Вольная Мира: другие произведения.

Глава 15

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Peклaмa:


 Ваша оценка:

  
  Глава 15
  
  Мара Шелестова
  
  
  - Это начинает меня по-настоящему бесить, - проворчала, забирая у Кита совок и веник, чтобы собрать осколки.
  Близнецов и Крюгера теть Роза увела наверх, здраво рассудив, что семейный совет лучше собирать с утра, когда все выспятся, а произошедшее уже не будет так раздражать.
  - Есть предположения, кто это может быть? - спросил Ярослав, очищая дверной проем от остатков стекла.
  - Есть. И их слишком много, - я отправила первую партию осколков в ведро.
  - Поделишься?
  - Кто угодно, начиная с твоей бывшей и заканчивая семейством Ольги.
  - Список составь, проверю, - невозмутимо пожал плечами Волков. Я склонила голову набок, изучая широкую спину гада и пытаясь понять, насколько он серьезен. - И заявление с утра напишешь, о преследовании и порче имущества.
  - Заявление? Ты смеешься?
  В этот момент вернулся из кладовки Кит с гвоздями, досками и пылесосом.
  - Ничуть, - Волков так и стоял ко мне спиной, поэтому о его выражении лица судить было крайне сложно, но что-то подсказывало, что мужчина хмурится.
  - О, Шелестова, поздравляю, - хохотнул Кит, - мент в доме - плюс тысяча к геморрою и минус тысяча к карме.
  - И я тебя поздравляю, чувак, - повернулся Ярослав, вытащив последний осколок, - с новым званием рогоносца.
  - С чего вдруг? - не понял бугай.
  - Твое чувство юмора сегодня окончательно тебе изменило, - широко улыбнулся Змеев, ставя кусок стекла на пол.
  - Я - нигилист и анархист, а поэтому мне насрать, - развел руками в стороны панк, и подал первую доску гаду.
  Пока ребята занимались раскуроченной дверью, я пропылесосила и ушла на кухню варить какао.
  Мужчины в кафетерий вошли, когда в моей кружке осталось чуть больше половины напитка, а глаза предательски слипались. Кит держал в руках планшет.
  - Дверь приедут менять завтра после двенадцати, - поставил перед фактом Ярослав, садясь рядом. - Стекло поставят пуленепробиваемое.
  - Волков, а тебе не кажется, что это несколько... - я замолчала, пытаясь подобрать подходящее слово, - слишком?
  - Нет, - он сделал глоток из чашки.
  - И как мы без тебя обходились? - закатил Кит глаза к потолку, потом снова уткнулся в планшет. Ярослав отвечать не стал, пил свое какао и поглаживал под столом мою ногу.
  - Ладно, девочки и мальчики, - продолжил панк, - кажется я разобрался, готовы посмотреть занимательную киношку?
  - Я бы не надеялась на то, что она будет действительно занимательной.
  Бугай поставил планшет на стол, вывел на экран черно-белое, дрожащее и нечеткое немое изображение. Рука Змеева замерла у меня на коленке, он подался вперед всем телом, я отставила кружку и скрестила на груди руки, Кит нахмурился. Камерам во дворе удалось поймать хулигана в объектив, вот только толку от этого было чуть.
  Картинка дрогнула, дернулась, в левом нижнем углу методично считали секунды электронные часы, мигала дата.
  Я увидела, как за кругом света на подъездной дорожке остановилась то ли десятка, то ли девятка непонятного темного цвета, открылась передняя водительская дверца, человек вышедший оттуда, мог с одинаковым успехом быть как мужчиной, так и женщиной. Он шел, низко надвинув капюшон темной толстовки, в темных брюках, кроссовках, головы от земли не поднимал. Походил несколько минут под окнами, потом остановился возле входа, заглянул внутрь, приложив руки в перчатках к стеклу. Отступил на шаг, а потом и вовсе спустился с крыльца. Создавалось впечатление, что он чего-то ждет. Незнакомец не спешил, казалось совсем не нервничал. Отчего-то у меня сложилось впечатление, что он что-то бормочет себе под нос. Может по тому, как он периодически качал головой из стороны в сторону. Он или она снова прошелся вдоль окон, вернулся назад, опустился на колени возле одной из клумб. Он проторчал там секунд сорок, словно никак не мог решиться. А может никак не мог выбрать камень? В конечном итоге, хулиган нашел, что искал, швырнул булыжник в дверь, развернулся и... и пошел, просто пошел к машине. Спокойно. Абсолютно спокойно, будто точно знал, сколько у него времени.
  Черно-белая картинка стала светлее в тот момент, когда засранец уже завел мотор, видимо, в этот момент мы как раз все и спустились в холл. Мигнули фары десятки, теперь я была уверена, что это именно десятка, и тачка сорвалась с места.
  На улицу выскочил Волков.
  - Ну да, теперь-то все гораздо понятнее, - вздохнула я.
  - Зато есть запись, - продолжал гнуть свою линию гад.
  Спорить я не стала, вообще ничего говорить не стала. Часы на планшете показывали три пятнадцать утра. Хотелось спать. Решать проблемы не хотелось.
  - Давайте завтра все обсудим, ладно? - я поднялась на ноги, подхватила остатки своего какао и потянула Волкова за руку. - Спокойной ночи, Кит.
  - И вы покойтесь с миром, - отсалютовал панк чашкой. - Я еще поколдую над записью.
  - Как скажешь, - кивнула парню, переступая порог.
  Отключилась я практически сразу же, чувствуя спиной горячее тело Волкова рядом и жалея, что в свое время не установила нормальную цифровую камеру.
  А проснулась от сладкого-сладкого поцелуя. Волков вычерчивал языком узоры на моей ключице, прихватывая зубами кожу.
  - Ты знаешь, как надо будить девушку, - прошептала, притягивая голову мужчины к себе.
  - О, поверь, на этом мои таланты не заканчиваются.
  - Покажешь? - выгнула я бровь, не в силах отвести взгляда от золотых змеиных глаз.
  И Ярослав, зашипев, смял мои губы.
  Жестко, резко, вкусно.
  Поцелуй Гада был как крепкий виски - вышибал из легких воздух, а из головы мысли. Все, кроме одной - я его хочу. Хочу так, что ноет все тело и горит огнем кровь.
  Я выгнулась под ловкими пальцами, застонала, откинув голову назад, чувствуя губы Ярослава на груди, руки - на бедрах.
  Мне нравилось, мне очень нравилось, но все же...
