Андреева Рената Ренатовна: другие произведения.

Возможны варианты

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурс LitRPG-фэнтези, приз 5000$
Конкурсы романов на Author.Today
Оценка: 7.81*24  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Роман вышел в финал конкурса Фэнтези 2016

  
  Глава 1. НИК
  
  Вагон слегка раскачивался, колёса стучали на стыках.
  Мне было неуютно. Электричками я не ездил уже несколько лет, предпочитая передвигаться на машине.
  К моему облегчению, многие пассажиры покинули переполненный вагон уже в ближайших пригородах, и стало значительно свободнее. Кто-то уткнулся в планшет или книгу, кто-то бессмысленно пялился в окно, некоторые дремали.
  Пятница. Одни собираются бездельничать, другие - ковыряться на дачных участках. И все считают это отдыхом. Сам бы я вообще из города ни ногой!
  Впустив в вагон грохот тамбура, откатилась в сторону дверь. Тётка с корзинкой протолкнулась внутрь и сразу же заголосила:
  - Пирожки горячие домашние! Разбираем пирожки, последние остались!
  Я невольно поморщился от резкого голоса. Продав пару пирожков, тётка прошествовала через весь вагон и скрылась с таким же шумом.
  Чувство мучительной неловкости и раздражения нарастало. Не люблю долго предаваться безделью. И зачем я потащился с Дэном?
  Хотя, возможно, оно того стоило. Хотелось увидеть и проникнуться. Мне вообще не постичь странных, вроде бы взрослых людей, которые готовы играть в рыцарей или эльфов, а уж всегда официального флегматичного Дэна, размахивающим мечом в их обществе, я представить просто не мог. Мы понимали друг друга без слов. Одиночество не тяготило, но то, что с Дэном я не чувствовал себя одиноким, заставляло ценить его общество. Мне казалось, что в эти игры должны играть лишь те, кто застрял в детстве, либо пытается сбежать от жизни. Дэн не относился ни к тем, ни к другим, да и дураком явно не был.
   Я посмотрел на него, сидящего напротив, и привычно подавил инстинктивное чувство неприязни, возникшее при взгляде на безмятежное лицо. Русая чёлка, обычно аккуратно зачёсанная, рассыпалась по лбу. Джинсовый костюм, вместо классического. Дэн выглядел моложе, чем обычно: и тридцати не дать.
  Он почувствовал мой взгляд, хотя выглядел спящим. Густые золотистые ресницы дрогнули, голубые глаза распахнулись и сразу насмешливо прищурились.
  - Что ты на меня так таращишься?
  - Не похож.
  - На орка?
  - Никогда не встречал орков, - заметил я. - На себя не похож. Ничего нет от того Дэна, которого я привык видеть.
  - Самому непривычно. Ролёвки - не моё, но ребята, которых учил меч держать, иногда зовут размяться.
  Дверь у меня за спиной снова отъехала, впустив усиленный грохот колёс. Я невольно оглянулся, чтобы увидеть, кому Дэн улыбается - незнакомой улыбкой, приветливой и открытой.
  По проходу спешили пятеро молодых людей, тащивших рюкзаки невероятных размеров, спортивные сумки, гитару. Совсем пацаны, лет по двадцать. Несмотря на то, что Дэн явно кого-то узнал, я удивился, что они остановились рядом.
  - Данил?
  - Привет, Унрах.
  Парень зацепил взглядом небольшую спортивную сумку Дэна, покосился на меня и иронично поинтересовался:
  - Господин реконструктор желает посмотреть на игрушечную битву?
  - Посмотреть хочет мой друг, - миролюбиво ответил Дэн, - а я в команде. Сделаем завтра эльфов?
  - А то! - ухмыльнулся Унрах. - Пойдём, скоро остановка.
  - Нет, - возразил Дэн, - хочу заехать к Юрке, вещи забрать. Увидимся.
  - Чаще выбираться надо. Лето кончается, а ты бледный, как поганка. Давай, - парень кивнул, и компания поспешила через тамбур в следующий вагон.
  - Унрах?
  - Нормальное орочье имя, - пояснил Дэн.
  Электричка остановилась, снова тронулась, и мы проехали мимо совсем короткой платформы. Вот почему люди шли по вагонам, а не выходили из своего! Я проводил их взглядом и вслух поразился количеству вещей.
  Дэн ухмыльнулся и с неожиданной словоохотливостью пояснил:
  - Это ещё немного! Я последний раз на машине вёз. Дороги никакие, пропорол днище о булыжник... Парни решили, что в машине оставлять ничего не стоит, помогли до местного игрока дотащить. Там все и бросил, - он покосился на свою сумку. - Здесь только фуфайка и спальник.
  - Купи внедорожник.
  Дэн пожал плечами, встал и подхватил сумку:
  - Пора на выход. Думал купить, но возможно придётся бросить игры. Иногда кажется, что слишком примелькался.
  - Ещё лет десять - и мы вообще везде примелькаемся, - мрачно напомнил я. - Никого не удивит, что ты уйдёшь?
  - С чего? - он пожал плечами. - Это нормально. Некоторые уходят в семью, в работу, и уже не хватает времени играть. А некоторые просто стареют, им становится скучно.
  Мы вышли в тамбур. Здесь уже стояла продавщица пирожков, я с неприязнью посмотрел на неё. От глаз расходились светлые морщинки. Лицо было загорелым, почти коричневым, шея по контрасту казалась слишком бледной, неживой, на ней просвечивали тёмные нити сосудов, и я с неприятным чувством опустил глаза ниже, на корзинку, полуприкрытую сбившимся полотенцем. Невыносимо пахло пирожками.
  - А тебе это не скучно?
  - Нет, - на лице Дэна опять промелькнула усмешка. - Я чувствую себя достаточно молодым. Там совершенно особая атмосфера. Увидишь, - он внимательно взглянул, легко коснулся моей руки и, укоризненно поморщившись, добавил: - Если будешь в состоянии оценить. Ты почему не поел?
  Его проницательность меня не обрадовала. Пришлось признаться:
  - Проспал. Последнюю неделю немного заработался.
  - Очень голодный?
  - Терпимо, - буркнул я, невольно вновь покосившись на тётку с корзинкой.
  Она заметила и вмешалась в разговор:
  - Вот незадача! Пирожки-то у меня кончились!
  Я пожал плечами и отвернулся. Голод, загнанный в дальний угол сознания, вновь вырвался на свободу и дал о себе знать. Пытаясь отвлечься от едкой горечи во рту, я спросил Дэна:
  - Что они тянут? У тебя там какие вещи?
  - Ну... шлем, подшлемник, доспех, поддоспешник, меч, щит, наручи, перчатки, - скучным голосом начал перечислять он, - ещё всякие навороты для антуража: котта с гербом, ремень с финтифлюшками всякими... ну конечно - палатка, коврик, котелок...
  Тут я уже не выдержал:
  - Котелок?
  Он улыбнулся, но не ответил. Электричка остановилась, мы вышли.
  Платформа одинокой асфальтированной полосой протянулась, сжатая двумя парами железнодорожных путей. Я скользнул взглядом по объявлению на столбе, в котором местные жители извещались о грядущем фестивале ролевиков, но вчитываться не стал. Вокруг сосны, у самой железной дороги непроходимые кусты и канава с грязной водой. Рядом - настоящая свалка: пластиковые бутылки, пакеты, какие-то бумажки. Тут же ржавели непонятные железяки солидных размеров.
  Признаков жилья мне заметить не удалось, и только когда электричка отошла от платформы, я разглядел крыши за деревьями. Впрочем, по дорожке, идущей в ту сторону, поспешили лишь одинокая бабулька в тёмной юбке и цветастом платочке с неизменной тележкой на колёсиках и тётка с корзиной. Я проводил их долгим взглядом. Дэн, спустившись с платформы, свернул в другую сторону, на тропу, уходящую в лес.
  - Нам далеко?
  - Нет, километров двенадцать.
  В эти края мне заезжать не приходилось. Я попытался представить карту района, но получалось неважно: никогда её особенно не рассматривал, примерно представлял схему автомобильных дорог - и всё. Что там, в двенадцати километрах? Голод меня влек к близкому жилью.
   Мы прошли какую-то сотню метров, когда я не выдержал:
   - Пойти, что ли, прогуляться?
  - Иди, - легко согласился Дэн. - Догонишь.
  Я кивнул и решительно повернул назад. Шаги Дэна затерялись в шелесте травы под ногами и листьев над головой. Скоро я миновал опустевшую станцию, пересёк пути и решительно направился по натоптанной тропинке в сторону домов.
  Уже на деревенской улице я нагнал женщину, торговавшую пирожками, и пошёл за ней, не в силах выйти из шлейфа аппетитного запаха. Бабка с тележкой ковыляла рядом, они вели нудный сельскохозяйственный разговор. Посёлок оказался, вопреки моим ожиданиям, довольно большим. Длинная улица разделяла два ряда заборов, и я совершенно не мог представить, где можно перекусить в таком непривычном месте. Кое-где во дворах видны были люди, с некоторыми женщины здоровалась.
  Я беспомощно оглядывался, пытаясь найти укромный уголок, защищённый от случайного любопытного взгляда - и не находил. Я даже не представлял, что здесь можно сказать, чтобы завязать разговор. К моему облегчению, тётка с корзинкой сама обратилась ко мне:
  - Сынок, всё-таки решил покушать сначала? Магазин ищешь?
  - Очень есть хочется, - я застенчиво улыбнулся и спросил, с радостью ухватившись за поданную идею: - Где он у вас?
  Магазин, как я понял, был близко: на параллельной улице. Она на ходу стала объяснять, как туда добраться. Я сразу ухватил фразу о заброшенном участке, через который можно срезать часть пути и проследил за указующим движением руки. Распахнутая калитка, сорванная с одной петли, заколоченные окна дома, и призывно темнеющий провал за приоткрытой дверью покосившегося сарая.
  - Вы меня проводите? - мягко спросил я.
  - Да тут не собьёшься! - она посмотрела на меня стекленеющим взглядом и уже другим тоном ответила: - Пойдём, покажу.
  Бабка с тележкой удивилась, но кивнула, прощаясь.
  В сарае пахло плесенью и прелым сеном, от корзины, казалось, завоняло ещё сильней, но это всё ерунда. Дверь я прикрыл, свет лился через маленькое запылённое стекло и в многочисленные щели; шея женщины в этом свете белела нежно и призывно, я невольно потянулся к ней и с трудом заставил себя остановиться. Нет! Это будет слишком заметно.
  Взял мягкие безвольные пальцы, одним движением сдвинул к плечу трикотаж кофты и жадно припал к руке. Клыки легко пробили кожу. Первые глотки, как всегда, ударили в голову, и пришлось контролировать себя, чтобы не слишком торопиться. Эмоциональный фон тусклый, но сейчас не до изысков: главное хоть как-то насытиться и при этом не обнаружить себя, поэтому я продолжал держать полный контроль над сознанием своей жертвы.
  Зато здесь тихо, и можно спокойно пить, сколько хочется.
  Когда я отпустил её руку, меня уже окутывало тепло, я чувствовал себя бодрым и деятельным. Человечка стояла недвижно. Надо было догонять Дэна, и то, что ещё придётся возиться с ней, вызывало только приступ раздражения. Большая тупая кукла! Бросать её здесь нельзя.
  Я давно научился терпению. В воспоминаниях не должно оставаться нестыковок, иначе человек, мучимый беспокойством, будет возвращаться к ним снова и снова... и может вспомнить что-то лишнее. Проверил, не осталось ли следов крови на коже, аккуратно поправил рукав, вложил упавшую корзинку в пальцы и, взяв за локоть, направил к дверям. Отпустил сознание женщины, только когда она уже выходила на улицу, совершенно уверенная в том, что показала мне, как пройти через проходной двор, и в какую сторону идти дальше.
  У калитки она слегка качнулась и оперлась рукой об ограду. Ничего. Я не жадничал, и для неё все последствия ограничатся этим лёгким головокружением.
  По идее, для безупречности общей картины, сейчас мне нужно было дойти до магазина и купить что-нибудь съестное, но я счёл это совершенно ненужной тратой времени и денег и, выждав несколько минут, чтобы дать моей кормилице время отойти подальше, направился на поиски Дэна.
  Я не знал, будет ли он двигаться только с человеческой скоростью, но даже если так, мог уже уйти довольно далеко.
  Сначала я мчался напрямик. Почти весь день дождило, трава не просохла. Штанины намокли и неприятно липли к ногам. Не стоило сокращать путь! Надоело петлять, огибая мокрые кусты, хотя перескакивать через встречавшиеся поваленные деревья мне нравилось. Вот и тропинка, на которой мы с Дэном расстались - бежать стало легче. Ветер, слабый и на открытых местах, здесь совсем запутался в листьях и не чувствовался. Земля мягко пружинила под ногами, непривычные лесные ароматы кружили голову. Изредка появлялось солнце, но после еды это уже не беспокоило. Частый подлесок ограничивал обзор. След был чёткий и ясный, хоть местами запах слабел и исчезал, но я, уверенный, что Дэн не скоро покинет тропу, продолжал нестись вперёд.
  Лишь звуки потасовки насторожили меня, заставили свернуть и углубиться в заросли орешника. Одни неприятности от людей! Оказаться свидетелем человеческой свары и привлечь к себе внимание не хотелось.
  Глухие удары с неразборчивыми возгласами. Раздражённый вскрик:
  - Костик, хватит уже, прекрати!
  Я, не замедляясь, обогнул людей по широкой дуге и вновь вышел на тропинку намного впереди, но, только промчавшись по ней десяток метров, резко остановился, поняв, что Дэн здесь не проходил. Наверное, тоже свернул, не желая встревать в людские разборки.
  Забирая налево, я продолжил движение под углом к тропе, но, даже замыкая круг, выходного следа не нашёл. Охваченный неясной тревогой я на миг замер - и помчался на звуки ударов. Дэн же в состоянии одним взглядом толпу разогнать. Он не может принимать участие в человеческой драке! Или может?
  Вот они! Людей было трое: парни в нелепых зелёных плащах. Один из них, стоявший спиной ко мне, держал арбалет, у других я оружия не заметил. Рассмотреть за ними лежащего в траве Дэна не удалось, но он не шевелился. Это было настолько неестественно и неправдоподобно, что я на миг растерялся. Парень с арбалетом замахнулся ногой и ударил. Сухой хруст кости меня подхлестнул. Я мог преодолеть это расстояние одним прыжком - и прыгнул, не раздумывая. Время, казалось, замедлилось... Нелепый толстяк в очках ткнул Дэна ногой, и одновременно стоявший с другой стороны широкоплечий шатен, схватил арбалетчика за плечо. Тот дёрнулся в сторону, и снова замахнулся.
  Сбоку, из-за дерева, навстречу качнулась четвёртая фигура. Сухой треск автоматной очереди. Показалось, что с размаху налетел животом на бревно, но приземлился я примерно там, где и рассчитывал, хотя непредвиденно ударился боком о широкоплечего. Обожгло бедро - нож! Ударил шатена по руке - клинок отлетел в траву, схватил арбалетчика за горло и прижал к себе, заслонившись от человека с автоматом. Тупая боль в животе не проходила. Она разрасталась, как живая, и жгла. Серебро! Я покосился вниз - в спине Дэна торчал арбалетный болт. Мне показалось, что сердце не задето. Неподвижность можно было объяснить только тем, что он тоже серебряный, а это значит... охотники!
   Не могло здесь быть никаких охотников! Откуда?
  Человек рванулся, я рефлекторно усилил хватку - он захрипел, выронив арбалет, и обеими руками вцепился в пальцы, сжимавшие горло. Каждое движение отзывалось новой волной жгучей боли, и внезапно я с пугающей ясностью понял, что даже если смогу передвигаться в таком состоянии, то уж нести Дэна - точно нет.
  Ближе всех шатен. Руки пусты, да и пальцы наверняка онемели после удара, выбившего нож. Лицо застыло неподвижной маской, расширенные от ужаса зрачки. Сознание не нащупать. Ладно, потом сконцентрируюсь. Не опасен. Пока.
  Толстый очкарик медленно пятился, опустив взгляд к земле. Руки пустые. Не противник.
  Угроза исходила от автоматчика. Он выглядел растерянным, но ствол в его руках был поднят, хоть и отвёрнут в сторону. В любой момент охотник был готов снова вести огонь.
  Не будь ранен, я смог бы броситься на него, вероятно и уклониться от пуль при этом, но сейчас шансов не было. Взять под контроль? Я глядел на него - и не чувствовал, не мог уловить даже следа личности. Да что со мной такое? Или это от серебра? Заметив мой взгляд, охотник не отвёл глаз, даже вскинул голову, упрямо выдвинув вперёд подбородок. Этот жест мне показался неуловимо знакомым. Где я его видел?
  Пленник дёрнулся, я сильнее сжал пальцы, и, когда он послушно замер, перехватил его удобнее и теснее прижал к себе, отчего он опять задёргался. Страхом почти не пахло, что не очень соответствовало ситуации. Неадекват? Было в его запахе что-то ещё, еле уловимый неприятно сладковатый оттенок. Я наклонился, задев губами его шею, и принюхался. Не слишком понятно, возможно наркотик.
   - Нет! - шатен рванулся ближе:
  - Стоять!
  Помогло. Пленник прекратил биться и слегка обмяк, а тот, другой, замер, чуть качнувшись вперёд, будто натолкнулся на невидимую преграду.
   Я слегка расслабил пальцы, пока совсем не придушил живой барьер, отделявший меня от остальных. Боль в животе всё разрасталась, начала пульсировать. Уже чувствовалась сухая горечь во рту - пока несильная. Тревожный сигнал.
  Впервые я оказался в ситуации, когда не смог взять под контроль сознания людей, но предаваться пустым сожалениям было некогда. Шатен стоял совсем рядом - теперь я чувствовал и его запах с возбуждающей ароматной нотой страха. Боялся он явно не за себя. Запахи моего пленника и ближайшего охотника были похожи. Братья!
  Растерянность исчезла. Это всего лишь люди. Если я собираюсь жить дальше, то переиграть охотников надо здесь и сейчас. И быстро, пока серебро не сожгло все резервы организма.
  - Брось ствол, - я посмотрел на автоматчика.
  Мне казалось, что он и ответит, но отозвался шатен - уверенно и язвительно:
  - Ну да, конечно! Может ещё и шеи вымыть?
  Значит, командует он. Тем лучше. А с чего так осмелел? Я проследил за взглядом - и понял. Подвинулся, чтобы скрыть располосованную ногу, хотя что уж... Поздно. Рана, чёрт возьми, и не думала затягиваться! Нельзя было показывать свою слабость. Я лихорадочно просчитывал варианты развития событий, а человек буравил меня взглядом. Считает лёгкой добычей? Надо не накалять обстановку, а заставить их уйти. Как убедить охотников, что и для них это предпочтительней?
  - И так сойдёт, - хотелось произнести это мягко, вкрадчиво, но голос прозвучал сухо и невыразительно. Я снова склонился к пленнику и уже специально провел губами по его шее. Рот свело пронзительной горечью, я судорожно сглотнул и замер на миг, не в силах произнести хоть звук, но сумел отстраниться. Командир охотников подался вперёд и даже изменился в лице. Хорошо.
  - Отпусти его, - зло сказал он. - Даже если убьёшь, уйти не сможешь.
  - А вдруг мне повезёт? - тихо спросил я. - Если нет - он всё равно умрёт первым.
  - У тебя не будет ни одного шанса!
  - У него тоже. Может, и ещё кого-нибудь достать успею, - я выдержал паузу, чтобы он обдумал мои слова. - Но я бы предпочёл уравнять шансы по-другому. Вы мне не нужны. Уходите - все. Оставьте оружие, как гарантию того, что не вернётесь, и уходите.
  Он вскинул голову, открыл рот - и ничего не сказал. Нахмурился и замер с отсутствующим видом, вероятно просчитывая события. Как продолжить? Я не знал, насколько хорошо охотники осведомлены о наших особенностях. Знают ли о неспособности на прямую ложь? Если нет, просвещать их нежелательно. Ему тоже нужны гарантии, что я не сверну им шеи после разоружения. Что предложить?
  - Не слишком честно, - сказал охотник наконец, - ты-то останешься при клыках. Мы уйдём с оружием.
  Он смотрел на меня во все глаза. Я ответил не сразу: замер, а потом изобразил на лице даже не усмешку, а тень её. Может, играю, что кого-то услышал, а может и нет. Пусть подумает.
  - У меня на руках раненый, да и сам я достаточно ослаблен, чтобы не рисковать наткнуться на серебряный клинок. Зачем мне вас преследовать? А вот для вас ваши стрелялки - слишком большой соблазн вернуться, чтобы добить. Я, может, не слишком осторожен, но и не полный идиот!
  Шатен скривился:
  - Я тоже! Ты дашь слово, что никто не будет на нас нападать!
  Невероятное облегчение смешалось с досадой. Они знали! И даже согласны поверить, что может появиться кто-то ещё. Ничего не надо придумывать, чтобы охотники сочли сделку равноценной. Можно разойтись миром. А всё же я предпочёл бы уничтожить их сразу!
  - Оружие останется здесь, - настойчиво напомнил я.
  - Мы выбросим болты и патроны, снаряжение стоит слишком дорого.
  - Жизнь дороже, - заметил я. - Обещаю, что если вы оставляете автомат и арбалет здесь, мы не будем вас преследовать и не причиним никакого вреда. Сегодня.
  Его губы чуть сжались. Долгую минуту он молча пытался испепелить меня взглядом, потом неохотно процедил:
  - Саня, давай!
  Автоматчик отвёл от меня взгляд, полный ненависти и отшвырнул ствол. Я, не теряя времени, обыскал своего пленника и обнаружил несколько стрел с нелепыми резиновыми насадками и крупным ярким оперением и два нормальных арбалетных болта. Результат их осмотра не порадовал: серебряный наконечник крепился ненадёжно - конечно специально - и при извлечении древка наверняка остался бы в теле.
  Командир охотников направился к своему ножу. Отпихнув в сторону заложника, я подхватил с травы арбалет, сломал, сделал несколько стремительных шагов и наступил на лезвие. Шатен замер, играя желваками.
   - Ещё доберусь до тебя, - мрачно пообещал он, резко развернулся и направился прочь, его брат и очкарик - за ним. Я поторопился подобрать автомат и согнуть ствол. Какого напряжения мне стоила видимая лёгкость движений! Автоматчик, исподлобья следивший за мной, сплюнул и стал догонять команду.
  - Жду с нетерпением, - сказал я в спины охотникам. Их следовало обыскать, но я боялся, что дополнительная задержка полностью лишит меня сил и возможности хотя бы частично восстановиться, и понадеялся, что у них больше нет ничего угрожающего. Похоже, люди действительно собирались играть.
  Они двигались в сторону станции и, наконец, скрылись за кустами. Я внимательно вслушивался в шаги, рассматривая клинок. Он выглядел стальным, но на всякий случай я сначала провел пальцем по лезвию - удостовериться. Серебра в нём не оказалось.
  Охотники были ещё близко, слишком близко. Но я чувствовал, что дольше тянуть нельзя. Озеро пульсирующего жидкого огня в животе разрасталось, грозя выйти из берегов и затопить меня целиком. Расстегнул рубашку, сел, прислонившись спиной к дереву, сосредоточился и воткнул в себя нож, делая первый глубокий надрез. Мне не приходилось копаться в собственных внутренностях, я боялся, что пытка будет нестерпимой, но несколько ударов сталью немного добавили к тому, что было.
  Одну серебряную пулю я нашёл почти сразу и удалил, подцепив кончиком клинка. С поиском другой пришлось потрудиться дольше, да и вырезать её оказалось сложнее, зато после избавления от серебра сразу стало легче. Боль осталась, но она больше не пульсировала и не жгла. Я с облегчением расслабился, прислонившись затылком к стволу и закрыв глаза. Руки действовали сами, заталкивая на место выпирающие из разрезов петли кишечника, сводя вместе и сжимая края ран.
  Странно всё-таки: никогда не думал, что можно о чём-то разговаривать с охотниками и даже договориться...
  Они ещё находились в зоне слышимости. Группа остановилась. Отдалённые звуки ударов и обиженный возглас:
  - Ну ты чё?
  Слушая, как командир кроет своего братца последними словами, обвиняя во всех смертных грехах, я получил истинное удовольствие. Даже сумел улыбнуться дрожащими от боли губами.
   Боль в животе присмирела, уменьшилась, притихла, но полностью не прошла. Зато теперь я чувствовал, как ноет бедро, рассечённое почти до кости, а голод, терзающий меня нельзя было даже сравнить с тем, утренним. Спустив эмоции, командир повёл охотников дальше, а я, убедившись, что регенерация остановилась, решил, что теперь пора заняться Дэном. Досталось ему изрядно, резервы были на нуле. Выглядел Дэн абсолютно неживым и вряд ли даже чувствовал что-то, кроме сжигающей боли. Одна рука лежала наотлёт, пальцы расплющены и даже перстень лорда был погнут.
  Только сейчас я подумал о том, что появись здесь на несколько мгновений позже - и его бы разделали, как принято, и я ничего не смог бы сделать. У охотника и нож был наготове!
  Я мог уже сейчас быть лордом! От внезапного осознания я замер.
   Сколько колоссальных сражений и мелких боёв происходило из-за титула лорда, какие интриги закручивались вокруг, сколько сил тратилось - а я мог получить его, ничего для этого не делая! Нужно было всего лишь снять перстень - и уйти. Дэн был истощён настолько, что сам не смог бы выйти из этого состояния. Остальное довершит время. И серебро.
  Несколько секунд я провёл в неподвижности, слегка ошеломлённый открывшимися перспективами, а потом решительно всадил нож в спину Дэна.
  Разрез вышел небольшим и точным. Я выдернул болт вместе с наконечником и отшвырнул. Что делать дальше я представлял не очень хорошо. Тащить оцепеневшее тело было сложно. Боль в бедре, раньше не слишком заметная, сейчас стала казаться куда сильней, чем раньше. Мне нужна была кровь - много. А Дэну... Вероятно, он сможет выпить человека и досуха. И где взять этого человека?
  Здесь, возможно, передвигались и другие ролевики, но я решил, что они не подходят: если Дэн, придя в себя, обнаружит, что ненароком осушил кого-то из своих знакомых, ему это не понравится, и наши отношения омрачатся из-за недоразумения. Привести кого-то из деревни? Это мысль мне показалась вполне здравой. А что потом? До города, конечно, не слишком далеко, но и не близко. Одного человека нам на двоих может и не хватить, но для начала сойдёт. Только своим ходом добираться до дома не хотелось бы, а в электричку в таком растерзанном виде не сунешься. Полезно разжиться машиной.
  Я отнёс Дэна в разросшиеся кусты подальше от тропы, прикрыл тело срезанными ветками, и направился туда, где по моим представлениям должно было быть шоссе.
  День жаркий. Наверняка многие водители едут с опушенными стёклами. Видок у меня, конечно, тот ещё. Голосовать бесполезно, а вот отобрать руль, запрыгнув в машину, вполне реально. Лучше, конечно, если пассажиров в ней не окажется. Убивать сверх необходимости не хотелось.
  Скоро я вышел на дорогу. Совершенно не представлял, откуда она идет и куда, но направление оказалось подходящим, и я поковылял по разбитому асфальту. Машин не было, и я уже смирился с тем, что придётся тащиться до пересечения с более оживлённой дорогой, когда услышал за спиной шум мотора.
  
  
  Глава 2. КРИСТИНА
  
  Мимо нашей дачи снова потянулись странные люди в нелепых плащах. С арбалетами. Не люблю ролевиков! Пару лет назад здесь полное безлюдье было. Тихо, хорошо... А сейчас они облюбовали наши леса для своих забав. Сначала только на день приезжали, а теперь лагеря разбили. На неделе там почти никого, а раз пошли толпами - значит пятница, можно и на календарь не смотреть. Вот и собираются на ночь глядя, опять до утра будут костры жечь.
  Кажется мне, есть в этом что-то нездоровое, когда взрослые дяди напяливают на себя кустарные кольчуги, плащики из занавесок, делают деревянные мечи и представляются эльфами с какими-нибудь разэтакими именами. Сходятся с этими деревяшками стенка на стенку, или одиночные схватки устраивают. А сейчас, смотрю, у многих и оружие, как настоящее. Вон, ещё пошли: в кожаных доспехах с металлическими накладками и с мечами, прямо как из музея. Один из этих деятелей с физиономией орка мне ещё и подмигнул. Я гордо отвернулась. Не знаю, почему они меня так бесят, но глаза бы не глядели!
  Моя подруга Света говорит, что я слишком приземлённый человек, и поэтому меня раздражают люди, готовые сделать себе сказку. Надеюсь, что это не так: уж слишком мелочно получается.
  Я захлопнула книгу, сказала бабушке, что поеду в город за продуктами, и стала выводить машину. Соединю приятное с полезным: и холодильник забью, и с подругами повидаюсь. Терпеть не могу ездить по нашей дороге, но смотреть, как по лесу носятся толпы друидов и прочих гоблинов, не люблю ещё больше.
  Солнце почти не появлялось, но хотя весь день периодически накрапывал дождь, всё равно было душно. Я опустила стёкла. На каждой выбоине девятка громыхала и подпрыгивала, заставляя меня клацать зубами. Дорога у нас совсем раздолбанная. Никому она не нужна кроме кучки дачников, так ремонтировать её и некому. До посёлка как-нибудь подлатают и ладно, а от посёлка она тянется ещё почти десять километров, и уже среди наших домиков незаметно сходит на нет. Можно, конечно, и электричкой добраться, но уж больно неудобно. От электрички по тропинке лесом идти больше часа. Налегке - одно удовольствие, да часто ли на дачу ездишь налегке?
  После очередного поворота я увидела парня, который, сильно хромая, шёл по обочине. Пару раз он оглянулся, но голоснуть не попытался. Высокий, лохматый. Мне показалось, что совсем пацан, лет пятнадцати. Чёрные джинсы обтягивают тощие ноги, чёрная рубашка свободно болтается на плечах. Откуда здесь взялся? На ролевика вроде не похож... Ну, в таком темпе до жилья хромать ему и хромать, а скоро стемнеет. Поравнявшись с парнем, я остановила машину:
  - Садись, подвезу. До посёлка или в город?
  Он бросил на меня настороженный взгляд, молча скользнул на сиденье рядом, уткнулся взглядом вниз и сложил руки на коленях, прикрывая тонкими изящными пальцами окровавленную рваную штанину. Я мельком заметила глубокую рану в прорехе и помедлила трогать машину. Какое! Надо первую помощь оказывать, да и перевязку делать. Хоть бы инфекцию не занёс! Странно, что крови так мало.
  Первое впечатление меня обмануло: парень не намного выше меня, только худой, поэтому показался высоким. Да и с возрастом я здорово ошиблась: морщинки у глаз и жёсткие складки у рта давали понять, что ему, скорее, уже под тридцать. Мне стало неловко: я-то думала, что подсаживаю мальчишку. Выглядел мой пассажир отвратительно. Бедняге здорово досталось. Почти чёрные волнистые волосы спутаны, в них полно мелкого лесного сора, прядь прилипла к подсохшей крови на лбу. Бледный до синевы, губы серые, а в углах рта даже фиолетовые, как у покойника.
  На мой вопрос парень так и не ответил. Наверное, болит всё и не до болтовни. Но я не удержалась:
  - Кто тебя так?
  - Охотники, - прохрипел он и злобно оскалился, демонстрируя мне нехилые клыки.
  Представляете? Я-то думала, нормальный парень в неприятных обстоятельствах, а это доигравшийся ролевик! Ещё и передо мной продолжает в свои дурацкие игры играть, прямо зло берёт. Ладно бы пацан, но ведь взрослый мужик, а ума не нажил! Вместо того, чтобы скорее гнать в город - возись с ним!
  - Так ты, типа, вампир? - раздражённо уточнила я, доставая из бардачка упаковку влажных салфеток и пытаясь припомнить книжку о приключениях хоббита. Читала я давненько, чуть ли не в начальной школе, и сюжет помнила только в общих чертах. Вроде бы не было у Толкина никаких вампиров, или здесь какие-то другие ролёвки разыгрывают?
  Пассажир поднял голову и посмотрел на меня. Оказывается глазищи у него совершенно невероятного светло-зелёного цвета. Может линзы? Неправильно он себе вид выбрал. С такой одухотворённой и высокомерной рожей ему надо эльфа изображать.
  - А как же знаменитая вампирская регенерация? - спрашиваю, а этот тип вновь уставился на свои коленки и хрипло буркнул:
  - Я голоден.
  Совсем заигрался! Моё раздражение выросло так, что жалости к этому психу я уже почти не ощущала. Не знаю, что меня дёрнуло, только я широким жестом протянула ему руку ладонью вверх и спросила участливо-участливо:
  - Тебе как, грамм триста хватит?
  Ну, думаю, что теперь изобретёшь, чтобы из своей легенды не выпасть?
  Парень развернулся ко мне с ошарашенной физиономией. Это меня порадовало, но ненадолго. Он молниеносно, как змея, вцепился в моё запястье, клыки продрали кожу, и я вскрикнула от резкой боли.
  Попытки выдернуть или вывернуть руку оказались безуспешными, ледяные пальцы фиксировали её с безжалостностью тисков. Другая его рука намертво прижала меня к спинке сиденья. Вот ведь знала, знала, что никого нельзя сажать в машину! Злость придала сил, я энергично пихнула парня правым локтем в грудь, неловко вцепилась в его лохмы левой рукой и от души рванула:
  - Пусти, придурок, по ране стукну!
  Он не среагировал. Я ещё раз дёрнула за волосы, чувствуя подступающую панику, и, глядя на его ногу, судорожно вдохнула, набираясь решимости. Ясно, что надо бить по самому уязвимому месту, но рана выглядела так страшно... Глубокий порез с расходящимися краями. Нет, не глубокий... Я сморгнула и тихо выдохнула, ощущая с какой-то отстранённостью, как где-то под ложечкой скручивается тяжёлый холодный узел. Порез на глазах затягивался. Мои пальцы сами разжались и соскользнули со спутанных волос.
  Мыслей не было. Совсем. Я смотрела на его опущенную голову, и тупо повторяла про себя:
  - Вампиров не бывает, вампиров не бывает... Не бывает вампиров!
  Запястье жгло пульсирующей болью. Вампир поднял голову и отпустил моё плечо. Я не могла отвести взгляд от его бедра: страшная рана превратилась в красный рубец, который на глазах побелел, сливаясь с кожей.
   - Мне мало. Позволь ещё.
  Я вздрогнула и перевела взгляд на лицо вампира. Теперь он не хрипел. Его голос оказался ниже, чем можно было предположить, интонация была требовательной, но сам он не выглядел больше ни одухотворённым, ни высокомерным - усталым и голодным он выглядел.
  Тяжело дыша, я растерянно глядела на зубастого пассажира и чувствовала себя на редкость глупо. Надо же, сама предложила! Кто же знал, что он настоящий? Как ни странно, я почти успокоилась. Раз позволение на кормёжку спрашивает, значит, не опасен, так? Мало ли каких монстров по телику показывают, а мне вот попался цивилизованный.
  Я вытащила руку из его расслабившихся пальцев. Она почти не кровоточила. У него что, счётчик стоит? Этот тип высосал предложенные триста грамм и нуждается в моём позволении на продолжение банкета? Не очень верится, но внушает оптимизм.
  Вампир бросил быстрый взгляд на кровь на моём запястье и сглотнул. Дёрнулся кадык на шее. Действительно, голодный. Внезапно меня охватила жалость к этому существу. Но ещё кормить? Нет! С какой стати? Как он больно, гад, кусается!
  Говорить не получалось. Вампир вопросительно вскинул бровь и уверенно взял меня за руку. Я прочистила горло и нерешительно пожаловалась:
  - Больно очень.
  Бледные губы дрогнули, но он промолчал. Несколько мгновений вглядывался в моё лицо с неожиданным любопытством, затем опустил глаза, продемонстрировав мне потрясающие ресницы. Я даже мимолётно позавидовала такому великолепию.
  Боль вдруг исчезла. Совсем. Ну как он это сделал? Ощущения были скорее приятные. Холодные пальцы, будто невзначай, погладили мою руку, и вампир снова приник к ней. Я растерялась и возражать не стала. Память услужливо подсказала, что доноры сдают по пол-литра, значит, можно его ещё подкормить. Да, не хочется! И скажи мне кто-то, что можно сочувствовать голодному вампиру, я бы не поверила, но этот тощий израненный парень вызывал невольную симпатию и жалость. Меня очень впечатлило, что обладая явно нечеловеческой силой, он просил разрешения. Я с внутренней дрожью представила жуткую рану, которая у него была ещё несколько минут назад. Каково это, выпрашивать глоток крови, чтобы избавиться от боли?
  Рука немного онемела, и меня охватило мягкое тепло, стало уютно и хорошо, как в холодный вечер у камина. Мой взгляд скользнул по травинке, застрявшей в чёрных волосах. Я торопливо отвернулась и уставилась в ветровое стекло. Пусть и не видно было ничего, кроме темноволосой головы, склонённой над моей рукой - не могла я на это смотреть, как не могу видеть, когда мне делают уколы, хотя сама делаю уколы моим старикам, когда случается такая необходимость, да и крови не боюсь.
  Дорога была пустой. Верхушки деревьев розовели в лучах закатного солнца, но в глубине леса уже царил сумрак. Несмотря на вечер, стояла жара. Ветер почти не чувствовался. Я смотрела в окно совершенно бездумно, даже сама этому удивилась как-то со стороны, потом решила что это защитная реакция психики. И сразу забурлил мыслительный процесс.
  Вряд ли вампиры постоянно кормятся кровью. Пошли бы какие-то слухи. Скорее всего им нужна кровь в особых случаях, и подкармливают их постоянные доноры - друзья, хранящие тайну. Иначе почему о них никто не знает? Интересно, много таких? Если уж существование вампиров держится в секрете, значит вопросы будут выглядеть неуместно. А жаль!
  Мягко закружилась голова. Всё поплыло перед глазами.
  - Эй! Не слишком увлёкся? Мне что-нибудь оставишь?
  Мягкое прикосновение языка. Вампир замер на миг, и почти сразу отстранился. Выглядел он явно лучше. Губы приобрели нормальный цвет, да и лицо уже не было таким меловым, как раньше. Теперь можно оценить его внешность по достоинству. Прямой нос с небольшой горбинкой, красиво очерченный рот, впалые щёки. Я почувствовала детский восторг: ну как же, настоящий вампир, да ещё такой симпатяга, оказывается! Вот только его пристальный взгляд меня смутил. Уж я-то сама далеко не красавица. Нос длинноват, крупный рот мне кажется вульгарным, только глазами своими я и довольна. И что он меня так изучает? Лучше бы на себя посмотрел! Весь лоб в засохшей крови...
  Вздохнув, я подняла с пола упаковку салфеток, вскрыла и протянула ему. Вампир недоуменно на них покосился и снова уставился на меня. Неразговорчивый какой... Сидеть под изучающим взглядом было неловко, я достала салфетку, и стала вытирать кровь у него на лбу. Сначала он дёрнулся от моей руки, но потом сидел себе тихонечко, глазки опустил, весь такой напряжённый - вроде бы даже не дышал. Кровь оттиралась плохо и к концу этого процесса я почувствовала сильную усталость и озноб. Сунула остаток салфеток ему на колени и откинулась на спинку сиденья:
  - Руку сам вытирай.
  - Воду возьму? - показал он на бутылку минералки.
  Я кивнула. Вампир быстро снял рубашку. Ох, на животе-то тоже кровь! Я и не замечала: на чёрном в глаза не бросается, да и не присматривалась. Намочив рубашку, он быстро обтёрся. На бледной коже уродливо выделялись свежие красные шрамы. Это меня неприятно поразило.
  - Слушай, - осторожно поинтересовалась я, - а ты ещё очень голодный?
  Вампир замялся на несколько мгновений, а потом преувеличенно нейтральным тоном сообщил:
  - Да, но теперь я вполне могу потерпеть до города.
  Это сколько ему надо-то?
  - Ну ты и прорва! - вырвалось у меня.
  Он закусил нижнюю губу клыками. Это выглядело... экзотично.
  - Обычно я не так... - он опять замялся, подбирая слово, - не так прожорлив.
  Ну как это у него получается? Чуть меня не угробил, и я же чувствую себя виноватой! Лишним глотком крови попрекнула. Надо ж было ляпнуть!
  - Извини, не хотела тебя обидеть!
  Я прикоснулась к его пальцам, и поразилась, какими они стали тёплыми. Вампир в упор посмотрел на меня, удивлённо вскинув бровь. Моя рука поспешно отдёрнулась.
  - Я что-то делаю не так?
  - Всё, - кратко сообщил он, и, забросив скомканную рубашку в придорожные кусты, снова повернулся ко мне. Его взгляд мне показался оценивающим.
  - Ну, уж извини, как умею! - мне стало обидно. Ему помогают, а он ещё и недоволен! Я опять посмотрела на израненный живот вампира и подавила раздражение. - Больно?
  - Уже нет, чешется жутко, - хмыкнул он. - Тебя как зовут?
  - Кристина.
  - А я Ник, - вампир одарил меня ослепительной улыбкой, которая сразу же погасла. - Уж очень ты вкусная, вот я и увлёкся с голодухи. Как самочувствие?
  Я прислушалась к организму. Организму было погано.
  - Холодно, слабость, голова кружится.
  - Извини, - он неловко дёрнул плечом и протянул мне бутылку, где ещё оставалась вода. - Выпей, надо восполнить потерю жидкости. Есть что-нибудь тёплое накинуть?
  - В багажнике пакет, - вспомнила я о старой одежде, которую привезла на дачу и, конечно же, забыла выложить.
  Когда вышла из машины, меня сразу повело куда-то в сторону. Вампир подхватил меня на руки, сгрузил у противоположной дверки и помог сесть:
  - Сам принесу.
  Через мгновенье он поставил пакет мне на колени. Я достала футболку и протянула Нику:
  - Пойдёт?
  Его глаза были уже тёмно-зелёными. Я ошарашено поглядела в них и доложила вампиру:
  - У тебя глаза цвет меняют!
  - Я в курсе, - спокойно согласился Ник.
  Моя футболка оказалась ему почти как раз. Пока я копалась в пакете, разыскивая разношенную кофту с продранными локтями, он сел на водительское место, вытащил из бардачка карту автомобильных дорог и, глянув, пихнул обратно. Машина рванула, быстро набирая скорость. Мог бы и поинтересоваться, соглашусь ли я пустить его за руль! Но протестовать не хотелось.
  Я неловко натянула кофту и покосилась на Ника. Спрашивать что-то казалось бестактным, но молчание было гнетущим.
  - А ты не похож на вампира. Просто вылитый эльф! - сообщила я ему.
  Он иронично вскинул бровь:
  - У тебя много знакомых эльфов и вампиров?
  - Ты первый! - сокрушённо призналась я.
  - Откуда ты про вампиров знаешь? - вдруг спросил он.
  Неловко-то как!
  - Я думала, ты ролевик, - пробормотала я. - Здесь полно этих психов. А эльфы тоже реально существуют?
  - Не думаю, - отмахнулся он, передёрнув плечами, - Хотя, конечно, возможны варианты. Но ты не удивилась, не испугалась!
  Тон был обвиняющим. Я растерялась. Обиделся, что его всерьёз не принимают?
  - Может это шок? - честно предположила я. Он покосился на меня, но ничего не ответил и повернул на просёлок. Машину тряхнуло.
  - Ник, если хочешь куда-нибудь доехать, скорость сбрось, или развалимся на полпути. И вообще мы куда?
  - Мой друг ранен. Надо отвезти в город, - сухо ответил он.
  - Ему тоже нужна кровь? - тупо спросила я.
  Ник хмыкнул и противным ласковым тоном протянул:
  - У тебя столько нет.
  - Значит ему совсем хреново.
  - Это точно.
  Ник остановил машину, взял плед из багажника, и, пообещав скоро вернуться, исчез в лесу. Ключи прихватил с собой. Я вышла из машины. Голова мягко кружилась, но на дороге мне стало лучше. Ветерок приятно обдувал лицо. Я жадно сделала несколько вдохов - и вдруг почувствовала, что меня начинает колотить. Ноги внезапно ослабели, и я, с трудом сделав ещё два шага на подгибающихся и расползающихся конечностях, тяжело плюхнулась в траву на обочине. Зубы выбивали частую дробь, руки мелко противно тряслись. Я обхватила себя за плечи и сжалась, ожидая, когда пройдёт неожиданный приступ. Уже знала, что это ненадолго.
  Такое у меня было два раза. Один - когда пожилая тётка, как я потом узнала, домработница, выводившая собаку на прогулку, не смогла с ней справиться. Кавказец вывернулся из ошейника, сняв при этом и намордник, и весело носился по улице, распугивая прохожих. Я тогда забрала собачью амуницию из рук перетрусившей женщины, немного поиграла с псиной "в палочку", без особых проблем нацепила ей ошейник и довела до квартиры. И только по дороге домой испугалась - вот так же, до клацанья зубами и дрожи в руках. Но тогда я сидела на лавочке и ещё и ревела под недоуменными взглядами прохожих. В другой раз к нам прицепилась компания подвыпивших гопников, когда мы с напарницей вечером возвращались с работы. Повезло: нас заметил Лёша, единственный парень в моей девчачьей компании, который ехал с приятелями с шабашки. Гопники, увидев крепких хмурых ребят из стройбригады, быстро ретировались. Нас с Анжеликой посадили в микроавтобус и развезли по домам, всю дорогу мы обменивались шуточками и дико ржали, и только дома меня настиг отходняк.
  Но эти события - нечто исключительное в моей ровной размеренной жизни.
  Через несколько минут я медленно расслабилась. Отпустило. Даже непонятно, с чего я так расклеилась. Вампир - это, конечно, странно, но ничего особо страшного не случилось. Наоборот, Ник показал себя с лучшей стороны. Конечно, я даже не столько испугалась, сколько разозлилась, когда он укусил меня в первый раз. Но тут уж его винить нечего: сама предложила. А потом, когда он нормально попросил добавки, опять же я не смогла ему решительно отказать, да и отпустил он меня сразу, как только я запротестовала. Единственное, что меня неприятно зацепило, что он забрал с собой ключи от машины. Я размышляла, сунул он их в карман на автомате, или реально считает, что я могу смыться, попросту бросив раненного человека (ну, пусть вампира). Думать, что кто-то может считать тебя способным на такой поступок, было неприятно, но я решила, что даже если так, то Ник меня практически не знает, поэтому его можно простить.
  Надо же, оказывается, вампиры вовсе не такие ужасные, как их описывают в книгах. Кусается Ник здорово, конечно. Меня однажды овчарка тяпнула, и то не так больно было.
  Что он имел в виду, когда сказал, что я всё делаю не так? Надо было сразу потребовать объяснений! Хотя нет, он торопился к этому своему раненному другу, так что времени разговоры разговаривать у него не было. Интересно, Ник это Николай? Или, может, Никодим? Парень-то какой симпатичный! И какой у него друг? Что охотники собой представляют? Если это люди, откуда им о вампирах известно?
  Ладно, все свои вопросы я буду задавать потом, после того, как доберёмся до города, если, конечно, Ник предоставит мне такую возможность. Может и не захочет. Это мне интересно с вампиром пообщаться, потому что я даже не представляла раньше, что они существуют. Люди на каждом шагу встречаются, зачем я ему сдалась? И я не поняла, почему он был такой скованный и напряжённый вначале. Сомневаюсь, что он по жизни такой застенчивый. Перед тем, как уходить, он вёл себя почти нормально.
  Мне скрывать нечего, и то я не люблю расспросов, а о вампирах не знают, и, наверное, любопытствовать нельзя. А жаль!
  Ник задерживался. Уже ощутимо стемнело, облака, подкрашенные снизу багровым, смотрелись красиво, но мрачновато. Настроение стремительно портилось: не люблю ездить по просёлкам в темноте.
  Поглощённая мыслями о необычном новом знакомом, я высматривала его между деревьев и не сразу обратила внимание на машину, которая проехала мимо и остановилась. Только спустя несколько минут я сообразила, что здесь вообще редко ездят, а уж останавливаться и вовсе незачем, и обернулась. Метрах в пятнадцати стояла почти такая же девятка, как моя. В её безмолвной неподвижности мне почудилось нечто зловещее. Но тут дверка приоткрылась и высунулась чернявая голова:
  - Ай, красавица, что загораешь? Машина полетела?
  Обращение мне не понравилось, но добродушное лицо мужчины успокоило.
  - Нет, всё в порядке. Просто остановилась передохнуть. Голова закружилась, - смущённо пояснила я. Человек, может, помочь решил, а я сразу о плохом...
  В благостном заблуждении я пребывала недолго.
  - Ты что, одна катаешься? - почему-то удивился мужчина. Невысокий, в мешковатых допотопных штанах, он уже стоял у машины с гаденькой улыбочкой на физиономии. С другой стороны вылез коренастый парень помоложе - в джинсах и футболке. Его наглая морда понравилась мне ещё меньше.
  - Не твой день сегодня, красавица. Нам тоже что-то захотелось... передохнуть.
  Я вскочила и бросилась к лесу. Качало, перед глазами всё плыло. У самых деревьев я споткнулась о ветку, упала, и сразу на меня навалилась чья-то туша, глуша острым запахом пота. Отбивалась я молча и ожесточённо, вот только сил почти не было. Я извернулась и, преодолевая отвращение, вцепилась зубами в смуглую волосатую руку. Ощутила вкус крови, вот гадость какая! От увесистой пощёчины зазвенело в ушах, крепкая рука сжала мне горло, ноги придавили, и я почувствовала, как расстёгивают джинсы. Кожа на животе попала в замочек, я охнула.
  И вдруг всё закончилось. Меня больше не держали. Ник, показавшийся мне очень высоким, бесстрастный как робот, окинул меня взглядом и исчез, рванувшись в сторону. Я с трудом подтянула расползающиеся ноги и села.
  Первого мужчину я не увидела. Коренастый в джинсах бежал к дороге. Ник уже стоял у его машины, но парень, похоже, этого не заметил. Он всё время оборачивался и только подбежав к вампиру шарахнулся от него, по-бабьи взвизгнув и нелепо взмахнув руками. И вдруг замер. Ник что-то сказал и распахнул дверку машины. Притихший парень сел в неё, вампир аккуратно прикрыл машину, подошёл ко мне и протянул руку, помогая встать.
  - Кристи, ты в порядке? - озабоченно спросил он.
  Я неловко кивнула, и тут меня, наконец, прорвало. Вцепившись в вампира обеими руками, я уткнулась носом в его плечо и разрыдалась. Когда я начала, наконец, успокаиваться, а мои рыдания перешли в отдельные всхлипы, то почувствовала: что-то не так. Ник неловко обнимал меня за плечи свободной рукой, весь напряжённый, прямой, как аршин проглотил. Я замолкла и робко заглянула ему в лицо. Он стоял, уставившись в пространство с видом донельзя растерянным и несчастным. Я поспешно отпустила его и шагнула назад, запахивая рубашку с оборванными пуговицами:
  - Ой! Извини...
  Ник хмуро кивнул и сказал:
  - Подожди здесь, я скоро вернусь.
  Это я уже слышала, поэтому снова схватила его за руку:
  - Нет, не хочу, я пойду с тобой!
  Он с сомнением посмотрел на меня и неопределённо пожал плечами. Я спешно завязала полы рубашки в узел и, услышав звук, обернулась. Мужчина, которого я не замечала раньше, лежал под берёзой метрах в пяти от нас и сейчас со стоном начал вставать, цепляясь за ствол. Ник терпеливо и равнодушно наблюдал за ним. Когда тот выпрямился, вампир кратко приказал:
  - Пойдём, - развернулся и, легко подхватив меня на руки, неторопливо направился в лес.
  Под раскидистыми кронами было совсем темно. Мужчина ковылял за нами. Мне стало жутко:
  - Ник, ты и мне можешь отдать любой приказ, и я буду выполнять?
  Он помолчал, затем неохотно ответил:
  - Я не буду этого делать.
  - Почему?
  - Мне не интересны куклы, - буркнул он.
  Объяснение устроило. Всё-таки Ник очень приятный парень, хоть и вампир. Я успокоено расслабилась, но в этот момент он остановился и довольно небрежно поставил меня на ноги.
  Надо же, совсем недалеко от дороги. Голова по-прежнему слегка кружилась, поэтому я вцепилась в ближайшее деревце и огляделась. Мы стояли на краю широкой поляны, и здесь было светлее. На земле лежал большой свёрток. Мой плед. Ник наклонился и откинул край.
  Сначала я увидела неестественно вывернутую ногу, потом заметила, что и голова лежит как-то неправильно. Недлинные светлые волосы откинуты назад. Я потрясённо смотрела на изуродованное лицо в многочисленных ссадинах. Нос и щека вдавлены, челюсть сдвинута в сторону, рот немного приоткрыт. Крови не было, и от этого всё казалось ещё страшнее. Я отшатнулась, пытаясь справиться с кислым комком в горле, сползла по стволу на четвереньки и стала прощаться с ужином. Одна из моих подруг, Наташа, работает в больнице, я иногда забегаю к ней в травматологическое и считала, что всякого насмотрелась, но тело на пледе выглядело так жутко! Живым это быть не могло.
  Когда я выпрямилась, Ник стоял рядом с бутылкой воды в руке. Успел сбегать к машине? Как вампир среагирует, когда поймёт, что его друг умер? Я прополоскала рот в безуспешной попытке избавиться от горечи и кислоты и осторожно поинтересовалась:
  - Ник, ты уверен, что он жив?
  - И жив, и в сознании, - голос вампира звучал тускло.
  Я с ужасом посмотрела на него:
  - И что он чувствует?!
  Ник мрачно взглянул на меня и промолчал.
  Мой несостоявшийся насильник стоял рядом, бессмысленно пялясь в пространство. Вампир подтолкнул его на поляну. Я пыталась уложить в голове новую информацию. Это какая же дикая должна быть боль?
  Голос Ника за спиной приказал:
  - Держи руку так.
  Смотреть мне не хотелось, но было любопытно. Я стиснула зубы, обернулась и шагнула вперёд. Мужчина стоял у тела на коленях, держа руку перед собой. Тонкая струйка крови стекала по пальцам и капала в рот вампиру. Ник отошёл в сторону и безучастно глядел на стену деревьев. Казалось, мир замер. Даже ветра не было. Заметив движение краем глаза, я вновь перевела взгляд с фигуры Ника на тело его друга. Действительно жив! Пальцы вампира вцепились в руку человека и тянули к оскаленным зубам. Блеснул кровавым цветом неправдоподобно большой квадратный камень перстня.
  Ник подошёл ко мне и провёл пальцем по щеке:
  - Плачешь?
  Я попробовала объяснить:
  - Я ничего о вас не знаю, но так страдать не должно ни одно разумное существо.
  Ник удивлённо вскинул бровь, понимающе хмыкнул и демонстративно слизнул с пальца прозрачную каплю:
  - Слёзы о вампире? Совершенно особый вкус! - он отвернулся от меня к поляне. - Я думал, ты об этом.
  С чего это жалеть подонка, который собирался меня изнасиловать?! Последние слова Ника вновь и вновь прокручивались у меня в голове, как на заевшей пластинке, но я боялась их понять.
  - Ник, а сколько крови ему нужно?
  Он не ответил, только бросил на меня быстрый взгляд через плечо. Напряжённо сжатые губы и глаза... почти белые, слепые, с булавочной точкой зрачка. Я обомлела.
  Тело на пледе вновь шевельнулось. Даже в подступившей темноте было заметно, что вампир выглядит значительно лучше; он, подтянул ноги к себе, согнув колени, и вдруг, пружиной взвившись вверх, вцепился в горло мужчины, опрокинув его на землю. Ник неторопливо подошел к сцепившимся телам и, наклонившись, взял человека за руку. Раздалось низкое тихое рычание. Ник хмыкнул, пробормотал:
  - Полно, Дэн, не жадничай, тут и на двоих хватит, - и припал к запястью.
  Все три фигуры были неподвижны. Я медленно попятилась, чувствуя, как в душе поднимается волна ужаса, почти сразу натолкнулась на дерево и остановилась, обессилено прислонившись к шершавому стволу. Он был тёплый и пах смолой. Ник ведь пил мою кровь - и ничего страшного случилось. Я не думала, что этого человека будут убивать!
  Мужчина вдруг рванулся, раздался дикий вопль. Меня это словно подхлестнуло. Развернувшись, я бросилась бежать. Только бы до машины добраться! Я родимую и без ключа завести сумею! Сдавленные крики и хрипы за спиной прибавляли сил.
  Темно-то как! Я мчалась почти вслепую, спотыкаясь, чудом удерживаясь на ногах. Стараясь не потерять направления, я всё-таки больше вглядывалась под ноги: не хватало ещё раз навернуться. Крики за спиной утихли, но и преследования я не слышала, поэтому когда Ник подхватил меня на руки, я взвизгнула от неожиданности и забилась в безуспешных попытках вырваться.
  Ник крепче прижал меня и сказал негромко и проникновенно:
  - Кристи, я не хотел тебя пугать.
  Я замерла. Вампир говорил медленно и рассудительно:
  - Мне казалось, ты понимаешь, что при таких повреждениях крови нужно много. Или тебе жаль этого человека? Подумай, как эти парни обошлись бы с девушкой, у которой случайно не оказалось бы под рукой голодного вампира.
  Ещё час назад я бы без сомнений сказала, что всех насильников надо безжалостно ликвидировать, от этого земля только чище станет. Но сейчас, после того, что увидела, я уже не была в этом уверена.
  Ник молчал. Я не знала, что ему ответить, и решила сменить тему. Как там он назвал своего друга?
  - С Дэном всё будет в порядке?
  - Со мной уже всё в порядке, - раздался насмешливый баритон у меня за спиной. Я вздрогнула и прижалась к Нику.
  - Позаботься о своей человечке, я сам здесь уберусь, - мурлыкнул баритон.
  Второго вампира я не рассмотрела, только какое-то движение в темноте.
  - На дороге тачка с едой, - коротко сообщил Ник и уже привычно потащил меня к машине.
   Всю дорогу до города я молчала. Уж очень потрясла меня сцена в лесу. Я глядела на изящные руки с длинными пальцами, легко лежавшие на руле, на округлый подбородок и мягкую линию щеки, и пыталась как-то увязать этот обаятельный образ с убийством, произошедшим почти у меня на глазах. Жертва вампиров у меня особого сострадания не вызывала, но я была напугана и поражена непринуждённостью, с которой убили этого человека. При этом я чувствовала себя с Ником в безопасности, хотя и не могла объяснить почему. Ник косился на меня с беспокойством, но тоже помалкивал, только подъезжая к городу спросил адрес. Довёз до дома, выгрузил у дверей, открыл моими ключами и распахнул двери квартиры. Я кулем ввалилась в родную прихожую и тяжело плюхнулась на табурет. Ник неловко замер в дверях.
  - Что встал? Заходи, - устало сказала я.
  Вампир бесцеремонно рванул знакомиться с квартирой, а у меня не было сил даже подняться.
  - Какая комната твоя?
  Я вяло указала на дверь и с трудом поковыляла в ванную. Ник ждал меня на выходе и требовательно спросил:
  - У тебя здесь что, вообще еды нет?
  - Нет, конечно, мы же сейчас на даче живем.
  Он вновь подхватил меня и сгрузил на мою уже расстеленную койку:
  - Тебе поспать надо.
  Я вяло кивнула и возразила:
  - После такого я вообще уснуть не смогу!
  Ник, казалось, не обратил внимания на мои слова:
   - Сможешь раздеться?
  Вид у вампира был решительный, с него станется и самому раздеть. Он терпеливо ждал, не сводя с меня глаз.
  - А ты что, смотреть собрался?
  - Не отказался бы, - охотно согласился он.
  Я возмущенно вскинулась и сердито выпалила:
  - Сейчас! Быстро вышел и закрыл дверь с той стороны!
  - Варианты возможны? - насмешливо спросил Ник, вскинув бровь, но увидев выражение моего лица, развернулся и выскочил из комнаты.
  Уже в коридоре он расхохотался, затем негромко хлопнула входная дверь. Я вздохнула с внезапным облегчением, но почему-то стало грустно. Ну, хоть бы поблагодарил или попрощался! А он даже не слушал, что я говорила!
  Я замерла, пытаясь понять, почему сказала Нику, что не смогу заснуть? После какого - такого? На мгновение мне даже показалось, что сейчас я вспомню это, но лишь на мгновенье. Ладно, завтра.
  Преодолевая ватную слабость, я медленно разделась, не вставая с кровати, путаясь в рукавах и штанинах и бросая одежду прямо на пол, залезла под одеяло и подтянула его до подбородка.
  Уснула я мгновенно.
  
  Глава 3. СТАС
  
   В небольшом городке, где мы сейчас находились, объявились сразу два вампира. За неполный месяц они совершили дюжину убийств. Откуда эти кровососы взялись - неясно, но вели они себя так неосторожно, что завалили мы их без проблем. Наверное, новообращённые, которые потеряли мастера или были изгнаны.
  Деньги кончались. Андрей, командир группы, сказал, что у него неподалёку есть знакомые, и уехал в областной центр. Может и найдёт подработку, хотя вряд ли здесь хорошие расценки. Зарабатывали мы, в основном, строительством или ремонтом. Хорошо, конечно, быть идейным борцом с нежитью, но за это никто не платит, а кушать хочется. А сколько уходит на оружие, переезды и съём квартир!
  Получив смску от командира, я был озадачен. Общий сбор. Уж больно быстро! Шабашка подвернулась или новая охота? Я позвонил Саньку. Мы вместе с ним служили в десантных, а после дембеля именно он и рекомендовал меня Андрею. Саня тоже не знал, в чём дело, и мы договорились встретиться. Время ещё было.
  Я подошёл к остановке в тот самый момент, когда Саня выпрыгивал из автобуса. Простенькое кафе-стекляшка находилось у самой дороги. Мы посмотрели на столики под большим цветным тентом и, не сговариваясь, направились в здание. Сидеть на пыльной раскалённой улочке рядом с грохочущими машинами не хотелось даже в тени, а внутри работал кондиционер, было прохладно и тихо. Подошла официантка; мы заказали по соку и мороженому.
  - Как примерные школьницы, - насмешливо заметил Саня.
  Я посмотрел на него с недоумением:
  - Ты что? А если работа?
  - Ох, Стас, ты и зануда! Не обращай внимания! - отмахнулся он. - Это я не в духе. Жарко, деньги кончаются, мама звонила...
  - Это, конечно, аргументы, - согласился я, осушив стакан одним глотком и двигая к себе креманку с мороженым. Саня не любит об этом говорить, но с мамой у него сложно, и эту тему лучше не развивать, - с финансами сейчас у всех негусто. Может потому и сбор?
  Соберёмся - узнаем, - философским тоном ответил Саня и печально добавил: - Всё равно уезжать... Эх! А я только с девушкой познакомился...
  Я не ответил. Саня в каждом городе знакомится с девушкой. Конечно, он парень приятный, но никакой особенной красоты в нём нет, он даже не очень высокий. Неприметный шатен с серыми глазами - никто и не обернётся. А вот поди ж ты! У меня так не получается. Даже когда повезёт назначить свидание, обычно одной встречей всё и заканчивается.
  Говорить было особо не о чем. Я неторопливо ел мороженое и думал о своей жизни. Уже почти три года мы с Саней в Андрюхиной команде. Нас в группе пятеро. Это много. Некоторые охотники тройками работают, а то и парами.
  Андрей - нормальный командир: организатор хороший, возможность заработать всегда находит, по мелочам не цепляет, а по делу - требует выкладываться, и команду свою бережёт, потерь у него вообще не было, он всегда действует наверняка. Костик - брат Андрея. Из арбалета бьёт без промаха, этого не отнять, но вообще он довольно скользкий тип, да и псих ещё тот. Вечно задирается и встревает в конфликты. Ни мне, ни Сане он не нравится. Андрей с ним нянчится, как с маленьким, тут уж ничего не скажешь: брат - это святое.
  Виктор - наш хакер и снабженец, а также представитель, когда надо общаться с официальными органами, как Саня говорит, "выглядит безобидно и шибко интеллигентно". В боевых операциях Виктор участия не принимает, ему лишь бы за компом сидеть, и чтобы при этом денежка капала, хоть какая. Я подозреваю, что он без проблем мог бы найти себе работу и лучше, но ему нравится общая безалаберность существования со случайными подработками и вечными скитаниями.
  Ездить по стране было интересно. Уничтожение вампиров давало чувство собственной полезности и значимости. Приятно считать себя спасителем человечества, пусть и в местных масштабах. В целом всё нормально. Но в некоторых вещах я так и не разобрался.
  Вампиров не так много. Статистики нет, конечно, но мы полагаем, что если оценивать в планетных масштабах вообще горстка. Может тысяч пятьдесят наберётся, а может и того меньше.
  Раньше меня очень удивляло, что таким серьёзным делом как охота на вампиров занимаются одиночки вроде нас. Я не мог понять, почему охотники ведут свою войну в полной тайне, не ставя в известность всех людей, или хотя бы соответствующие государственные службы. Вроде и нет никаких вампиров! А ведь ничего особо сложного нет: выследить и упокоить во время дневного сна. Наверняка кровососы не смогли бы противостоять государственным системам безопасности.
  Я задумчиво погонял ложечкой по креманке подтаявший шарик и спросил:
  - Сань! С чего мы вообще решили, что вампиров становится меньше? И почему мы самодеятельностью занимаемся, а не идём в спецслужбы?
  Санёк на мгновение замер, пристально глядя на меня.
  - А ты Андрея не спрашивал?
  Я пожал плечами:
  - Давно спрашивал, почти в самом начале, как в группу вошёл.
  Я вспомнил, как изумился командир:
  - Ну, ты, Стасик, наивняк! Да знают они, наверняка знают. Только сделать ничего не могут. Сам подумай. По всем кланам сразу удар нанести невозможно. У нас государства не могут договориться друг с другом и по менее важным вопросам, а такое соглашение в полной тайне сохранить вообще нереально. Что-то просочится в народ, начнётся паника, обыватели возьмутся за колья. Ясно, что пострадают от этого не вампиры, а люди, которые не вписываются в обывательские схемы: работники ночных смен, творческие личности, которых вдохновенье посещает по ночам, всякие ночные тусовщики, - Андрей замолчал, усмешка сошла с его лица, уступив место мрачности, и он неохотно продолжил: - Но это не суть. Если начнётся глобальная война на уничтожение всех вампиров, у людей вообще нет шансов на победу. Да, кровососов немного, и они, если ты пока не заметил, стараются не высовываться. Но в случае угрозы существованию вида, они могут практически за несколько дней увеличить свою численность в десятки и сотни раз. По крайней мере, на пушечное мясо большая часть новообращённых сойдёт. Они просто захватят и поработят всех людей. А такие группы, как наша, вампирами всерьёз не принимаются. Мы же, тем временем, медленно, но верно уменьшаем их поголовье. Глядишь, через несколько столетий и сведём на нет.
  Я заметил непоследовательность в словах Андрея. В самом деле, а что мешает вампирам поддерживать свою численность на постоянном уровне? И картина захвата Земли нежитью, меня не впечатлила: если бы это было возможно, они бы уже давно так и сделали, верно? Но возражать командиру я не стал. Он в этом супе уже лет пять варится, а я - зелёный новичок. Вот наберусь опыта и знаний, тогда и поговорить можно будет.
  Но время шло, а я ничего так и не понял.
  Саня задумчиво побарабанил пальцами по столу и спросил:
  - Не, ты правда считаешь, что наши эпизодические подработки покрывают расходы? И что вампиров можно вычислить, взламывая милицейские сайты, а?
  Об этом я не думал.
  - Ты что-то знаешь?
  - Ничего я не знаю! - вдруг окрысился Санёк. - Но головой-то думаю! Мне кажется, Виктор и есть из спецслужб.
  - Вот как?! - я растерялся. - Но зачем тогда вообще шабашки нужны?
  - Чтобы жизнь мёдом не казалась? - предположил мой друг и встал. - Да мы, типа, не на службе у них, а так... помощь принимаем. Пойдём, нам пора.
  
  ***
  Под привычно-бдительным взглядом пожилой вахтёрши мы прошли в общежитие, где снимали комнату. Дверь открыл Костик, буркнул что-то невразумительное вместо приветствия и сел на диван с кислой рожей. Вечно он недоволен! Виктор, как всегда, сидел за ноутом и играл в какую-то стрелялку. Я пристально посмотрел на него, будто ожидал увидеть что-то новое. Ему уже за тридцать - старше всех, а из-за ранних залысин и лишнего веса выглядит он на полный сороковник. Мне кажется, что очки в металлической оправе на круглом лице с маленькими голубыми глазками делают его похожим на бухгалтера. Мирный домашний мужик.
  Долго нам с Саней ждать не пришлось. Андрей пришёл почти сразу. Под нашими вопросительными взглядами он с равнодушным видом достал из кармана тоненький конверт и положил его на стол. Оглядевшись, убедился, что мы готовы внимать, и начал рассказ. Оказывается, наш командир встречался с другими охотниками. Вроде бы они получили информацию о вампирах, но передают её нам. Их трое, они считают, что группа старых кровососов им не по зубам.
  Андрей вытряхнул из конвертика две бумажки. Не впечатляло. Чёрно-белое фото, отпечатанное на принтере и клочок бумаги: три адреса, написанные печатными буквами. Один адрес был помечен галочкой. На фотографии был изображён мужчина в белом смокинге, под тридцать, светловолосый, с очень короткой стрижкой, и жёсткой складкой рта. Фигуры рядом с ним - обрезаны.
  - Их информатор утверждал, что это лорд клана, именно он в списке отмечен галочкой. Два других адреса - тоже вампиры. Если это правда, мы имеем уникальный шанс! Насколько я знаю, ни разу охотникам не удавалось добраться до лордов! - Андрей уже не скрывал торжества.
  Старые вампиры часто адаптируются в человеческом обществе, умеют хорошо маскироваться. Если кто их и находит, находка эта обычно бывает последней в жизни. Да и молодых, входящих в клан, найти трудно: мастер бдит, чтобы его птенец не наследил лишний раз, все совершаемые убийства хорошо маскируются под несчастные случаи и человеческую уголовщину.
  Мы охотились на диких одиночек, которые по молодости и неопытности как-то выдавали себя. Но если у кого и есть шансы завалить лорда, так это у нас. Группа большая, экипированы неплохо. Обычно мы выслеживали вампиров и убивали во время сна, хотя всякое бывало... Главное при охоте - неожиданно и точно нанести первый удар, потому что на вторую попытку времени может не остаться.
  Непонятное происхождение информации озадачивало. Витёк сразу сел за ноут. Предварительная проверка не обнадёжила. Данные по пропавшим без вести, убитым и по несчастным случаям в районе предполагаемого проживания вампиров не выходили за пределы среднестатистических - не похоже, что они там хозяйничают. Тем не менее, мы решили, что проверить информацию надо: что теряем? Отправляемся вместе, там и подработка найдётся.
  В город мы приехали днём и сняли номер в простенькой гостинице на окраине. Оказалось, здесь у Андрея есть какие-то знакомые, с которыми он пересекался на ролёвках, и, пока не определилась обстановка, он с командой поехал куда-то в пригород размяться с толкиенутыми аборигенами, а меня, поскольку я не любитель подобных развлечений, оставили осмотреться на месте. Я купил пару городских газет с объявлениями и поехал проверять адреса из нашего списка.
  Первый же адрес мне показался перспективным. Это была обшарпанная четырёхэтажная хрущёвка на окраине, рядом с промзоной. Посидев на скамеечке с местными бабульками, я узнал, что в интересующей меня квартире живёт молодой симпатичный таксист. Отзывались о нём хорошо: не пьёт, не буянит, гулянок не устраивает, баб не водит - что ещё нужно от соседа? То, что сосед высокомерный: не улыбнётся никогда, не поздоровается - нехорошо, конечно, но молодёжь сейчас вся такая пошла.
  Надо ещё, посмотреть на этого таксиста, но похоже, что здесь информатор попал в точку.
  Довольный, я поехал по второму адресу. Он оказался квартирой в доме старой застройки почти в центре, недалеко от местной больницы, которая сдавалась какому-то хирургу. Вы можете себе представить хирурга-вампира? Ну, вот и я не могу. Мне не хотелось думать о том, что сведения могут быть дезинформацией или неудачной шуткой. Скорее, информация просто устарела. Но где уж найти предыдущего жильца?! Я всё-таки не поленился зайти в больницу: вдруг повезёт попасть на дежурство именно этого эскулапа. Вживую врача увидать не удалось, но обнаружилась его фотография на доске почёта. Оказалось, что это довольно невзрачный шатен уже за сорок с бородкой, усами и в очках в роговой оправе. Прямо доктор Айболит! Явно не вампир.
  Адрес, отмеченный галочкой, я оставил напоследок. Это оказался особняк на тихой зелёной улочке. Ну, за сотни лет только дурак кубышку не наполнит, а дураки так долго не живут. Вот только смутило меня присутствие во дворе двух доберманов. Никогда не слышал, чтобы вампиры держали собак: животные этих тварей боятся. Может, нанимают охранников с собаками на дневное время? Я поставил машину поблизости, взял газету и стал её просматривать, вполглаза наблюдая за домом. Лорд - вампир старый по определению, значит, может проснуться рано или даже вовсе не спать. День пасмурный, может дождусь. Я настроил себя на длительное наблюдение, но ошибся. На крыльце появилась женщина. Собаки вскочили и подбежали к ней, виляя хвостами. Человек? Я даже расстроился. Неужели информация ошибочна? Обидно, если так!
  Женщина подошла к своей машине. Это было ближе, и я смог её рассмотреть. Громадные миндалевидные глаза, сочные пухлые губы, безупречный овал лица. Этакая восточная красавица, совсем молоденькая, выглядит лет на двадцать. Волосы свёрнуты в небрежный узел и заколоты на затылке. Люди не бывают так фантастически красивы. Неужели всё-таки вампирша? Но как удалось этой твари побороть инстинкты у собак? Или человек?
  Девушка села в машину и выехала на улицу. Я недолго колебался, и, отпустив её подальше, поехал следом. Их охотничьи привычки довольно постоянны, и если она отправилась на охоту, неплохо быть в курсе.
  Машина остановилась у большого торгового центра, и я пошёл за объектом. В такой толпе меня не заметят. Плавная скользящая походка укрепила меня в убеждении, что иду я именно за вампиршей. Она прошлась по галерее, делая покупки, вызвав у меня досаду из-за напрасно потерянного времени. Похоже, я действительно попал на шопинг, кормиться она не собирается. Когда кровососка неожиданно укоротила шаг около кафе, я не стал замедляться, чтобы не обращать на себя внимания, и почти догнал её. В этот момент на меня сзади налетела тётка, вся обвешенная авоськами. Получив значительное ускорение, я, в свою очередь, налетел на девушку. Её пакет разорвался, и я, увидев, как неловко она пытается подхватить рассыпающиеся свёртки, наконец понял, что ошибся: не было никакой вампирши, она - человек. Жаль, конечно, что письмо - пустышка (сейчас я решил, что и с первым адресом тоже недоразумение). Но я почувствовал, скорее, облегчение. Какая девушка!
  Тётка с авоськами величественно проплыла мимо нас и скрылась в толпе, а я принялся извиняться и собирать рассыпавшиеся вещи. В кафе мы зашли вместе. В знак признания своей вины, я вызвался оплатить обед моей спутницы, но она, возразив, что пока в состоянии себя прокормить, предложила просто составить ей компанию.
  Мы отстояли очередь, взяли по салату и кофе и перешли за столик. Девушка рассматривала меня с интересом, а мне стало неловко. Она была высокой, стройной, уверенной в себе, недоступной и такой ошеломляюще красивой, что я почувствовал себя гадким утенком, или точнее гадким лягушонком. Именно лягушонком меня дразнили в интернате. Я высокого роста, и в хорошей физической форме - при моей работе это жизненно важно. По-моему, больше ничего хорошего о моей внешности сказать нельзя. Даже симпатичным я никогда не был. Лицо у меня круглое, нос - картошкой, рот великоват, и глаза расставлены слишком широко.
  - Меня зовут Стас. А вы, вероятно Шахерезада? - предположил я.
  - Вы обознались, - улыбнулась девушка,- Моё имя - Таня, и я никогда не рассказывала мужу сказок на ночь.
  - Я, как всегда, опоздал, - разочарованно сказал я. - И кто же этот счастливец?
  Таня не очень охотно сказала, что её муж бизнесмен, у него пара небольших фирм, он очень загружен делами, а сама она - аудитор на вольных хлебах, проверяет счета мужа и ещё нескольких фирм. Я почувствовал невольный трепет, - оказывается, она не только красивая, но ещё и очень умная, ведь совсем молоденькая - а уже такая квалификация.
  Таня быстро закончила рассказывать о себе и начала расспрашивать меня. Я сказал, что приехал в город лишь сегодня, по делам работы, и взмолился:
  - Только не надо о ней. В обществе столь прекрасной дамы о работе и думать не хочется!
  Таня несколько принуждённо улыбнулась и спросила, бывал ли я здесь раньше. Потом начала мне рассказывать о городе. Рассказывала она интересно, но сначала я слушал её невнимательно, а думал именно о работе.
  Живёт Таня в том доме или приезжала туда по делам? Вот и машина её стояла во дворе, а не в гараже...
  Вампиры, уничтожаемые нашей группой, обычно работы не имели, часто они не имели и жилья, но ведь это был молодняк - существа, которые потеряли свою человеческую жизнь и ещё не нашли себя в вампирской. Но почему бы вампиру не стать бизнесменом?
  Может быть, конечно, что они с мужем недавно купили этот дом. А может это всё дурацкая шутка, и список адресов вообще никакого отношения к вампирам не имеет.
  Я страшно боялся ляпнуть что-то не к месту, но сейчас надо было только слушать. Таня закончила говорить о музеях и начала о насущном: посоветовала несколько недорогих кафе и магазинов. Мы допили кофе, а мне не хотелось расставаться с ней. Но не могу же я просто предложить прогуляться! Надо найти повод.
  - Я, наверное, и половины не запомнил, - сказал я сокрушённо. - Может быть, вы покажете город?
  Она задумалась.
  - Это создаст какие-нибудь проблемы с мужем? - сказал я и сразу пожалел об этом: не надо было упоминать о муже, кто за язык тянул!
  - Нет, никаких проблем, - ответила Таня, хотя мне показалось, что вид у неё при этом был не очень уверенный, - но сегодня мне ещё нужно сделать кое-какую работу. Если хотите, мы можем встретиться завтра в первой половине дня.
  Она посмотрела на часы, сказала, что опаздывает, продиктовала свой номер и ушла. Смешно сказать, я почувствовал облегчение: слишком боялся сказать или сделать что-то такое, что сразу оттолкнет её от меня. Вроде бы всё прошло нормально.
  Делать было пока что нечего, уходить не хотелось - казалось, в кафе ещё витал аромат духов Тани - и я решил взять ещё чашечку кофе. Сел, высыпал в чашку сахар и начал задумчиво помешивать напиток, глядя в окно. На улице начинало темнеть, хотя огни ещё не загорались; стеклянная стена искажала цвета, и город казался ненастоящим. Зазвонил мобильник. Андрей напряжённым голосом сообщил о ЧП и потребовал моего немедленного возвращения.
  Спросить я ничего не успел и перепугался не на шутку. Кофе даже не попробовал. Что могло случиться? Неужели кого из наших невзначай подстрелили? Вроде бы намечалось соревнование по стрельбе из арбалета, хотя ролевики и не должны с настоящим оружием баловаться. Костик свой взял. Мне кажется, что это неспортивно: он всё-таки профессионал, да и арбалет у него не из худших. Или это Костик и набузил? С него станется!
  Когда я подъехал к гостинице, ребята уже были там и, ожидая меня, пребывали в угрюмом молчании. Андрей коротко рассказал, что произошло. До ролевиков они, оказывается, и не дошли: повезло натолкнуться в лесу на вампира с фотографии.
  - Самое обидное, Стас, понимаешь, мы его практически сделали, - сказал Санёк. - Появления второго вампира никто не ожидал. В общем, повезло, что ноги унесли.
  Я ничего толком не понял.
  - Нормально рассказать можете?
  Андрей подошёл к тёмному окну и уставился в стекло. Говорить начал Саня.
  - Мы по тропе шли, где-то на полпути были. Этот нас обгонял, но не очень быстро. Шёл один. Причёска другая совсем, не как на фотке. Непонятно: то ли тот мокрец, то ли нет. Мало ли похожих лиц! Самое сложное было не пялиться во все глаза. Андрей заговорить с ним хотел, но не успел. Костик отстал немного, никто и внимания не обратил: все мокрецу в спину уставились. Выстрела не ждали.
  - А дальше?
  - Ну... попал, естественно. Парализовал. Мокрец только оскалился... Я клыки увидел, прямо полегчало. Мог ведь и человек оказаться, - Санёк поморщился и кивнул на Костика, который так и сидел с опущенной головой, - Этот псих опять, типа, взбесился: налетел, стал пинать... Андрей уже и клинок достал, чтобы всё закончить, а его всё не урезонить. Я только сплюнул и в сторону отошёл: не хотел связываться. Витька растерялся, конечно. Считай, впервые вампира в натуре увидел. Как второй мокрец появился, никто не заметил: выпрыгнул откуда-то сзади. Я выпустил в него очередь. Стрелял по корпусу, но руки здорово тряслись. Наверное, мимо. Там три серебряные пули были, а он как не почувствовал.
  Андрей повернулся к Саньку:
  - Попал. Я его порезал - и никакой регенерации. Ты зачем ствол в лес потащил?
   - Если Костя вооружён, я оружие оставлять не буду! - Саня зыркнул на командира, помолчал, давая проникнуться, и продолжил рассказ: - Этот, второй, Костика схватил и предложил, типа, мирно разойтись. Ну и... разошлись.
  Я представил это, и у меня даже дыхание перехватило:
  - Значит, не добили двух полудохлых мокрецов? И сколько людей они сегодня?..
  Комнату накрыла тягостная тишина.
  Саня тихо и невыразительно сказал:
  - Я выпустил всю обойму. Запасной не было. Если бы этот упырь сообразил, там бы всех и положил.
  - Мне показалось, что ещё один мокрец должен подойти, - добавил Андрей. - Легко отделались. Мог Костьке шею свернуть.
  - Да лучше бы свернул! - выкрикнул Саня, стукнув кулаком по столу.
  Костик вздрогнул и поднял голову. Вот это да! Я-то думал, что все целы-невредимы! Глаз у него заплыл, на шее - пятна синяков.
  - Всех подставил, - подал голос Витя, - и ведь не в первый раз. Может, хватит?
  Я поддержал:
  - Не в бирюльки играем. Совсем с катушек едет парень. Ненадёжных людей в команде быть не должно.
  Андрей обвёл всех взглядом и сказал:
  - Последнее предупреждение. Ещё косяк - и вылетит.
  Взгляд был уверенный, а в голосе мне послышались заискивающие нотки, которые меня смутили. Жалко командира: не повезло с брательником.
  - Разве что последний!- буркнул Саня. Он тоже выглядел смущённым.
  Витя промолчал. Я пожал плечами.
   - Ещё повезло фонарём отделаться!
  - Ты что, решил, что этот фингал вампир поставил? - Санёк фыркнул. - Да он бы всю черепушку разнёс! Это Андрей ему потом мозги пытался вправить. Эх, просто руки чесались добавить. Вот у Кости задница свербела! Подождали бы - и нормально провели зачистку по адресам, а теперь ещё неизвестно кто на кого охотиться будет.
  - Надо уехать из города на некоторое время, или просто пока не проявлять активности, и дать кровососам время успокоиться, - сказал Костик, снова подняв голову.
  Андрей, не глядя на брата, возразил:
  - Адреса могут сменить.
  - С какой стати? - вступил в разговор я. - Откуда им вообще знать, что у нас есть их координаты? Тем более, что дело и не в городе было. Надо из гостиницы перебраться на частную квартиру. Завтра снимем - и, действительно, стоит затаиться. Я уже и местную газетку с объявлениями просмотрел. Всё будет нормально.
  Андрей подумал и кивнул.
  - Вот и займитесь с Саней вместе.
  
  ***
  Квартира, которую мы нашли, была не в самом центре, но и не на окраине, в достаточном удалении от всех трёх адресов нашего списка. Я перевёз команду, вечер провели за телевизором. Запереть пять молодых здоровых мужиков жарким летом в тесной квартирке - мы здесь через пару дней с ума сходить начнём. Вероятно, надо было действительно уехать на время, а потом вернуться.
  Я смотрел на экран - и не видел его. То, что на фото был действительно мокрец, делало достоверным и другую информацию. Пусть врач не при чём, но в особняке, скорее всего, живёт лорд. Какое отношение к нему имеет Таня?
  Утром я созвонился с ней, мы договорились встретиться в скверике в центре города. Я долго мучился, покупать цветы или нет. Санёк сказал купить, но мне казалось, что это может поставить её в неловкое положение дома.
  Машину я брать не стал, время на дорогу рассчитал с запасом, чтобы уж точно не опоздать, и в результате пришёл почти на полчаса раньше. Сидел на скамейке, ждал и совершенно измучился. Зачем я вообще назначил ей свидание? Вряд ли я мог чем-то заинтересовать такую женщину, скорее всего она согласилась показать мне город из жалости к неловкой деревенщине, а я себя именно так сейчас и ощущал. Зачем мне экскурсии? Таня вполне благополучна, замужем, у нас нет ничего общего. Но было бы здорово встречаться с ней, пока она хочет. Правда печальный опыт назойливо подсказывал мне, что это будет продолжаться недолго.
  И тут я увидел её. Таня шла летящей походкой по аллее, освещённая солнцем, и сама, казалось, светилась. Сегодня её волосы были распущены и мягко колыхались в такт шагам. Я встал и направился навстречу, сразу остро пожалев, что не купил цветов. Если бы она не захотела нести их домой, то всегда бы смогла выкинуть, верно? Таня улыбнулась мне:
  - Привет, Стас! Давно ждёте?
  - Доброе утро. Вы очень точны. Это я пришёл слишком рано, зато насладился свежим воздухом. В квартире, которую я снял окна выходят на юго-восток, и такая духота!
  - Вы ведь говорили, что приехали ненадолго?
  - Ну, похоже, придётся задержаться.
  Мы шли рядом по аллее, и я с мучительной неловкостью думал, что сказать. Надо узнать, живёт Таня в том доме или была там по делу. Я не мог сообразить, как лучше спросить. Последнее время я проводил исключительно в мужской компании, с девушками почти не встречался, да и был это весьма печальный опыт. Я так и не понял, что во мне не так, кроме внешности, конечно, но ни для одной из девушек, которым я назначал свидания, я не оказался достаточно хорош. А эта невероятная красавица вообще казалась мне существом из другого мира, и я не мог понять, что она делает здесь, рядом со мной. Мне хотелось завести лёгкий непринуждённый разговор, но я совершенно не представлял, о чём, и чувствовал, как медленно начинают пламенеть уши, а затем и всё лицо охватывает жар. Я не мог даже сосредоточиться на том, чтобы придумать тему для разговора, и только представлял, как нелепо и смешно я сейчас выгляжу со своей деревянной походкой и багровой физиономией.
  - Скажите, Стас, - вдруг спросила меня Таня, - вы действительно хотите посмотреть город, или предпочли бы прогуляться по парку.
  - Если честно, лучше просто погулять, - с облегчением ответил я. - Жарковато для экскурсий.
  - Тогда пойдём в парк, - сказала Таня, как мне показалось, тоже с облегчением. - Там, кстати, и не так жарко: от реки тянет прохладой. Расскажите о себе.
  В моей жизни была только работа, а о ней я, понятное дело, рассказывать не собирался. А о чём ещё? Пришлось начать издалека. Мама растила меня одна. Когда она умерла, меня взяла бабушка. Старая и больная, она не могла справиться с пятнадцатилетним оболтусом. Мы часто ругались, и она пристроила меня в интернат. Ребята меня почему-то сразу невзлюбили, дразнили, колотили, близко я ни с кем не сошёлся. Потом армия, десантные части. Там я почувствовал, наконец, уверенность в себе, нашёл друга. Ну а когда отслужили, он позвал меня с собой, вот я с ним и работаю. Работа разъездная, нигде подолгу не задерживаемся.
  Таня держалась просто и уверенно, задавала вопросы, слушала меня с интересом и вскользь упомянула, что тоже сирота. Я чувствовал себя неуклюжим и тяжеловесным, но она, казалось, этого не замечала.
  К ногам Тани подбежала с заливистым тявканьем забавная маленькая лохматая собачонка, усатая и бородатая. Таня с улыбкой наклонилась её погладить.
  - Любите собак?
  - Очень! У меня и свои есть, - гордо ответила она. - Только не такие. Два добермана.
  - Почему два? - автоматически спросил я, тут же вспомнив, как радостно она здоровалась с собаками. С чего я усомнился, что это её дом? Разве караульные собаки так встречают чужого человека?
  - У нас дом, участок. Муж иногда уезжает, а одной страшновато. Да и просто куда выйти - всё дом под присмотром.
  - Вы вдвоём живёте? - уточнил я.
  - Родных нет... - Таня пожала плечами.
  Я попросил рассказать о доберманах, и следующие полчаса слушал оду собакам. Таня рассказывала с восторгом, глаза её заблестели, щёки раскраснелись. У меня в голове был полный сумбур. Может ли муж этой красивой, умной, образованной женщины быть вампиром? Я никогда не слышал ни о чём подобном, но с другой стороны, мы вообще не очень много знаем о мокрецах. Таня выглядела крепкой, уверенной в себе. Разве так должен выглядеть человек, живущий в одном доме с крововососом?
  Наверное, Таня заметила что-то по моему лицу. Она прервала свой рассказ:
  - Вижу, совсем вас заговорила! Лучше ещё расскажите о себе. Вы женаты? Или, может, девушка есть?
  Я покачал головой.
  - А почему?
  Я только плечами пожал.
  - Мечтал, что отслужу, женюсь, будет дом, куда всегда хорошо вернуться, будет женщина, которая ждёт. Не получилось. Таня, видите, мне даже говорить с вами неловко и непривычно, я и сказать не знаю что. Вот вы мне скажите, что со мной не так, со стороны виднее. Рожей не вышел, или язык не так подвешен, или что?
  Таня долго молчала.
  - Знаете, Стас, - наконец начала она, - умение болтать и правильные черты лица - не главное. На это обычно обращают внимание в первую очередь только совсем юные девочки. Мне кажется, что вы - и внешне, и по характеру - очень приятный парень, и ваша манера держаться мне импонирует. Может, дело в том, что вы не задерживаетесь на одном месте? Всё-таки знакомство и развитие отношений требует определённого времени. Не думали о другой работе? Это в прошлые века можно было сговорить себе невесту и жениться практически без ухаживаний.
  - Вот этого не понимаю, - заметил я, - как можно жить с практически незнакомым человеком.
  - Так это сейчас чуть что - и развод, - сказала Таня, - а раньше развестись было почти невозможно. Люди, вступившие в брак, были готовы к тому, что семью надо строить, стремиться находить общий язык, идти на какие-то компромиссы. Традиционно, конечно, подлаживались женщины. И, хотя были и несовместимые пары, многим это прекрасно удавалось.
  Я набрался наглости и спросил:
  - А вам это удалось? Расскажите о вашем муже.
  Таня посмотрела на меня глазами затравленной лани. Она долго молчала, а потом неохотно сказала:
   - Я вышла замуж очень рано, сразу после совершеннолетия. Данил не любил меня, а я была влюблена, и хотела быть рядом с ним. Только потом отдала себе отчёт в том, что человек, которого любила - плод моей фантазии, никогда не существовавший в реальности.
  - Вы не думали о разводе? - осторожно поинтересовался я.
  - Думаю, - горько ответила Таня, - только не могу набраться духу начать разговор. Данил - собственник. Не представляю, как он может среагировать.
  - Можно вообще с ним не говорить. Уезжайте и подавайте заявление. Если некуда ехать, можете занять мою квартиру. Она сейчас сдаётся, но срок не оговорён. Могу освободить её для вас.
  - Спасибо, нет. Не могу так поступить.
  - Почему?
  - Не хочу говорить об этом, да вы и не сможете поверить и понять. Я должна сама решить эту проблему, любое вмешательство сделает всё только более сложным.
  "Именно я смогу и поверить, и понять, как никто другой" - подумал я, но сказать вслух не решился. Сейчас мне казалось очевидным, что муж Тани - вампир, и она хочет уйти от него, но боится. Ясно, почему она отказывается от помощи: жизни помощников угрожает нешуточная опасность. Хотя всё может иметь и другое объяснение, намного банальнее моего. Сначала надо увидеть мужа. Если это на самом деле наш мокрец, скажу Тане, что являюсь охотником, и предложу помощь ещё раз. Возможно, она даже подскажет, как подобраться к клыкастому супругу.
  Мы прогулялись вдоль реки. Таня выглядела озабоченной и грустной, беседа не клеилась, мы шли, изредка обмениваясь фразами. Похоже, разговор основательно испортил ей настроение, но, казалось, и сблизил нас. Длинные паузы уже не были неловкими, и я чувствовал себя намного свободнее.
  Если я прав относительно её мужа, то Таня не может себе позволить сходиться с людьми, а мне повезло, потому что я иногородний, должен скоро уехать. Так случайному попутчику в поезде иногда расскажут больше, чем лучшему другу. Скорее всего, ей некого любить, кроме собак. Вероятно, и её не любит никто, кроме них.
  Мы немного посидели в кафе-мороженом. Столики с тентами стояли на улице на берегу небольшого пруда, по которому скользили лодки. Я предложил покататься. Таня просияла (как мало нужно, чтобы её обрадовать!), но почти сразу бросила взгляд на часы и сникла.
  - Я и не думала, что прошло так много времени, - грустно заметила она, - меня ждут в одной фирме.
  - Мы могли бы покататься в другой раз, - предложил я.
  Таня снова улыбнулась:
  - Завтра я занята. Позвоните послезавтра утром, посмотрим, когда у нас совпадёт свободное время.
  
