Анайкин Александр Дмитриевич: другие произведения.

Ужасы нашего времени

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    О жизни школьников

  
  Зря порой преподавателей ругают насчёт строгости. По-моему вполне нормальные и лояльные люди. Например, устроили нам лишних два дня каникул. Первого сентября была только линейка, которая торжественная и всё. А во второй день мы ходили на кросс. В лесу бегали, соревнования всякие проводили. Устал так, что когда пришёл домой, то лёг сразу спать даже не пообедав. К вечеру только проснулся. Поел и сразу на улицу, потому как было что обсудить. Всё-таки мы, в смысле наш класс, первое место завоевали. А приятные вещи всегда смаковать приятно. Около нашего подъезда столкнулся с остальными из нашей компании. Только Дреня отсутствовал. Я подумал, что он тоже, как и я, после соревнований спать лёг. А так как со мной то его никак сравнивать нельзя, потому что я здоровяк, а он хиляк, то и подумал, что Дренька будет, наверняка, до утра спать. Конечно, если я до вечера, то он до утра. Но я ошибся. Он появился. И не просто появился, а выскочил из подъезда так, как будто за ним кто гнался. Смотрит дико и глаза выпученные. Не потому, что линзами увеличены, а просто от непонятного для нас нервного возбуждения. Мы все сразу замолчали и на Дреньку с испуганным изумлением уставились. Каждый наверняка подумал, что у Дреньки горе случилось. Может бабушка щами обварилась, может ещё что пострашнее. Тем более что кричал он диким голосом совсем несусветное и непонятное:
  - Ужасы нашего времени! Ужасы нашего времени!
  - Какие ужасы? - заволновались мы.
  - Сейчас видел, к нам приехали.
  Мы аж опешили от такого высказывания.
  Да ты поди не проснулся, Дреня? - Робко, тихим задушевным голосом, каким всегда говорят с тяжёлобольными, спросил я своего несчастного товарища, наверняка сбрендившего от непосильных школьных нагрузок.
  - Как же ужасы могут приехать? - ужаснулась Катька.
  - В банках со спиртом, - брякнул Дренька.
  Колян аж бутербродом подавился, который он доедал. Однако он не стал шуметь на Дреньку, а тоже тихо и даже испуганно спросил:
  - Как же это ужасы могут приехать, да ещё в банках, да ещё со спиртом, Дреничка?
  А Дренька видно правда не в себе немного, потому что всё своё гнет:
  - Приехали, - говорит, - и сейчас они во дворце Металлургов.
  А Колян выплюнул бутерброд, смотрит широко раскрытыми глазами на Дреньку и тихо, тихо спрашивает:
  - Кто?
  - Кто, кто, - окрысился Дренька, - ужасы конечно.
  В другое время Колян бы ему показал, как хамить, но в этот раз он только ласково переспрашивает:
  - Как же ужасы приехать могут, Дреничка?
  А Катька подошла вплотную к нашему очкарику и таким сердобольным голосом, участливо ему предлагает:
  - Дреничка, ты просто переутомился сегодня. Ты поспи иди. Отдохни.
  - Вы чё, не верите мне? - возмущённо закричал Дренька.
  А мы с ним не спорим. Только между собой переглядываемся. Успокаиваем его, чтобы не волновался:
  - Верим мы тебе, верим. Что ты, конечно верим.
  Тут только до Дреньки стало доходить. Он подозрительно посмотрел на нас и говорит:
  - Думаете я спятил?
  - Нет, - ответили мы поспешно хором.
  - Да ей Богу не вру, - стал божиться наш атеист с рождения, - в рекламе сейчас показывали.
  - Что показывали? - испуганно спросили мы опять хором.
  - Ужасы, - удивленный нашей бестолковостью, промолвил Дренька, - их общество привезло, которое против пьянства и наркомании.
  Ну, мы между собой переглядываемся. Мол, чего с больного возьмёшь. Но всё-таки лаково так спрашиваем:
  - Как же ужасы привезти то можно, ведь они же ужасы.
  А Дреня на нас смотрит как на недоумков.
  - Я же говорю вам, что их в банках привезли.
  - Но это же не огурцы маринованные. Как же их в банках можно привезти?