  Я приподнялась, толкнула Волкова в грудь, заставляя отступить. Вдохнула. Глубоко. И еще раз, чтобы хотя бы чуть-чуть ослабить желание и прочистить мозги.
  - Мара...
  - Помолчи.
  Я продолжала упираться ладонью в мужчину, вынуждая его откинутся на спину. Села сверху, разглядывая, изучая лицо, тело, бинты... Осторожно провела ладонями по бокам, нагнулась, лизнула губы.
  Волков дернулся от этого простого прикосновения, сильные руки сжали мою задницу. Сжали крепко, вдавливая в тело, заставляя явственно чувствовать желание мужчины.
  - Не больно? - спросила, с трудом выдохнув.
  - Все уже зажило, - прохрипел Змеев, внимательно, напряженно наблюдая за каждым моим движением.
  Я снова провела ладонями по бокам мужчины, нашла место, где закрепил бинты Кит и рванула. Волков снова едва заметно дернулся подо мной.
  - Сядь, - едва слышно попросила. Мне бы не составило труда просто разорвать тонкую ткань, но... Зачем? Так ведь интереснее.
  Ярослав подчинился.
  - Мне нравится, когда ты такой послушный, - улыбнулась, прошептав ему в самые губы.
  - Не заблуждайся на этот счет, - слова прозвучали почти с угрозой. Очень вкусно.
  Я принялась освобождать тело Змеева, гладя каждый открывающийся участок тела. Все действительно зажило, даже шрамов не осталось, татуировки выглядели, как новые. Я водила по ним кончиками пальцев, изучая узоры, целовала, пробуя кожу, а Волков с каждым движением дышал все чаще, на лице кое-где проступила чешуя.
  Мои руки скользили по широким плечам, груди, а я медленно отстранилась, быстро и коротко поцеловала Ярослава и прежде, чем он успел меня перехватить, оказалась за его спиной.
  Красивая.
  Сильная.
  Широкая.
  Я наслаждалась и любовалась тугими мышцами, бархатной кожей, татуировками.
  Я запустила руки ему в волосы, царапая, прижалась сзади так крепко, как только могла, потерлась, грудью чувствуя участившееся дыхание, сходящий с ума пульс, прикусила напряженную шею.
  Я гладила его руки, его грудь, и оставляла влажные дорожки на спине.
  - Мара...
  Кожа была горячей, терпкой, умопомрачительно вкусной. Руки скользнули под сбившуюся простынь, на бедра, сжали член. Я успела провести вдоль лишь пару раз, прежде, чем Ярослав дернул меня, опрокинул на кровать и навис сверху, сверкая расплавленным золотом голодных глаз.
  - Покажи мне свои крылья, - приказ. Жесткий, исключающий мысль о неповиновении. Но... Когда мужчина приказывает так... Когда он нависает над тобой, тяжело и часто дыша, когда желание в его взгляде почти сжигает тебя изнутри, когда жар его тела обволакивает со всех сторон... Разве можно не исполнить такой приказ?
  Мои крылья стали видны, и Волков с шумом втянул в себя воздух.
  Он коснулся кончиками пальцев перьев, вторую руку положил мне на грудь, сжав сосок. Скользнул языком в рот, сминая губы, царапая их клыками.
  Я слизнула каплю яда, растерла ее, и тут же выгнулась от удовольствия, прострелившего насквозь, прошившего от затылка до кончиков пальцев, застонала Змееву в рот.
  Его руки блуждали по моему телу, губы переместились на шею, потом на грудь, он проник в меня пальцами, вырвав из горла громкий крик.
  Мне казалось, что я больше не выдержу, мне не хотелось больше ждать ни мгновения, хотелось почувствовать Ярослава в себе, над собой.
  Я схватила его за волосы, притянула голову к своему лицу, заставляя смотреть мне в глаза.
  - Войди в меня, - то ли прошипела, то ли прошептала я, ощущая каждое прикосновение, дрожа от каждого даже самого легкого движения руки.
  Волков только улыбнулся. Улыбнулся медленно, лениво, с предвкушением, снова поцеловал меня, языком повторяя то, что делал внизу пальцами. А потом слегка сжал клитор, совсем чуть-чуть. Это и несколько капель его яда заставили практически биться в экстазе. Практически, но все-таки недостаточно.
  Мне было мало Волкова. Мне хотелось еще.
  - Яр...
  - Молчи, Мара, - не дал договорить мужчина, продолжая меня ласкать.
  Напряжение звучало в глубоком голосе, на руках и шеи отчетливо вздулись и проступили вены, капельки пота покрывали бронзовую от загара кожу, заставляя меня почти умирать от желания попробовать их, ощутить еще раз гладкость и вкус кожи.
  Я приподнялась на локтях, и провела языком вдоль вены на шее Змеева. От ключицы до уха, снова нашла его член, сжала мошонку. Мне очень понравилась ее тяжесть, просто невероятно.
  Я задыхалась и сходила с ума и желала видеть рядом Волкова в точно таком же состоянии.
  И он зарычал, подхватил меня, развернул, заставив опереться руками о стену и вошел сзади, на всю длину, сжав между пальцами сосок, покусывая шею.
  Да!
  Голова откинулась сама собой, дыхания не хватало, комнату наполнили наши хрипы, запах пота, секса, запах желания, выплеснувшегося через край.
  Змеев был ненасытен. Беспощаден. Почти груб.
  Его когти оставляли у меня на талии царапины, его клыки - следы от укусов и тонкие дорожки крови.
  Но, черт возьми... Мне нравилось.
  Я ничего не соображала. Я захлебнулась удовольствием, утонула в нем. А Ярослав все продолжал двигаться, увеличивая темп.
  Еще несколько яростных толчков, несколько секунд, и меня нет. Я вскрикнула, громко и хрипло. Дернулась и обмякла в руках мужчины.
  Ярослав застонал следом.
  
  - Я искренне надеюсь, что близнецы гоняют Крюгера во дворе, - пробормотала я в подушку, когда нашла в себе на это силы.
  - Прежде, чем будить тебя, - прохрипел из-за спины Волков, - я отправил их и Кита на озеро. Теть Роза на кухне.
  Змеев явно улыбался.
  Я с трудом перевернулась, чтобы смотреть ему в глаза.
  - Умно, - легко поцеловала мужчину в губы, проводя ладонью по щеке. - И... это было круто.
  - О, да, - самодовольно улыбнулся засранец, заставив меня расхохотаться. - Но я вообще чертовски умный.
  - И хитрожопый.
  - Ага.
  - И упрямый.
  - Да.
  - И настойчивый.
  - А то.
  - И сексуальный.
  - Даже более чем.