  
  Глава 4. КРИСТИНА
  
  Проснулась я от своего крика. В окно приветливо заглядывало солнышко, а перед глазами ещё стояли образы из кошмара: страшные оскаленные клыки, цепкие ледяные пальцы...
  Сон пугал своей реалистичностью. Я начала перебирать в уме его подробности - и сразу же нашла несколько несоответствий.
  Так часто бывает: то, что во сне видишь совершенно естественным, при свете дня оказывается чушью необычайной. Почему вампир не вспоминал больше о своём друге? Зачем мы блуждали по лесу? Мне было невероятно страшно на руках у вампира, хотя вроде ничего кошмарного я и не видела... Этот парень, которому вампир приказал идти за ним - куда он исчез?
  Несколько минут я разглядывала солнечные блики на потолке, мысленно всё ещё находясь в ночном лесу наедине со страшным хищником. Потом осмотрела своё запястье и, не обнаружив там никаких следов, с облегчением перевела дух. Приснится же такое! Всё! Больше ужастиков не смотрю!
  Я встала и, спотыкаясь о разбросанные вещи, потащилась на кухню ставить чайник. На кухонном столе лежали ключи от квартиры и машины, и стоял какой-то пакет. Я его совершенно не помнила и с интересом заглянула внутрь: пара упаковок мяса в нарезке, несколько гранатов, хлеб, молоко, банка красной икры, пачка гематогена и сок алоэ с железом. Весёленький наборчик! Не доверяя враз ослабевшим ногам, я подтащила под себя табурет и села, подозрительно разглядывая бумагу, торчащую из-под пакета.
  Нет! Пусть это был сон!
  Подцепила лист за угол, потянула.
  "Кристи! Ты, оказывается, неряха. Я не стал тебя будить. Поешь утром. Спасибо за всё. Ник"
  Таааак...
  Несколько минут я меланхолично созерцала сияющую новой жестью крышу дома напротив, потом ещё раз прочитала записку. Слишком многое непонятно. Ладно, разберусь, не к спеху. А вот с девчонками надо связаться срочно.
  День обещал быть жарким. Я налила себе кофе и села на телефон обзванивать подруг. Так и знала, не дозвониться! Может оно и к лучшему. Не стоит с ними про вампиров... Света и так трусиха, нечего её дёргать, а Наташа и Настя не поверят. Я бы точно не поверила.
  Немного поколебавшись, я набрала Лёшкин номер. Он спокойный, рассудительный. С кем и говорить, как не с ним? Заодно можно и по магазинам пройтись. Но, уже набирая номер, я поняла, что рассказывать ничего не буду. Существование вампиров - не мой секрет.
  Не верьте, если вам говорят, что на свете нет идеальных мужчин. Потому что Лёшка - это идеал! Он и поможет всегда, и поговорить с ним интересно. Работает он на стройке, преподаёт карате и заочно заканчивает институт. Умница, золотые руки и красавец, хоть в кино снимай. У нас ещё в школе все девчонки были в него влюблены. К Свете всё время приставали, просили с братом познакомить. Сейчас вроде смешно вспоминать, но как нас тогда это бесило!
  - Да? - голос звучал озабоченно.
  - Лёш, привет! Я в город выбралась на закупки. Нужен компаньон, который будет таскать сумки. Ты как?
  - А, это ты... Привет. Извини, я на шабашке.
  - А девчонки где? - растерянно спросила я.
  - Наташа на работе. А сестрёнка на пляже, наверное, и Настя с ней.
  - Ладно, труженик, не буду отвлекать. Спасибо за информацию. Привет Наташе передавай.
  - Угу, - буркнул он, и заговорил совсем другим, заискивающим голосом: - Слушай, Тиночка, золотая ты моя, а ты Светку до завтра не заберёшь?
  - Подхалим ты, Лёха! - я еле удержалась от смеха, - Ладно, уж, посмотрю, что можно сделать. Бывай!
  Времени до свадьбы у Лёшки с Наташей осталось чуть больше месяца, ясно, что хочется им подзаработать. И побыть вместе хочется, и даже любимая сестра и подруга иногда мешает. Надо, и, правда, Свету увезти. Ей свежим воздухом подышать и на огороде попастись тоже не вредно будет.
  Значит, вперёд, на пляж! Мы с Настей и Светой учились в одном классе, и сдружились ещё в школе, хотя Света мне всегда была ближе, возможно потому, что с ней мы часто ведём задушевные разговоры. А ещё мы обе любим читать, часто обсуждаем прочитанное, делимся интересными цитатами. Настя по характеру более закрытая, да и чтением особо не увлекается, но в турпоход или на танцы - лучшую компанию не найти. За время отпуска я уже успела соскучиться по девчонкам. Однако по дороге я думала не о подругах, а о вчерашних событиях, стараясь вспомнить их во всех деталях.
  ...Ник подхватывает меня на руки и несет в глубину леса. Ещё довольно светло, рядом ковыляет водитель девятки. Ник несёт меня по лесу в полной темноте, и выходит на дорогу. Вот! Как кусок вырезан. Я почувствовала, как меня вновь охватывает ужас. И вдруг пришло понимание, а с ним и злость. Конечно, Ник умеет вмешиваться в сознание. Его работа!
  Чем больше я думала об этом, тем в большую растерянность приходила. Я видела только два пути развития событий: либо мужчину просто оставили вместе с неведомым другом Ника, либо убили. Учитывая тот ужас, который я испытала, я склонялась ко второму варианту. Ничего другого мне в голову не приходило. Если всё так очевидно, зачем вампир стёр мне память? Что я видела такого, что не должна была видеть?
  На пляже, как всегда в выходные, толчея невообразимая, но у нас есть свой любимый уголок, поэтому девочек я нашла довольно быстро. Высокая стройная фигура с гривой золотых волос издали бросилась в глаза. Да и как Настю не заметить! Она у нас красавица: статная, сероглазая, с идеальными чертами лица и с роскошными волосами. Настя играла в волейбол с незнакомыми мне ребятами, и, увидев меня, кивнула и махнула рукой в сторону. Там я и нашла загорающую Свету.
  - Привет, дорогая. Ты что не играешь?
  - Ой, Тинка! - обрадовалась Света, отвлекаясь от книжки. - Ты когда приехала? Не могла позвонить?
  - Вчера уже поздно было, а сегодня вы не на связи, - оправдалась я, снимая платье и с удовольствием вытягиваясь на покрывале рядом с ней.
  - Конечно! Мы купаться ходили, вот я и выключила. А Настя, по-моему, и вовсе дома оставила... С мячом скакать лень: жарко. А ты, если хочешь, иди. Извини, у меня тут такой момент... - Света снова уткнулась в книгу.
  Я не обиделась: сама иногда так влезаю в чтение, что оторваться не могу. Играть не хотелось - постоянно накатывала слабость, и я, закрыв глаза, подставила лицо солнцу.
  Посреди шумной толпы под жарким солнцем всё произошедшее со мной вчера казалось совершенно нереальным, игрой больного воображения. Я ещё раз прокрутила в голове все воспоминания и стала строить версии.
  Может, я не должна была видеть второго вампира? Почему одного можно, а другого нет, я придумать не смогла, но эта идея мне показалась достойной внимания. А могло ли быть случайным совпадением, что меня попытались изнасиловать сразу после встречи с вампиром? Со мной никогда ничего необычного не происходило. А тут - сразу два происшествия! Если Ник специально подстроил нападение, чтобы стать моим защитником и спасителем? Конечно, это всё инсценировка для того чтобы... для того...
  Я открыла глаза и покосилась на Свету, перелистывающую с отрешённым видом очередную страницу. Нет! Это я шпионских книжек перечитала! Мне, наверное, просто не верится, что кто-то может быть таким заботливым. Как Ник меня опекал! До него меня никто на руках не носил. Вспоминать было и неловко, и приятно. Я представила худощавое лицо вампира, невозмутимое и сосредоточенное. Скорее всего, мы больше не увидимся. При этой мысли я одновременно испытала и облегчение, и сожаление.
  Оглушённая обилием впечатлений, растерянная от противоречивых эмоций, я и не заметила, как Света отложила книгу и повернулась ко мне.
  - Тинка! Заснула, что ли? - она помахала рукой у меня перед носом.
  Я смущённо улыбнулась подруге:
  - Ушла в себя и заблудилась. Не бери в голову!
  - Ну, я дочитала. Рассказывай, как дела? Что в синяках ходишь?
  - Успокойся, Светик, - сказала я и обняла подругу, - ничего страшного не произошло. Упала, ударилась - с кем не бывает? Пройдёт. Лучше скажи, что читала?
  - Муть! - кратко припечатала Светка.
  - То-то тебя за уши не оттащить было, - поддела я её.
  - Там героя из прошлого забросило. Вообще я такое не люблю, но здесь - с юмором, и герой такой адекватный, - быстро сказала Света и хитро прищурилась. - Реплика хорошая попалась: "Вы не умерли, вы просто так себя чувствуете".
  Я молча подобрала книжку и сунула её в свою сумку.
  - К следующим выходным верни, - предупредила Света.
  Ладно, - согласилась я, - ещё эти не кончились. Поехали сегодня к нам? Завтра вечером я тебя на электричку посажу, а Лёша встретит.
  Света думала недолго:
  - Поедем! Хотя надо было бы отказаться, чтобы братца в тонусе держать.
  - Вредная ты баба, Светка, - разгорячённая Настя села рядом и обняла нас обеих.
  Света с достоинством возразила:
  - Я полезная, очень даже. Но противная.
  Настя окинула нас скептическим взглядом:
  - Обленились вы, я погляжу! У одной живот появился, другая совсем варёная. Давайте-ка я вас на тренажёры загоню?
  - Нет уж! - возмутилась Света. - Ещё угрожать будет!
  Я действительно чувствовала себя варёной, но Свету поддержала:
  - Точно! В спортзале ты склонна к садизму. И нет у Светки никакого живота!
  - Сами понимать должны, - Настя пожала плечами. Кажется, обиделась. Она учится в институте физкультуры, работает в фитнес-клубе и полагает, что следить за нашей физической формой её священный долг. - Ладно, девочки, мне на работу скоро. Пойдемте, окунёмся. Потом проводите меня и катитесь куда хотите.
  Мы искупались, ещё немного поболтали и начали собираться. Проводив Настю, быстренько пробежались по магазинам и к обеду уже прибыли на дачу.
  Хорошо, что Света поехала со мной! Я всех наших девчонок люблю, но она для меня самая лучшая! Описывать нас можно одними словами, хотя мы совсем не похожи. Обе шатенки среднего роста - я темнее, Светик светлее, с глазами неопределенного цвета - серо-голубыми у неё, каре-зелёными у меня. Красавицами нас никто не считает, но, что утешает, и крокодилами никто не называл. Света любит тусоваться, свободно чувствует себя в любой компании и довольно часто меняет поклонников. У меня парень был один - я даже замуж собралась, но он предполагал увезти меня в другой город, а стариков моих оставить. Меня это не устроило, и мы расстались. Друзья у меня есть, а поклонников я не имею вовсе, что меня не огорчает, а лишь удивляет - вроде бы ничем не хуже других. Впрочем, Лёша подводит под это обстоятельство теоретическую базу, утверждая, что я сама держусь со всеми чисто по-приятельски, поэтому и ко мне относятся как к "своему парню". Я вообще - девочка домашняя, люблю посидеть с книжкой, в незнакомых компаниях теряюсь.
  На мой взгляд, мы со Светой замечательно провели время, остаток субботы погуляли по лесу, избегая мест фэнтезийных битв, полночи проболтали, лёжа в темноте, на следующий день поработали и попаслись на огороде. Я временами впадала в задумчивость, вспоминая своё приключение, но Светина болтовня замечательно отвлекала от этих мыслей. Мы обсудили несколько книг, я выслушала рассказ о просмотренном спектакле, и посочувствовала квартирным заморочкам: Света переживала, что после свадьбы брата, чтобы не стеснять молодых, придётся или искать компанию для совместного съёма квартиры или возвращаться к родителям. Вечером я проводила подругу на электричку. Небо уже расцвечивалось закатными красками, и Света озабоченно спросила:
  - Смеркается скоро. Как ты одна пойдёшь?
  - Успею засветло. Да я и не боюсь.
  - А иногда надо, - ворчливо заявила она. - С тобой точно всё в порядке? Ты всё время какая-то не такая. Где витаешь?
  Надо же, а я думала, что незаметно!..
  - Знаешь, Светик, я с необычным парнем познакомилась. Вот и хожу под впечатлением...
  Света обрадовалась:
  - Давно пора! А то ты после своего эгоиста и не смотрела ни на кого. Так нельзя!
  - Нет, всё не так! - возмутилась я. - Да и не понравился он мне, наоборот, разозлил до жути.
  - Но сначала-то понравился?
  Из-за поворота показалась электричка, и я почувствовала облегчение. Свете только дай зацепиться - всё вытянет. А сейчас можно отделаться общими словами.
  - Сначала понравился, - сказала я, хотя вовсе не была в этом уверена, - а потом нет. Не подходит он мне.
  Света хмыкнула, её взгляд стал скептическим, но электричка уже подходила, и расспросы закончились.
  
  ***
  Время в отпуске летит быстро. Днём меня преследовали воспоминания, мучая жаром неутолённого любопытства. А ночами я снова и снова видела кошмары и просыпалась в липком холодном поту. Я не запоминала сны, оставалось только ощущение преследования, иногда вспоминался вкрадчивый насмешливый голос в темноте, вселяющий чувство безграничного ужаса. По вечерам я долго лежала в постели, не смыкая глаз.
  Этим вечером поднялся ветер. Ветки стучали по стеклу, прогоняя сон. Я оделась, заколола волосы и пошла к пожарному водоёму, который бабушка громко называла прудом. Конечно, купаться в этой мелкой луже, заросшей кувшинками, невозможно, но вид открывался замечательный, и лавочка у самой воды днём была у дачников довольно популярна. К вечеру комары совершенно зверели, и изгоняли своими гнусными домогательствами всех, желающих полюбоваться пейзажем, но я понадеялась, что при таком сильном ветре их просто сдует.
  В самом деле, комарьё не доставало, а красота была неописуемая. Полная луна стояла как раз над водой, резкий порывистый ветер подымал сильную рябь, и лунная дорожка тянулась на всю ширину пруда. Не хочется отсюда уезжать! И с моими стариками опять расставаться тоже не хочется. Бабушка с дедушкой живут на даче с ранней весны и до морозов, а я бываю у них только наездами по выходным, когда привожу продукты и потихоньку ковыряюсь на участке. Скучаю я по ним ужасно, и две недели общения - это мало. Обожаю своих стариков! Родителей я помню плохо, они разбились в машине, когда ехали со свадьбы друзей.
  Бабушка забрала нас к себе. Нас - это меня и моего овчара Флобима. Обоим нам было по пять лет. Оказалось, что бабушка панически боялась собак с детства, когда её искусала какая-то псина во дворе, да вдобавок у неё была аллергия на шерсть, но деду она сказала:
  - Это кошмарное животное - всё, что осталось у девочки от семьи. Ничего, привыкну как-нибудь.
  Она на самом деле привыкла, даже потом подружилась с Флобимкой, хотя все оставшиеся шесть лет его жизни ходила с непреходящим насморком и покрасневшими слезящимися глазами. Когда Бимка умер, я была уже достаточно большой, чтобы понимать, что о животных в доме надо забыть, и безумно завидовала тем знакомым, которые держали какую-то живность. Вот я скоро приеду домой, и опять буду сидеть в одиночестве. Была бы хоть кошка, или уж крыса на худой конец, чтобы не возвращаться с работы в пустую квартиру! Ладно, попробуем найти позитив. Может хоть в городе, где совсем другие звуки и запахи, я смогу засыпать спокойно.
  У пруда я сидела долго. Не знаю, что заставило меня обернуться. Прямо за спиной на фоне тёмного неба чётко выделялся чёрный силуэт худощавой фигуры, замершей в полной неподвижности, только распущенные волосы трепал ветер, бросая пряди в лицо, поднятое к небу. Я почувствовала, как бешено заколотилось сердце, и меня охватил ужас и восторг, как при езде на американских горках.
  - Ник?
  Он повернулся. Глаза его по-кошачьи сверкнули в свете луны.
  - Красивая ночь, - задумчиво протянул он.
  - Красивая, - согласилась я. - Я рада тебя видеть.
  - Я тебя испугал, - насмешливо возразил он, неторопливо приближаясь. Его глаза действительно светились фосфорическим светом. Глядя на вампира я испытывала странное чувство восхищения, какое бывает, когда смотришь на коня, мчащегося по лугу или на кошку, уверенно идущую по тонкой ветке. Мне пришлось напомнить себе, что этот тип неведомым образом стёр из моей памяти совершённое убийство. Или нет? Ответит ли он, если спросить?
  - А ты меня всё время пугаешь, - снова согласилась я. - Возможно, это составная часть твоего обаяния.
  Он иронично вскинул бровь и промолчал. Я подвинулась на скамейке, освобождая для него место, но Ник остался стоять, задумчиво рассматривая меня. Его лицо при таком освещении казалось совсем мальчишеским.
  - Как ты здесь оказался?
  - Я захотел тебя увидеть. Ты не появлялась дома, упоминала, что живёшь на даче, а дорога, на которой мы встретились, ведёт только сюда, - объяснил он скучающим тоном.
  Луна скрылась за облаком, лица Ника было не рассмотреть. Я поёжилась и поднялась на ноги:
  - Холодно. Пойдём в дом.
  Ник с готовностью подхватил меня и понёс. Его руки были тёплыми, и я с удивлением поняла, что и на самом деле замёрзла.
  - Ник! Я могу и сама ходить! - попробовала протестовать я.
  - На дороге отпущу, - пообещал он. - Здесь ты ничего не видишь. Мне не тяжело.
  - А ты не замёрз? - поинтересовалась я, когда он поставил меня перед калиткой. Он был в джинсах и футболке с коротким рукавом.
  - Мы не так чувствительны к холоду, как люди, - рассеянно ответил вампир, - но мне нравится тепло.
  - Как насчёт погреться на солнышке?
  - Спасибо, нет!
  - Вы на самом деле загораетесь от солнечного света? - удивилась я.
  Ник тихо рассмеялся:
  - Всё не так фатально, хоть неприятные ожоги и гарантируются. Я люблю живое тепло, - он мягко обхватил меня сзади за плечи и привлёк к себе и шепнул в ухо интимным тоном. - Мне приятно носить тебя на руках.
  Я отстранилась. Лампа на веранде хорошо освещала его лицо: Ник с жадным любопытством ждал моей реакции.
  "А вот не дождёшься!" - подумала я с непонятным злорадством и прошла в дом. Пока я снимала сапоги и куртку, Ник стоял в дверях, осматривая коридор.
  - Комары налетят! - поторопила я его.
  - Мне нужно приглашение, - напомнил он.
  - Я приглашаю тебя в свой дом! - торжественно провозгласила я, - Слушай, а как ты в квартиру заходил?
  - Ты меня пригласила.
  - Да? - удивилась я. На меня накатило дурашливое настроение. - Не помню. Ах, какая это была роковая ошибка с моей стороны! - я заломила руки и подняла трагический взгляд к потолку.
  Ник улыбнулся, и эта улыбка осветила и преобразила его лицо. У него была ямочка на левой щеке! Наверное, я уставилась на него совершенно неподобающим образом, потому что он удивленно спросил:
  - В чём дело?
  - Ты красивый, когда улыбаешься. Не пробовал делать это почаще?
  - Нельзя на каждом шагу сверкать клыками, это неконспиративно, - ухмыльнулся он и отправился рассматривать дом. Я, позабавленная его бесцеремонностью, поставила на плитку чайник и села на диванчик, наблюдая за вампиром.
  Он выглянул в окна, заглянул в кладовку и дальнюю комнатушку, проверил заднюю дверь, бросил несколько взглядов на репродукции и коллаж на стенах и бегло рассмотрел книги на полке. Его безостановочное кружение живо напомнило мне точно такое же поведение соседского щенка, как-то раз забежавшего к нам в приоткрытую дверь. Ник на секунду замер перед лестницей на второй этаж, прислушался, наклонив голову набок, затем вновь скользнул на кухню и, опустившись на низкую скамеечку у моих ног, снизу вверх заглянул мне в глаза. Сходство было настолько полным, что я не смогла подавить улыбку. С Ником я чувствовала себя на удивление свободно, хотя обычно комплексую с такими красавцами.
  - Всегда так забавно осматриваешься в незнакомых местах?
  - По-возможности, - пожал плечами он. - Кто наверху?
  - Как ты догадался?
  - Слышу. Тут и гадать не надо.
  - Бабушка с дедушкой спят. Так что не шуми, разбудишь.
  Чайник закипел, я заварила чай, добавив к заварке веточку смородины и пару листиков мяты, достала колбасу из холодильника и повернулась к Нику:
  - Будешь?
  - Мы не едим человеческую пищу, хотя, конечно, при необходимости изобразить можно, - он невольно поморщился, вероятно, вспомнив "необходимость", - а напитки на растительной основе иногда бывают вполне приемлемы. Этот запах мне приятен, - кивнул он на чайник, - а вот белковые блюда для нас пахнут весьма неаппетитно.
  Я подумала и убрала колбасу обратно в холодильник. Ник еле заметно улыбнулся:
  - Спасибо.
  Я разлила чай по чашкам и сказала, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально:
  - Я не очень связно помню вечер нашего знакомства. Не ты, случайно, постарался?
  Мне почему-то казалась, что вампир будет всё отрицать, но он спокойно встретил мой взгляд:
  - Кто же ещё?
  Вид у него был нестерпимо самодовольный. Я разозлилась, но от растерянности не могла сообразить, как высказаться. Ник поднял чашку и с видимым наслаждением понюхал чай.
  - И с какой стати? - ровно спросила я, чувствуя, что сейчас просто взорвусь.
  Вампир посмотрел удивлённо и снисходительно пояснил:
  - Ты сказала, что с такими воспоминаниями не сможешь заснуть, вот я их и заблокировал.
  Его слова поставили меня в тупик. В дипломатии я не сильна. Кажется, и в самом деле говорила что-то в этом роде. Получается, что вампир мне вроде бы одолжение сделал. Может ещё и "спасибо" ждёт...
  Немного поколебавшись, я всё-таки решила, что лучше объясниться сразу. Не стоит копить проблемы.
  - Мне это не понравилось, - сдержано сообщила я. - Ты можешь снять эту блокировку?
  - Конечно, а нужно ли? - на его лице так явственно проявился напряжённый холодный интерес исследователя, что мне стало немного не по себе.
  - Этого мужчину убили?
  Ник кивнул. Я твёрдо сказала:
  - Я хочу вспомнить.
  - Зачем?
  - Отказ от воспоминаний мне кажется трусостью.
  Вампир поставил чашку и немного откинулся назад. Мне показалось, что я его удивила. Какие бы ещё аргументы привести?
  Воспоминания нахлынули неожиданно, будто в голове какой-то шлюз открыли. Даже дыхание перехватило, но под любопытным взглядом вампира я постаралась ничем не выдать охватившего меня смятения. С трудом переведя дух, я сухо сказала:
  - Спасибо. И не надо больше мне демонстрировать никаких вампирских штучек.
  Ник ухмыльнулся. Это выглядело так странно! Клыки невольно привлекали внимание.
  - Кстати о конспирации, - задумчиво сказала я, - мне как-то в Интернете попалось утверждение, что популярность вампирской тематики в современной литературе и кино объясняется тем, что вампиры готовят общественное мнение к своей легализации. Это соответствует истине?
  - Ерунда! - отозвался вампир.
  - Может, ты просто не в курсе?
  Ник покачал головой:
  - Я бы знал. В ближайшем столетии, полагаю, это не актуально.
  - Обоснуй! - заинтересовалась я.
  - Как ты себе представляешь эту легализацию? Каждый получит бумажку, что-то вроде "нежить кровососущая, занесён в Красную книгу", и все будут жить рядышком в мире и довольстве? Нас немного и всех просто сразу уничтожат! Люди постоянно ищут, кого бы им обвинить в своих неприятностях. Вечно идут гонения на иноверцев, иноземцев, инородцев, - и мы вовсе не хотим продолжить собой этот список "иных". Тем более, что в отличие от прочих чужаков, мы-то реально паразитируем на людях, - усмехнулся он, опять продемонстрировав клыки.
  - При нынешнем ажиотаже к вам ещё очередь выстроится, - возразила я.
  - Конечно, - согласился Ник, - много кто... Слетятся стаи фанатичных вивисекторов, которые начнут изучать особенности организма, пределы и возможности регенерации, например. Толпы непризнанных гениев, которые и современникам-то не нужны, будут требовать, чтобы им подарили бессмертие. За кучками экзальтированных девиц, потянутся возмущённые родители с осиновыми кольями, серебряными распятиями и связками чеснока. А ещё... - он не закончил и раздражённо махнул рукой, - ну и зачем оно надо? Нас вполне устраивает нынешнее положение дел.
  - Ну ладно, допустим, - согласилась я, - а чем же тогда можно объяснить такое муссирование темы?
  Ник пожал плечами:
  - Трудно сказать, возможны варианты. Может какие-то кланы обнаглели от чувства безопасности и стали как-то проявлять себя, поощряя человеческую фантазию, а может охотники ведут какую-то игру.
  - Кто такие охотники?
   Ник странно посмотрел на меня и объяснил заботливым тоном, как тяжелобольной:
  - Кристи, охотники это люди, которые на нас охотятся.
  Всё-таки люди! Интересно, если они знают о вампирах, почему же держат всё в секрете?
  Ник не сводил с меня глаз:
  - Я вижу, что смерть этого человека произвёла на тебя неприятное впечатление... В нынешнем столетии это единственный раз. У Дэна не убивают.
   "Неприятное впечатление!" Давненько я не встречалась с таким преуменьшением.
  - Сколько там прошло нынешнего столетия... - хмыкнула я.
  - Да пойми же! - вдруг почти выкрикнул он. - Это был исключительный случай! Дэн не мог контролировать себя. Ты же видела, как он пострадал! Мы. Не. Убиваем.
  - Тише! - шикнула я на него. - Расскажи, что произошло в лесу?
  Ник смутился. После мучительно долгой паузы он тяжко вздохнул и обречённо сознался:
  - Дэн должен был принять участие в битве эльфов с орками.
  Я поперхнулась чаем. Когда, наконец, я прокашлялась и вытерла слёзы, Ник пояснил:
  - Вообще он с реконструкторами тусуется, но тут пригласили.
  Ник снова перебрался на скамеечку в ногах, прислонившись спиной, закинул голову мне на колени, и закрыл глаза. Меня немного напрягало, как вольготно он устроился, но прерывать рассказ я не хотела. Рассказывал он короткими фразами, с частыми томительными паузами, но скоро я получила полное представление о произошедшей стычке.
  Когда он замолк, я спихнула его голову с коленей, встала и прошлась по кухоньке, обхватив себя руками. То, что Ник сумел завершить конфликт миром, значительно возвысило его в моих глазах. По рассказу вампира мне показалось, что нападение охотников не спровоцировано, а поведение не вполне адекватно. Конечно, охотники понимали, что оставляя раненых вампиров, они обрекают на смерть какого-то человека. Не нравятся мне такие защитники человечества!
  - Ты вышел на дорогу и похромал по обочине. Голосовать не пытался. Собирался дойти пешком?
  Ник перестал ухмыляться, сказал задумчиво:
  - Нет, конечно, рассчитывал запрыгнуть в окно. Кто же на пустынной дороге пригласит окровавленного незнакомца в свою машину? - он звонко расхохотался, обхватив меня за плечи, но сразу обернулся и виновато добавил, - Я кого-то разбудил... Когда увидимся?
  - Послезавтра - домой...
  - Буду ждать.
  Ник быстро чмокнул меня в шею и бесшумно скрылся за дверями. Я невольно прикоснулась кончиками пальцев к месту поцелуя и ощутила мягкие удары пульса. Кажется, теперь понимаю, что чувствуют мотыльки, летящие на огонь. Жутко привлекательно.
  - Что не спишь, Тиночка? - бабушка стояла на лестнице, накинув шаль прямо на ночную рубашку, и щурилась на свет. - Ты что, радио включала?
  Я быстро ополоснула чашки, пока бабушка не заметила, что их две.
  - Прости, что расшумелась, бабуля. Не спалось, решила попить чайку. Сейчас ложусь.
  ...Ник, значит, собирался в окно запрыгнуть. Я не представляла, как это можно сделать на полном ходу. Ну... допустим. А дальше? Логика подсказывала, что водитель должен был погибнуть. Меня задела последняя фраза Ника. Мне казалось, что моя готовность помочь кому-то, тем более в ситуации, когда больше помощь получить не от кого, вполне нормальный поступок. Он заставил меня взглянуть на происшедшее по-другому.
  - Наверное, я такая дура, что даже убить рука не поднимается,- мрачно сказала я себе и пошла в постель. Удивительно, но заснула я сразу и спала без сновидений.
  Последние два дня на даче тянулись бесконечно медленно. В городе меня ждал Ник, и не терпелось с ним увидеться.
  Машину я оставила старикам. Мало ли что! Мне в городе мотаться особо некуда. Ехать я решила вечером, чтоб не идти по самому солнцепёку, но все равно устала жутко, хоть сосед и помог тащить сумки до электрички.
  Лёшка ждал меня на вокзале, поцеловал в щечку, в темпе доставил домой, и, пообещав, что с утра приведёт всю компанию, сбежал встречать Наташу с работы. Я принялась за дела: сходила в магазин, выкинула пачку спама из почтового ящика, разобрала сумки, устроила постирушку, протёрла пыль, помыла полы. В первом часу стало ясно, что больше никакой работы не придумать. Ник так и не появился. Хотя он ведь и не обещал, что придёт в первый же вечер. Скорее всего, надо его ждать завтра...
  Заснула я с трудом: от духоты не спасали даже открытые балконные двери. Ну и не выспалась, естественно. Разбудил меня звонок домофона - пришёл Лёшка с девочками. Я впустила их в подъезд и понеслась на кухню ставить чайник, на ходу натягивая халат. На кухонном столе в трёхлитровой банке стояла огромная композиция из роз и орхидей, наполняя всё помещение нежным ароматом. Значит, вампир все-таки приходил! И опять он разбудил во мне противоречивые чувства: мне никогда не дарили таких великолепных цветов, это было безумно приятно, но то, что Ник бродил по квартире, когда я спала, мне не слишком понравилось.
  Стол я решила накрыть в комнате: кухонька у нас небольшая, а столик в ней и вовсе невелик. Одна я под таким громадным букетом ещё поместилась бы, как зайка под ёлкой, но всей компанией там явно было нечего делать.
  Лёша привёл только сестру и невесту.
  - А что Настя не пришла? - поинтересовалась я.
  - Вся в делах, - кратко объяснила Света. - Пойдём, помогу с чаем.
  Мы оставили наших влюблённых обниматься на диване и направились на кухню. Там Света аккуратно прикрыла дверь и сурово спросила:
  - Ты дура или придуриваешься?
  - Ты о чём? - опешила я.
  - Настя Лёшку любит. Каково ей смотреть, как они с Наташей милуются? - Света, очевидно, заметила, моё удивление. - Нет, ты правда не знала? Ну, смотри, Наташке не ляпни.
  Я только плечами пожала. В самом деле? Мне и в голову не приходило! Стыдно, должна была заметить...
  Настя и ввела Наташу в нашу компанию. Год назад она попала в больницу, порвав связку на тренировке, и как-то сразу сдружилась с медсестрой на отделении. Наташенька у нас - чудо! Мне кажется, что она безумно похожа на Белоснежку из Диснеевского мультика: аккуратный носик, маленький ротик, громадные глазищи удивлённого ребёнка под тонкими летящими бровями, только причёска немного другая, прямые волосы с чёлочкой, и интеллекта в лице побольше. Невысокая, хрупкая, в свои двадцать два она выглядит совершенной девчонкой.
  Вместе Настя и Наташа смотрятся препотешно: хрупкая крохотная брюнетка и до плеча не достаёт высокой фигуристой блондинке. Лёшка, когда увидел их в первый раз, долго смеялся:
  - Вас бы сложить да поделить!
  - Дурак ты, мой дорогой, - надменно ответила Настя. - Получится ни рыба ни мясо, а так - мы две яркие индивидуальности.
  Наташина индивидуальность оказалась достаточно яркой для того, чтобы Лёшка решил проститься с холостой жизнью и сейчас ходил в гордом статусе жениха и полноправного члена нашей компании. Как же, наверное, Насте обидно!
  Я стала собирать на поднос всю чайную дребедень, а Света задумчиво уставилась на букет:
  - Откуда такое чудо?
  - Помнишь, я тебе про парня говорила? - вздохнула я.
  - Появился, значит, - без особой радости заметила Света, бесцеремонно вытащила из-под букета записку, которую я до того не замечала, бросила на неё быстрый взгляд и хмыкнула под нос. Я посмотрела через её плечо: "С возвращением, Ник" и номер мобильника.
  Я собрала всю мелочёвку, Света взяла чайник и вафельный торт (хорошо, что я накануне сбегала в магазин), и мы вернулись в комнату.
  Особых новостей ни у кого не оказалось.
  - Работа и предсвадебная беготня, - объяснил Лёшка. - Суета сует.
  Наташа устало улыбнулась:
  - Немного осталось. Кафе заказано, машина - тоже, фотографа сговорили, платье закончено. Лёша его, естественно, не видел, а девочкам понравилось.
  Я, конечно же, заявила, что тоже хочу посмотреть, и напросилась в гости.
  Света сообщила, что отложила мне какую-то совершенно потрясающую тряпку, и почти даром: у них в бутике очередная распродажа. Я вдохновилась: у Светланки абсолютное чувство стиля, и если она сказала, что это для меня, надо покупать без разговоров. Затем насели на меня. Я пробовала отговориться полным отсутствием новостей, мол, какие могут быть новости в деревне, но, естественно, ничего не вышло. От Светки так просто не отделаешься!
  - Давай, выкладывай, как он выглядит, как познакомилась, о чём говорили, и вообще всё. Что мы, не родные?
  Наташа оживилась, а Леша молча закатил глаза к потолку и начал задумчиво уплетать остаток торта. Я лихорадочно пыталась сообразить, что же я могу рассказать моим друзьям. Адаптированная версия получалась короткой и скучной.
  - Познакомились случайно, на дороге, я его до города подвезла. Зовут Ник. Он приезжал посмотреть на битвы ролевиков, и подрался с гномами. Выглядит... ну вот, как Наташка. Невысокий, бледный, темноволосый, зеленоглазый, стройный до худобы, - я подумала о его нечеловеческой силе и скромно добавила, - но не хилятик. Кажется Лёшкиным ровесником или немного постарше. Красивый, улыбка обалденная. Вообще смотрится, как скрипач, или поэт девятнадцатого века. Представляете: изящные кисти, горящие глаза, волосы волнами до плеч. Ни о чём особенном мы не говорили, я думала, что больше его и не увижу. Он и не пытался договориться о встрече, телефон не спросил. А пару дней назад приезжал на дачу, сказал, что хотел увидеться. Говорили, - я задумалась, вспоминая, - ну, только о политике говорили, ещё рассказал, как в драку вляпался. Пообещал, что в городе зайдёт. Вот цветы прислал. Вроде всё.
  - Вы сходите на кухню, на этот веник посмотрите, - обвиняющим тоном сказала Светка.
  Лёша молча отправился на кухню, Наташа поплелась за ним. Оперативно осуществив осмотр упомянутого веника, сладкая парочка вновь вернулась на диван. Вид у Лёшки был мрачный. Я недоумевала.
  - Кто-то умер?
  - Похоже, твой здравый смысл, - хмуро ответила Света и повернулась к брату, - Ну, объясни же ты ей!
  - Звонила ему? - кратко поинтересовался Лёша, и, когда я покачала головой, категорически потребовал: - И не звони!
  - Почему? - не поняла я. - Надо же хотя бы поблагодарить за цветы!
  - Надо! - неожиданно согласилась Светка. - Пусть смску шлёт, да, Лёш?
  - Пусть! - согласился Лёша. - Вот и номер у него будет. Захочет - сам позвонит.
  - Что, по-вашему, происходит? - осторожно поинтересовалась я.
  Лёша подсел ко мне, бережно обняв за плечи:
  - Тинка, ты только не обижайся, ладно? Вот скажи, ты представляешь, сколько стоит такой букет?
  - Ну, наверное, около тысячи, - предположила я.
  - Скорее около четырёх, - вякнула своё веское слово Светик.
  Я, шокированная, уставилась на неё.
  - Похоже, - согласился Лёша. - Знаешь, я зарабатываю неплохо, но когда Наташке предложение делал, и то цветочки скромнее покупал. Посмотри на ситуацию объективно: ты, безусловно, девушка симпатичная, но неземной красотой не ослепляешь. Мы-то знаем, какая ты замечательная, а этот тип - нет. Вы ведь вы даже не разговаривали по-человечески. Так с чего бы вдруг так тратиться?
  - Это он понты кидает! - снова встряла неугомонная Лёшина сестрёнка.
  Лёшка поморщился, и, повернувшись к Свете, недовольно заметил:
  - За языком последи. Читаешь, читаешь, а всё без толку, - он снова обратился ко мне: - Но можно и так сказать. Ты бы на себя со стороны посмотрела, когда про парня этого рассказывала. Прямо несовершеннолетняя соплюшка, впервые узревшая принца на белом Мерседесе! Уверяю тебя, этот красавчик прекрасно знает, какое впечатление он производит на хрупкие девичьи сердца. С него ещё станется пропасть на недельку другую, отговариваясь работой, болезнью или ещё чем, а потом исстрадавшуюся в разлуке даму сердца можно брать голыми руками. И не дуйся на меня, Тина. Ты знаешь, ты для меня такая же сестрёнка, как Светка, и, конечно, мне бы не хотелось, чтобы ты стала строчкой в списке какого-нибудь Дон Жуана. Тем более, что ты не крутишь романы, как моя бестолковая сестрица или наша королева Анастасия, и опыта у тебя никакого. А вот голова на плечах у тебя есть, поэтому просто используй её, пожалуйста, имея в виду всё, что я тебе сейчас наговорил.
  Я пообещала подумать. Мы дружно убрали со стола и, договорившись сходить на неделе на новый фильм, расстались. Проводив ребят, я помыла посуду, залезла с ногами в любимое кресло и стала размышлять. Лёшина речь меня впечатлила. Никогда я не слышала от него таких монологов! Конечно, не зная всего, Лёшка не мог оценить ситуацию адекватно, но Ник действительно вёл себя странно.
  Похоже, он вообще склонен к перегибам. Стоило упомянуть, что перенервничала - пожалуйста, взял и заблокировал память. Взгляды, которые он на меня кидал, просто светились радостью и восторгом. Оно, конечно, приятно, но как-то... слишком. Роскошный букет тоже выглядел несообразно. Интересно, это только Ник с таким размахом действует, или все вампиры такие? Мне почему-то казалось, что и смерть мужчины в лесу - явление примерно такого же порядка: вот, вроде и не убивают, но так уж получилось, немного переборщили...
  Я, кажется, запуталась. Сама считала, что общество должно избавляться от насильников, но увиденное убийство меня выбило из колеи. Изменила ли я своё мнение или просто временно впала в неуместную сентиментальность? Слишком много эмоций и мало информации для вынесения вердикта. Да и Ник уверял, что этот случай исключительный. Ладно, посмотрим, что дальше будет. Жаль, что расспрашивать его нельзя. Даже я вопросы "за жизнь" не люблю, а Нику они могут показаться верхом бестактности. Лучше раскрутить вампира на какую-нибудь морально-этическую беседу, чтобы получить представление, что от него ожидать.
  Как меня воспринимает Ник? Как бы я сама относилась к своей еде, если бы она обладала разумом и чувствами? Всегда мне казалось, что у меня богатая фантазия, но тут она меня подвела. Не укладывалась у меня такая картинка в голове, и всё тут. Слишком мало я знала о вампирах, чтобы строить какие-то предположения. Как Ник смешно сказал: "нежить кровососущая"! Я невольно улыбнулась. Что такое нежить? Если существо мыслит, чувствует, действует, то оно, на мой взгляд, вполне живое.
  Я представила себе Ника. Как прикольно он выглядит, когда задумчиво закусывает нижнюю губу клыками! Скорей бы увидеться. Оказывается, сам факт существования вампиров я восприняла с энтузиазмом ребёнка, которому доказали, что Дед Мороз всё-таки существует. Ну и пусть сказка страшненькая, зато настоящая! Интересно-то как!
  Телефон, казалось, жёг руки. Позвонить? Меня грызли сомнения. Ник будет ждать звонка. Вероятно, он мне благодарен. Я боялась, однако, что за его восторженными взглядами скрывается нечто большее. Уж не влюбился ли он? Этого мне только не хватало! А ведь он может принять мой звонок за проявление взаимного интереса. Не стоит его поощрять.
  Всё-таки Лёшка прав. Я взяла мобильник и набрала самый краткий текст, который смогла придумать: "Спасибо за цветы. Кристи"
  А звонить не буду!
  
  
   Глава 5. НИК
  
  Я проснулся достаточно рано - и зря. Детские вопли, доносившиеся с дворовой площадки, уже давали понять, что погода неплохая. Для людей, естественно. Чтобы удостовериться в этом я вышел в другую комнату. Её можно было бы назвать гостиной... если бы у меня бывали гости. После спальни, освещавшейся лишь тусклым блеском монитора, свет раздражал, хотя на самом деле здесь царил уютный полумрак: окно выходило на восток, клён, растущий перед домом, заслонял его почти полностью, что мне особенно нравилось и в своё время послужило основанием для выбора именно этой квартиры. Но и просветов между ветвями было достаточно, чтобы увидеть кусочек безоблачного неба и залитый солнцем дом напротив. Одно из окон стало распахиваться, яркий свет резанул по глазам. Я, зажмурившись, отшатнулся, поторопился вслепую убраться вглубь комнаты и неловко, почти на ощупь, сел в кресло. Скоро цветные пятна прекратили дрожать перед глазами, и я с досадой оглядел своё жилище. Комната казалась просторной, потому что была почти пустой: диван с парой кресел у одной стены, домашний кинотеатр и тумба-бар у другой. Я чувствовал себя, как в клетке.
  Дэну хоть есть, где развернуться! Он мне предлагал тоже строить свой дом. Я отказался и сейчас жалел об этом.
  Я включил музыку, вернулся в кресло и попытался расслабиться. Нет, никак. Глухое раздражение нарастало.
  Прошло больше недели, а никаких следов охотников обнаружить не удалось. Я допускал, что они могли уехать из этого района, напуганные предполагаемыми последствиями нашего столкновения, но особо в это не верил. Пугливые люди в охотники не идут.
  Прикинув скорость передвижения людей, расстояния и сверившись с расписанием электричек, я пришёл к выводу, что нападавшие приехали со стороны города, скорее всего в нём и остановились, хотя на многолюдном вокзале запах я уловить не смог. Для очистки совести пробежался по всем станциям - и безрезультатно. Как можно разыскать в многотысячном городе кучку конкретных людей я понятия не имел. Раньше мне делать этого не приходилось, да и с охотниками я не сталкивался больше двухсот лет, с тех пор, как Дэн принял меня под своё крыло.
  Убийства членами его клана совершались редко. Обычно те, кто не мог с собой совладать, сами устраняли последствия своего проступка, избавляясь от тела или инсценируя что-нибудь, объясняющее смерть естественными причинами. Несколько раз приходилось вмешиваться мне, но ничего особо сложного...
  Мы были незаметны. Естественно, охотники нами и не интересовались. Что же изменилось?
  Первым делом я поговорил с Дэном. Вдруг нападение в лесу - нелепая случайность? Взгляд охотника должен быть намётан на мелочи. Я не исключал возможность того, что эти парни просто приехали на игру, а Дэн как-то выдал себя. Спрашивать его об этом было не слишком удобно, но я всё же спросил. До сих пор неприятно вспоминать его неприкрытое удивление:
  - За кого ты меня принимаешь?
  Люди не умеют прислушиваться к своим инстинктам. Иногда встречаются те, которые чувствуют вампиров. Их мало, и обычно они не понимают своих ощущений, даже смущаются, испытывая неловкость и недоверие. Вот охотник, обладающий таким чутьём и осознающий его, может быть очень опасен. Я высказал Дэну предположение, что среди охотников мог быть особо восприимчивый, но он после короткого раздумья его отверг:
  - Тогда бы раньше, когда я ещё шёл позади... Мне показалось, что они оживились только когда увидели меня. Похоже, знали в лицо.
  Откуда? Как? Я не мог ответить, но это только подстёгивало. Найду охотников, и перед тем, как уничтожить, допрошу.
  Наверняка приезжие. Мне казалось, что про здешних я бы знал. В городе столько мест, где можно остановиться! Без особых надежд на успех я начал обходить гостиницы, начиная с самых дешёвых, но неожиданно повезло. По странному стечению обстоятельств эти люди останавливались в принадлежавшем Дэну общежитии, откуда и съехали в спешке этим же вечером. Спустя несколько минут я уже стоял в их комнате, жадно вдыхая ненавистный запах. Уже светало. Я распорядился, чтобы эту комнату пока не сдавали, и отправился спать, по дороге обзвонив тех, кто мог бы помочь в поисках. К вечеру я, полный энтузиазма, вернулся в общежитие во главе небольшого отряда.
  В комнату никого не заселили. В распахнутое окно лениво задувал ветерок, принося арбузный аромат свежескошенной травы. Ещё здесь пахло хлоркой и сиренью с каким-то химическим привкусом. Охотниками точно не пахло.
  Винить было некого: предупреждать, чтобы не убирались, мне в голову не пришло. Ругать людей за исполнительность глупо. Я развернулся и пошёл к выходу, команда потащилась за мной. Только в одном месте, на лестничной клетке я притормозил, снова уловив нужный запах, но понял, что объяснить, который из многих меня интересует, не смогу.
  Махнув рукой, я отпустил помощников.
  Если охотники в городе, сам найду. Я разбил город на квадраты и с наступлением сумерек начинал кружить по улицам и дворам, внимательно принюхиваясь. Конечно, так можно и пропустить, и я уже решил, что обойдя город один раз, начну повторное прочёсывание. За ролевиками тоже стоит посматривать, хотя, как я понял, охотники к ним так и не попали.
  
  ***
  Спустя несколько дней я ещё раз проверил лагерь ролевиков - и опять никого не нашёл, зато на обратном пути заглянул к Кристине.
  Никогда мне не хотелось иметь своего человека. Да и зачем? В других кланах частенько заводят людей, чтобы лишний раз не рисковать на охоте. Их быстро выпивают и заменяют новыми. Я смысла в таком приобретении не видел. Часто пить нельзя, а хлопот - хоть отбавляй. Мало ли что человеку в голову придёт? У нас я хорошо знал двоих. И если Таня особых проблем Дэну не создавала, то Оля у Михаила была сплошной проблемой. Миша никак не мог решить, что с ней делать. Она влюбилась в него, назойливо просила обратить. Навязчивость человечки надоедала, но и бросить девушку он не мог, говорил, что очень вкусно, отказаться - жаба задушит.
  Да какой там может быть особый вкус?
  Я не понимал, пока не попробовал Кристину.
  Лёгкий испуг, вытесняемый злостью. Боль, недоумение, растерянность. Ах, какие растерянность и удивление! Я и сам был удивлён. Какие только чувства мне не встречались: панический ужас, брезгливое презрение, ненависть, отвращение, но с такой реакцией сталкиваться не приходилось. Я намеревался поделить первого встречного с Дэном, принеся принципы в жертву на алтарь практичности, а тут заколебался. Девушка смотрела на меня с жалостью и любопытством. Личико казалось слишком маленьким для громадных удивлённо-восторженных глаз и сочного крупного рта.
  Нога пришла в норму, но собственноручно располосованный живот ещё болел, и я отложил решение.
  Во второй раз она показалась мне ещё вкуснее: невероятная доброжелательность, смешанная с жадным любопытством, и острое сострадание. Великолепный коктейль! Я понял, что не хочу от него отказываться. Стоит попробовать приручить эту человечку. Неплохо будет иметь постоянную подружку, с которой можно и погрешить, и поговорить, ничего из себя не изображая, которой не надо корректировать воспоминания после каждой кормёжки. Не надо будет притворяться, прятать клыки, или рассчитывать углы падения света, чтобы вдруг не блеснули глаза. Интересно, в постели-то она как?
  Конечно, пришлось хлопотать вокруг неё, но это оказались приятные хлопоты, да и принимала она их забавно.
  Проверив лагерь ролевиков, я свернул к Кристининой даче. Трудно удержаться и не проверить приобретение. Неестественное спокойствие Кристины при нашей первой встрече можно списать на шок. Я не очень хорошо представлял, как вести себя с этой девушкой и решил ориентироваться на её реакции. Прикинул варианты её поведения и был готов успокоить, утешить, а при удачном течении событий и соблазнить. К чему затягивать?
  Получив приглашение в дом, я решил, что это мне предстоит быть соблазнённым, но быстро понял, что заблуждался. К дружескому разговору за чашкой чая я готов не был. Сначала меня обескуражила манера Кристины держаться со мной, как с равным, однако я не почувствовал ни капли фальши в её поведении, а потом даже нашёл в этом определённый шарм. Когда это мне последний раз доводилось просто поболтать? Она не заискивала, не засыпала меня неуместными вопросами, слушала внимательно и с интересом, всем видом показывая, что я ей симпатичен. Я знал, что нравлюсь женщинам, привык к этому, ну и само собой использовал на полную катушку. Но они-то считали меня человеком! Удивительно, насколько всё оказалось интереснее, чем я себе представлял. Хорошо, что я не стал её убивать.
  
  ***
  От вкусных воспоминаний привычное чувство голода усилилось и стало нестерпимым, пересохший рот свело горечью. Сколько времени прошло с последней кормёжки, когда мы с Дэном выпили того человека в лесу? Я вдруг понял, что увлечённый поисками охотников, голодал слишком долго.
  В кафе ехать рано, но сидеть взаперти становилось невыносимым, и я решился выйти. Солнцезащитный крем. Джинсы, спортивная майка и рубашка. Всё чёрное - этот цвет мне нравился всегда, да и случайные капли крови на нём не бросаются в глаза. Критический взгляд в зеркало. Нет, чёрная рубашка в жару выглядит нелепо и придаёт мне вид киношного вампира. Я с сожалением поменял её на белую и надел тяжёлую цепочку с крестиком. Какой-то сплав, похожий на серебро. Уже лучше, вид вполне человеческий. Теперь взлохматить волосы так, чтобы хоть немного затеняли лицо. Тёмные очки - и можно идти.
  Всю дорогу до гаража я старался держаться в тени, и всё равно, садясь в машину, чувствовал, как горит кожа на лице и шее. Ничего, пройдёт. Пару часов я гонял по загородным дорогам, наслаждаясь скоростью. Раздражение улеглось, к кафе я подъехал спокойным и сосредоточенным.
  Заведение располагалось в отремонтированном наспех полуподвале и не отличалось никакими изысками в оформлении. Шоколадные занавески на окнах гармонировали с тёмным лаком деревянных столов и табуретов. Оштукатуренные светлые стены кое-где пошли трещинами, хотя при уютном приглушённом свете людям это не бросалось в глаза, так же, как и следы протечек на потолке. Интерьер никакой, однако кафе пользовалось популярностью: кормили здесь быстро, сытно и недорого, а вечерами крутили хорошую танцевальную музыку. Сейчас народ только собирался, мой любимый столик ещё не заняли, и я, приветственно кивнув бармену, устроился в дальнем углу, рядом с декоративным фонтаном. Мне нравилось журчание воды, да и обзор отсюда хорош.
  Подошла официантка с бокалом вина. Я неторопливо сделал несколько глотков, рассматривая зал и выбирая сегодняшнюю жертву. Лица незнакомы: завсегдатаи ещё не подтянулись. Скромно потупленные глазки, и кокетливые взгляды из-под ресниц, парочка восхищённых улыбок - как всегда. Скучно.
  Я отставил бокал в сторону и задумался, изучая узоры сучков на столе. Никто мне особенно не понравился, но ждать не хотелось. В окружении людей голод казался почти нестерпимым, вино не перебивало жгучей горечи слюны. Вот та девушка, шею которой прикрывает ворот-стойка, и подойдёт. Пары уже топтались на танцплощадке, раскачиваясь под негромкую мелодию. Можно просто пригласить человечку на танец, не утруждая себя беседой.
  Не прислушиваясь к разговорам, я всё равно слышал обрывки фраз.
  - ... этот фильм ещё два дня идёт...
  - ... Викуся говорит, он в койке классный...
  - ... нет, не люблю коктейли, лучше вино...
  - ... в той заводи вот такую щуку поймал...
  - ...Вику домой отвёз на Ламборджини, представляешь?
  Ба! Да это обо мне! Интересно, решится ли кто-нибудь из этих девиц проверить слова Викуси? Есть смысл подождать. Скажем, минут десять. Я сглотнул и устремил взгляд на часы.
  - Ну, парень, похоже, что она уже не придёт! - раздался насмешливый голос у меня над ухом.
  - Похоже, - согласился я, посмотрев на туфельки, остановившиеся рядом со мной, и демонстративно медленно поднял глаза к лицу их обладательницы. Выпившая, но не пьяная. Лёгкая блузка открывает шею - жаль. Полновата на мой вкус, но ножки ничего, косметики в меру. Пахнет и выглядит аппетитно. В общем, не ах, но сойдёт.
  - Ну и как? - тем же тоном поинтересовалась девушка результатом осмотра. Говорить комплименты было лениво.
  - Вполне, - лаконично ответил я и кивнул на соседний стул. - Составишь компанию?
  Всё шло по накатанной колее. Большая часть девушек, посылавших заинтересованные взгляды, обнаружив, что я уже занят, потеряла ко мне интерес. Я заказал человечке шампанского, но допить не дал - повёл танцевать. Сначала партнёрша положила руки мне на плечи, вскоре - сцепила замком на шее. Я принял приглашение и притянул её поближе. В толпе никто не обращал на нас внимания, тем более, что бармен, бросив взгляд в нашу сторону ещё ослабил и без того приглушенный свет. На следующем танце я начал целовать девушку, сначала еле касаясь губами, затем немного подразнил языком и крепче прижал к себе. Её сердцебиение участилось, дыхание стало глубже. Хватит, пора.
  В танце я подвёл её к коридорчику, отделённому от зала ажурной шпалерой с искусственной зеленью, увлёк её туда и, протащив мимо туалетов, свернул за угол. В длинном узком проходе горела тусклая лампа. Здесь находились служебные помещения, сейчас безлюдные. Ближнее использовалось, когда кафе арендовали на мероприятия и приносили часть блюд с собой. В маленькой комнатке стояли два холодильника, кушетка, столик и несколько вешалок. На стене - большое зеркало, а под самым потолком - окна в коридор. Я закрыл дверь на щеколду и привлёк к себе горячее тело. Теперь мы целовались по-настоящему. Клыки уже вышли на всю длину, и мне пришлось корректировать восприятие человечки, чтобы она их не заметила. Через несколько минут, когда уже чувствовался запах её желания, я подтолкнул девушку к кушетке и стал снимать джинсы. Она неловко села, ощупывая кушетку руками.
  - Как ты вообще видишь в такой темноте?
  Я не стал отвечать, уложил партнёршу и пристроился сверху. Ждать я больше не мог и запустил клыки в шею, одновременно сдвигая наверх узенькую юбку и нащупывая тонкую полоску стрингов на влажных складках плоти. Потрясающе удобная мода! Я проник в неё одним сильным толчком и начал движение. Никаких изысков, но ей это понравилось. Девушка, постанывая, двигалась мне в такт. Кончили мы одновременно.
  Я пил маленькими глотками, стараясь продлить удовольствие, не упустив ни малейшего оттенка эмоций, когда на меня вдруг накатило. Вот уж не ожидал! Сжав кулаки и закрыв глаза, я боролся со жгучим желанием скрутить и исковеркать это беспомощное тело. В конце концов, я смог сосредоточиться на приятном чувстве тепла и сытости и взять себя в руки. Машинально я впечатал в память человечки дополнительные воспоминания о прекрасном сексе - у меня было несколько картинок на выбор. Но какого труда стоило осторожно убрать клыки и зализать кровоточащие отметины!
  Я старался не слишком вслушиваться в лепет девушки, он меня раздражал. Приказав ей спать, я сел на край кушетки и задумался. Мне всё ещё хотелось убить эту потаскушку. Медленно, смакуя каждый нюанс агонии. Сколько времени прошло с последнего такого приступа? Лет двести, не меньше. У меня появилось пренеприятнейшее подозрение...
  Колебался я долго, и всё же решился позвонить Дэну. Если я прав, стоит с ним всё обсудить. Спрашивать его о еде счёл совсем уж неудобным и просто доложил:
  - Дэн, знаешь, я сейчас с охоты... - дальше слова не шли, но я превозмог себя. С трудом подбирая выражения, я рассказал о том, как чуть не сорвался.
  - Хорошо. Спасибо, что сказал. Я буду иметь в виду.
  В телефоне зазвучали гудки. Какое разочарование! Я-то надеялся узнать, как проходила трапеза Дэна! Но перезванивать было глупо. Обсуждать что-то он явно не хотел, а спрашивать у него про охоту - язык не повернётся!
  Я неторопливо оделся и разбудил человечку. Девчонки в зале могут и тревогу поднять, обеспокоенные долгим отсутствием подружки. Самый неприятный этап: ждать исчезновения проколов от клыков. Заказал пару коктейлей, потом ещё. Проверенный способ: напоить и отвезти домой. Нетерпение девушек за соседним столикам казалось очевидным, да я и сам с удовольствием вернул бы свою красотку любопытствующим подругам, но рано. Тоска...
  Захотелось увидеться с Кристиной. Она отправила смску и пропала. Я же видел, что понравился ей. В чём дело? Я специально выбрал самый дорогой букет в магазине, чтобы произвести впечатление - и ни одного звонка! Естественно, я не собирался бежать к ней по первому зову - надо же дать девушке соскучиться. Дела накопились за время отъезда? Или с Кристи что-то случилось? Немного поколебавшись, я развернул машину и подъехал к её дому.
  Балконная дверь открыта, свет в окнах не горит. Время за полночь, люди почти все спят. Оглядевшись и прислушавшись, нет ли ненужных свидетелей, я, легко забрался на балкон и вошёл в квартиру. Никого! Я быстро прошёлся, осматриваясь. Какая неаккуратная! В спальне разбросана одежда, дверцы шкафа распахнуты - похоже на сборы в спешке. На кухонном столе - кастрюля с тушёным мясом, я невольно поморщился от запаха. Сейчас тепло, она рассчитывала вернуться сегодня, или убрала бы еду в холодильник. Убрать? Я не стал ничего трогать, вернулся в машину.
  Подъехало такси. Кристи! Чмокнула в щёчку свою попутчицу, с улыбкой помахала рукой на прощание и вошла в подъезд, не заметив меня. Я остался сидеть в смешанных чувствах: облегчения, оттого что с моей человечкой всё в порядке, и досады - она вовсе не выглядела скучающей.
  Я отправился на привычное прочёсывание кварталов. Кристиной займусь, когда руки дойдут. Может, потеряла мой номер? Буду ждать ещё два дня, затем позвоню сам. Где же эти чёртовы охотники? Их исчезновение держало в тревожном ожидании удара неизвестно откуда. Меня начинало терзать беспокойство.
  Назавтра Кристина дома не появилась. Я несколько раз прерывал прочёсывание города и проверял её квартиру. Последний раз заглянул перед рассветом и уехал недоумевающий и раздражённый. Где она, с кем? Должна же понимать, сколько опасностей ночью подстерегает девушку! Не ночевала она дома и следующей ночью. Я снова прошёлся по её квартире, и обнаружил, что днём она заходила. Ждать я не стал. Не буду звонить, пока не разберусь, в чём дело и где Кристи пропадает ночами. У неё есть приятель? Больше ничего в голову не приходило. Какие могут быть варианты? Я уже считал девушку своей и отступать не собирался.
  
  ***
  Следующим вечером я снова сидел в машине недалеко от подъезда Кристины и раздражённо думал, что провожу здесь больше времени, чем на работе. Она появилась после полуночи. Сначала я услышал голос - на пустынных ночных улицах звуки разносятся далеко. Кристи вяло ругала фильм, который шёл сейчас в центральном кинотеатре. Я его не видел, хотя и собирался посмотреть. После такой оценки, может и не стоит тратить время. И тут... Я просто не поверил своим глазам. Мне показалась, что Кристина идёт с Дэном, но почти сразу же я понял, что её спутник - человек, хотя этот парень действительно напоминал Дэна телосложением, типом лица и цветом волос. Даже причёска была похожа. У подъезда они немного постояли, болтая о всяких пустяках, пока я медленно закипал, потом он поцеловал Кристи в щёчку, вызвав у меня вспышку ярости, и направился прочь, а я, решив разобраться с ним позже, проник уже хорошо знакомым путём в квартиру Кристины и стал ждать её прихода.
  Кристина направилась на кухню. Я слушал шаги, звон посуды, хлопанье холодильника, пытался успокоиться и не мог. Когда она вошла в комнату с чашкой чая в руке, я стоял у балконной двери, мрачный и безмолвный. Кристина бросила на меня короткий взгляд, прошла, поставила чай на столик, села в кресло и только потом обратилась ко мне:
  - И какого чёрта ты здесь делаешь?
  Я растерялся:
  - Кристи, ты что, не рада меня видеть?
  Кристина задумчиво смотрела на меня. Она не выглядела ни обрадованной, ни испуганной.
  Знаешь, Ник, - медленно начала она, - мне, конечно, было бы приятно с тобой увидеться, но не в такое время. Ты, кстати, как сюда попал?
  - Через балкон, - ответил я, внимательно вглядываясь в её лицо. Наконец, заметил в её глазах искру прежнего интереса.
  - Ты реально умеешь летать?
  Я покачал головой:
  - Нет, к сожалению, но прыгаем и лазаем мы действительно неплохо.
  - Вот как, - безразлично заметила она и уткнулась в свой чай.
  Мысли естественным образом сворачивали на неизвестного провожатого. Меня променяли на человека! В чём же ещё причина такой резкой перемены в отношении? Тем временем Кристина допила чай и встала.
  - Видишь ли, Ник, - сказала она, выходя из комнаты, - хотя я и пригласила тебя к себе домой, это вовсе не значит, что ты можешь вламываться сюда по собственной инициативе, когда заблагорассудится. Ты, может, не заметил, но это моя спальня, а не проходной двор. У тебя есть мой телефон, ты всегда можешь позвонить и договориться о встрече на время, которое будет удобно не только тебе, но и мне. Сейчас поздно, у меня был тяжёлый день, а завтра рано вставать на работу. Всего доброго.
  Меня что, выставляют? Кем себя возомнила эта человечка? Захлопнув распахнутую входную дверь, я в ярости повернулся к Кристине:
  - С ума сошла? Ты что, вообще меня не боишься?
  Она смотрела на меня широко распахнутыми глазами:
  - А ты хочешь, чтобы боялась?
  Я растерялся. Меня ведь привлекло именно её бесстрашное доверчивое отношение. Я вспомнил, как она рыдала у меня на плече в лесу, как радостно улыбалась, когда я приехал к ней на дачу. Но её сегодняшняя бесцеремонность просто бесила. Неужели мои требования так противоречивы?
  Очевидно, я молчал слишком долго. Кристина шагнула ко мне и положила руку мне на грудь.
  - Ник? Что ты хочешь от меня? Что тебе нужно: закуска, игрушка, друг?
  Я невольно улыбнулся:
  - Всё сразу!
  Она покачала головой:
  - Не получится, мой дорогой. Три в одном флаконе не выйдет! Я была бы рада стать тебе другом и не хочу быть ни игрушкой, ни едой, хотя, конечно же, понимаю, что ты можешь заставить меня. А вот заставить дружить ты не в силах. Выбор за тобой. А сейчас уходи, пожалуйста. Я действительно устала. Когда решишь что-нибудь, звони.
  И я ушёл. Так и не понял, что пошло не так, но решил, что с этим разберусь позже. Хотелось приручить эту странную человечку, а не управлять ею. Так интереснее. Надо спасать то, что можно. Я ей нравился - не отвергла же она меня с ходу, предложила дружбу. С неприятным чувством я отметил, что мне не хватало восторженного удивления в её глазах. Ладно, дружба, так дружба. Будем действовать постепенно, начнём с малого. Пока я всегда найду еду и секс на стороне, а потом Кристи смягчится. Понадеявшись, что она еще не уснула, я набрал номер.
  - Кристи, извини, я не хотел тебя обидеть. Мне действительно нужен друг. Скажи, мы можем встретиться завтра?
  Конечно же, она согласилась. Кто бы сомневался!
  
  
  Глава 6. КРИСТИНА
  
  Ник не звонил. Я уговаривала себя, что это к лучшему. Здравомыслие подсказывало, что от него надо держаться подальше. Не слишком помогало. Хотелось больше узнать о вампирах, и было чуть не до слёз обидно, что необычный предполагаемый поклонник так легко выбросил меня из головы.
  Всегда я считала себя непрошибаемо спокойной, гордилась этим, но, обнаружив Ника в собственной комнате, вскипела. Какого труда стоило не высказать ему сразу всё, что я о нём думаю! Бесцеремонный тип. Я ведь иногда и голышом расхаживаю, пользуясь тем, что одна дома. Зато выставляя вампира, я получила истинное наслаждение от вида его растерянной физиономии. Ненадолго, к сожалению. Перечисляя Нику варианты отношений, я надеялась, что он возмутится, скажет, что я ему действительно нравлюсь, что он не собирается играть с моими чувствами. Тем более, что он мне был симпатичен - обаятельный и заботливый. А Ник всё принял как должное. Тоже мне, герой-любовник. Наглый вампирюга. Потребитель несчастный. Зараза зубатая. А я хороша: распустила розовые сопли! Ой, обидно-то как!
  Никогда я не увлекалась симпатичными парнями: стесняюсь, чувствуя себя серой мышкой. А с Ником - никакой неловкости, и он ведь дал мне понять, что я его заинтересовала. Тем больнее и обиднее было обнаружить, что его интерес носит потребительский характер. Но что ещё можно ждать от типа, который, по его же словам, паразитирует на человечестве! Общаться с вампиром мне больше не хотелось.
  Я смотрела в окно, как Ник неторопливо переходит дорогу и садится в машину. Она мягко тронулась с места и исчезла из поля моего зрения. В полном обалдении я села на пол прямо, где стояла. Эта крутая тачка его? Я ещё три дня назад обратила на неё внимание: красивая, хищных очертаний, золотистого цвета. Марка мне неизвестна, но явно что-то спортивное и дорогое. Значит, Ник приезжал, но не счёл нужным объявиться, просто следил за мной. Вот гад! Зато сегодня, когда меня провожал Лёшка и, кстати, чмокнул в щечку на прощанье, мой кровосос уже тут как тут, мрачный, как грозовая туча. Может, Ник и сегодня не подумал бы зайти если б не Лёшка?
  Если Ник действительно из-за этого надулся, значит, Лёшка сейчас в опасности. Зря я сразу на вампира набросилась, надо было сначала послушать, что он скажет. А сейчас стоит невзначай намекнуть, что Лёшка ему не конкурент.
  Зазвонил мобильный. Оказывается, мой вампирюга решил, что ему в первую очередь необходимо простое человеческое общение. Ну, вот и пообщаемся. Оттягивать встречу я не стала, хоть и мелькнула такая мысль. Вдруг действительно надо выводить Лешку из-под удара? Как разбираться с Ником? Угораздило же так запутаться!
  
  ***
  Заказ на сегодня оказался небольшим, с работы отпустили раньше обычного, и я решила заскочить в бутик к Свете. Наши смены почти всегда совпадали, и никак было к ней не попасть. Интересно, какое суперплатье она для меня раскопала? Позвонила - и отправилась смотреть.
   Торговый центр двухэтажный и длинный, на весь квартал. Свидание Нику я назначила у фонтана на перекрёстке: место заметное, не разойдёшься, и автобус мой туда как раз подходит. Светин бутик на втором этаже на противоположном от фонтана конце, я вышла у Светкиного входа - и прямиком к ней.
  Подруга была занята с покупательницей, но улучила момент и швырнула мне хрустящий прозрачный пакет. Тряпочка в нём от такого небрежного обращения сбилась в кучку в одном углу. Я с тихим ужасом смотрела на бесформенный кусок трикотажа в унылых пятнах и разводах болотно-зелёного, терракотового и коричневого цветов. Подруга не дала выразить обуревавшие меня чувства, с непреклонным видом указав на свободную примерочную. Я с неохотой поплелась туда. При ближайшем рассмотрении тряпочка оказалась платьем самого простого фасона с круглой горловиной без воротника, длинными рукавами и длиной чуть выше колена. Я смиренно натянула его и посмотрелась в зеркало. Эффект обалденный! Я знала, конечно, что у меня приличная фигура, но в этом платье она выглядела просто великолепной, и вообще я была похожа на лесную фею. Я тупо рассматривала себя, пытаясь понять, за счёт чего создаётся такое впечатление, но, очевидно, не всем дано.
  - Ну? - самодовольно поинтересовалась Светланка, влетая в кабинку.
  - Сколько? - обречённо спросила я.
  - Это подарок от нас с Лёшкой на день рождения, - она обняла меня и поцеловала. - Только попробуй что-нибудь другое надеть! Всё, забирай и выметайся живо, меня клиентка ждёт.
  Я убрала платье в сумочку, вышла и посмотрела на часы. До встречи с Ником ещё есть время. Я прошла по длинному проходу между двумя рядами магазинчиков, лавируя среди покупателей, и завернула в кафе, привлечённая ароматом выпечки. Отстояв очередь, получила свой кофе с вожделенной булочкой и села у стеклянной стены, рассматривая людей у фонтана. Смеркалось, но было достаточно светло и, к моему удивлению, Ника я заметила сразу, как только он появился, выскользнув из автобуса мягким кошачьим движением. Он огляделся, подошёл к фонтану и замер, глядя на играющие струи.
  Меня охватила досада, а когда я заметила, что он держит розу - белый полураскрывшийся бутон на неправдоподобно длинном стебле, она переросла в раздражение. Я опять посмотрела на часы и, наблюдая за вампиром, начала неторопливо вгрызаться в кулинарный шедевр. Минут десять ещё было. Мысли кружили на одном месте, и раздражение подогреваемое обидой росло.
  Тем временем перед Ником остановилась девушка. Очевидно, она что-то говорила. Её я видела со спины, зато хорошо могла рассмотреть снисходительно-высокомерное выражение лица вампира, когда он слушал её, и как брезгливо он скривился, отвечая. Он и со мной потом будет так разговаривать? Девушка дала ему пощёчину. Молодчина! Так ему и надо! Ник даже не попытался защититься или отстраниться. На них стали обращать внимание. Девушка стояла, сжав кулаки, вся её фигура выражала решительность. Вампир затравленно огляделся и, пытаясь отступить, настороженно косился на толпу, выгружающуюся из подошедшего автобуса. Я быстро засунула в рот остаток булочки, и бросилась к выходу, давясь на бегу. Кажется, кого-то из этих двоих надо спасать.
  Когда я выбежала из здания, картина почти не изменилась. К моему облегчению девушка не орала, что было бы вполне естественным при такой сцене, а тихо шипела на Ника сквозь зубы, как разъярённая кошка. Даже стоя у неё за спиной, я не могла расслышать всех её слов, хотя поняла так, что они встречались, а потом бедняжка узнала, что он встречается ещё и с её знакомой. С этой знакомой они уже нашли общий язык, а сейчас она собиралась дождаться новую девушку Ника и открыть ей глаза на его мерзкое поведение. Взгляд вампира был полон бессильной злобы. Я прикоснулась к плечу разъярённой девицы и тихо сказала:
  - Спасибо, дорогая, не стоит привлекать к себе внимание, я уже всё поняла. Буду иметь в виду, что не стоит относиться к этому типу слишком серьёзно.
  После этого я бесцеремонно забрала розу у опешившего Ника и дёрнула его за руку со словами:
  - Что встал, кошак, наш автобус.
  С задней площадки я до поворота видела, как бывшая подруга смотрит нам вслед, а потом повернулась к Нику и спросила:
  - Ну, и куда ты меня везёшь?
  Ник встрепенулся, взял меня за руку и на следующей остановке вывел из автобуса. Мы медленно спустились к пруду, заросшему ряской и окружённому поникшими ивами. Ник посадил меня на поваленный ствол и пристроился рядом. Передо мной был запущенный идиллический пейзаж, рядом сидел красивый парень. Романтика, однако. Вот уж, действительно, не верь глазам своим! Было дико слышать за спиной шум города и сознавать, что этот красавец - вообще не человек. И зачем он меня сюда притащил?
  - Что, сцен не будет? - нагло поинтересовался Ник после небольшой паузы. Ах, он, оказывается, просто увёл меня от свидетелей предполагаемого скандала! Паразит, хоть бы спасибо сказал. Я мило улыбнулась и легко ответила:
  - Есть смысл? Да я и раньше подозревала, что ты бабник.
  Неожиданно для меня, это его задело, он запальчиво сказал:
  - Ну, должен же я что-то жрать, если уж не могу убивать. Или мне с голода загибаться?
  Я мысленно повторила его фразу, потом ещё раз. И всё равно ничего не поняла. Пришлось сознаваться.
  - Ник, давай-ка поподробнее, а то я ничего не понимаю.
  - Что ты не понимаешь?
  Несколько мгновений мы с недоумением смотрели друг на друга, затем я пошла на вторую попытку:
  - Ник, тебе для питания нужна кровь, так?
  - Человеческая кровь, - отстраненно уточнил он, - И эмоции.
   - Давай по порядку,- попросила я. - Что, кровь животных не подходит? Ведь по составу похоже.
  Ник долго смотрел на меня так изучающе, что мне стало неловко. Наверное, это как-то проявилось внешне, потому что взгляд вампира стал насмешливым. А его слова вообще выбили меня из колеи:
  - Ты не пробовала жареную саранчу?
  Лёгкость мысли необыкновенная! Что это он вдруг? Я представила себе такое лакомство и почувствовала подступающую тошноту.
  - Очень полезная вещь с большим содержанием белка, - наставительным тоном продолжал Ник. - Во многих странах едят. Надо взять молодых насекомых, оборвать лапки и крылышки...
  - Ник, не продолжай, пожалуйста,- жалобно попросила я. - Мне даже представлять это противно.
  Он замолк на мгновение, а затем, продолжая с любопытством меня разглядывать, поинтересовался светским тоном:
  - Так что ты говорила о животных?
  - Снимаю вопрос, - с досадой сказала я. - Значит, для вас пить кровь животных совершенно неприемлемо.
  - Совершенно, - подтвердил Ник, и брезгливо поморщившись, добавил: - И от шерсти потом не отплеваться.
  - Значит, всё-таки приходилось? Что же произошло, что довело тебя до этого?
  - Это не интересно, - отмахнулся вампир.
  - Если я спрашиваю, значит мне интересно, - возразила я, и сразу пожалела об этом. Наверное, не от хорошей жизни решил Ник так разнообразить своё меню, и, скорее всего, вспоминать об этом ему неприятно.
  - Давай не будем листать печальные страницы моего прошлого, - иронично ответил вампир, но взгляд его стал отсутствующим, и я опять пожалела о своём вопросе. Надо срочно переключиться на другую тему.
  - А донорская кровь подходит?
  - Не-а, без эмоций невкусно, - в голосе Ника звучала скука, но видно было, что он с трудом сдерживает улыбку. У меня создалось впечатление, что он смеётся надо мной, хотя я и не понимала, что смешного было в моих вопросах.
  - Ну, а что там с эмоциями?
  Ник взглянул на меня и отвернулся к пруду.
  - Для поддержания существования одной крови мало. Мне нужны человеческие эмоции, пусть не каждый раз, но хотя бы иногда. Чем они сильнее, тем реже нужна такая подпитка. Эмоции умирающего, как правило, самые сильные. Но сойдёт и влюбленность, и зависть, и боль, - всё равно что. Между прочим, если эмоции достаточно яркие, то и крови меньше надо.
  У меня это не очень укладывалось в голове, и я уточнила:
  - А что будет, если ты этих эмоций вообще не получаешь?
  - Сначала нарастающая апатия, потом полный распад личности.
  - Получается, что вы вроде как перерабатываете человеческие эмоции в свои?
   Ник пожал плечами и безразлично ответил:
  - Наверное, что-то в этом роде...
  - А тогда в лесу, когда вы с Дэном...
  Я запнулась, вспоминая безучастный взгляд жертвы вначале и дикие вопли и хрипы в конце. Ник понял:
  - Вначале я поставил блокировку на сознание, а когда Дэн смог придти в себя достаточно для самостоятельного питания, он её снял, да я и сам собирался это сделать, просто он меня опередил. Ещё вопросы?
  - Будут, - пообещала я твёрдо, - дай только осмыслить информацию. Да, а почему ты не можешь убивать и как это согласуется со смертью того человека в лесу?
  - Я только несколько глотков сделал, его Дэн выпил, - охотно ответил Ник. - Вообще-то он тоже не убивает для еды, но экстремальный случай, когда речь идёт о выживании, не считается.
  Ник помолчал, сидя совершенно неподвижно с отсутствующим взглядом. Когда я уже решила, что не дождусь продолжения, он, наконец, лаконично объяснил:
  - Когда я был молод и неосторожен, меня спасла человеческая девочка, спрятав от разъярённой толпы в своей комнате. Она потребовала обещания, что я не буду убивать для еды, и я дал.
  Безразличие, с которым говорил вампир, показалось мне наигранным.
  - Ты жалеешь об этом?
  Ник удивлённо посмотрел на меня:
  - Нет, к чему? Что сделано, то сделано. Я приспособился, у меня всё хорошо.
  Он снова повернулся к пруду и с задумчивым видом замер в полной неподвижности. Я, не желая выводить из этого транса, долго рассматривала вампира, размышляя о том, что услышала. Как ни странно, моя злость на Ника улеглась. Почему-то мне было жаль его.
  
