Мельникова Анастасия: другие произведения.

Книга 1. Кукловоды

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Часто-ли вы задумываетесь о том, что в Мире есть определенный порядок? Что все следует какой-то закономерности? И что всему здесь свое место? Вот и я никогда не думал об этом. Вел себе размеренную жизнь старшеклассника и не парился ни о чём, что могло бы иметь глобальное значение. Обычный, среди обычных. Никогда не стремившийся к тому, чтобы выделяться. Но, как всегда есть это "но"! Мне выпала возможность узнать, что на самом деле скрывается вне зоны видимости нашей размеренной жизни. Открыть мир, где у каждого есть колесо жизни, которое крутится до тех пор, пока не кончится нить, отмеренная нам. Мне удалось прикоснуться к вашим душам и... А впрочем, все по порядку!

   Пролог
  Представьте себе землю из космоса. Маленький шарик, затерянный где-то в одной из звездных галактик. Среди тысяч пространств, пересекаем млечным путем, среди бесконечного множества звезд и созвездий, лишь немногим известных нам. Такой маленький, всего лишь третий от солнца, но единственный, где известна жизнь! В том смысле, что эта жизнь одна, но состоит из миллиарда маленьких, что зовут душами.
  А теперь представьте-что каждая душа-это маленькое веретено, что неустанно плетет нить, имеющую свой неповторимый цвет и узор, и каждая такая нить вплетается и пересекается с другим веретеном и его нитью, создавая невообразимую паутину, окутавшую все планету Земля. Не укладывается в голове. Тяжело. Стоит только начать представлять, и не хватает всех знаний цветов-чтобы объять все это. А вот мне было суждено. Суждено не просто представить, а увидеть. Каждую нить, каждый цвет, каждый узел и каждое пересечение, как под микроскопом. Дотронуться и почувствовать натяжение и плотность, ибо с рождения у меня был такой дар или проклятие? Не знаю...
   Нас немного. Мы никогда не выделяемся-нас так учили. Мы даем клятву, которую нельзя нарушить, иначе, весь узор и замысел будут уничтожены. Представьте, будто в паутину попала искра, и её закономерность испорчена прожженной дырой. Это только примерное последствие того, что может произойти с миром если кто -то не сдержит клятву. В толпе вы никогда не отличите нас от обычного прохожего, ничто не привлечет внимания и не вызовет подозрения. Мы учимся не выделяться с того момента, когда обнаруживаем в себе способность ткать.
   Только, как потом мне рассказывали несколько человек, которые были необходимы в ордене, но не являлись ткачами:
   - Иногда, вас выдают глаза. Стоит взглянуть, не просто посмотреть, а именно увидеть, и все отразится в них. Бесконечное множество разноцветных паутинок, водоворот тончайших завихрений. И взгляд, смотрящий прямо в душу!
   Но, секундное удивление на лицах большинства прохожих сменяется недоверием самим себе. картинка исчезает, стирается доводами разума. и вот, вы снова видите перед собой обычного человека, мальчишку, с темными волосами и яркими голубыми глазами, Идущему домой из школы.
  
   Но у каждой истории есть начало. Я расскажу вам свою.
  
  Глава 1. Сквозь тернии
   В мой сон ворвался голос матери:
   -Маааааакс!!! Вставай! Пора! Опять опоздаешь и кофе остынет.
   -Еще 5 минут. - Сказал я в подушку, хотя знал, что мать не услышала меня.
  
   -Максим! -быстрым шагом она прошла ко мне в комнату.
  -Вставай!
   Одеяло слетело с меня. Поморщившись от окутавшего меня холода, я нехотя сполз с кровати и пошел в ванную. Пальцами взъерошил темные волосы, плеснул холодной водой в лицо, смывая остатки сна, на этом мой ритуал "приведи себя в порядок" был завершен.
   Опять читал допоздна? -спросила мать, наливая мне крепкий кофе.
   - Ты неисправим! Ну что мне с тобой делать! Экзамены на носу, скоро соревнования по плаванию! - продолжая свой монолог, мать бегала по квартире бросая в сумку ключи и всякие мелочи. На секунду она остановилась передо мной, внимательно посмотрела на мое отражение и тяжело вздохнула:
   -Неисправим!
   Я сфокусировал взгляд на зеркале. Темные волосы торчали в разные стороны, глаза были красные от недосыпа, под ними залегли темные круги. Лицо было помятым от подушки, а острые скулы и квадратный подбородок покрыла трехдневная щетина.
  Надо сказать, что я не выглядел на свои семнадцать. Постоянные тренировки в бассейне сделали мое тело сильным и выносливым. Широкие плечи, мощная спина, да и ростом я пошел в отца. От него же мне достались ярко-голубые глаза и жестко очерченное лицо. Многие удивлялись, когда я отвечал на вопрос о своем возрасте. Многие отмечали, что во мне чувствуется непоколебимая сила и уверенность в себе, хотя я прекрасно понимал и отдавал себе отчет в том, что это недавно приобретённые качества. После гибели отца, видя, как мать старается держаться и быть сильной, я просто не мог не повзрослеть и не научится быть для нее опорой. Я не стал нытиком или маменькиным сынком, пусть это прозвучит для кого-то грубо, научился быть ответственным и уже тогда понял, что мир не вращается вокруг меня. Постоянные тренировки в бассейне приносили мне удовлетворение, я любил спорт и с удовольствием ходил в тренажерный зал. Для меня это был способ отдохнуть от всего и подумать. Но вместе с этим, я не заерчствел. Не стал грубым и обозленным. От мамы мне передалась доброта и умение слушать. Я обожал животных и подрабатывал волонтером в приюте, снимал соседского кота с козырька подъезда, когда он в порыве охотничьего инстинкта прыгал с окна за голубями и помогал бабе Наде с 10 этажа носить сумки из магазина неизменно получая приглашение на чай с плюшками. В общем, я был обычным. Отвлекшись от размышлений, я ободряюще улыбнулся матери в зеркало и прошел на кухню, где меня ждал остывший кофе.
   Видя, что мать по-прежнему бросает на меня гневные взгляды я наконец-то пробурчал в чашку извинения и снова пообещал, что это в последний раз.
   Она опять вздохнула, словно смирилась с тем, что не в её силах исправить, чмокнула меня на прощание и пожелала хорошего дня.
   Захлопнулась входная дверь и в квартире воцарилась тишина, нарушаемая ежедневной сводкой погоды от приложения на смартфоне:
   -Сегодня облачно, но без осадков. Температура за окн...
   Прервав механический голос и усмехнувшись про себя, я посмотрел в окно:
   Синоптики никогда не угадывают с погодой. Такое впечатление, что они специально говорят прямо противоположное ситуации, будто веря в то, что погода исполнит их прихоти.
   Шел снег, мокрые и липкие хлопья валили стеной, из-за чего деревья выглядели так, как будто их облепили ватными шариками. Ощущение было, что в Мире остались только белый, серый и черные цвета, словно из города смыло все краски. Я любил зиму, но в этот год она выдалась мокрой и промозглой. Я поморщился, представляя себе путь до школы. Допив кофе я
   Я кинул какой-то учебник в сумку, общую тетрадь, что служила мне для всех предметов... Нет, а что вы хотели от 11-ти классика? И вообще, чем старше классы, тем меньше портфели. Видимо, начальные знания весят гораздо больше. Основа основ, тектоническая плита, фундамент, на котором строится вся жизнь.
   Размышляя о весе багажа и о жизни в целом я достал сноубордическую куртку, только она спасала от ветра и ощущения постоянной сырости при такой погоде и с разочарованием посмотрел на доску, пылившуюся в шкафу. В такую зиму, разве что спускаться на ней как на ледянке. Сокрушаясь о том, что в этом году мне не удастся покорить Московские холмы я вышел из дому.
   Не успел я сделать и пары шагов от подъезда, как до меня донесся приглушенный голос:
   -Максим! Подожди! - я обернулся и увидел Вадима.
   Коренастый, светловолосый, с вечно смеющимися глазами. Немного полноватый, но обаятельный, судя по тому, сколько разных людей его всегда окружали. Он был душой компании и всегда мог найти выход из любого конфликта. Он всегда верил в лучшее и никогда не унывал. Про таких говорят: "Неисправимый оптимист".
   Я знал его с пятого класса. Он был единственным, кто начал общаться со мной, не устраивая мне допрос о том, кто я? Почему я переехал? И все в таком духе, когда я перешел в новую школу после того, как в аварии погиб мой отец. Он просто подошел и сказал:
  -Привет, я Вадим. Хочешь, я покажу тебе школу?
   Мне было нелегко на новом месте. Когда все уже разбиты по парам, у всех свои шутки и истории...чувствуешь себя отбросом, но знаете, он сразу расположил к себе. С ним было просто разговаривать о общаться на любые темы. Он был прямой противоположностью мне. Я почувствовал в нем родственную душу. Я имею ввиду, что у нас разные родители и мы не знали о существовании друг друга, но мы обнаружили, что наши мысли дополняют друг друга. Стоит одному начать фразу-другой ее продолжит. Он был единственным, кто знал обо мне все. Я доверял ему и после ни разу не пожалел об этом. В общем, мы стали лучшими друзьями.
   -Неважно выглядишь - его голос, приглушенный невероятно объемным шарфом, очередным творением его бабули, вырвал меня из моих мыслей.
  