  - И благородный.
  - Само собой.
  - А поэтому-я-первая-в-душ, - выпалила скороговоркой и сорвалась с места.
  - Конечно, - кивнул Волков, застыл на какую-то долю секунды и рванул за мной, с очень грозным шипением.
  В общем, из душа мы вышли только минут через сорок.
  Внизу в холле раздался звонок в дверь.
  Учитывая, что этой самой двери сейчас практически не было, ситуация выглядела странно. Даже забавно. Часы в холле показывали пять минут десятого, день для разнообразия был солнечным, с заднего двора доносился лай Крюгера и смех близнецов.
  Я повернула ручку, за спиной раздались шаги Яра, а через миг я почувствовала его руки у себя на талии.
  На крыльце стоял Стас, по позвоночнику тут же пробежали мурашки, приподнялись волоски на затылке, горло сковало холодом.
  Мальчишка выглядел взволнованным и напуганным. Взгляд зеленых глаз несколько раз нервно переместился с меня на Волкова за моей спиной.
  Я растерялась в первые мгновения, рассматривала призрака перед собой и даже улыбки выдавить не могла.
  Стас пришел в отель.
  Сам.
  Черт!
  - Мара... - голос прозвучал придушенно. Парень снова уставился на Гада. - Я... Нам надо поговорить.
  - Проходи, - посторонилась я, наконец совладав с собой. Теплые ладони Яра чуть сжали талию и отпустили. Мужчина слегка отстранился, внимательно рассматривая гостя.
  - Нет, - парень дернул головой, слишком нервно, слишком резко, так, что волосы упали на глаза. - Нам... Пойдем со мной, там... наверное, у тебя новый постоялец.
  Постоялец?
  Быстрый взгляд через плечо на стойку подтвердил слова мальчишки. В ключнице появился пятый номер.
  Я перевела взгляд на Волкова.
  - Наберешь меня, если что, - Змеев вложил мне в руки мобильник, немного сощурившись, оценивая, видимо, варианты.
  - Наберу. Это Стас... постоялец, - провела рукой по волосам, косясь на ключ, - он вреда мне не причинит. Расскажу все, когда вернусь, хорошо?
  - Да, - Гад быстро поцеловал меня в кончик носа, - я присмотрю за домашними.
  Я коротко кивнула и выскочила на улицу. Стас уже успел спуститься с крыльца.
  - Кто это? - спросил мальчишка.
  - Знакомый, - дернула плечом. - Что случилось?
  - Ты должна это увидеть, - тихо ответил парень. - Я нашел ее... Господи, я не знаю... Это... С ней что-то не так, понимаешь? Со всеми нами что-то не так, конечно, - махнул он рукой, прерывая сам себя. Его речь была сбивчивой, быстрой, - но с ней совсем не так. Она не говорит, не так, словно не может, а так, словно не умеет, понимаешь? И выглядит... Будто ее убили, а потом убили еще раз. Она не цельная.
  Мы обогнули "Калифорнию". Стас шел быстро, широко шагая, размахивая руками, сжатыми в кулаки, то и дело на меня оглядываясь, облизывая губы. Странно пересохшие и бледные губы.
  - Не цельная? - переспросила, ускоряя шаг вслед за призраком. Над головой сомкнули пушистые ветки сосны. Стало темнее и прохладнее.
  - Да. Это... - Стас снова обернулся. - Я, Кит, даже близнецы - цельные. Душа полностью, а она... Словно она потеряла какие-то части, словно ее разорвали. Мерцает странно, как кадры в черно-белом фильме, рябит.
  - Ты говоришь, что нашел ее...
  - Наткнулся, - снова нервное движение головы, снова волосы, упавшие на глаза. - Бродила вдоль дороги как потерянная, как будто... Как будто ее наркотой накачали. Какой-то специальной наркотой. Не уверен, что она понимает, где вообще находится.
  - Почему ты сразу не пришел ко мне? Почему не привел ее с собой? - Мы углублялись все дальше в лес, но шум с дороги еще был отчетливо слышен. Стас уверенно петлял между деревьями, сворачивая то на одну, то на другую тропинку.
  "Следуй за белым кроликом", - промелькнуло в голове дурацкое. Дурацкое и тоже какое-то нервное.
  Я отмахнулась от глупой мысли. А мой провожатый хранил молчание, словно и не услышал вопроса.
  - Ты сначала должна ее увидеть, - наконец-то ответил призрак. - Может, в отеле ей не место.
  - Ключ был на стойке.
  - Ну и что? - почти зло спросил мальчишка. - Мой тоже был на стойке, - прозвучало со злобной иронией, издевательски. Призрак обернулся, остановился на миг, сверкая глазами, кривя губы.
  - Стас...
  - Речь сейчас не обо мне, в любом случае, - он снова уверенно зашагал вперед. - Если бы в отеле никого не было... Возможно, я бы привел ее к тебе, но...
  - Там близнецы, - закончила за парня.
  - Да, - подтвердил он мои предположения. - Там близнецы и теть Роза. А я сильно сомневаюсь, что после записи в книгу девушка станет нормальной. Такое... ни один отель не исправит. Ни один ключ. Какой, кстати, номер?
  - Пятый, - пожала плечами.
  - Пятый... - протянул парень задумчиво. - Пятый...
  Я не помнила каких-то особых косяков за пятым номером. Последний раз лет двадцать назад в этом номере жила Алевтина - девушка, погибшая во время семейной ссоры. Муж толкнул ее, и Аля ударилась виском о тумбочку. Умерла моментально. Непреднамеренное убийство.
  Муж скончался в камере. Повесился после визита Алевтины.
  Но...
  Стас мог знать больше о пятом номере.
  - Стас? Есть что-то, чего...
  - Пятый нестабильный, - пробормотал мальчишка. - Очень нестабильный. Он как... вариативность, как случайность.
  - Случайность? - переспросила. Стаса иногда непросто было понять. Непросто, но не значит, что невозможно.
  - Судьба.
  Мы снова свернули на какую-то тропинку, деревья немного поредели, слышался шум воды где-то слева, запахло сыростью. Руки снова покрылись мурашками, словно маленькие электрические разряды закололи затылок.
  И еще один поворот, звук воды стал ближе. Мы шли к старым мосткам на другой стороне озера.
  Тихо плескалась вода, продолжала пружинить под ногами земля, только уже сильнее, водная гладь отражала лучи солнца и рябила от легкого ветра, а в пяти метрах от меня, на тех самых старых, почерневших от времени и воды, полусгнивших мостках сидела она - неправильная душа. Я зажала рот ладонями, чтобы сдержать то ли крик, то ли хрип, за спиной распахнулись крылья.
