Rathanel: другие произведения.

Перевод Empty cage

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Получи деньги за своё произведение здесь
Peклaмa
Оценка: 7.44*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    В спешке Минато Намиказе использует непроверенную печать Шинигами и это стоит жизни его сыну. Так кто же этот блондиныстый ребенок бегающий по Конохе? Перевод фанфика http://www.fanfiction.net/s/7305950/1/The_Empty_Cage Добавлена 6 глава от 25.09.12


   ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ - главный герой не Наруто (Наруто не переживает запечатывания)
   Действие происходит в альтернативном мире, и Биджу совсем не те, что в оригинале.
   Кроме того, в этом мире Шаринган не развивается в Мангеку.
   Ну и по `мелочам' различия...
  
   Глава 1. Поспешные решения
  
   - Октябрь 10, 334 г ЭШ (Эпохи шиноби)
  
   -18:30
  
   - Коноха (Деревня Скрытая в Листве). Главный госпиталь
  
   Минато Намиказе, Четвертый Хокаге и почти отец, метался по холлу госпиталя. Он был напряжен и сильно нервничал. Его знаменитый плащ - с языками пламени украшающими полы и словом "Четвертый" на спине, путался у него в ногах. Каждые несколько секунд он с волнением смотрел на дверь палаты, в которой рожала его жена. Он отчаянно хотел сделать хоть что-то, но знал, что только помешает: как-никак сама Тсунаде-сама принимала роды. Если случится что-нибудь, с чем она не сможет справи... "О Боже, а вдруг что-нибудь уже случилось? Что если госпожа Тсунаде отвлеклась или у нее кончилась чакра? Что-то могла случиться прямо сейчас! Что если..."
   - Хокаге-сэнсэй, не нужно волноваться. Кушина-сама сильная, уверен, с ней все будет в порядке. Да и Тсунаде-сама не допустит, что бы с ней что-либо случилось, - лениво сказал Какаши, не отрывая глаз от своей неизменной оранжевой книги. Его серебристые волосы торчали вверх, как всегда отрицая законы гравитации. Казалось, что на его скрытом маской лице играла улыбка.
   Минато раздраженно посмотрел на Какаши, но на мгновенье остановился. - Почему ты продолжаешь так меня называть? Это звучит смехотворно, - огрызнулся он.
   Какаши на секунду оторвал взгляд от книги и, даже несмотря на маску, Минато был уверен что он ухмыляется. - Вы Хокаге и мой учитель, как-никак. Так что все правильно. - Высказавшись, он вернулся к своей книге и начал хихикать.
   Хокаге вздохнул. - Спасибо за попытку отвлечь меня, но ты и сам волнуешься. Ты читаешь одну и ту же страницу уже полчаса.
   Какаши застыл от удивления, затем покачал головой. - Это интересная страница.
   Минато фыркнул, сдерживая смех, потом замер. - ... Что за страница?
   Шиноби в маске определенно ухмылялся на этот раз, перед тем как открыть рот для ответа. Но прежде чем он начал говорить неземной рев заполнил холл госпиталя, гремя окнами и останавливая беседу двух шиноби.
   Рев был не просто громким, не просто звуком. Он был насыщен невероятно мощной чакрой и от одного лишь ощущение его они чуть не упали на колени. Рев был ужасающим, невероятно могущественным и ... злым.
   Минато пришел в себя первым и быстро схватил Какаши за плече. В желтой вспышке они оба исчезли из госпиталя начавшегося наполняться криками.
  
   ***
  
   - Несколькими минутами ранее
  
   - Макай (Мир демонов)
  
   Демон Лис лежал перед вращающейся воронкой и терпеливо ждал. Вокруг простирались бесплодные равнины, тихие и пустынные. Его девять хвостов лениво покачивались позади него. Они двигались хаотично, рассекая воздух и поднимая клубы пыли.
   Скоро период его изгнания окончиться и скоро, очень скоро, он вновь ступит сквозь портал в мир людей. Прошло сто лет с тех пор, как он был выброшен из мира людей. Сто лет горького разочарования и ярости. Сто лет планирования. Сто лет ожидания.
   Сто лет мыслей о том, что могло случиться с его собратьями.
   Сто лет с тех пор как эти жалкие людишки, обладающие их слабыми силами пошли против него. Когда они напали, он был поражен. Поражен тем что они были столь самоуверенны что считали будто обычные люди, пусть и действуя вместе, могут надеяться побеспокоить Биджу. А потом они показали всю глубину своего коварного замысла и призвали Шинигами. Он смеялся над ними. Они, очевидно, считали, что демоны вроде него были смертными и могли быть убиты таким способом. Глупцы. Но...
   Кьюби был шокирован, когда его запечатали в человеческого ребенка - он никогда не думал что Шинигами обладает такой властью над демонами. Его шок быстро сменился яростью, и он направил в печать, удерживающую его, всю свою силу, собираясь освободиться и обрушить свой гнев на людей осмелившихся бросить ему вызов. Его сила быстро разрушила печать, как он и думал. Но, он не ожидал, что разрушение печать вызовет взрыв, уничтоживший все на мили вокруг, и уж точно не ожидал того, что его насильно выдернуть из мира людей и вернут в мир демонов. Удовлетворенный тем, что убил напавших на него, он, тем не менее, не чувствовал себя победителем.
   Некоторое время Девятихвостый считал, что люди скоро изгонят и его собратьев, если еще не сделали этого. Он хотел посовещаться с ними перед возвращением в мир людей и послал гонцов в другие племена, созывая встречу. После того как прошел год, и никто не видел и не слышал о них в мире демонов, Девятихвостый был вынужден признать, что запечатывающая техника несла в себе некую цель. И что бы люди не смогли сделать своей атакой на него, с остальными они преуспели.
   Его собраться все еще были в мире людей и не могли ни связаться с ним, ни свободно перемещаться между мирами.
   А затем пришло нежелательное открытие - Бог смерти запечатал его портал. С горечью вспомнил он слова, которые говорил Шинигами человеку призвавшего его, слова которые он посчитал несущественными в то время - "изгнан из мира людей на период в сто лет. Таков договор".
   Девятихвостый отвлекся от воспоминаний, когда барьер, закрывающий портал замерцал и растаял. С победным ревом он вскочил на ноги и нырнул в портал. Он собирался найти своих собратьев и низвергнуть свою месть на людей, считавших, что они могут вмешиваться в дела Биджу.
  
   ***
  
   -18:35
  
   - Западная стена Конохи
  
   Минато приземлился на внешнюю стену деревни, и тут же принялся осматривать окрестности в поисках источника ужасающего рева. Какаши приземлившийся рядом, выглядел немного болезненно, но тоже был настороже. Его повязка была поднята, открывая бешено вращающийся Шаринган. Везде вокруг них новые шиноби появлялись на стене. Со всех сторон неслись крики пытающихся разобраться с ситуацией. Голос Минато прорезал гам, сильный и ясный, - Молчать! Кто-нибудь видит источник этого рева?
   Все шиноби, даже те, что изначально дежурили на стене, покачали головами. Минато нахмурился, не прекращая оглядываться. Не было никаких признаков беспорядка: ни дыма, ни всплесков чакры которые можно было бы засечь. Он начал отдавать приказы собравшимся вокруг шиноби. Через несколько секунд отряды разбежались по всей Конохе в поисках возможного урона. Остальные отправились к сенсорам узнать, не засекли ли они что-либо. Учитывая отсутствие следов вероятнее всего это было массовое гендзюцу. Это могло быть предварительной проверкой защиты деревни вражескими шиноби. Также это могло быть безобидным запугиванием, своего рода демонстрацией силы, но никто из них не верил, что им могло так повезти.
   Сарутоби появился несколько мгновений спустя, облаченный в свою боевую броню и до кончиков пальцев выглядящий ветераном. Минато почувствовал легкую гордость, когда Сарутоби одобрительно кивнул ему. Он определенно был доволен, тем как быстро и эффективно действовал Четвертый.
   - Минато, что..., - начал спрашивать он, но его голос прервался, а глаза расширились в ужасе.
   Минато быстро повернулся туда, куда глядел бывший Каге и почувствовал, что его лицо бледнеет. На расстоянии миль, но все равно четко видимое, стояло нечто огромное, светящееся оранжевым в лучах заходящего солнца. Он послал чакру в глаза, усиливая свое зрение. С улучшенным зрением он смог разглядеть нечто похожее на лиса, возвышающееся на сотни футов над деревьями. Его сердце чуть не остановилось, когда он рассмотрел девять хвостов раскачивающихся за лисом.
   - Боже милосердный... хвостатый зверь. Девять хвостов, - прошептал он ломким от страха голосом.
   Прошло около двадцати лет с тех пор как последний раз видели хвостатого зверя - четырехвостую гориллу в Камне. Зверь сражался с шиноби Ивы два дня, уничтожая окрестности своей лавой. Бесчисленные шиноби погибли и многие районы до сих пор не оправились от последствий битвы. Легенды гласили, что чем больше хвостов у зверя, тем могущественнее он. Если Четырехвостый нанес столько ущерба Иве.... Он содрогнулся от мысли что может натворить этот, особенно когда доберется до деревни.
   Коноха была единственной Великой Деревней избежавшей нашествия хвостатых. Им сопутствовала удача, и они процветали больше чем другие деревни. Похоже, сегодня их удача исчерпала себя.
   Его мысли неслись вскачь, пока он пытался вспомнить все, что знал о борьбе с хвостатыми зверями. Все отчеты сходились в одном - звери были практически бессмертными. Никто никогда не смог убить ни одного из них, или хотя бы серьезно ранить ни в одной из битв. Сама возможность этого была источником многих споров. И все-таки, все хоть и нехотя, но соглашались, что такой подвиг был за пределами возможностей любого из шиноби, сколь бы могущественным или многочисленными они не были.
   Единственной успешной стратегией было фуиндзюцу - а точнее, специальные техники, запечатывающие их в живом носителе. Суна смогла запечатать однохвостого зверя в предмете на время, но контейнер разрушился через неделю и выпустил зверя, который вновь начал бесчинствовать в Стране Ветра. Ни один другой хвостатый зверь более не был запечатан в неодушевленном предмете, насколько он знал.
   Отчеты также предполагали, что чем моложе носитель, тем лучше. Несколько взрослых шиноби и даже несколько подростков были выбраны носителями, но их тела начали разрушаться, не выдерживая нагрузки. Они умерли, и звери оказались на свободе самое большее через год.
   Что еще более усложняло дело, сдерживающая печать должна была быть достаточной силы, чтобы сдержать запечатанного зверя. Печать сдерживающая однохвостого оказалась совершенно неподходящей когда Деревня Скрытая в Траве попыталась использовать ее на треххвостом. Эта проваленная попытка и ее катастрофические последствия ослабили Деревню Травы настолько, что они после пятидесяти лет после нее все еще не оправились от потерь.
   Минато рассортировал всю известную ему информацию и определил лучший курс действий. Чтобы запечатать девятихвостого нужна самая сильная печать и самый молодой контейнер из возможных. Он уже знал, какую печать использовать - призывающую самого Шинигами. Он изучал ее из любопытства, удивляясь, что могло подвигнуть кого-либо на создание печати убивающей использовавшего. Очевидно, теперь у него был ответ, несмотря на то, как бы он хотел оставаться в неведении.
   Что до носителя, новорожденный ребенок подошел бы лучше всего. Ребенок родившийся сегодня такой ка...
   Его разум отбросил мысль раньше, чем он довел ее до логического завершения. Он дернулся и прервал свои размышления, когда услышал, что Сарутоби зовет его.
   - Минато! - резко сказал Сарутоби. - Ты должен начать эвакуацию.
   Минато встряхнулся и кивнул. Он медленно выдохнул и заговорил, - Мне нужны добровольцы - задержать приближение зверя. Остальные шиноби и все Генины начнут эвакуацию гражданских как можно быстрее. Сарутоби, мне нужно, что бы вы организовали сопротивление. Я..., - его голос прервался на миг, когда он осознал что собирается делать и чем пожертвовать. - Мне нужно подготовиться к запечатыванию, - закончил он тихо.
   Сарутоби кивнул, давая согласие. Неудивительно, но каждый из присутствующих шиноби вызвался добровольцем задержать зверя.
   Минато улыбнулся - это была грустная, но в то же время гордая улыбка. "Спасибо вам всем. Было честью командовать вами". И он пропал в желтой вспышке.
   Минато появился в своей лаборатории и немедленно поспешил к своему рабочему столу. Развертка печати, призывающая Шинигами, лежала на столе, там, где он ее и оставил. Записи, которые он сумел собрать воедино после недель исчерпывающих исследований лежали рядом. Эта информация, кроме условий для использования самой печать занимала меньше страницы. Он просмотрел свои собственные записи, понимая, что он почти ничего не понял в механизме работы печати.
   Наиболее полезная информация была нацарапана на обороте запечатывающего свитка. Ее написал не автор оригинала - почерк отличался - но она содержала больше чем все журналы, которые он изучил ранее.
   "Первое испытание печати прошло успешно, но обошлось дорогой ценой. Цель была запечатана, но когда мы опустили защитный барьер, Кеничи был мертв. Мы исследовали тело и не обнаружили причин смерти. Похоже, что за призыв Шинигами нужно платить жизнью".
   Минато не смог узнать, на чем они испытывали печать или кто сделал надпись. Тем не менее, она подтверждала, что наиболее сильная печать, которую он когда-либо видел, работала. Ему оставалось лишь надеяться, что она достаточно сильна, чтобы запечатать девятихвостого зверя.
   Он скатал свиток с печатью и забрал вместе с кисточками и чернилами, а затем исчез в очередной желтой вспышке.
  
   ***
  
   -19:20
  
   - Коноха (Деревня Скрытая в Листве). Главный госпиталь
  
   Тсунаде аккуратно передала сверток с новорожденным сыном Кушины уставшей матери, улыбаясь выражению радости на ее лице. Кушина выглядела изможденной, ее волосы прилипли к мокрому лицу, а одежда была мятой и потной, но Тсунаде подумала, что та в жизни не выглядела счастливее.
   - Вы уже выбрали имя? - спросила она. Шизуне, ученица и помощница Тсунаде, взглянула на них, с улыбкой вытирая слезы счастья.
   - Наруто, - сказала Кушина. Она протянула руку и нежно пригладила маленькие вихри золотистых волос младенца. - Его имя Наруто.
   Тсунаде и Шизунэ нежно улыбнулись, а затем украдкой переглянулись с удивлением, недоумевая должно ли имя означать "рыбный пирог" или "водоворот". И хотя они никогда бы не признались, обе решили, что каким бы ни было значение имени, на его выбор повлияла взаимная любовь Минато и Кушины к рамену.
   Тсунаде встряхнулась, собираясь с мыслями. - Хорошо. Ты стабильна, Наруто здоров и тут все в порядке. Мне не хочется уходить так быстро, но снаружи что-то происходит и мне с Шизуне надо быть там и помочь. Мы вернем как можно скорее.
   Кушина напряглась, когда ее чувства, до этого перегруженные агонией родов, наконец-то засекли идущую битву. Она быстро кивнула, сжав Наруто немного крепче и пытаясь понять, что же происходит снаружи.
  
   ***
  
   -19:30
  
   - Две мили к западу от Конохи
  
   Кьюби взмахнул хвостом, и еще трое атакующих шиноби умерло.
  
   Помня о событиях приведших к изгнанию, он убивал любого атакующего быстро и эффективно. Хотя его и веселило то как люди тратили свои силы пытаясь причинить ему вред, они доказали что могут... доставить ему неудобства если им представиться возможность. Не было никакой причины оставаться в этом месте, так как он уже определил, что на сотни миль вокруг не было ни следа йокая. И все-таки он не мог оставить без внимания то, как люди напали на него без причины. Они совершенно ясно забыли, почему нужно бояться Биджу. Похоже, что маленькое... напоминание будет кстати, перед тем как продолжить поиски.
   Девьятихвостый открыл рот и начал собирать йокай в большой шар, заполнивший пространство между челюстями. Пока йокай становился все плотнее и плотнее он мог почувствовать людей собирающихся в одном месте, примерно в миле от него и на расстоянии от деревни. Похоже, они хотели напасть на него одновременно. Кьюби ухмыльнулся бы, но шар чакры не давал ему такой возможности. Еще через несколько секунд концентрации йокая он проглотил шар.
  
   ***
  
   - То же время
  
   - Коноха. Западная стена.
  
   Сарутоби крепко сжал стену, так что костяшки его пальцев побелели. Лицо старого шиноби было мрачным. Им удалось задержать зверя, давая Минато время подготовить печать, способную раз и навсегда остановить хвостатого. Им удалось... но уровень смертности был ошеломляющим. Больше сотни шиноби, от чунинов до джонинов уже были мертвы, и он боялся, что еще больше последует за ними, если Минато скоро не прибудет. Он приказал своим товарищам по команде Кохару и Хомуре собрать шиноби в просеке недалеко от Конохи и подготовить мощное комбинированное ниньдзюцу. Они разделили шиноби в группы по стихийным склонностям и к настоящему моменту около двухсот человек накачивали чакрой технику комбинированных элементарных драконов.
   План был хорош в теории, но он не был уверен, смогут ли драконы причинить вред хвостатому зверю, несмотря на их суммарную мощь. Все остальные техники, включая индивидуальные версии драконов, оказались неэффективны. Они не нанесли видимого урона но, по крайней мере, хвостатый считал их угрозой, если об этом можно было судить по тому, что он убивал любого подобравшегося близко шиноби. Хотелось надеяться, что дальняя атака замедлит его без лишних жертв.
   Он прищурился, глядя на то, как Кьюби собирает чакру в шар у себя в пасти. Он никогда не слышал о хвостатых использующих такую атаку, но количество чакры в ней было ошеломляющим и продолжало расти пугающими темпами. Все шиноби атаковавшие зверя рассыпались, но зверь не атаковал, а продолжал собирать чакру в шар. Что бы он не делал, оно было медленным и крайне неэффективным.
   А потом зверь проглотил шар.
   Сарутоби моргнул "Зачем же тогда он..."
   Взрыв из пасти хвостатого был ослепляющим. Он с криком боли прикрыл глаза и ощутил, как ему в лицо ударила волна жара, обжигающая кожу. Его чуть не снесло с ног, но он быстро оправился и, в попытке понять что случилось, превознемогая боль открыл глаза.
   Траншея почти полмили шириной и несколько миль в длину уродовала ландшафт. То, что было густым лесом, после атаки хвостатого превратилось в дымящиеся руины лишенные даже признака жизни. По краям траншеи деревья были вырваны из земли и отброшены, а горящие ветки были за сотни метров в обе стороны от нее.
   У бывшего хокаге отвисла челюсть. Будь атака направлена на Коноху, половина деревни была бы уничтожена! А так был уничтожен лишь огромный кусок леса возле деревни. Слава Богу, что зверь промахнулся.
   Он внезапно вскрикнул с выражением ужаса на лице, осознав, куда был направлен удар. Траншея проходила прямо по прогалине, на которой шиноби готовили комбинированную атаку техниками драконов. От прогалины не осталось и следа, как и от шинобы которые там были.
   Сарутоби начал молиться, чтобы Минато быстрее закончил приготовления. Он был уверен, что больше сдерживать демона они не смогут.
  
   ***
  
   -19:45
  
   - Коноха. Главный госпиталь
  
   Минато с трудом выдавил слова, - Мне очень жаль, - и исчез из палаты.
  
   ***
   -19:50
  
   - Коноха. Западная стена
  
   - Сарутоби! Соберите всех доступных шиноби и готовьтесь поддерживать барьерную технику вокруг зверя, - крикнул Миното, стоило ему появиться возле Хирузена. - Мне нужно чтобы он был огражден, пока я запечатываю его. Метните это кунай внутрь барьера перед активацией, - с этими словами Четвертый бросил один из своих фирменных трехлезвийных кунаев старику и исчез.
   Сарутоби поймал кунай и мрачно кивнул. Он видел сверток в руках Минато и догадывался, что за ребенок был избран вместилищем для хвостатого зверя. Он только надеялся, что сможет продержаться достаточно долго, чтобы активировать барьер.
  
   ***
  
   -19:55
  
   -Две мили к западу от Конохи
  
   Девятихвостый тихо засмеялся, чувствуя как люди окружают его, равномерно рассеявшись, но сохраняя дистанцию. После того как он обрушил Карающий Шар на их маленькое собрание, все атаки остановились. Он даже подождал несколько минут их реакции, упиваясь их ужасом. Еще несколько смертей, возможно еще один Карающий Шар и урок четко отпечатается в их памяти.
   И все-таки ему пора прекращать играться с этими людьми, решил он. Его изначальная ярость на их атаку быстро остывала с каждым убитым человеком, и сейчас он скорее чувствовал скуку и нетерпение. После нескольких секунд раздумий он решил - еще одна атака и потом он займется своим настоящим делом.
   Он начал собирать чакру для еще одного Карающего Шара, в этот раз предназначенного для большого скопления людей с их странной силой. Почему-то они собирались внутри горы за этими человеческими лицами вырезанными в камне. Они что считали, что могут спрятаться от него сейчас, после того как атаковали его, едва увидев?
   Он остановился, и Карающий Шар растворился, когда барьер поднялся вокруг него. Это было беспокоящее знакомым.
   Затем гигантская жаба появилась в облаке дыма. А вот это было чем-то новеньким. Он уже давно не сражался с кем-то из Внешнего Мира и определенно не одновременно с людьми. Похоже, кланы Внешнего Мира заключили с ними нечто вроде союза.
   Затем он увидел двух людей на голове жабы. Один взрослый с самой большой концентрацией чакры, которую он видел с момента возвращения и младенец. Кьюби быстро начал волноваться, когда понял, что сейчас произойдет.
  