   - Ну и в каком выдуманном мире ты провел эту ночь?- с хитрой ухмылкой спросил он.
   -Дай угадаю.... Снова перечитывал Булгакова?
   На моем лице отобразилось деланное удивление:
   -Ты что, следишь за мной?
   - Да зачем мне следить! Каждый раз, когда ты ее перечитываешь, у тебя такой вид, будто ты всю ночь сам рассуждал о людях и квартирном вопросе. Эх, вот-бы мне твою любовь к книгам, - продолжил он. - А я ведь даже Му-Му не дочитал. Не то, чтобы мне не нравятся книги, но...
   -Тебе просто не сидится на месте. Закончил я за него.
   Он широко улыбнулся.
   -Кстати о сидении на месте, в этом году мы так с тобой на доски не встанем. Разве что на ледянках спускаться в гигроскопичных костюмах. Никакая экипировка не выдержит такой слякоти.
   И словно услышав его слова, с неба повалил снег, разбавляемый дождем.
   Мы ускорили шаг и поспешили. В такую погоду хочется побыстрее оказаться в тепле, пусть даже и в школьном.
  
   -ООО, чтоб меня! Замена! Сдвоенный урок математики! Ну за что? - приложив одну руку ко лбу, а другой, тыкая в лист бумаги с расписанием, вопрошал мой друг. И тяжело вздохнув, он махнул рукой в сторону лестниц:
  - Пошли, а-то после звонка опять не пустят.
   Преодолевая лестничные пролеты нашей пятиэтажной школы, мы успели порассуждать о несправедливости этого мира и о том, кто вообще придумал цифры и формулы. Нет, несомненно все в мире имеет значение, но тогда были возмущены несправедливостью вселенной.
  
   -Как думаешь, сегодня опять даст какую-нибудь контрольную? Спросил меня Вадим.
   - Не знаю...Сказал я, доставая один единственный учебник из сумки который, кстати говоря, оказался учебником по математике.
  
   - Это твоя вина. Пробурчал Вадим садясь рядом со мной
   - Что? Ты о чем? Недоуменно уставившись на него спросил я.
   - Долго выбирал? ! - он ткнул пальцем в учебник и зашипел:
   -Не мог взять историю там с собой, или английский?
   Я сдержал улыбку и сел рядом.
  
   Ирина Александровна, наш преподаватель по математике, вошла в кабинет и не оборачиваясь на нас, как впрочем и всегда делала, без церемоний начала урок.
  
   Надо заметить, что на обычную, школьную "училку", в понятии этого слова, она мало было похожа. Высокая, стройная, с большими глазами и чуть вздёрнутым носом, вьющимися волосами и строгим голосом. Она никогда не кричала и не злилась, такое ощущение, что ей были чужды человеческие эмоции. Мы ни разу не услышали даже тени улыбки или нотки раздражения в ее голосе. В ней всё так и говорило о том, что она не человек. В пятом классе, старшеклассники рассказывали нам теории о том, что это искусственные интеллект в теле человека, киборг. Мы тогда дико ее боялись, но став старше, поняли что она просто не попадает ни в какую категорию школьных учителей. Было впечатление, что она видела вас насквозь, смотрела на вас, но видела нутро. Стоило только ей взглянуть в глаза-и все мысли куда-то исчезали. А она, посмотрев минуту внимательно-кивала еле заметно головой и произносила свою загадочную фразу ни к кому в частности и не адресованную:
   - Все ясно...
  
   Я открыл свою общую тетрадь и попытался вникнуть в суть интегралов и формул, которые были расписаны на всю, занимающую пол стены, классную доску. Надо сказать, что я не был прилежным учеником, мне просто легко давались предметы, но я никогда не стремился быть лучшим. И сейчас, даже не пытаясь особо проникнуться сутью всех математических решений-я четко представлял себе дальнейшие вычисления. Мама говорила-это от отца.
   Хотя, я плохо его помню. Он погиб, когда мне было лет 12... На все расспросы об отце, мама почему-то всегда реагировала одинаково: сначала, она удивлялась и пере спрашивала:
   - Отце?
   Потом, на лбу у нее пролегала складка, будто она что-то вспоминала, затем ее лицо разглаживалось и приобретало мечтательное выражение:
   - Он был хорошим!
   Хорошим. Вот и все, что я знал. Хотя, нет, не все. Но это был мой секрет. Однажды я нашел тетради. Да-да. Они были все исписаны непонятными мне формулами с пометками типа:
   "Завихрение не влияющее" или "Незначимый субъект". Я до сих пор храню его записи в чехле доя сноуборда, чтобы мать не увидела их, иначе, это снова закончится допросом и лекцией о том, что надо жить настоящим, а не прошлым.
   Но, в отличие от всего того, немного, что я знал об отце, мне больше нравились книги, история, загадки и тайны. Нравились библиотеки с их тишиной и запахом книг. Даже пыль там казалась совсем другой. Золотистой, загадочной. Вдыхая библиотечный воздух, мне казалось, что я впитываю все знания и истории, скопившиеся за века. Все тайны и факты прошлого. И приоткрывал окно в будущее.
   Я отвлекся от своих мыслей и отрешённо уставился в окно. Пейзаж за окном совсем не радовал, мне хотелось оказаться сейчас рядом с огнем, чашкой кофе и очередной книгой. Именно в этот момент, в первый раз, я увидел тонкую линию, почти прозрачную, отливающую голубым неоновым светом, а рядом с ней желтую, яркую-я потер глаза, думая что это от недосыпа или от того, что дневной свет смешивается со светом школьных ламп. Но линии не исчезли, более того, они были живыми! Они пульсировали и подрагивали, словно от напряжения. Вибрировали и тонко звенели. Каким-то хрустальным, еле слышным звуком. Я проследил их взглядом, желтая была между мной и Вадимом, сидящему рядом, а прозрачная и голубая одновременно, протянулась к Ирине Александровне. Этими линиями был пронизан весь класс! Сквозь стены, потолок, на улицу-словно тонкие и бесконечные стрелы. Но, как я успел заметить, у большинства эти линии были просто серыми, нет, скорее стального цвета и только у двух близняшек из нашего класса эта линия была одна и ярко-красная, словно она держала их вместе , но на определенном расстоянии. Не осознавая, что я делаю-я коснулся голубой линии, которая тянулась к учительнице. И я почувствовал ее! Она была холодной и натянутой, как тетива... Я решил, что мне действительно пора выспаться, как вдруг, Ирина Александровна резко развернулась и посмотрела мне в глаза. Я уставился на нее широко открыв глаза и за секунду на лице учительницы отобразилась буря эмоций. Она удивилась, потом нахмурилась, словно спорила сама с собой. А потом, она сделала какой-то неуловимый жест рукой, будто погладила в воздухе что-то тонкое, и я отчетливо услышал ее голос внутри головы:
   -Ты видишь.
   Это был не вопрос. Это было утверждение.
   Опустив глаза в тетрадь, я гадал о том, что, чёрт возьми, это было...
   --Посмотри на меня! Настойчиво продолжал голос в моей голове.
   Я поднял взгляд:
   - Ты не только видишь, ты слышишь.
   По классу пронесся шепот, все зашевелились, пытаясь понять, что происходит и почему лекция прервалась. Ирина Александровна сжала ладонь в кулак, обвела взглядом весь класс о снова отвернулась к доске. В моей голове остался только я сам. Вадим ткнул меня локтем в бок:
   - Эт чего сейчас было?
   - Ты о чем?
   -Да о вас, с училкой! Вы уставились друг на друга как два умалишенных! У меня даже челюсть отвисла, когда я увидел, что "Ясная" впечатлала свой взгляд в тебя.. И чего это она?
   - Да я и сам не понял-ответил я почти правду, снова отворачиваясь к окну.
  - Ну-ну... - ответил Вадим подозрительно меня разглядывая.
   Сердце бешено стучало. В голове был полный бардак. Перед моим взором ясно предстала тетрадь и запись отца:
   "Видеть суть единицы-это значит увидеть целостность системы".
   Вадим продолжал недоверчиво смотреть на меня, я затылком чувствовал его взгляд.
   Звонок! Мне нужен звонок!
   Как только раздалась его механическая трель-я как ошпаренный схватил свой рюкзак, попросил Вадима сказать, что я приболел и пулей понесся домой. Я выскочил на улицу и не замечая расстегнутой куртки и порывов ветра, загоняющего мне за шиворот мокрый снег в кратчайшие сроки преодолел расстояние от школы до дома. Открывая дверь и снимая на ходу ботинки я думал о тетрадях отца, что-то не давало мне покоя, какая-то мысль металась в моей голове, но я никак не мог на ней сосредоточится. Я вывалился в свою комнату, достал доску и вытащил тетради отца из чехла.
   Судорожно переворачивая страницы я не верил своим глазам!!Множество линий, самых разнообразных цветов и форм были изображены на листах. Каждая была подписана, на латыни! Разумеется, я ее не знал. Но двадцать первый век и технологии: вот что стирает границы между народами, языками и нашим личным пространством.
  