  Она была ужасна. По-настоящему ужасна. Вызывала почти паническое желание развернуться и уйти, забыть о том, что я видела.
  Стас правильно сказал: ее как будто не было, словно от тела отгрызли целые куски.
  Она была как туман, и, если слегка повернуть голову, под лучами утреннего яркого солнца стала бы почти невидимой. Вот только туман багряным не бывает. Ржаво-багряным, как старые детские качели во дворе хрущевки.
  Девушка просто сидела, повернув голову к воде.
  Правая рука... ампутирована сантиметров на десять выше локтя, скорее просто оторвана, и кровь... кровь, которой уже нет, все равно продолжает течь. Неровной тонкой струйкой. Она видна в застывшем воздухе, но на землю не попадает, не пачкает, растворяется почти незаметно.
  Левая нога сломана. Правая... правая будто тряпка, словно была в тисках. Раздроблена до колена.
  Одежды на девушке практически нет. Только нижнее белье. Грязное, в крови, моче. На запястье след от веревки или наручников, на теле - раны. Везде. Глубокие дыры, кожа будто вдавлена внутрь вместе с мясом.
  Девушка красная. Вся красная. И мерцает, словно в старом черно-белом фильме, барахлит, как допотопный транзисторный радиоприемник. Красный то насыщенный, то совсем бледный. Промежутки проявления и исчезновения неравные, нет закономерности.
  Ее рот разрезан, скорее всего от уха до уха, волос на голове нет.
  Я делаю несколько шагов ближе, подхожу, убирая крылья, и очередной крик стоит в горле, давит на губы изнутри, распирает. Но в итоге раздается только тихое шипение, свист, как последний выдох ракового больного в хосписе.
  Вся спина... На спине нет кожи. Мышцы проступают из красных сгустков запекшейся крови. Правого глаза тоже нет. Там дыра такая же красная, и кровь тоже будто все еще течет. Струйка тянется вниз, к щеке, пересекает разрез, к подбородку и у шеи начинает бледнеть, совсем исчезает возле ключиц. Эти струйки крови пульсируют будто в такт биения живого сердца.
  Но сердца нет, ничего нет, крови тоже не должно быть. Девушка мертва.
  И воздух вокруг мертвой тоже словно пульсирует все тем же красным. Только на этот раз мерзким - серо-красным, как гнилое мясо. В нос из-за поднявшегося легкого ветерка ударил запах земляных червей, затхлости, пепла, оставляя металлический привкус на языке.
  Я не хотела больше смотреть, на сегодня достаточного и этого. Отвернулась, схватила Стаса за руку и потащила назад к лесу.
  Девушка меня не увидела, не заметила, а даже если бы и заметила...
  - Я не могу привести ее в отель. Сначала уберу оттуда близнецов и теть Розу, - я прислонилась спиной к дереву, задрала голову вверх, глядя на синее-синее небо, ленивые сегодня облака, рассматривая пылинки, зависшие в воздухе. - Но и оставить ее здесь тоже не могу. Она хоть как-то пыталась с тобой контактировать? Что-то спросить? Хоть какой-то звук?
  - Нет.
  - Нарисовать?
  - Нет. Девушка будто во сне. Я просто подумал, что лучше ее увести с дороги, и увел.
  - И никакого сопротивления?
  - Нет, - снова угрюмо покачал головой Стас, - ей все равно.
  - Как ты ее увел, она же... - я бросила короткий взгляд на призрак, все еще сидящий на помосте.
  - К этому тоже надо подготовиться, - пробормотал под нос парень. - Выглядит еще хуже, чем звучит, но она действительно ходит. И эта дрянь... эта кровь... моргает сильнее, она вся моргает сильнее. Мара, - позвал Стас, и мне пришлось посмотреть на него. - Разве призрак может страдать? Чувствовать физическую боль?
  - Почему ты спрашиваешь?
  - Потому что мне кажется, ей все еще больно. Ей всегда больно.
  - Нет, - покачала головой отрицательно. - Это просто память о боли, больше ничего.
  - Ты уверена?
  - Абсолютно...
  ...нет.
  Но это "нет" так и не прозвучало. Стасу совсем не обязательно знать, что я все еще давлю в себе крики и дикий, почти животный ужас. Почти такой же, какой возник тогда, когда я видела развоплощение души.
  - Хорошо. А момент смерти? Считаешь, его она помнит? Осознает?
  - Это ты мне скажи. Ты же говорил, что она словно во сне.
  - Я говорю "Эй", - Стас опустился на землю, согнул ноги, подтянув их к подбородку, - говорю громко, в самое ее ухо, и тогда она поворачивает голову. А так все время на воду смотрит. И не дышит.
  Не дышит...
  Призраки обычно дышат. Не потому, что им это необходимо, а потому, что это просто привычка. Рефлекс. Особенно ставшие призраками недавно. А эта смерть именно такой и была, совсем-совсем свежей. Не удивлюсь, если вчерашней. Но девушка не дышала...
  - Куда ты отправишь близнецов? - спросил Стас.
  - Сначала в квартиру, если с ней, - кивок в сторону девушки, - после выдачи ключа не произойдет изменений, то в Зелик, в "Барселону". Устрою им внеплановый экскурс вместе с Китом. Теть Роза пока побудет дома.
  - Дальше не получится?
  - Нет, - отрицательно покачала головой. - В прошлый раз мы тормознули ровно на середине пути между Питером и Москвой. Зелик подойдет. Я бы оставила их в квартире, но Ирз приходил уже несколько раз. В отеле будет безопаснее.
  Стас поднялся на ноги, повернулся ко мне.
  - Когда ты вернешься?
  - К вечеру, часам к восьми точно, - мне не нравилось бледное лицо парня и дрожащие губы. Но выхода нет.
  - Не опаздывай, пожалуйста, - тихо проговорил он, разглядывая траву и ягоды черники у себя под ногами. - Не думаю, что продержусь с ней дольше.
  - Обещаю, - я порывисто обняла Стаса и, развернувшись, быстро зашагала к "Калифорнии". Красная. Она вся красная. И все еще течет.
  Собирались долго. Даже, пожалуй, слишком: очередные суровые дядьки почти закончили ставить очередную суровую дверь. Мелкие все внимание уделили своим гаджетам, покидав в сумку лишь пару футболок, поэтому вещами более приземленными, такими как носки-трусы-зубные-щетки, заниматься пришлось мне и теть Розе. Кит, слава Богу, собрался сам.