  Спустя несколько минут вампир медленно повернул голову и посмотрел на меня. Его глаза приняли осмысленное выражение.
  - Ты замёрзла,- заметил он, - можно пойти в кафе: потанцуем, согреешься.
  Я действительно продрогла. Перспектива показалась вдохновляющей. Ник взял меня за руку, переплетя пальцы с моими, и повёл наверх, к улице. Там он остановил проезжавшую мимо машину и назвал адрес. В машине мы не разговаривали, а когда вышли я пожаловалась:
  - Обидно, я иногда по полчаса голосую, а ты поймал машину практически сразу.
  Ник сверкнул иронической клыкастой улыбкой.
  - Это был ментальный контроль?
  Он кивнул и повёл меня через двор к дверям в полуподвал. Кафе не впечатляло. Название было весьма банальным "Мечта". На дверях висело кривенькое рукописное объявление: "Ждём вас от заката до рассвета". Ник странно посмотрел на него и увлёк меня внутрь.
  Недлинный коридорчик с плохо оштукатуренными стенами и трубами вдоль потолка, закрытые ставни гардероба. Да и в зале обстановка почти спартанская. Та ещё дыра. Неуместно роскошный фонтан в дальнем углу выглядел нелепо и больше подошёл бы для сада. Шпалера, увитая искусственным плющом, прикрывала проём служебного коридора.
  Удивительно, но здесь оказалось многолюдно. Почти все столики были заняты, несколько человек сбилось перед стойкой. За стойкой на фоне большого постера с изображением вампира, обнимающего девушку, стоял бармен. Это надо было видеть! Его круглая физиономия с озорными голубыми глазами светилась обаянием, а кудрявая шевелюра, создававшая ореол вокруг головы сияла апельсиново-рыжим цветом, напоминая клоунский парик. На молочно-белой коже, какая часто бывает у натуральных рыжих, ярко выделялись губы, подкрашенные помадой и алая полоска от края рта, долженствующая изображать подтёк крови. Бармен во весь рот улыбался народу, демонстрируя клыки. На нём была футболка с надписью "Только вампир может любить вечно" и цепочка на шее с подвеской в виде летучей мыши. Ника передёрнуло. Мы прошли мимо стойки, слушая весёлую болтовню.
  - Боренька, укуси меня, - пропел манерный женский голос. Бармен скорчил высокомерную рожицу и надменно произнёс:
  - Послушай, еда, не могут все быть избранными, - и закончил неожиданно жалобным тоном, - а то жрать-то что будем, а?
  Народ рыдал.
  - Борька! Тебе покраситься надо, ну где ты видел рыжих вампиров?
  - В зеркале, радость моя! - весело ответил он.
  - Всем известно, что вампиры не отражаются в зеркалах, - буркнул Ник, протаскивая меня через эту толпу и ведя к дальнему столику у фонтана.
  - Я ещё молод, я исправлюсь! - проорал бармен нам вслед.
  Вот ведь шут гороховый! Каково Нику видеть такую пародию?!
  Вампир усадил меня за столик и сел напротив, спиной к залу. Отсюда уже не были слышны разговоры за стойкой, но я продолжала смотреть на рыжего Борю. Он очень красиво работал. Не замолкая ни на минуту, бармен открывал бутылки, наливал, смешивал, протирал бокалы, принимал деньги, двигаясь отточенными плавными движениями, как будто исполняя сложный ритуальный танец.
  - Здорово парень работает!
  Ник пожал плечами, делая заказ официантке. Она тоже изображала вампиршу, но в ней не было такого блеска, как в бармене.
  Мне не понравилось, что Ник выбирает за меня, но я решила не цепляться к мелочам. Собиралась же я его на морально-этический разговор растрясти, а он мне и тему подкинул.
  - Ник, послушай, когда ты морочишь головы влюбчивым девчонкам, ты не думаешь, что для кого-то это может быть серьёзное чувство, которое перевернёт и сломает всю жизнь?
  Вампир пожал плечами и равнодушно сказал:
  - Человеческие чувства поверхностны и преходящи.
  Меня это разозлило. Сколько лет Ник потребляет человеческие эмоции, мог бы уже начать в них немного разбираться. Не может быть, чтоб ему всегда попадались легковесные пустышки.
  - Тебе не кажется, что застарелая мания величия застит глаза и мешает видеть реальность? - сладким голосом спросила я. - Ты уверен, что вампиры превосходят людей?
   - Безусловно. Каждый мастер хочет гордиться своими птенцами, и для обращения выбираются лучшие представители людского рода.
  В словах Ника была определённая логика и звучала такая непоколебимая уверенность в правоте, что я на минуту растерялась. Хорошо, что официантка принесла вино и бутылку с водой для моей несчастной розы. Моя заминка с ответом выглядела естественной. Вино незнакомое, больше похоже на сок. Вкусно.
  - Знаешь, - задумчиво сказала я, - безусловно ты обладаешь кое-какими способностями, которые нам и не снились. Ну, конечно, море обаяния, этого тоже не отнять. Но уж, извини, никакого твоего морального превосходства я не чувствую. Скорее наоборот: производишь впечатление довольно скользкого типа. Кстати, я хотела тебя спросить, ты вообще планировал со мной встретиться, или собирался ждать, пока я начну донимать тебя звонками?
  - А ты как полагаешь? - Ник откровенно забавлялся.
  - Не знаю, потому и спрашиваю. Вот Лёшка считал, что будешь ждать звонка. А мне с одной стороны это кажется похожим на правду, а с другой - вроде бы слишком по-человечески мелкое поведение для бессмертного существа.
  Ник помрачнел, закусив губу клыками - какой он всё-таки лапочка, когда так делает! - и сказал:
  - С этой стороны я ситуацию не рассматривал. Извини.
  - Да ты никак, смутился? - удивилась я. - Поздравляю, голубчик, ты не безнадёжен.
  Ник улыбнулся и весело объяснил:
  - Понимаешь, обычно это действует, просто ты не такая, как все.
  - Если ты объяснишь, чем я отличаюсь от других, я подумаю, можно ли твои слова считать комплиментом, - сухо заметила я.
  - Все девушки оценивают мужчину исключительно по толщине кошелька и по внешности.
  - На первый взгляд больше ничего и не увидишь, надо же с чего-то начинать. Кстати, многие девчонки вовсе не ищут себе красавцев, ты ведь наверняка слышал поговорку "С лица воду не пить"
  - Слова, - быстро возразил Ник.
  - Если слова переходят из века в век, это уже говорит о том, что многие с ними согласны. И огульно обвинять всех в меркантильности я бы тоже не спешила. Попадаются, конечно, те ещё экземпляры, но мне кажется, что здоровое зерно практичности должно быть у каждой женщины заложено генетически. Это мужики могут позволить себе бездумно порхать по жизни, а женщина - будущая мать, и, выбирая себе спутника, она должна думать о том, сможет ли он обеспечить достойное существование её детям.
  Ник выглядел озадаченным. Ему что, это вообще никогда в голову не приходило?
  - Ну и, наконец, любая нормальная девчонка, оценив то, что лежит на поверхности, начнёт копать глубже. А если ты общаешься только с теми, кто на поверхности и останавливается, я не думаю, что тебе стоит рассчитывать найти какую-то глубину чувств.
  - Со мной никто так, как ты, не разговаривал, - задумчиво заметил Ник.
  - Никакого почтения к возрасту, кошельку, и мускулатуре? У тебя просто не тот круг общения!
  Бармен, просиял улыбкой и показал большой палец. Такое впечатление, что мне. Или не мне? Расстояние-то вон какое! Не понять. Мне стало жутко. Воображение рисовало страшные картины на тему "В гнезде крововсосов". Я осторожно спросила у Ника;
  - Слушай, а вообще как-нибудь можно защититься от вампира?
  - Тебе не надо от меня защищаться.
  Ник смотрел на меня обволакивающим взглядом, и голос его звучал так интимно, что мне стало не по себе.
  - А не от тебя?
  Ник тихо рассмеялся.
  - Нет, Кристи. Серебро может остановить, отпугнуть, но абсолютной защиты нет. Выбрось это из головы. В этом городе тебя никто не тронет. Пойдём танцевать.
  И мы пошли. Спасибо моим девчонкам - я танцую вполне на уровне. Ник танцевал фантастически, но неповоротливой коровой я себя рядом с ним не чувствовала. Мы протанцевали несколько часов, я совершенно выбилась из сил и получила массу удовольствия. Конечно, Ник во время медленных танцев постоянно норовил прижаться ко мне, да и целоваться лез. Его губы были нежными, но настойчивыми. Сначала я пробовала отстраняться, потом просто сказала, чтобы прекратил. Ник заглянул мне в глаза:
  - Тебе не нравятся мои поцелуи?
  Целовался Ник классно, но сообщать ему это я сочла излишним и максимально честно ответила:
  - Мне кажется, ты слишком спешишь.
  Он просиял совершенно ошалелой улыбкой и пообещал подождать. Немного. Наглый вампирюга. Но лезть с поцелуями действительно прекратил. Потом Нику позвонили. Он послушал, сказал "хорошо", и сообщил мне, что ему вернули машину и надо её забрать "тут недалеко".
  Вампир повёл меня какими-то двориками между безликих многоэтажек. Было безлюдно и очень тихо, слышался только шум проезжающих по улице машин. Дома были погружены в темноту, редкие окна светились. Только сейчас я почувствовала, что кружится голова. Странно, казалось, что вино не очень крепкое, да и выпила я немного. Или много?
  Мы шли молча, и я раздумывала, как бы потактичнее сказать Нику, что Лёшка мне просто товарищ. К моему облегчению он сам вдруг спросил:
  - Кто был тот парень?
  И я стала рассказывать ему про Лёшку и подруг. Вероятно, в процессе я слишком увлеклась, но Ник выглядел заинтересованным. Он молчал, мне захотелось его разговорить, и я заявила, что теперь его очередь рассказывать про круг общения. Тут он растерялся.
  - Это что, секретная информация?
  - Нет. Я просто не представляю, что тебе рассказать. Я много общаюсь с Дэном, но это вовсе не такие отношения, как у тебя с твоими друзьями. Они, ну... более отстранённые, что ли. У меня есть птенец. Это скорее отношения наставника и воспитанника. Действительно близкие отношения у меня с Максом, но мы живём на разных континентах и редко встречаемся. Он скоро приехать должен, жду не дождусь.
  - Кто такой Макс?
  - Птенец моего мастера. Он мне как старший брат. Когда я был обращён, мы держались втроём, а после смерти мастера мы с Максом скитались вместе почти полвека, пока наши пути не разошлись.
  - А почему? - поинтересовалась я, оглядываясь. Мы вывернули из очередного тёмного двора на освещённую улицу. Изредка по ней проносились машины, но безлюдный город выглядел странно. Я смутно узнавала это место, но уверена не была. Сильные порывы ветра раскачивали фонари, играя тенями. Я поёжилась.
  - Макс убивает для еды, - неохотно ответил Ник. - Он говорил, что мой длинный язык осложнил жизнь нам обоим и пытался склонить к нарушению слова. Мы постоянно спорили. Не хотелось быть у него приживалой. Сначала я не решался оставить его одного, но потом к нему присоединился Эльван, а я нашёл лорда, с политикой которого в отношении людей у меня нет разногласий.
  Моё мнение о неведомом Максе резко ухудшилось, но говорить об этом Нику я не стала.
  - А как умер твой мастер?
  - Он хотел стать лордом. У него не получилось.
  - У вас постоянные усобицы и борьба за власть?
  - Нет, - протянул он. - Ну, почти нет. Заключён ряд соглашений, контролирующих численность, разделы сфер влияния, ещё некоторые нюансы отношений. Мы стараемся сидеть тихо и не привлекать к себе особого внимания.
  - Расскажи об этом, - попросила я. - Кто такие лорды? Кто у вас вообще главный? Президент? Император?
  Ник усмехнулся и долго молчал. Мы пересекли улицу и снова вошли в какой-то тёмный двор. Я уже решила, что вампир ничего мне не скажет, когда, наконец, он подал голос:
  - Да нет у нас никакой особой иерархии. Мы вообще индивидуалисты, хотя большая часть вампиров объединена в кланы. Клан помогает решать проблемы с документами, с работой, занимается вопросами безопасности. Никаких глобальных целей. Мы просто хотим спокойно жить. Правит Совет лордов, а лордом становится, как правило, старейший вампир клана. Или сильнейший, хотя обычно это одно и то же.
  - Его выбирают или назначают?
  - По-разному случается. Формально считается, что новый лорд утверждается Советом. На самом деле любые три лорда полномочны представлять Совет. Если другие будут не согласны с их решением, они могут организовать общее собрание и отменить его. Хотя на моей памяти полный Совет собирался только раз. Размах деятельности Инквизиции, да и независимых охотников, к тому времени принял угрожающие размеры. Тогда много спорили, но всё-таки решили, что люди не должны знать о вампирах, и мы больше не вправе обнаруживать себя, - Ник хитро улыбнулся. - Как видишь, всё получилось! Люди о нас практически забыли.
  Мне стало жутко. Я глядела в самодовольное лицо Ника и особенно остро ощущала в этот момент, что он не человек. Я представляла сотни и сотни таких же клыкастых созданий, блуждающих во тьме вокруг меня. Нет не блуждающих: целеустремлённых, голодных...
  Ник остановился и, глядя куда-то вдаль, вскинул голову и глубоко вдохнул. Похоже, к чему-то принюхивается: я невольно посмотрела в ту же сторону.
  - Чем я тебя напугал? - неожиданно спросил он.
  Я смутилась, потом сообразила, что принюхивался он ко мне, - и разозлилась. Вампир с любопытством меня рассматривал, ожидая ответа. Я раздражённо спросила:
  - К чему столько сложностей? Вы настолько сильнее людей! Вполне могли бы просто подчинить человечество.
  - Эмоции свободного человека глубже и разнообразней, - медленно произнёс Ник и погладил мою руку невесомым прикосновением пальцев.
  Я почувствовала, как по спине и шее пробежали мурашки. Вампир ухмыльнулся и добавил с шокирующей откровенностью:
  - За рабами нужен надзор и уход. Для этого требуется создавать жёсткие структуры. Оно нам надо? Мы даём людям возможность быть свободными - и свободны сами.
  Смысл в этом был, хотя слова Ника звучали на редкость бездушно. А что я рассчитывала услышать?
  - Расскажи про своего птенца, - попросила я, возвращаясь к прежней теме.
  - Мы с Дэном нашли его на обочине шоссе в лесу. Парень гонял на мотоцикле, не справился с управлением и сильно разбился. Мы не сочли необходимым скрывать нашу сущность от умирающего, он сам захотел стать одним из нас и потребовал, чтобы его обратили. Мне понравилось, как он держится, а Дэн дал разрешение на обращение.
  - А почему Дэн должен был дать разрешение?
  - Чтобы кого-то обратить, обязательно разрешение лорда.
  - Да ты что, правда? Дэн - лорд ?
  Я была озадачена. Ник дружит с лордом? Лорд клана - звучит солидно, а Ник производит впечатление не слишком серьёзное. Возможно, я его недооцениваю?
  - Я всегда говорю правду, - ответил Ник холодно.
  - Ты обиделся? - недоуменно спросила я. - Я ничего такого не имела в виду, просто удивилась. Погоди-погоди! А что значит, всегда говоришь правду?
  Ник вскинул бровь и насмешливо сказал:
  - Мне казалось, что у этой фразы одно значение. Или возможны варианты?
  Я не ответила, переваривая новую информацию. Несколько раз мы переходили вроде бы знакомые улицы, но, в основном Ник вёл меня дворами. Этот район города я почти не знала. Многие фонари не горели. В неясном мелькании кустов и детских площадок уже казалось, что мы ходим кругами. А мои мысли уж точно застопорились на одном месте. В конце концов, я не выдержала:
  - И как ты умудряешься крутить романы сразу с несколькими девушками и говорить при этом только правду?
  - Легко, - отозвался Ник со смехом, - никто не обязывает меня говорить всю правду. А люди слышат то, что рассчитывают или хотят услышать.
  Порыв ветра заставил меня поёжиться. Мы находились в маленьком дворике с несколькими клумбами и густыми кустами вроде бы сирени, кто в темноте разберёт. Я решительно затормозила у скамейки и заявила:
  - Знаешь Ник, я опять замёрзла, и устала так, что сейчас ноги отвалятся. Ничего себе "недалеко"! Давай я подожду здесь, а ты быстренько сбегаешь и пригонишь машину?
  - Может, я возьму тебя на руки? - предложил вампир.
  - Я пьяная, меня укачает, - упрямо возразила я. - А здесь хорошо. Кусты от ветра защищают, и клумба мне нравится.
  - Клумба, как клумба. У Дэна во дворе тоже пара таких. Что в ней особенного?
  - Я люблю флоксы. Они пахнут обалденно.
  Ник поколебался несколько секунд и решился:
  - Ну ладно, нюхай цветочки, я быстро.
  Исчез он незаметно, просто растворился в ночи. Но появился действительно очень быстро - и пяти минут не прошло. Золотистая машина мягко остановилась возле меня, Ник выскочил и распахнул дверцу. В салоне было так же холодно, как и на улице. Ник подал плед и заметил:
  - Печку я включать не стал, потому что доедем быстрее, чем машина прогреется.
  Я кивнула, закуталась и с удовольствием откинулась на спинку сиденья. Машина понеслась по улицам ночного города, а я продолжила разговор.
  - Ник, я так и не поняла, ты не лжешь, потому что не хочешь, или ты не можешь этого сделать?
  - В принципе могу, - отозвался Ник неохотно, - но ощущения при этом такие, что лучше и не пробовать.
  Машина вписалась в крутой поворот и мягко остановилась перед моим подъездом.
  Распахнув дверцу Ник спросил:
  - Завтра увидимся?
  - Ну, нет! - категорически сказала я. - Ты меня сегодня вымотал, а завтра после работы ещё по магазинам надо и торт печь. У меня послезавтра день рождения, друзья придут.
  - А я могу придти? - неожиданно поинтересовался Ник.
  Я поколебалась.
  - Только если никаких вампирских штучек!
  Ник скорчил смешную рожу, наморщив нос и выставив клыки:
  - Обещаю.
  Он проводил меня до дверей и поцеловал так сладко, что сердце замерло. У меня не нашлось сил его оттолкнуть.
  Я думала, что засну сразу, как только голова коснётся подушки, но сон не шёл: лежала с закрытыми глазами и ругала себя. Вроде бы разобралась с тем, что доверять вампиру не стоит, и нормальные отношения с ним невозможны. Так нет! Зачем я вообще позволила ему себя целовать? Да ещё и на день рождения позвала. Что он там делать-то будет?
  Так бывает, когда смотришь какую-нибудь мыльную оперу. Пока сидишь у экрана, все действия героев кажутся обоснованными, а когда фильм заканчивается, почти сразу начинаешь понимать, что там логика и рядом не бывала. Неприятно осознавать, что ведёшь себя, как взбалмошная героиня "мыла"! Я была о себе лучшего мнения.
  
  
  Глава 7. НИК
  
  Кристи отзывалась о друзьях с таким восторгом, что захотелось составить о них собственное представление. Я понимал, что Кристина устроит застолье, и всё-таки решил напроситься в гости. Не будут же люди постоянно есть! Продержусь как-нибудь.
  Кристина относилась ко мне дружелюбно, но явно не восторженно. Хотелось быть оригинальным и поразить её воображение. Нужен подарок. Раздумывал я недолго, достал мобильник и позвонил.
  - Добрый вечер, дорогой. Что-нибудь срочное? Дима немного занят...
  Набирал я номер Димы, но ответила Елена. Меня несказанно раздражала их привычка отвечать на звонки друг друга. Зачем тогда вообще иметь два телефона? Послышалась какая-то возня, вскрик, переходящий в стон и снова всё стихло. Смешно: значит, Дмитрий как раз кормился, а мой звонок отвлёк его настолько, что он упустил сознание жертвы.
  - Доброй охоты, - весело сказал я. - Наверное, и ты сможешь помочь. Тот серебряный комплект, который вы мне показывали, дорог вам как память или продаётся?
  По долгому молчанию я понял, что Елена озадачена и приготовился к вопросам. У нас не принято лезть в чужие дела, но для неё этого негласного правила как будто не существует. При этом она так доброжелательна, что обижаться невозможно, а тот, кто не хочет рассказывать о своих проблемах, старается не попадаться ей на глаза.
  Вопросов оказалось больше, чем я ожидал.
  Да, я решил завести человечку. Нет, не красавица, ничего особенного. Да, она знает, кто я, и приняла это спокойно. Нет, она меня пока не любит, но я над этим работаю. Нет, я тоже в неё не влюблён и не собираюсь...
  Да сколько можно-то?
  Елена словно почувствовала, что моё терпение на исходе, а может просто Дима заканчивал трапезничать. Она сказала, что готова расстаться с украшениями, назначила встречу на завтра и быстро распрощалась.
  Я опять отправился обрыскивать спящие кварталы, хотя уже сомневался в исходе своих поисков. Может, и нет здесь никаких охотников, давно уже ноги унесли. Но прочешу город трижды: лучше перестраховаться.
  ***
  На следующий вечер я отправился в центр. Шумно, многолюдно. Улицы сияли огнями фонарей и реклам. Я шёл неторопливо, от нечего делать разглядывая витрины.
  На пересечении улиц раскинулся небольшой скверик с памятником в центре. На скамейках сидели парочки, чуть дальше, в глубокой тени за кустом расположилась мужская компания с бутылками. Вели они себя очень тихо. Ну как же! Распитие в общественном месте чревато...
  За сквером деревьев не было. Проспект, закатанный в асфальт, представлял собой торжество цивилизации над природой. Здание драматического театра подсвечивалось прожекторами. Лепнина отбрасывала причудливые размытые тени. Через широкие застеклённые двери хорошо просматривался пустой вестибюль: только три дамы беседовали недалеко от входа - то ли билетёрши, то ли гардеробщицы.
  Заходить не хотелось. Даже на улице ещё тепло, а в здании наверняка духота и невыносимая смесь запахов многих вспотевших тел. Я прошёл мимо, пересёк широкую улицу и замер в тени арки.
  Долго ждать не пришлось. Двери распахнулись, выпуская человека, второго, а затем публика повалила непрерывным потоком. Он сразу распадался на множество ручейков: кто устремился к своей машине, кто - на ближайший автобус, кто - на стоянку такси. Я ими не интересовался и устремил взгляд на неброскую дверь в нескольких метрах от парадного входа. Рядом с ней уже стояли люди с фотоаппаратами.
  Дима вышел первым, окинул окружающих внимательным взглядом и шагнул в сторону. Черные глаза на оливковом лице и тёмные кудри делали его похожим на цыгана. Ядовито-красная толстовка в сочетании с чёрными джинсами усиливали сходство. Тех, кто ждал выхода актёров, он не заинтересовал.
  Дверь вновь отворилась и из подъезда выпорхнули две молодые женщины. Елена оживленно объясняла другой актрисе тонкости приготовления торта. Она-то откуда знает?
  Я покинул своё убежище и направился к ней. Люди с фотоаппаратами выглядели безучастно, явно не замечая собеседниц. Понятно, что незаметный отход обеспечивает Дима. Меня это привело в раздражение: если актрису никогда не могут подловить, то рано или поздно возникнет вопрос, как она исчезает из театра.
  Елена распрощалась с собеседницей и приветственно улыбнулась мне. Когда я подошёл, она расстегнула сумочку, достала черный бархатный футляр и открыла его. Почерневшее серебро лежало на красной шёлковой подкладке.
  - Вот. Только не мешало бы почистить, - она провела пальцами над украшениями, как будто гладила их, но касаться не стала. - А как же ты?
  - Для меня она их снимет, - уверенно отозвался я.
  - Хорошо, - Елена улыбнулась, со звонким щелчком захлопнула футляр и вложила в мою руку. - Денег не надо. Мне будет приятно знать, что их носят. Такая красота должна объединять, а не разлучать. Ты меня познакомишь со своей девушкой?
  Знакомить с членами клана Кристину я не хотел, по крайней мере пока.
  - Леночка, потом, - пообещал я, - когда у нас все наладится.
  Елена коротко улыбнулась и обеспокоенно посмотрела на Диму:
  - Пойду. Меня преследует назойливый поклонник, и Дима тревожится.
  Я проводил их удивлённым взглядом: какие неприятности может доставить человек? Хотя... Поклонники разные бывают. Плеснёт в лицо кислотой - и что тогда делать с толпой свидетелей вампирской регенерации? Лучше уж перестраховаться.
  Осталось только утолить голод. Самое время поспешить в "Мечту": там уже многолюдно, но напиться ещё никто не успел.
  Вспомнились подходящие слова и я тихо промурлыкал под нос на примитивный мотив собственного сочинения:
  - Я лежу, чуть дыша, на кровати без сил.
  Он меня искушал, а потом искусил.
  А потом искусал при слиянии тел.
  Ничего не сказал. Может, кушать хотел?
  
  ***
  В кафе кипело веселье. Я, пританцовывая, ввинтился в дёргающуюся толпу. Обхватил одну из девушек за плечи, развернул. Она возмущённо взвизгнула, теряя равновесие, уцепилась за меня и сразу же расплылась в радостной улыбке узнавания:
  - Ой, Ник... Ты меня чуть не уронил.
  - "Чуть" не считается, - бросил я, отметив, что алкоголем от неё не пахнет. Похоже, на мели. Прекрасно! Она была из завсегдатаев, я уже несколько раз кормился на ней и не видел смысла церемониться. - Покувыркаемся, бэби?
  Моя рука соскользнула с плеча девушки и, задев грудь, небрежно легла на талию. Не дожидаясь ответа, я уверенно повёл её в подсобку.
  Привычный процесс шёл по накатанной колее. Я готовился обуздать вспышку ярости, но необходимости не возникло. Вот и хорошо, может прошлый раз был случайностью и на нём всё и закончится.
  Самое нудное - сидеть и ждать, когда силы бурлят, и чувствуешь себя сжатой пружиной. Я усыпил девицу, достал мобильник и начал читать.
  Прошёл час. Отметины от клыков уже не выглядели свежими. Пышный ворот закрывал их почти полностью, поэтому я решил, что и так сойдёт.
  Будить человечку я не стал. Сунул пару купюр в клатч, подпихнул его под обмякшее тело и вышел, тихо притворив дверь.
  Я думал о поисках охотников, поэтому не сразу сообразил, что их запах не продукт моего воображения, а совершенно реален. Большого труда стоило продолжать движение, как ни в чём не бывало, осторожно оглядывая зал. Вентиляция исправно работала, перемешивая воздух, и я не мог понять, где источники ненавистных ароматов. Охотников не было. Надо же! Я их столько искал, а сегодня они были в нескольких метрах от меня и ушли незамеченными!
  Ни на что особо не надеясь, я подошёл расспросить бармена. Этот парень работал недавно и ещё не совсем освоился. С чего бы ему запомнить обычных клиентов?
  Но бармен меня удивил.
  - Конечно. Пятеро. Каждый день заходят покушать, но не засиживаются. Наверное, работают рядом.
  Я на мгновение замер, охваченный острой мстительной радостью. Свершилось! Нашёл.
  Ну... почти нашёл.
  Я ничего не планировал по такому случаю, предполагая, что действовать надо по обстоятельствам, но раздумывал недолго. Может, конечно, они где-то тут и работают, но в это особо не верилось. Живут они здесь. Снимают квартиру. Мысль ждать охотников в кафе я отбросил сразу. Вполне может быть, что не получится уничтожить их незаметно и бесследно, и вовсе не нужно, чтобы "Мечта" хоть как-то связывалась с убийством. Надо найти, где они остановились, и подкараулить, когда вместе выйдут из дома.
  Я покинул кафе, собираясь наматывать вокруг него увеличивающиеся круги, но делать этого не пришлось. Конечно, чутьё вампира не сравнится с собачьим, но по такому свежему следу я пройти мог.
  След шёл дворами, пересёк улицу и свернул под арку. Унылые девятиэтажки окружали площадку с детским садом. Где-то здесь.
  Для полной уверенности я дошёл до подъезда. Он оказался с домофоном, но для меня это не имело значения: заходить в дом бессмысленно. Моё упорство было вознаграждено. Они здесь!
  Меня охватило холодное спокойствие. Поднявшись по трём разбитым ступенькам на крыльцо, я оглядел двор, выбирая самое удобное место для засады. Нечего тянуть. Действовать будем быстро и нагло. Узкое пространство арки как нельзя лучше подходило для нападения. Нужно будет подогнать микроавтобус, чтобы без проблем увезти тела. Поставить его... вот там, за кустами у помойки: не будет никому глаза мозолить, а к арке подъехать - без проблем. Нужно взять ещё троих. Двое отведут глаза случайным свидетелям, а двое уничтожат, наконец эту заразу.
  Завтра. Нет, не хочется пропускать Кристинин день рождения. Никуда охотники за день не денутся, зато я спокойно соберу команду. Значит послезавтра.
  - Что вы тут делаете?
  Я не обращал внимания на редких прохожих, поэтому вопрос прозвучал неожиданно. Высокая тощая старуха остановилась у крыльца и смотрела на меня снизу вверх. Соломенная шляпка и плащ тёплой летней ночью выглядели нелепо. Наверное, бессонница у старушки. Почему это чучело болтается по улице, а не спит спокойно в своей кровати?
  Бабка, ожидая ответа, смотрела строго и требовательно, и я буркнул:
  - Знакомых искал.
  Она поднялась по ступенькам и оказалась на полголовы выше меня. Откуда-то из кустов выкатилась мелкая собачонка, взлетела на крыльцо и бросилась между нами, щеря мелкие зубки в молчаливом оскале. Толстенькое тельце на тоненьких лапках тряслось крупной дрожью. Я шагнул вперёд и в сторону, освобождая проход. Собачка шарахнулась ближе к ногам хозяйки, прижала уши к голове и угрожающе зарычала. В нос ударил запах мочи: это хвостатое недоразумение надуло под себя!
  - Я здесь всех знаю. Кто вам нужен?
  - Этих не знаете, они недавно снимают, - огрызнулся я, спускаясь с крыльца. Вот ведь привязалась!
  Я ещё осмотрел место, где собирался поставить машину и постоял под аркой. Она почти не просматривалась со стороны. Прекрасно! Осталось сделать несколько звонков - и мы готовы к делу.
  
  ***
  В цветочном магазине флоксов не оказалось. Продавец, пожилая элегантная женщина, пожала плечами:
  - И не бывает никогда. Если привезёте, конечно, составим композицию...
  Хотелось, чтобы флоксы непременно вошли в букет, раз уж Кристине они нравятся, но где их взять? После некоторых размышлений, я позвонил Дэну и поставил его в известность, что сейчас приеду и обдеру его клумбу, а объясню всё позже, потому что время поджимает. Но когда я подъехал к воротам дома, меня уже ждала Таня с букетом в руках, и не пришлось ни бегать самому на солнышке, собирая цветы, ни объяснять Дэну ситуацию, выставляя себя на посмешище. И прекрасно!
  На мой взгляд, букет дополнения не требовал и был красив: разноцветные флоксы и одна розовая лилия. Я сразу поехал к Кристине, стараясь не думать о том, что меня там ждёт. Из-за обещания обходиться "без вампирских штучек" я чувствовал себя непривычно незащищённым.
  В подъезде Кристины домофон стоит во внутренних, а не в наружных, как обычно, дверях. Не надо ждать на солнечной улице, пока откроют. Я тихо порадовался этому, постоял в глубокой тени между дверями и решительно набрал номер квартиры.
  Кристина ждала у открытых дверей. Я произнёс слова поздравления, одновременно пытаясь слушать разговоры в комнате, и вручил цветы и подарок. Она провела меня в комнату и объявила:
  - Минуточку внимания. Ребята - это Ник. Ник, познакомься с моими друзьями: Лёша, его сестра Света и невеста Наташа, а это Настя.
  Люди глядели настороженно. Блондина и его сестру я уже видел, других девушек не встречал. Брюнетка с дружелюбной улыбкой мне сразу показалась симпатичной, а рослая блондинка, окинувшая оценивающим взглядом, произвела неприятное впечатление. Но ещё неприятней было заметить, что у всех девушек, кроме Кристины, серебряные украшения. Тут не расслабишься!
  Количество еды на столе ужасало. И это на пятерых? Да, вечер будет сложный! Не стоило приходить. Лучше бы охотниками занялся.
  Максимально втянув клыки, я приветливо улыбнулся, и сказал:
  - Очень приятно познакомиться.
  Кристи бросила на меня настороженный взгляд и вышла из комнаты, почти спрятав лицо в цветы. Прекрасно, букет ей понравился. Света с улыбкой заметила:
  - Вы с нашей Наташкой, похожи, как родственники.
  Я подошёл ближе к Наташе, внимательней рассматривая её. В чертах лица, конечно же, ничего общего, но прослеживалось определённое сходство: невысокая зеленоглазая брюнетка, довольно бледная, даже платье почти такого оттенка, как моя рубашка.
  - Я бы не отказался от такой сестрёнки, - снова улыбнулся я уже персонально Наташе.
  Оказывается у неё редкая группа крови. Я успел подумать, что неплохо бы наладить с этой девушкой контакт, но тут почувствовал от неё знакомый еле уловимый запах нашего Алекса. Это изменило мои намерения. Его в клане уважали. Может, конечно, эта человечка и свободна, бывают и случайные совпадения, но спрашивать у Алекса о ней я не хотел.
  Кристи вернулась, поставила вазу с букетом на стол и стала распаковывать подарок.
  - Ох, какая красота! Посмотрите, девочки.
  Комплект состоял из колье и двух браслетов: сложное плетение с завитками, изображающее рябиновые листья с гроздьями ягод из мелких гранатов.
  - Не стоит надевать, - поспешно сказал я. - К этому платью не подойдёт!
  - Очень изящно, никогда не видела ничего подобного, - сказала Света, проводя пальцем по серебру, почти как Елена. - Странная комплектация. Понятно, если бы перстень или серьги, но два браслета?
  Я не собирался рассказывать о комплекте, но сейчас рассудил, что всё равно придётся говорить, и лучше уж о том, что не имеет ко мне прямого отношения. История романтичная, девушкам должна понравиться.
  - Видите ли, милые дамы, - начал я, - дело в том, что это старинное изделие. Сделан комплект был в то время, когда люди верили в домовых, оборотней и другие бабушкины сказки, имел не только эстетическую, но и весьма практическую функцию: должен был защитить владелицу от вампира. Известно, что нежить серебра боится, шиповник и рябину не любит. Так вот, отдали красавицу из обедневшей семьи замуж за богатого, не очень молодого, и совсем уж несимпатичного соседа. Приехал как-то муж домой в неурочный час, и увидел, как из окна хозяйской спальни мужчина выскакивает. Он - к жене. Она глядит честными непонимающими глазами, говорит, что ничего не знает и не помнит, а на шее у неё - два прокола, вроде, как от укуса. Вот, чтобы вампира отвадить, муж этот комплект и заказал.
  - И что было дальше?
  Улыбнувшись, я продолжил:
  - Вампир вернулся, увидел, что не может прикоснуться к своей подруге, не рискуя обжечься, и попросил её снять украшения. Только вот первоначально застёжек не было, звенья соединили прямо на ней так, что снять, не повредив, было невозможно. Девушка сказала своему любовнику, что если она действительно ему нужна и он готов её обратить, она снимет серебро и уйдёт с ним, а если нет - пришло время расстаться. Вампир действительно любил, поэтому цепочки были порваны, и молодая барыня покинула дом мужа навсегда.
  Я обвёл взглядом слушателей. Они были захвачены моим рассказом.
  - И жили они долго и счастливо, и умерли в один день, - иронично закончил за меня Лёша.
  Я ухмыльнулся:
  - Пессимист! Нежить существует долго. Они и сейчас счастливы вместе.
  Кристина задумчиво улыбалась, глядя на украшения.
  - Ой, Ник, как здорово ты сочинил! - с мечтательным видом протянула Наташа.
  - Почему же сочинил? Эту историю мне рассказал предыдущий владелец "рябинок".
  - Красивая легенда, - заметила Наташа.
  - Да, - согласилась Света.
  - Ничего красивого здесь нет, - возразила Настя. - Спать с вампиром - фу! Мерзкие твари.
  Я не собирался отвечать. Люди всегда так говорили, всегда будут говорить, и никакие мои слова ничего не изменят, но Кристи, явно ожидая ответа, смотрела на меня с таким насмешливым любопытством, что я неохотно сказал:
  - Если основываться на фольклоре, все вампиры когда-то были людьми, и обращение происходило, как правило, вопреки желанию. Поэтому ничто человеческое вампиру не чуждо. Конечно, появляются аллергия на солнце и серебро, потребность в крови, но он продолжает ощущать себя человеком, и, частенько пытается восстановить прежний круг общения. И что встречает? Ненависть, страх, отторжение! Это причиняет боль, вызывает чувство разочарования в людях и обрекает на одиночество. Представьте, что Лёшу, например, обратят в вампира (Лёша фыркнул). И что? Вы все от него в ужасе отвернётесь? Стаси, что ты лично будешь делать?
  - Это софистика! - возмущённо сказала Настя, - Это будет уже не Лёша.
  - Уверена?
  - Ладно, не будем переходить на личности, на одном фольклоре доказательно не поспоришь, но все равно, вампиры - это безжалостные убийцы, пиявки, высасывающие всю кровь.
  - Что за чушь! - возмутился я. - В человеческом организме около пяти литров крови, а то и больше. Ты сможешь выпить такой объём кока-колы, например, или, скажем, молока? Среди людей тоже, кстати, хватает безжалостных убийц. Нельзя же из-за отдельных особей поливать грязью весь вид!
  - Ну, хватит! - сказала Кристина, - Вы сейчас, чего доброго, подерётесь, а у вас разные категории.
  Настя хмыкнула и смерила меня совершенно возмутительным взглядом с высоты собственного роста. Всё-таки люди бывают удивительно неприятны.
  - Вы бы себя со стороны послушали, - саркастически сказал Лёша. - Можно подумать, что и впрямь в вампиров верите.
  Я промолчал - не стоит развивать тему. Настя неожиданно смутилась:
  - Ну, Лёш, не знаю. Не то, чтобы верю... Я думаю, что сейчас вампиров нет, но раньше что-то такое было, наверное. Посмотри: это же не единичная легенда. По всему миру у многих народов есть аналогичные предания. Не на пустом же месте они возникли.
  - Анастасия, ты меня шокируешь! - с пафосом произнесла Света. - Напомни потом, я тебе мозги прочищу. А сейчас - хватит о ерунде. Давайте-ка за стол, Тинка ждёт.
  Кристи посадила меня рядом с собой. Я с облегчением заметил, что букет и ваза с фруктами закрывают мою тарелку от других гостей. Какая она внимательная: сообразила и стол поставить в несолнечной комнате, и тарелку мою замаскировать по возможности. Тем не менее, следующий час прошёл просто ужасно.
  Мне доводилось видеть в кинофильмах эпизоды с застольями, но и в голову не приходило, что примерно так всё и происходит на самом деле. Даже ещё хуже. Мне казалось, что именно кавалеры должны ухаживать за дамами. Возможно, я что-то пропустил, или просто эти девушки пользовались своим численным превосходством, но все они постоянно мне предлагали лакомые с их точки зрения блюда, хотя Кристина под прикрытием стратегически расположенного букета большую часть успевала переложить на свою тарелку. Сначала я решил, что это заговор, но потом обратил внимание на то, что Лёшу они терроризируют вчетвером, и мне стало спокойнее.
  Пришлось, конечно, отвечать на вопросы. Света поинтересовалась моей семьёй, а Лёша - работой. Я объяснил, что из семьи у меня только старший брат Макс, который живёт за границей, что работаю в частной фирме и иногда подрабатываю в такси. Насмешило удивление на лице Кристи - ей, очевидно, вообще в голову не приходило, что я могу где-то работать. Меня пробовали вовлечь в беседу, но я чувствовал себя неуверенно и старался отмалчиваться, не привлекая к себе внимания. Люди больше общались между собой. Вероятно, в комнате стало жарко для них: Настя расстегнула молнию на платье, Наташа - пару верхних пуговок, Лёша снял рубашку и остался в спортивной майке. Подражая им, я закатал рукава своей рубашки и тоже расстегнул несколько пуговиц. Наконец, все стали выходить из-за стола, и я решил, что мои мучения закончились. Стараясь не выделяться на общем фоне, отнёс на кухню часть посуды, завернул в туалет, избавил организм от человеческой пищи, и сразу почувствовал себя лучше.
  Когда я вернулся в комнату, на столе оставались только цветы и фрукты. Играла приятная мелодия. Настя сидела в кресле около плеера, постукивая по подлокотнику в такт музыке.
  Я замялся в дверях.
  - Ник, иди, садись, - лениво махнула рукой она. - Там и так не развернуться. Без тебя управятся.
  Я присел к столу и прислушался к разговору на кухне. Безусловно, я рассчитывал произвести лучшее впечатление. Брат с сестрой явно не были от меня в восторге. Лёша обозвал меня "смазливой мордашкой себе на уме", а Света, вторила ему:
  - Слишком уж скромненький, как девица на выданье. Он всегда такой? Тина, а ты не думаешь, что он для тебя мелковат?
  И опять подхватил Лёша:
  - Мне это тоже не понравилось. Парень должен уметь постоять за себя, а это задохлик какой-то.
  Кристи ответить ничего не успела. Резко вмешалась Наташа.
  - Будешь тут скромненьким, если вы уставились на него все, как солдаты на вошь. Не всем дано быть атлетами. Хватит на парня наезжать!
  Лёша пошёл на попятный:
  - Я не наезжаю, - заявил он обиженно. - Может, этот Ник и неплохой парень, просто закомплексованный.
  Я почувствовал облегчение. Вот спасибо "сестрёнке"! Хотя я больше и не собирался встречаться с этими людьми, не хотелось произвести на них слишком плохое впечатление. Не ожидал, но Кристинины друзья мне понравились. Здесь царила совершенно особая атмосфера, хотя я и не мог связно объяснить, в чём это выражалось. Я с горечью подумал, что у меня такого общения никогда не будет, потому что, скрывая свою сущность, я сам не способен на такую открытость и дружелюбие. Да и долго изображать человека в обществе, где все относятся друг к другу с повышенным вниманием, довольно трудно. Но, несмотря на все сложности, которые меня здесь встретили, и на острое ощущение своей инородности, я не жалел, что пришёл.
  Скоро все вернулись в комнату, нагруженные чайной посудой, и начали расставлять её на столе, Кристи вошла последней с тортом и чайными ложками в руках. С тихой тоской я понял, что пытка едой сейчас продолжится.
  - Что заскучал, Ник? Пошли танцевать! - раздался голос Наташи у меня над ухом, и она схватила меня за руку. От неожиданной жгучей боли я рванулся в сторону и невольно зашипел.
  
  Глава 8. КРИСТИНА
  
  Настя пришла пораньше, чтобы помочь. На ней было очень простое чёрное платьице без рукавов, на молнии спереди, но смотрелась она, как гламурная дива с обложки журнала. Пришлось переодевать подругу в халат. В четыре руки мы быстро закончили готовить и стали накрывать стол, и только сейчас, расставляя тарелки, я задумалась, каково придётся Нику. Впрочем, особо это меня не обеспокоило. Сам напросился в гости - наверняка имеет некоторое представление о том, что его здесь ожидает, правильно? Я поставила стол в бабушкиной комнате - в тени, а Насте сказала, что в такой жаркий день на солнечной стороне дышать нечем будет, да и просторнее у бабули. Когда всё было готово, мы налили по стакану сока и вышли на балкон.
  - Хорошо, что ты пришла, - сказала я. - Одна бы я точно не управилась вовремя. Вдвоём-то только-только.
  - Брось, куда б ты делась? Считай, сколько мы между делом языками чесали - одна бы так же и закончила. Просто вместе веселее. Вон, гляди, наши идут.
  Лёша с девочками уже подходили к дому и приветственно махали руками. Я, взмахнув в ответ, пошла открывать, Настя за мной. В коридоре началось столпотворение. Меня обнимали, целовали, тормошили, тянули за уши. От Наташи с Настей я получила в подарок флакон духов, Лёша вручил мне громадный букет белых астр. Мы прошли в комнату. Хорошо видеть всех вместе! Давно так не собирались.
  Света надела совершенно потрясающее струящееся платье серо-голубого переливающегося цвета, которое удивительно оттеняло и углубляло её глаза, а волосы собрала наверх, открывая красивую линию шеи. Серые туфли, бледно-розовый лак на ногтях, одинокий перстень с крупным топазом, аккуратный макияж. Стильно! На Наташе было зелёное платье рубашка с коротким рукавом с пуговками-стразами и серебристым пояском, маленькая, аккуратная, она была похожа на японскую куколку. Лёшка был в белых джинсах и голубой рубашке.
  - Света, признавайся, ты сегодня всех одевала? У всех одежда под глаза выбрана, одна Анастасия избежала твоего пагубного влияния.
  Настя фыркнула, а Света расхохоталась:
  - Жаль тебя разочаровывать, но я выбирала платье только тебе, остальным было позволено проявить самостоятельность.
  Лёша плюхнулся на кресло, с удовольствием рассматривая нас:
  - Ой, девчонки, я на вас налюбоваться не могу. Все такие разные, такие красивые, - и все мне одному.
  - Наташенька, - пропела Настя, - можно я его стукну, а?
  - Рано ты, голубчик, губу раскатал, - укоризненно сказала я Лёшке. - Ты у нас сегодня не единственный кавалер, мы ещё Ника ждём.
  - И когда он появится? - настороженно спросила Света.
  Я пожала плечами.
  - Мне кажется, он точен. Вот-вот подойдёт.
  Света плюхнулась на диван и потребовала:
  - Не будем тратить время. Рассказывай!
  Мне показалось, что она расстроилась.
  - Да ладно тебе! Я всё обдумала и прониклась. Не тревожься за меня, - сказала я примирительно, и обвела глазами своих друзей. - Никакого романа у нас нет и не будет. Нам просто интересно друг с другом. Ник очень необычный. И ещё мне кажется, что он чувствует себя одиноким, и мне его немного жаль.
  Света скептически хмыкнула, но сказать ничего не успела: раздался звонок.
  Ник меня удивил. Я почему-то была уверена, что он опять купит какой-нибудь помпезный и дорогой букет. Кто бы мог подумать, что он обратил внимание, на то, что мне нравятся флоксы? И его подарок меня очень тронул. Я ведь только спросила его, как можно защититься от вампира, он вроде бы и посмеялся, а всё-таки какую-то защиту постарался обеспечить. И с моей компанией он нормально общался. Расточал вполне приличные улыбки. Зубы, как у нормального человека, ну может, клыки чуть тоньше и острей, но в глаза это не бросается. Я и не подозревала, что Ник клыки может полностью убирать! Чувствовалось, конечно, что он не в своей тарелке - весь такой тихий-тихий. А панический взгляд, который он на меня бросил, когда стол увидел, вообще словами не передать! Но вроде бы самое страшное позади. Даже Света с Лёшкой, критиковали Ника уже совсем вяло, для проформы. Я успокоилась и перестала ждать неприятностей. Поэтому, когда вампир вдруг с каким-то кошачьим шипением отпрыгнул в сторону от Наташки, я даже не поняла сначала, что произошло.
  Может быть, музыка и заглушила бы странный звук, который он издал, но грохот отлетевшего стула уж точно привлёк всеобщее внимание. На руке Ника был выразительный ожог в форме контура сердечка с расходящимися в стороны от него полосками. Трудно было не узнать отпечаток Наташкиного браслета. Рядом алели короткие и широкие чёрточки - ожоги от колец. Ник стоял, прижав к груди руку, совершенно человеческим жестом, как будто специально давая рассмотреть ожоги всем желающим. К сожалению, больше ничего человеческого сейчас в нём не было. Радужка глаз посветлела почти до белизны, нос наморщился, верхняя губа приподнялась и подрагивала, открывая выпущенные клыки. Его ноги были полусогнуты, корпус откинут назад, другая рука немного отведена в сторону. В принципе, конечно, человек может принять такую позу, но люди так не стоят. Настя, вскочившая с кресла, запнулась за шнур плеера. Он упал и замолк. В наступившей тишине я с грохотом швырнула ложки на стол и в сердцах сказала:
  - Чёрт возьми, Ник, и надо же было тебе так облажаться!
  Вампир сжал губы, выпрямился и перевёл взгляд на меня. Его лицо снова приняло человеческий вид, и он неуверенно шагнул в мою сторону. Света, оказавшаяся у него на пути, взвизгнула и шарахнулась к стене, ударившись об угол серванта. Лёшка, моментально среагировав, подскочил к вампиру и оттолкнул его от сестры. Я ощутила мгновенный тихий ужас, даже дыхание перехватило.
  Ник отлетел в сторону и упал. Подняться он не пытался: сидел и растерянно глядел на нас. В первый миг я была поражена, затем с внезапным облегчением поняла, что Ник воспринял моё "без вампирских штучек" буквально и честно выполняет обещание. Я, отпихнув Лёшку, подошла к нему, встав так, чтобы видеть всех. Сказать я ничего не успела.
  - Кто это такое? - напряжённо спросил Лёшка и вдруг заорал на меня: - Ты кого притащила?
  Я опешила: никогда не слышала, чтобы он голос повышал.
  - Я же предупреждала, что Ник не такой, как мы, - объяснила я, стараясь говорить спокойно. - Не наезжайте на него. Он не опасен и никому не причинит вреда.
  - Не опасен? А что это тогда было? - саркастически переспросил Лёшка, и шагнул к Нику.
  Ник бросил взгляд на меня и встал стремительным текучим движением. Выглядел он холодным и собранным, меня это испугало, и я встала между ними, повернувшись к Лёшке лицом.
  Света от дверей сказала дрожащим голосом:
  - Тина, ты бы отошла от него...
  Леша снова сорвался на крик:
  - Совсем с ума сошла? Что ты творишь? Ты зачем его привела? А если... Ты дура!
  Моя растерянность уже прошла, а тут ещё Лёшкины вопли ...
  Я сама начала заводиться.
  - Что значит "зачем"? - возмущённо спросила я. - Он мой друг, и я считаю естественным пригласить его на свой праздник!
  В этот момент Ник судорожно вдохнул со свистящим звуком и сказал очень мягко:
  - Кристи, не надо...
  - А ты вообще помолчи! Сейчас не с тобой разговаривают, - отрезал Лёшка, и вдруг осёкся и замер, растерянно глядя на вампира.
  - Отойди от него!
  Исчерпав все аргументы, он схватил меня за руку. Я почувствовала обжигающую боль, когда его пальцы соскользнули с моего предплечья. Ник вырос передо мной. Из-за его плеча я увидела Лёшку, распластавшегося на кресле с ошеломлённым видом.
  - Не смей больше её трогать, - холодно произнёс вампир.
  - Да что вы балаган устраиваете? - раздражённо сказала Наташа, подскакивая к жениху и бегло осматривая его.
  Лёшка дёрнулся, но она его остановила и, шагнув к Нику, потребовала:
  - Покажи руку! Как вы ожоги имитировали?
  Вампир повернул кисть, но когда Наташа потянулась взять его за руку, отдёрнул её, и резко сказал:
  - Не трогай!
  Она опустила руку. Ник медленно поднял свою, и дал ей рассмотреть.
  - Но ведь это настоящие ожоги! - сердито сказала Наташка. - Вы что, совсем с головой не дружите? Это ж надо придумать - для тупого розыгрыша членовредительством заниматься!
  - У Ника аллергия на серебро, - пояснила я.
  - У людей такого не бывает, - уверенно возразила Наташа.
  - У людей не бывает, - сказал Ник без выражения.
  Наташа уставилась на него во все глаза:
  - А ты кто такой?
  Ник замялся. Я неуверенно сказала:
  - Ну, Ник немного... вроде как... вампир...
  - Чё курила с утра? - язвительно поинтересовалась Настя.
  Лёша шагнул к Наташе, обнял её и притянул к себе.
  Наташа с упрёком сказала мне:
  - Может, хватит дурацких мистификаций? Объясните по-человечески!
  Как объясняться с друзьями, я совершенно не представляла.
  - По-человечески не получится, потому что это не розыгрыш, - иронично сказал Ник и улыбнулся, выпустив и сразу же втянув клыки.
  Воцарилась полная тишина.
  Лёша аккуратно задвинул невесту за спину и обратился ко мне очень тихо и спокойно:
  - Тина, подойди сюда.
  - Я тебя предупреждал... - резко начал вампир.
  - Хватит! - оборвала я. - Вы оба меня уже достали. Разойдитесь и остыньте.
  Я отошла в сторону от этих петухов и села на подоконник.
  - Тин, он на самом деле?.. - робко начала Настя и нерешительно замолкла.
  - Вампир, - кивнула я.
  Ник сказал:
  - Мы живём долго и скучно. Мне было любопытно увидеть друзей Кристины. Я никого не хотел напугать.
  Я язвительно добавила:
  - И вообще непонятно, что вы все на уши встали? Ведь только Ник и пострадал.
  Наташа возмутилась:
  - Предупреждать надо!
  - Как ты это себе представляешь? - поинтересовалась я. - Вы мои слова всерьёз бы приняли, да?
  - Возможно, - бросила она, и, повернувшись к жениху, сказала:
  - И ты хорош! Лёш, как ты можешь? Он тебе еле до плеча достаёт!
  - Ты что, не туда смотрела? - обиделся Лёшка. - Этот задохлик меня на полкомнаты отшвырнул! - и он саркастически поинтересовался у Ника:
  - Значит, говоришь, бабушкины сказки? А ты не так прост...
  Ник посмотрел на него и промолчал.
  - Ник, прости, я же не знала. Очень больно? - голос Наташи звучал намного спокойнее.
  Его губы беззвучно дёрнулись, потом он тихо ответил:
  - Пройдёт.
  Вампир не отводил напряжённого взгляда от рук Наташи - она снимала свои кольца.
  Лёшка помог расстегнуть браслет, и сгрёб все её побрякушки в карман джинсов. Ник тихо сказал:
  - Спасибо, я тронут.
  Настя саркастически хмыкнула, скривила рот, убрала в вырез крестик на цепочке, но молнию застёгивать не стала, а Света, прикоснувшись к своему перстню, поджала губы и отошла в другую сторону, так что теперь её от всех отделял стол.
  Чтобы как то разрядить напряжение я прозаически напомнила:
  - Народ, чайник стынет, давайте всё-таки чаю попьём.
  Совершенно не представляла, что ещё можно сказать.
  За стол Ник сел вместе со всеми, но от чая отказался, с саркастической улыбкой заметив:
  - С меня на сегодня уже хватит.
  Чай я разливала в непривычной тишине. Ник изучал скатерть с задумчивым видом и неопределённой улыбкой на губах, изредка бросая короткие взгляды на моих друзей. Света глядела на вампира с явным страхом, Настя - со сдержанной неприязнью. Только Наташа вела себя, как ни в чём не бывало, рассматривая Ника со жгучим интересом. Лёша сухо поинтересовался:
  - Ну и? Может, наконец, расскажете что-нибудь?
  Ник улыбнулся, уже не скрывая клыков:
  - Вы знаете, что мы существуем. Это уже больше, чем надо. Вампиров мало, и всегда мы являлись объектом охоты. Сейчас, когда люди не верят в наше существование, стало намного безопасней.
  - Ты действительно пьёшь кровь? - спросил Лёша.
  Наташа сразу же брякнула:
  - Ник, а сколько тебе нужно?
  Вампир насмешливо осведомился:
  - Это предложение?
  - Размечтался! - вскинулся Лёшка.
  - Я в ваши тарелки не заглядываю! - огрызнулся Ник.
  - Это всего лишь здоровое любопытство. Я как медик спрашиваю, - пояснила Наташа.
  - Что ты заводишься? - удивился Лёша. - Мы ведь ничего о тебе не знаем. Вон, когда Наташа тебя серебром приложила, и самому несладко пришлось, и нас перепугал. Должны мы представлять, чего от тебя ждать? Вдруг ты оголодаешь и начнёшь на всех кидаться!
  - Нет, - нехотя возразил Ник, - Я сказал Кристи, что буду вести себя прилично. Мы не нарушаем обещаний.
  Некоторое время он пребывал в неподвижности, затем покосился на меня, вздохнул и начал говорить:
  - Я бы предпочёл кормиться ежедневно. Нужно совсем немного, буквально пару глотков. Но чтобы уменьшить риск обнаружения, мы кормимся примерно раз в неделю, выпивая до семисот грамм. Конечно, возможны варианты. След от укуса проходит в течение нескольких часов практически полностью.
  - А как вы находите доноров? - спросила Наташка. - Ну, если люди не должны о вас знать?
  Ник улыбнулся. Мне эта улыбка не понравилась, что-то было в ней такое...
  - Они и не знают, - пояснил он снисходительно. - При кормёжке либо берётся контроль над сознанием, и человек не чувствует, что происходит, либо память донора стирается сразу после окончания.
  - Это вроде гипноза? - заинтересовалась Настя. - А ты можешь продемонстрировать что-нибудь?
  - Нет, - отрезал вампир.
  - Ты что-то крупно не договариваешь, - недоверчиво сказал Лёшка после долгой паузы. - По твоим словам получается, что вы безобиднее комариков. В чём фишка?
  Девчонки молчали, но слушали разговор с напряжённым вниманием. Ник беспомощно посмотрел на меня.
  Я решила попробовать объяснить сама:
  - Я полагаю, дело в том, что для насыщения, кроме крови нужны ещё и эмоции, поэтому доноров частенько убивают просто потому, что это вкуснее.
  Ещё не закончив фразу, я сообразила, что не надо было этого говорить, мои друзья и так от вампира не в восторге.
  - У нас так не делают, - возразил Ник. - Можно сказать, что лорд нашего клана - прогрессивный политик.
  - И в чём же выражается прогрессивная политика для нежити? - неприязненно поинтересовалась Настя.
  - Не буду касаться внутривидовых отношений, а в отношениях с людьми это инициация только на добровольной основе, социальная адаптация всех членов клана, практически никаких убийств,- скучным тоном перечислил Ник. - За последний год нашим кланом был убит только один человек, его взяли при попытке изнасилования.
  - Вампиры - санитары наших городов, - прокомментировала Света с ехидством.
  - Не надо утрировать, - сухо заметил Ник.
  - А если ты не поешь вовремя? - поинтересовался Лёшка, налегая на торт.
  И что он так к Нику прицепился? Мне тоже интересно, но я-то допросов не устраивала!
  - Неадекватность поведения начинает проявляться примерно через три недели голодовки, ещё дней через десять наступает полная утрата самоконтроля, - неохотно ответил вампир, - травмы существенно укорачивают этот срок.
  Лёша прекратил жевать и уточнил:
  - То есть, если ты ранен, тебя надо или срочно кормить, или удирать со всех ног?
  - Примерно так, - усмехнулся Ник и добавил: - Естественно при ранениях для регенерации необходимо намного больше, в особо тяжёлых случаях до восьми литров, но такое случается очень редко. Про серебро вы знаете. Что-то ещё? - вид у него был вызывающий, все промолчали. - Давайте больше не будем об этом, мы всё-таки собрались совсем по другому поводу. Кристи торт испекла, а, кроме Лёши его, похоже, никто не оценил.
  Девчонки вяло начали ковыряться в тарелках. Разговор не завязывался. Я лихорадочно пыталось сообразить, как можно поправить положение. Ничего в голову не приходило. Я включила музыку. Хоть бы допили скорей, на танцах расслабятся.
  - Ник, а почему у тебя ожоги не проходят, - поинтересовалась Наташа, - или слухи о мгновенной регенерации у вампиров - это сказки?
  Ожоги Ника вздулись пузырями и выглядели ещё хуже, чем раньше.
  - Раны от серебра заживают медленно, почти как у человека, придётся срезать, - пояснил Ник с мрачным видом.
  - В смысле? - не поняла я.
  - Если срезать все повреждения, то нормально регенерирует, - объяснил Ник, и жалобно добавил: - не могу же я ходить с сердечком, надо мной ещё лет сто смеяться будут.
  - А то, что пишут о других возможностях вампиров, это правда? - уточнила Настя. - Скорость, сила невероятная, превращение в туман и летучую мышь?
  - Гнусная клевета! - заявил Ник, его глаза насмешливо блестели. - Никаких превращений!
  Я отметила для себя, как легко он обошёл вопрос о скорости и силе. А ведь мои друзья наверняка решили, что в этом плане он не слишком отличается от человека, особенно после того спектакля, который тут только что разыгрался. Я помучилась сомнениями, но решила, что пусть пока так и думают. Надо будет просветить их, но позже. Хотелось, чтобы Ника приняли в компанию. С ним действительно интересно, а разрываться между вампиром и друзьями мне не хотелось.
  Наташа подвинулась ближе к Нику и что-то негромко ему сказала. Света с Настей шушукались. Ник улыбался, наклоняясь к Наташе, у них завязался оживлённый разговор. Потом вдруг они сорвались уносить грязные чашки. Лёша явно нервничал и порывался идти следом, но я вцепилась в него и потащила танцевать, уверяя, что Ник ничего его драгоценной невесте не сделает. Боюсь, что звучало это не слишком убедительно. Я была совершенно уверенна, что вампир будет выполнять своё обещание, раз уж сдержался вначале и не свернул Лёшке шею, но самому Лёшке этого сказать не могла. Хорошо, что Наташа почти сразу вернулась и разбила нашу пару.
  Оставив их, я пошла искать Ника. Он в моём фартуке мыл посуду. Я немного постояла в дверях, с удивлением наблюдая. Вот уж чего не ожидала!
  - Классно получается, - оценила я, наконец. - Мытьём посуды не подрабатываешь?
  Ник улыбнулся:
  - Иногда. Не очень часто. Это занимает руки и помогает систематизировать мысли. Я непозволительно расслабился и неудачно засветился перед твоими друзьями. Они там немного успокоились?
  - Пожалуй, наоборот. Как у тебя ума хватило Наташку увести?
  - Это она меня увела, - возразил вампир, продемонстрировав мне чистую кожу на месте бывшего ожога. - Мне резать не с руки было, Наташа вызвалась помочь.
  - Врачом ей надо быть, а не сестричкой, - с сожалением сказала я. -Брось посуду, я сама домою, ты мне и так почти всё переделал. Спасибо.
  Вампир закрыл воду и стал вытирать руки. Я поколебавшись, спросила:
  
  - Ник, то единственное убийство, о котором ты говорил - тогда в лесу?
  - Да, конечно.
  - А куда делся второй человек?
  - Он ещё жив и здоров, но это ненадолго. Скоро Дэн собирает вечеринку для своих. Пойдёт на десерт, - Ник внимательно смотрел на меня.
  - Ты вроде бы говорил, что вы не убиваете для еды?
  - А это не для еды, - охотно пояснил он, - это устранение ненужного свидетеля. Только не пропадать же добру.
  - Какие у вас принципы растяжимые, - сказала я неуверенно. - Знаешь, мне его вроде бы и не жалко, а все равно слушать, как ты говоришь, жутко до ледяных мурашек.
  - Возможно, тебе не надо было спрашивать? - с усмешкой предположил вампир, вешая фартук на место.
  Картины нашей встречи снова вставали перед глазами. Вспоминать было тяжело, но я решила считать действия вампиров оправданными. Неприязнь у меня вызывали люди, которые своей агрессией вызвали все последующие события.
  - Ну, уж нет, если я куда-то вляпываюсь, предпочитаю хотя бы видеть, куда именно, - возразила я. - Охотников так и не нашли?
  Ник улыбнулся удивительно неприятной улыбкой и после ощутимой паузы кратко сказал:
  - Завтра уничтожим.
  Я кивнула. Наверное, это справедливо. Если идёт тайная война, надо уметь защищаться. Грустно...
  Встряхнув головой, я решительно откинула печальные и мысли и сменила тему:
  - Ладно, как тебе мои друзья?
  Ник замялся, а потом выпалил:
  - Это унизительно! Я отчитываюсь только перед своим лордом. С какой стати я должен отчитываться перед человеческим сборищем?
  Вот это да! Я с удивлением и любопытством смотрела на его возмущенное лицо. Не ожидала, что он ставит себя настолько выше людей, а кроме того, мне и в голову не приходило, что Лёшины вопросы он сочтёт оскорбительными.
  - В таком случае, я рада, что ты спокойно ответил и не показал, что тебя это задело. Но, видишь ли... мы собираемся, чтобы общаться. Это включает в себя разговор, обмен информацией, какую-то оценку собеседника. Мне понравилось, что ребята стали задавать вопросы. Это показывает, что они могут принять тебя таким, какой ты на самом деле. Ты ведь декларируешь, что тебе это и нужно, а то никто не хочет общаться с одиноким вампиром, таким белым и пушистым. Или ты бы предпочёл остаться сторонним наблюдателем?
  - Не знаю. Я всё это, - Ник сделал неопределённое движение рукой, - представлял несколько по-другому, и ещё не определился. А не имея возможности защититься, я чувствовал себя ужасно.
  - Ой, да ладно! - саркастически отозвалась я. - Полминуты на полу посидел - вот беда какая! А дорвись ты до самозащиты, что бы здесь было?
  Ник ухмыльнулся:
  - Полный разгром, вероятно. Возможно, ты права.
  - Ну, и замнём на этой оптимистической ноте. Пойдём, потанцуем.
  Танцевали мы не очень долго, ребята засобирались по домам. Лёша предложил вызвать такси. Света, покосившись на Ника, заявила, что теперь она в такси в жизни ездить не будет, Ник самым невинным тоном поддержал, дескать, правильно, зачем на такси тратиться: он на колёсах, и может всех развезти без проблем. Глаза его смеялись. Все почему-то уставились на меня.
  - Езжайте, конечно, - пробормотала я, - Всё будет в порядке.
  Я выполнила целовальный обряд, почмокав щёчки, при этом Ник всё-таки извернулся и поцеловал меня в губы, помахала всем с балкона и отправилась домывать посуду. Её оставалось немного. Закончив дела на кухне, я села у телефона и стала нервничать.
  Первая позвонила Настя:
  - Тебе, что живых парней не хватает, что на нежить соблазнилась? - набросилась она на меня.
  - Я с ним под венец не собираюсь, - возразила я, - а общаться с Ником прикольно.
  Настя обозвала меня дурой и бросила трубку. Сразу раздался звонок Наташи:
  - Тинка, держись, если девчонки будут наезжать. Мне твой вампир понравился. Своеобразная личность. Целую, спокойной!
  Я даже ответить не успела. Следующий звонок раздался минут через пять. Света кипела от возмущения:
  - Ты реально больная на всю голову! Соображаешь, что делаешь?
  Я предположила, что да, но увещевать подругу пришлось долго, разбушевалась она не на шутку. Наконец мне удалось её более-менее успокоить и, велев быть поосторожнее с клыкастым людоедом, чтобы он не схарчил меня на ужин, она передала трубку брату. Голос Лёшки звучал озабоченно:
  - Тина, я тут весь в сомнениях. Фольклор-то не на пустом месте возник. А по нему у вампиров и сила, и скорость должны зашкаливать. Ты уверена, что он не держит какой-то козырь в рукаве? Мне не понравилось, что твой зубастик вначале изображал из себя сирого и убогого, а потом как-то сразу обнаглел.
  Я сразу созналась:
  - Козырей полно, но никаких рукавов. Ник пообещал мне, что не будет пользоваться вампирскими сверхспособностями, вот и не пользовался.
  Лёша посопел в трубку и очень тихо спросил:
  - Ты хоть понимаешь, что подставила нас? Если он так силён и быстр, то элементарно мог всех перебить.
  - Ты тоже, - возразила я.
  - Что - тоже? - опешил Лёшка.
  - Ты тоже в состоянии нас всех перебить. У тебя чёрный пояс, а мы девочки простые, самообороне не обучены.
  Лёшка возмутился:
  - Сравниваешь тоже! Это же хищник. С чего ты вообще решила, что он не опасен?
  - Когда мы встретились, он был серьёзно ранен, - спокойно сказала я. - Ник не убивает.
  Лёшка очень долго молчал. Я уже подумала, что связь барахлит, и нас разъединили, когда он спросил изменившимся голосом:
  - И как оно?
  - Терпимо, - кратко ответила я, - но повторять я не собираюсь: Ник относится ко мне по-дружески, не хочу ассоциироваться с кормом.
  Лёшка молчал. Я немного подождала и предупредила:
  - Светке не говори, что Ник такой крутой, она и так боится.
  - Подумаю, - мрачно сказал Лёша и отключился.
  Я с облегчением положила трубку. Мне казалось, что всё будет намного хуже. Снова раздался звонок:
  - Кристи, я развёз всех твоих друзей по домам, не хамил и не кусался, - весело доложил Ник.
  - Умница,- похвалила я. - Можешь быть хорошим мальчиком, когда захочешь.
  - Быть плохим мальчиком куда веселее, - возразил он со смехом. - Добрых снов, Кристи!
  Заснула я нескоро: меня очень встревожил разговор с Ником на кухне. Сейчас ему кажется интересной наша компания, но в любой момент ему может надоесть. Тогда и мои друзья станут ненужными свидетелями? Ох, что же я натворила! За себя я не боялась. Не знаю, почему, но с Ником я чувствовала себя в безопасности.
  
  
  Глава 9. СТАС
  
  С деньгами мы потихоньку раскручивались. Оперативно отремонтировали квартиру в том же подъезде, где остановились, и ещё одну - уже на первое время хватит. О серьёзных суммах пока речи не было. Андрей уехал куда-то в пригород: договариваться о крупной работе. Ликвидируем местных мокрецов - и рванём на заработки. Витя доложил, что квартира, где живёт таксист, принадлежит женщине и, вероятно, сдаётся. Особняк зарегистрирован на имя местного предпринимателя Данила Ивановича Серебрякова, тридцать четыре года, жена Татьяна Рустамовна, проживает там же. Третью квартиру проверять не стали, учитывая моё мнение. Прошло почти две недели, на собрании команды решили, что пора приступать к активным действиям.
  Я несколько раз звонил Тане, но она была вечно занята. Ясно, что она работает не по часам, и если чего-то добилась, то значит и вкалывает соответственно, но мне уже казалось, что это всё отговорки. Когда она согласилась на свидание, я обрадовался невероятно.
  Таня предупредила, что времени у неё мало. Встретиться договорились в том же кафе, где и познакомились. Машину забрал командир, и я немного опоздал. Когда я подъехал, Таня сидела за столиком с тарелкой супа. А я-то рассчитывал, что мы сможем пообедать вместе! Первой мыслью было, что она просто хочет сократить нашу встречу, но Таня с радостью согласилась на порцию жаркого, и я воспрял духом. Вид у неё был усталый, и неожиданно она показалась мне куда ближе и доступнее, чем раньше.
  - Что-то случилось? - спросил я, поставив на стол горшочки, источающие дивный аромат мяса с грибами. Таня выбрала закуток, подальше от окна. На улице пекло солнце и в кафе со стеклянными стенами было жарко. Кондиционер не справлялся.
  Таня покачала головой:
  - Да нет, просто слишком много всего. Надо отказаться от пары-тройки фирм. Дней на проверку дают мало. Им экономия, а я вечерами сижу с отчётами. Сегодня вот позавтракать забыла...
  Я удивлённо уставился на неё. Как можно забыть позавтракать у меня не укладывалось в голове. Таня заметила это и пояснила:
  - Я в кафе ем, чтобы с готовкой не возиться, дома с утра только кофе пью.
  - А мужу кто готовит? - спросил я, и сразу же мысленно обругал себя за длинный язык.
  Таня отвела взгляд и сжала губы. После заметной паузы она ответила очень ровным голосом:
  - У нас разные вкусы.
  Вид у неё был потерянный. Первый раз я на себе прочувствовал, что значит "сердце сжалось". Именно в этот момент я уверился, что её муж действительно мокрец. Как же она так попала! И как среагирует, когда станет известно, что я охотник? Может сразу выложить всё начистоту? Чем дольше откладывать разговор, тем сложнее его начинать. Только бы она не решила, что я просто использую её, чтобы подобраться к мужу! Или сначала надо с Андреем поговорить? Нет, нельзя. Я даже не уверен, что Санёк поймёт меня, а командир точно не поймёт.
  Таня печально вздохнула и сказала:
  - И из-за цветов расстроилась.
  Мне сразу вся кровь в лицо бросилась: ведь собирался букет купить, а из-за того что опаздывал, как-то из головы вылетело. Дожил: девушка напоминает, что на свидания надо с цветами ходить!
  - У меня клумбы во дворе. Сегодня пришлось цветы с них срезать, потому что знакомому мужа приспичило букет из флоксов, представляешь?
  - А просто послать его нельзя было? - растерянно спросил я. Ну, хоть не про мою невоспитанность - и то хорошо.
  Таня хмуро пояснила:
  - Нельзя. Я хоть аккуратно срезала, так что не слишком заметно, а он бы выдрал лучшие - и всё, - она поёжилась, как от порыва ветра и добавила: - Жуткий тип. Я его побаиваюсь.
  А ведь этот "жуткий тип" тоже, наверное, мокрец...
  - Бывают такие, - согласился я.
  Опять разговор куда-то не туда пошёл. Ну как мне ни с того ни с сего объявить, что я охотник на вампиров? Нет, сегодня нельзя. Да и разговор такой времени требует, а Таня уже на часы косится. Тем более она расстроена. Успокоить как-то надо, изменить тему разговора:
  - Я тебя поблагодарить хотел. Мы с ребятами сейчас в кафе по твоей рекомендации ходим. В такой подвальчик в середине квартала, в "Мечту". Вкусно, недорого, порции большие. Спасибо! Откуда ты только о нём узнала? Там по улице рядом проходить будешь - и не заметишь.
  - Ну как "откуда"? - удивилась Таня. - По работе. Как раз этому любителю флоксов оно и принадлежит... Но я рада, что вам понравилось, - она улыбнулась и встала. - А сейчас мне нужно бежать. Не дёргайся, доедай. До встречи!
  Я растерянно проводил её взглядом и задумался. Мы с Таней как-то незаметно на "ты" перешли. Это хорошо. А вот то, что она мне сейчас рассказала о кафе - очень плохо. Допустим, оно в самом деле принадлежит вампиру. Значит ли это, что мы там можем столкнуться с той парочкой, которая нас знает, или они там не появляются? Наверное, риск есть. Тогда возникает другой вопрос, как об этом рассказать парням, не посвящая их в наши отношения с Таней?
  Даже подходя к крыльцу, я ещё ничего не решил. Сухопарая старуха с двумя авоськами медленно шла впереди. Я узнал соседку сверху. Распахнул перед ней двери и вежливо отобрал сумки. Крохотная собачка с выпученными глазами на узкой морде приветствовала меня, как старого друга, пытаясь вилять всем шарообразным телом. Никогда не понимал, почему бабки держат таких уродцев. Старуха окинула меня оценивающим взглядом и сказала:
  - Собаки чувствуют хороших людей. А вот ваш приятель Люське не понравился.
  - Какой приятель? - рассеяно поинтересовался я. Похоже, придётся всё-таки рассказывать Андрею про знакомство с Таней.
  - Ночью тут болтался, - недовольно сказала бабка. - Люсенька меня уж за полночь на улицу позвала, пришлось идти. Он на крыльце стоял, такой невысокий, с длинными чёрными лохмами. Что за вид у молодёжи! - она одобрительно посмотрела на мою причёску и вновь недовольно поджала губы.
  - Да мы же приезжие, - напомнил я старухе, пропуская её в лифт, - не знаем тут никого.
  - Он сказал, что его знакомцы снимают тут, - упрямо возразила соседка. - А больше никто в нашем доме не снимает. Есть ещё студентки в третьем подъезде и мамочка с сыном в шестом, а мужчин, кроме вас нет.
  Она подхватила собачку на руки и погладила лоснящийся бок.
  - Люся, бедняжка, аж описалась от страха! Не знаю, чем он её перепугал. Такого и не было никогда. Она ласковая добрая девочка, а вчера всё жалась к ногам и рычала.
  До меня вдруг дошло. Я с трудом сглотнул и переспросил:
  - А вы бы не могли его описать ещё раз?
  Лифт остановился, мы вышли.
  - Невысокий, - старуха оценивающе окинула меня взглядом, - на голову ниже тебя, волосы чёрные волнистые, до плеч. Ну, может, чуть длиннее. Симпатичный, даже слишком, но вести себя совсем не умеет. Хам.
  - А что он ещё сказал?
  - Да ничего! Стоял, двор оглядывал с таким видом, будто купить собрался, а как я спросила, что надо, буркнул что-то и ушёл.
  Она отперла дверь и мялась с ноги на ногу, явно не собираясь приглашать меня внутрь. Я отдал авоськи и по лестнице спустился вниз. У дверей квартиры мы столкнулись с Андреем и вошли вместе. Хорошо, что он вернулся.
  Его встретили вопросами:
  - Ну, как съездил? Будет работа?
  - А то! - гордо ответил командир. - И работа, и жильё, и кормёжка. Правда, они хотят, чтобы мы скорей начинали, я отсрочки еле добился.
  - И зря, - ёмко сказал я, стоя в дверях комнаты. - Нас, похоже, мокрецы нашли. Надо делать ноги.
  
  ***
  Сначала общее настроение было мрачное. Всегда мы действовали по отработанной схеме: приехали, выследили вампира, уничтожили, уехали. Сейчас роли поменялись - выслеживали нас. Парни гадали, как мокрец обнаружил группу, а я, догадываясь об этом, не решался им рассказать. Да и к чему? Наверняка командир начнёт давить на Таню, и она будет для меня потеряна. Я хотел сперва сам с ней поговорить.
  Постепенно всё приходило в норму. Во-первых, мы уехали из города, хоть и недалеко. Во-вторых, жили на природе и целый день были на условно свежем воздухе (условно, потому что работали на ферме). В третьих, за это нам платили вполне приличные деньги. Уезжать совсем никто не хотел, завалить местных вампиров стало делом принципа. Я позвонил Тане, извинился, что не могу сейчас с ней встретиться, и договорился, что перезвоню сразу, как вернусь. Хотя по телефону мы и так разговаривали ежедневно. Мне было проще говорить, когда я не видел, как Таня красива. О чём мы только не болтали: обсуждали фильмы и книги, я рассказывал о службе в армии, Таня много говорила о своих собаках, мы рассказывали друг другу кто как любит отдыхать, и вообще, что нравится, что не нравится по жизни. Оказалось, что наши вкусы и взгляды во многом совпадают.
  Санёк смотрел на меня с интересом, но помалкивал, а вот остальные мужики просто замучили своими подколками, далеко не всегда безобидными, особенно Костик достал. И что меня держит в этой команде? Сейчас мне даже было непонятно, почему я, мечтая обзавестись семьёй, нашёл себе занятие, исключающее всякую возможность её создания. Это казалось настолько очевидным, что мне даже стало неловко, почему я не думал об этом раньше.
  С Андреем и Костиком всё ясно - у них вампир убил отца. Что самого Санька привело в ряды борцов с нежитью, я не знал: как то в голову не приходило спросить. А сам я бездумно последовал за ним, потому что не хотелось расставаться с другом. Оказывается, он был для меня единственным близким человеком.
  Я решил поговорить обо всём с Саней, и позвал его прогуляться после работы. Поделившись с ним сомнениями, я сказал, что не хочу бросать команду на середине дела, но после того, как всё закончится, собираюсь вернуться домой, найти нормальную работу, жениться, если получится. В конце концов, хотя и приятно сознавать себя негласным защитником людей, очевидно, что то, чем мы занимаемся, реально мало помогает. Старых вампиров мы практически не видим, так, немного пощипываем молодняк. Сомневаюсь, что это сильно влияет на реальное положение дел.
  - Трудно сказать, - возразил Санёк, - может и так, а может, наше существование хотя бы ограничивает старых мокрецов, чтобы не наглели.
  - А почему вдруг ты решил взяться за истребление вампиров? Только про подвиг неизвестного воителя на благо человечества можешь пропустить.
  - Ты знаешь, что моя мама замужем не была. Она так любила моего отца, что больше ни на кого и смотреть не хотела. Этот гад ей всю жизнь перекорёжил. Она ведь у меня и красивая была, и талантливая, и умница. В молодости от кавалеров отбою не было, а из-за этого поганого вампира, всю жизнь одна провела, да и со мной маялась, еле концы с концами сводили.
  - Погоди, - остановил его я. - Ты хочешь сказать, что твой отец - вампир? Разве это может быть? Они же по сути дохлые?
  - Как видишь, - мрачно ответил мой друг. - Парням только не ляпни.
  - Ну, это само собой, - ответил я пытаясь уложить услышанное в голове. Получалось не очень. - Но ты же - нормальный человек!
  - Ну да. Почти.
  - Что значит "почти"? - с замиранием сердца спросил я.
  - Я редко болею, скорость и выносливость у меня выше среднестатистической, заживает типа, как на собаке, ну... быстрее, чем у обычных людей. Других физических отличий я не заметил. Сам понимаешь, не буду же я участкового врача просить о развёрнутом обследовании, потому что я - не совсем человек, и интересно, чем именно отличаюсь.
  - Враз в дурдом загремишь, - заметил я.
  - А психологические отклонения, пожалуй, интереснее будут. Во-первых, я почти всегда чувствую, правду говорит человек или нет. Ты не обижайся, Стасик, но я и на тебя внимание обратил, потому, что ты никогда не врал. Во-вторых, на меня не действует вампирское внушение. Было два случая, когда я имел возможность в этом убедиться. Но, как видишь, выжил, - Санёк криво усмехнулся.
  - Андрей знает?
  - Один случай - наверняка.
  - Тогда может и сам догадаться.
  - Догадаться - не знать, - возразил Саня, - Опять же, может и у людей бывают такие способности.
  Мы немного помолчали.
  - Знаешь, Саня, - сказал я, наконец, - ну их к чёрту, этих вампиров! Жизнь твоей мамы это не исправит, наоборот: угробит тебя какой-нибудь мокрец, ей только горе будет, ведь ты один у неё. Давай, заканчиваем это дело, и сваливаем.
  - Подумаю, - не очень убедительно пообещал Саня и, вероятно желая сменить тему, спросил, - У тебя с этой девушкой серьёзно?
  - У меня - серьёзно, у неё - не знаю. Видишь, Сань, она замужем, ей плохо, а я -плечо, на которое можно опереться. Вот разойдётся с мужем, тогда и будем посмотреть.
  Санёк улыбнулся:
  - Удачи!
  
  ***
  За полторы недели работы в деревне мы залили фундамент, поправили забор и начали менять кровлю на коровнике. Андрей решил отправить меня в город на разведку, как единственного члена команды, неизвестного местным кровососам. Поехал я с утра, и ещё с дороги позвонил Тане. До того, как солнце скроется, мне все равно делать нечего, только крышу над головой надо найти, а это, в общем, и не обязательно: вздремнуть я и в машине могу. Таня сказала, что с удовольствием со мной перекусит, назвала кафе, и объяснила, как туда проехать. Кафе оказалось маленьким одноэтажным зданием в сквере, посреди деревьев. Я подъехал вовремя, но она уже сидела за столиком на улице.
  Таня была такой трогательно-беззащитной и нереально красивой, что казалась чуждой всей окружающей обстановке, как инопланетянка, потерпевшая катастрофу на неведомой планете. Я снова почувствовал себя неловко, будто и не было нашей многочасовой болтовни по телефону. Надо объясниться начистоту, а я не представлял, как начать разговор. К моей радости подошла официантка с меню, и мы стали обсуждать заказ. Это помогло придти в себя, и скоро мы уже болтали так же непринуждённо, как и по телефону. А дальше что? Нельзя же посреди непринуждённой болтовни обо всём и ни о чём вдруг, как дубиной по башке, выложить, что я охотник. Таня невольно помогла мне, когда удивилась, что бригада строителей находится в разъездах - ведь с такой работой можно хорошо устроиться практически в любом месте. Я набрался духу, и, глядя ей в глаза, выпалил:
  - Это так, подработка, на самом деле мы охотимся на вампиров.
  Таня сжала губы и выпрямилась. После мучительной паузы она сказала тусклым голосом:
  - И поэтому ты познакомился со мной.
  - Нет, - возразил я, - поэтому я увидел тебя, а познакомился - потому, что ты самая прекрасная женщина, которую я встречал в своей жизни. А потом тобой, убедился, что и душа твоя так же прекрасна, как лицо. Я не должен был говорить тебе то, что сказал, и сделал это только потому, что хочу тебе помочь, и хочу, чтобы ты знала, что я понимаю твоё положение.
  - Ты не понимаешь, - перебила она меня, - не понимаешь!
  На её глаза навернулись слёзы. Таня подняла лицо к небу, и сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться.
  - Тогда объясни, - попросил я. - Как получилось, что ты вышла замуж за вампира? Не знала, кто он?
  Таня немного помолчала, судорожно сжав пальцы, а потом возразила:
  - Нет, это долгая история. В другой раз. Если он будет... Вас продолжают искать. Уезжайте!
  - Оставить город вампирам? - возмутился я. - Мерзким убийцам не место среди нас.
  - Как вы вообще лезете сражаться с вампирами, если ничего о них толком не знаете? - гневно возразила Таня. - У Данила не убивают. Таких как он, совсем немного. Если уж вам неймется, ищите настоящих убийц, а клан Данила оставьте в покое.
  Я настолько растерялся от этой отповеди, что ничего не мог сказать. Наверное, вылупил глаза самым дурацким образом. Таня улыбнулась, положила ладонь на мою руку и мягко сказала:
  - Данил уже несколько столетий не убивал. И только когда вы изувечили его, он был вынужден выпить человека досуха, и то - это был мерзкий тип, пытавшийся изнасиловать одинокую девушку на пустынной лесной дороге. Видишь ли, Стас, он очень хороший, правда. Данил принципиальный, честный, ответственный, работящий. У него не такая, как у нас моральная система координат, если можно так выразиться, но она есть. Не обо всех людях можно это сказать. Пойми, он не человек, его нельзя мерить по человеческим меркам.
  - Но я-то человек, - возразил я, - значит, моя мерка будет человеческой. Сама говоришь, что он недавно кого-то убил, да и на нас идёт охота. А ведь наверняка ты многого не знаешь. Мы должны очистить город от этой заразы. Я рассчитывал, что ты захочешь нам помочь...
  Она внимательно посмотрела на меня, резко встала и направилась прочь. Я наспех сунул несколько купюр официантке и, не дожидаясь сдачи, помчался вслед. Догнал я Таню уже у машины, и, схватив за руку, взмолился:
  - Пожалуйста, не уходи так!
  - Данил говорил, что у нас появились охотники, - холодно сказала она. - Я предупредила его, что если со мной попробуют установить контакт, я ничего ему не скажу, но и вам помогать не буду.
  - Мне казалось, что помощь нужна тебе, - растерялся я. - И я совсем не собирался склонять тебя к чему-то непорядочному. Но я тебя не понимаю, а хотел бы. Пожалуйста, объясни. Ты говоришь, что не любишь его, хочешь от него уйти, и в то же время так защищаешь?
  Она улыбнулась мне, как неразумному ребёнку и мягко сказала:
  - Я действительно не люблю Данила, но это не значит, что я хочу его смерти, просто я хочу жить без него. Такие, как Даня, почти безобидны. Да, они пьют человеческую кровь, но назовём вещи своими именами - это мелкое воровство, за это не убивают. Тебе не приходило в голову, что если уничтожить вампиров, которые стараются сохранить в себе своё человеческое начало, на их место придут настоящие монстры, в которых от человека осталась только внешность? Кстати, а почему вы вдруг решили напасть именно на него?
  Я поколебался, но решил, что никакого секрета в этом нет и сказал про адрес и фотографию. Про другие адреса я упоминать не стал.
  - Можно взглянуть?
  Я пожал плечами и достал фото. Таня стала его изучать. Меня это задело:
  - Дома не насмотрелась?
  - Я раньше не видела этой фотографии, - извиняющимся тоном сказала она и вернула мне снимок, - Знаешь, Стасик, бросай это дело и уезжай. Ты не представляешь всех возможностей вампира. Человек перед ним абсолютно беспомощен. Я боюсь за тебя, и не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Пообещай, что уедешь, и простимся.
  - На время или навсегда?- решил уточнить я.
  Таня слабо улыбнулась:
  - А что предпочитаешь ты?
  - Первый вариант, - с надеждой в голосе сказал я.
  - Хорошо, когда разведусь, приеду к тебе, - легко пообещала Таня.
  - Но я не могу уехать и бросить команду на середине дела, - объяснил я, подавляя счастливую улыбку.
  - Ты понимаешь, что тебя убьют?
  - Это уж как получится, - согласился я, глядя в её встревоженное лицо.
  Таня долго грустно смотрела на меня, потом поцеловала в щёку и попросила:
  - Пожалуйста, постарайся выжить. Буду ждать твоего звонка.
  Она села в машину и уехала, я стоял на обочине, пока она не скрылась за поворотом...
  А с работой у меня ничего не получилось. Я проторчал у дома таксиста двое суток, но так его и не увидел. Когда я рассказал об этом, Андрей решил:
  - Ладно, парни, вы здесь зарабатывайте бешеные деньги, а мокрецами я сам займусь.
  
  Глава 10. КРИСТИНА
  
  Звонок в дверь оторвал меня от книги. И кого принесло? Я нехотя потащилась открывать. На пороге стоял неизвестный мне мужчина с крепкой спортивной фигурой, синеглазый, с приятным открытым лицом и недлинными льняными кудрями - прямо добрый молодец из фильма Роу. На добром молодце был белый костюм классического покроя и кремовая рубашка с галстуком, что несколько искажало образ. В руках ничего - ну, не торговля вразнос, и на том спасибо.
  - Меня зовут Данил Иванович, - представился он, глядя куда-то в район моего плеча. - Могу я с вами поговорить?
  Чудесный бархатный голос показался мне до ужаса знакомым. Я опустила взгляд и посмотрела на перстень с квадратным рубином, чувствуя, как под ложечкой собирается холодный комок. Безумно хотелось захлопнуть дверь и больше никогда не видеть этого обаятельного красавца. Наверное, не меньше минуты я рассматривала эту возможность, а он терпеливо ждал. В конце концов, тяжко вздохнув, я отступила в сторону и мрачно сказала:
  - Добрый вечер, Дэн. Проходите.
  Пригласив неприятного гостя в комнату, я предложила ему кресло и уселась в другое. Сама я боялась поднять глаза и смотрела на белые ухоженные руки с длинными пальцами и аккуратными ногтями но, чувствовала, что он меня разглядывает.
  Молчание затягивалось.
  - Вы хотели поговорить, - напомнила я, начиная тихо беситься.
  - Некрасиво не смотреть на собеседника.
  - Ник говорил, что не стоит встречаться взглядом с вампиром. Стараюсь быть осторожной.
  - Пригласив меня в дом?
  - Я не собираюсь сидеть в этом доме до конца жизни, - буркнула я. - Так чего тянуть кота за хвост?
  - Я не буду использовать ментальное воздействие, - пообещал вампир.
  - Очень любезно с вашей стороны.
  Я бросила быстрый взгляд на его лицо, но оно было совершенно пустым. Дэн даже мне в глаза не смотрел. Вот зараза, кажется, на шею уставился. Жутковато...
  - Не думал, что ты меня вообще узнаешь. Каким образом?
  - По голосу, - объяснила я с принуждённой улыбкой. - Он мне каждую ночь в кошмарах снится.
  - Ты меня боишься.
  - И что? - холодно поинтересовалась я.
  - А Ника?
  - А чего его бояться? - переспросила я тупо.
  Дэн уточнил с проблесками интереса в голосе:
  - А какая разница?
  После некоторого раздумья я сказала:
  - А он не смотрит на меня, как на бутерброд.
  Вампир отвёл взгляд от моей шеи. Я попробовала включить мозги. Что-то было неправильное в этом визите, что-то совсем нелогичное. Мозги включаться не хотели, меня начал бить озноб. После неловкой паузы я поинтересовалась:
  - Вы пришли сюда ради этой милой светской беседы?
  - Как правило, мы не обнаруживаем себя перед людьми, а инцидент, произошедший здесь вчера...
  - Ничего не изменил, - быстро перебила я. - Ник время от времени будет сталкиваться с моими друзьями, он любит посмеяться и, безусловно, куда удобнее, что ему не приходится постоянно прятать клыки от окружающих. Болтунов в моей компании нет, я за каждого жизнью могу поручиться.
  - Ты это сейчас и делаешь, - очень мягко сказал Дэн.
  Вампир встал, я почувствовала мимолётное прикосновение прохладных пальцев к своей руке, и он вышел из комнаты, еле заметно кивнув мне на прощанье. Хлопнула входная дверь. Некоторое время я сидела, глядя на стенку и сосредоточив всё внимание на глубоком ровном дыхании. Кажется, помогло.
  Чувствовала я себя ужасно виноватой. Надо сообщить об этом визите моим ребятам. Ну ладно, сама я вляпалась в историю: такое уж моё счастье, если что-то со мной может случиться, оно непременно случается, а как показали последние события, со мной случается и то, что, как считалось, случиться не может вовсе. Но не надо было впутывать во всё это Лёшу и девчонок. Зачем я Ника с ними познакомила? И он хорош! Сам виноват, что так подставился, и молчал бы себе в тряпочку, так нет: побежал, доложился начальству.
  Я обзвонила подруг и предложила встретиться. Оказалось, что Лёша сорвался на шабашку в область, а девочек можно собрать вместе только после девяти. Решив совместить полезный разговор с приятным времяпровождением, я пригласила их в то кафе, куда меня водил Ник: и музыку хорошую крутят, и потанцевать место есть. Объяснила, как проехать, и села невесёлую думу думать: как всё рассказывать подругам, и что по этому поводу сказать Нику.
  Наконец до меня дошло, что всё не так плохо, как показалось. Я ведь только накануне беспокоилась о том, что моя компания слишком много знает, а сейчас выясняется, что, пока мы молчим, нас убивать не будут. Уже легче. А ещё я решила, что с Ником эту тему поднимать не буду - подумаешь, лорд вампиров заглянул на огонёк, нам не страшен серый волк!
  Когда я приехала к "Мечте", Света с Наташей уже ждали, а Настя подошла почти одновременно со мной. В кафе было многолюдно, но свободный столик нашёлся. Девочки осматривались разочарованно. Пришлось оправдываться, что я их вытащила потанцевать, а не любоваться красотами интерьера. Бармен продолжал изображать вампира, а официантка уже была призраком в белых развевающихся одеждах.
  - Что, вампирша уже не катит? - поинтересовалась я, удивляясь нелепому маскараду. - Ну и ладно, вам этот прикид больше идёт.
  - Не могу с клыками ходить, - пожаловалась девушка, - говорить неудобно, слюни текут, кошмар! Не понимаю, как Борька с ними управляется.
  Когда нас обслужили, я, стараясь не фонтанировать эмоциями, рассказала подругам про сегодняшнего гостя. Они восприняли это достаточно спокойно, никто меня ни в чём не обвинял, отчего я почувствовала себя ещё более виноватой.
  - Мы и так не собирались кричать о знакомстве с вампиром на каждом углу, - заметила Настя и поджала губы.
  - Уже не говоря о том, что такое заявление само по себе - рекомендация в психушку, - добавила Света.
  Наташа только плечами пожала плечами. Как легко она всё принимает, просто удивительно!
  Танцевали мы всего-то часа два, всё-таки завтра рабочий день. Когда вышли из кафе, ещё и двенадцати не было. Мы дружно протолкались через группу курильщиков у входа и очутились на пустынном проезде.
  - Вызываем такси? - предложила Наташа, но Настя возразила:
  - Вечер хороший, лучше пройтись.
  - О, Боже! - выдохнула Светланка.
  - Ну что вы, это всего лишь я, - раздался ленивый насмешливый голос.
  Я обернулась. Подпирая ближайшее дерево, почти сливаясь с ним, весь в чёрном, стоял Ник.
  - Это не очень хороший район,- заметил он, - я вас провожу.
  - Как ты здесь оказался?
  - Я часто здесь охочусь, - неопределённо ответил он.
  Мы направились к центру в неловком молчании, Ник хозяйским жестом положил руку мне на талию и сказал:
  - Я вынужден принести извинения за визит Дэна. Он не должен был к тебе приходить. Я с ним ещё поговорю.
  - Ты что, собираешься к нему с претензиями?
  Ник упрямо сжал губы и кивнул.
  - Стоит ли? Он всего лишь заботится о сохранении секретности.
  - Я достаточно компетентен, чтобы сам разбираться со своими проблемами, - холодно отрезал вампир.
  "Чтобы в случае необходимости перебить всех самостоятельно" - перевела я для себя, но говорить ничего не стала.
  Потом к нам привязались трое подвыпивших парней, куривших у подъезда. Они перегородили нам дорогу, и один из них, этакий шкаф, поинтересовался у Ника:
  - Эй, парень, тебе не много будет, четыре тёлки сразу?
  - Одну девочку мы тебе оставим, так и быть, и хватит. Ты их и развлечь то не можешь, вон какие скучные идут, - подхватил другой, почти такой же крупный, поймав за руку Свету.
  Света попыталась освободиться, но безуспешно. Амбал, начавший разговор, попробовал обнять Настю, но она ловко увернулась.
  - Убери руку, или я её сломаю, - негромко проговорил Ник.
  - Ты что, мелочь, мне угрожаешь? - удивился парень, рванув Свету к себе.
  - Нет, я никогда не угрожаю. Я и предупреждаю-то редко, - сказал Ник бесцветным голосом.
  Что было потом, я не рассмотрела, так молниеносно всё произошло. Меня отшвырнуло к стене дома на Настю, она меня подхватила, и почти одновременно раздались дикий женский визг, мерзкий хруст и крик боли.
  - Нож! - заорала Настя у меня над ухом.
  Я, наконец, обрела равновесие и окинула взглядом поле боя. Всё уже закончилось. Наташа помогала подняться Свете. Один из нападавших лежал у стены, не подавая признаков жизни, другой - распластался на спине у ног Ника, и, судорожно всхлипывая, пытался отползти, третий пробовал встать, опираясь на урну. Не обращая на них внимания Ник с хмурым видом, закинул руку за спину, и тихо позвал:
  - Кристи, помоги, мне не достать.
  Когда я подошла, он повернулся спиной, показывая рукоятку ножа. Я с внутренней дрожью, вцепилась в неё обеими руками и дёрнула. Безуспешно. Рукоятка едва шевельнулась, а Ник шумно выдохнул через стиснутые зубы. Вторая попытка оказалась удачнее. Нож остался у меня в руках, а вампир, подхватив одной рукой за ворот громилу, приставшего к нам первым, поднял, прислонил к стене и припал к его шее. Тот вскрикнул и забился, но почти сразу обмяк, и когда Ник отпустил его, тихо сполз по стенке и остался сидеть, изредка вздрагивая и прижимая руки к горлу. Ник подошёл ко мне, на ходу вытирая рот платком.
  - Зачем было устраивать показательное кормление? - зашипела я на него.
  - Ранение было достаточно неприятным, - он развёл руками. - Боюсь, что это было необходимо.
  Забрав нож из моих рук, он вытер его этим же платком, засунул за пояс джинсов, и повернулся к девчонкам, которые сбились в кучку:
  - Наташа, сожалею, что добавил тебе работы, но, похоже, что сегодня на вашем отделении прибавится пациентов, причём не очень симпатичных.
  - Как насчёт "абсолютной правдивости"? - поинтересовалась я, глядя на его довольное лицо. - По-моему, если ты о чём и жалеешь, так это, что мало поразмялся.
  Ник радостно ухмыльнулся в ответ:
  - Одно другому не мешает. Пойдёмте отсюда. Скоро эта троица начнёт приходить в себя. Я подчистил их воспоминания. Не надо, чтобы они нас видели.
  Он снова обнял меня и повёл, а мои подруги потащились следом. Я покосилась назад, решила, что они достаточно отстали, и тихо спросила у вампира:
  - Всё в порядке? Ну, с охотниками?
  Может это и неправильно, но я "болела" за вампира, а вовсе не за этих неизвестных мне людей. Уж очень мне не понравилось, как обошлись охотники с Ником и Дэном. Издеваться-то зачем? Не по-людски это.
  Ник ответил не сразу, его пристальный взгляд меня смутил. Может, не стоило спрашивать?
  - Охотники исчезли. Съехали. Кристи, ты рассказывала о них кому-нибудь?
  Его лицо было бесстрастно. А ведь наверняка переживает: как он их искал! Вот ведь досада!
  - Нет, никому.
  - Хорошо.
  Как теперь доказать вампиру, что никакого отношения к исчезновению охотников я не имею?
  Молчание Ника меня обескуражило. Несколько минут я ждала продолжения, поглядывая на него, потом спросила:
  - Хорошо - и всё? Ты готов поверить мне на слово?
  Ник пожал плечами:
  - Почему нет? Я же вижу, что ты говоришь правду.
  - Как? - жадно переспросила я. - Опять вампирские штучки? Как ты это видишь?
  Мои вопросы его озадачили:
  - Даже не знаю... Тут столько всего: пульс, дыхание, запах, выражение лица...
  - Универсальный детектор лжи, короче...
  Ник фыркнул. Я, поразмыслив, заметила:
  - Наверное, это справедливо: ты не можешь врать, но и чужую ложь чувствуешь.
  Он молча пожал плечами.
  Наверное мой несостоявшийся жених ранил меня своим враньём куда больше, чем я думала. Меня охватило какое-то тихое умиротворение. Я понимала, что для того, чтобы услышать от вампира правду, мне ещё надо представлять, что именно спросить, но не думала, что это может создать какие-то трудности. Было здорово сознавать, что в отношениях с Ником ложь невозможна.
  Мы проводили девочек до Светиного дома. Там они все и остались, пользуясь тем, что Лёшка уехал.
  Ник подхватил меня на руки:
  - Не возражаешь?
  - Кажется, я уже начала привыкать к такому способу передвижения, - пробормотала я, удобнее устраиваясь и обхватывая его руками за шею. - Ты зачем опять девчонок напугал?
  - Я не пугал, - мрачно возразил Ник, - они сами испугались. Я этого не хотел. Просто у меня не хватает опыта общения с людьми.
  - Редко встречаются? - попыталась сыронизировать я.
  - Мне люди неинтересны. Они предсказуемы и скучны. А вы необычные, не такие как все. Мне понравились твои друзья. Ну, может, кроме Стаси.
  Я, конечно, их очень люблю - и девчонок, и Лёшку, но ничего такого уж особенного за ними не замечала, так же, как и за собой, кстати. Люди, как люди.
  - Похоже, Ник, тебе действительно, не хватает нормального общения. Никогда не приходило в голову, что не таких, как все - большинство? Мы ведь все разные. И что ты Настю Стасей называешь? Звучит, как собачья кличка.
  - Тогда так и буду, - упрямо сказал он. - А почему тебя все называют Тиной? Как ты это терпишь?
  - А что такого? В школе, в начальных классах особенно, дразнились, а потом вроде бы ничего. Я привыкла. Меня и бабушка так зовёт иногда. Только на работе я для всех Кристи.
  Я решила не зацикливаться на именах. Может, Настю устраивает, как Ник её называет, она вроде не возражала.
  - Ник, так ты скажешь, как оказался у "Мечты"?
  - Кстати, а почему там оказались вы? - задал Ник встречный вопрос.
  - Как "почему"? - удивилась я. - Мне понравилось, и я девочек пригласила потанцевать. Музыка хорошая, площадка для танцев просторная и персонал прикольный. Интерьер только подкачал, на месте владельцев я бы сделала что-то готическое, у них бы вообще отбоя от клиентов не было, очередь стояла бы. Но может и к лучшему, что всё так, а то там не протолкнуться будет.
  - Если сделать готическое, - хмуро сказал Ник, - там начнут тусоваться готы. А они меня раздражают.
  - Ты, что ли, владелец?
  - Не совсем, - туманно ответил он.
  - Слушай, Ник, - раздражённо сказала я, - что ты ломаешься, как сдобный пряник? Можешь ты хоть на один вопрос нормально ответить?
  На его губах появилась слабая улыбка. Я начала тихо беситься:
  - Да у тебя реальные проблемы с общением! Что ты мне Джоконду изображаешь?
  Ник расхохотался. Пользуясь моментом, я сползла с его рук и пошла рядом.
  - Ты забавная, когда злишься, - наконец соизволил объяснить он.
  - И поэтому ты специально меня доводишь?
  - Ага! - согласился он с очаровательной улыбкой. - У меня чёрная полоса пошла: эмоции бледные и невкусные попадаются, шею никому свернуть нельзя, меня разоблачила жалкая кучка людишек, начальство давит, где-то рядом болтаются охотники - имею я право немного развлечься?
  - Да, - согласилась я очень серьёзно, - тяжела жизнь российского вампира. Конечно, право ты имеешь. Но почему развлекаться решил именно за мой счёт?
  Ник остановился, напряжённо вглядываясь в моё лицо, затем резко привлёк меня к себе и впился в губы безжалостным поцелуем. Его язык скользнул по моему, принеся резкий солоновато-металлический привкус, и я дёрнулась, пытаясь освободиться. Вампир меня не удерживал. Я неуклюже отстранилась и отвернулась, подавляя приступ тошноты. Губы саднило.
  - Кристи?
  - У твоих поцелуев привкус крови, - неловко объяснила я.
  Он неопределённо передёрнул плечами. Мы молча дошли до моего дома и остановились у подъезда. Почему-то я чувствовала себя виноватой.
  - Я обидела тебя?
  Он мягко улыбнулся и покачал головой. Я собралась с духом и решительно сказала:
  - Знаешь, Ник, не могу предложить тебе ничего, кроме дружбы, - он вопросительно вскинул бровь, и я продолжила: - Да ты и сам прекрасно понимаешь, что мы не подходим друг другу.
  - Ты мне прекрасно подходишь, - невозмутимо отозвался Ник.
  - Ну а ты мне - нет, - выпалила я. - Мне нужен искренний верный человек, которого я смогу полюбить, и который будет любить меня. Я хочу иметь нормальную семью и детей, жить обычной человеческой жизнью. И меня совершенно не привлекает идея стать игрушкой скучающего вампира, не интригуют глубины твоего кармана, и не волнует твой прекрасный взгляд.
  Сначала Ник слушал меня совершенно бесстрастно, потом его губы искривила обычная ироническая ухмылка.
  - Меня должно это беспокоить? - насмешливо спросил он, мягко притянул меня к себе и выдохнул в ухо жарким шёпотом: - Врушка! Волнуют тебя мои взгляды, ещё как волнуют.
  Я чувствовала, как колотится сердце. Должна была сообразить, что для вампира мои чувства очевидны! И с какой это радости я с ним обнимаюсь?
  Как только я пошевелилась, Ник разжал руки. На прощанье он поцеловал меня в щёку.
  
