и плеваться кровью.

- Уже дрожу и боюсь, - фыркнула Ники. - Напиши завещание, Уолли. Так, на всякий случай. Ах да, твои условия?

- Если проиграешь, то выйдешь за меня замуж! - МакНейр гадко улыбнулся, ожидая ответа. - Что, страшно?

- Не надейся! - вспыхнула она, чувствуя, как заполошно забилось сердце. Так он не шутил! - Если ты проиграешь, встанешь на колени и попросишь прощения!

- Не будет этого, куколка, - хмыкнул Уолден.

- Перед всей школой! - добавила Ники мрачно. - Здесь, в Большом зале!

- Ты не обнаглела?

- А ты?

Спор яростных взглядов продолжался минуту, а показался вечностью.

- Я тоже добавлю условие, - МакНейр просто прожигал своими ледяными глазами. - Если проиграешь, то помолвка прямо там. Свидетели как раз пригодятся. Нерасторжимая.

- Ты псих, если в это веришь!

- Я принимаю твоё условие, Ники, - в его глазах промелькнула неуверенность, а может, просто показалось. - Как насчёт тебя?

- Принимаю, Уолли.

Он явно хотел раздавить её ладошку, скрепляя договор рукопожатием. Только не на ту напал, Ники просто насмешливо улыбнулась, даже не дрогнув. А вот магическое облачко, окутавшее скреплённые руки, заставила обоих сразу отдёрнуть их.

Уолден слегка побледнел, и это помогло Ники справиться с шоком. Обычный договор о дуэли подтвердила магия! Кому скажи!

- Прощения будешь просить громко и по всей форме, - любезно сообщила она, задвинув подальше панику и непонятное томление. Мерлин, неужели она мечтает проиграть?

- Будешь моей! - отрезал МакНейр, резко развернулся и потопал к своему столу.

Ники только сейчас поняла, в каком напряжении была всё это время. Потерянно смотрела вслед парню, но сумела взять себя в руки.

- Что у вас происходит? - тихо спросил Питер, подвигая кубок с соком, когда она села рядом.

Весь ужас ситуации только сейчас медленно доходил до её сознания. По крайней мере, он не будет стремиться убить, если хочет жениться на ней, ведь так? Или это просто предлог, чтобы разделаться с ней раз и навсегда? Как бы хотелось залезть в его голову и узнать наверняка! Два маленьких бутерброда с ветчиной возле кубка вызвали тошноту.

- Ты что, призналась ему?

- Тише, - прошипела Ники. И посмотрев на преподавательский стол, добавила. - МакГонагалл сейчас говорить будет.

Она совсем не слушала, что говорит заместитель директора, растерянно оглядывая столы. Кого в секунданты? Кого? То и дело косилась на Мэдисона и Флинта. Из ковена она обещала не брать. Ну не дура ли? Взгляд невольно остановился на Лестрейндже. Он из другого ковена, но согласится ли? А вдруг МакНейр тоже к нему обратится?

Префект Слизерина поймал её взгляд и вопросительно поднял бровь. Ники вздрогнула. Сейчас или никогда. Решившись, указала на себя большим пальцем и кивнула на выход. Лестрейндж прикрыл на секунду веки, соглашаясь. И продолжил слушать МакГонагалл.

Ники выдохнула и тоже прислушалась.

- ... соблюдать тишину, не колдовать в коридорах и не покидать территорию школы. На этом всё!

Питер Аллен зааплодировал вместе со всеми и обернулся к ней с улыбкой.

- Классно да? Во вторник уже по домам. Надо сестре сообщить.

- Во вторник?

- Ага. Ты что? Не слушала? В понедельник объявление результатов по зачётам и торжественный ужин. Директор сейчас в Мунго, похоже, надолго.

- А в Хогсмид отпустят?

- Завтра - да. Сразу после завтрака. Прогуляемся?

- Давай завтра решим, - Ники представила себя на больничной койке и медленно выдохнула. - Ой, я побежала, надо с Лестрейнджем поговорить. Встретимся в библиотеке.

Руди как раз выбирался из-за стола.

Она едва успела выйти в коридор, когда Лестрейндж появился рядом.

- Что у тебя с МакНейром на этот раз? - резко спросил он, оттеснив её в нишу у окна.

- Дуэль, - выпалила сразу и быстро закончила: - Прошу быть моим секундантом!

- Блядь! - таким злым она префекта Слизерина ещё не видела. Он сплюнул и прошипел ещё что-то такое же нецензурное. - Принимаю. Обещаю защищать твои интересы и следить за выполнением кодекса. Всё так серьёзно, Ники?

- Более чем! - честно призналась она.

- Жить надоело? Решить миром никак?

Ники вздёрнула подбородок.

- Исключено! Дуэль завтра в шесть утра.

- Ты хоть знаешь, что магическую дуэль остановить невозможно? Сам Мерлин, случись рядом, ничего сделать не сможет.

- Руди, я в ковене росла! - Ники стало обидно. - Я знаю про дуэли всё.

- Вот в этом я позволю себе усомниться. И не спрашивай, почему! - Он грустно усмехнулся. - Где пройдёт? Квиддичное поле?

- Да.

- Хорошо...Вечером, после ужина в фехтовальном зале, и прошу, не опаздывай, посмотрим, что можно придумать, - решил он, словно нехотя. - Где встреча секундантов?

Она объяснила, внутренне ликуя. С Лестрейнджем всё выглядело не так безнадёжно. Он точно не даст МакНейру смухлевать.

- Последний вопрос, - Руди посмотрел в глаза таким взглядом, что Ники захотелось вытянуться в струнку.

- Какого... Зачем ты вызвала его на дуэль?

- Это не я, это он, - тут же наябедничала Ники.

И отшатнулась. Оказалось, префект бывает не только очень злым, сейчас в глазах Лестрейнджа светилось неприкрытое бешенство. А голос стал вкрадчивым, чётким и тихим, почти шёпот. Но казалось, что его слышно даже под сводами высокого потолка. Даже в Большом зале.

- Это правда?

- Правда! Но я напросилась! - Признавать свою вину оказалось непросто в такой момент. Но иначе она не могла. - Вызвал МакНейр, но я его вынудила.

- Империо наложила? Конфундусом шарахнула? Нет? - Руди медленно повёл головой из стороны в сторону, осмотрел зачем-то её всю с макушки до пяток и улыбнулся. Глаза потеплели. Бешенство ушло.

- Эх, Ники, Ники! Я всё надеялся, что вы оба повзрослеете... В восемь вечера я за тобой сам зайду. Выше нос, малышка, мы его сделаем.

Он очень элегантно развернулся и лёгкой походкой направился обратно в Большой зал. Но Ники заметила, что складка на лбу префекта так и не расправилась.

***

Победа досталась немцам, и Джейми с досадливой и одновременно смущённой улыбкой протянул Робертсу галеон.

- Спасибо за науку, профессор. Вы смогли показать мне, что даже скучная вещь может стать интересной и увлекательной. Надеюсь, я не напоминал сбрендившего павиана?

- Вы вели себя крайне достойно, Джейми, - усмехнулся Робертс, не спеша забрать галеон. - Во всём важна правильная мотивация. Может быть, вам удастся этот золотой отыграть. Итак, ваш ответ?

- Это меня с ума сводило всю игру, - признался Джейми несколько удручённо. Но тут же с азартом поинтересовался: - Это ведь охотник, да? Мне кажется, он травмирован.

- Только кажется. Галеона вам не видать. Он не травмирован, а просто новичок и не всегда быстро реагирует на ситуацию. Но это не самая главная проблема команды.

- Сдаюсь! - Джейми откинулся на кресле, не сводя с профессора глаз. - Ну же, говорите, сэр.

- Вы просто плохо осведомлены, что и позволило мне выиграть, мой юный друг. Итак, что мог знать настоящий болельщик квиддича? Северус!

- Да, пап! - сын тут же подбежал к нему. - Итальянцы проиграли! Видел? Я ж говорил! А Майк мне не поверил.

- Скажи, сынок, - Робертс поправил перекосившуюся мантию ребёнка. - Почему итальянцы проиграли, как считаешь?

- Да вратарь у них! Ну мяч же летит, куда он? Зря охотника взяли! Он и думает, как охотник. Да, пап?

- Да. Правильно! - отпустил сына Робертс. - Вот так, Джейми, вратарь - бывший охотник, Северус прав - думает, как охотник, только переучиваться было некогда. А всё потому, что неделю назад прежний вратарь со скандалом покинул команду. И причина, как ни банально - неразделённая любовь. Вывод?

- Надо читать газеты, прежде чем идти на матч? - хмыкнул Джейми.

- Не совсем верно, Джейми. Причём мой сын газет не читал, а всего лишь немного пообщался с командой немцев в качестве языковой практики... Вывод же тут довольно банальный. Любовь и спорт - несовместимые вещи. И галеон получает... Сынок, Северус! Пойди, купи всем мороженое. Мистер Прюэтт не откажется проводить тебя в кафетерий. Не правда ли, Джейми?

Северус с улыбкой снова метнулся к отцу, осторожно беря с его ладони золотую монету.

- Всем? - просиял он. И торопливо перечислил: - Майкл любит арахисовое с карамелью, тебе, пап, шоколадное с кусочками миндаля, мне фисташковое с бананом, а вам, сэр?

- Фисташковое, - кивнул ему Джейми и бросил умоляющий взгляд на Робертса. - Простите, сэр! Поверьте, я бы с радостью...

- Пожалуйста, Джейми, вы меня очень выручите, - не принял отказа Робертс, с непроницаемым лицом глядя на растерянного парня. Тот встал с кресла и, казалось, лишь ценой огромного усилия не повернулся к соседям по ложе через перегородку. - Мне просто необходимо поговорить с Антонином, понимаете? Проводить сына в кафетерий сам не смогу. Перерыв слишком короткий, а у меня несколько вопросов к Антонину. Ваш друг... Майкл мог бы привести Северуса обратно, если вы решите вдруг задержаться и выпить чашечку кофе в тишине и приятной компании.

Его одарили просветлевшим благодарным взглядом.

- Да, сэр, я прослежу с удовольствием.

- Да мы сами справимся, - независимо вздёрнул подбородок ребёнок, - правда, Майкл?

- Но вы же покажете мне, где это кафе, Северус? - улыбнулся ребёнку Джейми.

- Да легко! - мальчишка просиял и схватил за руку растерянного и витающего в облаках Моргана. - Идёмте, сэр, тут недалеко.

Проводив взглядом молодёжь, Робертс решительно отправился в соседнюю часть ложи, застав там любопытную картину. Молодой Прюэтт с разукрашенным лицом, ожесточённо сверял две программки на разных языках, потом прошипел непонятное: "Блядь, ловец!", и пулей вылетел из ложи, чудом не столкнувшись с Антуаном.

Подопечная Долохова не обратила внимания на нецензурную брань, и что-то быстро говорила хмурящемуся опекуну:

- Я на пару минут, выпью кофе и принесу тебе пирожное с орехами. Нет нужды ходить за мной повсюду! Ну Антонин...

- Отпусти её, Антонин, - с улыбкой поддержал девушку Робертс. - Тут охрана повсюду, мы все в полной безопасности. А нам нужно поговорить.

Долохов, стоявший перед мисс Мнишек с мрачным непонимающим видом, скрестив руки на груди, усмехнулся.

- Агнешка! - предостерегающе произнёс он.

Та чмокнула Антонина в щёку, солнечно улыбнулась Робертсу и выпорхнула из ложи, спеша воспользоваться ситуацией.

- Прошу, профессор, - вздохнул Долохов, задумчиво потрогав небритую щёку. - Присаживайтесь. Я не ошибусь, предположив, что речь пойдёт о твоём крестнике?

- Даже так? - ухмыльнулся Антуан, занимая соседнее кресло. - Он тебе сообщил?

- Что ты его крёстный? Да нет, давно знал, Руди как-то проговорился. Что могу сказать, Рабастан прекрасный парень. И куда более склонен к самосовершенствованию, чем даже его замечательный старший брат. Хотя при первом знакомстве мне так не показалось.

- Скажи одно, ты осознаешь, что перед тобой ещё, по сути, ребёнок?

- Этот ребёнок встретил меня Авадой, профессор. И всерьёз собирается жениться в самое ближайшее время. Прости, но для меня это достаточные аргументы, чтобы считать его вполне взрослым парнем.

- Ты не ошибся? Авадой?

- Мерлин! И это спрашивает профессор ЗОТИ?! Как, к Мордреду, можно с чем-то спутать Аваду?

- Допустим. - Робертс пропустил колкость мимо ушей. - Что касается женитьбы... Парень так и заявил или это твои романтические выводы?

- Обидеть желаешь, профессор?

- Не настолько, как тебе бы хотелось. Но для меня это новость. Рудольфус молчит, к Ричарду вообще подходить без нужды себе дороже. За младшего сначала заавадит, а потом спрашивать будет. Так он настроен жениться?

- Неправильно мыслишь, профессор. Кто же новости добывает у мужиков. Там есть две абсолютно прекрасные дамы. И они расскажут тебе побольше и подостоверней всех мужей, сыновей и внуков.

- Серьёзно? - ухмыльнулся Робертс. - А я-то, наивный, рассчитывал всё узнать у тебя. И на ком же женится юный Лестрейндж? Может, и дата свадьбы уже назначена?

Антонин весело фыркнул и потянулся:

- Уел, профессор! По всем фронтам. Нет, свадьба под вопросом. Кажется, девушка пока не знает, кого хочет. И соперник Магнус Нотт, твой дружок, если не ошибаюсь.

- Не ошибаешься. Значит, семья одобряет этот гипотетический брак?

Долохов хмыкнул:

- А то ж! Ричард спит и видит породниться с тёмным фестралом Прюэттом. Сольвейг уже подбирает список имён для будущих правнуков, и на пару с твоим отцом составляет гороскопы. Бастинда запирается в своей мастерской, говорят, что творит какой-то шедевр для будущей невестки, и речь не о Беллатрикс.

- Понимаю, всё очень серьёзно. Как экзамены у Рабастана?

- Вчера были. Ничего неожиданного, все предметы на "превосходно". Мужики говорят, что папаша готовит ему какой-то сюрприз. Пока не понял, о чем речь, но что-то покрупнее гиппогрифа.

- Нунду? Слонопотам? Дракон?

- Робертс, тебе никто не говорил, что твои шутки грубы? Нет? Так не мудрено. Ходят слухи, что в Хоге профессора строже тебя просто нет. Слышал, что тебе даже дали забавное прозвище. Кажется, цербер? Или...

- Переходим на личности?

- Так сразу перешли, если ты не заметил, - Антонин развернул к нему кресло и прищурился. - Повторю тебе то, что сказал Ричарду, пока не зашло слишком далеко. Рабастан Лестрейндж мой ученик! Всё, что происходит между нами, между нами и останется. Если ты с этим кодексом не знаком, мне жаль, но могу порекомендовать литературу. Любые другие вопросы я готов обсудить, а эту тему прошу оставить.

- Благодарю, - Робертс достал из внутреннего кармана флягу и вопросительно поднял бровь. - Будешь? Нет? Дело твоё. Тогда о Санни.

- А кто это? Что-то знакомое...

- Долохов, не пытайся ломать комедию. Это Александра Прюэтт, яблоко раздора между Ноттом и Лестрейнджем.

- А ну да, конечно. Как понимаю, с нами её брат. А в твоей компании - кузен.

- Ценное наблюдение. Так вот, Санни - моя родня по крови и магии. Так уж вышло.

- Уяснил. И что это меняет?

- Ничего. Абсолютно! Вот только всё, что касается её, в какой-то мере весьма важно и для меня.

- Вот даже как! Что ж, понимаю.

- Рад этому! - Робертс поднялся, поклонившись влетевшей в ложу раскрасневшейся Агнешке. - Перерыв заканчивается, так что желаю приятно провести время. Мисс Мнишек.

- Всё нормально, мелкая? - спросил подопечную Долохов и недоумённо посмотрел вслед профессору. Но Антуана это мало волновало - Джейми тоже уже занял своё место в их части гостевой ложи. И хорошо бы ему быть рядом с парнем сейчас.

***

Северус уверенно привёл их по лабиринту коридорчиков к маленькому кафе, где все столики сейчас пустовали. Улыбчивая ведьма за стойкой с умилением выслушала серьёзного донельзя пацана и взмахом палочки собрала заказ в корзинку.

- Корзинка в подарок, молодой человек, - сказала она мальчишке, - держите сдачу.

Несколько серебряных и медных монеток красивой струйкой полетели к ребёнку, сделали "мёртвую петлю" и ссыпались в его карман. Выражения лиц Северуса и Майкла были до того похожи, что Джейми едва удержался от смеха.

- Мне кофе, пожалуйста, - сказал он негромко, спохватившись, когда его друг вместе с сыном профессора направились к выходу, едва ли заметив, что он остался в кафе. - Будьте добры, принесите за тот столик. Чёрный, двойной, сливки и сахар отдельно.

- Советую ещё взять круассаны, только из печки. Вкус восхитительный, сэр, не пожалеете.

Ведьма явно строила ему глазки и Джейми привычно улыбнулся.

- Благодарю вас. Пусть будут круассаны.

Столик он выбрал в глубине помещения, чуть отделённый от остальных двумя кадками с пышным разлапистым растением.

Не успел на столике материализоваться заказ без всяких видимых эффектов, как Агнешка налетела маленьким смерчем, устраиваясь напротив, заставляя сердце Джейми сделать кульбит.

- Кофе! - она схватила красивую чашечку и опустошила одним глотком! - Это был ваш? Ой, как неловко!

Джейми не знал, рассмеяться ему или сдержаться. Неловко этой бестии точно не было, и она этого не скрывала, впившись горящим взглядом в его лицо.

- И чего ждёте? Ещё закажите, только не такой горький.

- Можно добавить сливки или сахар, - он оглянулся и сделал ведьмочке за стойкой знак повторить в двойном размере. Понят был правильно, на столике тут же появились уже две чашки с ароматным кофе.

Агнешка одарила его взглядом из-под ресниц и обе придвинула к себе, щедро добавив в них сливок. Тарелочка с круассанами тоже была захвачена с намёком: "Не тронь - моё!"

- Вижу, вы проголодались, - показное ребячество девушки немножко насмешило и умилило. Джейми постарался не показать этих чувств, достал из кармана бутылку с водой и отпил - в горле пересохло, а заказывать кофе в третий раз он опасался. Агнешка явно еле сдерживала неприязнь к нему, и получить горячий напиток в лицо не хотелось.

Она медленно смаковала кофе, а вторую чашечку, чуть подумав, задела локтем. Напиток растёкся по столу, но не по законам физики, а стремительно мигрируя в сторону Джейми.

Укоризненный взгляд Агнешка проигнорировала, вздёрнув подбородок. Но хотя бы коричневая лужица покорно замерла почти по центру стола. Круассаны она лишь надкусила, все четыре штуки по очереди, и с капризным видом отодвинула тарелку.

- Невкусно!

Поддавшись порыву, Джейми подхватил последний, только что побывавший у неё во рту и, откусив кусочек с той стороны, где несколько мгновений назад касались её губы, блаженно зажмурился:

- А мне нравится, - сообщил он с улыбкой, прикончив оставшееся лакомство за два укуса. Потемневший взгляд девушки так и манил включить особое зрение. Руки дрожали от мысли, какое насыщенное буйство красок сидит прямо перед ним. Чтобы совладать с собой, он потянулся за вторым круассаном.

- Прекратите издеваться! - воскликнула девушка, вспыхнув. - Что вы себе позволяете?!

- Простите? - удивился Джейми. - Вы не стали это есть, и я подумал...

- Вы что, есть сюда пришли?!

Джейми с трудом сдержал тоскливый вздох, продолжая улыбаться. В страстном гневе девчонка была прекрасна. Понимала ли она, как на него действует? Нарочно дразнила вздымающейся грудью, дрожащими губами и искрящимся взглядом? Или была невинна и просто не задумывалась над таким аспектом, стремясь показать всё презрение и гнев? Тонкая шея с трогательной синей венкой, форменная мантия Дурмстранга...

- Сколько вам лет? - он вдруг ощутил себя старым. Как будет смешно, если она ещё школьница!

Мгновенный ответ подтвердил худшие подозрения:

- Не скажу!

Ответ маленькой девочки, а не знающей себе цену юной женщины. Почувствуйте себя развратником, мистер Прюэтт! И как бы ни было стыдно от того, что выглядит практически соблазнителем несовершеннолетней, Джейми не променял бы эти мгновения на всё золото мира.

- Пятнадцать? Шестнадцать? - спросил, не слишком рассчитывая на ответ, огорчённый, что мог ошибиться в большую сторону. Некоторые ведьмы рано взрослели физически.

- Восемнадцать! - оскорблённо вспыхнула она. - Будет через две недели!

Не стоило ему так широко улыбаться, давя в себе мгновенную радость, что она уже не ребёнок.

- Вам смешно?! Не верите?

Кончик волшебной палочки уставился ровно ему в сердце. Но почему-то того страха, как перед дядюшкой Джейсоном, он не ощутил. Может, потому, что палочка едва заметно дрожала в маленькой ладошке?

- Не делайте глупостей, мисс! - он протянул руку и спокойно отвёл в сторону кончик палочки, с которого тут же сорвался красный луч, расколовший ни в чём не повинную напольную вазу. Земля посыпалась на пол комочками из образовавшейся щели. - Советую восстановить. Вы же не хотите, чтобы вас обвинили в вандализме.

- Скажу, что это вы, - кажется, Агнешка сама испугалась эффекта от своего заклятия, но старательно маскировала испуг под вызывающим видом. Разве что палочку спрятала.

- Не поверят, - пожал плечами Джейми, решаясь, наконец, покончить со всем этим фарсом разом: - У меня и палочки-то нет. Я сквиб, мисс Мнишек.

- Серьёзно? - поразилась она, и когда он спокойно кивнул, разозлилась ещё сильнее. - Вы серьёзно думаете, что я совсем дура?

- И в мыслях не было, - поспешил он заверить.

Только эффекта это не возымело. Точнее - возымело, но совершенно противоположный.

- Вы негодяй и сволочь! Мерзавец! Вы думаете, я не заметила вчера вашего взгляда? Извращенец! Да я вам ни за что не прощу! Решили притвориться сквибом и думаете, что вам с рук это сойдёт? Так, что ли?

- Вы не сочтёте наглостью поинтересоваться, - спросил он, воспользовавшись паузой, пока Агнешка переводила дух, - вы наложили заглушающие заклинания? Или все эти люди смотрят на нас не просто так?

Ему не нужно было поворачиваться, он всегда ощущал, когда на него смотрели, ещё в детстве. И мог с уверенностью сказать, что как минимум трое смотрят на них сейчас с сильным интересом.

Агнешка, ещё хватая ртом воздух, оглянулась и, сильно покраснев, взмахнула палочкой, пробормотав заклинание.

- Дурак! - припечатала она, внезапно успокоившись.

- Ещё какой! - искренне согласился Джейми.

- Ненавижу!

- А я думал, влюбились, - пошутил он, чтобы разрядить обстановку. И нахально продолжил, заметив, как она онемела: - Бегаете за мной, назначаете свидание.

Ну вот, опять не то, на глазах девчонки выступили слёзы. Злые, судя по всему.

- Как вы можете? - прошептала она. - Я ничего такого... Это не свидание!

- Разумеется нет, - он поспешил протянуть ей платок. - Простите меня, мисс Мнишек.

Она смачно высморкалась, выхватив платок из его рук, и Джейми ощутил раскаяние. Конечно, он понимал, что хочет узнать Агнешка, и не в его правилах было мучить юных леди. Хотя только что он именно этим и занимался. И с кем!? С девушкой, которую хотел бы сам защищать от всех. Даже от самого себя.

- Мисс Мнишек!

- Я панна! - невнятно из-за платка буркнуло это чудо. - Панна Мнишек.

- Хорошо, панна...

- Лучше уж Агнешкой зовите, - обиженно сказала она, сунув его платок в свой кармашек. - Вы абсолютно непробиваемый тип! Ненавижу!

- Агнешка, - с нежностью произнёс он, без зазрения совести спеша воспользоваться разрешением. - Поймите меня правильно или хотя бы выслушайте. Я действительно сквиб от рождения. Но неправильный, увы, сейчас я не смогу вам объяснить, в чём заключается эта "неправильность". То, что вы видели вчера, получилось непроизвольно. И я прошу прощения за это. Никакого злого умысла у меня не было. Я даже не знаю, что ощущают люди, когда я смотрю подобным образом. Они мне не рассказывали. Ругались, бранились, даже гнались, но вот чувствами как-то не спешили делиться. И если бы вы пояснили, что вас так разозлило, сказали мне, что ощутили в тот момент, я был бы вам очень признателен.

Порадовало, что слушать девчонка умела. И было жаль, что она внезапно смутилась и отвела взгляд в сторону. Правда, ненадолго.

- С какой радости я буду вам помогать?

- Хотя бы потому, что очень любопытны, и не успокоитесь, пока не узнаете мою тайну.

- Вам никогда не говорили, что вы нахал, мистер Прюэтт?

- Не помню, может и было, но от вас это слышать особенно приятно. Для вас - я Джейми, Агнешка.

- Вы что, заигрываете со мной? Флиртуете? - поразилась она, и на этот раз он даже не сомневался, что искренне.

- Что вы, - помрачнел он. - Я понимаю, панна, что с вами у меня нет ни единого шанса. Я - неправильный сквиб, а вы - сильная тёмная ведьма.

- Откуда?..

- Только тёмные маги чувствуют мой взгляд.

- О! - в её глазах мелькнул нешуточный интерес. - А что видите вы? Ну, когда посмотрели, что вы чувствовали?

- Обменяемся сведениями? - улыбнулся он. - Вы ответите мне, а я вам.

- Вы первый! - решилась она.

Джейми покачал головой. После его откровений, она не станет уже отвечать, это он хорошо понимал.

- Хорошо, - на удивление покладисто согласилась Агнешка. - Пожалуйста, мне не жалко. Я ощутила себя голой и беспомощной. Это было отвратительно, мистер Джейми! Ваша очередь! Что ощутили вы?

- Я влюбился, - серьёзно признался он и ожидаемо получил ошарашенный взгляд юной панны.

- А... Э... А что видел?

Она снова краснела, а Джейми умилялся и сильно подозревал, что это признание ещё выйдет ему боком.

- Не вздумайте принимать это во внимание или кому-нибудь рассказывать, - строго предупредил он. - Я-то как-нибудь переживу. А вас, в случае чего, не поймёт никто. Ваш опекун просто прикончит меня, если узнает.

- Да как вы смеете! Я не собираюсь... Я вас не... Вы невыносимы, Джейми! - Агнешка вскочила, но тут же села. - Вы не сказали, что видели!

- И не могу, - кивнул он, вопреки всякой логике, радуясь её замешательству. - Только под клятву, а посвящать в это ещё кого-то тем более нельзя.

- Обманщик! - ахнула Агнешка, но возмущения в голосе не было, лишь досада и непонятное смущение. Она наклонилась вперёд и, глядя в глаза, спросила со жгучим любопытством: - Правда, влюбились? По-настоящему?

- А что, бывает иначе? - осторожно ответил он, понимая, что ступает на зыбкую почву. Забавная панна очаровала его окончательно. Подозрение, что он сделал ошибку, признавшись, превратилось в уверенность. Но помирать, так с музыкой. - Люди либо влюбляются, либо нет. И да, панна, я вами бесконечно очарован! Но это ни к чему вас не обязывает. Не принимайте близко к сердцу.

- Какой же вы! - Агнешка снова вскочила, обогнула столик, но оглянулась на него, остановившись. В синих как весеннее небо глазах причудливо сплелись дерзкая решимость, сильное смущение и озорство. - А целоваться умеете?

- Научить? - усмехнулся Джейми. И тут же захотел побиться головой обо что-нибудь твёрдое.

Конечно, девчонка смутилась и убежала, ещё раз обозвав дураком. А чего он ждал? Что поцелует? Что взглянет ещё раз с интересом? Болван! Кажется, он только что начал рыть себе могилу. А панна Агнешка вполне может довершить начатое и установит там надгробие, собственноручно и с явным удовольствием.

В полном расстройстве Джейми позвал официантку и расплатился за еду и разбитый вазон. Девушка больше ему не улыбалась, взглянула подозрительно и сама восстановила палочкой имущество кафе. В глазах мелькнуло презрение, мол, ходят тут всякие, палочкой пошевелить лень.

Захотелось пинком ноги снова разрушить вазу и заорать во всё горло, что у него нет и никогда не будет чёртовой палочки, не положено, не достоин, видать, такой чести. Только никто не виноват, что он влюбился в неподходящую ведьму. В очень юную неподходящую ведьму. Ему бы спокойствие профессора Робертса!

Стиснув зубы, Джейми мило улыбнулся официантке, забрал сдачу и отправился назад в ложу. Ему казалось, что всё стало куда хуже. И было невыносимо думать о новом матче, когда она снова будет так близко и одновременно - так далеко.

***

Магнусу Нотту Ванесса была рада всегда, пусть страсть к мальчишке из её прошлого давно прошла, но дружбой с мужчиной она дорожила. Ей нравилось, что в последнее время их отношения словно окрепли, став более доверительными и простыми. Она очень ценила его прямоту, оптимизм, удивительно лёгкий характер и готовность в любую минуту прийти на помощь совершенно бескорыстно. И даже то, что он видел в ней только друга, не замечая, что перед ним довольно привлекательная женщина, говорило лишь в его пользу. Такую дружбу стоило холить и лелеять, надеясь, что она продлится очень долго, а лучше до самой смерти.

Но в это утро его неожиданное явление прямо к ней в контору вызвало досаду. Очень не вовремя. Утро вообще получилось бурным. Сначала случилась не слишком адекватная клиентка, прорыдавшая на трансфигурированной кушетке два часа кряду, но так и не сказавшая ничего нового и полезного, что могло бы пролить свет на её проблемы и хоть как-то помочь в её деле. Утешить несчастную удалось с трудом, а вот добиться толку - нет. И было неясно, придёт ли она, как обещала, на следующей неделе, и если да, будет ли в этом смысл. Пришлось отправить Митча проводить эту леди. Просто, чтобы убедиться, что в таком состоянии она дойдёт до дома без приключений.

Ещё именно это утро выбрал чудесный пожилой джентльмен, представившийся лордом Вестерфордом. Его дело заинтересовало сильно, руки чесались начать поиски родных ему людей немедленно, тем более, что лорд Вестерфорд прямо заверил, что гарантирует всестороннюю помощь аврората и мистера Поттера лично. Мистер Карлос Поттер мог бы стать очень ценным консультантом и помощником для "Акелы". Упустить такой случай - лично познакомиться с главой аврората - Ванесса попросту не имела права.

А тут и дело обещало быть очень интересным - шутка ли, отыскать будущего наследника богатейшего рода? Да и вообще - старый маг ей очень понравился, и было по-человечески жаль, что за столь короткое время он потерял обоих своих сыновей. Но, чтобы приступить к поискам, требовалось как минимум посетить своих маггловских друзей, пообщаться с друзьями из Америки, ну и конечно, побывать в своей секретной лаборатории с поисковыми артефактами и каталогами. А вырваться из конторы она пока не могла. Суббота в этот раз, как ни странно, стала самым посещаемым днём в "Акелле" за прошедшие две недели. Последний клиент ушёл всего полчаса назад.

Ко всему прочему личный секретарь миссис Дэшвуд, умница Вилли Флейт, ставшая за столь короткое время просто незаменимым сотрудником сыскного агентства с лёгкой руки дикаря Митча, отпросилась куда-то именно сегодня, и пришлось Ванессе самой разбирать срочные дела и записывать новых клиентов, сверяясь со своим графиком.

Заодно она решила, наконец, ответить на несколько писем, аккуратно рассортированных Вилли по степени важности и срочности. И немного злилась на новый поток корреспонденции, состоящий из писем, газет, записок и уведомлений. Казалось, что неутомимые совы не закончатся никогда. Разбирать эту макулатуру Ванесса не стремилась, зная, что Вилли справится с завалами куда быстрее и эффективнее. Но угощать строптивых птиц приходилось самой, что сильно отвлекало.

Матти позвать она не могла - зельевар-любитель Джерри снова сегодня занял лабораторию, с жаром расписав Ванессе, как важно сварить запас зелий на все случаи жизни. Особенно те, которые могут храниться годами. Домовушка была приставлена не только следить за сохранностью имущества и работой бывшего дикаря, но и для быстрой покупки и доставки тех ингредиентов, которых юному зельевару могло не хватить.

- Магнус, если ты по делу, то, пожалуйста, короче. Если просто так, извини. Мне сегодня совершенно не до пустой болтовни.

Зря она так, конечно, Нотт был не из тех, кто являлся по пустякам. Но вырвалось вот, совсем Ванесса заработалась.

Магнус, ввалившийся в контору минуту назад и вальяжно устроившийся в клиентском кресле, как-то робко улыбнулся, что на его лице смотрелось довольно дико. Ванесса недоумённо проследила за его быстрым взглядом и отодвинула начатое письмо.

- Что это? - завёрнутый в плотную бумагу свёрток, перевязанный алой ленточкой, в его руках заинтриговал. Подарок? Ванесса честно попыталась припомнить, какая памятная дата могла заставить сурового боевика прийти с презентом. И едва не ахнула вслух. Шестнадцатое декабря! И ведь даже Матти не напомнила, что у неё сегодня день рождения. Откуда это помнил Нотт, оставалось загадкой. Но сердце тут же затопило тепло и признательность. Чтобы мужчина помнил такие вещи... Это обязательно следовало поощрить.

- Решил загладить свою вину, - хмуро буркнул Нотт, прекратив свои странные улыбки. - Ты всё ещё сердишься?

- С чего бы? - поразилась миссис Дэшвуд, стараясь скрыть нетерпение. Подарки она обожала, особенно такие, когда не знаешь, что прячется внутри. И мысленно уже приводила Нотта в пример беспамятному Иппи. Грубоватый эскулап точно бы не заморочился такими сантиментами, как какой-то банальный юбилей любимой женщины.

- Сердишься, - сделал неправильный вывод Магнус. И проговорил почти скороговоркой: - Прости, пожалуйста, я просто не мог помешать этому идиотскому знакомству. Ещё эти сволочи - Антонин и Барс... Ванесса?

Она вспомнила, и теперь сползала с кресла от приступа неконтролируемого веселья. Мерлин великий, а она так хорошо о нём подумала!

- Извини, - она ещё раз практически всхлипнула от смеха, откашлялась и постаралась сесть прямо. - Магнус, давай сюда подарок! Я не так терпелива, как боевики вашего ковена.

Непонимание и растерянность на лице друга грозили вызвать ещё один приступ веселья, но Ванесса смогла удержаться, боясь его обидеть. Нотт поспешно положил подарок прямо на груду неразобранной почты.

- Вот! Думал, понравится.

- Правильно думал! - решительно заявила миссис Дэшвуд, нетерпеливо дёрнув ленточку. Свёрток радовал приятной тяжестью. - И да, я давно простила твою выходку. Но надеюсь, такого больше не повторится.

Говорить, что она попросту забыла о знакомстве с мистером Реддлом, было бы недальновидной ошибкой. Хотя она и была уверена, что, узнав об этом, подношение Нотт отнимать не станет, но тем не менее. Она осторожно высвободила из упаковки продолговатую деревянную коробку и сразу открыла, непроизвольно ахнув.

- Какая красота! Магнус! - под крышкой на чёрном бархате причудливо поблёскивал платиновый гарнитур из браслета, двух колец, витой цепочки с кулоном и пары серёжек. Изящные вещицы украшали камни, в которых она безошибочно узнала сапфиры. В серьгах и кольцах мелкие, крупнее - по всей окружности браслета, и совсем крупный в кулоне, платиновая пантера свернулась клубочком, обняв камень передними лапами. Очень стильно!

- Как твой патронус, - смутился боевик, явно довольный её реакцией. - Увидел и понял, что тебе должно понравиться.

- Я тебя обожаю, - нежно заверила Ванесса, тут же примеряя подарок. - Это артефакты или просто украшения?

- Два в одном, - улыбнулся Нотт, явно польщённый. - В кулоне ментальный щит, достаточно надёжный. Серьги... просто серьги, но камушки в них не сжимай слишком сильно пальцами, если будешь теребить, а то дымовая завеса накроет и тебя, и всё вокруг ярдов на десять. Совершенно безобидная штука, восполняется сама минут за сорок, но иногда весьма полезная. А вот с колечками осторожнее - два "файербола", способные спалить по бешеной мантикоре каждый. Потом сутки подзарядка от любого источника света. Подойдёт даже огарок свечи. Ну или три огненных шара, но тогда после использования колечко только на свалку.

- Стоп-стоп! В каждом кольце по два файербола? Так?

- Именно, - кивнул Магнус. - Чтобы активировать, нужно сжать кулак, вытянуть руку, направляя её в сторону объекта и мысленно скомандовать: "Огонь". Советую потренироваться где-нибудь на пустыре. Ибо, если попробуешь здесь, можешь спалить не только контору, но и сама пострадать.

Ванесса кивнула и поспешила снять кольца. Стоило приберечь их для "выходов в поле". Браслет оставила - пусть будет.

- Это всё?

- Нет, ещё браслет, как раз он сгореть тебе не даст - отличный щит от любой силы огненной стихии, продержится часа два, на подзарядку тоже сутки. Активируется самостоятельно при угрозе возгорания. Для прекращения действия просто снять с руки.

- Откуда это всё, Магнус? - спросила она, глядя на него по-новому. Подарки ей очень понравились, такое оружие вполне могло пригодиться при её образе жизни. Да и просто красиво! Можно даже на бал в Министерство надеть.

- Не могу сказать, - усмехнулся Нотт, - но поверь, ничего криминального. А кольца и браслет зачаровывал лично.

- Спасибо тебе! - совсем растрогалась Ванесса. Она обошла стол и поцеловала в щёку поспешно вскочившего Магнуса.

Нотт закашлялся и сразу заторопился уходить, отступая к двери.

- Я очень рад, что тебе нравится! Мне бы ещё надо зайти в одну контору...

- Нет уж, присядь. - Она вернулась в своё кресло за столом. - У меня к тебе пара вопросов. Как раз вспомнила.

Магнус вздохнул, но сопротивляться не стал, снова опустился в клиентское кресло и выжидательно уставился на Ванессу.

- Я слышала, у тебя теперь свой дом? Тот самый, принадлежавший Кавендишам?

- Да, - криво улыбнулся он. - Дом хороший, но требует ремонта, как раз по этому поводу и выбрался из него. Ну и к тебе зайти.

- Новоселье устраивать не думал?

- Рано, - он помрачнел и покосился на дверь. - Но тебя точно позову.

- Буду счастлива посмотреть твою новую берлогу. Кстати, с внутренней отделкой могу помочь! - любопытство и надежда в глазах Магнуса были отличной наградой. - Моя подруга как раз занимается дизайном. Если хочешь, могу её попросить. Тебе она обязательно сделает хорошую скидку.

Радость Нотта чуть поблекла. Никак ожидал, что Ванесса сама займётся его домом.

- Что за подруга? Я её знаю? - скучным голосом спросил он.

- Не думаю, что ты с ней знаком. Мишель Бурже училась в Шармбатоне, она на несколько лет нас младше. В Лондон переехала совсем недавно, хотела разыскать родственников по материнской линии. Я помогала ей в этих поисках, и мы подружились. Не скрою, ты станешь её первым клиентом в Англии. Однако я видела колдофото её работ в Париже и Неаполе. Это, в самом деле, прекрасно.

- Хорошо, я понял. Только хотелось бы до Рождества с этим закончить.

- Понимаю, что ремонт для тебя важен. Я сейчас пошлю ей сову с приглашением. Тебя устроит совместный обед в ресторанчике "Лев и голубка" примерно через час? Это третий переулок...

- Я знаю этот ресторан, - кивнул Нотт. - Как раз успею зайти в книжный и проголодаться. Уркхарт дал целый список. Он немного помогает мне с домом.

О дикарях и детишках из Лютного, которых забрали в ковен, она решила поговорить позже. Хотя бы в том же ресторанчике, когда распрощаются с дизайнером. А то вездесущий Митч... В конторе лучше не стоит поднимать эту тему.

Едва Ванесса распрощалась с Магнусом и отправила сову своей новой подруге Мишель, как раздался очередной стук в дверь. И сразу в щель просунулась голова вернувшегося Митча:

- К вам господин Гонт, мадам. Пустить или сказать, что вас нет?

Она заколебалась, но всё же кивнула, пусть заходит.

И пожалела практически сразу. Мистера Реддла невозможно было спутать ни с кем.

- Мистер Гонт? - хмыкнула она, поднимаясь.

- Подозревал, что вы откажетесь меня принять, - улыбнулся посетитель, но тёмные глаза остались холодными. Он занял клиентское кресло. - Гонт - фамилия моего деда, ныне угасший род.

- Вы в этом совершенно уверены, мистер Реддл? - ухватилась она за последнюю фразу. Да и выработанный за несколько лет профессионализм взял верх над неприязнью и опасением, что испытывала миссис Дэшвуд в его присутствии. И что скрывать, возможность откупиться от настойчивого внимания тоже имела место. - Возможно, я могла бы попробовать найти кого-то из ваших родственников.

- Интересная мысль, - равнодушно ответил Том. Но сбить его с намеченной цели, которую он прямо обозначил при первом знакомстве, не удалось. - Сегодня вы выглядите иначе.

- В прошлый раз вы видели меня после маскарадной вечеринки.

- Понятно. Не думал, что вы окажетесь ещё более... симпатичной.

Лёгкая улыбка, немного потеплевший взгляд, и Ванесса вдруг просто физически ощутила исходящее от мужчины обаяние. Не такое, что заставляет тянуться к человеку, любоваться им и наслаждаться обществом. А тягучее, обволакивающее, парализующее.

- Перестаньте, - попросила она тихо, - вы можете заставить меня желать вас до безумия, можете овладеть моим разумом, но вот настоящих чувств во мне вы никогда вызвать не сможете. Не заставляйте меня ненавидеть вас, мистер Реддл, ради сиюминутной прихоти. Попробуйте увидеть во мне человека...

Дыхание перехватило, он просто не дал ей закончить. Словно со стороны она наблюдала, как встаёт сама, разворачиваясь навстречу шагнувшему совсем близко Тёмному Лорду.

"Не сопротивляйся! - слабая, еле различимая мысль, казалось, исходила откуда-то изнутри, в ней не было никаких чувств, просто констатация факта. - Покорись! Тебе это нужно".

Единственное, что получилось - это медленно закрыть глаза, хоть и казалось, что веки стали тяжёлыми как пудовые гири. Ощутила чужие губы, они почти невесомо скользнули по виску и щеке, оставляя на коже огненный след. Последним усилием воли удалось чуть отвернуть голову, не позволяя ему коснуться её губ, как будто это было так важно. И всё вдруг кончилось. Ванесса даже покачнулась, ощущая потрясающую лёгкость, пришлось сразу опуститься в кресло, потому что ноги не держали.

- Воды? - заботливым голосом спросил Реддл, и она ощутила прохладный край кубка, касающийся губ. - Вы неплохо держались для магглокровки, миссис Дэшвуд. И у вас хороший щит. Можете открыть глаза. Клянусь, что не попытаюсь больше испытывать вас на прочность.

Смешно, но ни злости, ни ненависти Ванесса не ощутила, встретившись со смеющимся взглядом. Даже досады не было, лишь волна облегчения и, пожалуй, благодарность завладели всем её существом. Единственное, что она поняла - перед нею страшный человек, почему-то её пощадивший.

- Очень жаль, - светский тон от этого визитёра казался сюрреалистическим, - а вы мне так понравились, леди. Всё больше думаю, что нет такой женщины в мире, что смогла бы стать для меня источником силы и доброго начала. Глупое предсказание.

- Вы верите в предсказания и пророчества? - голос ещё плохо слушался, но ей, в самом деле, стало интересно. Может, в ней пропадала сваха, но на ум тут же пришли как минимум три женщины, теоретически способные составить счастье Тёмного лорда.

- Не смешивайте два разных понятия. И не пытайтесь мне кого-то подыскать. Нет, я не читаю ваших мыслей, хотя и мог бы без особого труда. Всё и так написано на вашем лице.

- Обидно, - пробормотала она.

- Не стоит. Читать по лицам было когда-то моим... хобби, так сказать. Ваш... как там зовут вашего любовника? Не говорите, мне не настолько интересно. Так вот, даже он, уверен, не очень много увидит в ваших глазах, движениях бровей, шевелении губ. Только если вы сами позволите. Поразительное владение эмоциями, поздравляю, миссис Дэшвуд. У вас точно нет причин волноваться по этому поводу.

- Спасибо, - ошарашенно выдохнула Ванесса. Не каждый день тебя хвалит Тёмный Лорд. Невольно задумаешься, а так ли это хорошо. А ещё теперь стало обидно за целителя Сметвика. Еле слышно она возразила: - Мой любовник и правда не ваше дело, мистер Реддл, но вы его недооцениваете.

Он откинулся на спинку кресла, уставившись с весёлым изумлением.

- А вы храбры, Ванесса, безрассудны. Впрочем, могу предположить, что вы правы, а я ошибаюсь.

- И всё же, - попробовала она сменить тему, - как именно вы получили это предсказание?

Том задумчиво рассматривал её пару минут, заставляя нервничать, а потом усмехнулся:

- Что ж, пожалуй, я могу удовлетворить ваше любопытство. Тем более, не считаю это какой-то особой тайной или чем-то серьёзным. - Том замолчал, взгляд его перестал быть таким острым и пронизывающим. Словно он видел что-то недоступное её взгляду, но очень реальное и важное. Голос стал ниже, и ей даже почудились тоскливые нотки ностальгии: - Какое-то время назад мне довелось гостить в Индии у одного мудреца. У меня было много учителей в жизни, но этот рыбак отличался от всех. Он ничему не учил. Его ответы было трудно понять, а порой он и вовсе просто отмалчивался. Однажды мы разделывали пойманную рыбу на предстоящий ужин, и я спросил его про предсказания. Было интересно, ответит ли. Старик усмехнулся и заявил, что предсказания вокруг нас, в любой вещи, растении, животном, человеке, небе, земле и так далее. "Даже в этой рыбе?" - спросил я тогда, показывая на ещё не выпотрошенную тушку. Рыбак кивнул и велел мне полоснуть рыбину по брюху. Вид внутренностей у меня по-прежнему вызывал отвращение, все эти недели ничего не изменили в моем восприятии. Отвратительное зрелище. Но я не мог противиться приказу старика попробовать самостоятельно прочитать предсказание, копаясь в этих кишках. Было сложно, но кое-что из философии рыбака я уже усвоил к тому моменту. Я называл, что вижу, надеясь, что старик рассмеётся и по обычаю скажет, что я не готов, но он методично и серьёзно кивал на каждое моё слово. Я нашёл семь слов: "женщина", "сила", "воля", "душа", "доброта", "жизнь" и "перемены". "Попробуйте соединить их воедино", - сказал мне рыбак. Я долго смотрел на рыбью требуху, а видел нечто, что трудно описать словами. И картинка сложилась. Вы уже слышали. Я сделал предсказание для самого себя. Мне предстояло найти женщину, воля которой будет сильнее моей, доброта и свет смогут покорить и очистить мою душу, и, как ни смешно, полностью изменить жизнь.... - Том замолчал, всё ещё глядя вдаль, но вдруг незаметно подобрался и взгляд стал осмысленным и холодным. Голос прозвучал резко и насмешливо, ломая повисшее в кабинете очарование: - Я не верю в пророчества и предсказания, миссис Дэшвуд. Но не могу сбросить со счетов окончательно. Итак, кто ваш любовник?

- Вы же не хотите этого знать, мистер Реддл.

- Ваше дело, - равнодушно откликнулся он. - Зная женщин, тайной это будет весьма недолго.

- Как вы собираетесь рассмотреть ту самую женщину, если заранее предубеждены?! - вырвалось у неё.

- Прошу прощения? - нахмурился Реддл. - Что вы себе вообразили? Кстати, вы не сможете никому рассказать мою историю. Предупреждаю на всякий случай.

- Это понятно и без предупреждений, - Ванесса проклинала свою несдержанность. К счастью, придумывать что-то в этом безумном разговоре не пришлось. В дверь, после короткого стука, впорхнула красавица и умница Мишель, пришедшая раньше времени.

- Ma chиre, Ванесса, я решила лично ответить на твоё письмо. Что за друг? Это вы, месье?

В другое время её бы повеселила такая ситуация, удивлённо-возмущённый взгляд Тома показался ужасно смешным. Но учитывая, кто перед ней, и абсолютную неосведомлённость о личности посетителя мадемуазель Бурже, Ванессе стало страшно.

- Дорогая, позволь тебя представить, - Ванесса поспешно подошла к Мишель. - Это мистер Реддл, учёный и филантроп. Мистер Реддл, это Мишель Бурже, редкого таланта дизайнер и умная женщина.

- Здравствуйте, мадмуазель Бурже, - Том быстро справился с лицом и включил уже на полную катушку своё дьявольское обаяние. И куда подевался гордый и холодный вид, и обжигающий холодом взгляд. - Это настоящее удовольствие встретить за одно утро сразу двух самых очаровательных ведьмочек. К сожалению, обязательства перед скучными деловыми людьми вынуждают меня прекратить этот визит. Но я искренне рад нашему знакомству.

Миловидная француженка выслушала этот монолог, широко раскрыв чуть раскосые, искусно подведённые глаза, и покорно подала руку для поцелуя. Проводив взглядом до двери гостя своей подруги, она качнула головой и восхищённо выдохнула:

- Я не буду мыть руки неделю! Кто этот красавец, ma chиre? Только не говори, что он женат!

- Не скажу, дорогая. Не думаю вообще, что подобные люди женятся. Если хочешь знать, его второе самоназвание Тёмный Лорд. Кого-то это смешит, кто-то выжидает, что он натворит, кто-то не придаёт значения вовсе. Но я его откровенно боюсь.

- Даже так, - задумчиво кивнула Мишель. - Говорят, Гриндевальд умел быть совершенно неотразимым. Спасибо тебе за доверие. Я готова была пасть к его ногам!

- Я так и подумала. Мишель, я ещё не готова тебя потерять!

- Я тебя тоже, ma chиre... Так мы пойдём обедать, или господин "я-обещаю-вам-крышесносный-секс-прямо-сейчас" испортил тебе аппетит? - француженка широко улыбнулась, блестя глазами.

- Пойдём, - невольно улыбнулась в ответ Ванесса. - Этот не дождётся! Я только предупрежу Митчелла.

- Хотела спросить как раз, этот Митчелл... Он кто?

- Телохранитель с функциями секретаря, - миссис Дэшвуд кивнула мальчишке, на мгновение появившемуся на верхней площадке. Тот понятливо кивнул и исчез.

- О, понимаю, - Мишель легко приняла объяснение.

Ванессе не хотелось обсуждать с новой подругой Тома Реддла. И было даже немного жаль, что он ушёл, так и не дав согласия на розыск своих гипотетических родственников. А с другой стороны она была безумно рада, что этот жуткий визит остался позади. И та доверительная история о предсказании, от которой повеяло далёким морским бризом, теплом и почему-то свободой, ничего, увы, не меняла. И пойди пойми, почему так. И как разобраться в своих чувствах, страхах и порывах? Ей отчаянно хотелось увидеть Иппи, ощутить сильные объятия, прижаться всем телом, вдохнуть родной, чуть горьковатый запах каких-то трав, заглянуть в спокойные, чуть насмешливые глаза, от которых неизменно теряла голову.

Иппи. И ведь не скажешь, что это была любовь с первого взгляда, как бывает в романах и кино. Пожалуй, самые сильные чувства при первой встрече, которые овладели очень спокойной и уверенной в себе Ванессой - это холодное бешенство пополам с сильнейшей неприязнью.

Наведение мостов с больницей святого Мунго заняло у неё не больше и не меньше, а ровно три года. Три долгих года Ванесса потихоньку очаровывала администрацию, оказывала мелкие и большие услуги, даже пару раз делала крупные пожертвования. И всё для того, чтобы получить легальный доступ к больничной документации. Сколько крови и нервов попортила, сколько пришлось льстить, притворяться смиренной и кроткой, быть решительной и настойчивой, красавицей и сухим дельцом. И добилась ведь своего, совет попечителей больницы в полном составе дал добро на сотрудничество с ней руководства Мунго. Главный врач отечески улыбался, смущённо предупреждая, что остался один пустяк - получить согласие врачей, не всех, конечно, а только заведующих отделениями.

***

Даже сейчас Ванесса помнила тот больничный неистребимый запах, когда она, уверенная в успехе, вступила под высокие своды пятого этажа и попала в шикарное убранство малого конференц-зала. Согласие заведующих казалось простой формальностью, и руки уже дрожали от нетерпения, чтобы прикоснуться к вожделенным архивам.

В кабинете находился сам главный врач, дородный и кряжистый целитель Майкл Давенпорт; его секретарь, бессменная Линни, сразу подмигнувшая Ванессе, и шестеро целителей-заведующих весьма колоритного вида, взирающих на неё вполне доброжелательно. Она успела уже не раз с ними пообщаться. Как поняла миссис Дэшвуд, отвечая на доброжелательные приветствия медиков, оставалось дождаться седьмого, как раз того целителя, с которым ей до сих пор не удавалось познакомиться - Гиппократа Сметвика. Он каждый раз оказывался либо занят "спасением чьей-то жизни", либо просто его не оказывалось на месте безо всяких причин, хотя встречи и назначались заранее.

Стоило, в самом деле, заполучить какое-нибудь проклятие, чтобы иметь возможность его лицезреть, хотя бы как пациент. Она уже серьёзно задумывалась о такой возможности, когда Давенпорт неожиданно пригласил её на встречу со всеми заведующими сразу.

Ванесса с нетерпением ждала появления седьмого эскулапа, чтобы мягко попенять на его неуловимость. Ну и конечно, чтобы покончить, наконец, со всеми формальностями, и приступить к вожделенному расследованию. Но целитель-номер-семь всё не шёл, заставляя остальных нервничать и поминутно призывать Темпус.

Сметвик влетел в конференц-зал внезапно, заставив вздрогнуть даже невозмутимо-вальяжного Давенпорта. Не обращая внимания ни на коллег, ни на Ванессу, целитель в окровавленной мантии проследовал к главному, печатая шаг. И тихо, но так, что услышали все, взбешённо прорычал:

- Какого, блядь, Мордреда? Если мой пациент загнётся...

Надо отдать должное главному целителю, тот не растерялся и прервал речь Гиппократа страшным ударом кулака по столу:

- Молчать! Твою мать... Тут дамы!

Ванессе очень хотелось рассмеяться, но было страшно.

Целитель Сметвик удивил. Смерив вскочившего главного спокойным взглядом, поинтересовался совершенно другим тоном:

- Так бы сразу и сказали. Моё почтение, дамы, - добавил он, повернувшись к остальным. - Чем могу быть полезен?

Главный поддержал тон и любезно ответил:

- Присядь, Гиппократ, дело на пять минут.

- Я постою!

Овальный стол, за которым собрались целители, сейчас прячущие глаза и ухмылки, был уставлен кубками с водой и нехитрой закуской в виде крохотных пирожков. Сметвик сделал большой глоток из кубка Давенпорта и в упор уставился на Ванессу, сидящую напротив. Тридцать секунд обмена взглядами стоили ей немало нервов, но взгляд он отвёл первым, наконец-то проглотив воду.

Пока её сердце пыталось вернуться обратно в грудную клетку, он непочтительно отвернулся к главному, ткнув пальцем в её сторону.

- Кто такая?

- Гиппократ! - Но читать мораль Давенпорт не стал. Заговорил деловым тоном. - Это миссис Дэшвуд. Мы как раз обсуждаем её ходатайство. Собственно, и обсуждать нечего, требуется лишь согласие заведующих всех отделов. Попечители дали своё добро.

- А покороче? - и снова пронизывающий взгляд в её сторону. Взгляд светло-серых глаз был подобен рентгену. Ванесса могла легко поверить, что он уже хорошо рассмотрел все её внутренности, включая сердце и душу, оценил и забраковал.

- Миссис Дэшвуд уже принесла все необходимые клятвы. По роду деятельности ей необходим доступ к архивам больницы и текущим историям больных. А также посильная помощь целителей в случае необхо...

- Сдурели?! - оборвал главного Сметвик страшным голосом, заставив поёжиться всех. Ванесса с трудом удержала прямую спину, с вызовом ответив на взбешённый взгляд психованного целителя. Дальнейший громовой монолог запомнился практически дословно: - А не пошли бы вы на хер, леди?! А вы, Мордред всех раздери, с позволения сказать, коллеги, - последнее слово так и светилось сарказмом. - Когда успели забыть клятву Гиппократа? Тайна пациента для вас уже пустой звук? Заткнись, Давенпорт! Да пусть она мне хоть отсосёт, никакого разрешения не получит! Вы что, под "Империусом"? Кретины, дементор вас поимей! У меня операция! Достали этим маразмом!

И в полной тишине целитель Сметвик промаршировал на выход.

Ванессу больше беспокоила пожилая целительница из отделения помощи роженицам, покрасневшая до багрового оттенка, чем собственное попранное достоинство.

Она даже не слушала поспешных извинений главного. Медленно поднявшись со своего места, она спокойно оглядела сильно смущённых целителей.

- Господа! Как я понимаю, вы все готовы позволить мне поискать информацию о пропавших без вести магах. Согласны ли вы сохранить это решение, если я добьюсь согласия целителя Сметвика?

Пожилая леди, уже пришедшая в себя, решительно поднялась тоже:

- Мордред всех раздери! Я согласна, девочка. Действуй. Давенпорт, какого лысого гоблина ещё надо? У меня там три роженицы и послеродовая горячка. Я ухожу. И вам всем советую.

Целительницу тоже проводили взглядами. Ванесса продолжала стоять.

- Я согласен, - невысокий целитель из отделения отравлений галантно поклонился Ванессе. - Верю в вас, леди. Могу я идти?

За ним начали подниматься остальные. Ванесса слушала их одобрительные речи и представляла, как они втихаря заключают многочисленные пари. Даже текст парочки ставок придумался легко: "Удастся ли выскочке Дэшвуд отсосать Сметвику? И сможет ли она добиться этим его согласия?"

Наконец, в зале остался лишь Давенпорт, секретарь Линни и она сама.

Тот развёл руками, показывая своё бессилие в данном вопросе.

- Миссис Дэшвуд! Я ещё раз извиняюсь за целителя Сме...

- Не стоит, - подняла она руку. - Предпочту услышать извинения лично от него. Если позволите, сейчас я спешу.

Добрая Линни показала ей большой палец, незаметно для босса, и Ванесса ей благодарно кивнула, после чего покинула ставший неуютным конференц-зал.

Сначала она хотела вернуться домой немедленно, но передумала. Где находится отделение непроходимого грубияна и хама, она уже знала. Накинув мантию цвета лайма, позаимствованную у Давенпорта ещё утром, она решительно прошла в отделение проклятий, присматриваясь, где тут наибольшее шевеление. Позёр Сметвик не соврал, в одной из палат с распахнутой дверью было тесно от народа. Незаметно ввинтившись в толпу ординаторов, ей удалось разглядеть на койке мальчишечку лет двенадцати. Сметвик обнаружился возле него. Рука, погрузившаяся в развороченную грудную клетку, вызвала приступ тошноты, с которым удалось справиться не сразу.

Тишина стояла такая, что её можно было резать ножом. От таких мыслей стало ещё хуже. А от вида бьющегося сердца в руке целителя, чуть поднявшейся из груди ребёнка, стало по-настоящему худо. Но оторвать взгляд оказалось невозможным.

Она чётко видела, как пальцами левой руки целитель что-то выдернул из бьющегося в руке куска живой плоти и аккуратно опустил извивающуюся гадость в подставленную кем-то склянку. После чего сердце было опущено обратно в грудную клетку.

Окровавленной рукой Сметвик схватил палочку, с невероятной быстротой произнося целые связки заклятий. Прямо на глазах рёбра становились на место, сползались вместе какие-то сосуды, срасталась кожа. Только простыня на кровати осталась красной и мокрой. Правда, недолго. Кто-то из ассистентов собрал в другой флакон драгоценную жидкость каким-то хитрым заклинанием.

- Кроветворное, костерост, противошоковое, - донёсся до неё резкий голос целителя, - Всё вливаем через трубку каждые два часа. При малейших изменениях сообщать мне немедленно. Кларенс, отвечаешь головой. Мадлен, я на тебя надеюсь. Склянку с паразитом мне на стол. Остальные свободны.

Ванесса успела убраться с его пути до того, как Сметвик её заметил. Спрятавшись за чьими-то спинами, она увидела, насколько измотанным выглядит этот человек. Он быстро прошёл между расступившимися медиками и скрылся в своём кабинете, который оказался прямо напротив этой палаты.

- Скажите, что с мальчиком? - она успела поймать за рукав молоденькую девушку со значком ординатора, вышитым на мантии.

- Теперь всё хорошо, - широко улыбнулась та. И охотно пояснила. - Если бы не целитель Сметвик, шансов выжить бы не осталось. Эта гадость уже добралась до сердца. Очень каверзное проклятие. А вы кто, родственница?

- Нет, я...

- Посторонним тут находиться нельзя! - строго отчитала её ординатор. - Немедленно покиньте отделение.

- Мне назначен приём у целителя Сметвика, - легко соврала она. - А что, мальчик...

- Извините, мне нужно вымыть руки! - девица невежливо развернулась к ней спиной и куда-то ушла.

Ванессе самой захотелось помыть руки, а лучше принять душ. Но сначала выпить пару флаконов успокоительного. Она боялась, что страшная картина останется перед глазами навсегда. А ей-то казалось, что она ко всему привычная.

Постучаться в кабинет заведующего отделением она не решалась минут десять, ловя любопытные взгляды молодых целителей и ординаторов, пробегавших или просто шествующих мимо.

К действию её сподвигла фраза какого-то доброхота. Заглянув в комнату, предваряющую вход в кабинет, тот сочувственно посоветовал:

- Если это не вопрос жизни и смерти, леди, сейчас его лучше не беспокоить.

Молодой человек сразу скрылся, а Ванесса, упрямо вздёрнув подбородок, направилась к вожделенной двери. Если бы она всю жизнь слушалась добрых советов, то не видать бы ей свадьбы с Кирком, да и половина клиентов, обрётших родню или получивших наследство, так до сих пор и оставались бы ни с чем.

Стучать она передумала, много чести. Сразу распахнула дверь и вошла.

Целитель обнаружился возле стола. От обнажённой кожи шёл пар, из одежды на нём имелось лишь полотенце, обёрнутое вокруг бёдер, короткий ёжик волос влажно поблёскивал.

- И почему я не удивлён? - меланхолично произнёс он, даже не повернувшись. - Желаете взглянуть?

Теперь она увидела, что тот рассматривает. В руках была склянка, в которой билось и извивалось что-то чёрное и шипастое. Слизь с паразита свисала тягучими соплями. То самое, что было в груди у мальчика. От увиденного завтрак мгновенно рванул наружу. Она еле успела добежать до уборной, где её минут пять выворачивало над унитазом. Ещё повезло, что тут был совмещённый санузел, и дверь не была закрыта.

- Пейте! - жёсткая рука оттянула ей голову, прочно ухватив за волосы, и к губам прижалось горлышко какого-то пахучего флакона. - Не будьте дурой, не отравлю!

Пришлось глотать, а потом с удивлением понимать, что её отпустило. Внутри всё приятно расслабилось. Узел, скрутивший кишки, растаял бесследно.

- Умница! - похвалил целитель иронично. - Прополощите рот, синий флакон на умывальнике. Если захотите почистить зубы, там же новая щётка в упаковке.

- Хочу принять душ, - вырвалось у неё при взгляде на шикарную ванну, из которой ещё шёл пар.

- Мне помочь? - хмыкнул Сметвик. - Или сами справитесь? И встаньте уже с колен, в конференц-зале я пошутил. Обойдёмся без минета.

Прежде, чем она успела ответить что-нибудь уничижительное, он хохотнул и вышел, прикрыв за собой дверь.

Из вредности она извела всю синюю жидкость из флакона на раковине, долго полоща рот, потом так же долго чистила зубы самой вкусной пастой из ранее попадавшихся. Захотелось даже узнать, где Сметвик такую достал. И лишь после этих процедур разделась и с блаженством вступила под горячие упругие струи душа. Настроить его оказалось удивительно легко.

Иногда она вздрагивала, оглядываясь на дверь, которую смутно видела сквозь прозрачную занавесь. Не было сомнений, что хам-целитель может запросто войти, чтобы как минимум её смутить. Оказалось, она не ошиблась, только этот гад дождался, пока она выключит душ и ступит на ребристый резиновый коврик. Теперь на нём были брюки со множеством карманов, рубаха и грубые ботинки на толстой подошве. В руке он держал полотенце.

- Я подумал, вам это пригодится, - он беззастенчиво оглядел её с головы до ног и присвистнул. - Насчёт минета я передумал. Я дам вам разрешение, если постараетесь.

Ей хватило выдержки не метаться, пытаясь прикрыться, и не визжать, требуя от этой сволочи, чтоб убирался.

Взяла из его руки полотенце и спокойно посмотрела в насмешливые глаза:

- Спасибо!

- Пожалуйста, - развеселился Сметвик. И скрестив на груди руки, прислонился плечом к косяку дверного проёма. - Я посмотрю?

- Вы немедленно выйдете и закроете за собой дверь, - она обернула полотенце вокруг груди. Оно едва ли достигало середины бёдер. - Сэр?!

И опять глаза в глаза. Целитель улыбаться перестал, отлип от стены и вышел. А её саму неудержимо тянуло улыбаться. И хотя победой это назвать было трудно, но до вечера ещё далеко, а уходить без подписанного разрешения от нахального мужлана она не собиралась. Он точно идиот, если думает, что такой пустяк, как минет, её остановит после стольких лет ожиданий и оббитых порогов.

С нервным смешком она заверила себя, что готова даже отдаться ему прямо на его огромном столе. Прислушалась к протестам совести и скромности, но те помалкивали. Гордость тоже стыдливо спряталась. Более того, все её чувства пришли к уверенному заключению, что с таким самцом заняться любовью - это даже удача. В конце концов, рассмотреть его удалось прекрасно, а зашкаливающее обаяние не оспаривал даже рациональный мозг. Ну и ко всему прочему, было преступно упускать такую шикарную возможность. С самой смерти Кирка у неё не было мужчины. То есть вообще в жизни не было никого другого, кроме Кирка, а она всё же живая женщина.

Договорившись с собой так успешно, она решительно приступила к плану соблазнения светила магической медицины. И то, что он явно не прочь заняться с ней сексом, увеличивало её шансы на успех.

Чистящие чары справились с одеждой на ура. Тщательно высушив волосы и причесавшись, Ванесса осмотрела себя в зеркало, поправила причёску и одёрнула пиджачок. Целительскую мантию перекинула через руку. Выглядит после душа прекрасно, и этот румянец да блестящие глаза очень кстати.

Вот только в кабинете её ждало разочарование. Сметвика там не было. Однако сдаваться миссис Дэшвуд не собиралась. Не ушёл же целитель домой в разгаре дня!

Потому следовало всего лишь подождать и по возможности подготовиться.

Стратегически важным показалось сразу дать ему понять свои намерения, а не играть в долгие игры. Что этот хам - человек действия, причём крайне занятой, она уже поняла. И пусть гордость пострадает, а чувство собственного достоинства будет слегка раздавлено, но или она добьётся своего самым коротким путём, или признается себе, что струсила - путь к отступлению всё ещё был открыт.

Ванесса осмотрела кабинет расчётливым взглядом, оценила вид от двери и поняла, что стол-таки наилучшее место для задуманного. Благо, склянки с гадкой тварью из сердца мальчика на его поверхности уже не было.

Всё портило охватившее её волнение от предвкушения близости с мужчиной. Конечно, Кирк никогда не жаловался, но он был джентльменом до кончиков ногтей. То, что грубиян Сметвик - не джентльмен, сейчас, когда решение было окончательно принято, не на шутку будоражило. Ещё и собственная смелость претерпевала постоянные сомнения - а вдруг просто пошлёт, вышвырнув её из кабинета? Что хам-целитель на это способен, сомневаться не приходилось. Оставалось только надеяться на то, что она хоть немножко заинтересовала его как женщина. И брать вежливостью, достоинством и немного распутным видом. Контраст мог и сработать.

Подбадривая себя такими мыслями и разными поговорками, вроде "риск - дело благородное" и "кто не рискует, тот многое упускает в жизни", она расчистила от бумаг и разных вредноскопов место, забралась на стол, села лицом к выходу и подтянула юбку повыше. Пришлось положить ногу на ногу, чтобы не сразу обнаружить отсутствие нижнего белья. Была слабая надежда вообще скрыть этот факт, если что-то пойдёт не так.

Впрочем, даже к унижению она была почти готова морально. Хоть и не придумала пока, как будет действовать в случае неудачи.

В довершение образа, она расстегнула на рубашке три верхних пуговицы, достала из сумочки магловские очки в тонкой оправе, которые носила с собой для создания более интеллигентного вида. Надев их, взяла в руки первую попавшуюся бумагу, делая вид, что внимательно изучает. Правда понять, что это, не успела. Дверь широко распахнулась, заставив её вскинуть глаза.

Такой ужасной сцены, пожалуй, представить она не могла. Целитель был не один. Из-за плеча Сметвика, замершего в дверях от открывшегося вида, с любопытством выглядывал какой-то молодой человек. Сдержаться и не натворить глупостей удалось только страшным усилием воли. Была одна надежда, что много этот парень рассмотреть не мог. Целитель Сметвик был достаточно высок и широкоплеч.

Нервничала она, глядя на мужчину в упор, целую вечность, а может, несколько секунд. А потом нежно улыбнулась, решив, что терять нечего.

- Проваливай! - рявкнул Сметвик тут же, словно опомнившись. И только увидев, что он шагнул в кабинет и захлопнул дверь перед носом молодого человека, поняла, что эта реплика относилась не к ней. Облегчение было коротким, взгляд мужчины тут же заставил нервничать с новой силой. Подходил он медленно, словно кот к загнанной в тёмный угол мыши. - Как это мило, миссис Дэшвуд!

Этот угрожающий тон едва не смёл её со стола, только банально не успела - целитель резко преодолел оставшееся расстояние, опершись руками о стол с обеих сторон и приблизив к ней своё лицо. В горящих глазах то ли гнев, то ли возбуждение - не поймёшь.

- Всерьёз решили, что меня можно купить? - тихо спросил он, практически коснувшись губами мочки её уха.

Сейчас, когда его глаз она не видела, только ощущая горячее дыхание щекой, легче не стало. Давить панику, охватившую так некстати, стало совсем трудно. "Не могу!", - пронеслось в мозгу, а в следующий момент она уже переместила ноги, чтобы попробовать выскользнуть из ловушки и слезть со стола.

- Куда? - лениво осведомился Сметвик, и его рука тут же скользнула под юбку. - Опаньки! Так у нас всё серьёзно, леди? А мне на минуту показалось, что только дразнитесь.

Ванесса забыла, как дышать, замерев, как кролик перед удавом. Пристально глядя в её глаза, Сметвик осторожно снял с неё очки, небрежно отшвырнув в сторону.

- Не против? - запоздало осведомился он. - Я так и думал.

Резким движением он придвинул её на самый край стола, отчего юбка задралась окончательно, а ноги разъехались по обе стороны от его бёдер. Предательская краска залила, казалось, всё лицо, даже уши горели.

- Давайте же, леди, - промурлыкал он у самых губ. - Последний шанс передумать. Скажите: "Нет!", и я дам вам уйти гордо и без потерь.

Вот теперь от его снисходительного тона что-то разомкнулось в затуманенном сознании, она наконец смогла нормально соображать и скомандовать себе коротко и определённо: "Действуй, девочка"!

- Ни за что, - шепнула она и первой впилась в его губы поцелуем. Обнять за крепкую шею оказалось удивительно приятно, а ногами бесстыдно обхватить за талию, ощущая себя раскрытой дальше некуда.

Только одно беспокоило, что, позволяя себя целовать, он не отвечает. Словно раздумывает, не отказаться ли самому от такого подарка. Пути назад она уже точно не видела. Не теперь. Пришлось прильнуть ещё ближе в отчаянном порыве. И рычание Сметвика музыкой прозвучало в её ушах. На поцелуй он ответил, да так, что в голове сразу стало пусто. А в какой-то момент взмахнул палочкой, применив заклинание, от которого на ней не осталось ни клочка одежды - наверное, из целительского арсенала.

Внимания эскулапа удостоилась и грудь, профессионально обследованная не только руками, но и губами. И то, что ниже, тоже не осталось без ласки. Правда, самое главное случилось как-то даже слишком быстро. Она вздрогнула всем телом, ощутив резкое проникновение, закусила губу, выгибаясь и ощущая его губы на шее вместе с первым рывком.

Долго и красиво не получилось. Но пика удовольствия она достичь успела, накрывшего с головой, от затылка до кончиков пальцев ног. Он, разумеется, тоже не остался обделённым. Тяжело дышал, почти ласково поглаживая по спине. И даже не препятствовал, когда она неловко соскользнула со стола. Казалось, ноги не будут держать, но устоять удалось.

- В душ? - спросил он вполне по-человечески, придержав за талию.

Она покачала головой.

- Оденьте меня, как и раздели!

Просить дважды не пришлось. Оказалось, и такое заклинание существовало. Сам целитель так и оставался в одежде. И она поняла это только сейчас. Впрочем, романтики от этого мужлана она и не ждала.

- Камин открыт? - увидев кивок на угрюмом лице - и что теперь-то его расстроило? - она взяла с каминной полки горсть летучего порошка, швырнула в пламя и шагнула в яркую зелень, называя свой домашний адрес.

Оглянуться не было сил. Запоздалое смущение заставило поспешить. И только шагнув на ковёр в своей гостиной, вспомнила с ужасом, что разрешения так и не получила.

На глазах изумлённой Матти, она рухнула на диван и принялась заливисто хохотать. Видимо, так окончательно её покидал стресс.

Вечером, когда она, закутанная в толстый махровый халат, сидела перед камином, перебирая почту, пришедшую за утро, Матти положила на столик письмо с логотипом Мунго. Внутри её ждала официальная бумага с кучей магических печатей, разрешающая допуск к документации больницы. Маленький клочок бумаги, выпавший следом, был явно написан рукой Давенпорта: "Сукин сын дал разрешение! М.Д."

Почему-то торжества она тогда не ощутила. Была только усталость и грусть. Вот только не потому, что жалела о решении отдаться хаму и грубияну. И не потому, что решение вполне эффективно выполнила. Просто вдруг пришла в голову мысль о человеческом несовершенстве. И победа над целителем больше не радовала. Противна была сама мысль о подкупе этого спасителя беззащитных мальчишек, девчонок, и наверняка многих других людей.

Тоска отпустила внезапно, буквально на следующий день под вечер, когда, сильно уставшая, она вернулась домой с мутной головой, проработав в огромном архиве больницы больше восьми часов. Матти встретила её горячим глинтвейном, сытным ужином и неброским конвертиком без подписи.

Быстро взглянув в конец послания, Ванесса почувствовала волнение, почти забытое за много лет. А прочитав пару строк, написанных крупным почерком целителя Сметвика, радостно засмеялась, признаваясь самой себе в довольно печальном и неуместном событии: она влюбилась, как девчонка в самого невозможного и возмутительного мужчину из всех возможных! Не доверяя своим глазам, она ещё раз прочитала письмо, смакуя каждое слово:

"Не соблаговолит ли леди Дэшвуд осчастливить недостойного подателя сего письма и принять приглашение на ужин завтра в семь вечера в ресторане "Ланселот"? Гиппократ Сметвик"

И тут она поняла, что вот сейчас в её руках и была настоящая победа, а не это дурацкое разрешение, которого можно было добиться и менее кардинальным способом. Сейчас почему-то стало совершенно ясно, что целитель Сметвик всё равно бы дал разрешение. Таких, как он, действительно не купить. И это письмо, и сердце того мальчишки, бьющееся в его руках, были самым наглядным доказательством. А почему так, она даже не знала, просто чувствовала.

Уже потом она выяснила, что была совершенно права. Пока она чистила зубы, а потом нежилась под душем, он приложил буквально титанические усилия, наводя о ней справки. И поспешил в кабинет, в надежде, что она ещё не ушла, чтобы сказать, что передумал. И что доступ к архиву ей будет открыт, как только он дождётся Давенпорта, умотавшего на какое-то мероприятие. Причём узнал он о ней решительно всё: биографию, род занятий и даже название любимого ресторанчика, где, конечно, совершенно случайно они провели первый совместный вечер.

Правда, выбить из него это признание удалось далеко не на первом свидании. Вдобавок он признался, что просто потерял голову, как мальчишка, ведь хотел просто извиниться, а потом прислать просьбу о свидании, и ухаживать по всем правилам и много чего ещё. Только устоять перед таким соблазном не смог. И думал, что всё кончено, и она ему не простит.

- Простить? - изумилась она, забираясь на него сверху. Кровать в её спальне пришлось заменить на более широкую по его настоянию. - Да ведь это я тебя соблазнила!

- Что бы ты понимала! - усмехнулся он. - Я ещё в ванной понял, что будешь моей, когда тебя выворачивало наизнанку.

- Фу, какая гадость!

- Это было безумно трогательно, глупая. Ну ещё попка твоя смотрелась просто очаровательно!

- Вот же ты гад!

- Если не прекратишь ёрзать, то поймёшь, что не только гад, но и ненасытное животное!

- Вот так, целитель Сметвик? Или так?

- Доигрались, леди!

Они даже поссориться не могли, Иппи оказался совершенно непрошибаемым. И совершенно прекрасным. И зря она думала, что он не джентльмен, благородства в нём было хоть отбавляй, а любви к людям, которых готов был спасать в любое время суток, как ни у кого другого.

***

- Пришли, - сказала Мишель, - ты так задумалась. Свидание сегодня?

- Да, если получится, - Ванесса мечтательно улыбнулась. - Он очень занятой человек.

- Женат? Прости, если я лезу не в своё дело.

- Целитель и вдовец с двумя взрослыми сыновьями. Но мы не афишируем пока. Ужасно боюсь вечера, он хочет познакомить меня с детьми.

- Оу! Завидую тебе по-хорошему. Уверена, ты очаруешь их. Это не твой приятель? Как-то молод для отца взрослых детей.

Ванесса тоже увидела Нотта, уже занявшего столик, и помахала ему рукой.

- Это просто друг. Очень хороший друг. Кстати, холост.

Мишель округлила глаза, а потом подмигнула:

- Даёшь добро?

- Можешь попытаться.

***

- Что? Сколько времени? - Санни села на кровати, спустив ноги на ледяной пол, и попыталась протереть глаза кулаками.

- Почти шесть утра, хозяйка Санни. Эжени Вуд ждёт в гостиной, я впустила.

- Да что стряслось? - спать хотелось до одури, просто до боли. Воскресенье же, такая усталость накопилась, она вообще не рассчитывала вставать сегодня до самого обеда.

- Дуэль будет, - вздохнула Лакки, потупившись. - Там вся школа собирается. Ваш друг Рудольфус Лестрейндж будет секундантом.

- Дуэль? Руди?! - сон слетел мгновенно. Санни бегом рванула в гостиную, едва не скатившись по лестнице, ведущей вниз из спальни.

- Санни! - Эжени вскочила при виде подруги. - Ты ещё не одета! Давай скорей, сейчас там будет ужас-ужас!

- Да где же? И откуда ты...

- Потом! Скорей! Дуэль через десять минут начнётся! Может, вообще сразу закончится.

- Кто? - самое главное узнать надо было сразу.

- Ники Шелби и Уолден МакНейр! Мэдисон в бешенстве - Ники из их ковена. Ну скорей же.

Дальше Санни слушать не стала, бросившись одеваться. В голове стучали противоречивые мысли. Разве так бывает, чтобы девочка с мальчиком? О чём думал Руди? С каких пор Эжени интересуется дуэлями?

Школа спала, казалось, никто не в курсе трагедии, разворачивающейся на квиддичном поле. У Санни мелькнула мысль позвать кого-то из профессоров, да только кого? Робертс на все выходные покинул Хогвартс, Дамблдор в Мунго. Профессор МакГонагалл? Желания обратиться к суровому декану Гриффиндора почему-то не возникло даже у неё. Вот если бы к профессору Флитвику... Он, вроде, мастер дуэлинга. Или нет?

- Подожди!

- Что?

- Лакки! - Санни вырвала страничку из парного блокнота, который зачем-то сунула в карман, нацарапала несколько слов и сунула в лапку появившейся рядом домовушки. - Сможешь отдать профессору Флитвику?

- Лакки сможет. Лакки сделает, - поклонилась эльфийка и исчезла.

Девушки побежали дальше.

Эжени была права, здесь была вся школа, хотя из-за сгустившийся тишины понять это можно было только оказавшись на поле. Только присев на крайние нижние кресла трибун, Санни смогла чуть отдышаться и понять, что ошиблась. Конечно, тут не вся школа собралась. Только старшие курсы - Слизерин самый многочисленный, с Рэйвенкло несколько старшекурсников, очень много хаффлпаффцев, а с Гриффиндора они с Эжени, Артур с мисс Скитер неподалёку, и Роб, сидящий на слизеринской стороне рядом с Эмили. Вуд их заметил и помахал рукой, приглашая перейти к нему.

Санни покосилась на дуэлянтов, стоящих в центре поля, на секундантов, переговаривающихся чуть в стороне, и кивнула.

- Пойдём, там ближе, будет лучше видно.

- Хорошо, - согласилась Эжени и поспешила за ней. - И Реган нервничает, как бы чего не натворил. Представляешь, Руди запретил сообщать Нотту.

- Нотту? - Санни даже споткнулась. - А Нотт здесь при чём?

- Он же глава ковена! Теодор Нотт. А тут Ники дерётся, потом ей попадёт за это, и всем парням тоже.

- Стой! Лакки! - одно Санни сразу уяснила - ей-то точно никто ничего не запрещал.

Домовушка оказалась рядом, судя по сжавшей ее руку лапке. Показываться не хотела, наверное, из-за народа. Девушки были как на ладони посреди поля, поспешно его пересекая. Даже Руди им махнул, мол, поторопитесь.

- Лакки! Дощечку-говорилку мне принеси, она в кармане парадной мантии. Быстрей!

Лапка домовушки исчезла. А когда они уже достигли трибун, где места были заняты в основном слизеринцами, в руку ткнулась тёплая дощечка.

- Спасибо, - пробормотала Санни и тут же поднесла её к губам. Не ощущая ни единого укола совести, она твёрдо, хоть и очень тихо, произнесла: - Мистер Нотт! Магнус! Проснитесь. Пожалуйста! Тут беда. Дуэль на квиддичном поле. Ники Шелби и Уолден МакНейр. Мистер Нотт, сделайте что-нибудь. Ники ведь из вашего ковена!

Эжени оглянулась на её бормотание.

- Быстрей, - прошипела она, - сейчас начнётся.

И правда, послышался голос Рудольфуса, явно усиленный Сонорусом. Санни едва успела занять место возле Флинта, в утренних сумерках его лицо казалось очень бледным. Парень явно был зол, но смог ей улыбнуться и даже чуть приобнял, усаживая, когда она покачнулась, споткнувшись. Эжени пробралась дальше - к Мэдисону.

- Леди и джентльмены, - говорил префект. - Прошу соблюдать тишину и помнить, что с вашей стороны не должно быть никакого вмешательства. Не заставляйте меня накладывать купол темноты, чтобы избежать нарушений. Соблюдайте тишину!

- Что за купол? - Санни было ужасно не по себе. Дуэли казались жуткой дикостью. Вроде уже привыкла к этому средневековому укладу, а оказывается, не особо.

- Да над ними, - сквозь зубы ответил Флинт. - Чтоб они нас видели, а мы их нет. Только зря он это сказал, дураков вмешиваться здесь нет. Все с понятием.

Она прослушала, что говорил Руди, и спросила Квина, впиваясь глазами в четыре фигурки, казавшиеся отсюда такими маленькими.

- Условия сказал, - заскрипел зубами Флинт. - Условия, блядь! Прости... Лорд порешит обоих. Идиоты!

- Какой лорд? - испугалась Санни. Почему-то представился киношный Волдеморт, ночь и летящие во все стороны Авады.

- Лорд-дракон. Теодор, глава ковена.

Теперь она уже точно ничего не понимала.

- Он знает?

- Узнает! Рано или поздно...

Дощечка в руке нагрелась, и Санни поднесла её к глазам. "Понял! Ты на поле?" Она кивнула, но опомнившись, произнесла вслух:

- Да!

Мгновение, и Флинт выхватил дощечку из её пальцев.

- Что это? - прошипел он, вертя её в руках. - Мантикорова печень! С кем ты говорила? Ох! Простите, сэр!

Ей удалось увидеть какие-то буквы на гладкой поверхности, прежде чем Флинт, кусая губы, вернул ей дощечку.

- Извини, Санни. Магнус назвал меня скотиной, и он прав. Ты не сердишься? Всё, начался обратный отсчёт!

"Не волнуйтесь, мисс. Держитесь рядом с Флинтом!" - написал ей Нотт.

Санни сжала дощечку в руках, вглядываясь в полумрак на поле. Вокруг дуэлянтов уже был очерчен широкий огненный круг. Пламя было совсем низеньким, но хорошо видным в предрассветной дымке, устилавшей землю тонким слоем. От этого предстоящее казалось каким-то нереальным, ненастоящим, словно продолжался сон, и сейчас она проснётся в своей кровати.

В противоположных концах внутри круга стояли Ники, с которой Санни только вчера познакомилась, и Уолден МакНейр, которого она хорошо помнила по тренировкам у Робертса. Руди и ещё один парень находились неподалёку от них, за чертой круга. Над центром круга - метрах в трёх от земли - закрутились огромные огненные цифры.

Пятнадцать! Четырнадцать... Тринадцать... Дуэлянты поклонились друг другу, подняв палочки. Санни до боли впилась в подлокотники. Девять... Восемь... Семь...

- Кто тот парень? Второй секундант?

- МакЭвой, - быстро ответил Флинт, чуть подавшись вперёд. - Алан МакЭвой. Его мать из МакГрегоров. Тоже дракклов горец, как и Уолден. Началось!

Цифра один не погасла, а как будто взорвалась. И сразу посыпались целые снопы искр и лучей от дуэлянтов. Фигурки их не стояли на месте, а кружились в непонятном танце. Только сейчас Санни разглядела их лучше. Ники была в мантии, наверное, дуэльной, а вот МакНейр оказался обнажённым по пояс, да ещё в килте. Толстая коса металась по широкой спине шотландца при резких движениях. Впрочем, и его секундант был в национальном костюме, правда килт у этого МакЭвоя был дополнен кожаным жилетом и шапочкой с белым пером. Санни припомнила, что он учится на Рэйвенкло. Только на шестом или седьмом курсе? Она слишком мало общалась с воронами.

- Как они? Ничего не разобрать.

Флинт криво усмехнулся:

- Присматриваются, берегут силы. Драка может стать долгой.

- Спасибо, что сообщили, - прошелестело с другой стороны, - не оборачивайтесь.

На душе сразу стало чуть спокойней. Даже Флинт не обернулся на Флитвика, видимо, маленький профессор наложил на себя какие-то чары.

- Давай же! Не так быстро... Умница, - бормотал рядом Квинтус, подавшись вперёд. - Нет-нет-нет, не надо... Драккловы яйца, щит! Ниже...

Санни завидовала тому, как он хорошо всё понимает, для неё все эти кружения и снопы искр и лучей выглядели полной неразберихой. Пару раз удавалось заметить щиты, матовым блеском привлекавшие внимание. Дважды она сдерживала крик, когда казалось, что Ники сейчас упадёт или вылетит из круга. Но каждый раз девушка уворачивалась и оставалась в строю. Гибкость Ники и молниеносные броски казались просто нереальными. К сожалению, МакНейр смотрелся ничуть не хуже, даже опасней, хотя голая грудь уже украсилась красными разводами. Отсюда было неясно, опасны они или нет.

А потом, к ужасу Санни, синий луч полоснул Ники по ногам, и девушка осела на колени. Однако тут же откинулась назад почти до земли, пропуская над собой два луча, а в следующий миг перед ней вздыбилась земля, отгородив её от противника земляным валом.

По рядам болельщиков пронёсся дружный вздох. И тут же МакНейр каким-то тёмным бичом разметал эту землю.

- Охуеть, - выдохнул рядом Флинт. - Два мага земли!

Санни расширила глаза, увидев, что творится на поле. Теперь уже МакНейр рыбкой нырнул на землю, уходя от какого-то режущего бича в руках Ники. А после стало твориться невообразимое. Противники стали забрасывать друг друга огромными комьями земли. Причём было полное ощущение, что брали они их из воздуха, а не из почвы, пусть уже и основательно изрытой вокруг обоих.

- Голем нужен, - напряжённо бормотал Квин. - Ну же, девочка! Вспомни, чему нас учили!

Ники на поле его словно услышала, и перед ней начало расти что-то огромное, сразу начавшее приобретать очертания какого-то зверя. Оно продолжало расти, отбивая и впитывать в себя земляные снаряды МакНейра. Правда, парень сориентировался почти сразу, и тоже стал создавать своё чудовище из земли.

- Их надо остановить! - лихорадочно пробормотала Санни. - Квин...

- Сдурела? - Флинт даже на секунду отвлёкся от схватки на поле. - Это магическая дуэль!

- И что? Вообще нельзя? - идея остановить этих самоубийц казалось такой прекрасной, что даже страх спалиться пропал.

- Можно вообще-то, - Флинт отвернулся от неё. - Только если их не жалко. Откат тут для обоих один - смерть.

Санни ощутила, как на глаза навернулись слёзы от его холодного тона. Откуда ей было знать!

- Прости!

- Да тебе-то откуда знать, - с горечью отмахнулся Квинт. - Держись, Солнышко...

Лучи заклинаний продолжали лететь от обоих, только довольно вяло. Противники просто уворачивались от них, пользуясь растущими монстрами, как щитами.

Только вот у МакНейра сразу стал расти второй, и Ники явно этого не видела. Флинт рядом застонал, ударив кулаком по подлокотнику.

Дальше всё случилось так быстро, что для Санни слилось всё в какой-то безумный кошмар. Два крупных голема одновременно бросились друг на друга, а второй голем шотландца ловко поднырнул под их руками-лапами и вдруг всей массой рухнул на Ники, не ожидавшую такого подлого нападения.

Кто кричал было неясно, может даже и она сама. Големы рассыпались грудой земли вокруг дуэлянтов. Яростные взмахи руками МакНейра быстро сдвинули гору земли с того места, где должна была находиться Ники. Секунданты бросились к огненному кругу, но пройти внутрь не могли, словно их остановила невидимая стена. Зрители вскочили, как один. Рядом улетел серебристый патронус в сторону школы - наверное, его послал Флитвик.

Санни выдохнула, увидев наконец изломанную фигурку девушки, появившуюся из-под последнего слоя земли. МакНейр уже стоял возле неё на коленях, потом прижал голову к груди, словно слушая сердце. Мысль, что хочет добить, возникла и улетела. Санни прошибла дрожь ужаса от полного боли рёва, который издал этот безумный горец, вцепившись в словно тряпичное тело девчонки.

И сразу погас огненный круг. Руди со вторым секундантом бросились к дуэлянтам. Она успела заметить, как Лестрейндж сильным ударом кулака отбросил МакНейра в сторону. И тот так и остался лежать, только слегка приподняв голову.

- Всем оставаться на своих местах! - пронёсся над полем очень громкий голос, в котором с трудом угадывались интонации Флитвика. - Антиаппарационный барьер снят. Помощь близка.

Санни почувствовала, как ноги ей отказали, и мешком опустилась обратно на лавку. Она и не заметила, что тоже вскочила.

- Только не умирай, - как мантру бормотал рядом Флинт, безумным взглядом глядя на поле. - Только не умирай! Не смей умирать, Ники, слышишь?!

Санни закрыла лицо руками, молясь за глупую храбрую девчонку. Слёзы забивались в нос и солёной горечью ощущались на губах и языке. Это неправильно, что дети убивают друг друга без всякой войны!

***

Гиппократ Сметвик потянулся блаженно, вытягиваясь рядом с любимой.

- Спи, - пробормотал он негромко, целуя её в плечо. - А мне уже...

Сразу два патронуса повисли перед их кроватью, соткавшись из неярких утренних лучей.

- Беда в Хогвартсе, - голос Флитвика Сметвик узнал сразу, - была дуэль, оба маги земли. Одному из них требуется помощь. Девушка, семнадцать лет. Квиддичное поле. Антиаппарационный барьер снят.

- Это срочно, - задыхающимся голосом сказал патронус школьного целителя Уайнскотта. - Мне не справиться, у студентки слишком сильные и опасные повреждения. Помогите, коллега! Прошу вас, быстрее!

Глава 40

За воскресным завтраком собрались все ученики Хогвартса, чего ни разу не случалось на памяти Санни даже в учебные дни. Сразу становилось понятно, что случилось что-то как минимум необычное, а скорее, экстраординарное. Что показательно, даже вчера, когда сообщали про директора Дамблдора, далеко не все пришли, хотя префекты также предупреждали.

Более того, обычных разговоров и шепотков тоже не было слышно. И не удивительно - весть об утренней трагедии успела облететь всех самым неведомым образом. Впрочем, в таком закрытом маленьком мирке, как школа Хогвартс, новости распространялись быстрее, чем в какой-нибудь деревне. И, видимо, трагедия со студенткой куда ближе оказалась каждому, чем несчастный случай с чудаковатым директором.

Санни вздохнула, утыкаясь взглядом в тарелку с одинокой картофелиной. Аппетита не было вовсе, всё перебивала картина, так и стоявшая перед глазами с самого утра.

Она даже узнала того парня, который молча смотрел на изломанную фигурку Ники на руках целителя Сметвика. Питер Аллен, совсем не так давно познакомившийся с Санни в библиотеке. По щекам парня текли слёзы. Высоко поднятый подбородок, сжатые челюсти, застывшее лицо, не выражающее никаких чувств. А слёз он не замечал, это точно.

И почему-то именно это зрелище что-то прорвало у Санни внутри. Жуткое сожаление, сочувствие чужому горю, сострадание ещё не пожившей толком девчонке - всё это хлынуло на волю, заполняя сердце и душу отчаянной болью. Такой сильной, что и плакать невозможно. Только темнеет в глазах, сжимаются кулаки, а во рту ощущается металлический привкус крови. И то самое знание, что доставалось ей клочками из прошлого Молли, вдруг ясно подсказало, что Питер вовсе не романтический поклонник, а лучший друг этой девочки, Ники Шелби, с самого первого курса. Только вряд ли от этого ему было легче.

- Сэр, целитель Сметвик, одна просьба. Прошу вас, сэр! - от тихого голоса Аллена, у неё внутри как будто похолодело. Реально стало страшно, как бы он не сорвался. Потому что даже трудно представить было, во что это может вылиться.

И быстрый взгляд Сметвика, уже приготовившего порт-ключ:

- Валяй, парень.

- Спасите её! Умоляю!

Дурацкая просьба к целителю, который и без того сделает всё, что возможно. Все это понимали: и сам целитель, и парень, ожидающий ответа, и Руди Лестрейндж, с мрачным спокойствием глядящий на Сметвика, и тот горец, что был секундантом МакНейра и сейчас опустил глаза, пряча сочувствие. И Санни тоже это понимала, умом, но внутри ощутила такую надежду на чудо, что ждала ответа своего нового родича, буквально затаив дыхание.

А Сметвик, помедлив, серьёзно сказал:

- Обязательно!

Аллен судорожно выдохнул, закивал благодарно, и вдруг отвернулся. А потом резко вскинул руку к глазам, закрывая лицо предплечьем, и, пошатываясь, побрёл куда-то в сторону. Санни хотела броситься за ним, но увидела, что Мэдисон её опередил, пойдя следом за парнем к трибунам.

Сметвик проводил его тяжёлым взглядом, а потом обернулся к месту побоища, где так и возвышались ещё груды вывороченной земли вперемешку с крупными камнями. Посреди этого маленького армагеддона всё ещё сидел на земле перемазанный в крови и грязи Уолден. Даже слизеринцы сторонились теперь горе-дуэлянта, образовав вокруг шотландца какой-то круг отчуждения.

- Эй, горец, встать можешь? - спросил целитель.

Тот, словно оглушённый, вскинул на него непонимающий больной взгляд. Но смотрел не на Сметвика, а на голову девушки, безвольно свисающую с руки целителя.

- Ники... - прохрипел МакНейр.

- Живо ко мне, парень! - рявкнул Сметвик, отчего шотландец вскочил и, шатаясь подошёл. Выглядел он ужасно. Лицо превратилось в застывшую маску от грязи и запёкшейся крови. Грудь пересекала наискось всё ещё кровоточащая рана. Кто-то набросил на плечи Уолдена клетчатый плед. - Держись за мой локоть, красавчик! Профессор, этого я тоже забираю.

Флитвик и стоявший рядом с ним целитель Уайнскотт синхронно закивали.

- Лестрейндж, спасибо! - Сметвик улыбнулся серьёзному и на удивление спокойному префекту Слизерина. - Стазис наложен правильно, а главное, очень вовремя. О карьере целителя не думал?

- Нет, сэр! - Руди покосился в сторону.

И Санни тоже. Удивительно, как Теодор Нотт был похож на сына, то есть наоборот, сын на отца. А рядом с ним, как поняла Санни, стоял МакНейр-старший, только почему-то к Уолдену он не подошёл. И никак не отреагировал на то, что Сметвик его сына решил забрать в Мунго.

Пока она заглядывалась на молчаливо меряющих друг друга взглядами лорда-дракона и какого-то важного типа из клана горцев, Сметвик и оба дуэлянта исчезли. Руди тоже уже направлялся к школе, приобняв за плечи Питера Аллена и что-то тихо ему говоря. За ним шли Мэдисон и ещё какой-то парень с Хаффлпаффа.

А её потянул за рукав серьёзный и деловитый Флинт:

- Пойдём, всех на завтрак собирают. Мне велено глаз с тебя не спускать.

- Кто велел? - ощетинилась она. Словно она ребёнок или собирается последовать дурному примеру и броситься к какому-нибудь опасному боевику, вызывая его на дуэль. Правда, перчаток у неё нет. Или при вызове у магов перчатки не нужны?

- Магнус Нотт. Ещё тогда, с твоей дощечки. А потом...

- Дуэль закончилась!

- ...а потом Рудольфус. Так что смирись и прекрати злиться! Эй! Ты что, плакала?

- Ники ведь выживет? - шмыгнула носом Санни, сразу теряя воинственный настрой.

Флинт пожал плечами, опустив глаза:

- Я не оракул, Санни, к сожалению. Пойдём?

И они пошли к школе. А Магнус так и не появился...

- Внимание! - голос профессора МакГонагалл был спокойным и строгим как обычно. Тишина будто сгустилась. Даже гриффиндорцы казались серьёзными и пришибленными - иначе и не скажешь. - Сообщение для всех. В связи с утренним инцидентом на квиддичном поле, деканами школы и мной приняты следующие решения. Поход в Хогсмид сегодня отменяется для всех. Завтрашний день объявляется учебным, посещаемость обязательная, все получат индивидуальное расписание у префектов сегодня перед ужином. Результаты полугодовой аттестации сможете узнать завтра после обеда. Отъезд по домам во вторник утром - в девять утра общий сбор в холле. На этом всё.

Общий стон гриффиндорцев не позволил Санни различить реакции остальных. Впрочем, и так понятно, что никто не обрадовался дополнительному учебному дню. Даже она сама уже вся была на пути домой, по крайней мере, мысленно. И эти нелепые занятия, когда они официально закончились ещё в пятницу!

- Пойдём, - кто-то тронул её за рукав.

Санни вздрогнула и обернулась.

- Руди!

- Поговорить надо, всё равно не ешь, - тихо ответил Лестрейндж и подмигнул. - Давай-давай, на нас уже косятся твои львята.

- Во-первых, не мои. Во-вторых, это твоя вина, - Санни поспешно выбралась из-за стола. - Ну что тебе?

- Как неприветливо, - лениво улыбнулся префект. - Здесь обсудить хочешь?

Хитрый взгляд и довольно надменный вид парня могли бы рассердить её, но только всё ещё яркое воспоминание, как здорово Руди умудрился помочь всем, особенно целителю Уайнскотту, примирило с его нахальством. И Санни не стала допытываться, что ему вдруг понадобилось. Молча кивнула и пошла за Лестрейнджем к выходу. Сомнительно, что он повёл бы её куда-то, если бы это не было важным.

Чем дольше шли, тем легче было догадаться, куда направляются. Вот только зачем Рудольфус вёл её к слизеринским покоям, было по-прежнему непонятно. И почему такая секретность?

Она покорно прошла за ним в гостиную Слизерина, пребывая в полном недоумении. Пока не увидела там отца Магнуса Нотта, сидевшего в кресле возле камина. И сразу всё встало на свои места. Более или менее.

Лорд-дракон - вспомнила она его прозвище, ужасно волнуясь. И ещё злилась на Руди, который не только не предупредил, но ещё и оставил её наедине с главой ковена боевиков.

- Присаживайтесь, мисс Прюэтт! - и вроде благожелательный тон, а хочется банально сбежать.

- Благодарю, лорд Нотт, - она села на краешек диванчика в двух метрах от него, проигнорировав кресло, стоявшее почти вплотную. И думала о том, что нарушила этикет, обратившись к нему по фамилии, не будучи представленной. Хотя, он первый начал!

- Спасибо вам, мисс, что согласились встретиться.

- Да я не соглашалась, Руди не сказал мне... Ой, простите! - Санни ощутила, как щекам становится жарко. Что она несёт?!

Лорд-дракон лишь улыбнулся - так насмешливо и в тоже время добродушно, что от сердца немного отлегло.

- Мисс Прюэтт, я понимаю, что вам не по себе от этой встречи, но я не буду вас задерживать долго. Примите мою устную благодарность за то, что своевременно предупредили о дуэли профессора Флитвика и моего сына, несмотря на то, что не горите желанием принять его предложение руки и сердца.

Если до этого Санни было не по себе, то теперь стало и вовсе ужасно неловко. Она была уверена, что про сообщение о дуэли лорд сказал для отвода глаз, а на самом деле решил устроить ей смотрины. И до того стало обидно...

- Я могу идти, сэр?

- Я вас обидел? Поверьте, не хотел! Именно то, что вы вовремя отправили сообщения, добавило Ники шансов на исцеление. Да-да, не сомневайтесь. Ну и я смог прибыть как раз в нужный момент, а не к шапочному разбору. Я в самом деле вам благодарен. И не собираюсь ограничиваться только словами.

- Мне ничего не надо! - Санни вскочила.

- Сядьте, мисс Прюэтт.

И вроде сказано спокойно, а ноги сами подкосились. Внезапно стало просто страшно. И следующие слова лорда-дракона только убедили, что неспроста.

- От благодарности ковена, юная леди, отмахиваться не стоит. Вдруг всё же пригодится в жизни. Лучше просто скажите, что бы вам хотелось, любое желание. В разумных пределах, разумеется.

Больше всего Санни хотелось сказать, что она папе пожалуется. А потом поняла, что папа один, а в ковене этих боевиков, как собак нерезаных.

- Значит, любое желание?

- Я не враг вам, Александра, - нахмурился Нотт. - Но в должниках оставаться не привык.

- Хорошо, - решилась она, - можно узнать, что вы думаете насчёт этой дуэли?

- Мне стоило догадаться, что женское любопытство порой сильнее тяги к получению наград, - усмехнулся Нотт. - Это и есть ваше желание, я правильно понял?

- Я...

- Знаете, Александра, - Нотт щелчком пальцев наколдовал бокал, уже наполненный на треть янтарной жидкостью. - В жизни на самом деле не так уж много стоящих вещей, я сейчас не про долг и семью. А про то, что ценно само по себе. Например, хороший коньяк, умная книга и верный спутник.... Особенно хорошо, когда можно разделить со спутником коньяк, обсуждая прочитанное. К сожалению, понимание этого приходит с возрастом... Но иногда слишком поздно.

Санни смотрела во все глаза на лорда-дракона, решившего пооткровенничать. Явно, не слишком частое зрелище! И это оказалось настолько лестно, что она не удержалась от вопроса:

- А у вас есть такой спутник? - И заторопилась, чтобы сгладить впечатление грубого вопроса: - Просто я не сомневаюсь, что хороший коньяк вы правда цените, и что вы много читаете. Ну и показалось, что вы нашли в жизни всё, что считаете ценным.

- Правильно показалось, Александра. И я вам отвечу, хотя и не стоило этого делать. Спутника, точнее - спутницу, я нашёл, хотя, быть может, это она нашла меня. Да, пожалуй, так будет вернее. Но тут важно другое. Хотите или нет, попробую дать вам совет. Вам страшно, я вижу, страшно сделать неправильный выбор, обидев одного ценного жениха и сильно разочаровавшись после свадьбы во втором. Попробуйте изменить условия. Не думайте про неправильный выбор, про обиды - мужчины это переживут. Не пытайтесь предугадать, кто вам больше подходит, и кому вы могли бы составить счастье. С последним просто - любому из них при желании. Судя по всему, вы вполне отзывчивый человек, хотя и себе на уме. Попробуйте думать иначе, скажем, более эгоистично, что для вас наилучший путь, - лорд-дракон усмехнулся. - Просто представьте, будет ли ВАМ больно, если кто-то из этих парней навсегда уйдёт из вашей жизни. Или даже, насколько вам станет больно, если вы потеряете одного из них. Сможете жить дальше, именно жить, а не существовать? И не пытайтесь решить это сию минуту, но и не тяните с решением. Понимание придёт, главное, чтобы не слишком поздно.

- Сэр, спасибо...

- Ну а теперь ваш вопрос. К дуэли я отношусь неоднозначно. Самое смешное, что её даже стоило организовать, чтобы получить двух стихийников. Маги земли - большая редкость, и раскрываются далеко не всегда. Стресс помогает, но тоже не всем. Так что с одной стороны всё прекрасно: два мага Земли смогли обнаружить свои дары и даже использовать их силу. А вот с другой - не совсем. Мальчишка обнаглел, поставив условия, явно и заведомо невыполнимые. Девочка сглупила, обязавшись эти условия выполнить, даже понимая, что нарушит в случае проигрыша вассальную клятву. Но знаете, что я увидел? Двух волчат, которые решили, что счастье нужно выгрызать зубами. Что ж, два одиночества нашли друг друга. Когда Ники поправится, ей придётся стать миссис МакНейр. А вот надолго ли, и не станет ли она самой юной вдовой магической Британии, зависит уже от моих переговоров с кланом горцев и их дальнейшего поведения. Два мага земли - слишком ценный... ресурс, чтобы отпускать его на сторону. Это понимаю я, и понимает клан МакНейров. Так что... пока ещё всё зыбко. Я ответил на ваш вопрос?

- КОГДА поправится?! - ухватила Санни из его речи самое главное. - Вы сказали "когда", а не "если"! Вы так уверены, что с Ники всё будет хорошо?

- Насчёт "хорошо" вы сильно преувеличили, юная леди. Что касается того, уверен ли я, что Ники выживет, то мой ответ - да. Сами посудите, она была всё ещё жива. А стихийники, как вы, наверное, знаете, очень сильны и живучи. И что-то скромный гений, целитель Сметвик, не рванул с ней в Мунго, теряя на ходу мантию. Мило поболтал с несчастным дружком Никки, похвалил хитро... хм... умного Лестрейнджа, прихватил заодно убитого горем жениха, кстати, показательная реакция для истинных чувств, которые он испытывает, не находите?

- Разве? Он её почти убил!

- Вовсе нет. Парень просто не рассчитал своих сил, шутка ли, обрести стихийную магию во время боя. Понять можно. Что касается здоровья Ники - пока рано судить, но что девочка в надёжных руках, можете не сомневаться. Когда-нибудь и вы сможете легко прочитывать такие вещи. Так что не волнуйтесь так за Ники. Попробуйте лучше посочувствовать наследнику клана МакНейров. Ему сейчас куда хуже.

- Наследнику... А! Уолден МакНейр - это... Я не знала. Спасибо, что объяснили, сэр! Я вам очень благодарна!

- Да я уж вижу, - ухмыльнулся Теодор Нотт, даже не пригубив бокал, который лениво покачивал в широкой ладони, иногда любуясь, словно некой драгоценностью. - Советы мы слушаем скептически, стихийные маги вызывают максимум недоверчивое любопытство, матримониальные планы дуэлянтов - лишь лёгкое восхищение. И плевать вы хотели на разборки кланов и ковенов. И лишь пострадавшая девчонка вызвала яркое сочувствие и неподдельные переживания. И мне это в вас, Александра Прюэтт, нравится. Понравились сами по себе, а не как дочурка Джейсона. Время нашего поколения, увы, подходит к концу, и всегда хочется заглянуть в будущее. Н-да, что-то я разворчался, пора и честь знать, - бокал с хлопком исчез. - Здесь сейчас станет тесно от возмущённых слизеринцев. Ваша строгая кошка, исполняя роль директора, наверняка закрутила гайки. Шотландцы, твою мантикору! Так что бегите уже, и всё же подумайте на досуге над моими словами. Пусть мне будет жаль, что не удастся породниться с тёмным фестралом Прюэттом, но не смейте выбирать оболтуса Магнуса, чтобы кому-то угодить.

Санни послушно вскочила, переполненная эмоциями. Но последние слова заставили её замереть у самой двери.

- Породниться? - вырвалось против воли. - Но ведь Гидеон и Ва...

Она прикусила губу, внезапно вспомнив про Кэти, да и вообще, взгляды Гидеона и Валери могли ей просто привидеться. Может, означали они совсем иное.

Лорд Нотт поднял бровь и хищно улыбнулся:

- Вот, значит, как...

- Сэр, я, наверное, ошиблась, простите. Может, и нет ничего такого.

- Я так и понял. До свидания, мисс Прюэтт. Передавайте привет отцу и берегите себя.

Оставалось выскользнуть в тёмный коридор, надеясь, что Валери никогда не узнает об этой дурацкой оговорке.

- Я думал, что тебя пора спасать, - испугал её Руди, ухватив за локоть. - Не бойся, просто провожу. Ты к себе или вернёшься в Большой Зал?

- К себе, - выдохнула Санни, с благодарностью опираясь на его руку. - Руди, почему ты со мной возишься? Скажи честно!

- О как! - Рудольфус прицокнул языком. - У тебя образовалось утро откровений? Сначала раскрутила лорда-дракона на признания. Теперь взялась за меня? Боюсь, так красиво, как у Нотта, у меня не получится.

- Ты подслушивал! - ахнула Санни.

- Всего лишь забыл плотно закрыть дверь и ждал тебя.

- И тебе не стыдно? - сердиться на него никак не получалось.

- Сейчас подумаю... Знаешь, это странно, но... ни капли!

- Вот же ты наглый!

- А то, ещё какой! Так тебе угодно получить от меня признания и клятвы?

- Не надо, - буркнула Санни, - я и так знаю, что ты беспринципный, нахальный и умный! Но мне не даёт покоя, чем же я заслужила...

- Дружеская забота уже не катит?

- Вполне. Только какой же ты друг! Так, покровитель.