  Не то чтобы идея отправлять близнецов из отеля была блестящей и особо мне нравилась. Я волновалась. Даже обещание Сан Саныча присмотреть за моими домашними не особо помогло. Хотя причин сомневаться в компетентности нелюдей большого брата у меня не было. Совет трепетно относится к своим инвестициям.
  Я оглядела чемоданы, встревоженных домашних и вздохнула.
  Ладно, возможно это не надолго.
  - Мара, - Ксенька сжала мою руку привлекая внимание, - не переживай, - она лучезарно улыбнулась и тряхнула все еще зелеными волосами.
  - Не могу, - просто пожала плечами.
  Еще через сорок минут в отеле остались только я, Крюгер и дядьки, заканчивающие устанавливать дверь. Ярославу надо было в морг и в отделение.
  Я устроилась в холле, открыла ноутбук и поставила трубку на автодозвон Элли. Душу она может и не забирала, но подсказать могла. Вот только к телефону собирательница, как всегда, не подходила.
  Почтовый ящик порадовал сообщениями от юриста о том, что он все держит под контролем, и от Анатолия. Похороны Ольги были назначены на пятницу. Сначала официальная часть, которую мне просто до зубного скрежета хотелось пропустить, потом кремация. Потом - все остальное. Я сначала не собиралась устраивать поминки, не было этого и в завещании Ольги, но ради дражайшего семейства все-таки сняла какой-то зал. Подготовкой помещения, составлением меню, а главное, закупкой алкоголя в нужном качестве и количестве также занимался Анатолий. Все-таки слоган своей компании иной отрабатывал сполна. Само собой на поминки я тоже идти не собиралась. Нечего мне там делать, да и желания нет.
  Мужики закончили с дверью часам к шести, быстро собрались и ускакали, близнецы и Кит отзвонились ещё в половине четвертого, теть Роза - в четыре, а Саныч набрал меня в четыре пятнадцать, чтобы сообщить, что семейство "взято под наблюдение". Последняя фраза вырвала из меня то ли нервный, то ли издевательский смешок, и я поспешила повесить трубку. Нервировала даже не сама ситуация, а ажиотаж и суета вокруг нее. Как будто Ирз впервые появляется, как будто Ирз впервые угрожает, как будто Ирз впервые тянет свои кривые трехпалые лапы к тому, что ему не принадлежит и никогда принадлежать не будет. Суета меня нервировала всегда...
  После звонка Саныча я сама набрала Виктора, хозяина "Барселоны", и предупредила, что, возможно, скоро у него появятся новые постояльцы. Ведьмак лишних вопросов задавать не стал, пробасил короткое "сочтемся" и повесил трубку.
  Я засунула в задний карман новый комплект ключей, повернулась к Крюгеру:
  - Остаешься за главного, малыш, - потрепала собаку по голове.
  Неутомимый двигатель крутанул попой, вильнул хвостом и коротко тявкнул.
  - Видимо, это должно означать, что ты меня понял, - я еще раз улыбнулась и спустилась с крыльца.
  Надо поторопиться. Не люблю, когда "Калифорния" надолго остается одна, не люблю, когда призраки смотрят на меня так, как смотрел сегодня Стас.
  Может, под шумок получится и мальчишку затащить в отель? Было бы неплохо.
  Я закрыла дверь, включила сигнализацию, прислушиваясь к звукам и шорохам в опустившихся уже сумерках.
  Шорох колес на подъездной дорожке заставил чертыхнуться.
  Ну какого ж хрена, а?
  Я села на ступеньки, Крюгер просунул морду в дверцу, сверкая любопытными глазками-бусинками.
  - Вот значит какой из тебя защитник, да?
  Пес проскользнул на улицу и посадил свою тощую попу рядом.
  - Морда бесстыжая.
  Мини Купер тем временем окончательно остановился, в лучах закатного солнца его краска слишком сильно напоминала кровь. Красный туман... Везет мне сегодня, как утопленнику.
  Я не могла уйти, пока незваный визитер не уберется восвояси. Обязанность любого смотрителя любого отеля подобного моему - оказывать помощь. Даже если это всего лишь заблудившийся автомобилист. Двери "Калифорнии" всегда открыты.
  Из машины вышла девушка. И не просто девушка, а та самая девушка - бывшая Волкова. Красивая, ухоженная, высокая. Модная прическа, свежий загар, маникюр из салона, конечно же пудровый, очки-авиаторы. Как с картинки глянцевого журнала. Она казалась очень молодой, очень красивой, очень... не такой, как я.
  Гостья достала с заднего сидения какую-то коробку и направилась ко мне. Легкой, пружинистой походкой, шурша почти неслышно белыми кроссовками по дорожке.
  Ее ноша не выглядела большой, напоминала по размерам мой первый черно-белый телевизор, была замотана скотчем и изрядно побита жизнью. В руках бывшей Змеева коробка выглядела неуместно, неправильно, как муха на именинном пироге.
  Я наблюдала за тем, как легонько треплет волосы девушки вечерний ветер, рассматривала дорогую одежду, подтянутую фигуру и улыбалась про себя.
  Идеальная.
  Просто идеальная.
  На ее лице не было в этот раз ни злости, ни явного, слишком подчеркнутого, выставленного напоказ, как бестселлер года, презрения. Наоборот уголки губ даже слегка изогнулись в приветственной улыбке.
  А время шло.
  Невидимые часы в моей голове продолжали тикать. Секундные стрелки бесшумно отсчитывали ускользающие мгновения. И никак не получалось хотя бы криво, но все же улыбнуться в ответ, никак не получалось прогнать из мыслей красный туман, струйки крови и взгляд Стаса.
  Девушка была совсем рядом, позволяя мне лучше разглядеть себя, давая возможность закатным лучам еще больше подчеркнуть достоинства. Подчеркнуть идеал.
  Сколько сил она потратила на то, чтобы быть такой идеальной? Сколько времени? Сколько отдано денег, сколько исхожено салонов?
  Бывшая Ярослава наверняка часами потела в спортзале, сгоняя несуществующий жир и целлюлит, наверняка бегала по утрам и ела только безглютеновые продукты. Наверняка с высшим образованием, умна, целеустремлена, строга к себе не меньше, чем к окружающим, так какого хрена...
  Бывшая пассия Гада замерла напротив, обдав легким запахом цветочных духов.
  Я приготовилась.
  Господи, яви чудо, пусть в этой коробке окажутся вещи Змеева, а не предлог для скандала.
  Часы тикали.
  - Забралась ты в самую задницу, - прервала ход моих мыслей гостья, с некоторой опаской косясь на Крюгера.