   ***
  
   -20:00
  
   - Внутри барьера
  
   - Мне нужно чтобы ты задержал его на минуту, пока я не закончу дзюцу. Всего одна минута, Бунта! - выкрикнул Минато, складывая печати так быстро, что вместо его рук было видно марево. Сверток с Наруто был возле его ноги, и он удерживал его чакрой, так же как и себя.
   Едва Минато закончил говорить, лисообразный зверь рыкнул и метнулся вперед, махая хвостами со всех сторон, целясь по гигантской жабе. Колени Минато едва не подогнулись, когда Гамабунта прыгнул в воздух, уворачиваясь от ударов, но его руки не остановились и на мгновение.
   - Тебе легко говорить мальчишка! - выкрикнул Гамабунта, прыгая в воздух, чтобы избежать еще одного удара. Он вытащил свой танто и начал блокировать им. Клинок дрожал в его руке от частых ударов хвостов зверя. - Эта штука сильная и быстрая! Дерьмо, его хвост...
   Остальные его слова отрезало криком боли, когда когти зверя ударили по его лицу. По одному хвосту держало его руки, и еще один выкручивал гигантский танто из его рук. Когтистая лапа была поднята для следующего удара.
   Холод пронзил воздух и даже Гамабунта содрогнулся, почувствовав нечто древнее и неожиданно иное сошедшее на поле боя. Даже ужасающее присутствие и казалось бы неограниченная мощь зверя меркли в сравнении с этим чувством.
   Минато молча смотрел, как присутствие уплотняется перед ним, вися в воздухе между хвостатым зверем и Гамабунтой. Оно выглядело точно так же, как он и представлял - скелетообразная фигура в черной мантии с косой в костяной руке.
   - Границы удовлетворительны, сосуд подготовлен. Что будет запечатано? - Спросил Шинигами, его голос отдавался странным эхом внутри барьера. Один только его звук послал болезненную дрожь по телу Минато.
   Он несколько раз сглотнул, прежде чем смог заговорить. Четвертый много раз представлял, какого будет находиться в присутствие Шинигами. Этот... холод, эта жуткая пустота, достигавшая самых глубин его тела, были меньшим, чем он ожидал и в то же время гораздо, гораздо хуже. - Я хочу чтобы ты забрал душу хвостатого зверя в свое царство и запечатал его силу в моем сыне, - быстро сказал он, надеясь закончить, пока еще сохраняет хладнокровие. Он знал цену за призыв Шинигами и был готов заплатить ее. Он просто хотел закончить все это.
   Минато задумался на секунду, что Шинигами имел в виду под "удовлетворительными границами". В записках, которые он читал, не упоминалось ничего значительного о барьере, просто писалось что "тест" проводился внутри барьера. Он полагал это обычной предосторожностью, но может, здесь было что-то еще?
   Шинигами сделал паузу и, слегка сдвинув голову, посмотрел на Минато. Все тело Хокаге пронзила боль, и он со стоном упал на колени, едва успев сдвинуться, чтобы не задеть Наруто.
   - Демоны не подпадают под власть Смерти, - сказал Шинигами.
   Минато побледнел, - Что? Но...
   Шинигами заговорил опять, игнорируя Минато. - Девятихвостый демон будет запечатан в избранном сосуде, пока тот сможет его удерживать. Разрушение сосуда повлечет повторное изгнание Девятихвостого из мира людей сроком на сто лет. Таков договор.
   Минато попытался протестовать, спросить почему, но понял, что не может говорить. А потом Шинигами задвигался. Он смутно услышал, как Наруто начал плакать под ним, но его конечности были такими тяжелыми. Все его тело стало холодным и быстро немело. Он слышал, как Гамабунта кричит что-то, но это казалось далеким и совершенно неважным.
   Зверь на огромной скорости попытался удрать, когда Шинигами протянул к нему руку, но его тело еще в прыжке начало растворятся. Красная энергия, из которой он состоял, вытянулась в воздухе и водоворотом закружилась над новорожденным ребенком. Воронка опустилась ниже и коснулась печати на животе Наруто, после чего весь водоворот медленно погрузился в печать. Наруто кричал от боли, разрывая этим звуком уши Минато, зрение которого угасало. Процесс занял не больше минуты, но для Минато казался вечностью.
   - Запечатывание завершено. Все во власти Смерти и в границах барьера будет взято в качестве платы. Таков договор, - произнес Шинигами. Затем был миг тишины, после которого неземное присутствие покинуло поле боя.
   Его внимание привлекла земля, на которой раньше росла зеленая трава - точнее то, что от нее осталось после боя Гамабунты и хвостатого. Трава стремительно становилась коричневой. Листья осыпались с деревьев, открывая серую и потрескавшуюся древесину.
   Даже когда зрение Минато полностью отказало, его разум продолжал работать, пытаясь понять слова Шинигами. Что-то в них было неправильно. Что-то было...
   И так как жизнь ушла из его глаз и тело застыло, он никогда не заметил, что Наруто перестал плакать...
  
  
   Глава 2. Внесение корректировок.
  
   -Октябрь 10, 334 г ЭШ (Эпохи шиноби)
  
   - 20:00
  
   - Две мили к западу от Конохи, место запечатывания Кьюби, внутри барьера
  
   Кьюоши, более известный как Девятихвостый Демон Лис, или даже просто Девятихвостый не был раздражен. Не был он и расстроен. Он был за гранью таких простых слов. Он был в ярости.
   Его опять запечатали. Запечатали. Опять. Его. Больше всего на свете ему хотелось влить всю свою силу в печать и свой сосуд, разрушая их. Он хотел вырезать всех людей до единого, чтобы больше никто не смог подвергнуть его такому унижению. Он хотел выжечь землю так, чтобы на ней больше ничего не смогло расти, и Мир Людей понял, какова цена за вмешательство в дела Демона Кьюби. Он хотел...
   Он почувствовал, как его йокай бурлит под влиянием эмоций и что он на грани воплощения в жизнь своей мечты и выплескивания в печать всей своей силы. Несмотря на все еще усиливающуюся ярость он заставил свой йокай успокоиться. Он слишком хорошо помнил, что случилось в прошлый раз, когда он поддался инстинктам, хотя, только сейчас, после повторного запечатывания понял все обстоятельства. Эти жалкие людишки попытались украсть его силу с помощью Шинигами и вот он результат.
   Кьюоши прокрутил в голове слова Шинигами.
   "Девятихвостый демон будет запечатан в избранном сосуде, пока тот сможет его выдерживать. Разрушение сосуда повлечет повторное изгнание Девятихвостого из мира людей сроком на сто лет. Таков договор".
   Избранным сосудом определенно был человеческий младенец, как и сто лет назад. Вопрос был в том, что подразумевалось под "разрушением сосуда"? Он был определенно уверен, что в прошлый раз буквально испарил "сосуд", вместе с окружающей местностью, так что ему было не с чем сравнивать.
   Он провел в печати Шинигами очень мало времени в прошлый раз и не обратил внимания на окружающее пространство - в этот раз он отвлекся и осмотрелся. Он стоял посреди пустой белой комнаты, достаточно большой, чтобы вместить его боевую форму. У комнаты было четыре стены, каждая с металлической дверью по центру. Двери были большими, но в высоту были ему всего лишь по колени. Кьюоши посмотрел вверх, но ничего не увидел - ни потолка, ни неба, только бесконечную белизну.
   Он подошел к одной из дверей, замечая, что она закрыта. Рассмотрев ее пристальнее, он понял, что дверь сделана из металла, как и ожидалось от людей. Как-никак, по их стандартам такая штука была очень прочной. Он проверил ее на наличие запора или ручки, но не обнаружил ничего. В качестве эксперимента он ткнул в дверь когтем. Кьюоши ожидал некой реакции - энергетического барьера или может сильного сопротивления. Он определенно не ожидал, что его коготь пройдет сквозь дверь, как будто она была из простого дерева.
   Удивленный, Кьюоши огляделся. Кроме зияющей дыры в двери ничего не изменилось. Оскалившись, он начал конденсировать свой йокай, чтобы уменьшить свой размер до размеров двери. Биджу был удивлен в очередной раз, на этот раз неприятно, когда дверь начала уменьшаться вместе с ним. Когда он уменьшился до пяти футов, дверь была в высоту едва лишь шесть дюймов. Остальная комната уменьшилась пропорционально, так что он все еще мог коснуться вытянутыми хвостами противоположной стены.
   Изменив тактику Кьюоши просунул в дверь один из хвостов и превратил свое тело в чистый йокай. Но, когда тот начал утекать сквозь дверь та начала уменьшаться еще сильнее. Что еще хуже, чем меньше становилась дверь, тем сложнее было йокаю покинуть комнату. Когда он попытался раздвинуть им дверь, вся комната затряслась и стены начали трескаться. Он немедленно прекратил расширять дверь и стал смотреть, как трещины медленно запечатываются. Девятихвостый так же заметил что дверь стала чуть больше. Отметив этот факт на будущее, он обратил внимание на свой йокай находящийся снаружи. Поток энергии снаружи комнаты состоял из йокая и был такой же его частью, как и та что сталась в комнате.
   То, что он обнаружил снаружи, было, по меньшей мере, беспокоящим. С пугающей четкостью он мог чувствовать состояние ребенка, в котором был запечатан. Он мог различить разные органы, трубки по которым текла кровь и даже контуры того, что должно было быть системой чакры (как люди называли свою силу). Его никогда не заботили тонкости человеческой физиологии, или любого другого живого существа если на то пошло. Но у него было достаточно общих знаний, чтобы понимать, что все эти органы должны были делать что-то.
   В данный момент ни один из органов не работал. Сердце не билось, кровь не текла, чакра не двигалась.
   Точнее это было не совсем так. Когда его йокай двигался сквозь тело, находящиеся рядом органы реагировали. Сердце забилось опять и кровь потекла. Даже чакра начала реагировать, циркулируя по телу, некоторые ее потоки при этом обвили щупы йокая. Когда это случилось у Кьюоши возникло странное покалывание, которого он раньше никогда не ощущал. Впрочем, чакра успокаивалась, стоило щупам отодвинуть, и он решил пока проигнорировать это.
   Кьюоши втянул свой йокай назад насколько мог, чтобы по-прежнему чувствовать детское тело и стал наблюдать. Без его йокая тело выключилось. Он подождал еще несколько секунд в надежде на некую активность в теле.
   Ничего не случилось.
   Ему понадобилось несколько секунд, чтобы понять, в чем дело, но когда до него дошло, у него был приступ паники. Ребенок был мертв. Он был уверен, что ребенок был жив до запечатывания, так что или процесс запечатывания или присутствие Шинигами стоило ребенку жизни.
   Кьюоши напрягся, ожидая что его отправят в Макай - опять - в любой момент. Прошло несколько секунд, но ничего не случилось. Удивившись, он опять вспомнил слова Шинигами. Возможно... возможно "разрушение сосуда" относилось к разрушению физического тела а не смерти души?
   Если так... Кьюоши начал смеяться, послав из комнаты столько йокая сколько смог и заставляя его разойтись по телу ребенка.
  
   ***
  
   - То же время
  
   - Снаружи барьера
  
   Сарутоби беспомощно смотрел на барьер, тщетно пытаясь рассмотреть что-либо сквозь непрозрачный пузырь барьера, скрывающего его приемника и хвостатого зверя. Вокруг него сотни шиноби вливали свою чакру в технику, подпитывая самый большой барьер из всех что он видел. Он был бы удивлен, если бы оказалось, что барьер был меньше полумили в диаметре.
   Сейчас, когда он мог только ждать он обнаружил что с горечью переживает ошибки совершенные им за несколько прошедших часов. Он послал слишком многих шиноби в самоубийственную атаку и думал, добились ли они своими жизнями чего-либо.
   Его рациональная часть говорила, что они были добровольцами, и он чувствовал гордость за то, как сильна была их Воля Огня, но и вина тяжелым грузом лежала на его душе. Это была знакомая вина, но ему от этого не было легче. Но куда более тяжким бременем было то, что его ученик внутри барьера, скорее всего, был мертв.
   Вскоре, после того как Минато отдал ему командование, он понял, что тот собирается сделать. Он знал, что Минато и Джирая изучали печать Шинигами, и даже отдал им некоторые журналы из своей личной библиотеки. Он всего лишь хотел знать о печатях достаточно, чтобы самому запечатать хвостатого. Минато был наиболее многообещающим шиноби из всех, что он знал и с каждым днем становился сильнее. У Минато была жена и новорожденный сын, заслуживающий счастливой жизни с двумя родителями. Сейчас... это никогда не случится.
   Сарутоби прервал размышления, когда увидел нескольких шиноби упавших от чакра-истощения. Генины, у которых не было достаточно чакры чтобы питать барьер, бросились помогать им, но он видел что скоро остальные тоже не выдержат. Даже опытные джонины выглядели бледными и дрожали от оттока чакры.
   Третий взвесил варианты. Он мог послать за свежими шиноби и приказать им использовать пилюли чакры и Восемь Врат (тем кто умел их использовать), чтобы продлить барьерную технику. Это нанесло бы сильный урон шиноби и дало им лишь несколько лишних минут. С другой стороны он мог опустить барьер, пока у него есть свежие бойцы способные сражаться. А учитывая план Четвертого, внутри барьера все должно было закончится так ли иначе.
   Резко кивнув, он принял решение.
   - Внимание всем шиноби! По моему сигналу опускаете барьер и готовитесь к атаке хвостатого зверя! - прозвучал его голос. Он мог видеть, как шиноби вокруг собираются с силами, а на их лицах уверенность, смешанную со страхом. Он подождал еще несколько секунд и крикнул, - Сейчас!.
   Барьер мигнул и исчез. Сарутоби лично возглавил отряд, ворвавшийся на прогалину, только для того чтобы резко остановиться стоило ему увидеть сцену перед собой.
   Хвостатого зверя там не было. Он видел следы битвы - отметки когтей, большие как траншеи, исполосовшие землю и вмятины в земле, определенно оставленные прыжками Гамабунты. Сам Гамабунта стоял последи прогалины с закрытыми глазами и опущенной головой. Его меч был в ножнах, а трубка заткнута за пояс. Кровь сочилась из ран на голове, но гигант игнорировал ее.
   Сарутоби подошел ближе, чтобы расспросить призванного, но его внимание было привлечено вспышкой чакры на голове Гамабунты. Оно был гораздо, гораздо слабее, чем он ощущал сегодня, но без ошибки это была чакра хвостатого зверя. Кроме того, он услышал громкий плач младенца.
   Когда он перенесся шуншином на голову Гамабунты, чакра успела бесследно скрыться в ребенке. Который плакал, пока Сарутоби не подобрал его. Под мерное укачивание ребенок замолчал и быстро заснул.
   Старик наконец-то повернулся к фигуре лежащей рядом. Глаза Минато были все еще открыты даже в смерти, а лицо было белым и истощенным. Выражение его лица было душераздирающим - смесь боли и вины, которые он испытывал в последние мгновенья жизни, были отчетливо видны на нем.
   Сарутоби стал на колени возле тела Минато и дрожащей рукой закрыл его глаза. Он чувствовал, как слезы текут по его лицу, и просто позволил им течь. Сняв свой длинный шарф, он накрыл им лицо Минато, а затем вернулся на землю.
   Третий задержался по пути у уха Гамабунты. - Я хотел бы узнать у тебя, что случилось внутри барьера, но мне нужно сперва проверить деревню. Ты можешь позже поговорить с Джираей? - Гамабунта коротко кивнул, его голова все еще была опущена в печали.
   Стоило ему оказаться, на земле как он тут же был окружен встревоженными шиноби. Никто из них не смог задать вопрос, но их беспокойство было ясно видно. Некоторые с любопытством смотрели на сверток в руках Сарутоби, а некоторые определенно начинали догадываться, что произошло внутри барьера. Сарутоби оглядел толпу и быстро обнаружил белые волосы Какаши.
   - Какаши, - его негромкий голос на тихой поляне прозвучал почти как крик. - Пожалуйста, выбери еще троих шиноби в качестве почетного караула. Наш..., - голос Сарутоби сорвался, но он пересилил себя и продолжил, - Наш Четвертый Хокаге пал в битве.
  
   ***
  
   - 21:00
  
   - Коноха, Кабинет Хокаге
  
   - Ах, Тсунаде-чан, спасибо, что пришла так быстро, - сказал Сарутоби. Он слегка улыбнулся, но продолжал уделять все свое внимание свертку в руках.
   - Ну, для чего бы я не была нужна, давайте решим это быстро. Мне нужно возвращаться в госпиталь. У нас полно раненых шиноби, не говоря уже тех у кого чакра-истощение, - быстро сказала Тсунаде.Она раздраженно рассматривала кабинет и не сразу поняла что он держит в руках. - Это ребенок?
   Сарутоби хихикнул. - Я рад видеть, что твоя наблюдательность не уменьшилась с годами. Это определенно ребенок. Вообще-то, это очень особенный ребенок.
   Тсунаде приглушено зарычала, но подошла ближе предположив, что ее вызвали для проверки здоровья ребенка. Она застыла через несколько шагов и в шоке воскликнула, - Наруто?
   Сарутоби кивнул себе - заявление Тсунаде было последним подтверждением. Как он и предполагал ребенок был сыном Минато. - Ах, так они все-таки остановились на имени `Наруто'. Как я и думал.
   - Старый Обезьян, что здесь делает ребенок Кушины и Минато? И вообще, где Минато?
   Сарутоби наконец-то повернулся к ней, и она была шокирована его покрасневшими глазами и мокрыми от слез щеками. Тут, у себя в кабинете, перед своей бывшей ученицей он опустил защиту и показал свое горе. - Ты не слышала? - тихо спросил он, действительно удивленный.
   Тсунаде медленно покачала головой. "Все пациенты, с которыми я работала, были не в состоянии говорить, и я пришла сюда сразу, как только АНБУ вызвали меня. Чего я не слышала?". Она попыталась игнорировать неприятное предчувствие и далекое эхо мертвых голосов никогда не покидавших ее головы.
   - Минато пожертвовал собой, чтобы запечатать хвостатого зверя. Учитывая силу зверя единственным вариантом было запечатать его в ребенке, и чем моложе, тем лучше. Я подозревал, что он выбрал собственного сына, и ты только что это подтвердила. - Мягко сказал Сарутоби, поворачиваясь назад к Наруто. Его морщинистая рука поправила вихрь на голове ребенка и он продолжил укачивать его.
   Тсунаде закрыла глаза и кивнула головой, тихо переваривая новости. Пожертвовать своей жизнью, чтобы защитить других звучало именно так, как поступил бы Минато. Даже когда она думала о Четвертом Хокаге, лица Дана и Наваки, ее любимого и ее младшего брата промелькнули у нее в голове. Все трое мечтали стать Хокаге и защищать деревню, хотя только Минато достиг цели. Дан и Наваки умерли задолго до того, как у них появился хотя бы шанс. А сейчас и Минато ушел. Кушина будет...
   Тсунаде быстро подняла глаза. - Кушина уже знает?
   Сарутоби пожал плечами. - Честно говоря, я не знаю. Я послал отряд АНБУ найти ее ранее. Я предполагал, что она в госпитале или в их доме. Вообще-то я думал, что она прибудет первой. Когда ты в последний раз видела ее?
   - Пару часов назад, сразу после рождения Наруто. Началась атака, и мы с Шизуне поспешили на помощь раненым.
   Хирузен нахмурился, недоумевая, где могла быть Кушина. Он не отбрасывал возможность того, что упрямая женщина помчалась на поле боя, несмотря на слабость, но он не видел там ни ее, ни ее уникальных дзюцу.
   - Что ж, думаю в любом случае, рано или поздно, она появиться, - сказал он, вспоминая причину, по которой вызвал Тсунаде. - А пока я хочу, чтобы ты проверила юного Наруто. У Конохи нет опыта в запечатывание хвостатых зверей, поэтому, к сожалению, мы не представляем, как это повлияет на его здоровье и рост. Я также почувствовал вспышку чакры зверя вскоре после запечатывания, но она не повторялась.
   Тсунаде кивнула, затем встала и подошла к Сарутоби. Она жестом показала ему положить Наруто на стол и активировала диагностическое дзюцу. Стоило ей начать проверку, как она отпрянула с шипением. Сарутоби немедленно напрягся, но подождал, пока она заговорит.
   - Сэнсэй, а как именно должна работать печать?
   - Я... честно говоря не знаю. Я не очень разбираюсь в печатях, в этом были хороши Джирая и Минато. Знаю только что они изучали эту печать месяцами, так что пока мне не скажут обратного, я предполагаю, что она функционирует, как и должна. А в чем дело?
   - Чакра зверя в едва заметных количествах циркулирует по всему его телу.
   Глаза Сарутоби расширились. - Что?! заорал он. Наруто, лежащий на столе, задвигался, и он понизил голос. - Что ты имеешь в виду под "циркулирует"?
   - Ну, везде где течет кровь и чакра есть следы звериной чакры. - Она опять активировала свое дзюцу и продолжила сканирование. При этом Тсунаде продолжала говорить. - Она равномерно распределяется по телу, не собираясь в одном месте, насколько я могу судить. Похоже, она появляется из области живота - я полагаю печать находиться именно там? Над Вратами Зрения? - Она продолжила, даже не дожидаясь его кивка. - Я не вижу, чтобы чакра зверя причиняла вред или ухудшение здоровья, но я не могу сказать, каким будет долговременный эффект. В данный момент она если что и делает, то скорее помогает.
   После ее слов Сарутоби расслабился. Возможно, печать именно так и должна была работать. Определенно, иметь второй источник чакры весма полезно, хотя кто знает, работает ли чакра хвостатого, так же как и человеческая. Вообще-то, он припоминал что раньше слышал о других сосудах использующих могущественные и уникальные техники, которые никто не смог воссоздать. Наверное, именно в этом и был секрет.
   Неожиданно Тсунаде нахмурилась. - Что за....
   Сарутоби подождал, что она скажет дальше, но Тсунаде молчала, все еще хмурясь. - Что? Что там? - наконец не выдержал он.
   - Это... какая-то реакция между чакрами зверя и Наруто, сколько бы у него ее не было. Я никогда не видела, чтобы чакра делала это.
   - Делала что? - он начал раздражаться, и был на грани того, чтобы самому активировать диагностическую технику и посмотреть в чем там дело.
   - Это... когда два типа чакры контактируют они вроде как... вибрируют. Это не наносит ущерба или побочных эффектов, но как? Почему?
   - Оно вибрирует? Как вообще чакра может вибрировать?
   Тсунаде поморщилась и деактивировала свое дзюцу. - Это самое точное как я могу описать то, что происходит, ясно? Когда две разных чакры смешиваются они или обьединяються, или уничтожают друг друга. Это основополагающий принцип и все медики знают его. Я лечила тысячи Шииноби и моя чакра или смешивалась или рассеивала чужую чакру. Всегда! - Она начала заводится, ее лицо покраснело, а голос звенел. - Медики годами тренируются справляться с проблемами взаимодействия. Это фундамент современных медицинских дзюцу! Я лично потратила годы на исследования для обоснования и предсказания этих реакций! Да я в жизни не видела, чтобы чакра делала... это!
   Наруто опять зашевелился, в этот раз сильнее и Тсунаде закрыв рот и развернувшись, промаршировала в угол. Где продолжила "пускать пену" и бормотать вполголоса. Сарутоби покачал головой, одновременно забавляясь, видя бурную реакцию своей ученицы на очередную медицинскую загадку и волнуясь о том, чем это грозило Наруто. Возможно, что источником этой... вибрации была чакра зверя а не что-то уникальное в самом Наруто. Но это все равно не объясняло что происходит и почему.
   - Итак... кроме как странностей с чакрой хвостатого он совершенно здоров? - спросил Сарутоби через несколько минут видя что Тсунаде перешла из "разглагольствующей" фазы в фазу "планирования исследований".
   Она механически кивнула. - Да, он в порядке, так же здоров, как и после рождения.
   - Рад это слышать. Как только Джирая появится, он проверит печать и подтвердит, так ли она работает, как должна, после чего Кушина сможет забрать его домой. - Он мысленно решил добавить два - нет, лучше четыре отряда АНБУ для ее сопровождения. Он не мог позволить себе потерять жену и сына Минато от рук вражеских шиноби воспользовавшихся хаосом после атаки хвостатого. Он замер, потом повернулся к Тсунаде. - Знаешь, ей, наверное, понадобиться компания в ближайшие дни, - не очень тонко намекнул он.
   Тсунаде раздраженно зыркнула на него. - Если ты думаешь, что я собиралась оставить ее одну пока она оплакивает Минато и привыкает быть матерью то твой старческий маразм сильнее, чем я думала, Старый Обезьян.
   Сарутоби усмехнулся. - Да уж. Глупо было бы думать, что ты поступишь иначе.
  