   - Окей, Гугл! -сказал я и смартфон приветливо мигнул синим экраном
   - "Linea amicitia" - линия дружбы, перевел мне смартфон.
   Я уставился в тетрадь. Ошибки быть не могло! Ярко-желтая, как между мной и Вадимом, я видел такую же! Я чуть не задохнулся от своего открытия! Продолжая листать быстро листать тетрадь... Стоп! Ярко голубая:
   -"Line clairvoyants", линия ясновидящих.
   Что? Вот блин, оказывается, недалеки были наши подозрения от истины.
   Словно во сне я переворачивал страницы.. Но более того, что я мог сейчас понять-я не нашел. Один лист был просто исчерчен цветными карандашами будто это был рисунок малыша из яслей, я не удостоил ее своим вниманием. Я пытался найти еще информацию, хоть какую-то, но ничего не понимал. Резко закрыв тетрадь, я снова попытался запихать ее подальше в сумку, когда мои пальцы почувствовали , что среди страниц есть какое-то маленькое утолщение. Карта памяти! Ничего себе. Маленькая, для телефона. Прикинув размер информации, которая может на ней хранится я достал ноутбук, который пылился у меня без дела год и с замиранием сердца вставил флешку в картридер. Ноутбук ожил и выдал сообщение: введите пароль. Ну конечно!!! Разве может быть всё так просто? Никогда... Совершив десяток попыток и перебрав все возможные варианты, которые по моему мнению могли подойти и не достигнув никакого результата, я со вздохом закрыл крышку, откинулся на диван и уставился в полоток. Видимо, из-за напряжения я вырубился. Даже не услышал, как мать вернулась с работы.
   Она тихо приоткрыла дверь в мою комнату и шепотом спросила:
   -Привет! Все в порядке?
   - Да мам, просто плохо себя почувствовал.
   - Просто ты не спишь,- парировала она. - Ладно, только не бери это себе в привычку. Будешь кофе?
   - Буду. И еще пару бутербродов.
   Она улыбнулась и пошла на кухню.
   Сидя на табуретке и уплетая горячие бутерброды я задал матери вопрос:
   - Мам, а можно тебя спросить...
   - Конечно, если я смогу ответить на твой вопрос-обязательно отвечу.
   Я замялся, и с набитым ртом попросил:
   -Рсскжимнепроппу?
   - Что?
   - Про отца. Какой он был?
   Чашка кофе замерла у нее в руках и на лбу пролегла такая знакомая морщинка.
   - Он был...
   - Каким??? Хорошим? - заорал я, -Слышал это уже миллионы раз! - не контролируя свою злость я вскочил.
   -Если ты не хочешь о нем говорить-это не значит что его не существовало! Я хочу знать о нем хоть что-то, хоть крупицу!
   -Какого цвета были его глаза? Какой его любимый цвет? Что он любил кроме цифр? Хоть что-то, понимаешь?
   Я замер, увидев что по щекам мамы бегут слезы. Мне стало невообразимо стыдно. Ругая себя всеми последними словами, я опустился перед ней на колени и обнял:
   - Мам, прости, мам! Не знаю, что на меня нашло...
   - Ты не понимаешь-севшим голосом сказала она- я не помню, Максим!!!! Я ничего о нем не помню! Я пытаюсь, но стоит мне задуматься, как его образ ускользает. Стирается. Это... Это не передать словами. Знаешь, как тяжело знать, что этот человек был, помнить о нем и чувствовать любовь, но все воспоминания о нем-как будто его и не было! Иногда я думаю, что сошла с ума... Это все их вина.
   Ее плечи затряслись.
   Я стоял перед ней и ничего не видел перед собой: " Не помню. Их вина"! Эти фразы застряли у меня в голове. Я на миг закрыл глаза, вдохнул, а когда открыл:
   Линия, мамина! Зеленая, яркая, такая мягкая, как будто сплетена из тончайшего шелка, она тянулась ко мне, и растворилась где-то в области сердца. Я проследил взглядом, пытаясь найти продолжение маминой линии, и то, что я увидел причинило мне невыносимую боль! Я не знаю почему, но я почувствовал. Как вам описать это? Представьте, что есть человек о котором вы знаете. Любите его. Он разделял с вами жизнь. А потом "Пфффф", и темнота. Провал! Ничего! Возможно, так чувствуют себя люди, которые потеряли память до определенного момента. Мама бы узнала отца, на подсознательном уровне, но прошла бы мимо, ибо что-то будто отталкивало от нее все, что могло бы с ним пересекаться. Я отчетливо чувствовал и то, что она знала причину, но ничего не могла сделать... И все это от того, что я увидел безжизненное, тонкое, как волос седой старухи, продолжение маминой линии, а попытавшись прикоснуться к ней, я почувствовал такую пустоту, что мне стало страшно. . Какое-то подозрение прокралось в мое сознание и прочно там обосновалось.
   Я не понимал... Как так может быть? Вот же! Яркая, красивая, нежная-линия тянется ко мне, а потом, безжизненно обрывается и теряет цвет.
   Звонок в дверь прервал мои, в последнее время, частые размышления.
   Мама встрепенулась. Быстро вытерла слезы, ополоснула лицо над раковиной в кухне холодной водой улыбнулась мне, и прошла вы коридор.
   Я сел за вновь остывший кофе... В голове не осталось ни одной мысли. Я даже не сразу и понял, что обращаются ко мне:
   - Максим, нам надо поговорить!
   Ирина Александровна стояла в коридоре, на ее волосах таяли снежинки, а я даже не удивившись только и смог ответить:
   - Да, нам просто необходимо поговорить.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Глава II. Знания-сила
  Ирина Александровна прошла на кухню даже не раздеваясь и опустилась на табуретку, при этом не отрывая от меня своего внимательного взгляда. Я сел напротив, но все мысли, все вопросы, которые я хотел задать куда-то испарились. Ни она, ни я не произносили ни слова. Молчание заполняло все пространство вокруг нас. Не знаю, сколько прошло времени, но тут в кухню вошла мама.
  -Максим, можешь предложишь гостье кофе?- Ледяным тоном спросила она.
  То, как она произнесла эту фразу вывело меня из молчаливого ступора и я удивлено перевел взгляд на мать. Я так и сидел смотря по очереди то на одну, то на другую и наблюдая невероятную картину.
  Ирина Александровна даже не взглянув на маму, произнесла:
  - Ну привет, Натали. Сколько лет прошло?
  - Недостаточно, чтобы я готова была с объятиями принимать тебя в нашем доме.
  - Извини, но ты знаешь правила! Когда дело касается одного из прядильщиков.
  -Правила? Да к чёрту твои правила! -зашипела мать.
  - Не в моих силах менять их...
  Она не закончила, мать рассмеялась, но отнюдь не добрым и жизнерадостным смехом. Я-то знал, это не добрый знак,, поверьте.
  - Ты не получишь моего сына! Я не позволю тебе.
  - Это, увы, не в твоей власти. Он ткач. Он обладает силой, и совсем не такой, как моя или Магистра. Он гораздо сильнее.
  И он изменит наш мир.
  - Вы... Вы!! Вы пауки! И вся ваша гильдия! Вот кто вы! Вы решаете за нас. Как за муху, которая оказалась в вашей сети. Забрать у меня часть жизни! Как вы могли? Как ты, -она выплюнула эти слова учительнице в лицо, -как ты могла?
  Я никогда не видел маму такой злой. Ее лицо и шею покрыли красные пятна, дыхание стало тяжелым, а на виске пули сбривала жилка.
  Я хотел было сказать что-то, но она одним взглядом заставила меня замолчать.
  - Столько лет, ты клялась мне в дружбе! Столько лет я доверяла тебе и что? Чем все закончилось? Вы выкинули меня из своей паутины. Лучше бы обрезали все и навсегда.
  Мама тяжело дышала. Красные пятна покрывали ее шею и лицо. Так всегда было, когда она нервничала или злилась. В такие моменты я всегда старался держаться подальше. Это был сигнал к тому, что кому-то сейчас здорово влетит.
  Ирина Александровна снова перевела взгляд на меня и спокойно сказала:
  - Я пришла к твоему сыну, и позволь ему решать. Ты знаешь, почему мы оставили часть не тронутой. А он имеет право знать и мы предоставим ему выбор.
  - Как великодушно с вашей стороны! Мне его не оставили.
  - Таковы...
  -Правила. -Выдохнула мама, тяжело опускаясь на стул...
  Я ошарашенно пялился на двух женщин, которые сидели напротив меня и никак не мог понять, откуда они знают друг друга. Да что вообще происходит и как так случилось, какие обстоятельства заставили сидящих напротив меня женщин так злиться друг на друга. Миллионы вопросов сменяли друг друга и я никак не мог задать хоть один.
  Кто вы такая?-выпалил я прежде, чем успел подумать. - Как вы делаете это?
  Я выжидающе уставился на учительницу.
  Она еле заметно улыбнулась.
  - Ну, начнем с того, что Ирина-это имя для мира людей. В наших кругах меня зовут просто, Ирэн. Предвосхищая твой следующий вопрос, да я смертная как и все и да, я умею читать мысли.
  Она вытянула руку ладонью вверх и раскрыла ее. Проведя пальцем по линии , пересекающую ладонь приблизительно по центру она продолжила:
  -Линия судьбы - это моя линия. Она начинается у запястья и устремляется вверх, к пальцам. Продолжая говорить, она словно погладила воздух на ладонью и линия вспыхнула ярким, голубым светом.
  