  Пес с места не двигался, продолжая сидеть возле меня, подставляя голову под руку. Даже тонкий хвост не выбивал привычную дробь по полу. Скорее всего, чувствовал мою настороженность. Обычно он парень общительный.
  - Однако ты и здесь меня нашла, - развела я руками в стороны, - видимо, пора подыскать новое место.
  - Не торопись, - девушка грохнула коробку, которую держала, на землю. - Если это из-за меня, то не стоит, - она подняла очки, показательно медленно и нарочито оглядела меня с головы до ног, быстро скользнула взглядом по Крюгеру. - Не кусается?
  - Не знаю, - чуть изогнула я губы.
  Гостья снова вернулась к моему изучению. А время шло. И что-то такое висело в вечернем воздухе. Неприятное, тревожащее. Как двойка за контрольную в школе. Ты вроде еще не знаешь результатов, но уже не ждешь ничего хорошего. Или как тучи или ветер этим летом, когда они собираются на горизонте.
  - Не понимаю, - гостья чуть подалась вперед, наклонившись ко мне. Крюгер засопел активнее, пришлось перехватить его за ошейник на всякий случай. - Что он все-таки в тебе нашел?
  - Я лучик света, - фыркнула, не удержавшись. - Почти ангел во плоти.
  Псина рядом со мной сказала: "гав", - тихо, но словно поддерживая.
  - Ага, - цокнула языком барышня. - А я царица Савская.
  - Тебе повезло с хирургом или не повезло с художником, - вполне искренне улыбнулась я. Кажется, часы начали тикать громче.
  - В смысле?
  - Ты видела свои портреты? Ты страшна на них, как смертный грех.
  - А, это у тебя юмор такой. Смешно.
  Быстрее.
  - Зачем приехала? - я поднялась на ноги.
  - Да вот, - махнула девушка рукой в сторону коробки. - Привезла вещи Ярочки. Он очень настаивал на их возвращении.
  - Спасибо. Если это все, то прошу меня извинить, но мне пора, да и тебе, думаю, тоже.
  - И что, даже ничего не спросишь? Ничего не скажешь?
  - Нет. Мне не интересно.
  На самом деле интересно было. Очень. Как она нашла меня? Как нашла адрес? Не то чтобы я скрывала особо тот факт, что являюсь владелицей "Калифорнии"... И тем не менее... Чтобы узнать это, все равно надо постараться. С другой стороны, если Гад действительно настаивал на возвращении вещей, то мог и назвать адрес.
  - Ну понятно, - пожала гостья точеными плечами. - Яру передай, что теперь, когда барахло вернулось к хозяину, я больше не хочу его видеть. Тем более у себя на работе. Не все тут, знаешь ли, свободные художники.
  - Волков приезжал к тебе? - я решила подыграть, не зря же она перлась в такую даль. Вот, кстати, тоже вопрос...
  - Несколько раз.
  - Зачем ты приехала на самом деле? - спросила, нагибаясь за коробкой.
  - Сказать, что Яр, так или иначе, но все равно вернется ко мне. Просто предупредить, чтобы ты сильно не расстраивалась.
  И только сейчас я заметила в глазах напротив стоящей девушки этот блеск. Лихорадочный, ненормальный. Блеск, выдающий безумие. Такое же безумие было в ту ночь, кажется тысячу лет назад, во взгляде другого человека, который точно так же, как и бывшая пассия Гада, не понимал слов. Так смотрел Арт.
  Deja vu - у французов есть слова на все случаи жизни. Удивительные люди.
  - Хорошо, - кивнула, не желая спорить и еще больше затягивать визит.
  - И знаешь, - вдруг резко склонила голову набок девушка, - лучше отойди в сторону сама, мой тебе совет. А то мало ли что...
  Вот тут я насторожилась уже по-настоящему. Угрозы, брошенные в запале злости, и угрозы, произнесенные вот так, почти спокойно - две разные вещи.
  - Не угрожай мне.
  - А я не угрожаю, я предупреждаю. У тебя большая дружная семья, дети... Они сейчас, кстати, не здесь, а то я бы познакомилась...
  Рядом с девушкой я оказалась уже через миг, схватила за горло, впилась взглядом в глаза, мои губы почти касались ее, шепот скорее походил на шипение. Лаял и крутился у ног Крюгер.
  - Я переломаю тебе ноги и сверну шею, если ты хотя бы дыхнешь в сторону моей семьи. Веришь?
  Гостья сначала побледнела, потом покраснела, видимо, от удушья из-за моей хватки, глаза вылезли из орбит, рот то открывался, то закрывался, безумие во взгляде сменилось чем-то очень похожим на панику. Я сжала горло тупой бабы сильнее, так, что ногти впились в кожу, оставляя за собой россыпь полумесяцев. Так легко сейчас надавить еще чуть-чуть, совсем немного, миг, меньше секунды, и она свалится мне под ноги мешком с костями, может даже станет новой постоялицей. Просто надавить.
  Я облизнула пересохшие губы, дернула головой, сделала глубокий вдох.
  Уже лучше.
  Кюгер все еще путался под ногами, продолжая лаять.
  Странно, но сбросить мои руки барышня не пыталась, только дергалась бестолково, как рыба на крючке, всем телом, стараясь ногами найти опору, упереться пятками в землю, напрягая шею, мотая головой из стороны в сторону. Пришлось отвести руку, чтобы ее волосы перестали лезть мне в лицо.
  Мигнул красными боками Мини Купер.
  Туман... Красный туман.
  Время шло. Тикали-тикали невидимые часики.
  Этого было достаточно, чтобы окончательно прийти в себя. Но вообще странно, что я так просто сорвалась. Обычно с контролем у меня дела обстоят куда как лучше.
  - Я найду тебя везде, из-под земли достану, и Ад покажется тебе детским аттракционом по сравнению с тем, что сделаю с тобой я, - пообещала, все еще глядя в перепуганные теперь глаза. - Только дай мне повод...
  - Мара? - голос Волкова не дал закончить, я оторвала взгляд от девушки, посмотрела в сторону, разжимая пальцы.
  - Сумасшедшая! - вскрикнула гостья, размазывая тушь по щекам. Забавно, а три секунды назад слез не было. Страх был, а вот слез - нет.
  Бывшая пассия шарахнулась в сторону, развернулась и бросилась к Гаду.
  Ярослав шел по дорожке ко мне, шел быстро, чеканя шаг, напряженный, сосредоточенный, серьезный. Его машина стояла на дороге, перегородив выезд Мини Куперу, водительская дверь осталась распахнутой настежь, на пассажирском сидении стояли какие-то пакеты.