   ***
  
   - То же время
  
   - Гайкай (Внешний мир), Гора Мьебокузан.
  
   Джирая проворно приземлился на ноги, после того как обратный призыв сработал, перемещая его в дом Призванных Жаб. Он на мгновенье позволил себе восхититься великолепным пейзажем - пышные леса и громыхающие водопады радовали его глаза. Даже дома Жаб органично вписывались в окружающий лес.
   Коноха всегда была его домом, но были времена, когда он хотел бросить работу шиноби и жить на горе Мьебокузан. Он противостоял искушению, но с каждым годом ему все труднее было игнорировать мирную привлекательность этого места и продолжать жизнь шиноби. Джирая знал что однажды, желательно много лет спустя, Жабы призовут его на Мьебокузан и он не найдет в себе сил уйти отсюда.
   Он потряс головой: этот день хоть и мог наступить, но уж точно не сегодня. Сегодня он здесь чтобы узнать о последних минутах своего величайшего ученика - Минато Намиказе - человека превзошедшего своего учителя во всем, человека ставшего Хокаге до тридцати лет, человека который, как он надеялся, стал бы следующим Жабьим Мудрецом.
   Он приветствовал встречных жаб по пути в жилище Гамабунты. По деревне уже разошлась весть об его горькой утрате и слова утешения были тому подтверждением. Он позволил их словам проходить мимо него, благодарный за их поддержку, но не способный принять свои чувства в данный момент.
   Когда он, наконец, достиг дома Гамабунты, то обнаружил Жабьего Босса сидящим тихо, пока его жена бинтовала его голову. Джирая был шокирован увидев что раны полученные в битве с хвостатым зверем остались после завершения призыва - такого не было раньше и он не знал случалось ли такое вообще.
   - Почему ты еще ранен? - выпалил он.
   Гамабунта посмотрел на Джираю. - Нельзя недооценивать силу Би... хвостатых зверей, - ровным голосом сказал он. Жабий Босс затем замер в неуверенности пытаясь найти слова чтобы объяснить ситуацию. - Их сила... не такая как сила людей. Потому они... когда... раны, нанесенные ими, просто остаются, понял? - наконец раздраженно закричал он. Жена Гамабунты, Гаматсучи дала ему подзатыльник за то, что тот дернулся до того, как она закончит лечить его.
   Джирая был заметно удивлен реакцией Гамабунты на вопрос и немного обеспокоен. Он знал, что у Жаб были секреты от него касающиеся их существования, но раньше они казались незначительными. Сейчас же он был уверен, что Жабы знали нечто важное и хотели сказать ему, но не могли.
   Он подумал о настаивании на детальных объяснениях, но его опыт выуживания секретов у Жаб подсказывал, что это будет плохой идеей. Он мог подписать контракт с ними, и у него могла быть их дружба и уважение, но тут была четкая граница.
   - Я понимаю..., - медленно сказал Джирая, стараясь убедить себя, что Гамабунта и Гаматсучи не смотрят на него с жалостью. - Что ж, я здесь не поэтому. Я хотел узнать, что случилось внутри барьера. Ты единственный кто может рассказать нам все.
   Гамабунта со вздохом кивнул и изложил свою точку зрения на произошедшее внутри барьера. Когда он закончил Джирая взглянул на записи, которые он лихорадочно делал.
   - Все в границах барьера и во власти Смерти, угу? Думаю это объясняет, почему трава и деревья засохли и почему была взята жизнь призывающего. Наверное, печать защитила от этого сосуд, поскольку Наруто пережил запечатывание. Логично - ведь в противном случае не было бы смысла в запечатывании, - размышлял Джирая. Он постучал ручкой по подбородку, вспоминая то, что знал о печати Шинигами. - Это объясняет третью секцию в левом квадранте..., - Джирая затих, бормоча про себя пока он переваривал новую информацию о печати.
   Гамабунта неловко дернулся, но промолчал.
   Джирая помолчал немного, потом посмотрел на Гамабунту со слезами на глазах. - Он... Минато сказал что-нибудь в конце?
   Гамабунта тяжело вздохнул, но покачал головой. - Нет, Джирая, не сказал. Зная его, я уверен, что он оставил послание, но он ничего не говорил, пока я был там. Не было времени.
   Гамабунта помолчал, пока Джирая поборол слезы и медленно кивнул. - Да. Да. Я уверен, что он так и сделал, ага, - сказал он, вытирая лицо и делая глубокий вдох. - Что ж, мне надо рассказать учителю обо всем этом. Спасибо за рассказ, Бунта, - Джирая поклонился, выражая благодарность, и развернулся уходить.
   - Джирая, - тихо окликнул его Гамабунта. - Ты должен знать еще кое-что. Великий Жабий мудрец сделал новое пророчество. Он сказал, что один из твоих учеников "станет на пути мстительного духа" и что "их противостояние перекроит мир".
   Джирая почувствовал ярость. - Ну, все мои студенты нахрен мертвы, не так ли? - Ярость оставила его так же быстро, как и пришла, оставив взамен чувство жуткой пустоты. - Они все мертвы, - тихо закончил он. Джирая развернулся и, не говоря больше не слова, вышел.
   Гамабунта с грустью посмотрел, как Джирая уходит. Его шепот едва достиг ушей Джираи, - Но ты - нет.
  
   Глава 3. Недопонимание.
  
   -Октябрь 11, 334 г ЭШ
  
   - 3:15
  
   - Коноха, Резиденция Тсунаде
  
   Кьюоши не был раздражен.
   Несмотря на его успех во взятии под контроль сосуда и восстановлении его жизненных функций - тем самым, продляя свое нахождение в мире людей - его начальные эксперименты уже открыли несколько ограничений помимо мизерного количества йокая, которое он мог использовать.
   Первым что он попробовал, было вытягивание йокая за пределы сосуда. Это сработало, но только до определенного предела. Как только йокай отделялся дальше чем на два фута, он немедленно притягивался к сосуду. Ощущение было похоже на то, когда его запечатал Шинигами но касалось только йокая за пределом двухфутового расстояния. Буквально "бросая" йокай за пределы тела он мог значительно увеличить это расстояние, но терял над ним контроль, пока тот не притягивался назад.
   При этом возникало неприятное чувство - он терял осведомленность об этой своей части, и когда та возвращалась, в ней не было никаких воспоминаний. У него не было желания испытывать это снова, и он воздерживался от повторного "бросания" йокая.
   Он надеялся, что в будущем двухфутовый радиус увеличится, но пока что его способность взаимодействовать с окружающим миром, была значительно ограничена.
   Его следующей попыткой было формирование плотной оболочки йокая вокруг тела и использование ее для передвижения. Если бы это сработало, он мог имитировать свои нормальные движения пусть и в ограниченном масштабе. Эта попытка была удачной, но опять таки, до определенного предела. Количество йокая, которое он мог потратить на оболочку, не прекращая поддерживания жизнедеятельности тела, пока было ничтожно мало, и оболочка получилась не толще бумаги. Кьюоши был уверен, что она не защитит и от слабейшей атаки демона. Потенциальная сила человеческой чакры была ему пока неизвестна, но из того, что он помнил о недавней битве, любой из атаковавших пробил бы оболочку лишь с небольшой трудностью.
   Дальнейшие тесты были прерваны появлением старика, который забрал его с поля боя. Кьюоши почувствовал, как тело реагирует на тепло и комфорт, предложенные человеком и сделал очередное открытие. С его йокаем распределенным по телу как сейчас, он чувствовал все, что и сосуд, как будто это было его собственное тело.
   Тело, так же, функционировало как и любое другое живое существо, несмотря на его йокай. В данном случае функции тела замедлились, но не в плохом смысле. Вообще-то, в данном состоянии ему требовалось даже меньше йокая для работы, чем раньше. Это должно быть `сон' который испытывают телесные создания.
   Пока тело отдыхало, сам Кьюоши и, что более важно, его чувства это не затронуло. Он не мог видеть глазами сосуда, так как они были закрыты, но все остальные чувства работали. Его собственная способность ощущать энергию тоже не была затронута, хотя барьер из плоти ребенка не давал ему видеть мир четко как всегда.
   Он слышал, как старик говорит с другими людьми, а потом его причитания и жалобы. Он понимал язык достаточно, чтобы разобрать слова, но незнание контекста не позволило ему понять, о чем речь. На случай если это важная информация, Кьюоши постарался все запомнить - он застрял в этом человеке надолго, и ему нужно было адаптироваться.
   Кьюоши испугался разоблачения и смерти сосуда когда человеческая женщина объявила о присутствии его йокая - хотя она и назвала его чакрой, как будто он был человеком. Дура. Но он расслабился, когда старик заявил что это из-за печати. Насколько Кьюоши знал, старик мог быть прав, хотя лично он думал, что дело в другом. Он также внимательно выслушал жалобы женщины о странном взаимодействии его йокая и чакры сосуда. Это стоило изучить в будущем.
   Когда прибыл второй мужчина - и Девятихвостый понял что ему нужно уделять больше внимания именам, если он хочет сойти за человека - он внимательно выслушал спор о печати, но не узнал ничего ценного. Второй мужчина был очень тих, необычно для него если судить по словам других, и не вдавался в детали, кроме как сказав что печать в порядке. Кьюоши также внимательно выслушал спор с другой женщиной ворвавшейся в комнату. Похоже, в рядах людей были разногласия, и он потенциально мог использовать это в свою пользу.
   Что возвращало его к текущей ситуации. Вторая женщина - вероятнее всего мать сосуда, если судить по их словам - отказывалась выпускать его из рук часами. Она разыскала первую женщину, и они некоторое время проговорили и проплакали, но не говорили ни о чем актуальном для него, насколько Кьюоши мог понять. Даже ирония их намерения не дать никому перепутать сосуд с "хвостатым зверем" быстро надоела. Трудно смеяться над их непониманием ситуации, когда сам жертва.
   А сейчас они вместе с сосудом спали. Он хотел продолжить проверку своих ограничений, но уже понял что любые "вспышки" йокая, как они их называли, могут навести к подозрениям и недоверию к нему. Учитывая его беззащитность, это было неприемлемым.
   Затем он понял, что у тела появились потребности, и увеличение потока йокая не помогло решить проблему. После попытки использовать конечности тела, чтобы разбудить женщину держащую его, он вынужден был использовать голосовые связки тела.
   Он, Девятихвостый Демон-Лис, сильнейший из демонов Макая, сейчас был беспомощным младенцем плачущим чтобы получить материнское молоко.
   Кьюоши не был раздражен. Он был в ярости. И то, что его ярость увеличила уровень йокая, и заставило сосуд плакать громче, ни капельки его не успокаивало.
  