- Какой ещё покровитель? Не придумывай. Просто почти деверь, - Руди невозмутимо подмигнул и прервал её возмущение: - Тише, не буянь, нас могут неправильно понять. Давай-ка лучше сократим путь.

Она и сама уже услышала приближающийся топот многих ног и шум голосов, гулко разносящийся под сводами подземелья. Видимо, завтрак в Большом зале закончился. И с благодарностью скользнула вслед за Руди в узкую щель, открывшуюся за каким-то барельефом на стене коридора. Тёмный и вполне себе чистенький ход наверняка использовался слизеринцами достаточно часто. Вывел он их довольно быстро к кабинету ЗОТИ, от которого до комнат Санни было совсем близко.

- А теперь извини, вынужден тебя покинуть. - Руди внезапно поднёс её руку к губам и поцеловал. - Жаль, я не видел лица Теодора Нотта после твоей оговорки! Ты была великолепна, сестрёнка!

- Стой, Руди! - воскликнула Санни, внезапно осознав, что же её мучило в словах лорда-дракона. И, поймав внимательно-вопросительный взгляд Лестрейнджа, замершего в ожидании вопроса, спросила: - Что за условия? О каких таких условиях говорил лорд Нотт? Ну, в этой дуэли?

Рудольфус вздохнул и протянул руку, словно хотел потрепать её по голове. Санни увернулась, не спуская с него настойчивого взгляда, и он тихо рассмеялся.

- Знаешь, детка, что меня очень в тебе радует? - глаза Руди, несмотря на улыбку, стали серьёзными. - Что ты, с твоим характером, никогда не совершишь такую глупость, и не вызовешь... парня на поединок!

- Руди! Я близка к тому, чтобы вызвать тебя!

- Не выйдет, - рассмеялся он.

- Это ещё почему?

- Я не такая скотина, чтобы согласиться, - Рудольфус больше не веселился. - Ладно, слушай. В магической дуэли каждая сторона может поставить условие, которое будет обязан выполнить проигравший.

- Ах вот что! И что за условия поставили они? - любопытство смешивалось с желанием побить префекта, хотя она уже почти догадалась, о чем пойдёт речь.

- Ну, ты же умная девочка, правда? Вот лорд-дракон тобой впечатлён... Ладно, не смотри так, мне уже страшно! МакНейр, по условиям Никки, должен был встать перед ней на колени на глазах у всей школы. Для гордого шотландца - это довольно суровое унижение, если ты не в курсе.

- Как глупо, - вырвалось у неё. Просто в голове не укладывалось, что из-за такой чуши надо было драться.

- Не скажи, - хмыкнул Рудольф. - Это тебе кажется полной чушью, Санни. Но ты же не гордый горец и не наследник патриархального клана в одном флаконе. А скажи мне, пошла бы ты в обед в Большой зал, и могла бы встать там на колени на глазах у всех? Скажем, перед Флинтом. Да ещё громко попросить у него прощения?

Санни представила и ужаснулась, передёрнувшись. Руди понимающе покивал.

- Почему сразу у Флинта? - пробормотала она.

- Потому что водишь за нос бедолагу и даже не скрываешь, что ничего ему не светит. Эй, я пошутил! Он сам виноват, так что даже не думай об этом! Флинт очень верный друг, просто цени.

Санни стало ужасно грустно, но она постаралась улыбнуться и вернуть его к теме дуэлянтов.

- А вызвать девушку на дуэль - это не унизительно?

- О да! Позор, тут ты права. Но есть одно обстоятельство, делающее такой вызов исключением из правил. Предвосхищая твой вопрос: Уолден не победы добивался этой дуэлью.

- Разве?

- Он добивался согласия женщины, которую любит. А в любви и на войне все средства хороши.

- Да?! Идиотский способ, - сделала вывод Санни и увидела, что Руди на этот раз с ней согласен. - То есть Ники должна была...

- Выйти замуж за Уолдена, - кивнул Лестрейндж. - И она проиграла.

- Да он же чуть не убил её!

- Она проиграла, Санни. Это всё?

- Да. Нет. Какой у меня характер? Руди!

- Что?

- Ну ты сказал, что с моим характером совершить глупость...

- А, ну да, твой характер...

- Так какой он? - настойчиво повторила она.

- Непостижимый, - хохотнул Рудольфус и снова нырнул в тайный проход, не дав ей возможности отреагировать на сомнительный комплимент.

Санни покачала головой, зачем-то оглядела дверь кабинета ЗОТИ, у которой стояла, и поспешила к себе, надеясь, что Лакки припасла для неё что-нибудь вкусненькое.

***

Когда вечером в пятницу Рабастан Лестрейндж, мокрый и счастливый, вывалился в личных апартаментах родного дома в вихре аппарации, он был встречен причитаниями верного домовика Борги и оглушительным стуком в дверь. Судя по всему, стучали уже ногами, в любом случае, так громко никто из семьи никогда не оповещал о своём желании видеть Басти. Кроме отца. Была мысль, что Долохов мог запросто поступить таким образом, только тот при бабуле Сольвейг менялся кардинально, и ни за что не захотел бы её расстроить чем-то подобным.

Пришлось наскоро накладывать на одежду высушивающее заклинание, защита на двери стояла таким образом, что открыть дверь можно было только вручную, без магии.

- Па?! - удивление и невинный вид точно не могли помешать. Пока юноша торопливо соображал в чём мог провиниться, он заметил, что отец вовсе не касался двери. Он сидел на небольшом диванчике напротив комнаты, положив ногу на ногу. Палочку Ричард опустил только при виде сына. И Басти тут же поставил себе зарубку - обязательно вызнать такое полезное заклинание стука в дверь!

- И где ты болтался... - небрежно наколдованный Темпус вызвал светящиеся цифры, нахально закрутившиеся в воздухе. Почти такие, как перед магической дуэлью, разве что здесь не было обратного отсчёта, - ... почти полтора часа?

- Я... После экзамена я... - он и не знал, что прогулка под дождём была настолько продолжительной. Попрощавшись с Санни, Рабастан просто физически не смог вернуться домой сразу, надо было прийти в себя, и на это требовалось время. Почти пьяный от пережитого, он, не спеша, дошёл до Хогсмида, измокнув до нитки, потом ещё немного прогулялся вдоль дальнего берега Чёрного озера, потом нарвался на двух фестралов, танцующих под дождём, и некоторое время не мог оторвать взгляда от такого фантастического зрелища. Басти и не думал, что жутковатые фестралы, которых он стал видеть после смерти прабабушки Камиллы Гамп около двух лет назад, могут быть настолько прекрасны. Но не рассказывать же всё это отцу? Потому закончил он скомкано: - ...решил подышать свежим воздухом.

- Надышался? - хмыкнул Ричард, легко поднявшись. - И как возле Хогвартса погода? Дожди?

- Откуда ты знаешь? - вырвалось у Рабастана невольно, и по усмешке отца стало понятно, что прикусить язык надо было раньше.

- А дожди сегодня только там, сынок. Когда скрываешь улики, надо действовать более продуманно, - Ричард навёл палочку на его голову и теплый ветерок мигом высушил волосы, подарив приятное ощущение тепла и сухости. - Придумай, что будешь рассказывать матери, потому что она уже вся извелась. Ужин через десять минут. Только тебя ждали.

С этими словами вполне доброжелательно настроенный отец подмигнул, подняв брови указал глазами на мокрые ботинки и удалился, даже не спросив, как прошли СОВ.

- Борги, - Басти ворвался в комнату, на ходу срывая мантию, рубашку и сбрасывая обувь, - быстрее, новый костюм, рубашку такую же и ботинки.

- Всё готово, хозяин. Борги позаботился, Борги набрал горячую ванну.

- На это времени нет, потом. Мама ждёт, и папа... И бабуля... Галстук?! Нет, не этот, и не этот, вообще не нужно галстука.

Переоделся он минут за пять и скоро уже входил в обеденный зал. Отец не соврал, ждали только его. Бабуля и отец приветливо улыбнулись, почти одинаковыми насмешливыми улыбками, а вот мама действительно посмотрела с волнением:

- Ну?! Говори же, сынок. Как экзамен?

- Всё сдал, - он широко улыбнулся, кивнув миссис Марлоу, молодой служанке, накладывающей аппетитное жаркое. Женщина понимающе улыбнулась и положила ему несколько дополнительных кусочков. - Помучали, конечно, особенно профессор Марчбэнкс, но, похоже, остались довольны.

- Дай ребёнку поесть, - вмешалась Сольвейг. - Потом расспросишь. Кушай, Басти, только имей в виду, на десерт твой любимый пирог с вишней.

После ужина, который прошёл в мирной обстановке, Басти в лицах рассказал, как проходил экзамен сразу по всем дисциплинам.

- Она тебе просто улыбнулась или удалось сорвать поцелуй? - вопрос Сольвейг прозвучал так внезапно, что Басти поперхнулся соком, который как раз отпил, чтобы перевести дух. Казалось, вся кровь бросилась в лицо, теперь уж точно выдавая его с головой.

- Мама! - Бастинда укоризненно посмотрела на мать, а потом ахнула, заметив реакцию сына. - Так ты виделся с Санни? Ты поэтому так задержался? И бабуле успел рассказать?

- А зачем мне рассказывать, - усмехнулась та, откинувшись на высокую спинку своего кресла, глаза, не по возрасту яркие, лукаво блеснули. - Я прекрасно помню точно такую же мечтательную улыбку и сияющие глаза твоего мужа, когда ты сменила гнев на милость и позволила гораздо больше, чем положено приличной девушке. Заглянул ко мне после вашего свидания попрощаться, так вот, и взгляд, и улыбка точь-в-точь была, как у кота, объевшегося сливками.

- Дикон! - теперь уже пришла очередь Бастинды краснеть. - Как ты мог!

- Я ничего не рассказывал, - усмехнулся Ричард, отрываясь от передовицы газеты, которую не удосужился прочитать за весь день. - Если твоя мать меня тогда отлегилиментила, то я уж точно этого не заметил.

- Никакой легилименции не нужно было, - отмахнулась Сольвейг, - у тебя всё на лице было написано, как сегодня у Басти. Ну до чего же он на тебя похож, Дикки!

Басти никак не удавалось показать безразличие, особенно теперь, когда все взгляды снова сошлись на нём.

- Ну да, мы виделись! - практически с вызовом воскликнул он, когда молчание стало уж совсем тягостным и красноречивым. - И ничего такого не было, ничего! Поговорили. И всё!

- И целовались под дождём? - поднял бровь отец. - Надеюсь, вы оба не простудитесь после такого свидания.

- Папа!

- Дикон, откуда ты...

- Басти, ты точно не позволил себе большего? - Озабоченно спросила Сольвейг. - Джейсон Прюэтт не из тех, кто будет спокойно смотреть на некоторые вещи в отношении его единственной дочери.

- Только поцелуй, бабуля! - рассердился Рабастан, вскочив с места. - Что? Что вы так смотрите? Клянусь, не было больше ничего! Ну да, мы целовались, и да, папа, под дождём! И ей точно понравилось! И дождь ей тоже нравится! Теперь я могу идти?

- Басти, - мама встала и стремительно подошла к нему, приложив руку ко лбу. - Ты весь горишь! Ты хорошо себя чувствуешь?

- Нормально, - буркнул он, немного сбитый с толку такой заботой.

- А тебе-то понравилось с ней целоваться?

- Мам! Ну хоть ты!..

- Иди уже, страдалец, - усмехнулась Сольвейг. - Ричард!

- Рабастан, можешь идти, - тут же ответил отец, откладывая газету в сторону. - Завтра ничего не планируй на вечер, ты мне будешь нужен.

Он и не планировал, Басти вообще весь вечер ни о чем думать не мог, кроме приятных мгновений, проведённых возле хогвартской решётки. Мысли не мешали работать в мастерской над артефактом, наоборот, движения, доведённые до автоматизма были плавными, чёткими, аккуратными. Руны получались с первого раза, а заклинания походили на песню. На этой стадии работы их нужно было много. Целые связки, где ошибись разок - и всё начинай сначала. Но он не ошибся.

Только во втором часу ночи он закончил работу, которой отдавал в последнее время все вечера. Разминая спину, Басти обратил внимание на верного домовика, уныло сидевшего в уголочке на маленьком пуфике. Похоже, у преданного эльфа это уже стало традицией - следить за его работой.

- Ванна, хозяин! - оживился тот.

- Сейчас, - Басти не удержался от широкой улыбки. - Одна мелочь осталась. Погоди!

Завершающая часть всегда была самой приятной. Когда все кусочки изделия становятся одним целым, когда рождается что-то новое, уникальное, прекрасное. Последние штрихи, последние заклинания, последний росчерк, ставящий крохотную, пока не зарегистрированную личную печать.

- Можешь меня поздравить, Борги, - выдохнул Басти, когда рассеялось магическое облако над изделием. - Артефакт готов на два дня раньше срока!

- Борги поздравляет хозяина! - повинуясь знаку Рабастана, тот подошёл поближе, чтобы оценить работу. И трудно сказать, у кого из этих двоих глаза были более восторженными при виде прекрасной розы с каплями росы на нежных лепестках, превращающейся в изящный, но весьма опасный кинжал, с инкрустированной золотом и драгоценными камнями костяной рукоятью, с вязью золотистых рун на сверкающих серебром гранях клинка. - Госпожа Сольвейг будет счастлива!

- Надеюсь, - вздохнул Басти, убирая кинжал в красивый ларец, выполненный в том же стиле, что и сам артефакт. - Осталось всё прибрать. Я быстро. Нет, Борги, ты же знаешь, тут нельзя применять твою магию!

- Борги знает! Борги не магией, у Борги руки не только для магии, - эльф уже подхватил специальную метелку, принимаясь быстро подметать пол от металлических и костяных стружек.

Басти покачал головой и начал протирать верстак и все поверхности. Инструменты ложились в предназначенные им ячейки на стене, чётко по размеру и по предназначению, использованную ветошь в короб у двери - надо будет потом выстирать без магии. Рунные письмена на рабочей поверхности и парочку пентаграмм он отмыл с особым старанием.

Только освободившись от фартука и специального костюма, Басти ощутил, что вымотался окончательно. Однако внутри всё продолжало переливаться радужным счастьем. Он бы с удовольствием прожил этот долгий день ещё раз, и ещё, и ещё, несмотря на все волнения. Хотя будущее тоже рисовалось отнюдь не мрачными красками, даже при полной неопределённости.

- Нет, Борги, ванну я не переживу, - простонал он, когда добрался, наконец, до постели. Первым делом он заглянул в блокнот, но от Санни, ожидаемо, ничего не было. Неудивительно, он и сам забыл пожелать ей доброй ночи, взявшись доработать свой проект. А она, должно быть, всё ещё смущена происшедшим.

Проспал он чуть не до полудня и был разбужен Сольвейг, потребовавший немедленно показать артефакт. Не иначе, как Борги проговорился. Испытания прошли успешно, Сольвейг не скрывала улыбки, и даже велела наклониться для поцелуя в щёку.

- Сгодится, - уверенно кивнула она, заворачивая ларец в прихваченную с собой красиво вышитую ткань. - Заберу с собой, и не возражай. Не хочу, чтобы ты решил что-нибудь доработать и испортил всё. В понедельник назначен приём в гильдии, ты очень вовремя всё завершил.

- Назначен? Уже?! Но ты говорила, только после Рождества. А если бы я не успел?

- Ты? Не успел? Рабастан, я была уверена, что завершишь не позже воскресенья. И не ошиблась. И прекрати паниковать, в гильдии тоже люди. А председатель менее страшен, чем госпожа Марчбэнкс. И пойми уже, ты готов, это я тебе говорю. Не смей снова засесть за учебники, я рассчитываю, что эти два дня ты как следует отдохнёшь!

- Хорошо, бабуля, - вздохнул не настолько уверенный в своей готовности Басти. - Можно, я по-быстрому сегодня сделаю ещё пару вещиц?

- Нет! К мастерской не приближайся. Тем более я сама имею на неё виды сегодня. И попрошу не любопытствовать, потом всё покажу.

- Мне нужна своя мастерская, - пробормотал Рабастан, выходя из гостиной.

Заняться до назначенного отцом часа было совершенно нечем, и он направился на прогулку в сторону дома Робертсов. Пока шёл, вспомнил, что профессор собирался на чемпионат по квиддичу, и он уже, наверное, там, вместе со своим забавным сыном. Басти даже пожалел, что те билеты от Гарпий отдал Антонину, мог бы тоже с пользой провести выходные, раз уж бабуля не допускает в мастерскую.

Поэтому очень обрадовался Трою Хэйли, попавшемуся навстречу.

- Здорово! - рука Хэйли была жесткой и сильной.

- Ага, привет, - Басти потряс рукой. - Раздавить решил? Ты с девушками так же здороваешься?

Трой фыркнул и пошёл рядом молча.

- Мне бы надо в Лондон смотаться, на Косую аллею. Не составишь компанию?

- В среду туда собираюсь, - пожал плечами Трой. - Чай, не сопляк, справишься сам.

- А ты весь занят, да?

- Представь себе, - Трой сплюнул под ноги, - дом подновить решил, осталось немного, крышу перекрыть и крыльцо. Внутри уже всё готово.

- Готово к чему? - Рабастан даже забежал вперёд, заглядывая бывшему наставнику в лицо. Но тот только глубже надвинул на глаза шляпу. - Ты что, жениться собрался?

- Не скалься. Не твоё это дело.

- Ясно, нет никого на примете, да? Трой! А тебе Аманда Стэнфилд как? Не нравится? Вроде бы у неё нет никого.

- Рабастан, уймись, Аманда мне в дочери годится. Я её вот такой крохой помню, смекаешь? Она как дочка и есть.

- А эта, как её...

- Хватит! Со своей невестой разберись лучше. Да, не моё дело, знаю. Ты вот что, твой батя запретил на ту сторону реки ходить, там работы какие-то. Имей в виду.

- А что там? - сразу заинтересовался Рабастан. - Неужто ту рухлядь снесут? Ну эти развалины. Историческая, блин, ценность.

- Что сразу развалины? Это дом твоих предков, ценил бы. Не знаю, может и снесут. Гиппогрифов придётся придержать, их же на той стороне выгуливают.

Возле изгиба реки они расстались, Рабастан пошёл вдоль берега к дому Робертсов, а Трой - к сидевшей на траве в ожидании наставника детворе.

На стук никто не ответил, что даже обрадовало. Он не был уверен, что знает, о чем разговаривать с женой Робертса. Так что, выдохнув с облегчением, повернул назад. Когда внизу слева блеснул горбатый мостик, Басти принял решение и свернул с тропинки. Трой ведь мог ему и не встретиться, и не предупредить о странном запрете отца.

Только мост преодолеть не удалось. Когда рискуя сломать ноги на полусгнивших перекладинах, он добрался до середины моста, какая-то мощная защита преградила путь, явно отец постарался. Впрочем, ничто не мешало призвать метлу. Та прилетела довольно быстро, и Басти сразу запрыгнул на неё, взмывая вверх. Но и тут ждало разочарование, искусно наведённое марево мешало разглядеть то, что внизу. Всюду была иллюзия травы и кустов. Вот только там точно были развалины родовой крепости, которые не могли исчезнуть за один день.

Такая сильная защита вызвала не только досаду, но и восхищение отцовскими возможностями. Рабастан взлетел выше - и по широкой дуге вернулся на обитаемый берег. Почему-то даже никто из вассалов не селился на той стороне, где оставались лишь развалины старой крепости. Что задумал отец было очень интересно, но не настолько, чтобы по глупости рисковать собой.

***

Ричард ждал сына в своём кабинете. Причём не за огромным раритетным столом, который на посетителей производил неизменно-угнетающее впечатление. Сейчас он стоял у высокого стрельчатого окна, глядя на поместье. Руки сложил за спиной и был весьма мрачен.

- Проходи, Рабастан, - произнёс он ровным голосом, даже не повернувшись. - У меня к тебе есть разговор, прошу сначала выслушать, а потом уже делать выводы. Хорошо?

С самыми неприятными предчувствиями Басти подошёл к отцу, но не близко. Встал к соседнему окну, любопытствуя, что привлекло внимание главы рода.

Мостик через реку был виден отсюда как на ладони, как и полуразвалившееся родовое гнездо, отсюда его можно было рассмотреть очень хорошо и никакая иллюзия не мешала. Не иначе, окна кабинета как-то особо зачарованы. У Рабастана хватило совести покраснеть - отец явно стал свидетелем его недавнего полёта.

- Я смотрю, тебе скучно и совершенно нечем заняться, сынок.

Начало не предвещало ничего хорошего и Басти с трудом удержался от желания поёжиться. Когда Ричард Лестрейндж был так спокоен, обязательно следовало ждать какую-нибудь особенную пакость. Руди в такие моменты становился спокойным как сфинкс, с сыновней почтительностью принимая любые решения. А Басти неизменно нервничал и мог наговорить лишнего. Оставалось набраться терпения и попробовать держать себя в руках хотя бы на этот раз.

- До Рождества осталось чуть меньше недели, так что я подумал, что это время ты мог бы провести с большей пользой как для себя, так и для всей семьи. Вместо того, чтобы бесцельно болтаться по поместью с постной миной.

- Я вовсе не болтаюсь! - Он сразу же пожалел о вырвавшемся протесте, но тут другая мысль посулила спасение от неизвестной напасти: - В понедельник у меня экзамен в гильдии на мастерство.

- Да что ты! - Ричард удостоил его насмешливым взглядом. - Неужели так трудно выслушать, не перебивая? Когда ты уже повзрослеешь? И где твоё воспитание?

Рабастан с силой сжал зубы, твёрдо решив, что отец ни звука от него не услышит, даже когда всё расскажет.

- Твой двоюродный дед Альварес отправляется в небольшое путешествие и ему необходим помощник. Я решил, что твоя кандидатура будет наилучшей. Всего-то семь дней. Утром двадцать четвертого декабря возвращение.

- У него есть собственный внук, Гюнтер, - пробормотал Басти, не веря своим ушам. Он прекрасно был осведомлён о путешествиях дедушки Альвареса. О двухстороннем блокноте можно было забыть, как и о совах, не способных летать за океан.

- Ты прекрасно знаешь, что Гюнтер помогает своему отцу на семейном предприятии. - Отец всё же сел в кресло за своим столом и качнул головой: - Присядь.

- А все эти домовики? - Басти упрямо остался стоять. - И помнится, у него был помощник, такой вертлявый старик, и ещё девица какая-то.

- Вертлявый старик, как ты выражаешься, получил серьёзную травму, - невозмутимо ответил Ричард. - Девица, то есть мисс Причард, неожиданно выскочила замуж. И твой дедушка Альварес просто не успевает найти им замену. Не волнуйся ни о чем, я уже обо всём договорился. Сразу после экзамена на мастерство, отправляешься портключом в Дувр, где тебя будет ждать сэр Альварес. Точно маршрут мне неизвестен, но думаю, тебе будет интересно.

- Я могу отказаться?

- Нет, не можешь.

- Почему не Руди? Ты мог бы забрать его из школы, всё равно там уже...

- Я сказал нет! - чуть повысил голос отец. - Поедешь ты, так что можешь уже собираться. Свяжешься с секретарём сэра Альвареса сегодня же, спросишь, что необходимо с собой взять.

- Я не хочу никуда ехать! - Рабастан ощутил, что неожиданно ему стало не хватать воздуха. И понимал, что возражения бесполезны, но просто не мог не попытаться. - Пожалуйста, пап...

- Завтра с мамой посетите магический рынок, который посоветует секретарь сэра Альвареса, и купите всё необходимое. Свободен, Рабастан. Постарайся меня не разочаровать.

- Я не могу!

- Можешь, Басти. Смена обстановки пойдёт тебе только на пользу. Развеешься. Новые люди, новые впечатления. Не воспринимай это как наказание, учись радоваться жизни, сынок, любому её проявлению. Всё, больше я тебя не задерживаю. И не опаздывай сегодня на ужин.

Как говорит Руди, в такие моменты остаётся два пути - упасть на колени и умолять или вылететь из кабинета, хлопнув дверью. На самом деле, первый вариант Рабастан даже рассматривать не стал, а дверь хлопнуть не пожелала, не иначе отец предвидел и успел смягчить удар магией. Раньше получалось. На душе было скверно.

***

Никто и не надеялся, что утреннее происшествие ограничится наказанием всех учеников внеплановым учебным днём. Предчувствие ещё каких-то перемен просто витало в воздухе. И когда во время обеда к Санни подошла префект Гриффиндора Стенли и сказала, что её ждут в кабинете МакГонагалл, она даже не слишком удивилась.

Только не думала, что там окажется столько народу. Из учеников, помимо всех префектов, здесь находился бледный Питер Аллен и тот самый горец, что был секундантом МакНейра. Из взрослых магов тут, кажется, присутствовал попечительский совет в полном составе и все деканы факультетов.

Все взгляды устремились на неё, отчего сразу стало жарко и страшно. Вроде ничего такого ужасного она не сделала, а ощущение было, что её как минимум собираются отчислить. Утешало, что среди попечителей были миссис Дэшвуд и Магнус Нотт, причём последний едва заметно поклонился, а из деканов ей очень ласково улыбнулся профессор Флитвик.

Председатель попечительского совета, очень представительный серьёзный маг, занимавший кресло МакГонагалл за её столом, кашлянув, спросил очень строго:

- Мисс Прюэтт, если не ошибаюсь?

- Да, сэр, - Санни едва удержалась от желания сделать книксен.

- Расскажите нам, пожалуйста, когда и каким образом вы узнали о дуэли.

Последняя встреча с попечителями оставила у Санни такое неприятное впечатление, что она едва не попросила пригласить её отца на это собрание. Только Руди, оказавшийся прямо рядом с ней, незаметно придвинулся ближе и сжал руку. Префект Стэнли с этой стороны немного её загораживала, так что никто ничего не заметил. Но на душе стало легче.

- Меня разбудила моя подруга, - честно призналась Санни, - это было сегодня незадолго до шести часов утра. Она пригласила меня посмотреть на дуэль.

- Имя подруги.

- Эжени. Мисс Вуд.

- Откуда мисс Вуд узнала про дуэль?

- Мистер Шаффик, - негромко произнесла Ванесса Дэшвуд, - мисс Прюэтт не может отвечать за свою подругу. Советую пригласить мисс Вуд и спросить её саму.

Попечители заворчали, мистер Шаффик поднял руку, отчего сразу наступила тишина.

- Хорошо! - повысил он голос. - Мисс Стэнли, позовите к нам мисс Вуд. Мисс Прюэтт, продолжайте. Что было дальше? Вы сразу решили идти смотреть дуэль?

- Не волнуйтесь, мисс Прюэтт, - подал голос Магнус, - это не допрос. Мы просто хотим разобраться в ситуации. Просто расскажите всё, что знаете.

Санни была очень благодарна Нотту, которого никто и не подумал перебить. Она только не знала, можно ли рассказывать о говорилках. И не будет ли преступлением умолчать о них.

- Я пошла с Эжени, но по дороге предупредила профессора Флитвика.

- Каким образом? - спросил председатель Шаффик.

- Александра Прюэтт прислала ко мне своего домовика с запиской, как я вам уже сообщал, - безмятежно ответил вместо неё профессор чар.

Шаффик глянул на него раздражённо.

- Хорошо, тогда скажите, мисс Прюэтт, почему вы предупредили профессора Флитвика, а не своего декана?

Санни взглянула на профессора МакГонагалл, и та ей чуть заметно кивнула - мол, отвечай, не бойся. От этого стало легче.

- Я подумала, что профессор Флитвик - мужчина, - выпалила первое объяснение, что пришло в голову.

Среди попечителей раздался добродушный смех.

- Молодец, девочка, - хохотнул какой-то бородач.

- Браво, - вторил ему маг в зелёной мантии с моноклем в глазу.

- Логично, - мило улыбнулась Ванесса Дэшвуд.

Санни порадовалась, что Флитвик на эти реплики и смех не только не обиделся, а даже приосанился и шутовски поклонился:

- Благодарю, мисс Прюэтт.

- Не устраивайте балаган, господа! - поморщился Шаффик. - Мисс Прюэтт, это всё, что вы можете нам сообщить?

- Не знаю, сэр, - говорить про дощечки отчаянно не хотелось. - Потом мы пришли на поле и дуэль сразу началась.

- Ждали только вас? - бородач всё ещё веселился.

- Сэр Джонатан! - укоризненно сказал ему Шаффик. - Мисс Прюэтт, спасибо вам за ответы, можете идти.

- Мы очень благодарны вам, - вмешалась Минерва МакГонагалл. - Вы молодец, Александра. Спасибо.

- Да, - нехотя признал Шаффик, в то время, как все остальные смотрели на неё с улыбками. - Ваш поступок достоин награды, мисс Прюэтт. Идите уже, ваш декан позже скажет вам, что мы решим.

Санни предпочла побыстрее уйти, понимая, что отказываться от какой-то награды было бы глупо перед этими людьми. Без того уже натерпелась за такое перед лордом-драконом.

В дверях она столкнулась с Эжени и пожалела, что не может предупредить не говорить о дощечках. Впрочем, не факт, что Эжени про них что-то поняла.

Но решила её дождаться, понимая, что этот вопрос будет её мучить.

К сожалению, за дверями кабинета декана ничего не было слышно. Эжени вышла минут через пять немного раскрасневшаяся и недоумевающая.

- О чём тебя спрашивали? - бросилась к ней Санни.

- Почему я пошла на дуэль и от кого узнала, - подруга глубоко вздохнула и выдохнула. - Блин, я думала, меня отчислят. Мне срочно надо успокоительное!

Они отошли к окну, чтобы сесть на широкий подоконник.

- С чего это? - резонно спросила Санни, хотя совсем недавно думала так же. - Тогда полшколы отчислять бы пришлось.

- Это точно! Я сказала, что меня Роб позвал. Председатель хотел позвать Роберта. А там такой бородатый, стал говорить, что и так всё понятно, и что смысла нет вызывать каждого, кто был на поле. И меня отпустили. Уфф.

- И больше ничего не спрашивали?

- Нет. Даже не поняла, чего звали. Слушай, я побегу, меня Реган ждёт.

- Давай, я подожду Руди.

Эжени удивлённо подняла брови, но ничего не сказала, махнула рукой и быстро ушла.

Санни быстро пожалела о своём решении, потому что потихоньку кабинет декана покинули все префекты и даже тот горец, секундант МакНейра, а Руди всё не было. Префекты косились удивлённо, но никто к ней не подошёл, а вот горец неожиданно вернулся и сел рядом на подоконник.

- Привет, - сказал, не глядя на неё. - Алан МакЭвой. Шестой курс Рэйвенкло.

- Александра Прюэтт, - представилась Санни в ответ. - Седьмой курс...

- Гриффиндор. Да, знаю, - кивнул Алан. - Осуждаете МакНейра?

Санни немного опешила от вопроса. Можно подумать, её мнение что-то значит!

- Вы не подумайте... - заторопился горец. - Я тоже вам благодарен, что позвали нашего декана. Знаете, мне и в голову не пришло... То есть, сам-то я не мог этого сделать. Кодекс, всё такое. А вы смелая девушка, ведь никто, кроме вас, не подумал. Страшно представить, что случилось бы, если бы не декан Флитвик. Он ведь вызвал целителя, и вообще... Спасибо!

- Пожалуйста, - пробормотала она.

- У вас есть жених? - пара серых глаз теперь глядела в упор. И пока она приходила в себя, горец преспокойно добавил: - Вы мне нравитесь, а моему брату очень невеста нужна хорошая.

- Спасибо, я не могу! - вырвалось совсем не то, что хотела сказать. Почему-то представился огромный горец, его брат, который вызывает уже её на дуэль, чтобы сделать своей женой. Санни нервно хихикнула. И тут же поспешила оправдаться. - Простите, я немного выбита из колеи этим всем.

- Да я тоже. Извините, мисс. То есть, я в курсе про Лестрейнджа и Нотта. Подумал просто, если вам никто из них не нравится, может, просто с кем-то третьим познакомиться? Мой брат Лесли очень славный и сильный. Он наследник, у него хороший дом, и нуждаться вы ни в чём не будете.

- Я вам очень благодарна, мистер МакЭвой, - осторожно ответила Санни. - Очень лестное предложение, правда. Но боюсь, мне придётся отказаться.

- Я понял, - горец вдруг задорно ей улыбнулся и соскользнул с подоконника. - Но можно, я всё же познакомлю его с вами? Он будет меня встречать во вторник на платформе девять и три четверти.

Санни просто не верила, что он это серьёзно. Ей вообще показалось, что это какой-то дурной сон.

- Не стоит, Алан. Простите, мистер МакЭвой.

- И всё же... Я рискну. Всего доброго, мисс Прюэтт, - он поклонился и преспокойно ушёл.

Санни молча смотрела вслед, не зная, смеяться ей или плакать. Кому расскажи! А ещё эти откровенности про Лестрейнджа и Нотта. Такое чувство, что про её личную жизнь знают все, кроме неё самой! Она поёжилась, но тут же радостно вскочила, увидев Рудольфуса, выходящего из кабинета.

- Руди! Ну что там?

Он усмехнулся и предложил ей руку:

- Меня ждала? Пойдём.

- Уже пожалела, что ждала, - призналась Санни, спускаясь рядом с ним. - Меня тут сосватать за горца успели.

Рудольфус так резко остановился, что она едва удержалась на ступеньке. Пришлось хвататься за Лестрейнджа, чтоб устоять.

- Ты чего?!

- Санни, я боюсь за тебя, - Рудольфус передумал и пошёл дальше гораздо быстрее. - Это становится уже не смешно, даже мне.

Пришлось почти бежать за ним, пока они не остановились у её комнат.

- Пригласишь?

- Ну да, заходи. А что такое?

Заговорил он только тогда, когда с комфортом устроился напротив неё в кресле перед камином. Лакки безмолвно поставила на столик между ними графин с соком и два кубка, а также тарелочку с печеньем. И бесшумно исчезла.

- Рассказывай, - велел Руди. - Что значит сосватали?

Краткий пересказ веселящейся Санни заставил его помрачнеть.

- Да ерунда это, - закончила девушка. - Поболтали просто.

- Ну и гад же этот МакЭвой, - высказался Рудольфус. - А на тебя я поражаюсь. Как можно так беспечно говорить о таких важных вещах!

- Да я чем виновата? - поразилась Санни. - Я даже не знала о существовании этого Лесли! И вообще...

- Ну вот, ты уже имя его запомнила. Наверное, любопытно, кто такой и как выглядит.

- Похоже на сцену ревности, - обиженно сказала Санни и взяла свой кубок. - Мне что, и поговорить с этим горцем нельзя было?

- Лучше не надо! - отрезал Руди на полном серьёзе. - И не думай с ним знакомиться на этой платформе!

Санни поражённо поставила кубок на столик, решив обязательно познакомиться с Лесли, хотя бы назло Рудольфусу. А тот, словно подслушав её мысли, небрежно добавил:

- Санни, этот Лесли здоровый как бык и отнюдь не красавец. Его рожей можно детишек пугать поздним вечером. Да ты ему по пояс будешь!

- Уже интересно! - сердито заверила она. - Руди, прекрати сейчас же запугивать меня и расскажи, что там было на совете попечителей.

- А-а, да ничего интересного. Дружно меня поимели во все места и отпустили.

- Гадость какая!

- Ещё бы! Да не волнуйся, всё путём. МакКошку, конечно, отстранят от должности заместителя директора. Но какая тебе печаль?

- И кто будет вместо Дамблдора? Ну, МакГонагалл ведь его замещала...

- А это правильный вопрос, - одобрил Руди. - Если не совсем идиоты, назначат кого-то вменяемого. Самому интересно кого. Я бы поставил на Гриффина, он когда-то преподавал в школе Нумерологию.

- Я думала, кого-то из преподавателей. А кто такой Гриффин?

- Который веселился больше всех, с бородой. Серьёзный мужик! Джонатан Гриффин, заместитель председателя Визенгамота, к слову. Шаффик, правда, его недолюбливает, так что шансов немного. А ты думаешь, Флитвика поставят? Нет, он, конечно, настоящий мужчина, тут ты права, только не согласится.

- Я думала, Робертса, - насмешка Руди ей не понравилась, и ответила просто, чтоб прекратил говорить с таким превосходством.

Рудольфус рассмеялся.

- Нет, а что, отличный вариант, - всё ещё улыбаясь заявил Лестрейндж. - Если поставят Антуана, я тебе подарю самую лучшую сову, какая найдётся на Косой Аллее.

- Постарайся не забыть об этом, - мило улыбнулась Санни. Сова бы ей точно не помешала взамен пропавшей. А Руди будет поделом, если так и случится.

- Не забуду, - заверил он. - Но озвучу тебе, почему этого не будет. Первое - он даже не декан. Второе - едва ли согласится, случись такое чудо. Не забывай, что он только женился. Я скорее поверю, что он уволится в конце учебного года, потому что его любимчик Рабастан здесь больше не учится, а мы с тобой как раз выпустимся.

Санни вежливо покивала, всё больше убеждаясь, что Робертс был бы прекрасным директором. Но озвучивать насмешнику Лестрейнджу свои резоны посчитала лишним.

- А ещё я хотела спросить, - сказала она, чтоб прекратить уже эти споры. - Ты действительно думаешь, что...

Стук в дверь прервал её на полуслове. Она поднялась одновременно с Рудольфусом и предложила неизвестному войти.

Миссис Дэшвуд и Магнус Нотт, как в добрые старые времена!

- Руди, - кивнул Нотт Лестрейнджу. - Добрый день, мисс Прюэтт. Вы ещё помните Ванессу Дэшвуд?

- Конечно, проходите, - Санни была очень рада снова увидеть эту симпатичную попечительницу. Особенно потому, что она составила компанию Нотту, и тот не заглянул к ней один. - Хотите чаю? Лакки может быстро приготовить.

- Не откажемся, - тут же согласилась Ванесса. - Рада вас видеть, Санни. И вас, мистер Лестрейндж. Мы не помешали?

- Что вы, миссис Дэшвуд, - Руди был сама галантность и даже поцеловал ручку леди. - Санни и меня обещала угостить чаем. Вы позволите мне остаться?

Взгляд Нотта был весьма красноречив.

- Рудольфус, - начал он.

Но Ванесса его перебила:

- Оставайтесь, мистер Лестрейндж. Вижу, вы друзья с мисс Прюэтт. И в конце концов, это мы явились без приглашения и прервали ваш разговор.

- Благодарю, - Руди умел быть очень обаятельным, когда было нужно.

Санни нервно улыбнулась на эти реверансы и позвала Лакки. Когда все расселись за столиком, чай уже появился, а к тарелке с печеньем добавилось блюдо с нарезанной ветчиной и пирожками.

- Вы же расскажете, чем всё закончилось? - спросила Санни, чтобы прервать молчание.

- У Ванессы это лучше получится, - улыбнулся ей Магнус.

- Я думал, обсуждение займёт куда больше времени, - вставил Руди свои пять кнатов.

- Мы тоже так думали, - кивнула Ванесса, отпив глоток чая. - Пожалуй, мы можем удовлетворить любопытство молодых людей. Да, Магнус?

Тот пожал плечами.

- Думаю, к ужину об этом всё равно будет знать вся школа. Так что, не вижу препятствий.

- Я думаю так же, - усмехнулась миссис Дэшвуд. - Наверное, первое, что вас интересует, это здоровье мисс Шелби.

- Да, - выдохнула Санни, с надеждой глядя на гостью.

- Рада вам сообщить, что жизнь девушки вне опасности, но лечение займёт некоторое время. Вижу, вы рады этому, но сразу передам просьбу целителя Сметвика не навещать её в Мунго в ближайшую неделю. Потом будет можно. Что касается совета попечителей, то он так скоро закончился, потому что решения принимались быстро, и мнения на этот раз сошлись почти у всех. Учеников, принимавших непосредственное участие в дуэли, решено не наказывать, ограничившись строгим предупреждением. А исполняющим обязанности директора совет назначил профессора Робертса. Пожалуй, это всё.

- Робертса? - Руди явно был удивлён. - Но он же... Его не было в школе.

- Уже есть, - улыбнулась Ванесса. - И да, он согласился. Если вам интересно, его кандидатуру предложил мистер Нотт. И был поддержан единогласно. Мистер Шаффик имел некоторые возражения, но Минерва МакГонагалл умеет быть убедительной.

- С тебя сова, Руди, - пробормотала Санни, поражённая услышанным. Конечно, она не ожидала всерьёз, что Робертса выберут исполняющим обязанности директора. И тем приятнее стало, что угадала.

- Наверное, он очень зол, - улыбнулся Рудольфус. - Прошу прощения, мне нужно немедленно вас покинуть, дамы. Мистер Нотт...

- Идите, мистер Лестрейндж, - понимающе кивнула миссис Дэшвуд.

Руди кивнул и поспешил уйти, Санни даже была не уверена, что он услышал про сову. Зато это услышали гости.

- Сова, мисс Прюэтт? - мило улыбнулась Ванесса.

- Это пари, - смутилась Санни. - Рудольфус проиграл.

- И на кого ставил Лестрейндж? - спросил Нотт.

- На Гриффина.

Магнус с Ванессой переглянулись. И Нотт усмехнулся.

- Неплохой вариант, но Шаффик бы не одобрил.

- Как и случилось, - добавила Ванесса. - Впрочем, сэр Джонатан сам был против. А вот за Робертса он первым проголосовал. Кажется, он знаком с его отцом.

Они посидели ещё немного и распрощались. Санни так и не поняла, чего заходили. Неужели действительно, чтобы рассказать, чем кончился совет попечителей? Хотя Магнус ещё сказал ей спасибо, что предупредила его о дуэли, когда уже прощались.

- Мисс Прюэтт, - он немного задержался, когда Ванесса уже вышла. - Вы в самом деле поступили очень правильно. И я благодарен, что не стали говорить о том, что предупредили ещё и меня. Хотел бы вас отблагодарить лично.

- Не нужно, - поспешно проговорила Санни. - Ваш отец уже поблагодарил меня от лица вашего ковена, как я понимаю.

- Отец?! Вот как! - Нотт явно был впечатлён и заторопился. - Всего доброго, Александра. Обязательно обращайтесь, если что-то понадобится.

Оставалось только закрыть за ними дверь и без сил опуститься в кресло.

- Впечатляюще, - раздался голос Даркера с картины. - Итак, Александра, что вам осталось непонятным? Как ваш друг и наставник, готов поспособствовать вашему душевному спокойствию...

***

Рудольфус почти успел. Когда он подлетел к подземелью, использовав самый короткий ход, в гостиную факультета как раз заходили припозднившиеся змейки.

- Префект, - громко шепнула второкурсница и дёрнула за рукав подругу.

Но Руди покачал головой, шире распахнув дверь и молча предлагая дамам пройти первыми. Те захихикали и поспешили внутрь.

Профессор Робертс, который очевидно уже всех собрал, обнаружился у камина и был мрачнее тучи. Весь слизеринский факультет находился сейчас здесь, рассевшись, кто куда. Некоторые устроились прямо на полу.

Затормозив возле Антуана, Рудольфус встретился глазами с Беллой и, набрав дыхание, буквально проорал:

- Факультет! Встать перед господином директором школы!

Первыми, конечно, вскочили старшекурсники, понимание и шок в их глазах приносили странное удовлетворение.

- Весьма оригинальный способ добиться тишины и внимания, господин префект, - произнёс Робертс, насмешливо глядя на слизеринцев, словно увидевших его впервые, причём в костюме как минимум клоуна. - Я собрал вас несколько по иному поводу, как вы правильно поняли. Но вижу, вторая новость, любезно озвученная мистером Лестрейнджем, заботит вас куда больше, чем ожидаемая головомойка. Боюсь, что воспитательный момент похоронен вашим префектом окончательно, потому буду краток. Да, буквально четверть часа назад я был утверждён в должности исполняющего обязанности директора школы Хогвартс. Об этом вам должны были сообщить сегодня за ужином. Но я не рассчитываю, что вы будете хранить молчание и не оповестите другие факультеты.

Робертс сделал паузу, скрестив руки за спиной, и начал медленно обходить гостиную:

- Впрочем, это волнует меня меньше всего. Рассказывая о таком эпохальном событии своим родственникам и друзьям, не забудьте упомянуть следующее. Любая дуэль в Хогвартсе или на её территории отныне будет караться немедленным отстранением от моих занятий - как фигурантов дуэли, так и секундантов. Зачинщик же будет не просто отстранён от дуэльного клуба и занятий по ЗОТИ, он навсегда покинет стены Хогвартса. Молитесь, чтобы я оставался директором не слишком долго, если уж молитвы о здоровье профессора Дамблдора вам претят. И ещё: не надейтесь, господа... и дамы, что занимаемый пост помешает мне присматривать за вашим факультетом так же, как раньше. Это всё, можете садиться.

- Диктатор! - благоговейно выдохнул Квинтус Флинт.

- Мистер Флинт, - тут же отреагировал Робертс, резко остановившись, - я рад, что познания в мировой истории у вас так глубоки, но постарайтесь воздержаться от подобных эпитетов. А лучше потрудитесь донести до всех сакраментальное значение этого слова. С вас эссе на шесть футов с подробным разбором, кто такие диктаторы и их роль и значение в мировой истории. Причём не забудьте привести примеры диктатур за последние полвека, советую обратить внимание на магловскую историю.

- Но, сэр! - взвился Флинт, успевший занять место на одном из диванов. - Господин директор, через день каникулы!

- Тем более у вас хватит времени собрать материал и запечатлеть свои мысли на пергаменте. И не беспокойтесь, я лично отпишу вашей матушке, почему вам следует дать больше свободного времени. Как раз зачитаете нам это эссе после рождественских каникул на первом же занятии по ЗОТИ. На этом я покидаю вас, в надежде, что вы всерьёз восприняли мои слова. Я не шутил, никаких преференций не будет, ни для кого, даже если мисс Нарцисса Блэк вызовет на дуэль мистера Люциуса Малфоя.

Малышка Нарцисса поспешила спрятать порозовевшее лицо за спину сестры. А Люциус надменно улыбнулся:

- Я не дерусь с дамами, господин директор!

- А я не бросаю слов на ветер, мистер Малфой. Шесть футов эссе с описанием ритуала ухаживания за дамой, совершения помолвки и последующего бракосочетания. Надеюсь, это вам по силам?

- Вполне, господин директор, - побледневший Малфой мрачно сел рядом с дружком Уолли, даже не пытаясь спорить.

- Кто-то ещё желает прокомментировать моё назначение или распоряжения? - Робертс обвёл взглядом притихших слизеринцев и спокойно кивнул. - Прекрасно, однако у меня осталась ещё одна тема для эссе, и раз добровольцев нет, назначу исполнителя сам.

Возмущения на лицах подопечных не было, как ни странно, а вот жгучее любопытство и восхищение его действиями - сколько угодно.

- Уолли МакНейр! - выбрал Робертс, заставив остальных выдохнуть, а Уолли обречённо вскинуться. - Чтобы вашему другу не было так обидно, вы тоже напишете эссе на шесть футов. Тема: магические откаты. Какими они бывают, в каких ситуациях, и как легко их можно заработать. С примерами из жизни, конечно же. Тема понятна?

- Да, директор, сэр, - покорно кивнул МакНейр, получивший, как и старший кузен, имя героического деда. Только, в отличие от наследника клана, его неизменно называли на факультете уменьшительным именем, чтобы не путать. А из профессоров - только профессор Робертс.

- Если есть ещё добровольцы, - произнёс Антуан, снова обводя внимательным взглядом ребят, - кто захочет получить свою тему на каникулы для написания эссе, то я подскажу, как заработать. Времени у вас ещё достаточно: устраивайте драки в коридорах, бродите по ночам по школе, колдуйте на переменах, устраивайте шутки над товарищами - и всё будет. Только шестью футами вы не ограничитесь. Я вижу, вы прониклись. Всего доброго, господа... и дамы. Рудольфус, за мной!

С этими словами Антуан Робертс неспешным шагом покинул гостиную Слизерина в гробовом молчании.

- Только посмейте заработать ещё эссе! - сверкнул глазами на своих приятелей Лестрейндж и поспешил за директором. Как и остальные слизеринцы, он не намерен был замечать приставку "исполняющий обязанности". С любым другим профессором или назначенным на должность человеком извне, это наоборот бы подчёркивалось каждый раз любым из змеек. Но только не с Робертсом.

Хотя все знали, что сукин сын не шутил про эссе, и спросит по полной после каникул. И Квинтус Флинт был абсолютно прав, назвав Антуана диктатором. Во всяком случае, очень близок к правде. И тем не менее, пожалуй, не было иного профессора в Хогвартсе, которого слизеринцы боялись бы больше, и одновременно уважали, а некоторые даже боготворили. Последнее касалось влюбчивых дам. Впрочем, подобное обожание, как правило, длилось недолго, буквально до первого вот такого эссе или бездушного замечания.

В любом случае нынешний ужин превратится в праздник для факультета, что бы там ни думали себе остальные дома. За здоровье нового директора выпить по глоточку эля позволят даже первокурсникам. Главное, чтобы Робертс этого не заметил и не пресёк.

***

- Директор Хогвартса пришёл в себя, - запыхавшаяся медиковедьма влетела в палату, с трудом затормозив у входа.

- Я услышал, - целитель Сметвик быстрыми пассами палочки проводил диагностику над пациенткой, замотанной бинтами с головы до ног наподобие мумии.

Изредка он одобрительно хмыкал или хмурился. Медиковедьма почтительно застыла у двери, ожидая решения целителя, и не без интереса следила за его действиями. Девочке, пострадавшей на магической дуэли, дружно сочувствовал весь коллектив отделения.

- Долго ещё она будет в коме? - тихо спросила ассистентка Сметвика, умница Марго Аллен.

- Думаю, ещё пару дней, - Сметвик убрал палочку и, нагнувшись, приподнял одно веко пациентки - глаза не были замотаны бинтами. - Прекрасно! Итак, Марго, попробуйте описать этот случай и дать оценку состояния пациентки.

Целитель Аллен сосредоточенно кивнула.

- Мисс Николь Шелби, шестнадцать полных лет. Получила во время магической дуэли травмы различной степени тяжести в результате целого ряда боевых заклинаний и падения на неё голема, содержащего не только землю, но и камни, - Марго болезненно скривилась, но тут же взяла себя в руки, продолжая описывать ситуацию: - Благодаря немедленному наложению стазиса, магической коме, а также быстрой доставке к нам в больницу, состояние удалось стабилизировать достаточно быстро, что гарантирует отсутствие необратимых изменений. Магическая кома, добавленная школьным целителем к стазису, позволяет пациентке пережить эти дни без целой гаммы неприятных ощущений. - Марго перевела дыхание и заглянула в свой блокнот. - Что касается диагноза, то он довольно оптимистичный. Внутренние повреждения, такие как пробитое сломанными рёбрами лёгкое, почти ликвидированы. Кровотечение успешно локализовано и остановлено. Объём циркулирующей крови полностью восстановлен. Печень и селезёнка уже не вызывают опасений. Регенерация прошла без сюрпризов. Повезло, что кости таза оказались не задеты, так что минимальные повреждения органов женской репродуктивной системы уже полностью устранены. Раздробленные кости правой руки и ноги срастутся окончательно максимум через два дня. С рёбрами теперь тоже всё гораздо лучше. Полностью восстановятся уже к вечеру. Травма черепа оказалась самой тяжёлой, но пока не снимут магическую кому, оценить состояние мозга можно только по косвенным данным. Пострадали височная и теменная кости, однако мозг затронут не был. Но сотрясение было значительным, и, несмотря на хорошие показатели, именно этот фактор заставит пациентку провести в этой палате лишнюю неделю.

- Очень хорошо, Марго, - одобрил Сметвик, убирая в карман свой блокнот. - Но кое-что вы забыли.

- Ах да, сильное магическое истощение, - целитель Аллен улыбнулась: - С этим всё проще теперь, когда кризис миновал. Магическое ядро не повреждено, прежние каналы тоже уже в норме, но есть проблема с выстраиванием новых каналов, очевидно, обусловленных открывшимся стихийным даром. К сожалению, пока мы не можем судить об их развитии. Прогноз можно будет поставить только дня через три.

- Через два, - поправил Сметвик. - Прекрасно, Марго. На этом пока всё. Не хочу оставлять её без присмотра. Мисс Хендерсон, найдите кого-нибудь, кто будет неотлучно находиться в палате. Меня звать при малейших изменениях.

Медиковедьма кивнула, но тут же опомнилась:

- Целитель Сметвик, тут этот мальчик, пациент МакНейр, просится к пациентке Шелби. Но целитель Арлетт говорил готовить его на выписку...

- Целитель Арлетт поспешил, - хмыкнул Сметвик. - Физическое здоровье парня, к счастью, вне опасности, но как правильно сказала целитель Аллен, развитие дополнительных каналов тоже требует времени. Так что выписывать рано. Неделю побездельничает, так что пусть сидит с девчонкой, если нравится. Я не возражаю.

- Но приличия...

- Насколько я понял, парень её жених, - отмахнулся целитель, быстрым шагом выходя из палаты. - Пустите его к ней, если не хотите бардака в отделении. Нам только бешеных безутешных горцев тут не хватало! Только будьте добры, проинструктируйте парня чётко, что делать в случае чего. Марго, вы идёте? У нас пришёл в себя Великий Светлый.

Парень с обмотанной бинтами головой вскочил со скамьи в коридоре при виде целителя. Сметвик притормозил, уставившись на его килт и валявшийся на полу цветастый плед. Обнажённый торс, если не считать нескольких колец бинта поперёк груди, заставил целителя скривиться.

- Мистер МакНейр, я уважаю вашу приверженность традициям, но это не повод соблазнять персонал. У нас тут достаточно молодых и незамужних дам, но им нужно работать, а не любоваться вашими... Я ясно выражаюсь?

Лицо пациента потемнело от смущения, он поспешно подхватил плед с пола и завернулся в него чуть не с головой.

- Целитель Сметвик! Пожалуйста! Я... Можно мне...

- Не раньше, чем приведёте себя в нормальный вид, молодой человек. Вам что, пижаму не выдали?

- Да, но только, - пациент сглотнул. - Мне прислали нормальную одежду, можно я надену своё?

- Разумеется можно, - доброжелательно покивал Сметвик. - Как только наденете своё, будьте добры подойти к дежурной медиковедьме за выпиской, и не забудьте написать отказ от лечения. Только имейте в виду, посещение палат тяжёлых больных посторонними строго запрещено.

- Я не отказываюсь, - растерялся Уолден. - А если, ну, пижаму, тогда можно?

- Что можно? Выражайтесь яснее, ваш мозг в полном порядке!

- Я хочу быть рядом с Ники! - выпалил пациент, но тут же сбавил тон, добавив еле слышно: - Пожалуйста, сэр.

- Да кто бы возражал! Вы ведь жених? Так мне сказал ваш отец.

- Да, сэр! Жених.

- Тогда не возражаю. Но сначала пижама и инструкции, как себя вести возле больной. Переодевайтесь и подойдите к дежурной медиковедьме, она объяснит. Всё ясно?

- Да, сэр! Спасибо, сэр! - просиял пациент, уронил плед, подхватил его и поспешил по коридору к своей палате, провожаемый мечтательными взглядами двух молоденьких ординаторш.

Под взглядом Сметвика, девушки сразу уткнулись в истории больных, принимаясь поспешно их заполнять.

- Идём, Марго, - вздохнул целитель, - Надеюсь, вам брутальные мужчины в килтах не так интересны?

- Сэр! - возмутилась мисс Аллен, покраснев до кончиков ушей. - Что вы такое говорите?!

- Так, к слову, не обижайтесь, - Сметвик покачал головой и направился в самый конец коридора. Надо было бы намекнуть Кристоферу, на что падка нынешняя молодёжь. Или не надо?

Палата, в которой разместили директора Хогвартса, была намного скромнее палаты мисс Шелби. Её пребывание в больнице щедро оплатил не только ковен Ноттов, но и клан МакНейров, проявив удивительное единодушие. А вот директора Хогвартса больница вынуждена была содержать и лечить на собственные средства, взятые из бюджетного фонда. А он, как известно, весьма ограниченный, не разгуляешься.

- Директор Дамблдор! - Сметвик подошёл к койке больного, заранее приготовив палочку. - Как себя чувствуем?

Пациент был зафиксирован на кровати "во избежание", так что не мог пошевелить конечностями, но зато бешено вращал одним глазом, видневшимся из-под бинтов. Открытой оставалась почти вся правая часть лица за исключением подбородка.

- Сафяфите, - прохрипел директор.

- Освободите ему рот, - Сметвик дождался, пока медиковедьма выполнит приказ. - Что вы говорите, милейший?

- Развяжите, - более внятно потребовал пациент.

- Увы, директор, это для вашей же пользы. Пока мы не закончим этап лечения с вашим мозгом, двигательная активность нежелательна.

- Это виновата тёмная магия, - вполне нормальным голосом произнёс директор. - Целитель, тёмные маги повсюду, их необходимо остановить! Развяжите, умоляю! Выжечь под корень, пока не поздно! Ради общего...

- Я и сам тёмный маг, - проворчал Сметвик, накладывая Силенцио. - Увы, коллеги, сами видите, что мозг пациента пока не справляется. Пациент бредит, что не может нам позволить оставлять его в сознании, по крайней мере ближайшие пару дней. Не волнуйтесь так, сэр, всего лишь сонные чары, условно-тёмные, вреда не будет.

Повинуясь пассам целительской палочки, единственный глаз пациента прекратил бешено вращаться, стал сонным и вовсе закрылся. Пена изо рта повисла на бинтах.

- Оботрите его, - целитель покачал головой, - кормить через зонд, каждые четыре часа вливать общеукрепляющие составы номер пять и восемь, а также снотворное номер три. Пусть отдохнёт пару дней, а там посмотрим. Нда, коллеги, есть у меня неприятное подозрение, что школе Хогвартс придётся подыскивать нового директора.

Марго с жалостью посмотрела на пациента и поспешила за наставником, оставаться в палате своего бывшего директора не хотелось ни на секунду. А ещё надо было написать Питеру о состоянии его подруги. Марго было жаль, что у той уже есть жених. Может, Питт видел в ней не просто друга? Учитывая наличие красавца МакНейра, это могло объяснить меланхолию брата. Мисс Аллен уже в который раз приходила к выводу, что жизнь - ужасно несправедливая штука.

***

Проводив Майкла к его дому, Джейми в итоге активировал портключ, оказавшись через мгновение в холле своего дома. Противоречивые чувства никуда не делись, к чему прибавилась жуткая усталость, стыд перед лучшим другом и страх от случившегося в последние минуты перед активацией портключа. Казалось бы, надо плюнуть на всё, завалиться спать и не просыпаться два дня. Кто бы знал, что пятичасовой обратный путь с лучшим другом может подбросить столько новых сюрпризов! Один разговор Майкла с кондуктором Ночного Рыцаря чего стоил! Это повезло ещё, что нашёлся добрый волшебник, что согласился им его вызвать. А эта жестокая шутка Джейми про сову! Одним словом, энергии в Джейми должно было остаться всего ничего, однако душевные переживания оказались сильнее.

- Мам! - заорал он, так и стоя без сил посреди холла и не обращая внимания на появившегося рядом Петри. И пусть он ведёт себя сейчас хуже Майкла, остановиться Джейми уже не мог. - Мама!

Та появилась на верхней ступеньке парадной лестницы, ведущей на второй этаж, не иначе аппарировала, и спокойно осведомилась, подняв одну бровь:

- Что за трагедия, Джейми?

- Я влюбился! - он даже не счёл нужным понижать голос, вложив в эти два слова все переполнявшие его чувства.

- Понимаю, действительно, трагедия вселенского масштаба, - спокойно кивнула Мюриэль. - Коньяк или огневиски?

- Мам!

- Петри, перенеси его в малую гостиную!

Она исчезла, а через мгновение Джейми ощутил себя в кресле за столом напротив матери, разливающей по бокалам с толстыми стенками янтарную жидкость.

- Залпом! - непререкаемым тоном велела она, когда бокал врезался в его раскрытую ладонь.

Он знал, что с мамой в такие моменты лучше не спорить, потому опрокинул огненную жидкость прямо в горло, закашлялся, смаргивая невольные слёзы, и как ни странно почувствовал себя лучше.

- Мне надо поспать, - пробормотал Джейми, уже стыдясь своего порыва.

- Разумеется, - согласилась Мюриэль. - Но сначала поведай мне самое страшное. Итак, это девушка или, может, молодой человек?

- Мама!

- Старый сквиб? - сочувственно предположила она.

- Это ведьма, - простонал Джейми, закрывая лицо ладонями. Перед мамой притворяться сильным не было нужды. - Тёмная. Очень тёмная, мама. Ты бы видела её ауру! Она прекрасна.

- Ну и в чем тут беда?

Он даже руки убрал от лица, поражённо взглянув на Мюриэль.

- Она школьница, - умирать, так с музыкой. - Ей всего восемнадцать. И её опекун Антонин Долохов.

- Дай-ка подумать, - задумчивость матери нисколько не походила на шок или хотя бы сочувствие. - Долохов заметил твой взгляд?

- Нет. Агнешка заметила.

- И решила разобраться, не привлекая опекуна?

- Да, - Джейми слабо улыбнулся, вспоминая. - Она такая забавная, совсем девчонка.

- И в чем ты признался этой девочке?

- Почему сразу признался? - Джейми, пряча взгляд от матери, потянулся за графином. Но тот, как живой, отъехал в сторону от его пальцев.

- Джейми, я твоя мать и знаю тебя как облупленного. Так что заканчивай упиваться жалостью к себе и отвечай.

- Хорошо! Я сказал, что люблю её!

- Мило. А она?

- Спросила, умею ли я целоваться, - убито ответил он. - И сбежала.

И тогда Мюриэль расхохоталась. Громко, заливисто и весело.

Джейми почувствовал себя оскорблённым в лучших чувствах, впервые решив, что иногда весёлость матери бывает неуместной. Напрасно он поделился самым сокровенным!

- Не дуйся, - велела Мюриэль строго, резко оборвав смех. - Но это и правда смешно. Джейми, ты неподражаем. И знаешь, в чём твоя беда? Вовсе не в том, что влюбился в неподходящую ведьму.

- А в чём? - поразился он.

- В том, что эта девочка неизбежно влюбится в ответ, если уже этого не случилось. И не надо так улыбаться, милый, кое-кому это очень не понравится.

- Долохову, - понятливо кивнул он, вопреки доводам рассудка, чувствуя в груди затеплившуюся надежду.

- И не только. Так что возьми себя в руки и постарайся её забыть.

Он покивал, мама абсолютно права, и он знал это с самого начала. Но почему настолько больно?

- А теперь забудь, что я сказала, Джейми. И ответь честно, на что ты готов, чтобы она стала твоей - я надеюсь - женой?

- На всё! - не раздумывая и секунды, твёрдо ответил он.

- Ясно. Поговорю с твоим дядей Джейсоном. И не хмурься. Долохов не моя весовая категория. А братья для того и нужны, чтобы помогать в беде, а не когда всё хорошо. Будь готов, что дядя захочет выпотрошить тебя, как индейку на рождественский обед.

- Подожди! - спохватился Джейми. - Профессор Антуан Робертс из Хогвартса сказал, что может помочь. Он видел мой взгляд, мама. Только не злись, я ничего не говорил. Он пригласил к себе в гости третьего января на несколько дней. Вместе с Санни, он же родич теперь её...

- По крови и магии, - задумчиво кивнула Мюриэль. - А знаешь, пожалуй, это интересно. Хорошо, подождём. Значит, третьего января? Надеешься уговорить Санни?

- Я думал, ты поможешь.

- Нет уж, думаю, Санни будет приятней услышать это предложение от тебя. Я же возьму на себя брата. Ты же не думаешь, что дядя Джейсон так легко отправит любимую дочь неизвестно к кому.

- К родичу!

- Я помню. Так, тебе хватит, мой милый. Оставь графин в покое. Сейчас спать, а утром ещё поговорим. А я пока кое-что разузнаю. И можешь не благодарить.

И несмотря на усталость, Джейми долго ворочался в постели, не в силах заснуть. Фем преспокойно дрыхла на второй подушке, а ему в подробностях вспоминался этот длинный день. Ясные глаза Агнешки, её музыкальный голос, аура наконец, которую он так и не посмел разглядеть ещё раз.

Вся первая половина матча Гарпий с немцами стала сплошным мучением. Не смотреть на Агнешку было труднее, чем прежде, хотя бы оттого, что девушка сама стреляла глазками в его сторону, сводя на нет все его благие намерения.

А потом перед Робертсом появился патронус, выслушав который, профессор так смачно выругался, что повернулись оба несмышлёныша: Майкл и Северус.

- Обливиэйт на них что ли наложить? - с тоской спросил Робертс, ни к кому не обращаясь.

- Что случилось? - спросил Джейми, радуясь возможности переключиться на чужую проблему. И стыдясь одновременно этой радости. Явно не от хорошей жизни Робертс забылся.

- Срочно вызывают в школу, - пояснил профессор ровным тоном, - случилось чрезвычайное происшествие. Ученица пострадала в дуэли и доставлена в Мунго. Попечительский совет требует явиться немедленно.

- Ученица? - ужаснулся Джейми. - Девушки дерутся на дуэли?

- Случается, хоть и редко.

- Это ведь не Санни? - спохватился Джейми, ужаснувшись ещё больше.

- Нет, успокойтесь, Джейми. Вы нужны мне вменяемым. Вас не затруднит присмотреть за моим сыном часа два? После матча я вернусь и заберу его. Не хочу портить ему праздник. На всякий случай объясните, как найти вашу палатку. Вы ведь поможете?

Джейми сразу заверил, что поможет, присмотрит и вообще будет отцом родным не только Майклу, но и Северусу. Робертс пожал ему руку, одним глазом глянул на наспех нарисованную карту, и спешно аппарировал, велев сыну слушаться дядю Джейми.

К счастью, Северус оказался вполне разумным и покладистым ребёнком. А заодно отличным способом отвлечься от мыслей о паре прекрасных глаз и всего, что к ним прилагалось.

Гарпии победили довольно быстро, благодаря поимке снитча. Робертса ещё не было, и Джейми повёл всех в мамину палатку. Даже про то, что не попрощался с Агнешкой, вспомнил только на полпути к своему пристанищу. Он даже позволил Северусу и Майклу прокатиться на паре каруселей и купил килограмм пять мороженого у русских ведьм.

Твёрдый отказ отпустить Майкла на очередное свидание привёл к дополнительным проблемам. Ведьма Ева решительно заявила, что тогда она сама пойдёт к ним в гости. Но каким-то непостижимым образом оказалось, что в палатку прибыла не одна, а целых четыре русских ведьмы. Выгнать наглых девиц не хватило характера, тем более что Северус и Майкл явно были от них в восторге.

Впрочем, когда ведьмочки за каких-то полчаса или чуть больше, накрыли шикарный стол, пригласив Джейми к "настоящему русскому обеду", он даже порадовался. Непонятный красный суп, с густым кремом, называвшемся "сметаной", оказался на удивление вкусным. А сочные домашние пельмени на второе вообще заставили забыть обо всём. Даже то, что Джейми застукал Еву с Майклом целующимися в бассейне, не слишком испортило настроение. Сначала.

- Фу, - сказал Северус, оказавшийся свидетелем этого непотребства. - Зачем вы лижетесь?

Джейми зажмурился, представив, что ему скажет Робертс.

- Мы целуемся, - поправила мальчика Ева, обнимая одной рукой за шею красного от смущения Майкла. - Когда вырастешь, Северус, тоже будешь с девушкой целоваться.

- В рот? Ни за что! - заявил этот шкет. - У меня есть девушка и мы с ней не лизались!

- Врёшь, - подначила ребёнка эта ненормальная русская. - И как же её зовут?

- Санни Прюэтт. Она очень хорошая и целовалась нормально.

Дар речи к Джейми так и не вернулся.

- Нормально - это как? - заинтересовался даже Майкл, который, видимо, оклемался быстрее друга.

- В щёку, и мы были не голые!

Это стало последней каплей. Джейми стоял, как дурак, и не заметил того, что так легко разглядел ребёнок. И зелёная вода бассейна не могла служить оправданием.

Он молча подхватил Северуса на руки и рванул из ванной. Ребёнок даже не стал сопротивляться. А гамак в гостиной оценил высоко.

- Попрошу папу сделать такой же! - доверительно сообщил он сонным голосом. - Джейми, расскажи сказку.

Дядей звать его ребёнок отказался.

Сказку Северус не дослушал, уснул, утомлённый столькими событиями. Только тогда Джейми решился выяснить отношения с Майклом и русскими ведьмами. Но оказалось, что все они уже покинули палатку, а друг с покаянным видом сидит на кровати в спальне и отводит взгляд. Причём полностью одетый.

- Майкл, - начал Джейми сурово, но увидев, как вжалась голова друга в костлявые плечи, смог лишь устало спросить: - Что это было?

- Любовь, - тяжело вздохнул Морган.

Робертс вернулся лишь через несколько часов, усталый и очень задумчивый. Поблагодарил Джейми за сына, который как раз проснулся и очень нежно обнимал отца за шею, когда тот взял его на руки. Эта картина заставила сжаться сердце неправильного сквиба - будет ли у него когда-нибудь такой сынишка?

Профессор уточнил, что приглашение в силе, и что позже он пришлёт портключи до его дома, настроенные на третье января.

А потом началась долгая дорога домой. Просто Майклу захотелось прокатиться на волшебном автобусе, но сначала заглянуть в ближайший магловский банк, принадлежащий гоблинам, потому что только сейчас вспомнил об отчёте, который нужен им именно в этот вечер.

- И где ты возьмёшь отчёт? - терпеливо поинтересовался Джейми.

- Вот. - И Майкл преспокойно достал его из кармана мантии. - Немного подмок. Ну понимаешь, мы сначала нырнули в бассейн в одежде, и Еве пришлось применить заклинание. Одежда снялась сама и сложилась на стуле.

- А высушить её она не могла? - разозлился Джейми.

- Торопилась, - буркнул Майкл, отвернувшись. - Ты был такой злой. Как сейчас. Она сказала, что твоя магия так искрила, что как бы палатка не сгорела.

- Что? Какая магия, Майкл? Мы сквибы!

Морган помотал головой:

- Ты не сквиб! Пожалуйста, только не ругайся, но она сказала, что таких знающих не бывает.

Банк они искали долго, добравшись до ближайшего города вместе с семьёй милых волшебников. Потом Майкл на домашнем гобледуке неторопливо объяснял проблему обычному служащему. Тот смотрел широко раскрытыми глазами и явно не понимал ни бельмеса. Местного гоблина тот вызвал только тогда, когда у Джейми почти закончилось терпение, а дорогой друг перешёл наконец на английский.

Гоблин понял ничуть не смущённого Майкла с полуслова, практически обнял, чуть не со слезами на глазах, и хотел в благодарность вручить портключи до самого Лондона совершенно бесплатно. Вот только Майкл отказался, душевно поведав, как давно он мечтал прокатиться на волшебном автобусе.

Эту пикантную подробность разговора с гоблином Майкл поведал уже в Ночном Рыцаре после особо крутого виража, когда зелёного от поездки Джейми в буквальном смысле вывернуло наизнанку. Хорошо, кондуктор, магией не обделённый, убрал всё непотребство одним движением палочки, проворчав, что тёмным магам место на втором этаже.

Чувствуя себя слабее Фем, которая прочно вцепилась ему в грудь когтями, то и дело раздирая кожу до крови, Джейми не стал устраивать скандал, просто прекратив разговаривать с Майклом.

Правда, друг так виновато и жалобно смотрел, уже стоя возле своей квартиры, что попрощался с ним Джейми очень душевно, радуясь, что все беды позади.

- Подожди! Вот, - Майкл достал мешочек и протянул Джейми.

- Что это?

- Твоя мама сказала, что это на крайний случай. Портключи в холл вашего дома.

Джейми даже не стал спрашивать, какого лысого гоблина и драного платья Морганы, драккловых мантикор и нимфоманистых русалок, трахнутых вейл и обосравшихся нунду - одним словом - ПОЧЕМУ Майкл сказал о портключах только сейчас. Нет, он не стал орать ничего подобного, просто мило улыбнулся и очень ласково произнёс:

- Спасибо тебе, друг. Если что, присылай сову.

Да, он знал, что это запрещённый приём, знал, что это подло и гадко с его стороны, понимал, что поступает, как последний подонок, и даже очень хотел вернуть назад свои слова или заобливейтить друга, чтобы никогда не видеть такого потрясения в его глазах.

Понимая, что исправить ничего уже нельзя, Джейми в отчаянии обнял приятеля, с силой прижав к истерзанной Фем груди. Совесть кольнула, что испачкает кровью его одежду, но была задушена на корню. Майкл даже всхлипнул, почти сразу перестав вырываться. А потом вздрогнул и резко отстранился.

Мешочек с портключами всё ещё был в его руках.

- Ой, Джейми, ты только не ругайся, - в глазах только умилительное виноватое выражение. - Твоя мама сказала, что это на крайний случай.

- О, спасибо, - Джейми чувствовал себя не в своей тарелке. Забрал дракклов мешочек и, превозмогая себя, спросил: - Ты это... Не сердишься?

- За что? - поразился друг. - Это был лучший день в моей жизни! Три лучших дня! Я никогда этого не забуду!

- Ну я сказал про... сову.

- Кому? - друг просто не умел притворяться, и это вдруг напугало. Он что - не помнит? А Майкл доверительно признался: - Знаешь, а они милые, я вдруг понял.

- Кто?

- Да совы же! У них глазки такие смешные, словно всё время удивляются. Мне бы хотелось сову на день рождения, если они не очень дорогие.

- Хорошо, будет тебе сова, - ровным голосом ответил Джейми и увидел, как в глазах Майкла отражается незамутнённое счастье. - До встречи, дружище.

И он активировал портключ, чтобы совсем не сойти с ума.

Глава 41

Разговор лорда-дракона с главой клана МакНейров получился душевным, чему немало способствовала лучшая яблочная наливка из запасов миссис Флинт. Дело было решено закончить миром, оставалось только утрясти детали. И оба подобрались, готовясь к торгу.

- Значит, свадьбу сына сыграем, как только выйдут из Мунго, - резюмировал Грегор МакНейр.

- Сыграем, - согласно кивнул Теодор Нотт. - А твоё предложение я готов выслушать прямо сейчас.

- Добро. Предлагаю двух невест взамен мисс Шелби.

- Только двух? - прищурился Теодор, раскуривая трубку. - Ники - маг земли.

- Знаю, - тяжело вздохнул горец. - Но и у меня есть равноценное предложение.

- Ещё одна стихийница? - заинтересовался Нотт.

- Такая же, как Уолден. Дар открылся ещё в детстве, берёг девчонку. Но раз такое дело, готов отдать за хорошего парня.

- Самого лучшего для неё подберу, - Теодор откинулся на спинку кресла, пристально следя за горцем и выпуская колечки дыма. - Только чувствую подвох. В чем дело, мой сиятельный друг?

- Есть у нас такая традиция, - Грегор поставил на стол кубок. - Я выставлю всех незамужних девиц клана, а твои парни пусть выбирают. Покажут на ту самую, значит судьба. Нет, так всё равно же получат по невесте. Все сильные ведьмы, цвет клана. Пойдёшь на такое?

Теодор медлил с ответом, Грегор хмурился, цедил наливку мелкими глотками, не сводя глаз с лорда-дракона.

- Ладно, - первым не выдержал горец, - если не угадают со стихийницей, с меня ещё табун отборных фестралов, двенадцать голов.

- Объезженных? - поднял бровь Теодор.

- Обижаешь...

Нотт покивал, отложил трубку и поднял бокал:

- А если угадают, друг мой Грегор, за этих фестралов заплачу. Договоримся ведь?

Улыбка горца стала широкой:

- Согласен. Триста галеонов только для твоей светлости.

- Сто пятьдесят - и по рукам.

- Они легко потянут на тысячу, - покачал головой горец. - Двести пятьдесят и пару обученных гиппогрифов даром.

- Добро!

Мужчины поднялись и пожали друг другу руки. Лента магического соглашения не удивила. Не так часто случаются подобные союзы между двумя сильными ковенами.

- Жду вас завтра, - Грегор МакНейр натянул перчатки из драконьей кожи. - Поженить можем сразу, за этим дело не станет. Ритуальный зал будет готов.

- Пойду обрадую парней, - усмехнулся Нотт. - Кланяйся супруге, Грегор. И жди к обеду, раньше прибыть не успеем.

- Хорошо, у нас к этому времени всё будет готово. Портключи мой человек доставит вечером. Сколько делать?

- Пять, - чуть помедлив, решил Теодор. - В случае женитьбы парней останемся у вас до утра.

- Само собой, - широко ухмыльнулся Грегор. - Сам хотел предложить...

***

Горцы встретили гостей радушно, чуть не всем кланом. Мужчины в тартанах, женщины в длинных платьях в пол, с клетчатыми накидками в цветах клана. И пойди скажи, что килты не красят мужчину - вид воинственный, не хуже, чем у боевиков ковена. Перед массивными коваными воротами прибывших ожидали несколько самых уважаемых и знатных мужей клана во главе с Грегором МакНейром.

Стив поёжился, подавляя желание спрятаться за лордом-драконом. Рядом высился Уркхарт, словно скала, олицетворение невозмутимости и достоинства. Пранк завистливо покосился на будущего родича, сожалея, что не выглядит так же. Подумалось, что Юджин-то уже помолвлен, а то бы точно был на его месте. И сам бы волновался в ожидании предстоящего испытания.

Стив почти не разобрал слова приветствия, которыми обменялись главы, да и дальнейший подъём по скалистому уступу, в котором была высечена дорога, а у подножья билось и ревело море, запомнился смутно. Скальная дорога окончилась небольшой площадкой, за которой виднелся край пропасти.

Подойдя ближе к краю обрыва, Стив увидел узкий мост, связанный из верёвок и прикрученных к ним деревянных дощечек, перед которым все остановились. Чтобы попасть в замок, возвышающийся на противоположной стороне пропасти, мост предстояло перейти. Наверняка испытывали, мерзавцы!

Теодор Нотт лишь улыбнулся и первым ступил на опасный мост, зашагал твёрдо, уверенно, так что тот весь содрогался, но, как ни странно, не раскачивался.

Высокий горец с наглой усмешкой кивнул Стиву, мол, ты следующий, и сердце у парня ушло в пятки. Но что ему оставалось делать? Позади Уркхарт с Бэддоком и здоровяк Арес Шелби, старший кузен Ники. Засмеют ведь, если даст слабину.

Хоть бы метлу с собой взял, дурачина, сунул бы в уменьшенном виде в карман, как бы пригодилась сейчас! Стив судорожно вздохнул и ступил на шаткие дощечки, не внушающие никакого доверия. Шаг, второй - доски под ногами заходили ходуном, а ведь с обеих сторон пропасти за ним наблюдает сотня глаз. Ну может, меньше, только от этого не легче. И, наверное, та девчонка, которую он выберет... если сможет, тоже сейчас на него смотрит. А как страшно ошибиться в выборе, это ведь на всю жизнь!

Теодор Нотт не шутил, когда указал на него сразу после Ареса.

- И тебе, парень, пора уже... И не смотри так, выбрать дадут.

Арес только хищно улыбнулся, склонив голову и целуя руку лорда. Чуть ли не с радостью переглянулся с братом Клайвом, когда лорд объявил решение глав ковенов: горцы дают двух невест взамен Ники. А самое паршивое, что отказаться было нельзя.

Стива тогда Уркхарт в спину ткнул, благодари, мол. А то бы так и стоял, как пень с глазами.

И теперь приходилось идти ровно, не останавливаясь, держа руки наготове, но не касаясь поручней - не девка же, и не ребёнок. Лорд не коснулся ни разу. Стив на секунду прикрыл глаза, но стало только хуже. И вниз глянул, хотя Уркхарт предупреждал не смотреть. Сбился с шага, и сердце провалилось вниз, в эту самую пропасть, когда мост качнулся неровной волной.

Как удалось сосредоточиться и пойти дальше, только Мерлин знает. На твёрдую скалу Пранк ступил мокрый с головы до пят, с противной мелкой дрожью, что не хотела утихать. Ноги, казалось, не держали. Но несколько шагов до своего лорда удалось сделать, да и застыть рядом, наблюдая, как легко ступает по мосту Уркхарт, словно танцуя и вовсе не имея веса. А потом любоваться на мощного Ареса Шелби. Тот шагал не хуже самого лорда, уверенно, спокойно, с мрачным и немного надменным видом.

Стив ощутил сожаление, что до Ареса ему далеко. И ростом Пранк был на полголовы ниже, чтобы когда-нибудь стать таким же бычарой. На фоне красавца Шелби он, вероятно, смотрелся совсем мальчишкой, и мог гордиться только своей ярко-рыжей шевелюрой. Наградил же Мерлин.

Передышки, на которую так рассчитывал Стив, не дали, провели во внутренний двор замка, где должен был состояться ритуал выбора невест. У него аж сердце защемило от вида девушек, выстроенных у стены. Неужели вот так сразу, на глазах у всех? И даже не дадут познакомиться? От волнения у него перед глазами словно дымкой всё занавесило, не давая рассмотреть невест. Силуэты, лица девушек расплывались цветными пятнами - как тут присмотреть заранее, которая посимпатичнее или просто милая.

Спина и руки взмокли, а сердце колотилось о рёбра так громко, что казалось, слышали все.

К счастью, лорд кивнул сначала Аресу, и тот первым двинулся к шеренге невест. Пока боевик медленно шагал вдоль цветастого ряда, изредка замирая возле той, или другой девушки, Стив немного пришёл в себя, попытался всё же заранее высмотреть какую-нибудь подходящую. Удивился их реакции - девушки не грустили, а напротив, встречали первого жениха задорными улыбками, в глаза заглядывали.

Смог пересчитать невест, это с перепугу ему показалось, что девушек много. А оказалось всего девять. Вот Арес остановился у предпоследней, что-то спросил у неё. Со своего места Стив не расслышал, что именно. Может, именем поинтересовался? Впрочем, диалог был недолгим. Девушка кивнула здоровяку Шелби и тот, взяв её руку, повёл избранницу к лорду.

Стив видел, как с почти одинаковыми улыбками переглянулись главы ковенов.

- Твой парень не дурак, - произнёс Грегор МакНейр. - Моя племянница, Алиса. Хорошая девочка.

- Не обидит, - отозвался Нотт. - Стив, теперь ты.

И опять Уркхарт подтолкнул вперёд, совсем незаметно, но эти чертовки наверняка всё поняли, заулыбались ему смешливо. И как было выбирать, если всерьёз его не принимают? По росту? Была среди них одна невысокая совсем - в самой серёдке стояла.

По примеру Ареса Стив дотопал до девиц и встал возле самой крайней, делая вид, что разглядывает девушек. А на самом деле, пытаясь справиться с охватившей робостью.

- Не бойся, - шепнула вдруг самая ближняя глазастая девчонка, - можешь пройти три раза, можешь каждую спросить о чём-нибудь. Не стой, иди уже. Они сами тебя боятся.

- А ты нет? - буркнул он.

- Другой парень был страшный, а тебя потискать хочется, - хихикнула нахальная девчонка. - Ты смешной и милый.

Стив побагровел от обиды и неловкости, двинулся вперёд, только пойди пойми, о чём их спрашивать и по каким критериям выбирать. Девчонки смотрели с любопытством, хихикали, только затрудняя и без того нелёгкий выбор. Один раз Стив остановился совершенно бессмысленно - никаких вопросов невысокой девушке придумать не смог, и прошёл до конца ряда уже без остановок. Замер было у крайней, она единственная взглянула на него уныло, и даже как будто устало.

- Ну? - спросила раздражённо. - Чего уставился? Берёшь или нет?

- Нет, - брякнул он, ужаснувшись.

Покраснев ещё больше, отправился в обратный путь. Только смотрел уже не на лица, а на их ножки. Все в сапожках, клетчатые юбки почти одинаковой длины. Ощущая тоску неимоверную опять замер возле той глазастой.

- Не получается? - шепнула девица с сочувствием. - Ты на грудь смотри. Какая нравится? Вон у Марты самая пышная.

Стив обалдело уставился на нахалку, а та язык показала, пользуясь тем, что он загораживает её от глав ковенов.

Вторая глянула искоса и притворно улыбнулась. Посмотрела на Стива с каким-то превосходством, что ли. И еле слышно произнесла:

- Много чести тебе, парень. Не будь Дэн МакНейр таким болваном, не пришлось бы нам за него расплачиваться. И ты бы ещё побегал, в глазки бы заглядывал, подарки дарил, прежде чем какая-нибудь согласилась. А так - всё тебе на блюдечке, а ты ещё нос воротишь! Выбирай уже, и покончим с этим! Ну, чего встал?!

- Я этой чести не просил, - хотел сказать холодно, а получилось хрипло и ужасно глупо.

- Чего ты взъелась? - заступилась за него первая. - Он тоже не по своей воле, разве не видишь?

- Я тебя хочу! - вырвалось у Стива внезапно. Понял, что второго прохода не переживёт, а эта хоть насмешница, а гадости не говорила, только беззлобно подначивала. Худенькая и глазастая, чего ещё надо? - Пойдёшь?

- Тьфу, - выдохнула вторая. - Хочет он! Хоть бы имя спросил!

- Я - Мэйси, - поспешила представиться резвушка. И подсказала: - Если не шутишь, тоже назовись.

- Стивен Пранк, - вспыхнул он под презрительным взглядом второй.

- Веди к своему лорду! - Мэйси вложила свою маленькую ладошку в его руку.

Он кивнул, развернулся спиной к разом поскучневшим девицам и пошёл к лорду-дракону. Ладошка девчонки была тёплой и крепкой. Шла рядом уверенно, а он боялся лишний раз взглянуть - не огорчена ли, что её в итоге выбрал. Может, пожалела уже, что решила ему помочь и ободрить? Ободрила! Стив чувствовал себя скотиной неблагодарной, когда предстал перед своим лордом. Было интересно, что они о его избраннице сказали, пока он подходил. Решил выведать позже у Юджина.

- Мэйси, - спросил Грегор МакНейр как-то очень уж сурово, - по доброй ли воле пошла за мистером Пранком?

- По доброй, - звонко ответила Мэйси. - Он мне нравится, отец.

Только присутствие Теодора Нотта и Грегора МакНейра в непосредственной близости удержало Стива от какого-нибудь необдуманного поступка. Обречённо посмотрел он в глаза будущего тестя.

- Стив, - теперь спрашивал уже Теодор Нотт. - По доброй ли воле выбрал в жёны Мэйси МакНейр?

- Да! То есть, по доброй, сэр.

- Отлично, - Грегор МакНейр потёр руки, - ну, раз с церемонией закончено, прошу всех к столу, гости дорогие. Теодор, уважишь?

- Отчего нет? - добродушно усмехнулся лорд-дракон.

Стив оглянулся на боевиков, и на душе полегчало, когда Бэддок и Уркхарт показали ему большие пальцы. Воспрянув духом, повёл свою невесту вслед за первой парой и за главами ковенов.

- Фух, - тихо выдохнула Мэйси, - я так боялась, что ты мимо пройдёшь. До сих пор не верится.

- Что? - не поверил своим ушам Стив. - Я тебе понравился?

- Конечно! Ты смелый, у меня сердце оборвалось, когда ты на мосту покачнулся. А ты выпрямился и дальше пошёл. И я загадала - если не остановишься, моим будешь.

- А чего сразу не сказала? - возмутился он. - Я как дурак выбирал...

Она глянула искоса и тихо рассмеялась. И даже не ответила, чертовка. Но тут они вошли внутрь, в коридоре нарушать молчание не хотелось.

- Стив, а ты один в семье? - спросила она, когда все расселись за богатым, уставленным аппетитными блюдами столом. - Кстати, матери у меня нет, если что. Только отец. Мы с Уолденом единокровные.

- Понятно, - кивнул он. - А у меня сестра, Лисс. Она классная, тебе понравится. Завтра вернётся домой на каникулы. Учится ещё на пятом курсе.

- Похожа на тебя?

- Ты что, она лучше меня, очень славная. Уверен, она тебя тоже полюбит.

- Тоже? - хихикнула Мэйси. - Всё-таки я правильно тебя выбрала. Ты чудной.

- Это я выбрал, - следуя примеру остальных, Стив с удовольствием впился зубами в кусок нежного мяса, не забыв кусок побольше и хорошо поджаренный положить на тарелку невесты. - Картошку хочешь?

- Ага. И огурчики! Стив, эль нам налей, вон из того кувшина, с розой.

- А тебе можно? Тебе сколько лет?

- Девятнадцать, глупый. Я старая дева уже. Мне всё можно.

- А-а, - он задержал взгляд на её губах, невольно подумав о том, что он ещё ни с кем ни разу в жизни не целовался. Наглая девчонка тут же высунула кончик языка и провела по верхней губе явно нарочно. Стив нервно оглянулся - не видел ли кто, и грохнул перед девушкой кубок с элем, прошептав едва слышно: - Мэйси, что ты творишь?

Невеста поманила его пальчиком, и пришлось наклониться ниже. Поцелуй вышел быстрым, он толком и почувствовать ничего не успел, но Бэддок с Уркхартом заметили с другой стороны стола и картинно похлопали. Пришлось делать вид, что очень занят индюшачьей ножкой.

- Не дуйся, - Мэйси погладила его по руке. - Лучше скажи, что решим. Сейчас поженимся или подождём три месяца?

- Где подождём? - удивился он. Ну в самом деле, не отпустят же невесту с ними просто так.

- Известно где, ты у себя, я у себя. За это время всякое случиться может. Украдёт меня какой-нибудь горец, и придётся тебе снова невесту выбирать.

Стив ужаснулся такой перспективе. Растерянно глянул на Ареса и его симпатичную избранницу. Та была явно довольна выбором боевика, поглядывала на Шелби с улыбкой, с аппетитом уплетая румяные лепёшки. Жених же выглядел задумчивым, пил эль, не обращая внимания на лежащий в тарелке кусок мяса.

- А что сказать-то? - тихо поинтересовался Пранк у невесты. - И кому? Ну, что сейчас хочу.

- Не бойся, скоро спросят, - ответила Мэйси и утащила у него из-под носа кусок ветчины. - Лепёшки попробуй, они вкусные.

Она не ошиблась, буквально пять минут спустя Грегор МакНейр поднялся со своего места, постучал по бокалу и все разговоры стихли.

- Гости дорогие, что празднуем? - зычно спросил он. - Свадьбы или помолвки?

- Арес, твоё слово, - негромко произнёс лорд Нотт.

- Свадьбу! - решительно заявил Шелби. Его невеста скромно опустила глаза.

Стив затаил дыхание, снова ощущая волнение. И был благодарен невесте, которая сжала пальчиками его локоть в знак поддержки.

- Стивен, твоё слово.

- Свадьбу, - выдохнул он.

- Тогда прошу в ритуальный зал, - Грегор МакНейр вышел из-за стола и хохотнул: - Не волнуйтесь, вернёмся ещё сюда. Это ненадолго.

Он был прав, церемония оказалась несложной и быстрой. Запасливый Уркхарт прихватил из дома брачные браслеты, так что Стиву не пришлось ни о чём волноваться. Сам он пребывал в такой растерянности с момента объявления его женихом, что совершенно позабыл о такой важной вещи. Браслет невесте надевал дрожащими пальцами, боялся, вдруг не подойдёт. Но всё получилось, как надо. Клятвами они с Мэйси обменялись, глядя друг другу в глаза. Как только были произнесены последние слова клятвы, их руки оплели магические ленты и, таинственно мерцая, впитались в кожу. Новобрачные поднялись с колен и все присутствующие кинулись их поздравлять. Стив улыбался тому, что Мэйси держится рядом, и не пытается бросить его одного. Она и отвечала на все поздравления, а он только краснел и кивал.

Дальнейшее празднование ему толком не запомнилось, кажется, он даже что-то съел, не чувствуя вкуса. А вот в спальне, которую отвели молодожёнам, Стив занервничал. Как-то совсем не подумал, что впереди первая брачная ночь. И мысль, что у него может не получиться, просто убивала.

- Если ничего не хочешь, - сказала вдруг Мэйси, сев на кровать и скинув сапожки, - можем просто лечь спать. А завершим обряд утром. Как раз есть ещё часов семь для подтверждения брака.

- Лучше уж сразу, - хрипло ответил он, глядя на её коленки. Ничуть не стесняясь новоявленного супруга, жёнушка уже снимала чулки.

- Раздевайся тогда. Или помочь?

Не так он себе представлял свою свадьбу, и тем более первую брачную ночь, но чего уж теперь?! Стив вздохнул и принялся раздеваться, аккуратно складывая вещи на стул. Мэйси уже нырнула в постель, когда он дошёл до белья, не зная, оставить на себе, или снять. Но увидев, что девушка вышвырнула из-под одеяла какие-то эфемерные тряпочки на стоящую рядом табуретку, Стив решительно избавился от исподнего и подошёл к кровати с другой стороны, стараясь не спешить. Ещё подумает, что он стесняется.

- Оу, - Мэйси округлила глаза, уставившись на то самое, и откинула край одеяла. - А я думала, придётся как-то поработать...

Покраснев от такого прямого указания на его готовность, он забрался под одеяло и осторожно обнял жену за талию, притягивая к себе поближе. Сразу, пока не стало совсем неловко. Она тихо засмеялась:

- Щекотно, у тебя руки холодные. Сти-и-в!

- Что? - он как раз добрался до её груди и понял, что в этой нелепой свадьбе есть определённые плюсы.

- Ты ведь будешь нежным? Правда? Говорят, в первый раз это больно.

- Конечно, - он отдёрнул руку от соблазнительной груди. - Я постараюсь!

- Куда ты? Продолжай!

Ободрённый её тоном, он продолжил, а потом уже просить не было нужды. Неловкость была забыта, слишком много приятных открытий сделал Стив, лаская и изучая девичье тело. Всё закончилось быстрее и куда ярче, чем он ожидал. С головой накрыло ни разу до этого не испытанным удовольствием. Двигаться после столь бурного завершения обряда не хотелось вовсе, но он всё же скатился с Мэйси, рухнув на спину рядом с ней. И только после этого вспомнил, что обещал быть нежным. А вот как оно получилось, вспомнить не удалось.

- Нормально всё, - новоиспечённая супруга забралась на него сверху, сложив руки у него на груди и опершись на них подбородком. - Больно, конечно, сначала, но в целом терпимо. Спасибо, что спросил.

- Извини, - поморщился Стив, - ты не сердишься?

- Нет, глупый. Лучше скажи, где мы жить будем?

- А-а, так дома у меня. Мне отец полдома давно уже выделил, только я не думал, что рано женюсь. Там для нас обязательно всё приготовят. Да и праздновать дома будем, как положено.

- Это хорошо, - покивала она, - ну что, спать? Или ещё попробуем?

- А можно? - нерешительно спросил он, понимая, что повторить очень даже хочется. Только не надеялся на продолжение так сразу.

Мэйси хитро улыбнулась и поползла по нему вверх:

- Сначала целоваться поучимся, - заявила она и лизнула его губы. Стив ответил неохотно, хотелось сразу перейти к главному. Но решил сделать приятное Мэйси... И кто бы мог подумать, что поцелуй - тоже здорово!

Утром Стив проснулся как всегда рано, чувствуя приятную негу во всём теле. Мэйси ещё спала, и он смог полюбоваться спящей женой. Она казалась совсем юной, не старше его сестрёнки. Длинные ресницы чуть трепетали, рождая внутри какую-то особенную нежность. Знал бы он, что так повезёт с невестой, отнёсся бы к этому приключению с большим энтузиазмом. И малышке Лисс, которую Юджин поедет вечером встречать на платформу девять и три четверти, его жена обязательно понравится.

Стараясь не шуметь, он отправился в душ, который обнаружил в смежном помещении. А там уже их будить пришли.

Домой новоиспечённые супруги и сопровождающие их боевики отправились рано, сразу после завтрака, на котором присутствовали только свои.

С Уркхартом удалось поговорить уже в поместье.

- Юджин! - Стив отпустил его рукав, когда боевик обернулся. Тот явно уже собирался аппарировать. - Скажи, что лорды про мою невесту сказали?

- А тебе не всё равно? - усмехнулся Уркхарт. - Или не так что-то с супругой?

- Пожалуйста, ну ты же можешь показать. Без думосбора. Я знаю.

- Ладно, не жалко, - хмыкнул Уркхарт, и, шагнув ближе, сдавил пальцами его виски. - В глаза смотри. И предупреждаю, будет больно!

- Пускай! Я готов! - упрямо ответил Стив.

Мозг пронзила такая боль, что на глаза навернулись слёзы, а потом всё растворилось, и Стив увидел двух лордов совсем близко. И себя вдалеке, как раз взявшего за руку Мэйси. За себя стало неловко - был мрачен и хмур, как на похоронах, порадовало только, что он чуть выше невесты, буквально на полтора дюйма, но всё же.

- Вот же поганец, - выдал с усмешкой Грегор, заставив Стива сразу переключиться на разговор горца и лорда-дракона.

- Та самая? - Теодор всматривался в худенькую девочку, которую вёл Стив.

- Она, - вздохнул горец. - Кровиночка, от сердца отрываю.

- Совершеннолетняя хотя бы?

- Летом исполнилось девятнадцать. Твой крепыш выглядит не слишком радостно.

- Волнуется. С ним она даже счастлива будет, - задумчиво ответил лорд Нотт. - А о фестралах поговорим позже. Сначала молодые.

Стива вытолкнуло из воспоминаний, и он едва устоял на ногах. Уркхарт морщился и тёр собственные виски.

- Вот же зараза, - сквозь зубы выговорил он. - Ну что, доволен?

- Ничего не понял, - признался Стивен, не пытаясь сдержать улыбку. - Но вроде бы все довольны.

- Блин, Пранк! - взорвался Уркхарт. - Это я тебе и сам бы сказал! Ну ты и гад.

- Зато увидел!

- Зато! Ах да, - Уркхарт мстительно улыбнулся. - Надеюсь, ночь была удачной, мой друг? Потому что использование думосбора в моей башке даром не проходит. Но плата - такая фигня. У тебя просто два дня не встанет. Понял, придурок?

- Предупреждать же надо! - растерялся Стив. Новость его расстроила, а главное, как он это Мэйси объяснит?

- Ничего, как-нибудь переживёшь. У меня, знаешь ли, то же самое будет.

- Ты помолвлен с моей сестрой! - возмутился Стивен.

Уркхарт, собравшийся уже уходить, повернулся:

- И что? - глядел холодно, ожидая ответа. У Стива по спине побежали мурашки. Но Юджин вдруг усмехнулся. - Так и быть, раз уж мы практически родичи, забуду на первый раз, что пытаешься учить меня жизни. И в качестве свадебного подарка даже скажу, что сделать, чтобы последствий не было.

- Что?

Боевик рассмеялся:

- Я смотрю, кто-то быстро вошёл во вкус! Ладно, ладно, не красней, как девица. Выпей как можно быстрее двойную порцию укрепляющего. К миссис Флинт сходи, не откажет. У меня есть, только самому нужно.

Насмешливо подмигнув, Уркхарт аппарировал, а Стив глубоко вздохнул и отправился на поиски миссис Флинт.

Жена прихорашивалась для знакомства с родителями на их половине дома, так что время было. А ближе к вечеру состоится свадебный пир, как раз студенты на каникулы прибудут. Стив улыбнулся и засвистел магловский марш Мендельсона, дружок ещё в Хоге научил. Жизнь казалась прекрасной. Вот только этот сволочной Уркхарт... Если бы только был способ разорвать эту грёбаную помолвку Юджина с его сестрой, то Стив бы обязательно воспользовался. И плевать, что Уркхарт среди боёвки самый умный! Башковитый кобель!

***

- Отец разговаривал с Санни, - Магнус догнал Ванессу и пошёл рядом, - знать бы, о чем?

- Очевидно, поблагодарить хотел, - улыбнулась его подруга.

- Это понятно, - помрачнел Нотт, - но зная отца, благодарность - лишь повод.

Ванесса взглянула с интересом, сворачивая к больничному крылу:

- Мне показалось или ты неспроста назвал мисс Прюэтт по имени? Магнус, что у тебя с этой девочкой?

- Да при чём тут... - Нотт замолчал и даже остановился. - Ах да, по-дружески сообщаю, что намерен жениться на ней. И в свете этого состоявшееся неофициальное знакомство главы моего рода и возможной невесты, случившееся за моей спиной, мне очень не нравится.

- Как это мило, - миссис Дэшвуд взяла его под руку. - Ну что, пойдёшь Антуана поздравлять или со мной? Я планировала пообедать в одном уютном ресторанчике, а целитель Уайнскотт очень кстати предложил воспользоваться больничным камином. И если хочешь поговорить о своей хм... возможной невесте, у меня как раз есть свободное время.

- Антуана я уже поздравил, если ты помнишь. Думаю, ему сейчас не до меня. - Магнус нахмурился, но почти сразу улыбнулся. - Хорошо. Веди меня в свой ресторан. Я только что вспомнил, что даже не позавтракал.

Нотт был готов хоть весь оставшийся день провести с Ванессой, предоставив Уркхарту общаться с неутомимой Мишель Бурже, которой так опрометчиво доверил обстановку своего дома. Нет, француженка была профессионалом, в этом он успел убедиться, вот только его не покидало ощущение, что мадемуазель сужает вокруг него круги, подобно удаву, требуя постоянного внимания и одобрения своих действий.

Юджин, скотина, лишь добродушно посмеивался, нахально советуя осчастливить наконец прекрасного дизайнера поцелуем, а лучше сразу ночью, полной страсти и огня. За что не был бит только по той причине, что Магнус ещё нуждался в помощи друга. Далеко не все тайны дома были разгаданы, те же подвальные помещения, куда не было хода очаровательной Мишель, хранили ещё много сюрпризов.

Не то, чтобы мадемуазель Бурже не привлекала Магнуса как женщина, наоборот, обладая шармом истинной француженки, была при этом удивительно откровенна, смела, легка в общении, наделена прелестными формами и очень сексуальным голосом - и этого всего в ней было не в избытке, а в самый раз. Но Магнусу претило быть объектом столь явных и чересчур настойчивых ухаживаний. Он предпочитал быть охотником, а не добычей. Напористых дамочек огневик всегда обходил стороной.

Было бы смешно, если бы не было так досадно. В собственном доме он оказался практически на осадном положении. Даже преобразившийся кабинет и гостиная уже не так радовали. Оставалось терпеливо ждать окончания работ, запираясь с Уркхартом в подвале с самого утра, не дожидаясь её прихода. Или вовсе сбегать куда угодно, лишь бы подальше от настойчивой француженки. Обществом прелестной нимфы он был уже сыт по горло.

- Как там Мишель? - Ванесса сидела напротив него в уютном кабинете маленького ресторана и изучала меню.

Убедившись, что подруга и не думает издеваться, Магнус ответил, стараясь не задеть её чувств:

- Нормально. Она действительно хороший дизайнер. Спасибо тебе.

Ванесса подняла на него удивлённый взгляд и усмехнулась:

- Судя по твоему кислому виду, Мишель не оставила попыток тебя очаровать.

- Давай сменим тему, а? - мрачно попросил Нотт.

Он уже выбрал себе поджаристый бекон с картофелем и отложил меню. Блюдо появилось на столе почти без задержки.

- Мне намекнуть ей, что тебя надо оставить в покое? - спросила миссис Дэшвуд с напускным сочувствием.

- Ванесса!

- Прости, умираю от голода, поговорим за десертом.

Вопреки утверждению, подруга заказала лишь маленькую порцию салата из креветок, который Магнус даже пробовать не стал бы, не то что пытаться им наесться. Зато на десерт Ванесса заказала большую порцию мороженого, а он ограничился бокалом хорошего вина.

- Итак, мой дорогой друг, расскажи, как ты дошёл до такой жизни?

Строить непонимание перед проницательной подругой было бессмысленно.

- Если ты про мисс Прюэтт...

- Именно, - кивнула она, облизнув маленькую ложечку.

Нотт заворожённо проследил взглядом за этим действом. И рассмеялся на её укоризненный взгляд.

- Если б ты не была моей подругой, - лениво сообщил он, - я был бы не прочь за тобой приударить.

- И ты говоришь об этом в тот момент, когда мы обсуждаем твою возможную невесту! - Ванесса усмехнулась. - Я, конечно, польщена, но чтобы внести ясность, предупреждаю: моё сердце занято, и твои попытки флиртовать мало меня волнуют. И всё же вернёмся к вопросу о твоём намерении жениться.

- Нет-нет, постой, - оживился Магнус. - Я не спрашивал, потому что ты сама не затрагивала эту тему, но раз уж об этом зашла речь, то может, доверишься другу? Кто он такой, ради Мерлина?

- Я слышу нотки недовольства? - Ванесса откинулась на спинку кресла и взглянула на собеседника из-под полуопущенных ресниц. - Знаешь, дорогой, у тебя нет абсолютно никаких причин ревновать. Тот факт, что в моей жизни появился любимый человек, никак не повлияет на нашу дружбу.

- Не скажешь, да? А обсудить мою женитьбу хочешь. Не находишь, что это не совсем честно?

- Обиженный Магнус Нотт - завораживающее зрелище, - усмехнулась она. - Ладно, ты прав, тебе я скажу. Только сомневаюсь, что это что-то изменит. Почти уверена, ты с ним даже не знаком. И я рассчитываю, что ты не станешь это обсуждать с кем-то ещё.

- Обещаю.

- Это Гиппократ Сметвик, целитель больницы...

- Мордред! Этот сукин сын твой мужчина?! - Нотт отчётливо вспомнил встречу с обнаглевшим целителем, отчитавшим его, как мальчишку, и его пренебрежительные слова: "Я сильно уважаю твоего отца, а тебя вижу в первый раз. Ухудшится здоровье больной - и можешь забыть о моём существовании". И рад бы забыть, да вот ведь - напомнили! - В голове не укладывается!

- Вот сейчас мне следовало бы обидеться, - покачала головой Ванесса, - да, он грубоват и бывает несдержан. Но при этом он - гениальный целитель и прекрасный человек.

- Мы общались, - скрипнул зубами Нотт. - Он вылечил жену Антуана, и вообще... Но ты, утонченная и умная женщина... И с этим мужланом?! Я отказываюсь верить!

- Твоё право, - подруга явно начала сердиться.

- Ладно, допустим, - Нотт мрачно отодвинул бокал. - Ты сказала, что это никак не помешает нашей дружбе. А он знает, что я твой друг?

- При чем тут это? Ты волнуешься, что он запретит мне с тобой общаться? Напрасно.

- Представь себе, волнуюсь. Понятно, что этот авторитарный тип тебе дорог. Но что ты станешь делать, если он приревнует и потребует прекратить наше общение?

- Да с чего ты взял, что он вообще о тебе думает? - Ванесса успела уже пожалеть о собственном приступе откровенности. - Он нормальный мужчина, адекватнее многих. И не вмешивается в мои дела, так же как я не учу его, как лечить больных или воспитывать сыновей.

Нотт залпом допил своё вино, поставил бокал на стол и хладнокровно поинтересовался:

- Он женат?

- Вдовец. И я не совсем понимаю, к чему ты клонишь.

- К тому, что дела - это одно, а в дружбу мужчины и женщины верят далеко не все. Так ли хорошо ты знаешь Сметвика? Ведь не говорила с ним обо мне, да? А хочешь, скажу почему? Просто боишься, что ему это не понравится.

- Судишь по себе?

- Мне бы точно не понравилось, - кивнул он. - Так что, будем теперь встречаться тайком?

Ванесса несколько секунд смотрела на него в удивлении, а потом рассмеялась. Практически до слёз. И вид обескураженного Магнуса только добавлял веселья. Ей пришлось сделать над собой усилие, чтобы прекратить это безобразие. Но перестать улыбаться просто не смогла.

- Мой Мерлин, Магнус! Ты хорошо себя чувствуешь? Просто я не понимаю причины твоей беспочвенной ревности, которая уже переходит всякие границы. Несколько лет после смерти Кирка ты только здоровался со мной, тебя не волновало вовсе, чем я живу, с кем и как. Да, мы снова смогли стать друзьями, но тебе не кажется, что моя личная жизнь - это моё личное дело. Я поняла твой упрёк. Про тебя Сметвику я скажу сегодня же! - Ванесса внезапно успокоилась и с сожалением помешала в креманке мороженое, успевшее растаять. - Недавно он представил меня своим сыновьям. Правда, Магнус, я наивно надеялась, что ты за меня порадуешься.

- Я за тебя очень рад! - осторожно ответил Нотт, стараясь не показать, как обижен её смехом.

- Да ну тебя, лучше уж честно ругайся дальше, но не надо лицемерить, - Ванесса снова открыла меню. - Не обижайся, я постараюсь больше не смеяться! Я просто представила, как Сметвик станет что-то мне запрещать... Может быть, кофе? Или ещё вина?

- Я никогда не пойму женщин! Прости, ты права, я несколько... увлёкся. Но это потому, что ты мне не безразлична.

- Да-да, ты наглядно уже это показал. А теперь, если хочешь, расскажи о мисс Прюэтт. Ты уже признался ей в любви, как я понимаю?

- А надо было? - удивился он.

- Магнус, ты меня убиваешь! Что значит "надо"? Ты её в принципе любишь или нет?

- Я могу не отвечать на этот вопрос? - Он отобрал у неё меню и дважды ткнул палочкой в строчку с огневиски. - Стоит выпить, не находишь?

- Похоже, ты прав, - согласилась Ванесса, придвинув себе один из появившихся бокалов с янтарной жидкостью. - Но ответа я всё-таки жду. Любишь или нет? Это ведь совершенно простой вопрос.

- Простой? - он отсалютовал ей бокалом. - Скажу честно, понятия не имею. Она привлекает меня и волнует, даже умиляет, если хочешь знать. Но любовь... Иногда мне кажется, что любви не существует вовсе, что это лишь красивая сказка, мечта, которая сбывается далеко не у всех.

- Не знала, что ты умеешь говорить так красиво, - хмыкнула Ванесса, делая маленький глоточек и морщась. - А правда в том, что ты её не любишь.

- И что? У меня гораздо больше причин для брака, чем бывает у многих пар. Она прекрасная партия для меня, как и я для неё. Тёмная ведьма из хорошей чистокровной семьи. Я её даже волную, уж поверь, это заметить я способен. Нет любви? А так ли она нужна вообще?

- Ты прав, любовь нужна далеко не всем, - грустно улыбнулась Ванесса. - Но позволь мне указать на очевидное. Я видела эту девочку всего два раза, и поняла одну простую вещь. Мисс Александра Прюэтт из тех певчих птиц, что никогда не будут петь, если посадить их в клетку.

- А без метафор нельзя? - недовольно поинтересовался он.

- Объяснить?

- Сделай милость! Объясни тупому боевику, почему Санни Прюэтт ему не пара.

- А вот это запрещённый приём, - Ванесса решительно отставила бокал. - Я не собираюсь лезть в твою личную жизнь и указывать, что тебе делать.

- Не злись, пожалуйста! Я дурак и сказал глупость. - Мальчишеская, полная раскаяния, улыбка Магнуса заставила её улыбнуться. - Ну, прости. Я правда хочу услышать, что я такого не понял о дочери тёмного фестрала.

- Хорошо, я попробую. Но только ради нашей дружбы!

Магнус поспешно кивнул:

- Разумеется! Молчу и внимаю!