  Я осталась на месте. Вечный двигатель наконец-то захлопнул пасть, умолкая, и как ни в чем не бывало уселся на попу возле моих ног.
  - Мара, что...
  - Она больная, твоя баба! - не дала договорить мужчине девушка, пытаясь обнять. Ярослав увернулся от цепких рук, положил ладонь на плечо гостьи.
  - Ника, какого черта ты здесь делаешь?
  Точно, Ника. Я наконец-то вспомнила имя незваной визитерши.
  - Вещи твои привезла, - всхлипнула бывшая. Теперь она плакала по-настоящему: страх наконец-то прорвался, сказалось напряжение. - Она обещала меня убить.
  - Убью, - подтвердила спокойно.
  - С тобой все в порядке? - Ярослав смотрел на меня.
  - Как со мной... - начала Ника.
  - Я спрашиваю не тебя. Помолчи.
  - Да что она мне сделает? Яр, мне надо торопиться. Я еще не... решила вопрос с утренним происшествием.
  Волков убрал руку с плеча гостьи и подошел ко мне. Ника пронзительно взвизгнула.
  - Да как ты можешь! Да она же больная! Она меня убить обещала!
  - Если обещала, значит, заслужила, - невозмутимо, не оборачиваясь, парировал Гад. - Новая постоялица еще не заселилась, судя по всему? - спросил, уже обращаясь ко мне.
  - Нет, - подтвердила. - И с этим надо торопиться, мне очень неспокойно.
  - Ясно. Крюгер, домой!
  Пес поднял морду, пару секунд задумчиво рассматривал Ярослава, а потом все-таки потрусил ко входу. У него теперь был новомодный ошейник - собачья дверца открывалась только Крюгеру, реагируя на датчик. Я проследила за тем, как тонкий кончик хвоста исчез за дверью, и снова обернулась к Ярославу.
  Ника продолжала исходить на желчь и истерику.
  - Насколько сильно поджимает время? - спросил Волков.
  - По моим ощущениям - очень, - говорить приходилось громко, чтобы заглушить девушку.
  - Тогда я переставлю машину и угомоню Нику. Ее отсюда надо убрать до того, как ты вернешься с новой постоялицей.
  - Да, спасибо, - я попыталась улыбнуться, но снова ничего не вышло.
  Часы продолжали неумолимо отсчитывать время.
  - Иди, - Волков развернул меня и подтолкнул в спину. Я залезла в карман, вытащила оттуда ключи и вложила мужчине в руку.
  - Вернусь минут через сорок.
  Визжащую гостью обходить пришлось практически по дуге.
  - Будь ты проклята, Мара Шелестова! - проорала она мне в спину, швырнув что-то на землю.
  И тебя туда же.
  Дорога к другой стороне озера показалась мне вечностью, даже несмотря на то, что я бежала. Бежала так быстро, как только могла, безнадежно стараясь обогнать стрелки часов, которые существовали только в моей голове. Сгущались сумерки, в лесу было совсем темно, тихо и сыро. А секунды все равно бежали быстрее меня.
  Девушку я увидела практически сразу же. Ее трудно было не заметить. Красный туман вокруг несчастной сгустился настолько, что стал похож на вишневый сироп, на свежепролитую кровь, подсвеченную изнутри. Будущая постоялица сидела все там же, казалось, что даже поза осталась прежней, и кровь из пустой глазницы все так же продолжала течь, тонкой струйкой пересекая росчерки ножа на лице.
  - Стас! - позвала я, оглядывая берег.
  Мальчишки не было.
  "Ас", - нерешительно и тихо повторило эхо, будто испугавшись моего голоса, посмевшего нарушить тишину этого места.
  - Стас! - крикнула громче, проведя рукой по волосам.
  И снова только эхо. И мертвая, которая даже не пошевелилась.
  Я вздохнула, передернула плечами и все же заставила себя подойти к мертвой, поднялась на старые мостки, встала так, чтобы загородить воду, опустилась на колени. Джинсы тут же намокли из-за сырых досок.
  - Меня зовут Мара, - громко, четко проговорила я, принуждая себя практически силой смотреть на девушку. Вблизи она выглядела гораздо хуже, желание отвернуться становилось невыносимым.
  Реакции - хоть какой-нибудь - не последовало.
  Я сжала и разжала кулаки, сделала глубокий вдох и протянула руку к девушке, сжав ее ладонь в своей. Она "моргнула". Растворилась и снова появилась, но пальцы в моей руке остались обжигающе ледяными, осязаемыми.
  - Пойдем со мной. Тебе станет лучше, - сказала, слегка потянув девушку.
  "Разве призрак может чувствовать физическую боль?" - всплыли в голове слова Стаса.
  Она могла.
  Мертвая не кричала, не дергалась, не издала ни звука, только замерцала чаще. Но ей было больно. Я видела. Я знала.
  Я потянула сильнее, она замерцала чаще, но все-таки поднялась. Поднялась, несмотря на изувеченные ноги, встала, кренясь, как скрюченный человек из книжки Чуковского, в правую сторону. Легкий ветер словно размывал ее черты, а мои пальцы дрожали. Я практически не видела своей руки. Она утонула в красном мареве.
  "Жил на свете человек,
  Скрюченные ножки..."
  Так, собралась, Шелестова. Это просто еще одна душа, и ей твоя помощь нужна гораздо больше, чем кому бы то ни было из твоих постояльцев. А поэтому собралась - и вперед!
  Мысленный пендаль под зад помог хреново.
  Первые несколько секунд я еще смотрела на то, как несчастная идет за мной, потом просто отвернулась, доставая из кармана мобильник.
  Мертвая не шла, она... дергалась, подволакивая раздробленную ногу и опираясь на сломанную, из-за чего кость сильнее выпирала из-под кожи, натягивая ту, как резиновую перчатку. Багровый туман стал настолько плотным, что я не видела не только свою руку, но и всю правую часть тела. Холод пробирал до костей.
  Я достала мобильник, не глядя набрала номер.
  Гудки казались вечными, а потом у мальчишки сработала голосовая почта. "Мальчишка"... Спустя столько лет он все еще оставался для меня мальчишкой...
  - Стас, я забрала девушку в отель. И я очень надеюсь, что ты все же вернешься в "Калифорнию", - начала я. - Хотя бы пока совет не решит вопрос с Ирзом. Пожалуйста, Стас. Хотя бы позвони, чтобы я знала, что с тобой все в порядке.
  Я закончила записывать сообщение и сбросила вызов.