   ***
  
   - Тот же день
  
   - 8:55
  
   - Коноха, Башьня Хокаге, Зал Совета
  
   Зал Совета, размещенный в Башне Хокаге, был традиционным местом встречи представителей правительства Конохи, как военных, так и гражданских. Сама комната была большой, но не украшенной. Три длинных стола формировали треугольник посреди комнаты. Один стол был зарезервирован для десяти избранных гражданских представителей. Второй стол был зарезервирован для представителей десяти наиболее видных и могущественных кланов. Последний стол предназначался для Хокаге, Командующего АНБУ, Командующего Джонинами и любых гостей или представителей, которых могли пригласить на встречу. Еще несколько столов стояло вдоль стен, предназначенные для еды и напитков, если встреча затягивалась.
   Представители в данный момент разделились, шиноби тихо переговаривались за своим столом, а гражданские общались за другим. Гражданские представители провели большую часть ночи с семьями и сейчас радовались, что смогли выжить. У некоторых из них были родственники-шиноби, чаще братья и сестры, иногда дети, но по большей части их семьи не пострадали. Они считали свою удачу чудом и одновременно доказательством силы деревни.
   Шиноби так не повезло. Они выглядели спокойными и собранными, но незаметные жесты утешения и сочувствия были заметны, так как они слышали о потерях друг друга.
   Из десяти кланов шиноби, в данный момент присутствовали только восемь: Абурамэ, Акимичи, Хьюга, Инязука, Нара, Сенджу, Учиха и Яманака. Стулья кланов Киямизу и Мураками были пусты. Эти кланы значительно уменьшились в минувшие годы и состояли из семи и пяти членов соответственно. Уже были тихие разговоры о лишении их мест в Совете и передаче их другим кланам, но пока это были просто разговоры. У всех присутствующих глав кланов были родственники являющиеся активными шиноби и у всех них были погибшие в битве с хвостатым зверем.
   И пусть кланы выжили, но они понесли тяжелые потери. Шигео Абурамэ потерял родителей и жену, не говоря о нескольких других членах клана. Акимичи были бойцами ближней дистанции и потеряли двоих, прежде чем поняли, что их дзюцу неэффективны против Кьюби. Хьюги, Инязуки, Нара и Учихи потеряли по несколько человек, в том числе мужа Тсумэ Инязуки Кеничи. Яманаки пока молчали, но несколько членов их клана пытались использовать свои ментальные дзюцу на Кьюби и до сих пор не очнулись. У них были надежды, что те оправятся, но с каждым часом они уменьшались. Клан Сенджу, состоящий из одной Тсунаде, технически был единственным без потерь.
   Ровно в девять дверь открылась, и Хирузен Сарутоби вошел в зал, в компании Командующего АНБУ в своей традиционной драконьей маске и Командующего Джонинами - Кенсуке Савады. Все в комнате замолчали обратив внимание на Третьего Хокаге.
   В годы после выхода в отставку, Сарутоби расслабился и позволил себе выглядеть беззаботным и добродушным человеком. Он все еще принимал участие в делах шиноби как советник, но, в основном, наслаждался отдыхом. Его часто можно было увидеть гуляющим по деревне, наслаждаясь погодой или отдыхающим в парке, просто разглядывая жителей деревни с улыбкой.
   Человек, вошедший в зал, не был тем Сарутоби. Вошедший в зал человек шел быстрым шагом, целеустремленно, с пронзительным взглядом и мрачным лицом. Несмотря на шестидесятилетний возраст ни в его осанке, ни в походке не было слабости и все присутствующие сели ровнее, вспомнив, за что этот человек был известен как "Бог Шиноби". Они молчали, когда он остановился за креслом, зарезервированным для Хокаге. Он повернулся лицом к советникам, но не стал садиться. Обычно его сопровождали бывшие напарники и ближайшие советники, Кохару Утатанэ и Хомура Митокадо. Их отсутствие, скорее всего, означало, что они не выжили в битве с хвостатым зверем.
   Когда все остальные сели, Командующий Джонинами прочистил горло и начал заседание.
   - Дамы и господа, вы все знаете, зачем мы здесь. Наша деревня понесла катастрофические потери в живой силе, и мы должны действовать быстро и решительно, чтобы защитить деревню и восполнить наши силы. Среди погибших был и Намиказе Минато, наш Четвертый Хокаге, который пожертвовал жизнью исполнив технику закончившую битву и предотвратившую дальнейшие смерти. Пожалуйста, почтите минутой молчания нашего Хокаге и наших падших товарищей.
   Все присутствующие наклонили головы. После минуты молчания, Кенске продолжил.
   - Учитывая эту потерю, наша деревня осталась без лидера. Поэтому первым вопросом будет назначение нового Хокаге, который возглавит нас в это непростое время. Настоящим, я предлагаю кандидатуру Хирузена Сарутоби, нашего предыдущего Хокаге.
   Тсунаде немедленно заговорила. - Поддерживаю, - сказала она ровным голосом. Секунду спустя ей эхом ответил командующий АНБУ. Остальные члены совета быстро кивнули в подтверждение, хотя Учиха Фугаку при этом незаметно нахмурился.
   Командующий Джонинами оглядел присутствующих в комнате и опять заговорил. - Есть ли у кого-то возражения против кандидатуры? - Ему почти удалось скрыть в своем голосе насмешку, но несколько присутствующих фыркнули. Как будто кто-то мог возражать Богу Шиноби.
   - Есть ли другие кандидаты? - Спросил Кенсуке. На этот раз он оглядел присутствующих внимательнее. Несмотря на очевидную квалификацию и способности Сарутоби, в комнате было, по крайней мере, два человека, способных выдвинуть свою кандидатуру на пост Хокаге - Фугаку Учиха и Тсунаде Сенджу. Лично он не верил что Тсунаде захочет это работу, несмотря на свою родословную и способности, но Фугаку был совсем из другого теста. Он не только был весьма умелым но и обладал большими амбициями, хотя и почти всегда скрывал их.
   Как он и думал, Кунсуке мог видеть раздражение, просвечивающее через непроницаемое лицо Учихи. Хотя сравнение Минато Намиказе и любого другого шиноби деревни - за возможным исключением Сарутоби - определенно было в пользу Минато. Сравнение же миновавшего пик своей формы и проведшего годы на пенсии Сарутоби с молодым и активным Фугаку Учихой было не так однозначно. По части опыта и навыков Сарутоби был на голову выше, но его возраст работал против него. Фугаку было двадцать девять лет, и он был на пороге становления шиноби S-класса, а, будучи назначенным Хокаге, мог пробыть на этой должности так же долго, как и Сарутоби. Третий же хоть и не потерял формы, но через десять лет был бы стариком, тогда как Фугаку достиг бы пика.
   Кенсуке напрягся, когда Фугаку медленно встал и прочистил горло. Технически самовыдвижение не было запрещено, но на практике никогда не использовалось.
   - Я думаю, что буду говорить от лица всех нас, когда скажу, что верю - деревне лучше всего послужит опытный Хокаге. Я предлагаю немедленно перейти к голосованию о повторном назначении Сарутоби-сама на пост Хокаге. После чего мы сможем заняться остальными проблемными вопросами, вставшими перед деревней. - Фугаку говорил спокойным и ровным голосом, поочередно смотря в глаза присутствующих. Он смотрел прямо в глаза Третьему когда закончил и немного задержал взгляд перед тем как сесть.
   Кенсуке был впечатлен. Эта маленькая речь в поддержку Сарутоби как Хокаге возможно сделала для Фугаку больше чем что-либо - все присутствующие знали об амбициях Фугаку и то, как тот отбросил их ради деревни, говорило за него, независимо от его мотивов.
   Слегка кивнув Фугаке в знак уважения, Кесуке подождал, пока кто-то продолжит, и Тсунаде опять взяла слово, поддержав предложение о немедленном голосовании. Стоит ли говорить, что голосование прошло единогласно.
   Сарутоби резко кивнул. - Я благодарен за вашу веру в меня. Воля Огня сильна во всех вас и с вашей поддержкой мы выйдем из этого испытания сильнее, чем были, - сказал он, затем, наконец, сел.
   - Нашим первым вопросом будет оценка текущего состояния деревни после нападения хвостатого зверя. Дракон оценил ущерб деревне и подсчитал наши потери перед заседанием. Дракон.
   Командующий АНБУ вышел вперед и поклонился. Когда шиноби заговорил, его голос был искажен маской так, что нельзя было определить ни его возраст, ни пол. - Да, Хокаге-сама. Урон самой деревне минимален - разбитые стекла из-за рева зверя и незначительные повреждения при эвакуации. Ни здания, ни инфраструктура не были повреждены. - Командующий Анбу замер, чтобы собраться с мыслями, а затем продолжил. - Обзор наших сил показал, что 107 шиноби погибло а 231 пропали без вести и, предположительно, мертвы.
   Зал заполнила ошеломленная тишина. Гражданские были изолированы от битвы и, хотя и понимали опасность, не представляли, что последствия были настолько плохи. Шиноби знали, что дела плохи, но даже они были шокированы количеством погибших. Командующий АНБУ продолжил.
   - Из 338 мертвых или признанных таковыми шиноби 17 были АНБУ, 81 джонинами, 162 специальными джонинами и 16 чунинами. Анализ нашей способности выполнять миссии и нести защиту деревни еще не закончен, но предварительно у нас есть семь свободных шиноби для миссий S-ранга, и менее тридцати для одиночных миссий А-ранга. Если нечего не предпринять с распределением сил, Коноху ожидает 70% потери заработка от выполнения миссий в следующем году. Прогнозы показывают, что такими темпами Коноха обанкротится или будет захвачена в течение трех лет.
   Сарутоби склонил голову услышав об уровне смертности. 338 элитных шиноби умерли по его приказу и под его командованием. Только на Второй и Третьей войнах шиноби были сравнимые потери и тогда они растянулись на годы - эти же произошли менее чем за три часа.
   Другие члены совета переваривали новости. Гражданские выглядели на грани обморока, их предыдущие мысли, что какое-то чудо спасло Коноху, оказались пустой надеждой, когда они поняли последствия.
   После минутной тишины пока члены совета осмысливали ситуацию, заговорил Сарутоби. - Нашим наиболее насущным вопросом являются шиноби способные выполнять миссии. Мы не может уменьшить процент ответственных за оборону деревни - по хорошему нам нужно увеличить его. Другие деревни начнут прощупывать нашу защиту, как только до них дойдут сведения об атаке зверя, и если они почувствуют слабость, то без колебаний нападут. Мы так же не можем позволить доходам от миссий упасть так низко. Я попрошу помощи у Даймео Огня, но подозреваю нам повезет, если мы получим пять процентов от нашей ежегодной прибыли и для нас это капля в море. Он всегда говорил, что деревня должна быть самодостаточной. Отдел Логистики должен будет произвести подсчеты, но давайте предположим, что самое большее мы можем позволить доходу опустить до 80% от текущего.
   Для повышения количества живой силы на ближайшее будущее я обьявляю в деревне ограниченное военное положение. Все неактивные шиноби будут восстановлены, включая глав кланов и старейшин. Все отпуска и отгулы настоящим отменяются и все шиноби из резерва будут призваны на активную службу. Дракон, сколько дополнительных шиноби это нам даст?
   Дракон немного подумал, затем ответил, - Теоретически это даст нам трех АНБУ, около 40 джонинов, 90 специальных джонинов и больше двух сотен чунинов. Но, учитывая как долго эти шиноби не были в поле я ожидаю, что число джонинов и специальных джонинов будет значительно ниже, по крайней мере, в ближайшее время.
   Сарутоби задумчиво кивнул. - Понятно. Я также увеличу отчисления от миссий деревне на дополнительные 25%. Отдел Логистики вычислит более точные цифры когда ситуация прояснится. По крайней мере, это даст нам время натренировать или поставить в строй дополнительных шиноби.
   Все присутствующие шиноби вздрогнули, но никто не запротестовал. Меры будут непопулярны, даже хуже чем отзыв членов кланов из отставки. Большая часть шиноби, особенно неклановых, жили на деньги от миссий. Дополнительный налог в 25% серьезно ударит им по карманам.
   - Для смягчения повышенных требований к шиноби, я также ввожу субсидии на коммунальные платежи и снаряжение. Все шиноби будут платить меньше за товары и услуги, пока я сочту это нужным.
   Шиноби немного расслабились, кивая про себя. Пусть у них и будет меньше денег, но эта мера значительно поможет и подсластит пилюлю обычным шиноби.
   Некоторые гражданские с другой стороны вздрогнули. Они знали, что сейчас не время протестовать, но не понимали, почему их прибыль должна уменьшаться. Если деревня обанкротится, это будет плохо, но ведь это в первую очередь проблема шиноби? Почему они должны жертвовать своими деньгами на субсидии шиноби? Если им нужно больше денег пусть выполняют больше миссий! Ведь для этого то шиноби и нужны!
   Сарутоби продолжил, не зная о мыслях гражданских советников. - Я хочу, чтобы вы все дали предложения, как сократить расходы и увеличить доходы, желательно без дополнительных налогов для шиноби. Учитывайте, что все шиноби способные выполнять миссии высокого ранга некоторое время будут недоступны на некоторое время. Мы повторно соберемся завтра утром и продолжим обсуждение. Но, прежде тем как мы закончим, есть еще один вопрос который нужно обсудить. Он касается того как Четвертый Хокаге смог победить хвостатого зверя.
   Советники-шиноби понимающе кивнули, хотя на лице Тсунаде на мгновенье мелькнул гнев. Некоторые заметили это, но никто не понял из-за чего. Гражданские же были смущены. Один из них, Наоки Танигучи заговорил - первый из гражданских с начала заседания. - Ах, Хокаге-сама, о чем вы? Разве Четвертый Хокаге не убил зверя?
   Сарутоби покачал головой. - Вообще-то, нет, он не убил его. Ни один шиноби не в состоянии убить хвостатого зверя, даже слабейшего из них - однохвостого. Вместо этого Четвертый запечатал его в сосуд. Важно то, как он сделал это. Минато, вместе с Джираей изучал тайную печать известную как "Всепоглощающую печать Шинигами". Они оба согласились что это сильнейшая печать из существующих и поэтому он выбрал ее для запечатывания зверя. Он сделал это зная что ценой за использование печати будет его жизнь.
   Насколько я понял, изначально Минато хотел использовать Шинигами чтобы убить зверя или хотя бы лишить его силы. Гамабунта, призыв Минато, присутствовал при запечатывании и рассказал Джирае что там произошло. Вкратце, Шинигами не смог убить хвостатого. Вместо этого Шинигами сообщил Минато что зверь будет запечатан в сосуд и изгнан на сто лет после разрушения сосуда.
   Присутствующие расслабились, выпуская напряжение которое непроизвольно испытывали с начала рассказа Сарутоби о запечатывании. Сто лет, прежде чем зверь сможет вернуться и напасть на деревню. Шиноби, знакомые с печатями и слышавшие о судьбе других хвостатых зверей уже добавляли годы и десятилетия к сроку, учитывая продолжительность жизни ребенка ставшего сосудом. Гражданские, редко встречавшие печати и не знакомые с реалиями шиноби подумали совершенно о другом.
   Наоки опять заговорил, с любопытством на лице. - А что за сосуд, Хокаге-сама?
   - Не Что. Кто...
   - Что? Четвертый превратил зверя в человека? - завопил Наоки.
   Сарутоби был поражен, удивленный заключением Наоки. - Нет, он не превратил зверя в человека, он запечатал зверя внутри ребенка. По существу, ребенок это тюрьма для зверя. Только человек может сдержать хвостатого зверя, и чем моложе ребенок, тем надежнее печать, - ответил Сарутоби стараясь сделать объяснение простым и понятным для гражданских с их ограниченными знаниями о печатях.
   Наоки медленно успокоившись, закивал головой. - Я... понял, я думаю. Это довольно таки.... неприятно. В любом случае я так понял о звере, или ребенке, или что оно там есть, уже позаботились?
   Тсунаде вскочила на ноги. - Ты что имел в виду? - заорала она, сжав кулаки. Йошиказу Нара вздрогнул, начав собирать воедино тревожную картину, включающую в себя другие факты, связанные с Тсунаде, Минато... и Кушиной. Несколько других шиноби перешептывались, удивляясь как вспышке Тсунаде так и вопросу Наоки.
   Наоки отшатнулся, пораженный ее вспышкой гнева. - Хокаге просто сказал, что зверь будет изгнан на сто лет после разрушения сосуда. Поскольку сосуд это человек я предположил что `разрушение' означает смерть. Это позор, но...
   Лицо Тсунаде приобрело особо яркий оттенок красного, и она в неразличимом мерцании прыгнула через комнату, определенно намереваясь пробить советником пол и не особо заботясь, переживет ли он этот опыт. Только быстрая реакция Дракона спасла жизнь Наоки когда тот выдернул советника с ее пути. Кулак Тсунадо прошел сквозь пустой воздух и встретился с полом, раздробив его и хлестнув осколками по ближайшим советникам.
   Комната погрузилась в хаос. Гражданские разбегались с воплями страха или ярости, пока шиноби бросились сдерживать Тсунаде. Тень Йошиказу соединилась с Тсунаде и заставила ее застыть, пока Акимичи схватил ее за руки, а Хьюга активировал бьякуган и приготовился парализовать ее при необходимости.
   Сам Наоки был в ступоре, даже после того как Дракон поднял его на ноги. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы собраться, после чего его голос прорезался сквозь гам. - Что? Почему... Ты только что пыталась убить меня! - заорал он.
   Тсунаде зарычала на него, ее лицо все еще красное от ярости, но не ответила. Наоки запнулся на мгновенье, потом собирался продолжить, когда его перебил Сарутоби.
   - Советник Танагучи, - заговорил Сарутоби голосом холодным и твердым как сталь. - Вы только что предположили, что я лично, или через посредника учувствовал в преднамеренном убийстве новорожденного младенца. Объяснитесь.
   Наоки резко побледнел, чувствую недовольство Сарутоби. Тем не менее, он успокоился и, поправив пиджак, обратился к присутствующим. - Мои извинения, Хокаге-сама, я, наверное, оговорился. Я просто имел в виду, что в данной ситуации кажется разумным уничтожить риск возвращения хвостатого зверя наиболее быстро и надежно. Я не говорю что понимаю планы Четвертого Хокаге, но вы сами сказали что запечатывание прошло не так как предполагалось. Учитывая это, мы не знаем в каком состоянии печать и насколько она будет эффективной. Далее, вы упомянули, что сам Шинигами сказал, что в случае разрушения печати хвостатый зверь будет изгнан на сто лет. Поэтому если мы намеренно разрушим печать, то сможем гарантировать сто лет безопасности от угрозы.
   Изначально я предполагал, что сосуд это предмет. Это трагедия, что человек должен быть принесен в жертву, но я надеюсь, что кем бы не были родители младенца, их успокоит знание того, что их жертва на многие годы принесет деревне безопасность.
   Вся комната в ошеломленном молчании выслушивала, как Наоки излагал свои размышления. Шиноби были вынуждены признать, что в его аргументах был логика, хотя и извращенная.
   Тсунаде попыталась опять атаковать советника в конце его объяснений, но ее удерживали на месте объединенными усилиями окружающих шиноби.
   Наоки понял, что шиноби не согласны с его абсолютно разумными объяснениями и отчаянно попытался отвлечь их внимание от текущей темы, хотя бы немного. Немного подхалимства не повредит, подумал он. И опять заговорил, так как его осенила идея. - Ах, вообще-то, Хокаге-сама, вы не упомянули имена ребенка и его родителей. Их должны считать героями в деревне за их жертву. Так кто... ах, сосуд?
   Сарутоби изначально хотел приструнить советника за его инсинуации и ущербную логику, но понял, что не может. Технически все, что тот сказал, было правдой. Запечатывание прошло не так как планировалось, зверь будет изгнан, если ребенок умрет, и, как бы он не ненавидел саму идею, убийство ребенка обеспечит сто лет мира. А поскольку Наоки как и большинство гражданских верил что печать ущербна они не примут то, что каждый день жизни ребенка добавлялся к столетнему сроку.
   Пока он думал, как объяснить ситуацию, чтобы убрать мысли об убийстве из их голов, он услышал последний вопрос Наоки. Ему в голову пришло несколько сценариев, когда имя Наруто распространяется по деревне, и находятся желающие стать героями "убив зверя". Поэтому он быстро ответил, чтобы ликвидировать эту угрозу.
   - Нет, я не сказал его имя и не скажу. С этого момента имя сосуда хвостатого зверя считается секретом S-ранга, и будет защищаться как таковой. Если вы выдадите секрет тому, кто его еще не знает, вы будете немедленно казнены, - сказал Саратоби. Будь он проклят, если он позволит навредить сыну Минато, особенно невежественным глупцам.
   - Далее, советник Танагучи, вы были правы когда сказали что не понимаете планов Четвертого, и должны учитывать это прежде чем вмешиваться в дела шиноби в будущем. Это вопрос не обсуждается, и обсуждаться не будет. Я ясно выразился?
   Наоки был шокирован тем, как Хокаге отмел его озабоченность. Он медленно кивнул, зная, что любой другой ответ сделает только хуже.
   - Это касается всех, - продолжил Сарутоби, сурово глядя на присутствующих. Другие шиноби резко закивали, большинство понимали его причины и знали, что личность сосудов для хвостатых зверей часто была секретом S-ранга. Тсунаде начала успокаиваться когда Третий справился с ситуацией к ее удовлетворению, что не помешало ей бросить неприязненный взгляд на Наоки.
   - Хорошо. Мы продолжим завтра утром, и я ожидаю услышать полезные идеи о том, как усилить деревню. Все свободны, - сказал Сарутоби и быстро вышел из комнаты. Другие шиноби последовали за ним по пятам, большинство мысленно составляя список шиноби готовых к активной службе и тех кому нужны тренировки.
   Тсунаде в последний раз зыркнула на Танагучи и вылетела из комнаты, бессвязно бормоча себе под нос. Фугаку Учиха вышел последним, с задумчивым выражением в глазах проигрывая в голове подробности заседания.
   Наоки продолжал пялиться на шиноби покидающих комнату. - И это все? Да она пыталась меня убить! Вы что ничего не предпримете? - спросил он, наполовину сам у себя. Похоже, что нет, если судить по пустым стульям. Он обменялся недоверчивым взглядом с одним из своих коллег советников оставшихся в комнате. Все оставшиеся подумали насколько же много изменилось за прошедшие 24 часа.
  
   Глава 4. Сложное положение.
  
   - Апрель 18, 338 ЭШ
  
   - 15:00
  
   - Коноха. Центральная библиотека.
  
   За три года после атаки Коноха медленно, но верно, восстанавливалась. Шиноби работали почти до предела (а некоторые и сверх предела), и были вынуждены отказаться от некоторых предметов роскоши, которые могли себе позволить в мирные времена, но, тем не менее, смогли удержать Коноху на плаву. С учетом последних выпускников Академии и приближающимся экзаменом чунинов, были разговоры о возвращении ситуации к приемлемому уровню, что значило уменьшение числа миссий для каждого шиноби. Для большинства ветеранов это было бы весьма желательно.
   Кьюоши был лишь в общих чертах осведомлен об общем положении дел в Конохе, но старался получить любую возможную информацию, которую мог использовать. Год после странных событий первой недели он провел в штаб-квартире АНБУ. Это дало ему доступ к огромному количеству информации, которую он естественно постарался заполучить. Он не только мог видеть как тренируются и учатся сильнейшие шиноби деревни, но и подслушивать информацию обо всех аспектах жизни деревни. Это значительно помогло ему понять, как живет деревня.
   Это закончилось через год. Его послали в приют к "детям его возраста", и он потерял доступ к жизненно важному источнику информации. Его протесты были отклонены как истерики и "проблемы с адаптацией", что еще больше его разозлило. Он продолжать протестовать целую неделю пока не понял, что они ни за что не вернут его в штаб-квартиру АНБУ. И, как начало происходить все чаще, он проглотил свою гордость и заставил себя приспосабливаться.
   Он решил создать связи с людьми его возраста, связи, которые в будущем могут оказаться полезными. Он обнаружил, что если воспринимать все как управление делами племени в Макае, то это хоть немного, но помогает. Он давно понял, что демоны и люди думают абсолютно по-разному, и все еще считал некоторые действия людей абсолютно непонятными. Тем не менее, он смирился и попытался подружиться с его "коллегами-сиротами".
   Это оказалось полнейшей потерей времени.
   Его начальные попытки привели его к единственно неизбежному выводу, что дети, пусть и являясь идиотами, были гораздо наблюдательнее взрослых людей. Несмотря на его изучение их поведения и попытки подражать их действиям и речи - попытки боле чем достаточные для обмана взрослых в приюте, он абсолютно провалился при попытке поладить с детьми. Проведя в его присутствии несколько часов, дети начинали избегать его, описывая его как "странного" или даже "жуткого". Они не могли объяснить, почему так считают взрослым, поэтому воспитатели отвечали обычными уговорами вроде "будьте хорошими" и "постарайтесь поладить". Спустя несколько месяцев это стало рутиной - дети вынуждено общались с ним пока их заставляли взрослые, но сами никогда не шли на контакт. Это продолжалось и по сей день.
   Несмотря на провал попыток общения, общая ситуация значительно улучшилась по мнению Кьюоши. Ирония была в том, что изоляция помогала ему ускользать незамеченным и изучать деревню. Изначально он сосредоточил внимание на том, как общаются взрослые люди, для того чтобы подготовиться на будущее, но потом резко сменил свой образ действий, когда обнаружил, что у людей есть хранилище всех их знаний, открытое для всех.
   Он потратил несколько часов, разрабатывая план, который позволит ему получить неограниченный доступ в эту "библиотеку" без привлечения лишнего внимания, но опять таки ему помогла его изоляция. После надоедания всем кто готов был его слушать с просьбами "научить его читать" потому что ему "скучно" из-за того что "никто не хочет с ним играть", он познакомился с печатным словом раньше, чем нормальные дети. Когда он невероятно быстро овладел навыком чтения, взрослые начали восхищенно говорить о "гениальном интеллекте" и даже поощрять его. Оценив возможности, Кьюоши с радостью подыграл им, сдавая любые тесты и отвечая на любые вопросы которые они задавали, пока он получал больше книг.
   Он был осторожен и демонстрировал интеллект, но не знания. Первое было полезным, второе же катастрофичным. Он "чудесным образом" постигал любую концепцию с первого раза, но был уверен что "не знает" если не мог объяснить, откуда у него знания. Впрочем, после того как он получил доступ к более продвинутым книгам, он получил оправдание способное отмести любые подозрения.
   Последние несколько месяцев Кьюоши провел, зарывшись в библиотеку, постепенно повышая сложность предметов которые изучал. Он уже изучал вещи, которые преподают детям вдвое старше, и надеялся скоро перейти к еще более сложным. Как только он продемонстрирует, что может понимать текст не хуже любого из взрослых, он сможет читать любые книги без возбуждения подозрений и перейдет к изучению более полезных вещей, таких как человеческая психология и теория чакры. Даже словари, которые давали ему раньше оказались гораздо полезнее, чем он мог представить, показав ему человеческую точку зрения на мир.
   Кьюоши улыбнулся про себя, открывая следующую книгу - "Легенды о Хвостатых зверях". О да, его ситуация была раздражающей, но и не лишенной преимуществ.
  
   ***
  
   - 17:30
  
   - Снаружи Центральной библиотеки Конохи.
  
   - Вы уверены в этом? Я имею в виду, это просто ребенок. Четыре, может быть пяти лет? Что в нем может быть опасного? - тихо спросил Масато. Он был человеком с заурядной внешностью - короткие темные волосы, средний рост, немного полноват, обычная дешевая одежда. Большинство людей никогда не смотрели на него дважды, чего он и добивался. В данный момент он опирался на стену здания напротив библиотеки, сложив руки на груди и рассматривая прохожих.
   - Да, я уверен. Наш источник был очень конкретным. Сам ребенок не угроза, но я не могу сказать тебе, в чем дело. Есть закон запрещающий это. - Его собеседник носил такую же одежду, хотя был видно, что ему в ней неудобно, как будто он не был к ней привычен. На его голове была большая шляпа, отбрасывающая тень и скрывающая большую часть его лица.
   - А еще есть законы против убийств. Особенно против убийств детей. Достойные люди принимают такие вещи вроде как близко к сердцу, - с сомнением сказал Масато, глядя на другого мужчину.
   - Как будто тебе не все равно. Ты уже получил деньги, теперь делай работу. - Резко ответил мужчина, после чего развернулся и ушел.
   Масао ухмыльнулся после ухода своего собеседника, после чего перевел взгляд на библиотеку. Старый ублюдок с его самоуверенным отношением действовал ему на нервы, и он просто обожал бесить таких людей. Они относятся к нему как к мусору, а сами нанимают его убивать детей. Лицемеры.
   Хотя, заказчик был прав в одном - пока ему платили, ему было все равно, что делать. Его "друг" был так любезен, что заплатил наперед и весьма неплохо. Несмотря на все эти предостережения и страшилки о таинственной угрозе и гражданском долге, Масао был готов поспорить, что этот пацан всего лишь незаконный бастард, существование которого приносит неудобства богатому торговцу или знатной шишке. Его не первый раз нанимают подчищать такого рода неудобства и вероятно не последний.
   Еще пять минут ожидания и его цель вышла из библиотеки нагруженная книгами. Странновато видеть ребенка читающего так много, но это дает ему превосходный предлог приблизиться к цели не возбуждая подозрений.
   - Эй, парнишка, помочь тебе с книгами? - спросил Масао с дружелюбной улыбкой.
  