  
  
  - Многие думают, что я просто очень везучая и удачливая. Верующие считают, что меня хранят высшие силы. Так как я, легко избегая преград и невзгод. В школе считают меня ненормальной. - она горько усмехнулась.
  
  - Так было всегда. Начиная с начальных классов, я могла видеть то, что не видят другие. Слышать мысли и чувства. А когда я пыталась заговорить об этом. Меня называли ненормальной. Все, кроме нее. - Она резко захлопнула ладонь и посмотрела на маму.
  
  Мама ни произнесла ни слова. Она с сочувствием смотрела то на меня, то на Ирину ...Ирэн.
  
  - А, впрочем, мой жизненный путь не то, о чем тебе необходимо знать.
  
  - Но, тогда как я узнаю о том, что вообще все это значит? Ладони, линии - хиромантия какая-то.
  
   Ирен рассмеялась мелодичным смехом.
  - Хиромантия - это лишь малая часть того, что знают обычные. Линии могут рассказать о человеке, но никто, кроме посвященных обычных не понимает их истинного значения. Люди пытаются на протяжении веков объяснить все, что не понимают. Знать линии-это лишь малая часть того, чему тебе нужно научиться. Ими нужно уметь управлять.
  - Но это не входит в мои обязанности, ответила она прежде чем я открыл рот.
  - Значит, есть и другие? Вас много? И вы все одинаковые?
  - Во-первых, нас. Нас немного и у каждого своя судьба. За каждым закреплена своя ...особенность.
  Таких как я - нас трое. Тех, кто умеет видеть, определять и находить людей. Но, как и у каждого дара, существует противоположная сторона -так и у нас есть ограничения мы не можем увидеть мысли другого и его путь, если он не сделал окончательного выбора. Многие говорят, что человеку предначертан судьбой один путь, но это не так. Каждый в праве решать, какую дорогу выбрать. У каждого есть выбор. Можно встать утром и выпить кофе, а можно и не пить, а поспать подольше или заварить растворимый, а не варить каждый раз в турке. Каждому из нас приходится принимать решения и рано или поздно делать выбор, и иногда несколько секунд могут изменить жизнь человека. Судьба-это не рок. Она подобна развилке дорог. Вот, например, ты, Максим. Я могу сказать какой вопрос ты задашь следующим, но я определенно не могу увидеть какой выбор ты сделаешь, так как ты сам еще не знаешь.
  - Так значит, вас трое. А четвёртого такого быть не может?
  - Нет. Иначе, это нарушит равновесие. Нас всегда было трое. Парки-если угодно.
  Я округлил глаза. - А это не те три сестры, что прядут нить. Одна прошлого, другая настоящего, а третья будущего.
  Ирен посмотрела на меня оценивающим взглядом.
  -Именно так, - отозвалась она. Я та, кто видит будущее.
  - Но ведь в мифе говорится о том, что вы решаете, что было, есть и будет. Что вы рок. И вы можете прервать жизнь человека.
  - Нет, мы не в силах прервать нить. Это под силу только тому... - она не договорила или предпочла не договаривать.
  Пойми, люди очень часто додумывают очень многое. Они боятся того, чего не понимают. И стараются придумать мифы и легенды. Часть из них отображает действительность, а часть-это ни что иное, как просто сказки. Но надо сказать, что для нас-это идеальное прикрытие. - она улыбнулась.
  - Как вы это делаете? Как вы видите нить?
  - О, это проще всего. Нужно просто захотеть увидеть. Просто смотреть-этого недостаточно.
  Пока она говорила, я пытался "смотреть". Я гипнотизировал пространство вокруг нее взглядом так, что у меня воздух зарябил перед глазами, а глаза чуть не вывалились из орбит. Я все смотрел, смотрел и смотрел...
  - Хватит! Прекрати! А-то ты сейчас взорвешься - сказала мать еле сдерживая смех.
  Я зло уставился на нее.
  - Я вот одного не пойму, мам, при чем тут ты и вообще, вся наша семья?
  Она сразу посерьезнела и с укором посмотрела на Ирен. Та еле заметно кивнула головой.
  - Все началось с того, что я познакомилась с ней-она кивком указала на мою...учительницу? Ну, судя по всему, ее статус не изменился. Только изменился предмет.
  Когда я ее увидела, то сразу поняла-она не как все. Что-то явно было не так. Я чувствовала в ней какую-то силу. Нечто иное. Знала сразу, что она знает больше, чем говорит. Она пришла к нам в школу и сразу стала изгоем. Я не знаю почему, но мне стало так жаль ее, что наплевав на вмнение всех окружающих стала с ней общаться. Сначала осторожно, но потом мы все больше и больше стали сближаться. Она не открывала своих секретов, всегда избегала приглашения в гости, а уж о том, чтобы пойти к ней не было и речи. Я просто не расспрашивала ее. Мне не было интересно то, кто ее родители. Почему она переехала и вообще, я не задавала личных вопросов. Прошли годы, прежде чем она показала мне что она умеет. Однажды, когда мы проводили время у моей бабушки на даче, он взяла меня за руку и спросила:
  -Хочешь, я покажу тебе мир таким, каким его вижу я?
  Что я могла ответить? Я согласилась не раздумавыя. Она взяла меня за руку и я почувствовала, будто наши руки обвивает леска, опустив взгляд я увидела тонкий, голубой лучик, окутавший наши руки. Он шел от нее, обвивал нас и устремлялся в никуда. Словно прорезал время и пространства. Но это было не все.
  -Смотри, Натали - вот мой мир!
  Я отвела взгляд и чуть не закричала от удивления. Множество цветов, множество линий, словно по расчерченным невидимыми линейками тетради пронизывали все вокруг. В них была закономерность. Одни пересекались, образуя четкие углы, другие, еле дотрагивались друг до друга, третьи и вовсе были переплетены.
  Я пораженная стояла, не смея сказать ни слова. Тогда, она показала мне мою линию. Я знаю, что моя линия зеленая. Я могу ее видеть. Но не могу управлять. Таких как я, орден называет "cohaerentis", что означает "связной". Мы те, кто может почувствовать ткачей.
  - Но я всё равно не понимаю... Начал было я.
  Мама снова взглянула на Ирен и та продолжила:
  - Раньше, твоя мама состояла в ордене. Она была нашим летописцем. Все наши архивы были в ее распоряжении. Все, что происходило, происходит и произойдет, всему этому ведется учет. И Натали архивировала все. У нее талант к методичности и последовательности и безграничная любовь к книгам и древности, а их, поверь, у нас бесчисленное множество.
  Мои глаза загорелись. Я представил себе масштабы знаний, хранящихся...
  - А где все это? Где вы храните такие объемы?-не удержался я от вопроса.
  - Всему свое время, Максим. - ответила Ирен.
  - Именно в ордене твоя мама встретила твоего отца.
  На кухне тут же воцарилось молчание. Я взглянул на маму, но ее лицо было полно растерянности.
  - Почему с ней это происходит-я буквально выкрикнул эту фразу. - Ей же тяжело! И почему ее линия обрывается? Почему она не идет дальше? Как такое могло случиться?
  Губы Ирен сжались в тонкую линию, на ее обычно беспристрастном лице отобразилось сожаление? Или чувство вины? Да, это несомненно было оно!
  - То, что я сейчас скажу, должно остаться между нами. Ты, возможно, возненавидишь меня, но у меня не было выбора. Иначе, все могло рухнуть. Со временем, ты поймешь...
  Я выжидающе уставился на учительницу.
  - Мы обрезали ее линию и замкнули только на тебе.
  Гнев! Вот что я почувствовал в тот момент. Необъяснимый и дикий гнев.
  Почти шепотом я произнес:
  -Вы сделали что? - особо подчеркнув последнее слово. Обрезали? Что все это значит?
  - Это значит, что линия, которая соединяла вместе твоих отца и мать-больше не существует.
  -Как? Кто вам дал право решать за нее? - я своей ладонью накрыл ладонь мамы.
  - Пойми, Максим. Так решил он! В нашем Мире все связано и у каждого свой порядок. Не сделай мы этого, был бы разрушен. Представь, что ты вытягиваешь одну нить из пряжи и весь твой труд превращается в бесформенный моток нитей.
  - Вы что, сейчас сравнили мою маму с клубком какой-то нитки? -уже не сдерживая ярость спросил я. - Вы не понимаете, что она страдает? Она помнит, она знает, она чувствует, что что-то не так! Как вы могли стереть половину ее жизни? Даже если и была необходимость, почему вы не сделали так, чтобы она просто все забыла? Это хотя бы, было бы не так жестоко.
  - Макс, многое мы не можем изменить. Любовь-нам не подвластна. И уничтожить ее до конца не может никто. Это verum insolubilemо. Одна из нерушимых истин. Это чувство мы не способны стереть.
  - Я не понимаю. Вы не вмешиваетесь в судьбу, но решаете за других.
  - Нет, Максим. Мы не можем вмешиваться в выбор. Мы не можем подсказать человеку его путь, ибо сами не видим его до конца. Мы решаем исход только тогда, когда человек сделав свой выбор. Когда этот выбор, может нанести непоправимый ущерб тому, что мы создавали годами. Всей нашей схеме.
  - Вашей схеме? И что из себя представляет ваша схема?
  - Идеальный мир. Где все линии-подчиняются одной закономерности. Где людям не надо бояться того, что выйдя на пять минут раньше, их собьет пьяный водитель, которому так срочно понадобилось ехать за забытыми в гостях безделушками. Мы хотим создать такой мир, где все будет безопасно.
  Что-то в ее словах не давало мне покоя. Видимо, на тот момент мне просто не хотелось вникать в суть того, что сказано. Пазл не складывался в моей голове из-за недостатков деталей.
  -Кхммм... -мама мягко кашлянула, намекая на то, что она все еще рядом. - Может быть вы будете разговаривать как все обычные? С помощью слов?
  И только сейчас до меня дошло, что все это время мы разговаривали с Ирен без слов.
  - Но кто определяет то, кем будет человек? Обладает он способностями эммм...ткать, или нет? -мой голос прозвучал неожиданно громко и я убавил громкость.
  - Никто, это уже определено. Это единственное, что определяется с рождения. Константа. -продолжила Ирен, как будто мы нормально разговаривали все это время
  - А как же дороги, развилки и тому подобное?
  - А это-уже решать тебе. Присоединишься ты к нам, или, предпочтешь жизнь обычного, решать тебе. Но если ты выберешь путь обычного, мы вынуждены будем обрезать нить, соединяющую твою судьбу с нашей. Решать тебе, Максим.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Глава 3. Действующие лица
  
  Всю ночь я провел в размышлениях о том, что мне открылось. Мне не нравились размышления Ирен о том, чтобы у людей не осталось выбора. Не нравилось то, что она называла их обычными, как будто от них мало что зависит и они не имею никакой значимости. Думал о матери и о том, как так вообще могло произойти. Почему именно я и вообще, что теперь вся моя жизнь изменится, как у всех героев по неволе. Хотя какой из меня герой? Я толком и не знал ничего.Заснул я только под утро и проснулся абсолютно разбитым. Одна мысль о том, что сейчас надо вставать с кровати и куда-то идти вызывала во мне раздражение. Наверняка, у вас были такие моменты в жизни, что хочется послать все куда подальше и исчезнуть. Может, притворится больным? Но тут мама тихонько постучала и прошла ко мне. Присев на кровать она сказала:
  - Плохо спал?
  - Если можно назвать это сном вообще-ответил я.
  - Мам, что теперь будет? - я сел на кровати и взял ее за руку.
  Она вздохнула:
  - Не знаю, Максим . Ты сам решаешь, какой путь выбрать. Никто не может отнять у тебя это право. У каждого в этом мире свое понимание о хорошем и о плохом.. Иногда, три секунды могут изменить не только жизнь одного человека, а тысячи людей. Иногда, от одного решения зависит судьба мира.
  Она говорила это тихо, но твердо.
  - А как же ты, мам? Как быть с тем, что решили за тебя?
  - Максим, тут все сложнее. Он тоже стоял перед выбором и сам его сделал. Я не знаю, как я могу его осуждать, ибо не имею понятия о том, что заставило его так поступить.
  - Ты не называешь его по имени... Почему?
  Она грустно улыбнулась.
  - Имя... -она задумалась.
  - Разве оно важно для того, кто не помнит? Это как звук для глухого.
  