  Глава 11. НИК
  
  Дэн сидел в плетёном кресле в беседке, глядя в пространство невидящим взглядом и крутил в пальцах бокал с вином. Я остановился перед ним, склонив голову в знак приветствия, и он, так же безмолвно, кивнул мне на соседнее кресло. Мы редко соблюдали субординацию в наших отношениях, но сейчас, когда я пришёл с претензиями, моё поведение должно быть безупречным. Поэтому я сел и стал ждать, когда мне официально позволят открыть рот. Дэн удивлённо вскинул брови:
  - Ну?
  - Ты зачем мою девочку испугал?
  Он криво улыбнулся:
  - Что, уже нажаловалась?
  - Кристи никогда не будет жаловаться, - возразил я. - Она разговаривала в кафе со своими подругами, а Борис мне передал.
  - Не обращай внимания. Скажем, мне было любопытно посмотреть на твою человечку.
  - И что? - спросил я уже растерянно. Кажется, вопрос был исчерпан, хотя я не мог припомнить, чтобы Дэн интересовался моими человеческими контактами.
  - Уравновешена, неглупа, отважна, несколько невоздержанна на язык - впрочем, ты это и сам всё прекрасно знаешь.
  - В общем, да, - признал я после некоторой заминки, - хотя для себя я это не формулировал.
  - А что о ней скажешь ты?
  - Ничего особенного, - пожал я плечами. - С Кристи интересно и легко общаться, она естественна, не обидчива, не умничает, не кокетничает и не жеманится, ничего не требует и не боится меня. Знаешь, она даже делает мне замечания и опекает.
  - Представляю, как это раздражает.
  - Да нет, скорее приятно и забавно. На этой встрече, когда я себя так нелепо обнаружил, она сразу бросилась между нами.
  - Я заметил, что она предана своим друзьям.
  - Да, но она защищала меня от них. Дословно: "Не наезжайте на Ника. Он не опасен".
  Дэн поднял на меня ошеломлённый взгляд и вдруг расхохотался.
  - Действительно, забавно. Ей не приходило в голову, что ты как-то справлялся и без неё? Недолго, конечно, всего-то несколько столетий. Впрочем, что уж удивляться, вероятно, она совсем от тебя голову потеряла.
  - Пока нет, к сожалению. Я - всего лишь один из приятелей. Мне иногда кажется, что я получаю от неё внимания больше, чем другие, исключительно потому, что хуже приспособлен к общению с людьми. Кстати, там у парня чёрный пояс по каратэ. Нам не нужен персональный тренер?
  - Зачем?
  - Каждый раз, когда мы встречаемся с Максом, он по-братски меня лупит. И, хотя я всегда рад его видеть, мне, честно говоря, это надоело. Он старше меня и крупнее. Вот я и подумал, что неплохо бы иметь что-то в запасе.
  - Вероятно,- согласился Дэн со скукой в голосе. - А причём тут я?
  - Ну не с человеком же мне устраивать спарринг.
  - Ах, ты предпочитаешь, чтобы тебя лупил я, а не Макс!
  - Безусловно, - рассмеялся я, - получить по шее от лорда не так позорно, как от братца. Я хотел сначала заручиться твоим согласием, с человеком пока не говорил. Ещё один вопрос. Арендовать зал, или мы можем заниматься здесь?
  Дэн задумчиво смотрел на меня. Я не мог понять, о чём он размышляет, но это явно не относилось к теме разговора. Наконец, он слабо улыбнулся своим мыслям и соизволил мне ответить:
  - На твоё усмотрение. Если ты считаешь, что ему можно настолько доверять, можешь пригласить сюда. Что у нас с охотниками?
  - Ничем обрадовать не могу. Они приехали в город в позапрошлую пятницу и, очевидно, сразу направились на ролевые игры. Кроме тех четверых, которых мы видели, есть ещё один человек, который оставался в городе. В день приезда все зарегистрировались в гостинице - в твоей, между прочим, - но съехали в тот же вечер, хотя оплатили за неделю. Сняли квартиру. Я их нашёл, но ликвидировать не успел. Не знаю, случайное это совпадение или охотники заметили меня у своего дома, но они опять исчезли. Хотелось бы надеяться, что просто по-быстрому смылись, потерпев неудачу и будучи обнаруженными, но... - я развёл руками. - Ищу. Меня вот что беспокоит: если ты так уверен, что в лесу ничем не мог себя выдать, значит, у них была фотография. Кто мог дать наводку на тебя?
  - Я много кому мог насолить. А может просто у кого-то глаза завидущие, - задумчиво сказал Дэн, - мы даже не можем точно сказать, что эта фотография, если она действительно существует, современная. Это вполне может быть какое-то изображение прошлого века.
  - Тогда уж скажи прошлых веков.
  - У меня нет рисованных портретов. А сейчас даже в редакции городской газеты можно найти десятки моих фото. Этим путём мы ни к чему не придём. Ищи охотников, Ник. Это не случайный налёт, они нас в покое не оставят. Даже может быть, что их не одна команда. Если бы исполнителей посылал я, то постарался бы подстраховаться.
  - Других, пока они сами не начнут действовать, мы засечь не сможем. А с этими возможны разные варианты, - сказал я. - Гостиницы у меня под контролем, некоторые агентства тоже, но за всем съёмным жильём уследить невозможно. А ведь они могут даже по-простому остановиться в лагере ролевиков или разбить свой.
  - В том числе, - согласился Дэн. - Ты любишь варианты рассматривать, вот и развлекайся.
  - Поговори с Таней.
  Дэн насмешливо покосился на меня:
  - Неделю назад. Она говорит, что к ней никто не обращался, но если что, она соблюдает нейтралитет и никому ничего не говорит.
  - И на том спасибо, - раздражённо буркнул я. - Какая общечеловеческая солидарность! В конце концов, ей не обязательно непременно кого-то закладывать, могла бы просто сказать, что они в городе.
  - Считаешь, что без помощи человечки не справишься?
  Я возмущённо фыркнул, но всё-таки вынужден был сказать:
  - Они как в воду канули. Сейчас я не отказался бы от любой подсказки.
  Дэн усмехнулся. Я отвернулся и, рассматривая сад, задумался. Настырные парни эти охотники. Наверняка, сменив адрес, затаились где-то рядом. Снова начинать поиски с нуля, но теперь колесить по ночным дворам я буду не один, а с командой. Уже легче. Надо разбить город на квадраты и распределить их.
  Подошла Таня, не поднимая на меня глаз, поставила рядом бокал с вином и вновь скрылась в доме. Как Дэна не раздражает постоянное присутствие человечки? Он ещё и гостей принимает. Нет! Мне такого удовольствия не надо!
  В моей квартире люди не появлялись, за исключением нескольких визитов представителей коммунальных служб. Я и вампиров, кроме Макса, туда не приглашал. Часто у меня бывал только птенец. Дэн заходил посмотреть, как я устроился, обозвал мою квартиру кроличьей норой и больше не появлялся. И с Кристиной, хотя мне нравилось её общество, я собирался встречаться только на её территории.
  Я затруднялся определить, что именно в Кристи действует на меня так умиротворяющее - простые манеры, забавные демонстрации независимости, ненавязчивое внимание или неподдельный сочувственный интерес к моим проблемам.
  Скорее всего, всё вместе. Стоит встречаться с этой девушкой чаще. С ней я чувствовал себя уютно. И она неназойлива - редкое качество. Сколько я сидел у пруда, погруженный в воспоминания, а она тактично и терпеливо ждала.
  Я снова мысленно вернулся к эпизоду, который изменил мою вампирскую жизнь.
  
  ***
  Мы с Максом стали самостоятельными после смерти нашего мастера, без малого триста лет назад, и некоторое время путешествовали вместе. Городок, в котором мы остановились в тот день, как и все города, был грязным и вонючим, с узкими кривыми улочками. За тот десяток лет, что я здесь не появлялся, он совершенно не изменился. Оставив вещи на постоялом дворе, мы отправились на охоту.
  Народ бродил толпами: отмечали какой-то праздник. Я не охотился слишком долго, и сейчас чувствовал сосущую пустоту, во рту был металлический привкус, горло саднило. Солнце село несколько часов назад, а я всё кружил по улицам, и, распалённый жгучим голодом, был готов совершить какую-нибудь глупость. Наконец, когда я уже начал отчаиваться, мне повезло. Двери трактира, мимо которого я проходил, распахнулись, и оттуда вывалился какой-то парень. Задев меня плечом и не заметив этого, он развернулся к стене и стал справлять нужду. Еле дождавшись, когда он закончит, я схватил немытые волосы и, запрокинув его голову назад до хруста в позвонках, вцепился в горло. Он не мог сопротивляться без риска свернуть себе шею, только слабо отпихивал меня руками и хрипел. Я жадно глотал кровь, упиваясь болью и ужасом и стараясь не замечать резкий привкус алкоголя, и настолько увлёкся, что не обратил внимания на то, как из трактира на улицу вышло сразу несколько человек. Они-то заметили меня в тот же миг.
  - Вампир! - услышал я истошный вопль за спиной, но даже тогда не смог оторваться от своей жертвы.
  Ломая шею этому пьянчуге, я сделал ещё несколько глотков, смакуя его агонию, и только потом, швырнув безжизненное тело в подбегавших людей, бросился наутёк. К сожалению, я слишком промедлил. Дома, вплотную подступающие друг к другу, не давали возможности свернуть. Привлечённые криками моих преследователей, появлялись всё новые группы людей с дубинами, кольями, факелами, - откуда что взялось! Я, отбиваясь и уворачиваясь, промчался мимо нескольких человек, пытавшихся преградить мне дорогу, получил несколько весьма ощутимых ударов, и понял, к своему ужасу, что если следующая группа, вылетевшая мне наперерез, будет чуть больше, я могу и не прорваться. Ноги плохо слушались, кружилась голова - я был банально пьян.
  Дома на улице, по которой я бежал сейчас, были богаче, их окружали сады. Заметив отсветы факелов у ближайшего перекрёстка впереди, я из последних сил перепрыгнул через ограду и, помчался между деревьев. В этом доме мне когда-то доводилось бывать, в приглашении я не нуждался. Ставни одного окна на втором этаже были открыты, свет там не горел. Возблагодарив свою удачу, я вскарабкался по стене и укрылся внутри.
  В комнате никого не было, хотя у стены стояла расстеленная кровать. За дверями слышались приближающиеся шаги. Меня охватила паника: спрятаться было негде. Сундучки, стоявшие у стен и выполнявшие очевидно и функцию лавок, были малы для меня, даже если бы и оказались пусты, гардероб в углу заперт, а щель между полом и кроватью - слишком узка. Ещё здесь находились небольшой комод, на котором стоял канделябр на три свечи, и трюмо с низенькой скамеечкой перед ним. Я забился в самый тёмный угол и скорчился там, стараясь занять как можно меньше места, со слабой надеждой, что при тусклом свете свечи несовершенство человеческого зрения не позволит вошедшему меня заметить.
  Это оказалась девушка, точнее девочка лет четырнадцати, немного полноватая, какими часто бывают девочки в этом возрасте. Она была ещё в платье с шалью, хотя русые волосы были уже заплетены на ночь. К моему несказанному облегчению в её руках действительно была всего лишь свеча. Можно было надеяться, что в полумраке человечка меня не увидит. Она поставила свечу на сундук, а не стала зажигать свечи канделябра, чего я опасался, подошла к окну, немного постояла, вглядываясь в темноту, закрыла ставни и повернулась. К великому сожалению заметила она меня сразу. Несколько секунд девочка пристально вглядывалась, очевидно видя только бесформенную тёмную груду, потом различила человеческие очертания, тихо ахнула и, прикрыв рот рукой, шагнула назад. С ужасом ожидая, что сейчас она подымет визг на весь дом, я сказал дрожащим испуганным голосом:
  - Прошу, юная леди, не выдавайте меня, я не причиню вам вреда.
  - Кто вы такой, и что делаете в моей комнате? - требовательно спросила она, правда эффект был подпорчен тем, что её голос был таким же испуганным и дрожащим, как мой.
  Я благоразумно решил не отвечать на первую часть вопроса, рассчитывая, что буду принят за человеческого подростка (при плохом освещении меня часто принимали за юнца), и скользнул чуть ближе к свече и несколько в сторону, чтобы хозяйка комнаты заметила, что я одет, как дворянин, но глаза не выдали меня хищным отблеском. Устремив на девочку умоляющий взгляд, я начал говорить прерывающимся голосом, тщательно подбирая слова:
  - Меня зовут Николас. Несколько пьяных ремесленников сочли, что я был непозволительно груб с их приятелем. Они набросились на меня. Когда я попытался от них убежать, меня начали преследовать и другие люди. Леди, вы не представляете, как ужасна может быть толпа пьяной черни. Меня несколько раз ударили дубинками. Если они найдут меня, то забьют до смерти.
  В моём голосе звучал страх, и девочка заколебалась:
  - Но вы не можете оставаться в моей спальне.
  - Я не задержусь надолго. Сейчас они прекратят обыскивать этот квартал, я сразу уйду и не посмею больше вас потревожить. Прошу вас, добрая леди, не откажите мне в милосердии.
  - Не называйте меня так, мой отец всего лишь торговец. Здесь вы в безопасности, и можете оставаться, пока вас ищут. Но мне не подобает быть наедине с вами.
  Она взяла свечу и подошла к комоду, желая, очевидно, зажечь свечи в канделябре, чтобы не оставлять меня в темноте.
  - Не делайте этого, прошу вас, свет привлечёт излишнее внимание, а я вполне могу обойтись без него.
  Девочка кивнула и вышла. Я стал слушать, что творится вокруг. Голоса моих преследователей звучали совсем близко. Мужской голос, вероятно принадлежавший хозяину, высказывал возмущение и требовал немедленно убраться, обещая спустить собак на пьяных наглецов, вломившихся на чужой участок. Это заставило меня улыбнуться: в доме не было ни одной собаки. Выслушав историю про сбежавшего вампира, мужчина заявил:
  - Какая ерунда, вы тут толчётесь уже с четверть часа. Ваш вампир, если только он не привиделся вам с пьяных глаз, давно на другом конце города. Убирайтесь-ка живо и не мешайте порядочным людям спать.
  Он захлопнул дверь и продолжил уже совсем другим тоном:
  - Лиззи, милая, ты давно уж должна быть в постели. Ступай.
   Речь хозяина дома произвела должное впечатление на толпу. Люди начали разбредаться. Я приоткрыл ставень и выглянул. Уходить было ещё рано.
  Девочка вошла в комнату с испуганным, но решительным видом, и с порога спросила:
  - Это правда? Вы вампир? Вы сейчас убили человека?
  - Леди Элизабет, вы обещали мне безопасность, - мягко напомнил я.
  По комнате распространялся чесночный аромат, очевидно, моя спасительница решила принять меры предосторожности. Я невольно поморщился от резкого запаха.
  - Отвечайте же! - потребовала она.
  - Мне жаль, если это вас огорчает, но да.
  Она сжала губы и выставила вперёд руку с распятием, которое до этого прятала в складках шали. От её резкого движения язычок пламени свечи затрепетал. Распятие было большим, металлическим, и, вероятно, тяжёлым. Я шарахнулся в сторону с выражением ужаса на лице: мне не трудно, а девочке будет спокойнее. Не сводя с меня глаз, она осторожно поставила свечу и сурово сказала:
  - Я не желаю, чтобы последствием моего неосторожного поступка стала смерть невинных людей, а вы убиваете каждую ночь. Само ваше существование греховно и смертоносно.
  - Мои невольные кормильцы далеко не всегда погибают, - возразил я. - Частенько они не только остаются живы, но и в счастливом неведении о близком знакомстве со мной.
  - Вот как! - удивилась она. - В таком случае, можете ли вы поклясться, что никогда более не посягнёте на людскую жизнь?
  Такого я не ожидал, но, поразмыслив, решил, что требование моей спасительницы вполне выполнимо, хотя какие-то исключения оговорить надо:
  - Такую клятву я дать не могу. Мне приходится защищаться от людей, страстно желающих прервать моё земное существование. Но я клянусь вам, леди Элизабет, что никогда более я не лишу жизни невинного человека ради развлечения или пропитания.
  Девочка немного помолчала, обдумывая мои слова. Её поднятая с распятием рука ощутимо дрожала от усталости. Наконец, она промолвила:
  - Хорошо, пусть так. А сейчас, прошу вас удалиться. Ваши преследователи уже разошлись.
  Я скользнул к ней быстрее, чем она могла заметить, мягко вынул тяжёлый крест из её руки и отшвырнул его на кровать, чтобы не привлекать внимания домочадцев шумом. Её ладонь в моей руке бессильно расслабилась и покрылась ледяным потом, лицо побледнело. Склонив голову, я коснулся губами тонких пальцев и, отгоняя внезапно возникшее острое желание вонзить клыки в это дивно пахнущее запястье, нежно сказал:
  - Лиззи, ограничения, которые вы наложили на меня очень суровы, но тем не менее я не могу выразить, насколько глубока моя благодарность. Скажите, что я могу сделать для вас?
  Она осторожно отняла свою руку и ответила быстрым яростным шёпотом:
  - Я надеюсь, что вы никогда больше не попадётесь мне на глаза!
  Я пристально посмотрел на неё и, печально вздохнув, насмешливо произнёс:
  - Как пожелает леди. Прощайте, дорогая Элизабет, и попросите отца, чтобы он подарил вам серебряную цепочку. Поверьте, она защитит вас лучше, чем крест или чеснок.
  Распахнув ставни, я покинул дом тем же путём, как и вошёл в него, и вернулся на постоялый двор, не привлекая к себе излишнего внимания. Перед глазами стояло очаровательное юное личико. Почему-то было горько.
  Когда я рассказал Максу о событиях этой ночи, он расхохотался и долго не мог остановиться. Когда же способность к членораздельной речи вернулась к нему, он сказал:
  - Чего только пьяный мужчина не пообещает симпатичной мордашке! Бедняга! Конечно, не надо было давать никаких обещаний. Если не мог сосредоточиться и взять её под контроль, надо было по-простому свернуть шею. Ладно, придумаем что-нибудь. В конце концов, для тебя могу убивать я.
  - Спасибо, но полагаю, что пока в состоянии и отвечать за свои слова, и прокормиться самостоятельно, - уязвлено ответил я, вспомнил сильный острый вкус агонии моей сегодняшней жертвы, и с сожалением подумал, что больше никогда не почувствую ничего подобного.
  - Ну, как хочешь, друг мой, - отозвался Макс и снова рассмеялся.
  
  ***
  Несколько лет я считал, что данное обещание было опрометчивым, жажда убийства накатывала неожиданно, почти лишая разума и самоконтроля, но мне удавалось сдерживать эти порывы, и постепенно они становились слабее и реже. Внезапное пробуждение заснувших инстинктов встревожило и испугало меня.
  Я поднял бокал к губам и вдохнул сложный терпкий аромат, но получить от напитка удовольствие не успел.
  - Проблем во время еды больше не было?
  Как будто мысли прочёл! Дэн смотрел в сторону, голос его звучал так, будто вопрос задан лишь для поддержания разговора.
  Я почувствовал неприятный холодок, казалось, внутри что-то сжалось. Что меня дёрнуло делиться с ним своими трудностями? Через силу сделав глоток, который показался мне совершенно безвкусным, я вернул бокал на столик и, непринуждённо улыбнувшись, легко ответил:
  - Никаких. А у тебя? - и сразу подумал, что спрашивать не стоило.
  Дэн по-прежнему глядел в сторону, будто и не слышал моего вопроса.
  Бокал в его руке не дрогнул, пальцы другой руки выстукивали неторопливый ритм по подлокотнику. Пауза затянулась и стала такой неловкой, что я решил извиниться за бестактность, но в этот момент Дэн резко поставил бокал, так что немного вина выплеснулось на столешницу, и сказал без выражения:
  - А у меня были. Все четыре раза.
  Это было так неожиданно, что я сразу не понял, отметив для себя только, что Дэн кормился чаще, чем обычно. Только потом до меня стал доходить смысл его слов, но пришедшая догадка оказалась такой неприятной, что я отринул её и некоторое время пытался подыскать другое объяснение.
  Не получилось.
  Дэн, с любопытством разглядывая меня, поинтересовался:
  - Ты тоже пришёл к выводу, что это из-за того, что я убил того человека в лесу?
  - Мы убили.
  - Ты попробовал только начало агонии, - возразил он. - Именно поэтому отделался одним разом, а меня крутит.
  "Как алкоголик в завязке, хлопнувший рюмашку", - мысль выглядела так вульгарно, что я невольно поморщился. Но похоже на правду...
  - Диму надо расспросить, - сказал я, наконец. - Он несколько раз срывался. Значит, может подтвердить нашу догадку, если она правильна. Хотя я бы предпочёл, чтобы он её опроверг.
  - Пожалуй, я с ним сам поговорю. Ему будет не так неловко рассказывать, - Дэн прекратил выстукивать дробь и снова взял бокал. - Но если так, то отправлять нашего пленника на общий стол неразумно. Надо подкорректировать сознание и отпустить.
  Я вскочил:
  - Нет! Это бессмысленно и опасно! Я убью его! Необязательно для этого его выпивать.
  - В тебе говорит чувство собственника. И не даёт трезво оценить ситуацию. Этот тип не собирается больше посягать на твою человечку. Клану совершенно не нужны люди, пропавшие без вести на нашей территории. Тем более, что кто-то нами уже заинтересовался.
  Может ли быть, что чувства мешают мне принять правильное решение? Я на мгновение растерялся, но всё же решился возразить:
  - Причём здесь это? - Ты был согласен со мной, что свидетеля нужно уничтожить. Память может вернуться, если в воспоминаниях не будут сходиться концы с концами, а такой большой кусок невозможно воссоздать правдоподобно.
  - Невозможно?
  Дэн смотрел с такой иронией, что я осёкся, мысленно просчитывая разные варианты событий.
   - Если только... сделать так, чтобы у него не возникло желания искать очевидцев своих поступков или делиться проблемами. Например, он мог бы, не поделив девушку, с приятелем, убить его, а потом скрываться в лесу... - я замолк, мысленно прорабатывая детали, на ходу замечая нестыковки своей схемы и подыскивая возможности их сгладить, а потом с сожалением сказал: - Нет, это слишком сложно. Невозможно стереть столько реальных событий и одновременно ввести картинку их замещения.
  - А если я буду стирать, ты сможешь заместить? - поинтересовался Дэн.
  - Вдвоём одновременно? - так не делалось, по крайней мере, я о таком не слышал. Сразу захотелось попробовать и посмотреть, что из этого выйдет, но я всё же возразил:
  - Так ведь свихнётся?
  - Наши ли это проблемы? - философски заметил Дэн. - Может и нет. Эксперимент покажет.
  И мы пошли экспериментировать.
  
  Глава 12. КРИСТИНА
  
  Ник явился без предупреждения, и я сразу заявила ему, что никуда не пойду и вообще собираюсь спать, потому что завтра рабочий день. Он выслушал, кивнул и сообщил:
  - Я ненадолго.
  Я подозрительно посмотрела на него. Вампир просто лучился самодовольством. Пригласив его в комнату, я решила подождать, уверенная, что он сам мне скажет, в чём дело, но не удержалась:
  - Ник, ты охотников нашёл?
  - С чего ты взяла?
  - Потому что ты сиял, как никелированный чайник, - буркнула я, глядя на его помрачневшее лицо. - Знаешь, как бесит твоя манера отвечать вопросом на вопрос?
  - Найдём. Обязательно, - уверенно сказал он и замолк. Мне показалось, что он сомневается, стоит ли мне рассказывать.
  - Так что случилось-то? - поторопила я его.
  - Тот парень, который на тебя напал... мы с Дэном вчера его отпустили, - он испытующе посмотрел на меня, сверкнул клыкастой улыбкой и хвастливо пояснил: - Так скорректировать его воспоминания, как сделали мы, практически невозможно. Насколько я знаю, никто не пробовал делать это в паре. Уникальная работа!
  - Опять вампирские штучки... - пробормотала я, охваченная смешанными чувствами.
  - Ты недовольна, - констатировал Ник. - Это было решение Дэна, я считал что лучше его убить.
  Его глаза были мёртвыми и холодными, как осколки льда... и такими же бесцветными. Я с трудом сглотнула и, отведя взгляд в сторону, пробормотала:
  - Нет, всё хорошо. Мне не нравится, что этот тип разгуливает на свободе, он опасен. Но я рада, что ты не стал его палачом.
  Ник не ответил, я посмотрела на него и с облегчением перевела дух: он снова выглядел вполне по-человечески, но глядел так пристально, что я почувствовала себя не в своей тарелке. Вампир ухмыльнулся и сообщил:
  - Думаю, долго не прогуляет. Наверняка эту парочку ищут, и когда он вдруг появится, придётся отвечать на вопросы. Надеюсь, что он сознается в убийстве своего приятеля и окажется за решёткой.
  В первый момент я не поняла, потом сообразила:
  - Вот как! Вы и такое можете...
  - Мы и не такое можем... - Ник снова самодовольно ухмыльнулся, бросил взгляд на часы и встал. - Я сказал, что не задержу тебя, так что на этом и откланяюсь.
  Он действительно поклонился, красиво, как в кино, сделав разэтакое сложное движение рукой и почти танцевальное па ногами. Вроде бы это должно было выглядеть по-шутовски, но смотрелось удивительно естественно и изящно. Я подавила невольное желание сделать реверанс, полагая, что он выйдет тяжеловесным, но встала и склонила голову. Надеюсь, что это выглядело просто и величественно. Уже в дверях Ник спросил:
  - Зайду завтра?
  - Ну конечно!
  Вампир удалился, оставив меня в растрёпанных чувствах. Ведь специально пришёл, чтобы поделиться со мной новостями! Я почувствовала что-то похожее на гордость и в то же время ответственность. Всегда мне всё казалось ясным и очевидным, но Ник ставил меня в тупик. С одной стороны я с пониманием и сочувствием относилась к желанию Ника скрыть существование вампиров, а подмена попытки изнасилования убийством выглядела в моих глазах почти равноценной. С другой - все эти вампирские игры с памятью выглядели не слишком красиво. Вот уж не думала, что буду так мучиться с морально-этическими проблемами!
  В конце концов, я пришла к выводу, что вампиры выбрали наилучший вариант из возможных и почувствовала досаду из-за своей нерешительности.
  Когда Ник пришёл в следующий раз, я попыталась узнать у него подробности произошедшего, но быстро поняла бесполезность этого: он отделывался туманными фразами и полунамёками.
  Зато, когда он меня спросил, где я пропадаю ночами, я почувствовала, что сейчас смогу отыграться. Посмотрела удивлённо и спросила:
  - Не понимаю, с какой стороны это может тебя касаться?
  Ох, как он бесился, особенно когда я прямо сказала, что если он не считает нужным нормально отвечать на вопросы, то с какой стати это должна делать я. Ник, глядя куда-то в сторону, процедил:
  - У Дэна и у Бори тоже есть процент.
  Я не поняла. Тупо уставилась на него и неуверенно спросила:
  - Ты о чём?
  Ник иронически вскинул бровь и терпеливо напомнил:
  - Ты спрашивала, кому принадлежит "Мечта".
  Я спрашивала? Ну да, кажется, что-то такое было неделю назад, когда ходили в кафе.
  - Погоди, ты хочешь сказать, что бармен на самом деле вампир?
  - Что, не похож? - расхохотался Ник. Перепады его настроения просто потрясающие.
  - Я думала, все вампиры красивые, вроде Дэна и тебя. Борю красивым даже с натяжкой назвать нельзя.
  - Не понравился? - Ник смотрел на меня с насмешливым удивлением.
  - Ну что ты, - сухо возразила я, - такой обаятельный лапочка! Надо полагать, это он тебе наябедничал и про Дэна, и о нашем визите в кафе. А какой он на самом деле?
  - Да почти такой же. Потом познакомлю, если хочешь.
  - Нет, не хочу, - категорически отказалась я. - Мне и тебя с Дэном выше крыши хватает. Знаешь, с тех пор, как мы познакомилась, у меня сплошные приключения. И я смогла, наконец, оценить прелесть скучной однообразной жизни.
  - Ты жалеешь о том, что встретила меня?
  Я хотела отшутиться, у Ника самомнение и так выше облаков, но он так напряжённо ждал ответа, что я решила сказать правду:
  - Нет, не жалею. С тобой сложно, но интересно.
  Ник, ослепив меня улыбкой, привлёк к себе и начал целовать. Я решительно освободилась и напомнила ему, что роман с ним не входит в мои планы.
  - Ты изменишь своё мнение, - пообещал мне этот нахал с самоуверенным видом и напомнил, пока я не успела возмутиться. - Давай, лучше, рассказывай, где ночами пропадаешь, ты обещала.
  - Нигде я не пропадаю, - огрызнулась я, - я на хлебозаводе укладчицей работаю и работа у меня сменная, два через два. Есть у людей такая привычка питаться в дневное время. Поэтому днём бывает заказ поменьше, а ночью работаем на полную мощность, чтобы к утру все магазины обеспечить.
  Ник удивился:
  - Ты девушка неглупая. Мне кажется, это тебе не очень подходит. Да что это вообще за работа: взять слева, положить направо, - и так всю смену!
  - Ничего ты не понимаешь! - обиделась я. - Наоборот, работа самая подходящая. Много свободных дней, а если нужно, можно и сменами с кем-нибудь поменяться. И работать удобно: на моей линии должно работать два укладчика, а мы с Ликой работаем по очереди и меняемся каждый час. Конечно, приходится покрутиться, но зато половина времени свободна, и вздремнуть можно, и почитать. Я давно искала что-нибудь в таком духе. В этом году я экзамены в универ завалила, но теперь у меня будет возможность лучше подготовиться, и на следующий год - обязательно поступлю. А на такой работе и учиться удобно будет.
  - Ну, разве что так, - согласился Ник с задумчивым видом, обнимая меня. Я не стала его отпихивать и, страдальчески закатив глаза, изобразила терпеливый вид: целоваться не лезет, и ладно.
  
  ***
  Как-то раз Ник ждал меня у проходной после смены. Мы собирались в "Мечту", а Анжелика, моя напарница, живёт через дом от кафе. Я предложила её подвезти. Ник не возражал, но игнорировал Лику так, что я потом упрекнула его за неприличное поведение. Выслушал он бесстрастно, после чего равнодушно заметил:
  - Она меня не интересует.
  Возможно это и к лучшему - не вызывать интереса у вампира, но мне было неприятно. Когда он, сидя у меня в гостях, точно так же "не заметил" соседку, забежавшую перехватить стакан сахара, я не выдержала и сделала ему выговор, требуя проявления элементарной вежливости.
  - Это обычная человечка...- он раздражённо дёрнул плечом и закусил губу клыками.
  - Я тоже, - напомнила я, заворожено глядя ему в лицо.
  Внезапно он расхохотался и обвиняющим тоном заметил:
  Тебе нравится, когда я закусываю губу!
  - Ну да, - согласилась я, - абсолютно неотразим.
  Со счастливой улыбкой он притянул меня к себе и начал целовать. Каюсь, я даже не сразу заметила, что его руки скользнули под футболку, и хватилась, только когда ослабла застёжка бюстгальтера и прохладная рука легла мне на грудь. Оттолкнув Ника, я возмущённо потребовала:
  - Руки-то не распускай!
  - Значит, не настолько неотразим, - сокрушённо сказал этот нахал, и, глядя на меня скорбными честными глазами, убеждённо добавил: - Но я должен был попытаться!
  Обижаться на него было просто невозможно. С риском вывихнуть руки я попробовала застегнуть бюстгальтер, но попытка оказалось безуспешной и я, повернувшись к Нику спиной сердито потребовала:
  - Давай, застёгивай!
  Вампир безропотно подчинился, не упустив случая поцеловать мне спину. Вот паразит!
  Появлялся вампир почти каждый вечер, а если погода позволяла, то и днём. Иногда заскакивал буквально на несколько минут, иногда засиживался. А вот Света с Настей почти перестали заходить, что меня огорчало. Только раз мы всей компанией сходили в кино, и ещё однажды выбрались в кафе Ника. Света вампира по-прежнему побаивалась, хотя держалась при редких встречах с ним вполне достойно, только категорически отказалась приглашать его к себе домой. Я скучала по подруге и старалась сама заходить к ней, а она обычно перед приходом ко мне уточняла, будет ли у меня вампир и старалась с ним не пересекаться. Настя почти пропала. Я не могла понять из-за чего: то ли она действительно влюблена в Лёшку и не хочет видеть, как он счастлив с её подругой, то ли из-за Ника, к которому она относилась с плохо скрываемой брезгливостью. Сама она, впрочем, уверяла меня, что ужасно занята на работе и проводит много времени с новым ухажёром. Это было похоже на правду: нас она знакомить со своими парнями никогда не любила. Только Леша с Наташей заходили ко мне довольно часто, и получались посиделки или прогулки парочками, что придавало моим отношениям с Ником романтический вид. Мы стали завсегдатаями в кафе Ника, а иногда просто сидели у меня дома и болтали.
  Держался Ник по-разному. Иногда вёл себя вполне по-человечески: сидел, развалившись в кресле, и принимал оживлённое участие в нашей болтовне. Наташа часто задавала Нику вопросы медицинского характера. На некоторые вампир отвечал, но чаще ссылался на то, что всё это ещё плохо изучено. В свою очередь, он много расспрашивал Лёшу и про строительство, и о каратэ. После одного из таких разговоров, когда мы остались с Ником вдвоём, я пошутила:
  - Ты Лёшку так допрашиваешь, будто кадровик перед приёмом на работу.
  Неожиданно для меня Ник сказал, что рассматривает этот вопрос. Всегда предпочтительнее вести дела с человеком, который имеет представление, с кем общается. А людей, знающих о существовании вампиров, вообще мало, поэтому использовать их надо максимально. Я скептически спросила, как Ник собирается использовать меня с девчонками. Он, блеснув глазами, загадочно улыбнулся и насмешливо протянул:
  - Возможны варианты...
  От его взгляда меня бросило в краску, и продолжать тему я не рискнула.
  Но чаще вампир слушал наши разговоры в сосредоточенном молчании, забиваясь в угол и сидя совершенно неподвижно. Обычно он при этом подтягивал ноги и обхватывал их руками, склонял голову, и только глаза иногда блестели из-под приопущенных ресниц. Стоило мне сесть, Ник пристраивался рядом, обнимая меня. Сначала я ещё попробовала взбунтоваться, потребовала, чтобы он держал руки при себе. Но вампир убедил меня, что ему просто необходим физический контакт. Я решила, что не такая уж это и жертва с моей стороны: было удивительно уютно и спокойно в его объятиях, хотя говорить об этом ему я не собиралась ни под каким видом. Парень, как парень, - есть кое-какие экзотические особенности, и что из этого? Иногда только я задумывалась, чем могут закончиться такие непонятные отношения. Больше всего меня беспокоило, что меня тянуло к Нику - никогда раньше меня никто так не притягивал. Да и разговаривать с ним тоже было интересно. Иногда Ник казался таким потерянным, что вызывал невольную жалость, а иногда смотрел с таким холодным любопытством, что я чувствовала себя как бактерия под микроскопом. Меня беспокоило то, что я не понимала Ника, но я, мучаясь от любопытства, старалась не задавать ему лишних вопросов, толком даже не понимая, что меня от этого удерживает. Но и так крупицы информации о вампирах постепенно накапливались, создавая общую картину.
  Однажды, я сообщила Нику, что Наташа с женихом собираются назавтра зайти и спросила, придёт ли он.
  - Могу, - согласился вампир, - но тогда сейчас надо на охоту. Мне рядом с Наташей сложно, уж очень она пахнет аппетитно.
  Меня это задело, даже не знаю, почему. Я знала, что у Наташки группа редкая, она даже была постоянным донором, но мне как-то в голову не приходило, что для Ника это может быть важным, обостряя гастрономический интерес.
  - Ты любитель четвёртой отрицательной? Спроси Натку, может она тебя угостит, - раздражённо сказала я.
  Ник еле заметно улыбнулся и покачал головой:
  - Нет, не стоит. Лучше схожу на охоту.
  - А как ты охотишься?
  - По-разному. Иногда и искать никого не надо. Я у самой промзоны живу, район нехороший. Частенько всякое хулиганьё пристаёт ко мне, такому одинокому и беззащитному...
  Он ехидно оскалился, выпустив клыки на всю длину.
  - У, какой ты саблезубый, - заметила я. Выглядело жутковато. Вот чего мне абсолютно не хотелось, это угощать Ника ещё раз, настолько неприятные воспоминания остались у меня о его первом укусе.
  - Ну, или вылавливаю одиноких прохожих, или пассажира в такси, или в кафе девочек снимаю, - Ник говорил непринуждённо, но взгляд его был цепким и внимательным, и я постаралась не показать, как мне неприятно слышать про девочек в кафе. Он не стал засиживаться и ушёл довольно быстро.
  На следующий день я попыталась изобразить романтическую обстановку: включила сентиментальную музыку и зажгла свечи. Ник устроился в кресле боком, опираясь рукой на спинку и перекинув ногу через подлокотник. Он с задумчивым видом смотрел на пляшущие язычки пламени, а я, поглядывая на него, только удивлялась, насколько естественно и изящно выглядит он в позе, которая у любого человека показалась бы вульгарной.
  Лёша с Наташей опять обсуждали какие-то свадебные заморочки. Бросив взгляд на вампира, Лёшка запнулся и вдруг спросил:
  - Ник, почему у тебя глаза светятся зелёным светом?
  - А каким надо? - лениво поинтересовался тот.
  - В литературе упоминается, что у вас глаза красные.
  - В литературе упоминается много всякой ерунды. К людям просачиваются крохи реальной информации, в основном, так... разные слухи. Впрочем, может в этом что-то есть. У Дэна глаза светятся красно-оранжевым.
  - А от чего это зависит? - загорелась Наташа.
  - Откуда мне знать? - удивился Ник. - По-моему, это связано с цветом радужки. Насколько я знаю у голубоглазых кошек, например у сиамцев, тоже глаза светятся красным, а у остальных - зелёным.
  - Ник, если уж пошла речь о вампирах в литературе, почему в западноевропейском творчестве вампиры все такие из себя утончённые и изысканные, а у славян - страшные тупые вурдалаки. В чём тут дело?
  - А, ерунда! - махнул рукой Ник. - У нас вообще больше аристократов, естественно, они и птенцов выбирают подобных себе. А в России лет двести с небольшим назад один умник развлечения ради обратил деревенского пьянчужку. Представьте себе алкаша, который клянчит мелочь у магазина. Как вы думаете, какой вампир из него получится? И кого он будет обращать? Ну, вот вам и вурдалаки, от них и шум, и неприятности. Впрочем, их полностью истребили ещё в прошлом веке, их и было-то немного.
  Он помолчал, колеблясь, а затем вдруг спросил:
  - Лёша, а что вы так носитесь с этой свадьбой? Столько разговоров, всё распланировано до мелочей. Мне кажется, уже даже я знаю, какие заказаны машины, где будет проходить прогулка, и сколько блюд в меню. Насколько я понимаю, регистрация брака имеет чисто юридическое значение. Что в этом такого?
  Лёшка от удивления сначала даже дара речи лишился, я думала, придя в себя, он разразится речью, но его ответ был лаконичен:
  - Мы любим друг друга и создание семьи для нас праздник. На него приглашаются родные и друзья, чтобы они порадовались за нас и повеселились вместе с нами. Ну а насчёт того, как проводить, существуют определённые ритуалы. Вот мы с Наташкой и крутимся сейчас: хочется, чтобы было не хуже, чем у других, а для этого надо всё организовать нормально.
  Я сразу вспомнила историю, которую Ник рассказывал на моём дне рождения:
   - Ник, а разве у вампиров не бывает семей?
  Он неохотно ответил:
  - Ну, есть что-то вроде. Члены клана, которые любят друг друга, могут жить вместе, но они просто съезжаются без всяких мероприятий. Не принято вмешиваться в чужую личную жизнь. Иногда одним гнездом с ними живут и их птенцы.
  - Не понимаю я этого, - сказала Наташа. - Ещё на скуку жалуетесь! Надо иногда устраивать себе праздники. Есть повод - хорошо, но и без повода можно.
  Ник безразлично пожал плечами, но почти сразу его лицо осветилось улыбкой, и он повернулся ко мне:
  - Елена на днях где-то видела тебя в "рябинках" и выразила мне свои восторги. Ей очень нравится этот комплект и приятно видеть, что его носят.
  Я ответила растерянной улыбкой. Надевала я комплект часто, поэтому сообразить, где меня могли видеть, не смогла. Было жутковато знать, что где-то меня разглядывала вампирша, пусть даже дружелюбно настроенная. Пока я думала, что сказать по этому поводу, подал голос Лёша, возвращаясь к прежней теме:
  - А вообще какие-нибудь ритуалы у вас есть?
  Ник долго молчал, потом буркнул:
  - Есть кое-что, но веселья там мало.
  - Например? - не отставал Лёшка.
  - Ну, чтобы узаконить нового лорда, нужно его официальное признание членами Совета, - вяло ответил Ник, - но это без особых церемоний. Единственный ритуал - погребальный.
  Мне кажется, что не только я, но и Лёшка с Наткой были поражены. Я озвучила общее недоумение:
  - Разве вампиры могут умереть?
  - Бывает, - равнодушно ответил Ник. - Теряется интерес к жизни вообще, и к еде в частности. Вампир забивается куда-нибудь и впадает в оцепенение. Иногда это состояние проходит само по себе, или из-за какого-то внешнего толчка, но редко. Обычно мы через некоторое время или сжигаем высохшее тело, или погребаем, отделив голову и пробив сердце. Принято, чтобы это делали те, кто испытывал к умершему какие-то чувства, не важно, любил или ненавидел его.
  - И сколько живут вампиры? - спросила Наташка растерянно.
  Ник пожал плечами:
  - Трудно определить. Старейшему, о котором я знаю полтора тысячелетия, если не два, но бывает, что высыхают и совсем молодые, лет двухсот, а то и меньше. Дело индивидуальное. Давайте о чём-нибудь другом, а?
   Хотя Ник больше не отказывался отвечать на какие-то вопросы, на вампирские темы он говорил неохотно, а вот просто рассказывать исторические байки мог часами. Как-то Светик прочитала закрученный роман о любви неотразимого капитана к несчастной девице на фоне Карибского моря, абордажей, хитроумных интриг и великолепных дуэлей. Когда она мне о нём начала рассказывать, Ник расхохотался, и объявил, что этого не могло быть, потому что быть не могло никогда.
  - У пиратов всё было совсем не так, - сказал он и начал рассказывать о пиратах. Рассказывал он долго и так, что мы слушали с открытыми ртами. В одной из пауз в его рассказе я неосторожно заметила, что он говорит так, будто сам плавал на пиратском корабле.
  - Совсем недолго. Мне это не понравилось, - ответил Ник, внезапно помрачнев, и резко сменил тему.
  Память у него была если и не абсолютная, то вполне близка к этому. Скоро я заметила, что он очень подробно и красочно может рассказывать о событиях, свидетелем которых являлся, но о своём участии в этих событиях упоминать не любит. Когда я спросила его, почему так, он ответил, что это не интересно. Светик мне потом достаточно ехидно высказала предположение, что либо Ник реально ничего не делал, а тупо наблюдал, либо творил какие-то гадости, о которых и сказать стыдно. Честно говоря, я сначала тоже так думала, но потом поняла, что за столетия уж наберётся несколько эпизодов, о которых можно рассказать, просто Ник патологически не любит говорить о себе.
  Я всё-таки решилась спросить, откуда он родом, и очень удивилась, когда услышала, что он родился в Англии. Совсем он был не похож на англичанина, скорее уж на испанца, или француза.
  - Я был четвёртым ребёнком в семье, - неохотно объяснил Ник, - считалось вполне достаточным, если на отца похожи двое старших. Детализировать он не захотел, и я не стала его расспрашивать, раз уж ему это так не нравится, тем более, что семейка, похоже, была не подарок.
  - А почему ты оказался в России? - поинтересовалась я.
  - Одиночкой быть сложно, а иногда и опасно, - ответил Ник задумчиво, - клан предоставляет защиту и помощь. Мне нравятся взаимоотношения в клане Дэна, поэтому, когда я решил осесть, обратился именно к нему.
  
  
  
  ***
  Неожиданно представилась возможность отправить моих стариков в санаторий. Нужно было срочно собирать необходимые документы, но бабушка категорически отказалась уезжать с дачи, пока не выкопана картошка. Она была права: на огород без присмотра охотники найдутся. Я обратилась к ребятам с просьбой о помощи, и мы решили выбраться на дачу всей толпой. Опыт предыдущих лет показывал, что для перевозки вещей нужно будет сделать, по крайней мере, три поездки. Хотелось управиться за выходные.
  Ник, когда я сообщила ему о наших планах, неопределённо сказал, что может тоже выберется. Я не настаивала: погода ожидалась солнечная.
  На дачу мы приехали утром. Оказалось, что бабушка с дедушкой накануне почти всё собрали сами и уже выставили на веранду. Она вся была завалена свёртками и пакетами, в дальнем углу стояли ряды разных заготовок в банках. Кто таскал, знает, удовольствие ниже среднего: и тяжело, и хрупко.
  Девочки увидели такое не впервой, а Лёша был в шоке:
  - В машину столько барахла не поместится!
  - Конечно. Говорили же тебе, что несколько раз придётся ездить! - огрызнулась я. - Но машину загружать потом будем. Сейчас - битва за урожай.
  И мы пошли копать картошку. Когда много рук дружно работают, дело движется быстро. К обеду всё было закончено. Мы устроили большой костёр в ознаменование этого великого события, напекли картошки, потом перетащили мангал поближе кострищу, и лопатой перегрузили угли. Все перемазались, как черти, нахохотались от души и шашлыка наелись до отвала. Было здорово!
  Насте вечером на работу, и после обеда она укатила вместе с моими стариками, даже пообещала, что поможет им разгрузить машину, ещё успевает. Жених с невестой сбежали погулять в лес, мы со Светой остались вдвоём, взяли кувшин с морсом и устроились на веранде. Она вздохнула:
  - Наверное, всем вместе в этом году будет уже никуда не выбраться. Жаль, что Настя уехала.
  - Если Ник приедет, наоборот к лучшему: не любят они друг друга.
  - Твоя рептилия появится?
  - Почему рептилия? - обиделась я.
  - Совсем как змея: изящный, холодный, красивый, опасный. Рептилия и есть! Его скользящие движения просто завораживают. И смотреть на него неприятно, и глаз не отвести. Когда забивается в угол и застывает, глядя, как мы болтаем, становится так не по себе, что язык к нёбу прилипает. А как он тебя обнимает, вообще видеть не могу! Скользнёт, прижмётся всем телом и замирает, как довольный удав.
  - У Ника температура падает, только когда голоден, - возразила я.
  - Не суть! Что ты в нём вообще нашла? Легкомысленный бездельник, ему бы только развлекаться! Я и людей таких не люблю. Видела я его как-то в "Мечте"...
  - В "Мечте" он пасётся, - сухо объяснила я, прервав подругу. - У него там репутация Казановы местного масштаба.
  - Облико моралес... - пробормотала Света.
  Я не дала ей возможности развить эту мысль.
  - В "Мечту" ходила с Вовчиком?
  Света захлопала глазами, не понимая, о чём речь, потом махнула рукой:
  - С Денисом. Вовчик - пройденный этап.
  - Опять?
  - Что я могу сделать, если они не такие? - возразила мне подруга. - Хочется, чтобы парня интересовало что-то кроме его собственной прекрасной персоны. Не то что сияющие цели и высокие идеалы, но... - она вздохнула, - всё-таки то. Хочется, чтобы он думал не только о себе, любимом.
   Я фыркнула:
  - А ещё на Ника наезжаешь! Он на клан вкалывает. Не знаю как и что, но времени на это уходит много. Да и кроме этого работает: в такси, да и в кафе иногда. Не беден, мог бы и не париться. Трудоголик. Много ты знаешь мужиков, которые будут судомойку подменять? Мне его жалко, какой-то он неприкаянный. Вампиры не слишком любят общество друг друга. Ему же поговорить реально не с кем! Вот он с нами и встречается, чтобы развлечься.
  - Вот ведь зараза! - возмутилась Света. - А мне казалось, что нормально к нам относится...
  - Нормально, - неуверенно сказала я, - но ведь он и говорит, что мы не такие как все.
  - Мало ли что говорит! - фыркнула Света. - Не нравится мне, что ты на него смотришь, как на шоколадку. Я за тебя беспокоюсь.
  - И напрасно. Я прекрасно понимаю, что вампир человеку не пара, и голову от него не потеряю. Но с Ником уютно. Он умеет быть внимательным к мелочам, готов выполнять мои капризы. Мне нравится, когда меня носят на руках. Его это развлекает? Да ради бога! Меня тоже. И целуется он классно. Правда напрягает, что он и не скрывает, что собирается меня соблазнить
  - Пишут, что вампиры великолепные любовники. Не хочешь убедиться?- фыркнула Света, всмотрелась в моё лицо и испуганно добавила упавшим голосом: - Да ты что, я же пошутила! Вот уж и вправду, любовь зла...
  - Я в него не влюблена, и спать с ним не собираюсь! - огрызнулась я.
  - Ну да, - кивнула Светка с расстроенным видом, - ты в него не влюблена. Ты его любишь. Это ещё хуже. Твой кровосос наиграется тобой и отправится развлекаться с кем-нибудь другим. А дальше что?
  - Ну, что ты, в самом-то деле! Откуда я знаю, что дальше? - вскинулась я. - Напридумывала! И вообще, хватит толочь воду в ступе. Передохнули, и ладно. Давай переворачивать картошку, чтобы скорей просохла. Нам ещё её в ящики пересыпать.
  Оказалось, что надо ещё переделать кучу разных мелочей. Хорошо хоть, что Лёшка с Наташей быстро вернулись. Мы справились со всеми делами и изрядно устали. Уже смеркалось, когда мы заканчивали расфасовывать картошку по ящикам. А ведь ещё в подвал перетаскивать! Да и завтра не разгуляешься: до города своим ходом добираться, да придётся ещё два, а то и три раза приезжать по нашей кошмарной дороге за вещами.
   За обсуждением этих мрачных перспектив никто не обратил внимания на шум машины, и появление Ника оказалось неожиданным. Он просто возник у поворота дорожки и просиял клыкастой улыбкой:
  - Привет! Барахло я отвезу.
  - Много в твою пижонскую тачку поместится! - поддела я.
  - Я на другой машине, - возразил Ник.
  Я, обогнув кусты, вышла с участка. На обочине дороги стоял потрёпанный микроавтобус. Ник последовал за мной с преувеличенно скромным видом.
  Я подозрительно посмотрела на него. Он пробормотал:
  - Могла бы сказать, что я незаменим.
  - Перебьёшься,- изрекла я сурово, - а то лопнешь от самодовольства. Представляешь, какая нелепая смерть? Войдёшь в вампирские легенды.
  - Почему ты постоянно ко мне придираешься? - с досадой спросил Ник.
  - Характер такой, - пояснила я и улыбнулась. - Спасибо, Ник. Я рада, что ты приехал.
  - Здорово, - Лёша вышел за нами. - Девчонки! Можно всё увезти за один раз. Если хотите, можно на завтрашний день остаться.
  - Сейчас могу помочь с загрузкой, - сказал Ник, а разгружать завтра будете сами: я под солнцем бегать не собираюсь.
   Все воодушевились, только Наташа практично заметила:
  - На обед ничего нет, мы рассчитывали, что обедать будем в городе, продуктов не взяли.
   Ник ткнул пальцем в картошку и поинтересовался:
  - А это, по-вашему, что?
  - Одной картошкой сыт не будешь, - скорбным тоном заметила она.
  - Ой, да ладно тебе, - возразила я, - вполне сойдёт!
  Света кивнула:
  - Если с лучком пожарить...
  Лёшка воззрился на вампира и вдруг с надеждой в голосе предложил:
  - Ник, а может, ты нам зайчика на обед поймаешь, а?
  - Я тебе что, борзая? - вскинулся тот.
  - Не заводись, Ник, - встряла я, - идея неплохая. Или существуют какие-то морально-этические нормы, не позволяющие тебе охотиться на животных?
  Он обиженно поджал губы, молча составил пирамиду из четырёх ящиков, поднял и вопросительно посмотрел на меня.
  - Больше не поднять? - саркастически поинтересовался Лёша.
  - Можно, но неудобно в двери проходить, - миролюбиво ответил вампир.
  Я пошла вперёд, показывая куда нести. Как только мы зашли в дом и скрылись с глаз моей компании, Ник поставил ящики и привлёк меня к себе. Его губы были нежными и горячими.
  - Я скучал без тебя, - прошептал он мне на ухо.
  Я отстранилась, заглянула ему в лицо и насмешливо сказала:
  - Эй, ты не забыл, мы виделись только вчера!
  - Неужели? - он смущённо улыбнулся и, пожав плечами, снова подхватил картошку.
  Я почувствовала лёгкую досаду от того, что он так легко сдался, и даже испугалась. Неужели Светик права, и я действительно люблю Ника? Или это просто физическое влечение? Как понять?
  Когда мы снова подошли к ребятам, вся картошка была штабелирована по четыре ящика. Ник быстро перетащил всё в подвал и протянул мне ключи:
  - Только не оставляйте открытой, мало ли что.
  - Погоди, Ник, а ты куда? - растерянно спросила я.
  - Ну, вам ведь нужна зайчатина! - ответил он раздражённо, прошёл мимо своей машины и направился к лесу.
  Смеркалось. Небо заволокло тучами. Надо срочно загружать машину пока окончательно не стемнело. Я показала Лёшке большой палец, а вслух сказала:
  - Ребята, быстренько грузимся!
   Мы всё перетаскали, аккуратно переложив стеклянные банки тряпьём и газетами. Вовремя закончили: начал накрапывать дождь. Ник вернулся часа через полтора, когда мы уже умылись и поужинали, а на улице совсем стемнело. Он швырнул тушку крупного русака на пол к печке и повернулся к нам:
  - Я могу привести себя в порядок?
  Лёшка присвистнул и спросил:
  - Ты его преследовал ползком?
  - Не придирайся, - радостно ухмыльнулся Ник, откидывая назад слипшиеся волосы и размазав грязь по лицу ещё больше, - я всего лишь упал пару раз. И спасибо. Это была прекрасная идея. Давно не получал такого удовольствия!
  - Иди-ка умываться, охотник, - скомандовала я. - Потом поднимайся на второй этаж, я пока поищу, во что тебя переодеть. Футболку можешь выкидывать сразу, эту рвань уже не спасти. Лёш, полей ему из кувшина.
  Я пошла наверх и принялась рыться в шкафу. Мы с Ником почти одного роста, что-нибудь да подойдёт. Мои джинсы сидеть на нём не будут, а вот спортивные штаны - самое то, что надо. Я немного поколебалась - было сильное искушение предложить ему розовый спорткостюм, но решила не издеваться над беднягой, достала обычные тёмно-синие треники и бросила их на кровать. А вот футболки как назло попадались все явно девчачьи.
  За спиной тихо стукнула дверь. Я обернулась, чуть не налетев на обнажённого до пояса Ника, который уже стоял почти вплотную ко мне. От неожиданности перехватило дыхание. Я ведь уже видела вампира без футболки, но тогда он на меня не произвёл такого ошеломляющего впечатления. Худое тело было поджарым, а вовсе не хрупким, мышцы чётко очерчены, очень чистая бледная кожа казалась прохладной и нежной, так и маня коснуться, провести ладонью... Капля воды стекла с мокрых волос на плечо и медленно покатилась по груди, по животу. Я не могла отвести глаз. Ник взял меня за руку и вытер воду моими пальцами.
  Он был теплее меня. Я, очнувшись от наваждения, выдернула руку и возмущённо зашипела:
  - Что ты делаешь?
  - Ты ведь сама так хотела? - удивился он.
  - Я вовсе не рвусь немедленно осуществлять все свои фантазии, - буркнула я.
  - Ну и зря, - улыбнулся Ник. - Иногда это бывает прекрасно.
  Притянув меня к себе за плечи, он начал покрывать моё лицо быстрыми лёгкими поцелуями. Ноги подгибались. Собрав жалкие остатки самообладания, я упёрлась ладонями в тёплую грудь и отпихнула вампира.
  - Хватит! Переодевайся.
  Ник послушно снял грязные джинсы и отшвырнул их в угол. Белья на нём не было. Я старалась не опускать взгляд, чувствуя, как загорелось лицо.
  - Ты специально стараешься меня шокировать?
  - Я не стыжусь своего тела и не думал, что ты настолько стеснительна, - ответил он, поворачиваясь ко мне хм... спиной и встряхивая спортивные штаны. - Нравится?
  - Тебе остро нужны комплименты? - я постаралась сделать тон ехидным, оторвала наконец взгляд от его задницы и снова зарылась в кучу футболок.
  - Устроит простое "да", - сказал Ник у меня над ухом, я почувствовала его дыхание на шее и замерла, но он уже забрал у меня из рук чёрную футболку и отошёл.
  На футболке было нарисовано красное сердце в окружении розовых цветочков. "Как я могла носить такой кошмар?" - удивилась я и сообщила Нику:
  - Ты в этом будешь неотразим.
  Он посмотрел с сомнением, но натянул футболку и решительно сказал:
  - Ладно, слабонервные могут отвернуться.
  Мы спустились вниз. Света сидела в кресле, подобрав ноги под себя, и листала книгу. Наташа разделывала тушку, Лёша разжигал камин.
  - Наташ, - спросила я, - тебе помочь, или не мешать?
  - Справлюсь, - улыбнулась она.
  Ник плюхнулся на диванчик так, что обиженно загудели пружины, и стал смотреть на разгорающееся пламя. На его губах блуждала счастливая улыбка.
  - Надо будет как-нибудь Дэна вытащить зайцев погонять, - сказал он мечтательно.
  - Расскажи, как охотился, - попросила я.
  - Что тут рассказывать! Нашёл по сердцебиению, погнал. Скорость у меня больше, но и инерция тоже, а он вёрткий. Земля мокрая, скользко. Хорошо побегали! - Ник снова заулыбался. - По идее, я должен Дэна обставить, он намного тяжелей меня.
  Света подняла взгляд на него, и вдруг рассмеялась:
  - Ник, в этой футболке ты неотразим.
  - Знаю, - очень серьёзно ответил он, - мне Кристи это уже сообщила, и даже такими же словами.
  - Смотри, я так перестану тебя бояться, - усмехнулась Светик.
  - А чего меня бояться? - удивился Ник, и вкрадчиво добавил: - Ты же видишь, я совсем ручной.
  Мне вдруг стало страшно. Разумом я, конечно, всегда понимала, что Ник может быть опасен, но сейчас почувствовала это особенно остро. Как будто держу тигра на поводке. Вроде бы и управляю. Пока тигр позволяет.
  Света побледнела и замерла, не сводя глаз с вампира. Зато глаза Ника довольно блестели. Выпущенные клыки торчали из-под губы. Я подошла и пихнула его в плечо:
  - Ты это специально делаешь. Прекрати.
  Он привлёк меня к себе, усадил рядом, обхватил руками и замер, уткнувшись лицом мне в плечо.
  - Нельзя же быть такой вреднющей заразой! - сказала Света с досадой, шумно захлопнула книгу и перешла на кухонную половину, ближе к Наташе.
  - Прекрати терроризировать мою сестру, - тихо сказал подошедший Лёшка.
  Ник повернулся к нему и так же тихо ответил:
  - Да брось! Ей нравится меня бояться - вот как люди ходят на ужастики, чтобы пощекотать нервы. Придаёт некоторую остроту жизни.
  - Не думаю, что ей по вкусу такая приправа, - заметила я.
  - Ладно, ещё обсудим, - буркнул Лёша. - Я что хотел сказать: у нас свадьба через две недели. Ник, мы с Наташей тебя приглашаем.
  Ник выглядел растерянным. Он зачем-то оглянулся на меня, потом снова повернулся к Лёше:
  - Спасибо, в кафе я приду, а на регистрацию - смотря, какая будет погода.
  Наташа подошла к нам, вытирая руки полотенцем. Лёша чмокнул её в макушку и обнял. Ник не сводил с них глаз. Мне показалось, что он колеблется.
  - Наташа, будешь работать в эксклюзивной медицинской лаборатории? - внезапно спросил он. - Мы хотим, наконец, изучить себя.
  - Но я всего лишь медсестра, - неуверенно сказала Наташа. - Погоди, ты хочешь сказать, что этим никто не занимался?
  - Инквизиция разве что, - ответил Ник, резко помрачнев. - Но до их материалов никто из наших не добрался и неизвестно, сохранилось ли что-нибудь. Не думаю, что там может быть что-то действительно интересное. Не та эпоха.
  - А почему никто из вампиров не интересовался этим раньше? - удивлённо спросила Света, подбираясь к нам.
  Ник замялся, потом неохотно ответил:
  - У нас психика не такая гибкая, как человеческая. Вы быстро меняетесь. Ещё пару столетий назад люди не проводили столько разных исследований. Мы не болеем - зачем нам было интересоваться медициной? Накопилось много проблем, требующих решения. Неизвестно, отчего умирают вампиры, иногда совсем молодые. Необходимо разобраться с обращением. Это основное, но есть кое-что и по мелочи.
  - А что не так с обращением? - спросила я.
  - Раньше попытки обращения часто были неудачны, большая смертность считалась нормальной. Когда поняли, что кровь вампира должна попасть в кровеносную систему человека, а не в пищеварительный тракт, ситуация резко изменилась. Но некоторые люди всё равно умирают, и мы хотим понять почему.
  Наташа разочарованно сказала:
  - Для такой работы нужны специальные знания. Я не справлюсь.
  - Разумеется, мы готовы оплатить учёбу в институте, - кивнул Ник. - Скоро начинаются занятия, не хотелось бы терять лишний год. Я не прошу ответа сейчас, у вас будет возможность отказаться. Ну, скажем, полгода на размышления и принятие окончательного решения. А пока будем считать, что это просто беспроцентный кредит.
  Мне предложение Ника не понравилось. Сначала показалось, что всё это он только сейчас придумал, но "мы готовы" наводило на сомнения и размышления. Может ли здесь быть какой-то подвох?
  Наташа вопросительно смотрела на жениха.
  - С учёбой не вопрос, - сказал Лёшка. - В этом году мы с тобой ещё не потянем, а в следующем - пойдёшь учиться при любом раскладе. Смотри сама, хотела бы ты заниматься такой работой?
  Она просияла и снова обернулась к вампиру:
  - Фантастически интересно. Ник, а с кем работать?
  - Пока у нас только один врач. Возможно, подберёте кого-то ещё.
  - А этот врач - вампир или человек? - спросила Наташа. - Я ведь вампиров не знаю, кроме тебя. Вдруг не смогу сработаться?
  - Вампир, естественно, - хмыкнул Ник с непонятно-ироничной улыбкой. - Пообщаетесь ещё, не горит. Надо срочно заняться оформлением документов на поступление и уточнить, какая сумма нужна сейчас, - он перевёл взгляд на Лешку. - Лёша, и к тебе дело. Мы с другом готовы оплачивать занятия карате по двойному тарифу, предоставить машину для доставки и помещение. Но научиться нам надо быстро.
  - Быстро хорошо не бывает, - заметил растерянный Лёшка.
  - Мы хорошо владеем телом, у нас прекрасная моторная память, следовательно, в многократных повторениях мы не нуждаемся, - самодовольно заявил Ник. - Время занятий ограничивается только твоей выносливостью.
  Лёшка думал недолго:
  - У меня послезавтра занятие группы в семь часов. Приходи, посмотрим друг на друга, а потом решим.
  Света молча повертела пальцем у виска и отвернулась.
  Мы засиделись у камина далеко за полночь. Ник привёз бутылку вина, как раз получилось по бокалу для настроения. Я не знаток, но это вино мне нравилось, в магазинах я такого не видела, только в "Мечте". Ник неопределённо сказал, что это из одного небольшого хозяйства в Испании, в Россию его не экспортируют. Меня это заинтриговало, и я спросила, кому это хозяйство принадлежит.
  - Не будь занудой, - с досадой отмахнулся вампир, и отправился разорять мою книжную полку.
  - Ник, - спросила вдруг Света, - О вампирах что-нибудь читаешь? Как оно?
  - Нет, - отозвался он, удивлённо вскинув бровь. - Насколько я слышал, вы с Кристи тоже не очень жалуете книги иностранных авторов, в которых действие происходит в России.
  - Конечно, неточности и явная ерунда раздражают и отвлекают от сюжета.
  - Именно, - ухмыльнулся Ник.
  - Где уж Нику читать про вампиров! Он и так раздражительный, вероятно это возрастное, - подколола я.
  - Ник, сколько тебе? - вдруг заинтересовался Лёшка.
  - Двадцать шесть.
  - Ломаешься, как молодящаяся барышня! - возмутился Лёшка. - Родился ты когда?
  Ник замялся, и я сочла нужным вмешаться:
  - Отстань! Не видишь, Ник не хочет говорить на эту тему?!
  Когда народ стал разбредаться по койкам, я подошла к вампиру и спросила, как его лучше устроить.
  - Сам устроюсь, - улыбнулся он. - Подвал с картошкой мне прекрасно подходит. Только кресло туда перетащу.
  - Ты что, вообще спать не будешь?
  - Сейчас не хочу, а днём уезжать. Если засну, меня будет не разбудить.
  - А ничего, что ты днём не спишь? Не устаёшь?
  - Всё нормально, - отмахнулся он, - ближе к полудню у меня реакция хуже, а без сна могу дней пять продержаться без проблем, потом, конечно, отключусь.
  - Всё у вас не как у людей, - посетовала я. - А что за секретность с возрастом?
  - Не подумаешь, что я для тебя слишком стар? - выдохнул он мне в ухо, обняв за плечи.
  - Для своих трёхсот ты прекрасно выглядишь, - небрежно сказала я.
  - Мне нет трёхсот, - быстро возразил Ник. И сразу требовательно спросил: - А как ты узнала?
  - Прикинула эпоху по рассказу о пиратах, - призналась я, - ведь тогда ты был человеком?
  Ник снова обнял меня и ничего не ответил.
  Я потёрлась щекой о его щёку:
  - А так незаметно. Выглядишь... обычно, и речь современная, никаких архаизмов.
  - И что? - не понял он. - За кого ты меня держишь? Я говорю так, как окружающие. Я же и в такси болтаю с пассажирами, и в кафе тусуюсь, вращаюсь в молодёжной среде, и романчики почитываю, видишь? - он взял несколько детективов и ткнул пальцем в полку с любовными романами:
  - А эту лабуду кто читает?
  - Что б ты понимал в колбасных обрезках! - возмутилась я.
  Он хмыкнул, вскинув бровь, и пробормотал:
   - Поражаюсь.
  Я проводила вампира взглядом и пошла спать. Сон не шёл. Я не могла не думать о Нике, и снова пыталась понять, что может получиться из наших отношений. Напрашивался весьма печальный вывод, что ничего хорошего. Может я его ещё и не люблю, но похоже, что не на шутку увлечена этим нахалом. Удивительно: я всегда полагала, что, если уж я полюблю снова, то объектом будет кладезь добродетелей, вроде Лёшки. По нему в разной степени в то или иное время сохли почти все девчонки в нашей школе, а вот я в Лёшку не влюблялась, даже не увлекалась им никогда. Могла бы и раньше сообразить, что, очевидно, у меня плохой вкус. Хотя бы женишка вспомнить! Я позволила себе помечтать, как было бы здорово, если бы мой вампир тоже меня полюбил. Моя скудная фантазия не шла дальше коленопреклонённого Ника у моих ног. Я с улыбкой вспомнила футболочку вампира Бори "Только вампир может любить вечно", и вдруг как-то сразу поняла, что все мои мечтания - эгоистичный бред, потому что я-то сама по причине своей человеческой сущности на роль объекта вечной любви никак не подхожу.
  Вампиршей я становиться категорически не хотела, потому что... Ну, потому что не хотела. Скрываться от солнца, кормиться кровью, искать чужие эмоции, являться объектом страха и ненависти - не стоит это таких бонусов, как долголетие и сила. Я даже не уверена, что любовь Ника этого стоит. Я села, опершись на подушку, и обхватила руками колени. Да и вообще, куда это меня понесло?
  Прежде всего, надо помнить о том, что Ник и не думает в меня влюбляться. Я ему даже не очень нравлюсь. Он мне ещё в день знакомства написал, что я неряха. Тогда я приняла это за дружескую подколку, а ведь он мне ещё пару раз замечания делал на эту тему. Ну, иногда не успеваю я распихать вещи, когда куда-то убегаю, но ведь не каждый раз! Если бы у меня всегда был кавардак, было бы не так обидно. А какой брезгливый тон был у него сегодня, когда он обнаружил мою полку любовных романов! Если девушка нравится, с ней таким тоном не разговаривают. И ведь он вполне доходчиво объяснил, как важно использовать людей, которые знают о существовании вампиров. Даже на практике сегодня продемонстрировал: вот и Натка, и Лёша теперь при вампирских делах. Нельзя забывать, что Ник - явный потребитель, который просто развлекается за мой счёт. Если уж меня угораздило его полюбить, по крайней мере, он не должен об этом догадываться. На глаза наворачивались слёзы. Что-то я читала по этому поводу. Ага: я люблю тебя, как шоколад. Ведь никогда не ждёшь, что шоколад полюбит тебя в ответ. Я долго сидела, с тупым отчаянием глядя в темноту.
  На следующий день погода была замечательная, и мы, торопясь использовать последние тёплые дни, обрадовано рванули в лес. Ник так и сидел в подвале с картошкой, обложившись книгами. Сонным он не выглядел, но откровенно страдал от безделья. Пару раз я заскакивала к нему поболтать. Только когда мы нагулялись и пообедали, я зашла за ним и сообщила, что пора ехать.
  Солнце палило нещадно, на небе не было ни облачка. Вампир, не выходя на веранду, уныло смотрел на участок, залитый солнечным светом.
  - Ник, что ты будешь обжигаться? Давай я тебе замотаю руки и голову и так доведу до машины?
  - Дойду и так, - возразил он, - машина близко, ожоги будут несильные и пройдут за пару минут.
  - Зачем вообще доводить до ожогов? - не поняла я.
  Света, проходя мимо, ехидно сказала:
  - Брось! Не видишь разве? Он просто тебе не доверяет.
  - Это не так, - возразил Ник без особой убеждённости в голосе.
  Мне стало обидно.
  - Поступай, как хочешь, - сухо сказала я, подхватила сумку и вышла.
  - Кристи, подожди, - раздался за спиной умоляющий голос. - Давай попробуем.
  Ник соглашался с явной неохотой, вероятно, только чтобы я не дулась. Как назло, ничего подходящего мне на глаза не попалось. Разве что... Вот, клеёнка со стола! Я сорвала её, набросила вампиру на голову, собрала края так, чтобы они не развевались, и заставила Ника поднять руки и придерживать это сооружение изнутри. Затем взяла за локоть и, давая на ходу ценные указания о дороге, потащила к машине. Открыла дверцу, упихала вампира внутрь и сняла клеёнку.
  Я никогда раньше не видела Ника испуганным, поэтому перепугалась сама:
  - Ник, неужели всё так плохо?
  Он уткнулся лицом мне в плечо, и я почувствовала мелкую дрожь. Неадекватность реакции меня поразила. Одну руку я положила ему на плечо, а другую, пользуясь случаем, запустила, как давно мечтала, в чёрные волосы, которые оказались неожиданно шелковистыми и очень мягкими, и стала гладить его по голове, как ребёнка. Наконец, дрожь прекратилась, и его руки ослабили свою судорожную хватку.
  - Что происходит? Ты что, на самом деле мне настолько не доверяешь?
  Он поднял лицо и неуверенно улыбнулся:
  - Я так не могу. Мне необходимо контролировать ситуацию. Вот так посреди солнечного дня в окружении людей быть внезапно лишённым зрения, слуха и обоняния - это слишком. Умом понимаю, что с тобой мне не грозит опасность, но все инстинкты бунтуют.
  - Погоди! Уши и нос тебе никто не затыкал! - возмутилась я.
  Ник неприязненно покосился на клеёнку и мрачно сказал:
  - Знаешь, она так хрустит и воняет, что в этом не было необходимости.
  Я решила отложить на потом размышления по поводу неожиданной уязвимости моего вампира, потому что меня поразило замеченное несоответствие:
  - Ник, - подозрительно спросила я, - у тебя некоторые пряди светлее. Ты что, красишься?
  - А что такого? - удивился он. - Сейчас многие парни красят волосы.
  - А зачем? Какого ты цвета на самом деле и чем он тебя не устраивает?
  - Почти как Света, но мне нравится чёрный. А тебе что, нет?
  - Тебе идёт, - вынуждена была согласиться я. - Но хотелось бы посмотреть, как ты выглядишь в натуре.
  - Вчера не насмотрелась? - нахально поинтересовался он. - Готов повторить в любое время.
  - Ты прекрасно понял, что я хотела сказать, эксгибиционист несчастный, - огрызнулась я.
  Вампир ухмыльнулся и пообещал, что как-нибудь покажет свой старый портрет.
  Ник вел машину и выглядел самоуверенно, как всегда. Я не принимала участия в общей болтовне, размышляя о том, что эта самоуверенность лишь маска, прикрывающая переживания и сомнения. Мне было жаль его так, что комок в горле стоял. И себя тоже. Похоже, я и впрямь люблю эгоистичного закомплексованного кровососа. Вот ведь угораздило!
  До дома доехали без проблем. Ник зайти не захотел. Мы, выгрузили вещи на асфальт у подъезда и, оставив Наташу, как самого мелкого члена компании, стеречь наши сокровища, втроём перетаскали всё в квартиру. Бабушка усадила всех пить чай.
  Я спросила Лёшу, зачем он пригласил Ника на занятие. Лёшка неуверенно сказал:
  - Не знаю я, как с ним обращаться! Вы имеете представление: каратэ начинается с поклонов, и заканчивается поклонами. Там требуется уважение и покорность, нет места для надменности. Я не представляю себе твоего, - Лёшка замялся, покосившись на бабушку, - твоего парня беспрекословно выполняющим мои указания, а что там будет за второй, и подумать боюсь. Пусть сначала посмотрит на отношения в группе, а потом поговорим. Чтобы если что, можно было, сохранив лицо обоим, разойтись без обид.
  - Мудрый ты мужик, Лёша. С этим могут быть проблемы, - согласилась я. - Но Ник признал, что ты можешь его чему-то научить - это уже что-то, возможно, они с другом и сумеют засунуть гордыню в карман, и выполнять твои требования, если уж им действительно это нужно. Глядишь, и на пользу это пойдёт, общего гонору поубавит.
  Когда я проводила Лёшу с девочками, меня тут же взяла в оборот бабушка. Ну, конечно, разве она могла пропустить упоминание о моём парне! Мне кажется, что они с дедулей беспокоятся, что я ни с кем не встречаюсь, хотя меня они по этому поводу не донимают. Врать бабушке, в том числе и недомолвками мне не хотелось, а рассказывать правду было нельзя. Я немного помучилась сомнениями, а потом просто сказала, что он не такой, как все, и я ничего рассказывать не хочу, потому что пристрастна, а вот познакомлю, и она сама мне скажет, что о нём думает. Бабушка у меня - золотце. Она не стала настаивать, а только сказала:
  - Ну, тогда посмотрим. Давай, не тяни, знакомь.
  Вот уж не знаю, придётся ли Нику эта идея по вкусу!
  
  Глава 13. СТАС
  
  Андрей каждый день ездил в город. Всю последнюю неделю мы маялись на коровнике без него. Это бесконечно длинное здание успело нам надоесть. Санёк высказал предположение, что командиру просто западло перестилать кровлю на этом вонючем сарае, вот и придумывает себе какие-то дела, но видно было, что даже он сам в это не очень верит. Костик в отсутствии брата вообще отлынивал от работы как мог, даже как-то раз напился и подрался с местными. Тем же вечером Андрей увёл его "для беседы". Вернулся он один, мрачный и слегка помятый, похоже одной беседой не обошлось. Костик объявился лишь под утро, опять с подбитым глазом и пьяный в хлам. Он завалился спать, а Андрей постоял над его телом, поиграл желваками, а затем объявил:
  - Хватит. Проспится и пусть катится на все четыре стороны. Мы и вчетвером управимся. А сейчас Стас - со мной в город, Виктор и Саша - выходные.
  За руль командир сел сам. Выглядел он не столько злым, сколько расстроенным. Я помалкивал. Что тут скажешь? Давно надо было гнать. Ленивый, недисциплинированный, задиристый... Ненадёжный, одним словом. Ясно, что такому бойцу в команде не место.
  Стрелок Костик, конечно, отменный, но это его единственное достоинство недостатков не окупает. Если бы он не сорвался тогда в лесу, мы бы уже, наверное, уничтожили вампиров, а так - как бы самим не попасться.
  Я уже собрался спросить Андрея, что будем делать в городе, когда он сам подал голос:
  - Сейчас поеду, посмотрю на наших вампиров, а ты погуляешь. Пара часов у тебя точно будет, а может и больше. Я кое с кем договорился... Если всё выгорит, у тебя попозже работа будет. Позвоню.
  День был солнечный. Какие сейчас могут быть вампиры? Я ничего не понял, но озвучить своё недоумение не успел. Командир вздохнул и отрывисто сказал:
  - А Костьку жалко. Пропадёт. Он и раньше ни на одной работе удержаться не мог. Когда мама умирала, я ей обещал, что за ним присмотрю, да вот...
  - Как ты за взрослым мужиком присмотришь? - возразил я. - Если человек сам не хочет, за уши в счастье не затянешь.
  - Да хочет он! Характера не хватает, - буркнул Андрей и замолк.
  Когда командир меня высадил, я сразу позвонил Тане: сказал, что в нахожусь в городе и хотел бы встретиться, если она свободна.
  - Работаю, - быстро отозвалась она, - но могу прерваться. Через полчаса закруглюсь. Ты где, куда подъехать?
  Мы встретились в кафе торгового центра. Там было людно. Я мелкими глотками пил яблочный сок, смотрел, как она ест и рассказывал про нашу нудную работу на стройке, стараясь, чтобы выходило не слишком скучно. При этом я следил, как бы не сказать что-то такое, что выдаст наше местоположение, чувствуя неловкость от того, что не могу полностью Тане довериться. Она слушала меня заинтересованно, потом спросила, не решился ли я оставить группу. Я заворожено следил, как нервно сжимаются и разжимаются тонкие изящные пальцы, сцепленные друг с другом на столе, и чувствовал приятную теплоту от её беспокойства. Сам я не переживал об исходе нашей операции, слепо уверовав, что всё закончится хорошо: у нас всегда всё заканчивалось хорошо, а когда не будет Костика, всё станет совсем прекрасно, и вообще, Андрей знает, что делает. Не встревожило меня даже то, что, как сказала Таня, вампиры нашу группу по-прежнему ищут. Я свёл разговор к шутке, рассказав анекдот про неуловимого Джо (а кому он нужен?), а потом напомнил, что мы собирались покататься на лодке.
  После шумных улиц, парк, несмотря на многолюдность, казался тихим и уютным. У пристани стояла небольшая очередь, но я поговорил с парнем в оранжевом жилете, который лениво озирал пруд и лузгал семечки, сунул ему купюру и получил одну из лодок с надписью "Спасательная".
  Я направил её к небольшому островку в дальней части пруда. На воде дул прохладный ветерок, солнечные блики слепили глаза. Таня, жмурясь, сидела на корме, опустив руку в воду. Я поколебался, но всё же сказал:
  - Ты обещала рассказать о своём замужестве.
  - Хорошо, - она нерешительно повела плечом, - давай остановимся где-нибудь.
  Лодка подплыла к дереву, склонённому над водой. Ветви с узкими серебристыми листьями давали узорчатую тень. Я закрутил лодочную цепь вокруг нижней ветки и приготовился слушать.
  Она начала говорить медленно и тихо, с длинными паузами между фразами:
  - Мне было одиннадцать, когда умер папа и всё пошло не так. Отчим пил, втихаря лапал меня и пытался затащить в постель. Мама тоже начала пить. Я старалась реже бывать дома, а как только закончила девятый, поехала в соседний город учиться в ПТУ: там общежитие было. Я искала возможность заработать и крутилась, как могла.
  Тогда я и познакомилась с Данилом. Он был старше, как мне показалось, лет на десять, а то и больше, но это только делало его привлекательнее в моих глазах: не зелёный пацан, а уверенный в себе мужчина - элегантный, успешный, сдержанный, молчаливо-загадочный, внимательный. Он был явно разочарован, узнав, что мне нет восемнадцати, но не бросил меня, чего я опасалась, а сдержано заметил, что подождёт. И я влюбилась, как можно влюбиться только в семнадцать. Кто не мечтает о принце в таком возрасте, а мне посчастливилось встретить короля!
  Даня не делал дорогих подарков, лишь однажды купил золотую цепочку, но, что куда важнее, устроил меня на работу, которую можно было совмещать с учёбой. Я начала получать хорошие деньги и, наконец, почувствовала, что живу, а не выживаю.
  Виделись мы нечасто, потому что я разрывалась между работой и учёбой, а Даня ездил в командировки. Катались на машине, обедали в тихих ресторанчиках, танцевали, разговаривали. К себе он не приглашал. Сначала я этому только радовалась: боялась, что потащит в постель. Потом стала беспокоиться: подумала, что скрывает жену. Однажды мы всё же заехали к нему за бумагами. Оказалось, что он живёт в своём доме, женской руки я там не почувствовала и успокоилась. Дом мне показался великолепным, и мысленно я уже примеряла всю эту роскошь на себя - была совершенно уверенна, что в день моего восемнадцатилетия Данил сделает мне предложение.
   Таня опустила руку в воду, взгляд её был печальным, и я не сразу решил прервать её задумчивое молчание.
  - А потом?
  - А потом - день рождения. Я отпраздновала с подругами, Даня встретил меня у кафе с цветами, усадил в машину и повёз к себе. Всё было так романтично! Едва мы переступили порог, он начал меня целовать. Когда я почувствовала, как в шею впиваются клыки, сначала даже не поняла, что происходит, потому что боли не было, но потом меня охватил всепоглощающий ужас. Я что-то кричала, билась, пытаясь вырваться, но скоро оставила попытки освободиться и обессилено замерла, тихо поскуливая от страха и гадливости. Вот тогда он, наконец, меня отпустил. Данил что-то говорил, но меня трясло, я плакала и не очень поняла сказанное, уловила только то, что продолжения отношений Даня не хочет. Он сел, заставил сесть меня рядом, по-приятельски обнял и протянул стакан воды. Я, всхлипывая, глотала её и пыталась представить себе жизнь без Дани. И не могла. Жить, как раньше, я точно не хотела.
  - Не бросай меня!
  Даня смотрел на меня со странным выражением, понять которое я не могла. Что было в его глазах? Жалость? Брезгливость? Потом он пожал плечами и без выражения сказал:
  - Ты для меня всегда будешь только едой. Не стоит надеяться на большее.
  - Пусть даже так. Даня, женись на мне.
  Он несколько мгновений ошарашено смотрел на меня, а потом расхохотался:
  - Зачем мне это?
  - Для бизнесмена более прилично появляться с красивой женой, а не со случайной подружкой, и не надо будет каждый раз, как захочется перекусить, тратить время на моральную обработку.
  Он уже не улыбался:
  - Допустим. А тебе какой интерес?
  - Я хочу учиться. Получить нормальную специальность и нормальную работу, просто пожить по-человечески, наконец, а не бороться за место под солнцем.
  - По-человечески пожить с вампиром? - ухмыльнулся он, задумался на минуту и решительно кивнул: - Возможно, это будет забавно. Хорошо, мы поженимся.
  - Вот так и получилось... Потом институт, диплом. С работой Даня помог. Готовить он разрешает, но я всё равно ем обычно в кафе, чтобы его не раздражать. Когда гриппом болела, врача вызвал, сиделку нанимал, хотя ничего страшного не было. - Таня перевела задумчивый взгляд на воду. - Иногда я думаю, что всё могло сложиться по-другому. Мы были очень увлечены друг другом, но оба вели себя неправильно. Потом об этом говорили. Данил сожалел, что сразу не рассказал мне, не подготовил. Ему казалось, что так я больше испугаюсь и лучше, если сначала увижу, что в укусе вампира нет ничего страшного. А мои чувства его сразу оттолкнули, и Даня уже не мог относиться ко мне по-прежнему. Да и я не могла к нему, как раньше... Когда понимаешь, что ты всего лишь вещь, довольно удобная, хотя и не слишком нужная, это хорошо остужает.
  - Ты считаешь, что... - я запнулся, потому что совсем рядом проплывала лодка, - что такие как они способны на любовь?
  - Конечно, - сразу ответила Таня, провожая лодку взглядом. - К нам иногда заходит пара, они давно вместе, а выглядят, как молодожёны, оторваться друг от друга не могут. Он полюбил её ещё человеком и обратил по её просьбе. Леночка - такая прелесть!
  Вампирша - прелесть?! Я опешил, но решил не уводить разговор в сторону.
  - А развестись?
  Таня печально усмехнулась:
  - Стасик, ты же должен знать, вампиры - жуткие собственники. Надоевшую игрушку можно выкинуть, но сама она уйти не имеет права.
  - А ты пробовала спросить?
  Таня испуганно отвела взгляд, поджала губы и помотала головой.
  У меня вырвалось:
  - Он что, бьёт тебя?
  Это ж надо было такую глупость сморозить! Вампир может убить человека одним ударом... Я сразу пожалел о вопросе.
  - Нет-нет, - быстро возразила она, - ну... пару раз. Уже давно. Но он дал мне своей крови, чтобы я пришла в норму и очень извинялся.
  От этих слов я задохнулся. Сейчас, как никогда раньше, мне хотелось добраться до её мужа. Мерзкий вампирюга! В горле застрял шершавый комок. Несправедливо, что у такой чудесной женщины в жизни столько бед!
  Но сказать я ничего не успел: зазвонил телефон.
  Андрей сказал, что на сегодня отработал, и сейчас моя очередь. Голос его звучал лениво, мне показалось, что командир очень доволен. Я объяснил, где нахожусь, простился с Таней, и стал ждать, когда он меня подберёт.
  