   ***
  
   - 23:00
  
   - Кабинет Хокаге
  
   Ибики Морино и Иноичи Яманака настороженно стояли перед столом Хокаге. Их тела были напряжены, а руки сцеплены за спинами. Они профессионально удерживали выражения лиц под контролем, но струйки пота стекали по их лицам, несмотря на прохладу кабинета. Их настороженные глаза были прикованы к сидящему за столом человеку. За ними стоял Командующий АНБУ в своей неизменной драконьей маске.
   Объект их беспокойства - Хирузен Сарутоби, сидел с руками сжатыми перед лицом и опущенной головой. Его тело время от времени вздрагивало и тряслось. Но они не считали это признаком слабости или болезни. Нет, КИ (сокращение от английского "killer intend" - намерение убить - прим. переводчика) заполняющий комнату ясно указывал, что Хокаге прямо сейчас был очень, очень зол. Они только надеялись, что он не станет вымещать злость на них.
   Кулак Сарутоби неожиданно врезался в стол. С громким треском часть стола разлетелась от силы удара. - Проклятье! - Заорал он. - Дракон, как, черт побери, это случилось?
   Дракон резко кивнул. - Мне нет прощения Хокаге-сама. Ястреб и Кот оценили приближающегося человека и решили, что он не представляет угрозы, так как является безоружным и обладает уровнем чакры гражданского, тем самым не представляю угрозы. Учитывая его... теперешнее состояние, мы не можем определить, где он нес нож или как скрывал его. Учитывая его тактику и скорость атаки, ми можем предполагать, что он был профессиональным убийцей. Мы не смогли определить, обучался ли он на шиноби, но учитывая его малые резервы это маловероятно.
   Сарутоби тихо зарычал, но сдержал свой импульс сорваться на Командующего АНБУ. Сомнения в способностях его АНБУ не приведет его ни к чему, и вероятнее всего причинит больше вреда, чем пользы. Однако это не означало, что они избегут наказания. - Ястеб и Кот пройдут повторную тренировку в течение двух следующих недель. Я хочу, чтобы они обратились к Гаю для проведения интенсивных тренировок по рукопашному бою. Все понятно?
   Дракон вздрогнул. Гай Майто проявил себя как гений тайдзюцу и считался сильнейшим шиноби Конохи в рукопашном бою. Абсолютно брутальные тренировочные методы, которые он практиковал, были еще более легендарными и Гай считал их "нормальными". Дракон не мог представить, что могло быть "интенсивным" для Гая. Ястреба и Кота ожидают две очень, очень болезненные недели.
   - Да, Хокаге-сама, - натянуто ответил Дракон.
   Сарутоби замер, затем затронул тему волновавшую его больше всего. - Что вы можете доложить о... реакции Наруто?
   Дракон помолчал, после чего ответил. - Основываясь на рапортах Ястреба и Кота, сразу, после того как убийца ударил Наруто, он развернулся и попытался уйти. Они считают, что он хотел покинуть место происшествия, прежде чем все заметят случившееся. Однако он не успел сделать и двух шагов, как чакра хвостатого зверя вырвалась из тела Наруто и сформировала то, что они описывают как "большие звериные когти". Когти из чакры схватили атаковавшего и подтащили к Наруто. АНБУ утверждают, что убийца начал кричать сразу после того как когти дотронулись до него, а наш анализ останков показывает, что большая часть его тела сожжена или растворена.
   Наши медики пришли к заключению, что чара хвостатого имеет свойства огня или кислоты. Без дальнейших экспериментов нельзя сказать всегда ли она ведет так для всех кроме Наруто или может менять свои свойства в зависимости от ситуации. Мы можем определенно сказать, что Наруто не понес никаких вредных последствий от использования чакры зверя.
   Сарутоби немного расслабился и знаком велел Дракону продолжать.
   - Как только когти обхватили нападавшего, они раздавили его и разорвали на части, что убило его более-менее мгновенно. Как только с убийцей было покончено, чакра втянулась в Наруто а он упал. Ястреб обезопасил место происшествия и вызвал медиков, а Кот оказал первую помощь.
   Третий немного задумался, после чего спросил, - Вы думаете, Наруто контролировал чакру зверя?
   - Я не думаю, что он осознавал свои действия, но я уверен, что чакра была под контролем. Чакра не проявила враждебности как во время атаки, что является свидетельством отсутствия сознания зверя. Думаю, чакра зверя была использована инстинктивно, в ответ на жестокость атаки. Если бы зверь контролировал чакру, то трое случайных прохожих были бы следующими целями. Вместо этого чакра была немедленно отозвана после исчезновения угрозы.
   - Что случилось с гражданскими?
   - Они были задержаны для допроса, официально как свидетели - в данный момент они все еще содержаться в штаб-квартире АНБУ. Я прошу официального разрешения на изменение или стирание их памяти для предотвращения распространения идентификации Наруто среди гражданского населения, после окончания их допроса.
   - Разрешаю, - немедленно ответил Сарутоби. После чего повернулся к Ибики. - Что вы смогли выяснить?
   - Поскольку мы не могли допросить нападавшего, мы опросили всех неподалеку от места происшествия в поисках свидетелей. Основываясь на описании его внешности, одна из библиотекарей упомянула, что видела его разговаривающим с кем-то в большой шляпе скрывающей лицо незадолго до атаки. С таким ограниченным описанием мы не смогли найти этого человека. Отряд Инязук попытался взять след, но место было слишком оживленным и они не преуспели.
   - Пока что мы смогли составить список персон осведомленных о личности и статусе Наруто. Учитывая события во время атаки зверя все шиноби в курсе существования сосуда и то, что он был рожден перед 10 октября, но не более. В списке тех, кто знает личность Наруто все равно более трех сотен человек. Командующий АНБУ и Командующий Джонинами, так же как и главы кланов в курсе. Так же и Джирая-сама. Как личный врач Наруто, Шизуне-сама и ее персонал тоже в курсе. Вдобавок из-за их способности определить наличие чакры зверя мы пошли на риск, проинформировав всех членов кланов Абураме, Хьюга и Учиха. В связи с взаимодействием хвостатого и их клановых дзюцу все Яманаки были так же проинформированы.
   - Далее, из-за пребывания Наруто в штаб-квартире АНБУ и частых заданий по его охране, все бывшие и теперешние АНБУ знают о его статусе. Есть некоторое количество медиков обученных оказывать помощь Наруто в командах по оказанию неотложной помощи, чтобы не информировать весь медперсонал. К счастью такой был в группе прибывшей на место инцидента. Все шиноби из списка считаются надежными и стоят на хорошем счету.
   - Так же следует учесть, что Шизуне-сама была под следствием, после того как... ее учитель покинула деревню. Поскольку я не в курсе деталей ситуации я не могу ничего сказать о вероятности ее причастности, - закончил Ибики.
   - Учитывая природу утечки, Шизуне-чан и ее учитель вне подозрений, - отмел его слова Сарутоби. Он знал еще одно имя, которое мог добавить в список, но не собирался упоминать его в этой компании. - Я заметил, что никто из гражданских не был упомянут, - медленно сказал Хокаге. - И тем не менее, кто-то нанял убийцу. Должен ли подозревать одно из моих шиноби?
   - Нет, Хокаге-сама, - побледнев, быстро ответил Ибики. - Однако, учитывая количество вовлеченных, невозможно определить допустил ли кто-то утечку. Так же, всегда есть возможность, что информация была разглашена случайно, без знания виновника. Пока расследование зашло в тупик.
   Сарутоби кивнул с бесстрастным лицом. Внутри же он кипел. Кто-то попытался убить сына Минато, мальчика которого он считал собственным внуком. И пусть напавший был мертв, но человек или группа заказавшие убийство избегут ответственности.
   Он повернулся к Иноичи. - Как дела у Наруто-куна?
   Иноичи нахмурился, неуверенный как начать. Однако под нетерпеливым взглядом Сарутоби он начал с больничного отчета. - Наруто-кун очнулся и мог связно говорить примерно через два часа после инцидента, вскоре после завершения операции. Он без проблем ответил на мои вопросы, пока я навещал его. Вдобавок, Шизуне-сама провела последнюю проверку полчаса назад и не смогла найти ни малейшего следа от раны. Вообще...
   Остальные шиноби были поражены его словами. Сарутоби удивленно приподнял брови. - Ястреб и Кот докладывали, что нож был воткнут в бок Нруто..., - сказал он, бросив взгляд на Дракона. Тот кивнул, подтверждая его слова.
   Иноичи покачал головой. - По моим личным наблюдениям, учитывая состояние его одежды и количество крови - ну может и не крови. - Он прервался и слегка пожал плечами. После чего решил начать с начала. - На его рубашке есть разрез, который находится примерно между четвертым и пятым ребрами, подразумевая, что удар был нанесен в сердце. Вдобавок шиноби-медик первым оперировший его говорил, что извлек примерно шесть дюймов лезвия из бока Наруто, более чем достаточно, чтобы достать до сердца. Насколько я понимаю, АНБУ в данный момент исследуют нож в поисках улик. - Дракон опять кивнул на предположение Иноичи. Тот продолжил. - Тем не менее, как я и говорил, последний осмотр не показал никаких следов раны. Шизуне-сама предположила, что рана зажила без шрамов в течение пяти часов, возможно даже быстрее.
   Ибики присвистнул. - Впечатляет. Это работа зверя или у одного из его родителей был улучшенный геном? - Спросил он, с интересом глядя на Хокаге. Хотя Ибики и был одним из посвященных в статус Наруто, его происхождение было совсем другим делом. Насколько он знал только Хокаге и те, кого он лично известил, были в курсе о личности родителей Наруто, хотя теорий о его происхождении было много.
   Сарутоби вздохнул. - Это определенно побочный эффект присутствия зверя в печати. Когда его впервые осматривали после запечатывания, шиноби-медик утверждал что чакра зверя распространена по его телу и каким-то образом "помогает" ему. Я бы назвал быстрое лечение помощью, а вы?
   Остальные присутствующие нервно заерзали. Было нехорошим знаком, что Сарутоби до сих пор не мог назвать имя Тсунаде, несмотря на то, что в тех обстоятельствах он мог разрешить осмотреть Наруто только ей. В любом случае, обратно к делу.
   Иноичи нервно прочистил горло. - Тем не менее, похоже, что возникли некоторые... сложности после его использования чакры зверя. На его лице появились едва заметные отметины - по три линии с каждой стороны. Нужно быть очень близко, чтобы заметить их, но они определенно часть кожи. Шизуне-сама считает, что это последствия увеличения количества чакры хвостатого циркулирующей в его теле. Она определила, что в данный момент чакры зверя стало в три раза больше по сравнению с тем временем, когда его поместили в приют. Это вдобавок к его собственным запасам чакры, которые весьма велики для ребенка его возраста - такие скорее можно увидеть у элитного генина.
   - Кроме как отметин на щеках Наруто физически в полном порядке и скоро... а точнее уже полностью оправился. Однако у меня есть серьезные беспокойства относительно его психического состояния.
   Сарутоби полностью сфокусировался на Иноичи, к явному дискомфорту Яманаки. - Объясни.
   - Хотя я и не могу использовать дзюцу переноса разума для более тщательной проверки, я тренирован как психолог и задал ему стандартную серию пост-травматических вопросов для проверки его психического состояния. Которое я нашел... нарушенным. Наруто полностью помнит произошедшие события, но у него нет никаких переживаний связанных ними. Он, похоже, понимает, что кто-то пытался убить его, но не ощущает ничего кроне незначительного раздражения из-за попытки. С точно таким же пренебрежением он относится и к собственным действиям, попросту утверждая что "убрал угрозу". Со всей серьезностью, он был сильнее расстроен тем, что пострадали его книги, чем тем, что кто-то пытался убить его. Или что он... разорвал в ответ атаковавшего на части. Учитывая это я не могу согласиться с оценкой Дракон-саном его действий, по крайней мере, частично. Хотя чакра хвостатого и была использована инстинктивно, но у Наруто были намерения убить напавшего быстро и решительно.
   - Я, в общем, знаком с развитием Наруто до этого времени и соглашусь с тем, что он невероятно интеллектуален и ведет себя старше его возраста, хотя и срывается время от времени. Я заметил, что эти срывы происходят тогда, когда кто отрывает его от учебы. Его предыдущие наблюдатели утверждают, что он слишком умен, чтобы поладить со своими сверстниками и что он ищет одобрения и принятия через учебу и учебные достижения. До сегодняшнего дня я мог бы с ними согласится.
   Сарутоби почувствовал, как его живот свело от страха и беспокойства. Он знал, что ему не понравится то, что скажет Иноичи.
   - Тем не менее, после моей беседы с ним ранее, я вспомнил несколько других случаев, с которыми работал и не в хорошем смысле. Я опять просмотрел все записи вплоть до его нахождения в штаб-квартире АНБУ и его поведение в целом соответствует моей теории. - Иноичи сделал паузу и медленно выдохнул. Он продолжил говорить ровным и спокойным голосом.
   - Наруто постоянно стремится улучшиться, и выработал особенности личности, которые он использует для скрытия от внешнего мира. Он также невероятно прагматичен, абсурдно для ребенка и считает вред для себя незначительным по сравнению со своими целями. Он также избегает формировать эмоциональную привязанность к людям не похожим на него.
   Лицо Сарутоби резко побледнело, по мере того как Иноичи говорил, а Ибики выглядел, как будто ему стало плохо. Невозможно было сказать, что выражало лицо Дракона под маской, но его жесткая поза говорила о том, что он напряжен.
   - Я думаю что присутствие в его теле чакры зверя подстегнуло развитее его психики раньше чем это нормально для ребенка и Шизуне сама считает это вполне вероятным, по крайней мере, в теории. Я считаю, что Наруто осознавал окружающее уже в возрасте шести месяцев и запомнил свое пребывание в штаб-квартире АНБУ. Далее я считаю, что Наруто развил свою личность, руководствуясь примером людей, которых он видел в самых ранних воспоминаниях.
   Иноичи замер, позволив остальным осмыслить его слова. После некоторого времени напряженного молчания со стороны других он продолжил.
   - Наруто проявил бурную реакцию только раз, сразу после того, как его перевели в приют. Этот период длился неделю. Все считали, что у него просто проблемы с приспосабливанием к его новому окружению, но сейчас я в этом не уверен. Если я прав и Наруто помнит настолько раннее события, он, вероятно, считает, что его выгнали из АНБУ и с тех пор пытается туда вернуться.
   Мысленно Сарутоби вернулся к его предыдущим встречам с Наруто и их разговоры приобрели совсем другой смысл, в свете теории Иноичи.
   - Вы будете мною гордиться, Хокаге-сама, - сказал Наруто с выражением лица одновременно серьезным и милым.
   Сарутоби снисходительно улыбнулся и, наклонившись, похлопал его по голове. - Тебе не нужно назвать меня так, ты же знаешь. Я не против того, чтобы ты называл меня дедушкой.
   Наруто с выражением замешательства на лице нахмурился, все еще остался милым. - Но ведь это не будет должным обращением, не так ли Хокаге-сама?
   Еще одно воспоминание, несколько месяцев назад, когда он узнал о невероятных результатах тестов Наруто.
   - Это очень впечатляюще, Наруто-кун. Если ты и дальше так продолжишь, у меня может быть будет специальное назначение для тебя, - сказал Сарутоби, пытаясь поощрить мальчика и показать, что он горд и счастлив за него.
   Глаза Наруто вспыхнули, и он радостно сказал, - Спасибо, дедушка Хокаге!
   Если Иноичи был прав, Наруто считал эти встречи не визитами дедушки как надеялся Третий. Наруто считал это оценкой его достижений вышестоящим шиноби, которую он хотел пройти любой ценой.
   Сарутоби тяжело откинулся в своем кресле, его глаза были расфокусированы, пока он вспоминал другие встречи с Наруто. И все они превращались в жуткую насмешку над отношениями, которые он пытался выстроить с мальчиком. - Боже, как это могло случиться? - спросил он. Никто из присутствующих не ответил.
   После нескольких минут молчаливого созерцания Сарутоби обратил внимание на Иноичи и спросил, - Что мы можем сделать, чтобы исправить это?
   Иноичи нервно поежился. - На этом этапе я не уверен, что это может быть исправлено в том смысле, который вы подразумеваете. Наруто, скорее всего, навсегда сохранит черты АНБУ. Тем не менее, еще есть время показать Наруто, что он не должен посвящать все свое время попыткам вернуть в АНБУ. После терапии, я думаю, он научится ценить свою жизнь и начнет взаимодействовать со сверстниками. Тем не менее, я считаю, что сверстниками должны быть дети из кланов шиноби а не гражданские. Учитывая его неизбежную будущую карьеру, маловероятно, что он будет уважать детей гражданских достаточно, чтобы счесть их достойными своего времени, не говоря уже о дружбе. Преодоление этого препятствия займет гораздо больше времени.
   Сарутоби медленно кивнул, его мысли были заняты планами и возможностями. Ситуация была его виной, по крайней мере частично. Если бы она осталась и следила за развитием Наруто, они, вероятно, обнаружили проблему раньше. Шизуне была умелой, но ей не хватало ее опыта, и в своей паранойе он запретил Шизуне видеть Наруто больше года. Сейчас он проклинал себя за это решение. Тихий предательский голосок в его голове шептал, что был еще кто-то, кто мог - кто должен был - присматривать за Наруто пока тот рос. Он подавил его механически, как и много раз до того.
   Прошло несколько минут и все шиноби были погружены в свои мысли, ожидая пока Хокаге или спросит их мнения или выскажет свое решение.
   Иноичи сглотнул, когда Хокаге повернулся к нему с небольшой улыбкой на лице, - Ты говоришь, Наруто-куну нужна терапия.
   - Да, Хокаге-сама, - ответил тот нервно.
   Сарутоби кивнул сам себе, его улыбка стала шире, - И ты считаешь, что он с больше вероятностью начнет формировать отношения с детьми шиноби а не гражданских.
   - Да, Хокаге-сама.
   Улыбка стала еще шире, и Иноичи почувствовал, что у него пересохло в горле. - И у тебя есть дочь его возраста, не так ли?
   - Да, Хока... подождите, что?!
  