- Александра Прюэтт - необычная девушка, в ней есть глубина, доброта и свет. Ты наверняка заметил, как она улыбается. Искренне и тепло. Как внимательно слушает. Как светятся её глаза, когда она хочет узнать что-то важное для неё. Как непритворно смущается, когда её хвалят. И я понимаю, что заставляет тебя её желать. Она бесспорно очень красива, но не придаёт этому значения, обаятельна, но не пытается никого очаровать, а ещё потрясающе невинна. Адская смесь для такого прожжённого типа, как ты. С этим ты согласен?

- Скорее да, чем нет, - чуть поморщился Нотт. - Но это же не всё?

- Только начало, - кивнула она и рассмеялась, - не тоскуй, ты сам этого хотел. И можешь остановить в любую секунду.

- Нет уж, продолжай! Пожалуйста.

- Сразу бы так. Для тупого боевика ты слишком вежлив и мил.

- Я уже извинился! - укоризненно взглянул на неё Магнус.

- Хорошо, слушай дальше. Но это только моё мнение, которое вполне может оказаться неправильным, - Ванесса задумчиво отпила ещё немного янтарного напитка и обхватила бокал руками, словно пытаясь согреть. - Я уже сказала, что в ней есть свет? Это не просто свет, это огонь души, и тебе, как никому другому должно быть это понятно.

- Поясни, прошу тебя. Я уже ни хрена не понимаю.

- Да всё просто. Санни Прюэтт, в отличие от тебя, верит в любовь. В настоящую, большую, до гроба. Верит настолько, что даже не мыслит брака без любви. И готова отдать всю себя без остатка такому же любящему человеку. Но из жалости вполне может совершить глупость. Принести себя в жертву. Обычное дело, к сожалению, для таких наивных глупышек. Тебе и стараться особо не надо, достаточно сыграть на её чувствах. Показать, что без неё ты будешь страдать, не сможешь есть и пить, и вообще повесишься. Короче, что любишь без памяти. Не нравится? И мне тоже. А потом она поймёт, что совершила ошибку. Что мало того, что сама не любит, так ещё и мужу плевать на её чувства, а всё, что нужно - это здоровый наследник. Люди, Магнус, ломаются из-за неправильного выбора. Свет в ней угаснет, она станет обычной несчастливой женой нелюбимого мужа, замкнётся, похоронив свои мечты. Ты разочаруешься, станешь искать любовь на стороне, а измена её доконает.

- По-твоему, я монстр? - серьёзно спросил он.

- Вовсе нет, Магнус. Таких совестливых людей, как ты - ещё поискать. Ты умный, хотя почему-то не считаешь это достоинством. Более того, уверена, что и ты способен полюбить со всей силой и страстью. Не представляешь, как я хотела бы это увидеть. И не смотри так, это вовсе не потому, чтобы сказать: "Я же говорила", а просто я очень люблю тебя, обаятельного мерзавца, как брата, которого у меня никогда не было. Как лучшего друга, удивительно преданного, понимающего и со всех сторон замечательного. И я желаю тебе всё же познать настоящую любовь, влюбиться так сильно, чтоб даже не мыслил своей жизни без неё. Потому что когда ты любишь - это чертовски здорово!

Ванесса выдохнула и залпом допила остатки Огневиски. Схватила кусочек лимона и принялась жевать. Магнус в изумлении смотрел на неё, потом усмехнулся:

- Слушай, никогда не видел, как ты употребляешь алкоголь.

- Гадость, - сумела она сказать. - Никогда не понимала его прелести. Постой, я тут слышала, но не придала значения... Подумала, что обычные сплетни. Рабастан Лестрейндж имеет какое-то отношение к мисс Прюэтт? Это ведь младший брат Рудольфуса?

- Этот сопляк? - презрительно улыбнулся Магнус. - Возомнил, что влюблён. Мальчишка! А что за сплетни?

- Влюблён в Санни?

- А о ком ещё мы говорили всё это время? - раздражённо спросил он. - Ну же, Ванесса!

- Я слышала, как заключают пари, - она задумчиво покачала головой - стоило ли сообщать о таком Магнусу? Но решила, что пусть лучше от неё узнает, - за кого выйдет девушка, за тебя или за Рабастана Лестрейнджа. Только я не поняла тогда, что речь идёт о мисс Прюэтт. И вообще сочла неудачной шуткой. В то время не знала, что ты претендуешь на её руку. Да я вообще не предполагала, что ты всерьёз задумал жениться.

Магнус выругался, потому что цензурных слов просто не нашлось.

- Извини!

- Да я понимаю. Остаётся надеяться, что мисс Прюэтт об этом не узнает. - Ванесса раскрыла меню и положила на него несколько серебряных монет, которые тотчас исчезли. - Увы, с тобой хорошо, но надо бежать, на четыре назначена встреча с очень важным клиентом.

- Удачи, - Магнус тоже поднялся. - Рад был повидаться. И спасибо, я подумаю над твоими словами.

- Ах да, - она подхватила сумочку. - Пока, дорогой, береги себя. И последнее... Подумай ещё и о таком варианте. А вдруг она уже любит? Его?

Поцелуй в щёку он выдержал стойко, замер, глядя ей вслед, даже втянул носом слабый аромат духов, витавший в воздухе.

Рука в кармане нащупала что-то острое. Нотт зашипел и вытащил наружу маленькую брошь в виде язычков пламени, у которой расстегнулся замочек. Подарок, зачарованный, как и браслет Ванессы для защиты от огненной стихии, он так и не вручил сегодня Санни. Рудольфус нахально спутал все его планы. А потом Магнус сам забыл, услышав о разговоре Санни с его отцом. Послать совой? Пожалуй, не стоит, лучше уж вручить лично. До бала у Прюэттов, куда он приглашён, остались считанные дни.

Он тряхнул головой и, расплатившись, вышел на Косую аллею. Подумать только, Ванесса чуть не прямым текстом только что предложила ему отступиться!

- Послушай женщину, - проворчал Нотт, - и сделай наоборот.

***

День накануне отъезда прошел скомканно и нервно. Понедельник - день тяжелый, вспомнилась Санни расхожая поговорка из её прошлой жизни, очень актуальная и здесь. Сначала никому не нужные уроки по индивидуальным расписаниям внесли сумятицу и хаос, словно мало было потрясений накануне. До обеда все носились по коридорам Хогвартса, чтобы уложиться в собственное расписание, при этом сталкиваясь с такими же замороченными товарищами по несчастью. Уроки были сокращены, перемены забыты, и вся школа напоминала растревоженный пчелиный улей.

Для Санни осталось непостижимой загадкой, как успели составить индивидуальные расписания для каждого ученика, чтобы ни одно занятие у семикурсников не проходило с кем-либо в паре. Больше всего эти так называемые уроки походили на краткие консультации с профессорами, по итогам которых назначались задания на каникулы.

После шумного обеда все дружно повалили смотреть результаты экзаменов. Санни хотела было уйти к себе, чтобы взглянуть на результаты позже, без всеобщей суеты, но Эжени уговорила посмотреть сразу.

И, конечно, сильно волновалась, пока не нашла среди семикурсников свою фамилию.

- Можно тебя поздравить? - вездесущий Рудольфус оказался рядом, вместе с Беллатрикс. - Всего два "выше ожидаемого"! Можешь начинать гордиться.

- У тебя и Беллатрикс ни одного, - вздохнула Санни, глянув в их строчки. - У твоего брата, наверное, было бы так же.

- Санни, наплюй, - посоветовала мисс Блэк. - И никогда не пытайся угнаться за Рабастаном. Он дракклов гений. Скажи, Руди? Ну а мы просто на спор учились лучше всех, ещё с шестого курса. Так что не бери в голову. Вон, у твоей подруги тоже два "выше ожидаемого", хоть и по другим предметам.

Эжени покосилась на слизеринцев, но без обычной враждебности.

Санни мысленно ругала себя, что вспомнила при них о Басти. Вот совершенно было не обязательно его упоминать. Надо было срочно сменить тему.

- Надо же, - она глянула в список студентов, остающихся в Хогвартсе на каникулы. - У Бена Хиггинса "тролль" по чарам, а его даже не оставили.

- Обычная страшилка для нерадивых, - усмехнулась Бель. - Всегда так было, что оставались лишь те, кто сам захотел. Обычно связано с семейными проблемами.

- Или с любовными, - усмехнулся Руди. - Если парочке негде устроиться на каникулах. Ну или родня против отношений и встреч.

- Скажешь тоже, - не поверила Санни.

Лестрейндж фыркнул и ткнул пальцем в два имени в листе остающихся. Санни они были не слишком знакомы, кажется, парень был из воронов, а девушка с Хаффлпаффа, в списке все были указаны вперемешку.

- Поверю на слово, - усмехнулась она. - Я пойду, если не возражаете.

Беллатрикс кивнула, а Руди нахально подмигнул. Медлить Санни не стала, сразу поспешила к себе. Профессор Даркер хотел сообщить ей сегодня что-то важное.

- Подожди, - её догнала Эжени. - Я совсем забыла спросить, у тебя есть какие-нибудь пожелания на Рождество?

- Пожелания? - не поняла Санни. - Выпьешь со мной чаю? Лакки обещала какие-то вкусняшки.

- Конечно, - обрадовалась подруга. - Я про подарки. Вдруг ты хочешь что-то конкретное.

- А ты? - тут же спросила Санни, открывая дверь в свою гостиную. - То есть, я не знаю. Дари, что хочешь.

Не успели они попробовать воздушные зефирки с кремом, запивая особенно вкусным сегодня чаем, как раздался осторожный кашель с портрета.

- Дорогие леди, - ласково обратился к ним профессор Даркер. - Простите, что прерываю, но у меня есть просьба к мисс Вуд.

Эжени подавилась чаем, закашлялась и взглянула на портрет с удивлением.

- Ко мне?

- К вам, мисс. Это очень непростая просьба. Так вышло, что я видел ваши рисунки, и не мог не отметить, сколь редким даром вы обладаете.

- Спасибо! - Эжени раскраснелась, а Санни прислушивалась настороженно. Затеи Даркера не раз уже вводили её в ступор. Но это был её профессор, и очень не хотелось, чтобы подруга подумала о нём плохо.

- Мне хотелось бы, чтобы вы изобразили копию моего портрета, - торжественно объявил Даркер. - У вас же найдутся краски и холст?

- Д-да, - Эжени даже про чай забыла. - А когда нужно?

- Желательно прямо сегодня. И не подумайте, что безвозмездно. Я надеюсь, вас устроит гонорар в виде многоразового кольца-артефакта прямо в банк Гринготтс? Точнее - это портключ на площадку рядом с ним.

- Но как...

- Если согласны, то пока вы сходите за красками, я расскажу Александре, где оно хранится.

И пришлось Санни бежать на шестой этаж, шарить за картинами нескольких дам, потому что Даркер весьма скудно описал нужную. Выслушав подряд несколько гневных лекций о приличиях, она наткнулась, наконец, на маленькую нишу. И едва не отдернула руку от противного и мягкого, чего коснулась рука. Оказалось, на мешочке скопился слой пыли, а сам он успел истлеть. Шутка ли, если Даркер это спрятал здесь двести лет назад.

Преодолевая брезгливость, и стараясь не вслушиваться в ворчание глуховатой мадам, изображённой на портрете, она смогла среди пыли и гнилых ниток нащупать пару золотых колец, серебряную цепочку и странного вида ключ, висящий на ней.

То кольцо, на котором красовался немаленький рубин, она положила отдельно. Проверила ещё раз, не осталось ли чего, разметала оставшийся тлен по тайнику и вернула назад картину. Оставалось очистить руки заклинанием и поспешить обратно, радуясь, что никто её за таким странным занятием не застал.

Кольцо произвело на подругу неизгладимое впечатление. Остальное Санни ей не стала показывать, спрятав в свою сумочку, как и попросил Даркер.

- И оно хранилось в тайнике все эти годы? - поразилась Эжени.

- Почему бы и нет, - самодовольно подтвердил профессор. - Я был тогда молод, таких колец у меня был не один десяток, а это хотел сделать сюрпризом для одной леди. К сожалению, мы рассорились, и кольцо так и осталось лежать в тайнике. Думал, когда-нибудь пригодится. Как видите, не ошибся.

- Но его мог найти кто угодно!

- Не думаю, мисс Вуд. Чары отвлечения внимания при всей своей простоте, весьма надёжны и долговечны.

- Но Санни смогла найти!

- Потому что в точности знала, что и где искать, - покивал Даркер. - Это и есть необходимое условие. Итак, вы согласны за такой гонорар написать портрет?

- Да, - выдохнула мисс Вуд, всё ещё любуясь кольцом. Со вздохом она убрала его в карман и деловито уточнила: - Вы хотите точную копию?

Мольберт с холстом и красками уже заняли свои места в углу гостиной.

- Совершенно верно! Я постараюсь замереть, дорогая леди, - любезно ответил девушке Даркер. - Кстати, Александра, хотите увидеть, как проверяются магические краски?

Санни хотела, и послушно использовала подсказанное профессором заклинание. От красок отразилось сияние.

- А вот теперь я готов! - И наставник замер, усевшись в своё кресло с неизменной газетой.

Санни решительно не понимала, для чего вдруг такому умному человеку понадобилась бесполезная копия портрета. Она хотела было тихонько улизнуть и заняться своими делами, но Даркер неожиданно воспротивился, попросив остаться.

В итоге Эжени покинула их поздно вечером, оставив готовый шедевр и даже наколдовав для него очень похожую раму. Размером эта красота была примерно четыре на шесть футов, и к чести мисс Вуд, копия была настолько хороша, что отличить от оригинала мог бы, наверное, только автор или эксперт.

Во всяком случае, Даркер был настолько доволен, с такой улыбкой потирал руки, глядя на собственный неподвижный портрет так вдохновенно, что Санни на пару мгновений усомнилась в его здравомыслии.

- Ну а теперь ваша очередь, милая ученица. Вы вполне готовы к тому, чтобы попробовать зачаровать эту картину.

- Так это было всего лишь для моего обучения!

- Ваш скептицизм, Александра, совершенно неуместен. Вы знаете, сколько мастеров чар в моё время умели зачаровывать портреты? Четверо. Насколько я успел узнать, пообщавшись с коллегами, портреты которых украшают стены Хогвартса, нынче в туманном Альбионе нет ни одного. Что вызывает недоумение и грусть. Впрочем, кто-то занимается подобным за баснословные деньги, некий мастер Кульджи, если я правильно запомнил. Но портреты его кисти и чар оживают через раз по обещанию. А так как сей достойный маг большую часть года проводит на своей вилле в Италии, да и сам уроженец Флоренции, англичанином его назвать нельзя при всём желании.

- Неужели это так сложно? А как же все эти портреты в школе? Их же больше сотни, наверное. И все они были зачарованы четырьмя магами?

- Во-первых, многим картинам более трехсот лет, а то и все пятьсот-шестьсот. - Даркер заходил по нарисованному кабинету, изредка взмахивая руками. Стало ясно, что эта тема ему весьма важна. - Во-вторых, в этом замке их двести семнадцать, и около сорока пяти хранятся в запасниках. В-третьих, не столько сложно, сколько неактуально. Из-за бешеной дороговизны, далеко не каждая волшебная семья хочет обзаводиться портретом вредного родича, способного испортить им жизнь даже после долгожданной кончины. В итоге, даже мастер Кульджи получает один-два заказа за пару лет, чего ему вполне хватает на безбедное существование. Учиться же на портретного мага весьма сложно и муторно, да и дано это единицам.

- И после этого вы хотите, чтоб я зачаровала ваш портрет? - резонно усомнилась Санни в его затее. - При том, что я этому не училась, а до отъезда на каникулы осталось меньше десяти часов. И мне ведь ещё надо собраться и желательно немного поспать.

- Совершенно верно, Александра, хочу! Не беспокойтесь, минут за сорок мы управимся. После того, как я открою вам пару секретов, вы, с вашим даром, должны легко справиться с задачей. Так что не вижу причин, почему бы не попытаться. Доставайте палочку и становитесь перед картиной.

- Только один вопрос, прежде, чем приступим, наставник Даркер, - Санни послушно встала напротив второго портрета своего учителя. - Вы что, тоже зачаровывали портреты?

- Мог, да, - весьма довольным тоном отозвался тот, - но не видел причины признаваться в этом кому-либо. Итак, секрет первый. Совершенно неважно, кто нарисовал портрет, был бы достаточно реалистичен, остальное лирика. А портретисты этого не знали, так что прежде учились рисовать, а это либо дано, как вашей подруге, либо нет. И никакая магия научиться не поможет. А самое плохое для магов-портретистов - это почти абсолютная несочетаемость художественного дара с чарами. Хотя трудом и терпением достичь можно чего угодно, но угробив кучу времени, многие скорее откажутся, у чароплётов есть сотни куда более легких способов себя реализовать.

- Но неужели никто даже не пытался зачаровать готовый портрет? - поразилась Санни.

- Почему же, пытались и не раз, - усмехнулся Даркер. - Вы же не думаете, что всё так просто? Должно быть соблюдено несколько условий. Первое - чароплёт должен присутствовать при рисовании портрета, впитывая в себя весь процесс. Именно поэтому я вас не отпускал заниматься другими делами, заставляя наблюдать. Второе - портрет должен быть нарисован за один день. Желательно без перерывов более четверти часа. Потому я вас торопил с вашими чаепитиями. Ну и третье, а больше вам пока знать ни к чему, - краски, которыми рисует художник, должны быть зачарованы чароплётом прямо перед началом рисования. Именно для этого я попросил вас "проверить" их простеньким заклинанием, что вы и сделали. Маги же весьма разобщены, горды и себялюбивы. Мало кто согласиться работать совместно с простым художником, деля с ним славу и гонорар.

- Как же глупо! - Санни уже устала стоять с палочкой наизготовку, но слушала Даркера с большим интересом.

- Не скажите. Мастера все одиночки, по сути. И неспроста. Знания передаются от отца к сыну, либо от учителя к ученику. И вы тоже не зря давали мне ученическую клятву. Увы, Александра, - рассказать обо всём этом вы сможете только своим детям или взятому позже ученику. Под такой же клятвой. И никому более.

- Как-то это неправильно, - Санни вздохнула. - Наверное, поэтому многие знания так и были утеряны.

- Верно. Но скажите мне, разве вас не греет мысль, что вы сейчас стали обладателем уникальных знаний, недоступных никому из ваших современников? Полноте, юная леди. Не огорчайтесь из-за вещей, которые вы не в силах изменить, лучше ищите во всём положительные стороны.

- А как тогда вы получили эти знания? - заинтересовалась она.

- Хороший вопрос. Знания об этих нехитрых условиях были утрачены примерно веков семь назад. И мне по чистой случайности удалось прочитать об этом в одном занимательном свитке тринадцатого века, зачем-то сохранённом моим славным предком. Любил, знаете, покопаться в архивах, доставшихся по наследству. А теперь к делу. Вам ещё собираться.

Было даже немного обидно, что ничего сложного в зачаровании не было. Связки заклинаний получались с первого раза, только предпоследнюю пришлось повторить трижды. А вот главный момент стал тяжёлым для самого Даркера. Повелев ни при каких обстоятельствах не обращать на него внимания, он несколько раз повторил ей последнюю заключительную связку.

Санни покивала, вроде бы запомнила всё, как нужно. И подняла палочку.

- Не смейте оборачиваться, Александра! Это очень важно!

И началось. Даркера явно корёжило от каждого звука её голоса. Под конец он просто зарычал так, что сердце у его юной ученицы сжалось от ужаса. И договаривать пришлось со слезами в голосе. На миг Даркер на картине Эжени ожил, едва не сбив Санни с толку, мучительно изогнулся, глянул на неё безумным взглядом, потом обмяк и снова застыл с последним звуком.

Санни тут же бросилась к портрету. Наставник полулежал в своём кресле, словно лишившись всех сил. Лицо его побелело, а руки заметно дрожали.

- Что с вами? - всхлипнула она, не зная, куда броситься, что сделать, как помочь.

- Укрепляющее! - прохрипел он. - На тумбочке возле вас.

Она бросилась к тумбочке под портретом, схватила стоящий там флакон и вложила в протянутую дрожащую руку. Глотая слёзы, смотрела, как Даркер жадно глотает зелье, а потом оживает, улыбается и даже розовеет.

- Всё, дорогая! Нормально уже. Но вы едва меня не убили. И не смейте переживать, это моя вина. Забыл сказать, что последнюю связку надо говорить очень быстро. А подсказать уже не мог. Процесс начался и прерывать было нельзя.

- Никогда больше не стану этого делать! - шмыгнув носом, сообщила Санни. - Это зверство!

- Не так ли? - хитро усмехнулся Даркер. - Поняли, почему ещё подобные портреты так не популярны? Хотя некоторые личности на многое пойдут, чтобы себя увековечить. Но я вас поздравляю, Александра! Вы порадовали меня вдвойне. Во-первых, портрет получился как надо! Умница! А во-вторых, вы снова смогли передать мне что-то в картину.

У неё даже слёзы высохли при взгляде на флакон в его руке, где ещё осталось примерно треть содержимого.

- Опять! - потрясённо воскликнула она. - А я даже не поняла.

- Не огорчайтесь! Настанет день, когда вы сможете делать это осознанно. А теперь всё, бегите собираться и отдыхать. Только выньте холст из рамы, я показывал вам заклинание, потом сверните в трубочку и трансфигурируйте раму в тубус. Уменьшать тубус не рекомендую, можно повредить. Положите к остальным вещам. Достанете портрет дома, когда рядом никого не будет. И просто позовёте меня.

- И вы придёте? - Санни не с первого раза, но смогла трансфигурировать вполне приличный тубус.

- И я услышу, - поправил он. - А может, и приду, если позволят обстоятельства.

Попрощавшись с Даркером, Санни отнесла тубус в свою спальню, и, несмотря на поздний час, приступила к сборам. Когда во втором часу ночи в окно постучалась незнакомая сова, ничего ещё не было готово. Пернатая хищница отдала письмо и сразу улетела, даже не попробовав угощения.

Увидев простой листок в клетку, Санни недоумённо посмотрела на первые слова послания, и сердце забилось с тревогой и предвкушением. Почерк Рабастана она узнала мгновенно, даже прежде, чем прочла его обращение.

Буквально проглотив письмо, Санни растерянно опустилась на пол прямо посреди хаоса, в который превратилась спальня. Она совершенно запуталась в своей странной жизни. Да что там в жизни, она даже толком не может решить, что хочет взять с собой на каникулы. А ведь на неунывающем желтеньком будильнике отражалось уже два часа ночи! Куда уж ей разобраться с женихами?!

Письмо Рабастана только усилило раздрай, царивший в ее душе. Санни медленно принялась его перечитывать, впитывая в себя каждое слово:

"Солнышко, радость моя, привет. Прости, если разбудил. Я потерял блокнот, и не представляешь, как для меня это было ужасно. Сова не станет ждать ответа, я не знаю, где буду через пять минут. Пишу на каком-то дрянном магловском листе. Магловская девочка вырвала его для меня из своего блокнота. Клянусь, магии не применял, просто попросил. Прости, я был всё время уверен, что у меня куча времени, и я успею написать тебе нормальное обстоятельное письмо. И теперь понимаю, что не успеваю сказать даже малость из того, что хотел бы. Потому буду краток. Утром я получил звание мастера-артефактора первой ступени. Это огромная честь для меня, и было непросто, но всё получилось. Своё изделие я посвятил тебе, так уж вышло. Прими его, пожалуйста. Когда это кинжал, ты можешь воткнуть его хоть в камень, и вокруг расцветёт лужайка цветов. Погладь рукоятку и кинжал станет цветком сам. Каждый лепесток, стоит оторвать, это самонаводящийся дротик. Справится даже ребенок. Представь куда хочешь попасть и кидай в ту сторону, силы не надо, просто задать направление и цель будет поражена. Надломи нижний конец стебля, и все дротики вернутся мгновенно назад, а цветок превратится в кинжал. Его можно сделать маленьким, и воткнуть в воротничок как булавку. Можно пожелать, чтоб стал невидимым. И последнее. Порань себя кинжалом и окажешься в безопасном месте. Сработает как самый надёжный портключ. Всё, меня торопят. Мы вылетаем магловским самолётом. Меня отправляют в путешествие очень далеко, куда - пока не знаю. Совы, увы, через океан не летают. И блокнот, будь даже он со мной, стал бы бесполезен. Вернусь к Рождеству. Уже скучаю, и все мысли сейчас только о тебе. Увидимся. Твой Р.Л."

Маленькая булавка в виде кинжальчика была прекрасна! Санни и не подумала её проверять сразу, просто прикрепила к воротнику мантии, в которой завтра поедет домой. Успеет ещё проверить. И почему так грустно от того, что Басти уехал? Ведь всего на неделю! Невольно вспомнились слова Теодора Нотта - кого больнее было бы потерять? А если терять не хочется никого? Какая же она эгоистка и "собака на сене"!

Плюнув на сборы, она ещё раз перечитала письмо Рабастана, написанное на листочке в клетку с пушистым краем в месте отрыва. Как весточка из той, прошлой жизни, но содержащая вовсе не школьное сочинение, не конспект по истории, не формулы химических задач, а письмо от парня. И вроде любовным посланием не назовёшь, о любви в нём ни слова, но таким теплом веяло от этих торопливо написанных строчек, что слёзы наворачивались. И бесполезно уговаривать себя, убеждать, что они и так бы не увиделись до рождественского бала. А всё равно обидно за Басти. Ведь ей было абсолютно ясно, что ехать он не хотел.

За что его отослали? А может, родители хотят, чтоб он её забыл? Руди не в счёт, он ради брата готов на всё, такой братской любви Санька раньше и не встречала. Хотя нет, было, если вспомнить, как к ней относились Гидеон, Фабиан и даже Джейми.

Руди своего интереса даже не скрывал, нахально намекнув о своей уверенности, что станет её деверем, а что на этот счет думают их родители, совершенно неизвестно. И Рабастан ещё про бабулю упоминал.

Нет, она была уверена, что родители и бабушка любят Басти. Хотя в Санькином понимании с этим мало сочеталось то давнее наказание плетью. И из школы его против воли забрали. А теперь вот отослали в такие дали, куда не долетают почтовые совы, и самим лететь нужно на магловском самолёте.

Когда-то давно она читала, что путешествие - это лучшее лекарство от разбитого сердца. Не этого ли хотят лорд и леди Лестрейндж для младшего сына? Хотя, что может произойти за семь дней? И сама себе ответила - многое!

Странно, что она задумалась о его родителях. Может, тому виной встреча с лордом-драконом, которую до сих пор невозможно забыть? Санни вздохнула и потерла виски, голова не болит вроде, но какая-то дурная, будто ватой набита. Веки отяжелели, хотелось спать, но не бросать же всё в таком виде!

Спасла Лакки, внезапно появившаяся посреди этого разгрома. Свою личную эльфийку Санни не заставляла неотлучно быть при ней. И в своё время было удивительно узнать, что эльфы тоже нуждаются во сне. Правда, не так, как люди, и без особого ущерба для здоровья домовики могут бодрствовать несколько суток напролёт. Санни тогда же настояла, чтобы Лакки спала нормально по ночам, а ещё днём, пока длятся занятия. С ночными часами домовушка согласилась легко, а вот против дневного сна имела множество железных аргументов. Как уж она во сне почувствовала, что хозяйке нужна помощь, не ясно. Но отказываться от её помощи было неосмотрительно и глупо. Быстро разобравшись в желаниях хозяйки, Лакки в несколько щелчков пальцев убрала все сложенные кучками вещи: что-то в шкаф, что-то в чемоданы.

- Хозяйка Санни, - предложила она, когда в спальне стало чисто, даже пылинки не осталось на сверкающем полу. - Давайте, я сразу перенесу чемоданы в вашу комнату в доме Мюриэль. Оттуда их легко забрать, а вы поедете налегке. Я бы сразу к вам домой отправила, только без вас не могу там появиться.

На том и порешили. Тем более что Санни не исключала возможности, что встречать её будет тётушка Мюриэль, а значит, вполне может сначала пригласить к себе.

***

На завтрак в день отъезда явился, кажется, весь Хогвартс. То ли вчерашняя речь Робертса так всех впечатлила, то ли просто понимали, что в следующий раз нормально поесть смогут уже дома, но даже самые отъявленные сони из Гриффиндора и Хаффлпаффа явили всем свои заспанные мордашки. И это несмотря на то, что завтрак начался на полчаса раньше.

Санни совершенно не выспалась, и есть не хотелось совсем, но все же заставила себя проглотить половину творожной запеканки. Рядом над тарелкой овсяной каши страдала Эжени. Возмутительно бодрый Роб выбрал бекон с яичницей и умял всё в рекордные сроки.

- Будешь свидетельницей на моей свадьбе? - неожиданно спросила мисс Вуд.

Санни едва не захлебнулась соком, посмотрела на подругу с удивлением и вымолвила:

- Конечно, я с удовольствием!

- Посмотри! - Эжени продемонстрировала запястье, на котором поблёскивал толстый платиновый браслет с вкраплениями изумрудов. - Реган подарил на помолвку. Нравится?

- Очень красиво, - искренне порадовалась за подругу Санни. - А когда свадьба?

- Седьмого января. Мы хотели раньше, но родители Мэдисона настояли на этой дате. Встречались в субботу с родичем Регана, он и передал вместе с этими браслетами.

Санни покосилась в сторону Регана, который сидел за слизеринским столом между Флинтом и Рудольфусом. В их сторону парень не смотрел, слушая префекта. Наверняка именно Мэдисон настоял на такой скорой свадьбе, а Эжени не смогла противиться. Как раз в её духе. И как они будут учиться дальше, было непонятно. Выделят отдельную комнату для молодоженов? Впрочем, кто бы говорил, у неё самой отдельные апартаменты, хотя никакого мужа не наблюдается.

- Минуту внимания! - голос профессора Робертса легко перекрыл все разговоры. - Старостам проследить, чтобы ровно через час все студенты были собраны в холле. Списки остающихся вывешены там же. По всем вопросам обращаться к своим старостам или деканам. В кареты садиться организовано по шесть человек. Префекты пятых курсов едут в первой карете вместе с профессором Флитвиком. Префекты школы - в последней карете вместе с профессором Слизнортом. Также напоминаю, что Хогвартс-экспресс отправится семнадцатого января в одиннадцать ноль-ноль с вокзала Кингс-Кросс в Лондоне. Советую прибывать заранее. Если необходимо сообщить об особых обстоятельствах, сову присылать Помоне Спраут, остающейся дежурить в школе во время каникул. Рекомендую заканчивать с завтраком и начинать собираться. У меня всё.

Как и вчера, первыми снялись слизеринцы, быстро построившись в колонну по два человека, они организованно покинули Большой зал под взглядами остальных студентов. Гриффиндорцы смотрели с усмешками и только что у висков не крутили. А вот вороны удивили, сразу следом за Слизерином, повторив их манёвр.

- Пижоны! - высказался Бен Хиггинс под одобрительный гул приятелей. - Ой гляньте!

Хаффлпаффцы тоже вознамерились показать себя примерными студентами, только ничего у них не вышло. Скученная толпа мало напоминала построение. Львята потешались, пока не услышали своего префекта:

- Всем построиться!

- Заебись! - прошипел Хиггинс, вскакивая. - Да пошли все к драному книззлу! Парни, валим отсюда.

Санни тоже строиться не хотелось, и они с Эжени улизнули следом за компанией Бена. А вот Роб мужественно остался на построение.

- Дурдом какой-то! - Эжени отсмеялась и пошла ровнее. - Нет, я понимаю, что змеи за своего Робертса готовы хоть строем, хоть на голове ходить. А вороны всегда были их подпевалами. Но барсуки! И мы!

- Львы - гордые одиночки, - покивала Санни, всё ещё улыбаясь. Хотя Стэнли, которую не стали слушать, было немного жалко. - Ну что, встретимся в холле?

- Ага. Я быстро, у меня уже всё собрано. Кстати, как картина? Твоему портрету понравилось?

- Ещё бы!

Хорошо, Лакки уже перенесла её вещи в дом тётушки. Брать в комнатах ей было нечего, кроме своей школьной сумки. Но с Даркером она решила попрощаться. Только не дождалась, уже и время было на исходе, а он так и не появился на портрете. Пришлось практически бежать по лестницам в холл. И вовремя, все уже выходили на улицу к каретам.

- Опаздываешь, Прюэтт, - Рудольфус с Беллатрикс стояли у последней кареты, и Руди, конечно, не смог промолчать.

- Ты что, следишь за мной? - вздохнула Санька, остановившись, чтобы застегнуть мантию. Утро выдалось холодным. Даже пар шёл изо рта.

- Присматривает, - усмехнулась Беллатрикс. - Смирись, Санни, если Руди посчитал тебя достойной его внимания и опеки, то ничего поделать уже нельзя. Бери пример с меня, расслабься и получай удовольствие!

Санни невольно рассмеялась, когда префект деланно оскорбился.

- Очень смешно! - усмехнулся он, но вдруг резко схватил её за руку, не дав застегнуть последнюю застёжку у горла. - Это что? Новая брошь? А ты понимаешь, что... Ух ты! Ты тоже это видишь, Бель?

- Первый артефакт мастера, - непонятно отреагировала спокойная Бель. - Он просто лапочка, Руди.

- Эт-то подарок, - запнулась Санни от неожиданности. И с трудом сдержала желание застонать. Надо же было так проколоться! Хотя и так было ясно, что оба угадали бы дарителя и без её оговорки. Она почувствовала, как щекам стало жарко, несмотря на ледяной ветер.

- У Руди нюх на всякие магические штуки, - меланхолично заметила Бель. - Видишь, не прикасается, а просто смотрит, хотя изделия его брата повредить ему не могли бы. Но ты, Санни, осторожней. Никому не давай смотреть, просто пожалей людей.

Санни кивнула. Это было понятно, да и вообще - не стоило ей прикалывать кинжальчик к воротнику мантии. Ведь не только Руди и Бель могут заметить и заинтересоваться.

- А теперь колись! - тихо потребовал префект, наклонившись к самому её лицу. - Он хоть объяснил, как пользоваться?

- Конечно объяснил! - вздохнула она. И затосковала: - Я сниму его и спрячу в сумку!

- Санни, не делай глупости, - Бель неожиданно приобняла её за плечи, но тут же отпустила. - Никто не поймёт, чей это подарок. Говори, что заказала в модном журнале. Это Рудольфус прекрасно знаком с рукой брата. Даже я бы не сразу узнала, потому что видела его коллекцию кинжалов лишь однажды. Только Басти ведь непросто так это сделал. Оружие, да?

Оставалось кивнуть.

- Не снимай и не давай никому в руки, - поддержал невесту Лестрейндж. - Хороший подарок.

- Обязательно надень эту брошку на бал, - посоветовала Беллатрикс серьёзно. - Такой точно ни у кого не будет. И дело даже не в том, как приятно это будет Рабастану. Нет лучшей благодарности за такой дар. Это ведь его работа на звание мастера. Но ты так же будешь защищена, не представляешь, что может случиться, когда в одном месте собирается так много сильных магов.

- Я, конечно, присмотрю, и не только я, но Бель права, Басти создал прекрасный и очень нужный артефакт. Ну всё, пора, дамы, - Руди кивнул на кареты. - Прюэтт, твоя подруга тебя уже потеряла. И не забудь надеть шарф, холодно.

- Да, мамочка, - съязвила Санни и поспешила к карете, в которой заметила мисс Вуд. За спиной слышался довольный смех Беллатрикс.

- Я уже начала волноваться, - Эжени подвинулась на скамье. - Вот, заняла тебе место.

Санни чувствовала, что и сама волнуется. То ли разговоры про уже близкий бал так впечатлили, то ли поддалась общему настроению остальных студентов, чей радостный гомон не стихал всю дорогу до платформы. Всё же отъезд на каникулы был весьма значимым событием для всех.

- Артура не ждите, - заявил Роб, явившись к ним в купе уже после того, как Хогвартс-экспресс отошёл от станции "Хогсмид". Весело перестукивали колёса. За окном ещё можно было увидеть Чёрное озеро и последние дома магической деревни. - Он со своей Скитер. Представляете, сказал мне, что она его невеста.

- А я так и подумала, - сказала Эжени. - Они теперь всё время вместе, Артур даже ест за столом воронов. Вряд ли он бы себе такое позволил, не будь у них всё серьёзно.

Санни покивала согласно, Артур её интересовал мало. Скорее, просто радовалась, что он не с ними, и была сильно благодарна мисс Скитер, сумевшей обезопасить её от Рыжика.

- Не скажи, Артур порой совершенно не знает правил приличия, - Роберт довольно потянулся, убрав свой чемодан на верхнюю полку.

- Точнее, плюёт на них, - усмехнулась Эжени.

- Девчонки, не обидитесь, если я прогуляюсь ненадолго?

- Иди, Роб, - улыбнулась Санни.

- К Эмили своей побежал, - Эжени порылась в сумке, достала альбом и увеличила крохотную досочку в нормальную подставку. - Кстати, мантии можно уже снять и убрать. Тут тепло, а потом всё равно наденем куртки.

Санни сама уже об этом подумала, хотелось посидеть в комфорте, ехать же не один час, а может, и выспаться получится. Она развязала шарф, вспомнив с улыбкой наставление Рудольфуса. Всё-таки, это здорово, когда кто-то так небезразличен к окружающим. И Ники помог, так что даже Сметвик оценил. Вот если бы он стал целителем...

- Ой, что это? - нарушила её мысли подруга. - Новое украшение?

Санни проследила за удивлённым взглядом Эжени и поняла, что опять забыла о кинжальчике, прикреплённом к воротнику мантии. Замечталась!

- Хорошенький, правда? - надо было как-то отвлечь подругу. Да и вообще учиться, как реагировать на подобный интерес, раз уж и на бал придётся надеть.

- Потрясающий! - подтвердила Эжени. - Я не видела такого в каталоге. Хотя я бы предпочла что-то менее... агрессивное. Ты где заказывала?

- Валери оставляла мне пару каталогов. Не помню какие, я уже их вернула ей, - удалось сказать абсолютную правду, и вздохнуть, когда Эжени легко поверила. Так и стоит говорить, только предупредить бы мисс Нотт, а лучше просто не называть имён.

- А, ну конечно, небось, Франция. Или Италия, - Эжени протянула руку, - Можно?

- Ой нет, - Санни вспомнила предостережение Руди и с ужасом представила, как отреагирует на подругу артефакт. Она поспешно закрыла брошь ладонью. - Там защитная функция, обожжёт тебе руки.

- Ну я как всегда, - огорчилась Эжени. - Извини, не подумала. Попрошу у Регана артефакт, чтобы чувствовать опасность. Говорят, такой есть... Ты не против, если я порисую?

- Только "за"! А я почитаю, если не усну. - Санни убрала мантию в свою сумочку и достала книгу "Продвинутые чары для дар имеющих", которую взяла с собой в поезд. Её, по настоянию Даркера, пришлось выписать через лондонское магическое издательство. В свободной продаже такой не было, и Санни потратила на неё почти все остававшиеся у неё карманные деньги. И очень радовалась, что хватило. Впрочем, на несколько кнатов и единственный серебряный сикль можно было купить много сладостей, что развозили в поезде. А там уже приедут. Дом, милый дом.

И всё же она уснула, слишком непростым оказалось предисловие в этом толстом фолианте. Наставление юным чароплётам было написано пафосным и довольно занудным языком. Но Даркер велел ничего не пропускать и постараться изучить сей труд за каникулы.

- Подъезжаем! - Эжени легко потрясла её за плечо. А Санни как раз снился Монстрик, кусающий её за пальцы. Монстрика, который уже заметно подрос, так что на руках уже особо не потаскаешь, они с Лакки решили отправить сразу к Мюриэль. Да и самостоятельный уже стал, то и дело норовил покинуть комнаты хозяйки, так что не хотелось, чтобы он куда-то убегал в поезде или на перроне, полном народу. Хотя расставаться с любимцем было жаль.

Девушки уже надели куртки, когда в купе вернулся Роберт.

- Жаль, что тут нет домовиков, которые доставят багаж по домам, - проворчал он, стаскивая чемоданы с верхней полки. - Вы как тут, не скучали?

- Не успели, - усмехнулась Эжени. - Санни так сладко спала, что я тоже не удержалась. Только проснулись. Папа встречать будет?

- Ага, - Роб присел рядом с сестрой. - А тебя кто, Санни? Братья?

- Даже не знаю, - с тревогой сказала она. - Как-то не подумала спросить в письме. Может, тётушка Мюриэль.

- Ничего, думаю, кто-то встретит, они же все тебя любят, - утешил её Вуд. - Ты же сообщила им, что нас отпускают раньше?

Санни онемела. Вот об этом она не подумала.

- Хватит пугать её! - возмутилась Эжени. - Профессор Робертс же говорил, что всех родителей оповестили совами.

И всё же на душе Санни было тревожно, когда она вслед за друзьями выходила из красного поезда на перрон, заполненный встречающими.

- Не бойся, мы будем рядом, пока тебя не встретят, - Роб перехватил чемодан другой рукой и даже взял её под руку. - Эжени, держись рядом, умоляю. Твой Мэдисон сам тебя найдёт, если захочет.

- Чёрствый ты человек! - весело заявила его сестра. Свой чемоданчик она несла сама. - Предлагаю пройти к той скамейке и подождать, пока схлынет народ. Нас много, так что заметят.

Им повезло, скамейку никто занять не успел. Санни садиться не стала, насиделась уже в поезде. Стоя рядом с друзьями, она с волнением оглядывала платформу.

Первым увидела Рудольфуса, пожимающего руку высокому мужчине. Только Санни сомневалась, что это его отец. Рядом с ним стояли сёстры Блэк с высокой женщиной, на вид властной и очень красивой. Тоже непонятно, кто она им, возможно, мать. Белокурая Нарцисса прижималась к ней с такой любовью, что сомнений почти не осталось.

Ещё она успела заметить Артура и Риту Скитер, которые стояли поодаль. Рита что-то говорила с непроницаемым лицом, а Уизли внимательно слушал, изредка слабо улыбаясь и оглядывая народ. Санни невольно отметила, что он как будто изменился. Не сутулился, держался как взрослый. И чёрное пальто с костюмом из серой шерсти смотрелось здорово. Она поспешно отвернулась, пока её интерес не заметили.

И уткнулась взглядом в подошедшего префекта школы.

- Санни, ты как? - Рудольфус внимательно её оглядел. - Всё нормально? Тебя кто встречает?

- Нормально, - невольно улыбнулась она и с интересом взглянула на мужчину в потрёпанной кожаной куртке, таких же штанах и высоких ботинках со шнуровкой. Карие глаза глядели внимательно и строго, обветренное лицо и короткий ёжик тёмных волос довершали облик.

- Знакомьтесь, - опомнился Руди. - Трой Хейли, наш наставник по боёвке. - Трой, это Санни Прюэтт.

В глазах Хейли появился интерес, правда, на пару секунд, не больше. А вот Санни смотрела теперь во все глаза, никак не ожидала увидеть вживую и так близко того самого школьного друга мамы. Она романтично верила, что Трой Хейли был на самом деле влюблён в Летицию, только мама этого не поняла.

- Очень приятно, - пробормотала она, смутившись. Боевик ковена Лестрейнджей лишь спокойно кивнул и стал смотреть в сторону, всем видом показывая, что не желает вмешиваться в их разговор. А Санни невольно подумала, что будь он таким интересным мужчиной в школьные годы, отцу было бы нелегко конкурировать с этим симпатягой.

Фыркнув на эти глупые мысли, она обернулась к Чарити, тащившей свой чемодан с заметным усилием. Даже Руди посторонился, давая ей пройти.

- Старый совсем, - со смешком сказала мисс Бербидж, с явным облегчением ставя своего монстра рядом со скамейкой. - Даже чары левитации на него уже не действуют. Я, наверное, что-то напутала. А вы тут что? Меня отец встретить не сможет. Я подумала, может с тобой, тебя ведь братья встречают?

Санни постаралась скрыть сочувствие. Оживлённая речь и весёлость Чарити показались напускными. Может, расстроилась, что не встретит отец?

- Конечно, подожди с нами! - сразу согласилась она. - Придумаем что-нибудь. Они ещё не подошли.

- Мы тоже подождём, - небрежно заявил Лестрейндж. - Мисс Бербидж, позволите попробовать?

Та растерянно кивнула, отчего кудряшки рассыпались по плечам каштановой пеной. Все смотрели, как Руди колдует над её чемоданом, а Санни заметила, как Трой Хейли зачарованно поглядел на волосы Чарити, которая безуспешно пыталась собрать их снова в узел. Боевик сразу отвёл взгляд, словно опомнившись, и вовсе отошёл на несколько шагов в сторону.

- Дай, я сделаю, - не выдержала Эжени. Она быстро взмахнула палочкой, отчего волосы мисс Бербидж сами уложились в очень милую причёску.

- Готово, - объявил Руди, - попробуйте поднять.

Чарити потянула чемодан за ручку и легко подняла.

- Спасибо вам, мистер Лестрейндж! - с чувством воскликнула она, и тут же смутилась, покраснев.

- Был рад помочь, - скромно улыбнулся Рудольфус.

Джейми Санни заметила издали и радостно повернулась в его сторону.

- Привет, - радостно поздоровалась она, принимаясь всех ему представлять.

Руди пожал его руку весьма добродушно. Роберт и Эжени смотрели с интересом. Чарити - с какой-то отрешённостью, словно её мысли были где-то далеко.

- Мама просила забрать тебя к нам сначала, - сообщил Джейми. - Если ты не против, конечно. А вечером тебя твой отец заберёт.

- Конечно не против, - Санни запнулась. - Ой, Чарити...

- У меня есть предложение, - перебил её Рудольфус. - Трой, ты не мог бы проводить мисс Бербидж к её дому? Я-то портключом доберусь.

Боевик, чуть помедлив, кивнул и подошёл к Чарити, протянув руку. Не поняв, что он хочет, девушка, краснея, вложила в его руку свою ладошку. Все вокруг заулыбались, Чарити, поняв ошибку, смутилась ещё больше, а Трой с непроницаемым лицом пожал её руку и произнёс:

- Трой Хейли к вашим услугам, мисс.

- Чарити. Ой, Чарити Бербидж, - пробормотала девушка несчастным голосом и осторожно вытянула свои пальчики из лапищи боевика.

- Позвольте ваш чемодан, мисс.

- Да он лёгкий теперь! Я сама могу...

- Верю. И всё же, - качнул он головой. И взял протянутый чемодан. - А руку тоже давайте, аппарируем сразу ближе к вашему дому. Он, кстати, где? Давайте отойдём чуть в сторону, если не возражаете.

Санни закусила губу, пряча улыбку. Видеть худенькую Чарити рядом со здоровенным боевиком было и странно, и мило. Она явно его безумно боялась, и Санни надеялась, что они нормально доберутся, и Трой не успеет её окончательно напугать.

- Ой, пап, - услышала она голос Эжени и поспешно повернулась. - А мы тут подождать решили. Познакомься!

Санни мистер Вуд старший понравился. Высокий, в очках с тонкой оправой и с аккуратной бородкой. Прижал к себе дочь, поцеловав в лоб, и растрепал волосы смутившемуся Робу.

- Пора расходиться, - вернул её к реальности Руди. И добавил тихо только для Санни: - Ты знаешь, что Рабастан сейчас далеко?

- Он писал, - поспешно кивнула она. - Спасибо, что Чарити помог!

- Не за что. Ладно, пиши, если что, - Руди вдруг шагнул вперёд и легко поцеловал её в щёку. - Береги себя. До встречи на балу. Джейми...

Настала очередь Санни смущаться.

- До встречи, - кивнула она, глядя, как префект сунул руку в карман куртки, подмигнул ей и исчез.

Джейми хитро улыбнулся и показал ей два браслета:

- Повторим подвиг Лестрейнджа? Надеваем одновременно - и дома!

- Повторим, - усмехнулась она, забирая у него один браслет. - Эжени, Роб, мистер Вуд, до свидания!

- У нас тоже портключи, - похвасталась подруга. - Я пришлю сову. Пока, Санни.

- Пока! - Кивнув Джейми, Санни надела браслет.

***

Юджин Уркхарт прибыл на вокзал Кингс-Кросс заранее, решив прошвырнуться по магловским кварталам, раз уж представилась такая возможность. Бесцельно побродив между снующих повсюду маглов, зайдя в пару магазинов игрушек и толком не разобравшись, что за фигню там продают, решил, что подарок в виде магловской игрушки всё же не слишком подходит для мисс Пранк. Но хоть убей, никак не мог представить мелкую Лисс, задорно хохотавшую у него на плечах, взрослой девушкой.

Отказавшись поочерёдно от покупки цветов и драгоценностей, он вдруг отчётливо вспомнил мучения Нотта, повеселился и купил в книжной лавке роман некой Джейн Остин. Его заверили, что молодые леди в восторге от этой книги, а название "Гордость и предубеждение" дарило надежду, что там всё же может оказаться что-то стоящее.

Разобравшись с подарком, он нашёл неплохое кафе, где выпил чашку кофе, съел сомнительного качества пирожок с мясом, и всё же решил идти на вокзал, устав от маглов и суеты.

Пройдя на платформу, где пока ещё было пустынно, он огляделся, в надежде увидеть хоть кого-то знакомого. До прибытия обезумевшей толпы школяров почти полтора часа, и скучать в одиночестве не слишком хотелось. Конечно, можно было устроиться на одной из скамеек и самому почитать, что он, собственно, собрался дарить. Но, если бы попалась какая-нибудь милая леди, желательно вдова, ожидающая племянника, к примеру, можно было бы ненавязчиво составить компанию. В конце концов, он давно уже ни с кем не знакомился, и почти зарос плесенью в доме Нотта. Даже в борделе был последний раз и не вспомнить, когда. Месяца три назад, если не больше.

Этих двух леди, появившихся в конце платформы, он приметил сразу. Издали ведьмочки показались достаточно милыми, и Юджин прогулочным шагом направился им навстречу. Познакомиться ничего не стоило.

- Прошу прощения, леди, - смущённая улыбка всегда действовала безотказно. - Совершенно не помню, когда прибывает Хогвартс-экспресс. Не подскажете?

Миловидная невысокая блондинка взглянула прохладно, а вот её подруга, от вида которой потеплело внутри от предвкушения, улыбнулась задорно:

- В пять часов вечера, - любезно ответила она. - Мистер...?

- Ах да, позвольте представиться. Юджин Уркхарт.

- Франческа Забини, - ответила улыбчивая красавица. - А это моя подруга, Марго Аллен.

- Очень рад нашей встрече! - Уркхарт вызвал время Темпусом. Надо было срочно придумать, как их заинтересовать. - У нас с вами ещё больше часа времени. Может, составите мне компанию, и выпьем кофе? На магловской стороне мне не очень понравилось. Но я слышал, что тут есть что-то вроде таверны. Знать бы ещё где.

Про таверну он прекрасно знал, и даже был довольно накоротке знаком с её хозяйкой Бетти Клауд. Но прикинуться беспомощным симпатягой было выгодней, девушки, как правило, охотно помогают парням, попавшим в беду. До беды, конечно, ему далеко, но и так сойдёт.

- Я знаю, - неожиданно подала голос блондинка Марго, но глядела только на подругу. - Фрэнни, я бы тоже кофе выпила. Пойдём? А то тут холодно, а я засыпаю после смены.

- Конечно, Марго. А мне только предстоит. Пойдёмте, мистер Уркхарт.

Он поймал заинтересованный взгляд Франчески, которой сразу предложил руку.

- Ночная смена? - спросил он неприступную Марго. - Вы целитель?

- Мы обе, - ответила за неё Франческа. - Марго сейчас в проклятиях, а я в отравлениях.

- Э-э, - не сразу сориентировался Юджин. И жалобно попросил: - А подробнее можно?

Девушки рассмеялись почти одинаково и лёд был сломан.

А вот в уютном заведении миссис Клауд он слегка напрягся. Заведение это пользовалось успехом редко, в основном во время приезда и отбытия школьников, но всё равно, Юджин надеялся, что для встречающих ещё рановато. Поэтому вид весьма импозантного Малфоя, в обществе Долохова и лестрейнджевского вассала Хейли не слишком обрадовал.

Те, конечно, сразу заметили новых посетителей и нагло уставились на его спутниц. Кроме Хейли, которого, похоже, женщины не интересовали вообще. Лишь скользнул взглядом и едва заметно кивнул ему.

Уркхарт ощутил острое желание срочно увести отсюда обеих красавиц, которые совершенно не представляли, что за опасные самцы тут собрались. А эти двое мерзавцев уже прикинулись ангелами во плоти, поднявшись, как по команде.

Марго, к её чести, явно напряглась, а вот Франческа глядела с любопытством, когда мужчины направились прямо к ним.

- Уркхарт, - небрежно кивнул ему Малфой, и сосредоточил всё своё обаяние на бедняжке Марго. - Мисс Аллен! Безумно рад нашей встрече! Кто бы мог подумать...

- Я встречаю брата, - мисс Аллен явно не была безумна, и встрече точно не обрадовалась. - Это моя подруга, Франческа Забини. А это... Вы знакомы.

- Тонко замечено, - усмехнулся Малфой. - Прошу за наш столик. Скоро здесь будет тесно.

Юджин отвлёкся на их разговор и совершенно упустил из виду Долохова, который уже целовал ручку мисс Забини. Поганец был молчалив и загадочен, составляя отличный контраст со своим дружком. Чёрное и белое.

- Как скажут леди, - Уркхарт очень надеялся на умницу Аллен. Увы, Франческа такой надежды не вызывала.

Но Марго не подвела:

- Спасибо за приглашение, лорд Малфой, - опередила она подругу, правильно поняв его посыл. - Я слишком устала, чтобы быть хорошим собеседником, поэтому позвольте нам с друзьями отказаться от вашего любезного предложения. Кроме того, у нас важный разговор, надеюсь, вы понимаете.

К чести Франчески, та лишь кивнула, подтверждая слова подруги, и сразу направилась к дальнему столику.

Уркхарт любезно улыбнулся Долохову:

- В следующий раз, господа.

Антонин не замедлил продемонстрировать своё дурное воспитание, показав ему средний палец, благо дамы не видели. На что Уркхарт ответил ещё более широкой улыбкой, кивнул странно задумчивому Малфою и отправился вслед за дамами.

- Простите, что я так сказала, - сразу стала оправдываться Марго, едва он занял место за уютным столиком в углу зала. Отсюда ему хорошо был виден столик мужчин, а вот девушки, умницы и красавицы, сели к ним спиной. - Мне не так давно приходилось уже сталкиваться с этим... лордом. И после этого у меня были неприятности на работе.

- Вы не сказали ничего плохого, мисс Аллен, - серьёзно ответил Юджин. - Вам не за что извиняться. Малфой - не лучшая компания для леди.

- Как сказал целитель Сметвик, - доверительно улыбнулась девушка, чем даже растрогала, - он меня съест и не подавится. Мистер Уркхарт, можно вас попросить не оставлять нас!

- Я к вашим услугам, - решительно кивнул Юджин, в душе ликуя и мысленно благодаря сволочных аристократов за услугу. - Целитель Сметвик абсолютно прав. Кстати, он для вас кто?

- Целитель или Малфой? - уточнила Марго. - Целитель Сметвик - наш куратор. А Малфой - никто!

Аплодировать Уркхарт не стал, лишь одобрительно усмехнулся.

- А второй ничего, - задумчиво произнесла Франческа. И вся радость Юджина испарилась в одночасье. - Такой галантный. Вы же знаете их, сэр? Он кто?

- Дон Жуан магического мира, - не удержался он от прохладного тона. - Если вы, конечно, в курсе о таком персонаже.

Девушки переглянулись и прыснули:

- Мы много читаем, - заверила его Франческа. - Конечно, мы в курсе, кто это. Он, правда, такой? А как зовут?

- Могла бы меня спросить, - подала голос Марго, заглядывая в меню. - Моя сестра замужем за его кузеном. Антонин Долохов, тёмный маг с весьма скверной репутацией. И меня не узнал. Правда, я видела его только однажды, ещё малышкой. Но фамилию ведь слышал...

- И нечего расстраиваться! - Франческа ткнула палочкой в меню, указывая выбранные блюда. - Подумаешь, не вспомнил! Тоже мне, подарок судьбы! Мистер Уркхарт, вы будете заказывать?

- Зовите меня Юджин, - ласково улыбнулся он ей, раскрывая своё меню. - Давайте поддерживать легенду мисс Аллен, раз уж она отрекомендовала нас друзьями. А важное обсудить мы как раз можем. Я купил тут магловскую книгу своей... знакомой. Ей пятнадцать. А вы сказали, что много читаете.

- Тогда уж и вы по имени! - Марго улыбнулась и оказалась при этом прехорошенькой. Ей бы чаще это делать. Только не при Малфое, конечно, тот и без улыбок готов съесть эту девочку, прав Сметвик. - А что за книга?

Юджин вытащил из кармана томик и увеличил его, протянув Марго.

Франческа тут же склонилась к подруге:

- Вау! - одновременно восхитились обе.

А мисс Забини кинула на него одобрительный взгляд:

- У вас прекрасный вкус, Юджин. Неужели вы это читали?

Он скромно улыбнулся, но вопрос Марго грозил разоблачением:

- И как вам Элизабет Беннет?

- Мистер Дарси понравился? - поддержала её Франческа.

- Боюсь разочаровать вас, дамы, - покаянно ответил он, - я впервые увидел эту книгу сегодня. Но если вы в самом деле желаете узнать моё мнение, то я обязательно прочитаю. Можем встретиться в конце недели и обсудить.

Затаив дыхание, он ждал ответа девушек, обещая Мерлину не называть его имя всуе целый месяц, если они согласятся. Те переглянулись нерешительно.

Слово взяла Марго.

- Мистер Уркхарт... Юджин, если вы, правда, останетесь с нами до прибытия поезда, то я с удовольствием... В пятницу как раз мы обе свободны. Ты как, Фрэнни? Так редко встретишь читающих мужчин. Вы ведь тоже много читаете, Юджин?

- Можно и так сказать, - подтвердил он.

- В пятницу я не смогу, - Франческа придвинула к себе появившийся заказ, пряча глаза. Потом всё же взглянула на него. - Мистер Уркхарт, вы что, свидание назначить хотите?

Он закашлялся от такой откровенности. И ответил красноречивым взглядом:

- А если так?

- Кому из нас?

Марго вдруг фыркнула, расплескав свой кофе.

- Фрэнни, ну ты даёшь! Тебе, конечно. Мы так можем сделать, обсудим книгу, а вы потом пойдёте гулять, или ещё чего.

Франческа со стоном закрыла лицо руками:

- Марго, ты меня убиваешь! - она посмотрела прямо ему в глаза. - Юджин, простите, ради Мерлина, если вы ничего такого не имели в виду. Я иногда говорю глупости.

- А если имел? - помрачнел он.

- Тогда забудьте, - тон девушки стал прохладным. - Я с боевиками дела не имею.

- С чего вы взяли? - вырвалось у него невольно.

- Да бросьте! Ваша походка, ваш взгляд, когда не хотите всеми силами казаться белым и пушистым, ваша самоуверенность, наконец. И то, как вы смотрели на такого опасного Малфоя.

- И как я смотрел? - почему его так задели слова этой девушки, Уркхарт сам не понял. - Да я добрее любого книззла!

- С вызовом смотрели. Бесстрашно и насмешливо. Как боевик!

Марго переводила удивленный взгляд с подруги на него, но Юджина это мало заботило. Он наклонился к Франческе и вкрадчиво поинтересовался:

- И чем вам боевики не угодили, леди? Не дарили цветов? Плохо целовались? Не присылали сову после первого свидания?

- Вы переходите всякие границы, - спокойно ответила девушка, забрала книгу у Марго и хлопнула ею прямо перед ним. - Никакой пятницы, можете не утруждать себя чтением.

Он и сам уже понял, что всё испортил. Боевики ей не нравятся, надо же!

- Прошу прощения, - произнёс угрюмо и вызвал Темпус, даже не прикоснувшись к своей тарелке.

- Вы же не оставите нас? - испугалась Марго.

- А вам не противно, что вас будет сопровождать боевик из ковена Нотта? - с горечью спросил он эту славную девушку.

- Сейчас мне бы хотелось, чтобы рядом был боевик, а не книззл!

Ему сразу стало совестно, на Франческу он больше не смотрел.

- Будет вам боевик, леди. Я же обещал.

Дальше разговор не клеился. Юджин ковырялся в тарелке, потеряв всякий аппетит, а вот девушки спокойно ели, словно ничего не случилось.

- Долохов тоже боевик, - сказал он зачем-то.

- На что вы намекаете? - тут же ощетинилась Франческа. - Мистер Уркхарт, я ничего не имею против вас лично. Вы мне даже понравились, если хотите знать. Не портите всё ещё больше.

- Понравился? - переспросил он. - Так какого Мордреда...

- Когда вы притворялись книззлом, было лучше, - фыркнула она. - Кого вы встречаете, знакомую? Что это за порядки в ковене? Почему её не встречают родители?

Уркхарт глубоко вздохнул, прекрасно понимая, что правда перечеркнёт всё окончательно.

- Мой друг женился, сегодня будут праздновать свадьбу. Меня попросил встретить его сестрёнку. Их родителям тоже сегодня не до поездок.

Девушки переглянулись. Франческа кивнула:

- Понятно.

- Я рад.

Она что-то хотела сказать, но её прервал Долохов. Уркхарт готов был поклясться, что сукин сын аппарировал, иначе как он мог его не заметить?

- Мисс Аллен, - произнёс он. - Простите, что сразу не признал. Могу я как-то искупить свою вину?

Марго вскинула на него глаза:

- Я не в обиде, мистер Долохов. Мы виделись давно, вы могли и не помнить.

- Как ваша сестра поживает? С кузеном я тоже давно не общался.

- Двое мальчишек подрастают, - улыбнулась Марго. - Очень славные. Зять утверждает, что младший похож на вас. Бунтарь растёт.

- Я разве похож на бунтаря? - лукаво усмехнулся Антонин.

- Вы похожи на боевика и Дон Жуана, - вздохнула девушка.

Уркхарт едва удержался от смеха. Физиономию Долохова надо было видеть.

- Чем вам не угодили боевики? - обиженно спросил этот ловелас.

Ему ответила Франческа:

- Цветов не дарят, плохо целуются, и после свидания даже совы не пришлют.

Уркхарт скрипнул зубами.

А мерзавец Долохов тут же наколдовал букет белых роз.

- Для вас, мисс. А остальное могу опровергнуть на практике. Как насчёт вечера пятницы?

- Боевики итальянского ковена казались друзьями одной итальянской семьи. А потом вырезали эту семью. И неважно, что это была месть за мать, отвергнувшую любовь одного из них, - Франческа улыбнулась, когда брала цветы. - Их было четверо, и убили они не сразу... В живых осталось лишь двое детей, которых просто не нашли. Стихийная магия перенесла их далеко от дома. Мальчику было шесть, девочке двенадцать. И не спрашивайте, как выжили. Нашлись добрые люди. Я такие цветы покупаю в день гибели этой семьи, мама любила белые розы. Только возложить некуда, могил не остается после Адского пламени. Вы тут не при чём, господа, но боевики мне не нравятся. Ничего не могу с этим поделать.

Уркхарт никогда ещё не чувствовал себя так погано. Он бы мог встать на колени и попросить прощения, только этим ведь ничего не изменишь.

Долохов был серьёзен:

- Я страшно сожалею, мисс, что напомнил вам о трагедии.

- Не нужно жалости, - Франческа поднялась. - Пойдём, Марго. Мистер Уркхарт, вы идёте?

Он поспешно достал деньги, положил на столик и вскочил.

На Долохова даже не глядел, да тот и не пытался их остановить. Свежий воздух охладил пылающую голову, Юджин потерянно шагал рядом с девушками.

- И зачем ты наврала Долохову, Фрэнни? - Марго была полна праведного гнева. - Такие вещи страшные говоришь! Я пожалуюсь твоей маме, так и знай!

- Так это неправда!? - Уркхарт был потрясён.

- Это история пятнадцатого века, - ответила Франческа, - я не сказала ни слова неправды. Тогда вообще было жестокое время. А боевиков я не люблю, потому что они самодовольные самцы и бабники! И да, целоваться не умеют!

- Фрэнни!

- Кто вас обидел? - Юджин обогнал девушек, чтобы заглянуть Франческе в глаза. - Хотите, набью ему морду?

- Вам бы только морды бить, - фыркнула мисс Забини. - Успокойтесь, Юджин, я ему уже отомстила. Ого, смотрите, сколько народу! Марго, может, отпустим нашего книззла на свободу?

- Как отомстили? Вы меня пугаете, Франческа!

- Она зельевар гениальный, - просветила его Марго, - у них в семье все зельевары. Она его отравила, а потом сама же и вылечила, доставили в Мунго как раз в её смену.

- А зачем ты врёшь? - засмеялась Франческа. - Юджин, я специально вас мучаю. Да плевать мне, кто вы, боевик или аптекарь, просто обидно стало, что за дурочек принимаете. А с виду такой симпатяга. И про книжки наверняка наврали. Что читаете много.

- Обидно, - вздохнул он, - а вы мне сначала так понравились. Я никогда не пойму женщин.

- Вы ещё скажите, что женщины зло, - рассмеялась она. - Долго ещё до поезда?

- Сорок минут. Необходимое зло, я бы сказал.

- Да вы философ!

- Если угодно вешать на людей ярлыки, то можно и так сказать.

- Да вы обиделись! - теперь Франческа попыталась заглянуть ему в глаза. - Ну простите, Юджин, у меня вообще сегодня плохой день, а ещё дежурство впереди. В ночь. И в пятницу тоже, Марго просто забыла. Если хотите, встретимся в четверг или в субботу.

- Вы всё ещё дразнитесь? - уточнил он мрачно. - Знаете, леди, была у меня девушка, вот тоже не всегда понимал, чего хочет, и когда шутит, а когда серьезно говорит. И вроде всё делал, что просила, цветы тоже дарил, сову гонял раза по три в неделю. Жениться хотел.

- И что случилось? - у Франчески даже глаза заблестели.

- Сказала, что я зануда, и что она любит другого. И что замуж за него выходит через неделю.

Она рассмеялась.

- А вы зануда, Юджин?

- Мисс Забини...

- Ладно, откровенность за откровенность. Он мне дарил цветы, руки целовал и говорил много красивых слов. А потом оказалось, что у него есть невеста, он просто забыл об этом рассказать.

- И как вы отомстили? - осведомился он.

Франческа покраснела и отвернулась, а Марго, напротив, вдруг рассмеялась. Юджин почувствовал нездоровое любопытство.

- Молчи, Марго! - велела её подруга. - Ничего особенного, Юджин, вам лучше не знать.

- Мерлин, бедный парень! - продолжала веселиться мисс Аллен. - Он у Грегори халат отобрал, и палочку, и аппарировал с крыльца Мунго.

- Я извинилась перед Грегори, - буркнула Франческа. - Он потом всё вернул.

- Что вы с ним сделали? - Уркхарту уже было не по себе, но узнать очень хотелось.

- На нас уже оглядываются, - прошипела мисс Забини. - Давайте закроем тему.

- Я же заснуть не смогу, - Уркхарт остановился, и наклонился к уху Франчески. - Как вы умудрились разоружить боевика, раздеть его, остаться невредимой и заставить уйти в таком виде?

- Случайно, - буркнула она, - я была в состоянии аффекта. А некоторые двери в Мунго открыть могут только целители.

- Вы его обездвижили?

- Прекратите этот допрос, Юджин. Это было по-детски и глупо. Профессор Сметвик меня уже за это отчитал, и я не хочу вспоминать!

- Есть простое раздевающее заклинание, - объяснила Марго, - применяется часто к больным, которых нежелательно шевелить. Палочка при этом попадает в карман целителя, как и все остальные артефакты, кроме неснимаемых.

- А вот и поезд, - бодро заявила Франческа, - на целых двадцать минут раньше срока.

Юджин почувствовал, как сердце пропустило удар. Поезд ещё был далеко. Ковенцы должны были все выйти из третьего вагона. Как раз напротив того места, где они стояли.

- А кого вы встречаете? - заинтересовался он вдруг.

- Брата! - хором ответили девушки и рассмеялись.

Встречающие вокруг заволновались. Юджин заметил неподалёку флегматичного Троя Хейли и завертел головой, разыскивая остальных. Долохова видно не было, а вот сиятельный лорд Малфой оказался довольно близко. И смотрел он на мисс Аллен, а не на приближающийся поезд. Девушка его не замечала, что-то быстро говоря на ухо Франческе и беспечно улыбаясь.

Здесь Уркхарт ничего поделать не мог. Не приставлять же к Марго круглосуточную охрану. А что Барс Малфой откровенно очарован девушкой, можно было не сомневаться. Вот она дёрнулась, оглянулась, заметив его взгляд, и радость на её лице сразу угасла. Абраксас ответил ленивой улыбкой, даже не подумав отвернуться.

- А вы заключаете контракт на убийство? - невинно спросила мисс Аллен, когда загрохотали колёса подъезжающего поезда. Уркхарт прочёл её вопрос по губам.

Пришлось наклониться к её ушку, чтобы ответить:

- Семьсот галеонов вперёд, и триста после исполнения. Но на Барса Малфоя тройная цена.

Глаза девушки в ужасе расширились.

- Я пошутила!

- Я так и понял, - улыбнулся он.

Марго на шажок отступила. Франческа усмехнулась и покачала головой. Услышала и не поверила. Уркхарт ей подмигнул. Мисс Забини посмотрела прямо в глаза. И не отводила взгляд, пока поезд не остановился.

Сердце у него колотилось, как бешеное, когда послышалось шипение тормозов, и он вынужден был развернуться к вагонам. Флинт, Мэдисон и Валери подошли первыми, сразу его заметив. Парни пожали руку. А мисс Нотт спросила:

- Тебя прислали? Подожди, ещё Лисс подойдёт.

И она указала на девочку с рыжими волосами, направляющуюся к их компании. Мисс Пранк оглядывалась, отыскивая кого-то в толпе. Следом за ней шёл парень, при виде которого Франческа сделала шаг вперёд, встав чуть в стороне от Юджина.

- Привет! - мисс Пранк наконец подошла. Ясные глаза уставились на него с любопытством. Уркхарт поразился, как она изменилась. Очаровательный ребёнок превратился в юную леди. Хорошенькая уже, хотя всего пятнадцать. - А где Стив?

- Женился Стив, - улыбнулся он, думая, что она совершенно не похожа на брата. Разве что цветом волос.

- Шутите? - Лицо мисс Пранк стало растерянным.

- Ни хрена ж себе, - удивился Флинт. - Пранк женился? Юджин! Когда?

- Вчера, только вас ждут, чтобы начать праздновать.

Захотелось как-то подбодрить Лисс. Девчонка ещё совсем.

Но отвлекла Франческа, тронув его за рукав.

- Познакомьтесь, это мой брат Лаудан. Юджин Уркхарт охранял нас, пока ждали поезд.

Захотелось прибить Флинта, который тихо съязвил за его спиной: "От пикси, что ли? Вроде, здесь не водятся".

Уркхарт пожал руку симпатичному парню, глянул на Марго, порывисто обнявшую другого мальчишку. Тот даже не сопротивлялся, хотя был явно смущён и смотрелся куда крупнее сестрёнки.

- Рад знакомству, - сказал Юджин коротко. - Боюсь, нам пора. До свидания, мисс Забини. Всего доброго, мисс Аллен.

Ковенские охламоны улыбались, когда он повернулся, но тут же сделали постные мины.

- В конец платформы, живо! - скомандовал Юджин. - Мисс Пранк, можно вас на два слова?

Он нарочно пошёл медленнее, чем остальные, которые понятливо поспешили вперёд.

Заготовленные ещё несколько дней назад слова и фразы, имеющие цель деликатно подготовить невесту к шокирующей новости, сейчас напрочь вылетели из головы. Мисс Пранк посмотрела с беспокойством.

- Что-то с родителями, мистер Уркхарт?

- Не совсем, - поспешил заверить он и поправился: - Нет, поговорить хотел не о них. О нас с вами.

- О нас? Я не понимаю.

А испуг в глазах говорил об обратном. Всё она поняла, просто верить не хочет.

- Мисс Пранк, я хотел бы сделать это как-то иначе. Но боюсь, ничто не смягчит для вас этой новости. Потому скажу коротко. По приказу лорда Нотта между мной и вами заключили помолвку. Это всё. Можем догнать остальных. Или поговорить ещё о чем-то.

- А если я откажусь? - голос девочки дрогнул. Она отвернулась от него, словно не могла видеть.

- Попытайтесь, - ответил он. Стало немного досадно, хотя чего он ждал? Что невеста бросится ему на шею с радостным писком? Да уж, это не Стив, которому сказали жениться, и пошёл, как бычок на заклание, без единого слова протеста. И ведь счастлив.

А ему ждать как минимум года два. И не факт, что за это время она сможет его полюбить. Опомнившись, он достал книгу.

- Это вам. Надеюсь, понравится.

Она кивнула, и даже не поглядев на обложку, сунула книгу в сумочку.

- А вы? - вдруг спросила девочка. - Почему вы согласились? Вы же меня не замечали все эти годы!

Он растерялся. Не замечал?

- Приказ, - пожал плечами. - Обычное ведь дело.

- Обычное? - рассердилась невеста. - Какие же вы все! И Стив! Он даже мне не сказал! И женился тайком, тоже ничего не написал.

- Я его попросил не говорить. А женился по приказу лорда. Всё произошло очень быстро. Впрочем, он сам расскажет.

- Я вас ненавижу, - заявило это чудо. Он даже с шага сбился, а она быстро побежала вперёд.

- Как мило! - проговорил в пустоту. - А я так надеялся, что любите с детства!

Ковенцы его поджидали молча, Лисс Пранк стояла рядом с Валери, которая держала её за руку. Глаза девочки были красными, и Уркхарт почувствовал себя скотиной.

- Берёмся за прут все вместе! - резко скомандовал он, увеличивая маленькую веточку до четырёх футов.

Взялись как миленькие, и через несколько секунд уже стояли у ворот поместья. Встречал их Клайв Шелби и Стив, кто бы сомневался. Парень тут же обнял сестру, бросив на Уркхарта сердитый взгляд. Юджин в ответ мог только пожать плечами. Он махнул парням, чтобы шли без него, оставшись с Клайвом, который закрывал ворота.

- Ну что, поругались уже с невестой?

- Она хочет разорвать помолвку, а ещё меня ненавидит, - меланхолично ответил другу Юджин.

Клайв присвистнул.

- Если пожалуется миссис Флинт, то, может, и получится.

- Угу. Пойдём уже, - Юджин тяжело вздохнул. - Напиться хочу. Ты со мной?

- Так все напьёмся, свадьба же. Даже две. Давай, не хандри. Может, это она от неожиданности.

- Или правда ненавидит. Да я сам себя ненавижу! Ладно, пойдём, не будем заставлять ждать счастливых новобрачных.

Франческе он пошлёт сову. Завтра же. Или когда что-то прояснится. Прав поганец Стив, да и Франческа. Не дело ходить по бабам при живой невесте. Но напиться это точно не мешает. Уркхарт кивнул Клайву, отобрал у него флягу, которую тот снял с пояса, и опорожнил одним махом.

Кажется, друг пытался ему что-то сказать.

- Что это? - прохрипел Юджин, поднимая мутный взгляд и тряся головой.

- Горцы Аресу подарили, намекали, что убойная штука. А ты ведь хотел...

Уркхарт качнулся, шагнув вперёд, и с благодарностью ухватился за Клайва. В глазах отчётливо двоилось. И голова вроде не совсем дурная. Но один плюс был точно. На душе стало легче.

Потом прямо перед ними портанулся мальчишка и раздвоился, судя по всему. Оба гонца посмотрели на Уркхарта с сомнением и сообщили:

- Уркхарт, сэр. Вас требует позвать лорд Нотт! Сказали: немедленно.

***

Им повезло, всю дорогу до Лондона никто так и не зашёл в их купе, хотя тут, возможно, действовали чары эльфов. Рита велела им оставаться невидимыми всю дорогу, и Артур порадовался этому. Всё же ощущение, что они просто украли эльфов из школы, его не покидало. Он чувствовал, что вздохнёт свободно, только когда окажется в Норе.

Удивительно, но раньше его и то меньше волновали вопросы морали, совести и чести. Казалось бы, рядом с Ритой это должно было лишь усугубиться, ведь кто-кто, а мисс Скитер всегда руководствовалась лишь своей выгодой, желаниями и принципами. Но вышло всё наоборот. И объяснения этому всё не находилось.

- Не волнуйся так, - сказала ему Рита, когда он решился поделиться с ней своими наблюдениями, хотя получилось сумбурно и косноязычно. Артур был ужасно собой недоволен и ждал её ответа с волнением и даже страхом. - Ты просто становишься человеком, Медведик. Это нормально. Живи дальше, быть человеком трудно, но вместе мы всё преодолеем.

Вопреки серьёзному тону, Рита подмигнула и вернулась к своим записям.

Он ждал чего угодно, но не таких простых слов. И его отпустило, решил не заморачиваться. Но всё равно занервничал, когда Рита объявила, что домовики поедут с ними. Причём все трое.

- Чарити сложно, - сказала ему Рита. - Надо помочь. Раз уж ввязались, то доделывать надо до конца. Куда беременной домовушке в полное купе барсуков? Как доберёмся до Норы, пошлём сову, и Чарити призовёт Хлою.

Артур согласился, но добавился страх, вдруг у Хлои начнутся роды прямо в поезде. Правда Рита на это только рассмеялась, и ему оставалось молить Мерлина, чтобы уберёг от такой напасти.

- Подождём! - объявила Рита, когда они наконец ступили на платформу вокзала Кингс-Кросс. - Вон скамейка в углу, туда, Медведик!

- Чего ждать? - удивился он. Никто Риту встречать не собирался, а его уж тем более.

- Хочу убедиться, что Чарити кто-то заберёт. Не нравится она мне.

- Если не нравится, зачем помогаешь? - поразился парень.

- Дурачок! - Мисс Скитер развеселилась. - В другом плане не нравится. Вид у неё больно трагичный, как бы чего не случилось.

- А-а...

- Эй, ну ты чего скис? Домовики рядом, я чувствую. Доехали прекрасно, никто не родил. До Норы аппарируем, координаты я помню хорошо. Потом уже наделаем портключей.

- Неспокойно как-то, - попытался Артур передать свои ощущения. - Чарити наверняка Молли заберёт, так не раз бывало, они живут рядом.

- Вот и убедимся. Кстати, идея, и тебе полезно. Гляди в оба, буду тебе народ описывать.

- Зачем?

- Игра такая, глупый. Ты можешь вставлять комментарии. Но старайся подбирать ёмкие и короткие определения. Справишься?

- Попробую, - идея ему вдруг понравилась. - С кого начнём?

- С чего, - поправила она и хищно улыбнулась. Чуть изменив голос, Рита тихо, но задорно начала говорить: Репортаж с места событий ведёт мисс Скитер. Не пропустите. Самые горячие сведения о прибытии Хогвартс-экспресса в Лондон. Вокруг столпотворение, но это и понятно, мамочки, отцы, тётушки, сёстры и братья сегодня встречают учеников Хогвартса, вырвавшихся на рождественские каникулы. Ну надо же, кого мы видим! Сегодня тут собрался весь цвет магической Британии. Посмотрите налево, сам сиятельный Абраксас Малфой, сверкает белоснежными волосами, надменной улыбкой, элегантен, как принц крови. Вид такой, словно все остальные - грязь под его ногами. Что?

- А по-моему, он запал на ту блондинку, - решился Артур на комментарий.

- О, дорогие мои, тут мне правильно подсказали, сиятельный лорд Малфой не сводит глаз с милой девушки с пепельно-русыми волосами. Оно и понятно, у мужиков этой семейки в принципе встаёт только на блондинок.

Артур закашлялся.

- Да-да, наш репортаж открытый и честный, - ухмыльнулась Рита. - О, надеюсь, вы тоже заметили. Симпатичный парень, судя по роже, боевик одного из ковенов, явно недоволен интересом блистательного лорда.

- Это Уркхарт, сволочной префект Слизерина. Точнее был им, когда я поступил в Хогвартс. Ноттовский боевик.

- Как чудно, мне сообщили имя этого славного парня, охраняющего, подождите-ка, сразу двух дам. О да, похоже, его прислали собрать ковенских детишек. Флинт и Мэдисон, правда, на детишек совсем не тянут, а вот наша милая Лисс Пранк вполне. Дамы теряют своего телохранителя, но обретают братьев. Вау, так это сестрёнка нашего Лаудана! У бывшего слизеринского префекта отменный вкус. Ну вот, стройной толпой ковен покидает поле боя. Я хотела сказать, платформу девять и три четверти. И да-а-а! Это минута триумфа Абраксаса Малфоя! Смотрите, как ловко он преградил путь блондиночке, судя по парню рядом с ней, сестре безутешного Питера Аллена. Я прямо вся волнуюсь!

- А вдруг это его невеста? - усомнился Артур. - Ну, Питера.

- Сомнения слушателей заслуживают внимания. Но мы-то знаем, что так обнимают только братьев. Ух ты, официальное представление сына своей пассии. Мистер Малфой, так у вас это серьёзно? Девушке явно некуда деваться, заметно даже отсюда, куда она хотела бы послать белокурого принца, но воспитание не позволяет, а жаль. Впрочем, принц отступил, девушка с братом исчезают. Но судя по улыбке Малфоя, сдаваться он и не думает. Как жаль, портключи - это зло, мы прощаемся с сиятельным семейством и смотрим, кто ещё заслуживает нашего внимания. Похоже, семейство Блэк мы уже упустили. Три сестры только что ушли порталом вместе со своей великолепной мамочкой. Ага, Рудольфус Лестрейндж демонстрирует всем окружающим нешуточный интерес к мисс Прюэтт. Оно и понятно, ставки "Нотт или Лестрейндж" растут.

- Ставки? - удивился Артур. - При чем тут Нотт?

- О, это беспрецедентный случай, дорогие мои, сразу два ковена решили бороться за руку и сердце доброй девочки Прюэтт. Гильдии и обыватели безуспешно гадают, какой из ковенов обретёт драгоценный приз. По слухам, на руку и сердце малышки претендуют Магнус Нотт и Рабастан Лестрейндж. Что показательно, ни один из них встречать свою принцессу не явился. Господа и дамы, я с нетерпением жду рождественский бал у Лестрейнджей! Это будет весьма занимательно. Смотрите, наша Чарити тоже присоединилась к компании. И мы не можем не сочувствовать этой девушке. Она почти не пытается скрыть, как несчастна. Особенно теперь, когда увидела, кто встречает мисс Прюэтт. Ждала кого-то другого? О, глядите, Алан МакЭвой, славный горец и друг неудачника МакНейра, направляется к нашим ребятам со своим братом Лесли.

- Лесли - это тот здоровенный горец?

- Вы не знаете, кто такой Лесли МакЭвой? Стыдитесь! Среди горцев весьма прославленный тип, заваливший медведя-шатуна без магии. Да-да, у него просто был нож. Жаль, что МакЭвои пренебрегли национальным костюмом. Говорят, под килтами они не носят белья. Проверить, надевал ли его МакНейр на эпическую дуэль, мы не смогли. Трагичное завершение боя не позволило интересоваться столь прозаическими вещами. Так-так, похоже, наши горцы опоздали. Компания Прюэтт-Лестрейндж покидает нас, а ведь это мог быть третий претендент на руку мисс Прюэтт. Не исключено, что префект Слизерина был в курсе. Вы заметили его взгляд в сторону Лесли? Вот-вот. Однако становится скучно. Никого интересного больше не осталось. Мне лично не хватило здесь знаменитого сердцееда Долохова, который, по слухам, не пропускает ни одной юбки, старших Блэков, наводящих священный ужас, и безбородого одноглазика Альбуса, выглядывающего из-за колонны. Но какие наши годы! Чарити была поручена боевику Лестрейнджей, так что мы с чистой совестью заканчиваем этот репортаж. С вами была непревзойдённая Рита Скитер. Всем спасибо.

Артур выдохнул.

- В Нору?

- Домой, - подтвердила Рита, обнимая его за талию. - Мелкие, ждать вызова здесь, мы быстро. Медведик, сейчас аппарируешь нас ты.

Он улыбнулся и крепче прижал к себе девушку. Один миг и облюбованный ими уголок опустел.

Долохов усмехнулся и сбросил чары невнимания. Больше всего ему понравилось про Барсика, у которого стоит только на блондинок. Тонко подмечено! И про себя любимого, вот уж, где не ждал. Преувеличили, конечно, но ради "одноглазика" можно простить. И как сумел не заржать? Про пари "Нотт или Лестрейндж" узнать было забавно. Хотя неудивительно, у народа на подобные вещи чутьё. Поставить, что ли на Басти пару сотен? А вот малышка Прюэтт, ради которой он и предпринял этот вояж, оказалась весьма миленькой, но, чтобы вызвать такой резонанс одной миловидности было явно недостаточно. Антонин усмехнулся, вызвал Темпус, и активировал портключ. Агнешка с подругами, решившими атаковать магловские магазины, наверное, уже вернулась. А к "непревзойдённой" Рите Скитер стоило присмотреться.

Глава 42

"Пятница, 1 сентября 1967 года. Мы уже почти опаздываем на поезд, папа никак не может найти шляпу. Мне кажется, его шляпа старше моего чемодана, который тот ещё раритет. Папа запретил применять к шляпе Акцио, уверяя, что после прошлых магических поисков на неё перестало действовать Репаро.

Может, он и прав. На чемодан Репаро тоже давно уже не действует, и вообще ничего, только чары расширения ещё держатся. А вот чары облегчения веса обновляются через раз, да и то как-то криво. Остаётся надеяться, что до конца учёбы чемодан дотянет.

Не могу перестать думать, что буквально через несколько минут увижу Ф.П. Заранее слабеют колени и трудно дышать. Я загадала, если любимый мне улыбнётся, всё будет хорошо".

В конце записи красовались три восклицательных знака и штук двадцать дурацких сердечек, выписанных красными чернилами. В конце лета Чарити вполне освоила чары смены цвета чернил в уже написанном тексте. Слеза, упавшая на страницу, заставила два сердечка расплыться красной кляксой.

Чарити шмыгнула носом, вытерла глаза рукавом, а к сердечкам на странице дневника приложила промокашку. После чего захлопнула дневник и прижала его к груди.

День отъезда из Хогвартса получился абсолютно сумасшедшим. И заканчиваться не спешил. До кровати добралась только сейчас, среди ночи, вымотанная и настолько уставшая, что сил не было даже на разбор вещей.

И зачем достала из-под подушки свой заветный дневник? Словно мало было сегодня забот, так ещё и это. Последняя запись только расстроила, напомнив о несбыточных надеждах.

С собой в Хогвартс дневник она не брала, во избежание. Несмотря на все поставленные защиты, умельцы вскрыть их все равно находились, а она доверяла дневнику слишком много личного, даже сокровенного, и даже мысли о том, что кто-то его прочтёт, не могла допустить. Как прочли то письмо...

Вызвала Темпус. Три часа ночи! Завтра важный день, а сна ни в одном глазу! Хотя устала ведь - столько всего навалилось в день возвращения домой!

Сначала эта безумная платформа на вокзале Кинг-Кросс, до сих пор стыдно вспомнить. Дома сразу пришлось возиться с отцом, убирать и мыть, готовить старую детскую комнатку для Хлои и малыша, искать, из чего бы сварганить ужин...

Домовушка, увидев свою комнату, растрогалась до слёз. Порывалась помогать, но Чарити её отстранила, заметив, как та тяжело дышит, скрывая явно не лучшее самочувствие. Отправила отдыхать, и хорошо, что зашла потом проведать! У Хлои внезапно начались роды.

Домовушка со слезами просила её уйти, мол, сама справится, магия поможет, но Чарити решительно пресекла возражения, осталась, заверив, что прошлым летом целый месяц подрабатывала санитаркой в Мунго. И пусть роды видела только человеческие, и сама лишь смотрела, но что делать, представляет прекрасно.

Горячей воды наготовила много, чистых простыней ещё хватало, кровоостанавливающие и обеззараживающие зелья тоже были, пусть и на исходе.

Домовушка выглядела неважно, совсем слабой и несчастной. Глаза казались огромными на измождённом лице. Прерывистое дыхание иногда и вовсе замирало, казалось, эльфийка вот-вот потеряет сознание. Думать о летальном исходе Чарити себе запретила.

- Потерпи, милая, скоро всё закончится, - бодро уговаривала Чарити, меняя холодные компрессы на горячем лбу бедняжки.

Домовушка терпела, кусала губы, даже не стонала, только из больших глаз то и дело скатывались слезы. И Чарити даже обрадовалась, когда процесс ускорился. В Мунго это называли потужным периодом, когда до окончания родов оставалось минут пятнадцать, а то и меньше.

Хлоя крепко сжимала руку Чарити, окончательно сдавшись и приняв её помощь. Оказалось, что рожают домовушки стоя. Только что-то мягкое подстилают или удаляются в лес, где мягкая трава...

Чарити всё же успела поддержать стремительно рождавшегося кроху. Прямо на руки его и приняла, подхватила удобней, показала счастливой мамочке.

- Мальчишка у тебя! Подожди, я быстро!

Эльфёнка переложила на табурет, застеленный по такому случаю мягкой ветошью. Обтёрла крохотное тельце тёплой водой, потом специальным массажным зельем. Детский плач, похожий на кошачье мяуканье, слушала как музыку.

Вручив завёрнутого в чистую пелёночку ребёнка Хлое, Чарити ловко обработала лежащую без сил домовушку, сменила испорченные простыни и убрала всё вокруг. На малыша невозможно было смотреть без улыбки. Крошечный забавный эльфёнок жадно сосал материнскую грудь и был очень похож на уменьшенную копию человеческих младенцев.

- Было б магии побольше, - еле слышно пролепетала худенькая как тень Хлоя, - но нас лишают её за провинность. А Хлоя очень провинилась.

- Как его назовёшь? - строго спросила Чарити, чтобы отвлечь, хотя у самой внутри всё клокотало. Как так можно? - Хорошенький сынок у тебя.

- Вы назовите, хозяйка. Если хотите. Вы ж его приняли к себе, хоть он такой кроха пока. Пожалели нас обоих.

- Я обязательно ритуал проведу, как подрастёт, - растерялась Чарити.

- Зачем? - удивилась Хлоя. - Роды самый сильный ритуал. Тут и магия, и кровь.

- А, ну прекрасно, давай вместе назовём, - Чарити укутала обоих пациентов в ещё одну простыню, а сверху добавила маленькое шерстяное одеяло.

- Я бы хотела в честь вас, эльфам часто дают кусочек имени хозяина, если захотят наградить. - Хлоя посмотрела в сторону. - Капельку бы магии, немножечко...

- А у меня взять можешь? - взволновалась сразу Чарити, услышав недовольный писк малыша. - Молока не хватает?

- Хлоя может, - всхлипнула эльфийка, - если б для себя, я никогда... Но Чиф...

- Ой какое имя замечательное, - бодро порадовалась Чарити. - Давай, скажи, что мне сделать? И чётко говори, и не смей извиняться! Я за тебя в ответе, и так будет всегда.

- Дайте руку, хозяйка, - серьёзность в глазах Хлои показала, что она всё поняла, и готова делать, что скажут. - Так ничего не потеряется. Только сами остановите через десять секунд. Хлоя слишком слаба, не сможет сама остановиться.

Когда в руку впились острые зубы, у Чарити даже страха не было. Надо, значит надо. И противно не было, хотя чавкающие звуки домовушки, пьющей кровь, как заправский вампир, могли кого угодно заставить нервничать. Десять секунд давно прошли, но Чарити была уверена, что этого мало. Просто чувствовала.

Вскоре пришлось опуститься на колени, слабость внезапно накатила и потемнело в глазах. "Ещё немного!" Чарити держалась, сжав зубы, но в какой-то момент просто упала, невольно вырвав руку из цепких лапок.

Ну и ничего, пришла в себя быстро. Домовушка выглядела куда лучше, даже как будто стала не такой измождённой. А вот в глазах плескался ужас.

- Вы всё отдали недостойной, - только и смогла выговорить она. - Теперь три дня восстанавливаться будет.

Чарити, было, испугалась, сразу поняла, что речь о магии, но, услышав про три дня, даже рассмеялась.

- Да ну, проблемы какие. Было уже такое, и ничего. Три дня могу запросто не колдовать, я и руками делать многое приучена, не волнуйся.

Руками приходилось делать многое. Чарити и шить, и готовить научилась по-простому. Потому что не только шляпа и чемодан боялись Репаро, многие вещи в доме доживали уже свой век.

- Хозяйка так добра, - пролепетала домовушка. - Но теперь Хлоя сильная. Уже может встать и начать помогать. Только Чиф уснёт...

- Нечего помогать! - отрезала Чарити, - я уже всё сделала, а тебе отдыхать надо и с малышом рядом побыть побольше. Вот и отдыхай, и я пойду. И завтра не спеши вставать, обещай мне, что будешь лежать, пока полностью не окрепнешь.

- Хлоя обещает, Хлоя поняла хозяйку, и не будет доставлять ей лишнее беспокойство. Хлоя полежит, пока не окрепнет.

- Вот и хорошо, - улыбнулась Чарити. - А может, мне остаться?

- Не надо оставаться, добрая хозяюшка! Хлоя теперь уснёт до утра, раз позволяете. И малыш уснёт надолго, он вашей магии получил очень много через первое молоко, сильным домовиком теперь станет, очень сильным. У Хозяйки было очень много магии, вкуснее Хлоя не встречала. Такая бывает, когда у волшебника даже капелька крови от магических существ, а у вас такой крови больше, чем капелька, хозяйка. Вы тоже сильнее теперь станете. Пусть магии в вас совсем мало осталось сейчас, Хлоя чувствует, что через три дня всё вернётся с прибытком, даже сдерживаться придётся в колдовстве, но Хлоя поможет, если позволите.

Домовушка глубоко зевнула, и это было умилительное зрелище.

- Сама справлюсь, было уже такое, - улыбнулась Чарити, с трудом отводя глаза от крошечного эльфёнка, всё ещё сморщенного и красного, но ужасно милого. - А теперь спите.

Потом она зашла к отцу, проведать, всё ли в порядке. Костероста у целителя в школе Чарити взяла много, Уайнскотт был благодарен за помощь с зельями в больничном крыле, так что даже вопросов не задал, для чего. Просто вручил целый сундучок, где было ровно двенадцать флаконов.

Отец сразу выпил полфлакона, да и заснул, измученный. Обычно костерост спать не даёт, ещё та гадость, но сказывались сутки без лекарств вовсе. Безумно было жалко, что денег отправить его в Мунго нет, но теперь-то она дома, и всё будет хорошо.

Это здорово, что школьников раньше отправили по домам, а то, кто знает, как бы отец пережил ещё несколько суток без костероста и обезболивающих. И угораздило же сломать ногу накануне её приезда. Как ещё сову умудрился послать - неизвестно.

Отец мирно спал, только чуть постанывая во сне. Поправила ему подушку и сбитое одеяло, немножко жалко стало, что магией ничего сделать не может, а то бы добавила чар тепла. Камин едва тлел, дров осталось слишком мало, а экономить отец не умел. Но Чарити что-нибудь обязательно придумает.

Только сама от себя не ожидала, что придёт в свою комнату и расклеится. Вздумала себя сильной считать, вот, пожалуйста - дура романтичная, а не сильная волшебница. Особенно теперь смешно, что возомнила о себе много, когда почти сквибом стала.

Взяв перо, чтобы сделать новую запись в дневнике, задумчиво покусала истрёпанный кончик и вывела аккуратным почерком: "Среда, 20 декабря 1967 года. Три часа ночи. Фабиан не улыбнулся. Наверное, я сошла с ума, когда решилась написать ему письмо примерно месяц назад..."

Стыдно было вспомнить, что там написала. Как в худших любовных романах. Особенно ужасны были некоторые фразы. Например: "Я всегда буду любить тебя, даже если ты не ответишь мне взаимностью", "Кроме тебя мне никто не нужен", "Я решилась открыться, потому что больше не могу пребывать в неведении". Мерлин! Открыться! Хорошо, что забыла сохранить черновик. Перечитывать этот бред не хватило бы духу.

Ответ Фабиана пришёл спустя несколько дней. Сейчас даже можно его понять, а тогда казалось, что уничтожено всё святое, что было в её душе.

"Чарити, - ответ красовался прямо на обороте её письма. Почерк парня был крупным и небрежным, словно писал второпях. - Прости, ничего не понял. Хоть убей, не помню, что когда-то давал тебе повод на что-то надеяться. Если это шутка такая, спасибо, было весело. Но чтобы не было недоразумений, скажу прямо, мне нечем ответить на твою любовь. Постарайся найти себе кого-то другого. Пока, мне уже надо бежать. Фабиан Прюэтт"

Видимо, она сошла с ума, когда решила бросить письмо в камин прямо в гостиной барсуков, где её в одиночестве застала сова. Потом, даже не проверив, сгорело ли жестокое послание, убежала в свою спальню. Буквально пару минут там провела. А когда опомнилась и спустилась, перед глазами всё поплыло. Две девушки с шестого курса весело смеялись, держа в руках слегка обгоревший листок.

Инсендио сработало как надо, листок вспыхнул в руках девиц. Крику было! Хотя их даже не обожгло. Помона Спраут отчитала её, не добившись внятного ответа, что нашло на лучшую ученицу, и попросила больше так не делать. Шестикурсниц только пожурили и пожалели. А судя по тому, как на следующий день улыбались при виде неё остальные барсуки, девицы поспешили поделиться пикантной историей со всеми.

Чарити перестала ходить в Большой зал и появляться в общей гостиной. Есть ходила поздним вечером к домовикам на кухню. И с нетерпением ждала каникул, чтобы сообщить отцу, что не вернётся в школу. Ни под каким видом. Ни за что!

Смог же Рабастан Лестрейндж перейти на домашнее обучение! И пусть у него наверняка есть частные учителя, она сама справится! В конце концов, что там осталось, какие-то полгода! И по слухам, там будет просто повторение прошлого. Вот и будет повторять. Конспекты у неё все в порядке, учебники тоже все сохранились. Будет учиться и помогать отцу. Только нужно придумать достойную причину для министерства, чтобы дали разрешение на домашнее обучение. Потом подписать у директора школы - можно послать сову. И если всё получится, то ей назначат дату экзаменов по ТРИТОНам. Дальше загадывать было бессмысленно.

Чарити вздохнула и улыбнулась. Хорошее у неё тоже было. Кто бы мог подумать, что Рита Скитер окажется такой нормальной девчонкой! Вот кем можно было восхищаться! А как рядом с ней изменился Артур Уизли! Было сложно представить, что такое вообще возможно. Чарити даже украдкой посмотрела его оценки за зачёты и убедилась - ни одного тролля! Чудеса! А если Артур смог, то уж ей и подавно стыдно будет не справиться с ТРИТОНами.

А ещё у неё появилась Хлоя, и это тоже было маленьким чудом. Казалось даже, что жизнь налаживается, будущее виделось уже не в таких мрачных тонах. Только накануне отъезда всё снова рухнуло - отец сообщил, что сломал ногу, но, мол, ничего страшного, он потерпит, только встретить её не сможет.

Чарити захлопнула дневник, понимая, что ничего больше писать не в состоянии. Убрала его под подушку и прилегла на кровать прямо в мантии.

Мысли продолжали крутиться в голове, заставляя ворочаться. Сколько было страха и надежд, что Санни будут встречать братья. Хотя Чарити даже не знала, сможет ли посмотреть Фабиану в глаза...

Смешно вспомнить! Почему-то именно сейчас, оказавшись дома, где, кроме её мантий, учебников и палочки, нет ни одной вещи дороже нескольких сиклей, стало особенно ясно, что шансов найти человека, который женится на такой бесприданнице, никогда не было, нет и не будет!

И пускай! Так тоже люди живут. И у неё получится. Наверное.

Как же неловко было вспоминать, как Рудольфус Лестрейндж зачаровывал её древний чемодан, доставшийся от отца, а отцу - от деда. Слизеринский префект сумел удивить, почти шокировать. И не тем, что смог наложить чары облегчения веса, а тем, что вообще решил помочь. Пусть даже ради Санни Прюэтт. Но сделал же!

И сопровождающего дал. Правда, Чарити ужасно боялась мистера Хейли. И постаралась сразу отделаться от помощи, едва они аппарировали на поляну, недалеко от дома.

- Спасибо большое, мистер Хейли. Там дом, я уж сама. Вам не надо... Я хотела сказать, вы можете уже идти, - она покраснела от собственных слов. Что она несёт? - Я, правда, справлюсь!

Боевик Лестрейнджей вёл себя странно. Наверное, тяготился заданием Рудольфуса, но не хотел показать виду. А как пристально глядел на её волосы, пока Чарити сбивчиво благодарила! Не хотелось думать, какой кошмар творился с причёской после парной аппарации. Но не поправлять же при нём!

Выслушали её внимательно и молча. Но вместо того, чтобы вернуть чемодан, боевик фыркнул и потопал к уже близкому дому. Охранные чары, похоже, вовсе не заметил. Видимо, ослабли за время её отсутствия. Чарити оставалось бежать следом - не успевала за широкими шагами. Заметив это, мистер Хейли даже сбавил шаг, смутив её ещё больше. И судя по быстрому взгляду, причёска по-прежнему ему не нравилась. Она даже немного рассердилась - вот ведь эстет! И решила про себя: "Подстригусь!".

Поставив чемодан на верхнюю ступеньку крыльца, мистер Хейли сдержанно кивнул, мазнул взглядом по непослушным кудряшкам и аппарировал. Ну и ладно. Чарити и не ждала от него реверансов! А волосы точно обрежет!

Схватилась за ручку чемодана и охнула, понимая, что не может поднять. Чары префекта всё-таки слетели! И стыдно стало перед боевиком, про которого плохо подумала. Донёс ведь, пожалел её, дуру лохматую!

В чемодане хранилась вся её жизнь. В спальне Хаффлпаффа не осталось ни одной личной вещи, а ведь за годы скопилось потихоньку много всего. Особенно книг. Как много книг оказалось в её школьной спальне! А отцу почитать нечего. Конечно, забрала все. А книги весят очень прилично, вот и стал чемодан неподъёмным.

Оставалось поражаться мистеру Хейли, который даже виду не подал, что ему тяжело. Да она прекрасно помнила, как он опустил этого монстра на ступеньку крыльца - словно пушинку. Страшно подумать, какая силища у этого боевика.

В итоге она просто бросила чемодан на пороге, побежала к отцу. А уже потом с частыми передышками дотащила его к себе. Развалился старичок уже в комнате, так теперь и лежит с оторванной крышкой, до сих пор неразобранный, не до него было. Ещё повезло, что не рассыпался раньше, где-нибудь на платформе Хогсмида или на вокзале Кинг-Кросс. Или во время парной аппарации.

Стоило ещё проверить ингредиенты, что отец заготовил для продажи, но это уже утром. Чарити заверила его, что всё сама сделает, и завтра же отнесёт в лавку. Хоть какие-то деньги будут к Рождеству. Может, даже гуся удастся купить и фруктов с орехами на настоящий рождественский пудинг. И обязательно немного рома или огневиски. Ничего, выкрутятся... Зато у них теперь есть Хлоя и малыш Чиф. Уже полегче станет. Если Хлоя возьмёт на себя готовку, тогда Чарити сможет больше работать в отцовских теплицах.

Магии у неё хватит на эльфов, домовушка права. Это в Хогвартсе она скрывала свои возможности, не любят люди, когда у кого-то лучше получается, зато дома работала в полную силу. Помона Спраут сильно помогла в своё время, научила всем заклинаниям, нужным для теплицы и растений. Даже подарила несколько ростков. Так что у Чарити все три теплицы были в лучшем виде. Вкладывала в них перед отъездом в Хогвартс столько магии, что отцу, уродившемуся не таким сильным волшебником, оставалось только поддерживать. Это он умел и любил. Правда, слишком любил, и нередко пытался экспериментировать. Кончалось это всегда плохо, так, два года назад они лишились одной из теплиц, но у Чарити язык бы не повернулся упрекнуть отца и что-то запретить. Он глава семьи, в конце концов, а в растениях весь смысл его жизни. Ну, ещё в книгах, да. По гербологии.

А ещё она в который раз убедилась, что мир не без добрых людей. И Рудольфус, и Рита с Артуром помогли просто так, без всякой просьбы. И она была им очень благодарна. Так что лучше сэкономит вырученные завтра деньги, продуктов купит только самых необходимых, а вот этим троим обязательно надо сделать рождественские подарки. И Санни ещё с Эжени. А больше и некому. Закралась мысль сделать подарок ещё и мистеру Хэйли, но она её сразу же прогнала. Он её и не вспомнит, наверное.

С этой мыслью и уплыла она в тревожный сон. Завтра предстоял тяжёлый день и абсолютно без магии.

***

Кафешка явно была магловской, это Санни поняла, когда они вышли из тупикового коридорчика, в котором оказались после перемещения, в небольшой уютный зал. Дверь, отделяющая этот коридор от общего зала, со щелчком захлопнулась за их спиной.

- Портключ домой, Джейми? - шёпотом спросила Санни, с удивлением оглядываясь.

- Прости, - раскаяния в его голосе не было вовсе, а глаза смеялись. - Ну зачем сразу домой! Вещей у тебя всё равно нет, так почему бы нам не посидеть в милом кафе и не поболтать.

- Это я как раз могу понять, - усмехнулась Санни, даже тронутая желанием кузена её развлечь. Он кивнул на пустой столик на четыре персоны с диванами, высокие спинки которых превращали это место в уютный уголок. Как только они сели, Санни закончила мысль: - Откуда у тебя портключ в магловское кафе? И это не опасно? Вдруг в том коридорчике кто-нибудь был бы в этот момент?

Говорила она тихо, хотя семья из пяти человек, немолодая пара и две молодых девушки сидели гораздо дальше и не могли их слышать.

- Милая кузина, - сказал он вполне нормальным голосом и посмотрел укоризненно, придвигая ей меню. - Я, может, и сквиб, но моя мама всё-таки сильная волшебница и превосходный артефактор. Тот коридорчик маглы не видят. А хозяйка кафе... О, познакомьтесь!

Санни ощутила раскаяние, но извиниться за бестактность не успела. Вскинув голову, она с интересом посмотрела на очень красивую молодую женщину с пышными формами, словно плывущую между столиками. Высокая шатенка в цветастом платье держалась, как королева. Эта величественность и чувство собственного достоинства скорее завораживали, а не отталкивали. А удивлённо-насмешливая улыбка, обращённая к кузену, сделала её лицо мягче и привлекательнее. Лишь на миг Санни встретилась с антрацитовыми глазами женщины, ощутив себя вдруг маленькой девочкой перед строгим воспитателем. И отчего так, понять было сложно.

- Джейми, касатик! Наконец ты вспомнил старушку Лив! - низкий голос хозяйки кафе завораживал. Санни невольно подумала, что она, наверное, могла бы быть певицей. - Ну, кто эта милая леди?

- Здравствуй, Лив, - рассмеялся Джейми. - Это моя кузина Санни Прюэтт. Заканчивает Хогвартс. Санни, это Оливия Морган, тётушка Майкла.

- Вы и с Майклом знакомы! - обрадовалась Оливия. - Ну что ж, обед за счёт заведения, и не спорьте. Санни, рекомендую взять фирменное блюдо, тогда точно захочется прийти сюда ещё раз. Что, прямо с платформы девять и три четверти? Каникулы начались?

- Мне очень приятно, - поспешила ответить Санни, невольно проникаясь симпатией к тёте Майкла Моргана, хотя робость никуда не делась. Невольно подумала, что такая дама была бы отличным профессором в Хогвартсе. Перед ней, прямо как перед профессором Робертсом, хотелось вскочить и вытянуться по струнке. - Да, только с поезда. Простите, вы волшебница?

Оливия засмеялась настолько заразительно, что не улыбнуться было невозможно.

- Да, моя дорогая, совершенно верно, волшебница, - она с нежностью похлопала Джейми по плечу. - Вот из-за таких обормотов не прижилась я в магическом мире, зато здесь процветаю и ни о чём не жалею. Правда, племянник своим обществом меня балует редко, да уж мне грешно его винить. На гоблинов работать то ещё счастье. А как часто они у меня обедали, когда учились в школе, а потом в университете своём.

- Потому что университет тут в пятнадцати минутах ходьбы, - вставил Джейми. - А до школы и вовсе за пять минут добегали. Ну и конечно, старушка Лив всегда была нам рада.

- Старушка? - растерялась Санни. - И вы не обижаетесь?

- Не правда ли, он милашка? - подмигнула Оливия. - Джейми, как не стыдно, я ровесница твоей матери!

- Нет, не так, - ответил Джейми, поглядев на красавицу с такой нежностью, что Санни на миг ощутила себя лишней. - Ты для меня вторая мать, сестра и бабушка в одном флаконе. И ты старше моей матери лет на пять, верно?

- Никакого воспитания, говорить с дамой о её возрасте, - засмеялась женщина. - Не обращай внимания, деточка. Старушкой Лив меня зовут здесь все. И ты можешь, раз Джейми тебя так любит. Не спрашивай, я это чувствую. Но раз уж мы затронули тему возраста, признаюсь. Скоро мне исполнится сорок семь. А что выгляжу на тридцать, так на то мы и волшебники. Не так ли? Итак, молодые люди, что решили?

- Фирменное, Лив, и виноградный сок, - решил за обоих Джейми и подмигнул Санни: - Тебе понравится.

- Ну и отлично. Не буду вам надоедать. Джейми, я твою маму вижу реже, чем тебя. Непорядок, так ей и передай. И вот что, дорогой, сделай мне приятное, посплетничай с кузиной на мой счёт. А то мне совершенно некогда о себе рассказывать. Вечером тут молодёжная тусовка соберётся, так мы все с ног сбились, выполняя заказ. Закрываемся через час ради них. Вас это не касается, можете сидеть хоть до утра. А хотите - оставайтесь на тусовку, будет весело. Приятного аппетита, птенчики!

И прихватив меню, Оливия так же плавно удалилась.

- Старушка Лив - это для своих, - подтвердил Джейми слова хозяйки кафе. - Обычно она не так много говорит с новыми людьми, но ты ей понравилась. Оливия любит магловскую музыку и кино, а также всякие театры, музеи, выставки, оперу и прочие радости магловской жизни. Ну и своё кафе обожает, даже сама готовит иногда, под настроение. Тут все повара и официанты очень славные душевные люди, практически семья. А шеф-повар тоже волшебник, мрачный субъект непонятной национальности. Я думаю, он еврей. А Майкл уверен, что испанец. Надеясь завоевать Лив, он предлагает ей руку и сердце дважды в год, но за двадцать лет успеха не добился. Оливия же не стремится замуж в принципе.

- Она потрясающая! - выдохнула Санни восхищённо. - А остальные повара, ну и кто там ещё работает, тоже волшебники?

- Частично, в основном маглорождённые, есть пара сквибов, есть маглы, но они тоже из семей маглорожденных волшебников. Трое, кажется. Так что все знают про магию, но соблюдают Статут секретности. А тот тупиковый коридорчик как раз для аппарации и портключей. Обернись на ту дверь.

Санни выглянула из-за спинки дивана и вернулась на место.

- Выход для волшебников?

- Верно, маглы видят лишь запертую дверь с надписью: "Служебное помещение, не входить"! А мы - этого клоуна в колпаке и текст про волшебников.