  ***
  Андрей не терял времени зря. Он несколько дней наблюдал за привычками жильцов особняка. Днём на машине ездит женщина, явно человек, а вечером её обычно берёт наш вампир, которого они упустили в лесу и что сегодня, наконец, ему удалось, пользуясь тем, что хозяйка надолго отлучилась, подложить мину. При мысли о том, что моя Таня поехала домой в заминированной машине стало жутко. Андрей сказал, что работал аккуратно и по идее вампир его запах учуять не сможет, но чем чёрт не шутит, лучше ему рядом не светиться, поэтому мне надо будет понаблюдать вечером за особняком, и, если объект решит покататься, мину взорвать. Он выдал мне пульт, и заметил, что, наш кровосос ростом с меня, выглядит почти так же, как на фотографии, только причёску поменял, и предпочитает светлые костюмы.
  - Такой вот причесон, - он кивком обратил моё внимание на парня, который курил невдалеке. - Мотай сразу на место. Этот деятель достаточно часто выходит, когда солнце ещё не село. Мина взрывается через тридцать секунд после сигнала, поэтому не тяни. Лучше всего давай сигнал, как только он коснётся дверцы. Если успеет выехать на улицу, могут быть жертвы.
  - А что такая задержка офигительная? - поинтересовался я.
  - А то, что я не воротил нос, а взял, что было. Эти полминуты, чтобы унести ноги. Радиоуправление сам примайстрячил, - пояснил он. - Всё. Вызывай такси, и вперёд!
  Я отпустил такси недалеко от Таниного дома и стал искать место для наблюдения. Частные дома шли только по одной стороне улицы. Я решил обосноваться в почтенном двухэтажном домике старой постройки почти напротив. Двери были с домофонами, но я проскочил в подъезд вместе с каким-то пацаном, забрался на чердак и устроился у окна.
  Солнце палило вовсю, и под крышей я чувствовал себя, как уж на сковородке. Душно, жарко и пыльно. Окно, у которого я приткнулся, задолго до меня было облюбовано голубями, оставившими здесь многочисленные следы своего пребывания. Двор особняка просматривался не очень хорошо, его частично заслоняли деревья, но крыльцо со стоящей рядом машиной были видны. Я настроился на длительное ожидание, пытаясь понять, почему машину оставляют во дворе, а не пользуются гаражом, ведь тогда кровососу не приходилось бы выходить на солнце. В голову навязчиво лезла глупая мысль позвонить Тане и спросить. Я постарался сосредоточиться на наблюдении и не думать о всякой ерунде, и вовремя.
  Двери распахнулись, и на крыльце появился высокий спортивный блондин в белом спорткостюме. Я сразу узнал эту подтянутую фигуру, да и причёску Андрюшка действительно показывал такую же. Блондин немного замешкался у дверей, в тени козырька, очевидно не испытывая особого желания выходить на солнце, затем решительно сбежал по ступенькам. Мне казалось, что я даже различаю черты его лица, несмотря на расстояние. В тот момент, когда он распахнул дверцу машины, я нажал кнопку, но блондин, оставив её открытой, направился к клумбе и остановился на самом солнцепёке, ввергнув меня в шок. Я почти не видел его за ветвями деревьев. Доберман, лежавший в тени куста у ограды лениво поднялся, потянулся и потрусил к нему. На крыльце тоже началось какое-то движение, у дверей появился хрупкий брюнет, и в этот момент рвануло.
  Машину с грохотом окутало облако чёрного дыма, и я вообще теперь не мог рассмотреть, что происходит во дворе. Задерживаться на чердаке в любом случае не стоило. Я быстро сбежал по лестнице, вышел из дома и неторопливо прошёл дворами на параллельную улицу. Здесь было достаточно оживлённое движение транспорта. Сев в первый подошедший автобус, я проехал несколько остановок, вышел и вызвал такси. На сердце было тяжело. Я уже понял, что при взрыве пострадал человек. Не мог вампир вот так просто выйти постоять на солнышке, да и собака к нему не стала бы подходить. А ведь и собака скорее всего погибла. Если Таня узнает, что я приложил руку к гибели её любимца, вряд ли простит.
  Таня позвонила, когда я уже отпустил такси и ждал автобус в деревеньку, где мы работали. Она сразу без всяких вступлений спросила:
  - Имеешь отношение к взрыву?
  - Таня, я не хотел, чтобы так получилось, - попытался оправдаться я, но даже сам почувствовал, насколько жалко это звучит. Пока я пытался придумать, как спросить о пострадавших, и что можно ещё сказать, она холодно заметила:
  - А я считала тебя человеком. Не смей мне больше звонить.
  Связь прервалась.
  Приехав в деревню, я нашёл Андрея, сжато доложил ему о происшедшем и сказал, что в связи с тем, что в результате моих действий погиб человек, я выхожу из группы. Андрюха долго мрачно смотрел на меня, а потом сказал:
  - Ну и чёрт с тобой! На операции можешь не выходить, а здесь на стройке будь любезен отработать.
  Я согласился.
  
  Глава 14. Ник
  
  - Не шевелись!
  Лёша открыл глаза, посмотрел на меня и оглядел комнату, насколько это можно было сделать, не поворачивая головы.
  - Что случилось?
  Вот только амнезии и не хватало!
  - А что ты помнишь?
  Он долго не отвечал, и я уже решил было, что дело совсем плохо, когда, наконец, услышал:
  - Мы занимались, потом я собрался уезжать. Всё.
  - Правильно! - сказал я с облегчением. - Ты спустился с крыльца, открыл дверцу машины и отошёл к клумбе. А машина у тебя за спиной взорвалась.
  - Когда это было? Наташе сообщили?
  - Часа полтора назад. Сообщать не стали. Зачем зря людей дёргать, - пожал я плечами.
  - Она же меня ждёт! - возмутился этот деятель, и попытался встать. Я прижал его плечи к дивану, он застонал и выругался, а затем послушно обмяк и спросил:
  - А что со мной?
  - Вот с этого и надо было начинать, умник, - раздражённо сказал я. - Были повреждения внутренних органов, парочка переломов, рваная рана плеча и обширные ожоги. Про такие мелочи, как ссадины и кровоподтёки и говорить не стоит. Как ты себя чувствуешь?
  - Приемлемо, - сказал Лёша после новой долгой паузы. - Болит всё, будто ногами отпинали, но приемлемо. Что вы со мной сделали?
  - Потом расскажу, - отмахнулся я. - Наташа два раза звонила. Я сказал, что ты занят, и свяжешься с ней сразу, как освободишься.
  Я достал телефон и нажал вызов:
  - Наташа, это Ник. Я не хотел тебя беспокоить. Лёша поранился, но уже ясно, что ничего серьёзного, до свадьбы заживёт. Да, помню, что меньше недели, - я передал трубку Лёше и сказал: - Приглашай сюда. Пока доберётся, тебя можно будет показывать. Пусть такси вызывает, я оплачу.
  Пока Лёша успокаивал, я прошёлся по дому. Дэн стоял на втором этаже у разбитого окна и хмуро смотрел на суету в разорённом дворе. Когда я подошёл, он ничего не сказал. И от этого я почувствовал себя ещё хуже.
  - Я их найду, - пообещал я, - и они пожалеют, что на свет родились. Но пока мы ничего не знаем, тебе было бы лучше уехать.
  - Не собираюсь! - злобно сказал он. - Это мой город, и бежать из него я не намерен.
  Я посмотрел на полицейских во дворе:
  - Будет уголовное дело?
  - Ну, вот ещё! Они сейчас уедут, - ухмыльнулся Дэн, - кроме моего дома, разрушений нет, пострадавших нет, и вообще машина взорвалась по неосторожности.
  - Как можно взорвать машину по неосторожности? - удивился я.
  - Выбросить незатушенную сигарету из окна в открытый бензобак? - предположил Дэн.
  - Это и специально не попадёшь, - усомнился я.
  - Специально не попадёшь. А случайно - сколько угодно, - благодушно объяснил он. - Особенно достоверным это становится, если не хочется раскручивать дело.
  - Ах, тогда конечно! - ухмыльнулся я.
  Дэн обернулся:
   - Ник, я подлечил собаку - Таня просила. Не знаю, что получится из этого создания в случае смерти. Поэкспериментируй между делом, чтобы мы хоть представляли, какие меры предосторожности необходимы.
  С решительным видом подошла Таня. Легка на помине! Она меня не любит, что всегда оставляло меня безразличным, и побаивается, чему не устаю удивляться. Ведь имеет некоторое представление о взаимоотношениях в клане и должна прекрасно понимать, что в любом случае находится в полной безопасности, как собственность Дэна.
  К нему она и обратилась, покосившись в мою сторону, но ничем больше не показывая, что я замечен.
  - У охотников есть адрес и фото. Ты там снят в полупрофиль в белом смокинге и с бокалом в руке. Очень короткая стрижка, просто ёжик. Может это чем-то помочь?
  - Может, - Дэн кивнул и, шагнув к ней, погладил по щеке.
  Она всё-таки знакома с охотниками! И Дэн воспринял это как должное. Я с трудом подавил раздражение.
  - Ник, пожалуй, я действительно съеду отсюда на некоторое время, - Дэн выглядел меланхолично, - но совсем уезжать не хочу. Подыщешь что-нибудь поблизости от города?
  Таня смотрела на него вопросительно.
  - Ты им не нужна, можешь жить здесь.
  Ну вот ещё! Оставлять охотникам такой источник информации! Я возразил:
  - Это может оказаться опасным! Таня, срочно пристраивай собак в гостиницу или питомник и собирайся сама. Я привезу тебе путёвку.
  - Какую путёвку? - удивилась она.
  - Какую получится, - весело ответил я. - Возьму первую горящую.
  Она посмотрела на Дэна, тот кивнул. Таня недовольно поджала губы, но возражать не посмела.
  - Лёша скоро в норму придёт, а надеть ему нечего, - напомнил я. - Дэн, у вас фигуры одинаковые...
  Дэн махнул рукой:
  - К Тане. Что угодно, кроме бежевого итальянского костюма.
  Он направился к выходу. Я протянул Тане купюру и сказал, что сейчас приедет невеста нашего пострадавшего, надо встретить такси.
  Когда я вернулся в комнату, Лёша лежал в той же позе, но выглядел значительно лучше. Ссадины на лице практически полностью прошли, синяки приобрели жёлто-зелёную гамму.
  - Ну как? - поинтересовался я.
  - Чешется всё со страшной силой, - пожаловался мой пациент, - и пить очень хочется.
  - Вот и чудесно! - радостно провозгласил я, пытаясь изобразить лучшие интонации доброго доктора. - Чешется - значит заживает! Тебе чего? Сейчас Таня приведёт Наташу, и мы отправим её приготовить.
  - Что ты её так гоняешь? Она же хозяйка, неудобно.
   - Удобно. Хозяйка и должна о госте позаботиться, - сказал я.
  Не стоит ему объяснять, что для нас не имеет значения человеческий брак, и Таня здесь не хозяйка, а всего лишь еда хозяина. Тем более, что сейчас мне показалось, что у них с Дэном более сложные отношения: не стал бы иначе Дэн заморачиваться с собакой, особенно учитывая, что последствия этого пока непредсказуемы. Я невольно начал анализировать, как они общались раньше, и теперь вспоминал множество мелочей, на которые раньше не обращал внимания. Только сейчас, когда меня связывало странное знакомство с Кристиной и её компанией, я стал воспринимать некоторых людей, как почти равных себе. Возможно, для Дэна Таня всегда была личностью.
  Возникло неприятное чувство, что я что-то пропустил.
  В комнату ворвалась Наташа и, едва кивнув мне, бросилась к Лёше. Я сказал, что скоро вернусь, попросил Таню приготовить одежду для Лёши и чай. Дэна я нашёл в вестибюле: он с детским восторгом на лице гладил добермана. Я замер наверху лестницы.
  - Он больше меня не боится! - похвастался Дэн. - Иди сюда, посмотрим, как он тебя примет. Знаешь, я ведь любил собак.
  Действительно, пёс теперь не шарахался. Он обнюхал меня, нашёл неинтересным и вновь стал ласкаться к Дэну.
  - Забавно, - заметил я. - Шеф, я хотел спросить, ты ведь относишься к Тане не только как к корму?
  - И не только к Тане, - кивнул Дэн. Обычной флегматичности не было. Он смотрел на меня живо и внимательно, мне стало не по себе.
  - Ты не говорил, - заметил я, чтобы что-то сказать.
  - А это бесполезно. Ты либо принимаешь людей, либо нет. Каждый приходит к этому сам. Мне люди всегда нравились. У них куча недостатков, но с ними интересно. Мне сразу показалось, что твоя человечка поможет тебе это понять, и я рад, что так и получилось, - Дэн опять повернулся к собаке. Я немного постоял рядом, чувствуя себя дураком, и потащился объясняться с гостями.
  Наташа с Лёшей в обнимку сидели на диване. Синяки с лица Лёши уже сошли, похоже, он чувствовал себя прекрасно. Я мрачно буркнул:
  - Я же просил не двигаться!
  - Со мной всё в порядке, - ответил Лёша с блаженной улыбкой. - Давай, рассказывай.
  - Думаю, произошла ошибка. Тебя спутали с Дэном. Вы действительно похожи, я сам, когда увидел издали в первый раз, принял тебя за него. Открыв машину, ты активировал мину. Безусловно, если бы это действительно был Дэн, он не стал бы задерживаться, и в момент взрыва находился бы в машине. Кстати, а зачем ты открыл машину, если не собирался садиться?
  - Не помню, чтобы открывал, но здесь как раз всё понятно. Жарко. Машина стояла на солнце. Если не проветрить, дышать нечем.
  - Как по-человечески, - пробормотал я, - мне это и в голову бы не пришло. Так вот. Вполне возможно, что травмы были несовместимы с жизнью. Чтобы не рисковать, я ввёл тебе внутривенно свою кровь.
  - И что теперь? Он станет вампиром? - спросила Наташа испуганно.
  Скорее всего моя кровь почти вся перегорела на восстановлении организма. Запах еле улавливался. Я пожал плечами:
  - Если умрёт в течение ближайших четырёх лет, вероятно, хоть и не наверняка. Тут играют роль ещё некоторые факторы, - я почувствовал себя профессором, читающим лекцию, приосанился и подпустил в голос занудства. - Полагаю, впрочем, что вероятность смерти молодого, здорового, сильного и ловкого человека достаточно мала и не заслуживает рассмотрения в настоящее время. Если потом возникнут какие то вопросы, будем решать их в рабочем порядке. Поговоорим о насущных аспектах. Воздействие крови вампира на человека - процесс малоизученный, известный только в общих чертах. Плюсы: вначале заметное ускорение регенерации тканей, чего ради всё и затевалось, ускорение реакций, обострение слуха и зрения. Всё это имеет преходящий характер и действительно замечается непродолжительное время. Минусов пока известно только два: во-первых, некоторое сходство с воздействием наркотика, что в данный момент вызывает лёгкую эйфорию, а в ближайшие несколько дней может вызывать приступы депрессии, во-вторых, аллергия на серебро, впрочем, не очень сильная.
  - Да ничего такого я не замечаю! - возразил Лёша и положил ладонь на Наташины кольца, очевидно, решил проверить моё утверждение. Хватило его ненадолго, он отдёрнул руку.
  - Странное ощущение. Не обжигает, просто тепло чувствуется, но неприятно.
  Наташа начала снимать свои украшения.
  - Это пройдёт, - пообещал я. - Думаю, уже завтра будет незаметно. И последнее. Я приношу извинения за этот инцидент, как от лица клана, так и свои личные, и хочу рассмотреть вопрос материальной компенсации.
  Я думал, что он будет рад деньгам, ведь последнее время, вкалывал, как проклятый, хватался за любую возможность подзаработать.
  - Ник, что ты чушь городишь! - возмутился этот чудак. - Причём тут ты?
  - Именно я занимаюсь вопросами безопасности, и не справился со своим делом.
  - Выбрось из головы! - отмахнулся Лёшка. - Мы чем-нибудь можем помочь?
  - Спасибо, буду иметь в виду твоё предложение, - согласился я. Вдруг действительно понадобится, чем чёрт не шутит?
  Таня принесла чай. Наташа поднялась помочь, замерла на секунду, и я услышал, как ускорило свой ритм её сердце. У Тани немного задрался рукав, показывая свежие следы укуса на запястье. Конечно: она переживала, Дэн не мог упустить такой возможности подкормиться! Я отошёл к окну, будто ничего не заметил. Наташе с нами работать долгие годы, пусть привыкает, что ничего особенного или страшного тут нет.
  Горло горело, и неприятно зудели дёсны. В комнате, набитой людьми рефлексы разыгрались. Я ведь и так не кормился неделю, и взрывом меня немного зацепило, и кровь свою я Лёше дал... Надо всё же найти возможность подкинуть ему деньжат. Я немного подождал, чтобы они начали пить чай, и спросил:
  - Лёша, у тебя сейчас есть время на халтуру, или мне других рабочих искать?
  - Что делать надо? - встрепенулся он.
  - Я думаю, только вставить стёкла. Таня, что-то ещё?
  - Кое-что подшпаклевать и подкрасить, наверное, - нехотя ответила она.
  - Так это на один вечер работы! - вдохновился Лёшка. - Без проблем!
  - Ну, договаривайтесь с Таней, только скорей, я вам тоже машину вызываю.
  Я радостно спихнул с себя хозяйственные заботы и стал звонить в такси. Странный он всё-таки! Хватается за любую работу, хотя до свадьбы, наверное, и других дел полно, а от компенсации отказался. Таня пошла за одеждой.
  - Тоже уезжаешь? - спросила Наташа. - Солнце ведь!
  - Очень кушать хочется, - ответил я жалобно-тоскливым голосом, и ухмыльнулся, заметив, как расширились её глаза. Ничего, привыкнет.
  Из машины я позвонил Кристи и сказал, что смогу приехать к ней только ближе к десяти.
  - Ну и хорошо, - согласилась она. - Я сейчас всё равно буду занята: Настя вся в расстройстве из-за очередного крушения надежд, поеду утешать.
  Я не знал радоваться или огорчаться. С одной стороны, прекрасно, что девушка спокойно всё воспринимает и не начинает ныть или скандалить из-за всякой ерунды, а с другой - возникает неприятное ощущение, что я где-то на десятом месте после друзей, семьи, работы и ещё чего-то там. Безусловно, она находит меня привлекательным, моё общество ей приятно, но насколько я понимал, она прекрасно может обойтись и без меня. А хотелось быть необходимым.
  В смешении чувств я приехал в кафе. Было ещё слишком рано. Публика только начинала собираться, никто не танцевал. Бармен отсутствовал. За моим любимым столиком сидела парочка, я сел на другое место. Наверное, на будущее стол надо резервировать. Из служебного помещения появился Боря. Он обнимал девушку и шептал ей на ухо какую-то сентиментальную чушь. Девица выглядела разомлевшей, у Бори был сытый вид. Я кивнул ему и с досадой отвернулся, сглотнув вязкую слюну. С запоздалым сожалением я подумал, что надо было ехать не в кафе, а за машиной, поработать в извозе и подкормиться на пассажире.
  Оглядевшись, я, как всегда, обнаружил заинтересованные взгляды, тем более что здесь девушек было больше, чем парней, но внезапно обратил внимание на тех, кто на меня не смотрел. Таких девушек оказалось немало. Я привык считать себя неотразимым, и обычно они для меня не существовали, а сейчас, когда я стал подозревать, что Кристина может оказаться из их числа, вдруг стали вызывать жгучее любопытство. Поколебавшись, я пригласил танцевать человечку, которая сидела со своим парнем. Он был, на мой взгляд, заведомо неинтересный: что называется "ни кожи, ни рожи", типичный книжный червь с хилой фигурой, вроде бы даже сутулый, в очках, да и одет так себе, а девушка оказалась миленькой. Я постарался её увлечь, она держалась вежливо, но настолько безразлично, что это было почти оскорбительно. Её приятель в это время разговаривал с официанткой и на нас не смотрел, но потом, когда музыка закончилась, я проводил партнёршу к её столику, и встретил его взгляд, полный такой спокойной уверенности и внутренней силы, что почувствовал себя смущённым.
  К моей радости, кафе достаточно быстро заполнялось, а парочка за моим любимым столиком поужинала и ушла. Перебравшись на привычное место, я дал указание впредь его резервировать, и принялся выбирать жертву. Скоро напротив меня сидела моя сегодняшняя еда. Девушка не столько красивая, сколько стильная, глядела на меня откровенно голодным взором. Смешно!
  Я решил потянуть время: Кристи ещё не скоро будет дома. Что же с ней делать дальше? Иногда мне казалось, что она уже влюблена в меня, но это было так редко! Обычно же Кристи держалась по-дружески. Надо надавить на инстинкты и быстрее затащить её в постель. Секс поменяет отношения в лучшую сторону.
  В помещении стоял ровный гул голосов, играла музыка, но я сразу узнал голос Насти, которая тихо, но злобно говорила:
  - Все мужики козлы!
  С неприятным чувством я обернулся к залу, и сразу увидел у входа пару знакомых девушек, высматривающую свободные места. И что меня дёрнуло рассиживаться! Настя заметила меня, бросила оценивающий взгляд на мой ужин и добавила:
  - И твой вампир - тоже.
  Проклятая блондинка!
  Кристи дружески улыбнулась и, не повышая голоса, бросила:
  - Привет, Ник!
  Я кивнул и отвернулся. Меня глубоко уязвило отношение Кристины: похоже, её вообще не задело, что я сижу с другой девушкой, которая к тому же выглядит лучше, чем она сама. Неужели я ей настолько безразличен? Я глядел на движущиеся губы своей визави, а слушал только скороговорку Кристи, которая уверяла Настю в её абсолютном превосходстве над большей частью мужского населения страны.
  - У них просто рядом с тобой разыгрывается комплекс неполноценности, вот и бегут искать, кого попроще, - утешала она её, как будто меня и не было в этом зале. Это было невыносимо.
  Я встал, грубо сказал "Идём", оборвав человечку на середине фразы, взял её за руку и повёл к служебным помещениям. Когда мы подошли к шпалере, закрывающей проход в коридор, раздался насмешливый голос Кристи:
  - Приятного аппетита!
  Я кивнул, не оборачиваясь. Очевидно, красотка приняла мою грубость за внезапно вспыхнувшую страсть. Она торопливо расстёгивала мою рубашку, покрывая поцелуями обнажавшуюся грудь, а я стоял недвижно, подпирая стену, и с тоской думал, что никогда раньше не слышал, чтобы вампиру можно было перебить аппетит. Да и горячее тело, прижимавшееся ко мне, такое прекрасное и доступное, оставляло меня совершенно равнодушным, вызывая только глухую досаду. Поесть всё-таки было необходимо. Я перехватил шустрые ручки, уже добравшиеся до молнии на джинсах, взял под контроль сознание человечки, припал к её шее и запустил клыки. Потом, наскоро остановив кровотечение, приказал ей идти домой, оставив смазанное воспоминание о грубом сексе и неприязнь к этому кафе. Она послушно удалилась. Я немного постоял и пошёл к Кристине, совершенно не представляя, что ей скажу.
  Впрочем, говорить мне не пришлось. Кристи с обеспокоенным видом уже шла навстречу и, окинув меня быстрым взглядом, решительно затолкнула назад за шпалеру.
  - Ник, ты что, вообще с ума сошёл? Как можно быть таким неосторожным! Девочка идёт остекленевшая, как под наркотой, шея на всеобщее обозрение - нельзя же отпускать в таком виде! - она торопливо высказывалась громким шёпотом, одновременно вытирая мне своим носовым платком грудь. - Как из борделя, весь в помаде! - она фыркнула. - Да что ты стоишь столбом? Застёгивайся, и не крутись. На губе кровь, дай оботру. Почему ты был голодный, что случилось?
  Я слушал обеспокоенный голос, и был так рад, что ей не безразличны мои поступки, что даже не сразу сообразил, что задан вопрос.
  - Машину Дэна взорвали, - сказал я, чувствуя, что расплываюсь в улыбке. С этим шипением и фырканьем Кристина была похожа на рассерженную кошку, - меня зацепило, и Лёшку тоже. Не беспокойся, с ним всё в порядке, мы подлечили его своими методами, он уже дома.
  - Ладно, с ним я сама поговорю, - решила Кристи. - А ты давай, догоняй свою жертву и хоть шарфиком её обмотай, что ли. Что вы там обычно делаете?
  Я кивнул и, торопливо чмокнув Кристи в щёчку, бросился к выходу. Боря с каменным лицом смотрел в сторону. Действительно, что-то со мной неладно. Неаккуратный, как новообращённый. Как я мог себя так вести?
  Солнце ещё не село, но длинные тени перекрывали улицу полностью. Редкие солнечные участки не доставляли особого неудобства: я был сыт. Девушку я догнал через квартал, но подходить не стал, просто проводил до дома. Она двигалась безжизненно, как механическая кукла, но на неё никто не обращал внимания. Людей было много, они шли, погруженные в свои мысли, в свои проблемы, в свои жизни. Непрерывные людские потоки текли по тротуарам - деловитые и равнодушные. Просто еда.
  
  Глава 15. КРИСТИНА
  
  Конечно, я расстроилась. Знать, что Ник кормится на посетительницах в кафе - одно дело, а увидеть это своими глазами - совсем другое. Тем более что он так явно был недоволен нашим приходом. И вообще Ник меня неприятно удивил своим, мягко говоря, неадекватным поведением. Оно выглядело не столько неосторожным, сколько наглым. Если он всегда себя так держал, остаётся только удивиться, что прожил так долго. А его улыбочка, когда он рассказывал про взрыв машины, меня просто шокировала.
  Когда я вернулась за столик, играла медленная музыка. Настя танцевала, и я сделала пару звонков, чтобы узнать, что же случилось с Лёшкой. Его телефон был отключен, а Наташа сказала, что он дома и спит, а она может всё объяснить, но не по телефону, естественно, надо подъехать к ней в больницу. Я немного успокоилась: раз Наташа оставила Лёшку одного и ушла на работу, значит и впрямь ничего страшного.
  Официантка принесла вино, вернулась Настя, и я рассказала ей о взрыве машины и предложила съездить в больницу к Наташе за подробностями.
  - Но ведь с Лёшкой всё в порядке? - удивилась Настя.
  - Детали тебя не интересуют?
  - Знаешь, нет! - категорически ответила она. - Связались вы с этими кровососами! Мне не то что смотреть на твоего Ника тошно, а даже слушать про мертвяков не хочется, так что извини, но поезжай одна. Пойду я домой. За вино я сколько должна?
  - Я думала, это ты заказала. Ладно, иди. Разберусь с этим и поеду.
  Мы простились. Я подождала официантку и узнала, что выпивка за счёт заведения. На мой вопросительный взгляд бармен прижал руку к сердцу и наклонил голову. Я подошла к стойке сбоку, где не толпился народ, и Боря, сияя фирменной клыкастой улыбкой, подскочил ко мне.
  - Спасибо, - сказала я удивлённо. - С чего вдруг?
  - У тебя был расстроенный вид, - пояснил он приветливо и серьёзно.
  Вот только сочувствия вампира мне и не хватало! Я помолчала, потому что не знала, что ещё можно сказать, но и просто уйти было неудобно. Мне было неловко, возможно потому что я ощущала Борю человеком и знала, что это не так. Забавный приятный парень, любящий подурачиться и посмеяться. Совсем не страшный. Он выглядел лет на двадцать.
  - Девятнадцать. Спасибо, - сказал Боря, отведя глаза в сторону. - Зря ты так думаешь про Ника. Мастер всегда сдержан и осторожен. Он такой только с тобой. Ты заставляешь его испытывать эмоции, а он уже забыл, как с ними справляться.
  Я со смущением подумала, что, похоже, Боря свободно читает мои мысли.
  - Я стараюсь не лезть без приглашения, - он смотрел на меня с виноватой улыбкой.
  - Но Ник ведь меня не читает? - обеспокоенно спросила я. - Он ничего такого не говорил.
  - Взаимодействие с человеческой психикой у всех проявляется по-разному, - пояснил Боря, - зато у меня контроль совсем не идёт, а корректировать воспоминания я только-только научился.
  - А это обязательно?
  - Ну, кушать-то хочется, а самому стереть воспоминания - никак. Я до последнего времени под присмотром мастера кормился, - смущённо объяснил он.
  Меня это почему-то насмешило несказанно.
  - Вот уж, действительно, у всех свои проблемы! А с чего ты тут прилюдно клыками сверкаешь? - вопрос, которым я озадачилась с момента, когда узнала, что Боря - вампир, но вечно забывала спросить у Ника.
  - Мне улыбаться по работе положено, да и характер такой, а всё время клыки втягивать дискомфортно. А тут, раз уж мы в тему попали, решил воспользоваться ситуацией. Мастер пообещал, что лично голову оторвёт, если я себя выдам, но ему понравилось, я же вижу!
  У меня не сложилось такого впечатления, но я подумала, что тут уж Боре виднее: он Ника знает лучше меня. Боря просиял. Улыбка делала его намного привлекательней. Как вампир может быть таким лапочкой?
  - А мы все такие! - ухмыльнулся он, совсем, как Ник.
  - Дэн страшный, - возразила я.
  - Он начальство, ему положено, - согласился Боря.
  И что я с ним раньше не хотела знакомиться? Я улыбнулась ещё раз, и сказала:
  - Ладно, я побежала. Приятно было пообщаться, увидимся...
  Было ещё не поздно. Часть пути до Наташиной больницы я прошла пешком, размышляя о нашем разговоре. Странно получать ответы на невысказанные реплики! Вроде и удобно, но как-то неловко знать, что все твои мысли у собеседника, как на ладони. С другой стороны, Боря ни разу не сказал ничего, что поставило бы меня в неловкое положение, хотя, безусловно, мог.
  Мне понравилось, что он сразу дал мне понять, какая у него эксклюзивная особенность, не стал скрытничать. На редкость приятный мальчик. Понимать-то я понимала, что он старше меня, но чувства резко возражали. Можно будет поговорить с Борей, чтобы узнать ответы на кое-какие вопросы, которые я не хотела задавать Нику. Не то чтобы срочно, но надо иметь это в виду.
  Объясняться с охраной на входе для посетителей не хотелось, и в больницу я прошла через приёмный покой. Быстро просочилась по длинному унылому коридору, стены которого были выложены допотопным белым кафелем, промчалась по лестнице, прошмыгнула на отделение травматологии и уже уверенно пошла к ординаторской.
  Попала я как раз к чаю: такое моё счастье, что почти всегда прихожу к столу. Иногда это бывает очень неудобно, но здесь, где я знала всех присутствующих, всё было нормально.
  - Чехов. Три сестры, - съязвила я.
   Врач, на редкость приятный дядька, действительно напоминает Чехова и общей интеллигентностью и внешним видом (очки в металлической оправе, усы, бородка). Наташа меня с ним познакомила по достаточно печальному поводу: у бабушки были нелады со здоровьем, а официальную медицину она не жалует. Оказалось, что Алексей Михайлович - знаток народных методов. Уж Наташа так его нахваливала! Не врач, а прямо чародей, частенько вытаскивает даже явных кандидатов на тот свет. Чародей меня внимательно выслушал, задал парочку уточняющих вопросов, продиктовал мне несколько травяных рецептов - и ведь действительно помогло! Бабушка прямо помолодела.
  Алексей Михайлович мирно прихлёбывал свой чай в уголке, а три медсестры сгруппировались вокруг стола, на котором стоял торт явно большой для такой компании. Мне обрадовались, как родной, налили кофейку и отрезали громадный ломоть сладкого чуда. На мои слабые возражения Наташа авторитетно заявила, что помочь им разделаться с этим шедевром кулинарии мой долг подруги. Оказалось, что Наташа уволилась, чтобы нормально учиться, вот и проставляется, потому что последняя смена, а маленьких тортиков в магазине не было.
  - А что же вы не помогаете, Алексей Михайлович? - удивилась я, вгрызаясь в торт. - Вкусно!
  - Не люблю сладкое, - развёл он руками.
   За столом говорили и о Наташиной свадьбе, на которую, как оказалось, приглашены все присутствующие, и о будущей учёбе. Наташа умолчала о своих спонсорах, сказала, что учёбу оплачивает жених.
  - Жаль, что пришлось уволиться, - вздохнула она. - Где я потом такой замечательный коллектив найду?
  - Да брось, куда ты денешься? Закончишь, и к нам же вернёшься, - сказала одна из медсестёр, - много ли у нас больниц? Только будешь уже суперспецом, вроде Алексея Михайловича.
  - В самом деле, - поддержал её хирург, - мир тесен. Почему бы нам и в будущем не работать вместе?
  Наконец, я собралась уходить. Наташа пошла провожать, и в неуютном проходе приёмного покоя быстро рассказала, что произошло. Я не знала, куда глаза девать.
  - Ты уж прости меня, Наташенька, я вас во всё это втравила.
  - Брось, - жёстко сказала Наташа, - никуда ты нас не втравливала! Мы полезли сами, причём с открытыми глазами и с осознанием перспектив. Ты прекрасно понимаешь, что Лёша мог и отказаться давать уроки, да и мне предложение было сделано в достаточно свободной форме. Но теперь я ни за что не откажусь. Ты не представляешь, какие у Лёши были травмы! Может он и не выжил бы, или провалялся бы на нашем отделении минимум пару месяцев, а так на нём всё зажило за несколько часов, буквально на глазах. Единственно, он устал очень, уже в такси начал вырубаться, до квартиры я его вообще тащила, как пьяного, он спал на ходу. Ты понимаешь, лекарства на основе вампирской крови смогут произвести переворот в медицине! Но здесь столько всего неясного. Это же целина для исследователя, как можно от такого отказаться!
  Я позволила себе усомниться в готовности вампиров массово жертвовать кровь на благо человечества, но посмотрев в глаза Наташки, горящие огнём чистого фанатизма, поняла, что говорить с ней бессмысленно, распрощалась и поехала домой. Слишком много всего для одного дня!
  Оказалось, день ещё не кончился. У моего дома стояла знакомая машина. Ник вышел навстречу и очень деловым тоном осведомился, не возражаю ли я, если на пустующей даче временно поживёт жилец, пока он не найдёт для него другое, более удобное место.
  - Жилец с клыками? - осведомилась я.
  - Естественно. Дэн.
  Внезапно я почувствовала себя очень уставшей.
  - Убираете из-под прицела? Не лучше было бы собрать усиленную охрану и ловить ваших киллеров при повторной попытке?
  - Я слишком ценная фигура, чтобы использовать меня, как живца, - раздался бархатный голос у меня за спиной. От неожиданности я шарахнулась и налетела на Ника. Он с готовностью прижал меня к себе. Дэн окинул меня взглядом и сказал вежливо и равнодушно:
  - Добрый вечер.
   Я сразу взяла себя в руки и отстранилась от Ника. Человек - это звучит гордо, надо держать марку.
  - Добрый вечер, Данил Иванович.
  - Ты сегодня выглядишь не лучшим образом, - заметил он вскользь.
  Вот паразит! Я посмотрела на него, но придраться было не к чему, лорд выглядел блестяще. Я представила, как будет смотреться его белый костюмчик после знакомства с картофельным подвалом, это мне немного подняло настроение, потому я ответила так же вежливо:
  - Спасибо. А я вам потом скажу какую-нибудь гадость.
   Ник дипломатично отвернулся, но его плечи тряслись от смеха. Дэн мою фразу проигнорировал. Я немножко поразмышляла и поставила условие:
  - Только на соседей не охотиться!
  - Хорошо, - сразу согласился Дэн.
  Я достала из сумочки связку ключей, сняла с неё ключ от дачного домика и тоскливо осведомилась:
  - Мне нужно тащиться на дачу, чтобы пригласить вас в дом? Или это и Ник теперь может сделать?
  - Может, - Дэн стремительно шагнул ко мне, и я опять, инстинктивно отшатнувшись в сторону, попала в объятия Ника.
  Ох, как это меня разозлило! Я прижалась к Нику и прошептала ему на ухо, заведомо зная, что Дэн прекрасно меня слышит:
  - Я всё поняла, ты специально привёз это пугало, чтобы иметь повод лишний раз меня обнять.
  Дэн забрал ключ из моей руки и с еле угадываемой улыбкой заметил:
  - Хорошая попытка.
  Его ироничное отношение к моей выходке несколько примирило меня с ним.
  - Уже легче, что ехать не надо, - буркнула я. - Могу быть ещё чем-нибудь полезной?
  - Нет, спасибо, - Дэн кивнул мне на прощанье и сел в машину, а Ник обнял меня ещё крепче и торопливо сказал:
  - Не знаю когда освобожусь. Вероятно, только к Лёшкиной свадьбе, но, если выдастся свободная минутка, позвоню, хорошо?
  - Конечно, - согласилась я, - я же вижу, что у тебя дела.
  Ник быстро поцеловал меня и бросился к машине. Почему я вечно с ним соглашаюсь? Сцену, что ли устроить для разнообразия? Я потащилась домой, чувствуя себя совершенно вымотанной.
  
  ***
  Ник появился через день, и, конечно, никаких сцен я ему устраивать не стала. Выглядел он уставшим, но на мой вопрос мягко улыбнулся и пояснил:
  - Мы устаём не так, как люди. Если не голоден, физическая усталость ощущается только во время восхода. Молодняк спит от восхода до заката, но с возрастом это проходит. Могу несколько дней не спать, не чувствуя утомления, но на очередном восходе просто отключусь. Сейчас я просто в растерянности: не представляю, что могу ещё сделать. Я же чувствую, что охотники где-то рядом, никуда не уехали, но следов найти не могу. Не держать же вечно Дэна за городом!
  Мы никуда не пошли, посидели у меня дома. Взгляд Ника был отсутствующим. Я пробовала развлечь его болтовнёй, но заметила, что он меня почти не слушает, и умолкла. Было очень уютно молчать, сидя в обнимку на диване в полутёмной комнате. Изредка Ник мягко целовал меня или просто проводил губами по моей шее или щеке, потом откинул голову на спинку дивана и прижал меня к себе. Я подтянула ноги и свернулась клубочком, положив голову ему на плечо, а руку - на грудь, чувствуя ритм его дыхания, и невольно подстраиваясь под него. Когда после очередного выдоха вдоха не последовало, я чуть не задохнулась. Судорожно глотнув воздух, я подождала ещё несколько мгновений и, отстранившись, взволнованно заглянула ему в лицо. Глаза Ника были прикрыты, на губах блуждала неопределённая улыбка, и он сразу же опять привлёк меня к себе. Он снова размеренно дышал, я слышала ровный стук его сердца, и только сейчас поняла, что раньше сердцебиения не было. Меня охватило пронзительно острое чувство жалости и нежности. Я стала покрывать поцелуями лицо Ника. Сначала он, казалось, не замечал этого. Он не открыл глаз и не шевелился, только улыбка стала ярче. Потом его губы немного приоткрылись, и он начал слепо двигаться, подставляя под мои поцелуи чистый лоб, прикрытые веки с трепещущими ресницами, резко очерченные скулы, бледную шею. Когда я ощутила губами его пульс, он внезапно резко вывернулся, и впился горячим поцелуем мне в губы. Я чувствовала, как напряжено худое сильное тело, прижимающее меня к дивану, как клыки Ника царапают мою нижнюю губу, и испуганно затихла, но он постепенно обмяк, его руки ослабили стальную хватку, а губы вновь стали нежными. Я успокоено обняла его, и мы вновь замерли. Я не заметила, как заснула в его объятьях, а, когда проснулась, Ника уже не было, и приближалось утро.
  
  ***
  Лёша с Наташей поженились. В день свадьбы погода подкачала, было пасмурно, изредка накрапывал дождь. Зато Ник присутствовал и на выкупе невесты, и на регистрации, и на прогулке. Он заехал за мной с утра и весь день мы провели вместе, то держась за руки, то в обнимку.
  Наши молодые отошли от стандартов. Наташка белокожая, и ей белое не идёт, придаёт болезненный вид. Так что в белом был загорелый Лёшка. В официальном костюме он выглядел очень непривычно, но смотрелся здорово. Лазурно-голубая рубашка делала его глаза совсем синими. Платье Наташи было ярко-голубым, точно такого же цвета, как Лёшкина рубашка, и украшено белыми вставками и белой вышивкой с жемчугом. Жёсткий стоячий кружевной воротник и рукава фонариком делали её ещё больше похожей на Белоснежку, чем обычно. Конечно, у Наташи свидетельницей была ослепительная Настя, только Витя, приятель и коллега Лёшки и его свидетель, не был красавцем, но и не портил общей картины. Вместе они очень красиво выглядели, чистый Голливуд, хотя свидетели вносили своим ростом комичную ноту. Но высокая Настя держалась около Лёшки, некрупный Витя - рядом с Наташей и в глаза это не очень бросалось. Лёшка сказал:
  - Они наши лучшие друзья и плевать мне, как это будет выглядеть на фотографиях.
  Увидев фотографа, я вспомнила о фольклоре и поинтересовалась у Ника, получится ли он на фото.
  - Конечно, - удивился он, - это раньше, когда использовалось серебро, мы на фотографиях засвечивались.
  - Почему?
  Ник улыбнулся вполне человеческой улыбкой и охотно ответил:
  - А чёрт его знает!
  - Очень информативно, - буркнула я, но Ник расхохотался, и, схватив меня за руку, потащил в толпу гостей.
   Чувствовалось, что ему интересно. Когда я сказала ему об этом, он заявил, что раньше никогда не был на человеческих свадьбах, а у нас тут оказывается куда веселее, чем это изображают в кино.
  Алексей Михайлович и сестрички из Наташиной смены держались кучкой. Я с ними поздоровалась. Врач, ответив мне, склонил голову перед моим спутником, а Ник сдержано кивнул ему в ответ. Меня это неприятно поразило.
  - Вы давно знакомы? - поинтересовалась я осторожно, когда мы отошли.
  - Лет сто тридцать, я полагаю, - ответил Ник небрежно, но глаза его смеялись. Меня охватило смятение. Уж на Алексея Михайловича я бы никогда не подумала! Вспомнилось, что и в "рябинках" меня кто-то из вампиров видел...
  - Можно в этом несчастном городе хоть шаг ступить, чтобы не наткнуться на вампира? - с досадой спросила я. Неприятно знать, что воспринимаешь мир совсем не таким, какой он на самом деле.
  Ник ответил неожиданно печально и серьёзно:
  - Нас в городе не больше четырёх десятков, а всего в клане Дэна чуть больше сотни членов, хотя по Договору в клане может быть триста пятьдесят вампиров. Дэн разрешает обращать только добровольцев, а откуда их возьмёшь, если даже о нашем существовании мало кто знает? Вот Алекс пару раз за полсотни лет завербовал умирающих, я Борю нашёл - и всё. Хорошо хоть, что у нас за последние годы не было смертей.
  - Последние годы - это сколько? - поинтересовалась я.
  - Лет двести с лишним, наверное, - пожал плечами он, - при мне точно такого не было.
  - А ты хотел стать вампиром? - спросила я. Почему-то именно сейчас, среди шумной весёлой толпы, этот вопрос мне показался вполне уместным. Раньше мне казалось, что он слишком интимный, не хотелось заставлять Ника выворачиваться передо мной наизнанку.
  - Кто меня спрашивал? - мрачно огрызнулся он.
  - А если бы у тебя была возможность снова стать человеком? - не отставала я.
  Очевидно, этот вопрос оказался сложным. Ник долго размышлял, а затем неуверенно сказал:
  - Нет. Бывает что-то вроде ностальгии, но когда представляю, насколько беззащитны и уязвимы люди, как скоротечна человеческая жизнь, - он замялся, и закончил уже уверенным тоном: - Я думаю, что мне было бы теперь неуютно в человеческом теле. Нет.
  Я заметила, с каким недоумением оглядывается на нас Света, прервала разговор, и мы опять влились в веселящуюся толпу. Когда свадьба добралась до кафе, Ник оглядел столы, выбрал стратегически выгодную позицию в дальнем конце от молодожёнов, и занял несколько мест, устроив меня рядом, а милого доктора посадив с другой стороны от себя. Мы встретили молодых, и пошёл пир горой. Рядом с нами устроилась Света и девушки из больницы. На тарелки вампиров никто не обращал внимания, все смотрели в другую сторону, на новобрачных. Тамада оказался замечательный, говорил душевно и весело, и конкурсы проводились смешные, и музыка была хорошей. Здорово, но особо рассказывать нечего: свадьба как свадьба, всё традиционно.
  Один раз мне показалось, что назревает конфликт. Лёша отозвал Ника в сторону и начал ему что-то горячо говорить с возмущённым видом, тот отвечал достаточно иронично и высокомерно, Наташа мялась рядом в смущении, я уже хотела вмешаться, когда вдруг около них возник Алексей Михайлович и вступил в разговор. Вдруг Наташа залилась румянцем, а хирург взял её за руку и поцеловал пальцы. Вампиры обменялись рукопожатием с Лёшкой, Ник поцеловал Наташу в щёчку и вернулся ко мне. Я с беспокойством и нетерпением поинтересовалась, что случилось. Ник пожал плечами:
  - Молодых не устроила сумма подарка. Пришлось объяснить, что мы достаточно богаты, и было бы нелепо ожидать от нас такую же мелочь, как от людей.
  Сначала я хотела заявить Нику, что некрасиво так демонстративно выставлять богатство напоказ, потом решила, что это неуместно и вампиры лучше знают, какой подарок могут сделать. Попыталась представить себя миллионершей: сколько бы подарила нищим друзьям? К определённому решению так и не пришла.
  Разъезжались мы за полночь. Ник отвёз домой сначала Свету, потом меня. У подъезда стояло такси. Ник взял кейс с заднего сиденья, закрыл машину и протянул ключи мне:
  - Передай Боре, он отгонит в гараж. Я опаздываю в аэропорт, вернусь дней через десять.
  Он мягко коснулся поцелуем моих губ, сел в такси и уехал, оставив меня переполненную впечатлениями и в абсолютной растерянности.
  
  ***
  Когда на следующий день я зашла в кафе, работал ещё дневной бармен. Я, ничего не заказывая, посидела за столиком под его неодобрительным взглядом и дождалась Борю. Он приветственно махнул рукой сменщику и сел напротив. Я достала ключи Ника и положила на стол, Боря сгрёб их в карман. Некоторое время мы молчали, пока у меня не возникло странное ощущение, что я выговорилась перед внимательным слушателем. Боря улыбнулся, не показывая клыков, и заметил:
  - Приятно общаться с человеком, которому нечего скрывать даже в мыслях.
  - Это не так, - возразила я.
  - Так, - настойчиво повторил он, - остальное - мелочи. Хорошо, что ты Нику ничего не говоришь, пусть сам разбирается, - Боря положил на мою руку прохладную ладонь и сказал с понимающей улыбкой: - Мне кажется, что мастер относится к тебе серьёзнее, чем ты думаешь. Всё будет хорошо.
  Опять он меня утешает! Я почувствовала благодарность за добрые слова, и в то же время неловкость. Боря мне нравился. Может, у меня с головой не всё в порядке? Ну, не должны человеку нравиться вампиры, не должны!
  - Почему? - насмешливо спросил он.
  Я почувствовала, что краснею и выпалила:
  - Добыча не должна симпатизировать хищнику!
  Он фыркнул:
  - Что ты из ерунды трагедию делаешь? В курсе же, что мы не убиваем. Ну, используем людей - что такого? Люди тоже всё время друг друга используют! Для нас, по крайней мере, это жизненно необходимо.
  - Тебе нимб не жмёт? - с ходу поинтересовалась я.
   Как у него всё легко и просто! Ник говорил, что контроль и стирание воспоминаний негативно влияют на человеческую психику, хотя так и не объяснил, в чём это выражается. А ведь большинство вампиров, не заморачиваясь всякими психическими воздействиями, попросту убивают людей.
  - У нас таких нет, - возразил Боря, - и влиянием на людей тоже не злоупотребляют, хотя и в ангелы мы не рвёмся. Дэн надеется, что с течением времени все кланы придут к такому варианту.
  Я представила флегматичную физиономию Дэна. Вот уж не подумала бы, что он оптимист!
  - Борька! Хватит ля-ля! - крикнул бармен из-за стойки. - Твоё время пошло!
  Боря осклабился, продемонстрировав клыки, и, вставая, сказал:
  - Пойду уже, Витька на свидание опаздывает. Посидишь?
  Я отрицательно мотнула головой:
  - Что здесь одной делать?
  - Тогда с девчонками заходи, - сказал Боря. - Пока!
  
  ***
  Через два дня закончилась картошка. После отпуска с финансами было негусто, тем более, что я постаралась побольше выделить моим старикам, отправляя их в санаторий. Да и смешно покупать картошку, когда на даче её полным полно. Другой вопрос, что у меня там сейчас сидит вампир, встречаться с которым абсолютно не хочется. Сначала я думала приехать за картошкой днём, в расчёте на то, что Дэн будет спать, но быстро отказалась от этой идеи. Дом у нас солнечный, кроме подвала, естественно. Не зря же Ник именно там и отсиживался! Значит, и Дэн будет там. Некрасиво лезть в комнату к спящему гостю.
  Даже если презреть эту норму, всё равно идея неудачная. Дэн заведомо несколько дней не ел. Хотя, как говорил Ник, разбудить спящего вампира практически невозможно, а вдруг? Может у него спросонья самоконтроль слабее? Кроме того, я у Ника никогда не спрашивала, как выглядит спящий вампир. А если он реально похож на полуразложившегося покойника, как описывают в некоторых произведениях? Не хотелось бы наносить такой удар по своей психике. Или другая возможность: вдруг он там спит голышом? Зачем ставить его и себя в такое неловкое положение. Всё равно он, когда проснется, поймёт по запаху, что я заходила.
  Наконец, я решила, что ехать надо вечером так, чтобы Дэн уже проснулся, но добираться назад ещё не в полной темноте. Время я рассчитала правильно и подъехала к даче как раз на закате. Дэна я увидела сразу, как только обошла кусты у калитки. Он сидел с безразличным видом в самом темном углу веранды, слегка раскачиваясь в бабушкином кресле-качалке, и смотрел на меня. Внезапно я почувствовала облегчение: куда хуже было бы столкнуться с ним неожиданно нос к носу. Радостно взлетев по ступенькам веранды, я выпалила одной фразой:
  - Добрый вечер, Данил Иванович, не хотела вас беспокоить, но у меня картошка кончилась, я только возьму пару ящиков и уйду!
   Дэн кивнул, на его лице появилось что-то напоминающее улыбку. Я посмотрела внимательнее: причёска была идеальной, а вот бывший белый костюм выглядел весьма печально. Набравшись наглости, я заметила:
  - Вы сегодня выглядите не лучшим образом.
  Он иронично улыбнулся, и ответил:
   - Спасибо. А я тебе потом скажу какую-нибудь гадость.
  - Давайте, - согласилась я, чувствуя, как медленно отпускает напряжение и расслабляются мышцы. Оказывается, с лордом вполне можно общаться. У него даже чувство юмора есть. Словно подтверждая мои мысли, Дэн встал и сказал:
  - Я принесу. Двух ящиков точно хватит? Люди так прожорливы...
  - Уж кто бы говорил! - ответила я в тон.
  Вампир скрылся в доме, оставив дверь распахнутой. Его не было довольно долго, но у меня не возникло ни малейшего желания проверить, чем он занимается. Я села на ступеньку и обдумывала, стоило ли так с ним разговаривать. С одной стороны, это он Нику начальство, а не мне, а с другой - я же только человечка, для вампира - существо низшее по определению. Вроде бы Дэн всё воспринял нормально, да и в любом случае изменить уже ничего нельзя.
  Когда вампир появился с картошкой, я открыла багажник машины, показала, куда ставить ящики и, поблагодарив за помощь, решительно сказала:
  - Знаете, я так и не поняла, зачем вы нанесли мне визит после моего дня рождения. Ник говорил, что все вопросы можно было решить без вашего личного участия.
  Дэн взглянул на меня со спокойным любопытством, и напомнил:
  - Ты тогда ещё сказала, что Ник любит посмеяться.
  - А причём тут это? - не поняла я.
  - За пару сотен лет он и улыбался нечасто, - заметил Дэн. - Мне захотелось увидеть человека, который сумел его настолько изменить.
  Я растерялась. Вот уж не ожидала! Лицо вампира опять ничего не выражало, и вообще какой-то он был блёклый. Я не сразу сообразила, что его обесцветило. Глаза Дэна из васильковых стали почти белыми. У меня как-то сразу пропало всякое желание задавать вопросы. Не стоит надоедать голодному вампиру.
  - Мне домой пора, - неуверенно сказала я. Вроде неудобно так резко обрывать разговор.
  - Безусловно. И чем скорее, тем лучше, - бесстрастно подтвердил Дэн, глядя в сторону.
   Быстро пробормотав слова прощания и получив кивок в ответ, я села в машину и тронулась в обратный путь. Всю дорогу я обдумывала то, что услышала. Дэн назвал меня человеком, а не человечкой, но я не знала, стоит ли придавать этому какой-то глубокий смысл. И вообще его слова можно было истолковать по-разному. Приятно было думать, что я привнесла улыбки, смех и радость в тусклую жизнь Ника, осветила беспросветность его существования светом ярких чувств и огнём возвышенной любви. К сожалению, я слишком хорошо помнила слова Ника о том, что люди слышат только то, что хотят услышать. Так что вычёркиваем все мечты и пустую романтику. Останется бесспорный голый факт: в моём лице Ник нашёл себе прекрасного дежурного клоуна. Ну, так он никогда и не скрывал, что я его развлекаю! Что ж, с одной стороны я не узнала ничего нового и полезного, с другой - я, наконец, перестану впадать в панику при одном воспоминании о Дэне, да и непонятность его визита перестанет меня мучить. Хоть что-то.
  
  ***
  Я скучала по Нику. От него не было никаких известий. Оказывается, вампир стал мне необходим. Иногда я с тоской думала, как буду адаптироваться, когда Ник найдёт себе другую девушку, если даже сейчас, когда он уехал-то неделю назад, мне так плохо, но старалась быстрее выбросить эти мысли из головы. Успею настрадаться, а пока надо наслаждаться моментом, не отравляя его чёрными предчувствиями.
  Бабушка с дедушкой должны были скоро вернуться из санатория. Чтобы не маяться от тоски, я занялась делом: устроила большую уборку. Решила и окна помыть, пока на улице ещё не очень холодно, и уже заканчивала, когда раздался телефонный звонок. Ник!
  - Привет, Кристи, можно зайти? Ты одна?
  - Конечно! Ты где?
  Но в трубке уже раздавались гудки. Я окинула взглядом комнату, залитую солнечным светом. Ужас! Тазик с водой, рядом валяются мятые газеты и бумажные полотенца, которыми я протирала стёкла... Задёрнула шторы, сгребла всё с пола в охапку - и услышала трель домофона.
  Под этот мелодичный перезвон я домчалась до кухни, упихала бумаги в ведро и, задыхаясь, бросилась к двери. Уронила трубку домофона, но подхватывать не стала, просто нажала на кнопку и, глубоко вздохнув в безуспешной попытке выровнять дыхание, щёлкнула замком. Дверь распахнулась, и я шарахнулась от неё. Тёмная фигура скользнула из темноты лестничной площадки - Ник обхватил меня за плечи. Я с облегчением вцепилась в его рубашку.
  - Ты!
  Вампир вглядывался в моё лицо.
  - Чего испугалась?
  - В первый момент не узнала. Ведь четыре этажа! Я только подъезд открыла, а кто-то в дверях...
  Ник порывисто привлёк меня к себе, уткнулся лицом в мои волосы.
  - Я соскучился. Хорошо, что ты дома.
  Его дыхание холодило щёку.
  - Ты что, голодный?
  Он не ответил, но я почувствовала, как кивнул. Холодные губы скользнули по краю моего уха, поймали мочку. Я, повернув голову, вырвалась.
  - Пойдём в комнату.
  Усевшись на диван, Ник неохотно объяснил:
  - Я был на чужих территориях. Принято получать разрешение местных лордов на охоту, а мне не хотелось просить об одолжении.
  - А зачем ты ездил?
  - Дэн послал. У нас тут назревает конфликт, и мы решили заручиться поддержкой Совета.
  - Вы Совет собирали?
  - Нет, это преждевременно. Нанёс неофициальные визиты, провёл предварительные беседы, в общем, просто прощупал почву. В целом поездка прошла лучше, чем я ожидал.
  - А где был?
  - Франция, Швейцария, Испания, Англия, Канада, Штаты, - скучным голосом перечислил он.
  - Да ты полмира объездил. Как интересно!
  - Нет в этом ничего интересного, - с досадой сказал Ник. - Кроме салонов самолётов и такси, я видел только помещения, где проходили встречи.
  - А почему такая гонка? - обеспокоилась я, - Что за конфликт? Это опасно?
  Ник заглянул мне в глаза:
  - Ничего особенного. Мелкая внутренняя грызня. Похоже, под Дэна копают. Главное, что мы в курсе. Просто хотелось скорей вернуться. Кристи, не представляешь, как мне тебя не хватало.
  Он привлёк меня к себе. Сначала я самозабвенно отвечала на его поцелуи, но потом почувствовала тупое давление на кожу клыков, и меня это отрезвило и даже испугало. Я и уколов побаиваюсь, а ведь там тоненькая иголочка, а уж клыки Ника тонкими назвать было никак нельзя. За эти недели я не раз имела возможность хорошо их рассмотреть. Длинные, почти три сантиметра, чуть тоньше собачьих, с острыми концами и немного изогнутые, они скорее напоминали зубы змеи. И сейчас чувствовать их было крайне неприятно, особенно, зная, что Ник голоден. Я часто вспоминала, как бездумно предложила ему своё запястье при первой встрече, и как больно это было. Но тогда он всё-таки был ранен. Повторения этого опыта я категорически не хотела.
  Ник покрывал мою шею долгими влажными поцелуями. Но я не могла расслабиться, наоборот, нарастало напряжение. Прикосновения холодных губ были неприятны. Когда клыки царапнули кожу, я не выдержала и предупредила:
  - Только без зубов.
  - Тебе понравится, - пробормотал он между двумя поцелуями. Это было последней каплей, я с силой оттолкнула его и вскочила, а вампир, не ожидавший этого, упал и недоуменно спросил:
  - Кристи, да ты что?
  Сидя на полу, он смотрел ошарашено. Его недоумение почему-то разозлило меня. В горле стоял комок. На глаза наворачивались слёзы, и, удерживая их из последних сил, я заявила:
  - Я же сказала: не хочу, чтобы ты меня кусал! - я старалась говорить очень спокойно, но голос дрожал.
  - Мне это необходимо! - с отчаянием воскликнул Ник.
  - Мало ли что тебе необходимо! - огрызнулась я. - Я тебе не еда! Уходи!
  У меня перед глазами всё расплывалось. Чувствуя, что сейчас уже не смогу удержать слёз, я подошла к окну, рванула штору в сторону и прижалась лбом к холодному стеклу. За спиной раздался грохот. Я, сообразив, что сделала, бросила взгляд в комнату. Ник вскочил на ноги, сбив при этом стул, и стоял в солнечных лучах, выставив перед собой полусогнутую руку, чтобы затенить глаза.
  - Кристи, не гони меня.
  Но я, уже зная, что буду жалеть об этом, просто заорала на него, как базарная тетка:
  - Убирайся отсюда! Видеть тебя не хочу!
  Я снова уткнулась в стекло, и, услышав, как за спиной хлопнула дверь, наконец, разревелась, давая выход закипающим слезам, просто сидела на полу у окна и рыдала взахлёб, размазывая по лицу слёзы и сопли бумажными полотенцами, которые так кстати оказались под рукой.
  Некоторые девушки умеют плакать красиво, трогательно-романтично. Я к ним не отношусь. Лицо сразу опухает, а глаза краснеют. К счастью, у меня практически не бывает таких вспышек. Сейчас, отревевшись, я сама себе удивлялась. Только час назад думала, как хорошо было бы, чтоб Ник оставался со мной подольше, а когда он приехал, всё испортила. Мужчины вообще не любят сцен, а уж этот вампир с его гипертрофированным самомнением вряд ли простит мне, что его так выгнали, ещё и поджарив на солнышке. Главное, что я сама не могла понять, откуда у меня возникло это чувство нестерпимой обиды, будто меня обманул в чём-то очень важном человек, которому я доверяла. Конечно, не слишком приятно знать, что Ник рассчитывал мною перекусить, но ведь не в этом суть... Я уверена, можно было бы убедить его отложить кормёжку ещё на некоторое время, не включая меня в меню. Ведь мог он подчинить меня, используя ментальный контроль, но не стал этого делать, ушёл, как я и потребовала, то есть моё мнение учитывается. Почему же я так психанула?
  Я обхватила руками голову, которая казалась мне сейчас после моего дикого рёва очень большой, пустой и звенящей, и попыталась сосредоточиться, хоть это было и непросто. После выброса эмоций навалилась жуткая апатия. Да даже если бы Ник меня и укусил, что бы это изменило? Безусловно, неприятно чувствовать, что тебя просто используют, но, кажется, я уже убедила себя, что, любовь вампира мне не грозит, и он со мной просто развлекается. Так что, по большому счёту, какая разница? Конечно, меня испугала сама возможность укуса, но, если разобраться, ничего особо страшного в этом тоже не было. Тем более, что Ник пообещал, что мне понравится, значит, у него есть какая-то вампирская заморочка на сей счёт. Зачем я устроила этот кошмарный скандал? Ведь всё было хорошо, как у нормальных людей.
  Я невольно замерла, пытаясь поймать ускользающую мысль. Ведь у нас действительно всё было, как у людей. Я попыталась представить, что бы я почувствовала, если бы Ник захотел не подкормиться на мне, а затащить в постель. Да чего там представлять! Сексуального опыта у меня не было - а что вы хотите от бабушкиной внучки и книжного червя - а в книгах секс с вампирами почти всегда описывают достаточно жёстко. Я побаивалась, конечно, ну и не хотела форсировать события. Но сама я давно уже знала, что в таком случае я его не оттолкну. После достопамятного разговора со Светой я долго обдумывала это и решила, что лучше жалеть о том, что сделано, чем о том, что не сделано, так?
   Медленно приходило осознание того, что я сама себя обманывала, не желая видеть в Нике вампира, а он, намеренно или инстинктивно поддерживал во мне иллюзию человеческих отношений. Я всегда осуждала девушек, которые пытаются глобально переделать своих возлюбленных, считая, это бесполезной затеей. Ты или принимаешь человека, или нет. Если тебя что-то не устраивает по-крупному, значит это не тот человек, который тебе нужен. Конечно, это не относится ко всяким мелочам, но и это как посмотреть. Для тебя что-то может казаться мелочью, а для твоего партнёра - чуть ли не смыслом жизни. А сейчас я оказалась хуже этих девушек, потому что ждала от своего вампира совершенно невозможного. Подсознательно я хотела, чтобы Ник был человеком. И когда он так грубо разбил мою иллюзию, напомнив о своей сущности, я сорвалась.
  Я ещё раз обдумала, насколько глубоки и серьёзны мои чувства к Нику и смогу ли я принять его как вампира. Затем закрыла окно, внезапно почувствовав, что совсем продрогла, и пошла в ванную приводить себя в порядок. Потом буду звонить Нику и извиняться. Вдруг ещё можно помириться?
  Я включила свет в ванной и открыла дверь. Ник сидел в дальнем углу на полу у раковины, обхватив колени руками, и смотрел в одну точку куда-то вниз. Он был похож на несправедливо наказанного ребёнка. На моё появление вампир не отреагировал. Руки у него были нормальные, а вот на лице солнечные ожоги были ещё заметны, и я со стыдом подумала, что, наверное, он ещё голоднее, чем мне показалось. Взгляд в зеркало над раковиной на мою красноглазую опухшую физиономию в пятнах не прибавил уверенности, и я стояла в дверях, глядя на Ника, совершенно оробев и не представляя, как начать разговор. Присмотревшись, я поняла, что его неподвижность абсолютна, нет даже дыхания, от этого открытия ощутила прилив жалости, и уже не думая, что делаю, опустилась на пол рядом с ним и позвала:
  - Ник...
  Он стремительным движением обхватил меня за плечи и уткнулся лицом в грудь. От неожиданности я замолкла, затем неуверенно обняла худое сильное тело и через пару минут ощутила глубокий вдох.
  - Пожалуйста, не гони меня, Кристи. Я постараюсь... - он не закончил и замолк. Где-то на заднем плане у меня проскочила мысль, что, по крайней мере, хорошо, что сейчас Ник не видит моего зарёванного лица. Я смутилась, что в такой момент в состоянии думать о подобной ерунде и с раскаянием сказала:
  - Ник, я была не права. Прости меня, дуру.
  С замиранием сердца я ждала его ответ.
  - Знаешь Кристи, - сказал он вдруг, не меняя позы, но своим обычным тоном, - ты настолько непредсказуемо себя ведёшь, что я никак не могу тебя понять. Можешь объяснить, что на тебя нашло?
  Я почувствовала, как мои щёки охватывает жар. Объяснять Нику свои психологические выверты я категорически не хотела, поэтому просто ответила:
  - Могу. Но не буду.
  Вампир поднял голову и стал смотреть мне в лицо. Его дыхание приятно охлаждало горящую кожу. Я опять мельком устыдилась своего вида, отметив при этом, что ожоги Ника уже почти прошли. Очевидно, он заметил, как я покраснела, и хмыкнул, но ничего не сказал. Я провела пальцем по совершенной бледной коже от виска вниз по скуле и обхватила ладонями его прекрасное лицо. Оно не было ледяным, но холодило ладони, и я внезапно ощутила острое желание поделиться с ним своим теплом. Откинув назад волосы, я повернула голову, подставляя Нику шею. В ушах стоял ровный гул с сильной пульсацией, совпадающей с ударами сердца, которое, казалось, колотится у самого горла. Я закрыла глаза и постаралась ровно дышать через нос. Ник, не торопясь, покрывал поцелуями моё лицо, в промежутках шепча мне какие-то слова. В их смысл я не вникала, впитывая в себя только ласковые успокаивающие интонации его голоса, и почти не заметила, как его губы переместились с лица на шею. Удар клыков я ощутила короткой острой болью, которая сменилась лёгким жжением, и почти сразу меня захлестнула волна наслаждения. Горячий пульс бился теперь между бёдер, грудь напряглась, всё тело требовало чего-то, и я инстинктивно подалась вперёд, стремясь прижаться к Нику. Его рука втиснулась между нами, мешая моему движению, я протестующее хныкнула, но она скользнула под блузку и легла на грудь. Тёплые пальцы обхватывали её, играя с напрягшимся соском, горячий язык ритмично толкал шею, я услышала свой стон наслаждения, задыхаясь, почувствовала яркую вспышку небывалого блаженства и растворилась в этом сиянии...
  Пришла в себя я в комнате. Я лежала на кровати поверх покрывала в мягком полусумраке: штора вновь была задёрнута. Ник полулежал рядом со мной, опершись на один локоть, и смотрел мне в лицо. Чувствовала я себя замечательно, такой мерзкой слабости и озноба, как в прошлый раз, и в помине не было. Всё тело, казалось, пело. Я взглянула в лицо моему вампиру, и это сразу на порядок ухудшило мне настроение. Я села и мрачно заявила:
  - Ненавижу, когда у тебя такая самодовольная рожа.
  Ник стремительно опрокинул меня обратно на кровать, прижав сверху телом, и торжествующим обвиняющим тоном заявил:
  - Ты меня любишь!
  - И что? - агрессивно спросила я, безуспешно пытаясь спихнуть его. Он перехватил мои руки, завёл их мне за голову и возмущённо сказал:
  - Я вообще понять не мог, как ты ко мне относишься, несколько недель с ума схожу, надо мной уже птенец втихомолку подсмеивается, а ты меня любишь!
   Ник рассмеялся мальчишеским смехом и перекатился на спину, так что я оказалась сверху. Пользуясь моментом, я сразу попыталась удрать, но он меня удержал, и, посадив на себя, начал медленно расстёгивать мою блузку со счастливой улыбкой глядя в глаза.
  Я чувствовала себя невероятно смущённой. Когда я предлагала Нику свою кровь, у меня как-то напрочь вылетело из головы, что этим я открываю чувства, и теперь мне было неловко. И то, что Ник сейчас хотел заняться сексом, меня тоже напрягало, хотя у меня и не было принципиальных возражений. Слишком много всего и сразу. Он закончил расстёгивать пуговицы, распахнул полы и перевёл глаза на моё тело. От его пристального взгляда я окончательно стушевалась, снова запахнула блузку и обхватила себя руками.
  - Что-то не так? - спросил Ник спокойно.
  - Я тебя стесняюсь, - сказала я, чувствуя, что опять краснею.
  Он очень удивился:
  - Ты обнажила передо мной свою душу, это куда более интимно.
  Я понимала, что он прав, но не могла побороть свою нерешительность. Ник смотрел на меня со спокойным ожиданием, я вдруг поняла, что торопить меня он не будет, и это меня успокоило. Кроме того, хотя он ничего не сказал о своих чувствах, мне было очень важно, что он готов считаться с моими. Это уже показывало, что он ко мне хорошо относится. А на большее я и рассчитывать не могла, хотя, конечно, хотелось. После некоторых сомнений, я разжала руки. Ник понял, просиял улыбкой и, опрокинув меня, стал покрывать поцелуями, начав с лица, и медленно опускаясь по шее к груди. Изредка его клыки царапали кожу, но меня это больше не пугало. Запустив пальцы в его волосы, я смогла полностью расслабиться и отдаться новым ощущениям. Неожиданно он оторвался от моей груди, прошипел что-то неразборчивое сквозь зубы, плюхнулся рядом со мной на спину и с досадой уставился в потолок.
  - Что такое? - удивилась я.
  - Твои приехали, - объяснил Ник коротко.
  Скатившись с кровати, он подхватил с пола свою рубашку. Я и не заметила, когда он успел от неё избавиться.
  - Не может быть, - уверенно возразила я, - у них билеты на утренний поезд.
  Ник скептически поднял бровь и молча подал мне блузку. Пока я возилась с ней, он чёткими молниеносными движениями оправил кровать. Мы вышли в коридор. Почти одновременно с этим открылась входная дверь. Это действительно были дедуля и бабушка. Пока я обнималась и целовалась с ними, вампир скромно стоял в сторонке, а потом, когда представила его, сразу извинился, сказав, что он тоже только что приехал. Перелёт был утомительный, с пересадками, он заскочил только на пару минут поздороваться и уже уходит.
  - Полагаю, мы ещё увидимся? - предположила бабушка.
  - Безусловно, - легко согласился Ник. - Я зайду завтра вечером, мы с Кристи собираемся в клуб.
   До этой минуты я и не подозревала, что собираюсь в клуб, но возражать, естественно, не стала. Вышла проводить Ника на лестницу:
  - Как будешь добираться по такому солнцепёку?
  - Так же, как и сюда, - объяснил он, - на такси. На мой вызов присылают машину с тонированными стёклами. Подожду в подъезде.
  - И в самом деле, - пробормотала я, недовольная тем, что сама не сообразила. - Ну, тогда до завтра!
  Ник поцеловал меня и начал спускаться, размахивая кейсом и на ходу доставая мобильник.
  Дедушка чувствовал себя не очень хорошо и прилёг вздремнуть, а мы с бабулей сели разговаривать. Оказывается, мои старики приехали раньше, потому, что в их заезде был житель нашего города, и он предложил ехать не поездом, а с ним на машине. Уезжать всего на полдня раньше, а дядьке не скучно одному в машине трястись, и билеты сдали - всё какая-то экономия.
  Я рассказала бабушке, как жила, главным образом о том, как гуляли на свадьбе, и что Наташка поступила в институт, потому что нашлась организация, готовая оплатить её учёбу с последующей отработкой. Бабушка слушала вроде бы внимательно, но вдруг спросила меня, прервав посреди фразы:
  - Что у тебя с шеей?
  Я бросила взгляд в зеркало. Следы от клыков не казались свежими, но чётко выделялись на коже.
  - Уже заживает, - небрежно заметила я.
  - Нельзя же так неосторожно, - попеняла мне бабушка, - здесь же рядом артерия, если поранить, можно истечь кровью за несколько минут. Выглядит прямо как...
  - Ага, вампир укусил, - иронично подхватила я.
  Бабушка рассмеялась и спросила, что там, на свадьбе было дальше. Я рассказала, а потом взяла машину и поехала по магазинам. Одна я жила простенько, а сейчас, когда мои приехали, надо забивать холодильник.
  
  
  Глава 16. НИК
  
  К даче Кристи я подъехал в сумерках и нашёл Дэна в самом дурном расположении духа. Он выслушал мой доклад, побарабанил пальцами по перилам, задумчиво пробормотал:
  - Ну и хорошо, ну и славненько... Всё гладко прошло?
  - Во Франции накладка была, - сказал я, сдерживая ухмылку. - Её светлость осталась недовольна моим видом.
  - Явился в джинсах и футболке? - предположил он.
  - Смокинг.
  - А надо было?..
  - Жюстокор, - ответил я бесстрастно.
  - Грымза реликтовая! - пробормотал Дэн. - Что-то ещё?
  Я вспомнил визит в Канаду. В Монреале во время разговора с несколькими собеседниками, где присутствовали сразу два лорда, в комнату привели девушку. Сначала я услышал резкое прерывистое дыхание, бешеный стук сердца и только потом почуял запах страха - пленительно манящий. С первого взгляда стало ясно, что человечка обречена: многочисленные шрамы от клыков делали невозможным её возвращение к людям. Пока я рассказывал о сложившейся ситуации, мои собеседники поочерёдно насыщались, лениво подталкивая девушку друг другу. Она не смела противиться, хотя в глазах плескался ужас. Запах кружил голову, я старался меньше глядеть в её сторону, чтоб не подстёгивать разыгравшийся аппетит, но от предложенного угощения отказался. Никто не озаботился остановить кровь. Когда я уходил, девушка умирала, лежа в кровавой луже на полу.
  Этот банальный эпизод произвёл на меня неприятное впечатление, может потому, что она напомнила мне Кристи, хотя у них не было ничего общего, лишь какое-то неуловимое сходство в повороте головы.
  Я, помедлив, ответил:
  - Нет, ничего особенного.
  Дэн кивнул и мрачно заявил:
  - Здесь я больше оставаться не могу. Дом слишком солнечный, подвал уже осточертел, да и все книги прочитаны. Свихнуться можно от безделья! Найди мне жильё в городе, завтра перееду. Сам где собираешься дневать?
  - Дома, естественно.
  - Если бы я считал, что это безопасно, то и сидел бы у тебя, а не в этой грязной дыре.
  - Это чистенький домик, - возразил я с невинным видом, - но у людей не принято часто убираться в подвалах. И я не считаю, что мой адрес кто-то может вычислить: формально квартира не моя. Домой я, кроме тебя, Бори и Макса, никого не приглашал.
  - Не говори ерунды, - возразил Дэн, поморщившись. - Вспомни хотя бы сколько раз ты ко мне заезжал за эти дни. Вполне могли выследить.
  Я иронично поднял бровь, не считая нужным отвечать. Будто бы я не заметил слежки! В центре города - ещё куда ни шло, но не на моей окраине, где каждая машина - как на ладони. Дэн неодобрительно покачал головой, но не стал продолжать эту тему, вздохнул и сообщил в пространство:
  - Я на ролевиков охотился. Со сложностями.
  Хорошо, что я не увлёкся и только попробовал агонию! Дэну теперь несколько лет мучиться, балансируя на грани кровавой пропасти. Не удержишься - и будешь катиться глубже и глубже, теряя ясность мыслей, богатство чувств, пока не останется только вечная иссушающая жажда и пустота...
  - Постепенно пройдёт, - сказал я. - У меня последний раз сложностей не было, хотя я готов к рецидивам.
  Дэн неожиданно спросил:
  - Как у тебя с твоей человечкой?
  Я пожал плечами. Казалось, я до сих пор ощущаю любовь Кристины, как поток - широкий, глубокий, с мягким спокойным течением без омутов и быстрин. Я купался в этом потоке, и это было так уютно и тепло, что мысль о быстротечности человеческих чувств внушала ужас.
  - Она всё-таки тебя не любит? - удивился Дэн.
  - Любит, - уныло признался я. - Думает, что любит. Она же не знает...
  - Попробуй объяснить.
  - И узнав меня поближе, Кристи тут же пошлёт меня подальше, - иронично сказал я. - Нет уж! Она воспринимает меня, как человека с нетрадиционными пищевыми пристрастиями, пусть так оно и остаётся.
  - Ты не можешь судить, пока не попробуешь, - философски заметил Дэн. - Твоя Кристи - девушка непредсказуемая, возможно она опять тебя удивит.
   Некоторое время мы сидели на ступеньках крыльца, молча вглядываясь в ночь, а потом я вдруг вспомнил свою идею и предложил:
  - Дэн, не хочешь поохотиться на зайца?
  - Не понял.
  - Ну, просто поохотиться. Я ведь тебе не предлагаю его пить. Костюм твой всё равно испорчен безнадёжно, вполне можно побегать по лесу. В общем, идея в том, кто первый найдёт зайца и свернёт ему шею.
  Искры интереса промелькнули в глазах Дэна. Он встал, расстегнул пиджак, сбросил его на перила.
  Мы вышли с участка, бок о бок прошли по разбитой дороге и свернули на тропу, уводящую в лес. Звёздное небо, ещё не слишком тёмное, раскинулось над головой - огромное, какого не увидишь в городе. Даже с крыши там оно кажется меньше и ниже.
  Я жадно вдыхал воздух, напоенный будоражащими ароматами. Пахло... солнцем. Я не сразу сообразил, что смолистый сосновый дух, ассоциируется у меня с видом стройных стволов на солнцепёке. Тропа спускалась вниз, сосны сменил березняк с подростом ели. К медовому цветочному аромату добавилась кислинка сырости и острая нота от раздавленных травяных стеблей: Дэн свернул с тропинки и неторопливо пошёл вдоль опушки.
  - Хорошо выбраться из городской суеты и духоты.
  Я не стал отвечать. Оно и так ясно. Вот только кормиться в городе не в пример легче.
  - Ты серьёзно рассчитываешь меня обогнать?
  Я хмыкнул:
  - Безусловно нет, но скорость здесь не главное.
  Он усмехнулся, бросив на меня взгляд через плечо. Красные огоньки сверкнули - и погасли. Дэн замер, прикрыв глаза и вслушиваясь. Досадно, что он нашёл цель первым. Мне когда ещё повезёт!
  - Гоним вместе?
  Вместе? Я удивился и растерялся. Мне такое и в голову не приходило: охота - дело индивидуальное, почти интимное. Хотя... это же не совсем охота. Почему-то вспомнилось, как мы с Дэном работали над памятью человека и странное чувство единения, которое у меня тогда возникло.
  - Можно, - согласился я.
  Дэн бежал легко. Наверное, человек, глядящий издали, и не понял бы, что его скорость куда больше, чем доступна людям. Заглушаемый нашим бегом, топот мягких лапок еле угадывался. Заяц начал забирать вправо. Я немного отстал и побежал по меньшей дуге, давая Дэну возможность первого броска, с завистью замечая, что, несмотря на свой вес, он движется тише меня.
  Мы выбежали на прогалину - и я увидел добычу. Русак был крупный и тёмный, почти чёрный. Дэн резко ускорился, и я тоже помчался быстрее, чтобы сократить разрыв, чувствуя, что сейчас наступит мой черёд вести гон. Так оно и оказалось. Дэн наклонился схватить зверька, тот отпрыгнул в сторону и резко сменил направление.
  Дэн попробовал сделать то же самое, но неумолимая сила инерции влекла его вперёд. Даже упав, он остановился не сразу. Я перепрыгнул через распростёртое тело, продолжая погоню. Мы сделали круг и снова понеслись между деревьев. Дэн обогнал меня с досадной лёгкостью, а я, залюбовавшись громадным зелёным пятном на его брюках, споткнулся и кубарем прокатился по земле. Острая боль настроила на серьёзный лад. Я вскочил и вновь помчался, на ходу вытаскивая из плеча воткнувшийся сук.
  Я не видел, как Дэн упал второй раз, лишь услышал удар от падения тяжёлого тела, хруст ломающихся веток и тихие ругательства. Сейчас я несся, не слишком разбирая дорогу в азарте погони, уклоняясь лишь от стволов, сбивая ветки и на скорости сминая кусты. Дэн появился откуда-то сбоку, на луг мы выбежали плечом к плечу и на миг замерли, разглядывая открывшуюся картину. Лес отступил, узкий серп растущего месяца цеплялся за вершины деревьев. Трава слабо серебрилась от росы, туманная полоса прикрывала тихий ручей, в низинках замерли небольшие белые облачка, похожие на задумчивых призраков. Дэн улыбнулся, сверкнув зубами, незнакомой шалой улыбкой и снова рванул вперёд.
  Земля влажно чавкала под ногами. Заяц несся по берегу ручья, а мы бежали почти вплотную. Бросились мы на него одновременно - и столкнулись. Удар был силён. Сползая по некрутому склону единой кучей с Дэном, я ещё заметил, как юркий зверь порскнул в сторону.
  Из воды я поднялся вторым, мельком заметил, что Дэн стоит с оглушённым видом, и затылок его сильно разбит, и вновь побежал. Зайца мы догнали одновременно, но Дэн вырвался вперёд и начал наклоняться. Русак отпрыгнет влево или вправо?
  Я наугад рванулся направо, падая плашмя, вытянул руки - и поймал! Слабый хруст - и тушка обмякла. Дэн оскалился было, но сразу справился с собой. Я медленно поднялся под его взглядом. Сейчас, когда азарт погони угас, начал чувствоваться голод.
  - Отвезёшь своей человечке?
  Я посмотрел на тушку, которую так и не выпустил из рук. Дэн тактично отвернулся, и я поднес зайца ко рту, представляя, как зубы вопьются в ещё тёплое тельце, а рот наполнится шерстью... Гадость! Я не смог преодолеть отвращение и отшвырнул тушку.
  Дэн фыркнул и, не глядя на меня, подошёл к ней и поднял за задние лапы.
  - Надо же, я думал, здесь только беляки...
  Он направился к лесу, я потащился вслед.
  Когда я догнал его, Дэн насмешливо покосился и спросил:
  - Сам придумал?
  - Кристи с Лёшей, - сознался я, - но они не о моём о развлечении беспокоились.
  - Ну, это ясно, - хмыкнул он. - Но получилось неплохо. Я требую реванша. Скажем, через неделю, когда всё немного утрясётся.
  - Как пожелает мой лорд, - очень почтительно отозвался я, понизив голос. Мы приблизились к району, где ролевики разбили свои лагеря. Кое-где небольшими кучками бродили люди. - Куда мы направляемся?
  Дэн не ответил. Скоро мы подошли вплотную к одному лагерю. Под перебор гитарных струн звучала баллада - заунывная, возвышенная и, по-моему, бесконечная. Несколько человек сидели у костра, но большинство людей спало по палаткам и шалашам. Дэн остановился, прислонившись к дереву, и сообщил:
  - Я, пожалуй, задержусь немного. Можешь уезжать.
   Немного? Можно прождать несколько часов, пока кому-то из людей придёт в голову уединиться в лесу! Но мужчина, сидевший у костра, оглянулся, поднялся и неторопливо направился к нам, подсвечивая дорогу фонариком. Остановился он немного в стороне и, оглядываясь, негромко спросил:
  - Данил, ты здесь?
  Дэн шагнул в луч света, прикрыв глаза свободной рукой. Мокрая одежда облепляла тело. Рубашка вся изорвана, на брюках, когда-то бывших белыми, пестрят пятна, колено выглядывает из прорехи. Забавно...
  - Привет, Юра!
  Человек присвистнул.
  - Нда, видок тот ещё! Случилось что?
  - Ничего, всего лишь бегал за зайцем, - Дэн протянул тушку человеку и тихо спросил: - Покормишь?
  То, что кто-то из знакомых Дэну ролевиков знает о его сущности, мне и в голову не приходило! Фонарик погас. Юра засунул его в карман и стал закатывать рукав свитера.
  Я спешно отвернулся и пошёл в сторону Кристининой дачи. Наверняка выгляжу не лучше Дэна. Переоденусь там во что-нибудь и поеду.
  За спиной я услышал голос человека:
  - Ты только особо не налегай, мне ещё завтра мечом махать. Сам-то не останешься?
  Я перешёл на бег и ответ Дэна уже не слышал.
  