   ***
  
   - Апрель 19
  
   - 8:00
  
   - Штаб-квартира АНБУ, больничное крыло
  
   Кьюоши все еще лежал на больничной кровати, когда услышал и почувствовал, что Шизуне вошла в комнату. Вместо того чтобы дать понять, что почувствовал ее, он продолжил притворяться спящим.
   - Проснись и пой, Наруто-кун! - радостно провозгласила она, раздвигая шторы.
   Кьюоши идеально сыграл свою роль, проворчав что-то бессвязное, и повернувшись набок, натянув одеяло на голову.
   - Ну, ну, не надо капризничать. Пора завтракать, а потом я сделаю еще одну проверку. Если все будет в порядке, ты сможешь пойти домой, - продолжила Шизуне с ноткой удивления в строгом голосе. Она была рада видеть, что он ведет себя как нормальный ребенок. Его обычное поведение могло быть беспокоящим.
   Кьюоши еще немного поворчал, но медленно сел и потянулся. Уголком глаза он увидел, что Шизуне улыбается ему. Он был хорошо знаком с ней, так как она стала его основным врачом после перевода в приют. Она также настаивала, чтобы он называл ее "сестрицей Шизуне", хотя ему доставляло огромное удовольствие раздражать ее, каждый раз забывая об этом. Говоря о...
   - Доброе утро, Шизуне-сама, - лениво ответил он.
   Шизуне фыркнула и топнула ногой, - Сколько тебе раз говорить, чтобы ты называл меня "сестрицей"? Честно, для кого-то настолько умного у тебя ужасная память.
   - Извините, Шизуне-са... э-э... сестрица. Просто все остальные называют тебя вот. Вот я и..., - объяснил Кьюоши.
   - А я продолжаю говорить, что ты не все остальные. Ты этого не помнишь, но присутствовала при твоих родах, знаешь ли.
   Внутри тела Наруто, Кьюоши закатил глаза. Он давно сбился со счета, сколько раз она говорила ему это. Снаружи он улыбнулся и почесал щеку, выглядя слегка смущенным.
   Когда они сели и начали завтракать (после того как Шизуне в очередной раз настояла чтобы присоединиться к нему), Кьюоши решил, наконец, поднять вопрос, к которому он долго готовился.
   - Эй, сестрица Шизуне... а как можно стать шиноби-медиком? - спросил Кьюоши с глазами сверкающими любопытством. Он все еще был не очень хорош в чтении людей и пропустил вспышку радости в ее глазах, после того как задал вопрос.
   - Авв, неужели кто-то хочет быть таким же, как его старшая сестра? Ну, это потребует очень много времени и очень трудно, но ты можешь оказаться достаточно умным, чтобы сделать это, - поддразнила она его. Затем уже более серьезным тоном она продолжила. - Но сначала тебе нужно стать генином. Никому не разрешается учить медицинские техники пока они не станут активными шиноби деревни, в конце концов.
   Кьюоши опять внутренне закатил глаза. Привычка людей дразнить детей была невероятно раздражающей. По крайней мере, он мог дразнить их в ответ, часто без их на то ведома.
   - Но это не значит, что ты не можешь начать готовиться заранее. У меня есть несколько книг, которые помогут тебе определиться, если ты заинтересован, - предложила она.
   Кьюоши широко улыбнулся, используя выражение лица, которое, похоже, нравилось взрослым. Конечно же, Шизуне заулыбалась в ответ. - Действительно? Это будет здорово! Спасибо сестрица Шизуне.
   "Это действительно было бы великолепно", думал Кьюоши. Без шиноби медика, направляющего его усилия по лечению тела Наруто, ему потребовалось бы гораздо больше времени на устранение ущерба. Он был хорошо знаком с тем, как должно функционировать тело Наруто и знал, как оно росло и развивалось со временем, но исправить урон такого уровня было сложнее. Если бы он прошел обучение, то смог бы исправлять любой урон гораздо быстрее и может быть даже оптимизировать или изменить тело для своих нужд.
   В данный момент тело могло выдержать немного йокая прежде чем начать разрушаться от напряжения, хотя он постепенно увеличивал количество йокая с которым оно могло справиться. Выделение йокая наружу, как тогда когда он убил этого идиота ранее, вызывало меньше напряжения на тело и было ограничено больше печатью, чем телом. К сожалению, это было явным раскрытием и могло привлечь неприятное внимание.
   Его вчерашнее использование йокая было осознанным риском. Учитывая его наблюдения человеческих реакций, было вероятно, что дальнейшее использование йокая вне ситуаций "жизни или смерти" не будет оценено благоприятно. Поэтому ему нужно было найти альтернативные способы использования своей силы, по крайней мере в ближайшее время. Несмотря на его успех в увеличении количестве йокая за пределами печати, он предполагал, что любой джонин все еще был для него серьезно угрозой, возможно даже и чунины. Шиноби уровня АНБУ вероятно даже не вспотеет, разве что он приблизится к нему вплотную. Ему было нужно больше времени.
   Шизуне нахмурилась. Наруто опять ушел в себя, сидя с пустым лицом и сконцентрировавшись на своих мыслях. Она ненавидела, когда он делал так - ни один ребенок не должен выглядеть так. Она проклинала Хокаге за то, что тот держал ее вдали от мальчика так долго - она должна была растить его, а не какой-то приют, и уж определенно не АНБУ. Конечно, в идеале его должна была растить мать, но это не было возможно.
   - Наруто-кун, - сказала она, нежно ложа руку на его плечо. Его глаза дернулись к ее руке, а тело немного напряглось. Она ненавидела и эту его реакцию, но пока проигнорировала ее. - Заканчивай свой завтрак, и мы перейдем к твоему осмотру. Я уверена, ты хочешь вернуться в приют. - Она не стала говорить, что он вероятнее хотел вернуться к своим книгам, чем к друзьям, которых, насколько она знала, у него и не было.
   Их прервал стук в дверь, которая затем открылась, показав Хокаге и Иноичи Яманаку. Иноичи казался нервным из-за чего-то, но Хокаге выглядел довольным, как будто одержал какую-то победу. Шизуне ненавидела этот его вид - по ее опыту, для нее он не нёс ничего хорошего.
   - Приветствую, Хокаге-сама. Яманака-сан, - вежливо сказала Шизуне.
   - Привет, дедуля Хокаге, Яманака-сан, - сказал Наруто помахав. Глаза Иноичи немного расширились от фамильярного обращения Наруто к Хокаге, но его удивленное выражение быстро сменилось предыдущим нервным.
   - Здравствуйте, Шизуне-чан, Наруто-кун. Как ты себя чувствуешь сегодня? - спросил Хокаге, подходя к кровати Наруто.
   Наруто улыбнулся и начал энергично махать руками, как будто стараясь продемонстрировать свое здоровье. - Я чувствую себя отлично! Сестрица Шизуне проделала великолепную работу, вылечив меня! Я готов продолжить учебу и она сказала, что сегодня я смогу вернуться в приют.
   Хокаге поморщился, когда Наруто закончил говорить и обменялся значительным взглядом с Иноичи. Шизуне была смущена - она не услышала и не увидела ничего необычного в ответе Наруто, так что же заметили эти двое, что она упустила?
   - Вообще-то, Наруто-кун, мы хотели поговорить с тобой об этом. Мы думаем, будет лучше, если ты не вернешься в приют.
   Кьюоши тщательно подавил свое возбуждение. Было маловероятно, что они вернут его в штаб-квартиру АНБУ и залежам информации доступным там, но что угодно было лучше приюта. Возможно, атака вынудила Хокаге выполнить свое обещание о специальном назначении раньше. Тем не менее, он постарался убрать из своего голоса все чувства кроме незначительного интереса.
   - О. Так куда я пойду? - спросил он.
   Сарутоби кивнул про себя, заметив, что Наруто не возражал против идеи ухода из приюта. Он провел около часа, совещаясь с Иноичи как лучше озвучить их предложение и как его обосновать, и они ожидали такого ответа. - Я думаю, тебе будет лучше жить в семье шиноби, чьи дети разделяют твои интересы. У Яманаки-сана есть дочь твоего возраста, и он дружен с несколькими другими семьями шиноби, у которых тоже есть дети. Он вызвался взять тебя к себе. Что скажешь?
   Шизуне пошатнулась от шока. Ее как будто ударили в живот, и на мгновенье у нее перехватило дыхание. После всех этих лет присмотра за Наруто, после дюжин просьб и споров о том чтобы передать его под ее опеку, Хокаге просто... отдавал его. Да еще и Иноичи Яманаке, из всех людей. Да он даже не разговаривал с Наруто до вчерашнего дня! Она разрывалась между желаниями закричать от злости, бессильно рухнуть на пол или наброситься на Хокаге в ярости. Она была близка к этому, но смогла сдержаться, прежде чем делать что-то, о чем потом пожалеет.
   Сарутоби смотрел как Наруто моргает, определенно удивленный предложением а затем поворачивается к Иноичи. - Яманака-сан? Почему вы хотите, чтобы я жил с вами?
   Иноичи слегка вздрогнул. Несмотря на логичные и убедительные уговоры Хокаге, он все еще не был вполне уверен в идее. Он не имел ничего против Наруто, но его единственная дочь и так изматывала его, и он не был уверен, что сможет выдержать еще и Наруто. Тем не менее, он поговорил с женой и они оба согласились с идеей, так что нужно было идти до конца.
   - Ну, Наруто-кун, я знаю, что у тебя были трудности с тем, чтобы завести друзей в приюте, но как сказал Хокаге-сама, я думаю, тебе будет проще поладить с детьми из семей шиноби. Они станут друзьями на которых ты сможешь положиться, друзьями разделяющими твои интересы, возможно друзьями у которых ты сможешь учиться. - Судя по сиянию глаз Наруто, тот заинтересовался. Время нанести последний удар, - И, не буду хвастаться, но Яманаки считаются очень умными и у нас большая личная библиотека, которая тебе непременно понравиться.
   И Сарутоби и Яманака считали последнее решающим доводом и были весьма удивлены поняв, что Наруто все еще не уверен. А мальчик повернулся к Шизуне и спросил, - Сестрица Шизуне, что ты думаешь? Жизнь у Яманаки-сана поможет мне стать шиноби-медиком? - Шиноби-медиком? Во имя Бога, а это еще откуда взялось?
   Шизуне была очень рада, что Наруто обратился к ней за советом в чем-то настолько важном. Это доказывало, что ее усилия по формирования отношений с ним, все-таки не были бесплодными. Тем не менее, она постаралась отнестись к его вопросу со всей серьезностью и оценить ситуацию объективно. Было очевидно, что Хокаге не позволит ей стать опекуном Наруто, хотя она и была его лечащим врачом. И было сомнительно, что ему назначал другого врача, если он будет жить у семьи Яманака. Не говоря уже о том, что она была согласна с высказанными аргументами - Наруто будет лучше в доме шинобе чем в приюте. К тому же многие Яманаки были психологами и они... ох. Ох.
   Она повернулась к Хокаге и, глядя ему в глаза, подняла бровь, слегка наклонив голову в сторону Иноичи. Когда он мрачно кивнул в ответ на ее молчаливый вопрос, она наклонила голову чтобы скрыть свое лицо.
   Ей хотелось крикнуть Хокаге "Я ведь вам говорила". Потому что она говорила и не раз. Она говорила ему, что АНБУ плохо для Наруто, что приют плох для Наруто, но старый ублюдок отказывался слушать. А сейчас ситуация Наруто ухудшилась настолько, что ему был нужен круглосуточный присмотр психиатра.
   После нескольких секунд напряженного молчания она тихо выдохнула и повернулась к Наруто. - Да, я думаю, жизнь с Яманаками поможет тебе стать шиноби-медиком, или кем бы ты не захотел стать. Я думаю, ты будешь там счастлив. - Ей почти не больно было говорить это, по собственной воле отдавать его другой семье. Почти.
  
   *** Комментарий автора ***
   Что случилось с Тсунаде? Где Кушина? Почему Шизуне все еще в Конохе? Хорошие вопросы... на которые я пока не буду отвечать. Было достаточно подсказок, а те, кто не Нара могут подождать и узнать в последующих главах.
  
   ***
  
   Глава 5. Новый план.
  
   - Апрель 19, 338 ЭШ
  
   - 16:15
  
   - Резиденция Иноичи Яманаки
  
   - Ино-чан, можешь подойти сюда на минутку? - Позвала Кику Яманака из гостиной. Несмотря на то, что ожидало бы увидеть большинство людей, услышав фамилию Яманака, Кику не была блондинкой. Ее светло-каштановые волосы свободно спадали за спину, хотя она часто собирала их в хвостик, когда работала.
   Пусть и замужем за главой клана Яманака, она не была куноичи и не хотела ей быть. Кику выросла, работая в цветочном магазине родителей, и продолжала там работать даже после замужества. Ее муж Иноичи активно поддерживал ее, так как знал насколько ей дорог магазин, особенно после смерти ее родителей. Было очень удачно, что он так поступил - дополнительный доход от магазина представился им просто ниспосланным богами после нашествия хвостатого зверя и уменьшения прибылей от миссий.
   Так же Иноичи был у Кику под каблуком, и она знала это, хотя и не злоупотребляла этим фактом. Ее дочь унаследовала материнскую грацию и обаяние и была так же успешна в манипулировании своим отцом, как и многими другими людьми.
   - Иду, мамочка! - раздался голос Ино со второго этажа, быстро сменившись топотом ее ног, когда она сбегала по ступенькам. Девочка влетела в гостиную на полной скорости, чуть не врезавшись в стол, прежде чем остановилась перед кушеткой, на которой сидела ее мать. Даже в четыре года по лицу Ино было видно, что она вырастет настоящей красавицей. Ее светлые волосы были собраны в хвостик, а одета она была в короткое синее платье и сандалии.
   - Ино... сколько раз я говорила тебе не бегать по лестнице? - строгим голосом спросила Кику.
   Ино вздрогнула и сокрушенно сказала, - Извини мамочка. - Решив, что лучше будет сменить тему, она спросила. - Зачем ты меня звала?
   Кику неодобрительно покачала головой, но решила пока оставить это. - Что ж, у нас с твоим отцом был важный разговор вчера вечером, и мы хотели сообщить тебе, что произойдет. Но ничего плохого, - поспешила добавить Кику видя, что Ино начала мяться в волнении. - Вообще-то, я думаю, что ты будешь просто счастлива, хотя произойдут некоторые перемены.
   Ино быстро успокоилась после заверений матери, смутные безымянные страхи, которые нарисовало ее бурное воображение, развеялись под успокаивающим голосом матери. - Что измениться? О чем вы с папочкой говорили? - спросила она.
   - Ну, ты знаешь, как твой папочка иногда помогает людям?
   Она молчаливо кивнула, смутно вспоминая, что работа ее отца заключалась в долгих разговорах с людьми, после которых им становилось лучше. Она могла понять это - ей самой всегда становилось лучше после разговоров с отцом, так почему тогда и не всем остальным?
   - В общем, есть маленький мальчик, который очень сильно пострадал. Помнишь, как ты себя чувствовала, когда сломала руку, и мы с папочкой помогали тебе, пока ты не поправилась? Ну, этот мальчик пострадал еще сильнее, и у него нет мамочки и папочки, чтобы помочь ему, - мягко сказала ее мать.
   Ино сильно расстроилась, представив себе, как ужасно она бы себя чувствовала, если бы рядом не было родителей, когда ей было плохо. - Это так грустно! - выкрикнула она, надеясь, что история хорошо закончится.
   Кику улыбнулась, довольная сочувствием дочери и тем как развивается беседа. - Мы тоже так подумали, поэтому решили помочь ему. Мы решили, что он теперь будет жить с нами, чтобы у него были папочка и мамочка и даже сестренка, которые ему бы помогали. Я знаю, ты всегда хотела маленького братика, и вот теперь он у тебя будет.
   Ино была удивлена тем, как повернулась беседа, но Кику удачно привела свои аргументы - она смогла научиться не одному трюку у Иноичи за годы их совместной жизни, и к тому же хорошо понимала, как думает ее дочь. Лицо Ино задумчиво сморщилось, пока она переваривала новую информацию.
   - Он будет жить с нами?
   - Да, с этого дня.
   - И мы поможем ему выздороветь?
   - Да, мы поможем, - Кику мало знала о ситуации и не была так уверена внутри, но знала, что сейчас не время выражать сомнения.
   Ино поколебалась, прежде чем выпалила следующий вопрос. - И вы все еще будете моими мамочкой и папочкой? - неуверенно спросила она.
   Ее мать быстро встала с кушетки и, став возле Ино на колени, сжала ее в объятьях. - Всегда, Ино-чан. Мы любим тебя и ни за что не бросим.
   Ино наслаждалась объятьями матери, позволив теплу унести прочь ее сомнения. Спустя минуту она немного отпрянула и спросила с хитрой улыбкой, - А я могу заставить его называть меня сестрицей? (в оригинале тут было японское обращение к старшей сестре; мне кажется "сестрица" подходит больше всего - прим. переводчика)
   Кику мягко захихикала, расслабившись оттого, что Ино, похоже, приняла перемены в ее жизни. - Посмотрим милая, посмотрим.
   Ино захихикала вместе с матерью. - А как его зовут? Как он выглядит? - начала спрашивать она, немного успокоившись.
   - Ну, его зовут Наруто. Он действительно умный и любит много учиться. Но у него есть чувство юмора. Твой папочка рассказывал мне об одном разе, когда Наруто разговаривал с учителем и...
  
   ***
  
   - 17:00
  
   - Коноха
   Иноичи нервно провел рукой по волосам пока они с Наруто шли по дороге к его дому. Он знал, что Кику согласна с идеей усыновления Наруто - они оба понимали, что это будет именно усыновление, несмотря на а то, что по документам Наруто будет проходить долговременный курс лечения, но он волновался, как это воспримет Ино. Это все происходило слишком быстро, и он не был уверен, как его дочь воспримет вторжение другого ребенка в их повседневную жизнь. Он глубоко уважал Наруто и его ношу, но если это поставит под угрозу его отношения с дочерью, он в ту же секунду все отменит. Однако он надеялся, что все пройдет гладко.
   Он также понимал необходимость идти через город под хенге, техникой изменившей внешность его и Наруто. Пусть техника не выдержала бы тщательного осмотра, ее было более чем достаточно для короткой прогулки к его дому. Было гораздо безопаснее отложить раскрытие того, что Наруто выжил и его новое место пребывания, пока не будут приняты дополнительные меры безопасности внутри и вокруг его дома. Наруто не протестовал, когда Хокаге наложил на него технику, поскольку сам он ее еще не знал.
   Иноичи покосился на ребенка идущего рядом. На лице Наруто была легкая улыбка, пока он быстро шел рядом, компенсируя длинные шаги Иноичи. Тот изначально пытался взять Наруто за руку, когда они вышли из штаб-квартиры АНБУ через один из потайных выходов, но Наруто наотрез отказался. После этого Яманака попытался замедлить шаг в угоду более маленькому и низкому Наруто, но тот, похоже, воспринял это как намек на то, что он отстает и начал идти быстрее. Вообще-то он на время обогнал Иноичи.
   Возможно, эта демонстрация скорости и выносливости была еще одним способом Наруто показать, на что он способен, даже сравнивая со старшим и гораздо более опытным шиноби. Если подумать, то Иноичи никогда не видел Наруто уставшим... сонным, да, но не уставшим. Упоминалось ли это в рапортах или... Иноичи потряс головой. Он отвлекся от более насущной проблемы.
   Посмотрев вперед шиноби смог увидеть вдали свой дом. Он никогда раньше не нервничал, возвращаясь домой - неуверенность в приеме, который он встретит, заставляла его нервничать. Он мог представить преданное лицо своей дочери, смотрящее на него осуждающе, со слезами в глазах. Он будет защищаться, но она откажется слушать его оправдания, его просьбы о прощении и повернется к нему спиной, отказавшись больше называть его "Яманакой-саном". Подождите-ка, но она ведь...
   - Яманака-сан, - повторил Наруто.
   Иноичы вынырнул из своих мыслей и посмотрел на Наруто. - Да, Наруто-кун? - Он уже решил добиться чтобы Наруто называл его менее формально. Хотя, судя по тому, что он слышал о проблемах Хокаге и Шизуне-самы в их попытках сделать то же, он ожидал, что на это потребуется время. Но это было проблемой будущего.
   - Это наше место назначения? - спросил мальчик, указывая вперед.
   Он посмотрел в направлении указанном Наруто и обнаружил себя глядящим на ворота своего дома с расстояния в несколько футов.
   - Ээ, да. Да, это мой... наш дом, - ответил Иноичи.
   Наруто наклонил голову, осматривая резиденцию. Иноичи тоже повернулся к ней, попытавшись взглянуть на свой дом глазами другого человека. Это было сложно, так как все что он видел, пробуждало воспоминания, некоторые грустные, но большинство счастливые и мирные. Двухэтажный дом был покрашен в бледно-желтый цвет, белые колоны, поддерживающие козырек возле крыльца создавали приятный контраст с цветом самого дома. Двор окружал дом со всех сторон и от парадных ворот, возле которых они стояли, было видно качели и песочницу в задней части двора. Все это было окружено низкой каменной стеной со вкусом украшенной лозой.
   Что действительно привлекало внимание, так это клумбы, разбросанные по всему двору. У каждой клумбы была своя тема, но при этом они прекрасно смотрелись вместе. Каждая группа цветов была тщательно подобрана, чтобы дополнить цветы находящиеся рядом и в тоже время сохранить уникальность и красоту. Это была гордость и радость его жены, показывающая любовь и заботу с которой та относилась к двору.
   Иноичи наконец посмотрел на Наруто который пришел к заключению. - Это... мило. - Сказал он, определенно затрудняясь подобрать слова.
   - Ах, спасибо тебе, Наруто-кун. Я рад, что тебе понравилось, - сказал Иноичи. Наруто улыбнулся ему, но это была фальшивая "я улыбаюсь, потому что должен" улыбка. Возможно, ему все-таки не понравился дом?
   Отложив на время этот беспокоящий его вопрос, Иноичи подошел к самому дому и они вошли в него. Хенге он отменил только после того, как за ними закрылась дверь.
   - Кику-чан мы дома, - позвал Иноичи. Он едва услышал быстрое перешептывание в гостиной. И тем больше было его удивление, когда Наруто повернулся в ту сторону с удивленным выражением лица. Мог ли мальчик расслышать, о чем они говорили? Ни в одном из отчетов не упоминалось, что у него настолько чувствительный слух... Иноичи вздохнул и добавил еще пункт в быстрорастущий список вещей, которые ему нужно было узнать о Наруто. Его немного беспокоило, насколько длинным уже был список, который обещал вырасти еще больше.
   - Мы в гостиной, Иноичи-кун! - радостным голосом позвала его Кику. Иноичи почувствовал, как из его плеч выходит напряжение - если она была счастлива, значит, Ино хорошо восприняла новость. Настоящий тест еще был впереди, но уже это было хорошим знаком.
   Глава клана Яманака провел Наруто из маленькой прихожей в гостиную. Он убедился, что первое что он сделал, войдя это посмотрел прямо на Ино и счастливо ей улыбнулся. Конечно же Ино внимательно высматривала его и улыбнулась в ответ едва увидев его лицо. Затем она повернулась к Наруто и мгновенно застыла с широко открытыми глазами.
   Иноичи начал паниковать и резко повернул голову к Наруто. Что, что он пропустил? Наруто хмурился? Выглядел несчастным? У него не шла кровь, и одежда была в порядке... на что же среагировала Ино? Его мысли были прерваны, когда она издала громкий визг и прыгнула на Наруто, сжав его со всей силы.
   - Вы не говорили что у него тоже светлые волосы! Он действительно как маленький братик! - счастливо завопила Ино. Мальчик, похоже, хорошо воспринял подобное обращение, хотя его руки двинулись, как будто он хотел ее оттолкнуть, прежде чем неловко похлопать ее по плечу.
   Иноичи слегка пошатнулся и обменялся с женой неверящими взглядами. Все их приготовления и беспокойства, а Ино сфокусировалась на его цвете волос как на решающем факторе?
   Кьюоши продолжал похлопывать маленькую светловолосую девочку - Ино, напомнил он себе, по плечу. Он ожидал реакции похожей на ту, которую видел в приюте, а не этого... радостного приятия. Он не знал, что человеческие дети уделяют такое значение цвету волос. Хотя если подумать, то ни у кого из детей в приюте не было светлых волос.
   Он услышал, как Иноичи выжидательно прочищает горло, и понял, что должен был представиться. Хорошо, его тон должен быть немного нервным, с толикой возбуждения. И конечно, это не значит, что он не может сжульничать...
   - Ээ, привет. Я Наруто Узумаки. Приятно познакомиться с тобой сестрица Ино. - Ее визг восторга, когда он обратился к ней как к старшей сестре, чуть не оглушил его, но это того стоило. Ему нужно было быть уверенным, что ребенок семьи быстро его примет. Он хотел бы сказать, что вычислил этот аспект личности Ино из ее первых слов в комбинации с тем, что Иноичи постоянно использовал слова "старшая сестра" в их беседе, но это было бы ложью. Он просто подслушал перешептывание Ино с матерью, после того как вошел в дом и узнал, что именно говорить, для того чтобы произвести лучшее впечатление.
   Кьюоши продолжал обнимать Ино, пока та прыгала на месте, по очереди улыбаясь всем присутствующим. Иноичи глянул на него со странным выражением лица, но оно скоро изменилось на счастливое, после того как радость Ино заполнила комнату. Напряжение, которое начало образовываться по дороге от штаб-квартиры АНБУ полностью исчезло.
   Кьюши затем повернулся взглянуть на последнюю присутствующую. Мать - Кику, вспомнил он слова Иноичи, смотрела на свою дочь с ошеломленной и радостной улыбкой. Вспомнив, что взрослым женщинам нравиться, когда их считают моложе, он нанес еще один удар, убедившись, что при этом улыбается. Произведение хорошего впечатления гарантирует, что он останется; семья шиноби со всеми ее многообещающими ресурсами и связями могла быть в долговременной перспективе еще полезнее, чем штаб АНБУ.
   - Яманака-сан, вы не говорили, что у меня будет две старшие сестры, - сказал он, демонстративно глядя на мать. Кику слегка покраснела довольная комплиментом, а у Иноичи отвисла челюсть. Он смотрел на мальчика, будто видел его впервые.
   - Иноичи не говорил что ты такой дамский угодник, Наруто-кун, - сказала Кику. - Я мама Ино, Кику. Ты можешь называть меня матушкой, если захочешь.
   Пока что все было хорошо. А сейчас, не слишком уверенно, немного застенчиво, - Хо-хорошо, матушка Кику, - нерешительно сказал он, отводя глаза. Кику нежно улыбнулась его предполагаемому смущению, а Иноичи смотрел на него с очередным странным выражением.
   Ино продолжала подпрыгивать в возбуждении, быстро болтая о вещах, которые она может делать с ее новым маленьким братиком. Кьюоши почувствовал беспокойство, когда заметил, что Ино все еще не успокоилась. Девочка скоро успокоиться, заверил он себя. Это ведь не то, что она настолько одержима идеей младшего брата, ведь так?
   Правильно?
  