  Собравшись, я стер сообщение Вадима о том, что он будет ждать меня у подъезда и игнорируя тревожные взгляды матери я поскорее вышел из дома.
  Весь день я избегал встречи с другом и сбегал с уроков раньше звонка за что получил два выговора от учителей. Еще я успел вывести из себя преподавателя по истории вопросами по легендам и мифам, за что получил третий выговор о том, что я отвлекаю класс от темы урока.
  - Ты что? Решил заняться изучением древнего мира? - за обедом спросил Вадим садясь рядом со мной за стол.
  - Сколько тебя знаю, тебе всегда было интересно знать факты, а не вымышленные истории. - как ни в чем не бывало продолжал он. Словно не заметил моего странного поведения.
  Я хмыкнул, растерянно тыкая вилкой в макароны:
  - "По свету ходит чудовищное количество лживых домыслов, а самое страшное, что половина из них - чистая правда." - ни к кому не обращаясь произнес я.
  - Кому принадлежит изречение?- спросил Вадим откинувшись на стул и внимательно меня разглядывая.
  - Черчиль.
  - И как понимать эти твои цитаты? Может объяснишь, что с тобой происходит. Ты сам не свой. Никогда еще не видел тебя таким. Словно ты сейчас стоишь на распутье.
  " На право пойдешь..." и так далее, со всеми вытекающими.
  - Если бы я мог рассказать тебе, то уже давно бы это сделал. - я резко отодвинул от себя тарелку. Я хотел, да сам не знаю чего. Разозлить, обидеть, в общем сделать все необходимое, чтобы держать подальше от себя лучшего друга. Мне казалось, что я не должен втягивать его в свой новый мир. Я думал, что так смогу его защитить. Чем меньше он знал, тем безопаснее для него. Все, кто окажется как можно дальше от меня-будут в безопасности. Не осуждайте меня, на тот момент это мне казалось единственным выходом.
  - Но ты всегда мне все говорил. Что изменилось? - не замечая моего грубого поведения не унимался Вадим.
  - Изменилось? Да все изменилось. Ты прав! Я не знаю, что будет завтра и от этого мне паршиво. Я теперь вообще ни черта не знаю. Да и вообще, я сомневаюсь в том, что мы все знаем хоть часть всего, что происходит на самом деле. Ты никогда не думал о том, что мы все пешки в большой игре? Что есть тот, кто дергает за ниточки, а мы всего лишь его марионетки?
  Вадим уставился на меня поверх чашки.
  - Ты ночью читал трактат по философии? Или книгу : Меня похитили инопланетяне.
  Рассуждаешь так, как будто ты один из этих... Он повертел пальцем у виска.
  Я вскочил со своего места и стул, на котором я сидел, с громким стуком свалился на пол.
  - Ты не понимаешь!
  Вадим встал со своего места и посмотрел на меня:
  - А ты объясни. - спокойно сказал он.
  Я обессиленно опустился на стул и понял, что не смогу держать его на расстоянии. Не смогу так жестоко поступать с ним. Но не жестоко-ли подвергнуть его опасности о которой я и сам не знаю, но чувствую, что она близко. Тревога прочно обосновалась в моем сознании.
  - Прости. Я не хотел...
  - Прощу, когда все мне расскажешь.
  
  
  После оставшихся школьных занятий, которые прошли уже без всяких замечаний и косяков с моей стороны, мы с Вадимом зашли в Старбакс. Заказав себе большой американо и латте с карамелью для Вадима, мы сели за самый отдаленный столик.
  - В общем, вот так... Что мне делать я не знаю-закончил я свой рассказ о минувшем вечере на моей кухне.
  Вадим ничего не говорил. Мы сидели молча.
  
  Вадим сосредоточенно смотрел в одну точку. Время застыло. Секундная стрелка успела завершить второй круг... А я все ждал, что мой друг скажет мне, что я псих с разбушевавшейся фантазией.
  - Нет, ты только подумай... А как я угадал с кличкой! "Ясная"!- Вадим рассмеялся своим мыслям, - слушай! Может у меня тоже есть скрытые способности? Например: давать людям прозвища?
  - Великий прозвищедаритель! Звучит?
  Я хмуро смотрел на него и пытался понять, шутит он или нет. С ним всегда было так. Вроде, он говорил серьезно, но это невозможно было понять по его лицу. Именно эта черта и привлекла меня в моем друге. Никогда не угадаешь, что у него на уме и внутри. Я не мог читать его как открытую книгу.
  - Не смотри так на меня, у меня мурашки бегут. А вообще знаешь, не мне давать тебе советы, но одно могу сказать. Мне не нравится то, что они хотят построить такой мир. Ты прав на счёт ниток и кукол. - вспомнил наш разговор за обедом Вадим.
  - Но на твоем месте, я бы промолчал о своем решении и сыграл бы на их желании заполучит тебя к себе, - хитро прищурился Вадим. Ты, мало того, что выиграешь время и еще узнаешь о том, что и как происходит. О способах управлять собой и своими силами, ведь даже они пока не знают на что ты способен. Да и вообще, обо всей этой истории, связанной с твоей семьей.
  Я уставился на Вадима как будто видел его впервые в своей жизни.
  - Нет, ну а что? Ты читаешь книги, а я вот смотрю всякие сериалы! Там, кстати, можно узнать много полезного. Конечно, если относится с долей критики ко всему тому, что показывают.
  - Ты так просто мне поверил? Во все это? - я обвел рукой пространство, словно там было что-то необъяснимое.
  Он хлопнул меня по плечу и произнес:
  -"Важен тот человек, который приходит на помощь тогда, когда его даже не просят."
  -и на мой вопросительный взгляд ответил: "Джей Ди, чувак!"
  Допив кофе и накидывая куртки, мы отвлеклись от вечной темы как быть и что делать. Обсуждая планы на выходные мы стали продвигаться к выходу как вдруг, меня что-то дернуло. Я почувствовал напряжение в воздухе. Я буквально мог его потрогать. Моя рука заскользила словно через нагретое масло. Желтый. Желтый цвет залил все пространство вокруг меня и Вадима, словно пытаясь создать вокруг нас пузырь, а главное-это линия! Она обвивала нас и становилась все более осязаемой и широкой. Я чувствовал, что через меня проходят все эмоции Вадима. Он стоял и не верил своим глазам. Озираясь вокруг он жадно оглядывал все пространство, будто стараясь запомнить каждую деталь. Я понял, что мой друг увидел. Но тут произошли сразу две вещи. " Ты не имел права " -раздался незнакомый голос в моей голове и в этот же миг, я увидел Ирен. Она возникла словно из воздуха и бросилась к нам, но в один момент, словно наткнулась на преграду. Ее отбросило назад и она упала. В ее глазах явно читался гнев и... Страх?
   Пока я пытался вникнуть в то, что происходит, к между мной и Вадимом возникла фигура, абсолютно невидимая в сплетениях разноцветных нитей. Она протянула руку и замерла, зажав желтую линию между пальцами как в ножницах:
  