- Клоун похож на нашего директора, - хихикнула Санни. - Правда, он сейчас в больнице и его замещают. Но вот такую фиолетовую мантию в звёздах я точно у него видела. Только борода у профессора Дамблдора подлиннее. А так точь-в-точь!

- Так может, она его и изобразила? - развеселился Джейми. - У Лив отличное чувство юмора.

- Она правда тётушка Майкла?

- Родная. Лив полукровка. Мать её была волшебницей, а отец маглорождённым. В семнадцать Лив закончила Хогвартс. Потом училась в магловском университете, и вернулась в итоге в это кафе, ей оно досталось по наследству от отца. Её младшая сестра вышла замуж за чистокровного мага и осталась жить в магическом мире. Майкл, собственно, и стал причиной скороспелого брака. Но, увы, родился сквибом. Так что его отдали тётке, Оливия воспитала Майкла. У её сестры потом ещё были дети, двое, если не ошибаюсь. К сожалению, сёстры не общаются. Обычная история.

Хорошенькая официантка приблизилась к их столику с подносом.

- Привет, Джейми, - кокетливо улыбнулась она и приветливо кивнула Санни, шустро поставив тарелки и стаканы с соком перед каждым. - Я Натали. Приятного вам аппетита!

И так быстро ушла, что они не успели ничего ответить.

- Это племянница шеф-повара, про которого я тебе говорил, - пояснил Джейми на её вопросительный взгляд. - Давай есть, потом поговорим. Забыл название, но это курица с грибами и ещё чем-то в сырном соусе.

Санни задумчиво кивнула, история кафешки и её обитателей напомнила почему-то романы Диккенса. Захотелось тоже подружиться с Оливией, бывать здесь хоть иногда, познакомиться с работниками, которые как семья.

Вкус фирменного блюда ей и правда понравился, так что уплела всё за милую душу. Оказалось, она очень проголодалась. Даже от мороженого не отказалась, которое принёс уже другой официант.

- Ты так притихла, - окликнул её Джейми. - Мне надо обязательно познакомить тебя с Майклом.

Санни улыбнулась:

- Я не против. А как твоя работа? Я мечтаю поглядеть на настоящих драконов!

- Завтра! - сразу выпалил Джейми. - Завтра с утра я буду там, возвращаюсь в пятницу утром, максимум в субботу. Если составишь мне компанию, то буду очень рад. И братья тебе обрадуются.

- Ох, - Санни жалобно вздохнула. - Отец ни за что не отпустит!

- Для этого есть моя мама, - подмигнул Джейми. - А драконы прекрасны! Ты бы их только видела!

- Не дразни!

- Ладно, - он усмехнулся. Потом глубоко вздохнул и нерешительно проговорил: - У меня к тебе разговор. Не знаю, как и начать.

Санни заинтересованно подняла на него взгляд:

- Ты влюбился!

- Что? - опешил Джейми. - Тебе мама сказала?

- Боже мой! - восхитилась Санни. - Это что, правда? Ой, нет, никто не говорил, я просто наугад спросила. Клянусь! Но это же прекрасно! Ты правда-правда влюбился?

Джейми смотрел на неё с напускным возмущением и вздыхал.

- Девчонки! - выдал он. - Я скажу, но пожалуйста, никому! Её зовут Агнешка, она заканчивает Дурмстранг, примерно твоего возраста. У неё есть только опекун. Антонин Долохов. У меня нет ни единого шанса, потому что я сквиб, а она прекрасная тёмная ведьма. А кроме того, даже если я попытаюсь её увлечь, добиться любви и прочего, то Долохов меня просто убьёт, а потом кастрирует и четвертует.

- Может, наоборот? - Санни сочувственно погладила его руку. - То есть я хотела сказать, может, не всё так страшно. Подожди! Долохов? Антонин Долохов? О Мерлин!

- Вижу, ты о нём слышала, - безрадостно хмыкнул Джейми. - Закрываем тему, хорошо?

- Но я хотела спросить! Как ты понял, что любишь?

Джейми отпил сок, поставил стакан на стол и посмотрел с подозрением.

- А что тут понимать? Увидел и всё. Или ты спрашиваешь, потому что не можешь сама разобраться, любишь ли ты этого, как его, Лестрейнджа? Так я тебе не советчик. Я только могу сказать, ты в него однозначно влюблена, а любовь - это глубже. Как-то так.

- С чего ты взял, что влюблена? - Санни даже дыхание задержала, надеясь услышать что-то важное.

- Я не утверждаю, - поднял руки неправильный сквиб. - Может, это любовь, а не влюблённость. Тебе уж точно виднее.

- А чем по-твоему они отличаются? Любовь и влюблённость?

- Вот же вопросики у тебя! - Джейми взлохматил волосы. - Опыт у меня не такой большой, как у твоего брата Фабиана, например. Влюблялся, конечно, страдал и прочее. Но как-то всё это было... Ну, понравиться хотел, потрогать, поцеловать, сексом заняться. Или про это не будем?

- Будем, - решила она, краснея. - А дальше?

- Санни, да меня мама убьёт за растление любимой племянницы! - поддразнил он.

- Мы ей не скажем! - она посмотрела умоляюще. - Джейми, мне вообще не с кем это обсудить! Ты же мой друг?

- Друг, конечно, - подтвердил он. - Дилемма. Ладно, ты в курсе, откуда берутся дети, надеюсь?

Она прыснула, закрыв лицо руками, но тут же посмотрела уже без улыбки.

- Конечно в курсе. И давно. И даже как предохраняться знаю. Но понимаешь, это же всё только в теории.

- Это радует, что в теории, - усмехнулся он. - Ну вот, у меня, разумеется, это было. И свидания, и поцелуи...

- И секс?

- И секс, спасибо, что в меня веришь.

- И? Как ты понимал, любовь это или влюблённость?

- Да никак, - потёр он ладонями лицо. - А может, и нет её, этой разницы? Просто всегда это было легко и приятно, иногда трудновато расстаться, но это другое. А как увидел Агнешку - и всё!

- Что всё?

- Накрыло. Никто не нужен, ничто не нужно, только она! И ради неё готов на всё. И не потому, что хочу обладать, хотя не скрою, хочу, конечно. А потому, что не хочу никуда отпускать. Жизнь с ней прожить, детишек завести, то, сё. Нет, зря спросила, паршиво у меня получается объяснять.

- А, по-моему, здорово! Я за тебя очень рада.

- Видела бы ты меня после первой встречи, не радовалась бы, - помрачнел он. - Санни! Давай отложим разговор про любовь. Я собственно, чего привёл тебя сюда, знаешь?

- Поесть вкусно? - глянула она лукаво.

Джейми рассмеялся:

- Это тоже.

- Тогда спрашивай уже, чего тянуть, - кивнула Санни, теребя в руках красивую солонку.

- Ты помнишь, что я не совсем правильный сквиб? Точнее - совсем не правильный.

- Помню, ауры видеть можешь. А ещё что?

- Вот, например, - Джейми взял нож и полоснул по ладони.

Санни ахнула, а потом со смесью ужаса и любопытства смотрела, как втягиваются обратно в рану капельки крови, а кожа срастается, вот уже белый рубец на месте раны, а вот он начинает истончаться, оставляя гладкую кожу, словно ничего и не было.

- И ещё животных могу лечить. Надо всего лишь прижать к груди, лучше обнажённой, настроиться, и они вылечиваются.

- А если тебе руку отрезать, прирастёт?

- Ты из Отдела Тайн, кузина? - фыркнул Джейми. - Ты в курсе маминых опасений? Она твёрдо уверена, стоит серым плащам узнать обо мне, тут же решат изучить, что я за зверёк такой. И, боюсь, отрезанной рукой не ограничатся.

- Поняла, прости! - и ужасно стало жалко тётушку Мюриэль и Джейми.

- Не надо так трагично глядеть. Самое поганое, что в этом есть, это непонимание, кто я такой на самом деле. Почему кто-то принимает меня за дракона, а кто-то думает, что я тёмный маг? И это всё может измениться. Во всяком случае, есть надежда.

- И как? Чем я могу помочь?

- Поехать со мной погостить к профессору Робертсу, - выдохнул Джейми. - На недельку, не больше. Он пригласил третьего января. Меня и тебя. Он сказал, что может быть, сможет помочь с этим.

- Он уже не просто профессор, - задумчиво сказала Санни. - Он теперь директор Робертс. Да, Джейми, я согласна. Но ты же понимаешь...

- Мама обещала поговорить с дядей Джейсоном, - широко улыбнулся Джейми. - Я тебя обожаю, сестрёнка. И если ты уже поела, можем идти.

А дома у тёти Мюриэль их поджидал сюрприз.

- Папа! - Санни вздрогнула, увидев, как отец поднимается из кресла. - Мы с Джейми пообедали в кафе.

- Дядя, - почтительно поклонился кузен.

Мюриэль обняла её, проигнорировав недовольство брата, и шепнула, что к драконам отец разрешил ехать с Джейми в четверг, но за это забирает домой прямо сейчас.

- Добрый вечер, Джейми, - произнёс отец. - Санни, здравствуй, дорогая. Ты же не против, если домой отправимся прямо сейчас? Вот и славно. Мюриэль, я пришлю домовика за её вещами.

- До свидания, тётушка, пока, Джейми! - успела сказать Санни, прежде, чем сработал отцовский портключ.

***

- Ну вот! - Рита первой взбежала на крыльцо. - Вроде всё цело, моя сигналка на месте. Урс, Свитти, Хлоя!

Артур глядел на Нору, ничуть не изменившуюся с прошлого посещения. Непонятно было, как они тут проживут все каникулы. Ни мебели, ни посуды, ни плиты на кухне. Даже чашек нет. А ведь ещё продукты.

- Медведик, сумки заноси! Пока не обустроимся, никакой еды.

Как Рита собиралась обустроиться, он не представлял, но покорно занёс в пустой холл её три чемодана. Хорошо, что домовики доставили их сами.

- А теперь молчать и восхищаться! - Рита подхватила самый потрёпанный чемодан и раскрыла его прямо на полу пустой кухни.

- Что это? - Артур с интересом смотрел на стопки коробок, заполнивших чемодан.

- Наша головная боль на ближайшие пару часов! - торжественно объявила Рита. - Это как раз сюда. Видишь, подписано. Не знаю, что моя мачеха туда напихала, вкус у неё, прямо скажем, так себе. Но на первое время сойдёт.

Артур увидел на верхней коробочке надпись: "Кухня". Внутри оказались какие-то странные кубики, похожие на игрушки.

- Расставляй! - протянула ему коробку Рита. - Только стол найди сначала, а то на корточках сидеть замучаешься.

Ну что сказать, крошечный стол он найти сумел, а потом пришёл в восторг, когда от простого "Фините" стол вырос до размера огромного, прямоугольного чудища. Тёмное дерево было отполировано до блеска.

- И стулья! - командовала Рита.

Стульев было восемь.

- Мы собираемся принимать гостей? - растерялся он, глядя, как шустро домовики перенесли на стол все коробочки из чемодана, расставив в один ряд. Их было никак не меньше двух дюжин. Подписи теперь стали понятней: "Спальня", "Гостиная", "Ванная", "Прихожая", "Гостевая", "Коридор", "Постельное бельё", "Шторы", "Посуда", "Еда"...

И всё в таком духе.

И начался ад. Мебель следовало расставлять по всему дому и увеличивать. Никак не меньше трёх часов провозились, даже с помощью домовиков. Хлою Чарити позвала почти сразу, так что всё делали их собственные домовики. Урс занимался распределением продуктов и приготовлением обеда на кухне, ставшей неузнаваемой от стройного ряда тумбочек, словно слившихся в одну линию, по стилю они очень были похожи на кухонный стол. Свитти ходила за хозяевами, развешивала шторы, гобелены, застилала постели, помогала двигать магией мебель, которую по нескольку раз переставляли: Рита считала, что всё должно быть идеально.

Когда Урс доложил, что обед подан, Артур уже без сил лежал на облюбованном диване в помещении, назначенном гостиной - туда выходили двери спален и коридоры с лестницами. И с большим трудом удерживался от желания ещё раз полюбоваться на спальню с широченной кроватью. Та так и манила прилечь. Стены были задрапированы красивыми гобеленами, плотные шторы закрывали окна, ноги утопали в густом ворсе толстого ковра, покрывавшего весь пол. Эти самоочищающиеся ковры разных расцветок и структуры, постеленные в обеих спальнях и гостиной, ему особенно нравились. Они, как оказалось, генерировали комфортное тепло на всё помещение. Невольно вспомнилось, как зимой, ещё до Хогвартса, он отказывался утром вылезать из кровати, кутаясь в тонкое одеяло, в попытке спастись от пронизывающего ледяного холода. Камин к утру всегда был остывший, мать экономила... Теперь камин, как сказала Рита, будет лишь для красоты и перемещений. Хотя Артуру нравилось просто смотреть на язычки пламени и слушать потрескивание дров.

С каждой стороны кровати находились красивые тумбочки, а над ними к стене крепились магические светильники. Такие были и над креслами, которые щедро расставили по дому.

А главное, вторую спаленку, гораздо более скромную, но не менее уютную, Рита назвала "гостевой". И он всё не решался спросить, будут ли они спать вместе или ему сразу перебираться в гостевую?

- Вот теперь здесь можно жить! - довольно сказала Рита, занимая место за столом. - Хотя ремонт мы так и не сделали, но не всё же сразу.

Артур мысленно согласился, подумав, что Нора за все годы существования не знала подобной роскоши. И теперь преобразилась до неузнаваемости. Можно было подумать, что здесь живёт богатая респектабельная семья, а вовсе не студенты Хогвартса, один из которых был нищим главой рода Уизли. Решив не заморачиваться этим вопросом, как посоветовала Рита, он просто кивнул, и только после этого обратил внимание на сервировку стола и обилие еды. Даже в школе было не так шикарно в самые праздничные дни.

Еда оказалась выше всех похвал, Артур отдал должное каждому блюду, начиная от вкуснейшего бульона с сухариками и заканчивая воздушными пирожными.

- На первый раз пусть будет, - сказала Рита, глядя на стол, заставленный разносолами, - но в будущем будем питаться скромнее. Не хотелось бы растолстеть.

Впрочем, она тоже успела попробовать почти всё и с одобрением поглядывала на Артура, который уже не понимал, почему раньше ему было так трудно запомнить этикет поведения за столом.

- Медведик, давай отдохнём, что ли. Вымотались мы хорошо. А после навестим нашу зверушку.

- Может, завтра? - осторожно предложил он. Этот день уже клонился к вечеру, в доме сами зажигались светильники, стоило войти в комнату или коридор. За окнами совсем стемнело.

- Ты прав, - Рита поднималась по лестнице первая, убедившись, что домовики устроили себе в широкой кладовой за кухней уютное гнёздышко. - Спать хочется зверски, я на время и не посмотрела. Надо мачехе отправить благодарственное письмо и оставшуюся мебель. А то там ещё на парочку таких Нор хватит. Но это тоже завтра. Давай, ты первый в душ, а потом обновим эту чудесную кровать.

- Будем спать вместе? - решился он наконец.

- Да уж придётся, - кивнула Рита. - Что-то мне не по себе пока в этом доме, так что давай уж сразу, без церемоний.

- Как скажешь, - обрадовался он.

В ванной уже стояли новая душевая кабинка и сама ванна, широкая, с голубоватым отливом. На крючках были развешаны полотенца, мочалки и банные халаты, а полочки над мойкой были уставлены всевозможными флаконами, кусками мыла и прочей мелочёвкой, о предназначении которой приходилось только догадываться.

Когда он вышел, распаренный и довольный, чувствуя на ногах странные, но удобные лохматые тапочки, Рита проскользнула мимо, только предупредив, чтобы ложился справа.

Постель уже была приготовлена для сна, на "его стороне" лежала новая пижама.

Пижамную куртку он надевать не стал, торопясь испробовать кровать. И да, она оказалась в меру мягкой и прекрасной на ощупь. И одеяло, пусть и очень большое, но одно на двоих, что внушало некоторую надежду на исполнение определённых желаний.

К сожалению, Артур настолько вымотался, что уснул, видимо, практически сразу. Он очень удивился, проснувшись только утром. Вмятина на соседней подушке говорила о том, что Рита спала рядом, но успела проснуться. Огорчившись, но не то, чтобы очень сильно - выспался он прекрасно - Артур спустился вниз, откуда уже поднимались завлекательные ароматы.

- Тащи ломик, - вздохнула Рита, когда блинчики с клубничным джемом закончились. Урс прислушался к пожеланиям, так что сготовил немного, штук двадцать всего. Но такие были вкусные, что оторваться невозможно. - Пойдём навещать упыря.

- Ты опять с накопителями? - поинтересовался Артур, перебарывая желание облизать пальцы.

Рита потянула цепочку на шее, и он увидел три накопителя, причём гораздо крупнее, чем тот, что они оставили упырю пару месяцев назад.

На этот раз их взялся страховать ещё и Урс, введённый в курс дела. Смитти решили не допускать к опасности, всё же она была беременной.

Лестница на чердак и коридорчик перед ней остались единственными, где ничего не было благоустроенно. И Артуру на миг показалось, что они вернулись в прошлое, что сейчас, стоит вернуться за угол, они увидят не уютную гостиную с диваном, креслами и уголком с Ритиным рабочим местом, а пустую убогую площадку с обшарпанными стенами и полом. Пришлось даже подавить в себе желание проверить, тем более живое доказательство перемен - их домовик Урс - стоял рядом, готовый на подвиги.

- Тут антимагические чары, - сразу сказал домовик, хмурясь и вглядываясь в скобу. - К этому железу лучше магию не применять.

- Давай, Артур, ломиком, как тогда, - кивнула Рита. Палочку она держала наготове. И оделась соответственно - в облегающий костюм из драконьей кожи, отчего Рыжику приходилось прикладывать усилия, чтобы не пялиться на неё постоянно. До вечера-то далеко, и не факт, что ему что-то позволят раньше.

***

"Уважаемый мистер Лестрейндж! Знаю, что это дерзость с моей стороны, просить оплаты совсем небольшой услуги. Но дело моё не терпит отлагательств. И ваша помощь пришлась бы очень кстати.

На моём факультете на четвёртом курсе учится Рой Миллиган. Не могу рассказать обо всех обстоятельствах дела, потому что обещала это важному для меня человеку. Могу только рассказать то, чего непосредственно касается моя просьба.

Дело в том, что Дамиан Вестерфорд незадолго до своей гибели поставил Миллигану знак или метку на спину, что сопровождалось сильнейшей болью. Эта метка очень беспокоит мальчика, он боится принимать душ в общей душевой, начал сторониться однокурсников и замыкаться в себе.

Поверьте, этот мальчик немало пострадал от тесного общения с Д.В. и помимо метки. Некоторое время назад Миллиган попытался покончить с собой, почти совершив прыжок с Астрономической башни.

Его остановили, однако непонятно, надолго ли. Сильно подозреваю, что эта татуировка очень непроста, и в свою очередь может стоить Рою Миллигану жизни. Помочь этому мальчику, а у него только мать и сестра, под силу далеко не каждому магу. А у вас есть некоторые связи.

Спасибо, что хотя бы выслушали, префект Лестрейндж. Буду очень благодарна, если известите меня, смогли ли вы что-то предпринять, и сочли ли это возможным. Заранее благодарю, готовая оказать не менее важные услуги, Р. М. Скитер"

Дочитав, Том Реддл поднял глаза на Рудольфуса и спросил:

- Кто такая?

- Мисс Рита Скитер, шестой курс Рэйвенкло, - ответил Руди, медленно выдыхая. Не ожидал он, что Том прочтёт это письмо, причём сразу, даже не дослушав просьбу. - Дочь богатейшего сквиба и ведьмы, умершей при родах. Отец воспитывал девочку сам, на яхте, которую считает своим домом, хотя настоящих домов у него то ли два, то ли три, местоположение неизвестно. Мачеха появилась у Риты, когда той было десять, а девушке-ведьме, очаровавшей её отца, всего семнадцать. Они...

- Достаточно, - поморщился Тёмный Лорд. - Ты видел эту метку?

- Да, сэр. Пришлось просвечивать одежду мальчишки, а прежде умудриться его выловить.

- На что похожа?

Рудольфус молча задрал рукав, показывая левое предплечье.

- Уверен?

- Ни единого отличия, мой Лорд!

- Кто такой Дамиан Вестерфорд, и откуда у него могли быть сведения о метке?

Рудольфуса обдало холодом от этих слов, хотя ответить он был готов, как только получил это послание накануне отъезда на каникулы. Дерзкая Скитер передала запечатанный конверт через Малфоя. И пришлось потратить уйму времени, чтобы найти этого мальчишку Миллигана, наложить кратковременный Конфундус и просветить его одежду, а потом сделать вид, что просто шёл мимо.

Потом он не спал полночи, думая об этой проблеме, пока утром со вздохом не отослал короткую записку Лорду с просьбой о встрече. Ответ получил на метку, вызов заставил гореть кожу всю дорогу до станции Хогсмид. Что очень мешало думать, решая, как отделаться от встречающего его боевика. Тот точно не отпустил бы его одного к Лорду, а тащить Троя с собой к Тому Реддлу совсем не входило в планы Рудольфуса. Он благодарил Мерлина за удачу, пославшую ему милую растерянную Чарити, сумевшую за пару секунд очаровать непробиваемого Хейли своими непослушными кудряшками. Отдавая приказ боевику, Руди как мог скрывал волнение, надеясь, что тот согласится помочь даме в беде. Вовсе ни к чему было вмешивать в дело с меткой ни Троя, ни отца, пока сам Лорд не примет решение.

Руди опустился на колени.

- Мой Лорд, боюсь, это моя вина! - говорил он твёрдо, хотя внутри всё дрожало. - Я рассказывал вам о том, что мисс Прюэтт попала в больничное крыло после игры в квиддич. Вы помните, что я не мог сказать всего...

- Разумеется, - спокойно кивнул Лорд. Он сидел в кресле у пылающего камина и всё ещё держал в руке письмо, словно решая, швырнуть его в пламя или сохранить. - Именно поэтому я всё это увидел в головке очаровательной мисс Прюэтт. Так что продолжай. В чём твоя вина?

- В вечер несчастного случая нас вызвали в кабинет директора. Мы имели неосторожность попасться ему на глаза, когда... Непреложный обет, сэр.

- Когда относили мисс Прюэтт в больничное крыло, надо полагать? - хмыкнул Лорд. - Погоди, я угадаю. Великий Светлый заставил тебя показать метку и под эту музыку взял с вас и ваших приятелей Непреложный обет? Умно. Значит, некий Дамиан Вестерфорд - как я понимаю, мисс Скитер намекала, что помимо метки, он насиловал мальчика? Согласен? Слишком вовремя его убрали, в такие совпадения я не верю. Похоже на месть. У Миллигана защитников не было. Логично предположить, что Вестерфорд позарился как минимум ещё на один объект, у которого покровители как раз были, но неочевидные. Чья-то невеста или жених. Не отворачивайся, детали меня не интересуют... Значит, ублюдок был человеком Дамблдора?

- Так считает Скитер, - поспешно кивнул Руди, даже не пытаясь встать с колен. - Её молодой человек, некий Артур Уизли, приходится Великому Светлому дальним родичем. Он был уверен, что у Дамблдора есть какой-то компромат на Вестерфорда.

- Логично. Как понимаю, этот ушлый малый варил Светлейшему зелья. Семья славится своими талантами в этом деле. Спасибо, Рудольфус, ты мне помог, но останься на коленях ещё некоторое время.

Том легко поднялся с кресла и вынул палочку. Побледневший Лестрейндж сглотнул, выпрямляясь ещё больше, хотя и до этого умудрялся держаться очень прямо.

- Засучи рукав и вытяни левую руку перед собой! - велел Реддл. - А теперь ответь, ты помнишь, какую клятву дал мне, принимая метку?

- Помню, - Руди опустил глаза и быстро проговорил: - Обязуюсь чтить и защищать своего господина, в любое время прийти на помощь своим собратьям, невзирая на мнение окружающих и возможные последствия, хранить в тайне полученные знания и личность собратьев.

- Освобождаю тебя от клятвы, - громко проговорил Том и коснулся палочкой метки. Руди скрутило от боли, хотя она была куда меньше той, что он испытал при наложении. Как и тогда, он смог не дрогнуть, только почувствовал, как по щеке скатилась слеза. А Том продолжал: - Ты служил мне верой и правдой, научился многому, показал себя достойным доверия и надёжным другом. Отныне нет господина и слуги, нет наставника и его ученика. Ты уже достиг достаточных знаний, чтобы считаться равным мне и искать свой дальнейший путь самостоятельно! Снимаю эту метку своей волей и своим желанием.

Дальше шли слова даже не на латыни, а на каком-то неизвестном певучем наречии. И под конец раздалось шипение парселтанга.

Широко раскрыв глаза, Рудольфус смотрел как метка блекнет на руке, а вместе с этим тает боль. Ощущения, что что-то тянется изнутри, выплывая через метку, и вовсе не беспокоили. Только одна мысль, что его не гонят, что он не потерял доверия, а просто перешёл на какой-то другой уровень, пронизывало всё существо счастьем.

- Встань, - устало произнёс Том, практически падая в кресло, когда рука Рудольфуса осталась совершенно чистой. - Больше нет нужды вставать передо мной на колени. Ты наследник славного рода, хотел бы я иметь такого сына. Но боюсь, такого у меня не будет никогда. Если ты хочешь, взамен всего этого предлагаю тебе дружбу, готов помочь, если возникнет такая нужда и это будет в моих силах и возможностях. Скажи, ты лично хочешь, чтобы этого мальчика освободили от метки?

Руди встал и, повинуясь жесту, занял второе кресло у камина.

- Да, хочу, сэр! - удалось сказать это твёрдо.

- Чего именно? - усмехнулся Реддл. - Дружбы или помощи мальчику?

- И того, и другого, - Руди тоже улыбнулся впервые за визит.

- Нахальный. Это хорошо! - Том вздохнул. - Узнал что-то? Где его теперь искать?

- Не нужно искать. Я взял на себя смелость...

Что-то грохнуло и в облаке дыма, быстро рассеивающегося, рядом с Рудольфусом появился мальчишка. Не удержавшись на ногах, он упал и теперь сидел, нервно озираясь и сжимая в руках пергамент.

- Портключ из письма? Лихо! - оценил Реддл.

- Из печати, в которую превратил кулон, - криво усмехнулся Руди. - Встаньте, мистер Миллиган! Вы в безопасности, ничего не бойтесь. Вернём вас назад в целости.

Мальчишка неуверенно поднялся и шагнул ближе к Рудольфусу. Префекта слизеринцев он хотя бы знал.

- Добрый день, Рой! - произнёс Том, поглядев в испуганные глаза. - Сразу приступим к делу. Недавно к нам попали записи некоего Дамиана Вестерфорда. Там описывается ритуал постановки на человека метки, которая превращает этого человека в раба. И стоит твоё имя. Тебе поставили какую-то метку?

Парень молчал, лишь сжал кулаки и побледнел.

- Скажи, если ты хочешь, чтобы её сняли, снимем. Если не захочешь, возвратим тебя домой, не тронув и пальцем, - Реддл отвёл взгляд, вглядываясь в язычки пламени. - Выбор за тобой, парень. Руди, через сколько сработает обратный портал?

- Минут двадцать ещё. Решайте, мистер Миллиган.

- Снять метку можно минут за десять-пятнадцать, - сказал Том. - Тот, кто её поставил, мёртв, поэтому точно сказать, сколько времени снимать, невозможно. У вас, мой юный друг, три минуты на раздумье.

Губы парня скривились, он умоляюще поглядел на Рудольфуса. В глазах стояли слёзы.

- Будет больно, - ответил Руди на его взгляд. - Могу подержать за руку. Две минуты, Рой, второй раз предлагать не станем.

- Я согласен, - прошептал Миллиган и сразу стал расстёгивать рубашку.

- Мистер Миллиган, посмотрите на меня! - велел Реддл таким тоном, что мальчик замер, глядя в глаза Тома, как кролик смотрит на удава. Рудольфус дёрнулся, но Тёмный Лорд поднял руку, махнул палочкой, и низкая оттоманка подлетела прямо к камину. Рой отмер, моргая своими длинными ресницами. - Ложитесь на кушетку. Молодец! Вот так, на живот. Не жарко? Мне нужно много света, чтобы убедиться...

Том придирчиво рассматривал метку, трогал её пальцем, заставляя вздрагивать худенького ребёнка. Руди как обещал, держал его за руку. Наконец Том коснулся метки палочкой и Рой вскрикнул.

У Лестрейнджа сердце разрывалось, пока длилась бесконечная процедура. В итоге он просто взял на руки потерявшего сознание мальчишку.

- Всё! - Том провёл рукой по лбу, снова опускаясь в кресло. - Мерзость! Мало того, что полное подчинение воли, но и отток магии через метку. Но самое смешное, Руди, тот, на кого завязано всё это дерьмо, жив. Мне повезло, что он сейчас спит или без сознания, удалось оборвать канал, хоть и с трудом. Догадываешься, кто это может быть?

- Да!

- Увы, предъявить нам нечего. Ради тебя я своими руками уничтожил единственную улику. Ладно, ради мальчишки тоже. Я не зверь! Может, подчистим ему память?

- Вы сможете?

- Заменить всю эту мерзость на что-то другое? Не проблема, только на что? И ещё. Я увидел в его голове, что об его отношениях с этой мразью знает только три человека. Девушка и парень. Он рыжий, широкоплечий, она невысокая блондинка с вьющимися волосами.

- Уизли и Скитер, - кивнул Руди. - Они же и просили за него, думаю, смогу договориться. А третий?

- Очевидно, Великий Светлый был в курсе. У мальчика пара Обливиэйтов скрывают интересные беседы с Альбусом. Так на что менять? На обучение? Сделаем для него Вестерфорда героем?

Руди нахмурился, как назло ничего не приходило в голову.

- Не могу такое решать, он даже не мой вассал! - выдал Лестрейндж.

- Да? - усмехнулся Том. - А я краем уха слышал про Мэдисона и мисс Вуд. Тогда тебя не смутило?

Руди покраснел:

- Парень не виноват, тут другое. Том, прошу, давайте спросим его самого!

Том одобрительно кивнул:

- Растёшь! Расскажу тебе, что ещё я увидел. Мальчик с матерью и маленькой сестрой Софи остановились сейчас в Лондоне в нескольких кварталах от "Дырявого котла". К сожалению, где они живут на самом деле скрыто. Кто мог поставить такой блок не могу предположить. Что-то ещё знаешь об их семье?

Лестрейндж покачал головой. Он вытянул из руки мальчика пергамент с сургучной печатью и швырнул в огонь.

- Сам отведу обратно, - пояснил коротко.

- Добро. Вместе прогуляемся. Хочется посмотреть, кто эта женщина. Парень слишком сильный, чтобы быть маглорождённым. Разбуди его.

- Эннервейт! - шепнул Руди.

Рой Миллиган щурился и моргал, но увидев Рудольфуса, живо всё вспомнил. Это было понятно по затаённому страху в больших глазах.

- Рой, - проникновенно заговорил Лестрейндж. - Так вышло, что перед тобой сейчас самый сильный маг современности по ментальным практикам. Ты хочешь забыть последние месяцы? Не всё. Только плохое?

Мальчик опустил глаза и сел на кровати. Худенькая спина изогнулась вопросительным знаком. Молчание длилось долго, только потрескивали поленья в камине.

- Как вы узнали про метку?

Звонкий мальчишеский голос дрожал от напряжения. А Руди-то был уверен, что мальчик успокоился.

Том Реддл удивил. Он просто взял письмо Риты и сунул его подростку в руки:

- Читай!

Миллиган жадно проглатывал строчки, только хмыкнул в какой-то момент. И расслабился. Заговорил он торопливо, как будто боялся передумать:

- Артур Уизли самый лучший человек, сэр. Он Софи понравился... Он сказал, что присмотрит, и не обманул. Разговаривал с ней. И мисс Скитер тоже. Это письмо... Я не хочу этого забывать, а если сотрёте хоть что-то, я ведь не буду помнить и их. Не буду понимать, почему... Нет! Я не хочу забывать ничего!

- Кто твой отец? - небрежно поинтересовался Том. - Миллиган - ведь фамилия матери?

- Это обязательно говорить?

- Какой дерзкий ребёнок! Тебе не кажется, Руди?

- Простите, - сразу вспыхнул мальчишка. - Я обещал маме без нужды не рассказывать.

- Мы проводим тебя домой! - Реддл поднялся. - Оденешься?

- Вы? Вы расскажете маме? - испугался мальчишка. - Сэр... Я не знаю, кто мой отец! Честное слово!

- Успокойся, Миллиган! - Руди дождался, пока тот застегнёт рубашку и взял его за руку. - Мы не станем говорить ничего про тебя, если сам не захочешь.

- Не надо! Пожалуйста!

Уже скоро они оказались в доме мальчика. Точнее - в квартирке на последнем этаже магловского дома. Действительно, совсем недалеко от площади с магическим баром.

Дверь открыла миловидная женщина. Удивлённо поглядела на мужчин и охнула, заметив, наконец Роя.

- Как? - прошептала она. - Извините, господа, я думала... Рой, ты же сказал, что пойдёшь спать.

- Мам...

- Здравствуйте, мадам, - обаятельно улыбнулся Реддл. - Позвольте, мы пройдём и всё объясним.

В маленькой тесной кухоньке их ожидал сюрприз. Рудольфус потрясённо смотрел на миссис Дэшвуд, ожидающую маму Роя. И нисколько не удивлённую их приходу.

- Ванесса! - поклонился Реддл. - Как член попечительского совета, вы, вероятно, знаете префекта Лестрейнджа?

- Здравствуйте, Том, - чуть иронично улыбнулась ведьма. - Мы знакомы. Добрый день, Руди!

- Здравствуйте, миссис Дэшвуд, - улыбнулся Рудольфус. - Рад вас видеть.

Как ни странно, за столом они поместились все. Руди даже обрадовался чашке ароматного кофе. Он совершенно не понимал, что здесь делает теперь, когда тут миссис Дэшвуд из попечительского совета, и гадал, когда наконец всё закончится. Родители уже наверняка его потеряли.

- Мальчик аппарировал прямо к Дырявому котлу, - говорил Том, - мы оказались рядом и взялись его проводить. Вы бы объяснили сыну, что аппарация без лицензии очень опасна.

Рой краснел и помалкивал. Руди внутренне морщился, легенда была так себе. А вот мама мальчика удивлена не была.

- Рой всегда был сильным, - спокойно сказала миссис Миллиган. При ярком искусственном свете лампы стало ясно, что она старше, чем показалось на первый взгляд. - Он уже однажды аппарировал... И вы могли не беспокоиться, он бы сам нашёл дорогу домой. Но спасибо, господа. Я очень рада, что вы позаботились о моём сыне. У нас совсем немного времени, вечером мы должны быть в аэропорту.

- Куда-то уезжаете? - осведомился Реддл.

- Домой. Здесь я снимаю квартиру на один день, только чтобы встретить детей из школы.

- А дом у вас...

- Позвольте мне промолчать, - улыбнулась женщина. - Мне не хотелось бы... Обстоятельства заставляют нас быть осторожными.

- Конечно. Не смеем отнимать больше вашего времени. Пойдём, Руди. Миссис Дэшвуд, моё почтение! Рой, был рад с вами познакомиться, мой юный друг. Впредь будьте осторожнее.

- Спасибо, сэр! - мальчишка широко улыбнулся. - За всё.

- Пустяки, - фыркнул Реддл. - И ты прав - плохой опыт тоже опыт. Учись из всего выносить пользу.

- Да, сэр! - серьёзно ответил Миллиган. - До свидания!

Рудольфус выдохнул только возле Дырявого котла.

- Вы знаете, чем занимается миссис Дэшвуд? - спросил его Том.

- Конечно. Член попечительского совета школы. Очень достойная дама.

- Миссис Дэшвуд уже несколько лет владеет сыскным агентством. Никогда не видели в Косом вывески "Акела"?

- Я думал, это что-то связанное с оборотнями, но... Сыскное агентство?

- Разыскивает родственников, наследников и предков. Вот у кого можно поучиться способам сбора информации, Руди. Интересно, что именно узнала она о семье Роя Миллигана. Хотя нет, не слишком интересно. Тебе пора, мой друг, и у меня тоже встреча с одним из Блэков. Как раз неподалёку.

- Я понял, сэр! Я очень благодарен...

- Оставь. Я сам рад, сегодня я убрал последнюю метку. Не принося почти никаких дивидендов, они стали слишком опасны, - Том улыбнулся и растворился в воздухе, даже не зайдя в магический бар.

Руди усмехнулся и вошёл в "Дырявый котёл". Раз уж он оказался здесь, самое время вспомнить о долге одной рыженькой гриффиндорке. Оставалось понять, какая сова будет для Санни самой лучшей.

Увы, дело оказалось непростым. Три лавки, торгующие совами, предлагали множество пернатых красавиц. Руди заглядывал в большие глаза, осматривал клювы и крылья, проверял одним хитрым заклинанием, но ни одна птица не смогла удовлетворить его представления о лучшем почтальоне.

Удача пришла, откуда не ждал. Парень мог бы быть классическим дикарём, если бы не приличная одежда. Все эти повадки опасного зверёныша, незаметные глазу обычного обывателя, а особенно взгляд, прямой, безжалостный, пронизывающий насквозь за долю секунды. Появился он словно из воздуха, но об аппарации не было и речи.

- Подбираете себе сову, сэр?

Послать "дикаря" подальше было первым порывом, но Лестрейндж неожиданно заинтересовался.

- Можно и так сказать, - кивнул он. - Нужна самая лучшая.

- Галеон - и укажу на неё. Лучше этой малышки здесь точно не найдёте.

- Галеон, мальчик? Не слишком ли круто для "дикаря"?

Парень осклабился самым неприятным образом, и небрежно раскрыл полы кожаного плаща. Тончайший свитер из шерсти книззлов и фестралов, кожаные брюки с ремнём-артефактом, сапоги из мягкой, но толстой кожи драконов, наверняка подбиты специальными набойками.

- В этом костюме я новый человек, мистер Лестрейндж! Мне, собственно, нет дела до таких снобов, как вы, но стало забавно помочь, раз уж выдалась свободная минутка.

На "сноба" Руди обиделся, но не стал показывать виду.

- Вперёд, бывший дикарь! Как там тебя?

- Что имя вам моё?

- Моё ты знаешь. Хочешь два галеона, назовись всё же.

- Да не вопрос! - хохотнул неправильный дикарь. - Митч я. Фамилии не скажу, не обессудьте.

- Показывай сову, Митч, - и когда парень с готовностью двинулся вперёд, к самой маленькой и убогой совятне, Руди недовольно фыркнул: - И даже половину вперёд не спросишь?

- Зачем? - ухмыльнулся тот. - О мордредовой честности Лестрейнджей каждый мальчишка знает. Вот есть у вас один мантикоров берсерк, который нарушает все законы, но к счастью редко и только когда заденут. А потом ещё и затраты пострадавшим возместить может. Так что все с понятием.

- Это кто ж такой? - заинтересовался Руди, с неприязнью выслушав о честности Лестрейнджей - обычная прибаутка для доверчивых богатых клиентов.

- Кто же знает. Но точно ваш вассал. А вот и совушки. Гляньте в тот угол, мистер Лестрейндж. На самом верху, хорошенькая, не правда ли?

- Вон то чучело, выглядящее старше моей бабушки? - фыркнул Руди. Среднего размера сова неприметной бурой расцветки сладко дремала, привалившись к балке внутренних перекрытий совиного магазина.

- Не скажите, сэр, ей от силы полтора годика. Молодая ещё и своенравная, это да. Но спросите себя, видели ли вы сов, летающих через океан? Нет? Так полюбуйтесь. Найдёт адресата даже в Азкабане, вручит письмо даже Гриндевальду. Берите, не пожалеете. А если ещё привяжете мерзавку, верной будет, как книззл. Точно вам говорю.

Руди оглядел ещё раз неприметную почтальоншу с заметным интересом, но счёл нужным поинтересоваться:

- Насколько своенравный характер? Мне нужен подарок для девушки.

- Терпимо, - пожал плечами дикарь. - Пусть девушка привяжет её к себе и никаких проблем. Только в клетку её не сажайте, а так - премилое существо.

- Издеваешься? Как я её домой заберу без клетки?

- Это почтовая сова, мистер. Вручите ей свой адрес в клюв и велите дождаться. Поймёт, это же не человек.

Рудольфус решил поверить, хоть и не имел раньше привычки доверять дикарям. Расплатился с продавцом, который с трудом смог разбудить эту самую обычную ушастую сову грязно-бурого окраса. Дикарю Митчу Руди отдал два галеона, а сове втолковал, что надо лететь к Санни Прюэтт, предъявить ей письмо и остаться у девушки. Та смотрела на него сонными глазами, не мигая, и только что крылом у виска не крутила. Дождавшись, когда мешочек будет привязан, она ухнула и свалилась под прилавок.

Руди обалдел и вместе с суетливым продавцом заглянул под высокую стойку. Сова лежала ничком, не подавая признаков жизни.

- Какого Мордреда... - начал Рудольфус, выпрямляясь. Только Митча уже и след простыл. Продавец отшатнулся:

- Улетела сова, сэр! Она просто странная. Месяц уже продать не могу из-за её фокусов. А ведь умница!

- Что? - Руди ещё раз заглянул под прилавок. Сова исчезла.

- Магия, - глубокомысленно сказал старик, глядя на него с опаской.

Руди нахмурился, потом фыркнул. Оставаться в совятне и качать права внезапно расхотелось. Придётся писать Санни и спрашивать, получила ли сову. Но Митча, если что, он запомнил. Дойдя до аппарационной зоны, он вынул портключ и активировал.

- Вот я и дома, - пробормотал пару секунд спустя, безрадостно оглядывая свою комнату. - А Рабастан неизвестно где. Зашибись как весело!

***

Август Руквуд никак не мог поверить своему счастью. Слишком много хорошего сразу случилось, почти одновременно. И за что ему так благоволит судьба, он даже не представлял.

Началось с пробуждения, когда новобранец Отдела Тайн вдруг отчётливо понял, что ни одна мышца его не беспокоит. Похоже, бешеные тренировки сделали своё чёрное дело, и если дальше он не забросит утренние упражнения, как предупреждал куратор, то будет в прекрасной форме. Стоило вспомнить Мюриэль, обводящую языком кубики пресса на его животе, как приходило понимание, что всё это не зря. Так что Руквуд имел железобетонный стимул не отлынивать по утрам.

После самостоятельной тренировки, разработанной лично для него, пробежки вокруг всего учебного комплекса и спарринга с парнями в боксёрском зале, его вызвал куратор. И не успел Август войти, как тот встал и с улыбкой протянул ему руку.

- Поздравляю, Август! Вы закончили учебную программу. Вы приняты в штат без всяких испытательных сроков.

Слова до мозга доходили медленно, сбиваемые каким-то безумным маршем, звучащим в голове. Он машинально пожал куратору руку. И обалдело уставился на связку кулонов-ключей, протянутую другой рукой.

- Что это, сэр?

- Джентльменский набор каждого сотрудника, коллега, - хохотнул тот. - И зови меня Дуглас, друг мой. Без всяких сэр и мистер, договорились?

Джентльменский набор сначала стал потрясением.

Ключей было пять. И это были не просто ключи, а полноценные порталы многоразового использования. Назначение Дуглас объяснил коротко, указывая на разноцветные ключи:

- Красный - кабинет твоего личного целителя, зелёный - твои новые апартаменты в Отделе. Синий - столовая отдела, жёлтый - твоя личная лаборатория. И наконец белый - портключ в головной офис Отдела Тайн, расположенный в Министерстве Магии. А теперь вас ждёт целительница. Прощальный осмотр, Август. К сожалению, он необходим.

Дуглас проводил его до кабинета целительницы, где Августу велели раздеться и лечь на кушетку.

Он уже почти привык к еженедельным осмотрам, хотя разве к этому можно привыкнуть? Не возбуждаться, когда тебе ощупывают тонкими ручками всё тело, было решительно невозможно. Понимающая улыбка невероятно сексуальной целительницы мисс Кимберли нисколько не помогала примириться с ситуацией. Только совет Мюриэль несколько утешал:

- Представляй меня, милый. И не вздумай сдерживаться. Ты сильный молодой мужчина, это никого не удивит. А вот если вдруг тебе станут безразличны прикосновения целительницы, начнут размышлять, что же такое случилось, а нам такое расследование вовсе не нужно, верно?

- В первый раз я кончил прямо на их долбанной кушетке, - хмуро пожаловался он. - Как раз тебя представил.

- А это вообще замечательно, - и она рассмеялась. А потом притянула к себе: - Ну, не дуйся, милый. Займись лучше делом! Да, вот так...

Август вздрогнул, возвращаясь в настоящее, посмотрел сквозь ресницы на целительницу и резко втянул воздух сквозь стиснутые зубы. Только продержаться, это последний раз. Потом у него будет другой целитель, к счастью, мужчина. И только по необходимости, а не для этого издевательства.

- Всё нормально, мистер Руквуд, - щебетала мисс Кимберли, нежно касаясь пальчиками его яичек. - Вы прекрасно сложены, мне даже жаль, что приходится с вами расставаться.

Он зажмурился, отчаянно представляя взгляд Мюриэль, от которого он загорался без всякой дополнительной стимуляции.

- Отпустите себя, - велела целительница строго. - Возьмём заодно образец спермы. Вам не придётся сдавать её самостоятельно. Ну же. Поверьте, сэр, я не собираюсь издеваться, для следующей процедуры вы нам нужны расслабленным...

Оставалось зажмуриться и вспомнить первый минет от любимой женщины. Тогда ему конкретно снесло крышу... Не прошло и пяти минут, как со сдачей естественных жидкостей было покончено.

Потом стало легче, после очищающих заклинаний возбуждение не вернулось, мисс Кимберли вышла, а вместо неё вошёл высокий сухопарый мужчина в целительской мантии.

Лохматая седая шевелюра и изрезанное морщинами лицо понравились Августу.

- Мистер Руквуд, я ваш личный целитель с этого момента, - пророкотал тот, гремя какими-то металлическими предметами в железном лотке. - Фрэнк Лоусон к вашим услугам. Давайте, договоримся сразу. Вы зовёте меня Фрэнк или целитель, и являетесь без задержек в любой момент дня и ночи, если возникает необходимость. Один из ваших портключей как раз настроен на мой кабинет. Как только вы появитесь там, у меня сработает сигнал, и я смогу явиться туда же в течение от трёх до семи минут, как показывает практика.

- Прошу вас тоже обращаться ко мне по имени, - вежливо ответил Руквуд, приподнявшись на локте. - Рад познакомиться с вами, целитель.

- Отлично, Август. А теперь расскажите, куда вы предпочитаете вживить ваши ключи. Могу дать подсказку. О месте, где они будут вшиты, знать будем только мы двое.

- Вживить? - переспросил он. - Оставить так нельзя?

- Исключено. Правила есть правила.

Оказалось, ничего страшного это не значило. Маленький стержень, извлечённый из каждого ключа, был мягким и почти неощутимым.

- Эти ключи тоже работают, - вручая ему связку после процедуры, сообщил Фрэнк. - Но рекомендую привыкать ко вшитым, а связку хранить лучше в своей лаборатории. Вы хорошо сделали, вшив ключ от неё именно в пятку. Достаточно топнуть дважды и он сработает. А вот чтобы попасть ко мне, придётся прикусить щёку. Остальные три активируются, когда с силой надавите на соответствующие участки тела. Советую хорошенько потренироваться. Не бойтесь, что кто-то другой сможет нажать. Активация реагирует только на ваши собственные прикосновения, и ничьи больше.

Расставшись с целителем, Август освободил от вещей свою временную комнату в учебке и с волнением сжал мочку уха. Перемещение вышло мягким, никакого рывка. Апартаменты захватили дух. Выбитая в скале пещера содержала все удобства цивилизации. Огромное панорамное окно закрывало выход из неё. Можно было его открыть и выйти на площадку-балкон, под которой зияла пропасть. Вид с балкона открывался шикарный.

Сама комната-пещера была по площади больше, чем весь его домик в Хогсмиде. Уже застеленная кровать, несмотря на внушительные размеры, просто терялась в этом зале. Камин был растоплен, на каминной полочке стоял полный горшочек летучего пороха. Часть зала отделяла высокая стойка, там стояла холодильная камера, забитая продуктами, и имелось всё для готовки еды и приёма пищи.

Больше всего ему понравилась белая шкура перед камином, серия книжных полок возле массивного рабочего стола и встроенная в стену гардеробная. Санузел с душевой кабиной и нормальной ванной примыкал к гардеробной и имел два входа - из самой гардеробной и из комнаты.

Осмотрев всё и оставив в комнате свои вещи, Август отправился в лабораторию, не смея верить, что он будет пользоваться ею один. Так и вышло, там его уже ждал парень по имени Саймон, но оказалось, что ему просто выдали ассистента. Знакомство прошло легко, ассистент оказался немного замкнутым и не слишком разговорчивым, но Августа это устраивало.

Саймон проводил его по внутренним коридорам, опять же вырубленным в скале, по всем значимым местам, показав столовую, кабинеты и лаборатории начальников и значимых людей Отдела, а также склады, где следовало получать экипировку, ингредиенты для зелий, заказывать необходимые готовые зелья и артефакты. Отдельно располагалась совятня, к ней надо было подниматься по вырубленным ступенькам высоко наверх. И спортивный зал с бассейном, к нему, напротив, следовало спускаться.

Всё осмотрев и даже позавтракав в столовой, Август вернулся к себе в новое жилище и принялся обустраиваться. На складе ему выдали неплохое кресло, парочку гобеленов на стены и ещё одну шкуру на пол, которую он постелил перед кроватью.

Лаборатория заняла всё оставшееся время до обеда. Да и после он ушёл туда же, дожидаясь вечера за началом проектирования одной задумки, родившейся ещё в учебке. Теперь ему не нужно было отпрашиваться или ждать увольнительной. Совершенно внезапно он стал хозяином своего свободного времени, мог вовсе не ночевать в своих апартаментах, а в лаборатории работать в любое удобное ему время и столько, сколько сам посчитает нужным.

Чем ближе подступал вечер, тем сильнее охватывало Руквуда волнение. Он уже представлял, как мягко засветятся глаза Мюриэль, когда он расскажет ей все новости этого безумного дня. Конечно, она будет им гордиться. Может, даже отпразднуют вдвоём его новый статус. А потом, конечно, будет ночь. Он уговорит её позволить ему остаться до утра. Сегодня уже не нужно возвращаться к полуночи в учебный корпус.

Ожидание становилось невыносимым, как всегда перед свиданием с любимой. Но сегодня это было особенно тяжело. Но он выдержал, дождался. И ровно в семь вечера переместился портключом в её дом.

Его ждали, и от этого в груди разлилось уже знакомое тепло. Мюриэль стояла на верхней ступеньке лестницы, и он взлетел по ней, как на крыльях. Опустившись на одно колено, долго целовал её руки, пока она не рассмеялась.

- Довольно, Август, пойдём уже. Ужинать будем вдвоём.

Это обрадовало, Руквуду нравился сын Мюриэль, но, когда Джейми не было дома, она всё внимание уделяла только ему. А сегодня ему была жизненно необходима вся она, без остатка.

- Вот как, - задумчиво произнесла она, когда он за десертом сообщил новости. - Поздравляю тебя, милый. Ты это заслужил! Значит, на всю ночь?

Он смог только кивнуть. Она встала и протянула ему руку. Так и дошли до спальни, не расцепляя пальцев.

А потом была ночь, полная такой нежности и страсти, что Август совершенно потерялся в ощущениях. Ему казалось, что Мюриэль ещё никогда не была с ним такой открытой, такой потрясающе внимательной, отдающей себя всю, угадывающей его малейшие желания. Сам он тоже старался как никогда, и балдел от восхищённой улыбки:

- Повторить сможешь? - лукаво спрашивала она.

И он повторял, а потом млел от ответных ласк. Даже не задумываясь сегодня, откуда она так много знает и умеет. Это было неважно.

- Свёл татуировку? - вдруг спросила Мюриэль, перехватив его руку.

- Тебе же она не нравилась, - нашёлся он, становясь ещё капельку счастливей. Том призвал буквально накануне, был неожиданно серьёзен и прост в общении. Снял метку и пожелал удачи. Август пытался благодарить, а Лорд в ответ лишь усмехнулся, проронив, что всегда полезно вовремя остановиться.

- Не нравилась, - эхом повторила она. - Она уродливая, а ты красивый. Тебе бы подошёл дракончик, зелёный такой, шкодный.

- Как твой патронус? - уточнил Руквуд.

- Поцелуй меня, Август. Поцелуй так, чтобы я запомнила на всю жизнь!

- Куда желает леди? - улыбнулся он, нависая над Мюриэль, вспомнив, как она спросила его так же. И тогда он жутко смутился, опрометчиво ответив "Куда захочешь".

- Дерзкий мальчишка, - рассмеялась она, обхватив ладонями его лицо. - Сначала в губы.

- Твой навсегда, - прошептал он, охотно выполняя её просьбу.

Запомнит ли она, он не знал, но сам Август точно не забудет, ни поцелуй, ни то, что последовало дальше. Он едва сознание не потерял от нестерпимого удовольствия.

Заснули они только под утро, а уже скоро Мюриэль разбудила его, осторожно погладив по плечу.

Он открыл глаза и улыбнулся. Мюриэль лежала поверх одеяла, закутанная в плотный пеньюар, и смотрела на него, лёжа на боку. От неё едва заметно пахло кофе и корицей.

- Давно проснулась?

- Тебе пора, - произнесла тихо, увернувшись от его попытки обнять. И на жалобный взгляд только покачала головой: - Оденься, я должна кое-что тебе сказать.

И стремительно поднявшись, вышла в ванную, оставив его одного в постели.

Август прижался к её подушке лицом, вдыхая сводящий с ума запах. Потянулся блаженно, только потом вскочил и поспешно принялся одеваться. Заставлять ждать себя он точно не мог позволить. Оставалось гадать, что такого важного решила она сообщить.

Когда Мюриэль вернулась, облачённая в платье и зелёную шаль, он уже был готов и шагнул к ней, предлагая руку. Но любимая покачала головой.

- Лучше обойдёмся без завтрака, - произнесла она, глядя в окно, где серел рассвет. - Мы поговорим, и ты сразу уйдёшь. Так надо. Сядь, пожалуйста.

- Как скажешь, любовь моя! - он занял кресло у камина, хотя больше хотелось сесть у её ног спиной и положить голову ей на колени. Чтобы ощущать, как она зарывается пальцами в его волосы... а потом целует в затылок. Но сейчас это показалось неуместным.

Немного беспокоило, что он вообще не чувствует её эмоций, но попытки зондировать сразу прекратил. Мюриэль не любила, когда он применял свой дар эмпата вне постели.

- Август, мне очень жаль, но три недели - это максимальный срок для любого романа в моей жизни. Мы встречаемся уже шесть недель. Предлагаю: расстанемся друзьями без истерик и споров. Сейчас, пока у нас всё хорошо.

Казалось бы, ничего не изменилось вокруг, а ведь только что рухнул весь его мир, разлетелся вдребезги, канул в пропасть. Как назло, кроме пафосных фраз в голову не лезло абсолютно ничего, а в груди разрастался холод и разливалась чёрная пустота.

- Это жестоко, так шутить, - пробормотал он еле слышно, ощущая, что ещё немного, и он расплачется, как ребёнок. - Почему?

- Ты был лучшим любовником из всех, кто у меня был, - спокойно произнесла Мюриэль. - Такой послушный, страстный, порывистый. Такой красивый и сильный! Такой умный. Я почти влюбилась, хотя не могу себе это позволить. Но время расстаться настало. Всё кончено, Август. Не мучай понапрасну ни себя, ни меня, ради того, что у нас было. Очень прошу. Просто уйди.

Он знал, что надо встать и молча уйти, не смотреть на неё больше, не пытаться взломать её щиты, чтобы узнать, что на самом деле происходит. Почему его гонят сейчас, после такой ночи... И тут он понял, она так прощалась с ним. Она заранее всё решила. И боль затопила все остальные чувства, подтверждая - это конец.

Что ему стоило встать и не пошатнуться - никто никогда не узнает. Вот на улыбку сил не хватило. А на слова, увы, да:

- Ты тоже мне нравилась, - ещё бы голос не был таким хриплым. - Умоляю... будь счастлива!

Ведь едва не сорвался, едва не упал на колени, но успел заметить муку в её глазах, щиты пали в последний момент - за мгновение до пожелания счастья, за два удара сердца до активации портключа в новые апартаменты штатного сотрудника Отдела Тайн.

Он надеялся, что звукоизоляция хорошая, но набросал ещё кучу заглушающих чар. А потом упал на колени и орал, как раненый зверь, без слов, без чувств, без мыслей. Просто чтобы заглушить и слова, и чувства, и мысли, не слышать, не поддаваться. Почти сорвал голос, только боль никуда не делась.

"Я почти влюбилась! - услышал он, как наяву. - Ты был лучшим любовником... Всё кончено!"

Август закрыл лицо руками и разрыдался. Затих он через несколько минут или часов, время потеряло значение. На душе царило сумасшедшее спокойствие. И тогда он начал думать...

***

Юджин тряхнул головой, закрыл один глаз и сурово глянул на посланца.

- Па-а-а-втори! - выдал он, подумав.

- Урґкхарт, сэр, - парнишка был теперь один, казался растерянным и только слегка расплывался. - Вас лорд Нотт зовёт! Это срочно, сэр!

- Ща буду, - решил Юджин, махнув рукой с зажатой в ней флягой. - Прова... проваливай!

Мальчик глянул с сомнением, но кивнул и исчез.

Юджин заинтересованно тряхнул фляжкой, улыбнулся, услышав плеск, и поднёс её к губам.

Клайв Шелби попытался отобрать, но Уркхарт резко отстранил его, схватив за горло другой рукой.

- Не лезь!

Друг, побледнев, с трудом оторвал его руку от своего горла и отошёл, дыша тяжело, со свистом.

- Тебе конец! - прохрипел он.

- Мне так и так пиздец! - согласно кивнул Юджин, отшвырнув пустую фляжку. Речь его, как ни странно, стала чётче. - Бля, ты вдвоём или втроём?

- Я один, пьянь, - разозлился Клайв, наконец прокашлявшись. - Ты мне чуть трахею не вырвал, придурок! Протрезвляющего зелья нет, а и было бы, не дал бы.

- Перенеси меня к лорду-дракону, будь... - на несколько секунд Юджин замер. - Будь... Как же там... другом! Вот!

Он качнулся в сторону Клайва, но тот отшатнулся.

- Прогуляйся, придурок. Хочешь, оболью водой хотя бы?

- А мне хорошо, - улыбнулся тот и всё же смог ухватить друга за рукав. Навалившись всей тяжестью на его плечи, велел: - ап-парируй!

- Расщепит тебя, самоубийца! - обречённо сказал Клайв, но, тяжело вздохнув, приобнял друга за талию и аппарировал.

По крайней мере, одна польза от аппарации была. Юджин упал на колени и его скрутило. Выворачивало долго, хорошо, они оказались возле кустов в стороне от главного входа в особняк.

Пришлось Клайву наколдовать воды, поить трясущегося Юджина, и клясть на чем свет горский подарочек. Никогда он не видел ещё, чтобы Уркхарта подобным образом развезло от одной фляги.

- Лучше? - спросил Клайв осторожно, когда Юджин наконец перестал полоскать горло и отплёвываться.

- Хуже, - ответил тот, мотая головой. - Надо глотнуть ещё. Не осталось?

- Перебьёшься! - рявкнул Шелби, хоть и понимал, что глоток алкоголя мог сейчас и помочь. - Иди уже, не заставляй ждать лорда-дракона.

- Перегар убери, что ли, - попросил Уркхарт, сжимая голову двумя руками. - Я ща... Щас не рискну палочку взять в... в руки.

- Я тебе не нянька, - Клайв всё же пару заклинаний наложил на приоткрытый рот несчастного, сначала общее очищающее, потом уже чистки зубов как для детишек, добавив запах мяты несложным пассом. Принюхался к его дыханию и фыркнул: - Мятный огневиски. Постарайся ни на кого не дышать!

Юджин прищурился:

- Блядь, глаза режет! Но хотя бы... да, не двоишься. Проводишь?

- Сам иди, я тут тебя подожду, - вежливо отказался Клайв.

Юджин кивнул и пошёл, пошатываясь, к хорошо освещённому крыльцу, держась неестественно прямо. По ступенькам поднимался целую вечность, то не попадая ногой на следующую, то пытаясь завалиться назад.

Поглядев на это безобразие, Клайв со стоном закрыл глаза рукой. И вроде не жалко было эту сволочь, что едва его не задушил своими стальными пальцами. А всё равно сочувствовал. Что с ним сделает лорд Нотт, даже думать не хотелось.

***

Лисс Пранк сжимала и разжимала кулаки, нервно прохаживаясь по широкому коридору перед малым залом, где лорд-дракон беседовал с её родителями. Она уже жалела, что первым делом сунув свои вещи брату, ринулась на поиски миссис Флинт. Всё сразу приняло очень уж крутой поворот.

Эми Флинт выслушала её сумбурные объяснения пополам со слезами, велела угомониться и лучше лишний раз пописать, чем тратить влагу на слёзы, после чего взяла за руку и повела прямо в особняк Ноттов. После чего велела ждать в этом самом коридоре. Родители прошли мимо неё спустя всего лишь минут десять. Отец лишь кивнул, покачав головой, а мама успела обнять и расцеловать. И вот уже целую вечность они там, за тяжёлыми дверями что-то обсуждают. Правда, Темпус, вызываемый поминутно, заверял, что эта вечность длится всего пять минут. Потом, что шесть минут, затем девять. Но ожидание становилось уже невыносимым.

Она вздрогнула от хлопнувшей двери позади и резко повернулась. В коридор ввалился Юджин Уркхарт собственной персоной. Что он слегка не в себе, она поняла почти сразу. Что подтвердила неровная походка.

На всякий случай девушка прижалась к углу у двери в зал, стараясь не дышать и не шевелиться. Пьяных боевиков она побаивалась. К сожалению, зигзагообразное движение Уркхарта закончилось ровнёхонько возле неё. Боевик тяжело привалился плечом к стене и с некоторым трудом скрестил руки на груди. Смотрел прищурившись, распространяя вокруг себя сильный запах мяты и спирта.

- А вот и... невеста, - удовлетворённо произнёс он, словно по её душу и пришёл.

Лисс стало страшно. Она сама себя загнала в ловушку, встав в этот угол.

- Сэр, я вас прошу, отойдите от меня!

- А то... что? - пьяная усмешка выглядела отвратительно на его лице. Он приблизился ещё на шаг, снова привалившись к стене.

Лисс постаралась дышать ртом, прикидывая, что если она быстро нагнётся и прошмыгнёт справа от него, то получится удрать. Как известно, реакция у пьяных замедленная. Только зря она не смотрела в его сторону. Стоило приступить к плану, как Юджин резко схватил за плечо, легко прижав её к стене.

- Не нравлюсь, да? - спросил мрачно, почти касаясь губами её щеки.

Лисс как могла отвернула голову к стене, боясь шевельнутся. Можно закричать, но тогда этому гаду не жить, а она всё же сволочью быть не хотела. Оставалось попробовать достучаться. С пьяными же как с психами - главное не спорить.

- Нравитесь! - мягко возразила она. - Пожалуйста, отпустите. Здесь рядом куча народу.

- Думаешь, меня... напугать?

Терпение - забавная штука. Иногда, оно нескончаемо, когда сидишь на уроке Истории магии и ждёшь перемены. А иногда вдруг резко пропадёт, как сейчас.

- Придурок! - выплюнула она ему в лицо, толкнув изо всех сил. - Отвяжись от меня немедленно!

Только с таким же успехом можно было толкать стену дома. Не факт, что он это почувствовал.

- Ща... - выдал этот гад и нахмурился, словно не мог подобрать слов. - Только один... один... поцелуй!

У Лис аж глаза округлились от такой наглости. Показалось, что ослышалась.

- Не посмеешь! - смогла наконец ответить. Увидела обиженный взгляд и вдруг принялась хохотать. Не иначе как истерика случилась.

Уркхарт зажмурился, а она никак не могла остановиться, и сползла бы по стенке, если б её не удерживали за плечо стальной хваткой.

Только не учла пьяное упрямство своего жениха. Он вдруг поймал её подбородок и провёл большим пальцем по губам, стерев смех этим простым жестом. Наклонялся медленно и неотвратимо. Лисс вздрогнула от потрясения, когда его губы коснулись уголка её рта. Как под гипнозом смотрела на его ресницы стрелочками, бросающие тень на скулы. А потом опомнилась, как раз, когда он исправился, и с силой прижался губами к её губам. Испортить ей первый в жизни поцелуй ему удалось! Злость придала уверенности. И в следующий миг пьяный боевик отшатнулся, прижимая к губам руку.

Этого оказалось достаточно, чтобы рвануть из плена и оказаться на другой стороне коридора.

Юджин сплюнул кровь на пол и буркнул какое-то ругательство. Лисс предпочла не расслышать.

- Ну и дура! - тут же выдал этот уникум, развернулся к дверям зала и вошёл туда, плохо закрыв за собой дверь.

"Сам дурак", - Лисс решила не озвучивать и тут же бросилась к этой щели - посмотреть, что будет. На губах остался вкус мяты и металлический привкус крови, укусила она его знатно, даже совесть немного мучила. В щель разглядеть ничего не удалось, кроме угла комнаты с краешком дивана, а приоткрыть дверь больше она боялась. Зато слышимость была отличная.

- Юджин, - голос лорда-дракона был спокойным и чуть насмешливым. - Что-то задержало?

- М-м... сэ-эр... - всё, что сказал в ответ боевик, после чего наступила звенящая тишина.

Лисс охнула и зажмурилась.

- Полагаю, разговор мы отложим, - вкрадчивый тон лорда Нотта не предвещал ничего хорошего. - Пир, господа и дамы, идите готовьтесь. Уркхарт, будь любезен... Стой, где стоишь.

Лисс метнулась к стеночке - и вовремя, как раз вышли её родители. А вот миссис Флинт не выходила.

- Ты здесь? - удивилась ей мама, словно они не сами велели ей подождать. - Пошли домой, что же ты с дороги тут? Стив женился, ты знаешь? Будем праздновать.

- Как выросла! - заметил отец, целуя в лоб. - Пойдём, Лисичка моя. У нас с мамой для тебя есть подарок, в твоей комнате дожидается.

Пришлось идти, хотя Лисс бы осталась, а может, даже бросилась лорду-дракону в ноги с просьбой не убивать дурака Уркхарта. Но отец её прихватил за плечи, пришлось идти к дому, не вырываться же. Поздно она подумала, что надо было протрезвить Юджина, как тогда Рабастана. Могла же, хоть он и скотина последняя. Но вдруг всё же придётся замуж за него идти, так надо же заботиться о нём, не чужой.

Лисс грустно вздохнула и вдруг вспомнила Лаудана, его смешливую улыбку, россыпь чёрных кудрей по плечам, теплоту взгляда чуть раскосых чёрных глаз. А как он тогда поразил всех в Большом зале! Сначала музыка зазвучала, заставив всех удивленно переглядываться. Лисс, как и другие, закрутила головой, не понимая, откуда такое чудо. И пропустила момент, когда Лаудан вдруг запрыгнул на стол. Только при звуках его голоса она обернулась. Что это была за песня, которую Забини пел, прижав руку к груди, она так и не узнала. Просто как-то всё закрутилось, а Лаудан отговаривался, что сам не знает. Профессора не стали останавливать пение, директор и вовсе взмахнул палочкой, прибавляя звук. А Лаудан всё пел, скорее всего, на итальянском, безумно красиво и завораживающе. Даже гриффы рты пораскрывали. Слизеринцы свистели и улюлюкали, требуя чего-нибудь ещё исполнить на бис. Но довольный собой Забини раскланялся во все стороны и спрыгнул со стола. Аплодисменты не смолкали ещё долго. И громче всех хлопали за столом преподавателей.

Лисс вообще бросилась тогда ему на шею, как только спрыгнул, в щёку поцеловала, вырвав из круга тормошащих его друзей. Лаудан сверкнул глазами и шепнул ей на ушко: "Для тебя пел!". Она рассмеялась, не поверила. Небось всем девчонкам это говорил, только ей-то зачем врать было, они же и без того друзья. Это потом она поняла, что, возможно, и не соврал.

Глаза открылись, когда они Монстрика больного смотрели, питомца Санни Прюэтт. У Лисс внутри всё перевернулось от жёстких слов Забини: "Моей будешь!". А она почувствовала себя дура-дурой, которая дальше носа не видит, потому что для остальных это явно не стало сюрпризом.

А как она могла понять? Не было ведь ничего! Он даже не флиртовал никогда с ней, как бывало с другими девчонками. И тут такое. И помириться не получалось. Изменился с тех пор, не поговорит, не подойдёт, только смотрит иногда, когда думает, что она не видит, как побитый книззл. А она мириться первой не пойдет! Подойти, спросить: "Мы друзья или как?" А вдруг скажет, что нет? Тогда уж совсем тоска.

Лисс обернулась к матери, поймала её руку и прижала к щеке.

- Лисёнок! - потрепали её по голове. - Хватит страдать, у брата свадьба, а пока твою устроим, столько ещё переменится.

- Я знаю, - улыбнулась Лисс. - Спасибо, мам, пап. Можно я побегу с женой Стива познакомлюсь? Как её зовут?

- Мэйси её зовут, дочь вождя клана, - откликнулся отец. - Знакомься, что с тобой поделаешь.

- Но потом к нам, - велела мама уже вдогонку. - Через полтора часа на пир пойдём.

- Хорошо! Я быстро! - закричала Лисс, сразу обегая свой дом вокруг. Вход в половину Стива был с другой стороны.

А любопытно ведь, как девчонки эти из клана горцев по приказу пошли замуж? Очень любопытно. Вот и расспросит.

***

Валери упрямо осталась рядом с отцом, когда он всех, кроме пьяного Уркхарта так быстро выставил. И тихонько вздохнула, заметив, что Эми Флинт тоже никуда не пошла. Наоборот, встала с диванчика и подошла к креслу отца. На Юджина, с грохотом рухнувшего на колени, миссис Флинт не смотрела.

- Теодор! - строго произнесла она, положив руку на локоть лорда Нотта.

- Вам лучше выйти, - мрачно произнёс отец. - Валери, марш к себе! Будешь крутиться под ногами, выдам замуж!

- Как прикажешь, - фыркнула строптивая дочь, не сдвинувшись с места на облюбованном диванчике. Зеркало, как назло молчало, и Валери уже злилась на брата, которого неизвестно где носит.

- Кажется, я только что приказал идти к себе, - нахмурился отец. - Эми?

- Выставишь и меня, Тео? - мягко спросила матушка Квина. Даже Валери стало не по себе от скрытой угрозы, правда, её тут же отвлекло ожившее зеркало.

Осторожно положила его на диван рядом с собой и показала братцу скрещенные пальцы. Магнус дураком не был и условный знак прекрасно понял. Отстукнул три раза по стеклу, что означало: "Сейчас буду!".

- Значит так! - рявкнул отец, заставив дочь подпрыгнуть. На кончиках пальцев заплясали огоньки пламени, а глаза засветились жёлтым.

Юджин дёрнулся и захрипел, явно начиная задыхаться.

Валери поспешно вскочила. Эми Флинт покачала головой и направилась к выходу. С громким хлопком появившийся посреди зала Магнус заставил всех замереть. Огонь на пальцах Теодора сразу погас, он устало взглянул на сына. Уркхарт со стоном повалился на пол и замер неподвижно.

- А я Юджина найти не могу, - весёлость брата была настолько неуместной, что Валери поморщилась. - Что вообще происходит?

- Ты как всегда не вовремя, сын, - проворчал Теодор Нотт. - Где пропадал?

- Так дома у себя! Ты же велел обустраиваться, - Магнус покосился на безучастного Юджина, который даже не поднял головы. - И Уркхарт мне помогает. Смотри, что там нашли, например!

И Магнус бестрепетно прошагал к отцовскому креслу, вытаскивая чуть не из воздуха длинную рапиру или саблю. Валери в них не разбиралась.

Лорд-дракон купился, с интересом протянув руку. Взял этот вертел, провёл пальцем по лезвию, стал рассматривать рукоять, богато украшенную драгоценными камнями. Эми Флинт отмерла, тоже подошла ближе. Ну и Валери не стала отставать.

- Дайте подержать хотя бы! - попросила она капризно.

- Это не для женщин! Пара к ней есть, Магнус? - спросил Теодор, не собираясь выпускать из рук игрушку.

- Есть, кажется. Надо Уркхарта спросить. Там много всего, без Юджина не разобраться.

- Уркхарта хорошо бы круциатусом протрезвить, - проворчал лорд-дракон. - Позвал показать родителям невесты, какой приличный у нас жених. Убил бы! И это едва встретив ребят из школы!

- Да брось, пап, сегодня все напьются! Подумаешь, раньше или позже...

Эми поморщилась, а в следующий миг рвануло:

- Раньше или позже?! - гаркнул лорд Нотт. Глаза снова засветились, а голос стал тихим и от этого ещё более страшным: - А ну прочь с моих глаз! Живо! И этого прихвати. Покалечу ведь... ублюдка мантикоры.

Магнус, не мешкая, подлетел к Уркхарту, легко дёрнул вверх, буквально забросив на плечо, и сразу ушёл порталом.

- Эми! - лорд-дракон прикрыл глаза, откинувшись на спинку кресла.

- Здесь я! - повысила голос миссис Флинт, мгновенно оказавшись рядом. Рука легла на его плечо: - Успокойся, прошу!

- Эми, что за херня тут происходит? Вот скажи мне! Дочь не слушается, сын совершенно отбился от рук! Боевики...

- Убери железку, Тео. Валери, деточка, тебе бы переодеться к празднику.

- Хорошо, - теперь можно было удрать со спокойной совестью. Хоть и хотелось посмотреть на укрощение злого папочки, но не судьба. Подглядывать за интимной жизнью родителя Валери не собиралась.

В своей спальне она первым делом бросилась к столу и выхватила из стопки листок пергамента.

"Привет, - написала поспешно. - Я дома! У нас тут гуляют сегодня. Стив Пранк и Арес Шелби женились. В пятницу, возможно, смогу выбраться в Косой. Надо кое-что прикупить. Как ты, как драконы? Отец грозится выдать замуж. Теряюсь, с чего бы. Просто так он ничего такого говорить бы не стал. Надеюсь, подберёт кого-нибудь поприличней. Больше ничего нового. Твой друг В.Н."

Сова появилась сразу, стоило свистнуть в открытое окно. Валери привязала к протянутой лапке послание.

- Гидеону Прюэтту.

После этого можно было и душ принять.

***

Портключ перенёс Магнуса с его дорогой ношей в северную цитадель, прямо к "загону" - уютному дому, больше похожему на сарай, где располагались спальные места молодёжи. Старик Яксли гордо именовал сооружение казармой, но в народе оно как-то не прижилось.

- Эй, ты жив вообще? - Нотт, удерживая Уркхарта за плечи, заглянул в лицо другу. - У-уу, красавец! Сожрал пару девственниц под шумок?

- Одну, - ответил Юджин, тяжело дыша и пытаясь сфокусировать взгляд, потрогал языком распухшую нижнюю губу и поморщился, схватившись за шею. - Поцеловал, блядь! Напоследок...

- Ты охренел?! - восхитился Магнус, старательно не понимая намёка на возможный исход для друга, не прибудь он так вовремя. - В таком виде? Да благодари Мерлина, что живой!

- Я и так... браг... бладо... рад! - рявкнул Уркхарт, пытаясь отстранить Нотта. - Он меня... сжечь хотел? Блядь, как хреново-то! Дай пройти... Аааа, твою мать... опять!

Магнус сообразил быстро, и успел оттащить друга к кустам за крыльцом "загона". Пока тот успешно очищал свой лужёный желудок, Нотт гаркнул:

- Есть кто живой?! Что за... Куда все подевались?

Из "загона" с топотом и грохотом вывалились двое парней, сразу становясь навытяжку.

- Квинтус? - поразился Нотт. - А ты чего тут? А... каникулы! Но почему здесь?

- Матушка сослала, - проворчал Флинт. - Не знаю, какая сука ей доложила о моем поведении...

- Молчать! Матушка ещё щадит тебя, обалдуя! - Магнус фыркнул. - Здорово, Причард! Куда весь народ подевался, можете сказать? И нечего пялиться, плохо человеку! Есть что-то спиртное? Тащите!

- Добрый вечер, патрон, - смущённо поздоровался Кейси Причард. - Нет выпивки. Совсем. А народ на свадьбах, праздник же в главном поместье. Нас вот оставили...

- Как нет? - удивился Нотт, пропустив речь о празднике. - Квин? В жизни не поверю, что нет заначки.

Флинт посмотрел под ноги, пнул с досадой камушек и поднял глаза.

- Какое! Матушка лично всё перетрясла, прежде чем отправить сюда. А здесь Марта, - он безнадёжно махнул рукой. - А чего с Юджином? Нормальный же был на платформе!

- Зубы не заговаривай, - фыркнул Нотт. - Плохо человеку. Принесёшь бутылку, завтра две получишь. Усёк?

Флинт покачался на носках, с сомнением посмотрел на поднимающегося с земли бледного до зелени Уркхарта и мотнул головой:

- Пойдёмте. Не здесь же!

- Пойдём, коли не шутишь, - Магнус развернул друга к крыльцу. - Давай, старина, вперёд, сейчас полегчает. Ступеньки, осторожно... Кейси, подсоби!

Флинт бросился внутрь, чтобы достать заначку без свидетелей, остальные медленно прошли между образцово застеленных коек в два ряда, и расположились за широким столом в конце помещения.

- А тут уютно, - оценил Магнус, оглядываясь. - Даже камин есть. Часто топите?

- Зимой - всегда, - кивнул Кейси. - Да и летом... Леса-то полно, стоит только за ограду выйти. Чего ж не топить?

- Логично, - покивал Магнус, расстёгивая мантию. - Хорошо тут у вас, тепло. Что это?

Он с подозрением уставился на пять разноцветных флаконов, в которых без труда можно было угадать разные модификации костероста.

- Не нравится, не пейте, - обиделся Квин. - Капля чернил разведённому спирту никак не вредит, патрон! А у девок каких только цветов нет. Подобрать - не проблема.

- Красавец, - восхитился Магнус и, открыв один из флаконов, принюхался к содержимому. - И пахнет, как костерост! Что-то мне это не нравится.

- Да проще простого, - Флинт вытащил пробку из другого флакона. - Запах - вообще фигня, духов разных у девок тоже навалом.

- Нам грозит полюбить костерост, - Кейси тоже вскрыл один из флакончиков. Зажмурился под взглядом остальных и осторожно попробовал зелёную жидкость языком. С удивлением посмотрел на флакон. - Нормально, патрон! Чистый нектар в шестьдесят оборотов, я бы сказал.

- Херни не держим, - проворчал Квинтус. - Тут много, патрон! Флаконы у меня с расширением, по литру всяко будет.

- Пять бутылок с меня, - расщедрился Нотт, тоже немного отпив и покрутив на языке ярко-синюю жидкость. - Закуска-то есть? Или так будем?

- А как же! - повеселел сразу Флинт. Вскочив, он бросился к одной из коек, поднырнул под неё и скоро вернулся с небольшим мешком. Сноровисто достал из него уже нарезанную ветчину и несколько крупных пирогов. - В Хоге ещё запас сделал. А что с Юджином?

Уркхарт спал, уронив голову на сложенные руки.

- Лучше не трогать, - задумчиво решил Магнус. - Два флакона оставим ему на утро.

- Одного хватит, - не согласился Флинт. - Куда ему два литра?

- И то верно! Ну что, за здоровье молодых?! - Магнус поднял свой синий флакон. - А кто женился, кстати?

- Стив Пранк и Арес Шелби, - ответил Кейси и, выдохнув, сделал большой глоток изумрудной жидкости. Схватив кусок ветчины, поспешно зажевал и вытер рукавом выступившие слёзы. - Ух, пробирает! Патрон, а давайте поставим Квину памятник перед "загоном". С флаконом костероста в одной руке, и пирогом в другой!

Флинт пнул его под столом.

- Дебил! Я из тебя памятник сделаю! Спалишь перед Мартой - хрен потом буду угощать!

Магнус заржал, сделал сразу несколько больших глотков из флакона, после чего отставил его и не спеша принялся жевать пирожок.

Парни смотрели с уважением.

- С меня хватит, - неожиданно решил Нотт. - Я так только, для здоровья и за компанию. А вы празднуйте, что уж. Если Уркхарт начнёт буянить, зовите. В башню пойду. Кто дежурный, кстати?

- До четырёх утра Леший, - сразу откликнулся Кейси. - Ингис Морн, в смысле. А с четырёх до восьми утра - я.

- Понятно. Значит, вот что, я Морна в четыре сменю, но в шесть, как хотите, чтобы явились.

- Спасибо, патрон! Проспимся!

Магнус вышел на морозный двор и с удовольствием потянулся. По-хорошему, надо было бы Марту навестить и справиться о детишках Честершира. Только после костероста имени Флинта не решился. Да и рано тут спать ложатся, и так же рано встают. Так что решил оставить расспросы на завтра.

В башне было тихо и, как ни странно, тепло. Ступени под ногами не скрипели, что немало удивило. Сколько лет ни у кого руки не доходили. Перед своей "каморкой" он замер. Вход был занавешен плотной шторой, а точнее - тоненьким истрёпанным ковром.

Кашлянув и на всякий случай стукнув пару раз по косяку, Магнус осторожно заглянул внутрь, отогнув ковёр, и с изумлением посмотрел на глазастое чудо, совсем потерявшееся в шкурах, наваленных на лежанку.

- Ой, мистер Нотт! - ахнула девчонка. - А мне отец... мистер Яксли разрешил. И мама Марта. Я сейчас быстро... Уйду.

- Куда! - рявкнул он, заставив её замереть. - Найду место, не волнуйся. Спи уже.

- Ладно, - покладисто кивнула Шани. - Напротив есть комната, даже лучше. Я там прибрала.

- Вот и славно. - Нотт оглядел изменившуюся каморку. Помимо лежанки, в углу появился маленький столик со стопкой книг и табуретка. Окно-бойница было завешено весёленькой занавеской. Пол устилало не меньше десятка плетёных круглых ковриков. На стенах развешаны шкурки мелких животных, какие-то рога, разнообразные поделки из дерева и холщовые мешочки. - Уютно здесь. А брат как, поправился?

- Бегает уже, - широко улыбнулась Шани. - Но он у мамы Марты ночует, мал ещё.

- Спокойной ночи, - проворчал Магнус, пряча улыбку. - Дверь здесь надо...

Он вышел на площадку и с опаской приблизился к "комнате напротив". Сколько он помнил, там всегда был склад какой-то рухляди. А дверь здесь как раз была. Скрипела в меру, когда открывал. На пороге он замер, не веря глазам.

- Хорошо прибрала, - пробормотал с уважением.

Нормальная кровать у чисто вымытого окна-бойницы была застелена толстым лоскутным одеялом и так и манила прилечь. Пол выскоблен практически добела. Ковриков плетёных, правда, всего два - у входа и перед кроватью, зато большие. Стол тоже был, нормальный, а не крохотный, как у девчонки. А вместо стула старое деревянное кресло с блестящими от времени широкими подлокотниками и высокой спинкой. Его книги покоились на изящной полочке, прикрученной над столом. Под полочкой был пристроен магический светильник.

Кресло оказалось удобным, можно было даже подремать при желании. Светильник зажигался от прикосновения, создавая уютный островок света у стола.

Камин зажжён не был, и прохлада постепенно пробиралась под тёплую мантию. Впрочем, дрова были уже заготовлены, и Магнус не поленился, занялся розжигом. Замёрзнуть к четырём утра не хотелось, да и уютней с живым пламенем камина.

Расчёт девчонки он оценил. Уж непонятно, чем ей так приглянулась каморка, разве что ужасной лежанкой со шкурами. Но эта комната была куда шире и просторней. И кровать он одобрил - широкая и удобная, с толстой периной, тремя одеялами, такими же лоскутными, и с двумя большими подушками. Для мантии нашёлся одинокий рог неизвестного парнокопытного у самой двери. Стены комнаты были просто выкрашены в приятный тёмно-зелёный цвет. Молодец девчонка, словно вкусы его изучила. Или помогал кто? Здесь на самом деле хотелось остаться жить. Куда там разным француженкам с их безупречным дизайном!

Так что альтернатива оказалась более, чем прекрасная. О том, что уступает Шани каморку навсегда, решил сообщить утром. Пусть живёт, раз нравится. И сундук ей подарить надо, что ли. Есть как раз такой в новом доме. Будет, куда складывать одежду и прочий нехитрый скарб. Но это тоже завтра.

***

Шани с тревогой прислушивалась, но шагов Магнуса Нотта больше не было слышно. Это успокоило, девочка со счастливым вздохом опустилась опять в уютную ямку среди шкур и закрыла глаза. Не прогнал, и даже не ругался!

Только жалко, что камин сегодня не затопила в той комнате. Если б знать, когда появится. Только даже Марта сказала, что никогда не угадаешь. А ведь ей столько ещё рассказать нужно Магнусу. И что их усыновили официально, и что говорилок она сделала уже много, можно даже на продажу отнести. И что всё-всё в Северной цитадели знает. И что с ребятами даже на охоту ходила, правда, всего лишь на кроликов, но опасности у них были. И что с комнатами в башне ей все помогали, даже самый взрослый и молчаливый Ингис. Рог вот подарил, и сам лично к стене прикрутил.

В сон она уплыла незаметно, а в четыре утра подскочила, как по волшебству. Время она всегда чувствовала без всякого Темпуса. Одевалась в спешке, толстые штаны и берцы, подаренные отцом, очень ей нравились. И несколько тонких рубашек и толстых свитеров от мамы. Каждый раз ей нравилось выбирать, какой наденет сегодня. Выбрала тот, что с капюшоном, а рукава, горловина и капюшон подбиты белоснежным мягким мехом.

Сегодня она решила постоять на посту с Кейси Причардом. Он был весёлый и знал много историй. И никогда не гнал. Говорил, что с ней веселей, и спать не так хочется. А Шани не просто торчала рядом, а делала свои поделки из дерева. Мальчишки ей много брусочков заготовили, надолго хватит. И Причарда без нужды не отвлекала. Понимала, что постовой не просто так торчит на башне, а высматривает всякую нечисть. Как-никак с Северной цитаделью граничит Дикий лес, и каких там только страшил не водится. Да и оборотни, бывало, подходили совсем близко в полнолуние. Ограда зачарована, конечно, на совесть, обновляли ежедневно, но мало ли магических хищников, для которых самая сильная защита - не помеха. Так что рядом и щит стоял наготове, по которому постовому следовало сразу бить со всей силы специальной кувалдой. Он не был магическим, на случай накрытия антимагическим полем, на что способны некоторые твари. Поднимал всех на раз, Шани видела это на тренировочных учениях. Сама подскочила на своей кровати. Мама Марта ещё хвалила потом, что не растерялась, и чуть не первая добежала до защищённого полуподвального бункера сразу за кухней.

Сегодня она очень надеялась на спокойную ночь, потому что в общей тревоге ничего весёлого не было. Два часа в бункере ей совсем не понравились. На самый верх башни взбиралась бесшумно, тут уже у неё кто хочешь поучиться мог. Парни даже смеялись восхищённо, а один раз биться об заклад вздумали, завязывали по очереди глаза и слушали, куда она пошла по специально накиданной куче мелких камней. Никто не угадал, даже близко. Ей за это лук настоящий смастерили. Стрелы она сама делать научилась, а вот правильный лук пока не могла освоить. Ингис заготовки делал, Причард тетиву как-то очень хитро собирал из тонких жил. Не прошло и трёх недель, как вручили торжественно, прямо после завтрака. Как она онемела под смех ребят! Гладила пальцами своё сокровище, каждый изгиб изучила. Потом бросилась, перецеловала каждого, а заодно умилённо глядящих на неё родителей. И Мэтта, конечно, хотя ничего он ещё не понимал, только стучал деревянной ложкой, поддерживая общий ажиотаж.

А потом все пошли смотреть, как она стреляет. Советов давали много, пока Ингис всех не отогнал и взялся сам обучать. Как стоять надо, как руки держать, как стрелу накладывать, и до куда тетиву тянуть. Оказалось - до мочки уха. Мишень ей сделали знатную. Срезали круг у огромного пня, он в лесу был, от исполинского дерева остался. Круг этот был выше даже длинного Причарда. А стрелы в него входили мягко, следов практически не оставляли. Тренироваться можно было бесконечно.

Стив Пранк ей ещё человека с волком на мишени нарисовал. Сначала отказывался, когда она попросила нарисовать человека, мол, не стоит ей в людей целиться, даже и нарисованных. Шани упросила, сказала, пусть это будет не совсем человек, а кровожадный оборотень. В него же можно! Не зря же она хочет серебряные наконечники. Стив подумал, сказал, что так можно, и весь день занимался художеством, не обращая внимания на советы слоняющихся рядом парней. Шани терпела, не подходила смотреть, как Стив и просил. А увидев, ахнула восхищённо. Оказалось, Пранк ещё и волка нарисовал рядышком с человеком. Волк получился как живой, вполоборота с оскаленной мордой и капающей с клыков слюной. А человек, скорее, как тень, мантия с капюшоном всё скрывала. Только пальцы с когтями из рукавов торчали.

Парни, увидев рисунки, сразу загорелись, сами решили удальство показать, правда, лук у неё не просили, вытащили свои. К вечеру в тот день и человек, и волк были утыканы полностью разноцветными стрелами. Но рисунок не испортился, Стив оказался настоящим мастером.

Жалко, что на его свадьбе побывать не удалось. Только когда Марта сказала, что может с мальчиками пойти, она посмотрела на остающихся Причарда и Ингиса, и отказалась. Да и платье нарядное она упросила ей не шить, хотя Марта хотела. Ну где Шани и где платья? Ладно бы ещё мантию. Но мантию ей обещали только к школе справить, а может, даже не одну. Пока же она в старенькой бегала, перешитой из детской мантии кого-то из парней. Вся в заплатках и с большими карманами, она ей очень нравилась. Но в такой на свадьбу не пойдёшь. Вот и осталась.

На самый верх башни Шани вышла тихонечко, Ингис уже должен был смениться, но мало ли. Он строго относился к дежурствам и не очень одобрял, что она ночами не спит.

Небо уже начало сереть, ещё немного - и совсем рассветёт. Работать с деревяшками уже можно, света хватит. Шани улыбнулась, представляя, как усмехнётся Причард. И бросится наколдовывать ей пенёк из какого-нибудь сучка.

Только вместо Кейси увидела Магнуса Нотта, тот стоял спиной к ней прямо на зубцах, скрестив руки на груди и широко расставив ноги в высоких сапогах. Полы мантии развевались от порывов ветра. Смотрел он куда-то в сторону леса.

Разочарованию Шани не было предела, уж Нотт ей точно не позволит остаться. Она бесшумно попятилась, перехватив удобнее узелок с работой, но и трёх шагов в обратную сторону не успела сделать.

- Стоять! - тихо приказал Магнус. А ведь даже не обернулся, она глаз с него не спускала. - Что стряслось? Сон плохой?

Пришлось признать, что слух у сына лорда-дракона круче, чем у всех парней, и пройти к самому зубцу, чтобы не шуметь на всю округу, отвечая.

- Хотела компанию составить, - призналась, внутренне леденея. Вдруг запретит теперь и парням!

И правда спросил:

- И часто ты компанию постовым составляешь?

- Ну что вы! - ответила со всем пылом. - Ингис Морн этого не одобряет, а я его очень уважаю.

- Потому бегаешь к Причарду, - закончил за неё Нотт непонятным тоном и легко спрыгнул с зубца. - Поесть не принесла?

Шани улыбнулась и развязала узелок. Банку с кофе ей Марта зачаровала с вечера, и кубки дала, и бутерброды с домашней колбасой. Кофе был вкусный, и его было много.

- И Марта знает о твоих бдениях? - Нотт оценил запасы и осторожно взял деревянный кубок, от которого шёл горячий ароматный пар. Пеньки он наколдовал обоим. И третий - для продуктов.

- Знает, - пришлось сознаваться Шани. - Но она никому не скажет, правда-правда!

Нотт закашлялся. Пришлось обежать его и легонько стукнуть по спине.

- Хорош, сядь и ешь спокойно, - Магнус в один укус проглотил бутерброд. - Значит, вместе будем дежурить?

- Если не прогоните, - кивнула она, отрываясь от своего кубка. Есть ей пока не хотелось.

- Ну куда мне тебя гнать, - хмыкнул Нотт и прихватил ещё один бутерброд. На толстом куске хлеба, который они с Мартой вместе пекли накануне, домашняя колбаса лежала тоже толстым куском. И масла было в самый раз. - Ты готовила?

На этот раз он откусил небольшой кусочек и начал тщательно жевать, словно хотел распробовать.

- Хлеб - да, почти всё сама. Колбасу пока без Марты не могу, там сложно, только помогала. А масло взбивали с Мэттом. Он здорово наловчился такой штукой специальной взбивать. Долго правда, у меня быстрее выходит.

- Понятно, - кажется, Нотт был доволен её ответом, но и удивлён почему-то. - Поели, можно и дальше жить. А ты ешь, не торопись.

Он быстро дожевал бутерброд и залпом допил свой кофе. Потом сразу пошёл к зубцам.

Шани допила кофе маленькими глоточками, аккуратно убрала всё обратно в зачарованный мешочек, только достала из него кусок сырого мяса. Подумала немного, сжав его в кулаке, может не стоит при сыне лорда, но всё же решилась, не для себя же.

Подойдя к одному из зубцов, водрузила кусок мяса на серединку. Вынув платок, тщательно вытерла руки.

- Кого подкармливаешь? - сразу заметил её манипуляции Нотт.

- Сейчас прилетит, - вздохнула Шани. - Главное, не подходить близко.

Огромный ворон показался через пару минут. Как чувствовал, что она угощение уже положила. На Нотта внимания большая птица не обратила. Села на зубец и ухватила кусок мяса. Шани осторожно протянула руку, когда кусок был проглочен, провела пальцами по блестящему крылу, погладила мощную шею, пощекотала горлышко. Ворон только глаза прикрывал, потом потёрся клювом о её рукав и взлетел. Наверное, дела какие-то. Он редко оставался надолго.

- Твой? - севшим голосом спросил Нотт, когда ворон превратился в маленькую точку на горизонте.

- Только друг, - пояснила Шани. - Так-то он дикий. И мальчишек не любит.

- Марта знает?

- Угу, мясо даёт самое хорошее.

- И даже знает, какой у него клюв? И что лапа больше твоей? Это какой-то гиппогриф, а не ворон!

Шани рассмеялась.

- Да он же меня любит! А какой - я Марте нарисовала.

Нотт только кивнул.

Стараясь не утомлять его своей болтовнёй, девочка вернулась на свой пенёк и достала дощечки. Ещё пару недель назад пришла мысль сделать зачарованный браслет. И сейчас она трудилась над звеньями. Каждое должно быть неповторимо.

Нотт если и глядел, чем она занимается, ничего не спросил. И время летело незаметно.

- Шесть утра! - сказал Магнус, когда она почти закончила новое звено будущего браслета. - Спят, мерзавцы!

- Это какие? - заинтересовалась она.

- Флинт и Причард, - пояснил Нотт. - Сказал же, чтобы сменили.

- Проспали?! - ахнула она, сразу заволновавшись. Причарда стало жалко, ругать ведь будут. А Флинта она еще ни разу не видела. Но какие о нём легенды ходили! Сердце даже сбилось с ритма. - Флинт, правда, здесь?

- Как видишь, нет! Дрыхнет, небось, в "загоне".

- Разбудить? - вскочила она с пенька. - Я мигом!

- Сидеть, - лениво велел Нотт. - Пусть дрыхнут. Постоим до восьми? Тебе, вон, ещё хреновину свою доделывать. А мне есть, о чём подумать.

- Это не хреновина, - усмехнулась Шани, снова занимая пенёк. - А, правда, Флинт самый сильный?

- О Мерлин! - Магнус даже обернулся. - Только не вздумай за ним повторять!

- Что повторять? - удивилась она, чуть не выронив драгоценное звено. Оно было в виде черепа и скрещенных костей.

- Ничего нельзя повторять за Флинтом! - строго произнёс Нотт. - Он может научить только одному.

- Чему? - она сама не знала, почему ей так интересен Флинт. Хотя подозревала, что половина рассказов о нём - выдумки.

- Плохому! - рявкнул Нотт, но тут же смягчился, увидев, как она подпрыгнула. - Прости, просто обещай, что будешь умнее.

- Умнее Флинта? - уточнила она, пряча улыбку. - А можно ему ворона показать?

Нотт несколько секунд смотрел на неё не мигая. А потом вдруг усмехнулся.

- Ворона можно! - сказал решительно. - И знаешь, мне кажется, я погорячился. Можешь общаться с ним, и спрашивать обо всём, он точно знает много.

- Спасибо!

- И ещё, я передумал. Сбегай, разбуди его. Причард пусть спит, а Квинтусу полезно.

- Я мигом! - Шани вскочила, оставив на пеньке узелок, и почти скатилась по лестнице башни.

До загона бежала минуты две, всё же территория Северной цитадели очень большая. Но у крыльца пришлось перевести дух. Понимала же, что все парни с праздника вернулись, наверное, "хорошенькие", так не будить же их своим пыхтением. Заранее представила себе, где искать Флинта. Свободными были только койка Стива, который периодически тут появлялся и даже ночевал, и Джонни Берка, который не вернулся с охоты, когда Причард ещё не родился. Почему-то его койку не занимали, а почему - не говорили, отводили взгляд, хмурились. Шани подозревала, что боятся. Сама она, пока парней не было, полежала как-то - и ничего. Даже на минут двадцать заснула, и хоть бы сон какой приснился.

Решив начать с койки Стива, тем более та была ближе, Шани еле слышно открыла дверь, проскользнула внутрь, и прошла из прихожей в огромную спальню. Как она и думала, все дрыхли без задних ног. Храпа не было, видимо Ингис, возвращаясь, наколдовал заглушку. Запросто мог храп убрать. Шани очень хотела, чтоб её так научили. Но Ингис сказал, чтобы сначала палочкой обзавелась.

Койка Стива оказалась пустой. Шани встала на цыпочки - неужели не побоялся? И верно, койка Джонни Берка была занята.

Пришлось возле Причарда задержаться. Тот сбросил с себя одеяло. Шани подняла его, укрыла осторожно парня. Тот даже не шевельнулся. Поправила ещё одеяло у Макса, а Крейга, который почти свесился до пола головой, попробовала втащить обратно на кровать. Тот вздрогнул от её манипуляций, сел на кровати, не открывая глаз, потом лёг и захрапел.

Шани вжала голову в плечи, покосившись на Ингиса. Морн, не просыпаясь, вынул из-под подушки палочку, махнул ею и сунул обратно. Храп утих, и Крейг задышал ровно.

Немного постояв, Шани отправилась дальше и замерла у койки несчастного Бёрка. То есть возле койки Флинта теперь. Несколько минут она, не удержавшись, просто любовалась. Квинтус Флинт спал как звезда, раскинув руки и ноги, благо, койки у ребят были широкие. Лицо, словно вырубленное рукой скульптура, видевшего красоту необычную, как объяснял когда-то дед, было прекрасно. Как бывает красив неровный кусок деревяшки, в котором заранее видишь вещь, что может получиться. И почему Флинта называли уродом или просто смеялись, когда она спрашивала про внешность, сейчас было совершенно непонятно. Хотя это же парни, они и Крейга считают красавчиком. А какой он красавчик, если лицо, как у девчонки?

Шани вздохнула и протянула руку, тронув Флинта за мощное плечо. Тот спал обнажённый, кажется, и одеяло почти до бёдер сползло. Она только надеялась, что он в трусах, а то вдруг вскочит спросонья и ему станет неловко.

На прикосновение парень никак не отреагировал. Пришлось потрясти, хотя это сложно было сделать. Сильный ведь, все мышцы на руках и животе разглядеть можно. Вот и не почувствовал. Вздохнув в очередной раз - видит Мерлин, она крайних мер не хотела - Шани полезла на койку и осторожно перебросила ногу через его торс, усаживаясь верхом.

Сидеть на нём было удобно, как на гиппогрифе почти. Шани потёрла ладошки, подышала на них, и потянулась к ушам. Уши у Флинта тоже были замечательные, красивой необычной формы, большие и чуть-чуть оттопыренные. Легонько подёргав за них, девочка убедилась, что этого мало. Флинт лишь поморщился, но не проснулся.

- Прости! - шепнула она, и с силой стала тереть ладошками его уши.

К сожалению, она просто не успела зажать ему рот и рёв разбуженного зверя, то есть Флинта, наполнил сонный зал. Шани скатилась с него в мгновение ока, рванув к проходу, но была схвачена за руку в последний момент. Парни повскакивали с кроватей, очумело вертя головами. Мат стоял такой, что ей бы следовало зажать уши, только не могла. Теперь она снова была на Флинте, но уже лежала, а не сидела, прижатая стальной рукой, а собственные руки были больно заломлены за спиной.

Квинтус таращился на неё бешеным взглядом и единственный в спальне загона пока молчал. Первым опомнился, конечно же, Ингис:

- Отпусти ребёнка! - перекрыл он своим приказом общий гвалт.

Стихли сразу все восемь парней, подтягиваясь к месту трагедии. А Флинт наконец ожил и рявкнул:

- Какого хрена?!

- Магнус Нотт велел разбудить, - пропыхтела Шани, безуспешно пытаясь вырваться. - Велел его сменить на башне.

- Придурок, отпусти девочку! - сказал Причард совсем близко. - Ой, блядь! Сколько времени, парни?

- Тут дамы, Причард! - холодно ответил ему Ингис. А, кажется, Крейг захихикал. Впрочем, не он один. Ржать начали почти все. Разве что кроме Морна - тот даже улыбался редко. Но Шани было не вывернуть голову, чтобы убедиться.

- Пусти уже, - попросила она Флинта, которому точно было не до веселья.

Квинтус вдруг спохватился и разжал лапищу. Шани мигом съехала на пол, почти не чувствуя рук.

- Ложитесь спать, - посоветовала она парням, расступившимся перед ней. - Рано ещё. Магнус Нотт ждёт только Флинта.

И ведь ничего смешного не сказала, а новая волна смеха едва не вымела её за порог. Шани подавила порыв сбежать и гордо протопала по проходу. Только на улице она смогла расслабиться и просто упасть на ступеньку. Руки плохо слушались, особенно правая, и она принялась её осторожно разминать. И как теперь доделывать звено браслета?

Только унывать она не собиралась. Вспомнила обалдевшее лицо Флинта и тихо засмеялась. Похоже, в Северной цитадели будет теперь совсем не скучно. Эта мысль заставила её вскочить и бежать в башню. Надо же доложить, что задание выполнено.

***

Утро среды у мисс Бербидж получилось хлопотным. Отец капризничал, порываясь встать, пригрозила связать магическими путами, благо не знает, что сейчас она ничего не может. Ничего, поверил, немного успокоился. Поел кашу и даже поблагодарил, только книжек попросил, а у Чарити их было много. В доме-то ничего не осталось, всё снесли к букинисту, когда ту теплицу восстанавливали.

Чарити принесла ему две книги по гербологии, подаренные деканом ещё в сентябре. Та много покупала подобной литературы для школы, иногда по нескольку экземпляров, и дарила ученикам за внеурочную помощь в её теплицах.

Отец повеселел, сразу зарывшись в книгу, Чарити улыбнулась, читать он очень любил, и без чтения тосковал. Ничего, теперь она будет здесь жить, к лету ещё одну теплицу построят, обязательно купит отцу книги. И новые ростки, и семена для его экспериментов. Те несколько золотых, что присылал им лорд Прюэтт после Рождества, тратить не будут, это на еду на весь год. И то ведь, они не его вассалы, просто соседи, а помогает каждый год, словно так и нужно. Приглашал не раз переехать к нему в поместье, места, мол, много, и домик поставить помогут, и теплицы перенесут, но отец отказывался.

- Жили как-то своим умом, - неизменно твердил он, - и дальше проживём. Вот я выведу новый сорт...

Названия менялись, а суть оставалась одна. Мистер Бербидж имел колоссальные планы на улучшение их благосостояния. Собирался вывести что-то уникальное, запатентовать и разбогатеть. Но дальше разговоров и неудачных экспериментов дело не шло. Упрямец не терял надежды, а Чарити со всем соглашалась. Если уж он не будет чувствовать себя главой семьи, то как тогда жить?

Похлопотав об отце, она выскочила на улицу, чтобы покормить в сарайчике двух хилых коз. Последнее приобретение отца, заставившее его жить впроголодь два месяца, имело строптивый нрав, доиться не желало, да и нечем было, но у Чарити опять не повернулся язык упрекнуть родителя. Козочки исправно дожевали остатки корма, даже подошли ласкаться, хоть отец и уверял, что пока они совсем дикие.

Домовики еще спали, будить она их не стала, только оставила немного молока, запасённого ещё в школе. Под чарами оно не портилось.

Кур она проведала ещё раньше, и те порадовали - два свежих яйца. Несушек отец ещё в конце лета купил, и опять втихаря от дочери. И пусть оказалось, что из семи неслись только две, а остальные были просто очень старыми, но отец ни за что не согласился бы отправить их в суп. Да Чарити бы и сама не смогла. А из яиц и молока будет на обед шикарный омлет.

Только потом она добралась до ингредиентов, которые хранились в самой сухой комнате дома. Ну что сказать, было от чего расстроиться, их оказалось куда меньше, чем она нафантазировала, зато в полном порядке. Отец в этом толк знал и всё делал правильно.

Провозилась она с упаковкой до самого обеда, а ведь хотела выйти из дома пораньше, чтобы успеть до темноты. Покормив отца омлетом, принялась укладывать ингредиенты в специальные мешочки - не забыть бы прикупить новых. Только к пяти вечера сборы закончились. Надев школьную мантию и заплетя свои кудряшки в толстую косу, мысленно посетовала, что не может аппарировать без магии, и вызвала Ночной Рыцарь. Денег хватит только на поездку туда, а уж обратно придётся потратить немного из выручки.

В Лютном она бывала не раз, но всё с отцом, и сейчас без него чувствовала себя неуверенно, да и стемнело уже, но где находится нужная лавка, Чарити помнила хорошо. Дойдёт, хоть и на ощупь. Главное, чтобы хозяева не закрылись раньше. Сначала всё было хорошо, она старалась идти уверенно, быстро и крепко прижимала к себе школьную сумку, где находилось всё, что удалось собрать за несколько месяцев.

Пусть и немного выходило прибыли по её подсчётам, но никак не меньше трёх галеонов. Нужная лавка еле светилась желтоватым светом, мутные стёкла больше пропустить не могли. Да и экономили хозяева всегда, прижимистые были. Каждый ингредиент практически под лупой рассматривали, хотя получали от них отменный товар уже много лет.

Робко постучала молотком, открыла скрипучую дверь, радостно вздыхая - дошла. Мистер Грум, кряхтя, поднялся с табурета и нелюбезно прокаркал:

- А, Бербидж! И то думаю, что не идёте?! Все сроки прошли. Отца-то где потеряла, девка?

- Сейчас подойдёт, задержался у букиниста, - выдала заготовленный заранее ответ.

Тот покивал, велел выкладывать товар, сетуя, что спроса совсем нынче нет. Чарити испуганно молчала, быстро выкладывая на стойку аккуратные мешочки. Закралось подозрение, что много не получит, а деньги так нужны. Стараясь держаться, она достала последний мешочек и улыбнулась старику.

- Всё что ли? Маловато нынче. Ну да спроса нет, да.

Она терпеливо ждала, пока тот сунет нос в каждый ингредиент, протрёт пальцами, обнюхает, посмотрит на свет. И казалось, это будет длиться бесконечно.

- Не идёт, отец-то твой, - проворчал он наконец. - Тебе, что ль, деньги давать?

- Мне, - голос дрогнул, и она замолчала. В надежде смотрела на мистера Грума.

Тот долго рылся под прилавком, куда смахнул весь товар, потом выпрямился. Брякнул на прилавок горстку сиклей.

- Вот, спроса нет, цены упали. Радуйся, что хоть что-то взял.

Она хотела возразить, что взял он всё, и что это слишком мало за такой товар самого лучшего качества, но спазм сдавил горло, не дав высказаться. Да и бесполезно, мистер Грум никогда не торговался даже с отцом, ни кната после не прибавит, хоть ты тут ногами топай.

Чарити ссыпала сикли в карман, подсчитав заодно. Ровно девять, хватит на обратный путь. Внутри как-то пусто стало, безразлично. Ну и пусть, пусть, пусть. Всё у них будет. И в Мунго можно опять попроситься санитаркой.

Вышла в темноту, а из-за слёз, застилавших глаза, и вовсе дороги не видит. Пришлось проморгаться, привыкая. Справилась быстро, слёзы, они бесполезны. Глубоко вздохнув, направилась обратно, стараясь ни на кого не смотреть. На неё наверняка косились, она спиной чувствовала взгляды. Но продолжала идти, с ужасом думая, что в кармане серебро, а местные его за версту чуют. И ведь только сейчас это в голову пришло. Только ведь она не рассчитывала, что так поздно здесь окажется. И в лавке час провела, не меньше. Только бы дикари не пристали, их она почему-то больше всего боялась. Даже женщины лёгкого поведения и разные нищие не внушали такого ужаса.

Путь ей преградили, когда впереди уже можно было различить ступени, ведущие на Косую Аллею.

- Стоять, девонька, - приказал хриплый голос, и она почувствовала, как её крепко схватили за руки с двух сторон.

- Отпустите, - громко попросила она, собрав всё мужество. Вдруг бы кто-то услышал.

- А ну заткнись! - пригрозили ей, и в бок ткнулось что-то острое. - Обыщи.

Тот, кому приказали, сорвал с неё сумку, зашарил по телу руками. Слабо звякнуло серебро. Чарити боялась дышать, пусть забирают, только бы палочку... И зачем она взяла её с собой, если колдовать не может? Палочку нашли. Каждая находка сопровождалась радостным сопением.

- Отпустим? - спросил кто-то сердобольный за её спиной.

- Пожалуйста, - прошептала она.

- Заче-е-ем? - визгливо сказал кто-то, и её больно ухватили за косу, наматывая её на кулак. - Потащили её к себе, парни!

Голова у нее невольно запрокинулась вверх, и Чарити не могла видеть, как на груди рванули мантию, но чувствовала ведь, и тогда закричала, сразу очень громко и отчаянно, пока не заткнули.

- Спаси-и...

- Ах ты дрянь! - Рот и нос перекрыла чья-то грязная и липкая ладонь, запах был ещё хуже, но главное - нечем стало дышать. А в боку, куда упиралось что-то острое, вдруг стало очень больно и горячо.

Глава 43

Рабастан обожал двоюродного деда, хотя видел его очень редко. Альварес Гамп был заядлым путешественником и вечно пропадал в самых отдалённых, а порой и весьма опасных уголках земли. Когда Басти был маленьким, он очень любил устраиваться с кузенами Гюнтером и Эмили возле камина в доме Гампов под Рождество и слушать необыкновенные истории от доброго деда, который с лукавым прищуром покуривал трубку и пил свой любимый и неизменный жасминовый чай, рассказывая внукам о страшных и прекрасных приключениях.