   ***
  
   - Апрель 20
  
   - 8:00
  
   - Башня Хокаге. Зал Совета.
  
   Изначально на заседании Совета этим утром планировалось обсудить приближающееся прибытие дипломатов из Кумогакуре но Сато, Деревне Скрытой в Облаке. Заседание было по большей части формальностью для подтверждения, что все приготовления были закончены и для того, чтобы позаботится о проблемах, которые могли возникнуть в последний момент. В то время как это было официальной целью встречи, Сарутоби с Драконом и новоназначенным Командующим Джонинами Шикаку Нарой придумали план для потенциального раскрытия виновника нападения на Наруто.
   Они все было согласны что, несмотря на большое число шиноби посвященных в тайну, была велика вероятность того, что кто из Совета организовал нападение или знал о нем. По крайней мере, кто-то мог проболтаться и дать им наводку. Если бы этот план провалился, они бы собрались и составили новый, более рискованный.
   Когда все заняли свои места Шикаку начал заседание. - Первым пунктом повестки дня на сегодня было обсуждение подготовки к прибытию делегации Кумо, и хотя оно остается в повестке, Хокаге-сама хотел начать с другого вопроса. Хокаге-сама.
   Сарутоби кивнул Шикаку и встал, прочищая горло. - Уважаемые советники, как вы, наверное, слышали, позавчера возле торгового квартала произошел инцидент. Расследование продолжается, но я готов раскрыть некоторые детали. Похоже, неопознанный злоумышленник подошел к ребенку, выходящему из библиотеки, под предлогом помощи с его книгами. Пройдя с ним небольшое расстояние, преступник ударил ребенка ножом в сердце.
   Внимательные и ищущие глаза Сарутоби осматривали лица присутствующих, ожидая их реакции. Шикаку и Дракон, вместе с АНБУ, стоящими возле стен, также внимательно наблюдали. Крики отвращения и ярости наполнили комнату, с Фугаку Учихой особенно ужасающимся. Хокаге подумал, что тот, наверное, воспринял это как свидетельство плохой работы его полицейских сил.
   Однако у двух советников - обоих гражданских, на короткий момент мелькнули улыбки. Это были Наоки Танигучи и Харуми Кондо.
   Желание убить их на месте оказалось удивительно сильным, но Сарутоби удержался и напомнил себе, что нужно сфокусироваться на общей картине. Ни Наоки, ни Харуми не должны были знать личность Наруто, и это подтверждало, что кто-то еще выдал секрет. Он не заметил ни у кого из шиноби выражений кроме удивления или отвращения, хотя бровь Шиби Абураме была слегка поднята, что для чрезвычайно собранного шиноби было равносильно громкому крику. Хотя никто из глав кланов кроме Шикаку точно не знали личности ребенка, было бы неудивительно, если бы высокоинтеллектуальный и логически мыслящий Абураме заподозрил кем был предположительно убитый ребенок.
   Наоки, очевидно, не смог противостоять желанию скрытно позлорадствовать, заговорив, прежде чем Хокаге смог продолжить. - Вы сказали, что убийца был неопознанным. Значит ли это, что он удрал? - его голос выражал обеспокоенность, и сочувствие, но глаза смеялись.
   Хокаге ухмыльнулся хищной улыбкой. - О нет. Я имел в виду не это. В настоящий момент он в тюрьме АНБУ подвергается тщательному допросу. Как только он закончит рассказывать все, что знает, мы его публично казним. Коноха не потерпит убийства детей.
   Наоки выглядел так, как будто его ударили под дых, но почти смог удержать свое лицо под контролем, медленно сев в свое кресло. - Это... великолепные новости, Хокаге-сама, - выдавил он. Сидящая рядом Харуми, побледнела и занервничала, бросая быстрые взгляды по сторонам, как будто ожидая, что на нее нападут в любой момент.
   Аматоры. У Сарутоби вызывало отвращение, что такие жалкие людишки попытались убить Наруто. Определенно, до них только сейчас дошло какому риску они себя подвергли своим маленьким заговором.
   Остальные советники мрачно кивнули в подтверждение, хотя некоторые шиноби подозрительно смотрели на Наоки. Едва слышное жужжание послышалось от Шиби Абураме чьи насекомые, с которыми его клан формировал симбиотические отношения, выразили его волнение.
   Заговорил один из гражданских советников, - Хокаге-сама, кем был убитый ребенок?
   Хокаге тихо вздохнул. - Мы все еще пытаемся найти его родителей или опекунов. Пока что мы не готовы разглашать информацию о его личности. - Маленькая ложь, но нужная в данный момент. Если злоумышлявшие против Наруто будут уверенны, что были успешны, они, скорее всего, начнут хвастаться или устроят празднование, выдав себя. Их игра уже раскрыла Наоки и Харуми как подозреваемых, но не было гарантий, что заговор заканчивался на них. Не говоря уже о до сих пор не найденном источнике информации. Обман не продлиться долго, особенно среди шиноби, но он надеялся, что этого времени будет достаточно.
   - Если по данному делу вопросов больше нет, я возвращаю слово Нара-сану для продолжения заседания. - Подождав немного желающих заговорить, Сарутоби сел на место и Шикаку продолжил заседание.
   Обсуждение касающиеся делегации Кумо прошли быстро - каждый подтвердил, что их задания выполнены и все готово к прибытию делегации завтрашним утром.
   Несмотря на то, что мирные переговоры были целиком и полностью делом шиноби, гражданские тоже были вовлечены, чтобы начать переговоры о потенциальных торговых соглашениях. Если все пройдет хорошо, Коноху ожидало значительное увеличение торговли, и налогов которые она поставляла. Несмотря на то, что деревня уверенно двигалась к восстановлению, денег все еще не хватало и шиноби в особенности были загружены работой, недополучая денег. То что гражданские не чувствовали такого давления как шиноби вызывало некоторое напряжение в прошедшие годы, но дальше слов дело не заходило.
   После завершения заседания Шиби Абураме подошел к Хокаге, его насекомые все еще жужжали. Хокаге ожидал, что Шиби захочет поговорить и поэтому специально задержался чтобы дать тому эту возможность.
   - Хокаге-сама, - начал Шиби тихим голосом, - правда ли то, что Наруто был убит?
   Сарутоби тихо захихикал. Как он и думал, Шиби вычислил личность предполагаемой жертвы. - Давайте просто скажем, что доклады о его кончине были преувеличены.
   Жужжание медленно стихло, после того как Шиби расслабился. - Я... понимаю. Рад был это услышать. - Абураме замер, затем собрался и продолжил говорить, - Как бы ни было больно говорить об этом, я признаю вероятность, что кто-то из клана моего мог быть источником утечки информации о личности Наруто. Я готов сотрудничать в любой удобной вам форме. - Он зажато кивнул, ожидая решения Хокаге. Честь его клана была очень важна для Шиби и он не мог спать спокойно пока его клан не был бы очищен от любых подозрений... либо виновники наказаны. Он искренне надеялся, что это был первый вариант.
   Сарутоби торжественно кивнул, понимая насколько важно это было для главы клана Абураме. - Я ценю ваше сотрудничество в этом вопросе, Шиби-сан. Пожалуйста, встретьтесь с Шикаку для координации наших действий. - После того как Шиби подтвердил, что понял приказ еще одним зажатым кивком, Хокаге дружелюбно положил руку ему на плече. - Однако, я бы советовал тебе успокоится. У нас уже есть след, и он не указывает в направлении твоего клана. Я очень надеюсь, для нашего общего блага, что так и останется.
  
   ***
  
   - 9:45
  
   - Снаружи Башни Хокаге.
  
   Выражение лица Фугаку Учихи было стоическим и гордым, как и должно главе клана. Он старался поддерживать достойный вид не только на публике, но даже когда был у себя в клане. Только в своем доме мог он расслабиться. Для него это было то, как должен себя вести шиноби.
   Его выражение лица было стоическим, но внутри он паниковал. Это проклятые глупцы! Он не для того открыл им личность Наруто, чтобы они наняли проклятого убийцу! Если бы он знал, что они выкинут что-то настолько глупое, то никогда бы с ними не связался. Никое количество влияния среди гражданских советников Конохи не стоило ярости Сарутоби низвергнутой на его голову!
   Он все еще не мог поверить, что Наоки был готов зайти настолько далеко. Убийство Наруто было плевком в лица шиноби деревни. Фугаку знал, что Наоки больше не считает Наруто серьезной угрозой. Годы доказательства того, что печать функционирует идеально, успокоили его, и он больше не призывал к "разрушению сосуда", даже на частных встречах.
   Это изменение отношения было одной из главных причин, по которой Фугаку был готов раскрыть личность Наруто. Он ожидал, что Наоки использует информацию для получения политического преимущества, публично поддерживая Наруто, когда тот станет шиноби и, стараясь сформировать связь с шиноби который гарантированно стал бы могущественным и влиятельным. Его бесило то, что он настолько неточно просчитал намерения Наоки.
   После того как увидел их улыбки - Боже, эти идиоты действительно, мать их, улыбались, он знал, что это только вопрос времени пока АНБУ не схватят их и не бросят в камеры. После этого за пару часов они расскажут все что знают, одним путем или другим и АНБУ придет за ним. Ему нужно было взять ситуацию под контроль и быстро.
   Он слегка улыбался и кивал в ответ на приветствия, которые получал пока шел по улице к Кварталу Учих. Как Глава Полиции Конохи он был одним из самых узнаваемых шиноби в деревне, вторым после самого Хокаге. Он постарался сделать свое присутствие заметным среди гражданских, и его усилия окупились
   У населения он был даже популярнее чем Хокаге и делал все возможное, чтобы эта популярность росла. Это сделает для него вещи намного проще когда Сарутоби наконец умрет - хотя даже Фугаку не хотел чтобы это произошло слишком скоро, и будет единственный подходящий преемник. Упрочнение поддержки гражданской части совета гарантирует, что этим единственным будет сам Фугаку
   Фугаку как Глава Полиции был близко знаком со всеми законами Конохи, включая касающиеся совета. Хотя Совет был по большей части, совещательным органом у него имелись определенная власть и обязанности, большинство из которых были введены до того, как гражданским разрешили занимать места в Совете. Когда деревня разрослась настолько, что шиноби не могли управлять ею сами, были добавлены десять мест для избранных представителей населения. К удаче Фугаку никто не подумал об отмене законов касающихся власти Совета после этой реформы.
   Первой и наиболее часто применяемой властью Совета было одобрение любого закона. У Хокаге было много власти, как должно и было быть, но если две трети Совета голосовали против закона, тогда он не вводился. Таким же образом Хокаге мог призвать к пересмотру любого закона и если две трети Совета сочтут его неразумным, он может быть отменен или исправлен по указанию Хокаге. Даже у Хокаге не было власти самостоятельно отменять существующие законы - мера на которой настоял еще Первый Хокаге. Сам Совет не мог ни пересматривать, ни предлагать законы и после атаки хвостатого зверя Совет никогда не голосовал против Хокаге.
   Вторая сила использовалась реже - в отсутствие Хокаге, как при его смерти, так и про недееспособности Совет выбирал нового Хокаге. Раньше Хокаге всегда публично объявлял преемника, и Совет выполнял по большей части церемониальную функцию. Сарутоби еще не выбрал преемника и с каждым днем шансы, что он умрет, не успев назвать его, все возрастали.
   Случись такое, будет объявлено голосование для выбора нового Хокаге. Когда Фугаку будет номинирован, он не сможет голосовать и 21 голос решит все - десять гражданских, девять шиноби, Командующий АНБУ и Командующий Джонинами. Фугаку все еще считал ироничным, что у Шикаку Нара будет два голоса, поскольку он был главой клана и Командующим Джонинами. С десятью гражданскими на его стороне ему нужны будут всего два голоса, и он верил что он на пути обеспечения и этого.
   После потерь, которые понесли Кийомизу и Мураками в атаке хвостатого, два места в совете остались вакантными. Потребовалось около месяца, чтобы стабилизовать ситуацию в Конохе достаточно для обращения внимание на эти места и в это время еще одно место освободилось - Сенджу.
   Это было скандалом высшего уровня, и Фугаку все еще не был уверен, что именно послужило причиной ухода Тсунаде. Однако результат был очевиден - Тсунаде Сенджу покинула Коноху и стала шиноби-отступником во всем кроме названия. То, что за нее не была назначена награда в Бинго-книге и что Коноха не посылала за ней охотников для поимки или убийства было заслугой Сарутоби. После того как она бросила деревню в час сильнейшей нужды, никто в Совете не был готов защищать ее. А если некоторые сохранили личные симпатии к ней, то держали их при себе.
   Когда шло голосование об отзыве места Сенджу все споры велись вокруг заслуг предыдущих Сенджу, двое из которых были Первым и Вторым Хокаге, но никто не назвал имя Тсунаде за все заседание. Фугаку все еще чувствовал вкус победы, вспоминая, как голосовал за лишение Сенджу места в Совете. Это не только повысило доверие к нему гражданских советников, которые помнили попытку Тсунаде напасть на Наоки Танигучи. Сенджу и Учиха были двумя кланами, основавшими Коноху - сейчас же остались лишь Учихи.
   К сожалению, в Конохе не было других кланов подходящих под требования для получения места в совете - Курама были ближайшим, но им не хватало троих активных шиноби. Закон был очень строг в этом отношении и Фугаку позаботился о том, чтобы проинформировать о нем Совет.
   Голосование будет проведено оставшимися членами Совета и активные шиноби с хорошей репутацией займут эти места на пять лет. Эти шиноби не должны быть связаны с остальными советниками ни по крови, ни усыновлению, ни браком и должны были оставаться таковыми на период срока.
   Если шиноби занимающий место становился неподходящим по какой-то причине, и оставалось меньше двух лет до конца срока, Хокаге мог назначить другого на его место, в ином случае проводили голосование. В конце пятилетнего срока проходила проверка подходящих кланов и, либо клан получал постоянное место, либо проводили голосование для очередной пятилетней замены.
   Фугаку доставило огромное наслаждение указать на то, что все члены Совета голосуют по этому вопросу, не только шиноби. Другие шиноби громко возражали, но когда закон был просмотрен, они убедились, что Фугаку был прав - там не указывалось что гражданским нельзя голосовать по этому вопросу. С десятью гражданскими и двенадцатью шиноби не было возможности получить две трети голосов и изменить этот закон.
   Когда проводилось первое голосование, у Учихи не было достаточного влияния на гражданских советников чтобы выбрать удобных ему кандидатов, и он не настаивал, иначе остальные шиноби-советники могли заподозрить его. Но первый срок скоро заканчивался и сейчас? Сейчас у него было влияние. Пять лет - долгий срок и Сарутоби уже стар. Даже если Хокаге переживет следующие пять лет, Фугаку собирался убедиться что следующие временные советники будут на его стороне. Он потратит на это столько времени, сколько потребуется.
   Фугаку прервал свои размышления, когда прибыл домой. Прямо сейчас у него была проблема нуждающаяся в решении. Он вызвал двух своих наиболее преданных соклановцев, двоих не брезгующих запачкать свои руки во благо клана и деревни.
  
   Глава 6. Узнавая тебя.
  
   - Апрель 20, 338 ЭШ
  
   - 18:15
  
   - Кабинет Хокаге
  
   - Почему, Дракон, - тихо прорычал Хокаге, - почему я ставлю под сомнение компетентность моего АНБУ второй раз за эту неделю? Пожалуйста, просвети меня.
   Сарутоби и Дракон в настоящий момент были одни, даже отряд телохранителей Хокаге был отпущен для этой встречи. Дракон согнулся пополам в напряженном поклоне и оставался в таком положении с тех пор, как Хокаге вошел в комнату. Командующий АНБУ в настоящий момент не осмеливался посмотреть в лицо Третьего и поэтому продолжал пялиться в пол, пока капли пота скатывались по его лицу и собирался в маске прикрывающей лицо шиноби.
   - Да, Хокаге-сама, - сдавленным голосом ответил Дракон. - Было решено совершить арест Советников Наоки Танигучи и Харуми Кондо тихо. Мы также хотели заставить их запаниковать и выдать своих сообщников или важную информацию. У меня было по отряду АНБУ наблюдающих за их домами, чтобы арестовать их по прибытии. Мы также просмотрели их личные документы в поисках доказательств предательства или других преступлений. К сожалению, советники так и не вернулись домой. Как Танигучи, так и Кондо споткнулись, спускаясь по лестнице, и сломали шеи, хотя и упали в разных местах.
   Хокаге потер переносицу, стараясь сдержаться. - Крайне сомнительно, что они оба вот так просто случайно умерли, прямо перед тем, как их арестовали за измену. Ты посылал АНБУ следить за ними?
   - Посылал, Хокаге-сама.
   - И?
   - Оба отряда не докладывали ни о чем необычном. Хотя, наши аналитики изучили документы, изъятые из их домов, и обнаружили интересную закономерность. Как Танигучи так и Кондо регулярно встречались с Главой Полиции и часто в одно и то же время. Я повторно допросил следившие за ними отряды и оба доложили, что Танигучи и Кондо натыкались на полицейский патруль, после того как они ушли с собрания Совета. Патруль состоял из двух шиноби, двух Учих.
   - Учиха ..., - медленно произнес Хокаге, как будто распробывая слово. - Проводилось ли уже вскрытие? Были ли так хоть какие-то следы гендзюцу?
   - Следы были едва заметны, но они были, Хокаге-сама, - ответил Дракон.
   Хокаге молчал несколько минут, пока у него в голове кусочки пазла становились на свои места, вырисовывая отвратительную картину. Амбиции Фугаке были широко известны и среди шиноби, и среди гражданских, а популярность клана Учих в целом и Фугаку в частности выросла до нового уровня после атаки хвостатого зверя.
   Не в первый раз Сарутоби проклял Мадару Учиху. Дед Фугаку был невероятным шиноби, почти настолько же могущественным как сам Первый Хокаге, но именно его хитрость и предусмотрительность доставили больше всего проблем. Мадара настоял на том, чтобы Учихам отдали единоличный контроль над полицией в Конохе как условие присоединения к деревне. В то время это было незначительной уступкой человеку, жаждущему официального признания, после того как он не смог получить титул Хокаге. Вся гениальность этого поступка начала проявлять себя лишь спустя годы и, кажется, только сейчас заканчивали дозревать ее плоды - спустя столько лет после смерти самого Мадары.
   Контролируя полицейские силы, Учихи были способны держать своих слабых бойцов внутри городских стен, где они были в безопасности, хотя и считались активными шиноби. Пока Сенджу посылали своих людей в поле умирать, Учихи оставались дома в спокойствии и безопасности, неустанно наращивая свои ряды.
   Результат был очевиден. Сенджу, изначально могущественные и более многочисленные чем Учихи, сократились до единственной представительницы, которая почти вышла из детородного возраста и не имела ни малейшего желания продолжать свой клан после смерти любимого. В то же время Учихи выросли до самого многочисленного и могущественного клана в деревне. Только Хьюги могли посостязаться с Учихами в численности активных шиноби и то, лишь благодаря выверту судьбы наделявшим доудзюцу Хьюг каждого члена их клана, в то время как у Учих их улучшенный геном активировался лишь у каждого третьего.
   Фугаку развил свое преимущество еще больше, активно ища расположения гражданского населения. Обыватели и так привыкли доверять Учихам, поскольку те представляли достаточно заметное ядро полицейских сил. Пока другие шиноби сражались и умирали за стенами Конохи, защищая и усиливая деревню, Учихи фланировали перед населением и изредка разнимали пьяную драку или арестовывали вора. Несмотря на эту разницу, рядовой обыватель, если его спросить об именах шиноби, которых он знает, назовет два имени - Хирузена Сарутоби и Фугаку Учихи. Даже легендарные Санины, бывшие ученики Хокаге были бы забыты или упущены из виду, особенно если учесть что их не видели в деревне годами, хоть и по разным причинам.
   Сейчас, меньше чем за век после основания Конохи, Учихи были готовы захватить контроль над всей деревней и не отпускать его. Сарутоби был готов признать себе, что сам по себе Фугаку мог бы справиться с обязанностями Хокаге даже, несмотря на отсутствие у него Воли Огня. После смерти Минато, Сарутоби отчаялся найти другого кандидата на роль своего приемника. В моменты слабости он подумывал передать весь этот бардак Фугаку прямо сейчас и, отойдя в сторонку, наблюдать, как тот будет справляться с головной болью, прилагающейся к титулу которого он так желал. Однако его собственная Воля Огня еще не ослабла до такой степени, чтобы отдать власть недостойному человеку. Ему осталось еще немало лет, достаточно времени, чтобы найти более подходящего кандидата, или вырастить его из одного из ветеранов.
   И в этом то и была суть дела. Фугаку, несмотря на свои умения и политический вес, не был и не станет подходящим кандидатом в глазах Сарутоби, потому что стоит Фугаку стать Хокаге и он не позволит титулу уйти из клана Учих. Он убедится, что его старший сын Итачи будет воспитан для этого поста, и будет ожидать, что Итачи сделает то же со своим сыном. Сарутоби признавал, что Итачи и впрямь показал себя гением выпустившись из Академии в возрасте восьми лет, всего лишь после года обучения - на четыре года раньше, чем большинство студентов. Лишь два шиноби добились того же до него - Какаши Хатаке и Минато Намикадзе, оба ставшие шиноби S-класса до двадцати лет.
   Другой серьезной проблемой, которую Фугаку и Мадара просмотрели или проигнорировали, было отношение других шиноби к клану. Даже если Итачи и окажется более достойным, чем Фугаку, это не изменит факта, что другие кланы не примут правления Конохой династии Учих. Поскольку так много из них занимали должности внутри Конохи они настроили против себя шиноби у которых не было выхода, кроме как брать рискованные миссии за пределами безопасной деревни. Кроме полицейских сил, которые большинство шиноби считали насмешкой, было мало должностей, не требующих полевого опыта, и они в большинстве были ограничены аналитиками.
   Ни один шиноби встречавший Нару не посмеет недооценивать силу их чистого интеллекта и тщательного планирования, и многие были обязаны своими жизнями идеям и секретам раскрытыми аналитическим отделом. С другой стороны, ни один шиноби встречавший члена "постоянной полиции" посмеет себе стать таким же слабым и высокомерным, и многие даже отказывались признавать их активными шиноби.
   Последней проблемой с Учихами был их улучшенный геном. Даже с двумя третями клана никогда не активировавшими его, клан в целом невероятно гордился своим шаринганом, так называемым Копирующим Глазом. Однажды пробудившись, шаринган увеличивал эффективность шиноби Учих в разы, и это не принимая в расчет его продвинутых способностей. Даже на базовом уровне шаринган удесятерял наблюдательность, позволяя владельцу видеть незаметные детали и подсказки. С улучшением шарингана пользователь мог с легкостью отслеживать быстрые движения и даже "предсказывать" действия противника основываясь на незаметных напряжениях и движениях их тел. Полностью развившись, шаринган позволял копировать любую увиденную технику и затем воспроизводить ее. Обычный шиноби был готов отдать что угодно за такие способности, а Учихи получали их, всего лишь родившись.
   Однако, что заботило Сарутоби в данный момент, так это последняя способность шарингана - его способность распознавать и даже создавать гендзюцу или же иллюзорные техники. Опытный пользователь мог подсадить человеку подсознательное гендзюцу всего лишь взглянув в глаза, и техника была практически неразличимой как для цели, так и для окружающих. С раскрытием близкой связи Фугаку с двумя советниками и их слишком-уж-удобной смертью, похоже, что для "случайной" кончины двух советников использовали гендзюцу. И конечно было абсолютно невозможно доказать причастность Учих. Отпечаток чакры был хрупкой вещью, и было почти невозможно отследить отпечаток наложившего гендзюцу в лучших условиях. Часы спустя и после смерти субъектов это было абсолютно невозможно.
   Конечно же, то что он не мог этого доказать не значило что он не может использовать информацию.
   - Дракон, я хочу, чтобы Учихи в целом и Фугаку в частности были под постоянным наблюдением. Если он встречается с кем-то, я хочу знать с кем, зачем и как долго. Если он посылает письмо, мне нужна его копия на столе, до того как он отложит кисть. Если он чихнет, я хочу знать об этом, до того как он вытрет нос. Понятно? - Голос Хокаге был спокойным и ровным, но сила за его словами была безошибочной.
   Дракон знал, что сейчас не время протестовать о сложность столь близкого наблюдения за шиноби уровня Фугаку.
   - Ох, и Дракон? Я думаю, что всем в АНБУ нужен небольшой освежающий курс переподготовки, чтобы держать их в форме. Разработайте с Гаем график, но я хочу, чтобы вы все, включая тебя, прошли интенсивную тренировку. Я ведь должен давать своим АНБУ шанс держать себя в форме, не так ли?
   Дракон сглотнул, побледнев при мысли об одной из знаменитых тренировок Гая. Ястреб и Кот уже начали свою "тренировку" и к концу каждого дня они были стонущей кучкой синяков и боли, едва не плачущей от мысли, что завтра им придется повторить то через что они прошли только что.
   - Да, Хокаге-сама, - ответил Дракон.
  