  - Ты не имел права менять план! Ты должен научится отвечать за то, что ты делаешь! Мальчишка!
  Этот голос был сухим и безликим. В нем не было жизни. И, словно подчиняясь этому неизвестному, из воздуха будто высосали все тепло и радость. Он стал колючим и пробирал до костей. Линия между его пальцами словно сжималась и подрагивала становясь все тоньше. Я начал чувствовать, что меня охватывает невосполнимое чувство потери. Я пытался разглядеть Вадима и не понимал, почему Ирен ничего не делает! Тут до меня дошло... Все вокруг словно застыло. Стрелки, люди, вода, льющаяся в чашку с кофе... Только трое, я, Вадим и непонятная фигура, стоящие в шаре из ярко-желтого цвета были неподвластны этому явлению.
  - Макс, Максим-голос Вадима вырвал меня из ступора. - Что происходит?
  - Что происходит? - раздался сухой смех, - Так она тебе ничего и не рассказала. Направив левую руку в сторону застывшей на полу Ирэн прошелестела фигура. " Ты даже не знаешь, кто я?!" Этот вопрос прозвучал с такой злобой, что я почувствовал ее словно свою. Одна из линий, роившихся словно змеи вокруг незнакомца, отделилась и двинулась в сторону Ирэн. Она вплелась в бледно голубую, заполняя собой весь ее бледный цвет , стала вращаться, словно веретено, закручивать знакомую мне линию и словно вбирая в себя. А Ирэн стала меняться. Чем тоньше становилась ее линия тем больше казалось что она словно меркла, теряла часть чего-то важного, что выделяло ее, становясь как все. А длинные пальцы незнакомца, держащие линию между мной и Вадимом продолжили сжиматься оставляя в моей душе пустоту. И тут меня осенило! Он обрезает линию! Нашу линию! Ту, которая связала нас и пыталась защитить. Но больше всего меня поразило лицо Вадима. Он перестал узнавать меня. Я кричал ему, пытался дотянуться до него по тому, что осталось от крепкой линии. И я перестал чувствовать его! Я не мог пробиться сквозь стену. Но его взгляд, вот что испугало меня, он был растерянным и полным какого-то чувства безысходности, а это было абсолютно несвойственно ему. Именно это открытие заставило меня действовать. Не понимая до конца того что я делаю, но ведомый чувством уверенности, я осторожно шагнул в сторону незнакомца. Со всей силой представил себе поток своей жизненной энергии. И именно в этот миг, я увидел свою линию. Оранжевая! Четкая! Она словно вобрала в себя все цвета этого мира. Яркая и такая же горячая, как раскаленный металл, меня она не обжигала. Заметив движения левой руки незнакомца-я начал повторять их почти неосознанно. Раскрыв ладонь и повернув ее к потолку я прижал большой палец к указательному, словно дирижер, приготовившийся к началу симфонии. Резко взмахнув, я сделал еле уловимое вращательное движение и увидел, что моя линия взметнулись словно хлыст и рассекла линию серого, отделяя от него линию Ирэн. Удивление скользнуло по его лицу и забыв о желтой линии Вадима он бросил все силы на то, чтобы остановить мою задумку. Я хотел обвить его руки своей энергией, чтобы помешать ему, но он был быстрее. Три цвета отделились от него и словно вихри из лент закружили вокруг меня создавая еще одно пространство отбелившее нас стеной, всполохи которой напоминали северное сияние.
  - "Чёрт возьми!" выругавшись про себя я разжал пальцы. Рука отозвалась болью. Сила, безграничная сила наполняла собой столб в котором оказались мы с этим непонятным человеком, или не человеком.
  