Тогда Рабастан был другим, верил в чудеса, мечтал покорить горные вершины, спуститься в кратеры вулканов, залезть на самое высокое дерево в непроходимых джунглях, или опуститься в магической капсуле на дно океана. Всё казалось ему по плечу. Если уж дедушка смог, скромный министерский работник, то он Басти, наездник на гиппогрифах, покоритель взбунтовавшейся папиной метлы и исследователь страшных подземелий под домом - и подавно сможет. И пусть за эти подвиги и многие другие был крепко выдран розгой или иначе наказан, исследовательский дух в нём не угасал.

Это позже он понял, что реальность порой лучше любой мечты. Что и в домашней жизни есть свои прелести. Что бабушкина мастерская - это свой огромный прекрасный мир, и для неизбывного счастья не нужно никаких заморских чудес. Достаточно подержать в руках безумно прекрасный, пусть и корявенький артефакт, созданный своими руками.

Впрочем, сейчас, сидя внутри магловского самолета, он вдруг ощутил забытое волнение, не дающее уснуть. Дед похрапывал в соседнем кресле - старый Альварес заснул, едва они взлетели, а Басти всё никак не мог оторвать взгляд от иллюминатора - небольшого окошка, где помимо крыла железной птицы, можно было увидеть мириады разноцветных светящихся огоньков - внизу, в темноте.

Невольно в голове возникали вопросы: кто там живёт? Есть ли среди них маги? Спят они все, или быть может, занимаются каким-то любимым делом. Может, там кто-то ругается или познаёт радость любви, или как раз сейчас там рождается маленький волшебник, которому суждено стать великим. Огоньки поредели, земля осталась позади, а вода внизу казалась чёрной бездной. Но и там могла быть жизнь. Дед рассказывал, что большие магловские корабли построены из железа и бороздят океаны и моря, что внутри корабли похожи на дом с нормальными комнатами, пусть маленькими, в которых может плыть очень много людей и животных. И кровати там прикручены к стенам или полу, чтобы не сдвигались во время качки. Возможно, те огоньки, мелькнувшие снизу, это как раз такой корабль и был?

Ещё дед говорил, что в океане колдовать невозможно, если ты не маг воды, да и то, силы не те. И приводил в пример огромный корабль под названием "Титаник", который в начале века потерпел крушение в северной Атлантике, столкнувшись с айсбергом. Из трёх магов, плывших на нём, выжил только один, и тот был ребёнком. Потому и совы не летают через океан.

Басти отвлёкся на стюардессу, спросившую, не хочет ли он поесть или что-нибудь выпить. Отказался, помотав головой. Опасался магловской пищи, да и не уверен был, что проглотит хоть кусочек. Невольно потёр предплечье левой руки, татуировки ещё ощущались еле заметным покалыванием. Но он был рад, что потратил полдня, оставшиеся до встречи с дедом, на новую задумку, заодно усовершенствовав артефакт для Санни. К сожалению, очень некстати потерял где-то драгоценный блокнот с Протеевыми чарами. Сборы были бурными, комнату он оставил буквально вверх дном. Но это пустяки, Борги всё приберёт. Главное, что успел отправить письмо из аэропорта. Уже в самой магической почте, которую нашёл по указке деда, Басти увидел стопки пергаментов с перьями и чернилами, но переписывать письмо не было времени. Только выбрал себе сову из трёх имеющихся, привязал мешочек с подарком и сложенным в несколько раз посланием, и бегом назад, к стойке регистрации.

Он прикрыл глаза, представляя самое милое лицо в мире. Что она сейчас делает? О чем думает? Получила ли письмо? Может, спит давно, а посылку приняла её смешная домовушка? Или всё же Санни? Вдруг ей не спалось. Легко было представилось, как изогнутся в удивлённой улыбке её губы, замерцают любопытством синие как ясное небо глаза, как нетерпеливо заправит она выбившуюся из косы огненную прядку за маленькое ушко, как будет внимательно, немножко хмурясь, читать его письмо... Драгоценная, милая, немного наивная и беззащитно-открытая, трогательная, добрая, красивая, славное его солнышко.

Раньше у него такого не было. Жизнь вообще внезапно поделилась на две части - до встречи в поезде, где Санни ему впервые улыбнулась, и после. Сначала его охватил азарт, шутка ли, добиться благосклонности ровесницы брата, да ещё гордой львицы. План завоевать ещё одно трепетное девичье сердце лишь укрепился после единственного поцелуя, дерзко украденного, когда он передавал ей послание от Руди. У него сердце готово было выпрыгнуть из груди, а на него посмотрели, как на заигравшегося мальчишку - с непритворным удивлением и досадой.

Роковая красотка, как он тогда о ней думал, могла бы гордиться такой быстрой победой. С лёгкостью завладела всеми мыслями, стала отравой, наваждением и снилась каждую ночь. Казалось, что вот-вот, не видя успеха, она сделает следующий шаг, чтобы убедиться в силе своих чар. Логичнее всего было ожидать, что начнёт игнорировать или дразнить. Однако девушка не скрывала интереса к нему, неизменно находя глазами в Большом зале или встречая в коридорах, что шло вразрез со всеми представлениями Басти о сценарии завоевания объекта охоты, потому что не было в этих взглядах никакого кокетства, никакого намёка на особый интерес, никакой игры вообще.

Но всё изменилось на той игре в квиддич, где она взорвала стадион, устроив фейерверк в его честь. Храбрость это была, глупость, или тонкий расчёт - его уже волновало мало. Хотя нет, волновало, да ещё как! Да у него голова пошла кругом от мысли, что его заметили, выделили из всех! И плевать ему было на то, что возможно, превратился из охотника в добычу. Отдаться ей он готов был прямо там, на поле. И сам испугался накрывшего его желания.

А тем же вечером случилась беда. Эта девочка чуть не стала жертвой насилия, у него сердце кровью обливалось, когда несли её к Больничному крылу. Душу раздирали противоречивые чувства, а дрожащие руки придерживали разбитую голову. И что-то в тот момент переломилось, что-то, чему и названия он не знал. Просто понял, что не переживёт, если с ней что-то случится. Хотелось защитить от всего на свете, оттолкнуть приятелей и нести её самому, сил бы хватило. И чтобы избавиться от этого чувства, заполнившего всего его слюнявой нежностью, он даже цинично пошутил на следующий день при брате:

- Как ты думаешь, если б этот мудак не был пьян, она бы ему дала?

- Возможно, - спокойно отозвался Рудольфус, явно думая о чем-то другом. - Такой наивной девчонки больше во всей школе не сыщется. Задурить ей голову ничего не стоит. Доверчивая, как ребёнок. И какие силы хранили её до сих пор, одному Мерлину известно.

У Басти аж сердце ушло куда-то в желудок от этих слов, умению Руди видеть людей мог позавидовать Визенгамот.

И всё же Басти попытался усомниться, спросил, стараясь говорить небрежно, хотя в груди разливалась совершенно глупая радость:

- Не ошибся? Мне казалось, что она та ещё стерва.

Руди только растрепал ему волосы.

- Ты раб стереотипов, Рабастан. Любая женщина может быть стервой, а может быть ангелом. Но драккл меня раздери, я готов позавидовать мужчине, которому удастся завоевать это дивное создание.

И Рабастан улыбнулся, решив всё в один миг:

- Можешь начинать завидовать. Мне!

А Руди заржал:

- Мне уже её жалко. Пощади девочку, Басти! Хотя... Слушай, прекрасная мысль. Поухаживай за ней, будь пай-мальчиком.

Было не столько обидно, как досадно. Но он согласился и сбежал - к Эмили, задумал сделать цветы в походной мастерской кузины для своей принцессы... Как же давно это было! Сколько всего после этого случилось - и хорошего, и плохого.

И как же тяжело знать, что сейчас она за тысячи миль, а мантикоров Нотт не дремлет. Одна надежда, что до рождественских балов огневик ничего не предпримет, а к балам Басти уже вернётся.

Гул самолёта успокаивал, убаюкивал. Рабастан откинул голову на подголовник, решил посчитать гиппогрифов, садящихся на большую поляну, ведь поспать следовало, неизвестно, что будет после того, как приземлятся. Но не досчитал и до пяти, как провалился в сумбурный тревожный сон.

***

Цель поездки Басти узнал так буднично и просто, что даже был слегка обескуражен. Окутанный до этого мистической тайной внезапный вояж стал в одно мгновение довольно тривиальной прогулкой по экзотической стране. Это случилось в первый же день приезда в жаркую суматошную Индию на огромном восточном рынке, настолько беспорядочном, многолюдном и шумном, что пришлось напрягать слух, чтобы услышать стоящего очень близко деда Альви.

- Я планировал сделать это позже, - говорил дедушка, с удовольствием разглядывая поделки из слоновой кости, которые расхваливал тощий суетливый индиец. - Ждал, когда ты станешь совершеннолетним, Басти. Такой подарок ты точно заслужил. Вот только ты переплюнул всех, внучек, получив первую ступень мастерства по артефакторике, автоматически становясь совершеннолетним на год раньше. Так что пришлось срываться, отложив все дела.

- Подарок? - Басти сразу насторожило это вступление. Он оторвал взгляд от искусной фигурки слона, внимательно поглядев на задумчивого деда. - Совершеннолетним?

- Не бывало никогда несовершеннолетних мастеров, - ухмыльнулся его спутник. - Бывали только очень молодые. Раз приняли экзамен, то посчитали достойным. Однако, не забывай, что это не только дар магии за твоё мастерство и дерзость, но и большая ответственность. Что легко прощают мальчишке, не простят взрослому магу. Впрочем, ты и сам это понимаешь. Итак, о подарке... Пора тебе самому стать хозяином портативной мастерской, а не одалживать у кузины. Тем более, что её мастерская крадёт время у всех, кроме хозяйки. Да-да, Эмили способна управлять временем, находясь внутри мастерской. Почему она вам с Руди это не сказала, для меня загадка. Невеликая тайна, как по мне.

- Ты подаришь мне мастерскую? - волнение охватило против воли. Вот так просто осуществить мечту...

- Не совсем, - покачал головой дед Альви, хитро щурясь. - Подарком будет возможность.

- Такие чемоданы можно купить в Индии?! - Басти обрадовался лишь отчасти. Несомненно, такой подарок был безумно дорогим, так что сам бы он не скоро смог такое приобрести. И просить у родителей точно бы не стал, понимал, что расходов у них на содержание ковена не просто много, а бесконечно много. И то, что дедушка расщедрился на царский подарок сильно обрадовало. Но... - Но разве не проще было бы заказать доставку?

- Эх, молодёжь! - всплеснул руками дед. - Всё-то хотят готовенькое получить, даже лучшие, талантливые умельцы. Куда катится мир? Скажи, внучек, вот что тебе не накупить этих цветов из слоновой кости? Или вон та пара кинжалов, чудная ведь работа.

Басти вгляделся. И впрямь искусная работа, только стебель в середине надо было сделать чуть толще, а лепесток...

- Я мог бы сделать это сам, лучше, - судя по довольной улыбке деда Альви, это был правильный ответ.

- Это Эмили может себе позволить пользоваться мастерской Олливандера. Она девочка талантливая, но и только. А тебе, Басти, стыдно доверяться чужим чарам и вкусам. Я верю в тебя, внучек, твоя мастерская должна стать именно твоей, неповторимой, удобной, родной. А почему Индия - так здесь самые лучшие материалы в мире, и всё можно купить практически в одном месте - на этом рынке. Нет, кое-что я захватил с собой, но лучшие мастера именно здесь. А пока приглядись, да не к фигуркам, а к необработанному материалу. Видишь разницу?

Сказать, что Рабастан устал - это ничего не сказать. К вечеру он падал с ног от изнеможения, обилия новых знаний и впечатлений. И ещё эта изматывающая жара...

Маленькое бунгало, куда привезли их на смешном такси из аэропорта, стояло на широкой возвышенности, среди десятков похожих. Здесь, как ни странно, было не так жарко, а вид на океан, открывающийся прямо от порога, заставлял замирать от смешанных ощущений внутри. Это был и восторг, и преклонение перед величием, и желание раскинуть руки, полететь, и робость перед чем-то огромным, непостижимым, и незамутнённая радость. Казалось, ты Властелин мира, и в то же время маленькая песчинка на ладони мироздания.

- Как прошёл день? - спросил дед, становясь рядом. - Много успел?

- Мало, - хмыкнул Басти. - Только с материалами определились, делать начнём завтра.

Мастер Давид с Шри-ланки, с которым познакомил его дед Альви, оказался высоким сухопарым магом, загорелым до черноты. Шоколадного цвета глаза смотрели сонно и словно видели тебя насквозь. По словам деда, этот Давид хранил секреты с древнейших времен и считался одним из самых лучших мастеров по пространственным чарам и изготовлению сундуков и чемоданов "с внутренним миром". Давид был не просто мастером, а ещё и учителем.

Маленькая палатка, притулившаяся за лотком торговца изделиями из слоновой кости, внутри оказалась огромным ангаром, забитым похожими палатками, чемоданами, коробками, сундуками, сумками и множеством материалов, сложенных как штабелями, так и наваленных просто кучами. А для начала Басти пришлось бесконечное количество времени сидеть перед учителем, скрестив ноги и неотрывно глядя в глаза, прежде чем тот кивнул и сказал, что готов научить.

- Это не легилименция, - шепнул внуку дед Альви перед этим странным действом, - он видит суть человека. Кстати, помнишь автора книги о чудовищах? Ньют Скамандер - хороший друг мастера Давида.

А после началось самое интересное. Басти повидал больше сотни готовых чемоданов и сундуков, спускаясь в их недра и любуясь искусными интерьерами, мастерскими, комнатами отдыха, кабинетами, молельнями, гостиными, оранжиреями, даже маленькими парками и лесными полянами. Чего только не прятали маги в глуби обычных с виду чемоданчиков.

В одном сундуке был даже склад стройматериалов, штабеля досок казались бесконечными. Но вглубь Рабастан не пошёл, остановился возле выставочных образцов рабочих поверхностей-верстаков. От разнообразия моделей разбегались глаза. Мастер Давид наблюдал, добродушно посмеиваясь. Еле уговорил ученика прийти сюда позже, когда дойдёт дело до внутреннего оборудования мастерской.

- Можешь ли ты определиться, что хочешь видеть в своём чемодане? - спросил мастер Давид, угощая его вкуснейшим чаем и восточными сладостями. Деда не было видно, он ушёл, сославшись на дела, сразу, как они начали осмотр палаток.

- Я уже определился, - подумав, ответил Рабастан, прекрасно понимавший, что не может охватить всё, да и не нужно ему это. Распыляясь на многое, можно было просто забыть о главном. - Мне нужна просторная мастерская, кабинет с полками для книг, столом и креслом, и обрыв с видом на бушующий океан.

- Неплохо, - кивнул мастер, ничуть не удивившись. - Иллюзия океана, или окно на реальный океан? Первое - проще, второе сложнее. Но я бы порекомендовал окно. Разумеется, вы не сможете пройти сквозь окно, но сможете ощутить запах, почувствовать соленые брызги на губах, смотреть на натуральные волны, видеть закаты и рассветы, звёздное небо ночью и палящее солнце днём, бурю и штиль. Ваше решение?

- Окно, - решился Басти. - Это намного сложнее?

- Придётся потрудиться, молодой человек. Но я бы хотел услышать, как именно вы себе это представляете. Вы видели много вариантов сегодня. Отпустите свою фантазию, не пытайтесь за кем-то повторить.

- Попробую, - Басти взлохматил волосы, подбирая слова. - Выход из кабинета на широкий обрыв, площадка примерно в два-три кубических ярдов. Окно в виде полусферы, чтобы не видно было его границ. Такое возможно?

- Вполне. Да, границы можно сделать невидимыми, разве что на ощупь, если доплывёте, то можно потрогать руками. Или взлетите на метле.

- Не хотелось бы протаранить это окно, - у Басти загорелись глаза. - Я люблю летать, и сейчас вы меня искушаете. Но если я не увижу границ...

- Понимаю, - усмехнулся мастер. - не волнуйтесь. Пробить окно невозможно, оно из такого материала, что легко прогнётся и также легко восстановит форму. Значит вам нужно место, чтобы полетать? Вполне решаемо. Только я бы тогда посоветовал ещё полоску песчаного пляжа под обрывом протяжённостью, скажем, ярдов триста, и шириной пятнадцать - двадцать. Искусственный бассейн в ширину ещё ярдов семьдесят. Будет полная имитация океанского побережья, по величине сопоставимое с полем для квиддича. Так океан будет смотреться ещё натуральней. А летать практически над океаном - думаю, будет интересно. Окончание полоски пляжа с обеих сторон будет служить ориентиром для полётов.

- Непередаваемо, - мечтательно закивал Рабастан. - Как я понимаю, в бассейне будет можно и поплавать?

- Разумеется, но с осторожностью, - по улыбке мастера было заметно, что он сам увлёкся проектированием. - Во-первых глубина. Нет смысла делать слишком мелкий бассейн, разве что у берега и до буйков. А дальше будет постепенное увеличение глубины, у самого окна не менее пяти метров, иначе синхронизация не получится.

- Синхронизация? - удивился Лестрейндж.

- А иначе какой смысл, - покивал мастер. - Ощутите силу прибоя, спокойствие полного штиля или трепет перед настоящей бурей. При синхронизации ваш бассейн станет подстраиваться под то, что происходит за окном.

- Потрясающе!

- Разделяю ваш восторг, молодой человек. Но помните, что при включении синхронизации окно не защищает от солнца, жары и холода, можно замёрзнуть ночью, или сгореть на солнце. Окно защищает только от материальных проявлений - как вы не сможете пройти сквозь окно, так и акулы или другие твари, которых увидите на стыке бассейна и океана, не смогут пробраться к вам. Советую так же сделать отключение синхронизации, с одновременным выключением окна. Тогда это будет просто бассейн с обрывом, песчаным пляжем и с синим куполом сверху. Как вам такое?

Конечно, Рабастан был в восторге. Детали обговаривали ещё часа три, потом пришла очередь материалов. Басти захотел небольшой кожаный сундучок, который увеличивался в четыре раза с помощью поворота рычажка на замке. После чего можно было открыть крышку - изнутри она была прозрачной - и влезть внутрь, спускаясь по лестнице в кабинет. При этом сундучок наверху автоматически уменьшался и включал чары невнимания. Прежде, чем увеличить его изнутри, чтобы вылезти, можно было посмотреть в специальную трубу, чтобы понять, безопасно ли выходить в данный момент. Этому способствовала внутренняя прозрачность крышки.

Долго спорили, из чего делать стены для мастерской и кабинета. Оказалось у мастера есть материалы из разных уголков мира. Из самой Индии - кость и сандал, с Чукотки - китовый ус, из Бразилии - опалы, из Южной Африки - прочнейший металл для инструментов и сами инструменты, из Греции - древесина лавра. Всего и не перечислишь.

Рабастану нравилось, как говорит мастер, как он рассказывает о том или другом материале, как уважительно выслушивает его мысли, как задаёт уточняющие вопросы с лёгкой улыбкой. Верстак выбирали долго и вдумчиво, остановились на композитном, длинная столешница делилась на сектора для работы с разными материалами, в её состав входили цейлонский эбен, слоновая кость и африканский малахит. По всей длине - а верстак получился чуть не вдвое длиннее и шире, чем в сундуке Эмили - под столешницей, так же как у кузины, имелись ящики для инструментов и прочих подсобных вещей.

Разных присоблений, помимо наковальни и тисков, Басти тоже подобрал прилично, с благоговейным ужасом думая о том, сколько же всё это будет стоить. Но дед Альви строго велел ни в чем себя не ограничивать.

Инструменты подобрал готовые. Всё равно многие из них пришлось бы делать на заказ, он ещё не достиг такого мастерства, чтобы изготавливать их самому. Всё отобранное стаскивали в угол ангара, где предстояло готовить будущую мастерскую.

- Не жалеешь, что поехал со мной? - спросил дед Альви, закуривая трубку. Он уселся прямо на циновку, постеленную у выхода из бунгало, наслаждаясь закатом, окрасившим океан и побережье во все оттенки оранжевого.

Басти покачал головой, опускаясь рядом на землю.

- Как можно! Это потрясающий опыт... И я не только о подарке. Мне тут всё нравится, и мастер Давид, и этот суматошный рынок, и океан...

- А почему в глазах грусть?

И ведь даже не смотрит в его сторону! В глазах ли?

- Думал о вечном, а это всегда грустно... Дед Альви! - осенило его внезапно. - А как ты с бабушкой познакомился? Ты обещал рассказать, когда вырастем. А я уже... Ну ты сам сказал.

Дед по-стариковски покряхтел, устраиваясь поудобнее.

- Обещал, значит? Кхе-кхе. Ну, ладно, слушай. Шёл тысяча восемьсот девяносто третий год. Мне только исполнилось семнадцать...

***

Трой Хейли очень не любил, когда обижают заведомо слабых, а значит беззащитных. Ничего не мог с собой поделать, внутри словно что-то загоралось, мощное, тёмное, звериное. И ни сдержать, ни унять эту ярость, пока хоть одна мразь на ногах держится было невозможно. Зная это за собой, Лютный он не жаловал. Там слабых обижали постоянно, но было одно "но", жертвы сами были виноваты. Нахера лезть в волчье логово добровольно? Потому, в случае крайней нужды, посещал Лютный днём или утром, пока всякая шушера отсыпается от ночных подвигов.

Да и знали его местные прекрасно, днём улица будто вымирала. Прятались, гниды. И кличку свою он знал, какой местные его наградили. Берсерк. А что, ему даже нравилось. Что-то происходило с ним похожее на ярость воинов-берсерков, когда впадал в это состояние. Только вот контролировал он себя прекрасно, и до смерти никогда не доходило. А вот калекой сделать мог, это да.

Но в этот день всё получалось через пень-колоду. Пока забрал заказ в гильдии строителей, пока ругался с клерком, вздумавшим ему подсунуть плохенький пергамент, пока выполнял заказ миссис Робертс, а список там был весьма длинный, время и пролетело незаметно. И в Лютный он попал поздно, когда совсем стемнело.

Ох, как не любил он этот запах наживы и страха. Зрение сразу перестроилось, видел он в темноте прекрасно, даже оборотни могли бы позавидовать. Стайка мелких воришек рванула от него в узкую щель между домами, живо разнесут, кого видели, да ему это только на руку. Левое колено разболелось некстати - ремонт дома почти без магии оказался делом хлопотным и травмоопасным, почище боёвки. Так что никаких геройств сегодня не хотелось.

Миссис Робертс обещала сварить нужную мазь, Трой ещё удивился, откуда та прознала, вроде никому не трепался, что болит, а застав леди Бастинду, когда за списком зашёл, сразу всё на места встало.

Запах Лютного, которым пропитались даже стены домишек и сам воздух, сегодня особенно раздражал. Как же хотелось быстрее покончить со своим делом и уйти отсюда, да только Боргин с места в карьер принялся нахваливать новый товар, и Трой не удержался, "изволил" взглянуть. Тратиться он не собирался, только забрать заказанный артефакт - будет развлечение для его мальчишек. Хитрая диковина, дорогая, но того стоила.

Полюбовавшись на сомнительного вида артефакты, он молча покивал, расплатился и вышел из лавки "Боргин и Бёрк". Какие-то тени жались по щелям, где-то слышались вскрики, где-то пьяный бубнёж. Ночная жизнь Лютного вступала в свои права. Хейли шёл быстро, не останавливаясь, хотелось поспеть хотя бы к окончанию ужина у Робертсов, чтобы сразу отдать ингредиенты. Потому не сразу приметил кучку местных тварей, возившихся почти у самого выхода.

- Совсем обнаглели, - пробормотал он себе под нос, не собираясь останавливаться, когда внимание привлёк уж очень знакомый силуэт.

На Линка-кривоносого у Троя давно был зуб. Любила эта падаль куражиться и о своих дрянных подвигах направо и налево рассказывать, а слушать Трою об издевательствах и прочем непотребстве было противно, хоть и понимал, что большая часть - чистое враньё. Ну и своротил как-то нос доходяге, после чего тот из Линка-корявого превратился в Линка-кривоносого. А ведь просто зашёл тогда в дурной кабак от тоски, что жизнь у него никчёмная и пустая. Потом, конечно, лорд Лестрейндж на место мозги ему вставил.

Но сегодня марать руки не хотелось, даже ради ублюдочного Линка. Только Хэйли не удержался, свистнул зычно, чтобы напугать. Напугал, а как же. Ублюдки подхватились, поволокли что-то крупное в тупичок с лазом, хорошо знакомый Трою. Пришла мысль выяснить, по ком душегубствуют, но увяла, ещё не родившись. В два шага преодолел он лестницу, ведущую из этого вертепа, и замер, потрясённый.

Обратный путь занял куда меньше времени. Двигался Трой бесшумно, сам превратившись в тень. И Линка удалось схватить за ворот у самой дыры, куда утаскивали добычу его подельники. Тот беззвучно отлетел, шмякнувшись о стену, да так и сполз вниз в грязную лужу нечистот. А Хейли, с зашедшимся от ярости сердцем убедился, что не ошибся. Каштановый кудрявый локон, что сумел он невольно приметить, когда смотрел на ублюдков с лестницы, принадлежал девчонке. Той, или другой похожей, было уже неважно. Её почти протащили в узкий лаз, только голова и оставалась ещё снаружи.

Трой молниеносно метнулся к лазу, и нырнул следом, как только он освободился.

Далеко убежать они не успели. Да и не начали ещё толком убегать, не подозревая о смерти, идущей по пятам.

- Хочу прямо здесь, - услышал придушенный голос.

- А вдруг целка, - возразил писклявый, - ты проверь, бабла же выручим. Удовольствия после.

Хэйли перетёк к ним и вздёрнул того, кто полез проверять, за тощую шею. Отшвырнул и обернулся ко второму. Понятливый оказался, драпанул так, что пятки сверкнули.

Девушка оказалась та самая, лежала неподвижно, уронив голову на бок, кудрявые волосы рассыпались по земле пышным ковром. Она дышала, но явно была без сознания. Оно и лучше. Хейли не удержался, почти невесомо погладил шелковистые кудряшки, а лишь потом заклинанием привёл в порядок её одежду. Поднял, было, девчонку на руки и сразу выругался, почувствовав мокрый бок под рукой. Пришлось снова рвать одежду, осматривать рану, накладывать стазис, всё равно самому не разобраться. Да и не место. Аппарировал сразу к себе домой, в Мунго можно и позже.

Уложив на свою кровать, похлопал осторожно по щекам, напрочь забыв о подходящем заклинании. Или просто не захотел вспомнить. Кожа у неё была дивно нежная. Открыла глазки и сразу его узнала, по взгляду понял. А потом несколько секунд впитывал просто осязаемую благодарность и облегчение, написанные на лице.

- Мистер Хейли, - пролепетало это чудо, а он-то ждал истерики, как минимум.

- Трой, - зачем-то поправил он.

- А я Чарити, - ответила девчонка, словно он мог забыть её имя. - Спасибо, что спасли.

- Не шевелитесь, Чарити, - предупредил он. - Вы ранены, я сейчас осмотрю ваш бок, постарайтесь не шевелиться и не думать, что...

Что она должна не думать, он так и не придумал, но девушка просто прикрыла согласно глаза.

Рана выглядела не так плохо, как показалось сначала, но была глубокой. Крови, конечно, потеряла много, но... Всё-таки надо в Мунго, вдруг что-то задето. Хотя кроветворное у него есть, и стазис продержится ещё полчаса.

Малышка выпила зелье безропотно и доверчиво поглядела:

- Не надо в Мунго! Мистер Хейли, Трой... Не надо, прошу вас.

- Вы преступница, Чарити? - строго спросил он и обрадовался её улыбке. На редкость стойкая психика.

- Мне будет нечем заплатить, - отвела она глаза. - В долг я не возьму.

- А никто не спрашивает, - грубо ответил он. - Сколько у вас денег было?

- Девять сиклей, - отозвалась она неохотно, и вот тут прекрасные глазки наполнились слезами. - Всего девять, сэр. А ингредиенты самые лучшие, за несколько месяцев. Должны быть на три галеона, не меньше, но спроса нет...

Она затихла, вовсе от него отвернувшись. А Трой уже прикидывал в голове, в какой нужде живёт эта девчонка, и что если...

- Ну заплатили бы вам три галеона, - фыркнул он, - и что, легче бы было, если бы отобрали не сикли, а золотые.

- Легче! - сердито ответила девушка. И шмыгнула носом.

Думал, опять плачет, а она смеялась, тихонько так. И вдруг обернулась, глядя прямо в глаза и спросила:

- А что не так с моими волосами было вчера? Вы так смотрели!

- Потрогать хотел, - признание далось легко. - ЧуднЫе. Никогда таких близко не видел.

- И сейчас хотите? - глядя сквозь ресницы спросила эта пигалица.

- Допустим, - осторожно ответил он, стараясь не глазеть на предмет своих желаний. Сейчас они рассыпались по его подушке. И так легко было представить... то, что представлять нельзя.

- А косу заплетать умеете?

- Нет, - опешил он, даже отшагнул от кровати.

- Жаль, - девушка отвернулась, но не сдалась. - Если заплетёте, то так и быть, отправляйте в Мунго. Только вам и платить придётся, и объяснять, кто я для вас.

Трой восхитился, ещё и условия ставит! Такой наглости он от этого гордого воробушка не ждал, но ответил почему-то совсем не то что хотел.

- Ладно, попробую.

И конечно, у него ни хрена не получилось. Пряди выскальзывали из рук, словно живые, а он, стоя как дурак на коленях, пытался связать их хотя бы в какой-то знакомый узел. Девушка послушно свесила голову с кровати.

- Обрежу, - вздохнула тяжело.

- Не надо! - вырвалось прежде, чем успел осознать. - Я научусь!

- А можно... Трой, у вас ванная есть?

Он покивал, подозрительно косясь на неё, словно она могла его видеть.

- Я чувствую себя ужасно грязной. Даже лицо. Я не могу так в Мунго.

- Очищающее не сгодится? - узел он всё же изобразил и с сожалением выпустил кудряшки из рук. - Я вам палочку дам.

- Не сгодится. У меня магии ещё двое суток не будет. Домовушка родила, я с ней поделилась.

- Вы сдурели совсем? - вспылил он, но продолжил мягко: - И потащились на ночь глядя в Лютный, одна, без магии, без палочки с ценным товаром! Вы по жизни дурочка или это временное затмение?

- Палочка была, - буркнула она сердито. - А учить свою жену будете. Или дочь, или кто там у вас. А мне вы - никто, и не смейте обзываться. И вообще, верните домой. У меня там отец со сломанной ногой, новорождённый эльфёнок, две козы и семь кур! Понятно вам?

Трой выслушал молча, зверея от каждой фразы. Вот она благодарность!

- Да ради Мерлина! Верну, вот только в Мунго посмотрят, и сразу верну.

Подхватив её на руки, он прошагал к камину. Посмотрел с сомнением, и угрюмо поинтересовался:

- Обнять за шею можете? И коленки подогнуть.

- С неохотой, - ответила обиженно и обняла.

А он, можно подумать, удовольствие получает!

- Кабинет целителя Шелбрука, Мунго! - зелёное пламя подхватило, и скоро он вышагнул в светлом кабинете.

Молодой целитель вскочил из-за стола и указал на кушетку.

- Что с ней, Трой? - а сам уже колдовал, накладывая диагностические заклинания. - Леди, я Свен Шелбрук. А вы...А, вижу, удачно, удачно, а вот это плохо! Придётся потерпеть.

Лицо Чарити побледнело, почти сравнявшись цветом с больничной простынёй. Трой стоял рядом и переживал.

- Отвернись, Трой, мне надо её раздеть и осмотреть.

Он отвернулся, слушал как вздыхает девчонка. Семь кур! Надо же!

- На что потратились так, леди? - спрашивал Свен. - Ладно, не моё дело. Колдовать вам нельзя, имейте ввиду. Ещё недельку потерпеть придётся. Сколько уже без магии? Дня четыре?

- Сутки почти, - тихо ответила Чарити. - Через двое суток всё вернётся. У меня уже было так.

Шелбрук присвистнул.

- Леди, а вы замужем? Я как раз невесту ищу!

Трой скрипнул зубами, когда эта пигалица ответила:

- Я в невесты не гожусь, сэр.

- Да я и не больно рассчитывал, - веселился доктор. - Но такая сильная ведьма, к тому же красивая...

- Свен!

- Мы закончили, мисс, - сразу воскликнул тот. - Бок поболит ещё часа два, но обезболивающие не рекомендую.

- Спасибо, я потерплю! Сколько я вам должна?

Трой даже развернулся, к счастью, девушка уже снова была одета и сидела на кушетке.

- Не ваше дело, Чарити, пойдёмте! Из Мунго аппарировать нельзя.

- Я бы попросил, Трой, - подал голос Свен. - Полежать ей надо хоть четверть часа. Аппарировать точно сразу нельзя, да и камином...

- Понятно, - Хейли подхватил её на руки, Чарити только пискнула недовольно, но серьёзным возражением это считать было нельзя. - Спасибо Свен, увидимся.

И снова зелёный огонь камина, и его спальня.

- Полежать вам надо, - проворчал сердито, укладывая на кровать. - И не смейте двигаться, я отлучусь буквально на несколько минут. Камин я заблокировал, двери и окна тоже, так что даже не пытайтесь уйти.

- Я в плену? - спросила Чарити, но отвечать он не стал, себе дороже.

Через секунду он уже стоял на том же месте в Лютном. Никаких тел вокруг уже не было, а вот палочка и девять серебряных монеток лежали ровнёхонько на том месте, где была голова незадачливой девчонки.

Хейли свистнул по-особенному. Тишина была недолгой, худенький пацан лет десяти выдвинулся из какой-то щели, спросил опасливо:

- Чо надо? Борзый сказал, что всё вернул.

- Вижу. Значит так, один сикль твой, если покажешь лавку.

Глаза пацана заблестели, он опасливо приблизился ещё на шаг.

- Пойдёмте, тут недалеко.

Лавочник при виде Хейли, сразу нырнул под прилавок, пришлось ждать. Минуты через три показалась макушка, а потом и глаза.

- Берсерк! - старикашка исчез, послышался металлически грохот, потом всё стихло.

Трой вздохнул и присел на хлипкую табуретку возле прилавка. Терпения у него было много, а боевой дух успел как-то подрастеряться.

Буквально через десять минут, лавочник со вздохом поднялся полностью. И мрачно поглядел на посетителя.

- Доброго вечерочка, мистер Хейли. Чем обязан? Травки какие? Всё лучшего качества!

- Почему людей обижаешь? Сколько не доплатил моей невесте? - нарочито лениво спросил Трой.

- Невесте, мистер Хейли? - лавочник заметно побледнел и разом взмок. Народ в Лютном отличался отменной сообразительностью. Другие тут не выживали. - Не извольте серчать! Я не знал! Мерлин великий, клянусь - не знал! Вот! Я просто не успел, обернулся, а она уже ушла.

Нырок под лавку длился всего пару секунд. Три золотых легли на прилавок.

- Я жду нормальную цену, - холодно процедил Хейли.

- Ах, нормальную, - всплеснул руками лавочник. - Прощения прошу, мистер Хейли, не серчайте. Невеста у вас чудо как хороша!

- Язык придержи!

- Молчу-молчу, - покивал лавочник, скривился, снова нырнул под прилавок. Появился с несчастным видом, и к трём золотым добавилось ещё пять. - Вот. Всё до кната, мистер Хейли. А девять сиклей я уже отдал.

Трой убрал золотые в карман, а потом поинтересовался, поглядев с прищуром:

- Ты навёл?

- Нет, - просипел старик, отшатнувшись. - Такое время, мистер Хейли, я ничего не мог поделать. Клянусь!

Хейли с отвращением сплюнул на пол, поднялся и вышел в смрадную темноту Лютного, не прощаясь.

Через пару минут появился в спальне и уставился на девчонку. Чарити подложила под щёку ладошку и мирно спала, лёжа на боку. Узел успел расплестись и её кудряшки снова рассыпались по его подушке.

Вздохнув, Трой подхватил свой мешок, который так и стоял у кровати, и отправился к Робертсам. Благо можно было камином. Отдал заказ, список и сдачу, выслушал слова благодарности и только потом аппарировал по уже известному адресу.

Стучать в дверь не стал. Защита была никакая и он легко прошёл до самого дома от хлипкого заборчика. Внутри первое, что удивило, это чистота. Почему-то крайняя нужда в его представления сочеталась с грязью и плохим запахом. Главу семьи разыскал быстро. Тот приподнялся на кровати, глядя на гостя с любопытством.

Трою очень хотелось спросить, как он мог отправить дочь одну в Лютный, но Бербидж заговорил первым:

- Здравствуйте, не могу встать, как видите, дочь пригрозила, что свяжет магическими путами, а она сильная, я снять не смогу. Так что вы подождите, как она вернётся, уже скоро должна. Обещала вкусного к чаю купить.

Хейли обалдело слушал. Потом тряхнул головой, собираясь с мыслями.

- Я Трой Хейли, наставник молодёжи из ковена Лестрейнджей. Так вышло, что Чарити неудачно упала, так что сегодня её не ждите. Утром приведу. - И увидев, что мужчина заволновался, порываясь встать, поспешил выложить на стойку галеоны. - Она просила вам передать деньги за ингредиенты. И сказала, чтобы не волновались. Вкусное утром купит.

- Где же она, моя девочка? - Бербидж зашарил по тумбочке, нащупал очки и надел на нос. Взглянул на Троя и отшатнулся. - Вы... наставник?

- Да, - Трою внезапно стало его жалко. На деньги мужчина не посмотрел, даже уронил пару монет, пока искал очки. - Вы не волнуйтесь, она просто спит, ничего серьёзного.

- Вы её наставник? - продолжал спрашивать Бербидж. - Я не понимаю...

- Я её жених, - решился Хейли. - Вот пришёл руки просить вашей дочери.

- Пусть сама решает, - отмахнулся Бербидж, - я ей так и сказал, как принесли на порог ещё вот такой крохой... Так и сказал: "Чарити, буду воспитывать как родную, а полюбишь кого, так препятствовать не стану". Так и сказал.

- Принесли на порог? - обалдело спросил Трой.

- Так Сельма, красивая ведьма, очень. Завлекла, а я что ж, дело-то молодое. Разок всего. А через девять месяцев - пожалуйста, принесла. Написала в записке: "Твоя, назови Чарити". Так и написала, да. А я же и не отказываюсь, было, да. Даже жениться хотел, не пошла. Рассмеялась в лицо, когда нашел, и того...

Он снял очки, протёр их, надел снова.

- А раз вы жених, то должны знать. Приданого не скопили. Да. А девочка она очень сильная, очень. Тёмненькая, тут уж ничего не поделать, но сильная. Значит, женитесь, а когда? Мне бы только на ноги встать, но Чарити лежать велела, да, она умненькая, не в отца. Не в отца, да. Так подождёте, как встану?

- Подождём, - кивнул Трой. - Вам бы в Мунго.

- Дорого в Мунго, оклемаюсь. Так оклемаюсь. Сначала было тяжко, зелья кончились, а сам я варить не умею. Но Чарити приехала и привезла. Вы не подадите флакончик, в её комнате, как выйдете - направо и еще раз направо.

Комнату Трой нашёл, тоже чисто всё, даже уютно. Только чемодан бесформенной кучей лежит посреди комнаты. Крышка отвалилась и заметно, что чемодану никак не меньше лет сорока, а то и больше. Зелья стояли ровным строем на узеньком столе у стены. Тут же были перья, листы пергамента.

Хейли выбрал костерост, отнёс его Бербиджу. Тот выпил ровно три глотка, благодарно покивав.

- Вы не посмотрите... Трой, да? Вы не посмотрите на кухоньке, там омлета не осталось? Такой был вкусный обед сегодня. Но опять голодно. Чарити очень вкусно готовит. Да, готовит.

Никакого омлета Трой не нашёл. Кроме молока под стазисом и пакетика с крупой в кухне вообще ничего съестного не наблюдалось. Зато появилась домовушка, испуганно сжимая руки.

- Я Трой Хейли, жених твоей хозяйки, - отрекомендовался он. Скривился, вспомнив, как Чарити потеряла магию. - Ты как, нормально уже всё?

- Нормально, жених Хозяйки. Хлоя уже окрепла, Хлоя может работать.

- А умеешь покупать еду?

- Хлоя умеет.

- Возьми, - Трой вытащил из кошелька несколько золотых. - Надо купить еды, всего что нужно. Хлеба, масла, круп разных, мяса, сыра, овощей, чай, кофе. Сама справишься?

- На сколько времени Хлое делать запасы? - деловито осведомилась домовушка, забрав галеоны.

- Насколько денег хватит. Иди уже.

- Хлоя поняла, Хлоя сделает.

Домовушка исчезла, а Трой вернулся к Бербиджу. Тот вскинулся, отрываясь от книги.

- А, это вы? Смотрите, как интересно пишут. Впрочем, вы же не герболог?

- Нет, я наставник по боёвке.

- Как интересно, - вежливо уставился на него Бербидж, только было ясно, что ему совершенно это не интересно. И Трой вздохнул облегчённо, когда тот вернулся к книге. - Я почитаю, если вы не против.

- Читайте.

Домовушка уже гремела чем-то на кухне.

- Жених хозяйки, на сколько человек готовить ужин?

- Только отцу хозяйки, - Трой Хейли почесал в затылке, но понимая, что перед ним более разумное существо, чем отец Чарити, попросил. - Проследи, чтобы он поел, ещё тут, я слышал, животные есть...

- Хлоя знает, Хлоя всё купила. Козы и куры накормлены, Хлоя смогла сама.

- Отлично. Хозяйка вернётся завтра утром.

- Хлоя поняла.

Трой кивнул, попрощался с Бербиджем, хотя тот его, кажется, не услышал, вышел из дома, и вздохнул полной грудью. Всё, что мог, он сделал.

***

Нотт не любил сидеть без дела, читать уже осточертело и, получив с шустрой совой приглашение Антонина, обещающего интересное дельце, немедленно согласился. Предупредив Юджина, что уходит на неизвестное время, он взял из конверта портключ и активировал, оказавшись через мгновение в широком дворе долоховского дома.

Мужчины его уже ждали, и Нотт приветливо усмехнулся, пожимая обоим руки. Игоря окинул таким же внимательным взглядом, как и болгарин его. Друг Антонина Магнусу понравился ещё тогда, у Малфоя, явно умный и с нормальным чувством юмора.

- Зачем звали? - не удержался он первым.

- Да вот, - Антонин развёл руками. - Бассейн крытый хочу сделать на заднем дворе, Уже всё купил, но котлован рыть магией нельзя, Ерофеич сказал, что слишком близко к алтарю, так что только руками. Нам с Игорем не трудно, но работа скучная и тяжёлая. А втроём всяко веселей.

- Сказал бы сразу, я бы Юджина прихватил, - поморщился Нотт для виду. Хорошая разминка как раз ему не помешала бы. И лишние мысли уйдут.

- Юджин пусть валит нахер, - фыркнул Антонин. - Тебя нам за глаза и за уши. Ну так что, идём? Только мантию в доме оставь, что ли. Ерофеич!

Странный бородатый домовик Долохова появился рядом и принял у Магнуса мантию.

- Лопаты и ломики уже на месте, - скрипучим голосом сообщил Ерофеич. - Обед через три часа, надеюсь господа уложатся в это время. Тем более, что землю я вам осторожно прогрел, как раз на это время. Больше там магичить не вздумайте.

- Идёмте уже, - поторопил Игорь, натягивая перчатки. - Магнус, где такие ботфорты раздобыл? Познакомишь с мастером?

- Да Уркхарт же, - хмыкнул Магнус, - которого Долохов не выносит. Сам загоняет зверя, сам разделывает и шкуру как-то хитро обрабатывает. Полковена в его сапогах щеголяет. Только сейчас его трогать не рекомендую, настроение у него не то.

- С бодунища, что ли? - спросил Долохов, идущий впереди. - Неужели не дала ему та красотка?

- Ни о какой красотке не знаю, - Магнус остановился возле груды камней, кое-как обведенные жирной чертой. - Это что?

- Валуны, - развеселился Каркаров, - ну а что, быстро раскидаем. А потом уже рыть будем. Или не по силам?

- Без магии? - уточнил Нотт.

- Ручками, - кивнул Долохов и принялся стаскивать с себя свитер крупной вязки. - Запаримся за пять минут. - Не передумал?

- Не дождёшься, - усмехнулся Нотт, снял жилетку и верхнюю рубаху, оставшись в нижней тонкой. Штаны то потом отчистит, кожаные, а новую рубаху было жалко. Сапоги тоже жалко, но Уркхарт ещё сделает. - Хоть бы предупредили.

Перчатки он надел снова, и разом ухватил большой валун. Примерился и перекинул куда указал Антонин. Там начинался скат, и валун весело поскакал вниз к редкому перелеску.

- Погнали! - заорал балбес Долохов и с гиканьем прихватил следующий камень, его полёт тоже проследили, понятно стало, что кидать далеко смысла нет, достаточно попасть на склон.

Работа закипела, от дури, не иначе, перекидывали валуны поменьше друг другу, прежде чем швырнуть на склон. Жарко стало достаточно быстро, и Магнус по примеру остальных, промокшую нижнюю рубаху тоже снял, развесив сушиться на голом кусте с твёрдыми тёмно-красными прутьями.

Мышцы приятно гудели, а шутки и мат Долохова создавали здоровую рабочую атмосферу. Камни закончились внезапно. Пришлось браться за лопаты.

Ерофеич появился рядом, когда они уже разметили котлован радиусом в сорок футов, и успели его углубить футов на шесть. На склоне потихоньку вырастал холм из свежей земли и песка. Рыли Долохов с Ноттом, Игорь работал ломиком, ловко извлекая встречающиеся камни и перекидывая их на склон.

- Охальники, - сразу заворчал домовой, держа в руках большой запотевший кувшин на цветастом полотенце. - Мало того, что сквернословят, так оголились на радость барышням, и не совестно?

Совестно Магнусу стало сразу, когда поднял взгляд на высокий балкон долоховского дома и увидел собравшийся там цветник. Одна девушка сразу отпрянула от перил, а две другие засмеялись и приветливо помахали руками.

- Квас! - обрадовался Антонин. - Ерофеич, спаситель! Эй, барышни, вам тут что, цирк?

- Оставь, - одёрнул его Игорь. - Пусть смотрят! Ерофеич, и мне налей, будь добр!

Магнус со вздохом стянул перчатки и дошёл до кустов. Тонкая рубаха успела высохнуть, и он не спеша натянул её на себя, лишь потом приняв кубок у одобрительно посмотревшего домового.

- Что это? - спросил осторожно, вглядываясь в тёмную жидкость. Название: "Квас" ему ни о чем не говорило. Попробовал, не дождавшись ответа, хмыкнул и опустошил кубок одним махом. - Вкусно, спасибо.

- На здоровьичко, - кивнул степенно домовой и исчез, забрав кубок.

- Перекур закончен, - дурашливо объявил Антонин. - Копаем вглубь еще футов на семь-восемь, конструкция должна поместиться.

Конструкция оказалась миниатюрным крытым бассейном круглой формы с прозрачным стеклянным куполом сверху, вокруг бассейна внутри можно было разглядеть широкий дощатый настил с несколькими лежанками.

- Отменим уменьшение, когда поставим в готовый котлован на центр, - объяснил Антонин. Прикольная штука, досталась практически даром.

- За пятьсот галеонов, - дополнил Каркаров, потыкав пальцем купол. - Летом в нём будет жарко.

- Затемняется, - фыркнул Антонин. - Нормально будет. Ладно, продолжаем.

Нотт удивлённо покрутил головой и подхватил свою лопату. Решил позже расспросить про это чудо. Можно ведь и у себя сделать, территория за его новым домом по размерам позволяла. А уже вокруг разбить сад. И магией там было можно действовать, с Уркхартом бы справились.

Копать закончили даже раньше срока, как раз в меру устали, и до обещанного обеда оставалось ещё больше часа. Даже вырытую землю успели распределить вокруг котлована, утрамбовывая в эдакий бордюр. Антонин всё измерял длинной гибкой лентой с насечками.

- Левее, - командовал он Игорю, устанавливающему в центре конструкцию. - Ещё чуть-чуть на меня. Хорош. Вылезай оттуда.

Заклинание отмены сотворило чудо. Конструкция сначала поползла, вытягиваясь, вверх, потом стала расширяться. Нотт смотрел как зачарованный, увеличенный бассейн понравился ещё больше. Антонин рассчитал всё точно, крытый бассейн встал в яму, как влитой. Оказалось, что он уже успел наполниться, маня поплавать в подогретой воде, подсвеченной зелёным и голубым.

- Я бы предложил опробовать, - задумчиво сказал Антонин. - Но сначала нужно принять душ. А лучше в баню сходить.

Мужчины оглядели себя и друг друга, и согласились.

- Голосую за баню, - сразу отреагировал Каркаров. - Магнус, рискнёшь?

- Я знаю, что такое баня, - Магнус бросил взгляд на балкон, но девушек там уже не было. Усмехнулся и пошёл за Долоховым к отдельному строению, по виду больше всего напоминающее сарай.

Не успели войти в тёплый "предбанник", как явился Ерофеич, велев стаскивать с себя всё, мол, так и быть, отстирает и высушит, пока господа парятся.

Баню Нотт, если быть честным, видел только на картинке, в какой-то юджиновой книге, потому представление, что там и как, имел довольно смутное. Сначала всё казалось диким, но потихоньку основное понял, а веник из листьев, которым по очереди хлестали друг друга Долохов с Каркаровым, он тоже оценил в полной мере. Им лично занялся появившийся вновь Ерофеич, и было это абсолютно крышесносно. Такого массажа он не ощущал ни разу в жизни. Казалось, все мышцы расплавились вместе с костями в сухом жару. Потом обливались ледяной водой со смехом и весёлым матом. Благо, барышень тут и близко не было.

На обед разморенный Нотт оставаться не решился. Во-первых, Юджина оставлять надолго не хотелось в его тёмной депрессии, во-вторых клонило в сон после бани, в-третьих, встречаться сейчас с девицами, видевшими его полуобнажённым, не тянуло вовсе. Поэтому, одевшись - Ерофеич не обманул, и одежда и сапоги были чистыми и даже благоухали неприметным цветочным ароматом - Нотт поблагодарил друзей за интересный опыт и аппарировал домой, прихватив адресок лавки, торгующей уменьшенными бассейнами.

***

Роксана Каркарова терзалась сомнениями, рассказать ли брату и Долохову правду, куда они собрались с девочками на следующий день. Или пойти на поводу подруг, и соврать, что это очередной вояж по магазинам. Умоляющие взгляды Агнешки, Люси Сабо и Кэти Хоган, следящих за её метаниями по гостиной, не давали сосредоточиться. И Роксана, топнув ногой, заявила, что идёт думать на балкон, чтобы проветрить голову, и чтобы не смели за ней ходить. Девчонки надулись, но Роксана умудрилась показать полное равнодушие, накинула шубку и действительно пошла на балкон. Брат с Антонином что-то затеяли в саду, и она заодно хотела взглянуть на них хоть одним глазком. Любопытно же, из-за чего они всё утро ругались с Ерофеичем на повышенных тонах.

Каково же было её изумление, когда вместо двоих, увидела внизу трёх полураздетых мужчин, перекидывающих внизу большие камни. И светловолосый широкоплечий маг был ей точно незнаком. Несколько мгновений она не могла оторвать взгляд от него глаз, и краснея рассматривала мускулистые руки, красивую спину и торс, сделавший бы честь скульптурам греческих богов. Только спустя вечность, она осознала, чем занимается и, сдавленно пискнув, бросилась назад в комнату, захлопнула дверь и прижалась к ней спиной.

- Что там? - сразу вскинулась Агнешка. - Ты словно богарта увидела.

- Ничего! - Роксана перевела дух, чувствуя, как жарко стало щекам. - И не советую ходить, неприлично подглядывать за обнажёнными мужчинами!

Последнюю фразу Роксана явно произнесла зря, но что поделать, если у современной молодёжи нет ни стыда, ни совести?! Её просто смели с дороги, расчищая путь на балкон. Не могла же она остаться в стороне, и не проследить чтобы девочки не натворили глупостей?

Но благие намерения осадить пускающих слюнки подруг, просто забылись от вида греческого бога, то есть симпатичного блондина, тем более вели себя девушки поначалу очень тихо и скромно.

Только Кэти, которая с утра себя неважно чувствовала, скептически поглядев на работу мужчин, хмыкнула и ушла в комнату, заявив, что ей надо дочитать пару глав нового романа. А Роксана, как ни было ей стыдно от этого, осталась, на всякий случай держась позади своих подопечных.

- Мерлин, какие великолепные самцы, - вздохнула Люси, выведя Роксану из транса. - Делаем ставки, дамы, кто самый сексуальный.

- Игорь! - хихикнула Агнешка.

- А по мне Антонин, - Люси прищурилась. - Нет, я передумала! Какая задница!

- У кого? - в нетерпении спросила Агнешка.

- У блондина! Ты не знаешь, кто это?

- Девочки! - к Роксане наконец вернулся дар речи. - Немедленно прекратите!

Агнешка оглянулась и показала язык. А Люси мечтательно посоветовала:

- Рокси! Наслаждайся, пока можно! Где ещё такое увидишь! Я сама себе завидую.

- Папа бы тебе всыпал ремня, - вздохнула Роксана, хотя решила прислушаться к совету.

- Мой папа мне доверяет, - мурлыкнула Люси. - Я же не руками трогаю, а просто смотрю. Хотя, если бы...

Роксана тут же прикрыла глаза, представила себе это невысказанное безобразие и покраснела до кончиков ушей - в её фантазии атлант раздевался полностью и выглядел ещё великолепней. Только вот лопата вписывалась в этот образ довольно плохо.

А потом всё испортил Ерофеич. Явно же что-то сказал мужчинам, появившись возле них с кувшином кваса. Все трое подняли головы, и пришлось Роксане срочно делать шаг назад. Быть застуканной за таким занятием было и вовсе за гранью. Только Люси с Агнешкой было всё нипочём. Они лишь засмеялись и помахали мужчинам.

- Ерофеич предатель, - вздохнула Люси. - Можешь вернуться, Рокси, они даже рубахи надели. И больше на нас не смотрят.

Греческий бог в рубахе выглядел ничуть не хуже. Он как раз вытирал лоб рукавом, задумчиво оглядывая яму, которую они зачем-то рыли вручную.

- И что ты решила, Рокси? - невинно спросила Люси. - Признавайся.

- Задница классная, - грустно вздохнула она и залилась краской от ужаса: - Ты про что?

Девчонки залились беззвучным хохотом и сползли на пол балкона. Роксана пострадала несколько секунд и тоже рассмеялась не удержавшись.

- Я спрашивала насчёт завтра! - еле успокоившись, выдохнула Люси Сабо, смахивая слёзы. - Но я полностью согласна насчёт задницы Долохова. Ладно-ладно, насчёт всех трёх задниц!

Агнешка прыснула по новой.

- Какие же вы! - сидя напротив них на ледяном полу, Роксана решила: - Ладно, завтра по магазинам, уговорили.

Её, конечно, чуть не задушили в объятиях, потом облагоразумились, и все вернулись в комнату. Кэти оторвалась от книги и подняла на них вопросительный взгляд.

- Рокси понравилась чья-то задница, - радостно выдала Агнешка. - И мы едем завтра к драконам!

- А мне казалось, что они в штанах, - подняла брови Кэти. - Я рада, Роксана, что ты так решила. Спасибо тебе!

Роксана кивнула и устроилась на диване со своей книгой, больше не вслушиваясь в глупости, которыми обменивались подруги. Она читала про сложные руны защиты жилища от огня, а перед мысленным взором как назло проплывали все виденные в жизни статуи греческих богов. Даже зажмуривание не помогло. И она сильно обрадовалась, когда их позвали на обед.

В последний момент, когда уже была на последней ступеньке, почти спустившись в столовую, Рокси застыла в ужасе. Поняла, что просто не сможет спокойно обедать в обществе греческого бога.

- Нотт нас покинул, - услышала она голос Антонина. Тот явно обращался к домовому, потому что говорил по-русски. - Так что один прибор можешь убрать.

- А что, Магнус хороший огневик? - поинтересовался её брат.

- Лучше только его папаша.

Роксана медленно выдохнула. Теперь она узнала его имя. Стихийный маг Магнус Нотт! Недаром она взяла сегодня книгу "Руны и огненная стихия". Улыбнувшись, она вошла в столовую, гадая, будет ли мистер Нотт на балу у Лестрейнджей, куда пригласили не только их с Игорем, а даже всех девушек из гарпий? В любом случае руны защиты от огня на её новом бальном платье будут смотреться очень гармонично.

- Ну что, сестрёнка, - подмигнул ей Игорь. - Смутили нам боевика?

- Это ещё кто кого, - прыснула Агнешка, придвигая к себе тарелку борща, и несмотря на пинок под столом, сладким голосом пропела: - мы выбирали, кто самый красивый, а Рокси участвовать отказалась.

- И кто же самый красивый? - лениво осведомился Антонин. - Дайте угадаю! Тёмный демонолог?

- Не-а, - хитро посмотрела Агнешка.

- Долохов, мне даже спрашивать не нужно, - осклабился Каркаров. - Это же я самый красивый, барышни? Агнешка, любовь моя?

- И опять не угадали, - развеселилась та.

Они переглянулись с Люси и хором выдали:

- Ерофеич!

Домовой ухмыльнулся в усы и каждой положил рядом с тарелкой лишний пирожок.

- Подлизы, - обиделся Долохов. - А где ваша подруга Кэти?

- Нет аппетита!

- Не может оторваться от книги.

- Ей нездоровится, - ответила Роксана. - Братец, мистер Долохов, завтра мы опять по магазинам хотим пройтись. Бал скоро. Вы с нами? Только мы на весь день, пообедаем в Косом, потом ещё в парке погуляем.

- Сестрёнка, честное слово, был бы рад, - преданно поглядел Игорь, - но мы с Антонином как раз наметили завтра важное дело.

- Ну, вы же справились сами вчера? - хмыкнул Антонин. - Но портключ в дом чтоб из рук не выпускали.

- Как мы выпустим, если он браслет? - фыркнула Агнешка. - Антош, ты мне метлу обещал, помнишь?

- Агнеш, ты разве не привезла свою?

- Может, не будем спорить из-за пустяков? - надулась она. - У Линды Маршалл четыре метлы, и все сделаны на заказ!

- Поправь меня, если я ошибаюсь, но разве Линда Маршал не капитан команды Холихедских Гарпий? Да я уверен, что даже у простых игроков... Люси, сколько у вас мётел?

- Семь, - скромно улыбнулась та. - Папа дарит каждый год одно и тоже на Рождество. Только модели разные.

Агнешка взглянула на опекуна с торжеством.

- Вот и отлично, - обрадовался Антонин. - На Рождество получишь метлу.

- Как? - растерялась Агнешка. - И всё? А как же сюрприз? Рождественские подарки должны быть сюрпризом!

- Значит, не метлу, - Долохов отодвинул тарелку. - Дайте уже поесть спокойно. Ерофеич, добавки бы.

Агнешка угомонилась, подмигнув Роксане. Та вздохнула. Отвлекающий манёвр был так себе, но зная Долохова, можно было не сомневаться, что метла у девчонки будет, и не только метла. А о походе по магазинам мужчины больше не спросят.

Утром на неё налетели сразу два урагана. Роксана застонала и попыталась накрыться с головой. Но одеяло тут же было жестоко отобрано.

- Рокси! Утро! Драконы ждут!

- Встаю, непоседы! - не открывая глаз, она села на постели.

- Кэти опять вырвало, может оставим её дома?

- Я вам оставлю, - послышался бодрый голос Кэти. - Говорю же, непривычна к русской пище. У меня такое бывает.

Собирались недолго, Кэти послушно выпила противорвотное зелье, от которого тут же и избавилась в ванной, заявив, что на этом всё. Никаких зелий три дня. А потом само всё пройдёт.

Роксана уже жалела, что согласилась на авантюру, но озвучивать свои сомнения не стала. Как и советовать Кэти обратиться в Мунго. Не ребёнок уже, сама разберё....

- Кэти! У тебя давно были...

Мисс Хоган явно практиковалась в невербальным Силенцио.

- Не надо, - шепнула ей девушка, умоляюще заглянув в глаза. Благо остальные спорили, как лучше добираться и не обратили внимания.

"Знает!" - поняла Роксана.

***

Том распрощался с Орионом крепким рукопожатием и вышел на морозный воздух, решив немного прогуляться. Было какое-то очарование в Косом в эти предпраздничные дни. Близилось Рождество, и толпы родителей с маленькими волшебниками суетились в лавках и перед витринами в погоне за подарками и разными развлекательными шоу. Невольно вспомнилось, как он оказался здесь в своё первое Рождество в магическом мире. Как страстно глядел на недоступные ему мётлы, как выскребал из карманов медную наличность, в надежде, что хватит на два сорта мороженого. Как пробегающий мимо пацан выбил их из руки, а мелкие воришки-оборванцы так быстро подобрали с земли его монеты и дали дёру, что Том ничего не смог сделать.

Реддл отогнал видения прошлого, медленно шёл в толпе, стараясь выкинуть из головы все мысли и просто насладиться атмосферой. С этой девушкой он столкнулся как раз у магазина мётел. Та вылетела из открытой двери, явно куда-то торопясь, и впечаталась в него, несмотря на мгновенно выставленный щит. Правда, впечаталась мягко, он даже успел оценить крепкое тело и соблазнительную грудь.

- Прошу прощения, мистер, - фыркнула девушка, отстраняясь. Серые глаза оглядели дерзко, потом сузились. - Мы не знакомы?

- Заочно, - хмыкнул Том. Память его никогда не подводила, а слабенькая иллюзия, скрывающая личико звезды для него не была преградой. - Гуляете, капитан Маршалл?

- Представьтесь, чтобы мы были на равных, - потребовала она.

- Равенство между мужчиной и женщиной - миф, мисс Маршалл. Впрочем, не вижу смысла скрывать. Томас Реддл. Не желаете провести со мной вечер в приватной обстановке?

- Очаровательное предложение, мистер Реддл, - улыбнулась ему Линда Маршалл, томно опустив глаза. - Дайте подумать... М-м. Нет. Не желаю. Всего доброго.

Девица развернулась и быстро растворилась в толпе восторженных мамочек, направляясь в сторону гоблинского банка.

Том почувствовал не досаду, а настоящее потрясение. Да, он захотел трахнуть звезду, что никогда его раньше не прельщало. Не самая красивая, не самая желанная, и вообще его идиотский минутный порыв. Но рискнул, как бывало уже пару раз - и оба раза без осечек. Беспардонно включил свой дар соблазнителя на полную катушку. Уговаривать звёздочку не было ни желания, ни времени. От магического посыла завертели головами сразу несколько дамочек вокруг, не понимая своего смятения, тогда как Линда Маршалл, находясь в самом эпицентре, вместо того, чтобы замереть, как кролик перед удавом, просто дёрнула плечиком и сбежала.

Сканирующий взгляд, подкреплённый невербальным заклинанием, всё-таки выловил нахальную Гарпию в толпе, Том проследил её путь к банку Гринготтс и улыбнулся. После чего зашёл в магазин мётел и обратился к шустрому продавцу, снующему между посетителями.

- Только что тут была девушка, какую метлу она отложила?

- Не только метлу, - заулыбался парнишка, - целый набор к ней, и несколько комплектов защиты. Я уже всё упаковал. Вы готовы оплатить?

- Сколько? - коротко осведомился Тёмный Лорд, доставая кошёль, полный золотых. Отсчитал озвученную сумму, добавив лишний галеон, и забрал увесистый свёрток с прикрученной сверху метлой в кожаном чехле.

И вовремя, мисс Маршалл, побив все рекорды, уже входила в магазин. И мгновенно оценила обстановку.

- Как мило, мистер Реддл, - скептически оглядев его, она протянула руку. - Давайте. Или готовы послужить носильщиком?

- Где вы остановились? - хотелось скрипнуть зубами, но Том лишь позволил себе улыбку.

- В магловском отеле, так что даже не думайте про аппарацию. Я очень ценю своих спонсоров, готова даже честно одарить вас парой билетов на следующую игру. Но мне в самом деле некогда, так что решайтесь быстрее.

- Провожу, - решил он, поудобнее перехватывая свёрток. Ему только что намекнули, что продолжения не будет, проводит он её или нет. Но рискнуть стоило.

Через толпу к Дырявому котлу пробирались молча. А уже на магловской стороне, мисс Маршалл пояснила:

- Можно нанять такси на соседней улице. Или прогуляться пешком, тут недалеко.

- Прогуляемся, - Реддл щелчком пальцев превратил мантию в тёплый плащ, при этом голова украсилась шляпой. - Если я вам ещё не надоел.

- Вы меня заинтриговали, - ухмыльнулась она. - Так что нет, не надоели. Направо, мистер Реддл. Только сразу предупреждаю, кофе у меня нет, а на чай приглашать как-то глупо.

- Не глупее, чем на кофе, - не согласился он. - В каком бы отеле вы не остановились, я могу пригласить вас в куда более комфортные апартаменты в старинном замке.

- И стать вашей должницей? - Линда даже не подумала сменить короткую светло-голубую мантию с белой меховой оторочкой на что-то менее броское. Только накинула капюшон. - Благодарю покорно.

- Не нравлюсь?

- Не нравятся ваши методы, уважаемый Тёмный Лорд. Трепетать не приучена, уж простите. Сексом не расплачиваюсь, имейте в виду. В покровителях не нуждаюсь.

- Добейте меня и скажите, что девственница и бережете себя для будущего мужа.

- Рада, что вас это так веселит, - нахмурилась Линда, резко остановившись. - Вы угадали. Будучи немного осведомлённой, что вы из себя представляете, в роли жениха я не смогу вас увидеть даже в самой невероятной фантазии. Так что разрешаю отдать мне покупки и распрощаться, пока этот фарс не зашёл слишком далеко. Я не юная наивная леди, а вы достаточно умны и умеете владеть собой. Расстанемся по-хорошему?

- Разрешаете? - повторил он, словно смакуя это слово. - Вы так храбры? Или просто безрассудны?

Линда огляделась, только сейчас поняв, что они оказалось в совершенно безлюдном переулке.

- Тёмному Лорду не отказывают? - вздохнула она. - Неужели возьмёте силой? Для вас это обычное дело?

- Как драматично, мисс Маршалл, - он всучил ей свёрток. - Вы в самом деле ничего не чувствуете?

- Конечно чувствую, - вспылила она, - это мерзко, что вы пытаетесь колдовать. Неужели просто так никто не клюёт на вашу красивую физиономию?

- Что именно вы чувствуете? - властно спросил он и, сделав шаг вперёд, приподнял её подбородок. - Посмотрите на меня!

- Желание врезать вам под дых и по морде, если совсем точно. Не пытайтесь взломать, меня окклюменции дедушка обучал с пяти лет.

- Снежинки? - хмыкнул он.

- Метель. Дальше будет буря. Потеряетесь.

- Линда, я впервые встречаю человека, которого не могу прочитать, которому безразлична ментальная атака. Вы думаете, я могу вас просто так отпустить?

Она мотнула головой, вырвавшись из слабого плена, и отступила на пару шагов.

- А вы постарайтесь! - сверкнула она глазами и просто исчезла вместе с прижатым к груди свёртком.

Ни следа аппарации, ни остаточного следа использованного портключа. Ничего! Была - и нет.

Том коротко рассмеялся и с удивлением поднял голову. В воздухе кружились снежинки. Дерзкая девчонка его переиграла.

- До встречи, капитан Маршалл, - криво улыбнулся он и аппарировал.

***

Кэти Хоган нервничала всю дорогу. И пришло же в голову Агнешке испытать поездку на Ночном Рыцаре! Мол, когда ещё удастся?! Кэти храбро держалась полдороги, она в принципе не любила жаловаться и жалости к себе не терпела. Но потом подлый организм подвёл, тошнило невыносимо, несмотря на выпитое зелье, приготовленное лично домовым Ерофеичем. Соленое такое, освежающее, проясняющее мозги. Как она ему была благодарна! Разом ведь пропали все симптомы незапланированной беременности. И почему не попросила дать немного с собой? Но умные мысли порой приходят слишком поздно.

- Я наверх, - пока ещё могла, сообщила Кэти самому разумному человеку в их компании - Роксане Каркаровой. И бросилась на второй этаж автобуса, провожаемая восторженными визгами девчонок, искренне восхищавшимися манерой езды монстра, место которому на самом нижнем уровне в Азкабане.

Островок на втором этаже с красочным рисунком матери с ребёнком был не занят. И Кэти с осознанием полного права ринулась туда, с ходу плюхнувшись на удивительно мягкий диванчик. Организм замер, словно не определившись, что ему делать дальше, но не чувствуя более ни малейших рывков и других неприятных ощущений от безумных виражей адской повозки, решил успокоиться. Вот надолго ли?

- Малыш, - погладила Кэти ещё плоский живот. - Как мне хочется верить, что ты будешь светлым магом. Мы тогда всё переживём, правда, родной? Но если твой папа тёмный... Нет, малыш, не бойся, всё равно ты будешь жить.

Да, она прекрасно знала, что не каждая полукровка сможет выносить ребёнка тёмного мага, но крохотная надежда ещё оставалась, что Гидеон Прюэтт пошёл в матушку. А ещё оказалось, что у него есть младший брат. Об этом Кэти узнала совершенно случайно. Как раз в перерыве между матчами на чемпионате к ним в раздевалку влетела крайне раздражённая мисс Перкинс.

- Это не проходной двор! Мантикора вас всех задери! Амуры решать будете после игры!

- Кто рвётся? - меланхолично спросила Линда, единственная не пасующая перед гневом Кристи Перкинс, их бессменного тренера и железной леди.

- Некий Фабиан Прюэтт, - выплюнула Кристи, немного сбавив тон. - Кто?

Обведя девушек взглядом, она остановила взгляд на Аманде Стэнфилд, которая стояла ближе всех.

- Аманда?!

- Да бросьте, тренер, - хмыкнула Мэнди. - Я и на старшего Прюэтта никогда не заглядывалась, что мне этот шалопай Фабиан!

- А он об этом знает? - совсем уже спокойно осведомилась Кристи. - Неважно, думаю больше не появится. Люси, как колено?

- Чудно, тренер! Спасибо за мазь!

Разговоры приняли деловой характер, а Кэти осторожно подобралась к Аманде.

- У Прюэттов двое сыновей? - спросила негромко.

- Угу, - мисс Стэнфилд держала в зубах заколки, сооружая причёску. Волосы её были завистью всей команды. Если расплести - то ниже попы, а уж какие густые! Когда кто-то из девчонок спросил однажды, не хотела бы она их обрезать, Аманда посмотрела сквозь ресницы и заявила, что мужчине её мечты нравятся длинные волосы. И нет, никто не узнает его имя!

- Что угу?

- У Гидеона и брат есть, и кузен. Имя не помню, но кузен точно был на том празднике, помнишь?

Ещё бы Кэти забыла!

- И как брат? Похож на Гидеона?

- Подруга, ты ничего сказать не хочешь, - Аманда придирчиво рассматривала сооруженную причёску. - Фабиан и Гидеон как земля и небо! Настолько разных братьев ещё поискать. Как считаешь, нормально так?

- Тебе очень идёт, - искренне ответила Кэти. - А что, может у них матери разные?

- Одна, - Аманда развеселилась. - Летиция Прюэтт. Кстати редкий случай - она светлая, а отец парней самый натуральный тёмный маг. И как только троих детей выносила!

Такой интересный разговор прервали, пора было на поле. А после матча, когда Кэти поймала очередной, и возможно последний в своей недолгой карьере снитч, её сразу забрали девчонки. Долохов галантно предложил присоединиться к его "цветнику", если у мисс Хоган нет других планов на Рождество.

Автобус явно трясло и швыряло, а Кэти - вот чудеса - вообще не ощущала ничего, словно сидела вовсе не на мчащейся во весь опор душегубке, а в каком-то уютном уголке своей квартиры. Даже читать попробовала, вот только мысли о предстоящем разговоре с Гидеоном сбили весь настрой. А вдруг не вспомнит? Вдруг будет раздражён видом бывшей любовницы, или напротив, захочет ещё разок. И то, и другое было худшим вариантом. Прошла пора легкомысленных поступков. И отвечать за свои ошибки она будет сама!

Но не сообщить о ребёнке его отцу Кэти не могла. Так уж принято в мире магической Британии. У половины старых семей не гобелены, так ещё какие определители, что растёт бастард - узнают всё равно, а так, возможно, отнесутся снисходительно к просьбе попробовать воспитать самой. Денег у неё хватит, и препятствовать встречам отца и сына она не будет. На брак тем более претендовать не собирается. Кто она, и кто наследник лорда Прюэтта - она понимала прекрасно. Кроме того, нужно было выяснить, что всё же ждать, и если, не дай Мерлин, отец её ребёнка темный маг, то не пора ли принимать какие-то меры? И не семье ли Прюэттов известно какие, раз уж их мать светлая волшебница.

Кэти усмехнулась. Так себе причины, а ведь она врёт сама себе. Ведь хочет хоть один раз увидеть Гидеона близко. И уж ладно, если предложит, ну не сможет она отказать в ещё одной ночи. Или сможет.

- Заповедник драконов! - под визг тормозов проорал кондуктор. - Дамы, ваша остановка!

Охрана на входе в заповедник остановила их, требуя представиться. Оба скучающих парня при этом рассматривали девушек во все глаза.

- К Гидеону Прюэтту с личным визитом, - Кэти шагнула вперёд, и парни расступились. Не очень-то серьёзное препятствие оказалось. - Они - со мной!

Только возле указанного им дома, Кэти замерла и повернулась к подругам.

- Иди-иди, мы тут подождём! - не дала ей и слова сказать Роксана. - Если что, сразу уйдём порт-ключом, так что выше нос!

***

Щит Артур поставил сразу, как вошли на чердак Норы, только домовик Урс не стал за ним прятаться, держась чуть в стороне. Рита зажгла прихваченные на этот раз три магических светильника, пустив их парить под потолком. Упыря они увидели не сразу, оказалось, что он прятался в тряпье в самом углу, но не в том, что раньше, а в противоположном. Вокруг стало как будто чище, просторней. Странное создание с трудом поднялось на колени, тонкие как палочки руки дрожали, голова свисала почти безвольно. Он смог только чуть приподнять её, повернув к посетителям. Даже глаза лишь щелочками приоткрылись, словно сил у существа не было вообще.

- Урс, сможешь определить, кто это? - Рита повертела на руке накопители, с сомнением глядя на вялую реакцию упыря. Если конечно слабый стон можно было назвать реакцией.

- Надо ближе посмотреть, - глубоко вздохнув ответил Урс. - Это домовой эльф, госпожа! Он сильно истощен. Жизнь в нем едва теплится. Он умирает, госпожа, его держит на этом свете совсем тонкая нить, но Урс не может сказать, что это за нить и откуда.

- Как считаешь, можно ему дать еще накопитель? - Рита сняла с руки одну из цепочек.

- Госпожа очень добра! Но сначала его нужно осмотреть! Позвольте Урсу это сделать?

Рита задумчиво кивнула, и домовик благоговейно принял из рук Риты большой камень, взяв его за цепочку. Он неторопливо направился к "упырю", держа цепочку так, чтобы не коснуться камня. Упырь настороженно следил за ним измученным взглядом. Урс остановился в шаге от пленника Норы, прижал свободную руку ко лбу, потом к груди. И только, когда бедолага прикрыл согласно глаза, быстро надел ему цепочку на шею. Домовик-упырь взвыл, почти призрачное тельце свела судорога, он упал в свои тряпки без сил и затих.

- Что с ним? - дрогнувшим голосом спросил Артур, убирая щит. - Умер?

Урс покачал головой, принимаясь деловито ощупывать тело несчастного существа. Пару раз щёлкал пальцами, отчего по-особому освещалась та или иная часть тела. Заглянул в рот, скорбно качая головой, поднимал веки, осматривая глаза, трогал большие уши.

- Слишком мало магии было, - заявил наконец. - А хлынуло много, и магия жесткая, не из живого. Так что сразу переварить трудно и больно. Дайте ему несколько минут, оживёт. Наверное.

- Может и умереть?

- Запросто, - кивнул Урс хладнокровно. - Но то, что пережил этот домовик, мало кто смог бы перенести. Так что и это должен осилить.

- Что он пережил? Говори же!

Урс поклонился и спокойно ответил:

- Этот эльф... Точнее - то, что от него осталось. Очень похоже на то, что ему вырвали язык и перебили пальцы на руках и ногах антимагическими инструментами. Сами домовики не способны наносить себе подобные незаживающие травмы. Это противоестественно.

- Что ещё? - Рита подступила ближе к домовику, и Артур шагнул следом.

- Давно ли срослись пальцы этого эльфа, Урс сказать затрудняется. Судя по состоянию, его почти лишили магической подпитки, так что тратиться на восстановление он не мог, долгие годы испытывая изматывающую боль, постепенно сводящую с ума. Начать самоизлечение он мог только в том случае, если бы получил порцию магии извне - больше, чем обычно. Намного больше. Например, с накопителем или кровью.

- Два месяца назад, - кивнула Рита, - тот накопитель был более слабый, примерно втрое. Продолжай.

- Тогда понятно! - Урс вернулся к домовику, стал его снова осматривать и ощупывать. Потом посмотрел на хозяев: - Получив от вас магию, этот домовик, видимо, всё потратил на исцеление рук и ног. Только вот на нормальную жизнь совсем ничего не осталось. Язык и связную речь вернуть он не смог, и это понятно. Магии на восстановление языка нужно гораздо больше, а боли эта травма не причиняет.

Бывший упырь задёргался и застонал в своём тряпье. Урс уже бестрепетно бросился к нему, тихо задавая вопросы. Что ему отвечал бывший упырь скупыми знаками, Артур не понял. И вздрогнул, когда Урс подскочил, разворачиваясь к Рите:

- Урс ничего не смог поделать!... Госпожа! Он пытается восстановить язык и речь! Глупец, магии не хватит... Но уже не остановить.

- Быстро! - скомандовала Рита. - Вот ещё!

Она швырнула эльфу ещё один накопитель, Урс поймал и мгновенно нацепил его на шею "упыря", вздернув того вверх за костлявое плечо.

- Мало! - даже в голосе невозмутимого Урса теперь слышалось отчаяние. Он больше не отпускал калеку, вцепившись в руку выше локтя.

- Этот последний, - невозмутимо произнесла Рита, и ещё один накопитель полетел к несчастному. - А сейчас что?

Урс смог только пожать плечами:

- Не знаю, госпожа, должно хватить, но...

Голос домовика упал до шёпота, и когда тельце "упыря" изогнулось в судороге, а потом повисло без признаков жизни, он просто его отпустил.

Артур стоял, оцепеневший от шока, услышанное никак не могло уместиться в голове, он был в силах только наблюдать, но тут его самообладание не выдержало. Уизли рванул вперёд, разорвал на груди рубаху, подхватил крохотное тельце и прижал к груди.

Рита что-то спрашивала Урса, но Артур не мог разобрать слов, в отчаянии пытаясь хотя бы согреть несчастное существо, словно это могло отогнать смерть. Он усилием воли заставлял себя не думать о том, кто мог сотворить столько зверств с безобидным живым существом. И сколько же лет страданий, если он искренне считал его домашним талисманом, перешедшим по наследству, приносящим счастье и удачу. Раздери Мордред такую удачу, что знала его семья. И неспроста, как оказалось.

- Артур! - Рита с силой ущипнула его за руку. - Потерпи, Медведик, немного больно будет. Не двигайся и не шевелись.

Она просто разорвала рубаху на его руке и больно перетянула концами руку выше локтя. Он увидел в её руках продолговатую белую полупрозрачную трубку из которой торчала маленькая острая игла. Артур даже не дрогнул, когда она всадила эту иглу в его вену, набухшую под кожей. Потянула за поршень, и круглая трубка стала заполняться кровью. Выдернула иглу только когда полностью заполнила кровью трубку, отбросила иглу в сторону, ножом раздвинула зубы на оскаленной мордочке упыря, вставила в появившуюся щель кончик трубки и нажала на поршень. Голову домовёнка Артур держал крепко, так что мимо рта ничего не пролилось.

- Ждём!

Всего пару минут ничего не происходило, но Артуру они показались вечностью. И когда бывший упырь вдруг встрепенулся и закашлялся, выдохнули все трое.

- Теперь ещё поживёт, - сказал Урс, даже не пытаясь скрыть радость, и потер маленькие ладошки. - Сильный домовик, или что-то черпает извне.

Бедняга открыл мутные глаза, поглядел на Артура и четко произнёс скрипучим голосом четыре отрывистых слова:

- Алтарь... Быстрее... Осталось...Мало...

И задышал часто, опять обмякнув. Видимо, силы кончились.

- О чем он? - Артур бережно продолжал прижимать к себе своего упыря.

- Думаю, где-то недалеко есть алтарь, - перевёл Урс с немалым удивлением, - от которого он получал магию. Похоже, связь с ним теряется. Надо выяснить, где он и быстро.

- Деревянный... нежилой... во дворе, - прошептал упырёнок. - Внутри проход...

- Строение! - Урс щёлкнул пальцами. - Сарай! Тут есть сарай?

Артур не дослушал, бросаясь вниз по лестнице. Как пробежал по дому, даже не запомнил. Выскочив на улицу, он опрометью бросился за дом к густым кустам, сейчас совсем голым и колючим. Немалая роща неприветливого кустарника скрывала неказистое строение из грубых досок.

- Там мы давно ничего не храним, - объяснил он Рите, оказавшейся рядом. И ахнул, когда она с помощью Инсендио просто уничтожила рощу, которую он собирался брать штурмом.

Урс оказался возле хлипких воротин первым, по кивку Риты он отпер тяжелый замок с крупной ржавой цепью щелчком пальцев. Из-под крыши оттуда с криком вылетело что-то чёрное и большое, заставив людей шарахнуться.

- Богарт, - выдохнул Артур первым. И ринулся внутрь вслед за Урсом. Сарай был пуст, если не считать каких-то ящиков в конце помещения.

- Задняя стенка, - домовёнок на руках Артура теперь дышал очень часто, дрожал и глаз не открывал. - Сломать... Без магии...

Ящики оттащили, они были набиты песком и камнями. Стену пытались ломать все вместе. Толстые доски поддавались с трудом. Урс отлучился за ломиком, забытом на чердаке, и дело пошло быстрее, когда Артур нехотя передал упырёнка Рите и взялся ломать всё сам. Рита зажгла свет на кончике палочки, освещая открывающееся пространство. Все трое поражённо рассматривали каменную стену, видневшуюся в метре за проломом. Артур пролез в пролом первым, помог вылезти из сарая Рите. А ведь он точно помнил, что за сараем просто какой-то мусор валяется, вроде железных труб и другого лома, а дальше начинается редкий лес с холмистыми залысинами. Значит прямо в сарае был проход через барьер в магический мир? Прямо у них под боком!

- Что дальше, маленький? - спросил он домовёнка-упыря, простучав ломиком недвижимый камень. Они вообще словно в каменном мешке очутились, только тускло светился проём в сарае.

- Палочкой. Уэсли. Три раза. Красный круг.

Рита поднесла ближе к стене светящуюся палочку.

- Вот, Артур! - она указала но еле заметный на черном камне контур круга. - А палочка Уэсли очевидно твоя. Стучи!

Артур послушно стукнул три раза по кругу, теперь он тоже его видел. Стена дрогнула, круг разделила зигзагообразная вертикальная линия, через мгновение продолжившаяся вниз и вверх. Щель сразу стала расширяться, свет хлынул внутрь каменного мешка, освещая бледные лица. Домовёнок-упырь ожил на руках Риты, раскинул ручки-палочки и блаженно улыбнулся, что смотрелось дико на изможденном лице.

- Быстрее... - прошелестел он. - Дом. Вперёд. Из третьей залы справа ход вниз. Алта...

- Потерял сознание, ещё жив, - быстро сказал Урс, когда Артур, ахнув, бросился к Рите.

- Можно? - попросил умоляюще.

- Бери, - кивнула она. - И давай, Медведик, бегом к дому. Прямо, слышал?

Он слышал, и едва проём стал достаточно широким, выскочил наружу, оказавшись в очень густо заросшем саду или лесу. Никакой тропинки, а тем более дорожки, видно не было. И никакого дома впереди тоже рассмотреть было нельзя из-за густого леса диковинных высоченных кустов.

- Урс попробует провести, - предложил домовик. И когда оба хозяина кивнули, проинструктировал: - Идите сразу за Урсом, расстояние не больше трех футов.

Домовик расставил руки в стороны и двинулся вперед с приличной скоростью, пришлось всем бежать за ним. Кусты расступались перед домовиком, а сразу за ребятами смыкались снова. Сколько длилась эта гонка сказать было трудно.

Дом появился внезапно, точнее фронтальная часть с массивной дверью: высотой в два человеческих роста и шириной с давешний сарай. Широкие ступени уходили вправо и влево, как и крылья дома. Рассмотреть было нельзя - кусты подступали прямо к стенам.

- Великаны жили? - озадаченно спросил Артур, всё же поднявшись по ступеням. Позади них послышался хруст дерева и шипение.

- Быстрее, Медведик! Дверь! Попробуй открыть! - голос Риты был ровным. Она развернулась спиной к дверям и выставила щит перед непролазными кустами. - Быстрее. У меня чувство, что мы потревожили отнюдь не книззлов.

Визг в кустах сменился рычанием, потом снова послышался хруст ломаемых кустов. Уже гораздо ближе. Урс растерянно смотрел на кусты вместе с хозяйкой. Артур встряхнулся и в два прыжка оказался возле монументальной двери. Схватился за массивную ручку в виде железной лапы какого-то зверя, поздно вспомнив о возможной защите. Руку тут же сдавили не маленькие когти, легко вспоров кожу сразу в нескольких местах. Он бы взвыл, не будь позади неведомой опасности и Риты. Испуг длился недолго, когти отпустили руку, кровь быстро втянулась в железо, и дверь поддалась.

Надо ли говорить, что никто ждать не собирался, все трое оказались внутри через пару мгновений. Дверь захлопнулась вовремя, передавив какую-то страшную лапу, сунувшуюся вслед за ними в последний момент. Снаружи раздался истошный визг, почти сразу смолкший - это окончательно захлопнулась дверь. Окровавленная лапа с неприятным звуком свалилась на пол, отсечённая от явно голодного зверя.

- Обратно не пройти, - хмыкнула Рита. - Молись, Медведик, чтобы здесь работала аппарация. Впрочем, чего стоим? Третий зал, ребята. Вперёд.

Артур кивнул, домовёнок на его руках всё ещё был без сознания, о худшем думать не хотелось. Затхлый запах, заросшие паутиной стены, тусклые светильники, загоравшиеся по мере их продвижения. Пол был грязным, липким, а каких-то вонючих лужах. Стены уходили ввысь, потолок терялся в темноте.

Собственно, не слишком они осматривались, спеша выполнить указания бывшего упыря. В третьем зале справа сразу увидели дверь, открылась она легко, ступени уходили вниз по спирали. Серые стены, серые ступеньки, усыпанные каменной крошкой, спуск длился и длился, хорошо и здесь освещение сработало в виде факелов воткнутых в стены через каждые пятнадцать ступенек.

Кончился спуск небольшим квадратным помещением, в котором имелась ещё одна дверь. Прямо посередине двери был вдавленный отпечаток правой человеческой кисти.

- Артур, приложи руку. Не смотри так, ты ещё не понял? Это поместье Уэсли, ничего в голову не приходит?.

- Мои предки носили эту фамилию, - нахмурился он. - Потом почему-то поменяли. Ладно!

Рука удобно легла в углубление, кожу закололо множеством иголок. Дверь поддалась сразу. Отдернув руку, Артур успел заметить, как входят обратно в дверной массив маленькие шипы, втягивая заодно капельки крови.

Зал внизу оказался ещё больше тех залов наверху. А ровно посередине находился непонятный бугор.

- Святотатство! - ахнул Урс. - Кто-то запечатал его. Но криво...

Теперь и они видели трещину внизу бугра, сквозь неё лился красноватый отсвет.

Бугор оказался мягким металлом.

- Свинец! - определила Рита. - Можно расплавить.

- Подождите, - Урс почти принюхивался к бугру, обходя кругом. - Здесь печать. Алтарь нарочно запечатали. Но до конца не довели. Не смогли, или не успели. Что-то произошло.

- Что за печать? - поинтересовалась Рита, с интересом вглядываясь в рисунок широкого отпечатка.

- Печать Отречения от родовой магии, - Урс потупился. - Такая же как у хозяина Артура на магическом поле. Такую ещё называют печатью Предателей Крови.

- Как сломать?

- Нужна кровь хозяина рода. И желание снять печать. Больше не знаю, - вздохнул домовик.

Артур больше не сомневался, протянул раскрытую ладонь Рите, та понятливо кивнула, достала из ножен свой нож-кинжал. Решительно полоснула по руке. Кровь закапала на неприятную печать, наполняя кровью все выемки. И когда под кровью печать исчезла, резкий треск их почти оглушил. Это развалился бугор, скорлупой упавший по обе стороны тускло светящегося прямоугольного красновато-прозрачного камня. Всполохи огня появились там, куда упали капли крови Артура.

Глава рода Уизли вгляделся в камень, ощущая странное тепло в душе, где, казалось, поселился навсегда холод. Та часть, которая хотела забыть мать, сейчас словно выжигалась добрым теплом. Повинуясь безотчетному чувству правильности, он шагнул вперёд, положил домовёнка на алтарь и сам лёг рядом с ним на твёрдую поверхность камня.

Рита остановить не успела. Или не смогла, или не захотела, но он знал, что так правильно, даже когда тело стало ломать, словно дробя все внутренности и кости. Артур закричал, прежде чем его накрыла спасительная темнота, но так и не выпустил крохотной ручки бывшего упыря.

Когда он очнулся ничего уже не болело, наоборот, всё тело словно налилось силой и медленно уходящим блаженством. Домовёнок рядом продолжал спать, а Рита обнаружилась перед алтарём. Сидя на полу, она обнимала согнутые ноги, положив подбородок на острые коленки.

- Десять часов прошло, - ответила она на его вопросительный взгляд. - Это твой дом, Артур, значит, будем обживаться. Но сначала реши, где наймём боевиков, у Лестрейнджей или у Ноттов? Потому что те твари, что поселились вокруг твоего замка, мне как-то не нравятся. Да, я помню про Руди. Значит, Нотты? Ну, я согласна. Урс может отнести письмо. Мы проверили. Его звери не чувствуют, до пролома он добирался пешком, невидимый. Сквозь стену прошёл, сказал, что магия хозяина позволила. И вернуться смог так же. Аппарировать мы не смогли, ни Урс, ни я сама. Так что...

- Нотты лучше, - кивнул Артур, осторожно поднимаясь. - Напиши. Только оплата...

- Есть, не волнуйся. Договоримся.

- Домовика оставим пока на алтаре. Да?

- Думаю, да. Пусть сам проснётся. А ты изменился, Медведик, - Рита всё ещё сидела на полу, глядя снизу вверх. - Подними меня, я уже не чувствую рук и ног.

- Как изменился? - насторожился Артур, поспешно поднимая с пола свою невесту. - Мордред! Да ты вся холодная!

- Сильно изменился... Впрочем, мне так нравится даже больше. Пойдём наверх, там было теплее. Заодно и зеркало поищем.

***

Аргус Филч, пошатываясь, выбрался из "Ночного Рыцаря" и немного постоял, даже не оглянувшись на мгновенно удалившуюся адскую машину. Жмот Аберфорт никак не хотел ему сделать постоянный портключ, перестраховщик мордредов. Словно кто-то мог хоть в чём-то заподозрить скромного сквиба. Никому и дела не было до Аргуса, никому, кроме, пожалуй, неё. А вот её портключом старый извращениц обеспечил. Кто бы знал, что маглы, которым недоступна каминная сеть, могут легко перенестись с помощью портключа.

Правда и то невидаль, что он, сквиб, мог кататься на "Ночном рыцаре", чему было простое объяснение, которое даже Абби не знает. А ей Аргус рассказать постеснялся. История была не то чтобы красивая. Выпил в тот вечер Филч совсем капельку. Да на большее денег просто не было, и надо было ему завести беседу с нервным старикашкой-магом, мистером Керком, а тот подливал, да. Только на утро узнал Аргус, что побился с собутыльником об заклад, что руками вымоет весь "Ночной рыцарь" изнутри куда быстрее домовиков. Оказалось, старичок и есть хозяин и по совместительству потомственный водитель адской машины. И было подозрение, что на пари он сам подбил Филча. А всему виной то, что напичкан "Рыцарь" магией был под самую завязку. И колдовать внутри него не то, что не рекомендовалось, а было противопоказано. Потому и радовался старикашка, найдя дурачка сквиба на черную работу.

Что ж, первый раз Филч вымыл за пари, а в следующие уже за небольшую денежку. Всё какая-то работа. Зато и вызвать мог в любой момент - свисток, выданный мистером Керком, действовал не хуже брошенной волшебной палочки. И проезд у него был бесплатным. А мыть полностью автобус изнутри приходилось всего раз в месяц, да раз в неделю протирать полы и перестилать кровати, испачканные впечатлительными пассажирами. Платили сущие кнаты, но на скромный стол хватало, да и не был Аргус прихотлив в еде.

До деревеньки Хогсмид было не больше мили, "Ночной рыцарь" никогда не подвозил ближе, мол, нечего народ пугать. Словно магов, живущих в этой деревне так легко испугать.

Филч брёл по покрытой изморозью дорожке, каждую секунду боясь поскользнуться, ворчал мысленно на промозглую погоду, скаредного Аберфорта, грымзу Хили, требующую у него арендную плату раньше срока, и даже жестокосердную миссис Норрис, которая больше не глядит на него с удовольствием. И в который раз в душу закралась мысль, что познакомить подругу с Абби Дамблдором было плохой идеей.

Аргус крамольную мысль быстро прогнал, наспех пригладил жидкие волосы и поспешил к пабу "Кабанья голова". Из распахнутой двери вырвался клуб горячего воздуха вместе с покидавшим таверну посетителем, и Аргус скользнул внутрь, наслаждаясь теплом, исходящим от двух жарко пылающих каминов. За столиками народу пока было мало, но скоро место будет найти трудно. К вечеру у Абби всегда собиралось вполне респектабельное общество, даром, что прохиндеи и жулики через одного, если не каждый первый. Но Филчу до них не было никакого дела, да, совершенно никакого. У него тут миссия куда важнее, недоступная даже близко здешним глупцам-завсегдатаям.

Абби даже не кивнул ему, стоя за своей стойкой и протирая кубки с меланхоличным видом. Так, взглядом проводил до бокового коридора. А чего ему здороваться с практически нищим сквибом!? Он то крутой маг, портключи, вон, умеет делать. И паб у него шикарный. Был бы такой у Аргуса, разве стал бы он помышлять о мести? Да ни в жизнь. Владел бы себе тихонечко, денежку копил на безбедную старость, разговоры неспешные вёл с постояльцами, прикормил бы какую добрую вдовушку, чтобы грела постель.

Филч даже на ступеньке споткнулся от такой благостной картины и вздрогнул, сразу вспомнив, кто его ожидает на втором этаже в комнате "13". Миссис Норрис забавлялась над его страхами. Мол, магию видишь, а веришь во всякие глупости магловские. Уж на что умная дама, даром, что магла. И ведь непонятно, что она нашла в нём, скромном сквибе. Как влезла в душу, устроившись там своенравной кошкой. Только уже не смотрит на него так, как раньше. Не смотрит с тех пор, как Аберфорт их выслушал и неожиданно согласился сотрудничать. Правда, Аргус тогда понятия не имел, что всё это взаправду. Знал бы, чем обернётся, никогда бы... Нет, не стоит думать о несбыточном. Назад уже дороги не было.

А миссис Норрис на Абби смотрит уж слишком ласково. И напрасно, она просто не знает его страшной угрозы. Филч ни за что ей не расскажет, как Абби в первый же день притиснул его к стене, боров мордредов, да пригрозил, что чуть что не по его сделают, превратит Аргуса в козла, а миссис Норрис, так и быть, в кошку. И пришлось тогда Филчу клясться и божиться, что и в мыслях не было... А миссис Норрис не знает, и улыбается этой сволочи. И даже поцеловала, пусть только в щёку, когда Абби отправил портключом адский снаряд, добытый ею на заброшенном складе, известном только её папочке, магловскому генералу.

Дверь в номер отворилась сразу, миссис Норрис его явно ждала. На душе Филча сразу потеплело, все мрачные мысли тут же испарились, оставив после себя лишь смутное ощущение тревоги.

- Чаю, Аргус? - весело осведомилась самая красивая магла на свете. - На улице нынче морозно.

Она уже ловко разливала по чашкам дымящийся ароматный напиток.

- Не откажусь, - степенно кивнул он, невольно копируя манеры мерзавца Абби, - продрог, не думал, что в "Ночном рыцаре" не топят.

- Присаживайся, - щебетала вдовушка, придвигая к столику третье кресло, и чашек на столе было три. - Нет-нет! Сюда, Аргус, это место для Аберфорта. Он обещал подойти, как только ты появишься.

Ну конечно, место у камина только для Абби. Словно это он сквиб, и не может наколдовать себе чары тепла.

Впрочем, озвучивать свои мысли Филч не стал, улыбнулся благодарно, принимая чашку. Только и глотка сделать не успел, как дверь распахнулась и сразу захлопнулась, впустив хозяина паба, бесшумно скользнувшего к столу.

- Планы меняются, - резко сказал он, навесив вокруг стола с полдюжины заглушек. - Альбус в Мунго и, похоже, надолго. Упустить такую возможность мы не имеем права. Филч, сегодня тебе придётся остаться.

Аргус только кивнул, тут же настраиваясь на деловой лад. Только уточнил осторожно:

- Значит, мне не нужно идти в Хогвартс в субботу?

- Нет, идиот! Директор в больнице и никому нет дела до смены завхоза сейчас. Но нам это на руку... Придется нам всем поработать ищейками. Этой ночью.

- Меня возьмёте? - заблестела глазками миссис Норрис.

Абби смерил её насмешливым взглядом, и как-то очень лениво процедил:

- Я же обещал.

Филч сжал зубы, когда миссис Норрис в ответ мило покраснела. Но не спрашивать же, провела ли она с Абби ночь или прибыла только утром. Не его это дело. Он только друг. Да, только друг.

- Мне оставаться в этом номере? - уточнил он.

- Пожалуй, нет, - смерил его взглядом Дамблдор младший. - Отправляйся на кухню, домовушка тебя накормит. А потом сразу в четвёртый номер, он как раз освободится через полчаса.

Филч покивал, отхлебнул немного остывшего чая, искоса глянул на очень довольную подругу, протягивающую мерзавцу Абби вазочку с печеньем. Аргусу не предложили, да он и не слишком любит сладкое.

- Филч! - Аберфорт поглядел с досадой. - Отправляйся на кухню прямо сейчас. И постарайся выспаться к вечеру. Собираемся здесь в одиннадцать, когда я закрою паб. Выслушаете инструкции и отправимся. А сейчас идите уже.

Аргус поспешно вскочил, проголодался он знатно. Собственно, со вчерашнего утра ничего не ел, не хотелось выходить на мороз, а дома закончились продукты. Не занимать же крупу у хозяйки меблированных комнат. Миссис Хили, хоть и слабая ведьма, а проклясть могла запросто за неуплату. И ведь зверствует напрасно, до оговоренного срока еще больше двух суток.

И только оказавшись в кухне, пропитанной умопомрачительными запахами, Аргус вдруг осознал, что сам Аберфорт никуда не торопился. О чем Абби собирался говорить с миссис Норрис в тайне от голодного сквиба, было загадкой. И, пожалуй, Филч даже не хотел об этом знать. Пусть лучше разговаривают. Он не хотел даже мысли допускать о возможном развитии событий после его ухода. Миссис Норрис ведь ни за что не позволит... Абби ведь, каким бы мерзавцем не был, не станет принуждать? Он не из тех, кто разбрасывается обливиэйтами. "Честь, мол, смолоду беречь надо" - его поговорка. Да и некогда ему. За стойкой надо стоять, вечереет. Наверное, допьёт чай и пойдёт. Миссис Норрис тоже выспаться нужно. Или всё же...

Отогнав мрачные мысли, Аргус почти привычно устроился в углу кухни, и сразу вгрызся в сочный бок тут же поданной бараньей ноги. Кубок с элем радовал глаз. Филч поблагодарил кивком хмурую домовушку, решив со вздохом, что всё же Абби не такой уж жмот. А мясо барашка сегодня особенно нежное. И за съёмную комнату Аргуса всё же Абби исправно платит уже пятый месяц. Надо как-то аккуратно намекнуть, что деньги нужны прямо завтра. Грымза Хили иначе на порог не пустит. А раз Альбус Дамблдор в больнице, придётся возвращаться. Да и не думал он, что брат Абби сразу примет его на работу. Так что деньги на комнату нужны.

Он смог только кивнуть, когда домовушка положила рядом ключ от четвёртого номера. Эль оказался очень уж славным. А после сытного обеда сильно тянуло в сон. Пожалуй, он последует совету Абби и хорошо выспится перед ночными приключениями. И, если Мерлину будет угодно, миссис Норрис поймёт, кто из них двоих лучший. Филч гордился своими умениями следить за кем-то или что-то искать. Даже была мысль наведаться в новомодную контору "Акела", всё какой-то заработок.

В номере, он сразу разделся и лёг в кровать. Впервые за неделю сытый желудок приносил приятное ощущение правильности происходящего. А в контору "Акелы" стоит наведаться в любом случае. Слышал краем уха, что хозяйка даже дикарей на службу приняла. И девчонку страшненькую из борделя. Авось и сквибом не побрезгует. А он умеет быть полезным.

***

Питер Аллен смог посетить Мунго только в четверг, желание бежать к Ники прямо с поезда пресекла сестра на корню.

- Незачем, - сказала твёрдо Марго, - поверь, сейчас ей уже ничего не угрожает, она в коме, и Сметвик запретил посещения. Даже я не смогу тебя провести. Да и незачем, она не услышит тебя и не увидит. Вот в четверг у меня дежурство, тогда и попробуем.

- В четверг, Марго? - вспылил Питер, но тут же закусил губу, отвернувшись. - Хорошо, я подожду. Домой?

- Братец, я понимаю тебя, поверь...

- Всё нормально, я понял.

Он даже попытался улыбнуться, Марго сразу его успокоила, подробно описав диагноз. Действительно смысла нет что-то делать, пока она в коме. А объяснять, что хочется хотя бы увидеть, подержать за руку, просто убедиться, побыть рядом... Он давно уже не ребёнок.

Встреча с родными окончательно примирила с ситуацией, Питер рад был видеть свою шумную большую семью. Патриарх рода устроил ему допрос с пристрастием, как любил делать, когда дети возвращались на каникулы. И кажется остался доволен уровнем его знаний. Притвориться спокойным и весёлым оказалось так просто, что было даже противно.

Хорошо, что его считали уже достаточно самостоятельным, он мог и не говорить, куда уходит. И он думал, что не выдержит, рванёт без Марго в Мунго, и уж как-нибудь прорвётся к Ники. Только старший брат Клод решил его взять на фабрику, где начал вводить в курс дел. И всю среду просто некогда было даже пообедать, не то что пострадать, или сбежать.

Клод и в четверг за завтраком поднял этот вопрос, но умница Марго перебила.

- Нет уж, братец. Сегодня Питер со мной, я не теряю надежды увлечь его целительским делом.

Патриарх рода Хьюго Аллен на это добродушно усмехнулся. Бабушка одобрительно покивала любимой внучке, а Клод скривился:

- Мелкая, у Пита вообще-то родовой дар, и отдел разработки мётел его давно ждёт...

- Я не мелкая! - привычно оскорбилась Марго, отпив горячий шоколад. - И насильно Пита никто не тянет. Он сам захотел поглядеть, правда, братец?

К счастью, Питер как раз расправлялся с большим куском мяса, так что ответить не мог, только покивал согласно, вызвав мелодичный смех бабушки.

- Отстань от парня, Клод, - сказала она. - Ты его так замотал вчера, что он бы не только в Мунго захотел сбежать, а обратно в Хогвартс. Дики говорит, что он заснул в полёте, до того, как на подушку голову положил. И это каникулы у ребёнка?

Питт покраснел и сделал себе заметку приказать Дики не докладывать бабушке о каждом его шаге. Только не послушает, все домовики Алленов обожали бабулю со всей страстью магических существ, несмотря на то, что она сквиб.

В Мунго Питер был только раз, ещё маленьким, прихватив простецкую инфекцию магической кори. Вылечили легко, но пришлось поваляться на больничной койке. Только сейчас он с трудом помнил, что тут где, и шёл за сестрой, с удивлением и интересом рассматривая всё вокруг.

- Сначала в нашу комнату отдыха, - быстро сказала Марго, подходя к камину на первом этаже со строгой надписью: "Только для персонала". - Там переоденемся.

Он заартачился было, когда Марго попыталась ему всучить целительскую бледно-зелёную мантию.

- Ты хочешь увидеть подругу? Тогда надевай.

Вздохнув, надел, когда Марго говорила таким тоном, проще было послушаться. Он с удивлением разглядел себя в большом зеркале. Пришлось признать, что неплохо смотрится в этой целительской робе. Даже мелькнула крамольная мысль, что целителем быть не так уж и плохо. Он поёжился, представив реакцию Клода на такое заявление, и поспешил за сестрой, которая покачав головой на его кривляния перед зеркалом, уже стремительно направлялась на выход.

Первый, с кем они столкнулись на отделении Проклятий, был целитель Сметвик, как раз выходивший из какой-то палаты.

- Марго, - тепло улыбнулся эскулап, - у нас сегодня любопытнейшая операция, так что готовься. Больного доставят с минуты на минуту... О, вас и не узнать в гриме, молодой человек!

- Это Питер, мой брат, - такую застенчивую Марго Питеру видеть не приходилось. - Ники Шелби его подруга...

- Помню, помню! - перебил её целитель и крепко пожал руку Пита. - Брат, значит? Полагаю умница Марго уже ввела вас в курс дела? Отлично. Больше пока порадовать нечем. Мисс Шелби по-прежнему в коме, но ещё день-два и придёт в себя. Можете навестить, только недолго. Потом оба загляните в мой кабинет.

И целитель, хмыкнув, бодро умчался в другой конец коридора, где какой-то пациент ругался с молоденькой целительницей.

- Сюда, - потянула его сестра за рукав. - Ты в порядке, Питт?

Он закивал, последовал за ней, и глубоко вздохнул, когда Марго распахнула дверь. Сначала Питер увидел Ники, отчего перехватило дыхание. Бледное лицо почти сравнялась цветом с белоснежными бинтами охватывающими голову. В горле появился комок, а глаза предательски защипало. А вот потом он заметил вскочившего со стула МакНейра в больничной пижаме. И руки сами собой сжались в кулаки.

- Я подожду снаружи, - Марго осталась в дверях. - Мистер МакНейр, вы немогли бы ненадолго выйти?

Тот кивнул, но остался стоять, прожигая взглядом Питера.

- Уолден, - нахмурилась сестра. - Вы меня слышите?

- Ничего, пусть останется, - тихо проговорил Питер, с трудом преодолев бешенство. - Ты иди, Марго. Я недолго.

Она вздохнула, неуверенно поглядела на брата и на пациента Макнейра, но всё же вышла, плотно прикрыв за собой дверь палаты.

- Доволен собой? - спросил Питер презрительно и, решив, что этого достаточно, и не стоит подонок, чтобы вообще его замечали, сразу направился к кровати Ники.

Только бесстыжий горец преградил ему путь, плавно переместившись вправо.

- Что тебе надо от моей невесты? - хрипло осведомился он.

И сдерживаться Аллен не стал, сразу врезал по наглой физиономии, правда не слишком удачно, и ответ прилетел тут же, а потом и вовсе всё завертелось. О палочках оба забыли, а вот о Ники - нет. Потому дрались молча. Пит драться по-магловски умел, когда у тебя два брата - волей-неволей научишься. Но до Уолдена ему было далеко, так что сам не понял, как оказался в лежачем состоянии, придавленный немалым весом. Запал потихоньку отпускал, правую скулу саднило, а запястье он, похоже вывихнул о железный пресс этого психа.

- Что у тебя с Ники? - Уолден тяжело дышал, и Питт с удовольствием увидел, что глаз у парня заплывает.

- Друзья мы, урод, - апатично ответил Аллен и охнул. - Слезь уже, ты мне ребро сломал, придурок.

Ничего, вскочил, и даже руку протянул, чтобы помочь подняться. Питер фыркнул, поднялся сам кое-как, с трудом подавив стон. Правое запястье на глазах опухало.

Хотел ещё высказать МакНейру, что о нём думает, не глядя на ставший виноватым вид, только отвлекла Ники, тихо застонав.

Парни бросились к койке одновременно, какие уже тут разговоры! Ники тяжело дышала, сжимая зубы. А потом открыла глаза, щурясь глядя на посетителей.

- Питер, - улыбнулась она. Точнее попыталась, вышло это неважно. И Питт опустился на колени, чтобы расслышать, очень уж слабым был голос. - Пить...

- Сейчас!

Руку свело судорогой, когда он попытался взять ею кубок, забыв о травме. Уолден отстранил его, сам взял кубок и наполнил его водой. Протянул Ники, но та даже не посмотрела на жениха. И Аллен вдруг сильно ему посочувствовал, против воли и всякой логики.

Он отобрал у растерянного МакНейра воду левой рукой, поднёс кубок к губам девушки.

Только отпив пару глотков, она уронила голову на подушку и прикрыла глаза.

- Что с рукой?

Питер засмеялся.

- Ники, это я тебя навещаю, а не ты меня. Как ты себя чувствуешь?

- Нормально так, словно тряпочка, на которой потанцевал дромарог. Ну или нунду, который ещё пожевал и выплюнул. Попроси этого... уйти.

Питер оглянулся на бледного горца. Тот мрачно глядел на девушку, словно хотел возразить, но не стал, развернулся резко и пошёл прочь из палаты. Дверь прикрыл мягко, а казалось, что хлопнет со всей дури.

- Я в Мунго? - тон Ники сразу стал деловым. Она попыталась сесть, но не смогла и пожаловалась: - Я слабее котёнка. Давно я здесь?

- В Мунго, - кивнул Питер. - У нас уже каникулы. Сегодня четверг.

- А ты...

Но закончить вопрос она не успела, Сметвик ворвался в палату как смерчь, сопровождаемый целой толпой целителей.

- С возвращением, мисс Шелби, - палочкой целитель орудовал так молниеносно, что Питт искренне позавидовал. Диагностические заклинания слились в один непонятный монолог, разобрать слова было абсолютно нереально. - Молодец, девочка! Все показатели в норме. Голова болит? Кружится?

- Слабость, - улыбнулась она. - Я думала мне конец. Спасибо, что спасли.

- Рудольфусу Лестрейнджу спасибо скажи, а ещё Санни Прюэтт и целителю Уайнскотту. Я лишь слегка подлатал, а спасли тебя они. Где болит? Ну же!?