   ***
  
   - Апрель 21, 338 ЭШ
  
   - 9:30
  
   - Северные ворота Конохи.
  
   Шикаку Нара ненавидел рано вставать. Фактически он вообще ненавидел вставать, считая утра в целом слишком проблемными, чтобы иметь с ними дело. Но, к глубочайшему сожалению, его жена заботилась, чтобы он пожалел, если не покинет постель до времени, которое она считала подходящим. Он объяснял то, что она не считала полдень подходящим общим безумием женщин.
   Она не удивилась, когда он поделился с ней этой мыслью.
   Он позволил появиться улыбке на своем покрытом шрамами лице, вспоминая спор, который за этим последовал или точнее взаимно удовлетворяющее завершение спора. Большинство людей не понимали, почему кто-то столь умный мог сказать такую глупую вещь в лицо своей жене. Большинство людей просто не понимали, насколько приятной была часть, следующая после спора. Он был определенно уверен - Йошино знала, что он умышленно спровоцировал спор, но естественно не жаловалась.
   Он покачал головой и вернул свое внимание к медленно приближающейся к большим открытым воротам процессии. Как Командующий Джонинами он был наиболее подходящим представителем для приветствия делегации Кумо по их прибытию. Если бы Хокаге лично встречал их без Райкаге, являющегося частью делегации, это показало бы слабость Конохи. Но так как Командующий Джонинами Кумо был в делегации, кто угодно ниже его по рангу возглавляющий встречающих был бы расценен как оскорбление.
   Шикаку попытался вспомнить, почему он согласился на эту должность после ухода Кенсуке - он знал, что это неблагодарная работа с большим количеством стресса и бумажной роботы и очень маленькой выгодой. Ах, да. Он был лучшим кандидатом и знал, как важен умелый Командующий Джонинами для поддержания безопасности Конохи. Ну, и Йошино пригрозила ему, что он будет спать на кушетке, если откажется от должности. Проблемно...
   Он выпрямился из своей привычной сутулой позы, поскольку делегация достигла ворот; его прищуренные глаза изучали группу. Он быстро заметил, что все до единого десять членов делегации были шиноби, и по их возрасту, манере движения и общему впечатлению он расценил каждого как угрозу А-ранга минимум. Похоже, Кумо воспользовалось возможность для показухи, подчеркивая факт, что у них достаточно сильных шиноби чтобы посылать их на дипломатическую миссию для которой не нужны были такие умения.
   Даже когда он принял это как более вероятный вариант, его разум перебирал другие сценарии, для которых могли понадобиться умения и сила десяти шиноби-ветеранов. В том числе и вероятное убийство Хокаге, хоть и с очень малой вероятностью. Кумо и Коноха были по разные стороны в Третьей Мировой Войне Шиноби, но их стычки были редкими а потери незначительными. Незначительными достаточно для мирно договора спустя год после войны - резкий контраст с откровенной ненавистью, которую Ива все еще испытывает к Конохе. Эти мирные отношения и привели к возможности альянса между двумя деревнями, которая и была целью прибытия делегации.
   Командующий Джонинами Конохи выступил вперед, чтобы встретить лидера делегации Кумо, высокого мускулистого человека по имени Катсуо Марияма. Марияма носил стандартную одежду джонина Кумо: темно-синий жилет, проволочную рубашку без рукавов, черные штаны из теплого плотного материала и черные боевые ботинки. К его спине был прикреплен большой меч, а по всему телу разбросаны кошели со снаряжением шиноби. Его руки были покрыты шрамами до такой степени, что их было больше чем нетронутой кожи. Однако на его лице не было ни отметины, и само оно было тщательно нейтральным.
   Шикаку выглядел гораздо меньшим и хуже снаряженным в сравнении. Он носил коноховскую версию стандартного джониновского снаряжения - жилет был зеленым, у проволочной рубашки были рукава до середины бицепсов, а ботинки были заменены сандалиями, но в целом одежда была похожей. У него было только три кошеля со снаряжением и не было видимого оружия, кроме того, Шикаку был на голову ниже. Его фигуре так же не хватало мощных мускулов шиноби из Кумо. Общий эффект делал Шукаку похожим на ребенка, что, как он понял, и было целью. Он ненавидел выпендреж, с ним было слишком проблемно иметь дело. К счастью, было так же проблемно вести себя запуганно, когда он был близок к тому, чтобы обездвижить всю делегацию.
   - Приветствую. Я Шикаку Нара, Командующий Джонинами. От имени Хирузена Сарутоби, Третьего Хокаге Конохагуре я приветствую вас в нашей деревне и желаю вам мирного и плодотворного пребывания, - формальным тоном сказал Шикаку.
   Катсуо долго смотрел на него, как будто ища что-то и выглядя слегка разочарованным не найдя того что искал. - Нара, клан управляющих тенью, - сказал он наконец. Его глаза опустились, и он посмотрел под ноги. Из-за положения солнца вся делегация стояла в тени от высокой стены. Глаза Катсуо слегка прищурились, но он ничего не сказал. Остальные члены делегации напряглись, услышав слова своего лидера и заметив где находятся. - Мы слышали много рассказов о твоих подвигах в Кумо.
   В этом Шикаку и не сомневался. Технически у Кумо было больше всего активных шиноби во все Элементарных Землях, но они считались лишь третьей по силе из Великих Деревень. Их главной слабостью, как они верили, было малое количество обладателей улучшенного генома. У Киригакуре было больше всего зарегистрированных видов улучшенного генома из всех деревень, но большинство из них обладали ограниченными способностями. Они тем не менее считались второй по силе деревней опираясь на силу кланов Кагуя и Юкки, вместе со знаменитыми Семью Мечниками. Коноха же считалась сильнейшей из-за силы и универсальности своих обладателей улучшенного генома, таких как Хьюги и Учихи.
   Кумо не скрывало свой интерес в рекрутинге обладателей улучшенного генома, хотя пока что они провались в попытках найти новый или переманить известный клан в свою деревню. Шикаку не сомневался, что в Конохе их интересовали обладатели улучшенного генома и что Кумо надеялось переманить клан или хотя бы несколько членов из их деревни. Но их предыдущие попытки были прямолинейными и открытыми, так что аналитики считали вероятность силового захвата очень малой. Однако, оценив собравшихся перед ним шиноби, Шикаку слегка увеличил вероятность, хотя она все еще оставалась маловероятной.
   - Я тоже слышал о вас Марияма-сан. Говорят, что вы однажды убили троих шиноби одним взмахом своего меча, - ответил Шикаку, позволив проникнуть в свой голос небольшому количеству обычной лени.
   Марияма широко улыбнулся, показывая белые зубы. - Вообще-то их было четверо, - сказал он. Похоже, шиноби Кумо был совершенно серьезен.
   Шикаку слегка кивнул, принимая поправку без комментариев. Он знал, что их на самом деле было четверо, информатор Конохи видел этот бой. Теперь он также знал, что Марияма был хвастуном и был готов выдавать информацию для поддержания своей репутации. Полезное знание, которое он хорошо использует в будущих переговорах.
   - Если вы последуете за мной, я отведу вас в отель. Мы зарезервировали для вас третий этаж целиком и надеемся, что он вам понравиться. Как только вы разместитесь, я проведу вас к Башне Хокаге для первой встречи в полдень.
   Марияма резко кивнул. - Очень хорошо. Ведите, Нара-сан.
  
   ***
  
   - Апрель 23
  
   - 14:15
  
   - Резиденция Яманака
  
   - Ну давай же, Наруто! Я обещала Шике и Чоджи что познакомлю их с моим новым младшим братиком. Мы можем навестить их и вернуться раньше, чем нас хватятся! - ныла Ино, пытаясь тянуть Наруто за руку. Тот абсолютно отказывался двигаться с места.
   - Яманака-сан очень четко дал знать, что мне нельзя покидать дом по какой бы то ни было причине до дальнейших распоряжений. Я думаю, он беспокоиться, что меня могут узнать, - ровным голосом ответил Наруто.
   Ино вздохнула. Она была очень счастлива, что у нее теперь был младший братик, но заметила, что у него была беспокоящая склонность следовать правилам. Она слегка нахмурилась, вспоминая беседу с отцом в первый вечер после того как Наруто начал жить с их семьей.
   - Папочка? - мягко спросила Ино. Технически она должна была сейчас быть в постели, но не могла заснуть из-за вопроса бившегося в ее голове. - Наруто-кун не выглядит раненым. После того как я сломала руку, мне надо было носить эту штуку для руки целую вечность. Почему у него нет ничего такого?
   Ее отец вздохнул, но сел в свое кресло и знаком предложил ей подойти поближе. Когда она подошла, он поднял ее и посадил себе на колени. - Ну, милая, есть много разных видов ран. Некоторые легко вылечить как твою руку, хотя это и занимает много времени. Другие раны нельзя увидеть, но они могут быть настолько же серьезными или даже хуже и потребовать гораздо больше времени на лечение. У Наруто как раз одна из таких ран. Она у него внутри и папочке понадобиться много времени, чтобы помочь ему.
   - Ох, - тихо сказала Ино. - А как он поранился?
   Ее отец не отвечал несколько секунд, и она испугалась, что задала плохой вопрос. Но прежде чем она успела сказать что-то, он, наконец, ответил. - Он... он верит, что постоянно должен вести себя как взрослый. Он думает, что ему нельзя веселиться, или вести себя как ребенок или даже расслабиться. Часть того, как я собираюсь помочь ему - дать понять, что для него нормально быть просто ребенком. Я надеюсь, ты сможешь помочь мне с этим. Ему действительно нужен друг и я думаю, ты станешь великолепным другом. И еще лучшей старшей сестрой, конечно же, - добавил он со смешком.
   Ино не полностью поняла его объяснение, но главное уловила. Веселиться, помочь ему вести себя как ребенок, быть старшей сестрой. Она может это сделать. Она определенно может это сделать.
   Что ж, вот замечательная возможность показать ее маленькому брату, как надо веселиться. Кроме того, младшие братья должны слушаться старших сестер, так что она решает две проблемы сразу.
   - Тц, тц, тц, младший брат. Ты не должен сомневаться в словах своей старшей сестры. Все знают, что дети постоянно нарушают правила, это практически одно из правил! - Решив проигнорировать иронию ее последнего заявления, она поспешила продолжить. - И, кроме того, если проблема в том, что тебя могут узнать, мы просто тебя замаскируем! - Она восхищенно хлопнула в ладоши, - я как раз придумала подходящую маскировку!
   - Я не надену платье, - немедленно ответил Наруто.
   Оно отрицательно замахала рукой. - Оно тебе даже не пойдет. У тебя пока не достаточно длинные волосы...
   - Пока? - переспросил Наруто немного недоверчивым тоном.
   - В любом случае это не то о чем я думала. У меня есть гораздо лучшая идея!
  
   ***
  
   - 15:30
  
   - Квартал Нара
  
   Шикамару Нара лежал на спине и смотрел, как по небу проплывают облака. Знакомый звук хруста картофельных чипсов и шуршание пакета, в котором они находились, давал ему знать, что его лучший друг Чоджи Акимичи сидит рядом с ним.
   - Кролик, - лениво сказал Шикамару.
   Еще один хруст. - Утка. - Еще один хруст.
   - Хм... стол.
   Еще один хруст. Долгое шуршание сминаемого в комок пакета и треск, извещающий открытие нового. - Жареный цыпленок. - Еще один хруст.
   - Олень.
   Еще один хруст. - Ино.
   - Хм... дерев... подожди, что? - Шикамару быстро сел и повернулся к Чоджи. Тот просто указал в сторону входа в квартал Нара.
   Шикамару прищурился. И впрямь, он мог видеть как Ино и еще один ребенок идут прямо к ним. На Ино была огромная шляпа от солнца, которая скрывала всю ее голову. Она постоянно дергала ее верх пока шла к ним, определенно ничего не видя впереди, когда шляпа сползала ей на глаза. За ней плелся еще одни ребенок, в бандане и черных очках, что Шикамару счел настолько очевидной попыткой замаскировать его, что она была почти неочевидной. Однако, учитывая, что маскировку скорее всего придумала Ино, он решил в пользу невероятно очевидной.
   - Проблемно..., - пробормотал Шикамару и лег на спину. Он перенял привычку отца говорить это слово, что привело к спору его родителей, в котором его мать была действительно сердитой, а не как обычно удивленно-сердитой. Ино, похоже, тоже не понравилось, что он начал использовать это слово, хотя Чоджи был не против. Вот почему Чоджи был его лучшим другом, а не Ино. Ну, это было одной из причин.
   Когда Ино подошла к ним ближе, он начал разбирать что она говорит.
   - ...честно, как будто я не была тут тысячу раз раньше. И они смеялись! Над нами! - говорила Ино.
   - Технически, я думаю, они смеялись над тобой. Они ведь не знают, кто я такой, - ответил другой ребенок.
   - Не! Помогает! - завопила Ино.
   - Извини, сестрица, - сказал в ответ мальчик. Шикамару подумал, что его тон был не очень извиняющимся. Больше похоже на то, как будто он сам сдерживался, чтобы не засмеяться.
   Значит, это и был знаменитый "младший братик", о котором Ино разорялась вчера целый день. Шикамару казалось, что они оба должны были находиться в резиденции Яманака, хотя он не был удивлен тому, что Ино ускользнула оттуда.
   Ино остановилась перед ними и, стащив с головы шляпу, начала смотреть на них. Шикамару так и не сдвинулся с места. Он был одет в голубую футболку и черные штаны, а его черные волосы были стянуты в шипастый хвостик, торчащий на затылке, как и у его отца. Прическу, которую большинство бы назвало "ананасом".
   Чоджи был одет в бело-зеленый жилет и синие штаны. Его волосы торчали во все стороны, а на щеках были татуировки в виде красных спиралей. Он быстро махнул рукой Ино и ее компаньону, после чего вернулся к поглощению чипсов - уже наполовину опорожнив свежеоткрытую пачку.
   - Честно, разве можно быть ленивее, чем вы двое? Вы должны были хотя бы встать в присутствии леди, знаете ли! - сказала Ино.
   Чоджи выглядел слегка виноватым, но Шикамару только фыркнул, - Когда тут появиться одна из них дай мне знать и я подумаю об этом.
   - Ах, ты..., - задохнулась от гнева Ино. Шикамару просто захихикал про себя, а Чоджи активнее захрустел чипсами, прикрывая свой смех.
   - В любом случае, ты собираешься познакомить нас? - спросил Шикамару сев, наконец, и посмотрев на спутника Ино.
   Ино помолчала несколько секунд, чтобы собраться, но быстро повеселела. - Правильно! Шика, Чоджи, это мой новый младший брат Наруто! Наруто, ленивый на земле Шикамару Нара, а тот, что ест чипсы Чоджи Акимичи.
   Наруто снял очки с банданой и улыбнулся двум своим новым знакомым. Шикамару и Чоджи были оба удивлены, увидев светлые волосы и голубые глаза, и на мгновенье задумались, не был ли он действительно ее братом, так как светлые волосы были редкостью в Конохе, а его глаза всего лишь на оттенок отличались от глаз Ино. Шикамару быстро отбросил эту идею, сконцентрировавшись на имени. - Наруто... Я слышал это имя раньше. Мой отец говорил о тебе. Что-то о невероятных оценках за тесты...
   Наруто неловко улыбнулся, - ну я бы не сказал невероятных...
   У Ино не было проблем с этим. - Угусь! Абсолютно невероятные! Я готова поспорить он умнее тебя Шика!
   - О? А ты случайно не играешь в шоги, а? - спросил Шикамару. Его отец научил его играть и, хотя Чоджи с Ино не заинтересовались, он хотел найти постоянного противника. Его отец всегда был готов сыграть, конечно же, но их уровни были слишком разными.
   Наруто задумчиво помычал, потом ответил. - Я слышал о ней, но никогда не играл. Если ты объяснишь мне правила, я могу попробовать сыграть.
   Шикамару улыбался и вскочил на ноги с гораздо большей готовностью, чем кто-либо мог предположить. - Пошли за мной, - сказал и двинулся к дому. Чоджи поднялся на ноги и быстро последовал за ними. Ино заулыбалась и потащила Наруто за собой. - Пошли, пора кому-то преподать Шике урок, и ты братик идеально для этого подходишь!
   Два часа спустя Ино все еще напевала от восторга.- Ха! Я тебе говорила, говорила, говорила!
   - Честно говоря, сестрица, я выиграл только раз..., - сказал Наруто.
   Шикамару только покачал головой, все еще шокированный тем, как быстро Наруто научился играть. - И ты только начал. Я играл с моим отцом месяцами. Ты действительно хорош. - Шикамару заулыбался, его глаза сияли от возбуждения. - Я все еще могу побить тебя. Еще одну партию?
   - О, я думаю, на сегодня хватит, не так ли? - сказал новый голос. Ино резко побледнела, а Чоджи почти подавился чипсами. Шикамару просто покачал головой и пробормотал, - Проблемно...
   Кику Яманака стояла в дверях, притопывая ногой. - И что это ты себе думаешь юная леди, выскальзывая из дома средь бела дня, а? Да еще беря с собой Наруто-куна.
   Наруто храбро попытался взять удар на себя. - Я думал это правило, что дети должны нарушать правила время от времени, матушка Кику? - спросил он.
   Ино взвизгнула, когда Кику сердито посмотрела на нее.
   - Не! Помогаешь!
  

Оценка: 7.44*4  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) А.Гончаров "Поклониться свету. Стих в прозе"(Антиутопия) Д.Деев "Я – другой 5"(ЛитРПГ) М.Юрий "Небесный Трон 2"(Уся (Wuxia)) Hisuiiro "Птица счастья завтрашнего дня"(Киберпанк) В.Василенко "Стальные псы 6: Алый феникс"(ЛитРПГ) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) С.Панченко "Вода: Наперегонки со смертью."(Постапокалипсис) А.Ардова "Жена по ошибке"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"