  - Ты не можешь быть им! Это невозможно! Я уничтожил малейшее завихрение на развитие твоей судьбы!
  Все нити окружавшие этот безжизненный голос стали вытягиваться и распутываться. Каждая тянулась к своему цвету невероятного столба, возникшего вокруг нас. В какой-то момент, я смог разглядеть глаза и смутное подозрение прокралось в мой уставший мозг.
  "Я знаю их" пронеслась в моей голове мысль так же быстро как, впрочем, и угасла. Слишком много усилий требовало от меня сдерживание круга во круг нас.
  - Быть кем? Кто ты такой? Ответь мне...
  Резкий щелчок и боль на щеке прервали мои вопросы.
  - Ты посмел мне приказывать? Щенок!
  Чувствуя кровь, стекающую по моей шее и боль я прокричал:
  - Кто ты, чтобы решать за меня? За них! За всех! - повторял я снова и снова
  Еще один удар рассек мне плечо и я упал на колени.
  - О! Ты скоро узнаешь. Уж это я устрою. И Я заставлю тебя пожалеть о своем существовании. И не будет больше всех. Не будет никого. Запомни это, щенок. Каждый станет марионеткой. А тебе, я предоставлю выбор.
  Безликий смех, очередная вспышка боли и я провалился в темноту. ****************************************************************************************************************************************************************************************** Глава 4. Пристанище**************************************************************** Темнота. Спокойная прохлада. Никакого страха, мне спокойно. Словно я плыву в тёмной воде, где нет ни неба, ни звёзд, ни ветра... Ничего. Только воспоминания: -Пааапа! Смотри, я еду! Еду сам! - детский смех и смутно знакомый голос: -Ты молодец, Макс. Пытаюсь разглядеть человека, но его образ исчезает, размывается в разноцветное пятно. - Помни, главное-это не боятся! Стоит начать сомневаться, как произойдёт... Боль! Резкая боль в затылке! Что происходит? Я все-таки упал? Удар. Невозможно терпеть! Ещё один... Глаза непроизвольно открылись. Надо мной нависла тень, она со всей силы трясёт меня за плечи так, что моя голова бьется о плиточный пол: - Макс! Очнись! Давай же. - Если ты продолжишь и дальше трясти меня-то точно прикончишь, Вадим. Мой голос, севший и надтреснутый заставил моего друга отпрянуть с победным воплем: -Реанимация прошла успешно! Пациент пришёл в себя. - Такими способами тебе только и 'воскрешать' людей- пытаясь опереться на здоровое плечо я сел. - Что произошло? Где все? Больше никто не пострадал? Рядом опустилась ещё одна тень: -Максим, надо срочно уходить, я объясню все по дороге в... Ирен не закончила фразу. Двери в кафе раскрылись впуская ледяной воздух с улицы. Он немного взбодрил меня и я смог подняться с помощью плеча Вадима. Окинув мутным взглядом помещение, я ожидал увидеть погром, но все было как обычно, словно ничего не произошло, а мы и вовсе незаметны. От удивления я забыл о боли и принялся лихорадочно искать хоть какие-то признаки...эмм... ' битвы'? Но не обнаружив ничего необычного, я не стал задавать вопросов. Мой уставший от событий мозг просто не мог воспринимать информацию. - Оооо, дружище! Здорово тебя отделали-сильные руки поставили меня на ноги. - Ты давай, обопрись на меня и пойдём. Нам пора. Ирен! Добрэ? - Привет Алекс, со мной все хорошо, пошли. Все быстро в машину. Мы вышли на улицу подгоняемые Ирен и моим неизвестным 'эвакуатором'. -Ого!!! Мы на этом поедем?- восторженный голос друга раздался рядом с припаркованном Mercedes-Benz CLA ярко-жёлтого цвета. -Ничосе! Крутая тачка! Всегда мечтал прокатиться на такой! - Садитесь. - Алекс распахнул дверцы. Меня положили на заднее сиденье, Ирен села рядом, а Вадим не прекращая восхищаться характеристиками авто уселся на переднее сиденье. Мотор заурчал и машина сорвалась с места впечатав меня в сиденье. -Вот это дааа! - Вадим не оставил своих восторженных комментариев. Продолжая вскрикивать и бормотать он осматривал все, до чего мог дотянуться. - Что нужно было этому говнюку? - не выбирая выражения спросил новый знакомый.он за ним приходил?- скосив на меня глаза спросил Алекс. - Не за ним, ну то есть, за ним, только чтобы убедиться. - ответила Ирен. - Он что, особенный какой-то? - А ты посмотри, внимательно посмотри. Алекс развернулся в мою сторону и выпусти руль из рук, прищурился, удивлённо хмыкнул и расхохотался, - Ну наконец-то! Долго же мы тебя ждали. А ты, оказывается, ходячая легенда. Ради тебя этот крысёныш выполз из своей норы. Теперь я точно его отслежу и заставлю расплатиться за всё! Последнее, что я помню перед тем как отключится, была четкая мысль :' Мы разобьемся, к чертовой матери!', но линия стального цвета, которая проходила сквозь руки Алекса, не доступным моему мозгу каким-либо объяснением, держала автомобиль строго по курсу, пока не ведомому нам. Не знаю, сколько времени я провёл во сне, но встал я отдохнувшим и с невероятно ясной головой и не в автомобиле. Меня окружал знакомый запах. Запах старой бумаги и краски, запах кожи и еле уловимый запах полироли для мебели. Но стоило догадке сформироваться в моем сознании, как рядом раздался голос: - А ты мастер спать! Мы уже думали, что ты решил остаться в объятиях Морфея навсегда. Но это и понятно, ты потерял много крови. Лекарь тебя подлатал, все раны отлично затянулись. Я потрогал своё плечо, на месте рассечения была наложена повязка, а боли совсем не осталось! -Будем знакомы, Алекс и я.... -Технарь, видел твою линию. -закончил за него фразу я -А ты способный малый. Ладно! Вставай. Буду твоим гидом. Только сейчас до меня дошло, что понятия не имею где мы находимся. Я встал с кровати и направился за парнем по странно подсвеченным коридорам, где не было ни окон, ни естественного света. Складывалась ощущение, что мы под землёй. Пока мы шли по бесконечным ответвлениям, теряясь в поворотах я разглядывал своего провожатого. Высокий,широкоплечий, короткостриженный, со светлым ёжиком. Его глаза искрились смехом, от него исходило чувство уверенности и спокойствия. Я попытался разглядеть его линию ещё раз, но в этот момент меня как-будто ударили под дых. Дыхание резко перехватило. - Айя-я-ай! Нехорошо вот так проникать без спроса в чужие души! -хлопая меня по спине сказал Алекс. -В этом месте это не работает. Моя идея. - Но как же так? Что это за место такое и вообще, кто вы все? Где Вадим? - Всему