  В город я приехал под утро, и сразу направился домой. Хорошо, что решил поберечь легковушку и ездил на микроавтобусе. Зато сейчас не надо тащиться в гараж, уж эту машину можно и во дворе оставить. Я мельком отметил, что в противоположном углу двора стоит машина с водителем, но внимания не обратил. Может таксист пассажира ждёт. Знаем-знаем, сами такие. Созвонившись с агентом, я договорился, что к вечеру мне подберут две-три квартиры, и с чувством выполненного долга отключился.
  Когда я проснулся, накрапывал дождь. Как удачно! Я вновь созвонился с агентом и поехал смотреть квартиры. Одна из них, с окнами на север, мне показалась подходящей, я внёс платёж и забрал ключи. Кстати и владельца на осмотре не было, мы с агентом остались вдвоём - удалось утолить голод.
   Я поехал за Дэном, а по дороге заскочил в магазин и купил ему одежду. Дэн обрадовался, услышав, что я привёз костюм, но развернув свёрток, пришёл в недоумение.
  - И я должен это надеть?
  - Безусловно! - подтвердил я, сделав максимально серьёзное лицо. - Район простой, если не хочешь выделяться, никаких классических костюмов. Вот спортивный - самое то.
  Дэн подозрительно посмотрел на меня, но возразить было нечего. Он переоделся, и я повёз его знакомить с жильём. Мы уже были в городе, когда зазвонил мой мобильник. Это оказалась Кристи:
  - Привет, Ник. Извини, но я не могу сегодня никуда идти. У меня холодильник сломался.
  Голос звучал расстроено. Некоторое время я пытался установить связь клуба с холодильником, но не смог.
  - Причём тут холодильник?
  - Как ты не понимаешь?! - возмутилась Кристина. - Совсем от реала оторвался! Я только вчера его загрузила битком, сейчас надо спасать продукты, а то всё испортится. Может, пока ещё не очень поздно, удастся что-то по соседям пристроить, а мясо, которое не поместится, сварить: всё подольше пролежит...
  - Вот теперь понятно, - с облегчением сказал я, - ничего не делай. Я сейчас тебе холодильник привезу.
  Я убрал телефон и увеличил скорость.
  - Что ты собираешься делать? - поинтересовался Дэн.
  - Отвезу ей свой холодильник, естественно, - пояснил я, - вот только тебя заброшу.
  - И как ты будешь его заносить? Ведь, если я не ошибаюсь, твоя человечка живёт не одна?
  - Ох, чёрт! - расстроено сказал я. - И почему только, когда дело касается Кристи, я начинаю допускать такие идиотские ошибки?
  - Влюблённые часто глупеют, - объяснил Дэн.
  - Я вовсе не влюблён, - резко возразил я. - Этого мне только не хватало! Кристи славная, она любит меня, и мне с ней удобно и хорошо, но влюблённость здесь совершенно не при чём.
  Дэн пожал плечами и уставился в окно с таким видом, будто рассматривает что-то недоступное мне. После очередного поворота машины, он сказал раздражённо:
  - Куда ты едешь? Где ты сейчас найдёшь человека, готового таскать тяжести? Давай уж, помогу.
  Через полчаса мы уже заносили холодильник в квартиру Кристины. Она открыла нам дверь, и, взглянув на Дэна, удивлённо заметила:
  - Вау! Большой босс!
  Он бросил на неё короткий взгляд, и Кристи вдруг стушевавшись, прикрыла рот пальцами и пробормотала:
  - Ох, извините, это я так ляпнула, не подумав. Добрый вечер, проходите, пожалуйста.
  При этом она так побагровела, что казалось, вся кровь прилила к коже, и мне сразу захотелось снова ощутить её вкус. А ведь только сегодня поел! Впрочем, раньше она при мне так сильно не краснела. Я услышал, как глубоко вдохнул Дэн, смакуя этот аромат, но голос его прозвучал насмешливо и спокойно:
  - Вечер добрый, Кристи. Умеешь ты порадовать чем-то новеньким. Так меня ещё не называли.
  Её бабушка вышла в коридор, и тихо ахнула, глядя на нас:
  - Добрый вечер, молодые люди. Но откуда?
  - Это мой, - объяснил я, - всё равно он у меня пустой стоит. Я живу один, и никогда не ем дома.
  - А зачем же тогда покупал?
  - Чтобы всё было, как у людей, - объяснил я.
  Дэн очень несолидно фыркнул и поинтересовался:
  - Старый выносить надо?
  - Наверное, ещё отремонтировать можно, - с надеждой сказала старушка.
  - Вряд ли, - авторитетным тоном заявил Дэн. - Сейчас всё делают блоками для удобства сборки, а ремонт выходит дорогой. Дешевле новый купить.
  Мы опустошили сломанный агрегат, поменяли местами холодильники, и, пока Кристи с бабушкой возились на кухне, погрузили её металлолом в машину. Я решил отвезти его к себе: для декорации сойдёт.
  Дэн сказал, что прогуляется пешком - выслушал краткое пояснение о дороге и забрал ключи. Когда Кристина вышла, его уже не было.
  - Спасибо, Ник, ты нас очень выручил. Удивляюсь, как у тебя всё легко получается.
  - Не всё, - самокритично признал я, трогая микроавтобус с места, - но я стараюсь. Быстро ты. Прекрасно выглядишь. Успела и переодеться, и причёску сменить, и накраситься. Почти вампирская скорость.
  Она бросила на меня быстрый взгляд и сжала губы. Мне показалось, хотела что-то спросить.
  - Да?
  - Ты почти всегда движешься на обычной человеческой...
  - Меньше вероятность случайно выдать себя и...
  - И?
  - И голод терпимый. Почти всё, что ты называешь "вампирскими штучками" очень быстро сжигает резервы организма и будит жажду.
  Кристи не ответила и, казалось, о чём-то задумалась. Мы уже подъезжали к клубу, когда она вдруг сказала:
  - Нам ведь не обязательно идти туда?
  - Что ты предлагаешь? - удивился я.
  - Ты мог бы показать мне свою квартиру.
  Я внимательно посмотрел на Кристи. Она выглядела спокойно и решительно, и мне захотелось немедленно ехать домой. Печально вздохнув, я сказал непререкаемым тоном:
  - Нет. Я обещал твоей бабушке, что мы пойдём в клуб, значит, мы пойдём в клуб, - и, увидев, разочарование и смущение в её глазах, прижал к себе тёплое нежное тело, зарылся лицом в пушистые волосы, безнадёжно испортив причёску, и шепнул в ухо, - ну хотя бы на полчаса, ладно?
  К сожалению, в клубе мы встретили знакомых Кристины, и получасом отделаться не получилось, но, наконец, удалось сбежать.
  Во время дневного сна мы беспомощны, нас и разбудить-то практически невозможно. Впрочем, я уже доверял Кристи жизнь Дэна. Но всё равно, было как-то странно везти её к себе.
  Всю дорогу я гнал, изнывая от нетерпения, но подъехав к дому, заметил, что Кристи начала нервничать, и понял, что не надо спешить.
  Я пропустил её в квартиру:
  - Осматривайся, пока холодильник принесу.
  Привёл кухню в обычный вид, и пошёл к Кристине. Она стояла у полок, рассматривая книги.
  - Как впечатление?
  - Странное, - сказала Кристи задумчиво, рассматривая меня так, будто увидела впервые.
  - Тебе не нравится.
  - Нравится, - возразила она. - Но я думала, что если ты ходишь в дорогих шмотках, ездишь в навороченной машине, то и квартира будет в таком же духе: евроремонт и вообще всё супер-пупер, а у тебя такая холостяцкая берлога, всё очень просто и функционально.
  - Я ведь машину купил не повыпендриваться, - объяснил я, пожав плечами, - а потому что люблю погонять на скорости. Хорошо снимает приступы раздражительности. И с рубашками то же - нравится прикосновение шёлка к коже.
  - Вечно я тебя недооцениваю, - с досадой сказала Кристи. - А ты такой замечательный!
  - Ты меня видишь в розовом свете, потому что любишь, - возразил я.
  То она постоянно меня шпыняла, а тут такой глобальный вывод из-за ерунды. Кристи собиралась что-то ответить, но я уже не мог больше ждать, и притянул её к себе.
  - Ник, - нерешительно сказала она, - только...
  Я заглянул в её неуверенное лицо и закончил:
  - Без вампирских штучек.
  - Да, - улыбнулась она с облегчением и торопливо добавила: - Понимаешь, я хочу помнить реальные события, а не твои мороки.
  Я был совершенно не расположен вести беседы, но мне хотелось, чтобы Кристине было хорошо со мной, поэтому кое-что действительно следовало обговорить заранее:
   - Совсем чуть-чуть, ладно? Чтобы обезболить и сделать пару глотков.
  - Ты же пил только вчера!
  - Я не голоден, хочу только ощутить вкус. Понимаешь, меня раньше никто не любил, это так потрясающе, необычно, ярко.
  - Подожди, - потрясённо сказала она, - как это, никто не любил? Этого не может быть. Ты же встречаешься с девушками, я знаю, тебе вон даже сцены в общественных местах устраивают. Они же в тебя влюбляются?
  - Да, - растерянно сказал я, - но это не то. Не знаю, как объяснить: мне трудно описать чувства словами, я их просто воспринимаю. Они чувствуют не так, как ты, совсем по-другому.
  Кристи положила голову мне на плечо.
  - Ты слишком закрытый, - сказала она. - Можно влюбиться в симпатичное лицо и загадочные манеры, но когда понимаешь, что за этим ничего нет, наступает разочарование. А в тебе очень много всего, но ты это не показываешь, а изображаешь самодовольного циника.
  - Я и есть самодовольный циник, - признал я.
  - Нет, ты не такой, - резко возразила Кристи, - ну... не только такой.
  Она собиралась сказать что-то ещё, но я, не дав ей открыть рот, жалобно попросил:
  - Может, потом обсудим мой сложный внутренний мир, а? Я сейчас с ума сойду, так хочу тебя.
  Кристи прижалась ко мне ещё крепче, и выдохнула:
  - Возьми.
  Мне хотелось немедленно швырнуть её на постель и сорвать одежду, и я замер, пытаясь обуздать себя и впитывая тепло податливого тела. Кристина запустила пальцы в мои волосы, и перебирала пряди, но я чувствовал, как нарастает её напряжение. Сердце билось сильнее, дыхание участилось. Я прикоснулся к нежной щеке, скользнул к шее и замер, ощущая губами, как бьётся пульс под горячей кожей. Сладко заныли дёсны, выпуская клыки, и я начал целовать беззащитную шею долгими влажными поцелуями, одновременно расстегивая молнию на платье и спуская его с плеч. Пальцы Кристины судорожно сжались. Я сказал, стараясь, чтобы голос звучал обыденно:
  - Хочешь, отрежу для тебя прядь? Только выдирать не надо.
   Она тихо ахнула, освободив мои волосы, и растерянно опустила руки, платье её с тихим шелестом соскользнуло и ворохом улеглось вокруг ног. Я с восторгом смотрел на открывшуюся картину, а Кристина замерла, опустив глаза, сердце её бешено колотилось. Она была прелестна: бронзовое, напоенноё солнцем, стройное тело с длинными ногами и узкой талией, на загорелом теле ярко выделялась, притягивая мой взгляд, белоснежная крепкая грудь с голубыми прожилками вен на коже. Не дыша, я простоял несколько мгновений, просто глядя на Кристи, затем осторожно провёл кончиками пальцев по вздрагивающим полуоткрытым губам, хрупкой шее, проследил линию ключиц и, задев соски, нежно принял в ладони вес грудей. Кристи судорожно перевела дыхание и подняла на меня затуманенный взгляд. Я улыбнулся, стараясь не выставлять клыки, взял за руки, положил их на свою грудь и попросил, чувствуя, как хрипло звучит мой голос:
  - Рубашку расстегни.
  Она начала возиться с пуговицами, неловко и медленно, изредка бросая короткие взгляды на моё лицо; распахнув рубашку, она провела ладонью по моей груди, и наклонилась, целуя её. Эта неторопливость ещё больше возбудила меня, я подхватил Кристи на руки, на мгновение уткнувшись носом в благоухающие волосы, положил на кровать и, сорвав с себя одежду, присоединился к ней. Несмотря на нетерпение, я не набросился на неё, а начал неторопливо ласкать её лицо, плечи, грудь. Сначала её пальцы легко порхали по моим плечам и спине, иногда снова зарываясь в волосы, но скоро Кристи раскинула руки и вцепилась в постель, комкая покрывало, она глотала воздух короткими шумными всхлипами, голова её металась по подушке. Губы её шептали моё имя. Я склонился к лицу, почти касаясь губами её дрожащих губ, и выдохнул:
  - Что, девочка моя дорогая?
  - Ник, я больше не могу, пожалуйста, Ник.
  Я, из последних сил заставляя себя сдерживаться, приподнял её бёдра, снимая трусики, дивный пряный аромат сводил меня с ума. Кристи почти не помогала, только глядела широко распахнутыми глазами, доверчиво и беспомощно. Я прильнул поцелуем к нежным губам, и, разведя коленом её ноги, вошёл в неё одним сильным плавным движением и замер, пытаясь понять, почудилась ли мне преграда. Глаза Кристи были чёрными из-за расширившихся зрачков, я тонул в них, и не в силах больше контролировать себя, начал двигаться, а она, запрокинув голову, прикрыла глаза и судорожно вцепилась в мои плечи. Я уже почувствовал запах крови и понял, что не ошибся, действительно для Кристи это был первый раз.
  Хотелось, чтобы всё продлилось как можно дольше, и мои движения были мучительно медленными, но скоро Кристи стала двигаться со мной, издавая тихие всхлипывающие стоны, и остатки самообладания покинули меня. Закрыв её рот жадным поцелуем, я ускорил темп, запах крови забивал нос, обволакивал, застилал глаза чёрно-багровой пеленой. Вскоре Кристи сдавленно вскрикнув, выгнулась, впившись ногтями в мою спину. По её телу пробегали волны дрожи. Последним движением я постарался погрузиться как можно глубже, прижав к себе стройные бёдра. Судороги освобождения ещё сотрясали меня, а я уже чувствовал, как затягивает багровый омут, накатило дикое нестерпимое желание сломать, смять это беспомощное, послушное, трепещущее живое тело подо мной, запустить клыки, расплющить кости и пить горячую кровь, впитывая боль, ужас, смертельную тоску до последнего удара её сердца. Я откинул голову назад и замер, глядя в женское лицо, мысленно повторяя, как заклинание: "Это Кристи. Я не голоден. Это Кристи". Я представлял, как выгляжу: оскаленная злобная клыкастая физиономия с белёсыми глазами. Кристина вновь открыла глаза, взглянула мне в лицо, улыбнулась светло и нежно и прошептала:
  - Ник, я люблю тебя.
  И меня отпустило.
  Кристи вновь прикрыла глаза, и, улыбаясь, повернула голову, подставляя мне шею. Моя злость ушла, оставив раскаяние и сожаление. Я обессилено опустился на Кристи, уткнувшись носом в шею, вдыхая её такой знакомый запах, и мне не нужно было пробовать её кровь - не знаю, почему, но я и так сейчас её чувствовал, и это было неописуемо прекрасно.
  Кристи медленно гладила меня по голове и спине мягкими успокаивающими движениями. Я перекатился на спину и положил её голову на своё плечо. Она провела губами по моей груди, свернулась под боком уютным клубочком, сонно улыбнулась, закрыла глаза и затихла. Я натянул на неё покрывало и глядел в потолок, слушая синхронное биение наших сердец. Постепенно слаженный ритм нарушился. Моё сердце замедляло свой ход. Когда оно остановилось, я сел на кровати, опираясь спиной о стену, обхватил руками колени и стал разглядывать Кристину. Она крепко спала. Её лицо ещё розовело после нашей близости, а губы, которые даже во сне были изогнуты в еле заметной улыбке, припухли от моих неистовых поцелуев. Она была такой нежной, по-человечески беспомощной и уязвимой. Я с ужасом думал, что сегодня мог потерять её из-за своей несдержанности. Наивная доверчивая девочка! Она считает меня замечательным. Не надо ей знать о моих приступах кровожадности. Кристи и в голову не приходит, что я могу оказаться недостойным её любви. И мне не хотелось, чтобы она во мне разочаровалась, потому что, оказывается, мне нужна эта любовь. Я и не подозревал, что может существовать такое всеобъемлющее чувство, оно было настолько больше и полнее, чем поверхностные влюблённости моих прежних подружек! Кристи славная, конечно ей нужен кто-то получше меня. На её беду я слишком эгоистичен. Я захотел её в первый же день, когда она так бесстрашно предложила мне свою кровь и рыдала на моей груди. А теперь она моя, и я её никому не отдам.
  Я скользнул под покрывало, обнял Кристи и замер, слушая дыхание и сердцебиение, наслаждаясь ощущением обнажённого тела.
  Время шло. Я шевельнулся, поднял голову и приник к губам Кристи долгим медленным поцелуем. Когда я начал приподниматься, она обняла меня за шею, не желая отпускать, и прошептала моё имя. Я подхватил на руки горячее тело и сел на край кровати:
  - Дорогая, я бы с удовольствием провёл с тобой остаток ночи, да и день, но тебе пора домой.
  Кристи прильнула ко мне, пробежала пальцами по волосам и плечу, неожиданно звонко чмокнула меня в кончик носа и встала, глядя на экран компьютера, где крутились цифры, показывающие время:
  - Да, пора.
  Я помог ей одеться, застегнул молнию на платье и заметил:
  - Ты сегодня без лифчика.
  - Для тебя, - ответила она, неожиданно смутившись и покраснев.
  Я сглотнул набежавшую слюну, поцеловал через ткань платья плоский живот и потянулся за джинсами. Кристи рассеяно заметила, рассматривая меня:
  - Странно: выглядишь крепким и сильным, а в одежде у тебя вид почти хрупкий.
  - Может, потому что я двигаюсь по-другому? - предположил я, застёгивая молнию.
  - Может, - согласилась Кристи. - У тебя очень сдержанные и отточенные движения. Это выглядит так грациозно-изысканно.
  Я натянул рубашку, стараясь двигаться исключительно изысканно и грациозно, и вызвав этим смех у Кристи, и обнял её:
  - Почему у тебя никого не было?
  - Я раньше никого не любила, - ответила она удивлённо.
  - Сейчас это не обязательно.
  - Для меня обязательно, - возразила она, и неуверенно спросила, проведя рукой по шее, - Ты не стал меня кусать?
  - Не стал, и без этого всё было чудесно, - сказал я, - Но в следующий раз секс будет со всеми вампирскими наворотами, хорошо?
  - Это справедливо, - согласилась Кристи и поцеловала меня в щёку. - Мне тоже было очень хорошо с тобой.
  - Ну что же, я рад, что не ударил в грязь лицом.
   Кристи недоверчиво уставилась на меня, затем сказала с сомнением в голосе:
  - Пишут, что вампиры прекрасные любовники. У вас же столетия практики...
  Я не смог сдержать ехидной ухмылки, и она решительно потребовала:
  - Ну-ка, колись, в чём дело?
  - Конечно, какая-то практика нужна, но уж никак не столетия. Тут вообще скорее дело не в опыте, а в том, насколько готов позаботиться об удовольствии партнёрши. Да и вообще, чего ради стараться, когда можно просто подкорректировать воспоминания? Хотя и это не всегда делается. Какое нам дело до случайных подружек?
  Я с интересом следил за реакцией Кристи на мои откровения. Неужели не возмутится? Нет, она еле заметно улыбнулась, но не мне, а своим мыслям.
  - Ладно-ладно, ты самодовольный циник. А теперь, когда доказал мне это, веди меня домой.
  Я отвез Кристи, простился с ней у подъезда и дождался, когда загорится свет в её комнате. Отогнал микроавтобус в гараж и вернулся домой пешком, когда уже светало. Не раздеваясь, прыгнул на кровать, и под возмущённое гудение пружин подумал, что зря всё-таки наглухо заделал окно в спальне. Сейчас бы проветрить! В комнате держался аромат Кристи: её страсти и её крови. Заснуть было невозможно. Я снова и снова перебирал в уме воспоминания сегодняшней ночи, сладко замирая от восторга. Единственное, что приводило меня в растерянность и недоумение, был мой с Кристи эмоциональный контакт. Я, конечно, знал, что у нас встречаются эмпаты, которые могут воспринимать человеческие эмоции непосредственно, но сам такого никогда не испытывал, только когда пил.
  Тихий скрежет замка заставил меня забыть обо всём и собраться. Ключи от моей квартиры были в единственном экземпляре, и сейчас, естественно, находились у меня. Похоже, что мне не надо больше искать охотников, они сами ко мне пришли. Я бросил взгляд на монитор. Начало первого - самое время, чтобы застать спящего вампира врасплох.
  Прятаться в моей квартире было практически негде. Мой взгляд остановился на антресоли у входной двери, которая осталась от предыдущего владельца. Там лежали старые обои и мелкий строительный хлам, который я сохранил после ремонта. Сейчас я решительно сгрёб всё и быстро уложил на кровать, накрыв пледом. Получилось довольно похоже на закутанное тело. Одним прыжком я взлетел на антресоль, и, скорчившись в этом крохотном закутке в немыслимой для человека позе, задёрнул занавеску.
  Они возились за дверями ещё несколько минут. Я слышал биение двух сердец и уже отчётливо ощущал запах двух людей и смутный отголосок запаха третьего, которого, однако, у дверей не было. Вероятно, он принадлежал водителю, который их сюда привёз. Старые знакомые! Это были братья, с которыми я сталкивался в лесу. Я встречался с ними взглядом, и значит сейчас, когда не так растерян, без проблем возьму их под контроль. Третий запах тоже был мне знаком. После взрыва у Дэна я прочесал весь район, и нашел место на чердаке противостоящего дома, с которого велось наблюдение за его машиной. Значит, потом, когда я разберусь с этой парочкой, надо будет выйти поискать третьего. Вероятно, он контролирует окна или просто ждёт в машине.
  Наконец, мой замок жалобно скрежетнул последний раз и сдался. Они вошли в квартиру и аккуратно прикрыли за собой дверь. Ненадолго замешкались, вероятно, доставая оружие и осматриваясь, затем появились в поле моего зрения. У одного был наготове взведённый арбалет, другой держал небольшой меч. Я попытался установить контакт с их сознаниями, но ничего не находил, как будто и не было никаких людей в моей квартире. Значит не так уж я и был растерян тогда в лесу, просто эти люди не восприимчивы к ментальным воздействиям. Возможно, это полукровки, которых сейчас люди называют дампирами. Слышал о них, но встречаться не доводилось. Хотя говорят, что и среди чистокровных людей такие попадаются. Арбалетчик заглянул в гостиную, отрицательно покачал головой, мечник распахнул дверь в спальню и кивнул. Он зашёл в комнату, скрывшись с моих глаз, а арбалетчик встал в дверях ко мне спиной, направив арбалет в сторону кровати. Это был наиболее удачный момент. Именно арбалетчик сейчас представлял для меня наибольшую опасность, и я бросился ему на спину, стараясь первым же ударом сломать позвоночник.
  
  Глава 17. СТАС
  
  Хозяин особняка исчез в тот же день, когда я так неудачно подорвал его машину. Таня с собаками оставалась в доме ещё сутки после этого - и тоже пропала.
  Выяснилось, что мокрец, напавший в лесу на парней, и есть таксист, проживающий по второму адресу нашего списка, а кормится он в кафе, где мы ужинали. Теперь вся группа знала, как он нас нашёл, но ко мне не придирались: кафе и впрямь было хорошим и недорогим, и то, что девушка мне его порекомендовала, вопросов не вызвало. Я чувствовал себя отвратительно: настоящий дезертир, группу едва под удар не подставил, да и беспокойство за Таню мучило меня - и перед ней я был виноват.
  Андрей нанял какого-то парня с фотоаппаратом и стал обладателем целой кучи вампирских фоток. Вот только сам таксист тоже вскоре исчез.
  Саня предположил, что мы всё испортили: мокрецы покинули город навсегда, перебравшись в другое место. Я, больше не считая себя членом команды, промолчал, хотя в душе согласился. Костик молчал и дулся, Витя хмурился.
  Андрей оглядел мрачные физиономии и сказал, что если вампиры совсем ушли, ничего не поделаешь, но стоит надеяться на лучшее и установить посты наблюдения - и у дома таксиста, и у особняка. Самим это опасно, раз нас знают, но можно кое-кого нанять. И надо всё же проверить третий адрес...
  Группа рассматривала фотографии таксиста, собравшись вокруг ноута. Было любопытно, но лезть я не стал, лишь когда Андрей попросил меня высказать мнение, рванулся к экрану. Оказывается, и мне этот мокрец был знаком, хотя я и видел его мельком, - именно он вышел на крыльцо перед взрывом машины. Я сообщил это ребятам и внимательно рассмотрел снимки. Выглядел кровосос моим ровесником и на всех фотографиях у него были разные выражения лица. Судя по такой эмоциональности, был он совсем молод: лет пятнадцать-двадцать вампирского существования, не больше. Саня заметил:
  - Похоже, что так. Хотя в лесу он мне показался совсем старым, лицо было безжизненным, как маска.
  - Мы его хорошо отделали. Напуган был, - заметил Андрей. - Птенец, наверное, несамостоятельный ещё: вон, всё время при лорде.
  Я сказал, что если так, надо ликвидировать на днёвке. Такой молодой вампир должен спать ежедневно, около полудня его можно брать голыми руками. Беспроигрышный вариант.
  - Точно, - поддержал Санёк. - И знаете, ребята, я выхожу из игры. Этого мокреца возьмём - и всё.
  Я удивился и обрадовался: всё-таки, он решился! Вот не ожидал! Тяжёлая тишина накрыла комнату. Андрей играл желваками. Костик, зараза, ухмылялся. Саня невозмутимо встретил разъярённый взгляд Андрея и сказал:
  - И не смотри на меня, как Ленин на буржуазию! Если я рискую жизнью, то должен знать, что делаю что-то действительно необходимое. А я в этом не уверен.
  Я уже думал, что командир сорвётся и выйдет у нас большая драка, но он встал и довольно спокойно сказал:
  - Пойдём, на кухне поговорим.
  Они вышли. Витя проводил их взглядом, вздохнул и открыл какую-то игру. Его невозмутимость внезапно разозлила, но не мне претензии выдвигать. Я начал прислушиваться. Слов было не разобрать, слышалось только возмущённое Андрюхино гудение с паузами, когда, очевидно, отвечал Санёк. Наконец, они вернулись - Саня спокойный и невозмутимый, а командир весь побагровевший, - и продолжился общий разговор. Очевидно, что Санино решение стало последней каплей, Андрей ко мне больше не обращался, даже глядел, куда-то за меня, будто я невидим. В конце концов, он объявил, что если появится таксист, то в первый же день мы уничтожим его прямо в логове. Если же сначала вернётся лорд, надо будет разрабатывать операцию более обстоятельно.
  Наблюдать за третьей квартирой Андрей поставил Костика. Я чувствовал себя виноватым: сам ушёл, Санька подбил... Получилось, что я вынудил командира снова взять брата в дело. А ведь Костик так ненадёжен!
  Андрей опять пропадал в городе, не объясняя нам, чем занимается. На крыше этого поганого коровника мы пахали втроём. Работы оставалось всего ничего, но Саня умудрился наступить на гнилую обрешётку, упал и сломал руку. Обидно-то как! Я отвёз его в город, наложили гипс.
  Вампир вернулся на свою квартиру на следующий же день. Так всегда и бывает! Андрей откладывать операцию не захотел, собрался идти вдвоём с братом. Я долго мялся, а затем предложил:
  - Давайте, отвезу. В квартиру не пойду, а иметь человека за рулём неплохо. Мало ли что!
   Андрей посмотрел зло, но сказал:
  - Сами доберёмся. Надо ночью подежурить, чтобы знать наверняка, что мокрец вернётся. У нас и так сплошные проколы, а если ещё и вломимся в пустую квартиру, он точно учует и поменяет место днёвок. Перед тем, как машину ставить, направление ветра не забудь проверить. Мы уже и так засветились дальше некуда, ветерок не с той стороны дунет и всё, ищи его потом.
  Я занял позицию в дальнем конце двора вскоре после полуночи, и уже через пару часов увидел мокреца, выводящего девушку из громоздкого микроавтобуса. Сердце моё сжалось, но я прекрасно понимал, что не в силах что-то сделать. Сюда бы винтовку с оптикой и серебряными пулями! Оружия у меня с собой не было, только серебряный нож в бардачке. Не палить же в городском дворе! И почему я согласился только на роль наблюдателя? Я начал сомневаться, что принял правильное решение. Кто-то же должен бороться с этой нечистью! Я расстроено отшвырнул бинокль - и зря. Буквально сразу же вампир снова появился, и вытащил из микроавтобуса большой ящик белого цвета. Гроб, что ли? Вроде форма не такая. Я потянулся за биноклем, но дверь подъезда уже захлопнулась.
  Несколько часов я провёл как на иголках. Начинало светать, когда я вновь увидел вампира. Он вынес девушку на руках, казалось, она просто спит, положив голову ему на плечо. Выглядело это настолько естественно, что мне пришлось напомнить себе, что это не пара влюблённых, а вампир с телом жертвы. Микроавтобус уехал, а я остался сидеть и гадать, вернётся кровосос домой или нет. Прошёл почти час, совсем рассвело. Солнце освещало крыши домов и верхушки деревьев, и я решил, что сегодня объект днюет на другой лёжке и здесь не появится. Мокрец вывернул из-за угла дома внезапно, совсем не с той стороны, откуда я его ждал, и стремительным шагом подлетел к своему подъезду. Хорошо хоть не рядом прошёл!
   Я подождал, пока солнце поднимется повыше, чтобы быть уверенным, что он уже никуда не денется, позвонил Андрюхе и сказал, что вампир на месте, можно приезжать. Он меня выслушал, и только буркнул:
  - Ладно, сиди не дёргайся. К полудню будем.
  Они приехали действительно за несколько минут до полудня, подсели ко мне в машину и выслушали развёрнутый отчёт. Сияло солнце, на небе - ни облачка, и, хотя на улице не было жарко, в закрытой машине стояла духота, несмотря на то, что я перегнал её в тень дома.
  - Мог бы стекло опустить, - проворчал Костик.
  - А как насчёт запаха? - поинтересовался я, - Я и так боялся, что может учуять.
  - Так ты с ним не сталкивался, - возразил он.
  - Помолчал бы, умник, - осадил брата Андрей. - Стас всё правильно делает, может его запах и не знаком вампиру, зато нами вся обивка пропахла.
  - Ну, разве что, - буркнул Костик недовольно.
  У меня перед глазами стояла картина, как мокрец идёт с мёртвой девушкой на руках. Я уже решил, что если Андрей скажет, что я нужен им в квартире, пойду без разговоров. Но Андрей ничего не сказал, а сам я предлагать не стал. Справиться со спящим - пустячное дело.
   Парни отправились на ликвидацию, а я остался сидеть, глядя на двери подъезда. Времени прошло совсем немного, может минут пятнадцать. В задумчивости я достал нож и начал вертеть его в руках. Мимо прошли люди, я положил его на колени и прикрыл сверху ветровкой на случай, если кто заглянет в машину. Нечего привлекать внимание.
  Из подъезда никто не выходил, это точно: я глаз с него не сводил. Дверка машины внезапно распахнулась и на сиденье рядом со мной опустилась щуплая фигура. Я дёрнулся и замер. Дверка снова захлопнулась, и мы остались вдвоём, отрезанные от всего мира. Мокрец сидел, глядя вперёд пустым немигающим взглядом, словно не замечая меня. Пахло одеколоном. Тёплый аромат сандала и цитруса не сочетался с этим безжизненным лицом. В совершенной неподвижности он был похож на восковую куклу. Я рассматривал резко очерченные скулы, по-девичьи округлый подбородок вампира, прямой нос с еле заметной горбинкой и красиво вырезанными ноздрями, и не ощущал ничего, кроме лёгкой брезгливости. Даже страха не было, только острое сожаление о том, чего я не сделал в жизни. Почему-то особенно обидно было, что у Тани останется плохая память обо мне.
   Тёмные, почти чёрные волосы мокреца распущены и спутаны, отдельные пряди спадали на лицо, затеняя неестественные бледно-зелёные глаза, с кукольно густыми пушистыми ресницами. Обожженная кожа медленно светлела. Бледные губы сомкнуты, но расслаблены. Я не мог отвести взгляд от его лица, и только когда начал задыхаться, понял, что инстинктивно старался быть незаметным, а мелкого поверхностного дыхания мне не хватало. Я перевёл дух и стал дышать нормально. Тонкие ноздри дрогнули.
  - Ну?
  - Что "ну"? - удивлённо переспросил я.
  - Ты не хочешь попробовать убить меня, человек?
  Я подумал, что у меня нет никакой возможности незаметно выхватить нож, и ответил чистую правду:
  - Хочу, но не знаю как.
  Его губы еле заметно дрогнули, будто он собирался улыбнуться, но передумал. В этот момент мужчина с крупным ротвейлером поравнялись с машиной, и собака неожиданно рванулась в сторону с испуганным видом, так что хозяин едва удержался на ногах. Кровосос повернул к ним голову, и я схватился за нож. Где там! Даже замахнуться не успел. Ледяные пальцы сжали моё запястье с такой силой, что я выронил нож и невольно вскрикнул. Вампир глядел на меня выцветшими белыми глазами. Его ноздри жадно раздувались, а пальцы, только что сжимавшие мою руку, расслабились и лёгкими движениями гладили пульс. Я заметил, как он сглотнул, и почувствовал тошноту. Он же кормился сегодня, почему так голоден? Кто-то из парней его серьёзно ранил? Если мокрец голоден, получается, он их не пил, так? Только сейчас я с надеждой подумал, что возможно Андрей с братом как-то спаслись.
   Мокрец улыбнулся мне улыбкой, в которой не было ничего весёлого, и внезапно я вспомнил, что нельзя смотреть ему в глаза. Было тепло, даже жарко, казалось, что салон машины меняет форму, перекручивается, то вытягиваясь, то сжимаясь, перед глазами мелькали блики, такие яркие, что всё остальное казалось сумрачным и нечётким, расползалось. Между бликами невозможно было ничего рассмотреть, а затем и они потускнели, и тьма поглотила меня.
  Пришёл в себя я резко, будто кто-то, щёлкнув кнопкой, включил окружающий мир. Мир этот оказался тесным и довольно тёмным. Я стоял в небольшом помещении с бетонным полом, белёными оштукатуренными стенами и низким потолком. Из-под штукатурки местами проступала металлическая сетка. Тускло горела лампочка. Никаких окон. Две двери: одна, обычная - плотно закрыта, другая решётчатая, из толстых прутьев - распахнута. За ней виднелась стена, окрашенная масляной краской. Обернувшись, я совсем рядом увидел мокреца, который глядел на меня почти с нежностью. Он оказался мне по плечо, но от неожиданности я испугался так, что дыхание перехватило.
  - Где я?
  Не то чтобы я рассчитывал получить ответ на свой вопрос. Нужно было услышать свой голос, чтобы липкий панический ужас не накрыл с головой. Голос прозвучал хрипло и незнакомо, но это помогло.
  - Там, где я смогу спокойно поесть, - ответил он приветливо, и, шагнув, положил руку мне на плечо.
  Я невольно отшатнулся, но его пальцы вцепились в меня мёртвой хваткой, а вторая рука так же жёстко ухватила за шею.
  - Будет больно, но ты потерпишь, правда?
  Бесцветные глаза сияли восторгом предвкушения, бледные губы раздвинулись в улыбке, обнажая огромные клыки - мне почему-то казалось, что они должны быть меньше, а цепкие руки тащили меня к жадному рту. Почувствовав холодное дуновение на шее, я только секунду спустя сообразил, что это его дыхание и рванулся изо всех сил, больше не из страха, а от брезгливости. Совершенно безрезультатно. Вампир тихо хмыкнул и промурлыкал:
  - Не трепыхайся так, чего доброго порвешь артерию и истечёшь кровью. Стой спокойно.
  Его слова меня и напугали, и вселили надежду. Похоже, что он не собирается меня сейчас убивать, а пока жив, есть надежда на побег. Я ощутил удар клыков, резкую боль, и постарался не двигаться. Было не так больно, как я ожидал, но невыразимо противно, я чувствовал движения языка на шее, хватка рук ослабла, теперь мокрец просто обнимал меня за плечи, слегка придерживая и поглаживая, и меня трясло от гадливости. Место укуса стало жечь, всё сильнее и сильнее, пульсирующая боль нарастала, и я закусил губу, чтобы не закричать, а этот гад перехватил меня за руку и стал её выкручивать так, что слёзы на глаза наворачивались. Вспомнились слова Тани, что кроме крови вампирам нужны эмоции, и я с ненавистью подумал, что сейчас этот кровосос наслаждается моей болью. Я чувствовал, что он уже тёплый, почти как человек, и понимал, что осталось потерпеть совсем немного, но тут он рванул мою руку так, что я уже не выдержал и заорал. Этот мерзавец уже опять жёстко зафиксировал меня за шею и плечо, и был неподвижен, я замечал сейчас только лёгкие движения языка, и с облегчением понял, что он уже вытащил клыки из моего тела. Его руки разжались, мокрец сделал шаг назад и замер, откинув голову. На ярких губах блуждала неопределённая улыбка.
  Сжав кулаки, я с ненавистью смотрел на кровососа. В его взгляде промелькнуло любопытство, он одобрительно похлопал меня по плечу и снисходительно бросил:
  - Отдыхай, кормилец.
  Лязгнула решётчатая дверь, щёлкнул замок и мокрец скрылся. Меня трясло от злости и омерзения. Рука сильно ныла, шея зудела. Провёл рукой по шее, посмотрел: крови не было. Жутко хотелось пить, было очень холодно. Я начал осматриваться в своей тюрьме. Сначала подошёл к решётке. Свет за ней погас, но если прижаться щекой с самого краю, можно было увидеть лестницу с узкими крутыми ступенями. Кажется, она шла только вверх, но наверняка я рассмотреть не мог. Попробовал раздвинуть прутья, но они были слишком толстые. Покачиваясь от внезапной слабости и стиснув зубы, чтобы не стучать ими, я пошёл ко второй двери. Рядом с ней был выключатель, я автоматически щёлкнул им и заглянул внутрь. К моему удивлению, это оказался туалет, совершенно не подходящий для камеры. Золотисто-коричневая плитка на полу и янтарно-жёлтая на стенах, выглядели уютно, тепло. Над нестандартно широкой раковиной было вмонтировано горизонтальное зеркало. Лампа горела куда ярче, чем в камере. Я открыл кран и жадно припал к воде. Напившись, ополоснул лицо и осмотрел шею. Она была чистой, за исключением пары точечных ранок, уже покрывшихся корочками. Аккуратный, мерзавец.
  Я промокнул лицо крохотным жёлтым полотенцем с изображением щенка, и продолжил осмотр. За унитазом, в шкафчике с белыми эмалированными дверками обнаружились ведро и швабра с двумя тряпками. Одна тряпка была уже затасканная, а в роли второй выступало бывшее банное полотенце. Я придирчиво осмотрел его, нашёл достаточно чистым, вытряхнул и накинул на плечи. Вернувшись в камеру, я сел на медицинскую кушетку, обтянутую дерматином, и проверил карманы. В них ничего не было, перочинный нож и мобильник пропали. Голова кружилась, и я лёг, подтянув колени к груди. Да мне таких кушеток три надо! Усталость и слабость брали своё, скоро я провалился в сон.
  Проснулся я рано утром, потому что дико замёрз, попробовал разогреться гимнастикой, но прекратил из-за слабости. Сел на кушетку, массируя и похлопывая себя, и стал ждать неизвестно чего. Часы на руке остались, поэтому за временем я мог следить без проблем. В течение дня ничего не произошло. Очевидно, кормить меня не собирались.
  Я сломал ручку швабры в неудачной попытке раздвинуть прутья решётки и изучил устройство бачка унитаза, в безуспешных поисках детали, которой можно было бы попробовать вскрыть замок. Больше фантазии у меня ни на что не хватило. В туалете было теплее, чем в камере, но кушетка здесь не помещалась, и я, сидя на спущенной крышке стульчака, стал раздумывать, что можно ещё предпринять. В конце концов, мне пришлось признать, что моя камера сделана на совесть, и самостоятельно я отсюда не выберусь. Есть хотелось невероятно, пустой желудок громко выражал возмущение. Я постирал вторую тряпку и повесил на решётку сушиться.
  Спал я плохо, постоянно просыпаясь от озноба. Наконец, ушёл в туалет и попробовал заснуть сидя на унитазе, в результате свалился и больно ушиб о стену плечо. Под утро тряпка просохла, и я накинул её на себя поверх полотенца, но всё равно было холодно. Хорошо хоть, желудок успокоился, и чувство голода притупилось. Голова была ясной, и мысли казались необыкновенно чёткими. Что же у Андрея с Костей произошло? Живы или нет? Хоть бы Санёк с Витей разобрались, в чём дело!
   Я не знал, чего мне хочется больше: чтобы ребята пришли мне на помощь, или чтобы скорей собирали барахло и мотали из этого города. Наверное, всё-таки, чтобы уехали. Надо было бежать сразу после встречи с вампирами в лесу. Передали бы наводку другой группе охотников... Неожиданность удара - наше единственное преимущество, а когда кровососы практически всю группу знают в лицо и по запаху, о какой неожиданности может идти речь?
  Слишком мы уверовали в собственную удачливость, да и хотелось самим завалить лорда, тщеславие взыграло. Андрея жалко, если погиб. Думая о его брате, я испытывал только глухое раздражение: псих без тормозов, он всё и завалил. Грызло беспокойство за Таню. Она была так уверенна в том, что местные вампиры не убивают людей, очевидно не представляя, что происходит в городе на самом деле! Жива ли? Уехала сама, или её увезли мокрецы?
  Я с ненавистью вспоминал мелкого вампира-таксиста, невольно сжимая кулаки. Представляю, каково приходится его пассажирам! Садист поганый. Теперь у меня есть личный враг.
  Если посчастливится выбраться живым, из охотников не уйду! По крайней мере, пока до этого мокреца не доберусь...
  Больше всего меня шокировали приятельски-приветливые интонации вампира, но поразмыслив, я пришёл к выводу, что это, скорее всего, нормально: еда должна вызывать положительные эмоции, так? Вспоминать было больно, я чувствовал себя униженным, но постарался не зацикливаться на этом. Почему же всё сорвалось? Как могло оказаться, что в полдень солнечного дня мокрец не спал? Если бы его терзал голод, это ещё можно было бы объяснить, но он ночью убил девушку, значит, был сыт. Или они как-то разбудили его? Ну... не представляю, что нужно сделать, чтобы разбудить спящего вампира. Что-что, а сон у них крепкий.
  Я вспомнил своего первого мокреца. Его я убил как раз во сне. Накануне я видел, как он охотится, и что потом осталось от его жертвы, наверное, иначе не смог бы: слишком он был похож на человека. Приятный парень, совсем молодой, с разметавшимися по подушке русыми волосами и полуулыбкой на губах. Длинные ресницы почти лежали на щеках. Почему-то у всех кровососов великолепные ресницы, на зависть любой девушке. До этого я вблизи их не видел, и так засмотрелся, что споткнулся о край ковра и чуть не налетел на вампира. Мне казалось, что грохот был оглушительный, а мокрец даже не шелохнулся. Только у самой кровати я заметил, что он не дышит. После этого нанести удар было уже легче, и я одним махом отсёк ему голову - как тушу разрубил. Хотя Андрей мне объяснял, что ничего особенного с телом не происходит, я подсознательно ждал каких-нибудь ужасов, вроде, как в кино показывают: мгновенное превращение в скелет, или быстрое разложение. Но даже крови почти не было.
  - Какая тебе кровь! - сказал Андрюха потом. - Кровь бывает, когда сердце бьётся, а у вампиров это достаточно редкое явление. Мне такой только однажды попался. Я даже испугался сначала, решил, что по ошибке человека завалил.
  На моём счету было пятеро, но с сердцебиением не попадались, может потому, что все, кроме одного, спали, а во время сна они вообще, как трупы.
  Если выберусь отсюда, даже пытаться не стоит застать этого гада спящим, раз он такой непредсказуемый. Надо подстеречь его и расстрелять серебром, лучше с двух сторон, чтобы не смог уклониться. Значит, Санька привлекать... Чтобы потом можно было забрать и уничтожить обездвиженное тело, место должно быть безлюдным. Как его заманить? Хотя, он таксист. Посадить своего пассажира, который и приведёт его в засаду. Значит, нужен ещё один человек, но незнакомый вампиру. Ну... найдём кого-нибудь... План операции постепенно вырисовывался. Только бы выбраться отсюда!
  
  Глава 18. КРИСТИНА
  
   Воспоминания переполняли меня эмоциями. Работать не хотелось. В конце концов, после обеда под предлогом головной боли я отпросилась домой. Доехав до пруда, на берегу которого когда-то мы сидели вместе с Ником, я вышла из автобуса и подошла к воде. Ряски почти не было, лишь золотые берёзовые листочки замерли на поверхности; вода казалась чёрной, но была совершенно прозрачна, так что можно было рассмотреть дно. Я бросила монетку. Она, покачиваясь, погрузилась и зарылась в ил, подняв маленькое облачко мути.
  Я села на бревно и задумалась. Меня впечатлила первая близость с любимым, но это было примерно то, что и ожидалось, только ярче. Куда сильнее меня поразил эмоциональный контакт с Ником: я была не просто удивлена, а потрясена до глубины души. Сначала до меня вообще не дошло в чём дело: я почувствовала слепую злобу, как свою, но взглянув в дикое лицо Ника, вдруг поняла, и, как смогла, постаралась его успокоить.
  Сидя на берегу пруда при ярком солнечном свете, глядя на играющие на воде блики и плавающие листья, я мысленно пребывала в маленькой полутёмной комнатушке Ника и чувствовала, как меня пробирает дрожь. Моё счастье, что переполненная совсем другими эмоциями, я не успела испугаться в объятиях вампира!
  Немного поразмышляв, я решила, что накручивать себя не стоит. Испуг жертвы провоцирует хищника на нападение. Вот и не надо нарываться. Раньше же Ник с собой справлялся, значит, я могу спокойно довериться ему и сейчас. Выкинуть страх из головы, забыть, как дурной сон!
  Зато, когда улеглась волна его агрессивности, я почти сразу прочувствовала, как Ник испугался того, что мог меня убить. Это было даже похоже на любовь, если бы не неприятная собственническая нотка. Конечно, с его отношением к людям, это было больше, чем я могла ждать, и я была счастлива. Или нет?
  Я не могла понять...
  Всё было замечательно, если не считать того, что меня охватило невероятно острое, пронзительное чувство жалости к нам обоим. Нику постоянно приходится так бороться с собой? Бедняга!.. Какая удивительная выдержка! Я начала подозревать, что мой вампир всё же относится к людям куда лучше, чем декларирует. Иначе какой смысл годами претерпевать такие мучения? Я тихо восхищалась им: такое незаметное постоянное преодоление себя куда весомее на мой взгляд, чем какой-то яркий геройский поступок. Пугающе очевидно, что я слишком обыкновенна для Ника. Рано или поздно он наиграется мной. Правда сейчас я уже могла надеяться, что это произойдёт не слишком быстро.
  Похоже, что хотя Ник и чувствовал меня, ему и в голову не пришло, что эмоциональный контакт был обоюдным. Мне до жути хотелось поговорить с Ником об этом, но я понимала, что не стоит: он так испугался, что я узнаю о его приступах злобы!
   Наверное, я просидела у воды слишком долго, переживая каждое мгновение прошедшей ночи, потому что продрогла до костей. Да уж, солнце солнцем, а уже не лето! Домой идти не хотелось, я позвонила Свете и напросилась в гости. К моему приходу она уже поставила в духовку шарлотку.
  - Хорошо, что ты пришла, - сказала Света, пропуская меня в квартиру. -Что не на работе?
  - Отпросилась, - неопределённо ответила я, - настроение нерабочее.
  Мы устроились на кухне. Светка хмыкнула и после паузы сказала:
  - Агентура работает, я в курсе, что вы с Ником были в клубе, но быстро смылись. А остальное на твоей сияющей физиономии написано. Рассказывай, как он?
  Светка меня смутила. Я заглянула в зеркало, но никакого сияния не заметила, помялась и сказала, чувствуя себя очень неловко:
  - Мне было хорошо. А подробностей, уж извини, не будет. Как рассказывать такие интимные вещи?
  Она обиделась:
  - Я тебя не о процессе спрашиваю, а об ощущениях. В книгах-то про вампиров такое понаписано! А как оно на самом деле?
  - Жаль тебя разочаровывать, но ничего особенного: всё очень по-человечески. И, честно говоря, я не ожидала, что будет настолько хорошо. Ник очень нежный и внимательный.
  Света задумчиво спросила:
  - Тебе не кажется, что слишком поторопилась? Не думаешь, что твой клыкастик, получив своё, направится к новым горизонтам?
  - Не направится, - уверенно возразила я. - Я ему нужна.
  - Все парни всегда так говорят, - скептически отозвалась Света, ставя передо мной салат.
   -Ник не говорил, - возразила я. - Светик, знаешь, я его почувствовала. Даже не поняла сначала, что происходит, потому что его чувства восприняла, как свои, только потом смогла разделить.
  - Погоди, - перебила она меня, - ты что, хочешь сказать, что у вас было единое эмоциональное поле?
  - Я не обзывала это умными словами, но так оно и было, - согласилась я.
  Света долго молчала, нервно обхватив себя руками, затем неуверенно произнесла:
  - Тинка, не знаю, что и сказать. Конечно, о таком уровне близости можно только мечтать, позавидовать можно. Но... не нравится мне твой вампир, и всё! Я за тебя переживаю. Будь с ним осторожней!
  Я только вздохнула.
  - И ты поосторожнее, не подавай вида, что в курсе.
  - Кстати, про осторожность, - вдруг спохватилась Света, - вы хоть предохранялись?
  После неловкой паузы, я ответила:
  - Мне как то и в голову не пришло. Об инфекциях, насколько понимаю, можно не беспокоиться. А так, даже не знаю, можно родить от вампира или нет. Вероятнее, что нет. Хотя я вовсе не возражаю родить от Ника.
  Света посмотрела на меня с сожалением и саркастически заметила:
  - То-то твои старики обрадуются! И ещё, ты уверена, что ребёнок будет человеком?
  - Если были бы сомнительные случаи, слухи ходили бы, - сказала я с уверенностью, которой не ощущала, и подумала, что это надо обязательно узнать у Ника. Вероятно, Света подумала точно так же, потому что буркнула:
  - Со своим клыкастиком поговори.
  - Великие умы мыслят одинаково, - согласилась я. - Я и собираюсь у Ника спросить.
  Света повела носом и бросилась к духовке. Шарлотка немного подгорела, но есть можно было, мы только подскоблили края. За кофе мы поговорили о наших молодожёнах: они через неделю должны были вернуться из свадебного путешествия.
  - Скорей бы! - сказала она. - Скучно одной жить. Давай завтра после работы погуляем?
  - Нет, - с сожалением отказалась я, - Ирка с хлебной линии собирается в клуб после смены. Помнишь её? Такая яркая блондинка с параметрами фигуры, - я обеими руками изобразила размер Иркиных полушарий. - Я уже пообещала сходить с ней.
  - Помню. Как тебя угораздило влипнуть с этой озабоченной в одну компанию? - Света недовольно поджала губы.
  - Неудобно было отказаться, - пожала я плечами. - Утешает, что Анжелика, моя напарница, тоже идёт.
  Я перевела взгляд на окно за Светкиной спиной:
  - Только что и облаков не было, а уже дождь идёт.
  - Осень, если ты ещё не заметила, - передёрнула плечами Света. - Когда за грибами?
  Я прикинула, когда у нас совпадают выходные.
  - Давай через три дня. Я с Настей созвонюсь, она тоже вроде бы должна быть свободной. Отосплюсь после ночной, и мы с ней подъедем на дачу, посмотрим, может протопить надо, ужин приготовим. А ты после работы прямо к нам. Мы тебя покормим и ляжем пораньше, а с утра рванём в лес. Ну, созвонимся ещё, - и я простилась с подругой.
  Дома меня ждал букет из дюжины бледно-зелёных роз. Бабушка сказала, что принесли доставкой, буквально только что. Значит, Ник проснулся. Я попробовала ему позвонить, но он не брал телефон, и я отправилась спать, чувствуя себя кошмарно уставшей и невероятно счастливой. Всё-таки разговор со Светой помог мне собрать себя в кучку, хотя вроде ничего оптимистичного она и не сказала.
  Телефон я пристроила под подушкой, но, как обнаружила уже утром, Ник так и не позвонил. Я удивилась, насколько спокойно это восприняла: никаких сомнений и терзаний. Не позвонил, значит не смог.
  
  ***
  В клуб идти не хотелось. Там хорошо, если хорошая компания, а Ира на таковую не тянула. Я решила, что опять отговорюсь головной болью и никуда не пойду. Пусть вдвоём с Анжеликой идут. Сегодня-то наверняка Ник захочет со мной встретиться. Но, увидев Ликино лицо с заплывшим от ячменя глазом, я поняла, что никуда не деться. Придётся мне с Иркой тащиться. Пропал вечер! Одна надежда, что она быстро подцепит себе какого-нибудь парня, и можно будет по-тихому смыться, чтоб не мешать.
  В клубе всё раздражало, всё было слишком. Музыка казалась слишком громкой, люди - слишком шумными, коктейль - слишком крепким. Но, конечно, больше всего меня раздражала Ирина. Она рассматривала парней, и каждого, кто казался ей достойным внимания, подробно комментировала. Будто мне это интересно! Я делала вид, что внимательно слушаю, стараясь сосредоточиться на большом аквариуме с золотыми рыбками, стоявшем недалеко от нас. Говорят, наблюдение за рыбками успокаивает и умиротворяет. Не знаю, мне не помогло. Вдруг Ира замолчала на полуслове. Это было так неожиданно, что я перевела взгляд на неё. Она стояла с округлившимися глазами и полуоткрытым ртом. Исключительно глупый вид. Я посмотрела в ту сторону, куда она уставилась, но не заметила ничего особенного. Пришлось пихнуть Ирку, чтобы она вспомнила обо мне, и спросить:
  - Ты что зубы сушишь? Что там случилось?
  Она с досадой взглянула на меня и переспросила:
  - Какие зубы, что ты несёшь? Лучше глянь, там такие мужики сидят, умереть - не встать! Особенно вон тот мачо. Хотя и другие не намного хуже. Вот бы познакомиться. Хотя, конечно, это не твой уровень. О, они меня заметили!
  Мне стало смешно. Было бы что замечать. Кто бы говорил про уровень! Нашей Насте, например, Ирка и в подмётки не годится. Если с неё косметику смыть, то и смотреть не на что будет. Большая грудь - её единственное достоинство. Хотя и это дело вкуса, мне, например, такую не хотелось бы. Несоразмерно смотрится и летом жарко, наверное.
  Я вздохнула и послушно обернулась в указанную сторону. Вот сейчас я сразу заметила ту троицу, на которую обратила внимание Ира. Может потому, что все они действительно смотрели на нас. Ника с Дэном, естественно, я узнала сразу, а "мачо" и рассматривать не стала, поспешно переведя взгляд на Иру.
  - Да, они действительно красивы, - подтвердила я и сама удивилась, насколько бесцветно звучит мой голос.
  Значит, мне Ник позвонить не смог, а сам развлекается в клубе. Вот здорово! Хотелось всё бросить и уйти немедленно, но так поступить с Иркой я не могла.
  Руки Ника мягко легли на мои плечи, я почувствовала тёплое прикосновение губ к шее, он ткнулся носом мне в щеку и тихо сказал:
  - Привет, Кристи. Что не позвонила?
  Ничего себе! Я же и виновата! Я обернулась, освободившись от его рук:
  - Зачем? Ты, кажется, и так не скучаешь.
  Ник ничего не ответил, только сжал губы. Его лицо было хмурым. Я встревожилась: слишком не похоже на его обычное поведение. Но не успела я открыть рот, Ник отрицательно качнул головой. Это движение было еле заметно. Что он конспирацию разводит? Моя мимолётная обида испарилась. Что происходит-то?
   Ник пригласил нас за свой столик. При этом он загадочно улыбался и глаз не сводил с Ирины, а она под его взглядом таяла, как мороженое на солнце. Меньше всего мне хотелось провести остаток этого вечера в компании вампиров, но, взглянув на Иру, я поняла, что отказаться уже невозможно. Она глядела на меня с уважением, а на Ника с телячьим восторгом.
   Я была поражена тем, что когда мы подошли к столику вампиров, Дэн поцеловал меня в щечку, как родную, и мурлыкнул:
  - Привет, Кристи. Это Карлос. Познакомь его со своей подругой.
  Вот так! Значит, с Дэном и Ником Иру знакомить не надо. Похоже, она влипла.
  Разозлилась я на всех: и на эту бестолочь Ирку, которая просто сама напросилась на ужин вампиру, и на Ника с Дэном, поставивших меня в ситуацию, когда я даже придумать не могла, что можно сделать, и чувствовала себя пешкой, ну и, естественно, на этого латинского красавца. Я повернулась к высокой гибкой фигуре и, глядя на подбородок с небольшой ямочкой, пробормотала:
  - Привет, Карлос. Рада познакомиться.
  Красиво очерченный рот изогнулся в неприятной усмешке. Карлос, разумеется, сразу понял, что я говорю неправду. Ну, и ладно. Зато я вежливая.
   Ледяная рука вампира коснулась моих пальцев. Ого, какой голодный! Я старалась не встречаться с ним глазами, но у меня сложилось впечатление, что он не сводит взгляда с моего лица, а на руку не смотрит, и я предупредила:
  - Осторожнее!
  Карлос резко отпустил мою руку и с отвращением спросил:
  - Серебро? Почему ты это носишь?
  Голос был с приятным акцентом и неожиданно низкий: густой бас, от которого у меня мурашки по коже пробежали, и, казалось, что-то завибрировало внутри.
   - Потому что это подарок Ника, - ответила я, не вдаваясь в детали, - кольцо, более-менее подходящее к комплекту "рябинок" я подобрала из своих запасов.
  Карлос повернулся к Нику, а я, пользуясь возможностью, бросила взгляд на его лицо. Типичный латиноамериканский красавчик. Острые скулы, тонкий орлиный нос с изящно вырезанными ноздрями, удивлённо вскинутые брови вразлёт. Чёрные волнистые волосы аккуратно подстрижены. Только глаза не соответствовали. На таком лице органичнее смотрелись бы глаза чёрные, как маслины. А глаза Карлоса, были голодные и жёлтые, как у тигра.
  - А почему бы и нет? - сказал Ник, самодовольно улыбаясь.
  Я не поняла, что он имел в виду, но в этот момент Ира, которой надоело, что её все игнорируют, потеснила меня в сторону и сама представилась Карлосу. Он сразу завязал с ней оживлённый разговор, взял за руку и усадил рядом с собой.
  Я так и не смогла придумать ничего, чтобы увести Ирину от вампиров. Они с Карлосом ушли танцевать, а я беспомощно уставилась на Дэна, совершенно не представляя, что можно говорить, а что нет. Ник предупреждающе сжал мне руку. После некоторых колебаний я решилась спросить:
  - С ней всё будет в порядке?
  Дэн, задумчиво оглядел зал и соизволил ответить:
  - Не сразу.
  И как это понимать? Хотелось задать ещё вопрос, но Ник стиснул мою руку до боли, и я промолчала. Ирина с Карлосом вернулись в обнимку, вид у Ирки был счастливый. Дэн заметил:
  - Музыка по ушам бьёт, запахи мерзкие. Не представляю, что хорошего вы находите в этом заведении.
  - Меню, - бесстрастно ответил Ник.
  - Разумеется, - поддержал его Карлос, - впрочем, на сегодня я свой выбор уже сделал.
  - Здесь и поесть толком нечего. О чём вы говорите? - спросила Ирка, играя глазками.
  Ник с Дэном, казалось, вообще не отреагировали. Карлос что-то негромко ей сказал, Ирка просияла улыбкой, и они снова пошли танцевать.
  Конечно, Ирина могла впутаться в неприятности и без меня. Я даже уверена, что с таким образом жизни она рано или поздно найдёт их на свою голову. Да только мне от этого не легче. Скорее всего, именно моё знакомство с вампирами повлияло на выбор Карлоса. Уж, наверное, на него обратила внимание не только Ирка. Я беспомощно поглядела им вслед, чувствуя себя виноватой. Сделать я ничего не могу, говорить мне вроде бы нельзя. Я освободила свою руку из пальцев Ника, встала и сказала:
  - Мне кажется, моё присутствие здесь излишне.
   Дэн меланхолично кивнул. Я приняла это за разрешение удалиться, и, не обращая внимания на встревоженный взгляд Ника, направилась к выходу. Только на улице, почувствовав, как подступают слёзы к глазам, я поняла, как надеялась, что он меня остановит или пойдёт со мной.
  Мобильник зазвонил, когда я уже легла в постель и рассеянно листала книгу. Беспокойство за Ирину и обида на Ника не давали читать. Убедилась, что вызов от Ника, и сбросила его. Почти сразу пожалела об этом, но перезванивать не стала. Второго звонка не последовало, зато минут через пять раздался тихий стук в балконную дверь. Я спешно натянула махровый халат, одновременно нащупывая ногами тапочки, и открыла балкон. Приглашать Ника в квартиру не хотелось, поэтому вышла на балкон сама. У, холодно, да ещё и ветер какой! Ник сразу прижал меня к себе и спросил:
  - Очень обиделась?
  - Очень, - обезоружено согласилась я. - И за Ирку беспокоюсь. Что это за тип и откуда он взялся?
  - Они с Максом вчера прилетели из Буэнос-Айреса. Макс сейчас в клане Карлоса, - пояснил Ник, - Дэн ему тоже не особо рад, но гостеприимство обязывает. Не волнуйся, жива останется твоя коллега. Дэн запретил убивать на своей территории.
  - Ты забыл сказать "и здорова", - напомнила я.
  Ник не ответил, и это меня испугало:
  - Что с ней будет?
  - Она поправится, - быстро пообещал Ник. - Тут нюансы дипломатии. Никак иначе не получалось.
  Я помолчала. Что тут скажешь? Тем более в тонкостях вампирских взаимоотношений я не разбиралась, да и не хотела разбираться. Наверное, всё-таки придётся.
  - А где Макс? - устало спросила я.
   - У него какие-то дела. Объявится позже, - ответил Ник и предложил: - Поедем ко мне?
  Я отрицательно помотала головой:
  - Не сегодня. Я перенервничала, устала, как собака, и вообще, уже сплю.
  - Когда мы встретимся? - требовательно спросил Ник. - Завтра?
  - Если солнечно будет? - удивилась я.
  - Приезжай ко мне, - снова попросил он, прижимаясь щекой к моей щеке.
  Я замерла от ощущения острого блаженства.
  - Кристи?
  - Приеду перед работой, - согласилась я. - Позвони, как проснёшься, ладно? А сейчас уходи: я уже продрогла до костей, мне только заболеть не хватало.
  Ник поцеловал меня и, придерживаясь одной рукой за ограждение балкона, легко перепрыгнул его. Я еле удержалась от удивлённого возгласа и перегнулась через перила. Ник изящно приземлился, взглянул наверх, махнул мне рукой и направился к своей машине. Не думала, что с четвёртого этажа можно просто спрыгнуть! Ник говорил, что хорошо умеет лазить, ну я и ожидала, что он будет как-то слезать. Никак не перестану мерить его человеческими мерками. Я не стала смотреть, как он уезжает, спешно закрыла балкон и нырнула под одеяло. Заснуть я смогла нескоро.
  
  ***
  Утром мне позвонила медсестра травматологического отделения. Оказывается, Ирину избили, она сейчас в больнице и хочет меня видеть. Я всё бросила и помчалась. Состояние Иры было признано удовлетворительным, а с утра посетителей пускали только к тяжёлым, но что я, не знаю, как на травму пройти? Просочившись привычным путём через приёмный покой, я подошла к медсёстрам уточнить, где лежит Ира. Девочки назвали мне палату и предупредили, что надо подождать, потому что у Ирки сейчас сотрудник РУВД. Я немного поболтала с ними, и узнала, что у Иры никаких внутренних повреждений нет и вообще ничего страшного. Это меня немного успокоило, я, в свою очередь, рассказала, что Наташка с Лёшкой ещё не вернулись, но вот-вот приедут, и пообещала передать привет и приглашение заходить. Мимо нас по коридору прошёл на выход мужчина в полицейской форме. Я вопросительно посмотрела на своих собеседниц, и после подтверждающего кивка рванулась к Ирке.
  На отделении палаты были в основном восьми- и четырёхместные, но Ирина не только лежала в двухместной палате, у неё даже соседки не было. Когда я вошла, она сидела на кровати ко мне спиной, были видны только распущенные платиновые локоны. Жалюзи закрывали окно, затеняя палату. Наверное, Ира услышала, как закрылась дверь, она обернулась ко мне, и я тихо охнула: после того, что я услышала от медсестёр, такого не ожидала. И это называется "ничего страшного"? Выглядела она ужасно: опухшее лицо в синяках, разбитые губы, заплывший глаз. Я чувствовала, что на мои глаза наворачиваются слёзы, но сказать ничего не успела. К моему удивлению, Ира сразу же нетерпеливо спросила:
  - Ты как?
  - Я-то нормально, со мной всё в порядке,- растерянно ответила я, - а вот с тобой что приключилось? И как ты сейчас?
  - Слабость ужасная и знобит непонятно почему. Ну и больно, конечно, - пожаловалась Ирка, - но вроде бы легко отделалась, только синяки по всему телу и укусы.
  Я прикинула время и удивилась. Следы от укуса вампира должны были пройти. И почему по всему телу?
  - Что произошло? - озабоченно спросила я.
  Ира долго молчала с несчастным видом, затем тихо сказала:
  - Понятия не имею. Думаю, мне какой-то наркотик дали, только не представляю, кто и когда. Мы с тобой вместе коктейли пили, а потом я в рот ничего не брала. А если с тобой всё в порядке, то у меня даже идей никаких нет. Можешь найти этих парней?
  Я поколебалась. Мне вовсе не хотелось, чтобы Ника или Дэна вызывали в полицию для дачи показаний. Не знаю, что из этого может выйти, но что ничего хорошего - это очевидно. Наконец, я решилась на полуправду и ответила:
  - Примерно представляю, как найти одного из них. Что ты хочешь?
  - Хочу с Карлосом поговорить, - сказала Ира, - У нас сначала всё было супер, а потом у меня пошли глюки. Знаешь, как в кошмарах бывает: дикие превращения, кровь, ужас. Сейчас даже вспомнить не могу, где эта квартира находится, куда Карлос меня привёз. Но он-то должен помнить, что было, и чем всё кончилось.
  - Что тебе это даст? У тебя вдруг начались галлюцинации. Надо полагать, внешне это проявилось неадекватным поведением. Ты для Карлоса никто. Вполне естественно, что он не захотел с тобой возиться. Может ещё и испугался, что на него повесят наркодилерство. Он в чужой стране, ему это надо? Взял, и по-простому выставил тебя за дверь.
  Ирка скривилась:
  - Ну, да, так оно и было, наверное. Знаешь, Крис, я ужасно боюсь, что про наркотики может выплыть. У меня ведь кровь на анализ брали. Поставят на учёт, потом доказывай, что не верблюд.
  - Тут ничего не сделаешь,- пожала я плечами, - как получится, так и получится. Дознавателю ты что сказала?
  - Участковому, что ли? А что я могла ему сказать? - фыркнула Ирина. - Сказала, что шла из клуба, на меня пьяный парень натравил свою псину, а когда я стала отбиваться, ещё и сам добавил. Описание дать не могу, дело возбуждать не хочу.
  Я почувствовала облегчение.
  - Сейчас-то ты как?
  - Голова квадратная, - пожаловалась Ира, - я же так и не спала. Знаешь, и заснуть теперь боюсь. Кажется, что во сне опять всё это увижу.
  - Что это? - автоматически спросила я.
  Ирка поколебалась, а затем неуверенно сказала:
  - Наверное, не надо рассказывать, но, кажется, если я ни с кем не поделюсь, просто с ума сойду. Лучше я тебе расскажу, чем кому-то ещё. Всё у тебя на глазах началось, и ты знаешь, что я наркоту не употребляю. Так вот. Сначала всё было нормально. Глюки пошли, когда мы уже легли в постель. Я увидела, что у Карлоса выросли громадные клыки, и он вцепился мне в шею. Потом вдруг откуда-то появился громадный волк и тоже меня укусил. Потом какой-то парень меня ударил. Не знаю, откуда он взялся. Я отлетела к стене, но он меня снова поймал и бросил волку. Понимаешь, я была мячом, а они мною играли, перебрасывали друг другу, били и кусали. Бред, да?
  - Бред, - согласилась я, - Что, все кусали?
  - Да, все. Хотя нет, - неуверенно сказала Ира, - По-моему, потом Карлоса там не было, только парень с волком. Мне кажется даже, что он был один и превращался в волка и обратно. Потом я пыталась убежать, но он... они были везде.
  - Как ты пыталась убежать, если была мячом? - скептически спросила я. - Укатиться, что ли?
  - Я чувствовала себя, как человек, - попробовала объяснить Ирка, - Просто я знала, что я - мяч. Нет, не представляю, как это описать.
  Она замолкла, глядя мимо меня в пустую стенку с выражением отчаяния на лице. На меня опять накатило острое чувство вины. Вот не думала, что когда-нибудь стану жалеть Ирку! Я тронула её за плечо и решительно сказала:
  - Наплюй. Тебе выспаться надо, а на свежую голову всё не таким страшным покажется.
  Ирка вцепилась в мою руку и жалобно попросила:
  - Только не уходи. Посидишь, пока я не засну?
  - Посижу, - согласилась я, - только уж, извини, ждать, когда проснёшься, не буду. Если ты не забыла, мне на смену сегодня.
  - На работе ничего не рассказывай! - испугалась Ирина.
  Когда это я сплетничала? Даже обидно. Хотя чего с Ирки взять!
  - Не буду, - пообещала я твёрдо. - Спи, давай.
  Ирка, поморщившись от боли, немного повозилась, устраиваясь удобнее, затем снова взяла меня за руку и послушно закрыла глаза. Я сидела, рассматривая её изуродованное лицо, и пыталась понять, что же произошло. Ник говорил, что вампиры ни в какую живность превращаться не могут, я спрашивала. Какой волк, откуда? Наверное, самой не разобраться, надо у Ника спросить. Похоже, что Ирку реально накачали какой-то дрянью. Или ещё и оборотни есть?
  Меня терзали противоречивые чувства. С одной стороны, вроде бы Дэн с Ником сами были не в восторге от заморского гостя, а с другой - они же здесь хозяева, значит, всё было с одобрения Дэна? Неужели нельзя было потребовать у Карлоса, чтобы он не совался в чужой монастырь со своим уставом? Или может, то, что сделали с Ириной - это норма у вампиров, а мне Ник старается не показывать неприглядные стороны своего существования? Сейчас я чувствовала неприязнь ко всем вампирам, и это снова заставило задуматься меня об отношении к Нику. Влюблённые часто склонны к самообману. Действительно ли я люблю его, или влюбилась в некий придуманный образ, который имеет с реальным Ником мало общего? Я не могла уверенно ответить на этот вопрос.
   Вроде бы Ирина заснула. Я решила выждать для надёжности ещё минут десять, а потом попробовать освободить руку. Тихо щёлкнула дверь за спиной. Обернувшись, я увидела вошедшего врача, смерила его хмурым взглядом, и снова отвернулась к Ирине. Алексей Михайлович молча подошёл, придвинул стул от соседней кровати и сел рядом. Мне стало неловко. Что с того, что он вампир? Я от него только хорошее видела, Наташка его всегда нахваливала, вон на доске почёта его фотография висит. Но после такой паузы здороваться вроде уже глупо. Я вздохнула и сказала:
  - Извините, Алексей Михайлович, я сейчас неадекватная.
  Он кивнул и мягко ответил:
  - С ней всё будет хорошо.
  - Какую дурь ей дали и как?
  Вампир удивлённо посмотрел на меня:
  - Зачем кровь портить какой-то отравой? Ничего ей не давали.
  Я посмотрела на спящую Ирину и возразила:
  - А откуда глюки пошли? Она всякие превращения видела, а Ник говорил, что вы не можете превращаться.
  Врач молчал, и я повернулась к нему. Ёкнуло сердце, проваливаясь куда-то вниз. На стуле рядом со мной в зелёном халате с бейджиком на кармане сидел, глядя на меня красными глазами, громадный белый кролик с висячими ушами. Кролик смешно подёргивал розовым носом. Я глубоко вдохнула ртом и закрыла его. Кажется, стало доходить. Опять ментальное воздействие. Бедная Ирка. Я вон безобидного кролика испугалась, а у неё-то был кусачий волк.
  - Алексей Михайлович, - едко поинтересовалась я, - вы не думаете, что такие детсадовские шуточки вам уже не по возрасту? И что насчёт негативного влияния на психику?
  Кролик хихикнул:
  - Влияние влиянию рознь,- пояснил он голосом врача,- Грубое удаление воспоминаний - это одно, а мягкая коррекция восприятия - совсем другое. Это совершенно безвредно. Просто я решил, что лучше один раз увидеть. Поражаюсь, что Ник тебе ничего не объяснил.
  - Не люблю вампирских штучек, вот и не объяснил, - мрачно сказала я, - А почему кролик?
  - Чтобы визга не было на всю больницу, - пояснил он. - Первое, что у меня ассоциируется со словами "белый и пушистый".
  Я подавила истерический смешок и сказала:
  - У меня немножко другие ассоциации. Есть такая картинка с монстриком...
  Я осеклась, потому что вместо кролика передо мной сидел лохматый белоснежный гремлин в натуральную человеческую величину. Большие треугольные уши торчали по сторонам огромной круглой головы. Оранжевые глазищи глядели дружелюбно. Пасть, в которую могла бы поместиться моя голова, широко улыбалась, демонстрируя два ряда игольчатых десятисантиметровых зубов.
  - Мне эта картинка тоже понравилась, - согласился монстр.
  Дверь палаты приоткрылась, медсестра с порога пожаловалась:
  - Алексей Михайлович, там пришли родственники того с трещиной таза из восьмой палаты, всем недовольны, и хотят видеть вас.
  Необычный вид врача на неё впечатления не произвёл, значит, этот цирк лично для меня.
  Гремлин похлопал меня по руке мохнатой лапой, ещё раз пообещал, что с Ириной всё будет прекрасно и вышел. Значит глюки не только зрительные, но и осязательные. С ума сойти! Всё-таки надо разбираться с возможностями вампиров и вникать в их взаимоотношения...
  Я осторожно вынула руку из Иркиных пальцев и поехала домой. Настроение было подавленное. Ирину жалко. Да что же это за садизм такой! Я не считала, что Ник на такое способен, но сомнения в нём появились: смутило его отношение к произошедшему. Я боялась доверять чувствам и обдумывала свои отношения с Ником снова и снова, но ни к чему так и не пришла. Надо сегодня же обсудить всё с ним: что он скажет.
   Дома мои планы поменялись: дедушке стало плохо, мы вызвали скорую. Когда Ник позвонил, я объяснила ситуацию и сказала, что приехать не смогу. Он сразу же ответил:
  - Хорошо. А завтра?
  Меня это удивило.
  - Завтра постараюсь, - пообещала я. - Созвонимся. Знаешь, Ник, а я была совершенно уверена, что ты будешь возражать. Спасибо за понимание.
  - Всегда пожалуйста, - хмыкнул он. - Что ж тут не понять! У меня ведь тоже на первом месте стоит долг перед кланом. Ладно, до завтра.
  На следующий день я предупредила бабушку, что иду на свидание, потом сразу на работу, и дома уже не появлюсь. Ник позвонил сказать, что заедет за мной. День был пасмурный, но солнце иногда выглядывало, и я возразила:
  - Брось, сама доберусь.
  Когда я приехала, Ник впустил меня в квартиру, поцеловал и попросил подождать пару минут, пока закончит работать. Он был босиком, в бархатных лосинах и шёлковой рубашке с пышным жабо и кружевом на манжетах. Маскарадным костюмом это не смотрелось, выглядел вампир очень естественно и фантастически красиво. Ник вернулся за компьютер. К стыду своему, я совершенно не представляла, чем он может заниматься, поэтому сразу же, забыв о тактичности, уставилась на монитор. Оказывается, он сидел в контакте и читал обсуждения в каком-то вампирском обществе. Это работа? Через плечо Ника я прочитала несколько сообщений и удивлённо спросила:
  - Тебе интересно? Здесь же подростки с ума сходят.
  - В основном, - согласился Ник с тоской в голосе, - Но попадаются отдельные личности постарше и даже с мозгами. Я, собственно, их и разыскиваю.
  Не веря своей догадке, я уставилась на него и поинтересовалась:
  - Зачем? Ты что, подбираешь добровольцев на пополнение рядов?
  Он хмуро кивнул и мрачно пояснил:
  - Надо же что-то предпринимать!
  Я, загибая пальцы, перечислила:
  - Ездишь с дипломатическими миссиями, пытаешься выловить охотников, ищешь кандидатов на обращение, между делом работаешь в такси. Я что-то пропустила?
  - В кафе подрабатываю иногда, - охотно подсказал Ник, - а ещё решаю мелкие конфликты между своими.
  - Замечательно! - похвалила я. - А можно поинтересоваться, а что делает Дэн?
  Ник удивлённо вскинул бровь, потом широко улыбнулся, сверкнув клыками, и объяснил:
  - А Дэн делает деньги. У него это хорошо получается, к тому же ему нравится сам процесс. Ну и общее руководство осуществляет, конечно. Он определяет политику, я её провожу. Каждый делает то, что у него лучше выходит, и все довольны и счастливы.
  Стул, на котором сидел Ник, был единственным. Я отошла, чтобы не мешать и уселась на край кровати. При этом буквально перед носом оказалась большая выбоина в стене. Вроде бы раньше её не было. Я подождала, пока Ник закроет страницу и развернётся ко мне, и насмешливо спросила:
  - Это откуда? Что ты здесь творил, что так стену раздолбал?
  Ник скорчил кислую рожу:
  - Охотники в гости заходили.
  Мне стало не до смеха.
  - Давай, рассказывай! - потребовала я, - Кто-нибудь выжил?
  Ник довольно оскалился.
  - Их было трое, - сказал он. - Двое проникли в квартиру, третий ждал в машине. Вот как раз этого третьего я и взял.
  Вот это новость! Я не чувствовала жалости к незваным гостям, до сих пор я с ужасом вспоминая, что охотники сделали с Дэном. Понятно, как Ник с ними разобрался! Тут ничего и не скажешь. Спрашивать, как он избавился от тел, не тянуло...
  - Что значит "взял"?
  Ник прыгнул на кровать рядом со мной и перевернулся на спину, положив голову мне на колени. На его лице сияла самодовольная улыбка.
  - Они получили наводку на нас, - пояснил он мне, надо узнать, как к ним попала эта информация. Вряд ли пленник захочет рассказать. Самый простой способ - допросить в присутствии Бориса. Но его ещё неделю не будет. Я и посадил охотника в камеру до Бориного приезда.
  У меня сразу появилось ещё больше вопросов, и я их вывалила на Ника все сразу:
  - А куда Боря делся? И что за камера, где она?
  - Он к семье поехал, - сказал Ник, с ухмылочкой глядя на меня.
  Ну, поехал, так поехал. Я даже не сразу сообразила, почему Ник так на меня уставился. Только потом поняла, что ждёт какой-то реакции. А что такого он сказал? И тут до меня дошло:
  - Ник, - ошеломлённо спросила я, - какая семья? Что ты имеешь в виду?
  - Мама и сестра, - ответил Ник. - Люди, естественно. Борька ведь молодой, чуть больше десяти лет.
  Я попыталась осмыслить ситуацию. Каково это, обратившись в вампира, заходить в гости к своим родным?
  - Часто он к ним ездит?
  Ник сел рядом со мной, обхватив колени руками. Лицо его стало серьёзным.
   - Первый раз поехал, - хмуро сказал он. - Не наломал бы он там дров. Я хотел с ним, но он возражал категорически, сказал, что сам должен со своими проблемами разобраться.
  - Они хоть знают, что он стал вампиром?
  - Его сестре я сказал. Ей тогда было лет одиннадцать. А сообщила она матери или нет, не знаю. Тут возможны варианты.
  - Что он раньше-то не ездил?
  - Я и сейчас не хотел отпускать, - поделился Ник. - Отпросился. А он только-только начал самостоятельно кормиться. И контроль ещё хромает.
  - Понятно, - сказала я, хотя вопросов было ещё много. Сейчас не это главное. - А теперь объясни мне, наконец, как можно в наше время иметь в городе частную тюрьму?
   - Без проблем! - рассмеялся Ник. - В частном доме. У Дэна в подвале оборудовано помещение, подходящее для изоляции как человека, так и вампира. Серебра ушло - жуть. Думаю, что хотя дом стоит пустой, маловероятно, что туда кто-нибудь полезет.
  - Ясно. А кто его кормит?
  Ник растерялся. Глядя в стену, он открыл рот, будто собирался что-то сказать, но почти сразу сжал губы, перевёл на меня взгляд и признался:
  - Я об этом не подумал.
  - Как "не подумал"? - возмутилась я. - О чём ты вообще думал?
  - О тебе, - коротко ответил он.
  Я замолкла. Слышать его слова было безумно приятно, и цепляться к Нику мне уже не хотелось. Тем более, что охотники мне изначально были несимпатичны.
  - Сколько он там сидит?
  - Четвёртый день, - буркнул Ник.
  Ну что же, нехорошо, конечно, но от такой короткой голодовки ещё никто не умирал. Хотя затягивать тоже не стоит. Вот принесло этих охотников на нашу голову! Я вздохнула и встала:
  - Ладно, поехали кормить твоё сокровище.
  Ник скользнул ко мне и обнял, прижавшись всем телом:
  - Не хочу никуда ехать. Я тебя хочу. Скажи, что из еды купить, я отвезу ему, когда провожу тебя на работу.
  - Я тоже не хочу уезжать,- призналась я, - но тут покупкой не отделаешься, готовить надо. После голодовки абы что есть нельзя.
  Ник отпустил меня и с надеждой спросил:
  - Завтра?
  Я почувствовала себя виноватой:
  - Завтра я с девчонками на дачу еду с ночёвкой. Может, послезавтра?
  - Значит послезавтра, - покладисто сказал Ник. - Ты не хочешь переехать сюда?
  - Нет, - возразила я, - даже и не думай. Бабушку с дедушкой я не брошу.
  Он кивнул и начал переодеваться. Расчётливая неторопливость и показушность этого раздражала, но глядя на гибкое сильное тело, я изнывала от желания и чувствовала досаду из-за необходимости ехать кормить пленника. Не на это я настраивалась...
  Кроме того, меня одолевало любопытство.
  - Ник, - не выдержала я, - а какие будут вампирские навороты?
  - Интересно? - насмешливо спросил он, вскинув бровь.
  - Интересно, - созналась я.
  - Вот и мучайся, - довольно заявил он. - Поехали.
  