  - Это хуже, гораздо хуже, - посуровел наш друг, - это всякие уродцы, которые от наркош и пьяниц родятся.
  - Настоящие что ли? - недоверчиво переспросил я. А уточнять я начал потому, что к нам уже не раз приезжал театр восковых фигур и там тоже всякие чудища были.
  Но Дренька ответил безапелляционно:
  - Конечно, настоящие, поддельные что ли.
  Мы опять быстро между собой переглянулись и хором воскликнули:
  - Ух, ты.
  Теперь мы уже поняли, что Дреня не сошёл с ума и что всё это правда, про приезд ужасов то есть.
  - Билеты, поди, дорогие? - озабоченно спросил Максик.
  - Да ерунда. Цена чисто символическая, - ударив кулачком о ладошку, заверил всех Дреня.
  - Не умничай, символист. Ты цену назови.
  Колян видно уже пришёл в себя от шока, вызванного кажущимся безумием Дреньки и теперь чувствовал себя свободнее с ним.
  - Всего пять рублей для тех, кому тринадцати нет, - ухмыляясь довольной ухмылкой, сообщил Дреня.
  - Так нам же уже всем есть, - огорчилась Катька.
  - Тебе то чего расстраиваться, - изумился я, - ты то вообще за первоклашку сойдёшь. Я и то за пять рублей себе куплю. Подумаешь, один год. У нас же никто документы не будет спрашивать.
  - Неудобно обманывать, - с сомнением в голосе проговорила Катька.
  - Тоже мне, неудобно ей, - хмыкнул Дреня, - да такие выставки вообще должны бесплатно проводиться, чтобы все могли видеть, к чему приводят пороки.
  - Конечно, а на пятёрку можно мороженного купить, - поддержал идею мелкого мошенничества Максик, - этим мы укрепим своё здоровье. А здоровье поколения, это сильная держава.
  Мы аж все рты поразевали от такой казуистики. И я удивился тому, до чего ловко люди могут оправдывать высокими идеалами свои неблаговидные поступочки. И мне что-то расхотелось выглядеть младше. А Максик продолжал разглагольствовать дальше:
  - Жаль только Колян за малыша не сойдёт.
  - Да ладно, что я, на мороженное что ли не найду, - благодушно возразил наш верзила.
  - Ладно, когда идём то? - прервал я неприятную тему.
  А чё тянуть то, в воскресенье и пойдём, то есть завтра, - уверенным тоном солидного менеджера подытожил Дреня.
  И вот на другой день утречком мы всей компанией отправились смотреть привезённые в наш город страсти - мордасти. Вместе с нами поехал и мой папа, хотя я был этим очень недоволен. Получалось, что нас как бы ведут на выставку, словно малышей каких. Не хватало ещё, чтобы папа начал нам говорить: "Держитесь за ручки ребятишки при переходе улицы. Не отставайте, не отставайте. Быстрее, быстрее пока зелёный свет". И как я себе это представил, так сразу высказал дипломатично своему родителю протест.
  - Ты что, - говорю ему, - нас за малышей считаешь? Думаешь мы одни не найдём дорогу?
  - При чём здесь малыши или не малыши? - удивился папа, - просто я тоже хочу посмотреть выставку, - и обиженно поджав губы, прибавил, - Не каждый день такие экспонаты в город привозят.
  "Действительно не каждый день", - подумал я, и мне стало неловко.
  - Ну ладно, пойдём, - милостиво разрешил я.
  - Спасибо сынуля, спасибо родимый, - пропел папа благодарно елейным голоском.
  И тут уж я надулся, не знаю от чего. Но, так или иначе мы прихватили папу с собой, взяв с него честное слово, что он не будет нас донимать мелочной опёкой.