своё время, парень. Не пытайся понять все и сразу, голова лопнет. Добрэ? Я оставил его вопрос без ответа и дальнейший путь мы продолжили в полном молчании. Ну вот и лифт. Единственный выход из этой части здания. Я вошёл в огромное пространство, которое больше напоминало комнату в малогабаритной квартире. По всему периметру были прикреплены отполированные до блеска панели, которые легко было спутать с зеркалом. Я потрогал одну: -Черт! Холодная как лёд! Что это? - Зеркала трескаются, а этот материал выдержит любую попытку проследить. / куда-то в пустоту сказал Алекс, потом зашёл в комнату-лифт и нажал на кнопку 'холл'. Лифт дернулся и с невероятной скоростью заскользил вверх. - Ну вот! Добро пожаловать в Пристанище. Мастер ждёт тебя у себя. Двери открылись и в глаза мне ударил солнечный свет. Привыкнув к нему я с открытым ртом озирался по сторонам. Это же... Не может быть! - Мы что, в библиотеке?! - Добро пожаловать! - рассмеялся Алекс в ответ на мою выпавшую челюсть и выпученные глаза, -Российская государственная библиотека - крупнейшая публичная библиотека мира, город в в центре города и наш дом. - Чтоооо? Вы живете здесь? - Ну не прямо здесь-ухмыльнулся Алекс, направляясь к огромной мраморной лестнице, и продолжая рассказывать, - представь себе, здесь собрана вся мудрость времён!яот глиняной таблички и папируса древнего Египта до газет и энциклопедий. Все наши фонды занимают площадь, сравнимую с площадью девяти футбольных полей, а если посчитать протяженность книжных полок, то их длина составит 275 километров, что превышает протяженность линий метрополитена. И тем более, библиотека это не только главный зал и хранилище, это целый архитектурный комплекс. Так, что поверь, развернуться нам есть где. - А где все? Почему нет людей? Это же публичное место... - Последний понедельник месяца, санитарный день-раздался голос справа от меня. -Тююю, здорово Некит, как дела? -Тихо все пока, только наши проигрывают, сплошное расстройство. -Знакомься-это Макс, Макс-это Никита Евгеньевич, наш бдительный страж главного входа. Я буркнул слова приветствия мужичку в синих и потёртых джинсах, пожал его сухую, но невероятно сильную руку. У него были тёмные с сединой волосы и мощный подбородок, губы были прямые, а на вид ему не больше сорока. -Ты впервые здесь, да, Максим? -Ага! -отозвался я отводя взгляд от его лица разглядывая фрески на потолке. - Ну ничего-ничего, пообживешься, привыкнешь. Он улыбнулся и от карьих глаз разбежались морщинки. Кивнул мне и уселся дальше смотреть матч. -Что значит, 'обживусь'? У меня есть дом и мама. Есть школа и бассейн. Я не могу остаться в этом месте. -Обожди пока с вопросами. Мы шли по коридорам, мимо комнат с огромными окнами и дубовыми столами красного цвета, подсвеченных мягким цветом зелёных ламп. Мимо зала карточного каталога, который напоминает лабиринт из маленьких комодов с выдвижными ящичками в которых хранятся специи, вот только вместо специй здесь карточки, расположенные в алфавитном порядке. Оттуда мы попали в розовый зал, как я понял выставочный, а далее, спустились в подвальные помещения первого уровня, как уточнил Алек. - Секретный ход в Кремль! Только никому не говори-подмигнул Алекс. Сделав буквально пару шагов, я услышал звук, как-будто что-то засосало в вакуум, а на стене, на непонятном устройстве замигала лампочка. -Оооп! Почта. - сказал Алекс вытаскивая из трубки патрон черного цвета. Он напоминал пузырёк от мыльных пузырей, только с крышками на обеих сторонах. - Пневмопочта! Самый быстрый способ обмена информации в библиотеке! Телефоны тут не ловят, Но лучше этой системы-нет ничего!. Он достал достал записку, прочитал, а затем написав ответ на обратной стороне, затем на нажал кнопки на пульте назначения, и вставил патрон во входное отверстие. Через долю секунды раздался уже знакомый вакуумный звук и патрон исчез. -Транспортировка идёт со скоростью около 18 метров в секунду, если возвращать патрон на то же место, откуда он пришёл, с момента отправки проходит не более пяти-десяти секунд.- уточнил Алекс.Представляешь, эта система работает аж с 1980 года. Сначала патрон отправляется на распределительную станцию, а потом, в соответствии с установленным адресом, в конечную точку назначения. У каждого отдела есть свой номер, видишь, тут на щитке написаны цифры и аббревиатуры. Сейчас я отправил ответ в конференц зал. Таким образом 'обычные' находят с помощью операторов книги, а мы можем общаться независимо от компьютеров и сети. Я был настолько впечатлён, что даже забыл о том, что произошло со мной в последние несколько дней. Невероятно! Целый город книг! Миллионы вековых знаний! И тайная организация по совместительству, находилась в центре мегаполиса! У меня появилось желание остаться здесь навечно. Алекс невозмутимо продолжал: -Конечно, я совершенствую всю систему. Для ' обычных' я создал цифровой поиск, правда работы ещё много, а заниматься ей некогда, написал приложение 'eRSL'его можно найти в Google Play и App Store. Отличная вещь, кстати. 'Обычные' используют его как электронный каталог, ну а мы можем быстро найти и передать тебе любую информацию на поверхность. Наверное, хватит с тебя фактов, нам пора. Тебя ждут. Мы поднялись по служебным лестницам, миновали кучу помещений, в которых гудели компьютеры, окутанные красными линиями, миновали подсобки и оказались во внутреннем дворе. Оттуда мы направились в сторону Знаменки и вошли в красивое здание с колоннами и зеленой ковшей, возвышающееся на холме. И тогда в моей голове зазвучали строчки: 'На закате солнца высоко над городом на каменной террасе одного из самых красивых зданий в Москве, здания, построенного около полутораста лет назад, находились двое: Воланд и Азазелло. Они не были видны снизу, с улицы, так как их закрывала от ненужных взоров балюстрада с гипсовыми вазами и гипсовыми цветами. Но им город был виден почти до самых краев.' Мы поднялись по лестнице в цилиндрический бельведер, круглый кабинет, как я назвал его про себя позже, и остановившись перед массивными дверьми, Алекс остановился, перевел на меня взгляд и спросил: - Ну-с, готов услышать ответы на все твои вопросы? - Я не успел ответить, как двери распахнулись и мы вошли внутрь...
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"