  Глава 19. СТАС
  
   Таня шла навстречу, её глаза сияли, а распущенные волосы мягко колыхались в такт шагам. Порыв ветра бросил прядь ей в лицо, она негромко рассмеялась, и от этого смеха я проснулся. Перед моим носом была белёная стена. Раздался женский смешок. Что это, я ещё ото сна не отошёл, или, может, с голодухи глюки начались?
  Я сел. У решётки стояла девушка и возилась с замком. На меня она не смотрела, а я внимательно рассматривал её. Ничего особенного: стройная, среднего роста, с приятным лицом. Таня объяснила, что вампиры не обязательно красавцы: встречаются и с вполне ординарной внешностью и даже уроды. Вампирша или человек? Похоже, что человек. Об этом говорила куча мелочей. Конечно, практически всё это и вампиры могут изобразить, но здесь-то зачем что-то изображать?
  Наконец, она распахнула решётку и отступила в сторону:
  - Ник, проходи!
  Из-за стены появился мой тюремщик с пакетом в руках. Значит, Ник. Я перевёл взгляд на кровососа, который подошёл и выложил на кушетку рядом со мной пластиковые бутылку, контейнер и ложку, завёрнутую в салфетку. Он тоже вёл себя как человек. Не передо мной же играет! Похоже, что девушка не знает, кто её спутник и не отдаёт себе отчёта о грозящей опасности. Что же он ей наговорил, объясняя моё заключение? Могу ли я её предупредить, или это только ухудшит ситуацию, уничтожив её шанс на выживание?
  Я встал, голова кружилась и меня немного качнуло. Девушка окинула меня неприязненным взглядом и повернулась к вампиру:
  - Ник, что-то он не айс, ты уверен насчёт четырёх дней?
  Неожиданно для меня вампир хмуро сообщил:
  - Я на нём кормился.
  Девушка бросила короткий взгляд на меня, укоризненно посмотрела на него и заявила:
  - Иногда я от тебя просто обалдеваю.
  Он пожал плечами и промолчал. Я был в шоке. Значит, она прекрасно знает, с кем имеет дело! Я понимал Таню, для которой Дэн показался шансом на выход из безвыходной ситуации, и то недоумевал, как она может с ним общаться. А эта девица выглядела вполне благополучной. Что может связывать её с вампиром?
  Она опять повернулась ко мне:
  - Значит, так: в бутылке разведенный сок, в контейнере жидкая овсянка. Сейчас поешь это, хотя лучше бы с кашкой не торопиться, а утром я зайду и покормлю тебя ещё.
  Вампир удивлённо вскинул бровь, но ничего не сказал. Она обернулась к нему:
  - Думаю, можно принести микроволновку и какой-нибудь стол или табуретку хотя бы.
  - И одеяло, - быстро добавил я.
  Она с сомнением посмотрела на кушетку и неуверенно добавила:
  - И с постелью надо что-то сделать: не представляю, как на этом можно спать.
  Вампир некоторое время смотрел на меня пустым взглядом, затем неохотно согласился:
  - Ладно, выходи и закрой дверь. Подождёшь на лестнице. Я по-быстрому всё соберу.
  - Я думала, здесь подожду, - растерянно сказала она. - Хотелось задать несколько вопросов.
  - Кристина, я тебя с ним не оставлю, - холодно заметил Ник. - Это убийца.
  От возмущения я чуть дар речи не потерял.
  - Кто бы говорил! - отчеканил я. - Это вы, кровососы, гнусные убийцы!
  - Ерунда, Ник не убивает, - сердито сказала девица.
  - Как ты можешь так говорить? Это вампир!
  - И что? - агрессивно спросила она.
  - Для мокрецов убийство естественно. Да только на этой неделе он убил девушку!
  Ник задумчиво изучал носки своих кроссовок. Кристина повернулась к нему:
  - Ник?
  - Нет, - бесстрастно отозвался он, не прерывая своего занятия.
  - Чушь, не было этого! - перевела она для меня и презрительно спросила: - Зачем ты лжёшь?
  - Видел своими глазами! - возразил я.
  - Это не ложь, он верит в то, что говорит, - прокомментировал вампир.
  - Как такое может быть?- недоуменно спросила она, пристально глядя на меня. - Что ты видел?
   Я кратко рассказал о своих наблюдениях у дома мокреца. Сначала она слушала со скептическим выражением лица, потом стала внимательнее. Когда я сказал, что тело вампир вынес уже под утро, она резко оборвала меня:
  - Хватит, я всё поняла.
  Вампир оторвался от созерцания обуви и насмешливо добавил:
  - Ты бы нам ещё свечку подержал!
  Девушка густо покраснела. Я был ошарашен: она его подружка? Ник поднял голову, сделал глубокий вдох и прикрыл глаза. Меня это покоробило. Как вообще Кристина может заниматься с ним сексом, зная, что он такое? Неужели не замечает, как вампир на неё реагирует? Только что слюни не потекли. Не понимаю... Конечно, сейчас повсеместное падение нравов, но чтобы настолько! Лекцию о морали ей читать явно бесполезно, но должна же она понимать, что эта тварь убивает людей.
  - Если я и ошибся, это ни о чём не говорит, - возмущенно сказал я. - Он в этот же день убил моих товарищей.
  Мокрец со скучающим видом отошёл на пару шагов в сторону, сел на пол, обхватив колени руками, и опустил голову. Чёрные локоны упали вперёд и рассыпались, заслоняя лицо.
   Я перевёл взгляд на девушку. Сразу возникло ощущение, что мы остались вдвоём. Вампир должен был сидеть в поле моего зрения, но я его не видел. Не мог же не заметить, его ухода? Я растерянно посмотрел на место, где он садился. Ник сидел там же и в той же позе, сжавшись в клубок. Я вновь перевёл взгляд на Кристину и опять перестал его видеть. Раньше я с этим явлением не сталкивался. Андрей рассказывал о таком, говорил, что если вампир не хочет, чтобы его замечали, то и не заметишь, пока не посмотришь прямо на него, и то надо знать, что можешь его увидеть, но одно дело слышать, а вот почувствовать самому... Здорово выбивает из колеи.
  - О чём я говорил? - растерянно спросил я.
  Кристина странно посмотрела на меня и спросила:
  - Ник, это что, опять какие-то вампирские штучки?
  Вампир издал звук, подозрительно похожий на хрюканье, и возразил:
  - Ну что ты, меня вообще здесь нет!
  Она покосилась в его сторону и попросила:
  - Прекрати, а?
  - Что прекратить? - удивился вампир, но почти сразу заразительно рассмеялся и поднял руки, выставив вперёд ладони. - Ну, ладно-ладно, я больше не буду.
  Он снова принял прежнюю позу, но теперь я его нормально видел.
   Кристина смотрела на меня спокойно и уверенно:
  - Твои товарищи вломились в чужую квартиру - явно не на чай. Они шли убивать. Самозащиту никто не отменял.
  - Мокрецов и надо уничтожать! - возразил я убеждённо, хоть и растерялся: не думал, что придётся доказывать прописные истины. Но если эта девица спит с вампиром, очевидно, что с головой не дружит. Я кивнул на Ника:
  - Он по сути своей убийца. Для него естественно постоянное стремление сеять смерть и проливать кровь.
  Вампир резко вскинул голову и вперил в меня жуткий взгляд побелевших глаз с булавочным зрачком, отчего я почувствовал неприятный холодок под ложечкой. Кристина выглядела смущённой. Наверняка ей и раньше приходило такое в голову, но она старалась гнать эти мысли. Внезапно она приняла решительный вид и возразила:
  - Не постоянное. И какое это имеет значение, если Ник прекрасно себя контролирует и не позволяет своим желаниям собой управлять?
  Мокрец внимательно всмотрелся в её лицо потемневшими глазами и сказал обвиняющим тоном, но очень тихо:
  - Ты знала.
  Кристина не ответила. Несколько мгновений они смотрели друг другу в глаза, на её губах медленно расцвела улыбка, и я торопливо отвёл взгляд с ощущением неловкости, будто подсмотрел что-то очень интимное. Как-то вдруг я понял, что она действительно любит этого кровососа, хотя такое в голове просто не укладывается. Я даже позавидовал вампиру: на меня так ни одна девушка не смотрела.
  - Кстати, Кристи, именно этот борец за справедливость едва не угробил Лёшу. Это он взорвал машину Дэна.
  Я обернулся и встретил насмешливый взгляд вампира.
  - Кто же знал, что вы подставите двойника! - возмутился я.
  - Какой двойник! - раздражённо сказала Кристина. - Ну, фигуры похожи, и причёски немного. А больше - ничего общего.
  - Издали этого вполне достаточно, - хмуро заметил я. - Хотя мне жаль, что я так ошибся. И я рад, что этот парень выжил. Мы раньше не встречали вампиров, которые вот так окружают себя людьми. Но я не верю, что они не убивают. Они же садисты по натуре. Вон этот - я кивнул на Ника - когда кормился специально старался сделать мне побольнее.
  Кристина удивлённо обернулась к вампиру:
  - Ник?
  - Поболело и перестало, - равнодушно отозвался тот, не поднимая головы, - Я же его не сломал. А яркость эмоций ему, по крайней мере, пол-литра крови сэкономила.
  Кристина выслушала это со скептической гримасой, но затем неуверенно пожала плечами и с сомнением сказала:
  - Ну, если так рассматривать, то что-то в этом есть, - она снова обернулась ко мне. - Пока я ничего конкретного так и не услышала.
  - Ах, нужна конкретика! - я был задет тем, как легко она приняла объяснение вампира, хотя определённая логика в нём была. - Тогда перейдём к фактам.
  Фактов было много. В нашей группе, естественно, были свои секреты, но относились они главным образом к методике обнаружения мокрецов и способам их уничтожения. Хотя я подозревал, что для них самих и то, и другое очевидно. Но в самой истории уничтожения вампиров нашей группой ничего секретного не было, для тех, конечно, кто знал о существовании этих монстров. Память у меня неплохая. Я начал рассказывать про нашу работу, особое внимание уделяя описаниям кровавой деятельности вампиров. За каждым из наших объектов длинным шлейфом тянулась история жестоких убийств. Я называл даты, места, перечислял жертв, рассказывал про обстоятельства смертей. За эти пять лет, которые я проработал в группе Андрея, я насмотрелся всякого и много чего мог рассказать. Когда я замолк, Кристина молча смотрела на меня округлившимися глазами: рассказ произвёл на неё сильное впечатление.
  Она обернулась было к Нику, но, поколебавшись, снова обратилась ко мне:
  -Тебя как зовут?
  - Стас.
  - Я - Кристина. Расскажи, откуда ты узнал про вампиров и как вообще становятся охотниками?
  Меня озадачил её вопрос: какая разница - как, главное - результат.
  - По-всякому. У командира вампир отца убил, я пошёл потому, что друг пригласил, а он вообще полукровка, вампир мать соблазнил и бросил.
  - Ерунда это! - вдруг сказал Ник, резко поднимаясь на ноги. - Наврали мамочки с три короба, а детки уши развесили. Заканчивай болтовню, если хочешь, чтобы я успел ещё что-то сюда принести. На работу опоздаешь!
  Кристина бросила взгляд на часы и возразила:
  - Нет уж! Тебя за язык никто не тянул, а начал - так договаривай.
  - Что толку повторяться? - зло ответил Ник. - Всё весьма банально. Человеческие чувства скоротечны и поверхностны. Сначала безумная любовь, романтика под звёздами, а потом всё перегорает и "прости, я ошиблась, ты мне не подходишь...". А ребёнку такое рассказывать не хочется, вот и плетут небылицы. Их командир с братом - тоже полукровки. Я не только не мог их под контроль взять, я их даже не чувствовал. Скорее всего, вампир, убивший их приёмного отца, и есть их настоящий отец, который не смог совладать с собой при виде человека, занявшего его место. Да и во втором случае наверняка то же самое: человечка сначала прогнала своего любовника, а потом стала корчить из себя покинутую жертву.
  - С чего ты вообще решил, что инициатива разрыва исходила от женщин? - поинтересовалась Кристина. - Как я понимаю, вы меняете партнёров куда чаще, чем люди.
  Лицо Ника стало неподвижным, взгляд остекленел:
  - Дети у нас могут быть только от любимой женщины, с другими мы бесплодны. А если вампир полюбит - это навсегда, по крайней мере, на несколько столетий.
  Он решительно взял Кристину за руку и повёл к выходу. У проёма он терпеливо подождал, пока она закроет замок и подставил ладонь. Получив ключ, Ник метнулся к лестнице серой размытой полосой. Кристина ошарашено уставилась ему вслед.
  - Чему ты удивляешься?
  Она перевела взгляд на меня и растерянно сказала:
  - Я такого и представить не могла. Видела, конечно, что Ник может двигаться быстрее человека, но чтоб настолько...
  Взгляд Кристины остановился на контейнерах, лежащих на кушетке, и она заметила:
  - Ты выпил бы сок. А через пару часов поешь.
  Появился вампир. Поставил тахту, сунул Кристине в руку ключ и снова исчез. Пока она возилась с замком, он притащил целую охапку вещей и вывалил их на тахту. Я подошёл к решётке и, не веря своей догадке, провёл пальцем по толстому чёрному пруту:
  - Серебро, что ли?
  - А ты думал, специально для тебя апартаменты отгрохали? - насмешливо спросил Ник.
  - Как же ты закрывал, когда меня сюда определил?
   Чувство было странное. Мне раньше и в голову не могло придти, что можно что-то спросить у кровососа из обычного любопытства. Ну и получил: он ехидно отрезал:
  - Ушами не надо было хлопать, сам бы увидел.
  Кристина распахнула решётку. Ник впихнул тахту со всем барахлом внутрь и заявил:
  - Сам разберёшься, Кристи опаздывает.
  Едва девушка заперла замок, он легко подхватил её на руки и исчез в направлении лестницы. Я прислушался, но не услышал ничего. Свет за решёткой почти сразу погас.
  Я вернулся к кушетке, сел и с сомнением посмотрел на контейнер. Есть почему-то не хотелось. Вот попить можно. Отвинтив крышку, я принюхался к содержимому бутылки. Капуста, что ли? Вкус был приятный. Я сделал несколько глотков, заставил себя оторваться и начал разбирать принесённые вещи. Пристроил кушетку у дверей туалета и поставил на неё микроволновку, чтобы можно было дотянуть шнур до розетки. Дотащил тахту до стены и застелил. Правда, наволочка нашлась, а вот подушки не было. Но это ерунда, главное, что появилось одеяло и можно нормально лечь. Я выпил ещё немного сока, вытянулся на тахте и стал раздумывать о странной подружке вампира. Может быть, удастся уговорить Кристину помочь мне с побегом. Или Ник будет её всё время сопровождать? Впрочем, что гадать: поживём - увидим.
  Я сунул контейнер в микроволновку, разогрел и без особого желания поел пресную геркулесовую размазню. А теперь спать. Если появится хоть какая-то возможность побега, я должен быть отдохнувшим. Нормальная постель, тёплое одеяло - заснул я сразу.
  Проснулся же от возмущенных воплей Кристины: сел, и долго не мог сообразить, а что она, собственно, кричит. Наконец дошло, что ключей у неё нет, она поставила тарелку на пол под решётку и хочет, чтобы я её забрал. Я попробовал разговорить Кристину, но она сперва отвечала односложно, явно неохотно, а потом вообще заявила, что устала на работе и ей не до болтовни и поспешно ушла. Похоже, что склонить её к помощи - безнадёжная затея.
  Несмотря на все заверения Тани и Кристины, я считал, что мокрецы меня убьют. Надо бежать. Ещё бы понять, как это сделать! Весь день я обдумывал, как завязать разговор с Кристиной и подвести его к теме побега. Наконец я решил, что ничего изобретать и не надо: дипломатия - не мой конёк. Я просто и прямо попрошу помочь с побегом и ещё раз объясню, что собой представляют эти твари.
  Впрочем, все размышления оказались бесполезны: вечером еду мне принёс Ник, причём пришёл один. Отпирать замок он тоже не стал, так же как и Кристина утром, подсунул пару контейнеров под решётку. Я подумал, что терять нечего, и спросил, что ему от меня надо.
  - Информацию, естественно, - равнодушно ответил вампир.
  - С чего ты взял, что я её предоставлю? - поинтересовался я.
  - У нас есть свои методы, - туманно пояснил он со снисходительной улыбкой. - Узнаем всё, что нужно.
  Я не удержался:
  - Ох, если у меня будет хоть малейшая возможность до тебя добраться...
  - Кто ж тебе её предоставит?! - насмешливо оборвал меня мокрец и ушёл.
  Я голову сломал, пытаясь сообразить, о какой информации может идти речь. Захотят выловить оставшихся членов группы? Тогда нет смысла тянуть с допросом. Парни наверняка нашли себе другое жильё, тем более, что работа в деревне была практически закончена. Хотелось верить, что они вообще уехали, но я решил, что Саня с места не сдвинется, пока есть надежда, что кто-то из нашей тройки выжил и объявится. Что может быть ещё? Сведения о нашем информаторе? Я толком ничего не знаю. Пытать будут? Какие у мокрецов "свои методы"? Жутко подумать: если они измываются над людьми просто так, удовольствия ради, то через что предстоит пройти мне? Ладно, допустим, меня допросят, обнаружат, что я совершенно бесполезен, и что дальше? На корм этим тварям? Если уж моя тюрьма рассчитана на вампира, значит, мне отсюда своими силами точно не выбраться...
  Я постарался отбросить неприятные мысли. Буду надеяться, что Кристина ещё придёт одна. Эта ненормальная подружка вампира - мой единственный шанс.
  
  
  Глава 20. КРИСТИНА
  
  Это безжалостный истребитель вампиров? Высокий, подтянутый, с приятным открытым лицом - мне пленный охотник показался симпатичным добродушным, даже простоватым парнем. Как обманчива внешность! Вот когда он начал рассказывать мне про войну с вампирами, я начала менять своё мнение. Ужасы-то какие! Свою деятельность Стас не выпячивал на первый план, но я поняла, что этот парень действительно готов рисковать жизнью, истребляя вампиров, просто потому, что считает это правильным. Я начала испытывать к нему симпатию и уважение: не много встречала таких самоотверженных людей.
  Нестерпимо хотелось узнать мнение Ника о рассказе Стаса, но я решила, что неправильно вести такой разговор в присутствии охотника. Зато, когда мы сели в машину, я сразу спросила:
  - Ник, то что этот парень рассказывал про вампиров, правда? На самом деле столько крови и смертей?
   - Угу, - буркнул вампир, - почти везде так. Я потому и пришёл к Дэну, что у него по-другому.
  - Я бы и вас ангелочками не назвала, - заметила я. - И много вас таких, в белом и в блёстках?
  - Процентов десять.
  - Но вы же общаетесь! В гости друг к другу ездите. И как это согласуется? Каждый пытается убедить другого в правильности своего образа жизни? Или тема не обсуждается?
   - Что тут обсуждать? - пожал плечами вампир. - Каждый сам выбирает свою дорогу и сам идёт по ней. Мы не вмешиваемся в чужие дела.
  - И никаких изменений не предвидится?
  - С чего вдруг? Наше общество весьма консервативно. Охотники убивают, как правило, только неосторожных желторотых птенцов. Они иногда и себя толком контролировать не могут, что уж говорить о ментальном контроле! А среди тех, кто старше, текучка небольшая.
  Я замолкла, пытаясь уложить в голове новую информацию. Жутковато... Похоже, что деятельность охотников вполне оправдана и необходима.
  Ник прервал мои размышления:
  - Кристи, глянь в Интернете, что такое мокрец?
  - И без инета скажу! - фыркнула я. - Это мошки такие, вид гнуса. Как комары, только мелкие...
  Я осеклась, заметив, реакцию Ника. Нет, его руки по-прежнему свободно лежали на руле, не стискивая его, он даже губ не сжал, но лицо застыло, казалось все черты заострились, а глаза стали бледно-зелёными, льдистыми.
  У меня всё внутри похолодело: я уже забыла, что он может быть таким. Как тогда... в лесу...
  - Ник?
  Он отозвался не сразу, тусклый голос звучал механически, без выражения:
  - Я его убью.
  - Ерунда! - возмутилась я. - Чего ты от охотников ждал, как они вас называть должны? Котятки? Зайки? Ну не пиявки - и радуйся...
  Губы Ника скривились в усмешке, но глаза снова потемнели - и мне стало спокойней.
  Ник довёз меня до проходной, поцеловал на прощанье и, сказав, что позвонит, укатил. Я помчалась на работу.
  Прибыв в точно положенное время на рабочее место, я налила себе чай и, поглядывая в сторону моей напарницы Лики, которая в быстром темпе кидала батоны в лотки, стала думать. Вроде бы Ник успокоился и прямо сейчас убивать охотника не поедет. А что будет со Стасом после допроса? Хотелось бы мне, чтобы его просто выкинули из города, пусть бы себе охотился на вампиров-убийц и дальше, но что-то слабо верилось в такое развитие событий. Могу ли я что-то сделать? Или придётся решать, что для меня важнее: отношения с Ником или жизнь Стаса? На решение неделя, может и того меньше, если Боря раньше приедет...
  Ник дал мне ключ от дома и объяснил, как отключать сигнализацию. Я прикинула, сколько времени займёт у меня утренняя кормёжка военнопленного и, пока не поздно, позвонила бабушке предупредить, что на часок задержусь после работы. Помогла Лике откатить неповоротливую полную вагонку и разбросать завал, и снова села размышлять.
  Плохо, что с Ником я толком поговорить не успела. У него многолетний опыт плетения словесных кружев, но принцип я уже поняла: надо получать конкретные ответы. Вот сегодня, когда я спросила его про "вампирские штучки", смысл ответа был отрицательный. Но он ведь не сказал "нет". Ясно, что если он не говорит ни "да", ни "нет", значит, что-то скрывает. Я уже и сама тоже недомолвками стала изъясняться. Вот уж, с кем поведёшься...
  Вчера, например, меня на работе взяли в оборот, расспрашивая про Ирину. Мы же собирались вечер провести вместе. Я призналась, что настроения особого не было, и я ушла из клуба первая, оставив Ирку со знакомыми. Сказала, что была у неё в больнице. Добросовестно повторила её рассказ о парне с собакой. Я в своём повествовании не соврала ни единым словом, а какое отношение имеет моя история к реальным фактам?
  Хотела я поговорить сегодня с Ником по поводу Ирины, но из-за охотника просто не успела. Ладно, это потом. И о Стасе тоже надо спросить. Может быть, у Ника есть и какой-нибудь бескровный вариант. А вот от того, что не надо говорить с Ником про возможность беременности, я испытала облегчение: всё-таки мне казалось достаточно неловким начинать такой разговор. Повезло, что нужная информация и так получена, хотя я ещё не решила, радоваться по этому поводу или печалиться. С одной стороны, меня вовсе не прельщала возможность стать матерью-одиночкой, вроде Лики, с другой - при мысли о том, что у меня мог бы быть малыш, похожий на Ника, сладко замирало сердце. Но что толку грустить о несбыточном! Пора Анжелку менять. Я вздохнула и, вставая, натянула рабочие рукавицы.
  В следующий свой перерыв, надеясь отключиться от навязчивых размышлений, я уткнулась в книжку, которую мне сунула Света. Ночью у меня часто голова тяжёлая и ничего путного в неё не приходит. С проблемами я и по ходу дела разберусь.
  Книга оказалась романом-вестерном, сюжет был закручен хорошо, страсти нагнетались в меру. Герой, профессиональный стрелок, объяснял неизменной пышногрудой блондинке принцип ведения дуэлей: нельзя оставлять в живых раненного противника. Поправившись, он не будет тебя вызывать, зная, что ты сильнее, а выстрелит в спину.
  Я отложила книгу. Зачем я себя обманываю? Я заметила, с какой ненавистью Стас глядел на Ника. А уж Нику и замечать не надо: он это и так прекрасно чувствовал, когда его пил. Шансы на то, что вампиры отпустят Стаса, минимальные. Конечно, сначала я попробую поговорить с Ником, но многого от разговора ждать не стоит...
  Утром, когда я пришла к охотнику, он спал. Ключей от решётки Ник мне не дал, а просто оставить тарелку на полу я не рискнула: откуда знать, может здесь крыс полно. Позвала Стаса, сначала тихо, потом громче - никакого эффекта, парень даже не шелохнулся. Мне пришло в голову, что он мёртв: ну не может же человек в вампирской тюрьме спать таким богатырским сном! Лампочка в подвале горела тускло, и не видно было, дышит он или нет. Я впала в панику и начала орать, в результате Стас всё-таки сел и открыл глаза. Сначала он долго не включался, только тупо смотрел на меня, потом, наконец, подошёл за тарелкой. Он попробовал меня разговорить, но мне было неловко, я чувствовала себя пособницей вампиров и не могла смотреть ему в глаза. Выдавила из себя пару односложных ответов и трусливо сбежала.
  
  ***
  Отоспавшись, я заехала за Настей, и мы направились на дачу. С утра светило солнышко, но сейчас всё небо было затянуто непроницаемой серой пеленой, иногда накрапывало. Если и завтра так будет - нормально, лишь бы сильный дождь не зарядил.
  В доме было промозгло. Мы сразу разожгли огонь и устроились перед камином.
  Настя выглядела поникшей, сидела с отсутствующим взглядом, и была не слишком похожа на победоносную королеву Анастасию, какой я привыкла её видеть. Дорогой я не слишком к ней присматривалась, и только сейчас поняла, что она не такая, как всегда, и устыдилась своей невнимательности.
  - Ты от нас в последнее время совсем откололась, - сказала я для затравки разговора, - Из-за Ника? Или из-за Лёшки?
  Захочет ли она со мной откровенничать?
  Настя пожала плечами и подняла на меня тоскливый взляд:
  - И то, и то. Вампира твоего видеть не могу. А за ребят я рада, правда, но смотреть на них мне больно, - она отвернулась к огню.
  - Всё так плохо? Зачем же ты романы заводишь?
  - Я замуж хочу. Пора... Только не надо меня жалеть, я справлюсь, - неожиданно твёрдо сказала Настя. - Уже почти справилась.
  - А любовь?
  - Это не суть! - отрезала она. - Сколько женятся по любви и разлетаются через пару лет! Главное - трезвый расчёт и желание создать семью. А любовь придёт.
   Затевать спор мне не хотелось, и я решила сменить тему:
  - А сейчас встречаешься с кем-нибудь?
  Настя молча покачала головой.
   - Странно, - заметила я, - вроде бы тебе должно быть проще найти парня. Я понимаю, конечно, что не каждый подойдёт, но ты девушка заметная, со всех сторон положительная, - у тебя изначально более широкий выбор.
  - Нет у меня никакого выбора, - вяло огрызнулась она, - одни козлы.
  - Это я от тебя уже слышала, но списала на плохое настроение. Не думала, что ты так глобально ополчилась на всю мужскую половину человечества.
  - Ничего подобного, - возразила Настя, - я вовсе не считаю, что все парни такие. Я даже знаю многих чудесных ребят, только они ко мне и не подходят. У них обычно уже есть девушки. А ко мне, как осы на варенье, всякая дрянь слетается. Будто я выставочный экземпляр, а им нужно для статуса, чтобы красивая баба рядом была. Сама по себе я никого не интересую. Вот мой последний... Руки вечно потные, в ухо сопит, а воображал о себе... Всего-то хозяйства - пара бутиков. На меня смотрел, как на племенную корову. Подавай ему непременно родного наследника!
  - Ну, так родила бы ты ему этого наследника! - фыркнула я. - Подумаешь, какие сложности!
  Неожиданно Настя скривилась и расплакалась. Я растерялась: никогда раньше мне не приходилось видеть нашу королеву Анастасию плачущей, а тут вроде бы и повода нет. Я обняла Настю и начала нести чушь о том, что всё образуется. Настя что-то говорила, но сквозь рыдания смысла её слов я не могла уразуметь. Наконец разобрала отдельные обрывки фраз, из которых поняла, что как раз родить Настя не может, есть у неё какие-то неразрешимые проблемы. И, как часто бывает, именно то, что недостижимо, стало чуть ли не целью жизни: она хотела ребёнка.
  - Ну и ладно, усыновишь, - сказала я. А что тут можно ещё сказать!
  - Усыновлю, - согласилась Настя, всхлипывая. - Только я всё-таки хочу, чтобы ребёнок в полной семье рос. Мне ведь не нужно, что-то особенное. Я просто хочу любить и быть любимой. Неужели это так много?
  - Это много, - возразила я, - Мне кажется, чаще бывает что-то одно. Но ты того стоишь и шанс всегда есть. Не отчаивайся раньше времени.
  Мы немного помолчали, глядя на пляшущие языки пламени, потом Настя задумчиво сказала:
  - Ты-то тоже себе нормального парня найти не смогла.
  - Да я и не искала: у меня парни в приятелях, - не согласилась я. - После женишка на романтику не пробивает - как прививку получила. Честно, до Ника на меня никто особого впечатления не производил. И что ты на него так ополчилась?
  - Не понимаю я этого! - пожаловалась Настя, - По сути, он даже не живой.
  - Ну, ты полегче! - возмутилась я. - В каком месте он не живой? Движется, мыслит, приспосабливается к среде, какой-то обмен веществ есть. По всем показателям - вполне...
  - Да что ты мне о показателях! Достаточно увидеть как он замирает - для человека такая неподвижность вообще невозможна. Как ты можешь с ним целоваться? Я как представлю: липкий, холодный... Брррр! У него хоть сердце бьётся?
  Я поразилась: это что же, Настя никогда Ника даже не касалась?
  - С чего ты взяла? И не липкий, и не холодный. Вполне нормальный. И сердце нормально бьётся... иногда по крайней мере. Ну... по физиологическим параметрам - да, не человек, так никто этого и не утверждает, - я фыркнула и добавила: - По крайней мере, не лапает меня потными руками и не сопит в ухо.
  - Это, конечно, аргументы, - улыбнулась Настя. - Но всё равно. У меня включается отторжение на подсознательном уровне. Ник на меня иногда так смотрит, будто убить готов. Мне кажется, он ненавидит людей.
  - Нет, - возразила я. - Не любит, презирает, - это да. В принципе его можно понять. Во-первых, это ответная реакция: он слишком много встречается с таким вот отторжением и брезгливостью. Обидно же! А во-вторых, защитная: не может же он жрать равных себе. Что мне нравится, Ник открыт: если конкретный человек покажет себя интересным и адекватным, то и он будет к нему хорошо относиться.
  - Ты вообще уверена, что он не убивает? - с сомнением спросила Настя.
  - Лёшка кошек не любит, но ведь он их не убивает, - пробубнила я, думая, как бы свернуть со скользкой темы.
  К моему облегчению Настя отвлеклась сама. Она подошла к шкафу с зеркалом и внимательно вгляделась в своё заплаканное лицо:
  - Ужас какой! Пройдусь, нервы в порядок приведу. Глядишь, и грибочков к ужину добуду. Ты здесь справишься?
  Я фыркнула:
  - Нет! Мне картошку в жизнь не поджарить! Иди, конечно. Только далеко не забредай. Через пару часов смеркаться начнёт. Надо Светку с электрички встретить.
  Настя быстро собралась, взяла корзинку поменьше и ушла, а я принялась за готовку. Картошку сделаю, колбаску привезла, а если Настя всё-таки грибы принесёт, я их и так с лучком поджарю и в картошку добавлю. Может и с пустыми руками вернётся, с таким-то настроением не до грибов.
  Приготовив ужин, я вышла во двор. Хотя обещали дожди, но кое-где в сплошных облаках появились просветы. Хорошо, если распогодится. Достала мобильник, посмотрела на время: нужно на станцию идти, пора бы Насте и вернуться. Попробовала дозвониться, но её телефон был выключен. Вот, всегда она так!
  Я подождала ещё, посмотрела на дорогу: никого. Ну и ладно, одна пойду. Время уже поджимало, и я быстрым шагом с перебежками направилась по лесной тропинке. На мокрой глине скользко, чуть не шлёпнулась, и я сбавила было скорость, но скоро местность повысилась. Смешанный лес сменился соснами, теперь под ногами был песок, густо покрытый старой хвоей. Я бодро рванула вперёд и примчалась к станции всего на пару минут раньше электрички.
  Из вагонов вышло десятка полтора пассажиров, я сразу заметила Свету и помахала ей рукой. Мы поцеловались, она растерянно огляделась.
  - А Настя где?
  - Пошла за грибами к ужину - и с концами, - сообщила я. - Телефон отключен.
  - Она в своём репертуаре, - фыркнула Светик. - Погоди, мы что, через лес вдвоём пойдём?
  Все приехавшие направлялись к деревне, в противоположную от наших дач сторону.
  - Великое дело! - сказала я. - В первый раз, что ли? Давай, быстрее ногами шевели, здесь дорога ещё ничего, а дальше скользко, хотелось бы засветло вернуться.
  Тем не менее, когда мы вышли из леса, уже совсем смеркалось.
   - Смотри, - тихо сказала Светка, - какая луна зловещая. Жуть!
   Почти полная луна была багрового оттенка. Облака разошлись. Мерцали звёзды. Красиво-то как! Я перевела взгляд на чёрные дома. В нашем доме свет тоже не горел. У меня прямо сердце оборвалось.
  - Жуть! - согласилась я. - Похоже, что Настя не вернулась.
  Мы увеличили темп и почти бегом добрались до дома. Так хотелось надеяться, что всё в порядке! Могла же Настя вернуться с головной болью и лечь спать, например. Но двери были заперты, ключ лежал в условленном месте, там, где я его и оставляла. Мы, растерянные и подавленные, зашли в дом. В гнетущем молчании я наполнила тарелку и поставила перед Светой. Она попробовала возразить, но я прикрикнула на неё:
  - Ешь, давай! Насте легче не станет, оттого, что ты голодная.
  - А сама?
  - Ела уже, - соврала я, но потом решила, что надо хоть немного подкрепиться, силы мне ещё пригодятся. - Ладно уж, составлю компанию.
  Я положила себе немного картошки, но колбасу брать не стала, было неприятно даже смотреть на неё. Впрочем, и картошка в горло не лезла. Какая уж тут еда!
  - Ты хоть видела, в какую сторону она пошла?
  - Откуда? - угрюмо ответила я.- Когда она выходила, я уже готовить начала. Даже в окно не выглядывала.
  - Надо идти искать! - решительно изрекла Светка.
  Она при дневном свете не может по тропинке от станции до дома пройти одна, а готова тащиться в лес неизвестно куда, ночью! Я не знала, плакать или смеяться.
  - Много мы вдвоём найдём!
  Я накинула ветровку и вышла на веранду, Света за мной. Мы сели на ступеньки крыльца, бесцельно глядя в сгустившуюся ночь. Лампа на веранде освещала ближайшие кусты и пару метров дорожки, за пределами светового пятна царила непроглядная тьма.
  Я поднялась, выключила свет и вернулась на прежнее место.
  - Зачем? - кратко поинтересовалась Светка. - И так страшно.
  - Именно затем, - хмуро ответила я. - Так мы ничего не видели, зато сами красовались, как прыщ на носу, а сейчас глаза привыкнут, и хоть что-то сможем рассмотреть.
   Настя здесь не первый раз, окрестности не хуже меня знает и заблудиться никак не могла. Я с неприятным чувством вспомнила мужчин, которые пару месяцев назад попытались меня изнасиловать. Если бы не Ник...
  А Настя одна. Вдруг она встретила таких же?
  - Волки здесь есть? - спросила Света.
  - Мало, - ответила я рассеянно, потом встрепенулась и возмущённо сказала: - Думай, что говоришь! Ладно, ты девочка городская, но книжки-то читаешь. Здесь зайцы кишмя кишат - сейчас все хищники сытые ходят...
  - Может, в деревню пойдём, народ поднимем? - предложила Света, но я осенённая идеей, уже набирала номер:
  - Ник, ты сейчас очень занят? У нас тут Настя пропала.
  Несколько секунд в трубке была тишина, я даже бросила взгляд на экран, проверить, есть ли соединение. Затем Ник насмешливо поинтересовался:
  - Ну, что замолкла? Я слушаю. Подробности будут?
  - Ушла за грибами два, нет уже больше трёх часов назад, и не вернулась, - вот тебе и все подробности.
  - Сейчас, - сказал он и отключился.
  - И что? - поинтересовалась Света, с надеждой глядя на меня.
  - Я так поняла, что перезвонит, - пожала я плечами.
   Минут пятнадцать мы сидели в напряжённом ожидании, рассматривая участок, который при свете луны казался таинственным и незнакомым. Телефон молчал. Внезапно тёмная фигура шагнула с веранды и опустилась на ступеньку между нами. Я невольно отшатнулась, а Света взвизгнула, шарахнулась и стала падать: с её стороны перил не было. Ник схватил её за шиворот и усадил на место. Светка закашлялась, держась за горло.
  - Ник, ты нас перепугал, - кротко сказала я.
  Не знаю, чего сейчас мне хотелось больше: наорать за такую бесцеремонность или упасть ему на грудь и разреветься от облегчения. Света, наконец, сумела прокашляться и вытирала глаза. Я не удивилась бы, если бы она начала возмущаться, или хотя бы просто постаралась перебраться от Ника подальше, как она обычно делала, но она сказала:
  - Ой, Ник, хорошо, что ты приехал. Найдёшь нашу Настю?
  Тем временем я уже начала потихоньку соображать, и сразу за Светкой спросила:
  - Как ты тут оказался?
  Ник обнял меня и положил голову на плечо, мимоходом проведя губами по щеке:
  - Мы с Дэном приехали зайцев погонять, - лениво пояснил он, - а когда ты позвонила, сделали круг и Настю нашли, скоро Дэн её принесёт.
  - Что с ней? И почему Дэн, почему не ты?
  - А почему я? - удивился Ник, - Она меня терпеть не может. Ничего страшного с ней не случилось. Шла по краю оврага, то ли споткнулась, то ли поскользнулась и сорвалась. Разбила мобильник, вывихнула ногу, рассадила лицо. Быстро нашли, потому что кровью пахло. Вывих сразу вправили.
   Ник замолк. Видно было, что Свете рядом с ним неловко, но, вероятно, она считала, что уйти неудобно, и не трогалась с места. Я решила ей помочь:
   - Наверное, Насте помыться надо будет, - предположила я, - Свет, поставишь воду греться?
  Она кивнула и с облегчением сбежала в дом. Как только дверь за ней закрылась, Ник начал жадно меня целовать. Я отвечала ему с не меньшим энтузиазмом. Внезапно он мягко отстранил меня и с досадой сказал:
  - И чего ей там не сидится?
  Света снова вышла на веранду.
  - Воду поставила, - сообщила она. - Наверное, и постелить надо?
  Моё сердце колотилось, голова была затуманена, и я чувствовала себя парящей над вершиной мира.
  - Конечно, - согласилась я, - давай на втором этаже, там теплее.
  Практичный Светкин вопрос вернул меня на землю и прочистил мозги. Обернувшись к Нику, я с беспокойством спросила:
  - Погоди, я не поняла, а почему же вы Настю сразу не принесли?
  Ник молчал, и моё беспокойство переросло в тревогу. Света задержалась в дверях, стиснула руки и смотрела на Ника несчастными испуганными глазами. Ник, наконец, нехотя ответил:
  - Она сильно лицо порвала. Напоролась на острый сук. Этот шрам её бы изуродовал, а у неё уже кровь стала подсыхать. Надо было начинать оказывать помощь немедленно. Дэн остался, а я пошёл предупредить вас, чтобы не нервничали.
  Я примерно представляла, о чём идёт речь, а вот Светка не поняла:
  - Что можно сделать в лесу?
  - Под воздействием слюны вампира повреждения человеческой кожи исцеляются эффективно и бесследно, - отстранённо пояснил Ник.
  Света, очевидно, представила процесс "исцеления", потому что резко изменилась в лице. Мне показалось, что я даже заметила, как она побледнела, хотя, возможно, это была лишь игра моего буйного воображения: не могла я такие нюансы рассмотреть в темноте. Забавная реакция, как она переживает из-за ерунды.
  Стоп! Что это со мной? Не могу я к девчонкам так относиться! Я перевела взгляд на вампира. Он смотрел на Светку с насмешливым любопытством. Вот как! Для него это ерунда...
  Я попробовала представить себе, что может чувствовать Настя, которая так неприязненно относится даже к Нику, при прикосновениях Дэна. Ужас какой! А ведь у неё ещё и травмы болезненные. Мало ей было душевных терзаний! Я ощутила острую жалость.
  На лице Ника появилось сочувственное выражение, которое быстро сменилось растерянностью. Он резко помотал головой и повернулся ко мне.
  - Что?- поинтересовалась я.
  - Да, чертовщина какая-то, - неуверенно ответил вампир.
  Похоже, он не понял, что произошло. Вот и хорошо. Мне почему-то казалось, что от понимания он в восторг не придёт.
  Света ушла в дом, Ник снова обнял меня и привлёк к себе. Сейчас, когда острое беспокойство за Настю прошло, стало очень уютно и хорошо. Разговор про Иру и Стаса начинать не хотелось: сдаётся мне, что в результате мы вполне можем поссориться, а сейчас, когда вампиры оказывают нам помощь, это вроде и не к месту. Я поцеловала гладкую кожу плеча вампира и прижалась щекой.
  - Ник, в вагоне на твою майку не косились?
  Ник коротко хохотнул:
  - Это было бы эффектно! Если что, можно объяснять, что я закаливаюсь по особой системе... Нет, я приехал в машине и куртку оставил там: она мне нравится. Помнишь, во что одежда в прошлый раз превратилась?
  - О, это впечатляло! - рассмеялась я.
  Ник легко поднялся и кивнул в угол веранды:
  - Там корзинка с грибами. Посмотришь потом. Сейчас Дэн подойдёт, устраивай Стасю.
  Словно специально дождавшись нужной реплики для выхода, появился Дэн. Я не удивилась тому, что он нёс Настю легко, как пушинку, меня-то Ник часами может таскать. А вот выражение Настиного лица меня испугало. Она вполне осмысленно держалась за Дэна, но её лицо в пятнах грязи было совершенно неподвижным, будто неживым. Через лоб и по щеке тянулась неровная полоса молодой розовой кожи. Она проходила совсем рядом с глазом.
  - Добрый вечер, - сказала я, вставая. - Что с ней?
  Дэн кивнул, легко взбежав по ступеням, небрежно посадил Настю прямо на пол у стены и потребовал:
  - Воды!
  Настя сидела неподвижно, положив руки на колени ладошками вниз. С тревогой покосившись на неё, я сбегала в дом и вернулась с полным стаканом.
  Дэн отошёл в сторону и начал полоскать рот. Ник иронически улыбнулся ему в спину, присел перед Настей и провёл пальцем по шраму:
  - Хорошая работа!
  Настя не реагировала. Дэн поставил на перила пустой стакан и заметил:
  - Невероятное облегчение! Не переношу, когда на зубах песок скрипит.
  - Она что, под контролем? - возмущённо спросила я.
  Вампир удивлённо взглянул на меня, но ответил неожиданно мягко:
  - Зато ей сейчас не больно.
  Он поднял Настю, Ник распахнул дверь, и они прошли в дом. Я потащилась вслед. Сначала удивилась, как уверенно Дэн пошёл наверх и свернул именно в комнату с кроватями, потом сообразила, что он знает дом не хуже меня.
  Когда я вошла в комнату, Настя с таким же отсутствующим видом сидела на стуле. Света стояла с квадратными глазами. Дэн заметил:
  - Вы можете её раздеть и помыть, контроль я сниму минут через пятнадцать. Ссадины обрабатывать не обязательно.
  Вампиры направились на выход. Стоя в дверях, я тупо смотрела им вслед, только когда они уже спустились на пролёт до меня дошло:
  - Спасибо, - сказала я им в спины. - Удачной охоты!
  Дэн не среагировал, а Ник повернулся, подмигнул и скорчил смешную рожу. С минуту я стояла в оцепенении, глядя на опустевшую лестницу. Прикосновение Светы вывело меня из ступора. Я встретила её озадаченный взгляд и сообразила, что она-то про ментальный контроль знает ещё меньше моего, и вообще надо торопиться, чтобы уложиться в обещанные нам пятнадцать минут.
  - Начинай её раздевать, - скомандовала я. - Сейчас воду притащу и по ходу дела всё объясню.
  Я быстро принесла ведро тёплой воды, мыло и пару полотенец. В четыре руки мы начали приводить Настю в порядок. Она была измазана куда сильнее, чем мне это показалось на улице. Несмотря на трагичность ситуации, мне стало смешно: Дэн облизывал такую чумазую физиономию? Или как всё выглядело? Хотела бы я посмотреть! Хорошо, что хоть её волосы, защищённые косынкой, остались практическими чистыми. Руки Насти были в многочисленных ссадинах, которые уже выглядели подживающими. Я отмывала их от грязи и засохшей крови, попутно объясняя Свете, что такое ментальный контроль и почему Настя в таком состоянии. Света обтирала грязь с лица, и вдруг тихо ахнула. Я посмотрела и застыла: на шее чётко выделялись отметины от клыков. Ну, надо же, ещё и это! Ей ведь и так досталось. Если уж так жрать хотелось, мог бы и потерпеть ещё полчаса, лучше бы я подкормила. Потом махнула рукой и сказала:
  - Не будем придираться. Нашли, подлечили, до дома доставили - должно же и им что-то обломиться. Хотя, что мы в этом понимаем, может у некормленого вампира нужный фермент не выделяется.
  Света поглядела с сомнением, но кивнула. Мы закончили обмывать и обтирать Настю и уложили её в постель. Она двигалась легко и послушно, легла на спину и бездумно уставилась в потолок. Света собрала полотенца, взяла ведро и понесла вниз. Я присела на край кровати и взяла Настю за руку. Она как не заметила, но потом вдруг резко вздрогнула, приподнялась на локтях и окинула комнату взглядом.
  - Где?
  - Вампиры ушли, - пояснила я. - Мы за тебя перепугались. Как тебе, очень больно?
  Настя задумалась, оценивая своё состояние.
  - Совсем нет, - удивлённо сказала она, опускаясь на постель, - только руки чешутся по-чёрному.
  - Значит, ссадины проходят. Ну и хорошо, - беззаботно сказала я, скрывая тревогу и недоумение. Похоже, что Дэн подлечил её своей кровью, как Ник Лёшку в своё время, только очевидно порция была поменьше, раз ещё не всё зажило. И зачем? Я так понимаю, что кроме раны на лице, ничего серьёзного у неё не было.
  - Как всё было-то?
  Настя, закрыв глаза, помотала головой:
  - Нет, не надо, лучше и не спрашивай. - из-под плотно сжатых век покатились слёзы.
  - Настенька, - пролепетала я испуганно.
  Она обхватила меня и громко разрыдалась. Я растерянно гладила её по голове. В комнату влетела Светка, оценив ситуацию, обняла её с другой стороны и вопросительно уставилась на меня. Я недоуменно повела плечом. Светик сделала скорбно-понимающий вид и начала гладить Настю по колену.
  Что за день такой выдался, что наша несгибаемая королева Анастасия рыдает второй раз! Наконец, она начала успокаиваться. Взгляд у неё был мутный, как у пьяной. Переглянувшись, мы со Светой, снова уложили её и закутали в одеяло. Заснула она почти сразу, хотя ещё иногда всхлипывала во сне.
  Решив, что Настя сегодня уже не проснётся, я спустилась вниз и занялась её грибами. Когда подошла Света, я попросила:
  - Картошки ещё почисть. Я уже сейчас слона съесть готова, да и Настя проснётся голоднющая, а надо будет сразу идти.
  - Ага, я так и поняла, что ты без меня не ужинала, - фыркнула Света, - куда идти-то?
  - Эй, ты не забыла, что мы за грибами приехали?
  - Я думала... - замялась Света, и оборвала себя: - Считаешь, что она сможет?
  - Мне кажется, она утром будет лучше нас себя чувствовать, - заметила я, - по крайней мере, выспится.
  Некоторое время мы готовили в согласном молчании, потом Светик поинтересовалась:
  - Это и есть Дэн, великий и ужасный?
  Я подозрительно покосилась на неё:
  - Ну, да, а что?
  - Да мне показалось, что приятный мужик, твой Ник куда страшнее.
  - Он по-всякому умеет, - авторитетно сказала я. - Разностороннее дарование.
  Светка хихикнула, я, глядя на неё - тоже, и через минуту мы с ней сидели, ржали в голос и никак не могли остановиться. Светка вообще икать начала. Я, вытирая выступившие слёзы, подала ей воду и заметила:
  - Вот две истерички, хоть бы ножи положили. Чудом не поранились.
  Мы поставили сковороду на огонь и сели пить чай.
  - О чём задумалась? - прервала Светик мои размышления.
  - Мы с Ником опять эмоциями обменивались, - поделилась я.
  - И что такого? - удивилась Светка, - Может у вас теперь всё время так будет?
  - Я вот что не могу уразуметь, - сказала я. - Почему я это чувствую и понимаю, а Ник - нет. Он воспринял сегодня, как я сочувствую Насте, удивился этому, но не сообразил, что это моя эмоция. Ладно, если бы я тупила. А ведь это он у нас специалист по ментальным воздействиям, ему и карты в руки.
  Света надолго задумалась, а затем предположила:
  - Может это и есть твоё воздействие. Может в тебе спали экстрасенсорные способности, а общение с Ником их активизировало?
  - Да, сейчас! А завтра у меня обнаружится великий магический потенциал, и стану я самой могучей волшебницей на планете! Ты фэнтези перечитала!
  - Вампиры тоже из фэнтези, - с неопровержимой логичностью заявила Светка. - Ну ладно, а как тебе такой вариант: при целенаправленном воздействии он контролирует, чтобы процесс происходил в одну сторону, а в ваших случаях канал открывался стихийно и поэтому был неконтролируемым. Хотя непонятно, почему это происходит. В первый раз ещё куда ни шло: секс, эмоциональный подъём. А сегодня уж и не знаю!
  Я вспомнила о наших сумасшедших поцелуях на крылечке и почувствовала, как мои щёки обдало жаром. Светик хмыкнула и ехидно спросила:
  - И чем это вы таким интересным занимались?
  - Не вредничай, - заметила я. - Благодаря твоему крайне несвоевременному вмешательству до самого интересного мы не дошли. Но твою теорию в целом я буду иметь в виду: вроде бы похоже получается. Как рабочая гипотеза сойдёт.
  
  Утром Настя действительно проснулась раньше нас и чувствовала себя превосходно. От шрама на лице и следа не осталось. На наши расспросы она сказала, что хочет всё забыть, как страшный сон, а мы, естественно, настаивать не стали.
  Небо опять затянуло тучами, но дождя не было. Грибов мы набрали полно, и сразу направились в город. Я развезла девчонок и поехала домой. Ник мог позвонить в любой момент, и я торопилась разобраться со своими делами, чтобы освободить вечер для него.
  
  ***
  Мы уже закончили обрабатывать грибы, когда Ник объявился на пороге без всяких предварительных звонков. Я пригласила его подождать, пока соберусь. Выглянула из кухни бабушка и категорически заявила:
  - Пока не поужинаешь, не отпущу! Коля, вы с нами покушаете?
  Я даже не сразу поняла, что это она к Нику так обращается, а он улыбнулся ей милой застенчивой улыбкой и приветливо ответил:
  - Спасибо, я уже перекусил. Кстати, насчёт еды... Мы с другом вчера на охоту ходили. Зайчатина нужна? - он протянул бабушке свёрток. - А я, если можно, пока у компьютера посижу.
  Бабушка заахала, но свёрток взяла.
  - Ну и как? - спросила я, кивнув на добычу.
  Ник просиял и доложил:
  - В лучшем виде! А Дэн-то бесится!
  Я оставила его наедине с компом, по-быстрому проглотила ужин, и вернулась в комнату. Первым делом взглянула на монитор:
  - Опять вампирские клубы шерстишь?
  Ник закрыл страницу и улыбнулся лёгкой улыбкой:
  - Нашёл несколько перспективных человек, переписываемся. Вот разберусь с делами и поеду знакомиться в реале. Если хоть кто-то подойдёт - уже хорошо.
  - Я как раз и хотела поговорить по поводу твоих дел, - начала я. - Мне про Стаса хотелось узнать. Допросите вы его, и что дальше?
  Ник продолжая улыбаться, пожал плечами:
  - Банкет устроим, что же ещё?
  С неожиданной болью я вдруг поняла, что ответ меня не удивил: этого я и боялась, этого и ждала.
  - А нельзя пересмотреть это решение? - поинтересовалась я, стараясь говорить так же легко, как и Ник. - Он произвёл на меня впечатление очень порядочного человека, можно ведь как-то договориться, чтобы не путался здесь под ногами. Мне кажется, если он даст слово прекратить охоту на вас, ему можно будет верить.
  - О чём ты говоришь? - удивился Ник. - Он охотник, и этим всё сказано. Какие могут быть договорённости?
  - Ник, - сказала я решительно, - ты сам подтвердил, что большая часть вампиров убивает людей, причём достаточно мерзкими способами. Ты прекрасно понимаешь, что никакой жизненной необходимости в этом у них нет, твой же пример может это прекрасно иллюстрировать. Люди имеют право на защиту. Я считаю, что существование охотников оправдано и необходимо.
  - Это не обсуждается, - холодно произнес Ник.
  Я посмотрела в его ледяные глаза и поняла, что продолжать бесполезно. Несколько минут я безмолвно сидела, в отчаянии уставившись в темноту за окном, потом почувствовала, как во мне нарастает уверенность в своей правоте и решимость довести всё до конца. Я снова перевела взгляд на Ника. Он смотрел на меня со спокойным ожиданием.
  - Хорошо, - согласилась я. - С тобой это не обсуждается. Могу я поговорить с Дэном?
  Ник удивился. Если бы не серьёзность вопроса, я бы посмеялась над его озадаченным видом. Впрочем, продолжалось это недолго. Глядя на меня с выражением, которое я не поняла, он очень мягко сказал:
  - Это беспрецедентно. Но почему бы и нет? Прямо сейчас?
  Я подумала, что моей решимости может и не хватить надолго и встала:
  - Ну конечно. Зачем же тянуть!
  Я быстро переоделась, слушая, как Ник в коридоре болтает с бабулей. Они смеялись, но слов было не разобрать. Перед выходом из комнаты я сделала несколько глубоких вдохов, закрыв глаза: ощущение такое, будто собираюсь пройти над пропастью по узкой доске. Но из комнаты я вышла с улыбкой, чтобы бабуля не встревожилась. Ник посмотрел на меня, как мне показалось, с каким-то новым интересом - и протянул руку. Так, держась за руки, мы дошли до машины. Его рука была теплее моей. Скорее всего, он кормился перед самым приходом ко мне. У меня это вызвало неприятное чувство. Нику я ничего говорить не стала, но он что-то заметил и смотрел вопросительно.
  Машина мчалась по вечернему городу. Моя решимость бороться за жизнь Стаса не ослабла, но к ней прибавилось нарастающее глухое отчаяние. Я чувствовала себя не в своей тарелке, понимая, что теряю Ника и не могла отвести от него глаз. Волнистая прядь, прикрывающая аккуратное ухо, чётко очерченные губы, безупречная линия носа, неправдоподобно пушистые ресницы - такой красивый и такой безжалостный. Ник глядел на дорогу, изредка бросая на меня взгляды, полные холодного любопытства. После того, как мы вышли из квартиры, никто из нас не произнёс ни слова. Я напомнила себе, что он никогда и не был моим, и заставила себя отвернуться к окну и смотреть на мелькание серых домов на серых улицах. Машина въехала во двор, остановилась, Ник распахнул передо мной дверцу и, кивнув головой в сторону подъезда, лаконично сказал:
  - Квартира восемнадцать. Я подожду здесь.
  В пятиэтажном доме двери подъезда были нараспашку. Я, ещё раз обдумывая свою речь в защиту охотника, поднялась на последний этаж и решительно нажала на кнопку звонка. Дверь открылась почти сразу. Передо мной стояла симпатичная черноволосая девушка с миндалевидными глазами и сочным ртом, стройная и высокая. Я растерялась под её вопросительным взглядом: не ожидала здесь встретить кого-то, кроме Дэна. Несколько мгновений я ошарашено смотрела на неё, пытаясь уяснить, кого вижу, вампира или человека, но быстро поняла, что эта задача мне не по силам. Да и какая разница?
  - Добрый вечер. Я хотела бы поговорить с Дэном. Можно?
  Девушка удивлённо вскинула брови. Наверное, моя фраза звучала слишком фамильярно. Надо было назвать его по имени-отчеству, как обычно. Но не поправляться же теперь!
  Неожиданно девушка улыбнулась и утвердительно сказала:
  - Привет! Ты - Кристина.
   - Да, - согласилась я.
  - А я - Таня, - дружелюбно сказала она. - Проходи.
   Лёшка упоминал о ней, но я не ожидала, что за вполне русским именем скрывается женщина с восточной внешностью, да ещё и такая красавица. Да уж, у Дэна губа не дура!
  - Как ты узнала? - поинтересовалась я.
  - Эту квартира известна только Нику, - с лёгкой улыбкой пояснила она, - да и Данила так никто кроме него не называет.
  Таня проводила меня в комнату.
   Дэн сидел в кресле, у него на коленях и на столике рядом лежали бумаги. Вид у вампира был сосредоточенный и какой-то очень человеческий. Я поздоровалась и спросила:
  - Отвлекаю от работы?
  - Ерунда, - возразил он. - Я уже закончил. Завтра еду покупать небольшую фирму и захотелось посмотреть кое-что ещё раз, - он кивнул на диван. - Прошу.
   Я села. Таня осведомилась:
  - Чай или кофе?
  Пить мне не хотелось, но я подумала, что в случае заминки в разговоре мне так будет легче и согласилась:
  - Кофе, пожалуйста.
  Все приготовленные слова выскочили у меня из головы. Чувствуя нарастающее напряжение, я лихорадочно пыталась сообразить, как лучше начать. Вампир меня не торопил. В комнату неслышно вошла Таня и поставила на стол поднос с бокалом вина и двумя чашками. Дэн недовольно поджал губы, собрал бумаги и переложил на подоконник, но ничего не сказал. Таня взяла чай и тихо села в уголке.
  Я, наконец, решилась открыть рот, но начала не самым удачным образом, бессмысленно заметив:
  - У вас сейчас сидит пленный охотник.
  Дэн взял бокал, доброжелательно улыбнулся и кивнул, чтобы я продолжала. Таня, по-моему, вообще не двигалась, рассматривая свою чашку. Я собралась с мыслями и приступила.
  Для начала я без особого напора заметила, что деятельность охотников морально оправдана, и даже героична. Затем заговорила непосредственно о Стасе, подчёркивая его личную порядочность. Специально отметила, что этой группе охотников раньше приходилось сталкиваться только с вампирами-убийцами, что может если не оправдать, то хотя бы объяснить их повышенную агрессивность, и что лично Стас никакого ощутимого вреда им причинить не успел. Наконец, я высказала мнение, что для вампиров вовсе не обязательно его ликвидировать, вполне можно объяснить ему ситуацию и отпустить под обещание, что он не будет больше донимать клан Дэна и появляться на его территориях. Когда я сказала, что деятельность охотников заставляет вампиров строже соблюдать конспирацию, и, следовательно, косвенным образом и им идёт на пользу, Дэн удивлённо вскинул брови. Ну, это меня немного занесло. Но всё остальное вампир слушал с доброжелательной улыбкой, изредка кивая, что меня подбадривало, и я говорила достаточно гладко и более-менее убедительно.
  Когда я закончила речь, Дэн некоторое время молчал, катая в пальцах уже пустой бокал. Вид у него был отсутствующий и, как мне показалось, грустный, хотя пару раз он улыбнулся каким-то своим мыслям. Потом он поставил бокал на стол и задумчиво сказал:
  - В том, что охотник выживет, большой беды не будет, его убивать в принципе и не обязательно.
  Я даже не представляла до этих слов, как была напряжена. И когда это напряжение меня отпустило, я готова была расплакаться от облегчения.
  - Значит, вы скажете Нику, чтобы он освободил Стаса после допроса? - обрадовано уточнила я.
  Дэн бросил на меня сочувственный взгляд и отрицательно покачал головой. Онемев от изумления и изо всех сил стараясь удержать подступающие к глазам слезы, я потрясённо смотрела на вампира. Он пояснил извиняющимся тоном:
  - Я сам поручил Нику эту работу. Он с ней прекрасно справляется. Я не буду вмешиваться в его деятельность по мелочам и отменять его решения. Он может расценить это как неуважение и недоверие. Мне бы этого не хотелось.
  - Для вас жизнь Стаса - это мелочи?
  Дэн пожал плечами:
  - Речь идет даже не о нескольких десятках лет - охотники так долго не живут - а всего о нескольких годах. Не стоит это того, чтобы рисковать потерять верного друга и хорошего сотрудника.
  Я молчала, лихорадочно пытаясь сообразить, что ещё можно сделать. После минуты вязкой тишины поднялась и сухо сказала:
  - Спасибо, Данил Иванович, что уделили мне так много времени.
  Чувствовала я себя очень уставшей. Дэн тоже встал и, дружески обняв меня за плечи, повёл к выходу. Я апатично отметила, что вроде бы надо было испугаться, но меня это оставило безразличной. Таня, по-моему, ни на что вообще не реагировала, так и сидела, опустив глаза к чашке. Мне она показалось заторможенной.
  - Тебя не беспокоит, что охотники истребляют вампиров, - сказал Дэн задумчиво, когда мы уже были у дверей, - а ведь нас так мало. И в то же время ты удивляешься, почему меня не волнуют убийства людей. Довольно пристрастное отношение, не правда ли?
  - Возможно, - согласилась я, - но ведь и вы этим грешите, так?
  Дэн склонил голову. Я не поняла, согласие это было, или прощание, или то и другое вместе, но простилась, вышла на лестницу и медленно потащилась вниз по ступеням. Самое печальное, что я понимала точку зрения Дэна и не могла сказать, что он не прав. Неужели люди с вампирами настолько антагонистичны, что невозможно найти какой-то компромисс?
  Когда я вышла из подъезда, Ник распахнул передо мной дверцу машины, сел за руль и, как ни в чём не бывало, с улыбкой спросил:
  - Поедем ко мне?
  Я внимательно посмотрела на него: он что, издевается? Но нет, похоже, Ник действительно не придавал никакого значения всему происшедшему. Впрочем, и человеческие мужики часто такие же толстокожие.
  - Знаешь, - сказала я, - не хочу. Отвези меня домой.
  Его улыбка погасла, но он довёз меня до подъезда без лишних разговоров. Только когда я выходила, мягко заметил:
  - Ты устала. Я позвоню тебе завтра после работы.
  Я вяло кивнула. Поднялась к себе и без сил свалилась на диван, обняв подушку и уткнувшись в неё носом. Не было ни слёз, ни мыслей, ни эмоций - только пустота. Когда я подняла голову от подушки, оказалось, что рядом сидит бабушка.
  - Поссорились, что ли? - ворчливо спросила она.
  - Нет, не поссорились, - возразила я.- Похоже, что мы с Ником расстанемся, но мы не ссорились.
  - Если расстанетесь - тогда и к лучшему, что сейчас, - философски заметила бабуля, - а если суждено вам быть вместе, все разногласия преодолеете.
  Ничего особенного она не сказала, но мне стало легче. Решение пришло само. Я почувствовала прилив энергии, поднялась и стала рыться в инструментах. Ничего подходящего не нашла: дедушка всё перетаскал на дачу. Ну и ладно, придумаю что-нибудь. Куплю на худой конец.
  С чистой совестью я легла спать.
  
  ***
  Утро следующего дня выдалось ясным, я решила считать это добрым предзнаменованием, и честно направилась на работу. Там я подошла к бригадиру и заявила, что по причине неотложных личных дел работаю я сегодня только три часа, а потом ухожу. Когда она возмутилась, нахально напомнила, что у меня две смены переработки, что я почти никогда не отпрашиваюсь и всегда соглашаюсь выйти, когда меня просят кого-то подменить. Конечно, я её понимаю, - и так без Ирки человека не хватает - поэтому по доброте душевной ставлю в известность, что во второй бригаде две укладчицы должны мне по смене, так что их можно вызывать с чистой совестью.
  Таким образом, я освободилась ещё до полудня, и направилась к особняку Дэна, в сумке у меня лежала ножовка, которую я выклянчила у слесарей "на пару дней". Хорошо, что ключи Ник у меня не забрал. Что будет со мной после освобождения Стаса, как отнесутся к этому вампиры, я даже представить не могла, но сейчас меня это не беспокоило. На душе было легко и радостно. Добравшись до места, я почти бегом пересекла широкий двор, вошла и отключила сигнализацию. Теперь в подвал. Я пересекла просторный холл и обошла парадную лестницу. Дверь была здесь, но, даже точно зная, где она, я опять не смогла её сразу обнаружить и несколько минут растерянно обводила взглядом одинаковые деревянные панели. Вот! Включив свет, я устремилась вниз по лестнице, но подбежав к решетке, замерла в недоумении. На ней по-прежнему красовался замок, но одного прута не хватало. Камера была пуста.
  В первый момент я ощутила детскую обиду, оттого что меня кто-то опередил, но почти сразу поняла абсурдность этого. Стас на свободе! Какая разница, кто его выпустил? Я развернулась и пошла наверх. Пожалуй, можно даже на работу вернуться.
  Уже у входных дверей я услышала возглас:
  - Таня!
   Я даже не успела испугаться, только удивилась, как можно нас спутать: она и выше, и волосы у неё другого цвета, да и фигура куда изящней, чем моя. Обернувшись, я встретилась взглядом с симпатичным темноволосым парнем, который улыбался широкой искренней улыбкой. Сказать ему об ошибке я не успела: вероятно из-за резкого поворота у меня перед глазами замерцали блики. Неожиданно холл вытянулся и сузился, боковые стены выгнулись и стали заваливаться внутрь, я инстинктивно подняла руку, пытаясь защитить голову, но тут начал изгибаться в сторону бесконечно длинный конец холла. Этому удивиться я уже не успела, потому что перед глазами резко вздыбился пол, - и всё потемнело.
  
  Глава 21. СТАС
  
  Утром еду мне принёс мокрец. Контейнеров было без малого десяток. Я язвительно поинтересовался:
  - Откармливаете на убой?
  Ник безразлично заметил, что вечером придти не сможет, так что это мне на сутки.
  На сутки, так на сутки. Я посмотрел, что он принёс - были это закуски из магазинов - выбрал, что дольше пролежит, и оставил на потом, а остальное съел. Расстроился я здорово. Похоже, что вампир решил, что теперь меня вполне можно кормить покупной едой, а раз готовить не надо, то и Кристина больше не придёт. Упустил я свой шанс! Приходила же девушка одна, надо было не мямлить, а сразу убеждать её помочь. Но что уж сейчас локти кусать!
  Спал я опять плохо и встал рано. Одну ночь только и выспался нормально. Меня мучила неопределённость. Что же им нужно узнать, и почему с этим так тянут? Ясно, что ничего хорошего после допроса меня не ждёт, но всё равно, лучше бы скорей что-то определилось.
  Зажёгся свет на лестнице. Я насторожился, чувствуя, как бешено заколотилось сердце - когда Ник приходил один, он свет не включал, очевидно ему было достаточно и отсвета моей лампочки. Довольно долго никто не появлялся, затем я услышал цоканье каблучков, и в проёме возникла стройная фигура. В первый момент я не верил своим глазам: нервно вцепившись в прутья решётки, на меня глядела Таня.
  Я подбежал и неуверенно накрыл ладонями её стиснутые пальцы. Как она среагирует? При последнем нашем разговоре Таня была так зла на меня, что я и не рассчитывал на прощение. Но она сама как будто забыла об этом.
  - Стас!
  Она с болью глядела на меня - в белом костюме, чистая и благоухающая. Казалось, от неё исходит сияние. Я вдруг остро почувствовал, какой сам небритый, помятый и грязный.
  - Я же тебе говорила! - упрекнула Таня.
  - Я делал только то, что должен был делать.
  Она помолчала, затем робко спросила:
  - Есть хочешь?
  - Нет, только сейчас доел, что оставалось, - ответил я упавшим голосом.
  Она что, пришла покормить меня? Я-то обрадовался! Мне показалось, что Танино появление поможет решить все мои проблемы. Вот дурак! Ведь ясно, что она не может освободить меня, не рискуя жизнью. И язык не повернётся попросить. Впрочем, не обязательно подвергать её опасности, позвонила бы Саньку, а уж он меня отсюда вытащит. Потом пусть кровососы разбираются, как ребята меня обнаружили! Радостный от найденного решения, я открыл рот, чтобы попросить Таню позвонить, и снова закрыл его, сообразив, что номера Сани я не знаю, да и не знал никогда. Есть в телефоне, - и ладно.
  - Вот и прекрасно, - сказала Таня деловым тоном, не заметив моих сомнений или не обратив на них внимания, - силы тебе пригодятся. Погоди, скоро приду.
  Она ушла, а я сел на тахту и стал ждать её возвращения. У Тани был решительный вид человека, который знает, что делает. Оставалось только довериться ей: сам-то я ничего сделать был не в состоянии. Отвратительное чувство беспомощности!
  Таня вернулась минут через пять. В одной руке она несла большую кружку с ароматным чаем, в другой - ножовку, которую сразу же протянула мне:
  - Действуй.
  Она переобулась: туфельки сменились домашними шлёпанцами. Чай Таня, оказывается, принесла для себя, и сразу же начала жадно его глотать. Поражённый, я спросил:
  - Это твой дом?
  Таня оторвалась от чая и кивнула, а затем пояснила:
  - Только здесь после взрыва никто не жил. Ник настоял, чтобы Данил перебрался за город, пока вас не выловят, а меня вообще отправил по путёвке, хотя Даня и считал, что мне пока ничего не угрожает. Я только вчера приехала. Ты Кристину ведь знаешь?
  Решётка пилилась тяжело. Под тонким слоем серебра была сталь. Впрочем, это и раньше можно было предположить: чисто серебряные прутья можно было бы легко раздвинуть. Не отрываясь от работы, я ответил:
  - Подружку Ника? Да, мелькнула пару раз. По-моему, у неё не все дома. Она в него влюблена, дурочка, и ничего вокруг и видеть не хочет.
  - Ага, - согласилась Таня с сарказмом, - поэтому она и приходила вчера к Данилу просить за тебя.
  Я даже пилить перестал.
  - Да ты что! Вот никогда бы не подумал!
  - Не отвлекайся! - сурово сказала Таня. - Надо скорее уходить. Даня Нику вчера сказал, что теперь тебя я буду кормить, чтобы он не мучился с человеческой едой. Вроде бы, пока Боря не приедет, Нику здесь делать нечего, да и солнечно, но чем чёрт не шутит! Вдруг Ника принесёт: он ещё комплект ключей не отдал...
  - А где твой Данил? - мрачно поинтересовался я. - И кто такой Боря, и какое он ко мне имеет отношение?
  - Даня уехал на пару дней, - сказала Таня раздраженно. - А Боря - птенец Ника, он мысли читает. От тебя ведь что-то узнать нужно, а с Борькой это - никаких проблем.
  - А другим способом никак? - иронично поинтересовался я.
  - Ник не сторонник пыток, - сухо пояснила Таня, и, заметив, какую я скорчил скептическую физиономию, продолжила: - Это не значит, что он страдает гуманизмом. Просто решили, что не горит, а информация, полученная через Борю, достовернее,
  Она поставила пустую кружку на пол и сказала:
  - Кристину жалко, я её и видела только раз, но она мне понравилась. А Ник - сосулька бесчувственная. Его застывшая физиономия меня нервирует. Понимаю, что ничего мне сделать не может, а всё равно рядом с ним не по себе.
  - Слушай, - недоуменно спросил я, - какого Ника ты имеешь в виду? Это мелкий черноволосый таксист с миловидной мордашкой и зелеными глазищами?
  Таня вдруг захихикала. Это настолько не вязалось с её обликом и манерой держаться, что я снова прекратил работу и уставился на неё.
  - Убойное описание! Одна фраза - и всё ясно.
  - Ничего не ясно, - возразил я, отпилив, наконец, прут от нижней перемычки и пробуя его отогнуть. - Какая же сосулька? Этот гад вообще эмоциональный, я раньше и не думал, что вампиры могут такими быть. Знаешь, как он тут обхохатывался!
  Прут гнулся плохо, в щель всё равно было не пролезть, и я начал пилить верхний конец.
  - Ник обхохатывался? - недоверчиво переспросила Таня. - Действительно не ясно: как-то не похоже на него.
  Она задумалась.
  - Мне чаю сделаешь? - спросил я. - Пить хочется, а у твоего очень уж запах вкусный был.
  Таня коротко кивнула, и подняла кружку с пола:
  - Ты решил, что дальше?
  - Ничего я не решал, ведь и выбраться отсюда не особо надеялся.
   Она направилась к лестнице, а я сосредоточился на своих дальнейших действиях, продолжая размеренно пилить. Нет ни документов, ни денег, ни телефона, ни ключей. И видок, конечно, не блестящий. Но лучше идти по улице так, чем начать приводить себя в порядок в этом доме, рискуя дождаться Ника. Только куда? Санька я найти, вероятно, смогу, есть у нас с ним пара договорённостей, но не в таком же виде по городу бродить!
  Когда Таня вернулась с чаем, я ей кратко обрисовал ситуацию и попросил денег в долг.
  - Ну, конечно, - сразу же ответила она. - В гараже стоит серая "Нива". Это не твоя?
  - Возможно, - согласился я, в радостном удивлении. - Там в салоне что-нибудь есть?
  Таня пожала плечами и сказала, что даже в гараж не заходила, только заглянула. Воодушевлённый, я быстро закончил второй распил, в два глотка проглотил уже чуть тёплый чай и, захватив с собой выпиленный посеребренный прут, пошёл за Таней к гаражу.
  Мало того, что машина действительно была моей (ну, если точнее, то Андрея), так оказалось, что и вещами никто не интересовался. Куртка так и валялась на полу под рулём рядом с ножом, в её карманах я обнаружил и свой паспорт, и ключ от съёмной квартиры, и кое-какую мелочь. Здорово! Только мобильника для полного счастья не хватает. Скорее всего, он тоже где-то в доме, но искать его - овчинка выделки не стоит.
  Таня открыла гараж и сказала:
  - Уезжай!
  Я оторопело смотрел на неё:
  - Ну нет, я тебя здесь не оставлю! Ты хоть понимаешь, что вампиры с тобой сделают, когда поймут, что это ты меня выпустила?
  Таня нервно закусила губу, и, поколебавшись несколько мгновений, кивнула:
  - Ладно, выезжай во двор, я только дом закрою.
  Мы ехали в нашу городскую квартиру. Я чувствовал радостный подъём. Не знаю даже, что окрыляло меня больше: вновь обретённая свобода или Таня рядом со мной. Хотелось немедленно признаться ей в любви, и я с трудом заставил себя молчать. Уж очень не к месту и не ко времени это было. Для того, чтобы не выглядеть нелепо и неловко, нужно, как минимум, помыться, побриться и купить цветы.
  Я так и витал в розовых облаках, когда Таня вдруг заявила, что поехала только потому, что считала опасным задерживаться в доме из-за пустого спора. Сейчас она проводит меня и вернётся. А я-то обрадовался, что она не стала мне возражать! Оказывается, преждевременно. Я, естественно, начал бурно протестовать. Не считает же она, что вампиры посмотрят на моё освобождение сквозь пальцы?
  - Именно так и считаю. Никто из вампиров меня пальцем тронуть не посмеет! Это только Даня может, а он говорил, что ничего страшного, если ты выживешь, так что придираться не будет.
  Мне показалось, что она кривит душой, я так и сказал, но Таня только иронично и снисходительно улыбнулась.
  - Просто удивительно! Ты вообще ничего о вампирах не знаешь! Вот сбежать - это действительно опасно, Данил такого не простит.
  В спорах мы доехали до нужного дома. Я предложил Тане зайти, и мы вместе поднялись в квартиру. Здесь давно никого не было, и в комнате духотища стояла неимоверная, пахло пылью. Я открыл форточку. Таня прошла в комнату и с любопытством оглядывалась.
  - Я представляла квартиру охотников по-другому, - разочарованно протянула она.
  - Связки осиновых кольев, серебряные мечи и болты?
  Она смущённо усмехнулась и призналась:
  - Не разложенный арсенал, конечно, но хоть что-нибудь. А у вас здесь вообще ничего такого нет.
  - Кое-что есть, - возразил я скромно, - но не на виду же бросать!
  - Ой, покажи!
  Звучало это совершенно по-детски. Я даже пожалел, что у нас нет ничего особенного. Разве что арбалет ей интересно будет в руках подержать. Я полез в тайник.
  Но оказалось, что арбалет Андрей забрал. Осталась только всякая ерунда вроде маячков. Их-то я и продемонстрировал, хотя, конечно, это техника не зрелищная. Таня осмотрела их без восторга и честно созналась:
  - Не интересно.
  Тем временем мне в голову пришла идея:
  - Давай, ты маячок возьмёшь? Я боюсь за тебя и не хочу, чтобы ты ехала в это гнездо кровососов. Мне так будет спокойнее. Если и тебя запрут, смогу найти.
  Таня повертела в руках маячок, похожий на кусочек проволоки с утолщением на конце и скептически спросила:
  - И куда его?
  Я окинул её взглядом и попросил:
  - Заколку дай!
  Таня сняла заколку. Тяжёлый узел упал, раскрутившись, и волосы волнами рассыпались по плечам. Она с любопытством смотрела, как я подклеиваю маячок около пружины, потом провела по нему пальцем и удивлённо сказала:
  - Надо же, совсем незаметно, - собрала волосы привычным движением, скрутила их и закрепила заколку. - Знаешь, глупо себя чувствую, будто в шпионов решила поиграть.
  - Всё нормально, - возразил я, - в любом случае, вреда от этого не будет. Когда муж приезжает?
  - Думаю, послезавтра утром, - сказала Таня, сразу помрачнев, -может и позже. Не знаю ничего! Данил поехал какую-то фирму покупать. Обычно все приобретения через меня идут, а тут я даже не в курсе, что происходит. Обидно!
  Я сначала растерялся, а потом спросил, поражённый:
  - Не понял. Тебе нравится с ним работать?
  - Конечно! Да ты сам подумай: кто бы мне ещё дал такую работу сразу после института? И самостоятельность, и ответственность, и интересно, и деньги приличные, и время сама распределяю. Где такое найдёшь? А почти все фирмы, с которыми я работаю, вампирские или в совладении.
  - Ты же говорила, что хочешь от него уйти? - спросил я враз севшим голосом.
  - Естественно! Мы не любим друг друга, с какой стати нам жить семьёй? А работа тут при чём?
  Не любят они друг друга! Насколько я помню, о любви изначально и речи не шло. И я ведь рассчитывал, что она согласится уехать со мной, вроде бы она так и говорила, а тут выясняется, что работу она бросать не хочет! Я покосился на часы. Через полтора часа я мог встретиться с Саньком, если повезет, конечно. Времени было в обрез.
  - Тебе действительно безразлично, что это не люди? - спросил я у Тани.
  Она вздохнула:
  - Не знаю, как объяснить, если ты не хочешь понимать. Они были людьми, и их состояние - обычно не их выбор. Вампиры Дэна стараются вести себя достойно, и они очень похожи на нас.
  - Знаешь, - сказал я, - нам нужно о многом поговорить. Но мне сейчас надо поторопиться, есть шанс связаться с ребятами из группы. Можем мы встретиться ближе к вечеру?
  Мы договорились о встрече, я проводил Таню до дверей. Нестерпимо хотелось поцеловать её, пришлось напомнить себе, что сначала всё-таки в душ. От меня сейчас, верно, шибает дивным ароматом, нечего подвергать Таню такому испытанию!
   Впрочем, у Тани оказалось своё мнение по этому поводу: перед тем как выходить, она чмокнула меня в небритую щёку. Я привалился к стенке, глядя в закрывшуюся дверь и чувствуя, как губы растягиваются в неудержимой улыбке, потом вспомнил, что время уходит, и помчался приводить себя в порядок.
  На место встречи я пришёл немного пораньше, сел и стал ждать. Просидел час, успел окоченеть, но никто ко мне так и не подошёл. Неужели ребята уехали из города?
  В деревне, где мы останавливались, я узнал, что уж оттуда они точно уехали, закончив всю работу и получив деньги. Вот, надеялся финансовое положение подправить! Я полюбовался на коровник под новой крышей и вернулся в город. Как связаться с Саньком, если он не появится и на следующей встрече? Купил симку и написал Сане два письма, указав её номер, одно отправил на его домашний адрес, другое - на здешнюю центральную почту до востребования. Спросить, что ли, у Тани телефон? Может у неё какой старый завалялся...
  Пора идти на свидание. Уж в этот раз я куплю цветы! Впрочем, подойдя к цветочному киоску и сопоставив цены с количеством наличности в кармане, я отказался от этой идеи. Покупать Тане цветы за её же деньги мне показалось неправильным.
  Мы договорились встретиться у кинотеатра. Я вышел из машины. Прохладно, даже холодно, но хотелось побыть на воздухе. Люблю осень. В это время воздух с особенной свежестью и горчинкой. Небо было безоблачным и нереально синим, как на рекламных фотографиях. Сильные порывы ветра гоняли опавшие листья. Скамья перед входом оказалась занята шумной компанией, я огляделся, приметил несколько пустых скамеек в сквере напротив и пошёл туда. Да и остановка оттуда ближе. Я чувствовал себя виноватым, за то, что оставил Таню без машины, но исправить, естественно, ничего не мог.
  У кинотеатра остановилось такси и почти сразу ещё одна машина. "Наверное, сеанс скоро", - лениво подумал я. Из второй машины вышел человек. Даже издали он обратил на себя моё внимание неестественно красным лицом. В солярии, что ли, пересидел? Иногда такое лицо бывает у пожилых полных людей, или у блондинов-альбиносов, которые не переносят солнца. Но этот парень был молодым, стройным и темноволосым.
  Не переносит солнца? Я встал, чувствуя неприятный холодок под ложечкой, и увидел, как Таня выпорхнула из такси, и с улыбкой огляделась. Поток транспорта не давал перейти дорогу. Краснолицый шагнул к Тане, прикоснулся к локтю. Она взглянула - и с застывшим лицом направилась к его машине.
  Они уехали, а я остался на обочине, бессильно сжимая кулаки...
  
  Глава 22.КРИСТИНА
  
   У меня перед носом была тряпка. Ладно, не тряпка - обивка. Очевидно, я лежала на диване, лицом к его спинке.
   Хотя было не слишком светло, я разобрала, что обивка была незнакомой и не слишком чистой, и в первый момент не могла понять, где я, и что вообще произошло, но почти сразу всё вспомнила. Ага, меня захватил вампир. Не думала, что Ник поставил в особняке охрану!
  Влипла...
  Нет, это не может быть охранник! Стаса освободили, так? Что охране там делать? Может просто гость? Двери я открыла. Он вошёл, обнаружил отсутствие хозяев, сначала принял меня за Таню, а, поняв, что человечка незнакома, решил задержать и разобраться...
  Я и не рассчитывала, что мой набег на дом Дэна пройдёт незамеченным. Ладно, выкручусь. Вампиры чувствуют ложь, а утверждать, что не выпускала Стаса, я могу с чистым сердцем. Ну... поговорить мне с ним хотелось! Я же не взломщица, мне Ник ключи дал, на него и надо ссылаться.
  Я неловко повернулась и села. Тело закололо, наверное, пролежала я достаточно долго.
  Явно не особняк Дэна! Стандартная квартира со стандартной обстановкой. Потёртые обои, обшарпанная мебель, замызганный ковёр на полу. Тихо, сумрачно. Плотные портьеры задёрнуты, но через щель в комнату проходит узкая полоса солнечного света, в которой медленно танцуют пылинки. В открытую дверь виден кусок коридора, ещё одна дверь, на противоположной стене, вероятно, ведёт в другую комнату.
  Я начала сжимать и разжимать кулаки, чтобы скорей привести в порядок затёкшие руки, одновременно пытаясь размять и тело - и вдруг замерла. В кресле напротив дивана сидел мой похититель и глядел на меня - внимательно и холодно. Наверное, именно с таким видом учёный будет рассматривать под микроскопом колонию особо вредоносных бактерий. Как я могла его сразу не заметить?
  Несколько минут мы смотрели друг на друга в полной тишине. Он сидел неподвижно и был до жути похож на восковую статую. Странно, Ник иногда тоже застывает, но такой ассоциации он у меня никогда не вызывал. Выглядел вампир моим ровесником. Правильные и тонкие черты лица, шоколадные волосы зализаны назад, наверное, собраны в хвост, очень аккуратная одежда - коричневые брюки с безукоризненными стрелками и кремовая рубашка, застёгнутая на все пуговицы. Нормальный вид, разве что карамельно-коричневые глаза кажутся стеклянными, но впечатление неприятное, я даже не могла понять, почему.
  Язык чесался задать кучу вопросов, в первую очередь о том, что этому типу вообще надо. Но я упрямо решила ждать, пока говорить начнёт он.
  И дождалась. Вампир ожил. Началось это с глаз. Больше они не выглядели стеклянными. Не знаю, что изменилось, может, морщинки около глаз проявились или мышцы напряглись. Почти сразу все черты потекли и стали неуловимо меняться. Из-под восковой маски проступало открытое лицо с улыбкой. Сразу стало ясно, что этот парень действительно симпатичный, скорее даже красивый. Улыбка была приторно-сладкой, как шоколадное пирожное. Что-то он у меня кондитерские ассоциации вызывает...
  - Как себя чувствуешь, Таня? - доброжелательно спросил мой похититель.
  Вот так номер! Я-то была уверена, что в особняке он назвал меня Таней по ошибке и понял её сразу, как я обернулась. Оставалось только надеяться, что удивление, которое я испытала, не отразилось на лице.
  Я помолчала, пытаясь понять, хорошо это или плохо, что он принимает меня за другого человека, а затем решила, что развеять его заблуждение никогда не поздно, а обдумывать лучше спокойно и без спешки. Для начала надо изобразить послушную вежливую девочку - зачем нарываться-то? Главное, за словами следить, чтоб не было прямого вранья.
  - Спасибо, всё хорошо, - ответила я тихо и спросила обтекаемо, как только могла: - А почему я здесь?
  В самом деле, зачем вампиру похищать жену лорда?
  - Я, собственно, хотел с Данилом встретиться, - задумчиво сказал вампир. - Где он?
  Тут до меня дошло, что и охотник, и его побег здесь совершенно ни причём, и с моим похищением никак не связаны. Говорил же Ник, что под Дэна копают. Очевидно, передо мной один из этих "копателей". Что это значит для Дэна, я ещё не поняла, а что для меня - совершенно ясно: как только он поймёт свою ошибку, я сразу превращаюсь в ненужного свидетеля.
  - А он уехал! - растерянно сказала я. Изображать при этом испуг и удивление не пришлось, они и так были сильными. Я даже не представляю, как Таня называет Дэна. А если этот тип знает?
  - Куда и зачем? - поинтересовался вампир, ещё шире расплываясь в дружеской улыбке.
  Здорово у него это получалось! Пару раз в военных романах я встречала выражение, которое мне очень понравилось, "гиена в сиропе", - Гитлер так называл своего шефа разведки, но я не думала, что увижу кого-то, кому оно так подойдёт. Похитителю это определение подходило настолько идеально, что мои губы тоже сами собой сложились в улыбку. Его это, похоже, воодушевило.
  - Так куда? - поторопил он меня.
  - Не знаю, куда, - честно ответила я. - По бизнес-делам. Фирму какую-то покупать.
  - Разве не ты готовишь документы?
   Откуда мне знать, чем при Дэне занимается Таня! Может, она и готовит...
  - Об этой сделке я только вчера услышала, - возразила я.
  Вампир задумался.
  - Позвонить ему можешь?
   - Не зная номера? - удивилась я.
  - Как ты можешь не знать номера? - возмутился мой противник.
  - Очень просто, - огрызнулась я, чувствуя, что начинаю получать иррациональное удовольствие от этого диалога. - Я никаких номеров не знаю! Зачем их учить, если они в мобильнике есть.
  Мой телефон оставался в машине, а машину я оставила в квартале от дома Дэна, чтобы она никому не мозолила глаза у пустого особняка. В детективах часто так делают. Я с радостью подумала, что понятия не имею, как называется улица, где она стоит. Даже если вампир решится обойти район, он будет высматривать приличную машину, а не ведро с гайками. Лишь бы на запах внимания не обратил!
  Вампир неприязненно поджал губы, но сразу же изобразил терпеливую улыбку. Допрос набирал скорость.
  - Где мобильник?
  - В машине.
  - А машина?
  - Не знаю, - радостно сказала я и добавила для полной достоверности: - Я на ней приехала.
  Как у меня хорошо получается! Мне бы вспомнить, что не бывает так, чтобы всё шло ровно и гладко. Мой похититель вскочил, вытянулся и склонил голову в почтительном приветствии.
  Я услышала скрип двери и перевела взгляд на гибкую фигуру вошедшего. Может, мне тоже надо вскочить по стойке смирно? Ноги внезапно так ослабели, что при попытке я бы, скорее всего, бухнулась на колени. Я решила, что это уже перебор, и осталась сидеть. Ой, что сейчас будет!
  Карлос прошёл через комнату и встал у окна, не заходя, впрочем, в полосу солнечного света. Тем временем я сообразила, что Карлос приехал вдвоём с Максом, а значит, мой похититель и есть Макс. От испуга я не могла понять, должно ли это меня успокоить или испугать ещё сильнее. И этого приторного типа Ник ждал с таким нетерпением?
  Склонив голову к плечу, Карлос удивлённо рассматривал меня. Он стоял, засунув большие пальцы за пояс джинсов, а остальные - в карманы, острые локти нелепо торчали в стороны, но это только подчёркивало гибкость и изящество его фигуры. Мне вдруг показалось, что он очень похож на Ника, разве что выше. Он и движется с такой же нечеловеческой грацией, и предпочтения в одежде у них одинаковые: Карлос был в чёрных джинсах, и в чёрной же, похоже, шёлковой рубашке, - именно так любит одеваться Ник.
  Закончив осмотр, Карлос повернулся к Максу и задал вопрос. От его низкого тягучего голоса меня пробрала дрожь. Ну, басит, что такого-то? Моя реакция меня разозлила и помогла немного собраться. Макс пространно отвечал. Я напряжённо вслушивалась в звуки незнакомой речи, но не могла понять даже какой это язык. Вроде должен быть испанский, но не факт. Я знаю, конечно, полтора десятка испанских слов - а кто не знает - но вампир так тараторил, что я вообще ничего не могла различить. Впрочем, я заметила, что, по крайней мере, однажды упоминалась Таня, а пару раз - Данил. Не густо. Карлос выслушал Макса со скептическим видом и, бросив на меня взгляд, коротко ответил. Вот сейчас я поняла его, тут и язык знать не надо. "Это не Таня. Это Кристи, подружка Ника". Конечно, может он сказал не "подружка", а какое-то другое слово, но смысл ясен.
  На лице Макса не отразилось ничего, а глаза остекленели. Он подскочил и резко поднял меня за подбородок. В шее что-то хрустнуло. Ощущение было такое, будто он мне сейчас голову оторвёт. Несколько мгновений Макс рассматривал меня с явной брезгливостью, а затем резко оттолкнул. Я пролетела через комнату и ударилась затылком о стену. В глазах потемнело.
  Сидя у стены, я тупо пыталась понять, теряла сознание или нет. Смутно помнила, как сползаю по стенке. Комната при этом была чёрно-белой и расплывчатой, будто рассматриваю её через мутное стекло. Значит, из реала не вылетала. Или можно лишиться чувств на долю секунды?
  От глубокомысленных теоретических рассуждений меня отвлёк вид Карлоса. Его глаза пожелтели, а тонкие ноздри жадно раздувались. Я неуверенно прикоснулась к затылку и почувствовала влажное и липкое. Больно. Я вытерла руку о край ковра и снова подняла взгляд.
  Карлос успел взять себя в руки: его глаза вновь были черны, а лицо бесстрастно. Но успокаиваться рано: ко мне медленно приближался громадный волк. Его блестящая шерсть была совершенно не волчьего бурого цвета, а глаза горели жёлтым огнём. У меня дыхание перехватило. Волчья морда ухмылялась. Нет, правда ухмылялась.
  Я почувствовала себя мячом - дикое неописуемое ощущение. С неожиданной злостью поняла, что Макс был в городе ещё тогда, когда мы с Иркой встретили вампиров в клубе, и Ник считал, что он приедет только через пару дней. И чем же этот гад здесь занимался?
  Ник говорил мне, в его квартире из вампиров бывали только Дэн, Боря и Макс, а из людей - только я. Даже Алексей Михайлович не знает, где он живёт. Охотники нацелились именно на Дэна и Ника. Мне теперь казалось настолько очевидным, что наводку им каким-то образом дал именно Макс, что я даже удивилась, почему Нику это не пришло в голову. Да уж, хорош его братец, нечего сказать! А ведь Ник любит Макса и доверяет ему.
  Я с ненавистью посмотрела на приближающуюся оскаленную морду и ядовито сказала:
  - Этот образ подходит тебе больше, чем человеческий. Лучше отражает сущность.
  Волк навис надо мной, и я инстинктивно прикрыла горло рукой. В неё-то он и вцепился. И я ещё думала, что Ник больно кусается! Вот сейчас боль действительно была адская. Он сжал челюсти мёртвой хваткой и трепал меня, как бультерьер варежку. Я опять ударилась об стену, прикусив при этом язык, да так, что почувствовала вкус крови во рту. Волк свалил меня на пол. Я попробовала приподняться, опираясь на свободную руку, но безжалостные челюсти вцепились уже в неё и рванули. Я перекатилась и уткнулась лицом в грязный ковёр. Повернув голову, я обнаружила прямо у себя перед носом мохнатую лапу и со всей силой своей ненависти вцепилась в неё зубами.
  Со смешанным чувством торжества и гадливости я ощутила вкус чужой крови, затем осознала, что сжимаю зубы вовсе не на лапе, покрытой шерстью, а на обыкновенной руке. Я ещё услышала басовитый хохот, удивилась, что здесь смешного, и сильный удар по голове отбросил меня в темноту.
  Я вновь пришла в себя, лёжа на полу, в другом углу комнаты. Колотило от холода и мутило. С трудом приподняв закостеневшее тело, я осмотрелась.
  Макса не было. Карлос сидел в кресле и читал книгу. Там, где я ударилась о стену, кусок обоев был сорван, не хватало и изрядного куска ковра. Это от моей крови так избавлялись? Уборщики, чтоб их перекосило! Солнечная полоса сдвинулась далеко в сторону. Выходит я не меньше двух часов так провалялась. Не удивительно, что снова всё затекло.
  Я отодрала себя от пола, на негнущихся ногах прошла мимо Карлоса в коридор и нашла туалет. Как раз вовремя: меня вывернуло. Явное сотрясение мозга. Неприятно, но это, скорее всего, меньшая из моих проблем. Перебравшись в ванную комнату, прополоскала рот, сполоснула лицо и принялась ощупывать голову. Ожидала обнаружить корку на месте ссадины и по крайней мере ещё одну шишку, но ничего такого не нашла. Да и голова не болела.
  Я тупо продолжала свои исследования, одновременно прокручивая все сегодняшние события в голове до тех пор, пока не вспомнила вкус крови Макса во рту. Брезгливо поморщилась и осмотрела руки. Точно, целёхоньки! Странно, мне казалось, что для воздействия кровь вампира должна попасть в человеческую кровеносную систему. Хотя у меня ведь язык был прокушен. Выходит, даже этого достаточно. Я высунула язык и убедилась, что выглядит он, как обычно. Ну да, и не болит, кстати. Отвернулась от зеркала, присела на край ванной и задумалась.
  Если всё остальное прошло, почему тошнота? Хотя нет, тоже понятно. Вон, Лёшка сколько часов восстанавливался, а ведь ему Ник несколько кубиков ввёл, а мне, наверное, пара капель и досталась.
  Ладно, проехали. Это несущественно. Я пошла взглянуть на входную дверь. Дверь меня разочаровала: без ключа её было не открыть. Вряд ли Карлос будет спокойно сидеть и слушать, как я её ломаю. А что за окнами? Я выглянула в кухонное. Этаж не ниже шестого. Оптимизма мне это не прибавило. Хотя могла бы догадаться, что если бы отсюда было легко смыться, Карлос не стал бы так беззаботно книжечки почитывать. Я вернулась в комнату, села напротив него и снова стала думать.
   Не люблю я, когда не понять, что происходит, а понимала я только в самых общих чертах. Что Максу нужен именно Дэн я поняла, а Таню зачем похищать? Какой в этом смысл? Ещё у меня создалось такое впечатление, что Карлос относится к его деятельности довольно скептически, но опять же не разобралась, это он недоволен, что у него такой помощник бестолковый, или Макс действует на свой страх и риск, а его лорд здесь вообще ни при чём.
  Над Иркой издевался Макс, это очевидно. Похоже, этот садист любит развлекаться игрой в волка и мячик. Я вспомнила мерзкое ощущение раздутости и резиновой упругости своего тела и снова пожалела Ирку. Хотя, что её жалеть! Она-то жива, а вот почему ещё жива я? Оставлена как запас, чтобы на охоту не отвлекаться? Похоже, что терять мне нечего, и я без особых колебаний заговорила:
  - Карлос, а можно задать несколько вопросов?
  Вампир оторвал взгляд от книги и с интересом посмотрел на меня. Я решила принять этот интерес за одобрение и спросила:
  - Это Макс метит на место Дэна или вы?
  Карлос явно удивился - я только не поняла чему - и кратко ответил:
  - Макс. Я и своим доволен.
  - А какую роль играете вы?
  Он улыбнулся. Не понимаю я его реакций. Ответ был ещё лаконичнее:
  - Зритель.
  Ага, если Макс добьётся успеха, то Карлос получает лорда-союзника, а то и подчинённого. А если нет - он ни с какой стороны не виноват. Мило!
  - А Ник ему чем не угодил?
  - Ник - очевидный преемник Дэна. Кроме него и Алексея в клане нет реальных претендентов на этот пост.
  Вот сволочь! Может, Макс и хорошо к Нику относится - не мог же за столько лет не проявить своих настоящих чувств! - но лордом ему стать хочется больше, чем сохранить друга. Говорить я по этому поводу ничего не стала, не желая выставлять себя сентиментальной человеческой дурой.
  - А почему же Макс не убил меня, когда узнал о своей ошибке?
  - Я не разрешил, - охотно пояснил Карлос. Я не успела проникнуться чувством благодарности, потому что он продолжил: - Я гарантировал местному лорду, что мы не будем убивать людей на его территории. Значит, пока Данил жив, мы убивать не будем.
  - Не думала, что вы формалист, - без особого осуждения сказала я.
  Карлос рассмеялся. Меня это разозлило: вовсе не собиралась его смешить.
  - Я не мог понять, что Ник в тебе нашёл, а ты и правда забавная.
  - Всю жизнь мечтала стать клоуном! - буркнула я, вызвав этим новую усмешку у собеседника.
  - Уж не говорю о том, что никогда не слышал, чтобы человек кусал вампира. Это нонсенс! - Карлос опять рассмеялся и вновь начал читать, заметив: - Помолчи, ты мне надоела.
  Я послушно замолкла, обдумывая полученную информацию и прикидывая возможность побега. Ничего дельного в голову не приходило. Меня опять замутило. Может с голодухи? Сегодня и не позавтракала толком! В животе бурчало. Карлос это точно слышит. Я помучилась сомнениями, но всё-таки решилась снова подать голос. Ведь Ник чуть Стаса голодом не уморил не со зла, просто не подумал, что люди едят по нескольку раз в день.
  - Карлос, а меня покормят?
  Карлос посмотрел с нескрываемым отвращением и потянулся за мобильником. Разговаривал он с Максом, даже пару раз по имени его назвал, ничего больше я не поняла, но на всякий случай сказала:
  - Спасибо!
  Карлос фыркнул и снова уткнулся в свою книгу. Больше я к нему приставать не рискнула.
  Вскоре появился Макс. С ним была Таня, явно под контролем. И как только он её нашёл? С безразличным видом он бросил мне на колени пакет, в котором я обнаружила пару магазинных упаковок салатов. Вампиры начали спорить. Карлос говорил резкими короткими фразами. Макс возражал пространно, но почтительно. Я подумала, что не стоит их раздражать лишний раз неприятными запахами, закрылась на кухне, включила вытяжку и поела. Вытяжка гудела над ухом, но всё-таки я услышала, как хлопнула входная дверь. Я ополоснула контейнеры, перед тем, как выкидывать, и вернулась в комнату. Макс с Таней ушли, Карлос опять читал. Что происходит, а?
  До конца книги оставалось несколько страниц. Я села на диван и стала терпеливо ждать.
  Когда Ник говорил, что опасности нет, я решила, что он знал или, по крайней мере, предполагал, от кого она исходит. Но Макса он явно ни в чём не подозревал, видно не пришёл в голову такой вариант. Значит, этот тип опасен вдвойне. Куда Макс увёл Таню? Что он собирается делать? Если Макс добьётся успеха, я от него живой не уйду. Вряд ли Карлос сочтёт нужным меня защитить. Единственная надежда на то, что мои вампиры одержат вверх.
  Тут я поймала себя на том, что называю клан Дэна своим, и опять обозлилась. Зачем я вообще завязала эти бесперспективные отношения? Ах, надо же, с настоящим вампиром пообщаться захотелось... Дообщалась!
  С женихом я порвать сумела, хоть и больно было. Но, встречаясь с ним, я считала, что любима, а Ник-то меня не любит! С какой стати я повесилась ему на шею? И говорят, и пишут о таких ситуациях - так нет: надо учиться именно на своих ошибках! Ради чего я подвергаю опасности жизнь?
  Ладно, не надо, чтобы Ник любил меня, ни к чему ему смертная. Но и я не должна была идти на поводу у своих чувств. Когда я освобожусь (я старалась не думать о другой вероятности), надо будет сказать Нику, что мы расстаёмся. Конечно, его это не обрадует, но он будет вынужден смириться с моим решением. И печально пойдёт искать очередную подружку.
  Больно даже думать о том, что я больше не буду видеть Ника. Как я буду жить без него? Ладно, клин клином вышибают, подумала я с мрачной решимостью. Начну встречаться с каким-нибудь парнем. Не внушала мне эта идея особого энтузиазма. Ну как я буду целоваться с кем-то другим?!
  От нечего делать я рассматривала Карлоса. Его губы невольно притянули взгляд: такого же рисунка, как у Ника. Сердце сладко сжалось. Неужели я теперь постоянно буду выискивать черты Ника в других мужчинах? Я подняла взгляд выше и обнаружила, что Карлос пристально смотрит на меня. Странно, но меня это не смутило. Хоть какой-то позитив: больше не робею в присутствии неотразимых красавцев. Таких только в кино и увидишь! Наверное, он даже когда постареет и погрузнеет, будет выглядеть красивым и представительным.
  Я вдруг сообразила, что это ему не грозит. Я, может, и постарею, если смогу от вампиров выбраться, а вот он всегда будет таким молодым и красивым. Странные выверты у моей психики: вроде бы можно позавидовать, а я испытывала только неловкость и сожаление. Наверное, если бы Карлос узнал об этом, он бы опять смеялся.
  Вампир опять опустил глаза к страницам, а я встала и подошла к окну. Солнце скрылось за домами, начинало смеркаться. Я полностью отдёрнула штору и стала смотреть во двор. Тяжко ждать неизвестно чего...
  Карлос закрыл книгу с тихим хлопком, легко поднялся и скользнул мне за спину. Я почувствовала тёплое дыхание на своих волосах и шее и удивилась своему спокойствию. Дыхание? Или невесомые прикосновения губ? Я не могла поверить своим ощущениям. С какого перепугу Карлосу меня целовать?
  Сильные руки уверенно скользнули по моему телу. Тут уж ошибиться было невозможно. Я повернулась и ошеломлённо спросила:
  - Ты что, с ума сошёл?
  Вампир вскинул одну бровь и привлёк меня к себе. Еле уловимый аромат цитруса и сандала - запах одеколона Ника - застал меня врасплох. Я неожиданно для себя обмякла, послушно прильнув к напряжённому телу Карлоса, и почувствовала на своих губах его уверенные и настойчивые губы. Умелый язык ворвался в мой рот. В полном изумлении я пыталась разобраться в своих ощущениях. Нет, целовался он действительно классно, но это было не то... не тот.
  Я отстранилась, высвободилась из объятий и отошла в сторону. Направилась было к дивану, но подумала, что это может быть расценено, как приглашение, и затормозила в центре комнаты. Удивлённый взгляд Карлоса был полон любопытства. Молчать было неловко, но что сказать я не представляла. Кажется, я уже ляпнула что-то недипломатичное, не хватало ещё его разозлить.
  Карлос шагнул ко мне и уверенно сказал:
  - Тебе понравилось. И я тебе нравлюсь.
  Он был прав. Сходство с Ником невольно внушало симпатию. Впрочем, у меня хватило соображения ему об этом не говорить. Вряд ли вампиру будет приятно сравнение.
  - Да, - созналась я, - если бы среди мужчин проводился конкурс красоты или на лучший поцелуй, я бы присвоила тебе первое место.
  У меня больше язык не поворачивался называть вампира на "вы".
  Он опять попытался привлечь меня к себе, я упёрлась обеими руками в твёрдую грудь.
  - И в чём дело?- нетерпеливо спросил он.
  - Ник вне конкурса, - просто сказала я, глядя ему в лицо.
  К моему облегчению вампир отпустил меня. Он снова вернулся в кресло и начал меня рассматривать. Ощущая неловкость под его пристальным взглядом, я вернулась на диван.
  С Ником молчать уютно, а сейчас тишина, казалось, давила. Странно, Карлос так похож на Ника. Впрочем, так ли уж похож?
  - Карлос, а ты убиваешь?
  Он удивлённо вскинул брови, и я задохнулась от своей наглости. Не надо было спрашивать! Вампир откинулся на спинку кресла, его глаза заблестели живым блеском, губы изогнулись в улыбке.
  - Конечно. Стремлюсь, по-крайней мере.
  Я так ждала другого ответа, что в первый момент растерялась.
  - А зачем?
  Теперь озадачен был вампир. Он отвёл взгляд, потёр висок и замер на несколько мгновений, а потом передёрнул плечами:
  - Так принято. Люди ведь тоже стараются не оставлять еду на тарелках. - Карлос снова разглядывал меня, по-птичьи склонив голову набок. - Ты не такая, как все, - задумчиво сообщил он.
  Знакомая песня!
  - И многих людей ты хорошо знаешь? - поинтересовалась я.
  - Зачем? Они скучны!
  - Представляешь, - сообщила я ему, - одна моя подруга считает Ника легкомысленным бездельником.
  - Что, серьёзно? - иронично вскинул бровь вампир.
  - Вполне. Мы в кафе вместе тусуемся, иногда и так гуляем.
  - Она же его совсем не знает, - снисходительно заметил Карлос, запнулся на миг и задумчиво сказал. - Вот как?
  - Кстати, - невинно поинтересовалась я, - кто написал ту книжку, которую ты так увлечённо читал?
  Он невольно покосился на книгу, но не ответил.
  Я недоумевала. Все вампиры, которых я знала (кроме Бори, конечно), уже старые. Но я не чувствовала их возраста. Должны же прожитые годы откладывать отпечаток на личность! Никакой вековой мудрости я в вампирах не ощущала. Может ли быть, что после обращения личность практически не меняется? В любом случае, спрашивать об этом Карлоса мне показалось неразумным.
  - Я подумаю над этим, - сказал вампир.
  Момент мне показался удачным, чтобы поинтересоваться его планами в отношении меня, но в этот момент хлопнула входная дверь, и снова появился Макс. Я замолкла.
  Он был один. А Таня где?
  Я бросила встревоженный взгляд на Карлоса. Тот на меня не смотрел. Вампиры обменялись несколькими фразами, из которых я ничего не поняла. Потом Макс уставился в окно, а Карлос на свои сцепленные пальцы. Текли минуты. Оба вампира пребывали в полной неподвижности.
  Внезапно Макс резко развернулся и наклонил голову набок. Казалось, он прислушивается. Через несколько секунд напряжённого внимания он быстро вышел. Карлос подошёл к окну. Вид у него был расслабленный, но мне показалось, что он тоже прислушивался. Мешать я не рискнула.
  Минут через десять Карлос внезапно обратился ко мне:
  - Я прогуляюсь ненадолго, а потом отвезу тебя к Нику. Подождёшь?
  Такое развитие событий меня устраивало.
  - Подожду, - согласилась я. - Мне бы домой позвонить, там волнуются.
  Карлос бросил мне на колени свой мобильник. Я посмотрела на него, а когда подняла взгляд, обнаружила, что осталась в квартире одна.
  