- Голова... Немного. И пить хочется.

- Пить можно, но понемногу. Где-то тут сиделка бесплатная у тебя была. Ага, парень, пойди сюда.

Уолден, застывший в дверях, поспешно подошёл, а Сметвик смерил взглядом сначала его, потом Питера.

- Красавцы! - фыркнул он, поднимая палочку. Уже заплывший глаз горца тут же стал почти нормальным. А скулы у самого Питера перестали гореть огнём. - Руку покажи!

Аллен послушно поднял руку. Стало неимоверно стыдно, и судя по роже МакНейра, не только ему.

- Этому костерост, этому розги, - рявкнул Сметвик, заставив почти подпрыгнуть. - Марго, радость моя, забери брата и напои его костеростом. Номер два и номер три подойдут. И ждите в кабинете. Все свободны. Ты, парень, будешь давать невесте по два глотка воды в час, ясно?

Ники попыталась запротестовать.

- Сэр, я не хочу...

- Цыц, мисс Шелби! Что вы хотите надо было решать до согласия на дуэль. А теперь лежим смирно и выполняем назначения. Можете ненавидеть жениха, но принять его помощь придётся. Что не ясно?

Ники пробормотала что-то, но Аллен не расслышал, увлечённый сестрой в коридор.

- Питт, - только тяжело вздохнула Марго, втолкнув его в большой кабинет. - Сядь сюда. Сейчас зелья принесу.

Отсутствовала она меньше минуты. Сунула под нос флакон и жестко велела пить. Пришлось глотать гадкое зелье. Потом ещё одно. Рёбра и запястья начали тут же неистово болеть и чесаться.

- Ты её любишь? - тяжело вздохнула сестра, заставив его закашляться.

- Конечно люблю, - вскинулся он. - Мы с первого курса дружим. Но не в том смысле. В том смысле, она этого урода любит, и похоже, он её тоже.

Марго даже улыбнулась, разом повеселев.

- А по-моему он красавчик. Девчонки от него без ума.

- Что не гарантирует наличия этого самого ума, - буркнул Питт. - Можно запить чем-то?

- Нет уж, терпи. Сейчас ещё одно пить будешь. А нечего драться было. Неужели нельзя цивилизованно поговорить? Мальчишки!

Питер только вздохнул. Взял ещё одно зелье безропотно.

- А ты в кого влюблён? Может, признаешься, я никому не скажу.

Он закашлялся, но всё же смог проглотить очередную гадость.

- С чего ты взяла? - просипел потрясённо. Но расстроенный вид самой любимой сестры вдруг пронял. - В мисс Блэк среднюю. И можешь смеяться, если хочешь.

- А она что? - Марго вдруг погладила его по голове, и он даже фыркать не стал, ощутив вдруг навалившуюся усталость.

- А она даже не знает о моём существовании, - немного подправил он факты. - И хватит об этом. Где мы, и где Блэки.

- На одной планете, - мягко ответила сестрёнка и, присев на подлокотник, обняла его за плечи. - Папа сказал, нас пригласили на бал к Лестрейнджам. Ты не в курсе, с какого перепугу?

- На бал? О, Мерлин! - Питт оживился. Уж Блэки там будут точно. А ведь Рудольфус что-то такое говорил после дуэли...

- Пригласишь её на танец? - лукаво спросила сестрёнка.

- Боюсь, не согласится, - расстроенно ответил он. - Она меня ненавидит.

- Не зная о существовании? - Марго засмеялась и вскочила. - Пойдём, горе моё. Провожу до камина. Зная целителя Сметвика, могу точно сказать, что сегодня к Ники ты больше не попадёшь. А нечего было драку устраивать. Пойдём же.

Пришлось уходить. Но хоть запястье перестало дёргать. А рёбра, судя по опыту, будут болеть ещё несколько часов. Подлый Макнейр. Красавчик, блин!

К счастью, Сметвик им по дороге не встретился. А вот высокий мужчина, прошедший мимо них с толстой папкой под мышкой, не слишком похожий на больного, и уж тем более, на целителя, оглянулся и проводил его сестру тоскливым взглядом.

Питт покосился на Марго, с удивлением заметив румянец на её бледных щеках.

- Кто этот мужик? - поинтересовался он достаточно равнодушным тоном. - Вы знакомы?

- Кристофер Сметвик, - на него глянули несчастные глаза. - Да, он сын целителя Сметвика. И лучше молчи!

- Как скажешь, - усмехнулся Питер.

***

Дома было тихо, а Чарити всё ещё спала, причём в той же позе. Отлевитировав себе кушетку из гостиной, Трой улёгся на неё прямо в одежде с книгой, предварительно наложив на Чарити сигнальные заклинания. Если она проснётся, его сразу разбудят.

Сработали сигналки крайне странно, Чарити уже сидела на кровати и смотрела на него круглыми глазами.

- Мистер Хейли, мне так неловко, - выпалила она, когда он сел и потёр лицо, чтобы быстрее проснуться. Девчонка выглядела смущённой.

- Трой, - напомнил он, - мы же договорились. Проголодались?

- Мистер Хейли, простите за вчерашнее! Я была не в себе. Мне так стыдно!

- Чарити! Прекратите извиняться! Я этого очень не люблю!

Она замолчала, выглядела при этом совершенно несчастной.

Трой вскочил:

- Ладно, извиняйтесь, если хотите, только сначала завтрак! Без завтрака я злой и бесчувственный. Так что вперёд, леди, в ванную, она справа от спальни, а потом на кухню, она слева.

Он вышел поспешно, надеясь, что без него Чарити хоть немного осмелеет. Жаря бекон, услышал шум воды в ванной и вздохнул - хоть что-то.

На кухню пришла посвежевшая, без мантии, в свитере и юбке до колен. И босиком. Волосы влажно поблёскивали, Трой отвёл от них взгляд, поставил перед Чарити тарелку с полосками бекона, придвинул маслёнку, тарелку с сыром и ветчиной и поджаренный хлеб.

Ели молча. И ему даже понравилось. Как ни странно, молчание не тяготило.

- Я кофе сварю?

- Всё там! - Он махнул рукой в сторону плиты.

По крайней мере, кофе было можно пить. Точнее, его можно было пить литрами, такой варить Трой точно не умел.

- Был вчера у вас дома, - сказал он, наливая себе вторую чашку.

- Зачем? - насторожилась она.

- Отнёс деньги за ингредиенты, - пожал плечами Трой, с удовольствием рассматривая порозовевшие щёки своей... гостьи. - Навестил вчера торговца, он слёзно просил передать вам настоящую цену. Так переживал, что вы сразу убежали и он отдать не успел.

- И сколько там было? - глаза Чарити блестели с весёлым любопытством.

- Восемь галеонов и девять сиклей.

- Вы его припугнули?! - чистый восторг этой девчонки заставил его поморщиться. - Как здорово, Трой! Это ж целое богатство! Спасибо вам огромное!

- Ещё я нашёл вашу палочку. Она на тумбе возле кровати. Но вы помните...

- Да, мне пока нельзя колдовать, - просияла она.

- Чарити, вам не кажется, что это не повод для счастья?

- Я теперь всем куплю подарки на Рождество! И вам, Трой, если вы не против, конечно, - на его вопрос она просто не обратила внимания. - И гуся, и фрукты для пудинга, и папе новую книгу. Нет, две. И ещё...

Она вдруг запнулась и виновато посмотрела на него.

- Ну, что не так?

- Я вас очень затруднила?

Он глубоко вздохнул.

- Так, самую малость. Я не в претензии. Кстати, ваша домовушка купила продуктов, так что ваш отец, козы и двенадцать кур были накормлены.

- Семь. Их семь, Трой. Спасибо! Как я могу вас отблагодарить?

Это, разумеется, не делают за кофе после завтрака, и тем более в ответ на такой вопрос, но Хейли подозревал, что более удачного случая может и не представиться. Она окончательно оклемается, вернётся в свою лачугу и начнёт снова его бояться.

- Если вы в самом деле хотите сделать мне приятное, - медленно произнёс он. И когда она радостно закивала, закончил: - Выходите за меня замуж, Чарити.

Расширенные глаза девчонки выражали такое потрясение, что он вдруг усомнился, что она этого может захотеть. Молчание длилось целую вечность, и он решил добавить аргументов в свою пользу:

- Ваш отец дал своё согласие.

- Он не мог! - тут же ответила она с жаром. - Он всегда говорил, что я вольна выбирать сама.

- Он так и сказал, - пришлось признаться Трою. - Я понимаю, что вам нужно подумать. Но мы столько пережили вместе. И вы уже спали в моей постели...

- Вы сами меня туда положили!

- Чарити, - он тяжело вздохнул. - Что вам мешает согласиться?

- А как же любовь? - нерешительно спросила она.

- Будет вам любовь, - усмехнулся он. - Сколько захотите.

Она ужасно мило покраснела:

- Я не об этом!

- Оно понятно, - Трой сделал серьёзную мину. - Но без этого, увы, никак.

- Понимаю, - теперь она ещё и глаза отвела, и скатерть смущённо теребила.

И куда делась та нахальная девчонка, что ставила ему условия? Не иначе, стресс приобрёл такие интересные формы.

- Вам понравится, - заверил он. - И вообще, я даже пойду вместе с вами покупать подарки на Рождество.

- Потому что не хотите отпускать одну? - сразу вскинулась она.

- И поэтому тоже. И чтобы сделать вам приятное. Одному ведь ходить за покупками не так весело. Не у кого спросить совета, некому сказать, что вещь в подарок не годится, да и некому похвастаться удачным выбором.

- Да, наверное, вы правы, - согласилась она. - Так вы серьёзно?

- Абсолютно!

- Вы передумаете, когда узнаете обо мне всё! - лицо её стало несчастным. - Но я должна сказать.

- Начинайте, - разрешил он.

- Отцу меня подбросили на крыльцо. Я была совсем маленькой, несколько дней, так что, возможно, я ему не родная. Но для меня он настоящий отец!

- Он мне рассказал об этом ещё вчера.

Чарити удивилась, но упрямо продолжила:

- Хотя, если учесть, что у папы в роду была дриада, а во мне точно есть немного крови магического существа, то могу оказаться родной.

- Тогда понятно, почему ты сильная ведьма, - улыбнулся Трой. - Разве плохо, что у нас будут сильные дети?

- Я не вернусь в школу! - слегка покраснела Чарити при упоминании детей, было трогательно видеть, как она старается обходить эту тему. - Это решено окончательно. И даже свадьба с вами этого не изменит!

- Я только рад, не хотелось бы расставаться с молодой женой сразу после свадьбы.

- Почему? Нет, не говорите! - она совсем смутилась, но тут же воспряла духом, воскликнув: - У меня ничего нет, самое дорогое - это палочка и несколько мантий. И несколько книг.

Он кивнул, восхищаясь её выдержкой:

- Когда я учился в Хогвартсе, у меня было и того меньше. А сейчас, видите, свой дом. Так что и у вас, Чарити, всё впереди.

- Я совершенно не владею боевыми заклинаниями. И по ЗОТИ у меня всё плохо.

- Ну, я мог бы научить, - расправил он плечи, - Только зачем вам это нужно?

- Экзамен в министерстве. Я намерена его сдать.

- Решаемо, - кивнул он. - Что ещё?

- Я не оставлю своих домовых эльфов. И я не могу бросить отца одного.

- Мы будем часто его навещать, пока он не согласится перебраться сюда со всеми вашими теплицами, - выдал Трой, радуясь, что продумал всё заранее. - Места тут хватит. А за рекой и вовсе можно поставить не три, а десять теплиц. Вы же знаете профессора Робертса? Он живёт тут неподалёку, и его жена мастер Зельеварения. Она наверняка будет рада покупать ингредиенты у вас, они ведь высокого качества.

Глаза у девчонки загорелись, но она опять сникла.

- Я была влюблена несколько лет в Фабиана Прюэтта.

Трой было напрягся, но, услышав страшную тайну, выдохнул:

- Полагаю, ключевое слово тут "была". Насколько я знаю, Фабиан Прюэтт ещё тот шалопай.

- Я написала ему письмо с признанием в любви, - упрямо продолжила девчонка, - Он ответил, что не давал повода, и чтоб я нашла себе кого-нибудь другого.

- Ну что ж, вы нашли, разве не так?

- И ещё, это письмо и ответ - он был написал на обороте - прочли девочки с факультета. И теперь надо мной все смеются.

- Мы не пригласим этих пигалиц на свадьбу.

- Я не хочу свадьбу! - выпалила она. - Хочу, чтоб скромно и только свои.

- Так и сделаем, - Трой уже давно допил кофе, но терпеливо ждал, что ещё она придумает.

- А можно тогда побыстрее? - робко спросила она. - Мне просто... Я просто могла бы тогда подать прошение в Министерство, что по причине брака, я прошу перевести меня на домашнее обучение.

- Вы ещё не дали согласие, - напомнил он. - Но я не против, чтобы побыстрее. Сам хотел предложить.

Она что-то пробормотала, опустив голову и снова краснея.

- Чарити! Поверьте, мы всё решим, но мне надо слышать, что вас беспокоит.

- Я ни разу не целовалась, - прошептала девчонка и закрыла лицо руками.

- Дело наживное, - проворчал Трой. - Это значит "да"? Чарити, посмотрите на меня!

- Я боюсь!

- Вы не побоялись пойти одна поздно вечером в Лютный без магии! И теперь говорите, что чего-то боитесь? Я вам не верю!

- Хорошо, - она всё-таки посмотрела на него. - Я согласна! Только... а когда свадьба?

- Думаю, завтра вполне удобный день, - Трой расслабился, наслаждаясь её смущением.

- Завтра? - поразилась она.

- Можно и сегодня, но вам же нужно собрать какие-то вещи. Повидать отца, который просил подождать, пока он сможет ходить.

- Трой?

- Что, моя радость?

- Откуда ты такой взялся?

Он широко улыбнулся, взял её за руку, заставив встать и обойти стол и усадил боком к себе на колени. Чарити краснела, но почти не сопротивлялась.

- Сейчас исправим один недостаток, - предупредил он. - А потом пойдём покупать тебе платье и прочую фигню для свадьбы.

- Платье - не фигня!

- Тсс. Не порти свой первый поцелуй, милая. Сосредоточься, сделай глубокий вдох, теперь выдохни медленно, прикрой глаза, если всё ещё боишься. Умница...

Когда он отстранился, Чарити удовлетворённо вздохнула и упёрлась лбом в его грудь.

- Я ничего о тебе не знаю, - пожаловалась она.

- У нас для этого куча времени, - усмехнулся Трой. - Беги за мантией, сначала заглянем в твой дом, отец тебя ждёт. А потом за платьем.

- Я сейчас, - она радостно улыбнулась, и он неохотно позволил ей выскользнуть из объятий.

***

Леди Бастинда Лестрейндж приняла его сразу, даже ждать не пришлось. Малая гостиная, где свет заливал всё пространство из больших окон, была оформлена в пастельных тонах, но превалировал белый. Белоснежные кружевные занавески, в таком же стиле скатерть на круглом столе, такие же белые кружевные стулья, словно созданные из пены, светло-серый пол, как будто из какой-то очень плотной губки, та приятно и почти неприметно пружинила под ногами.

Трою здесь бывать приходилось, но каждый раз он чувствовал себя несколько неуместно в своих поношенных кожаных штанах и грубых ботинках. Рубаху он, по случаю такого визита, надел белую, ограничившись кожаной жилеткой. А очищающими по одежде и обуви прошёлся, наверное, не меньше десятка раз.

- Присаживайся, - кивнула Бастинда, откладывая в сторону какую-то вышивку. - Как продвигается работа с домом, Трой?

- Спасибо, мэм, почти закончил. Работы ещё буквально на пару дней, - он даже не удивился, что спросила. Всем известно, что Бастинда Лестрейндж знает о жизни вассалов всё, даже то, что они сами порой не знают. С этим фактом все давно уже смирились, но удивляться почему-то не переставали. Вот и теперь затопила благодарность, которую Хейли постарался скрыть. Чрезмерной почтительности и расшаркиваний Бастинда не любила.

Он бы даже не удивился, если б она сейчас спросила про завтрашнюю свадьбу, о которой кроме него и Чарити, знал пока что только отец невесты.

Не успел он сесть, как перед ним появилась полупрозрачная фарфоровая чашечка с ароматным чаем и вазочка с фигурным шоколадом.

- Со здоровьем всё нормально? - обеспокоилась хозяйка.

И он вдруг отчётливо понял, что в кои-то веки, она сильно недоумевает о причине его визита. Сразу стало немножко неуютно, Трой поёрзал на удивительно крепком стуле, таком хрупком на вид, кашлянул и словно нырнул в непроверенный тёмный омут:

- У меня свадьба завтра, мэм.

- Как это чудесно, Трой! - спокойно улыбнулась леди Лестрейндж.

Реакция была хорошая и Хейли даже позволил себе отпить немного чаю.

- Её зовут Чарити Бербидж, - счёл нужным пояснить Трой, - она не хочет пышной свадьбы, мэм. Чтобы только самые близкие. Семья.

- Она понимает, что у тебя семья очень большая? - подняла бровь Бастинда. - Ты позволишь мне всё подготовить?

Вот оно, и просить не пришлось. Не соврал Бран Сеймур, женившийся чуть больше года назад. Уже малыш подрастает.

- Деньги у меня есть, скажете потом, сколько нужно, - благодарно улыбнулся он. - Я нашим пока не говорил... Некогда, за невестой сейчас пойду, платье купим, ещё кое-чего. Вот к вам только забежал.

- Правильно, Трой, я сама сообщу, кому надо. Невеста важнее. Идите уже, я же вижу, что чай вас не интересует, а шоколад ещё меньше. Значит, и действительно торопитесь.

Он поблагодарил, поднялся, поцеловал руку и поспешно вышел. И только на улице понял, как волновался. Даже о том, что горький шоколад любит, помнит леди Лестрейндж. Приятно, нет слов. Троя вообще сегодня всё радовало: и хорошая погода, и крики затеявших что-то пострелят, и стройка на другой стороне реки, идущая бурно и весело. Мужики понаблюдали издали, подивились. Он тоже сходил ещё вчера. Ничего так команда работает, слаженно.

Старик Бойд, прогулочным шагом идущий к замку, кивнул и хитро спросил:

- А что, Хэйли, неужто невесту нашёл?

Вот тоже, дед, всё знает. Даже про невесту.

- Нашёл, - признался Трой. - И кто донёс?

- Рожа у тебя больно довольная, - хмыкнул старик, - редкое зрелище. И сам при параде, явно от хозяйки. Свадьба скоро?

- Завтра, - усмехнулся Хэйли и с удовольствием потянулся. - Хорошо-то как! И не холодно почти.

- Ясное дело, тебе сейчас всё нипочём, - покивал дед. - Если расспросов не желаешь, не светился бы тут, как новенький галеон.

- Да я уже, невеста ждёт.

Невеста его не ждала, во всяком случае такое создалось впечатление. Чарити бегала по дому, как маленький ураган, что-то куда-то переносила, попеременно пыталась уложить отца, который ложиться не хотел ни в какую. Из-за угла на минутку показалась домовушка и сразу исчезла.

- Да срослось уже всё, доченька. Да ты проверь, ты ж знаешь, эту, как её, диагностику, - уговаривал он её жалобным тоном. А потом увидел Троя, стоящего в дверях. - Здравствуйте, Трой. Хоть вы скажите своей невесте, что я уже здоров.

- Здравствуйте, мистер Бербидж, - Трой ловко ухватил Чарити, пробегающую мимо, и крепко сжал в объятиях. От неожиданности девчонка охнула и даже не сразу покраснела. Зато почти до слёз.

- Папа, Трой! - трагичным шёпотом сообщила она, уворачиваясь от поцелуя.

- Да я отвернулся, доченька! - крикнул её отец. - Всё понимаю, завтра свадьба. Да, завтра, правильно. И я уже здоров. Совсем здоров.

Хейли захохотал и выпустил из рук строптивую невесту.

- Что? - спросила она, отойдя подальше. Встрёпанные кудряшки рассыпались по плечам.

- Пора, Чарити, нам нужно потратить много моих денег.

***

- Мам, можно к тебе? - Руди зашёл к Бастинде, коротко постучав, и высоко поднял брови увидев её за столом, быстро строчащую что-то на пергаменте, вокруг лежало множество таких же, уже исписанных ровными столбиками слов и цифр.

- Да, родной? - задумчиво спросила она, покусала перо и быстро вписала ещё два пункта в новый столбик. После чего откинулась на спинку стула и улыбнулась сыну: - Что-то случилось, милый? Как твоя невеста поживает? Почему не пригласишь погостить?

Руди открыто рассмеялся:

- Как это у тебя получается? Погоди: домовики шпионят?

- Секрет! - подмигнула она.

- Я как раз хотел её пригласить на выходные. Так можно?

- Лучше на утро пятницы, - кивнула Бастинда.

- Ма, что происходит? Что за ажиотаж в поместье? Мне показалось даже, что за рекой ставят шатёр, в другой стороне от стройки. Рождество перенесли?

- Что, и спросить некого? - рассеянно посочувствовала Бастинда. Схватив дальний список, она вычеркнула из него пару слов.

- Я, как бы и зашёл спросить, - фыркнул Рудольфус. - Не знаю, как это у тебя получается, но ты знаешь больше, чем любой другой.

- Трой женится, - выдала она. Потянулась за новым пергаментом.

- Трой!? Ма, это шутка такая? Ты не могла бы уделить мне три минуты?

Она вздохнула, развернулась к сыну и скромно сложила руки.

- Чай, кофе? Шоколад?

Руди сел за стол.

- Трой женится? Так ты серьёзно?

- Да, подробностей не знаю, но настроен решительно. Девушка, мне кажется, из бедной семьи. Зовут, - она подняла один из листов. - Ах да, Чарити Бербидж.

- Я в ауте! - Руди восхищённо взглянул на мать. - Вот это скорость!

- Так-так, - насторожилась Бастинда, - рассказывай, милый!

- Легко. Чарити учится на седьмом курсе факультета барсуков. Она вместе с нами приехала на каникулы. На платформе она подошла к Санни и сказала, что отец ее встретить не может. Кажется, они соседи - Санни и Чарити. Но Санни забрали к тётушке, и я попросил Троя проводить мисс Бербидж домой. Мне ещё показалось, что она сильно его боится.

- Интересно, что же произошло, - задумалась Бастинда. - Трой вряд ли проявил инициативу.

- Ну конечно! Ты Чарити не знаешь, самая скромная девушка на седьмом курсе. Ни разу с парнем не видел. Нет, я в шоке! Отец в курсе?

- Он всё для ритуала готовит.

- Ма, ты всё время где-то витаешь! - вздохнул Рудольфус. - И насчёт Троя ты зря так. Он же боевик. Привык быстро принимать окончательные решения. А раз решение принято - надо выполнять. Не до сомнений.

- Это понятно. Но знаешь, что ещё странно. Свен Шелбрук сказал о какой-то девушке, которую вчера вечером Трой принёс на руках. У неё было ножевое ранение в бок и сильное магическое истощение.

- Свена ещё лицензии не лишили? - фыркнул Руди.

- Ты же знаешь, как он засматривается на маму малыша Джонни Бойда. Мечтает войти в ковен, но Дикон сказал, что чужих не берёт. Представляешь?

- Да не в том дело, - поморщился Руди. - Отец не может принять, пока мисс Бойд не даст согласия на брак. А она не даст, потому что всё ещё надеется, что Мальсибер признает сына. Нафига нам тут африканские страсти?

- Не знаю, по-моему, Дженни Бойд неравнодушна к Свену, и давно этого Мальсибера забыла. Был бы Свен поближе...

- Нет, мам, я такое обсуждать не желаю. Зря ты его привечаешь, вот и боевики уже к нему ходят как к своему.

- У нас с ним контракт! - пожала плечом Бастинда.

- Значит, ранение, - качнул головой Руди. - Мордред, я не представляю, где его могла заработать тихая девчонка Чарити. Да она пикси не обидит! Надо Троя расколоть! Так я приглашаю Бель?

- Конечно! А Троя колоть бесполезно, мог бы и догадаться. Кстати, новости из Лютного. Там опять объявился Берсерк и слегка потрепал местных. Девушку отбил у бандитов. Хм?

- Офигеть! - Руди поднялся. - Тебе бы детективное агентство открывать!

- Есть уже одно, я навожу справки. Иди, сынок, у меня ещё куча работы.

Рудольфус вернулся к себе, и сразу активировал зеркало:

- Любимая, мама даёт добро! Возьми красивое платье, у нас тут завтра Трой женится. Не поверишь, на ком!

- Поверю, - фыркнула Бель. - Значит, утром?

- Да, будь пораньше. А то тут такой дурдом, и Басти отослали. Ты мне очень нужна.

- Буду! Извини, не могу говорить, у Нарси катастрофа. Книззл Меды забрался в её розарий, побегу, пока никто никого не убил!

- Люблю!

- Знаю, милый. Я тоже тебя люблю! Не грусти.

***

Гидеон сделал последнюю пометку и закрыл толстый гроссбух, не удержавшись от долгого вздоха. С отчетом он покончил, но какое счастье, что есть Джейми, которому весь этот ужас ясен и понятен, и вообще на один зубок. Осталось дождаться его правок, выслушать осторожную критику методов и подхода к руководящей должности и поздравления, опять же весьма корректные, что всё у старшего кузена получается с каждым разом лучше и лучше.

Гидеон усмехнулся, вскочил, разминая затёкшие плечи, сделал несколько упражнений и подошёл к широкому окну своего кабинета, из которого открывался прекрасный вид на каньон. В мире маглов на этом месте, за барьером, вересковая пустошь, здесь же огромный каньон, окружённый высокими скалами, некоторые пики гор даже покрыты шапками вечного снега. За горами дикие леса, туда драконы сами выбираться не любят, да и привольно им здесь, на просторе в несколько квадратных миль. Местных хищников питомцы близнецов повывели давным давно, так что самыми опасными в долине остались сами драконы, да несколько видов змей и мелких грызунов, живущих в земляных норках.

Фабз обожал долину не меньше брата. И сейчас занимался дальними пастбищами на той стороне каньона. Джейми рвался отправиться с Фабианом, но отчеты и Гидеон его задержали. Впрочем, свою волшебную палатку Джейми кузену одолжил без сожалений. Повезло им с бухгалтером, одним словом. И с братом!

Сегодня прямо с утра к ним в заповедник прибыла Санни, и даже тут Джейми оказался полезным, взяв на себя обязанности гида. Предложил Гидеону не отвлекаться от важного отчёта, заявив, что для него большое удовольствие показать всё очаровательной кузине. После объятий и скромного чаепития, Гидеон всё же согласился с убедительными доводами и нехотя отпустил с кузеном сестру. Желание самому всё показать Санни пришлось задвинуть подальше. Отчёт был слишком важен, и уже к вечеру несколько экземпляров следовало отправить по адресам: отцу, поверенному, гоблинам и в министерство.

Осторожный стук в дверь заставил отвлечься от приятных и не очень мыслей, и Гидеон поспешил к столу, занимая своё массивное кресло за не менее массивным столом. Хотелось верить, что этот антураж хоть сколько-то придаёт ему солидности в глазах очень редких посетителей. Гораздо чаще здесь появлялись сотрудники драконария со своими мелкими проблемами.

Впрочем, Гидеон был почти уверен, что это вернулась Санни, одна или с Джейми, просто захотела оказать ему такое своеобразное уважение, постучав. Потому он решил подыграть, поспешно убрал разлохмаченные волосы в низкий хвост и, кашлянув, громко пригласил заходить, одновременно заклинанием распахивая дверь.

Вид гостьи в первый момент озадачил. Во-первых, это оказалась вовсе не Санни. Во-вторых, видеть в своём кабинете ловца из "Холихедских гарпий" было что-то из разряда магловской фантастики, которой так увлёкся Фабиан с лёгкой руки кузена.

Гидеон опомнился, вскочил и даже вышел из-за стола, направляясь к замершей на пороге гостье.

- Какой приятный сюрприз! - улыбнулся он, осторожно коснувшись кончиков пальцев девушки быстрым поцелуем. - Какими судьбами в наших краях, мисс Хоган?

Он хорошо рассмотрел эту девушку на вечеринке в честь дня рождения Аманды Стэнфилд. Рыжеволосая гарпия, среди шума и веселья преспокойно читающая какую-то толстую книжку, невольно привлекла его внимание. Она была настолько поглощена этим занятием, что все эмоции были написаны на лице: возмщённо хмурилась, недоверчиво улыбалась, старалась скрыть смех, а потом кусала губы с таким умилением, что Гидеон невольно заподозрил любовную сцену в содержании её книги.

К сожалению рыжая крошка наконец заметила его внимание, и он едва успел отвести взгляд, стараясь больше не терроризировать её своим настойчивым вниманием. Понятно же, что никакого общества девушка не искала. А потом она исчезла - наверное вечеринка окончательно наскучила ловцу Гарпий, и она посчитала свой долг перед подругами выполненным. Было жаль, но Гидеон её понимал.

- Гидеон... мистер Прюэтт...

- О нет, зовите меня Гидеон, прошу вас, - он подвёл девушку к гостевому креслу, а сам занял второе, призвав с буфета коробку со свежим печеньем и кувшин с ягодным напитком. - Угощайтесь. Извините, что так скромно, обед будет чуть позже, и если вы захотите остаться, я буду очень рад.

Он даже хотел похвастаться скромной библиотекой, которую они с Джейми начали собирать, чтобы заинтересовать очевидно любящего чтение человека. Но сумел сдержать себя, понимая, что просто слишком соскучился по гостям, но это не повод задерживать девушку. И вообще, серьёзный взгляд мисс Хоган вдруг дошёл до его сознания, указывая на очевидный факт - рыженькую красотку сюда привело какое-то важное дело.

- Мистер Прюэтт... Гидеон, - мисс Хоган глубоко вздохнула, словно решаясь на что-то несомненно важное. - Мне кажется вы забыли нашу первую встречу, её подробности. И я понимаю, что не вправе напоминать о них....

- Забыл? - повторил он удивлённо, так как девушка замолчала. Он-то и не подозревал, что она вообще знала о его существовании до этого дня. - Вы меня заинтриговали, мисс. И я не против услышать, что я мог забыть.

Она слабо улыбнулась.

- О Мерлин, это гораздо сложнее, чем я себе представляла, - гостья с усмешкой покачала головой. - Честное слово, не будь я уверена в своих воспоминаниях, я бы подумала, что вы вовсе не Гидеон, а кто-то очень замечательный под его обороткой. Впрочем, не исключаю варианта, что человек, с которым связаны мои воспоминания сам мог быть под вашей обороткой. Хотя нет, я не припомню, чтобы за ночь, он пил что-то, обновляя иллюзии. Так что... я совсем запуталась.

- А я кажется начинаю понимать, - задумчиво пробормотал Гидеон. - Надеюсь ночь вам понравилась? И ещё один вопрос, возможно он покажется вам безумным. Вы имеете какое-то отношение к королеве фей?

Мисс Хоган нахмурилась:

- Мебд - моё второе имя. А ночь... Разве могли не понравиться три часа крышесносного секса с таким красавчиком? Извините мой цинизм. Так всё же, раз мы говорим столь откровенно, это были вы? Или...

- Мисс Хоган, - Гидеон вздохнул. - Скажите мне честно, вы ведь не для того проделали непростой путь сюда, чтобы повторить ту ночь? Что вас привело? Или, вернее, кто? Я ведь не ошибусь, заподозрив, что крышесносный секс имел последствия?

- Вы очень проницательны, - спокойно кивнула она. - Не покажите мне, где здесь есть ванная комната? Потому что запах этих печений...

Он указал на боковую дверь:

- Прошу вас, не стесняйтесь.

Поблагодарив его взглядом, рыжеволосая королева фей поспешила в указанном направлении, скрывшись за дверью ванной комнаты.

Не мешкая Гидеон достал двустороннее зеркало и вызвал брата.

- Который час, Гидеон? - недовольно откликнулся Фабз, протирая глаза. Похоже братец вёл на той стороне каньона ночной образ жизни.

- Полдень почти, - хмыкнул Гидеон. - Можешь аппарировать в контору? Только приведи себя в порядок.

- Нахрена? Я тебе говорил, что с отчётами я не помошник. И куда ты дел Джейми?

- Джейми развлекает Санни, показывая ей заповедник.

- Санни?! Она здесь?! Так бы сразу и сказал. Дай мне полчаса...

- А если поторопишься, то застанешь здесь ещё одну гостью. Она полна воспоминаний о крышесносном сексе на вечеринке Аманды Стэнфилд, а также имеет второе имя Мебд.

Изображение пропало из зеркала, послышался грохот с той стороны, потом всё же побледневший брат появился:

- Задержи любыми способами! Десять минут, Гидеон!

Отключился Фабз очень вовремя. Гидеон успел спрятать зеркало в карман, прежде чем мисс Хоган вновь явила ему себя. Он спохватился и применил Эванеско к печенью, после чего очистил заклинанием воздух от всех запахов.

- Не стоило, - горестно всплеснула руками мисс Хоган. - Боюсь, причина моего нездоровья вовсе не печенье. Вы простите мне эту маленькую ложь?

- Я бы и большую простил, если вы немедленно мне признаетесь: мисс, как вы себя чувствуете? У нас есть набор зелий, а так же имеется гостевая комната. Можно прилечь, даже остаться ночь, не подумайте плохого.

Она смогла рассмеяться, правда сразу охнула, прижав ладонь к губам.

- Не надо зелий, - попросила девушка. Она явно боролась с сомнениями. - Понимаете, снаружи меня ждут подруги. Я лишь исполняла свой долг, ведь по закону я обязана предупредить отца о будущем ребёнке. А вы так и не ответили, вы его отец? И если да, почему мне кажется, что это совсем не так?

- Подруги? Снаружи? - Гидеон стремительно прошагал к боковому окну. - Мерлинова борода! Да они там замёрзли уже. Никуда не уходите, я быстро.

Добирался до выхода он минут за пять, малодушно заперев дверь кабинета и безбожно растягивая время. Три гостьи посмотрели на него почти с одинаковым любопытством.

- Что же вы не проходите? - пожурил он девушек. - Ах да. Гидеон Прюэтт к вашим услугам. Соглашайтесь на обед, леди. У нас отличный повар. Гостевых комнат целых две, и там очень уютно. Простите, что тороплю, но морозы у нас нешуточные, так что все приличия будем соблюдать внутри, если пожелаете. Прошу!

Девушки поспешили зайти, одарив его благодарными взглядами. Гостевая комната с двумя кроватями пришлась им по вкусу.

- Удобства там, - указал он на нужную дверь. - Дальше по коридору гостиная, там в нише есть книги, если кто-то любит читать. Еще дальше зал с бильярдом, а так же можно пометать дротики. Обед минут через сорок.

- Спасибо огромное, мистер Прюэтт, - сказала мисс Сабо, в которой он не сразу, но вполне быстро узнал ещё одну гарпию. - Я Люси Сабо, это - Агнешка Мнишек, а это Роксана Каркарова. Мы с удовольствием останемся на обед. Спасибо. И с нами не надо нянчиться, мы понимаем, что вы заняты... Как там Кэти?

- Кэти нормально, - усмехнулся он. Вот и имя узнал, хотя конечно же мог сразу вспомнить, что ловца гарпий звали Кэйтлин Хоган. - Я верну её вам через несколько минут.

Кэти его ждала у того самого окна с видом на каньон.

- Как тут прекрасно, - задумчиво сказала она, словно он и не отлучался. - Мне кажется это здорово, жить здесь, вдали от больших городов, скоплений людей.

- Иногда бывает тоскливо и хочется общества, - признался Гидеон, прислонившись к двери спиной. - Но вы правы, я сам очарован здешней жизнью.

Именно этот момент выбрал Фабиан, чтобы условным стуком в дверь сообщить о своём прибытии.

- Кстати! - Гидеон отстранился от двери. - Я устроил ваших подруг в гостевой комнате. Кажется, они не против отобедать. А вы?

- Я... - Кэти Хоган похоже потеряла дар речи, увидев Фабза, застывшего на пороге. - Вы что, близнецы?

Братец не нашёл ничего лучше, чем усмехнуться:

- Очень тонкое замечание, моя королева! Надеюсь, Гидеон не позволил себе ничего такого?

Только прежде, чем Фабз успел сделать хоть шаг в её сторону, Кэти выставила вперёд ладонь, приказав:

- Стой! Не подходи!

Конечно он мог не послушаться, но тёплой упругой волной их обоих отбросило обратно к самой двери, довольно чувствительно приложив о её поверхность.

- Хэй! Что это было? - Фабиан встряхнул головой, отлип от стены, но подойти к гостье больше не пытался, недоверчиво глядя на неё. - Кэти, малышка... За что?

- Полагаю, - вдумчиво сказал Гидеон, - это проявление той самой пресловутой материнской магии.

- Вы близнецы! - снова обвиняюще произнесла мисс Хоган, словно до сих пор не могла поверить. - Я отказываюсь разговаривать с вами, господа. Если это такая изощрённая шутка...

- Мне следует оставить вас одних...

- Нет, Гидеон! Вы ведь Гидеон? - Кэти нахмурилась и скрестила руки на груди. - Вас не затруднит представиться ещё раз, господа?

- С радостью, мисс Хоган, - поспешно ответил старший брат, опасаясь необдуманных действий от Фабза. - Гидеон Прюэтт к вашим услугам, наследник рода Прюэттов.

- Фабиан Прюэтт, - мрачно сообщил Фабз. - Честное слово, Кэти, я не понимаю... Ты просто исчезла, даже не оставив записки. Я не знал, что и думать.

Кэти моргнула, теперь внимательно глядя на Фабиана. Прищурилась и выдала новую просьбу:

- Не могли бы вы показать мне спину в районе лопаток. Оба!

Пришлось раздеваться. Гидеон внутренне веселился, Фабиан обиженно пыхтел, стаскивая свитер вместе с нижней рубашкой и поворачиваясь к гостье спиной.

Понятно было, что она хочет увидеть. У Фабза с детства имелась под левой лопаткой родинка в виде крыла бабочки. К сожалению, точно такая же была и у Гидеона, только с правой стороны и имела зеркальное отражение от родинки брата.

- Ох, - послышался разочарованный вздох мисс Хоган. - Снимать штаны вы не согласитесь?

- Шрам под коленом есть только у меня, - пробурчал Фабиан. - Есть и другие. Кэти, я разденусь полностью, но может отпустим уже Гидеона? Я клянусь, что мой брат тут совершенно ни при чём.

- Ладно, - неуверенно согласилась она. - Мистер Прюэтт... Гидеон. Вы позволите мне занять ваш стол для разговора с вашим братом?

- Пользуйтесь, леди, - широко улыбнулся старший, - честь имею. Обед через полчаса.

Гидеон счёл за лучшее оставить их одних, сразу ретировавшись в коридор. Он плотно затворил дверь, после чего поспешно оделся. И вовремя, в коридор второго этажа как раз заходили вернувшиеся кузен с сестрой.

- Только не говори, что на обед мы опоздали, - Санни раскраснелась на морозе и казалась просто очаровательной. - Гидеон, драконы такие красивые! И страшные. И просто невероятно прекрасные. Джейми показал мне четырёх.

- Полчаса, даже чуть меньше, и ты оценишь нашего повара, - Гидеон пошёл им навстречу и распахнул дверь в свою комнату. - Санни, ты пока переодевайся и грейся здесь, а я познакомлю Джейми с нашими гостями. Тебя чуть позже представим, если ты не против.

- Хорошо, - сестрёнка чмокнула его в щёку и скрылась в комнате.

- Гости? - с любопытством спросил Джейми. Его комната была дальше по коридору.

- Прелестные ведьмочки, - подмигнул Гидеон.

***

Санни вошла в большую столовую, заполненную народом, одновременно с девушкой, зашедшей из другой двери, и обрадовалась, узнав мисс Хоган.

- Кэти! - воскликнула она, поспешив к своей новой знакомой. - Ой, как здорово! Ты откуда?

Мисс Хоган ахнула удивлённо и просияла, хотя до этого выглядела несколько расстроенной. Она даже крепко обняла Санни, шепнув, что безумно рада встрече. После чего обе, наконец, смогли оглядеть остальных.

Санни тут же познакомили с девушками: Люси, Агнешкой и Роксаной. Джейми сел за стол рядом с ней, вид у кузена тоже почему-то был не слишком счастливым. Слева от неё устроилась Кэти. А подруги мисс Хоган заняли места напротив них. Гидеон привычно устроился в шикарном кресле во главе стола, слева от Санни, а Фабиан, явившийся позже всех, мрачноватый и украшенный свежим синяком под глазом, занял место напротив брата.

- Думаю, все проголодались, - мягко произнёс Гидеон, метнув на брата сочувственный взгляд. - Приятного аппетита, леди и джентльмены.

Суп, действительно оказался очень вкусный, ели молча. Второе тоже оценили по достоинству. А когда подали сладости и вкусный чай с какими-то кисленькими травками, первыми заговорили девчонки, упрашивая хозяев показать им драконов, раз уж они оказались тут по воле случая.

- Думаю, я мог бы найти время, - добродушно согласился Гидеон. - Джейми, ты с нами? О, нет, прости, совсем забыл про отчёт. Фабиан?

- Сожалею, брат. Мне пора возвращаться в южную часть каньона, - обычно весёлый Фабз был на удивление спокоен и явно никакого сожаления не испытывал.

Санни была удивлена - столько красивых девушек за столом, а братец даже не смотрел в их сторону. Судя по рассказам Гидеона, да и по собственным впечатлениям, это было совершенно не похоже на Фабиана.

- Я уже насмотрелась, - вздохнула она, в ответ на вопрос старшего брата. - Лучше составлю компанию Джейми, наверное.

- А что за отчёт? - спросила ясноглазая девчонка, сидевшая напротив Джейми. Кажется, её звали странным именем Агнешка. - Я изучала право и бухгалтерский учёт в Дурмстранге. Может, смогу помочь?

- Решено, - сделал свои выводы Гидеон. - Возьму на себя роль экскурсовода. Мисс Каркарова и мисс Сабо пойдут со мной, мисс Мнишек оставлю Джейми, присоединитесь к нам позже. Мисс Хоган я бы советовал немного отдохнуть после обеда, подождите хотя бы Джейми с Агнешкой. А Санни... Сестрёнка, проводишь Фабиана в его временное пристанище? Тебе понравится палатка тётушки Мюриэль! Портключи оттуда обратно в контору очень надёжные.

Вот так она и оказалась в знаменитой палатке. Фабиан посмеивался над её восторгами.

- Сам балдею от этой палатки, - сказал он, улыбаясь. - Как начнём получать прибыль, обязательно закажу себе такую же. Я тут уже три дня, а до сих пор не привык к такому комфорту. Если хочешь, могу для сравнения показать нашу с Гидеоном.

- Тут так тепло! - восхищалась Санни, поспешно избавляясь от тёплой шубки. - Мерлин мой, какой шикарный бассейн!

Фабиан отобрал у неё шубку и кивнул на шкафчик на другой стороне:

- Там купальные костюмы Мюриэль. Можешь подобрать себе что-то и поплавать. А мне надо бы навестить парней, тут в одной из пещер валлийская дракониха устроила кладку, надо проследить, достаточно ли там еды. К сожалению, её супруг повредил крыло, пока заживёт, пройдёт пара недель, так что за её пропитанием следить приходится нам самим. Подождёшь меня, котёнок? Потом вместе вернёмся на базу.

- Бедный дракон, - ахнула Санни. - Конечно, иди. Я поплаваю, а потом почитаю. Джейми сказал, что тут есть несколько хороших книг.

- О да. Я даже увлёкся детективами магловского автора Конан Дойля. Прикольно пишет. Всё, ничего не бойся, палатка имеет прекрасную защиту и стоит в очень безопасном месте. Постараюсь не задерживаться. Кстати, там на столе в гостиной большое зеркало - связь с базой. Просто постучать палочкой.

Плавать в бассейне было здорово, Санни наслаждалась не меньше получаса, невольно погружаясь в мысли и воспоминания.

На этот раз встреча с мамой была куда теплее, они проговорили полночи в комнате Санни. Обсудили столько всего, что голова шла кругом. Отец несколько раз заглядывал к ним, на что Летиция Прюэтт умоляюще улыбалась:

- Ещё пять минуточек, Джей! Я совершенно не устала.

- Хорошо, - покладисто кивал он.

Вспомнили и про Троя Хейли. Оказалось, мама уже про него всё узнала, когда навещала свою новую подругу миссис Эйлин Робертс.

- Сама увидишь, какая она интересная и добрая, - говорила мама. - Вас же пригласили с Джейми погостить после Нового года?

- Да, пригласили, - Санни уютно устроилась рядом с мамой в большом кресле перед пылающим камином. Летиция обнимала её, прижимая к себе. Полумрак вокруг создавал непередаваемо душевную обстановку. Они даже тапки сбросили, зарываясь ногами в густой ворс большой белой шкуры, устилающей пол перед камином. - А с мальчиком Северусом ты познакомилась? Он неделю жил в Хогвартсе.

- Конечно, хороший мальчик, - покивала Летиция. - Но уж больно самостоятельный. Правда, Гидеон с Фабианом в его возрасте тоже уже уворачивались от объятий и имели кучу общих "мужских" секретов. А ещё я познакомилась там с леди Бастиндой Лестрейндж и её младшим сыном.

- Мама, - простонала Санни.

- Ладно, ладно, молчу. Но Рабастан мне очень понравился, так и знай. Очень воспитанный мальчик. И скромный.

- Басти - скромный? - поразилась Санни, и тут же захихикала, уткнувшись в плечо Летиции. - Просто понимаешь, на самом деле он нахальный и совершенно...

- Санни, котёнок, они и должны быть нахальными перед девчонками. Так он тебе нравится?

- Очень, - прошептала она, тяжело вздыхая.

- Бедняжка, - посочувствовала мама. - Ничего, всё у тебя устроится! Я уверена.

- Спасибо.

Отец всё-таки забрал маму вскоре, а на следующий день Летиция показывала ей поместье. Мол, давно уже дочурка не ездила с ней к вассалам. Санни согласилась, конечно, с радостью. И была поражена сколько много домов с аккуратными двориками и другими хозяйствами они объехали. Везде их встречали угощением, но Летиция сразу говорила, что муж запрещает ей питаться вне дома, и гостинцы они забирали с собой.

Навестили и старую нянюшку, которая долго обнимала свою воспитанницу обливаясь слезами, и похоже совершенно не заподозрила в хлюпающей носом дочке патрона кого-то другого.

- Я знала, что ты вырастешь доброй девочкой, - попрощалась с ними нянюшка.

- Она такая добрая, - вздохнула Санни, забираясь обратно в коляску. Мистер Элли Керстен покосился на неё добродушно. Боевик отца сопровождал их во все дома, но всегда ждал возле коляски, запряжённой двумя фестралами, не заходил в дома.

- Очень, - усмехнулась Летиция. - Ты была довольно строптивым ребёнком, сама ведь понимаешь. Я очень счастлива, что ты так повзрослела за последнее время. А что ты добрая девочка я даже не сомневалась никогда. Ну что, осталось навестить старика Пинокладуса, да семью Вартингов. Но если устала...

- Нет, нет, я с удовольствием.

Всего вассальских семей Санни насчитала около тридцати пяти. Одиночки тоже встречались. На Летицию вассалы смотрели с обожанием. На дочь патрона настороженно, но в целом - благожелательно. Они останавливались в живописных местах, оказалось, что поместье занимает небольшую долину целиком находясь в магическом мире. Долина походила на огромную подкову и была окружена цепью высоких холмов. в центре подковы имелось озеро, куда больше чем чёрное возле школы. Вот вдоль этого озера и стояли домики вассалов, а так же располагались поля и пастбища для домашних животных.

Полюбовалась на целый табунок фестралов, на прирученных гиппогрифов, на самых обычных коров, на свиней с целым выводком розовых поросят. Даже на широкой лодке прокатилась с местными мальчишками. Они её тут же научили как заклинанием ловить рыбу. Оба должны были поступить в Хогвартс на будущий год и с равнодушным видом задавали "каверзные" вопросы.

День пролетел незаметно, и Санни была полна новых впечатлений. И очень благодарна маме - ведь она даже не представляла, что поместье отца - это целый обособленный мир, настоящая деревенька. Был тут и свой кузнец, и свой целитель, и маленькая продуктово-вещевая лавка, и даже "клуб" - совершенно круглый дом у самого берега, где собирались по праздникам.

Спать после ужина она отправилась без возражений, слишком устала, слишком полна была новых впечатлений.

А в комнате её ждал целый питомец, включая эту маленькую шкодную сову. Рудольфус её прислал ещё накануне, и Санни даже испугалась в первый момент, услышав сильный стук в окно, когда оказалась в своих комнатах.

- Сова! - первой опознала почтальоншу Лакки. - Ой, как она похожа на Лгунью!

Сову впустили, та привередливо посмотрела на угощение и словно нехотя протянула лапку, устроившись на краю письменного стола.

- Так ты - подарок! - обрадовалась Санни, прочитав письмо Рудольфуса. Сова посмотрела очень странно. - Тебе ведь имя нужно. Как насчёт Ласточка?

У совы округлились глаза, она покачнулась и вдруг свалилась под стол. Санни ахнула, но приглядевшись к комку перьев, увидела, как та осторожно приоткрыла один глаз.

- Хорошо, хорошо, неудачное имя, - согласилась Санни. - Ты разбойница, а не сова!

Пёстрая хитрюга оживилась, оказалась в мгновение ока снова на краешке стола, и даже дала себя погладить.

- Разбойница, значит?

Сова тут же деловито принялась за печенье. Лакки умильно подложила кусочек сырого мяса в специальную плошку.

- Разбойница - красивое имя! - сказала домовушка, заслужив у совы очень одобрительный взгляд.

Только Монстрик отнёсся к почтальонше пренебрежительно. Подошёл, вспрыгнув на стол, обнюхал, фыркнул и утопал спать на кровать хозяйки.

Вот и сейчас её встретили в комнате сова и Монстрик. Только на этот раз смогли удивить. Как уж они нашли общий язык неизвестно, но книззл и сова мирно спали в корзинке Монстрика, привалившись друг к другу.

Санни полюбовалась на эту картину, но будить не стала, и сама уснула почти мгновенно, а утром её уже ждали драконы. Мама проводила её камином в дом тётушки Мюриэль и осталась там погостить. А Джейми с Санни перенеслись портключом на "базу" в драконарий.

Драконы произвели незабываемое впечатление. Парни, сопровождавшие их с Джейми, добродушно посмеивались, предоставив кузену представлять ей огромных крылатых ящеров. Хорошо, их защищала прочная сеть, а то рядом с этими гигантами Санни было не по себе, хотя и восторг она ощущала немалый. Больше всего ей понравилась молодая дракониха, с любопытством поглядывающая на гостей. Она подлетела к сетке совсем близко, Санни смогла разглядеть и огромную пасть с двумя рядами опасных зубов, и большие глаза, обрамлённые пушистыми ресницами... Жаль, что дракониха быстро улетела, услышав напевный крик кого-то из соплеменников.

И так здорово было, что на базе их ждали гости. Санни надеялась, что девушки не успеют уехать до её возвращения. Хотелось бы с Кэти ещё пообщаться.

- Ты там не уснула? - послышался голос брата.

- Нет, - рассмеялась она, переворачиваясь на живот и быстро подплывая к брату. - Просто задумалась. Ну что, ты закончил с делами?

- Вылезай уже, котёнок, - усмехнулся Фабиан. - А то превратишься в русалку и Гидеон мне голову оторвёт. Я пока кофе сварю, ты какой любишь?

- С сахаром и взбитыми сливками.

- Умница, вся в меня. У тебя десять минут, сестрёнка.

Кофе получился у брата вкусным, а маленькие бутерброды с ветчиной они умяли в рекордный срок.

- Фабиан, - решилась Санни, когда он налил ей вторую чашку своеобразного капучино. - Ты не знаешь, почему Кэти Хоган такая грустная была? У неё что-то с Гидеоном.

Брат поперхнулся и закашлялся.

- Ты знакома с Кэти? - смог он выговорить, глотнув свой напиток.

- Она приезжала в Хогвартс на экскурсию к профессору Флитвику, - пояснила Санни. - Мы подружились. Она говорила, что познакомилась с Гидеоном, но подробностей я не знаю.

- Она познакомилась со мной, - помрачнел Фабиан. - Слушай, вот что вам девчонкам надо? А? Я же к ней со всей душой, а она сразу драться.

Санни глянула на его синяк, постаравшись скрыть изумление.

- Цветы дарить не пробовал? - грустно спросила она. - А ещё можно пригласить на свидание.

Фабиан замер, уставившись куда-то сквозь неё, потом вскочил и деловито осведомился:

- Ну что, поела? Можем возвращаться. Ты пока переодевайся, я тут недалеко прошвырнусь. Пять минут.

- Хорошо, - Санни пошла в комнату, где оставила свои вещи и с сожалением стянула с себя толстый махровый халат. А она и не подозревала, что произошла путаница. Значит, Кэти и Фабиан! Это было удивительно, но ей смешливый братец, похоже, влюбился не на шутку. А вот Кэти было ужасно жалко. Если она приехала к Гидеону... И во всём виновата Санни! Они столько общались, а ей даже в голову не пришло упомянуть про второго брата!

Фабз появился с букетом потрясающе красивых цветов.

- Ух ты! - Санни оглядела их с восторгом. - Это для Кэти?

- Росли на одном опасном склоне. С трудом подобрался на метле. Правда нравятся?

- Ещё бы! Никогда таких не видела!

- Тогда держись за меня крепко.

***

- Покажешь? - Агнешка преспокойно присела на подлокотник его кресла, когда Джейми раскрыл отчёт, составленный Гидеоном.

- Нет. Слышали вы когда-нибудь, пани Мнишек, выражение "коммерческая тайна"?

- Представьте себе, мистер Прюэтт. И что мне тогда делать?

- Сидеть тихонечко, читать эту книгу, которая у вас выглядывает из кармана, и ждать, пока я закончу. Способны на такое?

- И что мне за это будет? - тоном капризной девочки спросила она.

Джейми сдержал вздох, стараясь не воспламениться от такой близости. Чувствовать плечом тёплый бочок девушки оказалось испытанием не из лёгких.

- А что желает пани Мнишек от неправильного сквиба? - осторожно поинтересовался он, когда она всё же встала, подарив ему массу ощущений - от облегчения до сожаления.

- Ничего такого, - девчонка устроилась с ногами в гостевом кресле и действительно открыла книжку. - Всего лишь то, что вы уже мне обещали.

- Обещал? Я?

- Ну не я же! Фыркнула она. Короткая у вас память, мистер Прюэтт.

- Зовите меня Джейми, - попросил он. - Здесь слишком много других Прюэттов.

- Тогда вы меня - Агнешка, - девушка деловито перелистнула страничку. - Я напомню вам обещание, так и быть. Вы сказали, что можете научить меня целоваться. Вот и посмотрим. А пока занимайтесь, не буду отвлекать.

Никогда ещё отчёты Джейми не проверял так быстро. Хотя видит Мерлин, отключить внимание от этого чуда, что на самом деле увлеклась чтением прямо перед его носом, было решительно невозможно. Совесть и желание пойти у этой капризной принцессы на поводу боролись в нём как два исполина с переменным успехом. И неправильного сквиба бросало то в жар, то в холод. А предмет его желаний выглядел так трогательно, с увлечением уткнувшись в книжку, и, казалось вовсе не подозревал, какие страсти бушуют совсем рядом.

Благо, этот отчёт он уже успел выучить наизусть, и все эти безумные чувства вовсе не помешали справиться с привычной работой. Захлопнув фолиант, он посмотрел ещё раз на Агнешку и тихо осведомился, не доверяя голосу:

- Про поцелуи вы не шутили?

Она подняла головку, одарила его затуманенным взглядом, и прикусила губу.

- Нет, и не передумала, - серьёзно ответила девчонка. - У меня в этом, знаете ли, опыта мало совсем, а вдруг понадобится.

А в следующий миг она вскочила с кресла, и на него налетел маленький тайфун. Юная пани без всякого зазрения совести умудрилась протиснуться между ним и столом - пришлось поспешно отодвинуть кресло - и влезла к нему на колени, устраиваясь с удобством. Пришлось спешно обнять красотку за талию, и медленно умирать, чувствуя, как тонкие руки обвились вокруг его шеи. Манящие губы девушки оказались совсем близко. А глаза чертовка просто зажмурила.

- Ну?! Я жду, - нетерпеливо заявило это чудо. И коварно облизало губы маленьким язычком. - Джейми?

- Вы сами этого хотели, - пробормотал он, сдаваясь в неравной борьбе и осторожно прижался к подрагивающим губам. А дальше он просто потерял голову. И ученица оказалась из самых талантливых, так что увильнуть от самого настоящего и подробного урока у Джейми не было никаких шансов.

- Запираться надо! - голос Гидеона прозвучал как гром среди ясного неба, мгновенно возвращая неправильного сквиба на землю.

Агнешка отреагировала ещё быстрее, просто нырнув под стол.

- Я... это...

Гидеон фыркнул и покачал головой.

- Мне бы отчёт скопировать и отправить. А Агнешку ищет мисс Каркарова. У вас пять минут, голубки.

Наследник рода Прюэттов вышел, неплотно прикрыв дверь.

- Вы живы? - Джейми вскочил, обходя стол. сердце в груди стучало как ненормальное.

Агнешка выползла с его стороны. Оказалось, девушка уже вполне успела привести в порядок свою одежду. Джейми откашлялся, протянув ей руку, чтобы помочь подняться. И тут же снова оказался в объятиях девчонки.

Глаза Агнешки весело блестели.

- А остальное так же здорово? - спросила она с любопытством.

- Остальное? Пани, нас ждут, мы не можем и дальше заниматься глупостями!

Несмотря на твёрдость голоса, внутренне неправильный сквиб никакой уверенности в этом не испытывал.

- А если поженимся?

- О, тогда сколько угодно, - он коротко поцеловал прелестный ротик и решительно отстранил от себя девушку. - Только это невозможно, пани Мнишек. Я - совершенно не подхожу вам. И ваш опекун никогда не даст своего согласия на такой неравный брак.

- Это мы ещё посмотрим! - задрала подбородок Агнешка. - Я в ванную!

Неправильный сквиб горестно вздохнул после бегства девчонки, придирчиво осмотрел себя в зеркало, поправляя одежду, и отправился искать кузена. Объясняться по поводу безобразного поведения предстояло позже, когда проводят гостей.

***

Увидев цветы, Кэти округлила глаза совсем как сова Разбойница. Санни постаралась сдержать смешок. Фабиан кусал губы, ожидая реакции. Кэти дышала свежим воздухом, стоя на крыльце базы, когда они оказались совсем рядом.

- Это мне? - мисс Хоган с удивлением оглядела букет и осторожно взяла. - Спасибо!

- Кэти, - Фабиан отступил и спрятал руки за спину. - Знаешь, может мы неправильно начали знакомство, но что мешает попробовать снова? В конце недели у меня будет свободный день, могли бы куда-нибудь сходить.

- Свидание? - усмехнулась мисс Хоган. - Я рада конечно, только со мной все эти танцы-пляски не обязательны. Фабиан, пойми, мне просто надо немного времени, чтобы прийти в себя и подумать. Просто, оставь в покое, ладно? Я сама тебе напишу... Позже.

Он мрачно кивнул и прошёл в дом, не сказав больше ни слова.

Санни сочувственно поглядела на Кэти, поднялась на крыльцо и остановилась рядом.

- Глупая я, да? - спросила её подруга.

- Ничуть, - Санни обняла её за талию. - Подумать всегда полезно. Мне так кажется. Фабиан славный.

- Да я уже поняла. А ты не знаешь, Фабиан светлый маг?

Санни кивнула.

- Тёмный у нас Гидеон. И ещё я. А это для тебя важно?

- Я полукровка, - пояснила Кэти, словно это всё объясняло. И посмотрев на Санни усмехнулась. - По-моему это уже все знают. Я залетела от твоего брата. Вот, приехала поставить в известность.

Санни ахнула.

- А что Фабиан?

- Жениться хочет. Только я пока не знаю. Сложно всё это. Никогда не думала заводить семью, всё такое.

- Понимаю, - покивала Санни. - Страшно вот так решиться. Это же навсегда.

- Вот именно, а я только привыкла к свободе, - Кэти глубоко вздохнула и вдруг задорно улыбнулась. - Ладно, не грусти, прорвёмся, как говорит Долоховский домовой. Пойдём, что ли? Холодно тут.

Прощание вышло бурным. Девушкам, подружкам Кэти, очень понравились драконы и "вообще всё-всё". Надеялись приехать ещё. Санни заметила, как странно поглядывает Джейми на Агнешку, решила его попытать при случае. Фабиан с Гидеоном расцеловали её на прощание. Девушки обещали писать и заверили, что все будут на балу у Лестрейнджей, так что будут рады вновь увидеть Санни и её братьев. Кэти даже пригласили остаться погостить, но несмотря на умоляющий взгляд Фабиана, та отказалась.

А дома у Мюриэль её ждала мама. Задерживаться они не стали, сразу переместились камином к себе домой. Отец ждал их к ужину. Расспрашивал Санни, что она увидела в заповеднике, посмеивался над её испугом от драконов. А потом пригласил в свой кабинет.

Мама ласково кивнула, мол, ничего не бойся.

- Дочь, - на этот раз отец не стал садиться за свой стол, а присел прямо на его край, скрестив руки на груди. Санни вдруг стало тревожно. - Я помню о нашем договоре, но, как обещал, сообщаю тебе о предложениях, поступивших мне сегодня. Ты догадываешься, кто навестил меня сегодня?

- Нет, - дыхание перехватило.

- Лорд Лестрейндж. Он официально просил твоей руки для своего второго сына Рабастана.

- А ты? - кажется она даже дышать перестала. Ноги отказывались служить, и Санни присела на ближайшее кресло.

Джейсон Прюэтт покачал головой.

- Я же обещал. Так что лорд Лестрейндж осведомлён, что этот вопрос я оставил на твоё усмотрение. Но ты должна знать о намерениях этой семьи.

- Спасибо, пап!

Он усмехнулся. Но тут же серьёзно спросил:

- Ничего не хочешь мне сказать по поводу Рабастана Лестрейнджа?

- Пап...

- Иди, отдыхай, дорогая, - он подошёл и поцеловал её в лоб. - Если что-то решишь, сообщи мне, хорошо? Помни, что я на твоей стороне, как бы всё не повернулось.

Благодарно кивнув, она сбежала к себе и упала на кровать, зарываясь лицом в подушку. Как всё не вовремя! И Рабастан далеко. И непонятно, что делать и как быть. А ещё есть Магнус Нотт...

Глава 44

Только поздно вечером, сдав с рук на руки взволнованной домовушке измученную непривычным шопингом, но довольную невесту, Трой вернулся домой и сразу почувствовал неладное. Правда, сильный стук в дверь тут же прояснил, кто мог его побеспокоить.

Хейли сгрузил покупки на пол и пошёл открывать беспардонному Шону Кроули. Распахнув дверь с заготовленным предложением валить к Мордреду и не мешать ему готовиться к важнейшему событию в жизни, Трой только и смог молча таращиться на происходящее. Потом всё же шагнул на крыльцо и скрестил руки на груди. Вопрос задал холодно:

- В чём дело?

- Ты вот что, сынок, не строй из себя самого крутого, - сурово отчитал его старый Бойд. - А скажи парням, что делать нужно. Слышали, крыльцо не успел обновить и крышу над террасой?

Боевики одобрительно зашумели, не скрывая ухмылок.

- Меня благоверная из кухни выгнала, - меланхолично заявил Кроули, - а запахи оттуда... Так что давай, показывай недоделки и не артачься.

Трой не понял, какое отношение имеют запахи к его крыльцу, но благоверная Кроули, прекрасная Эмбер, выгнала, по всей видимости, не только Шона, но и сыновей. Старшенький Глен был явно этому рад, а младший, Корделл, тем более - будучи ещё неженатым, парень жил с родителями постоянно, а не как старший, гостивший по выходным.

У остальных боевиков, обступивших его крыльцо, наверняка тоже были заготовлены причины нежелательности проводить вечер дома, и Трою их выслушивать не хотелось точно. Немного ещё посопротивлявшись для вида, он махнул рукой и отпер подвал, вход в который находился возле крыльца.

- Доски, инструменты там. Стэнфилд, ради Мерлина, пусть Шон Кроули к крыше даже близко не подходит!

- Да кто ж его пустит туда? - засмеялся Бран Сеймур. - Глен, будь добр, присмотри за папашей.

- Остряки, - фыркнул Шон Кроули, подхватывая доски. - Глен, Корделл, за мной! Мы крыльцо делать будем. Мужики, кто с нами?

Трой немного посмотрел, как разоряют его запасы стройматериалов и вышел на улицу, только тут же об этом пожалел. Тори Стэнфилд выступила из группы жён боевиков и подбоченилась:

- Хейли, показывай, как живёшь. По-хорошему просим пока что.

- Да что такое? - взорвался он. - У меня свадьба завтра!

- И мы о том же, - Энди Сеймур ему подмигнула. - Лучше смирись, мы только пыль смахнём.

Хейли прикрыл глаза, понимая, что если с мужиками он смог бы попробовать сладить, то с их жёнами и пытаться не стоит. Скрипнув зубами, он в два шага поднялся на скрипучее крыльцо и распахнул дверь.

- Прошу! - шутовски поклонился дамам.

Те одарили его насмешливыми улыбками и всей толпой устремились в дом.

- Для жениха ты больно хмур, - хихикнула Линни Бетани, самая молоденькая из замужних ведьм ковена, и подмигнула.

Трой глубоко вдохнул, медленно выдохнул и вошёл следом. Стоя на пороге, он с ужасом глядел на бурную деятельность, которую за пару секунд успели развести женщины.

- Трой, - крикнула Энди из кухни. - Ты набор кубков мыл хоть раз? Только не говори, что даже не пользовался после покупки.

Хейли в панике глянул на Линни, которая заклинаниями чистила ковёр неподалёку, и одними губами произнёс:

- Я ушёл!

Она беззвучно рассмеялась и закричала в сторону кухни:

- Энди! Хейли уже сбежал! С тебя галеон! Слышишь меня?

Этого вынести Трой уже не мог, рванул на улицу, и едва не упал. Крыльцо уже успели разобрать.

- Это подновить называется? - обалдело спросил он скалящегося Шона, спрыгивая на землю.

- Полностью переберём, тут делов-то. Блядь, парни, кто опять стамеску забрал?

Трой тоже выругался, и бесцельно двинулся в сторону реки.

- Хейли, - окликнул его дедок Бойд, стоящий на тропинке, - а я тебя жду. Пойдём к нам, дочка вкусный ужин приготовила, Джонни спит уже, поешь и выспишься как человек. Ты же знаешь, комната Грея свободна.... А эти на полночи тут зависнут, оно тебе надо?

Трой оглянулся на ярко освещённый дом, откуда слышались крики и мат боевиков, громкий хохот весельчака Сеймура и нестройный стук молотков, вздрогнул и поспешно кивнул.

- Спасибо!

Дженни Бойд встретила его радостной улыбкой.

- Трой, я тебе уже постелила в комнате Грея, - сообщила она. - Ужин на столе, но если есть не хочешь, то можешь сразу идти отдыхать. Пап, ты бы поглядел, что там Джонни, мне кажется, он приболел. Я не могу, у меня тут пироги уже подходят.

- Праздник какой-то? - из вежливости спросил Хейли, стоя на пороге.

Она оглянулась с весёлым изумлением. В смешном фартуке, с испачканной в муке щекой, с волосами, убранными в высокий хвост, Дженни выглядела совсем юной.

- Трой, ты в порядке?

- Что?

- Я готовлю пироги на твою свадьбу, - просто ответила она. - Так ты как, голоден?

И тут до него стал доходить весь масштаб устроенной им лично катастрофы. Хейли зажмурился и замотал головой.

- Мы поели в городе, - быстро сказал он. И зачем-то пояснил: - Я и Чарити. Пойду спать, если не возражаете.

- Спокойной ночи, - кивнула Дженни.

В комнате Грея Бойда он не был, наверное, со дня похорон друга. Замерев возле застеленной белоснежным бельём постели, Трой огляделся и почувствовал, как защемило что-то в груди. Зря он сюда пришёл! С Греем они дружили, с самого детства были неразлучны, пока Бойда не отправили в Дурмстранг, а его в Хогвартс. С портрета смотрел красивый парень в форме Дурмстранга.

- Я женюсь, Грей, - тихо произнёс Хейли.

И вздрогнул, когда Бойд-школьник серьёзно кивнул:

- Мне сказали. Ты изменился. Почему не заходишь? Я ждал тебя.

Трой прикрыл глаза, вспоминая. Несчастный случай во время финальной игры в квиддич на седьмом курсе. Они хотели отпраздновать окончание учёбы в кабаке старика Тома: пить всю ночь напролёт, как взрослые. А может, ещё что-нибудь придумали бы. Вместо этого Трой впервые в жизни напился в одиночестве на похоронах лучшего друга. В глазах защипало.

- Откуда этот портрет? - спросил он хрипло, открывая глаза.

- Девчонка одна нарисовала, - Грей пожал плечами настолько знакомым движением, что у Троя перехватило дыхание. - Я хотел тебя с ней познакомить, хорошая была. Она - единственная в нашей группе была из Англии, ну и я, конечно. Мы с ней вместе зачаровывали, прикольно было. Думал, тебя удивить... Трой, забери меня к себе, будь другом, а?

- Я... Ты что, я не могу, - Хейли попытался улыбнуться, но вышло скверно. - Что скажет твой отец?

- Да хреново мне тут! - воскликнул Грей резко, но постарался взять себя в руки. Отвернулся, никогда он не любил, чтобы видели его слабость. Такого спокойного парня среди ковенцев и не найти было. Всегда улыбкой встречал любую опасность. Шутил, когда было больно. Утешать умел, как никто другой. Только однажды Трой видел, как он плачет - когда их с Дженни мама умерла после долгой болезни. А сейчас он сжимал побелевшие кулаки и говорил торопливо, горячечно: - Никто не заходит месяцами, понимаешь?! А если зайдут... Лучше бы вообще забыли! В глазах отца такая тоска, а Дженни плачет каждый раз. Я поэтому и не разговариваю с ними, не хочу бередить их раны. - Он вдруг запнулся и посмотрел на друга с широкой улыбкой. Речь его снова стала плавной и лениво-насмешливой: - Виданное ли дело! Говорящий портрет в ковене...

- Ты сдурел, да? - внезапно рассердился Трой. - А ничего, что они тебя любят? Что им хочется знать...

Он замолчал так же внезапно, как вспылил. Отвёл глаза от грустной улыбки Бойда.

- Хочется знать, как я умер, да? - откликнулся юный Бойд. - Так я же не знаю. Я утром должен был идти на игру. Трой, ты не понимаешь, я не могу заговорить с ними теперь. Столько лет прошло! Сколько, кстати?

- Как ты жил! - возразил Хейли и опустился на стоявший возле изголовья кровати стул. - Они хотели бы знать, как ты жил! К Мордреду, Грей, что ты за придурок, а? И почему заговорил со мной? Молчал бы и дальше!

- Ну извини! Я думал, ты будешь мне рад. Поговорим... - Бойд на картине отвернулся.

- Обижайся, сколько влезет, - сердито ответил Трой. - И о чём нам разговаривать? Ты мальчишка, сопляк, а я взрослый мужчина.

- Который женится на моей ровеснице, - хитро улыбнулся Бойд. Он никогда не обижался надолго. - Как ты считаешь, Трой? Чем мысли юноши отличаются от мыслей такого матёрого боевика, как ты? Почему ты не хочешь поговорить?

- А я что делаю сейчас? Не знаю, чем отличаются, - недовольно откликнулся Хейли. Посмотрел мрачно на портрет и не удержался: - Я ненавижу тебя, Бойд! И ненавидел все эти годы. Двадцать три года - ты хотел знать, сколько прошло времени. Какого хрена ты погиб? Зачем, ну зачем стал играть в эту тупую игру на седьмом курсе?

- Замена понятий, - фыркнул Бойд. - Ты любил меня, Трой, все эти годы. Двадцать три, да? Просто ты был обижен, что я оставил тебя одного, такого несчастного и одинокого.

- Ни хрена ты не понимаешь, психоаналитик хренов!

- Это я тебе рассказал, кто они такие! - торжествующе усмехнулся Бойд.

- Да ты сам-то видел хоть одного? - фыркнул Трой. - Ни хрена ты не видел! Всё по верхам, увлёкся этими маглами, но также, как и всем остальным - ненадолго.

- Много ты понимаешь! - не обиделся мальчишка. - Я чары хорошо знал. Ты-то, наверняка до сих пор моешь посуду руками? Скажешь, нет?

- Мне не сложно! Я вообще предпочитаю многое делать руками. Тебе не понять.

- Я ж говорил! Трой, дружище, я знаю тебя, как облупленного. Вот скажи, кто ещё в курсе, как ты сох по своей Летти? Молчишь, кривишься? Вот именно. А что ты мечтал стать наставником в ковене? Что хотел поколотить некоего Прюэтта, но понимал, что он тебе не по зубам? Что мечтал, чтобы барыги в Лютном дрожали от звука твоего имени. Дрожат, а, Берсерк? Мечтал потерять девственность с вейлой... не удалось, да? А кто ещё знает, что ты обожаешь выстругивать из дерева забавных зверюшек; бродить по лесу просто так, вслушиваясь в звуки; съедать хрустящую корочку у булочек с корицей мадам Паддифут, а остальное накрошить совам. Я все твои секреты знаю. И ты говоришь, нам не о чём разговаривать?

- Ты знаешь секреты, которые уже никому не интересны. Что-то сбылось, что-то нет. И что? Я давно переболел и первую любовь, и...

- ...потерю друга. А незаметно, Трой. Меня ты не забыл. Не можешь отпустить, да?

- Это ненормально! - Хейли вскочил и заходил по комнате. - Ну кто тебя просил разговаривать, придурок? Мне выспаться нужно, завтра свадьба! Чем я занимаюсь? Болтаю с дурацким портретом! Да что ты знаешь про моего друга?

- Всё, - холодно произнёс Бойд. - Все мысли и чувства. Всё, что случалось в жизни. Я наизусть помню все книги, которые прочёл. Я - это слепок памяти Грея Бойда. Но знаешь, что, Трой? Человек - это и есть его память. И знаешь, что ещё? Имей в виду, я на полном серьёзе... Я бы на месте министра запретил писать портреты и их зачаровывать. Совсем запретил!

- Почему? - от удивления Трой снова опустился на стул.

- Потому что это бесчеловечно! Мне так обидно, что я всего лишь портрет! И самое поганое знать, что ничего я в жизни не достиг, не осуществил ни одной мечты. Не женился, не воспитал детей, и никогда уже не буду нянчить внуков. Не погуляю на твоей свадьбе, никогда больше не набью тебе морду... Джонни, мой племянник, растёт безотцовщиной. И если я был бы жив... Чувства-то никуда не делись, понимаешь? Трой, забери меня или сожги портрет к мордредовой бабушке. Что тебе стоит? Инсендио и всё.

- Что ты говоришь такое?

- Не пугайся, это не убийство. Я давно уже умер, хотя так и не смог понять, как такое могло произойти со мной. Ведь ничего не предвещало! Я измучен и проклинаю тот день, когда затеял эту дурь с портретом. Если бы ты забрал портрет себе, может, стало бы легче. Ты всегда меня понимал. А так... Я б запретил портреты, Трой. Не плачь!

Трой Хейли и не знал, что он ещё способен плакать. С удивлением тронул мокрую щёку. Вздохнул судорожно.

- Что я могу сделать? - спросил с мукой в голосе.

- Палочка с собой? - решительно спросил Грей. - Есть одно простое заклинание. Оно гасит портрет, делает его простым рисунком. Я почему и заговорил, сразу хотел попросить. Но... Это ведь ты, Трой! Мой лучший и единственный друг, захотелось поговорить напоследок...

- Давай поговорим!

- Если только поклянёшься, что потом применишь это заклинание к портрету! Ты должен это сделать. Я больше никому не доверю такое.

Трой молчал долго, очень долго, а Грей терпеливо ждал, не нарушая тишины. Только вглядывался в лицо Хейли, словно хотел запомнить навсегда каждую черту повзрослевшего друга.

- Что за заклинание? - Трой не знал, было ли в его жизни что-то страшнее, чем этот простой вопрос. - Я сделаю, Грей, клянусь! Только расскажи о себе. Ты обещал, помнишь? Что ты мне всё-всё расскажешь, что было за последние полгода в твоём Дурмстранге.

Они разговаривали несколько часов. Трой задавал вопросы, переспрашивал, они даже несколько раз от души посмеялись. Хейли рассказал другу о Чарити, про её непослушные кудряшки и смешные тайны. Бойд всегда умел слушать.

- Береги её! - сказал он. - А знаешь, мой друг, тебе очень повезло, что ты её встретил. Ведь полюбил, да? Вот так, сразу?

- Не сразу, - задумчиво возразил Хейли. - Только когда она попросила заплести косу. Знаешь, я не умею. Возился с её потрясающими волосами и вдруг понял, что никому не отдам! Понимаешь?

- Ещё как! - серьёзно сказал Бойд. - Это хороший день, чтобы уйти. Клятва, Трой!

- Уже?! - растерялся Хейли. - Но...

- Пора. Отпусти своих демонов, Берсерк! Живи, друг, расти сыновей. Наслаждайся тем, что тебе дано. И вспоминай меня иногда без этой твоей ненависти. Ты ведь не шутил, да?

- Нет. Да. Прости меня, Грей!

- Ты прости, мне жаль, что мы так и не напились, как взрослые. Я ухожу счастливым. Только тебя и ждал все эти годы. Я не хочу быть ни призраком, ни портретом. Никогда не хотел... Уж лучше честная смерть. Говорят, если портрет погасит таким заклинанием самый близкий человек, то душа - не смейся - родится через девять месяцев в младенце. Дурь, да? Так знай, что ближе тебя у меня никогда никого не было. А теперь всё, не тяни, умоляю! Заклинание, Трой. Я готов!

- Прощай, Грей, и у меня не было лучшего друга, чем ты!

- Прощай, Трой. И будь счастлив.

Заклинание оказалось неожиданно мощным, портрет окутала дымка. Когда она рассеялась, изображение Грея как будто чуть смазалось. Глаза смотрели весело, друг улыбался чему-то. Чему-то хорошему и светлому.

Трой дважды его позвал, и когда ничего не изменилось, рухнул на кровать, мгновенно забывшись сном. Разбудила его Дженни.

- Пора, Трой! Завтракай и отправляйся за невестой. Всё уже готово.

Первым делом он бросил взгляд на портрет и поразился произошедшим изменениям: Грей Бойд был изображён мальчишкой лет десяти, не больше.

- Я никогда не видел этот портрет! - сказал он Дженни. - Откуда он?

- Портрет Грея? Да висел в кабинете отца, сколько себя помню, - растерянно сказала она. - Наверное, папа и принёс. Ну, может для тебя, не знаю. Ты в порядке?

Хейли задумчиво кивнул. Конечно, он в порядке. Только... Разве такое могло присниться?

- Тебе пора, - Дженни ещё раз улыбнулась и вышла из комнаты.

- Прощай, Грей, - прошептал Трой, глядя на задорно улыбающегося мальчишку. Джонни, племянник, совсем был на него не похож. И к лучшему.

Он быстро привёл себя в порядок, отказался от завтрака, только выпил чашку крепкого кофе. Поблагодарив хозяев, почти бегом вернулся к себе в дом. Крыльцо преобразилось. Ступени стали шире, завершаясь наверху широкой площадкой перед дверью с резными бортиками. По бокам площадки были приделаны скамейки, а посредине лежал самоочищающийся коврик. Стоило на него встать, как его обувь подверглась атаке неприметных щёток. Пара секунд и шуршание прекратилось. Он давно о таком мечтал, только до покупки руки не доходили.

Крышу он уже смотреть не пошёл, метнулся в дом, на ходу удивляясь переменам и чистоте. Вспомнил было о покупках, но сумок нигде не было, видимо, разобрали без него. Застыл на минуту у кровати в спальне. Она стала вдвое шире. Или... Ну конечно, заменили на новую, на его холостяцкой койке не было таких металлических завитушек у изголовья. Постельное бельё новое и подушек - целых четыре.

Трой покачал головой. И вздрогнул от стука в дверь. Так коротко и дробно стучал только патрон.

- Сэр, - распахнул он дверь.

- Я не поверил Бастинде, что ты ещё здесь, - усмехнулся Ричард Лестрейндж. - Волнуешься?

- Не знаю, - он и правда не понимал, всё было слишком странно.

- Возьми, это портключ к месту бракосочетания. Не дело аппарировать перед церемонией, - Лестрейндж вложил ему в руку маленький серебряный кубок с тремя ручками. - Там же ещё её отец?

- Спасибо! - обрадовался Хейли. - Да, мистер Бербидж. Больше у неё никого нет.

- Понятно. Подарок нравится? - Ричард посмотрел с намёком в сторону спальни.

- Кровать! А я-то не мог понять, откуда... Спасибо, сэр!

- Ладно, мы вас ждём. Ты уж постарайся недолго.

Чарити плакала в своей комнате, когда он вошёл в дом её отца. У Троя сжалось сердце. Но вид Бербиджа, который преспокойно завтракал в кухне, немного успокоил.

- А вот и жених! - воскликнул тот довольно. - Дочка с утра боится, что вы передумаете. Я же отвечаю, что не бывать такому. Не слушает. Хоть вы ей скажите... Черри!

Невеста уже сама выскочила из комнаты. Растрёпанная, с покрасневшими от слёз глазами, несчастная и растерянная. Увидев его, замерла на мгновение, а потом бросилась на шею. Трой подхватил, неуверенно гладя по чудным растрепанным кудряшкам.

- И что случилось?

- Я кольцо потеряла, - губы скривились, как у ребёнка. - Всё обыскала! И Акцио не действует...

- Ты что, колдовала? - испугался он.

- Не я, а папа. Не нашли!

- Чарити, я же говорил, что вешать его на шею - дурацкая идея, - вздохнул Трой доставая палочку. Возможно, его Акцио сработает лучше.

- Ой! - лицо невесты тут же осветилось, она высвободилась из его рук, вытянула цепочку из выреза кофточки и засмеялась, глядя на кольцо. - Трой, я совсем забыла!

- Трагедия закончилась? - он приподнял подбородок невесты, заглядывая в сияющие глаза. -Потому что нас всё ещё ждут на бракосочетание. Тебе не понравилось платье?

- Ты что! Понравилось! Я сейчас! - Чарити преобразилась на глазах, решительно ринувшись в комнату. За ней последовала Хлоя.

Не прошло и десяти минут, как она появилась снова, смущённо улыбаясь. В платье и с высокой причёской Чарити походила на сказочную принцессу. От слёз не осталось и следа. Трой зачарованно уставился на невесту, а потом вздрогнул, увидев в её руке перемотанный верёвками старый чемодан.

- Мордред! Как мы забыли?! Это я виноват.

- Что? - сразу испугалась она. - А! Тут все мои вещи.

- Оставь! Потом заберём, - решил он. - У нас портключ прямо к месту церемонии.

- А, хорошо! - Чарити с облегчением опустила чемодан на пол. - Хлоя пока останется здесь, мы решили, что она поживёт с папой несколько дней, а потом уже переберётся к нам. Надо, чтобы малыш хоть немного подрос.

Домовушка смущённо выглянула из-за хозяйки, на ней было что-то вроде белой парадной туники.

- Конечно, так будет лучше, - одобрил Хейли, который никогда не имел домовиков. - Мистер Бербидж, готовы?

- А как же, только мантию надену. Только мантию, - он скрылся в соседней комнате и сразу вернулся уже в новенькой мантии сливового цвета. Чарити оказалась права, фасон прекрасно ему подходил, делая даже немного солиднее.

Хейли достал из кармана презент лорда Лестрейнджа.

- Милая! И вы, мистер Бербидж! Возьмитесь за ручки этого кубка, пожалуйста.

***

- Задерживаются, - хмыкнул Ричард, подходя к Бастинде и Сольвейг. - Отлично украсили шатёр, дорогая.

- Я бы удивилась, прибудь они вовремя, - заметила Сольвейг. - Как вспомню вашу свадьбу, и как нервничала Бастинда перед твоим приходом...

- Мама! - Бастинда взяла мужа под руку. - Не слушай её, дорогой. Я была само спокойствие. Лучше скажи, тебе всё нравится?

Сольвейг усмехнулась и подошла к мальчику Робертсов. Тот стоял рядом с Джонни Бойдом, по слухам, детишки сдружились. Даже выражение лиц было одинаковым сейчас - малолетние друзья с любопытством присматривались к высокому трёхъярусному свадебному торту, косясь на окружающих.

- Спорим, никто не заметит, если убрать ту розочку, - шептал сладкоежка Джонни.

- Заметят, - не соглашался малыш Антуана. - Была бы палочка, можно было бы иллюзию на её место наколдовать.

- Да ладно, - Джонни шмыгнул носом. - Смог бы? А что если позаимствовать... Я знаю, где дедушка держит палочку дяди Грея.

- Ты ведь Северус? - вмешалась Сольвейг, решив намекнуть старине Бойду, что палочку сына следует перепрятать.

Мальчишки вздрогнули и одновременно вжали головы в плечи. Но Северус тут же выпрямился и поклонился:

- Да, миссис Гамп! Здравствуйте! Не говорите папе...

- Что вы съели розочку, а я наколдовала иллюзию? Конечно не скажу. Это будет наша маленькая тайна.

Джонни Бойд расширил глаза, а Северус хитро улыбнулся и быстрым движением снял с торта одну из крупных роз.

Сольвейг шевельнула палочкой, возвращая торту иллюзию целостности. А мальчишки в один миг разделили лакомство и проглотили.

Миссис Гамп подмигнула ребятам, достала из кармана два белоснежных платочка и вручила лакомкам.

- Приведите себя в порядок, молодые люди. Платочки оставьте себе.

- Спасибо, мэм! - выпалил мелкий Бойд, широко улыбаясь.

- Спасибо, миссис Гамп, - Северус отобрал платок у Джонни, и вытер ему нос. - Держи!

- Советую теперь отойти от торта, - Сольвейг усмехнулась, когда мальчишки дружно развернулись и побежали к краю поляны. Она полюбовалась ещё раз на шедевр, созданный домовиками и пошла к женщинам и девушкам, собравшимся возле столика с горячим кофе. Она чуть было не проговорилась мальчишкам, что около торта постоянно дежурит невидимый домовик, старательно восполняя потери, нанесённые такими же маленькими хулиганами. Наверное, стареет.

***

- Иллюзия замка хороша, - похвалила Бастинда супруга, когда они дошли до хлипкого мостика.

- Спасибо, милая. Уверен, сам замок будет не хуже.

- А успеют ли доделать к приезду Басти? - Бастинда развернулась к мужу, и поглядела на собравшийся ковен. - Даже жаль, что его нет сейчас с нами. Руди расстроен.

- Успеют, если верить пройдохе Кросби. - Ричард приобнял её, поцеловав в висок. - Руди переживёт, вон как невесте улыбается. И ты прекрати уже так волноваться. Вчера я был у Прюэтта.

- Ричард! - она неверяще поглядела в смеющиеся глаза мужа. - Ну говори же! Что Джейсон Прюэтт? Неужели дал добро?

- А то, - осклабился лорд Лестрейндж. - Да нечего особо рассказывать. Выпили по глотку дорогущего коньяка. Поговорили. На официальное предложение помолвки его дочери и Рабастана, Прюэтт отреагировал ожидаемо - решил не неволить дочь, будет сама выбирать. Не хмурься, это не всё.

- Не представляю, что ещё...

- Джейсон был в отличном настроении, так что я решил сразу озвучить просьбу о разрешении для Басти ухаживать за его дочерью.

- И что он?

- И вот тут он явно остался доволен, - усмехнулся Лестрейндж. - Знаешь, так и заявил: "Ничего не имею против". Так что сама понимаешь...

- Всё в руках Рабастана! - задумчиво покивала леди Лестрейндж. - И это всё?

- Ну а что... Ах да, он намекнул, что совсем не прочь породниться с нами. Но сам пока не знает, что хочет его дочь.

- Про Нотта речи не было?

- К моему счастью - нет. И знаешь, мне кажется, Прюэтт был рад моему визиту.

- Даже так? Наклонись, милый.

Оторвавшись от поцелуя, Ричард быстро взглянул на гостей, но к счастью в их сторону никто не смотрел.

Бастинда рассмеялась:

- Прекрати вести себя как нашкодивший мальчишка. Если тебе легче будет, я навесила на нас иллюзию мирной беседы.

- Что ж ты сразу не сказала? - усмехнулся он и притянул её ближе. - А место ты выбрала хорошее для свадьбы. Заслуживает отдельного поцелуя.

- Давай уже, - поторопила она. - Молодые вот-вот появятся.

Просить дважды не пришлось.

Решение устроить свадебный пир именно в этом месте, пришло в голову Бастинды накануне, во время послеобеденной прогулки с Ричардом. Супруг предложил пройтись в сторону реставрируемого старого замка.

Шли неспешно, она ведь не знала тогда, что он побывал у Прюэтта, так что разговаривали о пустяках и о свадьбе Троя. Остановились на плато, за которым река плавно изгибалась, стеснённая невысокими холмами по берегам. Дальше течение её ускорялось, русло заворачивалось подковой и, освобождённая от пут, она разливалась широко и текла дальше вольготно и неспешно.

С этого места открывался замечательный вид на замок, возвышающийся на противоположном берегу.

Предзакатное солнце отбрасывало косые лучи на землю, отчего снег окрасился в нежные полупрозрачные розовые тона, а тени углублялись и голубели, делая пейзаж удивительно лёгким и романтичным.

- Тебе нравится? - Ричард приобнял супругу. Взгляд его обратился к стройке. К сожалению, большую часть замка скрывали строительные "леса", но стены уже выросли, и общие очертания можно было разглядеть. Работники вовсю орудовали как молотками и другими инструментами, так и заклинаниями, летящими разноцветными лучами то тут, то там.

- Безумно! Но, главное, чтобы Басти принял этот подарок. - Она со вздохом откинула голову на широкую грудь мужа, любуясь видом. - Упрямец же, весь в тебя.

- А то! - ухмыльнулся Ричард, решительно разворачивая её к себе лицом. Бастинда рассмеялась, и сама первая поцеловала мужа, привстав на носочки сапог. А потом решительно отстранилась. - Здесь самое лучшее место для шатра!

- В самом деле? - Ричард скептически огляделся.

- Да, - Бастинда чуть отошла от него, словно прикидывая, что где будет. - Идеально подходит для реализации моих планов! Шатёр будет располагаться вон там! Очистишь от снега?

Она махнула рукой на широкую поляну между холмами.

Лорд Лестрейндж усмехнулся и в несколько взмахов палочки расчистил круглую поляну вокруг места, где предположительно будет шатёр. Поймав взгляд супруги, подмигнул и создал ещё широкую, ровную дорожку к самой реке и небольшой променад у кромки воды, до самого мостика, всё ещё находящегося в плачевном состоянии.

- Спасибо, - Бастинда чмокнула его в щёку. - Зови мужчин, пусть устанавливают. Украсим, наложим стазис. Завтра только и останется- еду доставить.

Вассалы на призыв откликнулись быстро, и очень толково отнеслись к объяснениям хозяйки, расставив шатёр, доставленный домовиками.

Бастинда и несколько жён боевиков, которые не смогли упустить такого события, как подготовка к свадьбе, украсили проёмы и своды шатра розовыми соцветиями глицинии. Развесили колокольчики под потолком, где парили, уже запущенные Ричардом круглые магические светильники, увитые лозой со свисающими вниз голубыми и белыми цветами.

По периметру шатра расположились круглые столики, количество стульев и размер стола менялся в зависимости от количества решивших расположиться за ним гостей. Приняв во внимание тот факт, что виновник торжества недолюбливает строгий церемониальный протокол, подачу блюд решили сделать в виде "шведского" стола.

Стройку же Ричард прикрыл красивой детальной иллюзией средневекового замка, после чего был отпущен Бастиндой, которая собиралась "довести всё до ума". Только заверила мужа, что к ужину обязательно управится.

***

Портключ вынес будущих супругов прямо к месту проведения свадебной церемонии. Бербидж сразу отошёл от них на пару шагов и был увлечён стариком Бойдом к гостям. Хейли поддержал покачнувшуюся после перемещения невесту, и они оба с удивлением осмотрелись вокруг. В солнечных лучах снег искрился так, что глазам было больно. Рядом высился белый шатёр, под которым виднелся длинный стол, уставленный угощением, и маленькие круглые столики со всех сторон от него. А вот вокруг поляны собрался, кажется, весь ковен. При параде были все боевики. Их матери, жёны, дочери блистали лучшими нарядами. Малышню тоже нарядили в белые рубашки и приличные куртки. Хорошо, что чары тепла, наложенные, вероятно, дружными усилиями, позволяли не замёрзнуть среди этого великолепия.

Чарити слегка побледнела от вида гостей и сделала шажок поближе к Трою. Он ободряюще улыбнулся своей невесте и крепко сжал её ладошку.

- Не бойся. Все свои! Я и сам не ожидал такого...

Чарити вдруг заметила среди гостей Рудольфуса с Беллатрикс Блэк и смутилась ещё больше.

- Трой!

- Всё хорошо, милая. Давай повернёмся, чтобы можно было начать ритуал. Ты ведь не передумала?

- Нет! - она поспешно развернулась.

Работнику министерства с официальными грамотами Трой очень удивился. Позже оказалось, что того пригласил Долохов, хотя было непонятно, каким ветром его занесло на свадьбу. Церемония прошла быстро, Хейли даже толком прочувствовать ничего не успел, как уже пришло время обменяться клятвами. Чарити нежно улыбалась, когда он надел ей на палец обручальное колечко. Потом она надевала ему кольцо, сосредоточенно хмурясь.

- Можете поцеловать друг друга, - завершил церемонию министерский работник. - Поздравляю вас с магическим браком, зарегистрированным также и в министерстве магии.

Трой охотно поцеловал зардевшуюся супругу.

Потом начались поздравления и вручения подарков. Рядом стоял домовик Лестрейнджей, который забирал подарки после вручения.

Первыми подошли Ричард и Бастинда.

- Трой, Чарити, - Лестрейндж пожал руку Хейли, коротко его обняв. - Примите поздравления от нас с Бастиндой. А это твоей супруге. Добро пожаловать в ковен, миссис Хейли!

Руку Чарити он поцеловал, заставив девушку расширить глаза от удивления. А потом Ричард протянул ей изящный ключ на цепочке.

- Традиционный подарок, - пояснила Бастинда, поцеловав её в щёку. - Небольшая сумма от нас с Ричардом на свадебное путешествие. Вы уж сами заберёте из сейфа в банке, который открыт на ваше имя, миссис Хейли.

Чарити потеряла дар речи, сжав цепочку. Только и смогла пробормотать: "Спасибо большое". И глубоко вздохнула, когда, ещё раз одарив их улыбками, старшие Лестрейнджи отошли к шатру.

Следующей была леди Сольвейг Гамп, как шёпотом представил её муж элегантную даму.

- Я сразу поняла, что вы очаровательны, дорогая, - хитро улыбнулась пожилая леди. - Чтобы захомутать Троя нужен был кто-то по-настоящему необыкновенный. Я не ошибусь, если предположу, что ваши волосы его очаровали?

Хейли покраснел, а Чарити невольно хихикнула:

- Боюсь, что это так, мэм.

- Держи, дорогая, как знала, что пригодится, - леди Сольвейг протянула красивый гребень из красного дерева, украшенный крошечными разноцветными камнями, и плотный журнал. - Делает дивные причёски, стоит запустить в волосы и мысленно пожелать. Образцы причёсок в этом журнале, но можешь и сама пофантазировать.

Чарити поблагодарила, зачарованно рассматривая гребень. И с неохотой отдала его домовику, стоящему рядом. Очень уж ей понравился подарок старой леди. Мечта ведь!

Сольвейг умилённо улыбнулась.

- А это тебе, Трой.

Боевик поклонился, смущённо принимая коробочку. Но на вопросительный взгляд, миссис Гамп только усмехнулась:

- Спрячь в карман, потом полюбуешься.

Она отошла и Чарити вскинула взгляд на наследника Лестрейнджей. Префект был совсем не так серьёзен, как обычно. Даже улыбался очень по-доброму.

- Ты просто красавица, Чарити! - сказал Рудольфус, целуя руку новоиспечённой миссис Хейли. - Добро пожаловать в ковен! Трой, поздравляю!

- Рада за тебя, Чарити! - Беллатрикс Блэк с улыбкой поцеловала её в щёку. - От нас общий подарок. Потом посмотришь. Трой, поздравляю, тебе досталось настоящее сокровище.

Он кивнул, старательно пряча улыбку.

Следом за ними к новобрачным шагнул мальчишка в белой рубашке и черных брючках, смотрелся он уморительно серьёзно.

- Поздравляю, мистер и миссис Хейли! - звонко произнёс он. - Я Северус Снейп, это я сам сварил для вас.

Трой изумлённо косился на красивый флакон, который его воспитанник вручил Чарити. Он слышал, что Северус помогает матери, но как-то несерьёзно к этому относился.

- Это укрепляющее, - продолжал тот. - Флакон подписан! Я хотел сварить сонное, чтобы вы выспались, потому что мама сказала, что свадьба всегда уморительна. Ой! Утомительна. Вот. А папа сказал, что спать вы не захотите сегодня. Вот поэтому я сварил укрепляющее.

Вокруг послышались сдавленные смешки. Чарити прыснула, и смех раздался уже более дружный.

Северус на свой счёт его не принял, старательно поклонился и отошёл в сторону.

- Извиняюсь за сына! Он всё не так понял.

Чарити в ужасе обернулась к следующему гостю и пролепетала:

- Директор Робертс!

Пришлось Трою крепче сжать её руку.

- Миссис Хейли! Примите мои поздравления, - сказал Антуан, ободряюще улыбнувшись. - Здесь я не директор, а ваш сосед. К сожалению, моя супруга не смогла присутствовать, у неё какое-то сложное зелье. Трой, поздравляю! Ты выбрал самую слабую студентку по моему предмету. Но мне жаль, что она решила не возвращаться в школу. Профессор Спраут будет безутешна. А это вам, миссис Хейли.

Чарити, вероятно, не верила своим глазам, рассматривая гербовый пергамент с кучей печатей и подписей.

Она подняла сияющее лицо к мужу:

- Разрешение на домашнее обучение! Трой!

- Да, милая, ты же хотела этого, - он не удержался и поцеловал её в губы. Гости зааплодировали. Чарити смутилась, но глаза её смеялись.

Боевики звучно хлопали его по плечу, а перед Чарити смущались не меньше, чем она сама, бормоча дежурные поздравления. Их жёны и дочери, напротив, целовали раскрасневшуюся миссис Хейли в обе щеки, радостно поздравляли, искренне радовались пополнению в своих рядах и требовали обращаться к ним по любому вопросу.

Конечно, до конца пира молодожёны не досидели, ушли раньше, после первого танца. Трой внёс невесту в дом на руках. Чарити смеялась.

- Это уже второй раз, - пояснила она своё веселье. - Я надеюсь, ты меня поставишь, а не уложишь опять в свою постель.

- Это теперь наша постель, - возразил он, и несмотря на протесты жены, донёс всё же до новой кровати. - И на этот раз, я могу не только смотреть, а делать с тобой всё, что захочу!

- Ты просто пользуешься тем, что я слабее! - она поспешно вскочила. - Мне надо переодеться!

- Дай-ка, я помогу, - вкрадчиво предложил он, скользнув за её спину. - Замрите, миссис Хейли! Теперь я могу командовать, ругаться и учить вас жизни. Не так ли?

- А вы уже научились заплетать косу, мистер Хейли? - спросила Чарити, зажмурившись, но покорно позволяя себя раздевать.

- Вот как, значит! - восхитился Трой, разворачивая её к себе. - А вы научились целоваться, миссис Хейли?

Девчонка в его руках прищурилась:

- Откровенно говоря, поцелую придают слишком большое значение. Я не хотела вас обидеть, мистер Хейли, но то, что вы показали вчера...

- А я-то пытался быть джентльменом! - укоризненно поцокал он языком. - Помните, леди, вы сами напросились!

- Что?! - Чарити испуганно пискнула, когда оказалась лежащей на простынях, а Трой угрожающе навис сверху.

- Не впечатлил, значит? - низким голосом спросил он, наклоняясь к её лицу.

- Сдаюсь! - поспешно выдохнула Чарити. - Я пошутила! Трой!

- Не провоцируй меня, Черри, я хочу быть нежным, -- неожиданно хриплым голосом проговорил Трой куда-то в шею зардевшейся девушке.

У Чарити перехватило дыхание от неторопливых поцелуев мужа, сумбурные мысли ещё мелькали в голове. Как же круто поменялась ее жизнь за три дня! Как быстро этот суровый воин стал ей самым близким и родным за столь короткое время. И как благодарить судьбу, Мерлина и всех богов, что уберегла её от глупой влюблённости в другого, и подарила Троя и горячее чувство к нему, ещё непознанное до конца, но уже такое дорогое, такое настоящее, что не хватит миллиона слов описать, какая она счастливая.

- Посмотри на меня! - потребовал он, нависая над ней. И она утонула в глубине его глаз, и даже короткая боль не смогла испортить волшебства.

Она думала, что это будет так стыдно, неловко, а оказалось горячо, ошеломляюще и просто прекрасно. И так правильно, словно она была предназначена только для него. А он - только для неё.

- Я влюбилась, - поняла Чарити спустя бесконечность.

- Надеюсь в меня? - спросил Трой и ловко перевернулся, отчего она оказалась на нём. И прежде, чем она испугалась своего признания, добавил: - Потому что было бы грустно, если бы ты влюбилась в кого-то другого.

- Трой! Конечно в тебя! А ты меня любишь? - смогла спросить она лукаво, подползая повыше.

- Люблю, - ответил он просто. - Ты есть не хочешь? Или пить?

Она рассмеялась:

- Как не романтично, мистер Хейли! После признания в любви говорить о еде. Но я бы и правда что-нибудь съела.

Он тоже рассмеялся, поцеловал её крепко и отстранил:

- Отдыхайте, миссис Хейли! Сейчас я всё принесу.

***

- Команда ликвидаторов прибыла, - доложил протиснувшийся в щёлку двери Урс, и тут же захлопнув дверь. - Провести их сюда? Они хотят сначала обговорить условия.

Артур взмахом палочки уничтожил наколдованное зеркало. Любоваться на свою рожу было забавно и странно. Но затягивать с этим не стал, не девчонка же. Ну стал чуть выше, волосы слегка потемнели, веснушки исчезли, а кожа стала ещё бледней. А в общем, никаких особых перемен он не ощущал. Уизли (или теперь стоило привыкать к фамилии Уэсли?), посмотрел на Риту:

- Встретим здесь? Чувствую, что щит я некоторое время перед дверью удержу. Если там нет монстров, которые гасят магию.

- Поговорить стоит, если эти ребята смогут прорваться, - кивнула она. - Как считаешь, Артур, если всё же без твоего щита?

- Может, проверим наверху? На мётлах ведь и на какой-нибудь балкон можно перелететь.

Урс оживился.

- На третьем этаже есть большой балкон.

- Тогда приглашай, - решил Артур и снова посмотрел на Риту с нежностью. Она всё ещё выглядела слишком бледной. - Пойдём встречать?

Что больше, чем собственная внешность, удивило Артура, так это сам дом. Или лучше сказать - замок. Исчезла паутина по углам, грязь на полу, затхлый запах. До стерильности было далеко, но по крайнем мере стало значительно чище и светлее. Замок словно оживал вслед за алтарём. Ну а что, древние замки, по легендам, даже свой характер имели, может и этот такой, полуразумный. Артур положил руку на лестничные перила, поднимаясь по широким ступеням, прислушался к ощущениям - ничего. Посоветоваться бы с кем-то, у кого есть свой замок. Только не с Дамблдором! Тем более, что Хогвартс - не его собственность. Да и то, он сейчас в больнице.

На третий этаж добрались без приключений. Балкон тоже нашли быстро. Двери поддались легко, а вот три жуткие гарпии, устроившие на балконе своё гнездо испугать не успели. Команда "ликвидаторов", как назвал ковенцев Урс, спалили уродливых тварей на подлёте и приземлились на широкий балкон.

Артур знал почти всех: Магнус Нотт, Юджин Уркхарт, братья Ники - Клайв и Арес, Флинт, Мэдисон и его то ли кузен, то ли племянник - Бэддок. Ещё двоих он знал куда хуже - Кейси Причард и Ингис Морн, вроде как. Сейчас он был рад даже однокурсникам-слизеринцам. Вот посмотришь на жутких тварей и даже сволочной Флинт кажется неплохим парнем.

- Мистер Уизли, - кивнул Нотт, взмахом руки рассеивая пепел, в который превратилось гнездо гарпий и сами хозяйки. Зато балкон очистился.

- Теперь Уэсли, - хмыкнул Артур, не глядя на остальных. Уж очень удивлённо таращились на него Флинт и Мэдисон. - Здесь поговорим или пройдёте в дом? Правда, там не убрано. Ах да, позвольте представить мою невесту - мисс Скитер.

- Очень приятно, мисс Скитер. Думаю, здесь нормально, - кивнул Нотт. - Тварей тут у вас развелось, господа. Что делать будем? Палим всё адским пламенем, или планируете что-то выращивать? После адского пламени лет десять ничего расти не будет.

- Хорошо бы обойтись без него, - высказалась Рита. - Если только совсем не будет другого выхода.

- На ингредиенты претендуете?

Рита покачала головой.

- Что сможете взять, поймать или захватить - всё ваше, - озвучил Артур. - Вот только, не придут ли на освобождённое место другие?

- Не придут, если заделать пролом, - проговорил здоровяк Арес Шелби. Я видел его сверху - на восточной стене здоровенная щель. А так, стена у вас, мистер Уэсли, неприступная, так что немного чар поверх, и даже летающие твари будут не страшны, несмотря на близость Дикого леса.

- Цена будет выше, если щель заделать предоставите нам. Но ниже, чем запросили бы в гильдии строителей. Морн?

- Сделаем, - кивнул мрачный парень с иссиня-чёрными волосами и чуть раскосыми глазами. - Причард, поможешь?

- Да, Ингис, конечно.

- Чек вас устроит? - Рита достала из кармана чековую книжку. - Сами понимаете, золота с собой мы не взяли.

Нотт кивнул:

- Двадцать тысяч галеонов. И всех тварей. Плюс за стену тысяча.

- Там как минимум две мантикоры, патрон, - вздохнул Флинт. - И стая пятиногов, магию блокируют.

- Да? - Нотт задумался.

- Тридцать тысяч? - Рита открыла чековую книжку и приготовила перо.

Парни оживились.

- Идёт, - кивнул Магнус. - Чек пока придержите, мисс, заберём, когда закончим. Парни, надо обговорить ситуацию. Кто что успел заметить?

- Мы вас оставим, - поторопился Артур. - Используйте балкон, если нужно, подождём вас внутри.

- Отлично, справимся часа за три-четыре.

Как только они зашли в дом, Рита позвала Урса.

- Так, ищем кухню. Урс, придётся опять тебе в дом наведаться. Мужиков после охоты накормить бы, по-хорошему.

- Да, хозяйка! - просиял домовик. - Я уже нашёл кухню, можно готовить. Перенести вас?

Кухня Артуру понравилась. Видимо, домовик здесь успел прибрать. И огромный камин уже весело трещал пылающими поленьями. На широком, выскобленном до белизны столе покоился большой пирог, от которого шёл умопомрачительный аромат.

- Вам надо поесть, хозяин! И хозяйке тоже, - указал на пирог Урс. - Сейчас подам чай.

Домовик ушёл за продуктами, а Артур с удовольствием принялся за пирог. Рита положила себе совсем маленький кусочек.

- Переживаю, - призналась она. - Не могу есть, когда такое творится за стеной. О, а вот и наш кроха.

Артур удивлённо глянул на вход, где скромно стоял домовик-упырь, ставший в одночасье спокойным и умиротворённым, но по-прежнему оставшийся жутко худым. Глаза смотрели на них с обожанием.

- Господа дали проклятому имя? - спросил он. - Проклятому нравится имя Кроха.

- Кто это тебя проклял? - Артур удивлённо переглянулся с Ритой.

- Покойный хозяин, за непослушание, - опустил глаза Кроха. - Кроха не стал заливать плохим металлом алтарь. Его наказали.

- Как снять проклятие, знаешь?

- Алтарь... - Кроха махнул рукой. - Уже ушло, алтарь всё очистил. Кроха готов служить. Кроха готов показать где усыплены остальные эльфы. Крохе не справиться одному в родовом замке.

По мере расспросов выяснилось, что домовиков перед бегством из "разгневанного" дома усыпил сам замок. Только Кроху не смог из-за хозяйского проклятья, и его взяли с собой.

Наскоро умяв чуть не половину пирога, Артур велел показать тех домовиков. Их комнаты располагались недалеко от кухни, но все скелетики нашлись в одной, видимо, общей. Они лежали рядком возле низенькой скамьи и словно спали.

Кроха ахнул, бросившись к двум самым крайним. Даже Артуру было ясно, что те не жильцы. Из остальных спящими можно назвать было от силы троих. Заклинание пробуждения подсказал сам Кроха, дрожащим голосом пояснив, что его родители и дед не пережили усыпления. Но открыли глаза не трое, а четверо. Кроха с плачем кинулся к этому четвёртому. Оказался дедом. Рита странным голосом предложила срочно перенести их на алтарь. В этом помог уже вернувшийся Урс. Остальных четверых решено было похоронить после очистки двора.

- Часов двенадцать им восстанавливаться, - шмыгнул носом Урс, почему-то тоже приняв вид домовиков близко к сердцу. - Хозяйка, подготовить вам спальню? Или сначала обед для ликвидаторов?

- Кроха может заняться спальней! - вмешался бывший упырь. - Кроха знает, где лучшие комнаты.

Артур с Ритой вернулись в кухню. Но мешать домовику готовить не хотелось.

- Осмотрим дом? - предложил Артур, чувствуя, что усталости вообще нет. Он давно не ощущал себя настолько здоровым. Возможно, что и таким счастливым никогда не был, только домовиков погибших было очень жалко.

- Может, позже? - а вот вид Риты ему не нравился.

- Может, тебя тоже на алтарь? - пошутил он.

- Завтра, - кивнула она спокойно. - Закрепим брак на алтаре, я знаю, так делается. А сейчас бы мне просто поспать.

У Артура перехватило дыхание. О таком он и не думал, и внутри стало очень тепло от её слов. Призванный Кроха очистил комнату возле большой гостиной, там было два топчана, стол с креслом и камин. Постельное бельё с подушками и одеялом тоже нашлось. И скоро Рита сладко спала, а Артур разжёг камин принесёнными Крохой дровами, подтащил к нему кресло и устроился в нём с найденной на столе книгой. Читать он начал только недавно с таким удовольствием, Рита заинтересовала.

Книга оказалась по трансфигурации, написанная простым и понятным языком. Гораздо интереснее, чем школьные учебники, так что он даже увлёкся. И лишь потом глянул на обложку, поинтересовавшись автором. А внутри нашёл дарственную надпись: "Альбусу от Геллерта с любовью".