  На фасаде клуба висел огромный, на всю ширину стены транспарант, где аршинными буквами было выведено: "Ужасы нашего времени". Стрелки у входа указывали направление, где находятся эти самые ужасы. И мы, скрывая трепет, поднялись по широкой лестнице на третий этаж. Перед входом стояла очередь, которая медленно двигалась вдоль стендов с экспонатами, выставленными вдоль стен. Мы с любопытством старались рассмотреть, над чем склоняются люди. Но ничего не было видно, как мы ни старались вытягивать шеи. Нам оставалось только терпеливо ждать. Наконец вся наша группа приблизилась к первому столу, на котором стояли три банки. Внутри плавали сердца, я это сразу понял, потому что неоднократно видел коровье. Но одно дело смотреть, как папа разделывает здоровый и сытный ливер и совсем другое смотреть на человеческие сердца в стеклянных банках. Мне стало очень неприятно и сразу захотелось пройти вперёд, но это было невозможно, ибо очередь была плотной. Волей неволей, жмурясь и гримасничая, начал читать пояснения. Оказалось, что в одной из посудин было заспиртовано сердце здорового человека, а в других алкаша и склеротика. Здорового человека стало жалко. Склеротика я почему-то не пожалел, считая его смерть само собой разумеющийся. Про алкаша подумал: "Экий дурак, довёл же себя. А здорового, наверное, машина переехала", - сделал я предположение и решил поделиться мыслями с Максиком, который шёл позади меня. Мне ведь не жалко. У меня в голове мыслей ой-ой-ой сколько. Жаль, что их никто не видит. А то бы меня, наверное, гением считали. Ну, однако, не буду отвлекаться. Обернулся я, значит, к Максику и оторопел, даже испугался. Максик был белее младенца, умершего от водянки. Банка с этим большеголовым идиотиком находилась на столе номер два. Глаза Максика расширялись всё больше и больше, хотя, казалось, что он вообще ничего не видит. Сам же он становился при этом всё белее и белее. "Куда же больше то", - подумал я, потому что был он уже как будто выстиранный в тайде с активайтом. Мне стало от вида Максика так жутко. Что я оторопело посмотрел на папу, который в тот момент что-то объяснял Катьке, которая была, наверное, не в восторге от его объяснений. Потому что съёжилась вся как воробей на холоде. И вот в этот-то момент Максик и грохнулся в обморок, разбив себе при этом губу.
  - Ай, ай, ай. Мальчику дурно. Ребёнок упал, - закричали сзади идущие.
  Папа, мгновенно прекратил лекцию и бросился к нашему сверхчувствительному, впечатлительному другу и стал того шлёпать по щекам. А толпа кричала всё сильнее и сильнее. Возмущение нарастало и нарастало.
  - Тоже мне отец!
  - Нашёл, что показывать ребёнку!
  - Портить психику мальчугана!
  - Врача! Врача!
  - Смотрите, смотрите! Он же убивает его!
  - Он же по лицу его хлещет!
  - Садист!
  - Воспитатель липовый!
  Кольцо разгневанных граждан сжималось всё уже и уже и, я понял, что пора спасать папу, для того чтобы он спас Максика. В общем, пора вмешиваться.
  - Это мой папа! - закричал я громко, громко, подымая руки и пытаясь заслонить папу от разгневанных зрителей.
  - Это не его ребёнок.
  - Это чужой мальчик.
  Раздались поясняющие возгласы.
  - Это другое дело, - волной прошелестело в толпе.
  А вслед за тем послышались и объясняющие реплики:
  - Он его не бьёт, просто в чувство приводит.
  - Не бьёт, не бьёт.
  - В чувство приводит. В чувство приводит.
  Тотчас послышались и советы:
  - Ты его на воздух, на воздух вынеси.
  Я не знаю, слышал папа все эти высказывания или нет, но он схватил Максика на руки и пошёл с ним вниз, к выходу. Народ почтительно расступался перед папой, который бережно нёс Максика. Никто уже не кричал, что мой папа злодей, а наоборот, даже хвалили:
  - Мужчина не растерялся.
  - Молодец какой.
  - Врач, наверное.
  И всё это мешалось с возмущённым гвалтом и многочисленными советами:
  - Ты не урони его на лестнице, осторожнее.
  - Отпускают детей одних, не знай на что.
  - Тут и у взрослого то плохо с сердцем будет.
  А Дренька, когда папа спускался с Максиком на руках по лестнице, посоветовал:
  - А вы его, дядя Толя, посадите на перила и слегка придерживайте, он сам и съедет.
  - У тебя у самого крыша съехала, умник, - рыкнул на нашего очкарика Колян и подхватил находящегося в обмороке Максика под ноги, желая помочь.