  Дорога назад заняла гораздо больше времени, чем я рассчитывала. Холод и запах смерти так плотно прилипли ко мне, что я больше ничего не замечала и не чувствовала. В темноте уже вечернего леса удлинялись и ломались тени, хрустели под ногами ветки, тропинка, казавшаяся такой надежной и широкой в свете дня, вдруг превратилась в тонкую нить, готовую порваться в любой момент.
  Мертвая продолжала хранить молчание, а с моих губ срывались все те же вопросы: "Как тебя зовут? Кто ты?"
  Неужели она действительно не понимает? Не умеет говорить, не знает как? Неужели Стас был прав?
  Тишина напрягала. И я начала рассказывать об отеле. Звук собственного голоса помогал поверить в реальность происходящего, словно приближая "Калифорнию", и от этого становилось легче. Девушка почти выпила меня. Она тянула силу, питаясь моей энергией, впрочем, как и все духи, только брала в разы больше, чем кто-либо еще. Я не сопротивлялась, иначе мы бы просто не добрались. Она бы не добралась.
  Когда за ветками мелькнули огни дома, я чуть ли не вскрикнула от облегчения, крепче сжимая ледяную руку мертвой. Последние полчаса девушка мерцала все чаще и чаще, а обернувшись назад, то можно было разглядеть четкий темный след, оставленный несчастной в воздухе. Он тянулся за призраком, как хлебные крошки за Гансом и Гретель.
  Тачки бывшей на подъездной дорожке не было, только машина Волкова. Стоило ступить на брусчатку, как из-за двери раздался звонкий нетерпеливый лай Крюгера, и входная дверь тут же распахнулась, в проеме стоял Ярослав.
  Он какое-то время внимательно вглядывался в мое лицо, хмурясь, и идиотская улыбка расползалась по моим губам. А потом мужчина перевел взгляд мне за спину.
  - Твою мать...
  Яр сбежал по ступенькам и через пару секунд уже стоял рядом. Я чуть не свалилась Гаду под ноги.
  - Мара? - он силой заставил отпустить руку девушки. - Она же почти выпила тебя, - Змеев крепко сжимал мои плечи, в глазах мелькала злость и что-то еще...
  - Донорство тоже входит в комплект услуг, - вяло улыбнулась. - All inclusive и все такое...
  - Не смешно, - отчеканил Ярослав.
  - Знаю. Но по-другому никак. Она бы не дошла. Мне просто надо полчаса и горячий чай с медом.
  Волков медленно кивнул и опять посмотрел на призрака. Скривился, уголки губ дернулись, хватка на моих плечах стала сильнее.
  - Она ужасна.
  - Она больна. Ужасен тот, кто это с ней сделал, - покачала головой, все-таки найдя в себе силы отстраниться от большого, теплого Ярослава. Нет смысла стоять здесь. Девушку нужно завести внутрь. Выдать ключ, записать имя... Которого я не знаю.
  - Полагаю, это еще одна жертва, - кивнул Яр.
  Змеев мрачно наблюдал за тем, как я повернулась к несчастной и снова взяла ее за руку, пропустил нас вперед. Уголки его губ по-прежнему кривились, зрачки стали змеиными, радужка полыхала золотом.
  Тепло.
  Внутри "Калифорнии" было божественно тепло и стало еще теплее, когда я отпустила руку неизвестной и усадила ее в кресло в холле, подходя к ключнице.
  Ярослав закрыл дверь, включил сигнализацию, встал сбоку от девушки, внимательно, цепко ее рассматривая уже в более ярком свете. Крюгер тихо скулил и жался к ноге мужчины, втягивая носом воздух, но не решаясь приблизиться к новой постоялице.
  - Тебе надо выбрать ключ, - я присела на корточки, открывая коробку. - Нужно взять в руки, понимаешь. Ключ, - я придвинула ключницу ближе к девушке.
  В том, что она выберет пятый номер, сомнений не было, но брелок в руки мертвая должна была взять самостоятельно, а она по-прежнему не реагировала.
  - Выбери ключ, - пришлось опустить коробку несчастной на колени, встать и нагнуться к самому уху. - Ключ.
  Единственная рука шевельнулась.
  - Выбери ключ. Возьми его. Тебе станет легче, - я говорила четко, медленно. - Возьми ключ.
  Багровый туман снова стал лишь туманом.
  - Возьми ключ.
  Бледные пальцы еще немного придвинулись к ключнице.
  - Ключ.
  И еще чуть-чуть.
  - Вот так. Возьми его, - продолжала говорить на ухо убитой.
  Рука мертвой поднялась, застыла, зависла над ключами.
  - Какой тебе нравится? Возьми.
  Я опять чувствовала, как дух тянет из меня силы, но не спешила отходить, наоборот придвинулась еще ближе. Ярослав молчал, не делал попыток вмешаться.
  - Возьми.
  Призрачная ладонь задрожала, пальцы, как в судороге, распрямились и снова скрючились, как птичьи.
  - Возьми.
  Девушка безвольно уронила руку, почти заставив меня чертыхнуться, но уронила все же на ключницу.
  - Просто возьми ключ. Будет легче, - еще громче сказала я, обнимая девушку за плечи. В голове загудело, ноги начали подрагивать: так стремительно вытекала из меня энергия. Кровавый туман стал совсем прозрачным, едва различимым.
  - Возьми ключ.
  Пальцы неизвестной наконец-то сжались на пятом номере. Несколько первых секунд ничего не происходило, а затем багровое марево словно втянулось в призрака, и она закричала...
  Заорала, завизжала, взвыла. Уперлась затылком в спинку кресла, выгнулась, замолотила культей в воздухе, сбросив с колен коробку, рассыпав ключи. Везде была кровь.
  Такого крика я не слышала никогда. Люди так не кричат.
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  А.Енодина "Не ради любви" (Любовная фантастика) | | О.Обская "Невеста на неделю, или Моя навеки" (Попаданцы в другие миры) | | Лаэндэл "Заханд. Финал" (Боевое фэнтези) | | А.Оболенская "С Новым годом, вы уволены!" (Современный любовный роман) | | А.Респов "Эскул. Небытие" (ЛитРПГ) | | М.Ртуть "Черный вдовец" (Попаданцы в другие миры) | | Л.Каминская "Не принц, но сойдёшь " (Юмористическое фэнтези) | | М.Ваниль "Исцели меня собой" (Романтическая проза) | | А.Эванс "Право обреченной 2. Подари жизнь" (Любовное фэнтези) | | М.Анастасия "Хороший ректор - мертвый ректор" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"