Когда Урс сообщил, что пригласил ликвидаторов в кухню, Артур осторожно разбудил Риту. Та мгновенно проснулась, с тревогой оглядываясь и улыбнулась, увидев его.

- Медведик, - она потянулась. - Что, зачистка закончилась?

- Ага. Они на кухне. Пойдёшь?

Охотники выглядели уставшими, но довольными. Кроха, появившись рядом, шёпотом спросил, не хотят ли хозяева угостить вином господ ликвидаторов. И получив согласие, скоро принёс несколько бутылок, укутанных паутиной и пылью.

- Вау! - Флинт оторвался от куска прожаренного мяса. - Уэсли, ты крут! Кубки найдутся? Патрон, надо отпраздновать!

- Пожалуй, - Магнус добродушно кивнул. - Мисс Скитер, благодарю за эту трапезу. Мы не смогли отказать вашему домовику.

- На здоровье, - Рита заняла место за столом. - Вы не против, если составлю компанию? Жутко голодна.

Парни закивали, явно смущённые её присутствием, но получив по бокалу огневиски, довольно быстро повеселели снова.

Артур тоже налил себе полкубка, Рита пригубила у него, поддержав тост за чистоту частных владений, и заказала себе кофе. Даже удивительно, как приятно оказалось отобедать с крутыми боевиками. Баек они знали немало, и Артур ощутил, что с ним считаются, смотрят дружелюбно - странное новое чувство ему понравилось. Было даже жаль, что пришлось скоро прощаться. На огромный мешок с чарами расширения, с которого на пол капала кровь - прохудился - он старался не смотреть, и радовался, что парни забрали его с собой. Сколько бы не стоили трофеи, Артуру точно было не до них. А глядя на белые повязки, украшающие почти всех боевиков, он порадовался, что не в ковене. У Флинта даже голова была забинтована, а у Мэдисона рука на перевязи. Нафига такое счастье?!

Теперь, когда двор был очищен от нечисти, можно было вернуться в Нору, но Рита решила иначе, послушав Кроху и Урса.

- Лучше принесём сюда оставшуюся мебель и прочее, - предложила она. - От мачехи осталось, помнишь? Ну вот, поспим здесь, раз тебе нужно оставаться в доме хотя бы пару дней.

- Дом страдал без хозяина, - закивал Кроха.

- Тогда решено, - Артур успел осмотреть комнаты, которые домовик очистил, назвав лучшими, и согласился, что даже в таком старом замке может быть вполне комфортно. Он повернулся к домовикам: - И вы уж комнаты себе выберите. Нору и закрыть можно.

Вечер прошёл в приятных хлопотах. Из Норы перенесли почти все продукты, и Рита с домовушкой занялась обустройством их будущих апартаментов, состоящих из двух спален, общей гостиной, кабинета и двух ванных комнат.

Артура после нескольких неудачных предложений по расстановке мебели выставили из новых апартаментов, мягко предложив отдохнуть, и он отправился погулять в освобождённом от тварей дворе.

Дышалось тут хорошо, почти как возле Хогвартса, даже лучше. Кое-где портили вид и воняли гарью выжженные пятна, но Нотт уверял, что это ненадолго. Добрёл до озера, заросшего у берегов густой травой. Если расчистить, то можно купаться. Какое-то шевеление у воды заставило застыть. А вдруг не всех уничтожила команда Нотта?

Выхватив палочку, Артур осторожно раздвинул кусты, шагнул дальше, стараясь не шуметь. Белый комочек он увидел у самой воды. Крошечное существо отчаянно запищало, провалившись в воду. Пока его вытащил, Артур сам весь промок. Малыш дрожал и жался к нему в поисках тепла. Какая-то крупная рыбина разочарованно захлопнула пасть с огромными зубами и скрылась в мутной воде пруда.

Артур сразу раздумал там купаться и, обсушившись заклинанием, понёс найдёныша в дом, распознав в нём щеночка неизвестной собаки. Магия в малыше точно была, но на крупа, каких видел Артур в учебниках, щенок точно не походил.

Видать, остальных его родичей постигла печальная участь. Да и малышу, не появись он здесь вовремя, грозило стать обедом той рыбины.

- Урс, ты можешь проверить, не осталось ли вокруг дома какой-нибудь живности? - он положил щенка на стол в кухне. - Молока бы ему.

- Хорошая примета - сразу завести в доме живое существо, - Урс тут же поставил перед малышом блюдце с молоком и с умилением глядел, как тот принялся жадно лакать угощение маленьким розовым язычком, виляя хвостиком. - Двор надо проверить, хозяин. Простите, что не додумался. Я быстро.

Вернулся он и правда очень скоро, Артур только успел устроить отчаянно зевающего и объевшегося малыша в корзинке, постелив туда полотенце. Щенок заснул почти сразу.

- Всё чисто, - отрапортовал Урс, - никаких детёнышей больше не осталось. Только... вам лучше взглянуть самому, хозяин.

Пришлось выходить на крыльцо. Увиденное заставило моментально выхватить палочку, но крупная кошка неизвестной породы размером с небольшого быка и не думала нападать. Вся чёрная, встрёпанная, она стояла неподвижно, склонив голову.

- Фамильяр кого-то из ваших родичей, - шепнул Урс. - Дайте ей лизнуть вашей крови.

Артур вздохнул, Урсу он доверял. Рану на ладони нанёс заклинанием. И всё же руку к огромной голове подносил с трепетом. А вдруг отхватит?

Кошка, кем бы она ни была, втянула носом воздух, осторожно слизнула кровь и замурлыкала. А в голове раздался голос:

"Рада, хозяин"

"Ты кто? - спросил он тоже мысленно. - Как уцелела?"

"Фамильяр ваш-ш-ш-шего деда. Теперь ваш-ш-ш-ш. Спаслась от охотников в норе. Котята живы. Супруга убили"

Сердце защемило. Не всё оказалось так просто с этой зачисткой.

"Нори может идти? Нори надо кормить котят!"

"Чем я могу помочь?"

"Нори позаботится о себе сама. Теперь, когда нет мантикор. Хозяин может всегда позвать Нори"

На том и распрощались, а Урс предложил оставлять для кошки еду возле крыльца.

- Вам повезло, хозяин, - вздохнул домовик, когда они снова оказались на кухне. - Ирусан редко становится фамильяром. Теперь он будет охранять ваше поместье. Можно больше не бояться.

- Ирусан? - Артур пообещал себе, что обязательно изучит бестиарий. - Что же раньше не охранял?

- Хозяина не было, - пожал плечами Урс, словно это было само собой разумеющееся. - Теперь вот будет охранять.

- А нашего щеночка она не съест? - спохватился Артур, кивнув на малыша.

- Нет, что вы, хозяин! Это ведь симуран, их ваш фамильяр точно не тронет. Большой вымахает, крылатый, вот только ни разу не слышал, чтобы они встречались в Англии. Чудно. Знаю только, что вам повезло, маленького можно привязать, а вот диких взрослых симуранов не приручить, слишком свободолюбивы.

День выдался непростым, и Артур обрадовался, когда Рита его позвала посмотреть комнаты. Покои удивительно преобразились, став уютными, как и в обновлённой Норе. Разве что в несколько раз просторнее.

- Спим вместе, - сообщила ему Рита. - Но только спим. Всё остальное завтра, после регистрации в Министерстве.

Конечно, он согласился, что так будет лучше. Да и то, после алтаря он как-то успокоился. Нет, ему по-прежнему хотелось близости с невестой, но то буйное желание немного поутихло. Стало больше нежности и желания защищать. Лучше он не мог себе этого объяснить. Да и то, что засыпала она в его объятиях, уже было счастьем.

А щенка симурана Рита забрала себе, дала укусить свою ладонь, сделав своим фамильяром, и назвала Симбо. Корзинка пока бескрылого симурана стояла теперь у кровати с Ритиной стороны. И ещё невеста специально уточнила, что ничуть не завидует, что у него фамильяр ирусан, но посмотреть на Нори хотела бы.

Артур ещё долго не мог уснуть, переживая, как всё будет дальше. Рита сказала, что они пойдут на бал к Лестрейнджам и Малфоям, и это почему-то не стало для него трагедией теперь. Тем более, после рассказа, как Рудольфус, мать его, Лестрейндж помог Рою Миллигану. Так что на бал он пойдёт, а там видно будет. Больше беспокоила тётушка Риты со своим домовиком, которая собиралась посетить их после Рождества. И родители невесты, обещавшие прибыть примерно в то же время. Но даст Мерлин, всё как-нибудь образуется.

***

Прибытия охотников Шани ждала с трепетом и предвкушением. И заверение Марты, что сначала охотники явятся прямо в Северную Цитадель, вселяло надежду, что трофеи она сможет рассмотреть одной из первых. Парни, конечно, смеялись над ней, что все твари будут порублены в капусту, но в душе она всё равно надеялась, что какое-нибудь крошечное существо выживет, она его незаметно стащит, вылечит и возьмет себе.

Кэвин Брэдли и Джесси Морн, её одногодки, которые вместе с ней пойдут на будущий год в Хогвартс, а также мелкие Джош Мэдисон и Майкл Эшби, потащили её на башню. Там нынче дежурил добродушный Винс Фишер, так что мог и позволить подождать охотников на зубцах. Ну а Шани должна была его уговорить.

Только нынче Винс был не в духе, гаркнул на детвору покруче, чем сам Яксли, велев убираться. Шани-то сразу это подозревала. Оба брата Фишеры расстроились, что их на охоту не взяли, да и не только они. Все оставшиеся ходили в разной степени мрачности и гоняли их, мелких, почём зря.

Спускались ребята в унынии.

- Реган мне питомца прихватит, - заявил вдруг Джош. Он был бастардом Мэдисона-старшего, а в Северной Цитадели жил уже два года. Страшно гордился, что отец ему это позволил.

- Да ладно! - возмутился Джесси, чей брат Ингис тоже попал в число счастливчиков и сейчас сражался с опаснейшими тварями. - Он же сказал тебе, что не сможет!

Все знали, что Джесси тоже умолял Ингиса найти ему питомца, только Морн-старший так посмотрел на младшего брата, что мальчишку как ветром сдуло. А Шани ему говорила, что момент неподходящий. Но Джесси разве кого-то послушает?

- А вдруг передумает, - мечтательно улыбнулся Джош. - Реган добрый. Он женится скоро на красавице.

- Ты же её не видел, - резонно заметила Шани. Джош о свадьбе брата уже все уши им прожужжал.

- Придурки! - рассерженно воскликнул Кевин. - Лучше придумайте, где ждать охотников будем!

Все сразу замолчали, Брэдли умел всем испортить настроение. Впрочем, на примете у них был насест на деревьях. Но принадлежал он Полу Блетчли, который и в хорошем настроении никого туда не пускал. Так что рассчитывать сегодня на его доброту было довольно легкомысленно, и все это понимали.

Но однажды, очень давно, Блетчли пустил на свой насест Джесси Морна и тот провёл на верхотуре целый час. Пол вообще хорошо к Джесси относился, потому что Ингис Морн был его лучшим другом. Так что миссия уговорить молчуна Блетчли была предоставлена именно Джессу.

Пол нашёлся у загонов с гиппогрифами. Они с Майклом Бойлом, главным по гиппогрифам, как раз задавали корм этим тварюшкам и чистили вольер. Бойл, самый старший из всех парней, живущих на Северной Цитадели, единственный, наверное, воспринял охоту на монстров философски. И сам отказался от чести попасть в команду Магнуса Нотта. Заявил, что у него "птенцы" не кормлены, и вообще, через пару дней их ждёт охота в Диком Лесу покруче и поопасней. На самом деле, Шани подозревала, что Бойл просто не любит метлу, а все в это поместье мистера Уэсли полетели на мётлах.

- Пол! - позвал Джесси негромко, когда они дошли до вольера. Шани встала рядом, остальные толпились позади.

Блетчли отставил вилы, развернулся к ним, вопросительно изогнув бровь.

- Пол, а можно мы, ну, на твой насест?

Шани внутренне поморщилась. Ну кто же так спрашивает, прямо в лоб?

- А вы не обнаглели, мелюзга? - Пол перехватил вилы, отвернувшись. Чистить вольер магией было нельзя, почему-то гиппогрифы, вредные твари, в магически очищенный вольер заходить отказывались, так что приходилось всё тут делать вручную.

- Мы снег почистим вокруг вольера! - вмешалась Шани, видя, что Джесс уже сдался. А снега за ночь навалило по колено, невиданное дело. Все парни ещё судачили, что вот бы так на Рождество.

- А ну брысь отсюда, - выглянул из утеплённого сарая Бойл. - Птенцы беспокоятся.

Гиппогрифы и впрямь курлыкали недовольно из этого помещения, куда их согнали на время чистки вольера.

Кевин, зараза, ткнул Шани в спину, мол, продолжай.

- Ну пожалуйста, Пол, - просительно сложила она руки.

Блетчли фыркнул, оглянувшись на неё, но ничего не сказал. Оставаться дальше было чревато, Майкл Бойл был страшен в гневе. Да и Пол мог рассердиться.

- Пойдём, - дёрнул её за руку Джесс.

Вздыхая, ребята направились обратно по узкой утоптанной тропинке, снег с обеих сторон даже не думал таять. Вся цитадель сегодня словно приоделась в праздничную белую шубу.

- Придумала! - Шани едва сдержалась, чтобы не издать клич. Гиппогрифы ещё были недостаточно далеко.

Парни оживились, окружив её с интересом.

- Строим снежную башню! За три часа справимся. А раньше они вряд ли прилетят.

- Да? - презрительно сплюнул Кевин, - и как ты себе это представляешь?

- Ой, заткнись! - Джесси Морн кивнул ей. - Давай, Шани, что ты придумала?

- Всё просто! Катаем комки снега, я видела однажды в Лютном, как строили снежного монстра. И к той сосне, что у ворот их складываем друг на друга и укрепляем снегом. Верхние придётся левитировать. Уплотняем ступеньки из снега, а сверху, у той огромной ветки, что выше ворот, делаем площадку.

- Кто левитировать будет, умная? - Кевин, сунув руки в карман зимней мантии, пнул лёгкий снег. - Или собираешься палочку Флинта спереть? Так он улетел, и палочку с собой прихватил.

Шани покраснела, с Флинтом у неё отношения не складывались. Точнее приобретали состояние постоянной вялотекущей войны. И мелкие пакости она не просто так ему устраивала, а за дело. С палочкой, конечно, вышло ужасно, но кто же знал, что Квин так озвереет. Поймал ведь, гад! Выдрал её при всех ремнём, перекинув через колено. Удалось правда вырваться, но после она полдня в башне просидела, не могла парням в глаза смотреть. Кейси Причард еле смог выманить, уверяя, что никто смеяться не будет. И вообще Ингис Морн Флинту уши надрал за такое. Шани в это поверила, и на ужин всё же показалась народу. Только зря, парни тут же её подвиг припомнили и поржали. Правда и ей стало вдруг смешно, особенно потому, что Флинт веселья не разделял. После уже это просто стало забавным приключением. Но отомстить Квину было делом чести. Просто надо продумать все получше.

- Стива попросим! - выдала Шани свой главный козырь.

- Пранк здесь? - удивился Джесс. - Я что-то не видел.

- Обещал быть к обеду, - скромно улыбнулась Шани. - Ну что, кто со мной?

Конечно, согласились все. Даже наглый Кевин. Джош Мэдисон вообще был в восторге, как и его дружок Майкл Эшби. А Джесс предложил начинать катать от дальней стены, пока сил много, а потом уже ближний снег собирать.

Сначала у них ничего не получалось, а потом дело пошло. У Кевина, кстати, получалось лучше всех, но Шани это только радовало. Первые огромные комки снега подогнали к дереву уже через полчаса. А ведь половину времени только учились, так что дальше всё пошло веселей и быстрей.

Ребята не верили только, что взрослые станут помогать. Но не прошло и часа, как из загона явились Макс Эшби, Крейг Кут и Шон Фишер, с интересом следя за детишками. Шани втихаря на это очень рассчитывала, и предупредила друзей, чтобы ничего парням не рассказывали до последнего, продолжая работать.

Потоптавшись неподалёку некоторое время, старшие не удержались:

- Что задумали, мелкие? - насмешливо вопросил Крейг Кут.

- Башню строим, смотровую, - небрежно ответила Шани. - Не мешайте, и снег не топчите. Он нам весь нужен!

- Помочь? - эдак лениво осведомился Кут.

- Сами справимся, - буркнул умница Кевин.

Парни еще минут двадцать наблюдали, потом стали натягивать перчатки. Шани подмигнула приятелям. Работа закипела быстрее, даже Стива не нужно было ждать, хотя тот, как пришёл, сразу присоединился к веселью. Что и говорить, у взрослых парней комки снега получались быстрее и крупнее, командовать начали, как эти огромные комья складывать. Ещё и сами укрепляли по ходу дела, вовсю пользуясь палочками.

Через два с половиной часа снега в цитадели просто не осталось, а снежная башня у сосны обрела красивые очертания, круговую лестницу с утоптанными ступеньками, и шикарную площадку наверху. Ну и с магией, всё это великолепие приобрело прочность, если не камня, то как минимум дерева. Стив даже разукрасил башню разноцветными красками, имитируя каменную кладку, отчего смотреться она стала и вовсе сказочно. А Кут и Эшби соорудили на площадке скамейки в три ряда, первую низко, вторую выше, а третьей служила та самая ветка, что росла у сосны выше ворот. Да ещё чары тепла на сиденья набросили, такие, чтоб снег не таял. Против скольжения тоже зачаровали, и бортик у площадки был прочный.

Прервались только на обед, да и то, торопились все, поели быстро. Марта вышла посмотреть, когда уже всё было готово, и даже разрешила старшим парням взять маленького Мэтью наверх. И пирожков выдала с большущим кувшином горячего чая, который не остывал и не кончался. Так что ожидали там охотников все вместе, очень весело проводя время.

Чтобы не упустить, установили пост вперёдсмотрящего и менялись каждые десять минут. Доверили это младшим, после доказательств Кевина, что так будет справедливо, старшие итак дежурят постоянно на башне. Посмеиваясь, Эшби сказал:

- Да дежурьте, кто против.

Сами они где-то раздобыли подозрительную бутыль и прикладывались к ней по очереди. Все, кроме Стива. Шани вообще не слышала и не видела, чтобы Пранк когда-нибудь употреблял алкоголь. И за это его очень уважала. Ну и за многое другое. Пока все травили байки, опустошая по-тихому эту бутыль, Стив, к примеру, приделывал сбоку ледяную горку. Чтобы, значит, как появятся охотники, не бежать всем по лестнице, а скатываться сразу на землю. И испытывать её он первой позволил Шани. Ух, как она прокатилась! Потом под смех ребят, уговаривала горку оставить, мол, можно ведь и просто так кататься.

Парни сделали вид, что задумались, и сами проверить решили, скатились по нескольку раз по-пижонски, стоя на ногах, потом клятвенно обещали, что будут каждый день подновлять чары. Мол, не сложно. Шани решила тоже научиться съезжать стоя, только когда рядом никого не будет.

С Мэтью она тоже скатилась, ох, как он визжал радостно, аж уши закладывало! Потом его Пранк катать взял, а у Шани подошла очередь дежурить.

Именно она и заметила летящих к цитадели охотников. Даже на несколько секунд раньше злого Винса Фишера, который ударил в гонг, когда на снежной башне уже все свистели приветственно команде ликвидаторов. Шани тоже свистнула залихватски, не зря просила Кейси научить. Вот, научил, и видно узнал её свист, потому что ответил тем же, помахав им рукой. Шани их всех издалека узнала.

С горки скатывались в последний момент. Когда прибывшие уже высокие ворота перелетали, над которыми подняли защитный купол. Марта ждала внизу и сразу отобрала у Мэтью у старших. Яксли тоже был здесь, поймал Шани на руки, когда скатилась и смешливо спросил:

- Колись, дочка, ты придумала?

- Она-она! - тут же сдал её Джесси.

Шани вывернулась из объятий отца, поцеловав его в щёку, и побежала за остальными. Приземлилась команда прямо перед Загоном, тут был хорошо вытоптанный снег, который тут же начал окрашиваться красным, когда Магнус Нотт и остальные стали доставать жуткие трофеи. У многих охотников были повязки, у Флинта голова даже перемотана. Наверное, Бэддок лечил, он умел. А порубленных чудищ тут было огромная куча. Раскладывали аккуратно, рядком, участвовали все. Позже будут смотреть, что на ингредиенты оставить, что можно в котёл, или на еду гиппогрифам, а шкура для Уркхарта почти вся пойдёт, Юджин из неё сапоги делает да плащи кожаные.

Шани уже не тошнило от вида внутренностей и отрубленных голов, привыкла. Охотились тут часто, просто не в таком количестве. Она сейчас высматривала внимательно, нет ли чего живого. Но среди трупов всяких мантикор и пятиногов, никакого шевеления видно не было. А вот у Флинта из кармана что-то высовывалось сероватое. Всего-то чуть-чуть помочь нужно было, чтобы большое яйцо выпало наружу. Долететь до земли не успело, Шани подхватила его, сунув в свой глубокий карман, да отошла подальше от Квина. Тот и не заметил ничего, увлечённый распаковкой трофеев, которым не видно было конца.

Обогнув всю толпу, Шани приблизилась с другой стороны к бездонному мешку, осторожно достала яйцо, нагнулась, испачкав его в крови, выпрямилась и вскрикнула, привлекая всеобщее внимание.

- Ой, смотрите, что я нашла! Можно, себе возьму?!

Обернулись все, с разными выражениями лиц глядя на высоко поднятое яйцо. У Флинта глаза сузились, когда он сунул руку в карман, предварительно сдёрнув с руки перчатку зубами. Взгляд не обещал ничего хорошего, но поделать он ничего не мог, потому что Магнус Нотт уже громко рявкнул:

- Кто посмел? - и обвёл взглядом охотничков.

Те честно удивлялись, старательно не глядя на Флинта. А Квин картинно развёл руками:

- Да я не при чем, патрон! Оно мне надо?

Магнус бы продолжил допрос, но тут аппарировал сам лорд Нотт, так что про яйцо все благополучно забыли. Парни, все как один, посрывали шапки, здороваясь. Магнус подошёл к отцу, что-то объясняя. Тот добродушно кивал, обходя кровавые туши, занявшие немалую площадь. Работа продолжалась, а Шани потихоньку отступала с добычей в тень Загона. Никто её дезертирства не заметил.

Она тайком разглядывала лорда-дракона, которого видела впервые. Для него даже кресло поставили, вынеся из башни. Рядом с ним была ещё очень красивая ведьма, наверное, Эми Флинт. Говорили, что мама Квина в ковене самая красивая. И ещё несколько боевиков прибыли, окружив лорда. На трофеи они смотрели скучающе, переговариваясь и смеясь чему-то своему.

Тут-то и случилось очередное происшествие. Шани как раз скосила глаза на Флинта, и точно видела, как мелкая тварь вылезла из его кармана. Когда это существо ринулось к кровавому пиру, пытаясь откусить кусок исходящего паром сырого мяса, её и приметили. Криков было, в основном матерных. Ловили эту мелочь сразу все, а та удирала просто на удивление ловко. Один Квин не участвовал в общем бардаке, стоял немного офигевший от представления, следя за тварюшкой только глазами.

Бегала мелкая пакость недолго. В прыжке она вскочила на кресло лорда-дракона и сжала зубы на его пальце. Народ замер в оцепенении. Шани смогла протиснуться ближе, так что видела, как тварюшка светло-коричневого окраса с длинным хвостом смотрит прямо в глаза лорда Нотта, но не маленькие челюсти не сжимает.

- Убью, - ласково сказал лорд-дракон в звенящей тишине. И было ясно, что обращается он вовсе не к зверюшке. - И какой самоубийца приволок детёныша мантикоры?

Ответом была тишина. Шани ахнула, опаснее зверя, чем мантикора представить было себе трудно. Она побоялась смотреть на Квина.

- Умная тварь, - фыркнул лорд-дракон, разглядывая страшного детёныша, не сводящего с него глаз. - Самая радость мне от такого фамильяра на старости лет! Ладно, Хитрец, кусай уже! И не дай тебе Мордред не слушаться меня!

Шани затаила дыхание, глядя, как слегка сжались челюсти мелкой мантикоры. Как выступило несколько капель крови, как быстрый язычок их слизал, и Хитрец блаженно прикрыл глаза. А потом потёрся маленькой шипастой головой о руку хозяина.

- Тео, - вздохнула рядом миссис Флинт. - Ты уверен...

- А поздно уже, Эми. Теперь не тронет, ты же понимаешь? - и водрузил жуткого фамильяра себе на плечо. - И чего встали, парни? До темноты управиться надо!

Работа снова закипела, а Шани вернулась на ступеньку крыльца Загона. Яйцо жгло карман, но уйти раньше, чем всё закончится, она не решалась. Расслабилась, наблюдая за разделом добычи, потому сильно вздрогнула, когда над ней навис Флинт:

- Мелкая паршивка, - прошипел он. - Где яйцо?

- Оно моё! - шёпотом вскричала она, отшатнувшись. А потом заглянула в яростно горевшие глаза: - Плата за молчание, понял?

- Чего-о-о-о? - протянул Флинт с презрением. - Ты чего несёшь, мелкая?

И тогда Шани смело приблизила к нему своё лицо.

- Могу сказать лорду-дракону из чьего кармана выпрыгнул его новый фамильяр! И поклянусь, что правда, и воспоминания для думосбора отдам!

- Ну ты и стерва! - тихо произнёс Квин. И просто упал рядом на ступеньку, стаскивая с рук длинные перчатки, испачканные кровью. На неё он больше не смотрел. - Что хочешь за молчание?

- Это, - похлопала она по карману. Решила не быть совсем сволочью, хотя поняла, что могла попросить и больше.

- А ты хоть знаешь, чьё оно? - устало спросил парень.

- Мне всё равно! А чьё?

- Ненормальная, - вздохнул он. - Понятия не имею!

- Прокатишь на своём гиппогрифе? - вдруг опомнилась Шани. Как же сразу не сообразила!

- Ага, щаз! - фыркнул Флинт и достал из кармана маленький флакон синего цвета. Глотнул, поморщившись, и сразу спрятал. Поглядел с угрозой: - Только пикни!

- Больно надо, - втянула носом запах Шани. Странно, запах был вполне похожий на костерост, хотя она уверена была, что внутри пузырька что-то другое. Более... алкогольное. - Дашь глотнуть?

- Мало я тебе всыпал! - хмыкнул Флинт. - Что это было?!

Шани поспешно достала из кармана яйцо. Нет, не почудилось. Скорлупа пошла трещинами.

- Ой, - тоненько пискнула она, жадно глядя на всё увеличивающуюся дырочку в яйце. Флинт рядом застыл, только палочку сжал боевым хватом. Ещё мгновение и наружу высунулась глазастая головка какой-то ящерки. Зубки у неё уже были видны, чуть не в два ряда в маленькой пасти.

Существо пристально уставилось на Шани, раздвигая сильными лапками скорлупку. И скоро выбралась, на протянутую ладонь.

- Магическая игуана, - выдохнул рядом Флинт, - эй, это не игрушка, она опас...

Поздно! Шани повторила подвиг лорда-дракона, сунув палец в рот ящерке. Та понятливо прикрыла глаза и укусила. Не больно совсем. А потом закрутилась в ладошках, устраивая поудобнее свои маленькие кожистые крылья.

- Она - мой фамильяр! - торжественно заявила Флинту.

Тот не нашёлся, что ответить. Таращился со странным выражением в глазах. Зато нашёл, что сказать Магнус Нотт, оказавшись рядом.

- Фамильяр, значит? - Шани просто вздёрнули за шиворот. Даже пикнуть не успела. Магнус усадил её себе на плечо и отнёс прямо в пасть к лорду-дракону. Поставил перед креслом. - Вот, отец, это та девочка, про которую говорил. Кстати, не только ты обзавёлся фамильяром.

- Мисс Честершир? - задумчиво спросил Теодор Нотт. - Откуда у вас зверь?

- Нашла яйцо, - тонким голосом ответила Шани. - Здравствуйте, лорд-дракон!

Наверное, от ужаса оговорилась, сразу залившись краской до кончиков ушей. Особенно, когда боевики вокруг лорда грянули смехом. Даже Эми Флинт усмехнулась.

А вот Теодор Нотт смотрел строго, не улыбался. И от этого стало очень страшно. Даже ящерка в руках это ощутила, завозилась, поднимая голову из ладошек.

- Что умеешь? - спокойно спросил лорд-дракон, даже не взглянув на ящерку.

- Показать? Я мигом принесу!

- Что ж, неси, посмотрим.

В башню Шани бежала во весь дух. Взлетела по лестнице за несколько мгновений. Дощечки и заготовки со столика собирала в корзинку дрожащими руками, сунув ящерку за борт мантии и велев сидеть тихо. Та, казалось, поняла, возилась не долго, устраиваясь на груди, так что совсем не мешала.

Наконец всё собрала, плотно укрыла тряпичной салфеткой, побежала обратно, стараясь держать корзинку так, чтобы ничего не выпало. Сбилась с шага только у самого кресла. Перед лордом стояла Марта с Мэттом на руках, а рядом с ней Флинт на коленях.

Шани аж рот раскрыла, разглядев в руках Квина чёрного щеночка.

- Только его... - услышала она бормотание парня. - Фамильяр, сэр.

- Яксли! - рявкнул лорд Нотт. - Что за хер... Что тут у тебя творится? Третий фамильяр за один час!

Папа Яксли только усмехнулся, словно совсем не боялся патрона.

- Да полно тебе, Тео. Сам же пример подал.

- Ну спасибо, утешил! О, давай-ка сюда, малышка. Флинт! Прочь с моих глаз!

Шани опасливо подошла, поймала одобрительный взгляд мамы Марты и добродушный отца, сдёрнула салфетку и протянула лорду-дракону корзинку.

- Вот, ваша милость. Тут всё.

Боевики тоже с интересом поглядывали, как Теодор Нотт рассматривает её творчество. А Эми Флинт даже взяла одну дощечку, повертела в руках, спросила, как работает.

Шани сбивчиво объяснила. Боевики зашумели, перешучиваясь.

- За два месяца? - спросил наконец лорд-дракон, но хвалить не спешил. - А как вообще, нравится в ковене?

- Очень! - с чувством ответила Шани, в очередной раз вызвав чьи-то смешки. - Спасибо, что приняли, ваша милость!

- Не пожалеешь? - спросил лорд Нотт. - Понимаешь, что замуж выйдешь за одного из наших парней?

- Понимаю, - склонила она голову. - Я готова!

Вот тут уже смеялись все, а чего - непонятно. Шани лично было совсем не смешно, даже потряхивало немного. И только была очень благодарна Эми Флинт, которая поглядывала с сочувствием.

- Готова? - задумчиво переспросил лорд Нотт в возникшей тишине. - Знаешь, малышка, раз готова, тянуть не будем. Пока только помолвка, конечно, а как Хогвартс закончишь - поженитесь.

- Тео! - предостерегающе сказала миссис Флинт, тронув лорда за плечо.

- Хорошо, - звонко ответила Шани. И затаила дыхание, с трепетом ожидая, кого ей выберут. Только бы не Крейга, не Кевина, не... Она зажмурилась. Было страшно. Казалось все уже собрались вокруг, прислушиваясь к разговору.

- Выбирай, кого хочешь в мужья, - велел лорд-дракон.

Она не сразу поняла, а сообразив, что от неё ждут, испугалась ещё больше. Ноги словно ватными стали, пока она оборачивалась, оглядывая парней. Все действительно окружили их плотной толпой. Вот странно смотрит Ингис Морн, необычно серьёзен Кейси Причард, ободряюще кивнул Стив Пранк... Конечно, он недавно через такое прошёл. Шани судорожно вздохнула, испугавшись, что такие глупости в голову лезут, когда решается её судьба. И тут взгляд наткнулся на Квинтуса Флинта, он единственный не смотрел в её сторону, возясь со своим фамильяром. И на лице его была очень хорошая улыбка. Решение было принято в одну секунду, и Шани повернулась к лорду-дракону.

- Если можно, тогда пусть будет мистер Флинт, - решительно сказала она, вздернув подбородок.

Эми Флинт вдруг весело усмехнулась, притянула её к себе и поцеловала в обе щеки.

- Умница! - шепнула ей на ухо и поставила обратно.

- Ты уверена? - уточнил явно удивлённый Теодор Нотт.

- Да, сэр!

И тут видно кто-то донёс новость до самого Флинта, потому что его возглас не услышать было невозможно:

- Да вы издеваетесь!

- Что ты сказал? - лорд Нотт повернулся в его сторону, пока у Шани всё внутри сжималось от страха. Вот скажет Флинт, что не согласен, и тогда всё!

Квин пробрался сквозь толпу и в очередной раз сразу встал на колени. Схватил руку лорда и поцеловал:

- Благодарю за честь, милорд!

Шани подтолкнули вперёд, пришлось тоже встать на колени рядом с Квином. Робко поцеловала руку лорда и совсем тихо пробормотала те же слова, что и Флинт. Вся решительность куда-то испарилась.

- Браслеты! - потребовал Лорд. В его руку тут же вложили два браслета. И откуда взялись?

Ей дали большой, а Квину маленький. Церемония оказалось очень простой. Флинт, глядя только на её руку, надел ей маленький браслет, она поспешила надеть ему большой. Плетёные браслеты впитались в кожу, осталась только слабая татуировка. После чего ей вручили корзинку, сказали, что может идти.

Мама Марта погладила по голове, а папа Яксли поцеловал в лоб, приподняв над землёй. Шани, не глядя, куда направляется, пробралась между людьми, слушала фразы боевиков: "Повезло сволочному Флинту, и симурана на охоте прихватил, и невесту хорошую получил!". И всё в таком духе. Она вжимала голову в плечи, стараясь стать ещё ниже ростом и незаметней, и наконец оказалась возле Загона. Без сил опустилась на ступеньку. Тут никого пока не было.

Ингис Морн остановился совсем близко:

- Жива? - спросил с сочувствием и протянул кубок. - Ну-ка выпей, залпом.

Она глотнула, там было совсем мало. И закашлялась, а из глаз брызнули слёзы. Горло обожгло и, казалось, оно вовсе исчезло, воздуха не хватало.

Ингис сунул в руки яблоко, отобрав кубок.

- Жуй!

Покорно откусила, стала жевать. Сразу полегчало. Даже ужас от содеянного стал отпускать.

- Что ж меня не выбрала? - спросил Морн. - Ладно, не плачь только. Флинт нормальный парень.

Он ушёл, а у неё из глаз опять потекли слёзы, обжигая щёки. И правда, почему Ингиса не выбрала? Красавец ведь, и к ней очень добр. Наверное, потому, что Флинт - это Флинт.

Квин вдруг тоже оказался рядом, и как часом ранее, совсем в другой жизни, присел рядом.

- Хватит реветь, - сказал грубо. - Не съем я тебя! Разве что покусаю немножко.

- Дурачок, - всхлипнула она.

- Значит так, - помрачнел он. - Если вдруг передумаешь, сначала мне скажи, поняла? Придумаем что-нибудь. Помолвка серьёзная, но есть варианты. Не как у Рега.

- Не передумаю, - мотнула она головой.

- Угу, посмотрим. Иди, умойся, что ли. А то решат, что я тебя запугал.

Она фыркнула, вздернув подбородок.

- Я сама кого хочешь запугаю! Подержи!

И сунув ему в руки корзинку, метнулась в Загон. Всё равно там никого не было. Умылась в их умывальне очень тщательно, вытерлась удивительно чистым полотенцем, вышла на крыльцо.

Флинт копался в её дощечках.

- Так это ты делаешь?! - спросил он, словно нехотя возвращая корзинку. - Подаришь одну пару?

- С чего это? - она уже собралась уходить. Стоило сразу отнести свои сокровища в башню. А то ужин скоро.

- Как с чего? Я жених или кто?

- Ладно, - Шани выбрала самые красивые, они у неё получились легче других. - Держи. А ты мне что? Я же невеста.

- Спасибо! - Флинт спрятал дощечки в карман. - А тебе подумаю. До Рождества время ещё есть.

Она кивнула и побежала в башню. Кто бы знал, что сегодня такое будет! Если бы заранее знала, поступила бы иначе? Так дед спрашивал. И поняла - нет, сделала бы так же. И словно услышала его голос: "Ну так и чего переживать?".

Рассмеявшись, Шани мигом взлетела в своё логово в башне. Поставила корзинку на стол, рухнула без сил на кровать, вдыхая аромат подушки. И почему-то расплакалась. Наверное, от того, что всё у неё так хорошо складывается. Что бы с ней было в Лютном? Во-о-от. А тут и дом, и родители, и друзья. И даже жениха дали. Своя теперь. Оттого и плачет, что счастлива. А что так горько на душе, так никого это не касается. Умоется ещё раз - и никто не заметит.

Фамильяр вдруг вылез из-за пазухи, стал слизывать её слёзы шершавым язычком. Шани рассмеялась.

- Ох, Мерлин, тебя же не кормили!

С кровати она скатилась одним махом, бросилась к столу, под которым под чарами хранилась банка молока и хлеб. Налила в крышку от банки молока и поставила перед ящеркой, накрошив туда кусочек булки. Угощение фамильяру понравилось. А Шани ощутила, как окончательно успокоилась. В конце концов, до свадьбы еще далеко. А скоро Хогвартс, и Рождество, и подарки. И снежную башню с горкой они сделали здоровскую - до Рождества простоит, а может и дольше. И если дедушка её видит, где бы он теперь не был, то он просто обязан порадоваться за неё.

***

Рабастан каждое утро поднимался ещё затемно, чтобы встретить восходящее солнце, купаясь в океане или мирно сидя на почти безлюдном в такое время пляже. Казалось, смотреть на океанские волны можно бесконечно. Немножко даже зависть просыпалась к загорелым до черноты рыбакам, словно иссохшим под палящим индийским солнцем. Они были здесь всегда, насколько бы рано Басти не пришёл. Жизнь их казалась простой и неприхотливой...

Только долго наблюдать за океаном и скудно одетыми рыбаками позволить себе не мог. Дни были заполнены под завязку необходимыми делами, в основном связанными с его походной мастерской, и лишние минуты отдыха казались непозволительной роскошью. И когда диск солнца полностью показывался над пеной океанских волн далеко слева, юноша вставал, отряхивал одежду от белого песка и поднимался в бунгало, где заваривал кофе и сооружал бутерброды. Кофе он наловчился варить вполне приемлемый, Альварес Гамп даже хвалил, и появлялся на пороге кухни, едва нехитрый завтрак был готов.

Обычно бутерброды Рабастан проглатывал очень быстро - после пары глотков бодрящего чёрного кофе уже не терпелось сбежать к мастеру Давиду, где полным ходом шло оснащение уникального дедовского подарка.

Но сегодня он замечтался, пропуская мимо ушей слова деда. Ел медленно, без аппетита. Глотал кофе, не чувствуя вкуса и не отрывая взгляд от окна, где виднелся беспокойный и бескрайний океан, думал о доме, о Санни, Руди, маме, бабуле Сольвейг и об отце. Возвращаться предстояло завтра, и Рабастан не знал, рад он этому или хотел бы задержаться здесь, а может быть, съездить-слетать куда-нибудь ещё.

Мастер Давид встретил радостным возгласом и обнял парня. Отношения у них за несколько дней сами собой превратились в тёплые и доверительные. Не как у наставника с учеником, а скорее, как у людей, увлечённых одним делом. Они зачастую понимали друг друга с полуслова. В какой-то момент Давид даже рассмеялся негромко, понаблюдав за работой "ученика" на новом верстаке. "Смотрю на тебя и вижу себя в двадцать лет", - признался он. Басти ответил тогда, что ему шестнадцать, но никаких комментариев на это не последовало. Давид только грустно улыбнулся и бодро принялся за работу.

- Знаешь, мой друг, - заговорил мастер, прихватив Рабастана за плечи сильной мускулистой рукой. Они направились в уже ставший родным угол ангара, где собиралась мастерская. - Я давно не получал такого удовольствия от заказа. Ты смог удивить и вдохновить. Поверишь ли, не мог вчера уснуть, решил немного доработать некоторые детали. Ты уж прости, что не дождался тебя. Но когда я под утро спохватился, твоя мастерская была практически готова. Остались мелочи. Вместе управимся часа за два. Ты не расстроишься?

- Ничуть! - обрадовался Рабастан. - Завтра мы покидаем Индию, а мне хотелось бы побродить по рынку, купить подарки близким. Я надеялся, что закончим пораньше. Спасибо тебе, Давид!

- О, я могу побродить с тобой, может, что-то подскажу или просто буду рядом, если ты не против.

- Только "за"! - Басти ахнул, когда зайдя за ширмы, отгораживающие их рабочее место, увидел пустой угол, расчищенный от мусора и стройматериалов, а ровно по центру площадки стоял небольшой кожаный саквояж. - Уже? Так ты правда всё доделал?

Лестрейндж спускался в свой собственный пространственный чемодан с таким трепетом, словно не он лично вложил кучу сил и времени в его создание. В пылу работы он не думал о том, как всё будет выглядеть в готовом виде. Главное было создать надёжное, функциональное место для работы и отдыха.

- Кресло? - он пробежался пальцами по кожаной обивке широкого кресла в кабинете перед рабочим столом со множеством ящиков.

- Поставил это, - Давид озабоченно посмотрел на Басти, - Мы же так и не сходили выбрать. Но если не нравится - поменять не проблема. Ты здесь хозяин.

- Мне нравится, - широко улыбнулся хозяин, садясь за стол. - Ничего себе, оно крутится!

- И качается, - усмехнулся Давид. - Моя личная разработка. Если честно, это единственное, что не было оплачено твоим дедом. Ты позволишь сделать тебе такой подарок? И ещё... Никогда такого ещё не делал, но тут... Ты сможешь аппарировать прямо отсюда, именно эта мысль не давала мне уснуть. Но увы, никто кроме тебя не сможет. Капни кровью вот сюда... И да, отсюда дальняя аппарация нежелательна, но метров на сто в любую сторону - вполне реально.

Конечно же, Басти был в восторге. Он тут же аппарировал в ангар, вернулся и от души обнял мастера:

- Это потрясающе! Чем я могу отблагодарить? О, погоди...

Кинжал с несколькими секретами - его первое изделие в этой мастерской - мастеру очень понравился. Давид вертел его в руках, спрашивал о свойствах, и не верил, что такое чудо можно было сотворить за пару дней "между делом".

- Спасибо, - мастер осторожно опустил кинжал в ножны. - Пойдём поглядим ещё раз на твоё личное побережье. Я там немножко доработал синхронизацию.

Осмотр мастерской и океанского побережья заставил сердце Басти биться вдвое быстрее, он украдкой дважды ущипнул себя за запястье, чтобы уверится, что это не сон, не прекрасное видение, а в самом деле его собственное убежище. И он волен никому не показывать это чудо, дед Альви особо подчеркнул этот момент. А мог показать. И в порыве чувств Басти вдруг твёрдо решил, что пусть хоть никогда не придётся воспользоваться дорогим подарком, но первая, кто спустится сюда в Англии - будет Санни. Потом, возможно, он покажет мастерскую Рудольфусу.

По рынку они шли неспешно, и Басти уже много раз порадовался, что Давид пошел с ним. И дело не в том, что он всё здесь знал, а ещё в том, что и его тут, казалось, знал каждый. Их угощали восточными сладостями, какими-то диковинными напитками, показывали разные товары. А ещё мастер не стеснялся торговаться, сбивая цену чуть ли не втрое, самому Рабастану это и в голову бы не пришло.

Подарки матери, бабуле и отцу он подобрал довольно быстро. Красивый ажурный платок, связанный из тончайшей шерсти из девяти хвостов чёрно-бурой кицуне и вытканный охранными рунами нагов - для Сольвейг. В молоденькой продавщице Басти тут же заподозрил и саму кицунэ и нага в одном лице, но спрашивать не стал. Для мамы Басти купил сумочку из шкуры рогатого змея. А для отца, чуть подумав, разыскал дорогущий хлыст с резной рукояткой из красного сандалового дерева - такого у него точно не было.

Для Рудольфуса и Беллатрикс, после долгих поисков, Рабастан взял различающиеся только по размеру перчатки из какой-то диковинной радужной кожи. Продавец божился, что это кожа какого-то редкого морского гада, чуть ли не самого великого змея Шеша, на что мастер Давид скептически хмыкнул, но промолчал, лишь сделал какой-то знак, отчего улыбчивый торговец, поколебавшись, снизил цену на несколько галеонов.

Не смог он пройти и мимо набора дорогущих магических инструментов лучшей гоблинской стали по работе с деревом. Прекрасный подарок для друга Пита Аллена ему отдали всего за четверть цены. Тут уж Давид спорил с продавцом едва ли не до хрипоты, причём Басти подозревал, что обоим этот спор доставлял немалое удовольствие.

Кроме перчаток брату захотелось привезти ещё что-то особенное и эксклюзивное, тем более, что такого здесь было не просто много, а бесконечно много. Рынок был смешанный, огромный, лавки волшебников и простых людей могли соседствовать, правда маги свой товар делали невидимым для маглов.

В конце концов, Басти выбрал шахматы, совершенно не магические, но настолько искусно вырезанные из камня, что оторвать от них взгляд было сложно. Пешки олицетворяли рыцарей, каждый со своим характером, судя по выражению лиц. Кони тоже были разной масти, а всадники в разной одежде. Искусный резчик изобразил каждую складочку плаща, каждую морщинку. Ладьи представляли собой замковые башни в миниатюре. Из одной выглядывала девушка с платочком. На другую по стене заползал мальчишка.

Офицеры были изображены важными и надменными. В отличии от пешек, пальцы офицеров украшали перстни и кольца, а голову небольшие короны. Венценосные короли и королевы заслуживали отдельного рассказа. Такие благородные и красивые у "белых", готовые вот-вот улыбнуться, и мрачные с одинаково решительными взглядами чёрные властители. Но уважение вызывали и те, и другие.

- Сколько за них? - Басти потянулся за кошельком, не отрывая внимательный взгляд от удивительного зрелища.

Продавец назвал цену - тысяча галеонов, Давид покачал головой, и тут же нашел мнимый дефект, что снижал стоимость вдвое. Купец на это отреагировал возмущённой тирадой о разорителях, которые скоро пустят его по миру, но скинул сто галеонов - начался торг. На Басти подобные бурные причитания торговцев уже впечатления не производили - спасибо Давиду - он лишь с беспокойством прикинул, сколько осталось наличности. На полную стоимость, даже с торгом, явно не хватало. Надо было просить у деда, а не хотелось. Страшно представить, сколько дед Альви уже потратил на его мастерскую денег.

- Возьмёте в довесок обработанных камней, скину цену вдвое, - скрипуче проговорил торговец, покосившись на Давида.

Басти постарался не показывать радость - пять сотен золотых у него точно было, даже чуть больше - хватит ещё на хороший обед. Он торопливо обшарил полки взглядом, ничего больше покупать не собирался, но вдруг застыл и наклонился вперёд.

- Вон те, круглые камни. - Голос у него дрогнул. О подарке для любимой он даже не подумал!

Продавец хмыкнул и поставил на прилавок футляр из слоновой кости. Внутри в бархатных ячейках покоились круглые камни одинакового размера, примерно дюйма полтора в диаметре. Три ряда блестящих камней совершенно разных расцветок.

- Тридцать три камня, - одобрительно поглядел на Басти торговец. - Но никакой магии в них нет, молодой господин. Это только камни, от самых простых до редчайших. Каждый по-своему уникален. Галеон за штуку.

- Беру! - выдохнул Басти. Обойдётся без обеда.

Давид больше торговаться не стал, только одобрительно кивнул Рабастану - мол, покупай смело.

Расплатившись, Басти забрал покупки, и они вернулись в ангар Давида. Все подарки Рабастан спрятал в своём новом саквояже. Придется достать перед отъездом, ведь обещал себе, что в Англии в эту мастерскую первая спустится Санни. Он подождёт. А её камни тут и оставит - на рабочем столе.

Деда Альви в бунгало ещё не было, обычно он тоже на месте не сидел. Даже странно, что у него здесь было столько приятелей, то и дело он сообщал, как встретил того или другого знакомого. Вот и с утра, кажется, дед что-то говорил про очередную встречу, а он, болван - все прослушал.

Тревожно стало только под вечер.

Прогулявшись по побережью, где даже поболтал с одним из рыбаков, Басти вернулся к ужину в бунгало, но деда так и не застал. Самое поганое, что простой медальон, оставленный ему Альваресом для связи, никак не отзывался. Раз пять ведь написал: "Где вы?", и хоть бы слово в ответ.

Совершенно не представляя, как разыскивать человека в чужом городе, даже чужой стране, Рабастан маялся нехорошими предчувствиями. Забыв про еду, нарезал круги вокруг бунгало, стараясь далеко не отходить. Потому и не сразу его обнаружил нерешительно топтавшийся у входа в их временное жилище человек вполне европейской внешности, одетый в туристические шорты и футболку.

- Рабастан Вест? - осведомился он, как только Басти замер перед ним, вопросительно подняв бровь. Басти чуть не поправил его, вовремя вспомнив, что так было записано в магловских документах. Зачем деду такая конспирация, он не задумывался. Увидев его кивок, незнакомец вежливо сообщил: - Мистер Гамп просил не волноваться, он недалеко отсюда, но пришлось задержаться в гостях. Попросил сходить за вами, уверяя, что вы не против новых знакомств. Пойдёте со мной? Ах да, Малькольм Смит.

Открытое широкоскулое лицо мужчины тем не менее вызывало странное неприятие, на уровне интуиции. Было в этом туристе что-то фальшивое, холодное. И всё же Басти решился, когда Смит продемонстрировал тот самый медальон для связи.

- Настройки сбились, - пояснил он с извиняющейся улыбкой. - Не смог сам вас пригласить.

- Как хорошо, что вы пришли! - Басти выдал широкую радостную улыбку, чувствуя, как сводит скулы, и искренне надеясь, что улыбка вышла естественной. - Уже и не знал, что думать. Так мы идём?

- Рад, что избавил вас от беспокойства, - ответно улыбнулся мужчина, и протянул руку. - Аппарацией будет быстрее, доверитесь мне?

Басти колебался буквально пару мгновений, не переставая доверчиво и благодарно улыбаться, и взялся за руку Смита в полной уверенности, что добровольно шагает в ловушку. Это подтвердилось и мгновенной вспышкой торжества в глазах провожатого перед самой аппарацией. Как там говорил Долохов? "Безумству храбрых поём мы песню". Если бы он только знал, как Рабастану сейчас страшно... Но не бросать же было деда у неизвестных похитителей одного.

Даже на душе стало легче, когда его сразу скрутили мощным "Инкарцеро", стоило им очутиться в большой пещере, своды которой терялись высоко в темноте. Освещена была только середина костерком, потрескивающим в небольшом углублении. Верёвки больно впились в тело, но хоть удалось устоять. А главное, он смог убедиться, что с дедом всё в порядке. Альварес Гамп сидел у стены, связанный, как и внук, но добродушный вид немного успокоил.

- Что происходит? - обида и удивление в голосе удались довольно натурально.

Смит рядом негромко хохотнул и больно прихватив за руку со словами: "Ничего личного, парень", - заставил его пройти к деду и неласково швырнул на землю. Руку скрутило болью.

- Эй, полегче! - Басти умудрился извернуться и лечь на бок, совсем близко к Альваресу, и почти на парселтанге прошептать: - Сэр, вы как?

- Мальчишка-то вам зачем? - вздохнул дед Альви, никак не ответив на вопрос. Но по тону было ясно, что нормально.

- А чтобы вы посговорчивей были, мистер Гамп, - любезно ответили из полутьмы. - Ваша милость!

- Вот как. Понимаю, - непонятно хмыкнул дед.

- Одно ваше слово, и мы вас отпустим, - вкрадчиво продолжил неизвестный обладатель красивого голоса, - вы же понимаете? Стоит ли эта вещь жизни вашего... Кстати, кто он вам?

- Помощник. Или, если угодно, секретарь. Заранее извиняюсь, мальчик нервный, склонен к истерикам. Я-то привык...

Басти смог различить теперь и говорившего, и нескольких его подручных, которые сидели возле стен в полумраке. Смит присоединился к товарищам, но стоял, поигрывая палочкой. К сожалению, их было восемь вместе с главарём, и это ломало все планы Рабастана, делая возможную победу очень уж призрачной. Как избавиться от восьмого, не имея палочки, которую отобрали в первую очередь - было сложно даже представить. И что за манера похищать людей такой толпой?

Оставалось лежать тихо, опустив глаза и притворяться сильно испуганным. Собственно - это было недалеко от правды. Безжалостные нотки в издевательском голосе главаря веяли нешуточной опасностью. И где только дед Альви, безобидный старик-путешественник, мог перейти дорогу таким серьёзным людям?

Так, надо сосредоточится, как там учил Долохов, лениво помахивая палочкой: "Инкарцеро! Силенцио! Думай, парень, думай, вращать глазами - дело забавное, но развязаться не поможет". Только вот Басти так и не усвоил этот урок. Как ни думал - не выходило скинуть магические путы. Долохов обещал вернуться к этому вопросу позже, кое-чему научить после Рождества. Эх, знать бы...

И слишком самонадеянно думать, что сейчас получится лучше. Да и опасно делать лишние движения под прицелом восьми пар глаз.

- Поднимите парня! - велел главарь, заставив Рабастана вздрогнуть.

Он успел заметить беспокойство, промелькнувшее в глазах деда, и в груди сразу похолодело. Но Альварес Гамп тут же скучающе уставился в сторону.

Двое мордоворотов поднялись, подошли и грубо вздёрнули Лестрейнджа вверх. Басти еле удалось устоять на ногах. Что-то предпринимать сейчас было бы безумием, двое бандитов за ним следили слишком пристально с самого начала, а теперь не сводили глаз и остальные. Осторожные твари!

- Что вам от меня нужно? - испуганный вопрос получился излишне хриплым. Лучше бы он заговорил фальцетом.

- От тебя, - главарь сделал паузу, - ничего. Развяжите!

Верёвки исчезли, кто-то из бандитов владел невербальным "Финито". Главарь вынул блокнот, что-то там написал и засунул эту запись в стеклянную колбу. А потом резко направил палочку на Рабастана:

- Обливиэйт!

В руки полетела трубка, но из-за бьющего в лицо света, Басти не понял, кто её швырнул. Поймал рефлекторно, ощутив одновременно, как за пояс сзади что-то сунули, а в следующий миг отчаянно моргал, стоя посреди рынка.

Было так странно - он не помнил, чтобы хотел вернуться на рынок. Не помнил, как возвращался. Голова болела, и вспоминалось с трудом, что он ждал деда возле бунгало, а потом странная вспышка света... И он оказался здесь.

Народ толкал со всех сторон, кто-то ругался, встал, мол, на проходе, не пройти, не проехать. Пришлось поспешно отойти.

Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться - ему стёрли память. Палочка нашлась заткнутой за пояс сзади, а Басти никогда не носил её иначе, чем в чехле на правой руке. Выдернутый из-за ворота защитный амулет оказался испорченным. И страшно стало - кто был настолько сильным, что пробился сквозь бабулин амулет? И что он должен был забыть?

Давид разговаривал с двумя туристами, когда Рабастан, чуть пошатываясь, добрался до его ангара. Поджидая бывшего уже наставника и практически друга, Лестрейндж обратил внимание на трубку, которую всё ещё сжимал в руке.

В ней виднелось письмо. Достать и проверить кусок пергамента на проклятья было минутным делом. А запись подтвердила худшие опасения:

"Если вам дорог Альварес Гамп, найдите лунный камень и доставьте его на оконечность моста Рамы со стороны Индии до полуночи".

Очевидный бред таковым не казался, хотя Басти понятия не имел, что за лунный камень, и где находится пресловутый мост Рамы. Получалось, дед Альви где-то раздобыл некий артефакт под таким названием, перейдя дорогу кому-то достаточно сильному, способному пробивать амулеты разума. И теперь его жизни угрожает опасность?

Надо вспоминать, что его заставили забыть! И быстро!

Басти встряхнулся и криво улыбнулся подходившему мастеру.

- Давид. Мы уже попрощались, знаю... Мне срочно нужен думосбор и хороший легилимент.

- Что случилось? - нахмурился Давид, подхватил его под локоть и повёл вглубь амбара. - Обливиэйт?

- Да.

- Ты понимаешь, что найти легилимента - задача не из простых. А найти быстро - почти невыполнимая.

- Да.

- Что-то с твоим дедом?

- Да. Что ты знаешь про лунный камень?

Давид резко остановился и расширил глаза. Понизив голос, он осторожно поинтересовался:

- Ты про лунный камень, что может управлять снами целого города? Тот самый камень, что по легенде использовал Тимур при взятии Лахора? Друг мой - это красивая сказка, не более. Забудь о нём!

- Сказка? Давид, сказку не требуют в качестве выкупа! Что ты недоговариваешь? Поверь, не будь это вопросом жизни и смерти моего родича...

- Не здесь, Рабастан.

Его провели к самому дальнему углу ангара, где находился под чарами невидимости очень большой сундук.

Спускаясь вслед за Давидом, Басти даже отвлёкся от переживаний. Ну какой мастер в здравом уме будет делать в своём сундуке пустыню?

Ему всучили метлу, едва ноги коснулись горячего песка. Жар ощущался даже сквозь толстую подошву ботинок. Пришлось молча взлетать и лететь вслед за хозяином. Причем, оглянувшись, Басти понял, что дверь с лестницей исчезли. И куда не кинь взгляд - всюду пустыня. И безжалостное солнце высоко в небе. Беспроигрышная смертельная ловушка.

Давид оглянулся и весело подмигнул, но легче от этого не стало. Спина покрылась мурашками, руки напряжённо цеплялись за метлу, а в голове царил сумбур. От палящего зноя мысли путались. Конечно, Басти мог бы попытаться скрутить мастера, заставить вернуть себя наверх, в ангар. Хотя Давид свой потенциал явно скрывал и вполне мог оказаться куда сильнее Лестрейнджа. Впрочем, паниковать раньше времени в любом случае не стоило. Тем более на горизонте уже появился оазис, манящий зеленью раскидистых пальм. Яркое пятно среди бесконечных песчаных холмов.

- Люблю пустыню, - коротко пояснил Давид, приземляясь в нескольких метрах перед оазисом.

Среди зелени уже можно было различить хижину и колодец, а также играющих на траве детей. Вот один заметил гостей, что-то крикнул и все три ребёнка бросились навстречу. Облепили смеющегося Давида, с опаской поглядывая на Лестрейнджа.

- Мои, - сказал тот с затаённой гордостью, потрепал по голове старшего мальчика лет десяти. Тот уже был вылитый отец. - Давид-младший, Поль и Памела. А это моя Сусанна. Похоже, мы как раз к ужину.

Басти увидел красивую женщину, застывшую на пороге хижины. Младшие побежали к ней, а старший остался подле отца.

- Милая, - Давид на секунду прижал к себе жену, целуя в губы, тут же отстранил зардевшуюся красавицу и кивнул на гостя: - Мой друг из Англии, Рабастан Лестрейндж.

Басти сдержал внутреннее беспокойство - неоправданная потеря времени убивала, хотя познакомиться с семьёй Давида было честью.

- Рад знакомству, мэм, - целуя руку, он покраснел, понимая, что ни разу не слышал фамилии мастера. И даже в голову не приходило интересоваться.

- Добро пожаловать! - рассмеялась Сусанна. - Как мило, что вы решили нас навестить, на ужин сегодня как раз наше любимое блюдо. Сара! У нас гости!

Последние слова относились к выглянувшей из двери пожилой женщине. Тёмные глаза живо оглядели гостя, словно проникая в душу. Басти поборол внезапную дрожь, и решительно последовал в дом вслед за мастером.

Конечно, он оказался с расширением и внутри напоминал добротный дом в два этажа. Наверх вела широкая лестница, но его проводили в широкую столовую, где детишки уже заняли места за длинным столом.

- Удобства там, - указал Давид на неприметную дверь. - Не волнуйся, мой друг. Поверь, поужинать сейчас тебе необходимо.

Басти кивнул и воспользовался предоставленным временем. Умываясь проточной водой, он с тревогой всматривался в своё лицо. И искренне ненавидел мерзавцев, посмевших стереть ему память. Невероятно! А ещё было страшно за деда. Ведь совершенно безобидный старик. Хотя поверить, что дед может знать о пресловутом лунном камне из легенд - было легко. Неужели замахнулся на опасную редкость? Неужели подарок внуку был только предлогом?

Ужин прошёл удивительно легко и весело. Дети вели себя за столом прилично, только младшие хихикали, поглядывая на гостя. Сусанна с удовольствием слушала, какой сундук создали для Рабастана. Ахала и задавала вопросы. Сара с непроницаемым лицом подавала на стол. И у Басти от её взгляда мурашки гуляли по затылку.

А вот после ужина, когда подали чай и сладости, Давид вдруг сказал Саре пару слов на незнакомом языке, та сразу подошла к гостю и крепко взяла за подбородок.

- Не бойся, - сказал мастер. - Смотри ей в глаза.

Стоило поднять взгляд, как Басти утонул в чёрных омутах. Голову прострелила острая боль, прошедшая от лба до затылка. На глазах невольно выступили слёзы, а в мысли тут же хлынули воспоминания: фальшивый мистер Смит, полутёмная пещера, связанный дед Альви, восемь бандитов, и трубка, летящая в лицо.

Басти вздрогнул, когда его отпустили. Странная женщина сунул ему в руки пиалу с мутной жижей зелёного цвета и приказала на ломанном английском:

- Выпить! Быстро!

Раздумывать он не стал, благодарность затопила все мысли - о таком лёгком избавлении от Обливиэйта он и не слышал. Гадкое зелье полилось в желудок, подарив ужасно неприятные ощущения, но Басти стойко проглотил всё. И вдруг понял, что голова больше не болит, и даже улыбнулся глядящему на него во все глаза маленькому Давиду.

- Сара узнала пещеру, - сообщил спокойно мастер. - У меня есть портал в место неподалёку от неё.

- Я пойду один, - Рабастан рывком поднялся. - Это семейное дело.

Случись что - и он не простит себе потерю этими мальчишками кормильца.

Мастер Давид явно прочитал его мысли. Покачал головой, тоже поднимаясь. Поманил за собой.

Его жена проводила их встревоженным взглядом, а странная ведьма Сара пошла за ними.

Кабинет Давида был просторным и светлым, с низким столом, вокруг которого были разбросаны подушки. На столе стоял думосбор.

- Позволишь нам взглянуть?

Над чашей они склонились втроём. Басти с любопытством глядел на себя со стороны. Актёр из него был так себе, пришлось это признать. Хотя испуг показал довольно реалистично, но этот вызов в глазах...

- Ну надо же! Какие люди! - пробормотал Давид, стоя рядом призрачным фантомом. И вдруг вплотную подошёл к главарю. Заглянул в глаза ничего не подозревающего главаря, обошёл его кругом. - А ты сильно изменился, Архар. Зачем тебе лунный камень, сын шакала?!

- Вы его знаете?

Ответить Давид не успел, их выкинуло наружу.

- Занятный тип, - хмыкнул мастер, садясь на подушки. - Лет пять уже считался мёртвым. Самое смешное, что я лично его прикончил. Старею...

- Кто он?

- Анимаг, превращающийся в горного козла. Судя по всему, рядом его ученики. Победить их - задача не из простых, хотя магами их назвать можно лишь условно. Больше они полагаются на свою ипостась в виде животных, чем на магию. Хотя и не пренебрегают колдовством в крайних случаях. Архар безумец, его путь усеян трупами. Большой любитель редкостей. Теперь я не удивляюсь его требованиям. Лунный камень, надо же. Видимо, твой дед действительно охотился за этим артефактом. Сомневаюсь, что живучий козёл вдруг ни с того ни с сего решил похитить добропорядочного путешественника просто так. Басти! - Давид скрестил руки на груди. - Ты прости, конечно, но Архар мой враг. Готов уступить тебе всех остальных, но он - мой!

Рабастан размышлял недолго. Посмотрел в глаза мастера, улыбнулся и протянул руку.

На место они прибыли, когда уже стемнело. Пришлось накладывать чары тишины, потому что бесшумно двигаться вслепую по горной тропе, усеянной мелкими камнями и сухими ветками, было проблематично. Создавалось чувство, что Давид видит в темноте. Басти очень жалел, что не подумал о зелье ночного видения, хотя кто мог знать?

Вход в пещеру не охранялся, но явно был усеян сигналками. Однако Басти понимал, что эти анимаги могут рассчитывать на свой нюх, им же невдомёк, что их узнали, и позаботились об отсутствии запаха.

Оглянувшись на Давида, который чуть отстал, Басти вздрогнул от вида огромного льва с горящими глазами. Только тренировки с Антонином позволили удержаться от паники, а мысль, что Давид мог быть тоже анимагом, привела в чувство. Лев боднул его головой, требуя отойти с пути, и в мощном прыжке преодолел вход в пещеру. Рабастан бросился следом - ему было достаточно лишь увидеть всех сразу. Всех семерых бандитов, повскакавших со своих мест. Мысленно пересчитать цели хватило пары мгновений, поднять руку и активировать татуировки - ещё два удара сердца. Они даже не успели перекинуться, некоторых вылетевшие из татуировок кинжалы поразили прямо во время трансформации.

Только после этого он смог бросить взгляд на главаря, точнее на огромного горного козла с крутыми рогами. Тот стоял перед гордым львом, постукивая по полу копытом, склонив голову и явно готовый к драке.

А вот дедушка был подвешен к потолку пещеры и не подавал признаков жизни. Тело, лишённое одежды, было покрыто уже множеством ран, голова безвольно свесилась, кровь капала на пол частыми каплями, висела жуткими бордовыми сгустками, а от вида лужи крови на полу Басти замутило. Только бы жив был! Козёл мешал пройти к пленнику, и Рабастан пожалел, что обещал его Давиду. Кинжалы он уже призвал, и они снова заняли своё место в татуировках левой руки. Подельники Архара уже никогда никого не похитят. Даже маги не могут выжить после направленного удара в сердце.

Плюнув на опасность, Басти просто аппарировал в дальнюю часть пещеры, мгновенно срезал кинжалом верёвку, подхватил упавшее в руки тело и сразу аппарировал к выходу. Заняло это от силы секунд пять, а в пещере уже шла кровавая схватка.

Только убедившись, что дед ещё жив, Басти стал методично останавливать кровотечение и залечивать порезы. Только одна рваная рана в боку чарам не поддавалась, и палочка в руках Лестрейнджа дрожала от напряжения, когда он вспоминал, как накладывать стазис. Руди бы сюда или Долохова. Пот заливал глаза, неправильным стазисом можно было и убить. Очистить сознание, успокоиться, оказалось очень непросто. Аппарация в том виновата или бок порвал деду один из этих зверей - об этом уже переживать было поздно. Заклинание вспомнилось, стоило представить Рудольфуса, его чёткий голос, когда проговаривал движения палочкой: "Плавно, Басти! Очень плавно, никаких резких движений. Расслабь кисть, движение от локтя. Ну же. У тебя получится, прекрати злиться!".

Плавно... Басти поднял палочку, расслабляя кисть.

- Да, Руди, я спокоен! - Движение непростое, но ему удалось. Слова заклинания прозвучали напевно, пусть и мысленно. Движение завершилось, на рану легла чуть заметная блестящая плёнка, но дед по-прежнему был без сознания, видимо, потерял слишком много крови. Никаких зелий с собой у Басти не было, а кроветворное точно бы не помешало. Но аппарировать его в таком состоянии - это практически гарантированно убить.

Только теперь звуки борьбы навалились все разом, от выхода ничего не было видно, и пару секунд Басти размышлял - идти на помощь или держать слово и ждать?

Приводить в чувство деда Альви он поостерёгся, поправил ему голову, подложив под неё сорванную с себя рубаху, а на тело накинул трансфигурированное из платка одеяло. Взяв палочку наизготовку боевым хватом, вошёл в пещеру. Оба зверя уже были ранены не по одному разу, судя по тому, что кровью был залит весь пол пещеры, но понять, кто побеждает, было невозможно. Хорошо, что лев отскочил в этот момент, грозно рыча.

Басти сжал зубы, заметив, как готовится к прыжку горный козёл, и пробормотал:

- Прости, Давид!

Все семь кинжалов из татуировок полетели, повинуясь мысленной команде - в сердце, в оба глаза, в печень, и в сухожилия передних ног не убиваемого Архара.

Зверь взвизгнул и повалился на пол, ткнувшись окровавленной мордой в пол, и затих. Лев тут же стал снова мастером Давидом.

- Спасибо! - почти прорычал он. - Я опять переоценил свои силы.

Его одежда висела клочьями, тело покрывали раны, а одна пересекала грудь от ключицы до противоположного бока. Лицо тоже украсилось кровавой полосой. Но двигался мастер легко. В руках у него сверкнул длинный меч, который с лёгкостью отсёк голову неподвижного зверя. Тот так и не вернул себе человеческий облик.

Давид мотнул головой, приказывая Басти выйти, и сам двинулся к выходу из пещеры. Пламя, выпущенное мастером, бушевало минут пять, хотя казалось, что бесконечно долго. И это не было адское пламя или простое Инсендио, что-то совершенно неизвестное Рабастану. Хотя тот же дракклов Нотт, наверное, узнал бы его природу.

Напряжение не отпускало, пока они портключом перемещались в дом Давида. Пока старая ведьма Сара колдовала над дедом, выгнав всех из комнаты, а Сусанна залечивала порезы мужа. Дети жались к Рабастану, и он вынужден был им улыбаться, показывая, что всё в порядке.

- Возвращаемся, Рабастан. Понравилась поездка? - дед Альви посмотрел лукаво, сидя рядом в кресле самолёта. Историю освобождения он выслушал ещё вчера, только придя в сознание.

- Домой хочу, - улыбнулся ему Басти, откидываясь на спинку кресла. - Понравилось, дед. Только у меня развилась стойкая нелюбовь к горным козлам.

- Не поверишь, у меня тоже, - хмыкнул дед и вынул из кармана что-то, завернутое в платок. Развернув, он осторожно взял сверкающий бело-лунный камень в руку и, полюбовавшись, спрятал в карман.

- Дед! Это...

- Он самый. Успокойся, Басти, пришлось ждать, когда выйдет естественным путём.

- Ты его проглотил?

- Иногда приходится идти на жертвы. Не одолжишь мне свой саквояж? Я вынужден посетить уборную.

- Но я дал клятву, что первой в Англии туда спуститься одна девушка. Тебе придётся ждать неизвестно сколько, если там спрячешь камень.

- Мы приземлимся в Дублине, внучек, это Ирландия. Главное - пройти таможню.

Басти усмехнулся и протянул деду свой чемоданчик.

Альварес Гамп помедлил. Достал маленький красный камушек и все звуки вокруг стихли.

- Рабастан. Я предлагаю тебе работать в Отделе Тайн. Такой артефакт из татуировок... Ты просто обязан согласиться.

Басти оживился, глаз сверкнули:

- Только не говори, что ты глава ОТ. Дед, я просто не смогу этому поверить!

- Не верь, просто соглашайся, - Альварес Гамп вдруг предстал перед ним спокойным и властным, совсем не таким, каким Басти привык его видеть.

- Прости, откажусь, - вздохнул Рабастан. - По крайней мере, не теперь. Сначала я хочу закончить учёбу, определиться в жизни. Впереди помолвка, если всё получится. И слишком всё неопределённо. Я слишком молод, чтобы хоронить себя под безликой мантией. Пожалей родного внука, который только-только получил личную мастерскую и первую ступень мастерства. Не порти сказку.

- Жаль, - усмехнулся дед, снова становясь родным и смешливым. - С тебя обет неразглашения, как только приземлимся. И да, отлучусь.

Он подхватил чемоданчик, убрал красный камушек, вернув звуки, и ушёл по проходу в хвост самолёта. Басти прикрыл глаза и вздохнул. Отказаться от заманчивого предложения было нелегко. Но только не был Отдел Тайн пределом его желаний. Идти же по протекции деда туда было как-то неправильно. Нет, сначала Санни, потом всё остальное. Быть независимым артефактором, как её отец, например, куда заманчивей, чем подчиняться системе... Мысли путались, усталость брала своё, он так и не смог заснуть после всего, а теперь спать хотелось, как никогда. "Как там Санни?" - было последней мыслью.

***

Ники медленно приходила в себя. Не верилось, что столько времени она провела в коме, ведь как будто пару минут назад летели в голову комья земли и рикошетили вокруг заклинания МакНейра, а потом упал внезапно сверху жуткий третий голем, и ослепительная боль разорвала тело на куски. И ни крикнуть, ни вздохнуть, только безумное желание выжить...

И вдруг чистая мягкая кровать, светлая палата, вроде даже и не болит ничего, и Пит рядом. А ещё она - маг Земли! И он тоже, сволочной Уолли! С ума сойти ведь, сразу два мага Земли! Ох, как семья гордиться ею будет. Или нет, если узнали условия дуэли. А они наверняка уже узнали, и лорд-дракон тоже. Ники на миг жутко заволновалась, паника едва не накрыла с головой от вопроса, а он-то как, жених её ненормальный, выжил ли? Не на дуэли. После.

Но сразу увидела его совсем близко, возмутительно здорового, красивого и несчастного. И хочется смотреть, узнавать лучше, теперь-то их, наверное, поженят, магическая дуэль не шутки. Значит, пора уже привыкать, хоть и страшно. И дышать при нём трудно нормально, и уши, наверное, горят. Вот и постаралась сразу избавиться. Думала обидится, гордо уйдёт.

Только разве дадут добрые целители нормально прийти в себя! Обязательно ведь нужна эта... как там её этот грубый целитель назвал? Ах да, шоковая терапия! Мордред их всех покусай вместе с женихом!

Но никто жениха кусать не стал, наоборот, прислали в качестве сиделки. И Ники мучительно выбирала линию поведения, отвернувшись к стене, пока в голову не пришла удачная, на первый взгляд, мысль. МакНейр же явно ждёт непримиримой борьбы. Вот кому шоковая терапия не помешает, спасибо целителю.

Сел молча у кровати, ну просто ангелочек-купидон во плоти, полный раскаяния и готовый на подвиги ради её доброго слова. Где тот гордый горец, в которого влюбилась вопреки всем доводам рассудка? Где напор, страсть, наконец, нахальная улыбка и надменный яд вместо слов?

- Так и будешь тут статую изображать? - спросила хмуро, повернувшись к парню. - Дай попить, раз никого больше рядом нет! И не томи уже, рассказывай подробно, что там наши лорды придумали.

Воду ей протянули тут же, Уолден даже вскочил. Луну с неба, наверное, тоже достал бы, стоило попросить, только даже не понял, что невеста пока слаба, даже руку трудно поднять.

- Если помочь не в состоянии, убери.

- Ники, я... Что сделать?

Спешите видеть - растерянный Уолден МакНейр.

- Даже не знаю. Может, приподнять мне голову и поднести кубок к губам? М-м?

Лицо горца потемнело. Поставил кубок и довольно неуверенно приподнял её голову обеими руками. Ники закатила глаза.

- Знаешь, позови лучше нормальную сиделку, если сам не можешь ничего!

- Я могу! - он отпустил её голову.

Подумал, лапочка такая, обозревая её всю. И решительно поднял уже вместе с подушкой, подтянув вверх с удивительной лёгкостью. Ники, оказывается, этого очень не хватало, просто побыть в сидячем положении. Даже улыбнулась благодарно, потеряв бдительность. И встретила его робкую ответную улыбку. Покусать его захотелось с новой силой!

- Воды, Уолли! Неужто так трудно выполнить простую просьбу?

- Вот, прости!

Кубок он поднёс к её губам осторожно, и ещё голову придержал, помогая, отчего по затылку побежали мурашки. Напившись тремя глотками, она устало прикрыла глаза. Чувствовать себя слабее котёнка было тоскливо.

- Убери, - велела устало. - И чего молчишь? Сядь уже, будешь рассказывать все новости, а я слушать. Или не способен на это?

- Конечно, сейчас. Тебя уложить?

Мордред, кто этот парень, и куда делся настоящий Уолден, её горец???

- Не надо! - проворчала она. - Мне долго ждать новостей?

Парень сдержал вздох, покорно занял свой стул и осторожно спросил:

- С чего начать?

- С главного, Уолли! Что с нами? - смотреть на его покорный вид не было сил, Ники отвернулась.

- С нами, - МакНейр прокашлялся. И монотонным голосом сообщил: - Главы наших ковенов решили нас поженить, как только ты поправишься.

Она изумлённо на него поглядела:

- Что, так просто? Никаких наказаний, мести и прочего?

Он замялся:

- Ты... э-э.. не против?

- Интересный вопрос. У меня есть выбор? Или что ты этим сказать хочешь?

- Ники. Просто ты так это восприняла... Ну, словно тебе всё равно.

- Стоп, Уолли! А ты что ждал, что я тебе на шею брошусь и буду в любви признаваться?

Он сжал губы, даже отвернулся. Неужто обиделся наконец? Нет, повернулся с покорным видом, что твой барашек, не прошло и минуты.

- Нет, - сказал терпеливо. - Конечно я не ждал ничего такого.

И её осенило - а ведь ждал или хотя бы надеялся. И кто тут из них романтичная девица? А может, напротив, думал, что она будет рвать и метать, обзывая его и проклиная?

- О, жаль, я уже было собиралась, - съязвила она. - Только видишь, слабость дикая, сама двигаться толком не могу.

- Ты так шутишь? - уточнил этот ангел.

- Какие шутки? Или ты думаешь, я притворяюсь? - Ники боялась, что её терпение закончится куда раньше.

- Нет, разумеется, целитель Сметвик говорил, что первые пару дней будет слабость.

- Ты уже тут со всеми успел перезнакомиться?

- Ну да, пока тут был... Ты же почти неделю была в коме. А что? - насторожился Уолден.

- А есть красивые целительницы? Наверное, они очень сочувствовали такому безутешному красавчику?

- Ники, ты что! Да я ни с кем... То есть, я всё время сидел возле тебя, только обедать ходил, ужинать.

- В одиночестве? Или в приятной компании? - она понимала, что её заносит уже куда-то не туда, но как представила его поникший вид в коридорах Мунго!

Его скулы потемнели, и глаза отвёл, гад.

- Да причём здесь... - с досадой начал он и вдруг повернулся, округлив глаза: - Ты что, ревнуешь?

- А надо? - уточнила она. - И с кем ты разделял трапезы? С одной всегда или с разными?

- Ники, мне кроме тебя никто не нужен!

- Да что ты?! Правда? Мне вот так вот поверить тебе, да? - она сама испугалась своей вспышки, да и силы на это ушли последние, пришлось откинуться на подушку, закрыть глаза, чтобы не видеть его потрясённый взгляд, и монотонно проговорить: - Извини. Проехали. Так что там наши? Кому попало и каким образом?

- Тебе плохо? - всполошился Уолден.

- Мне - хорошо! Мерлин, мне клещами из тебя новости вытягивать?

- Нормально всё! - заторопился он. - Отец двух наших девиц выдал замуж за твоих ковенцев. За твоего брата Ареса и Стива Пранка. И ещё табун фестралов... Ты точно в порядке?

- Арес женился? - весь кошмар её поступка начал доходить с невообразимой чёткостью. Сколько судеб изменилось! Она распахнула глаза: - Уолли! Что мы натворили! Ты хоть понимаешь?

Он смотрел мрачно:

- Понимаю. Я повёл себя как подонок, вызвав тебя на дуэль, сможешь ли ты когда-нибудь...

- Хватит! Да что с тобой! Я сама согласилась. Итак, они поженились. Давно?

- Да на следующий день, - в голосе опять досада. - Ники...

- Я. Не желаю. Слушать. Сейчас. Твоих. Извинений! - повысила она голос. - Знаю, знаю, на колени передо мной ты не встанешь, остальное фигня. Если тебе так легче, считай, что простила. Ясно?

На горца было жалко смотреть, уставился в пол, раздувая ноздри и мрачно выдохнул:

- Ясно!

- Вот и ладненько! - Ники переждала накатившую дурноту, и спросила: - Так кто там у вас в клане главный? Он как, ничего? У твоего отца проблем не было? Или... Уолден, будь человеком, мне сейчас очень паршиво, может, сам поговоришь, а я послушаю?

- О, прости! - заторопился парень. - Мой отец и есть глава клана, так что всё нормально. Мэйси... Это моя сестра. Мэйси вышла замуж за Пранка, по-моему, у них любовь, так говорят. Алиса, кузина, она очень красивая и тоже вроде бы счастлива с твоим братом.

- Арес - мой племянник, - она уставилась на него в шоке. - Ты кто, Уолли? Наследник главы клана?

- Да, - кивнул он, словно ощущал в этом свою вину.

- Кошмар! Так я же тебе не пара, да? Слушай, никак уже не разорвать помолвку?

- Нельзя, - он выглядел растерянным. - Я не могу понять, ты что, совсем меня не любишь?

- Что значит "совсем"? - прищурилась Ники. - Хочешь сказать, тебе хватит капельку любви? Или половинку? Или может, три четверти?

Молчание было красноречивым. Только на неё такие укоризненные взгляды не действовали.

- Дай попить.

Ничего, вскочил, поднес кубок к губам, опять придержав голову.

- Ещё?

- Хватит, - она без сил откинулась на подушку. - Ты становишься образцовой сиделкой, наследник главы клана МакНейр. И с уткой управишься? Или не по статусу?

- Может, позвать кого? - обеспокоился горец. Взгляд стал затравленным. - Ники, ты как себя чувствуешь?

- Как будто пожевали и выплюнули, - вздохнула она. - Хреново мне, Уолли. Лучше бы ты меня добил там, своим големом. Хотел ведь, да?

Горец упал на стул, уперся в колени локтями и закрыл руками лицо. Она даже испугалась, что палку уже перегнула, но нет, потёр лицо и посмотрел на неё устало, выпрямляясь. Ровным голосом осведомился:

- Добить хочешь, да?

- Отнесёшь в туалет? - Ники насупилась. Чувствовать себя стервой было так противно, что готова была уже сдаться.

МакНейр вскочил, отбросил одеяло и осторожно взял на руки, хотя она прямо чувствовала, что он уже готов свернуть ей шею. Поднеся к неприметной двери, умудрился открыть, поднести к унитазу и поставить на пол.

- Мне тут постоять или выйти?

Она мотнула головой:

- Я тебя позову.

Кивнул, вышел, плотно прикрыв дверь.

Ники клонило в сон, и она немного сомневалась, что ей вообще можно вставать, но побыть одной даже по такому приземлённому поводу казалось просто необходимым. Надо было подумать, хотя голова кружилась. Ну доведёт она Уолдена, а дальше что? И он уже понял, что она издевается. И может, уже рад бы порвать помолвку.

Ей вдруг страстно захотелось домой, к маме, отцу, обнять Клайва, расцеловать и поздравить Ареса, чтоб он как в детстве закружил её, держа на руках. Познакомиться с его женой... Все праздновали, а она тут валялась. И так стало жалко себя...

Это даже отрезвило. А Уолдена не жалко? Ведь парню хуже в сто раз! Ещё и винит себя в её травмах, и думает, наверное, что заставил стать его невестой. И вообще, что там в его душе творится - страшно подумать. Если даже не знает, любит ли она. А может, уже понимает, что совершил ошибку, но назад пути нет?

- Эй! - позвала она с трудом добравшись до раковины.

Помыла руки и пылающее лицо. А потом в зеркало увидела, что он уже зашёл и смотрит с такой нежностью. Только встретившись взглядом, словно заледенел.

- Сама дойдёшь?

Помотала головой, стараясь не разреветься. Вытерпела его объятия и только оказавшись в кровати, сразу сползла вниз, отворачиваясь к стене.

- Ники?

- Уолли, я тебя очень люблю, и буду любить ещё больше, если ты сейчас уйдёшь. Я хочу спать, но мне хочется сделать это одной.

- Плакать станешь? - проницательно осведомился парень.

Похоже, слова о любви его не впечатлили. А она так старалась.

- Не твоё дело! Оставь меня в покое!

- Да пожалуйста! - прорычал он. - И если хочешь знать, те, кто меня любят, зовут Дэн, потому что Уолли - мой младший кузен! Но тебе не обязательно. Спокойного сна.

Он бы, наверное, и дверью хлопнул, но в последний момент сдержался.

Ники горько усмехнулась и плакать передумала. Вот же дура она, всё-таки довела жениха. Зато узнала много нового. Кто бы мог подумать, что он - Дэн! Но спать, правда, хотелось, так что закрыла глаза, представляя, что она дома, в своей кровати.

Проснулась только под вечер, в палате было темно, только в дальнем углу горел слабый ночник. Уолден сидел с книгой и читал, зевая иногда. И так тепло стало на душе. Вернулся ведь. Несмотря на то, что она была такой сволочью. Наблюдать за ним оказалось очень приятно. Просто домашняя сцена. Только почувствовав её взгляд, он сразу подобрался и захлопнул книгу.

- Проснулась? Что-нибудь хочешь? Целитель сказал, что тебе можно немного поесть.

- Уо... Дэн, ты сердишься на меня? - голос со сна плохо слушался.

- Нет, - и всё же он помедлил прежде, чем ответить.

- А что читаешь?

- Так, ничего особенного. Ты не голодна?

Она помотала головой. Есть не хотелось.

- Ты не знаешь, моим родителям сообщили, что я пришла в себя?

Он вздохнул:

- Они были здесь, пока ты спала, но целитель сказал, что лучше не будить. Завтра придут снова.

Она только кивнула, закусив губу, улеглась на подушку. И хоть было темно, всё равно отвернулась к стене. Как плохо быть слабой, она так старалась всегда быть сильной! И не разбудили...

Уолден подошёл совершенно бесшумно, погладил по голове, и этого хватило, чтобы она расплакалась, как ребёнок, давясь рыданиями, всхлипывая и пытаясь не плакать. МакНейр подхватил вдруг её на руки вместе с одеялом, сел на кровать, не собираясь выпускать. Пришлось обнять его за шею и вымочить пижамную рубашку на груди своими слезами.

- Полегчало? - спросил негромко, когда она затихла. Она поспешно закивала, думая, что положит обратно на кровать, но только жених не спешил. - Я много думал, пока ты лежала в коме, такая бледная и безразличная ко всему. Мне незачем было бы жить, если бы ты умерла. Почему ты согласилась на мои условия, Ники? Неужели думала, что сильнее? Или что я буду поддаваться?

Она помотала головой.

- Я не мог понять, почему. Ты ведь знала, не могла не знать, что твой лорд-дракон будет недоволен. И приняла условие.

- Как ты мягко... Ты не оставил мне выбора, Дэн.

- Разве?

- Как я могла упустить шанс выскочить замуж за парня, в которого влюбилась?

- Просто согласиться? Не по статусу? - Уолден широко улыбался. Она чувствовала это в его голосе.

- Ты знал, что ты маг Земли?

- Нет, откуда? То есть я сам был в шоке. И ты ведь не знала, да?

- Ага. Боялась тебя покалечить, - Ники тихонько засмеялась. - Я такая идиотка, Дэн. Как ты меня вытерпишь? У меня ужасный характер!

Он наклонился и поцеловал её в нос.

- У меня хуже. Я тоже боялся покалечить, но так хотелось тебя удивить... Мерлин, Ники, я чуть не умер, когда голем тебя завалил.

- Не надо, пожалуйста.

- Хорошо, - он крепче прижал её к себе и глубоко вздохнул.

Ники слышала, как быстро бьётся в груди его сердце.

- Ты был такой красивый на той вечеринке, - хихикнула она. - Кошмар, наверное, у тебя в клане все девчонки в тебя влюблены.

- Не знаю, не спрашивал. Мне надо идти, прости. Целитель не разрешает теперь оставаться на ночь, а завтра и вовсе выпишут. Про тебя сказали, что ещё дня три и будешь как новенькая.

- Навещать будешь?

- А ты хочешь?

Ники помотала головой:

- Дэн, мне так хочется увидеться с тобой, когда я буду в порядке. Давай потерпим, осталось-то всего ничего? Три дня - это ведь немного?

- Да, наверное, так будет лучше, - спокойно согласился он, встал и аккуратно уложил на кровать. Даже одеяло подоткнул, когда помог выпить зелья, оставленные целителем. - Сейчас опять заснёшь. Это хорошо, зато завтра не проспишь визит родителей.

- Спасибо, - сонно улыбнулась она. Зелье действовало чересчур быстро. - Пит хороший друг, не бей его больше, ладно? Он гораздо слабее.

- Не буду, - усмехнулся Уолден, - хорошо, что он тебя не слышит. Боевой парень. Отдыхай, любимая.

Она смутно помнила, как он ушёл, быстро уплывая в сон. А утром её навестила мама, сообщила, что отец подойдёт позже вместе с братьями и племянниками.

- Такой вежливый мальчик, - сказала она про Уолдена. - И так тебя любит, Ники. Ты счастлива?

- Да, - кивнула она. - Только что теперь с учёбой?

- О, профессор Робертс нам написал. Он же теперь директор школы. Вам выделят отдельные комнаты, так что спокойно будете учиться дальше. И отец Уолдена считает, что так будет лучше.

- Вы не сердитесь на меня? За эту дуэль...

- Что ты! Ну мы же знали, что ты у нас боевая девочка, так что предполагали, что это может случиться. Главное, жива.

Выписывали её через три дня, в холле больницы собралась немалая толпа. Почему-то вся родня решила её встретить, целой толпой. Братья с жёнами, племянники тоже, ещё и Мэдисон с Флинтом, и Валери. И Питер Аллен пришёл, даже с цветами. Мама с папой. Ники спускалась по широкой лестнице, не веря своим глазам. Радовалась шести сеансам массажа, буквально поставившим её на ноги за три дня. Беспокоило только, что не видела Уолдена, но тот появился в холле, когда она была уже на последней ступеньке.

Решительно прошёл вперёд, раздвигая удивлённых родичей и не сводя с неё глаз, и вдруг опустился на колени, не дойдя трёх шагов.

- Николь Шелби! - заговорил он быстро, словно боялся, что она перебьёт. - Я бесконечно люблю и уважаю тебя! Прошу прощения, что едва не лишил тебя жизни своими руками. Прошу прощения, что был груб, что много раз делал больно. Готова ли ты меня простить, чтобы дальше по жизни идти вместе, забыв о прежних обидах?

Он замолчал, а Ники стояла вся красная под насмешливыми взглядами родичей. И кто только придумал ему эту пафосную речь?

- Я тоже тебя люблю и давно всё простила, - вздохнула она. - Но если ты немедленно не встанешь, возьму свои слова обратно! А ты-то простил? А то я тоже могу встать на колени.

Кто-то засмеялся, а Дэн поспешил встать и протянул ей руку.

- Свадьба сегодня, - шепнул он ей сразу, пока коротко обнимал. - Ты не обидишься? Тебе хотели сделать сюрприз.

- Нормально, я буду рада, когда всё это будет позади. Уж лучше быстрее.

- Пойдём?

- Пойдём, Дэн. Твоя речь была вдохновенной!

- Лесли помог, - признался Уолден, лукаво улыбнувшись. - Это мой друг, Лесли МакЭвой, я вас потом познакомлю.

***

Рудольфус получил это удивительное письмо поздно вечером в пятницу, даже не письмо, а приглашение на свадьбу. Он скривился, полюбовавшись оформлением, то есть отсутствием оного, и перечитал:

"Привет, Руди! Надеюсь, ты больше не злишься? Или не так. Надеюсь, несмотря на злость на меня, ты сможешь принять приглашение на свадьбу. (На этом заканчивался корявый почерк и начинался более ровный).

Сэр, моя невеста и я очень благодарны вам за участие в нашей судьбе. (Слово судьбе было написано поверх исчерканного слова, прочитать которое было нереально). Вам и мисс Прюэтт. Поэтому мы были бы очень счастливы видеть вас и мисс Прюэтт на нашей свадьбе. Мисс Прюэтт я пошлю отдельное письмо. Надеюсь принести вам извинения и заверения в признательности при личной встрече. Свадьба состоится завтра, в двенадцать часов, в моём горском поселении. Портключ прилагается, активируете без десяти двенадцать именем моей невесты. Разумеется, вы можете прибыть с сопровождением. Портключ рассчитан на четырёх человек. С уважением и надеждой увидеть вас завтра, Уолден МакНейр"

Руди вскочил и принялся нервно мерить шагами свою комнату. Мордредов горец! Конечно, он пошлёт мисс Прюэтт приглашение лично. И хочется верить, что девчонка покажет его отцу. Твёрдое намерение отказаться от предложенной чести в самой вежливой форме, трещало по швам.

Ведь если даже Санни покажет приглашение отцу, вдруг тот позволит дочери посетить свадьбу горцев? Пусть с теми же братьями. И кто сказал, что Фабиан и Гидеон предпочтут общению с Ноттовскими боевиками или горцами слежку за сестрой? А присматривать за ней надо, потому что дракклов дружок Дэна - как там его - Лесли, разорви-его-мантикора, МакЭвой! И Руди готов биться об заклад, что именно Лесли надоумил Дэна позвать мисс Прюэтт на свадьбу. Умная горская скотина!

Нужно было срочно посоветоваться с матерью.

Бастинда ещё не спала, сразу приняла его и улыбнулась. Как всегда, застать мать в праздности не удалось, её стол, который размерами не уступал отцовскому, был завален стопками пергаментов, чертежами, таблицами и прочими перьями. И всё это находилось в состоянии аккуратного порядка.

- Над чем работаешь? - вежливо поинтересовался он, занимая кресло у камина.

- Тебе серьёзно интересно? Ладно, не дуйся. Я тут астрологический прогноз составляла на некоторые пары.

- О как! - оживился Руди. - И что там с Басти и Санни?

- Почему ты думаешь...

- Ма-ам! Да ладно. Давай же, что у них?

Бастинда хмыкнула, внимательно осмотрев сына:

- Мой сынок, - сказала она с нежностью, - совсем уже взрослый, а всё так же опекаешь Рабастана, как и в детстве. Ты помнишь, как уронил его из окна?

- Что?! Нет! Ты шутишь? - жалобно уточнил он.

- Куда уж мне. Когда родился Басти, ты сильно к нему ревновал. Конечно мы переживали, старались сгладить углы, уделяли тебе много внимания. Но ты даже видеть не хотел маленького брата.

Руди застыл, чувствуя, как по затылку бегут мурашки.

- Мам...

- Мы не рассказывали тебе, да и зачем, если сам забыл. Тебе тогда было всего три года, мало кто помнит себя в таком возрасте.

- Что я натворил? - голос Руди стал хриплым, но он не обратил на это внимания.

- Рожала миссис Стэнфилд и я вызвалась помогать, а Ричард объезжал молодого гиппогрифа. Мы подумали, что домовики справятся с вами.

- А бабуля Сольвейг?

- Гостила у Гампов. Ты смог заставить домовиков заснуть и пробрался в комнату брата. Взял его из люльки и понёс к окну. Видимо подтащил скамейку, чтобы легче было забраться. Потом - вижу уже догадался - ты попытался столкнуть брата вниз. Но Басти как-то извернулся, схватился за тебя, и упали вы оба. К счастью, сработала стихийная магия. Мы оба почувствовали неладное, а когда примчались с Ричардом к этому месту под окном, вы висели буквально в двух футах над землёй в большом прозрачном коконе. Ты плакал, а Басти цеплялся за тебя и только сопел. Потом ещё отпускать не хотел, ручки у него в годик были сильными.

- Не могу поверить, - Руди зажмурился.

- Нам ты сказал, что вы хотели полетать вместе. Ричард страшно испугался, хотел вовсе не подпускать тебя к Рабастану, но Сольвейг настояла, что это глупо. А ты с тех пор не отходил от брата, пытался сам его кормить, помогал купать, учил ходить. Читал ему сказки. В общем впал в другую крайность.

- Мам, - Руди почувствовал себя больным и разбитым. - Почему ты рассказала это сейчас?

- Мой мальчик, Басти уже совсем взрослый, не нужно следить за каждым его шагом. Я понимаю, что ты его любишь, но позволь ему самому совершать свои ошибки.

- Думаешь, это всё от чувства вины?

- Сомневаюсь. Трёхлетние дети не знакомы с таким понятием. И кто знает, может, ты и правда хотел с ним полетать.

- Я был монстром, - Рудольфус хохотнул и поднялся. - Бель уже спит, да и тебе пора. Завтра мы с ней идём на свадьбу горцев.

- И скажи мне, что это никак не связано с Рабастаном? - подняла бровь Бастинда.

Руди вздохнул и снова сел.

- Про дуэль Ники и МакНейра ты знаешь. Так вот, Санни Прюэтт вызвали тогда на совет попечителей...

Рассказ занял всего пять минут, закончившись приездом Хогвартс-экспресса на вокзал Кингс-Кросс.

- Очень интересно, - кивнула Бастинда. - А теперь о главном, будь добр.

- Лесли МакЭвой лучший друг Уолдена МакНейра. И они пригласили Санни на свадьбу.

- Вот как! Руди, я иду на эту свадьбу с тобой! И не спорь! На сколько человек рассчитан порт-ключ?

- Мам? - Руди рассмеялся. - И кто из нас больше опекает Басти? Портключ рассчитан на четверых.

- Отлично, бабулю возьмём с собой.

- Не отца? - удивился Руди.

- Нет, это будет слишком демонстративно, а бабуля очень хотела познакомиться с мисс Прюэтт.

- Отец тоже хотел, - пожал плечами Рудольфус, - но ты права - его присутствие может быть расценено превратно. Мам, портключ сработает без четверти двенадцать, мы с Бель будем здесь в этот момент.

- Договорились. Ах да, прогноз. Если поженятся летом, у них гарантированно родятся четверо детей причём вполне сильных магически.

- А если зимой?

- Семеро. Но ты сам понимаешь, насколько это всё приблизительно. Главное, что совместимость прекрасная. Больше семидесяти процентов.

- А сто бывает?

- Нет, ни разу такого не видела, и довольно, иди уже. Выспись как следует, не сиди допоздна. Дать зелье?

Руди покачал головой и направился к двери.

- Спасибо, что рассказала, - тихо сказал он и поспешно вышел. Вряд ли он сможет сегодня заснуть.

***

С портретом Даркера всё было не так просто, как понадеялась Санни. Она его уже третий раз доставала, с тех пор когда приехала на каникулы, но и сегодня профессор был так же неподвижен, как в тот момент, когда Эжени его дорисовала. Сколько бы она не пыталась позвать, просто упорно разглядывать, и даже трогать руку нарисованного портрета, никак он не отзывался. Оставлять портрет прикреплённым к стене она не решилась. Мама иногда заходила к ней в комнату, да и домашние домовики, вроде Оскара и маминой Дили, могли появиться, чтобы что-то сообщить от родителей. А она была не готова ещё рассказать о своём учителе чар. Даже по меркам магов, у которых странных вещей было очень много, учиться у портрета было бы слишком странно.

Вздохнув, она свернула портрет в трубочку, убрала в тубус и стала собираться ко сну. Разбойница с утра улетела, видимо, на охоту, как считала Лакки, а Монстрик ещё не вернулся, он подружился с домашним книззлом Рексом и целыми днями с удовольствием следовал за старшим товарищем, исследуя поместье и прилежащую территорию.

Лаки дружбу книззлов не одобряла, уверенная, что старый Рекс учит Монстрика плохому. Почему-то домовушке домашний книззл очень не нравился. Зато Рекса обожал Оскар, которого Лакки попеременно то боялась, то ругала. Периодически она сравнивала Оскара с Борги, домовиком Лестрейнджей, говоря, что "лучше уж этот нахал и грубиян Борги, чем пафосный отмороженный эльф вашего батюшки". Это повторялось так часто, что у Санни зародилось стойкое впечатление, что вертихвостка Лакки явно неравнодушна к нахалу и грубияну. И мысленно пообещала себе, что непременно возьмёт Лакки на бал к Лестрейнджам.

Кстати, о балах. Невозможно продолжать мандражировать перед балами, когда вокруг всё переворачивают вверх дном домовики и несколько женщин из вассалов, готовясь к этому событию. Мама и Санни привлекала к подготовке, это не считая портнихи Мюриэль, присланной для преображения Летиции и любимой племяшки. Если примерки волшебников чем-то и отличались от магловских - измерительная лента всё делала сама, бесцеремонно оплетая тело в самых разных ракурсах - то выбирать фасоны и материалы приходилось всё равно вручную. Пусть и наглядно - иллюзии появлялись на манекене, точной копии Санни, сменяя друг друга и обрастая деталями в виде других рукавов, ворота, кружев или драгоценных камней.

Летиция разобралась быстро, а вот Санни готова была прятаться от очередного посещения жизнерадостной портнихи. Но к счастью, именно сегодня мучения закончились. В результате два платья уже висели в шкафу, упакованные в не менее прекрасные футляры, а ещё три должны были доставить в воскресенье к вечеру, прямо перед Рождеством. Когда Санни робко поинтересовалась, для чего ей столько, если она планирует быть лишь на двух балах, портниха безапелляционно заявила, что у девушки с такими формами обязательно должен быть выбор, не считая моментов, когда платье могло пострадать во время бала. И даже слышать не стала про Эванеско и Репаро, которые к таким дорогим вещам применять нельзя ни под каким видом.

- Умоляю! - воскликнула она взволнованно. - Если что-то случится с платьем, немедленно посылайте за мной сову, не вздумайте чинить самостоятельно.

Пришлось пообещать и согласиться на все пять платьев, благо, Мюриэль велела не стесняться в расходах и наотрез отказалась от предложения отца оплатить чеки самому.

- Хочешь меня обидеть, Джесс? - тётушка резко обернулась к отцу, когда он пришёл с таким предложением во время очередной примерки, которую Мюриэль решила посетить.

Санни даже закашлялась, увидев смешливую улыбку отца, который поднял вверх руки и поспешил ретироваться. Да уж, тётушка могла нагнать страх и внушить почтение. Даже портниха, бесцеремонная с Санни, при Мюриэль становилась скромной, восторженной и немногословной.

Оставалось всего пять дней до среды двадцать седьмого декабря, когда будет бал у них дома, а ровно через неделю, в субботу, предстояло посетить бал Лестрейнджей. И Санни не знала, который из балов страшит её больше. Или точнее, страшил, именно сегодня у неё не было никаких сил на переживания по поводу них, подготовка бального зала и примерки просто опустошили. Хорошо хоть на два выходных Санни освободили от любых дел, предоставив самой решать - посвятить время 48-часовому сну или любым другим занятиям в доме или поместье в целом.

- Хоть на фестралах катайся, - хмыкнула Мюриэль за ужином. - Инструктора там же найдёшь, его семья живёт в домике у загонов. Только не повторяй судьбу тётки, не заглядывайся на молодых инструкторов.

- Мюриэль, - укоризненно покачал головой Джейсон Прюэтт и пригубил вино.

- О, - усмехнулась тётушка, - ну раз твой папа не против, влюбляйся на здоровье.

И когда отец поперхнулся вином, поспешила вежливо улыбнуться:

- Это шутка, Джейсон. Прости, прости свою легкомысленную сестру.

- Санни... - начал отец.

- У меня нет никакого желания кататься завтра на фестралах! - поспешила заверить его преданная дочь.

Тему удалось замять и ужин закончился вполне мирно. После чего Мюриэль отбыла к себе, а Санни пошла пробуждать портрет Даркера, к сожалению, безуспешно.

Санни вздрогнула от громкого стука в окно. Но Лакки её тут же успокоила, появившись рядом.

- Письмо, хозяйка Санни, - она открыла окно, впуская большого серого филина. И сразу поставила на широкий подоконник блюдце с кусочками мяса. - Угощайся, дружок.

Санни взяла пергамент, скрученной трубочкой, только проверив его на проклятья и прочие зелья, как учил Даркер. Письмо озадачило и заставило волноваться.

"Дорогая мисс Прюэтт! Примите искреннюю благодарность за вашу помощь на дуэли. Моя невеста, Ники Шелби, и я были бы счастливы видеть вас на нашей свадьбе завтра в двенадцать часов пополудни, прилагаемый портключ сработает без четверти двенадцать. Активировать его нужно именем моей невесты: просто скажите "Ники". Портключ рассчитан на четверых человек, если захотите взять сопровождающих. Свадьба состоится в горном поселении моего отца. Мы очень надеемся, что приглашение вы примете. В надежде вскоре вас увидеть и с глубоким уважением, Уолден МакНейр".

Подумав, Санни быстро оделась и велела Лакки сообщить Оскару, что ей надо повидать отца. Домовушка поморщилась, но исчезла без всяких жалоб. Вернулась быстро.

- Лорд Прюэтт вас ждёт в кабинете, хозяйка.

Кабинет тонул в полумраке, отец чем-то занимался за массивным столом, но тотчас поднял голову, едва она вошла. Санни просто протянула письмо Уолдена, надеясь, что так объяснять придётся меньше.

- Рассказывай! - велел отец, отбросив прочитанное письмо и откинувшись на спинку кресла. - Про дуэль я уже всё понял, было ли ещё что-то, что мне следует знать, отпуская тебя в горную деревушку к горцам?

- Не знаю, будут ли там МакЭвои, - решила ничего не скрывать Санни, раз уж Рудольфуса это так взволновало. - Но Алан МакЭвой очень хотел меня познакомить со своим братом Лесли.

Она рассказала дословно этот разговор, но, в отличие от Руди, отец не казался слишком взволнованным.

- Ну что ж, почему и нет. От таких приглашений отказываться не принято. Прогуляйся, развейся. Только будь благоразумна, никому ничего не обещай и держись... Минутку.

Страшный призрачный фестрал появился перед отцом и спокойно выслушал послание:

- Гидеон! Ты нужен своей сестре. Будь завтра в поместье не позже половины двенадцатого, будешь сопровождать Санни на свадьбу горца МакНейра и девушки из ковена Ноттов - Ники. Ответь сразу.

Фестрал растаял, и отец повернулся к Санни:

- Сама-то хочешь туда? Или я зря потревожил твоего брата?

- Хочу, - честно ответила Санни. Это было её первое приглашение на подобное мероприятие и упускать возможность побывать на свадьбе не хотелось. Тем более, что была надежда увидеть друзей, а может, даже познакомиться с неуловимым Лесли.

- Тогда, почему бы и...

Трёхголовый призрачный цербер Санни испугал ещё больше отцовского фестрала.

- Привет, отец, - сказал он голосом Гидеона. - Всё понял, с радостью схожу на эту свадьбу. Сестрёнка, держись, буду вовремя. И о подарке не беспокойся, что-нибудь придумаю.

- Ну вот и договорились, - отец притянул к себе стопку пергаментов. - Иди уже спать, дорогая, мне тут надо немного поработать. Но если у тебя ещё какие-то вопросы...

- Нет, это всё! Спасибо, пап!

Санни вернулась к себе и сразу бросилась к шкафу. Как хорошо, что два платья были уже готовы. И, пожалуй, это синее как раз подойдёт, тем более, что к этому платью прилагался комплект из зимней парадной мантии.

Горская деревушка сразу впечатлила. Чтобы попасть к ней, следовало преодолеть весьма ненадежный на вид висячий мост над глубокой пропастью, за которым высились стены замка с аркой, к которой и вёл этот мост.

- Я не пойду! - Санни вцепилась в руку Гидеона, который лишь усмехнулся, увидев пропасть и замок.

Вокруг появлялись и другие гости. Дамы ахали, так же как и Санни не желая ступать на хлипкое сооружение.

К счастью, перед ними аппарировал симпатичный горец в национальном костюме и громко объявил, что для дам, и тех, кого смущает мост, будет подана карета. Все тут же уставились в небо, где появились крылатые кони, запряжённые в сказочного вида карету.

- Санни! Какая встреча! - отвлёк её знакомый голос, и она радостно обернулась к Рудольфусу.

Хотелось броситься ему на шею, настолько она счастлива была его видеть, но присутствие Беллатрикс и ещё двух дам в непосредственной близости вернули её к реальности.

- Привет, Руди! Привет, Беллатрикс, какая ты красивая!

- Ты тоже очаровательно выглядишь, - усмехнулась мисс Блэк. - Вы как знаете, а я пройду по мосту!

Руди не дал испугаться за Бель, тронув Санни за руку:

- Позволь тебе представить моих спутниц, дорогая. Это моя мама - леди Бастинда Лестрейндж. А это бабуля - леди Сольвейг Гамп. Дамы, позвольте вам представить мисс Санни Прюэтт.

У Санни перехватило дыхание. Увидеть маму Басти так внезапно было ужасно неловко и странно. Она и не представляла, какая она красавица, впрочем, как могло быть иначе, когда такие сыновья. Бабуля оказалась не менее красивой и элегантной, только немного ниже ростом. Кажется, Басти говорил, что она замечательная. Или это был Руди?

- Здравствуйте, - растерянно улыбнулась она. - Ой, это мой брат Гидеон.

Она покраснела, понимая, что представлять нужно совсем не так, но похоже никого это не смутило.

Пока Руди жал Гидеону руку, Бастинда обняла её, на мгновение прижав к себе.

- Рада видеть вас, моя дорогая! Рудольфус так много о вас рассказывал, что у меня такое чувство, будто мы давно знакомы.

Миссис Гамп осмотрела её более строго, дополнив:

- Басти нам рассказывал о вас куда больше. И я согласна с внуком. Вы прелестное дитя, милая. И у вас прекрасная брошь!

Санни с ужасом поняла, что приколоть подарок Басти на зимнюю мантию было плохой идеей. Но Руди ведь говорил носить, или эта была Беллатрикс?

- Подарок, - зачем-то выдала она, подозревая, что эта леди, как и Руди, узнала работу внука. Ну что мешало сделать кинжальчик невидимым?!

- Очаровательно, - Сольвейг Гамп хмыкнула. И доверительно сообщила:- Я получила похожий артефакт от своего любимого перед помолвкой.

Покраснеть ещё больше Санни бы не смогла. Страстно захотелось провалиться сквозь землю.

- Мам! - укоризненно сказала Бастинда и взяла Санни под руку. - Ну что, поедете с нами на карете?

- Я бы с радостью, - Санни сглотнула, - но Гидеон хочет, чтобы я прошла по мосту.

Рядом закашлялся брат, а Руди тотчас вмешался:

- Отдай мне Санни, мама. Мы с Гидеоном не дадим ей свалиться в пропасть.

- Ну вот, - картинно огорчилась Бастинда, - твоя бабуля её уже запугала сильнее пропасти. Встретимся в замке, милая. Мама, пойдём, все уже садятся.

Карета внутри явно была больше, потому что дамы и некоторые джентльмены спокойно туда заходили уже пару минут. Санни пожалела, что струсила ехать в ней с родными Басти, и обреченно пошла к мосту с Беллатрикс, Гидеоном и Рудольфусом.

Однако на этом приятные встречи не закончились. У самого моста их догнали Флинт, Мэдисон, Валери Нотт и Лисс Пранк. За ними были ещё какие-то парни, но у Санни уже не было сил обращать внимание на всех. Она радостно поздоровалась с друзьями.

- Не на карете, Санни? - хохотнул Флинт. - Неужели не боишься моста? Пранк из-за него даже свадьбу Ники пропустить решил. И сестру едва не уговорил остаться.

- Мой брат - не трус! - фыркнула Лисс. - И он тоже будет, только позже. У его Мэйси есть свой портключ.