  - Не надо, не надо, - запротестовал папа.
  Максик открыл глаза и что-то тихонечко прошептал, вроде того, что он уже пришёл в себя и даже чувствует себя нормально. Просто он не видел себя со стороны и не мог знать, что выглядит как экспонат из банки, что на третьем этаже. Но папа у меня оптимист и он поверил Максику.
  - Ну, ну. Давай сам, конечно, - одобрил он.
  Дальше я не буду про Максика, потому что это совсем не интересно, как он, в конце концов, совершенно очухался и потом в вестибюле отлёживался, пока мы продолжали осмотр. Да и вообще лучше всего про обморок Максика прокомментировал Колян. Он сказал прямолинейно, но точно:
  - Чего с него взять то. Художник он и есть художник.
  - Это точно, - согласились мы.
  - Воображение разыгралось, - добавил Дреня.
  Хотя, честно говоря, остальным тоже было не очень весело. Даже Дреня, который дольше всех рассматривал всю эту гадость и тот не умничал. Нам вообще не хотелось ни о чём разговаривать после выставки. А Колян, когда мы вышли на свежий воздух, даже предложил:
  - Давайте остановочки две пешочком пройдём.
  Никто не возражал. Папа вопросительно посмотрел на Максика. Тот в ответ что-то промямлил. Его никто не расслышал, но поняли, что и Максик не против прогулки. Так мы и шли, каждый погружённый в свои думы. Совсем как на похоронах. И лишь когда мы уже прошли полквартала Катька, взяв моего папу за руку, глубокомысленно изрекла:
  - Знаете, дядя Толя, я раньше хотела быть врачом, чтобы сердца лечить, а теперь уж и не знаю, как быть.
  - А что так? - поинтересовался папа.
  - Да ведь люди сами с собой такое вытворяют и даже не с собой, а со своими детьми. Таких и лечить не хочется.
  Папа посмотрел на Катьку с интересом и, немного помолчав, ответил так:
  - Не все же сами себя доводят до крайнего состояния. Бабушка, например, у тебя сердцем давно страдает. И потом ты пойми, трудно понять, отчего болен человек. Да и к тому же, разве человеческая глупость является основанием для отказа в медицинской помощи?
  Катька молчала. Вид у неё стал задумчивым и сосредоточенным как никогда. Мне от её вида аж тошно на душе стало. И чтобы совсем уж не испортить себе настроение, начал всматриваться в лица прохожих. Я всматривался в обычные человеческие лица и, мне казалось просто невероятным, что среди них есть дураки, совсем не щадящие себя. Но с другой стороны, разве эта тётка необъятных размеров не виновата в своей безразмерной безграничности, а дядька с рожей красной и пористой, словно кирпич? Если у него такое лицо, то какая же у него печень? От таких невесёлых мыслей мне стало даже как-то не по себе, и я принялся рассматривать дома. У них-то уж точно нет ни водянки, ни цирроза. Хотя и дома обрушиваются порой от того, что их возводили люди с похмелья. А кто обитает за стенами этих домов? Я вновь понял, что лезу в слишком большие дебри и, поэтому стал созерцать облака. Но и тут мне подумалось: " А нет ли в них токсичных отходов?". Расстроившись. Я стал смотреть себе под ноги. Остальные тоже шли как приговорённые к смерти. Даже папа не пытался нас развеселить. Так и добрались молчком до дома. И как я не старался ни о чём не думать, в голове всё крутился и крутился один и тот же вопрос: " Как же люди могут себя доводить до подобного состояния? Как?". Но произнести его вслух я так и не решился.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com B.Janny "Берег мёртвых "(Постапокалипсис) С.Нарватова "4. Рыцарь в сияющих доспехах"(Научная фантастика) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) М.Дюжева "Справедливая плата"(Боевая фантастика) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) В.Крымова "Скандальная невеста, или Попаданка не подарок"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "Кирка тысячи атрибутов"(ЛитРПГ) А.Нагорный "Наследник с Земли. Обретение"(Боевая фантастика) В.Кривонос, "Чуть ближе к богу "(Научная фантастика) В.Соколов "Мажор 2: Обезбашенный спецназ "(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"