- Так, - зычно перекрыл все разговоры Мэдисон. - Парни, переходим по трое, девушка в центре, и двое страхующих.

- Меня страховать не надо, - сказала Бель, и не дожидаясь остальных, шагнула на мост.

Санни ахнула, а Беллатрикс, словно танцуя, быстро и легко преодолела мост, заслужив бурные аплодисменты парней.

Следующей пошла Валери с Флинтом и ещё одним парнем. Санни искоса глянула на брата, убеждаясь, что тот не сводит глаз с белокурой мисс Нотт. Тихонько вздохнув, она пошла за потянувшим её вперёд Рудольфусом.

- Кейси Причард, - зачем-то представил он одного из парней. - Боевик Нотта и хороший парень. Только не смей влюбляться. Причард, ты тоже!

Смешливый парень коротко поклонился:

- Это трудно, Лестрейндж, но я постараюсь. Идите за мной, мисс, если что - хватайтесь.

Она и ахнуть не успела, как оказалась на мосту.

- Не смотри вниз, - велел Руди, - просто шагай за Причардом. Можешь любоваться его широкими плечами и пижонским хвостиком.

- Эй, я всё слышу! - возмутился Кейси.

Санни хихикнула, забыв бояться. Вниз она честно не смотрела, а Причард оказался и правда неплохим объектом для наблюдения. Низкий хвост ему очень шёл. Только в центре моста она запнулась, сразу глянула вниз и замерла, зажмурившись и вцепившись в поручни. Мост опасно раскачивался. А сердце ухнуло в эту самую пропасть.

- Мама! - выдохнула Санни, даже не пытаясь казаться смелой.

Причард остановился, а Руди приобнял за талию.

- Всё хорошо, Санни, - тихо сказал он. - Завтра возвращается Рабастан, и я обязательно ему покажу в думосборе, как ты переходила мост.

- Руди!

- Поверь, ему понравится.

- Ну ты и гад! - Санни решительно шагнула вперёд. - Мистер Причард, идёмте уже.

Остальной пусть удалось преодолеть без приключений, но Санни всё ещё сердилась на очень довольного собой Рудольфуса.

- Правда, завтра? - спросила она его, стараясь казаться равнодушной.

- Ага, уже днём. Все ждут, какие подарки он привезёт. Тебе, наверное, достанется шкура экзотического хищника.

- Он так сказал? - невольно поразилась она. - То есть, я не жду никаких подарков.

- А зря! - усмехнулся Лестрейндж. - У Рабастана хороший вкус. Хочешь пари, что подарок для тебя точно будет?

Санни нахмурилась.

- Он может достать его где-нибудь здесь и сказать, что привёз, чтобы тебе подыграть!

- Да ладно, - Рудольфус подхватил её под локоть, увлекая к арке. - Будешь у нас на приёме, я специально продемонстрирую тебе в думосборе его приезд, недоверчивая моя. Да и клятвы никто не отменял. Спорим или понимаешь, что я прав?

- Я не буду спорить! Кстати, спасибо за сову. Она - прелесть!

- О, я рад. Как назвала?

- Ей понравилось имя Разбойница.

Они уже вступили во двор замка, заполненный гостями, и с разговорами пришлось закончить. Санни то и дело знакомили с разными людьми, но она даже не пыталась их запомнить. От улыбки уже болели щёки, и она с трепетом подумала, что на балу будет ещё хуже. То есть там запоминать придётся. Наверное.

С Ники и Уолденом она поздоровалась очень сердечно, решив, что выглядят они очень красивой парой, оба высокие, стройные и красивые. Только невеста была бледновата, но в прекрасном платье и явно счастливая.

Невольно подумалось, как она будет смотреться на своей свадьбе с... женихом. И вдруг поняла, что представляет рядом с собой Рабастана. Даже прослушала, что говорит ей Рудольфус, и не сразу сообразила, что прямо перед ней стоит Магнус Нотт.

- Здрасти, - только и смогла сказать она, взглянув в синие глаза боевика. Сердце билось внутри как сумасшедшее, то ли от недавних мыслей, то ли от близости Нотта. И Руди куда-то пропал.

- Вы очаровательны, мисс Прюэтт, - Нотт наклонился совсем близко, видимо, чтобы она его услышала. Шум от разговоров заставлял всех вокруг говорить ещё громче. - Какая неожиданная и приятная встреча!

- Я тоже рада вас видеть, - вежливо ответила она, отводя взгляд. - А как вы... Ой, я забыла, что Ники из вашего ковена.

- Верно подмечено, - усмехнулся он и ненавязчиво взял под руку. - Похоже, все идут в ритуальный зал. Вы позволите вас сопровождать?

- Да, спасибо, - Санни не знала, что и думать. И насколько это прилично, что он ведёт её в ритуальный зал?

Впрочем, народу было так много, что на них никто не обращал внимания. По крайней мере, ей хотелось в это верить.

К счастью, откуда-то вынырнули Беллатрикс и Валери, и отняли её у Нотта.

- Прости, братец! Санни нам нужна, - нахально заявила мисс Нотт. - Сюда, дорогая, нам Лисс забила лучшие места. И Мэйси обещала познакомить со своими подругами.

Они ловко проскользнули между людьми, пробираясь вперёд, Санни оставалось лишь покорно за ними следовать.

Место, куда привели её девушки, было и правда удачное. Отсюда хорошо был виден алтарь, молодые и вся церемония. И радовало, что её приняли в компанию девушек, все парни оказались на другой стороне зала. Вездесущий Руди тоже был там, неподалёку от Гидеона.

Санни могла беспрепятственно наблюдать за церемонией бракосочетания, которая уже началась. Валери уже стояла возле Ники, видимо, была свидетельницей или подружкой невесты. Или как у магов это называется.

Свидетелем Уолдена был тоже горец в национальном костюме. Он оказался даже выше МакНейра и вообще олицетворял собой вид настоящего воина в колоритном шотландском костюме. Восхищённо разглядев косу, толщиной с два её кулака, Санни вздрогнула, когда "воин" посмотрел прямо на неё. Симпатичным назвать его было сложно, но не страшнее Флинта, в самом деле. Зато мужественно выглядел. С девчонкой не спутаешь.

Парень подмигнул и Санни почувствовала, как краснеет. Поспешно отвела взгляд, снова принимаясь следить за бракосочетанием. Вот они встали у алтаря, по очереди выпили что-то из большой золотой чаши. Бородатый широкоплечий горец, полный достоинства, проводивший церемонию, что-то негромко спрашивал, жених и невеста отвечали. Но расслышать было сложно с того места, где стояли девушки.

- Тот горец положил на тебя глаз, - шепнула ей Лисс Пранк, оказавшаяся совсем близко. - Ты осторожно, у них есть обычай красть невест.

- Кошмар какой! - ужаснулась Санни еле слышно. - Тут сотня этих горцев! Который из них?

- Лесли, - хихикнула Пранк, - не смотри на него.

Санни вздрогнула, невольно завертев головой. Ну а что, она же хотела увидеть таинственного Лесли!

- Санни, - прошипела Лисс. - Он прямо перед тобой! Свидетель жениха.

Ей оставалось только обозвать себя идиоткой, украдкой поглядеть на Лесли ещё раз и испугаться. Что значит "положил глаз"? Только этого ей не хватало! Но свидетель вёл себя на удивление пристойно и вовсе не пялился на неё. Сани вздохнула с облегчением, а потом поняла, что ритуал уже завершился. Жених и невеста поцеловались, и начались поздравления.

Не успела она растеряться, как рядом оказался Гидеон и сунул ей в руки перевязанную красивой лентой коробку.

- Пойдём, мы в первых рядах, - сказал он, увлекая её к самому алтарю.

Впереди них оказались Руди с Беллатрикс.

- Что хоть за подарок? - спросила она Гидеона.

- А, не волнуйся, там ожерелье из чешуек дракона, и набор для ухода за волосами.

- А!

Поздравили быстро, сдали подарки домовику с корзиной, и наконец покинули ритуальный зал. Всех повели праздновать в ещё больший зал, весь занятый столами, уже накрытыми множеством блюд.

За столом Санни оказалась между Гидеоном и Руди, Нотта она не видела, возможно, он сел где-то с другой стороны. А вот мама и бабушка Рудольфуса оказались прямо напротив. Пришлось общаться, но, к счастью, это было не сложно. Разговоры велись о ритуалах, о горских обычаях, которые, как оказалось, Сольвейг Гамп хорошо знала.

Санни заслушалась, не забывая пробовать разные закуски. И гранатовый сок ей очень понравился.

Потом их проводили в комнаты, и девочки опять её спасли, взяв с собой.

- Здесь можно припудрить носик и отдохнуть, - сказала Беллатрикс, когда они вошли в большую комнату с несколькими кроватями. - Потом будут ещё гулянья, но мы с Руди хотим уйти раньше. А вы как?

- Не знаю, - пожала плечами Санни. С одной стороны, на гулянья посмотреть было интересно, а с другой, где-то здесь бродили Нотт и горец Лесли. А она уже чувствовала, что устала от впечатлений. - А можно так просто уйти?

- Конечно, - заверила мисс Блэк. - Многие уже ушли, кстати и бабуля Сольвейг с Бастиндой тоже. Руди предлагает тебе с Гидеоном присоединиться к нам. Вэл, ты же с нами?

Валери, переплетавшая волосы перед большим зеркалом, скорчила рожицу:

- Если Санни с вами, то я, пожалуй, тоже не прочь прогуляться.

Ну вот, всё и решилось. Не могла же Санни упустить возможность поспособствовать брату.

- Я с вами, - решительно кивнула она. - Только как найти Гидеона?

- Руди найдёт, - Беллатрикс тоже подошла к зеркалу.

- А можно мне с вами? - Лисс Пранк сделала такие умоляющие глаза, что все рассмеялись.

- Куда ж ты денешься, - фыркнула Валери. - Я же за тебя отвечаю. Только Причарда с собой возьмём. Или Флинта.

Уйти оказалось достаточно легко. Во дворе для желающих как раз отправлялась карета с пегасами - Санни узнала, как называют этих огромных лошадок.

- Уже уходите, мисс? - спросил горец, помогавший дамам подняться по ступенькам кареты. - Надеюсь, вам у нас понравилось?

- Очень! - подняла на него глаза Санни и еле удержалась от удивлённого возгласа. Лесли МакЭвой вблизи немножко пугал. Надо было срочно что-то сказать, и отобрать ладошку, зажатую в огромной лапище. - Я впервые была на свадьбе горцев.

- Лесли МакЭвой к вашим услугам, мисс, - внезапно представился он.

И ей ничего не оставалось ничего другого, как ответить тем же.

- Александра Прюэтт. Рада познакомиться.

- Мы тут все ужасно рады, МакЭвой, - раздался сзади язвительный голос Рудольфуса. - Но будь добр отпустить уже руку мисс Прюэтт и дать ей войти в карету.

- Легко, Лестрейндж, - Лесли спокойно поднёс её руку к губам и поцеловал. Санни затаила дыхание, ощутив, как в её ладонь одновременно вложили записку. - Может быть, ещё встретимся, мисс Прюэтт?

Она не нашлась с ответом, растерянно поглядев в серые насмешливые глаза. И он опять ей подмигнул! Ну не нахал ли?

- Возможно, мистер МакЭвой. Я пройду?

- До встречи, мисс.

Она поспешила внутрь кареты, сразу убеждаясь, что была права. Внутри было расширенное пространство. Беллатрикс помахала ей из третьего ряда удобных кресел. Все четыре кресла заняли девушки, а парни расположились в следующем ряду.

К удивлению Санни, их доставили прямо на Косую Аллею. С ними вышло ещё несколько гостей.

- Ну что, у кого какие пожелания? - Руди помогал всем дамам выходить из кареты.

Записка жгла руки Санни, уж очень любопытно было, что мог написать ей горец Лесли. Да ещё заранее.

Незаметно прочесть не получилось. Да что там, она вообще сглупила, когда они устроились в кафе Фортескью за одним столом. Флинт просто нахально подхватил этот клочок пергамента, когда она потянулась за салфеткой, напрочь забыв о письме и потому уронив. И почему в карман не положила?!

Руди оказался настороже, отобрал у Флинта записку сразу же и протянул Санни, но и не подумал отдать, спохватился и спросил:

- Это что?

- Личное послание! - вздёрнула она подбородок, протягивая руку.

- От Лесли? - прищурился Лестрейндж.

Гидеон отвлёкся на Валери, сидевшей напротив, Беллатрикс что-то говорила Лисс, и только Флинт удивлённо переводил взгляд с Санни на Рудольфуса.

Санни не ответила, и Руди нагло раскрыл записку. По мере прочтения глаза у него расширялись.

- Он спятил! - ошарашенно проговорил Лестрейндж и бросил ей записку. - Наслаждайся, Санни, посмотрю на твои сапфировые глазки после прочтения.

Послав ему возмущённый взгляд, Санни рассмотрела неровные строчки послания.

"Твои глаза как синие сапфиры

А волосы твои горят огнём!

Не сыщешь девушки прекрасней в этом мире.

Я на коленях, я влюблён и покорён!

Ты как видение была среди толпы,

Я есть не мог, влюбился, как мальчишка.

И в сердце у меня теперь лишь ты!

Молю о встрече, хоть одной, моя малышка!"

Что-то царапнуло сознание, и всмотревшись лучше, она прочла совершенно другой текст:

"Мисс Прюэтт! Знакомство с Вами было моей мечтой последние несколько дней, но увы, Ваш цербер Лестрейндж - это нечто. Если позволите, я приглашаю Вас встретиться где-нибудь, ресторан на Ваш выбор. В надежде на согласие буду ждать Вашу сову. Лесли МакЭвой".

Выглядеть шокированной было не сложно, когда посмотрела Руди. Он что, так на "цербера" разозлился, что текст сменил? Суть-то не сильно поменялась.

- Вот-вот, - кивнул Рудольфус. И ни капли раскаяния в бесстыжих глазах. - И странно, что просит встречу, а не сразу постель.

- Думаешь, я сразу бы согласилась? - сердито спросила Санни. И отдернула пальцы, когда письмо было уничтожено прицельным Инсендио. - Это ты спятил, Руди! - И мстительно добавила: - Рифмы у тебя никуда не годятся!

- Вот как? - Руди безмятежно улыбнулся. - Санни, Санни... И давай замнём, ты же не хочешь, чтоб твой брат вызвал меня на дуэль?

- А у меня вчера помолвка состоялась, - громко сказал Флинт, отчего на него обратили внимание сразу все.

Санни ахнула, подозревая какую-то шутку. Но для этого Квин выглядел слишком спокойным, даже отстранённым.

- Серьёзно?

- Более чем, - вдруг подтвердила Валери.

А Лисс Пранк сочувственно покивала.

- Она хоть красавица? - Руди притянул к себе креманку с мороженым и зачерпнул целую ложку. - Надеюсь, свадьба не завтра? Я уже дурею от них.

- Ей одиннадцать! Какая свадьба? - Флинт тоже взял мороженое, но есть не спешил. - А ещё мы вчера были на славной охоте. Прикинь, Руди, лично мантикору замочил.

- А, так невеста - награда за подвиг?

- Дебил ты, Лестрейндж! - огорчился Флинт.

- Полностью согласна, - поддержала Санни. - Квин, а как её зовут?

- Кого?

- Мантикору, - усмехнулся Руди.

Флинт широко улыбнулся:

- Это самец. Хитрецом теперь зовётся. Его лорд-дракон фамильяром сделал.

- Врёшь! Мантикору - фамильяром? - Рудольфус уставился на Флинта потрясённо.

- Он мелкий, - подала голос Валери, - дня три, как родился. И ядовитый шип удалили с хвоста. А невеста Флинта - Джоанна Честершир, внучка того самого Честершира. Можешь закрыть рот, Руди, у неё родовой дар, и она настоящая заноза в заднице. Все девчонки отомщены. И да, Квин, я тебя поздравляю, вчера всё как-то не получалось.

Валери отвернулась, а Флинт отставил мороженое и поднялся.

- Отойду на минуту.

Санни притихла, не зная, что и думать. Руди, похоже, тоже был слегка дезориентирован.

Но когда Флинт вернулся разговоры пошли спокойнее и в целом они посидели хорошо.

- Встретимся на балу, - сказал Руди, прощаясь. - И умоляю, Санни, выкини из головы этого горца. Ты же понимаешь, что он... как бы помягче...

Санни рассмеялась, всё же злиться на Руди долго она не могла:

- Уже забыла!

Лисс Пранк обняла её последней и шепнула:

- Не знаю, что было в той записке, но Руди сменил текст. Имей в виду.

- Знаю, - вздохнула Санни. Спасибо Даркеру, многому уже научил.

Она взяла за руку Гидеона, и даже удивилась, что так быстро оказались дома. Ведь ничего не ощутила неприятного в желудке, как бывало обычно от портключей.

- Лестрейндж мерзавец, - грустно сказала она. И на удивлённый взгляд брата, поспешно придумала причину: - Сказал, что покажет Басти в думосборе, как я переходила мост.

- О, - Гидеон рассмеялся и щёлкнул её по носу. - Ты выглядела отважной и смелой, не переживай! Басти понравится.

- Это меня и пугает, - Санни сняла зимнюю мантию и перебросила через руку. - А ты как? Останешься?

- Не могу. Попрощаюсь с мамой и обратно, к драконам. Но на бал прибудем все.

- Бал! - Санни обняла брата. - Жду, не дождусь!

Глава 45

На фестралах она всё же покаталась. Точнее на одном из них. Санни гуляла несколько часов накануне бала вместе с Джейми, заехавшим её "поддержать и встряхнуть", и к вольеру они подошли уже изрядно замёрзшие, но довольные жизнью, прогулкой и друг другом.

- Рискнём? - указал глазами на вольер Джейми. - Или боишься?

- Я боюсь?! - вскинулась Санни под его насмешливым взглядом. - Да ты бы видел через какой я мост переходила у горцев! Что мне твои фестралы. Только боюсь, замёрзнем.

- Всё-таки боишься, - поддразнил кузен, поспешно отпрыгивая в сторону. - Эй, нечестно, я снежки магией лепить не могу!

- А ты попробуй, - Санни мстительно помахивала палочкой, а рой из тридцати снежков послушно приготовился к атаке.

- Что значит попробуй? Издеваешься? Эй, ты и так можешь?

Снежки полетели в странной очерёдности, делая крутые виражи. Тренировка последних дней сказалась. Санни уверенно применяла чары, но старалась всё же не попадать кузену в лицо или за шиворот. Если бы только он так не вертелся!

- А кто обещал попробовать двигать вещи взглядом? Забыл?

- Санни, - Джейми перестал исполнять дикий танец. - Я думал вообще-то, что ты шутила. Серьёзно, пойдём, покатаемся.

- То есть, даже не пробовал! С ума сойти, Джейми!

- Да всё как-то не до этого было. То эта поездка на чемпионат с Майклом, то драконы, счета и другая бухгалтерия, то...

- Скажи просто, что забыл, - она подошла ближе и взяла его под руку. - Джейми! Посмотри на меня! Ох, нас заметили!

Санни увидела, как из того самого домика, что стоял у леса за вольером, вышли два человека, направляясь в их сторону. Дошли они быстро, но не теряя достоинства.

- Добрый вечер, - более высокий парень первым с ними поздоровался, а тот, что пониже просто смотрел. Одеты оба были в зимние кожаные плащи с капюшонами, подбитые серебристым мехом. На ногах Санни с удивлением различила что-то вроде валенок - мелькнуло воспоминание из прошлой жизни. Правда, тут они могли иначе называться - белые, на очень высокой, тяжёлой на вид, подошве-платформе, причудливо украшенные полосками серебристой кожи.

- Здравствуйте, - как можно дружелюбней улыбнулась она высокому парню. - Я Александра Прюэтт, а это мой кузен Джейми Прюэтт.

Парень коротко поклонился:

- Рад видеть, мисс. Сэр. Хотите посмотреть на фестралов?

- А вы? Как мне к вам обращаться?

Молодые люди переглянулись, младший пожал плечами, старший вежливо ответил:

- Хэйден Брэм, к вашим услугам, мисс Прюэтт. Так вы идёте?

Санни кивнула, а Джейми, едва немногословные ребята отвернулись, схватил её за руку.

- Моё второе имя Хэйден! - прошептал он ей на ухо. - Чёрт! Может, это мой племянник? Или кузен? Кошмар.

Им так и не удалось поговорить с этими двумя. Оседлав им двух фестралов, которых Джейми прекрасно видел, только когда включал своё зрение, они сделали на них кружок над поместьем, которое едва можно было разглядеть в сгущающихся сумерках. Получили незабываемые ощущения - страшно было до жути, но прекрасно. А когда приземлились, то уродливых коняшек у них тут же отобрали и молча увели.

- Ладно, пойдём, - решил Джейми. - Потом как-нибудь.

- Ну классно же было! - Санни ощущала себя совсем маленькой, когда наконец оказалась на земле. - Тебе хоть понравилось?

- Ещё бы, но если бы уши не закладывало от твоих воплей ужаса, то было бы лучше.

- Да ничего подобного! Я просто радовалась полёту!

- Санни, ну сколько можно! Что это за монстр?

Снежный ком замер в двух метрах над землёй прямо над кузеном. Он поднял руки и осторожно его подхватил. А потом быстро насадил ей на голову, отчего Санни оказалась вся в снегу.

- Грубая сила против палочки! - хохотнул негодяй. - Попробуй догони!

Домой они в итоге вернулись раскрасневшиеся и запыхавшиеся.

Мюриэль их встретила в кухне, имеющей отдельный выход из дома. Обычно им пользовались слуги и вассалы. Был ещё один выход, ведущий в сад, через который выходили погулять господа, но этот был ближе к вольерам.

- Красавцы! - оценила тётушка. - Так и подумала, что вернётесь через кухню. Джейми, мы останемся на ночь. Да, да, Санни, я вняла твоим уговорам и помогу тебе сделать причёску и остальное. Не бойся, портнихи завтра не будет.

- Мама! - тут же воскликнул Джейми, помогая Санни снять зимний полушубок. - Хэйден Брэм нам вывел фестралов. Это не...

- Твой кузен, скорее всего, - спокойно кивнула Мюриэль. - У них там традиция называть так старшего. Только не думаю, что они будут тебе сильно рады. Мой брак с твоим отцом они не одобряли. И, боюсь, именно меня винят в его ранней смерти. Жду обоих в моей гостиной, когда переоденетесь. Нам надо поговорить.

Она развернулась и спокойно вышла.

- Ты её расстроил, - попеняла Санни. - Зачем сразу с порога?

- Да кто ж знал... - поморщился Джейми. - Давай уже свои чистящие чары и пойдём. Не будем заставлять её ждать.

- Надо же, - Санни достала палочку и очистила снег с их сапог и одежды. Заодно подсушила. - Не рады они! Я бы на твоём месте не стремилась с ними знакомиться!

- Как ты за мать переживаешь! - усмехнулся Джейми. - Да не бойся, понял я уже всё. Я навязываться тоже не стремлюсь, ты не думай. У меня одна сестра есть, и больше не надо.

- Какая сестра? - они вместе вышли из кухни. Санни выхватила шубку у кузена, сама донесёт, не развалится, тем более, когда можно так прикольно левитировать её перед собой.

- Ты, конечно, позёрка! Кто же ещё? А мою слабо?

- А ты подкинь! Перед тобой самый крутой маг-чароплёт! Видел бы ты лицо мистера Нотта, когда я целый ряд парт перенесла в другой конец класса.

- Не надорвалась?

Её шубка и его тулупчик красиво парили над лестницей впереди, размахивая пустыми рукавами.

- Ненадолго потеряла сознание, - нехотя призналась Санни.

- И очнулась в объятиях принца.

- Дурачок! Там ещё Флинт был, и вообще... Не смешно! Мы потом столько еды съели с Флинтом... Но теперь я куда сильнее, и так бы не подставилась. Мистер Даркер очень хороший учитель.

- Ты обещала мне его показать!

- Под большим секретом, Джейми.

- Помню, мой маленький параноик! - он увернулся от подзатыльника собственного тулупа. - Ладно, взрослый параноик! Итак, покажешь портрет?

- Нас твоя мама ждёт. Но потом можешь зайти, - решила Санни. Джейми был единственным, с кем она поделилась секретом портрета, и даже рассказала, как передала в портрет газету. Правда о том, что второй портрет она оживляла и смогла ещё зелье передать не позволила сказать клятва.

- Прикинь, если нас застанут в полночь в твоей спальне! - хохотнул Джейми.

- На это есть Лакки, которая живо вышвырнет тебя в окно!

- Вот как ты меня любишь! А я-то всей душой! Со всей своей нерастраченной нежностью.

- Твоя комната слева, трепетный кузен! Забирай свой тулуп, встретимся у Мюриэль.

- Зачем в лицо швырять? Ладно-ладно, я всё равно тебя люблю, Санни! Даже такую агрессивную и потерявшую берега!

К сожалению, он слишком быстро захлопнул свою дверь, и она не смогла ему высказать, что думает о весьма сомнительных комплиментах. Да уж, ему удалось "встряхнуть любимую кузину". Она перестала нервничать и страдать по поводу бала.

Ну а потом был разговор с тётушкой. Мюриэль спокойным и ровным тоном сообщила им, что рассталась с Августом Руквудом, и что ждёт от него ребёнка. Сказать, что это выбило их с Джейми из колеи - это ничего не сказать. Санни только и могла, что переваривать новости, вспоминая мрачного Руквуда, да твёрдо себе обещать, что посвятит вечер важным решениям. Откладывать и дальше некоторые вещи у неё нет никакого морального права, когда вокруг такое творится.

Мюриэль, сообщив невероятную новость довольно будничным тоном, спокойно отпила свой чай и посмотрела поочерёдно на сына и племянницу.

- Как вы похожи! - усмехнулась она. - Закройте рты, дети, или займите их этими чудными пирожными, что приготовил Петри. И имейте в виду, то, что я рассказала вам двоим, до поры до времени не должен знать больше никто.

- У меня будет брат? - первым отмер Джейми, вскакивая из мягкого кресла. Он тут же оказался перед Мюриэль и опустившись на пол, обнял её колени. В голосе кузена прозвучало просто осязаемое сожаление: - Ма, ну зачем? Он же так тебя любит! И ты...

- И я, - согласно кивнула она и взъерошила его волосы, а другой рукой обняла подошедшую Санни. - Только слёз не надо, моя девочка. Да, я сейчас слегка выбита из колеи. И ломаю голову - срочно искать мужа или уезжать из страны.

- А срок?

- Сколько уже?

- Почти хором! Спелись? - усмехнулась Мюриэль. - Полагаю, недели полторы. И да, разумеется, я рожу его, а лучше её. Будешь нянчиться, а?

- Спрашиваешь! - слабо улыбнулся Джейми.

- И я буду! И маминых, и твою.

- Кошмар, прямо как перед войной, - вздохнула Мюриэль. - Просто беби-бум какой-то! Моя подруга Августа Лонгботтом в положении уже больше месяца. Робертсы, полагаю, теперь с этим не задержатся. У Фабиана, как я понимаю, тоже появится ребёнок? Джейсона надо бы вводить в курс дела очень постепенно. Санни, скажи мне честно, ты точно не ждёшь ребёнка от Рабастана?

- Нет конечно! - вспыхнула она. - Мы ничего не... У нас ничего не было!

- Только целовались, знаю. Прямо как Джейми. Ладно, простите, у меня нервы. Обещаю, завтра я буду улыбаться и блистать неземной красотой и остроумием. А сегодня... Итак, готовы к нашествию всех родичей и знакомых?

Разошлись они лишь совсем поздним вечером, так что Джейми с сожалением сказал, что лучше уж пообщаются потом, после бала. А если и не выйдет, то у них скоро совместная поездка к мистеру Робертсу на целых пять дней. Санни согласно покивала, у самой от сообщения Мюриэль сердце было не на месте. Что бы ни утверждала тётушка, а она явно тяжело перенесла расставание с этим Руквудом, на которого Санни теперь злилась. А то, что он был любовником Мюриэль, почему-то нисколько не удивило. И только очень тепло было на душе, что ей доверили такой секрет.

***

Дед Альви напоследок крепко обнял Рабастана, шепнув на ухо:

- А это уже за тобой, скучали. Не оборачивайся, сейчас встретитесь. Хорошо, что мы успели с непреложным обетом. Без него хранить такую тайну было бы слишком тяжело, ты ведь понимаешь?

- Понимаю, - усмехнулся Рабастан, забирая из рук деда свой чемодан, внутри которого поместился саквояж-подарок. Они уже прошли таможню, как магловскую, так и магическую, так что Альварес Гамп уже воспользовался портативной мастерской во второй раз, видимо, забрав оттуда этот жуткий артефакт. - Я счастлив, что ты решил меня взять с собой, и бесконечно благодарен за бесценный подарок.

- Ты очень талантливый юноша, Рабастан, и это, безусловно, стоит поощрения. Ну всё-всё, увидимся у вас на балу. Уступаю тебя твоему брату. Привет, Рудольфус!

Рабастан порывисто обернулся, широко улыбнувшись.

- Решил встретить? - радостно спросил он стремительно подходящего брата. - Дед, я...

- Он уже аппарировал, - фыркнул Руди, притянул к себе Басти, обнимая, похлопал его по спине и отстранился. - Ну наконец-то. Рад тебя видеть, малыш.

- Если не извинишься, не получишь подарок. Какой я тебе малыш?

- Ладно, пойдём, пройдёмся немного. Мы же не станем выпендриваться, как дед Альви, исчезая прямо из толпы маглов посреди аэропорта?

Они вышли на свежий морозный воздух. Басти оглядывался по сторонам, не веря, что наконец вернулся, пусть и не совсем ещё домой, но уже близко. Горящими глазами рассматривал улицу, зажигающиеся фонари, толпы радостных и озабоченных, спешащих куда-то людей. Везде царило предпраздничное настроение, все готовились к Рождеству.

- Как дома? - опомнился он, поворачиваясь к Руди. Тот шёл рядом, внимательно поглядывая на Басти, словно надеясь разглядеть в нём что-то новое. - Мама, папа, бабуля?

- Всё в порядке, все тебя ждут.

- А Санни? Прости, я понимаю, что это глупый вопрос, - заторопился Рабастан.

- Видел вчера, - лениво усмехнулся Рудольфус. - Были вместе на свадьбе Уолдена МакНейра.

- Ничего себе! Дэн! Ему же только шестнадцать! Обещай мне рассказать всё подробно! - теперь пришла очередь Басти вглядываться в лицо брата. - Но как ты... и Санни? Нет, ты всё же префект Слизерина, я понимаю, но Санни...

- Мать с бабулей тоже там были... А ещё... Впрочем, пойдём туда, кажется, в том переулке никого нет. Обещаю, что выпрошу у отца думосбор.

- Я тебя обожаю! - Басти поспешил за братом, теперь домой хотелось попасть срочно. - Тебя очень огорчит, что я завалил несколько врагов? Насмерть.

Руди остановился так резко, словно налетел на стену, развернул к себе брата, чтобы видеть его глаза под резким искусственным светом магловских фонарей.

- Что ты сказал?

- Давай дома, - вымученно улыбнулся Рабастан. - На самом деле, моей заслуги там минимум, всё решили удачно заготовленные артефакты. Расскажу, что могу.

Руди молча кивнул и пошёл к переулку. Достал из кармана хлыст отца, до боли знакомый обоим братьям.

- Портключ, - прокомментировал зачем-то Рудольфус. - Отец без всяких намёков дал, думаю, он просто...

- Да ладно, - фыркнул Басти. - Я ему гораздо лучший привёз. В подарок.

- О как! - сверкнул глазами Руди. - Я хочу видеть его лицо, когда будешь дарить! Держись.

Они оказались перед домом, на том же месте, где целую жизнь назад они появились в чёрный день для Рабастана, покинувшего Хогвартс навсегда. Как же он тогда злился... Теперь и вспомнить странно. И даже ностальгия какая-то.

К дому шли быстро, даже не разговаривали. Басти сам нёс свой чемодан, отказавшись от помощи брата.

- Отец велел всем не третировать тебя на входе в дом, - Руди распахнул перед ним дверь кухни. Три домовика почтительно раскланялись, и сразу молча вернулись к скворчащим сковородкам и котлам. - Примешь душ, переоденешься, поужинаешь со всеми, а вопросы после.

- О, хорошо! Заодно подарки приготовлю. После ужина и подарю.

- Отличный план, - по лестнице, ведущей прямо к их покоям, Руди поднимался первым. - У отца для тебя тоже есть сюрприз. Ма уверена, что ты устроишь слезливую истерику с топаньем ногами. Ба загадочно молчит. Отец думает, что будешь благодарен, но не покажешь виду.

- А ты? - заинтригованный Рабастан легко догнал брата, и в коридор между их спальнями они вышли одновременно. - Ты ведь знаешь, что за сюрприз?

- О да-а-а-а! - Руди рассмеялся. - Думаю, как шантажом и подкупом отнять это у тебя, пока не знаешь.

- Хрен тебе, балда! Что бы это ни было, папин сюрприз не продается и не отдается. Всё, я к себе. Предупреди всех, что через полчаса буду.

Борги встретил Рабастана в комнате, утирая глаза от выступающих слёз, но не смея приблизиться.

- Эй, я в порядке! - весело приветствовал его Басти. - Горячую ванну с земляничной пеной, пожалуйста... Борги, да шучу я!

Но домовик уже исчез, весело сверкнув мгновенно высохшими глазами.

Басти фыркнул, осторожно водрузил чемодан на сундук, стоящий в ногах кровати, достал из него кожаный саквояж и спрятал под кровать у изголовья. Чары незаметности сработали исправно. Подарки для родичей, помещенные в маленькую коробку размером с магловский спичечный коробок, он выложил на стол, остальное оставил пока как есть.

Ванная с обильной пеной и впрямь пахла земляникой, какое же блаженство было на несколько минут опуститься в это горячее чудо. Чуть не заснул, благо Борги бдил.

- Хозяина ждут на ужин, а хозяин спит, - причитал он, стоя рядом с ванной с горячим полотенцем в руках. - Хозяин устал, Борги может осмелиться сообщить главе рода, что хозяину надо отдохнуть.

- Не ворчи, вылезаю я. Как же хорошо дома! Борги, я скучал по твоему ворчанию!

- Борги не ворчит, Борги очень любит хозяина, Борги старается...

- Да, да, да, иду, видишь?! Лучше костюм приготовь какой-нибудь.

- Борги уже всё приготовил, Борги знает свои обязанности!

Басти рассмеялся и поспешил обратно в спальню, чтобы одеться, на ходу вытираясь полотенцем, тоже издающим аромат земляники.

Подарочную коробочку он сунул в карман брюк, глубоко вздохнул, поглядев на себя в зеркало, и быстрым шагом покинул свою спальню. Что и говорить, он сильно успел соскучиться по ним всем.

Его встретили спокойными улыбками, только бабуля фыркнула:

- Земляника, Басти?! Вот и отпускай внуков с дальними родственниками! Загар тебе, кстати, очень идёт. Если что, у меня есть на примете чудный молодой человек...

Отец закашлялся, мама бросила укоризненный взгляд на бабулю, в свою очередь подставляя щёку для поцелуя. Руди кашлянул, одарив весёлой усмешкой.

- Борги шуток не понимает, - пробормотал Басти смущённо, занимая своё место. - Отец, подарки сейчас или после ужина?

- После, - оживился Ричард Лестрейндж. - Ну, раз все в сборе...

Стол тут же заполнился аппетитными блюдами. Сегодня слуг не было, видимо, по распоряжению отца.

Басти сам удивился, как успел проголодаться.

От подарков все были в разной степени восторга. Отец принял хлыст с нечитаемым выражением лица, осторожно взяв его в руки, но глядя на сына:

- Спасибо, - настороженно поблагодарил Ричард. - Э-э, красное дерево?

- Для твоей коллекции, - невинно улыбнулся Басти. - Мама, а это тебе...

- Мерлин! - Бастинда вертела в руках сумочку с видом полного счастья. - Корделия обзавидуется! Дикон, ты это видишь? Басти, обожаю тебя! Спасибо, милый!

Сольвейг приняла платок с толикой удивления, сразу проверив его несколькими пассами палочки.

- Рабастан! Ты стал дивно разбираться в уместных подарках! - бабуля сразу накинула платок себе на плечи. - Надену на бал! Корделия Крауч не способна на зависть, дорогая. Ты пригласила их на приём?

- Да, захотелось её увидеть, - Бастинда всё ещё разглядывала сумочку. - Их сыну уже шесть, а раз тут будут Блэки со всеми детьми, почему бы нет. Правда, ответа до сих пор не получила. Ты считаешь, Барти Крауч по-прежнему против нашего общения?

- Ревнует её к каждому столбу, - хмыкнул Ричард. - Впрочем, я его понимаю.

- Грубо, Дикон, - повернулась к нему Сольвейг. - Но, возможно, ты прав. Корделия - настоящая красавица. Кто бы мог подумать, что из гадкого утёнка вырастет такой лебедь. Тем не менее я слышала, они долго путешествовали и прибывают в Англию как раз сегодня. Так что ответ могут принести ближе к ночи.

Руди рассматривал шахматные фигуры, благоговейно беря их в руки.

- Произведение искусства, - качнул он головой. - И за перчатки спасибо, Басти. Жаль, Бель тебя не дождалась, она здесь гостила. Но сам понимаешь, завтра Рождество, семейный праздник.

- Думосбор готов, - Ричард повысил голос. - Покажешь нам что-нибудь, Рабастан? Или так расскажешь?

Басти задумчиво посмотрел на отца, кивнул и достал палочку:

- Пяти флаконов хватит, - сказал он и требуемое тут же появилось на столе. Басти решил показать самолет и прибытие в Индию, знакомство с мастером Давидом и поиск подарков на рынке, похищение и спасение деда. О кожаном саквояже и его изготовлении, и пустыне, где жила семья Давида, он решил умолчать. Оставил только воспоминания внутри его дома, иначе рассказ получился бы неполным. И последнее - прогулки по берегу океана.

Думосбор был недостаточно широким, чтобы смотреть могло сразу несколько человек. Поэтому сначала воспоминания взяли отец с Рудольфусом, а потом Ричард отдал четыре флакона матери и бабуле.

Рудольфус был бледен.

- Что там? - спросила Бастинда, заметив, что Ричард спрятал пятый флакон в карман.

- Не для женщин, - нахмурился Лестрейндж. - Может быть, позже.

-Давай, Дикон, - Сольвейг требовательно протянула руку. - На красивые картинки полюбуемся потом. Тем более Басти нам всё это уже красочно рассказал, пока вы смотрели.

Ричард глубоко вздохнул и сделал ещё попытку:

- Зрелище не слишком приятное.

- Дикон, я жду.

- Тогда я с вами! - лорд Лестрейндж неохотно достал пятый флакон.

Воспоминание перекочевало в руку Сольвейг и переглянувшись с Бастиндой, бабуля вылила её в думосбор. Ричард накрыл рукой ладошку жены.

Руди потрясённо поглядел на брата, как только остальные погрузились в "омут памяти":

- Вот это приключение! Ты как, в порядке?

- Уже да, - кивнул Басти. - Я жутко трусил, Руди, и не будь этих татуировок, сомневаюсь, что справился хотя бы с двумя. Эти анимаги были явно хорошими бойцами, ну ты видел.

- Да-а-а... Жалею, что меня рядом не было. И ты не трус, ты храбрец, Басти. А эти кинжалы - это же шедевр! Аврорат и Отдел Тайн бы обзавидовались! Хотя отец, когда ты пошёл с этим типом прямо в логово похитителей, грозился тебя выдрать. Новым хлыстом, ага.

Басти подавил смешок при упоминании Отдела Тайн, и оскорблённо вскинул подбородок на угрозу отца:

- Да пускай!

- Не бушуй, это он в сердцах. Я сам готов был дать тебе по шее. Только понимаю, что ты уже взрослый и сам принимаешь решения. Может, сбежим, пока они тут...

- А думосбор? Ты обещал попросить!

- Я что, когда-нибудь не выполнял обещаний? - поднял брови Рудольфус и засмеялся, когда Басти шутливо ударил его в живот. - Что, силы девать некуда? Ну-ка давай, без палочек.

- Поверь, пожалеешь! - ухмыльнулся Басти и ринулся в атаку.

Размялись славно, дважды Басти одерживал верх, укладывая брата на лопатки, но в итоге Руди победил, зафиксировав младшего удушающим захватом.

- Сдаёшься? - выдохнул слизеринский префект.

- Да ни за что! - Басти, сипя, ещё пытался вывернуться из захвата, но потом хлопнул ладонью об пол: - Ладно, твоя взяла. Отпусти.

Аплодисменты вокруг заставили обоих вскинуть головы. Ричард, Бастинда и Сольвейг насмешливо рассматривали драчунов. Руди сразу вскочил и подал руку брату, но тот поднялся сам.

- Мы это... - Руди пытался пригладить волосы.

- Мы так и поняли, - кивнул лорд Лестрейндж серьёзно, только в уголках глаз остались смешливые морщинки. - Если вы закончили, то можете отправляться к себе. И да, думосбор вернуть не позже завтрашнего утра.

- Да, отец!

- Спасибо!

- Басти! Я проиграла твоему отцу галеон! - Сольвейг покачала головой. - Скажешь Антонину, что я ожидала большего от его уроков.

Рабастан стремительно покраснел:

- Это шутка была! Мы не всерьёз!

- А против меня встанешь? - вкрадчиво спросил Ричард.

- Сначала я против тебя, милый, - Бастинда тут же оказалась между мужем и сыном, увидев вспыхнувший взгляд Рабастана. - Проиграешь, и можешь спать в своем кабинете ближайшую неделю.

- Да я пошутил, - Ричард шутливо поднял руки. - Сразу сдаюсь, дорогая, я знаю, что ты сильнее и...

- Что, струсил? - Бастинда взмахнула палочкой, превращая домашнее платье в костюм из кожаных брюк, белой рубашки и сапог до колена. - А я не шучу, Ричард!

- Вот как, милая? - в глазах хозяина поместья загорелся опасный огонёк.

Сольвейг подтолкнула внуков к дверям.

- Нечего тут смотреть, Руди. Забирайте думосбор и брысь к себе. Я тоже пойду.

Басти с сожалением вздохнул, когда магией бабули их просто вымело за порог. Двери с тихим стуком захлопнулись.

- Мама победит! На что спорим?

- Сомневаюсь, - фыркнул Руди, - ставки слишком высоки. Отец из принципа побьёт маму. Жаль, что не увидим, но бабуля права. Чем кончится это безобразие, представить не сложно.

- Ты думаешь? - расширил глаза Басти. - Да ладно!

- Ну а что, стол там крепкий, - подмигнул Рудольфус. - Пошли, горюшко, смотреть будешь, как Санни переходила мост над пропастью.

- Как ты можешь! - Басти догнал брата. - Это же... мама!

Руди потрепал его по плечу, приобняв, другой рукой он прижимал к себе думосбор.

- Ты удивишься, но им тоже не чужды земные страсти. И потом я колданул на стол, только посмей кому-нибудь сказать! Но если нам через девять месяцев подарят сестрёнку, значит, мой прогноз был верным.

- Ты... Что ты сделал? С ума сошёл!

- Расслабься, может, до этого не дойдёт, - фыркнул Руди. - Но больно здорово все условия сошлись... Просто преступно было не попытаться. Ну что, к тебе или ко мне?

- Ты псих, - покачал головой Рабастан. - Ко мне, у меня уютней.

- А у меня просторней.

Братья вынырнули из воспоминаний о свадьбе у горцев и Басти выдохнул, отходя к окну. Всё, что он думал о драккловом Лесли МакЭвое и мордредовом Нотте, он уже высказал во время просмотра, а о Санни и не собирался ничего говорить, ни тогда, ни сейчас. Хотя только на неё он смотрел по-настоящему, и лишь она осталась теперь перед глазами. Но все слова о Санни замирали внутри, Басти просто не смог произнести их вслух. Даже для Руди.

И не было нужды смотреть в думосбор снова, чтобы видеть, как Санни отвечает язвительной бабуле, как храбро идёт через мост, не боясь показать слабость. Как вдохновенно слушает слова свадебного ритуала, рассматривая жениха и невесту, как насмешливо, скрывая возмущение, отвечает Рудольфусу в кафе...

- Басти, ты в порядке?

- В полном, - кивнул он спокойно. - Спасибо.

Рудольфус ещё потоптался, но потом ушёл, забрав думосбор. Ну и ладно, Басти и не нужно. Сегодня только одно осталось - просто побыть одному. А завтра он будет готов к отцовскому сюрпризу, что бы это ни значило.

А отец ведь ни словом не обмолвился! И мама, и бабуля. Оставалось поверить Рудольфусу, так уверенно о сюрпризе говорившем, и надеяться, что это будет не как в прошлый раз. Не поездка куда-нибудь в Антарктиду. Потому что сейчас, оказавшись дома, никуда больше не хотелось. Хотелось одного - дождаться уже бала у Прюэттов и станцевать обещанный первый танец. А там будет видно.

***

Церемония в министерстве магии прошла буднично. Чиновник по вопросам брака сразу принял их в кабинете, заставленном стеллажами от пола до потолка. Стеллажи продолжались и за его столом, так что было непонятно, где они там заканчиваются. Артур нервничал и косился на невозмутимую Скитер. Рита была деловита и собрана, спокойно отвечала на вопросы. Да, ей уже есть семнадцать. Да, она полностью осознаёт, что полный магический брак - это навсегда. Да, разрешение родителей прилагается. Да, они согласны на запись в Книге жизни.

Артур что-то слышал о такой книге - кажется, в ней были записаны все маги Великобритании, но разрешения заглянуть в этот таинственный фолиант надо было ждать месяцами, оформив допуск чуть ли не в половине кабинетов министерства.

После возникла заминка, надо было подтвердить изменение фамилии, но и это было позади.

- Распишитесь здесь и здесь, - маленький сморщенный чиновник положил перед ними разукрашенный завитушками пергамент, ткнув в нужные места кривоватым пальцем.

Перо больно впилось в палец, а подпись оказалась ярко-алого цвета. Артур невольно хмыкнул - запрет кровной магии само министерство, похоже, не волновал.

Подписи были поставлены, заверены чиновником, после чего тот взмахнул палочкой и документ просто исчез. Вместо него на стол спланировала небольшая карточка, по взмаху палочки быстро покрывшаяся закорючками.

- Вот, - проворчал чиновник. - Свидетельство о заключении полного магического брака для предъявления в школе Хогвартс и других инстанциях. Брак зарегистрирован по всем правилам, можете идти.

Едва они вышли, Рита рассмеялась с повизгиванием, уткнувшись лбом ему в грудь. Артуру оставалось лишь растерянно улыбаться и поглаживать новообретенную супругу по вздрагивающим плечам.

- Я ожидала что-то более... эпичное, - пояснила она. - Если учесть сумму, которую мы уплатили за церемонию. Впрочем, так даже лучше. Пойдём, Медведик, у нас ещё куча дел на сегодня.

Вот так просто и буднично они стали мужем и женой. Свидетельство забрала Рита, копии можно было сделать этажом выше. Тут тоже пришлось заплатить за скорость и хорошее отношение. Зато почти сразу получили десять хрустящих карточек с пометкой "Копия".

- В министерскую совятню не пойдём, - решила Рита. - Была я там как-то. Бр-р-р. И дорого. Лучше на Косой Аллее зайдём в почтовое отделение. Не смотри так, я хочу сразу отправить копии в школу, в "Пророк" и родителям. В школе потом придётся предъявить оригинал, в газете закажем скромное объявление, кому надо - увидят, а родители просто порадуются.

Артур одобрил. После почты они зашли в заведение Фортескью и отпраздновали событие большим тортом, сотворённым из разных сортов мороженого. Аппетита он не ощущал, но потихоньку увлёкся, съел чуть не половину, всё с большим азартом пробуя разные вкусы.

Рита посмеивалась, но тоже не отставала, хотя снимала пробу куда более скромно.

- Знаешь, - сказала она, когда на блюде уже оставалось совсем мало мороженого. - Наши дети будут праздновать свои свадьбы как полагается. С гостями и прочими фейерверками. А нам и так сойдёт, правда?

- Это лучший день в моей жизни, - не согласился Артур, глядя на супругу. Сегодня Рита вызывала у него приступы нежности каждую минуту. - Но я согласен, пусть у детей будет всё.

Она ответила задумчивым взглядом и кивнула.

- Пробежимся по магазинам или сразу домой?

- Сразу, - ответил он почему-то севшим голосом. - Если ты не против.

- Я только "за"! - Рита поковыряла ложечкой в остатках лакомства. - А праздник у нас ещё будет, не переживай. Тётушка обещала приехать, потом отец с мачехой подтянутся, так что отпразднуем. Но это не сегодня и даже не завтра. Обещали сообщить отдельным письмом. Я потому им копии и отправила, а то имена у нас изменились, пусть знают, кому сов посылать.

Артур почти не слушал, волнуясь и переживая, как ЭТО будет на холодном жёстком камне. Даже хотел предложить сразу отправиться в ту чудную спальню, что Рита с домовиками устраивали для них в Большом доме чуть не полдня. И Мордред с ним, с алтарём. Но Рита слишком решительно была настроена сделать всё "правильно", проштудировав целую стопку древних фолиантов, найденных в заброшенной библиотеке, и своё предложение он так и не озвучил.

В Большой дом опять пришлось пробираться через сарай Норы. Благо, проход через "джунгли", как называла Рита заброшенный сад, теперь был безопасным. Портключи в сам дом они решили заказать позже, когда немного наведут везде порядок. И скорее всего это будет уже летом.

Домовики в разномастной одежде, на которой настояла Рита, встречали их в холле, робко бормоча поздравления. Супруга тут же озадачила их приведением в порядок малого столового зала и приготовлением праздничного ужина. После чего взяла Артура за руку, сразу направляясь к подземельям.

Волновался он зря, дискомфорт был забыт напрочь, стоило Рите раздеться. Да он себя забыл, весь превратившись в острое желание. И алтарь вовсе не был ни холодным, ни жёстким, он словно пульсировал в такт биению его сердца.

Артур очень хотел доставить ей удовольствие, но мозг просто отключился практически сразу, едва они оказались на камне и он ощутил под собой обнажённое нежное тело жены. В себя его привёл негромкий вскрик Риты и то ненадолго.

- Всё нормально! - она судорожно вцепилась в его плечи. - Продолжай!

И даже обвила ногами его талию, напрочь лишая благих намерений. В себя он пришёл, когда всё закончилось. Рита улыбнулась, целуя его в нос:

- А теперь спать, - зевнула она, устраиваясь поудобнее в его объятиях.

- Прямо здесь? - растерялся Артур, бережно обнимая супругу. Ему спать не хотелось совершенно, но предлагать повторить всё ещё раз он не решился. Побледневшая Рита вызывала желание защищать и оберегать. А он потерпит.

Рита не ответила, уже спала. Да и не мудрено - она читала всю ночь перед церемонией и, наверное, не отдыхала вовсе.

Незаметно для себя он тоже уснул, и снилось ему что-то хорошее. Супруга разбудила его бесцеремонно: сводящим с ума поцелуем. И, конечно, всё сразу же и повторилось, только не так кошмарно, как в первый раз.

- Вся кровь впиталась в алтарь, - сообщила Рита, выскользнув из-под него, едва Артур пришёл в себя. - Умираю с голода! Медведик! Быстренько в душ и за стол!

- Ты как? - всё же спросил он, осторожно слезая с нагревшегося алтарного камня.

- Опыт интересный, - пожала она плечами, набрасывая на себя халат. - Странно и мило. А сил точно прибавилось, не терпится проверить.

Палочки они оставили в спальне, во избежание. Так что прежде чем принять душ, испытали "Люмос". И у обоих он, определённо, стал ярче и больше.

А в столовой, наполненной сводящими с ума ароматами, их ждала огромная коробка, перевязанная голубой лентой.

- Доставили совами, - ответил Урс на вопросительный взгляд Артура.

Рита хмыкнула и осмотрела коробку.

- Я догадываюсь, что там. Папаша в своём репертуаре.

Распаковали сразу. Вид колыбели, как будто вырезанной из цельного куска дерева, заставил Артура замереть. Только сейчас до него окончательно дошло, что он женился. Что они - теперь семья, что когда-нибудь у них будут дети, а может быть, и внуки. На глаза совершенно неожиданно навернулись слёзы, и он поспешил отойти к столу.

- Это такой юмор у твоего тестя, привыкай. - Рита заняла место за столом рядом с ним и похлопала Артура по руке. - И вообще, пригодится когда-нибудь. Урс, убери это в детскую. Нет, милый, она еще не готова, но с комнатой мы уже определились.

***

- Нравится тебе новая жизнь? - спросил зельевар Мунго, угощая Северуса большой креманкой разноцветного мороженого. Что он дед Северусу, мальчик узнал только что, и его уже немного тяготило обещание не говорить о разговоре родителям.

Дед, встретиться с которым он умудрился украдкой, когда отец привёл его на обычный осмотр к Сметвику, сильно озадачил внука своим вопросом.

- А? - ничего вразумительнее он выдавить не смог. Таким вопросом он точно не задавался. Что бы это значило? Что за новая жизнь? Сев похлопал глазами на обретённого деда, пожал плечами, как иногда делал отец, и продолжил угощаться лакомством, хотя и без особого аппетита.

- Друзья есть? - продолжил спрашивать этот совершенно незнакомый ему дед.

- А? - Северус вдруг опомнился и покраснел. Мама сколько раз велела не думать о зельях во время еды. А у него, как назло, никак не выходило из головы, почему перечное зелье вчера не получилось. Уже и так, и эдак мысленно прошёлся по рецепту и этапам приготовления, где ошибка? Нет, если бы он варил обычным способом, да, это легкотня, но он решился на модифиро... модициро... модифицированный вариант! Вот! Он его в тетради у мамы нашёл. Неужели всему виной то, что заменил один этап на более лучший? И слушать болтовню деда, с его странными вопросами было тяжело. - Простите, сэр.

- Отец не обижает? - снова задал неудобный вопрос странный дед, а ведь Северус и на первые два ещё ответа не придумал.

- Кого? - решил он спросить осторожно.

А вообще Джонни правильные вещи говорит - рассказывать о личном и семейных делах постороннему - это себя, семью и ковен не уважать. А деда, пусть он и являлся отцом его мамы, считать семьёй всё же было нельзя. Если бы можно было, Северуса ему бы официально представили. Разве нет? А вот так, тайком от папы, который попросил посидеть тихо в приёмной, пока он разговаривает с целителем Сметвиком, это уже как-то неправильно, и не совсем семья. А уж к ковену и вовсе отношения дед не имел никакого. Совсем как у Джонни - пока отец его не признает, вроде как чужой, хотя тоже вот - отец. И ничего его отцу ни один ковенец не расскажет о своих делах, а сам Джонни и разговаривать с ним не должен, да и где бы они встретились?

Дед Принц тяжело вздохнул, качая головой:

- Не получается у нас разговора, внук. Я же не чужой тебе, что ж так?

Оставалось только снова пожать плечами, а мороженое есть уже не хотелось. Ну откуда ему знать, почему не получается, и зачем этот разговор вообще? А если подумать, то и вопросы были такими, как их называет отец - сотрясением воздуха. Ведь дед Принц взрослый, не может не понимать, что Северус что-то не понимает, а что-то говорить не хочет. И ничего тут не поделаешь. Как говорит мистер Хейли, жизнь - сложная штука.

- Я пойду? - Северус отодвинул креманку. Сбежать из уютного кафе захотелось немедленно, и не из-за деда с тяжёлым суровым взглядом, просто всё было неправильно.

- Вот ты где, пострелёнок! - весёлый бас целителя сначала заставил вздрогнуть и вызвал желание съёжиться, а потом вдруг обрадовал - вот же оно, спасение!

Северус живо обернулся, встретился глазами с отцом, оказавшимся рядом с целителем и попытался взглядом передать всю нелепость и сложность ситуации. Иногда казалось, что это можно сделать, с мамой же получалось!

Впрочем, отец у него вообще самый умный, это любой дурак знает, так что понял быстро. Не зря же он подошёл и подхватил его на руки. А деду только и сказал таким чужим голосом, чересчур спокойным и холодным:

- Мистер Принц, впредь попрошу вас не искать встреч с моим сыном.

И всё! И сразу всё понятно и снова просто. И секрет от родителей - уже не секрет, не давит неприятно в желудке. Но смотреть на деда Принца не хотелось, вдруг тоже поймёт по глазам Северуса, как ему неприятен весь этот разговор, расстроится.

Дома ждали недоваренное зелье, недочитанная книга, и Джонни, с которым условились встретиться после обеда. По случаю праздников занятия им отменили, только и оставили, что утреннюю разминку с купанием в ледяной воде, без этого уж совсем никуда. А потом можно было бы даже дурака валять, или спать сколько влезет, только у Сева на такие вещи времени не было.

Дел было невпроворот, как говорит другой его дед, глава рода Робертсов. Который, кстати, свои занятия отменять точно не будет. Он так и говорил: "Праздники - отмазка для ленивых, Северус! А ты ведь не хочешь вырасти бездарем?"

Бездари казались Северусу диковинными лесными чудиками, и, конечно, он таким быть не хотел. Нет, отец ему объяснил, что к чему, но вот въелся же в мысли вид этого самого лесного существа. Другими словами, неучем Северус быть не хотел, так что согласился с дедом, что занятия в праздники необходимы. И это всего каких-то полчаса. На зелья те же куда больше уходит времени и сил.

- Дела, пап! - как только они оказались дома, Сев был отпущен и сразу бросился в лабораторию. Даже на оклик, что до обеда осталось десять минут, лишь рукой махнул - успеет, ему только проверить.

В лаборатории была мама. Тестировала то зелье, что принёс отец давным-давно. Что-то там у неё не получалось с ним. Она подмигнула Северусу и вопросительно подняла бровь.

- Не знаю пока, - пояснил он, бросаясь к своему котлу. Мама его работу никогда не трогала, если он специально не просил. Впрочем, это было не часто, не маленький уже.

К сожалению, зелье на катализатор ответило ожидаемо, и можно было даже не пытаться что-то исправить.

- Мам, уничтожь, - тяжело вздохнул Северус. Тоже вот проблема. Если бы у него была палочка, разве стал бы просить о таких пустяках. Но отец взял с него слово, что просить у матери палочку не будет, а уж брать тайком и подавно.

- Эванеско! - мама даже не проверила, понимает, что просто так не попросит. - Север, подойди ко мне.

Он с любопытством подошёл, неужели тестируемое зелье покажет? Мама говорила, что оно очень сложное. Но, к его разочарованию, никто ему драгоценный флакон с перламутровым отливом в руки не дал. Оказалось, маме просто надо определить нечто непонятное в маленьком котелке, который не больше кружки. Еще утром этот котелок мирно стоял на полке абсолютно пустой.

- Понюхай, милый, какие ингредиенты можно определить?

Сев нахмурился, склоняясь над котелком. Не слишком низко, чтобы дух зелья уловить правильно. Мама его часто проверяла, тоже ведь теперь официально его обучала. Он легко мог узнать уже очень многие запахи даже в наполовину готовом зелье.

- Что-то горькое, похоже на полынь. Магическая полынь, собранная, скорее всего при растущей луне, именно у неё такой привкус... - Северус помахал рукой, отгоняя запах. Вдохнул снова: - И ещё, что-то сладкое, не могу припомнить такого. Возможно, чья-то кровь. И ещё, ну так зверьки эти пахнут, как их... Ну мам, у Кроули!

- Нюхлер? Серьёзно? - кажется, он сумел удивить маму.

- Да, - Северус хмыкнул. - Такой запах был, когда он пописал. Прости, мам. Но я и запомнил, что необычно. Можно, я потом остальное унюхаю? Папа сказал, что обед, чтоб не задерживались.

- Уже идём, - мама задумчиво сама понюхала зелье. - Ты и без того молодец! Но понюхаем ещё, ты прав.

Только после обеда нюхать не пришлось. Родителей навестила леди Бастинда, а Северуса ждал Джонни. У них сегодня было намечено важное предприятие.

А ещё скоро они пойдут на бал к лорду Прюэтту, и там Северус встретится с Санни, ведь оказалось, что она дочка этого лорда. Мама говорит, что там будут дети его возраста, не заскучает. Только Северу никто не нужен, кроме Санни, и Джонни у него есть. Зачем кто-то ещё? Жаль только, что Бойд на этот бал не пойдёт. Нет приглашения.

Джонни ждал в условленном месте, за старой мельницей. Давно ждал, уже подпрыгивал, пытаясь согреться, снег вокруг был вытоптан весь. Снега в последние дни было много. Только сегодня перестал. Глаза слепило от не по-зимнему яркого солнца, отражающегося в яркой белизне.

- Замёрз? - Сев перевёл дыхание, пришлось бежать, чтобы не заставлять Джонни мёрзнуть дольше. - Побежали уже. Мы в Мунго были, и зелье ещё, раньше я не смог.

- А у нас гости, - хмуро отозвался Джонни, но рассказать обещал, лишь когда доберутся до "их места" в дальнем конца поместья.

Башенка тут стояла невысокая, всего в два этажа. Но главное - заброшенная. Слухи о ней ходили жутковатые, привидения, мол, злые, и вообще... А Север не знал этого, когда в первый раз сюда попал, исследуя территорию. И с этим привидением познакомился, ничего злобного в нём не увидев. Он там один обитал, Бешеный Джек. Странный тип, да, но вот дедушка Кристиан тоже странный. Бывает. И Сев у него разрешения попросил по всем правилам, чтобы иногда играть, и друга привести.

Бешеный Джек думал целый месяц - привидения, как оказалось, вообще думают медленно. И как раз вчера выдал решение: "друга привести можно, но только одного, и чтобы он был тихим и вежливым". Северус практически поклялся, что Джонни как раз такой, и вообще никого больше приводить они не будут. И дело у них важное - науку изучают. Бешеный Джек проникся, заявив, что наука - это замечательно. Так что сегодня Джонни предстояло новое знакомство.

В башне было тепло, особенно на чердаке. Ход туда вёл из комнаты второго этажа, правда, Северус увидел его не сразу, только когда Бешеный Джек с ним проговорил полдня о всяком разном. Махнул после руками и позвал: "Гляди!". Северус и поглядел. Комната чердака была круглая, пыльная и тёплая со скошенным во все стороны потолком. Кто тут чары накладывал, неизвестно, даже привидение не помнило, только стояли они тут уже больше столетия. Не выветривались.

За месяц Северус сюда много чего натаскал: раздобытые у мистера Хейли стул и два колченогих табурета - тот перед свадьбой много разной мебели вынес на задний двор. Что-то боевики разобрали, что-то сожгли. Железный столик нашёлся внизу башни. Ух и тяжело его было тащить наверх, а ещё слушать советы привидения, а лучше бы не слушал. Но дотащил, устроил нормально у крохотного окна-бойницы.

Домовушка ворчала, но лишнюю подушку, матрас и пару одеял ему выдала. И даже скатерть на стол, хотя Северус не просил. Секретом это не было. Северус сел за стол в кабинете отца и всё обстоятельно объяснил. Отец выслушал задумчиво, велел ждать, а сам пошёл разговаривать с Бешеным Джеком. Поговорили, разрешение отец дал, а также распорядился не самому что-то придумывать, а просить Элси, если понадобятся какие-нибудь вещи.

Северус обратился, но немножко пожалел. Несмотря на ворчание, домовушка готова была сделать из его тайного убежища обычную комнату. От многого удалось отбиться, только применив строгий голос. Даже напольные коврики всучить Элси не смогла. Хотя пришлось объяснить, что ему нравится чистый деревянный пол. На следующий день комната сияла чистотой и выскобленным до белизны полом. На двух окнах появились прозрачные занавески, а под матрасом устроился видавший виды топчан. Пришлось смириться.

Зато теперь показывать Джонни "тайную комнату" было приятно. Бойд округлял глаза, рассматривая обстановку, и безропотно сел на топчан, закутавшись в одеяло. Северус деловито наполнил кружку горячим чаем из термоса и капнул туда укрепляющего. Некоторые зелья он счёл нужным хранить здесь, как раз для подобного случая.

- Пироги ещё есть, - с досадой сообщил Северус. По его мнению, это было совершенно лишним. Так не почувствовать себя Робинзонами. Но с упёртой домовушкой иногда проще было согласиться. В некоторых вопросах она была абсолютно непреклонна. Даже отец с ней не всегда мог сладить, только ухмылялся и соглашался. Так что Северу тоже приходилось - что поделать, три поколения Робертсов нянчила ещё малютками.

Но Джонни только радостно кивнул.

- Давай! - велел он. - По одному.

Так и сделали, Север достал из корзины всё ещё горячие пирожки с мясом и некоторое время они молча ели, запивая их чаем. Только потом Джонни снова вспомнил про своего гостя.

- Отец пожаловал, - с тоской вздохнул он.

- Так это же здорово! - обрадовался Сев. - Вдруг решил признать тебя?

- То-то и оно, что решил, - Джонни даже чай отставил на пол, плотнее кутаясь в одеяло. - Ты что, не понимаешь, что меня теперь заберут? Мама ему не нужна!

- Как заберут?! - эта новость была неприятной. - Насовсем?

Джонни зябко пожал плечами:

- Не знаю, меня выставили.

В этот момент к ним в "логово" вплыло привидение, предупредительно погремев цепями. Была у него оборванная цепь на шее, прикреплённая к металлическому ошейнику. Бешеный Джек был когда-то рабом на галерах, удалось бежать, но недалеко - замёрз и утонул. Оттого ему холодно всегда, вот и держится в тёплой башне, всё согреться хочет.

- Представите меня, мистер Снейп? - иногда Джек выражался очень вежливо.

- Ага, - Северус поспешно вскочил. - Мистер Бешеный Джек! Это мой друг, мистер Джонни Бойд.

- Уже почти Мальсибер, - угрюмо влез Джонни. Но тут же оживился: - Клёвая цепь!

- Джонни, это мистер Бешеный Джек, - упрямо закончил Северус и сел рядом с другом на топчан.

- Ладно, - махнуло цепью привидение. - Вы двое можете звать меня просто Джек. Но больше никто.

- Спасибо, Джек, - закивал Джонни.

Северус тоже поблагодарил. А потом, как обещал, показал книгу, которую они с Бойдом изучали.

- Зелья, - скривился он. - А повеселее ничего нет?

- Давай про Робинзона, - Джонни не слишком любил учиться. Приключенческие книги его привлекали куда больше.

Северус вздохнул и полез в сундук - тоже Элси приволокла.

- На чем мы остановились? - читать ему приходилось вслух.

Джонни ещё неважно разбирал слова, но учился понемногу, следя за текстом. Уверял, что так ему проще, чем по азбуке с глупыми стишками. И что книжка магловская, его не смущало, только иногда забывался, комментируя: "Что ж он его не заавадил?". Или: "Да наверняка ему зелье доверия подлили!".

- Робинзон увидел след голой человеческой ноги! - радостно сообщил Джонни. - Давай уже дальше!

Начинали они читать в комнате Бойда, у него дома. Потом у Северуса, прерываясь на то, чтоб съехать в очередной раз с кровати. Но теперь можно было читать здесь, где никто не мешает, не заглядывает, предлагая что-нибудь вкусное или давая срочные поручения. Привидение не в счёт, даже наоборот, интереснее.

Джек запротестовал, что неплохо бы начать с самого начала, Северус возразил, что так они никуда не продвинутся, Джонни тоже хотел слушать, что же дальше было. Спорили недолго, Бешеный Джек предложил им рассказать, что было раньше. И битый час друзья, перебивая друг друга, рассказывали ему начало.

Наконец, Джек замахал руками, заявив, что всё понял, и рассмотрев картинку в книге с этим самым следом, велел продолжать, устроившись прямо на железном столе и поставив ноги на табуретку.

Джонни вздрагивал, когда история дошла до костра дикарей и поедания их друг другом. Привидение вздыхало. Северус иногда смачивал горло чаем.

- Пятница, - фыркнул Джек, когда читать уже стало трудно. На улице темнело рано. - Неужто ничего приличнее придумать не мог?

- Нормальное имя, - не согласился Джонни. - Я знаю, что в Лютном есть парень по имени Среда!

- Если Лютный такой же, как в моё время, то неудивительно, - Джек подлетел к потолку. - Я буду ждать продолжение.

- А сам читать не умеешь? - нахмурился Северус. Не хотелось обещать такое, если Джонни заберёт Мальсибер.

Проблема оказалось в том, что читать Джек умел, пусть и не слишком бегло, но переворачивать страницы не мог. Север резонно заметил, что это не проблема, зачаровать, чтоб сами переворачивались.

- И кто зачарует?

Пришлось звать Элси. Она могла, Север это знал точно. Только вот привидений не одобряла. Спустя полчаса переговоров с упрямой домовушкой, пара книг была зачарована и помещена на стол, а на полу всё-таки появился ковёр. Чем-то приходилось жертвовать.

- До завтра? - попрощался Джонни.

- Завтра бал у лорда Прюэтта, - напомнил Северус. - Не смогу.

- Ах да. И меня могут забрать.

Подтверждая его слова, рядом появился патронус его мамы: щенок бигля.

- Сынок, я жду тебя дома, ужинать пора.

- Бегу уже! - буркнул Бойд, словно патронус мог передавать ответы. - Расскажешь про бал?

- Конечно!

- Будешь танцевать с девчонкой? - хитро ухмыльнулся друг.

- Буду, - решительно кивнул Сев, - мама научила. Если только с мисс Прюэтт.

- Красивая? - Джонни всё топтался на месте и глядел с интересом. - Влюбился, что ли?

- Я же про мисс Стэнфилд не спрашиваю такое, - фыркнул Северус.

Джонни покраснел и понятливо махнул рукой:

- Уел! Ладно, я побежал.

Северус ещё к деду бы заглянул, но отец тоже прислал патронус. Пришлось идти домой, да и темнело рано. Можно к нему завтра забежать, на бал ведь не с утра поедут, а после обеда.

Северус слепил пару снежков, запустил их на бегу в высокое дерево у крыльца и ворвался в дом, покорно разрешив домовушке стряхнуть с него снег и забрать зимнюю мантию.

Отец читал газету, мама что-то рассматривала в журнале, но всё сразу убрали, когда он сел за стол, помыв руки.

- Мальсибер хочет забрать Джонни, - выпалил он. И спросил осторожно: - Пап, а ты не можешь попросить лорда Лестрейнджа, чтоб не забирал?

- Северус, - вздохнула мама. - Нельзя вмешиваться в чужую жизнь так грубо. Я думаю, мы сможем приглашать Джонни в гости, да и маму он навещать будет.

Было похоже, что они уже знали эту новость, оставалось только надеяться, что гадкий Мальсибер будет отпускать Джонни почаще.

- Все разговоры за чаем, - строго сказал отец, словно это и так не понятно. Но сразу ему подмигнул, и стало легко на душе.

Северус вдруг вспомнил, что у них вообще-то есть сова и можно будет переписываться. А это уже не так грустно. И вообще, на ужин была его любимая творожная запеканка, так что все проблемы на время забылись.

***

Магнус сердечно попрощался с Мишель, хотя сумма, проставленная в отчёте, его не на шутку встревожила. Судорожно прикинув, сколько денег у него в сейфе, и сколько придётся одолжить у отца, он уже взял пергамент, чтобы писать поверенному в банк, когда мадемуазель Бурже положила свои пальчики на его руку.

- Мистер Нотт, - защебетала она, томно глядя из-под шикарных ресниц. - Прошу прощения за то, что не сообщила вам сразу, но буквально три дня назад меня пригласили на встречу с вашим отцом. Я не смогла отказаться, вы же понимаете. Он полностью оплатил счёт и даже был настолько добр, что выписал премиальные. Так что вам абсолютно не о чем беспокоиться.

- Но он даже не видел вашу работу, - Магнус был немало выбит из колеи этим сообщением, хотя и постарался сдержаться, как мог.

- Видел, - покаянно вздохнула Мишель. - Мне предоставили думосбор. Смею предположить, что вашему отцу всё понравилось. Хотя, если честно, я могла судить только по словам его секретаря, миссис Флинт, кажется. По лицу вашего папеньки ничего понять было решительно невозможно. Ну так что, вы сами довольны?

Магнус опомнился и минут пять искренне расписывал, как ему всё понравилось. После чего решительно дал понять, что ни в кафе, ни в ресторан, увы, пойти с ней не сможет, чтобы отпраздновать, и был благодарен за весёлый смех и честное признание: "Я хотя бы попыталась. Всего доброго, мистер Нотт".

Уркхарта он нашёл в подвале, тот задумчиво ходил вдоль пыльных стеллажей небольшого погребка. Бутылки, покрытые паутиной и пылью, бочонки, не менее двадцати - похоже, о хорошей выпивке можно будет долгое время не беспокоиться.

- Дом снова принадлежит только нам! - объявил Нотт, вытаскивая первую попавшуюся бутыль. - Как насчёт отпраздновать долгожданное событие?

Юджин широко улыбнулся, оглянувшись на друга:

- То-то смотрю, ты сияешь! Поставь раритет на место, это для особых случаев, сто пятьдесят лет выдержки. Вон оттуда бери, там вина попроще. Но всяко вкуснее того, что продают Огдены или сможешь найти на Косой Аллее.

Выпили чисто символически и пошли осматривать новые владения. Преобразилось всё: и спальня, и гостевые комнаты, и ставший просторным холл, и кабинет, и библиотека, и обе гостиных, причём в большой гостиной можно было теперь вполне принимать гостей. Особенно если открыть малую, объединив их в одно помещение. Домовики тут же продемонстрировали эту возможность.

- Устроишь бал? - Уркхарт оглядывал помещение одобрительно.

- Вот уж нет, - фыркнул Нотт. - Встречу для друзей - да, а с приёмом кучи снобов и аристократов подожду. Но мне нравится этот зал. Эй, как там вас, Джи, Миро, разъедините гостиные.

Домовики, следующие за господами, тут же выполнили приказ. Единственное, что Магнус не позволил менять - это кухню, которую изначально поручил заботам ушастых помощников. Тут они с Юджином больше всего любили находиться, простая обстановка располагала.

Вино снова было разлито по кубкам, а домовики шустро поставили закуску в виде вяленых полосок мяса и какой-то неизвестной, но очень вкусной рыбы. Магнусу невольно вспомнилась встреча с лордами в пещере Прюэтта, где Орион Блэк щедро высыпал на свой походный стол похожее угощение.

- Рассказывай, - велел Нотт, делая хороший глоток отменного вина. Правда, он бы ограничился огневиски, но, во-первых, событие действительно стоило того, чтобы отметить его особо. А во-вторых перед завтрашним приёмом у Прюэттов напиваться не хотелось точно. - С Лисс Пранк помирился?

Уркхарт поморщился.

- Сапожки и плащ приняла, - вздохнул он. - Извинения выслушала, но у меня было такое чувство, что нахальная девчонка еле сдерживается, чтобы не рассмеяться мне в лицо. Я что, так смешон?

Магнус, не удержавшись, заржал, глядя на кислую физиономию приятеля. Но тут же взял себя в руки и откашлялся.

- Главное прощён, разве нет?

- А хрен знает. Не ответила, когда спросил. Только кивнула и захлопнула дверь перед носом. Каково?

- Круто. Это ж кому повезёт с такой не... Прости. Всё никак не могу поверить, что ваша свадьба состоится.

- Как будто у меня есть выбор, - пожал плечами Уркхарт. - Вот почему, Мордред раздери всё, я не встретил Франческу парой месяцев раньше?

- Ты ж говорил, что она тебя послала, - удивился Нотт. - Или было что-то?

- Посылал сову, - совсем помрачнел Юджин, без аппетита жуя полоску вяленого мяса. - Просил о встрече. Только получил вежливый отказ. Не поверишь, мечтаю загреметь в Мунго с отравлением, чтобы она меня там лечила.

- Хреново, - оценил его мучения Магнус. - А я вот счастлив, что мы распрощались с мадемуазель Бурже. Не поверишь, как булыжник с плеч. И отец всё оплатил, просить не пришлось. Я...

Стук в главную дверь прервал его на полуслове.

Домовик Джи тут же появился рядом.

- Лорд Нотт, хозяин!

- Проси! - поспешно ответил Магнус, вскакивая.

Юджин вскочил тоже, сильно побледнев. Явно раздумывал, куда деваться. Магнус посочувствовал и сам успокоился. Это при дележе добычи Тео не обращал на него внимания, других забот хватало. А теперь...

Теодор Нотт неспешно вошёл сразу в кухню, сопровождаемый Эми Флинт и Стивом Пранком.

- Мы не вовремя? - насмешливо спросил лорд-дракон, сразу заняв кресло, с которого встал сын. - Садись, Юджин! Убивать тебя я передумал. И вы все тоже. Магнус, тебя можно поздравить?

- Да, отец. Спасибо тебе, тут теперь точно можно жить, - Магнус сел справа от отца, сразу налил ему вина в появившийся богато украшенный кубок, которого до этого даже не видел, решив похвалить домовиков позже за сообразительность. За Эми Флинт, устроившейся напротив лорда-дракона, бросился ухаживать Юджин, Пранку он тоже налил, а сам сел поближе к матери Квинтуса. Краем глаза Магнус убедился, что бутылок на столе прибавилось, а так же появились бутерброды с икрой и маленькие пирожки на двух больших блюдах.

- Мадемуазель Бурже уже показала нам дом в воспоминаниях, но мы решили посмотреть вживую, - Нотт-старший с интересом рассматривал кубок. - Ну что, за новоселье!

Все поддержали тост, отпив понемногу вина. Даже непьющий Пранк пригубил из своего кубка. Мальчишка украдкой оглядывался и бросал косые взгляды на Уркхарта. Магнусу стало смешно, но он поспешил глотнуть из кубка и взял пирожок.

- Готов всё показать прямо сейчас!

- Прямо сейчас мы побеседуем, - спокойно поглядел на Юджина лорд-дракон.

Уркхарт, бедолага, смотрел прямо перед собой и выглядел покорным, вроде ягненка, приготовленного на жертвенное заклание в тёмномагическом ритуале.

- Сэр, я всё осознал... - попытался вставить слово Юджин в затянувшемся молчании. Но на многое его, видимо, не хватило.

- Очень интересно, что именно, - холодно высказался лорд Нотт.

- Тео, - мягко произнесла Эми Флинт. - Мальчики, передайте мне мясных полосок. И пожалуйста, Тео, не забудь, о чём мы говорили. Спасибо, Стив.

Магнус затаил дыхание, переводя взгляд с миссис Флинт, улыбающейся совершенно беспечно, на слабо усмехнувшегося отца. Приходилось признать, что между этими двумя впрямь что-то есть, а он слепой дурак. С другой стороны, Магнус сам не ожидал, что будет этому рад. Остальные, похоже, уже давно привыкли к манере общения этой пары.

- Я ничего не забываю, Эми, - Теодор Нотт отсалютовал ей кубком. - Юджин, значит, ты отказываешься от помолвки с мисс Пранк?

На Уркхарта было жалко смотреть, а ведь казалось, побледнеть ещё больше невозможно.

- Вовсе нет! Я... Сэр... Как скажете! - он панически поглядел на Эми, вскочил, уронив кубок, сделал несколько нетвёрдых шагов, с грохотом рухнул перед патроном на колени, опустил голову и застыл.

Магнус внутренне передёрнулся, больно, наверное.

- Я не понял, - лорд-дракон тяжело вздохнул. - Хочешь ты жениться на мисс Пранк или нет? Так трудно ответить?

Юджин что-то пробормотал, но даже Магнус ничего не понял. Не хотел бы он быть на его месте. Сказать, что не хочет - это прямо признать, что приказ лорда ему не по душе. Сказать, что хочет - упустить шанс попытать счастье с красоткой Франческой.

И все это прекрасно понимали. Эми смотрела с сочувствием, Пранк - с ужасом. Кажется, до парня только сейчас дошло, что не так всё просто с этой помолвкой. Как бы чего...

- Сэр, простите меня, сэр, - Пранк покраснел ещё больше, вскочив с места. Но хоть на колени не упал. - Можно мне сказать?

- От своего имени, Стив, или от имени сестры? - с интересом спросил Теодор. К своему помощнику он явно относился доброжелательно.

- От Лисс. Сэр, она хотела бы отменить помолвку, если это возможно.

- У неё есть кто-то на примете?

- Не знаю, сэр! Ей только пятнадцать. Отец ей обещал, что она сама выберет...

- Понятно, можешь сесть. Уркхарт, ты всё слышал?

Юджин только кивнул.

- Отец...

- Помолчи, Магнус, до тебя тоже очередь дойдёт. Итак, Уркхарт, что или, точнее, кто, мешает тебе составить счастье мисс Пранк?

- Я приму любое ваше решение, сэр, - выдохнул Юджин, так и не подняв головы. - Но если мисс Пранк не хочет...

- Так-так, продолжай, - одобрительно кивнул Теодор.

- Сэр, умоляю вас освободить меня и мисс Пранк от этой помолвки.

- Ну что ж, нет так нет, - фыркнул лорд Нотт. - Так бы сразу и сказал. Свободен! Эми, ты не отлевитируешь мне этих смешных бутербродов, раз сама не ешь?

Он милостиво позволил Юджину поцеловать его руку и скомкано поблагодарить, после чего попросил сгинуть или хотя бы сесть за стол.

- Что за день, - пожаловался Теодор, обращаясь к Эми Флинт. Завладев блюдом с бутербродами, он даже ни к одному не прикоснулся. - Поесть не дадут спокойно. Уркхарт, налей себе вина, ради Мерлина и всех его невест! Тошно смотреть!

- Да, сэр! - Лицо Юджина стремительно обретало краски, он схватил ближайшую бутылку, поискал глазами свой кубок и вдруг запрокинул голову и стал пить прямо из горлышка.

Лорд-дракон смотрел на это безобразие весело, Эми явно сдерживала смех, Пранк был точно в ужасе, а Магнус молча завидовал. Это ж надо потерять всякий страх!

Бутылка опустела, Юджин с недоумением на неё глянул, поставил на стол, осмотрел всех ясным взглядом и твёрдо произнёс:

- За новоселье!

- Логично, - кивнул лорд Нотт. - До дна, господа... и дамы.

Магнус легко выполнил приказ и с сочувствием посмотрел на Пранка. Тот слегка позеленел, но всё же взял кубок, закрыл глаза и медленно выпил всё.

- Ты мог и не пить, Стив, - запоздало посочувствовал лорд-дракон, глядя на позеленевшего парня. - Магнус, скажи ему, где тут уборная.

- Джи, отведи мистера Пранка!

Домовик нарисовался тут же, схватил Стива за руку и исчез вместе с ним.

- Бедный мальчик, - Эми покачала головой. - Посмотрим дом, Тео?

- Разумеется. Но сначала ты, Магнус. Жениться ещё не раздумал?

- Мне тоже падать на колени? - осведомился Нотт-младший.

- Не мешало бы, - усмехнулся Теодор.

- Пап, давай я сам разберусь, - Магнус налил отцу ещё вина и себе тоже. - Завтра бал у Прюэттов. Ты будешь?

- Да, Джейсон прислал приглашения на всех. Кстати, я имел счастье побеседовать с мисс Прюэтт.

Магнус тяжело вздохнул:

- Запугал бедную девочку? Между прочим, у неё родовой дар.

- Очень интересно. Ну, раз обо всём поговорили, пора и честь знать. Где там Стив?

- А дом смотреть? - Магнус поднялся вслед за отцом.

- Да что я там не видел. Очаровательная Мишель нам уже всё показала. Не так ли, Эми?

- Да, Тео. Пожалуйста, не забудь своего Хитреца, он уже съел все твои бутерброды.

Магнус ахнул, увидев маленькую мантикору на опустевшем блюде. Теодор, спокойно подставил ей руку:

- А ну иди сюда, негодник! - страшный питомец безропотно забрался на ладонь хозяина и сам соскользнул в карман мантии лорда-дракона. - А вот и Стив. Полегчало?

Пранк закивал. Юджин благодушно похлопал его по плечу.

- Сестре передашь мои искренние пожелания счастья? Ну и всё остальное.

- Да, мистер Уркхарт!

Гости наконец ушли, Юджин рухнул на свой стул и закрыл лицо руками.

- Не поверишь, - глухо сказал он. - Ни в одном глазу! Что за вино такое?

- Огневиски? - Магнус поставил перед ним припасённую бутылку. - Ты хоть рад?

- Заебись как! Теперь мне лучше не пить вовсе, чтобы не сглазить. И сидеть дома. А то найдётся вторая Шани и укажет на меня.

- Второй такой нет, успокойся, - ухмыльнулся Магнус. - Флинта выбрала, надо же. Ты в курсе, что она считает его красивым?

- Совет и любовь! - буркнул Уркхарт, отставляя бутылку подальше. - Завтра же брошусь в ноги мисс Забини. Пока ты там, на балу, достаёшь бедную мисс Прюэтт.

- Ну-ну, опять дров наломаешь. Не спешил бы уже. Все прониклись, поверь, никто тебя трогать не будет. Пару месяцев, как минимум.

- Угу, конечно. Ладно, ты как знаешь, а я спать! Хочу встать пораньше. Долохов, скотина, прислал заказ на сапоги как у тебя, прикинь!

- Ого! А скажи, за что ты его так не любишь? Я что-то не понял.

- Чай не девица, чтоб его любить, - фыркнул Юджин. - Мудак потому что, и дважды уводил у меня барышень.

- Хм, а он тогда отчего на тебя зуб имеет?

Уркхарт широко улыбнулся:

- А я тоже не так давно увёл у него из под носа такую красотку! Дура, правда, набитая, у нас даже до постели не дошло. Та ещё вдовушка.

- Мне кажется, тут что-то ещё, - не поверил Магнус.

- На Франческу он тоже, похоже, глаз положил, - вздохнул Уркхарт. - Так что нет у меня двух месяцев, понимаешь?

- О как! И всё равно сделаешь ему сапоги?

- Почти уже сделал, завтра встречаемся. Но цену запросил тройную.

- А он? - Магнус развеселился.

- Заплатит, куда денется. Вот на эти деньги я и куплю Франческе такой браслет, что она не сможет устоять.

- А ты не прост, - Магнус взял было бутерброд, но вспомнив прожорливую мантикору, положил его обратно.

- Мистер Уркхарт, хотите совет?

Мужчины синхронно вздрогнули и повернулись к пейзажу над камином. Миссис Кавендиш любезно улыбнулась:

- Добрый вечер, мальчики! Так что скажете, мистер Уркхарт?

- Э... Почту за честь, мэм.

- Браслет - это, конечно, хорошо. Но, если хотите завоевать эту девушку, начните с цветов.

- Спасибо, миссис Кавендиш! Значит, подслушивали?

- И подсматривала, дерзкий вы мальчишка. Тео по-прежнему прекрасен.

- Как рассвет, - вставил Магнус. - А мне что посоветуете?

- Идите спать, мистер Нотт, утро вечера мудренее. Доброй ночи, Юджин. Смелее, девушки любят дерзких, как бы не утверждали обратного. Не тушуйтесь.

Нотт обиженно фыркнул и пошёл к себе, в обновлённую спальню. Перед завтрашним балом действительно следовало хорошо выспаться. Оставалось надеяться, что мисс Прюэтт оценит его скромный рождественский подарок.

***

Питер Аллен умудрился сбежать из дома с раннего утра, отпросившись у бабули - единственной, кто проснулся так же рано в этот праздничный день.

- И куда направляешься? - матриарх семьи Аллен лукаво осмотрела внука, крутящегося перед зеркалом. - Девушка? Свидание?

- Нет, ба! Басти вернулся из путешествия, - Питт собрал волосы в низкий хвост, остался не слишком довольным своим видом и подошёл поцеловать бабушку. - В Индии был. Поедим мороженое у Фортескью, постреляем в магловском тире, потом я еще к Марго забегу в Мунго.

- Лучше забеги в Мунго до встречи с Рабастаном, - посоветовала бабуля. - Вытащи эту девчонку на прогулку, ей полезно. Опять же с Лестрейнджем-младшим она давно знакома.

- Это да, - хмыкнул Питер, - я подумаю.

В результате всё получилось как нельзя лучше. Марго удалось застать в Мунго в последнюю минуту - она уже собиралась уходить, только прощалась со своим суровым куратором.

- Твой брат? - услышал он его насмешливый баритон. - А что, похожи. И не вздумай не принять моё предложение! Я обещал Джейсону, что прихвачу с собой молодую особу, новую заведующую отделением в Мунго. Я хочу видеть румянец на твоём лице, Марго, а не эти тени! Всё ясно?

- Но, сэр...

- Брата своего прихвати, если хочешь. Будет даже лучше. Эй, парень, подойди!

Питер вскочил и поспешил подойти. Куратор Марго его искренне восхищал, такими он представлял себе военных медиков, не боящихся ничего и никого. И Ники спас.

- Здравствуйте, сэр! Питер Аллен, - на одном дыхании выпалил Пит, встав по стойке смирно.

- Вольно, драчун! - хохотнул Сметвик. - Что ты - Аллен - помню. Каникулы? Выпускник?

- Шестой курс Хогвартса, Хаффлпафф, сэр!

- Пойдёшь с сестрой на бал к Прюэттам? Я приглашаю.

- Да, сэр, пойду! - ну а что, Басти-то точно будет. Питер был уверен, что скучать не придётся, да и когда ещё выпадет удача побывать среди настоящих аристократов.

- Вот и славно, забирай сестру и постарайся проследить, чтобы она хотя бы неделю предавалась лени и развлечениям. Я могу на тебя рассчитывать?

- Можете, сэр! - понимающе улыбнулся Питт. Было чертовски лестно такое внимание от знаменитого целителя. Так что он хорошо понимал сестрёнку, которая в нём души не чаяла.

- Каникулы, Марго! Отдых! Отпуск! Что хотите! - весело рявкнул целитель. - И видеть вас в Мунго в ближайшую неделю я готов только в виде пациентки. Всё ясно?

Покрасневшая смущённая сестра поспешно закивала, пробормотав, что всё поняла, что даже не собирается, и всё в таком духе.

- Зачем ты согласился? - прошипела она, едва они покинули отделение. - Это приём у аристократов, Питт!

- Вот именно, - невозмутимо кивнул Питер. - А вдруг там будут Блэки?

- Ты подумал... Что? Блэки?

- Они все там родичи. Ну и Басти будет, мисс Прюэтт - его большая любовь. Я просто не могу пропустить зрелище их первого танца и реакцию некоторых зрителей! Пожалуйста, Марго!

Сестра даже остановилась, а Питер понял, о чём говорил целитель - выглядела она бледненькой и усталой.

- Я поняла, - покорно кивнула Марго. - Блэки будут... Неужто не страшно?

- Страшно, - хмыкнул он. - Но думаю, твой целитель нас в обиду не даст. Ну что, прогуляешься со мной в кафе? Басти увидишь. Ты его не забыла?

- Я не забыла, как вы разгромили дедушкину мастерскую, - Марго взяла его под руку. - Но я буду рада его увидеть снова. Наверное, совсем взрослый уже?

- Ну-у, ему шестнадцать, но знаешь, он уже мастера получил по артефакторике, прикинь? Так что совершеннолетний.

- Вы это отмечать собрались?

- Это, и его возвращение из Индии, - Питер лукаво взглянул на сестру. - Если ты будешь паинькой, то после кафе постреляем в тире.

- Магловском? - оживилась Марго.

- А ты видела в магическом мире тир? - хохотнул Питт.

Он собирался посторониться, когда мужчина, идущий навстречу, почти поравнялся с ними. Но тот просто преградил путь, не сводя взгляда с его сестрёнки. Лицо мужчины было странно знакомым. Либо Питт где-то видел его самого, либо его фото.

Марго вела себя странно - тоже остановившись, хмуро взглянула на незнакомца и холодно спросила:

- Вы преследуете меня?

- Доброе утро, Марго, - улыбнулся тот, ничуть не впечатлённый её поведением. - Представите меня своему спутнику? Нет? Меня зовут Кристофер Сметвик, сэр. Я архитектор нового крыла в Мунго, а также поклонник этой милой леди.

Питт широко улыбнулся и протянул руку. Всё встало на свои места. Конечно же, Кристофер был похож на своего отца.

- Питер Аллен, брат этой милой леди. Младший.

- Рад знакомству! - искренне ответил Кристофер. Рукопожатие было уверенным и уважительным, без позёрства и желания казаться круче. - Если вы уже уходите, может быть, позволите составить вам компанию?

- Почему бы и нет, мистер Сметвик, - быстро ответил Питт, заметив, что Марго хочет возразить. - Мы сейчас в кафе Фортескью.

- Просто Кристофер, мистер Аллен, - Сметвик пошёл рядом с ними.

- Просто Питт.

- Спелись! - горько вздохнула Марго. А потом оживилась: - Пойдёте с нами потом пострелять, Кристофер?

- Э-э... Что? То есть, я с удовольствием!

- Вы что-нибудь знаете об огнестрельном оружии?

В словах сестры Питт сразу уловил подвох, и ему уже заранее было жаль сына целителя.

- Вы говорите о магловском оружии? - неуверенно спросил Сметвик.

- Предлагаю пари, - Марго оживилась, явно что-то задумав. Она остановилась у камина, где надпись сообщала, что он только для целителей. - Я покажу вам как стрелять, можете даже взять пять пробных выстрелов, а потом будем с вами стрелять на спор. Собьёте пять птичек за пять выстрелов - я приму ваши ухаживания. Нет - и вы оставите меня в покое.

Питт умилился такому детскому пари, убеждённый, что такой респектабельный и уверенный в себе мужчина, каким выглядел Кристофер, найдёт слова, чтобы отказаться, не обидев девушку.

- Согласен, - неожиданно шагнул в ловушку респектабельный Сметвик. - А если ничья?

Питту захотелось постучаться головой о каминную полку. А Марго явно решила быть щедрой, наверняка понимая, что поступает не слишком красиво.

- Если ничья или ваша победа - я соглашусь на свидание.

- Подозреваю, что это не будет легко, - вздохнул Сметвик. - А если так? Ничья - свидание, моя победа - м-м, помолвка.

- Вы не обнаглели? - ощетинилась сестрёнка.

- Это да, думаю, это слишком нечестно, - Сметвик покаянно поднял руки. - Но ведь вы меня научите? Эти пять выстрелов...

- Там всегда есть консультант, - Марго глядела на него из-под полуопущенных ресниц. - Если победите, то свидание и... закрой уши, Питт! И с меня поцелуй.

Тут бы Кристоферу понять, что дело нечисто, но тот широко улыбнулся и с самым торжественным видом пожал руку Марго, искоса посмотрев на Питта.

Оставалось скрыть жалостливый взгляд и засвидетельствовать озвученное пари.

День обещал стать интересным. Вот Басти повеселится, Питт был уверен, что пари ему понравится. Марго была лучшим стрелком в их компании еще лет десять назад. Сейчас она явно повеселела, и это было хорошо само по себе.

Рабастан уже ждал в кафе, в компании своего брата. Оба с радостью расцеловали раскрасневшуюся Марго и довольно тепло поздоровались с Кристофером, особенно услышав его фамилию.

- Вижу, скучать вы не будете, - Рудольфус Лестрейндж не стал садиться за столик снова. - К сожалению, должен откланяться. Встреча тут неподалёку. Питт, мисс Аллен, Кристофер, хорошего дня! Басти, до вечера!

Рабастан тут же сделал заказ на всех, пояснив:

- Я угощаю! Мне отец подарил замок! Прикинь, Питт. Ты должен вырваться ко мне хотя бы на неделю, или дней на пять, после всех этих балов.

- Замок? - уточнила Марго. - Ты говоришь про удачную игрушку, или...

- Или! - Басти заразительно улыбался. - Это небольшое родовое гнездо необыкновенной красоты. А в подвале там супермастерская. Моя собственная!

- О, ну раз мастерская! - покивал Питт. - Тогда я просто обязан это увидеть. Марго, уговори отца меня отпустить!

- Ты бабулю попроси, - совершенно счастливая Марго лакомилась мороженым с фисташками.

Питт невольно обратил внимание на Кристофера, который едва прикоснулся к своей порции, зато на юную целительницу глядел весьма плотоядно, пока она не подняла взгляд. Перемена была моментальной. Сметвик уже лениво ковырялся в растаявшем шедевре Фортескью с рассеянным и равнодушным видом.

Басти тоже это заметил и пнул Питта под столом, пришлось небрежно кивнуть. И озвучить пари этих двоих, как милую шутку.

- Так чего мы ждём? - Рабастан подмигнул и поднялся. - Пойдёмте стрелять и пусть победит достойный!

Этот тир был издавна любим ими. Владелец, старик-сквиб мистер Конноли, был хорошим знакомым деда, играли в покер каждый последний понедельник месяца. И Пита с сестрёнкой и младшим Лестрейнджем он всегда был рад видеть.

- Палочки сдать, - велел он тихо, благо из посетителей было лишь несколько маглов. - А то знаю я вас!

Приказ все выполнили привычно и безропотно, даже Кристофер лишь понимающе улыбнулся, протягивая свою.

Конноли смерил его взглядом, поколебался, но палочку забрал. Для них даже сейф имелся. "А то приманите беспалочковой магией", - пояснял старик с выправкой настоящего военного, запирая палочки на ключ.

Вот и сегодня, только убрав оружие магов в сейф, выдал каждому по ружью и горсти патронов в железных кружках.

- Сначала Кристофер! - Марго, на взгляд Питта, впервые была в тире настолько радостно-возбуждённой. Хотя сторонний человек мог это и не заметить: всё тот же скромный и серьёзный вид дополнял сейчас слабый румянец, чуть более быстрое дыхание и чуть приподнятые уголки губ. Даже грустно немного стало - такой мужчина на неё запал, даже к помолвке готов, а ей доставляет счастье его мучить. - Дядя Бен, вы покажете мистеру Сметвику, как надо стрелять?

Мистер Конноли ещё раз странно глянул на Кристофера, отобрал у него ружье и приступил к объяснению, скупо роняя слова. Каждое слово сопровождалось чёткой демонстрацией.

- Всё ясно? Ну попробуйте тогда. Выбирайте: птички, зайчики, мишень. Целитесь, снимаете предохранитель и нажимаете спуск.

- Пять выстрелов, Кристофер! - скромно напомнила Марго ангельским тоном.

- Спасибо, - Сметвик как-то неловко взял ружьё, задумчиво оглядел его, так же неловко заряжал чуть ли не минуту.

Марго напряжённо наблюдала, Рабастан смотрел с сожалением, Питт был с ним солидарен. Хотелось подсказать что-нибудь действенное, но вероятный гнев сестры - не то, что поднимало настроение. Так что приходилось вздыхать, принимая каждый выстрел Кристофера в молоко, как собственное поражение. Птички даже не шелохнулись от его пяти выстрелов, зато дырки появились в картине за мишенями сильно выше, левее и правее. Это было абсолютно безнадёжно!

- Потренировался? - участливо спросила Марго, аккуратно и неспешно зарядила своё ружьё. - По птичкам, по пять выстрелов?

Кристофер грустно кивнул, его улыбка была словно вынужденной.

- Так, кто стреляет первым? - Басти решил внести ясность, хотя его оживление было слегка наигранным. Закончил он, поглядев на Марго с весьма укоризненным видом: - Ты не передумала?

- Нет! - ответила девушка, взглянув на него с удивлением: - Как можно, это же пари. Кристофер, хотите стрелять первым?

- Пожалуй воздержусь, - ответил Сметвик. - После вас, леди.

- Хорошо! - Марго мило ему улыбнулась.

Птички не имели ни единого шанса, это было ясно уже после двух выстрелов. Остальные три попали также в цель, разве что последняя птичка не упала, задетая лишь вскользь. Для опытного противника это было хорошим шансом на победу, но не для Кристофера.

Питт поймал себя на мысли, что сжимает кулаки, когда Сметвик снова взял ружьё. Мужчина медлил, целился очень долго, потом и вовсе опустил ружьё на прилавок, но из рук не выпустил.

- Марго, может всё же повысим ставки? Обидно проигрывать такую мелочь. Как насчёт помолвки?

- Парень, у тебя нет шансов! - не выдержал Рабастан.

- А где же вера в чудеса? - кисло улыбнулся Кристофер. - Проиграть, так по-крупному. Марго?

- Ничего менять не будем, - сосредоточенно глядя на мишени ответила сестрёнка.

Питт вздохнул и скрестил пальцы. Ну в самом деле, верить в чудо очень хотелось. Марго, глупышка, ни на кого из знакомых мужчин так ярко не реагировала, сама этого не понимая. Хотя ярко - это громко сказано. Только Питт, да, возможно, Басти, могли заметить её возбуждение. По едва подрагивающим пальцам, трепету ресниц и мимолётным взглядам в сторону ухажёра. Возможно, Сметвик и сам не замечал этих сигналов, слишком уж сдержанно вела себя Марго.

Кристофер кивнул и вскинул ружьё к плечу. Питт сглотнул. Если бы палочка была...

А потом был шок. Питт просто даже не успевал следить, как Сметвик заряжает, выстрелы последовали почти без остановки. Птички не просто слетели со своих насестов, они все были поражены точно в маленький круглый глаз, не больше спичечной головки.

Дара речи лишились все. Даже Басти хватал ртом воздух, а потом выдал:

- Тебе капец, парень!

Марго побледнела и растерялась, судя по закушенной губе. А Кристофер аккуратно положил ружьё на стойку.

- Договор в силе? - осведомился довольно прохладно. - Или вы передумали, мисс Аллен?

Питт тоже растерялся, не зная, кому из этих двоих сочувствует больше.

- В силе, - кивнула Марго, глядя в сторону, и подняла руку. Конноли сигнал принял и палочку в руку девушки вложил через пару секунд.

Кристофер нерешительно улыбнулся, не спуская с неё глаз.

- Один поцелуй, - тихо сказала Марго, отступая в нишу. - Я готова.

Сметвик шагнул за ней, загородив её широкой спиной. Марго выдержала секунд пять поцелуя и поспешно выскользнула из ниши под рукой Кристофера. Но хоть румянец появился на щеках.

- Свидание? - осторожно спросил Сметвик, развернувшись.

- После Нового года присылайте сову, - ответила Марго, явно всё ещё расстроенная. - Мальчики, я домой. Мистер Сметвик, рада была повидаться.

Кристофер хотел что-то возразить, но удержался, к счастью. А Марго натянуто улыбнулась Питту, кивнула Басти, вежливо попрощалась с мистером Конноли и аппарировала, больше не поглядев на незадачливого поклонника.

- Не расстраивайся, - тут же сказал Рабастан, - могло быть и хуже. Что-то стрелять мне уже расхотелось. Может, в бар? Питт, ты как?

- Не сегодня, - пришлось отказаться. - Мы с Марго приглашены к Прюэттам. Не хотелось бы ударить в грязь лицом.

Кристофер оживился:

- Правда? Вот это ты меня порадовал.

- И ты тоже? - Басти забрал свою палочку и положил в кружку галеон. - Спасибо, мистер Конноли, извините, что так сегодня.

- Дело молодое, - кивнул старик-сквиб. - Сынок, надо было проиграть. Что ж ты...

Кристофер вспыхнул:

- Кто же знал? Ладно, парни, увидимся...

- Хорошо, - покивал Питт. - Увидимся на балу.

Рабастан тоже попрощался с ним сердечно, а потом они зашли в кинотеатр и неплохо провели время. За обедом в итальянском ресторане Басти рассказал о жутких приключениях в Индии, Питт был впечатлён, но хотел бы посмотреть.

- Приедешь погостить - обязательно, - кивнул Рабастан и подмигнул: - Может Бель Андромеду прихватит, её Руди пригласил на неделю в начале января.

- Удар ниже пояса, Басти, - скривился Питт. - Хорошо, я согласен! А как мисс Прюэтт? Что сказала про твои приключения?

- Ещё не общался, - нахмурился Лестрейндж.

- Что, даже сову не послал? - опешил Питер.

- С домовиком записку передал, сказал, что при встрече поговорим.

- И не ответила?

- Ну почему же. Написала. "До встречи!" Правда, и я был немногословен. Не поверишь - боюсь.

- Чего боишься? - Питт верил, самого в дрожь бросало, как представит, что у Прюэттов и правда могут быть Блэки.

- Что испорчу всё нахрен неосторожным словом. Мне надо видеть её, понимаешь, чтобы знать, чего ждать. - Басти откинулся на стуле, теребя салфетку. - Соскучился страшно.

Питер покивал, потом подозвал официанта, оплатил счёт сам, Басти не сильно возражал, весь был в своих мыслях.

Спросить главное Питт решился напоследок, когда уже нашли подходящий переулок для аппарации.

- Ты не знаешь, Блэки будут у Прюэттов?

Басти оживился:

- О! А ты не в курсе? - он усмехнулся. - Вальбурга Блэк крёстная Санни. Бель говорила, что почти все Блэки в этом году там будут. Так что держись.

Питер потерянно кивнул:

- До завтра!

Басти улыбнулся и активировал портключ. А Питт передумал аппарировать, решил прогуляться, чтобы охладить немного голову.

***

Санни с утра была сама не своя, если до завтрака ей ещё дали отдохнуть, то потом закрутили со всех сторон. Сначала душистая ванна и массаж. Несмотря на робкие возражения, Лакки и Мюриэль озаботились таким массажем её бедного тельца, что казалось, все кости расплавились и ни единого живого места не осталось. Кто же знал, что Мюриэль владеет таким зверским искусством.

В результате отмокала в приятной ароматной воде битый час, потом вытерпела пытку с расчёсыванием волос и сооружением причёски. Из зеркала на неё глянула потрясающая красотка, так что мучения были вмиг забыты. А когда ей наконец позволили надеть простой халатик поверх дорогого кружевного белья, Санни с удивлением поняла, что готова летать, настолько легко она себя чувствовала. Как будто могла действительно взлететь, если бы захотела. Это и пугало немного, и дарило незамутнённый кураж. Хотелось совершить что-то необыкновенное, и мысль, как это использовать, уже появилась.

Впереди предстояло облачение в сверкающее от мелких драгоценностей зелёное атласное платье с тёмно-зелёными бархатными вставками. И, конечно, драгоценности, в числе которых была и диадема тётушки, и колье, подаренное отцом.

Но два свободных часа у неё были, и Санни собиралась провести их с толком, а точнее - с Джейми, и настроена была весьма решительно. Впрочем, кузен сам её нашёл, появился возле двери, ведущей в коридор, едва она её открыла.

- Да ты принцесса!

- В стареньком халате, - скорчила рожицу Санни, сделав книксен. - Я вообще не уверена, что мне стоит принимать тебя в таком виде.

- Какие церемонии, сестрёнка? Брось! Ты выглядишь совершенно очаровательно и очень прилично.

- Хорошо, дорогой братец, - улыбнулась Санни. - На самом деле, ничего другого с такой прической не наденешь. И я сама хотела тебя позвать. У нас совсем немного времени, прежде чем меня закуют в парадный наряд.

Джейми настоял, чтобы посмотреть на него и выразил восхищение:

- Восхитительно, моя леди! Особенно нижние юбки! Их так много и они такие... белоснежные. Ты правда всё это наденешь?

- Не нагнетай! - Санни захлопнула перед ним дверь в гардеробную комнатку, посреди которой гордо стоял манекен, облачённый в её бальный её наряд. - Давай живенько потренируемся двигать вещи, я уже всё приготовила.

Она указала на стол, где стояли несколько кубиков. Санни откопала их в своём "детском" сундуке, обнаруженном в глубине гардеробной ещё пару дней назад. Серые кубики были тяжёлыми, изготовленными из металла, без рисунка, так что она посчитала их просто идеальными для тренировки кузена.

- Э-э, - Джейми расширил глаза. - Ну не сейчас же! Давай завтра, когда всё будет позади! Ну, Санни!

- Позади? А бал у Лестрейнджей? Мы все приглашены, если ты не в курсе.

- Сжальтесь, милая кузина!

- Можешь не стараться, сегодня во мне нет никакой жалости! Джейми, ну правда же. Я так понимаю, что ты вообще не хочешь этого делать. Чего ты боишься?

Кузен помрачнел и якобы без сил рухнул на диванчик.

- Санни! - он посмотрел на неё серьёзно и проникновенно. - Ты хочешь видеть меня крутым магом?

- Ничего подобного. Ты - это ты! И не надо мне говорить про неправильного сквиба!

- Хорошо-хорошо, не сердись. Просто пойми, я с детства сделал столько попыток, даже резался, да чего только не вытворял, и всё впустую.

- И ты боишься снова пережить разочарование, - Санни опустилась перед ним на колени и взяла за руки. Посмотрела серьёзно: - Обещаю, только сейчас. Попробуем - и всё! И если ничего не выйдет, больше даже заикаться не буду. Джейми, пожалуйста, я не хочу видеть в тебе крутого мага, я просто хочу помочь, мне кажется, должно получиться. Но если ошибаюсь, выполню любое твое желание.

- А если не ошибаешься? - лукаво посмотрел он.

- Выполню два! - рассмеялась она. - Только не первый танец на балу, я его обещала уже.

- Дай угадаю, - Джейми даже повеселел.

- Незачем, - нахмурилась она. - Включай свой взгляд, дорогой!

- О Мерлин! Ты сейчас была так похожа на мою маму! Всё-всё, я готов.

Увы, попытки двигать взглядом вещи успехом не увенчались. Кубики не сдвинулись ни на миллиметр.

- Ты не стараешься! - попробовала она укорить кузена.

- Стараюсь, - Джейми глянул на неё своими изменёнными глазами. - Я вообще так долго не держал этот взгляд. Как бы чего не случилось.

- Голова болит? Глаза?

- Нет пока... Но ради тебя я готов стараться сколько захочешь.

Санни грустно вздохнула, она так надеялась, так хотелось, чтобы у Джейми получилось. Сам кузен огорчённым не выглядел, с интересом разглядывая кубики.

- Они зачарованы, - наконец сказал он. - Но плетения мне не знакомы. Попробуй сама поднять их заклинанием.

Заклинание Санни на эти кубики не подействовало.

- Странно! - она с удивлением посмотрела на свою палочку.

- И не пытайся! - в комнату вплыла Мюриэль. - В эти кубики ещё твоя бабушка играла, они зачарованы от стихийных выбросов, ну и магия на них не действует. И вообще, чем вы тут занимаетесь? Санни пора одеваться, и ты, Джейми, лучше бы сменил галстук.

- Понял, встретимся на балу, кузина!

Зал утопал в отблесках множества светильников, паркет был натёрт до блеска, столики с закусками покрывали белоснежные скатерти, тихая музыка звучала чарующе, всё вокруг так и дышало праздником в ожидании гостей.

Отец с мамой, братья и Джейми уже ждали её внизу и все с улыбками смотрели, как она спускается по широкой лестнице. Санни самой казалось, что она выглядит здорово в этом платье, словно попала в сказку, которые так любила в юности.

Не успела она присоединиться к родным, как дворецкий Крайтон очень деловито и громко объявил:

- Орион Блэк с супругой и сыновьями! Сигнус Блэк с супругой и дочерьми.

- Блэки первые, кто бы сомневался, - фыркнула Мюриэль, оказавшаяся рядом с Санни. - А мальчишки их, верно, уже совсем большие.

- Восемь лет наследнику, - Джейсон даже не повернулся к ним, стоя с Летицией чуть впереди. - И шесть с половиной младшему... Орион, Сигнус! Рад вас видеть. Дамы...

Сириус с Регулусом были сразу уведены кем-то из братьев, Санн