   Глава 23. СТАС
  
  Когда я смог перебежать дорогу и сел за руль, машина вампира уже скрылась. Я не пытался её преследовать: вряд ли повезёт, нечего зря терять время. Надо ехать за сканером. А с оружием что придумать? Не могу же я идти против вампира с пустыми руками! Я лихорадочно прикидывал: денег у меня на приличный ствол не хватит, да и где его найти? Разве что пневматику купить, а пули отлить из серебра с выпиленного прута. Как-то это несерьёзно, но выбора особого нет. А сколько времени уйдёт!
  Я проезжал мимо больничного комплекса - Сане здесь гипсовали руку чуть больше недели назад. Конечно, надежда слабая... Осенённый внезапной идеей, я свернул на стоянку...
  Наверняка Сане назначили повторный приём. Если он ещё в городе, я смогу его перехватить. Я пробежался по скверу между больничных корпусов, приблизился к поликлинике и уверенно направился к высокому боковому крыльцу травмпункта.
  Мне трижды повезло: очереди не было, врач оказался тот же самый, который принимал Саню, и он меня помнил. Медсестра полистала журнал записей и сказала, что мой друг придёт послезавтра в течение дня. Я поблагодарил их, выскочил на улицу и торопливо зашагал назад к машине. Послезавтра будет послезавтра - если сегодня выживу. Я знал, что сделаю всё, чтобы вырвать Таню из рук вампиров, но понимал, что моих сил для этого может не хватить.
  Задевая головой склонённые ветви ивы и не глазея по сторонам, я обогнул клумбу с астрами и ушам своим не поверил, когда услышал за спиной знакомый голос:
  - Стас!
  Я оглянулся и увидел, как Санёк, такой же растерянный и радостный, как и я, поднимается со скамьи. Когда он подскочил ко мне и начал обнимать меня здоровой рукой, я совершенно смутился.
  - Живой! Как здорово, что ты живой! - повторял он.
  - И впрямь неплохо, - пробормотал я, - а вот Андрюха с Костей...
  - Жив он! - сразу сказал Санёк. - Андрюшка здесь лежит, я вот вышел воздухом подышать, пока он спит. Костик - да. Мы с Витей его похоронили. Витька, кстати, домой уехал. Нечего ему здесь околачиваться.
  Саня, наконец, отпустил меня и кивнул на скамейку:
  - Посидим? Надо много друг другу рассказать...
  Я замялся:
  - Знаешь, особо некогда. Таню захватили вампиры.
  Я хотел сказать, что собираюсь освободить её, но подумал, что это будет звучать слишком пафосно и самонадеянно, и замолк.
  Саня не колебался:
  - Тогда пошли. Расскажешь по дороге.
  - Андрей как?
  Санёк неожиданно смутился:
  - Он в порядке, но это долго рассказывать и не к спеху. Давай выкладывай, что с тобой приключилось, и как умудрился девушку втянуть.
  Я рассказал ему всё с самого начала. Саня слушал молча, только иногда хмуро кивал. Когда я закончил, он только головой покрутил:
  - Свинтус ты, дружище, после этого. Мог бы и сразу всё сказать. Андрюшке, может, и нет, он не проникся бы, а уж мне-то! Вместе придумали бы что-нибудь. По-крайней мере, я бы сразу подтвердил, что не все вампиры убивают. Хотя, что целый клан таких может быть, я и сам не знал.
   Он помолчал, с сосредоточенным видом накручивая на палец сломанной руки длинную травинку, а потом зло сказал:
  - Подставили нас, как последних лохов. Наводку-то нам вампиры дали!
  - С чего ты взял? - растерялся я, - Не может быть!
  - Типа, как попробовали чужими руками жар загрести, - хмуро объяснил Санёк, - Я так понял, что кто-то пришлый на место здешнего лорда метит.
  Я обдумал то, что услышал. В принципе допустимо, но с таким же успехом можно предположить что-то ещё.
  - Мне оружие нужно, - сказал я, - у меня только нож остался и арматурина серебрёная. С этим на вампира не попрёшь. Есть у тебя что-нибудь?
  Мы подошли к машине.
  - Оружие есть, - сказал Санёк, усаживаясь рядом, вид у него был странно напряжённый, - тут недалеко.
  - Показывай, куда. И с чего ты взял, про каких-то пришлых?
  Саня назвал адрес. Третий адрес из нашего списка.
  Я ошеломлённо уставился на него. Санёк обречённо кивнул, отведя взгляд в сторону, и кратко сказал:
  - Отец.
  Я был настолько ошарашен, что даже сказать ничего не мог.
  - Андрюшку он с того света, можно сказать, вытащил, потому что я попросил, - сказал Санёк, сгорбившись на сиденье. - Андрей ещё не понял ничего, и как ему сказать, не представляю.
  - Знаешь, - признался я, - удивить ты умеешь, но, честно говоря, я тоже ещё ничего не понял. Ты бы хоть кратенько объяснил, что ли.
   Саня бросил на меня осторожный взгляд и сказал:
  - Трогай! Сам же торопишься. Алексей на работе сейчас.
  Через пару минут мы уже были на месте. Я настороженно осматривался. Ничего необычного: квартира, как квартира. Глаз отметил только почти стерильную чистоту кухни и толстые портьеры на окнах в комнатах. Но портьеры соответствовали обстановке, всё смотрелось солидно: высокие потолки, добротная старинная мебель. Добрую четверть одной из комнат занимал рояль.
  Я замер перед фотопортретом на стене - удивительно красивая женщина. Саня увидел, куда я смотрю и пояснил:
  - Мама.
  - Она у тебя и на самом деле редкая красавица, - я вспомнил горькие слова Ника и сказал, - Знаешь, Саня, а ведь он её любит.
  - Знаю, - сухо ответил мой друг. - Вот разберёмся здесь, поеду с мамой говорить. Ох, и сложный разговор будет! Ладно, идём арсенал смотреть.
  Саня достал из кладовки две спортивные сумки. Арсенал выглядел достойно.
  Я выбрал короткоствольный автомат, взял запасную обойму и после некоторых раздумий прихватил ещё и арбалет. На месте по обстановке выберу. Санёк отложил в сторону ещё один автомат и деловым тоном уточнил:
  - Думаешь, по одной запасной хватит? Может ещё взять?
  Я посмотрел на него, как на сумасшедшего:
  - Мне хватит. Скорее даже останется. Сомневаюсь, что, если с одной не управлюсь, дадут перезарядить. А тебе и одной не надо: ты со мной точно не пойдёшь! Куда с одной рукой лезть собрался?
  Санёк поколебался, но оружие убрал. Ну и правильно. Хорошо, что хватило соображения не возражать.
  Он дал мне спортивную сумку, и я стал паковаться. Странность ситуации всё ещё не укладывалась у меня в голове.
  - А как твой отец отнёсся к тому, что его сын - охотник?
  Саня смутился:
  - Нормально отнёсся. Сказал, что гордится мной. Он считает, что людей надо защищать от убийц.
  Я недоверчиво уставился на него. Санёк заметил это и улыбнулся:
  - Точно-точно! Он так и думает. Да ты не обольщайся! Это только он такой радикал. Большинству вампиров реально пофиг. Жуткие эгоисты! Каждый решает за себя, а что делают другие - их не касается. И, само собой, о любви к человечеству и речи нет. Даже здесь большинство считают, что мы хоть и заведомо второсортны, но всё же типа как братья по разуму, поэтому нас убивать без особой надобности нехорошо. Опять же, неразумный расход пищевых ресурсов. Хотя охотников в принципе никто не любит, свои дороже.
  Я закрыл сумку и предложил Саньку поехать со мной, забрать остальную технику.
  - Давай. Андрюха говорил, чтобы я забрал барахло. Срок аренды кончается.
  Санёк рассказал, как позвонил мне, и незнакомый холодный голос заявил, что троица, вышедшая на охоту, больше местных вампиров не побеспокоит, а если оставшаяся парочка охотников не уедет из города, то вампиры и до них доберутся. Перепуганный Саня вытащил Витьку из-за компа и заставил ехать на квартиру Ника. Они по-наглому взломали дверь, и, выставив перед собой автоматы, обыскали квартиру. Благо, соседи сделали вид, что их нет.
  Вампира там не оказалось, но Костика со сломанной шеей и полумёртвого Андрюху с проломленным черепом, они вывезли. Андрея доставили в больницу. Врач в приёмном покое, осмотрев пациента, заявил, что нужна трепанация, но глядел на Саню так странно, что тот решил: всё, безнадёжен. Вцепившись врачу в рукав, стал упрашивал помочь, не в силах поверить, что ничего нельзя сделать. Вот и упросил.
  - Алексей ему свою кровь ввёл,- рассказывал Саня,- а меня потом поставил перед фактом. Как мы с ним разбирались, неинтересно, это семейное, а вот как теперь с Андреем разбираться, я не знаю. Андрюха восстановился полностью, разве что голова иногда побаливает. Сам он, ясно, не помнит, в каком состоянии был, и требует, чтобы его выписали. Злой, как собака. Алексей говорит, это типа как побочное воздействие и вот-вот пройдёт, а я думаю, что если ему сказать, так он ещё хуже обозлится.
  - Так и не говори. Какая разница, как вылечили?!
  - Нельзя не сказать, - мрачно заявил Саня. - Тут фишка в том, что если Андрюха, не дай Бог, в ближайшие четыре года помрёт, то, скорее всего, сам вампиром станет. Получается, ему теперь рисковать нельзя. Вот у меня язык и не поворачивается объяснять.
  - Почему четыре? - не понял я.
  - Вроде как за четыре года кровь полностью обновляется. И ещё, если Андрюха обратится, это и Алексею боком выйдет, типа получится, что он обратил его без разрешения лорда. Тогда или ему надо будет Андрюху убить, или самому голову оторвут.
  - Ну? - удивился я. - Не думал, что у мокрецов так сурово.
  Саня с досадой махнул рукой, но в его голосе звучала гордость:
  - Знаешь, Алексей вообще безбашенный. Он же в системе тяжёлым свою кровь даёт. Сам не представляет, что будет, если Данил узнает.
  - Данил?
  - Ну, лорд...
  Когда мы подъехали, я бросился за сканером. Судя по его показаниям, Таня находилась на противоположной окраине города и не передвигалась. Неужели убили?
  Саня посмотрел на меня и сказал:
  - Ты, главное, не психуй! Если она сказала, что не опасается лорда, и он занял нейтральную позицию, то, скорее всего, так оно и есть. Сколько она с ним жила, уж, наверное, знает, чего ждать. А без прямого распоряжения Данила никто из местных её и пальцем не тронет. Ну, а если её тот мокрец похитил, который на его место метит, так ему смысла нет её убивать.
  - Почему?
  - Она - собственность лорда. Убить чужого человека для вампиров как уголовщина. Собственность - это святое. Могут из клана изгнать, и никто уже не возьмёт. А вот использовать её как приманку - вполне. У лорда какое-то окружение, и убивать его чревато, можно и ноги не унести. А за своим человеком вампир один пойдёт, потому что эта типа как вызов.
  - Подожди, - не понял я, - получается, что чужого человека убить нельзя, а чужого лорда завалить - без проблем?
  Саня рассмеялся:
  - Да хоть своего, если можешь на его место претендовать. Победителей не судят.
  Я обдумал услышанное:
  - Тогда нормально. Это повышает мои шансы. Здорово тебя папочка просветил.
  - Может, не стоит торопиться? - спросил Саня. - Вроде бы ничего Тане не грозит, глядишь, Данил её сам отобьёт. Ладно, если похититель один, а если там два или три вампира?
  Встретив мой взгляд, он выставил перед собой ладонь:
  - Ладно-ладно, я только спросил!
  Когда он появится в городе, его будут ждать, - заметил я. - Вероятно, и какую-нибудь персональную гадость приготовят. А сейчас получается, что раз лорда нет, то и нападения не ждут. Таню там оставлять нельзя. Я, как все утверждают, у гуманных вампиров сидел, и то удовольствие куда ниже среднего.
  Я подбросил Саню до больницы, мне это было по пути. Ехали молча. Саня, похоже, чувствовал себя виноватым, из-за того, что не мог пойти со мной. Вылезая из машины, он мрачно сказал:
  - Смотри там, на рожон попусту не лезь, сначала мозги включай.
  
  ***
  Сидя в машине, я рассматривал дом. Таня была здесь. Почему-то я думал, что сканер приведёт меня на какую-нибудь стройплощадку или к промышленным корпусам. А как действовать в жилом доме?
   Он был старой постройки, с высокими этажами, г-образный и странный: одна его часть была четырёхэтажной, в другой этажей было пять, последний - низенький под плоской крышей, наверное, позже пристраивали. Я уже объехал вокруг этого монстра. После некоторых колебаний, я напялил на себя дурацкий зелёный плащ с капюшоном и закинул за спину арбалет. Если что, за ролевика сойду. Да и автомат плащом прикрывать удобно. Но вряд ли мне арбалет пригодится. Ясно, что если я и замечу вампира, это будет уже на ближней дистанции. Плохо, что смеркается. Ещё немного, и я уже ничего не смогу увидеть. Надо спешить.
  По лестнице я поднимался неуверенно - похоже, что нужен соседний подъезд. На малых расстояниях этот сканер иногда начинает глючить и я боялся, что не смогу найти Таню. Сканер привёл меня на самый верх лестницы. Значит, не квартира. Хоть какая-то определённость, уже легче.
  Здесь были две двери, одна другой меньше - на крышу и чердак. Обе закрывались на засовы. Мне показалась, что и с чердака на крышу можно выйти: по крайней мере, одно слуховое окно приличных размеров я видел, хотя сейчас не мог вспомнить, где именно. Поэтому я удивился отдельной двери на крышу, но не особенно - при перестройке чего только не начудят.
  Вряд ли мокрец оставил девушку на крыше, где её легко заметить. Откинув за спину мешающий плащ, я заглянул в сумрак чердака. Нехорошее место. Много закутков, откуда можно неожиданно напасть.
  Если вампир тут, он меня уже слышит. Я без колебаний щёлкнул выключателем и чердак тускло осветился. Снять автомат с предохранителя. Шаг внутрь, шаг в сторону, спиной к стене.
  Крыша низко, над самой головой. Угол наклона ската маленький, слуховые окна больше похожи на щели. Отсюда никто не нападёт. Бросив быстрый взгляд наверх, я стал осматривать помещение. Бетонный пол, бетонные опоры, трубы, провода, опять трубы. Груды строительного мусора. Так, продвигаемся...
  В полной тишине я прошёл почти половину чердака, когда вдруг резко захлопнулась дверь, и раздался скрежет засова. Я дёрнулся и прислушался. Ворковали голуби - больше никаких звуков. Перевёл дыхание. Ладно, всё нормально. Значит, из-за спины никто не появится. А вот где-то впереди есть большие слуховые окна, теперь всё внимание туда. Один раз мне почудились шаги над головой, и я замер, напряжённо вслушиваясь в тишину. Даже голуби замолкли. Может, показалось? Крыша-то жестяная, по ней тихо не пройдёшь. Прислушиваясь, я пробрался до кирпичной стены, разделявшей чердак пополам, и вытер пот со лба. Вроде бы и не жарко...
  Почти в центре стены был пустой проём. Я осторожно приблизился и заглянул. За проёмом узкая крутая деревянная лестница без перил. Да тут перепад метра два!
  Лампы здесь не горели. На четырёхэтажной части скат оказался намного круче и слуховые окна были обычные, полукруглые, но тоже небольшие - разве что ребёнок протиснется. Таню я заметил сразу - она сидела совсем рядом. Я заставил себя не смотреть в её сторону и внимательно оглядел помещение. Света было маловато, я достал фонарик. Стропильная система из брёвен, этакий скелет динозавра. Пол с дощатыми мостками, засыпанный шлаком. Вроде бы никого. Я ещё раз внимательно огляделся, памятуя фокус Ника с исчезновением, и спрыгнул вниз. Едва не обтирая стену спиной, боком подошёл к Тане, не отводя глаз от пространства чердака. Ничего не произошло, похоже, здесь и впрямь никого не было. Таня в расслабленной позе сидела на бревне, подтянув к себе ноги, и глядела в стену бессмысленным взглядом. Я позвал её, потряс за плечи, но вывести из этого состояния не смог. Дыхание и сердцебиение у Тани были нормальными, это меня немного успокоило, а вот руки - совсем ледяными. Я закутал её в свой плащ, снова закинул арбалет на спину и опять осмотрелся и прислушался. Ничего... Оставив Таню на месте, я отправился искать выход. Огибая подкосы, стараясь оглядывать всё пространство, приблизился к двери, которая, конечно же, оказалась закрытой, и снова замер при звуке уверенных шагов по крыше. За выступом с дверью обнаружилось застеклённое слуховое окно на скосе в торце здания, и я взял его на прицел. Вдруг раздалось несколько ударов в разных местах, будто кто-то двигался скачками, и страшный грохот пронёсся прямо над моей головой. До окна я добрался в три прыжка, взлетел по лесенке и вывалился наружу спиной вперёд прямо через стекло. Ещё стоя на коленях, я выставил ствол.
  Рядом никого не было. Совсем никого. Я растерянно огляделся и начал подниматься, готовый в любой момент открыть огонь. Не прошёл и половины пути, когда вновь услышал грохот, но он сразу затих. Добравшись почти до конька крыши, я увидел двух замерших вампиров. Я узнал обоих: похититель Тани и Ник. Он-то здесь откуда?
  Похититель медленно, почти незаметно для глаза наступал. Ник так же медленно пятился к краю крыши. Я подумал, что у этого мелкого в рукопашной точно нет шансов, но в этот момент Ник размытой тенью бросился вперёд. Человеческий глаз не в состоянии воспринять такую скорость! Они сцепились, с грохотом переместились в дальний конец крыши и опять замерли в нескольких метрах друг от друга.
  Мы всегда использовали неожиданность нападения, в основном старались уничтожать спящих кровососов. Только сейчас я признался себе, что у меня в открытом бою с мокрецами изначально не было и шанса из тысячи. Невообразимая скорость! Пока они заняты друг другом, можно выстрелить из арбалета, но ясно, что в лучшем случае я смогу завалить одного мокреца. Я быстро сменил оружие. Вопрос о выборе цели не стоял: с похитителем у Тани немного шансов выжить, а Ник, как я понял, должен вернуть её лорду.
  Драка опять подкатилась ближе, и вампиры замерли у края крыши. Противник Ника удерживал его одной рукой, а другой пытался выломать прут из ограждения. Прицеливаясь, я пожалел, что отложил автомат: вот сейчас их можно было обоих снять одной очередью. Выстрелить не успел: Ник вывернулся, и вампиры опять переместились. Теперь они были совсем рядом со мной. Похититель осторожно скользил по коньку, сжимая в руке металлический штырь, а Ник опять отступал, не спуская глаз с его лица. Широкая спина была идеальной мишенью, промахнуться на таком расстоянии вообще было невозможно. Я выстрелил в тот момент, когда похититель неуловимо-быстрым движением воткнул штырь в живот Ника.
  Вампир успел обернуться, болт попал ему в грудь. Как получилось, что мы вместе с ним покатились вниз по скату, я не понял. Ломая ногти, я тщетно пытался за что-нибудь зацепиться и остановить это стремительное падение.
  В ограждение мы врезались тоже вместе и проломили его. Я уцепился было за решётку, мощный рывок едва не выдрал руку из плеча, и пальцы соскользнули. Жестяное ребро прошлось по моему телу, обдирая кожу, ноги повисли над пустотой, и я из последних сил вцепился в ненадёжную жесть.
  Далеко внизу раздался звук глухого удара. Направляющая водостока, за которую я держался, медленно гнулась. Одна рука онемела и почти не чувствовалась. Пытаясь найти опору, я осторожно попробовал пошевелить ногой. Вроде бы коснулся стены, но тут пальцы едва не соскользнули, и я в ужасе замер.
  Гладкий металл, казалось, рвётся из пальцев. Мокрецу и убивать меня не придётся, сейчас сам навернусь. По-крайней мере, с Таней всё должно быть в порядке...
  Тёмная фигура выросла на фоне потемневшего неба. Ник остановился рядом и перегнулся вниз, бесстрастно глядя на землю, потом перевёл пустой взгляд на меня. Я почувствовал вспышку бессильной ярости и из последних сил попытался подтянуться. Рука сорвалась с края жестянки, я ощутил, как скользит другая и в отчаянии снова попытался зацепиться, но в этот момент ледяные пальцы обхватили моё запястье и рванули наверх.
  Я невольно схватился за плечо и зашипел от боли. Мокрец отошёл к окошку и скорчился на его полукруглой крыше. Я отступил подальше от края, с трудом переводя дух, и огляделся. Арбалета нигде не было. Я подобрал автомат, скатившийся к ограждению и покосился на Ника. Он сидел спиной ко мне. Меня это смутило.
  Я поставил автомат на предохранитель. Ник обернулся на щелчок, но ничего не сказал. Я не мог рассмотреть выражения его лица в сгустившемся сумраке. Хотя какое там у него выражение! Я подошёл к вампиру и замер рядом. Что делать дальше я не знал.
  Ник встал:
  - Надо позаботиться о теле. Нож есть?
  Я кивнул. Мы пошли к спуску с крыши. Вампир шёл впереди, его движения были скованными, и я подумал, что он ещё не восстановился. Глядя в его затылок, я ощущал растерянность. Казалось, если бы он не подставлял мне спину с такой беспечностью, мне не было бы так неловко.
  Когда мы зашли на лестницу я спросил:
  - А Таня?
  - Как она? - осведомился Ник без малейшего интереса.
  - Как под гипнозом. Я не смог привести её в себя.
  - Я смогу, - сухо сообщил вампир. - Хотя если Макс будет мёртв, она и сама, скорее всего, очнётся.
  Мы вышли из подъезда и обошли дом. Тела вампира не было. Я невольно поднял взгляд наверх, на сломанное ограждение: это точно было то место.
  Ник стоял рядом. Полуприкрыв глаза, он сделал глубокий вдох. Принюхивается, как собака, может ещё и по следу пройдёт? Вампир закусил нижнюю губу клыками. Мерзкое зрелище! Я отвёл взгляд в сторону и сказал:
  - Не мог он с серебряным болтом уйти далеко. Надо поискать.
  - Нет, - бесстрастно возразил вампир, - он вообще не мог уйти. Его унесли. Искать бессмысленно. Забери оружие и гони машину к подъезду, я Таню вынесу.
  - Оружие?
  Ник шагнул и ткнул пальцем. Уже совсем стемнело. Арбалет, застрявший в ветках куста, я заметил только уткнувшись в него носом.
  Когда я подогнал машину к подъезду, Ник уже стоял там, поддерживая Таню под локоть.
  Он усадил её на переднее сиденье, а сам сел сзади, у меня за спиной. Меня это выбило из колеи. Сначала я уговаривал себя не обращать внимания: он-то мне спину спокойно подставляет. Но надолго меня не хватило, я развернулся и зло спросил:
  - Пересесть можешь?
  Я был готов к язвительному ответу или к грубости, но вампир, не меняя выражения лица, передвинулся вправо, к самой дверке. Мне стало неловко из-за этой вспышки.
  Некоторое время ехали молча, Таня по-прежнему была не в себе, и я спросил:
  - Ну что, гипноз снять не получается?
  - Контроль.
  - Что?
  - Не гипноз, а контроль.
  Какая, спрашивается, разница?! Я покосился на Таню, глядевшую вперёд пустым взглядом.
  - Любой мокрец может снять контроль другого?
  Ник не ответил. Я взглянул на него в зеркало - и оторопел. Белые слепые глаза на бледном лице, судорожно сжатые губы... Такого мне видеть не доводилось. Чёрт! Оружие на заднем сиденье, рядом с кровососом. Похолодев, я с трудом заставил себя не отвлекаться от дороги.
  - Не называй нас так.
  Голос звучал тускло и безжизненно. Я бросил короткий взгляд через плечо и с облегчением заметил, что Ник выглядит вполне обычно, как и раньше. Это что, он из-за "мокреца" так съехал?
  - Не буду, - буркнул я.
  Вампир промолчал. Какие мы чувствительные! Придётся последить за языком...
  - Нет,- сказал он внезапно, - не любой. Я могу, но не надо сейчас. Привезём домой и уложим спать.
  Я не стал возражать: для Тани так, наверное, будет лучше.
  Мы привезли Таню в особняк, в доме Ник подхватил её на руки и взбежал по лестнице на второй этаж. Пока я снимал ей туфли и пристраивал подушку под голову, Ник притащил плед. Отстранив меня, он заглянул Тане в глаза. Сначала мне казалось, что ничего не происходит. Затем глаза Тани медленно закрылись, всё тело расслабилось, на губах появилась еле заметная улыбка. Мокрец резко выпрямился и скрылся за дверью.
  Я закутал Таню в плед, полюбовался на неё, снял заколку, освободив волосы. Они рассыпались по подушке, окружив прекрасное лицо блестящим чёрным ореолом. Я поцеловал её, едва коснувшись губами, и вышел из комнаты.
  Ник сидел на лестничной ступеньке. Я сел немного выше и стал смотреть на него. Всё было ненормально.
  Вот я сижу рядом с вампиром. Ещё вчера считал его своим смертельным врагом. А сейчас он кто? Вроде, как союзник. Таню домой вернул, меня спас...
  Вампир обернулся, бросил мне на колени мой мобильник и скучным голосом спросил:
  - Опять начнёшь охоту за мной?
  Я растерялся. Подумал. Что, собственно, изменилось? Мокрец он и есть мокрец. Но я чувствовал, что вот на этого охотиться не смогу.
  - Нет, наверное, - неохотно сказал я, и пожаловался: - А ведь я уже такой план придумал!
  Ник оживился:
  - Ну? Расскажешь?
  - Вот ещё! - ответил я. - Перебьёшься.
  Слабо улыбнувшись, он снова отвернулся.
  Чувство ненормальности происходящего почти прошло, оставив осадок некоторой неловкости. Я поколебался и спросил:
  - Слушай, а почему ты тогда был голодный? Ну, когда к тебе Костик и Андрей...
  Вампир не повернулся, только дёрнул плечом:
  - Серебром задели.
  - Но ты ведь мог прямо там... - я замялся, не находя слов.
  - Невкусно.
  - Что?
  - Я их не чувствовал. Совсем. А без эмоций невкусно, - терпеливо повторил он.
  Разговаривать со спиной вампира было неловко. Я неуверенно сказал:
  - Мне даже не вообразить вкус эмоции, - и растерянно замолк, пытаясь представить и осознать.
  Неожиданно Ник вновь подал голос:
  - Стас, дай пожрать, а?
  Я сначала не понял, а потом, не веря своим ушам, уставился на вампира, сжавшегося на ступеньке. Он повернул голову, и я встретил пристальный взгляд бледно-зелёных глаз, глядевших на меня через завесу рассыпавшихся волос.
  - Ну, ты и нахал, - ошеломлённо пробормотал я.
  - Я голоден, - возразил Ник и снова отвернулся.
  Меня охватили смешанные чувства. Я и думать не хотел о том, чтобы кормить мокреца. Всё во мне протестовало. С меня и одного раза больше, чем достаточно. Но слишком хорошо я помнил, что такое сидеть голодным. И хотя голодать меня заставил именно Ник, я поверил, что он это сделал не специально. А ведь, по идее, голод вампира намного сильнее человеческого голода.
  Я поколебался - и протянул ему руку.
  Удар клыков, и резкая боль. Хотя она почему-то почти сразу исчезла. Рука онемела. И вдруг моё горло свела судорогой палящая жажда, какой я раньше и представить не мог. Вкус на языке - сладкий, солёный, восхитительный. Трудный первый глоток смочил опухшее горящее горло. Второй глоток легче, и ещё, и ещё... Я жадно глотал горячую чудотворную влагу и чувствовал признательность к тому, кто так щедро делился со мной.
  Наваждение исчезло. Я потрясённо смотрел на голову Ника, склонившуюся над моей рукой и судорожно вцепившиеся в неё пальцы.
  Мокрец отпустил мою руку и посмотрел на меня. Мне стало не по себе от этого взгляда - я не мог понять выражение его лица.
  - Ник, я не думал, что это так... - я запнулся, не находя слов.
  Да разве такую жажду можно утолить несколькими глотками!
  - Ты ведь ещё голоден?
  - Да, - согласился Ник, вставая, - мне сегодня здорово досталось. Но сейчас я уже уверен, что смогу держать себя в руках. А может, удастся и ещё перекусить, - его улыбка мелькнула и исчезла, и он озабоченно сказал: - Моя Кристи пропала.
  Преодолев лестницу одним фантастическим прыжком, он промчался через холл и исчез за дверями. Я даже сказать ничего не успел.
  Что же он рассиживался, если так спешил? Был так уверен, что я не откажусь его подкормить? Вот ведь паразит! Я возмущенно покрутил головой, но губы сами кривились в улыбке.
  Ладно, всё нормально.
  
  ***
  Таня спала до утра. Я притащил кресло к дверям её спальни и устроился там. Даже подремал немного. Она вышла из комнаты, когда только начинало светать. На щеке ещё был виден след от подушки, волосы спутались, костюм измят. Выглядела она необычайно привлекательно: тёплая, нежная, доступная.
  Оказалось, что Таня помнит только, как вышла из такси у кинотеатра, а вампира не видела или забыла. Я рассказал ей смягчённую версию происшедшего, слишком уж она расстроилась. Едва я закончил свой рассказ, Таня потребовала, чтобы я немедленно уехал. Я попробовал возразить, но она категорически заявила, что Данилу не понравится, если он застанет меня здесь.
  Это было похоже на правду. Я представил себя на его месте: мне бы тоже не понравилось. Таня сказала, что поговорит с мужем о разводе. Я пожалел, что ничего не успел спросить у Ника и забеспокоился, вдруг это действительно опасно?
  - Может лучше мне с ним поговорить? - предложил я.
  Таня опять возмутилась моему невежеству, велела не соваться туда, где я ничего не понимаю, и буквально вытолкала меня в холл. Мы договорились созвониться, она поцеловала меня на прощание. Её губы были сладкими, я никак не мог от них оторваться.
  Удар невероятной силы отбросил меня назад. Я пролетел через полкомнаты, врезался в стенку и сполз по ней на пол, безуспешно пытаясь наполнить воздухом отбитые лёгкие. Рядом с Таней в центре комнаты стоял взлохмаченный подтянутый блондин с бледно-голубыми глазами. У дверей я увидел Ника. Он, задыхаясь, прокомментировал:
  - Муж вернулся из командировки, - и свалился на диван в приступе неудержимого хохота.
   Вот скотина!
  Только сейчас я узнал в блондине лорда. Не знаю, изменила его другая причёска или проявление эмоций, но его энергичное возмущенное лицо было не слишком похоже на фотографию, которую я видел. Таня вцепилась Данилу в рукав и что-то тихо говорила. Ник отсмеялся, подошёл ко мне и посоветовал:
  - Стас, исчезни отсюда, они без тебя разберутся.
  Я ещё задыхался. Он, насмешливо блестя глазами, чуть не волоком вытащил меня во двор и поинтересовался:
  - Ехать сможешь?
  К этому времени я уже мог дышать почти нормально.
  - Смогу.
  - Вот и езжай!- скомандовал он. - Вечером приедешь с инструментами, тогда и поговорим.
  - С какими инструментами? - не понял я.
  Ник сообщил:
  - Дэн решил, что стоимость машины он с вас требовать не будет, а вот решётку придётся восстанавливать, - и, ехидно улыбнувшись, добавил: - Сам думай, как. Ломать - не строить.
  
  Глава 24. НИК
  
  Я проснулся в отвратительном настроении.
  Какое Кристине, спрашивается, дело до охотника, что она даже на меня надулась? Дэн скорее всего объяснил ей, что компромиссы здесь невозможны. Она разумная девочка, наверняка уже успокоилась... Надо обязательно встретить её после смены.
  Я проверил мобильник. Она не звонила, но обнаружились пропущенные звонки Бориса. Это меня встревожило. Не должен я был отпускать его одного!
  Борис взял трубку быстро и сразу меня успокоил: всё в порядке, вернулся и готов выйти на работу.
  - Перебьются, - выдохнул я с облегчением. - Дело есть. Я охотника поймал. Надо допросить. Послушаешь, что он думать будет.
  Откладывать допрос не хотелось, значит, чтобы успеть встретить Кристи, надо ехать немедленно, не смотря на то, что улица за окном была залита солнцем.
  - Машина во дворе? Подъезжай за мной. Подбросишь до гаража.
  По дороге, я коротко изложил Борису события, которые он пропустил. Его расспрашивать не стал: раз вернулся раньше намеченного, значит, встретили не лучшим образом, и нечего парня донимать. Захочет - сам расскажет.
  Я забыл забрать у Кристины ключи от дома Дэна и понадеялся, что нас впустит Таня. Телефон она не брала, значит сейчас дома: когда выходит, он у неё всегда под рукой. Но двери оказались заперты, на звонок никто не отвечал.
  Переносить визит не хотелось. Убедившись, что на нас не пялится какой-нибудь случайный зевака, мы скользнули вдоль стены и залезли в окно, закрытое от улицы густыми кустами сирени.
  Вопиющая безалаберность! Окно распахнуто, сигнализация не включена. Я и раньше такое замечал: когда Дэн в отъезде, Таня элементарных правил безопасности не соблюдает, полагаясь на собак. Но сейчас-то их нет! Наверняка за ними и помчалась, а всё остальное вылетело из головы!
  Мы спустились в подвал. Вот так номер!
  - Ему ножовку принесли, - констатировал Борис.
  - Спасибо, кэп.
  Я сделал медленный вдох, обращая внимание на запахи. Таня и Кристи...
  Упрямая девчонка не смирилась и решила освободить Стаса самостоятельно. Смешанные чувства охватили меня: досада от невозможности получить информацию, удивление и даже восхищение Кристиной - надо же, не побоялась! Сильнее всего, однако, была обида от того, что она добивалась выполнения своей прихоти, не считаясь с моим мнением. Ну, и разозлился я, конечно. Что теперь с ней делать?
  В холле, продуваемом сквозняком, запахи почти не чувствовались, но в гараже, где, как и следовало ожидать машины Стаса не оказалось, Кристиной совсем не пахло. Я почувствовал облегчение. Зачем бы Кристи сюда не приходила, охотника освободила не она. А с Таней пусть Дэн разбирается.
   Я отпустил Бориса, позвонил Дэну и сообщил последние новости. Он бесстрастно сообщил, что не видит необходимости менять планы и рассчитывает, что я его встречу, как и собирался.
  Не успел я убрать мобильник, как раздался звонок. Алексей просил меня срочно приехать в больницу.
  - Пожар? - лениво поинтересовался я.
  - Да, - лаконично ответил он и отключился.
  Приёмный покой встретил меня резкой вонью дезинфекции. Как здесь можно работать? На отделении ещё и постоянный запах крови, я бы там слюной изошёл.
  Они ждали меня в середине длинного неуютного коридора с цементным полом и белыми кафельными стенами, - Алексей и парень с загипсованной рукой. Охотника я узнал с первого взгляда, именно этот и всадил мне очередь в живот. Повезло ещё, что серебряных пуль было только две.
  - Ник, познакомься с моим сыном. Александр.
  - Мы встречались, - сухо сказал я. - Это ты ему руку сломал?
  - Сам справился, - хмуро отозвался человек. - Упал неудачно.
  - Жаль, - доброжелательно отозвался я, - что на руку, а не на шею. Это сразу решило бы кучу проблем.
  Он сжал губы и промолчал, переступив с ноги на ногу.
  - Ладно тебе, - сказал Алексей. - Таню похитили.
  - Откуда информация? - рассеянно спросил я, стараясь принюхиваться незаметно. От них исходил слабый запах другого охотника - того, который вломился в мою квартиру. Именно его головой я испортил стену в спальне и был совершенно уверен, что слышал хруст черепа. Я полагал, охотники забрали тела, чтобы похоронить. Любопытно.
   - Стас должен был с ней встретиться. Она приехала на место, но он даже подойти к ней не успел - её взяли под контроль и увезли у него на глазах, - доложил охотник.
  - И что? - спросил я раздражённо. Не вовремя Дэн уехал, сейчас только он и может действовать. Человек глядел непонимающе и я объяснил: - Это классический вызов. Вмешательство будет расценено как дурной тон.
  - Стас поехал за ними один. Его убьют!
  - Скорее всего, - согласился я, мысленно просчитывая возможные варианты развития событий. Варианты были интересные. Вмешательство Стаса кардинально меняло ситуацию: формально он мог считаться моим человеком, и теперь моё участие в конфликте было бы оправдано. Охотник порывался ещё что-то сказать, но Алекс положил руку ему на плечо, и он осёкся.
  - Связь с ним есть?
  - На Тане маячок, - ответил Александр с надеждой в глазах, и протянул мне маленький прибор.
  Разбираться было некогда.
  - Не умею с этим обращаться. Иди на автостоянку, сейчас догоню.
  Я подождал, когда человек отойдёт и спросил:
  - Слушай, Айболит, Дэн знает, какими методами ты пользуешься в реанимации?
  Моя догадка подтвердилась, он растерялся:
  - Откуда... Ты ему скажешь?
  - Сам скажешь! - потребовал я и посоветовал: - Только момент подбери, чтоб в настроении был.
  Алексей скис. Я толкнул его в плечо:
  - Да ладно, оцени перспективу: мы будем первым кланом в истории, приручившим группу охотников. На этой волне у Дэна и не такое прокатит.
  - Что? - удивился этот чудак.
  Но я уже бежал к стоянке...
  
  ***
  Под утро опустился туман. Казалось, он расступается перед моей машиной только для того, чтобы вновь сомкнуться за ней. Раздражённый ограниченной видимостью, я обгонял осторожничающих водителей. Хотелось скорей отвезти Дэна и вернуться домой до рассвета.
   Дэн сказал:
  - Мы можем требовать выдачи Макса. Я бы предпочёл его уничтожить. Ты как?
  Это решение было разумным. Я промолчал.
  - И что вы в нём нашли? - вздохнул Дэн. - Ладно, мы сделаем одолжение Карлосу. Пусть забирает.
  Я кивнул и сказал:
  - Спасибо. Я полагал, что придётся иметь дело с Карлосом. Обнаружить, что всё затеял Макс, было больно. Пришлось напомнить себе, что именно по его наводке охотники вломились в мою квартиру.
  - Занятия с Лёшей чем-нибудь помогли?
  - Безусловно. Я уверенней себя чувствовал, да и защищаться стало легче. Я мог бы легко справиться, но мне хотелось, чтобы это сделал Стас. Люди невероятно медлительны. Я подставлял Макса под выстрел минимум три раза. За это время он изрядно меня отделал.
  - Тяжело пришлось?
  - Рассказать все печальные подробности?
  Дэн усмехнулся.
  - Труднее всего было сидеть спиной к Стасу, когда он подбирал автомат. Я предполагал, что успею услышать выстрел и уклониться от пуль, но полной уверенности не было, уж больно дистанция мала. А думал он перед тем как поставить на предохранитель долго.
  - Как Кристи отнеслась к этой истории?
  - Мы фактически не разговаривали. Я просто забрал её у Карлоса и отвёз домой. Перенервничала, конечно. Была неразговорчива и неправдоподобно спокойна, -я, обеспокоенный явным интересом Дэна к Кристине решился спросить: - Ты ведь не первый раз о ней спрашиваешь. Это участие бескорыстно?
  Дэн фыркнул, но когда я, совершив очередной обгон покосился на него, он сидел с очень серьёзным видом.
  - Раньше - вполне, - сообщил он. - Просто любопытство. Сейчас - нет. Я хочу сделать её советником. Как тебе идея?
  Идея была совершенно бредовой, но сказать такое лорду я не мог.
  - Кристи не хочет обращения.
  - Знаю. Меня интересует именно человеческое мнение по некоторым вопросам. Торопиться незачем. Обдумай на досуге.
  Я озадаченно молчал. Дэн, естественно, принимал решения единолично, но суждения советников иногда меняли его точку зрения на рассматриваемую проблему. Кроме меня советниками были Дима и Алекс. Включение в совет человека, да ещё и женщины мне казалось верхом абсурда. Но на заведомую глупость Дэн не способен - это остановило меня от немедленных возражений и вернуло к животрепещущим вопросам:
  - Карлос сегодня явится с визитом. Он считает возвращение Кристины актом доброй воли.
   - На психику давит! - ухмыльнулся Дэн. - Что он мог сделать, не нарушая договоренностей?
  - Кое-что мог,- не согласился я, - но я сказал, что не считаю себя обязанным, и, хотя формально к нему не придраться, в целом его поведение выглядит весьма некорректно.
  Дэн одобрительно кивнул.
  - Он это и сам прекрасно понимает. Так что теперь он наш должник. Посмотрим, что удастся с этого выгадать. А о Стасе что думаешь?
  - У него сейчас в голове такая каша! Знаешь, я попросил перекусить... Столько противоречивых эмоций: буря чувств, накал страстей. Я ещё и добавил - показал ему жажду.
   Дэн хмыкнул, но от комментариев воздержался.
   - Он мне нравится, - неохотно признал я. - Я этого не ожидал. Не люблю менять своё мнение.
  - Ну и хорошо, я ведь собираюсь ему Таню отдать, - вдруг сказал Дэн. - Что ты на меня уставился? На дорогу смотри.
  - Думал, послышалось. С чего вдруг?
  Дэн благодушно объяснил:
  - У них роман с первого дня, как охотники появились в городе. А я сейчас начал с девушкой встречаться. Я ей и так не слишком нравлюсь, и жена мне совсем ни к чему.
  Я молчал, переваривая сказанное.
  - Обиделся?
  - Есть немного, - согласился я. - Ты предполагал, что она его выпустит. Не проще ли было поговорить со мной?
  - Ты бы возражал, а приказывать мне не хотелось. Я ведь тоже умею рассчитывать варианты, - с мягким упрёком сказал Дэн.
  - Кристи была права насчёт Стаса, а я нет. Ты поэтому хочешь её в Совет?
  Дэн кивнул:
  - Она твоя, и решение принимать тебе, но было бы интересно узнавать мнение Кристины по некоторым вопросам. Наши контакты с людьми расширяются, ты и сам к этому приложил руку. Это оправдано, я считаю. Мы по-прежнему нуждаемся в общении, а, испытывая инстинктивную неприязнь друг к другу, в своём кругу полноценно общаться не можем.
  Я смутился. Об этом было не принято говорить, мы с Дэном никогда этого и не делали. Он всегда относился ко мне доброжелательно. Может, я чем-то спровоцировал разговор?
  - Что-то было заметно? - принуждённо спросил я.
  - Как можно! - быстро возразил Дэн. - Мы же воспитанные... люди.
  У меня внезапно полегчало на душе и, широко улыбнувшись в ответ на его улыбку, я завёл машину во двор.
   Уже совсем рассвело. Надо бы скорее домой. Похоже, день будет пасмурный, но ведь ещё машину в гараж ставить. Вполне может распогодиться.
  - Как ты собираешься поступить с Таней?
  - Оформлю развод и отпущу, - безразлично ответил он.
  У меня это не укладывалось в голове:
  - Как можно отпустить своего человека? - недоверчиво спросил я, поднимаясь на крыльцо. - Это же вразрез со всеми инстинктами. Я такое даже представить не могу.
  - Думаю, что справлюсь, - пожал плечами он и распахнул дверь.
  В центре холла Стас целовал Таню, и Дэн, естественно, бросился на него. Куда подевались все благие намерения? Жутко хотелось его подколоть, но я решил не нарываться. Пока Таня его увещевала, отправил Стаса домой и по-тихому смылся сам. Спать пора.
  
  ***
  Всё складывалось великолепно. Авантюра Макса не удалась, но он остался жив. Слишком многое нас связывало в прошлом - мне не хотелось его убивать. Группа охотников прекратила свою деятельность. Если всё пойдёт, как я рассчитывал, они останутся при клане, что добавит Дэну веса в глазах других лордов. Наконец я смогу побыть с Кристиной, не отвлекаясь на горящие дела! А потом можно будет без особой спешки объехать виртуальных знакомых. Уверен, мне и с ними обязательно повезёт, и клан пополнится новыми членами. Даже погода благоприятная: за окном накрапывал мелкий дождь.
  Только телефон подвёл - постоянно отключался. Похоже, я его повредил во время разборок с Максом. Жаль, привык. Купить такой же или этот в ремонт отдать?
   Я позвонил Боре и сказал, чтобы он подъезжал к Дэну. Ну и сам, конечно, поехал.
  Во дворе особняка уже стояли машины. Дэн на крыльце разговаривал по телефону. Увидев меня, он сказал:
  - Он здесь уже. Приезжайте. Конечно, удобно.
  - Ждёшь кого-то с особенным нетерпением? - поинтересовался я ехидно.
  - Тебя, мой герой, - в тон ответил Дэн. - Мобильник включи. Почему-то все, кто не может до тебя дозвониться, звонят мне. Пойдём, у нас сегодня весело.
  Я вопросительно вскинул бровь. Собрания у Дэна можно было назвать какими угодно, но только не весёлыми.
  - Первым приехал Алексей и привёз с собой двоих охотников. Эти двое ругаться начали ещё до приезда. Потом явился Стас, и они продолжили уже втроём. А когда Алексей вмешался, они разорались так, что я сбежал на крыльцо. Здесь, по крайней мере, от их воплей не так звенит в ушах.
  Я прислушался. В доме было тихо.
  - Они там друг друга не поубивали?
  - Не надейся, - категорично заявил Дэн, - Временно выдохлись и дуются молча. Ты так легко не отделаешься. Будешь теперь и межрасовые конфликты разбирать.
  Я усомнился, что охотники, пусть даже бывшие, сочтут возможным считаться с мнением вампира, но возражать не стал: там видно будет. Вместо этого я предупредил Дэна:
  - Борис приедет. Я подумал, ему будет полезно присутствовать при разговоре с Карлосом. И Карлосу не вредно принести извинения не тет-а-тет, а при других членах клана.
  - Знаю. Боря мне звонил, когда до тебя не смог дозвониться.
  Я достал мобильник и включил его.
  - Где-то контакт отходит. Уже не первый раз сегодня. Что Борьке надо было?
  - Спрашивал, можно ли гостей привезти, - пояснил Дэн равнодушным голосом. Глаза его подозрительно блестели, мне показалось, что он в душе веселится.
  - Каких ещё гостей? - насторожился я.
  - Увидишь, - пообещал он, - будет интересно.
  Почему-то мне это не понравилось.
  - Кто ещё звонил? - обречённо спросил я.
  - Лёша с Наташей приехали и рвутся тебя увидеть.
  - А этим что надо?
  - Приедут, сами расскажут, - благодушно заметил Дэн.
  Я подозрительно посмотрел на него:
  - Я что-то пропустил?
  - Вовсе нет, - успокоил он меня, - я даже не уверен, что вообще что-то будет.
  Я не стал спрашивать, что может быть. В такой пёстрой компании случиться может всё, что угодно. Тут не расслабишься.
  Мы, наконец, прошли в дом и пересекли пустынный холл. В гостиной народа было немного. Командир группы, мой предположительный покойник, а ныне пациент Алексея, глядел в окно, стоя спиной к комнате. Хорошие нервы у парня. Двое других охотников сидели на диване около столика с бутылками и фруктами. Надо же, Дэн специально для людей стол организовал! Впрочем, вид у парней был нахохленный - им явно не до еды. Тани в комнате не было. У противоположных дверей стояли Дима с Леной. Похоже, они недавно вошли и не решались подойти, не зная как себя вести. Приятно встретиться, хотя я и удивился их присутствию. Вероятно, Дэн пригласил их из тех же соображений, что я Борю. Я раскланялся с ними и подошёл к людям.
   К моему удивлению Стас и Саня обменялись со мной рукопожатиями. Мне было неловко: у нас не приняты такие приветствия. Но то, что они так зримо продемонстрировали своё приятие, славно. Особенно меня поразил Стас. Я хорошо помнил его брезгливое отношение ещё какую-то неделю назад.
  Третий охотник демонстративно держал руки за спиной, да и здороваться не стал. Даже отвернувшись, я чувствовал на себе его тяжёлый взгляд. Этот парень вполне способен доставить кучу неприятностей. Для человека он очень быстр, да и мечом владеет чертовски хорошо. Надо присматривать за ним.
  Алекс выглядел спокойным и довольным. Спросить бы, чем закончилась ругань, но сейчас вроде бы не ко времени.
  Дэн ухватил за локоть Стаса и увлёк его к дверям:
  - С вами молодой человек у меня будет отдельный разговор.
  Стас выглядел настороженным, но не испуганным. Хорошо. Надеюсь, сейчас Дэн сможет с собой справиться, лишь бы Стас что-нибудь неподходящее моменту не ляпнул.
  Проводив их взглядом, я повернулся к командиру охотников, который по-прежнему смотрел на меня с нескрываемой враждебностью. Поговорить, что ли, выяснить отношения?
  Сначала я хотел тоже увести его куда-нибудь, как Дэн Стаса, и пообщаться наедине, но сейчас решил, что незачем.
  - Как тебя?
  - Андрей, - буркнул он.
  - Так вот, Андрей. Не буду говорить, что сожалею о смерти твоего брата, потому что это не так. Только напомню, что с моей стороны это была самооборона, и мои действия были адекватны угрозе. От твоего исчезновения и внезапного воскрешения я тоже в восторг не пришёл. Но твои друзья хотели, чтобы ты жил, и, пока ты не угрожаешь мне и моему клану, ты - в безопасности.
  Андрей молчал, глядя в пол. Дыхание тяжёлое, кулаки сжаты. Командир группы мог бы лучше себя контролировать. Ладно, для начала хватит. Я обернулся к Алексу и спросил:
  - Он в курсе?
  - Да. И Дэну я тоже сказал, - ответил он довольно сухо.
  - Ты нахлобучку получил, что ли? - поинтересовался я.
  - Хуже, - усмехнулся Алексей. - Велено мне моего пациента беречь и лелеять, как экзотический цветок, чтобы с ним чего не приключилось.
  - Что? - потрясённо спросил Андрей.
  Не обращая на него внимания, наш доктор с удовольствием доложил мне:
  - Данил говорит, что такого вампира ему не надо.
  Я с трудом сохранил безразличный вид. Смешно: истребитель вампиров обижается на то, что его не хотят видеть в клане.
  - Его можно понять, - серьёзно согласился я, и похлопал Алекса по плечу. - Мои соболезнования. Нянькайся. Впредь будешь думать, кого и какими методами лечить.
  Дмитрий взял было Елену под руку и повёл к нам, но на полпути они остановились и снова стали тихо обсуждать человеческую команду. Вид у них был озадаченный.
  Обойдя Андрея, я подошёл к ним. Елена протянула мне руку для поцелуя и громко капризно спросила:
  - А в чём дело? По-моему, он очень милый мальчик.
  Я подвёл их к охотникам и начал представлять людей и вампиров друг другу. Давно я так не развлекался! Мне показалось, что неприятно поражены были обе стороны.
  Впрочем, Елена первая пришла в себя.
  - Дима, - воодушевлённо сказала она, - ты не возражаешь, если я сейчас познакомлю Андрюшу с домом и покажу галерею?
  - Спасибо, не надо, - быстро возразил Андрей.
  Дмитрий снисходительно улыбнулся и заметил:
  - Не бойся, парень: Леночка не голодна.
  Андрей вспыхнул и возмущённо сказал:
  - Я и не боюсь. Просто я...
  - Ну и прекрасно, - улыбнулась Елена, не показывая, однако, клыков, её цепкие пальчики уже лежали на руке Андрея, увлекая его к дверям, - И соблазнять я тебя тоже не собираюсь, мой дорогой. У меня Дима есть. Извини, конечно, но ты ему - не конкурент. Но иногда так приятно пообщаться с молодёжью.
  Проводив их недоуменным взглядом, я вопросительно взглянул на Дмитрия.
  - Пусть развлечётся, - пожал он плечами. - Может, пригладит ему иголки. Мне кажется, она любого человека может очаровать.
  - Пусть, - согласился я. - Хотя этот конкретный человек очень нас не любит.
  - Леночка неотразима, - возразил Дима, - её все любят.
  Оптимист.
  Появились ещё двое, шестёрки Дэна. Они часто у него торчат. Они замерли в сторонке у стеночки, безразлично осматривая присутствующих.
  Я выглянул в окно, посмотреть, кто подъехал. У крыльца стояла Борина машина. Он открыл дверку женщине с седыми волосами, с другой стороны выпорхнула симпатичная девушка. Я ещё сомневался, кто эти гости, но догадки у меня появились. Выскользнув в холл, я замер у дверей.
  Они вошли, и уставились на меня. Борис замялся на пороге с виноватым видом. Женщина выглядела настороженной. Девушка с улыбкой шагнула ко мне:
  - Привет! Я тебя помню. Ник, верно? Ты ко мне приходил сказать, что Борька теперь вампир. Совсем не изменился, только волосы вроде бы светлыми были, да?
  Я её не узнал. Девчонка, к которой я заходил после обращения Бори, была угловатой и довольно страшненькой, с почти такими же ярко-рыжими волосами, как и у него. Сейчас её волосы светлели до медовых, и выглядела она очень мило. Даже запах стал другим.
  Пришлось изобразить мою лучшую улыбку:
  - Алина, ты неузнаваемо похорошела.
  Она просияла. Боря шагнул вперёд:
  - Мастер, это моя мама, Анна Алексеевна.
  На мгновение склонив голову перед женщиной, я возмущено посмотрел на него. Дэн шагнул откуда-то из-за моей спины, встал рядом со мной и мягко сказал:
  - Я рад приветствовать в своём доме семью нашего самого юного товарища.
  Повернувшись ко мне, он объяснил:
  - Боря не смог до тебя дозвониться, поэтому позвонил мне, и я их пригласил.
  Прикоснувшись к локтю женщины, он предложил:
  - Пойдёмте, я представлю вас остальным гостям.
  Я предложил руку Алине. Борис обеспокоенно пытался поймать мой взгляд. Я его проигнорировал. Очень уж он меня разозлил. Не смог дозвониться, как же! Он встречался со мной после приезда - мог бы и сказать, что притащил семью сюда, а не сваливать их, как снег на голову.
  В зале были все. Таня со Стасом стояли рядом с Саней и держались за руки. Вид у Стаса был сияющий, хотя Таня выглядела озабоченной. К моему удивлению, Елена уже привела Андрея назад. Это она его так быстро уболтала, или решила, что он полностью безнадёжен, и нечего зря время тратить? Я посмотрел на неё вопросительно, она ответила мне гордой улыбкой и отвернулась, взяв под руки Дмитрия и Андрея. Он выглядел довольно растерянным. Ну, Ленка - чудеса творит!
  Видывал я у Дэна и больше народа, он достаточно часто принимал гостей, но это были или люди, или вампиры. Смешанная компания в гостиной выглядела достаточно непривычно. Я такую вообще видел первый раз.
  Мы подвели новоприбывших и представили их. Алина, к моему удивлению, сразу узнала Лену и стала восхищаться. Оказывается, видела фильм, где у неё была небольшая роль.
  - Здорово! Такая яркая игра, я сразу обратила внимание. Ты ещё снималась где-нибудь?
  Елена была в восторге, она вообще обожает поклонников. Сразу же пригласила Борину сестру на завтрашний спектакль, пообещав оставить контрамарку.
  - А вот от съёмок я отказываюсь, - с сожалением пояснила она. - Это достаточно неудобно при моей аллергии на солнце, да и широкая известность мне тоже ни к чему. Может вызвать ненужные сложности.
  Алина неуверенно оглянулась на брата, бросила короткий взгляд на меня и переспросила:
  - Аллергия на солнце? Ты что, тоже...
  Лена рассмеялась, продемонстрировав клыки. Я тоже не смог удержаться от смеха.
  - Ты пришла с вампиром в резиденцию его лорда. Кого рассчитывала здесь увидеть? - ехидно спросил я.
  Девушка обиделась:
  - Нечего надо мной смеяться! Подумаешь, растерялась! Я не ожидала, что вампиром может оказаться кто-то, кого я знаю.
  Анна Алексеевна робко спросила Дэна:
  - Все, присутствующие здесь - вампиры?
  - Да вы не беспокойтесь, - беззаботно сказал Дэн. - Ни один вампир на моей территории вас не тронет. Будьте осторожнее вот с этими ребятами, - он кивнул на охотников. - Они люди и могут быть крайне агрессивными и несдержанными. Сегодня здесь вообще людей больше, - непринуждённо объяснил он.
  - Что значит "охотники"? - не поняла Анна Алексеевна.
  - Охотники на вампиров, - довольно сказал Дэн.
  Алина повернулась к нему с приоткрытым ртом, затем посмотрела на Андрея, которого Елена так и держала под руку, и неуверенно спросила:
  - Вы нас разыгрываете?
  - Вовсе нет. У нас сегодня день открытых дверей, - серьёзно объяснил я. - Саня, например, - я дружески положил руку ему на плечо, - всадил мне несколько пуль в живот, серебряных в том числе. Но я легко отделался, вот Дэну от этих ребят очень неслабо досталось.
  Второй рукой я попытался обнять Андрея, но он стряхнул её с независимым видом и сказал ледяным тоном:
  - Стаса там не было.
  Выглядел он спокойным, хотя по запаху чувствовалось, что нервничает. Возможно, я этого парня недооценил. Что-то в нём есть. Лена еле заметно улыбнулась и отрицательно покачала головой. Уже и защитница нашлась!
  Я вновь оглядел Сашу, привлечённый нотой страха в его запахе. Он тоже не выглядел испуганным, и не пробовал отстраниться от моей руки, но пытался встретиться взглядом с Алексом. Свеженайденный папочка старательно отворачивался, делая вид, что увлечён беседой с охранником. Борис, сделав морду кирпичом, спешно выскочил из гостиной, через несколько секунд я услышал откуда-то издалека его дикий гогот.
  Я собирался продолжать: пусть почувствуют себя виноватыми, но тут неожиданно встрял Стас:
  - Ладно тебе, Ник, хватит. Ну, вышло недоразумение, что же теперь! Вы оклемались, всё нормально.
  Дэн тихо хмыкнул и, перехватив мой взгляд, кивнул головой на двери. Я предложил Бориным дамам:
   - Вы с ними поговорите, они сами всё расскажут.
  Оставив компанию общаться, я поспешил за Дэном в кабинет.
  - Ник!
  Ну что ещё? Я повернулся к подходящему Андрею, смерил его холодным взглядом и вопросительно вскинул бровь.
  - Не хочу становиться вампиром!
  - Мало кто хочет, - саркастически сказал я. - Ну не становись: береги себя, не лезь на рожон. Четыре года пройдут быстро...
  - Я постараюсь, - его пальцы стиснулись в кулаки, но голос звучал спокойно и сдержанно. - Но если со мной что-то случится, можно сделать так, чтобы обращения не произошло?
  - С этим к Алексею. Ты его, - отрезал я.
  Охотник подался вперёд, заиграли желваки на скулах. На миг мне показалось, что сейчас он не выдержит и бросится на меня, но человек сумел справиться с собой:
  - Я с ним говорил. Он не возражает.
  Наломают дров, а мне разгребать! Я посмотрел на доктора. Алекс стоял в противоположном конце зала но, конечно, слушал наш разговор и, перехватив мой взгляд, кивнул. Вот гад!
  Но, глядя, на его виноватое лицо, я подавил досаду. Алексу простительно: врач убивать не должен.
  - Хорошо, - обречённо согласился я. - Если понадобится, убью тебя ещё раз. При условии, что не надо будет бегать за тобой по всей стране.
  Не давая ему возможности сказать что-то ещё, я стремительно вышел из зала.
  Борис вывернулся из бокового коридора и увязался за мной. Он пытался изобразить смущение, но получалось плохо. В кабинет мы зашли вместе.
  Дэн, уже наполнивший вином два бокала, с сомнением поглядел на Борю и достал третий.
  - Замечательно! - сказал я. - Полный дом гостей, а хозяин сбежал, чтобы предаться человеческому пороку. Чему ты, собственно, рад?
  - Гости сами себя займут, - отмахнулся он, - поговорить надо, пока Лёша не приехал.
  Я взял бокал, сел в кресло и поинтересовался:
  - Может, расскажешь сначала в двух словах, как вы тут со Стасом общались? Интересно же!
  - Да, было забавно, - Дэн улыбнулся ещё шире. -Этот мальчик чувствовал себя отважным рыцарем, отбившим у дракона юную деву.
  - Думаешь, у них что-то получится, дракон? - усомнился я. - Они и знакомы-то без году неделя.
  - А почему бы и нет? - удивился Дэн. - Влюблены - для начала уже неплохо. Оба достаточно зрелые люди, готовые идти на компромисс. В конце концов, оба знают о нашем существовании, а общие тайны тоже сближают.
  - Надо подыскивать нового аудитора, - сделал вывод Боря.
  Дэн снисходительно улыбнулся, и ответил:
  - Ерунда! Не думаю, что Таня захочет уйти с работы.
  - У Стаса может быть своё мнение по вопросу о сотрудничестве с нежитью, - заметил я.
  - Я полагаю, что решающее слово будет за Таней. Хочешь поспорить?
  Я расхохотался:
  - Ну, вот ещё! Нисколько не сомневаюсь, что из доблестного воина выйдет отличный подкаблучник.
  - Не вижу в этом ничего смешного или страшного, - заметил Дэн. - Он непрактичный, а Таня - очень разумная женщина. Жаль, что она не захотела обратиться. Получилась бы великолепная вампирша.
  Он задумчиво побарабанил пальцами по подлокотнику и спросил:
  - Ты строиться собираешься, или как?
  Я растерялся. С чего вдруг Дэн заинтересовался моими жилищными проблемами?
  - Твоя идея с незаметной квартирой на окраине себя, как видишь, не оправдала. А вот, что второе лицо клана живёт в какой-то дыре - просто неприлично.
  Я поднял руки:
  - Согласен, что дальше?
  - Может, пора задуматься о своей строительной фирме? - предположил Дэн.
  Я молчал. Он немного подождал, вздохнул и сказал:
  - Можно было бы построить несколько коттеджей в том районе, где мы зайцев гоняем. Постоянного населения практически нет. Большой поток ролевиков, которые, как правило, ребята молодые и здоровые. Уникальная возможность использовать строителей, которые не будут удивляться специфическим требованиям клиентуры.
  - Кристине это не понравится, - подал голос Боря.
  Противопоставлять интересы человека нашим было не вполне корректно, но он был прав. Тем не менее, я его реплику проигнорировал из принципа. Дэн возразил:
  - Дачники будут только рады приличной дороге. Километра два не доезжая до дач, сделать ответвление на три-четыре километра в сторону.
  Очень продуманно это у него звучало.
  - Посмотреть надо, - сказал я. - Планировка посёлка и проекты готовы?
  - Нет ещё, - ответил он кротко.
  Мы поглядели друг на друга и расхохотались.
  - Итак, что мы Лёше предлагаем: кредит под минимальный процент на свою фирму или место директора с правом последующего выкупа?
  Я не раздумывал:
  - Кредит, конечно. Пусть крутится.
  - А потянет?
  - Ну откуда я знаю? - изумился я. - Ему виднее. Парень серьёзный, если не будет в себе уверен, так и скажет.
  - Значит, кредит, - согласился Дэн. - Сумму пусть сам прикинет. Я с ним поговорю. А сейчас пошли гостей развлекать.
  Торчать в гостиной не хотелось. Без меня справятся! Подожду Карлоса на улице, наслаждаясь осенними ароматами.
  - Ник, поговорить надо!
  Я уже подошёл к высоким стеклянным дверям, ведущим в сад, с досадой оглянулся на Стаса и с тоской поинтересовался:
  - Приватно?
  Он посмотрел с недоумением, потом сообразил:
  - Я не понял вначале. Это что, все ваши слышат, о чём мы разговариваем?
  Он оглянулся на Таню и слегка покраснел. Я только хмыкнул. Что же он ей такого наговорил, что при воспоминании в краску бросает?
  - Не совсем так, - успокоил я его. - Скорее, могут слышать. Мы стараемся пропускать всякие шумы, разговоры в том числе, мимо ушей. Ты представляешь, сколько разговоров одновременно ведётся даже здесь, где не так уж много народа?
  - Во всём есть свои плюсы и минусы, - согласился он. - Нет, не хотелось бы, чтобы нас слушали.
  - Тогда пойдём в кабинет, - вздохнул я.
  В любой момент может явиться Карлос, да ещё и молодожёны не приехали. Похоже, мне не скоро удастся выйти на свежий воздух.
  Мы опять поднялись в кабинет Дэна. Я достал бутылку:
  - Будешь?
  - Нет, - категорически отказался Стас, - мне Данил уже наливал, а я за рулём.
  Я налил себе, сел на стол и спросил:
  - Что там у тебя?
  Он неожиданно смутился:
  - Да, в общем, мелочь. Знаешь, Ник, я сегодня видел Танин паспорт, так по документам ей тридцать два.
  - Я в курсе. Тебя смущает, что она старше, чем ты?
  - Что за ерунда! - возмутился он. - Но обсуждать с ней возраст мне показалось неудобным, и я решил спросить у тебя. У неё не фальшивые документы?
  - Нет, - холодно ответил я. Разговор принимал неприятный оборот.
  - Видишь, - смущённо пояснил он, - я был совершенно уверен, что ей не больше двадцати четырёх. Да и то, исходя из того, что она институт закончила и поработать успела, а так она ещё младше выглядит.
  Он смотрел на меня вопросительно. Я промолчал. Пусть договаривает.
  После паузы он неуверенно продолжил:
  - Таня говорила, что Данил давал ей свою кровь. Я хотел узнать, связано ли это с тем, как она выглядит? Ведь по идее, если кровь вампира восстанавливает человеческий организм от травм, она и процессы старения должна пресекать? Вроде эликсира вечной молодости.
  - А почему ты решил спросить у меня? - мягко поинтересовался я.
  - У кого же ещё? - удивился он.
  - У Дэна, например. Всё-таки кровь его была, и Таня тоже... его.
  Он пожал плечами:
  - Поэтому и решил, что неудобно.
  - Дэн здесь самодержец и волен творить всё, что левая нога пожелает. Кроме того он подвержен частым приступам гуманизма, - объяснил я, приближаясь к Стасу, поднял его за отвороты рубашки и злобно прошипел прямо в растерянное лицо. - Ты понимаешь, Ван Хельсинг доморощенный, что я здесь служба безопасности? И что я теперь с тобой должен делать?
  - Отпусти для начала, - спокойно потребовал он.
  Я швырнул его обратно в кресло, отошёл к окну и сел на подоконник. Он поправил рубашку и сказал:
  - Не понимаю, с какой стати ты вообще завёлся. Подумаешь, великая вампирская тайна! Полагаю, Тане она давно известна.
  - Сомневаюсь, что Дэн ей что-то сказал, - мрачно выдавил я.
  - Надеюсь, ты не считаешь её круглой дурой?
  Я промолчал.
  - Ещё что?
  - В каком смысле?
  - Я хочу знать, какие ещё побочные воздействия оказывает кровь вампира на человеческий организм?
  - Долгоиграющие - не выявлены, а действие кратковременных уже закончилось.
  - Как ты можешь быть в этом уверен?
  - Могу. Если ты не против, не буду вдаваться в физиологические подробности, - ответил я и саркастически добавил: - Если Таня такая умная, она тебе сама расскажет.
  Он обдумал мои слова, кивнул и встал:
  - Ладно. Ты можешь быть уверен, что я ни при каких обстоятельствах не проговорюсь.
  - Обстоятельства меняются, и людские намерения тоже, - сдержанно отозвался я.
  - Ты что, мне не доверяешь?
  Я не ответил.
  Его глаза сузились.
  - Ну, ты и зараза расчётливая! - зло сказал Стас. - Я только сейчас понял: ты ведь, когда подставлялся на крыше, ни на грош мне не доверял, так? А я-то вообразил! Знаешь, когда тебе доверяют, да еще вот так, авансом, это обязывает.
   - Не знаю, - сказал я без выражения. - Возможно, тебя утешит, что я вообще никогда никому не доверяю. Я знаю, что могу рассчитывать на себя. Это всё.
  Подумав, я добавил:
  - Я вон Максу доверял!
  Он ошарашено глядел на меня:
  - А Данил?
  - Он меня ценит, - согласился я, - Но на первом месте для Дэна - Дэн, на втором - клан.
  - Кристи?
  Я не ответил. У меня уже была девушка, любившая меня. Это не помешало ей выскочить замуж за другого при первой возможности.
  Стас долго молчал, затем неуверенно сказал:
  - Так невозможно жить.
  - Неужели? - удивился я. - И как же я до сих пор справлялся!
  - Во всяком случае, я считаю, что вполне достоин доверия, - сказал он, вновь направляясь на выход, - И тебе доверяю, хотя ты иногда можешь быть редкой задницей.
  - Ну и зря! - сказал я ему в спину.
  Стас не обратил на это внимания и тихо прикрыл за собой дверь. Искренность его слов меня расстроила. Зачем мне это доверие? Оно легло на душу тяжким грузом.
  - И какого черта? - расстроено пробормотал я и повернулся к окну. То что я там увидел, заставило меня выбросить из головы, по крайней мере на время, произошедший разговор.
  Во дворе остановилась машина Карлоса. Три двери распахнулись почти одновременно. Карлос приехал не один. С ним пожаловали еще два члена Совета.
  Они будут шокированы, увидев людей. Только для Карлоса это не будет неожиданностью. Пусть мы многое воспринимаем по-разному, но он умён, и с ним можно найти общий язык. Я рассчитывал, что, когда дойдёт до этого, Карлос поддержит нашу позицию в Совете и поможет убедить всех лордов в правомерности нашей политики.
  Направляясь в гостиную, я думал о неожиданных гостях. Эльван, самый молодой член Совета, был младше меня лет на тридцать и стал лордом чуть больше десяти лет назад. Мы с ним были хорошо знакомы. Одно время он даже кочевал вместе со мной и Максом, правда, втроём мы оставались совсем недолго. Я и до этого задумывался о том, чтобы порвать с Максом и начать самостоятельную жизнь, но не хотелось бросать его одного. Присутствие Эльвана подтолкнуло к осуществлению моего намерения. Мне нравился этот круглолицый кряжистый парень из нетитулованной дворянской семьи с севера Франции. Земляк Макса, он был ему хорошей компанией. Сам Эльван ко мне неплохо относился, но был рад моему уходу, не желая разделять внимание Макса со мной.
  Гай был широкоплеч и сутул. Выглядел он пожилым и измождённым. Я не знал, да и не стремился узнать о его происхождении, но слышал, что он был рабом в Риме. Вероятно, эти слухи правдивы, что даёт возможность считать Гая старейшим из ныне существующих вампиров. Его широкоскулое лицо с тяжёлым подбородком наискось перечёркивал длинный шрам. Он начинался у виска, пересекал пустую глазницу, прикрытую обвисшим веком, уродовал рот и заканчивался на подбородке. Лицо Гая ничего не выражало, полной неподвижностью напоминая безжизненную маску. Именно так и выглядят вампиры перед смертью.
  Помнится, когда я увидал его впервые, решил, что вряд ли он проживёт долго. Но прошло уже больше двухсот лет, а он всё такой же. Насколько я знал, он никогда ни с кем не общался. Говорили, что раньше у него был птенец, но он исчез ещё до моего рождения. Никто не набрался смелости поинтересоваться его судьбой у Гая. Я, как и все, не понимал Гая и побаивался его.
  Ясно, что даже если бы Карлос связался с Советом, лорды добраться сюда не успели бы. Значит, их загодя пригласил Макс. Всё правильно: три члена Совета, чтобы признать нового лорда.
  Я прекрасно понимал, что нас спасла цепь невероятных случайностей. Макс, почти для всех оставаясь в стороне от произошедшей трагедии, вполне мог достичь своей цели и благородно возглавить осиротевший клан, не способный выдвинуть своего лорда.
  Когда я спустился, Дэн беседовал с Андреем, но при взгляде на меня оборвал разговор. Я огляделся: неловко и непривычно смотреть на нашу смешанную компанию, хотя я сам немало поспособствовал её организации. Ясно, что у лордов, не ожидающих увидеть сообщество людей с вампирами, это зрелище вызовет резкое неприятие. У меня возникло тяжёлое предчувствие. Вряд ли Гаю понравится то, что у нас происходит, а к его мнению в Совете прислушиваются. Если бы на место Дэна претендовал любой другой вампир, я был бы уверен в безоговорочной поддержке Эльвана: личные контакты значат немало. Сейчас, однако, его симпатии были, безусловно, не на нашей стороне.
  Один из охранников ввёл гостей. Дэн выступил вперёд, мы с Алексом встали на полшага сзади. Карлос вошёл первым, подождал своих спутников и к нам они подошли ровной шеренгой. Это производило комическое впечатление, уж слишком разными были лорды. Я мог только надеяться, что никто из людей не рассмеётся.
  Мы обменялись приветствиями, и установилось неловкое молчание. Наши гости явно не представляли себе, как им себя держать в этом сборище.
  - Кто эти люди? - поинтересовался Карлос.
  Дэн коротко пояснил:
  - Друзья, - и предложил: - Хотите, я вас познакомлю?
  Лицо Карлоса осталось непроницаемым, только губы чуть дрогнули, Гай выглядел апатично, как всегда, а вот Эльван резко возмутился и выразил своё возмущение весьма эмоциональной речью. Начал он на русском языке и очень тихо, но почти сразу запутался в падежах, махнул рукой и перешёл на довольно громкий бретонский.
  Когда-то он учил меня своему родному диалекту, но я знал его не очень хорошо и понимал через пятое на десятое. Я взглянул на Дэна, надеясь, что он предложит гостю перейти на более употребительный язык. Дэн слушал молча, едва заметно прищурив глаза.
  Эльван рассуждал о недопустимости поддерживать отношения с людьми и рассматривал разные аспекты нарушения правил маскировки. От чисто практических вопросов он быстро перешёл к теоретическим рассуждениям. Оказывается, Дэн насаждает в своём клане гуманность, чуждую нам в принципе, а это его ослабляет. Неудивительно, что Макс хотел заменить такого лорда!
  Я озабоченно поглядел на Дэна. Тот изображал безграничное снисходительное терпение. Алекс слушал с бесстрастным видом; подозреваю, что он вообще не понимал ни слова. Я мог только надеяться, что выгляжу не хуже его: моя тревога усиливалась. Если остальные лорды поддержат Эльвана, не миновать нам неприятностей. А ведь они ещё не знают, что половина присутствующих людей - охотники. Будем надеяться, что сейчас и не узнают: тогда уж неприятностями не отделаемся: тут войной пахнет. К таким новостям надо готовить и преподносить их аккуратно.
  Наконец, Эльван замолк. Дэн бросил быстрые взгляды на Карлоса и Гая. Убедившись, что никто из них не собирается говорить, он стал отвечать.
  Начал он по-французски, предварительно выразив недоумение странным выбором языка "нашим юным коллегой". Карлос при этом еле заметно усмехнулся.
  - Мне кажется, всем известно, что в наш клан принимают только на добровольной основе. Полагаю также вполне очевидным, что для того, чтобы принять решение о вступлении в наши ряды, человек должен, как минимум, знать о нашем существовании. До сих пор наши принципы всех устраивали. Что-то изменилось?
  - Вы хотите сказать, что все присутствующие здесь люди - кандидаты на обращение? - уточнил Эльван.
  - Совсем не обязательно, - возразил Дэн, - хотя и такой вариант не исключён. Не буду вдаваться в детали, но могу заверить, что все люди, осведомлённые о нашем клане, относятся к нам вполне лояльно и нередко оказывают посильную помощь, иногда весьма значительную. Естественно, они в свою очередь находятся под нашей защитой.
  Дэн сделал паузу, давая гостям осознать смысл последней фразы, а затем продолжил, уже на русском языке. Говорил он медленнее, чем обычно, довольно тихо, но очень чётко. Я почувствовал нарастающее напряжение, и собрался, ещё не представляя, чего жду.
  - Хотя далеко не все люди, которые поддерживают с нами отношения, узнали о существовании вампиров от моих поданных. Например, бравые парни, присутствующие здесь, были в курсе нашей деятельности задолго до встречи с моим кланом. Вам, вероятно, приходилось слышать об охотниках?
  Меня бросило в жар от этих слов. Не ожидал, что он будет так рисковать. Эльван, резко вскинув голову, начал было что-то говорить, но Дэн властным жестом заставил его замолчать и потребовал:
  - Дайте закончить!
  Он обернулся и нашёл взглядом Андрея. Тот кивнул, подошёл и встал рядом с Алексеем.
  - Командир группы Андрей Поляков, - представил Дэн.
  Охотник меланхолично кивнул гостям, равнодушно глядя на них. Дыхание спокойное, сердцебиение в норме. Недооценил я парня!
  Карлос оглядывал людей с новым интересом. Гай не шелохнулся. Его лицо по-прежнему ничего не выражало, и я невольно подумал, что он, возможно, так глубоко погружен в себя, что вообще не замечает окружающего.
  - При всём уважении к Андрею, - продолжил Дэн, - вынужден сказать, что начало нашего знакомства было... бурным и доставило мне мало удовольствия. Я прекрасно обошёлся бы и без него. К сожалению, Макс предоставил сообществу охотников не только адреса верхушки клана, но и моё фото.
  Эльван резко возразил:
  - Не может такого быть! Это немыслимо!
  Карлос холодно осведомился:
  - Это предположение или факт?
  - Андрей, фото, пожалуйста, - попросил Дэн, не сводя глаз с гостей.
  Охотник достал конверт и вложил его в протянутую руку. Дэн вынул фото и передал Карлосу.
  - Как я понимаю, это было снято в конце прошлого столетия во время моего визита в Буэнос-Айрес. Тебе тогда не понравилось, что нас фотографируют, и ты отобрал камеру у фотографа. Когда мне описали снимок, я решил, что всё организовано тобой.
  Карлос взглянул на него обиженно и возмущённо, но после крохотной паузы вздохнул и признал:
  - Неудивительно. Не умею я обращаться с этой новомодной техникой. А Макс умеет, я его и попросил стереть изображения. Он сокрушённо покачал головой. - Но передать информацию охотникам! Это настолько возмутительно, что просто не укладывается в голове. Будете настаивать на его выдаче?
  Дэн отрицательно покачал головой.
  - Хорошо, - сказал Карлос. - Это упрощает ситуацию. Я не потерплю в клане вампира, который может предать своих сородичей. Когда вернусь домой, будет официально объявлено об изгнании. Надеюсь, этот инцидент не омрачит наших отношений. Приношу извинения за недостойное поведение моего поданного.
  - Принимаю, - кивнул Дэн и посмотрел на Гая и Эльвана. - Ещё какие-то вопросы?
   К моему удивлению, Гай отрицательно качнул головой. Всё-таки реагирует на происходящее. Эльван только рукой махнул. Выглядел он очень расстроенным. Я сказал ему:
  - Если тебя это так огорчает, можешь принять Макса под своё крыло.
  - И ждать удара в спину? - криво улыбнувшись, спросил он, и направился к столику с бутылками. - Нет, спасибо! Нальёшь?
  Мы помолчали. Он обводил гостиную взглядом, внимательно изучая каждого человека.
  - С кем-нибудь познакомить? - предложил я, подавая ему бокал.
  Дэн с Карлосом отошли к окну, обсуждая какие-то торговые дела, Гай стоял на прежнем месте и разговаривал с Андреем. Начало я уже пропустил.
  - ...есть законы о защите животных, а у вампиров полный беспредел.
  - Люди тоже охотятся, - сказал Гай без выражения.
  - Это нельзя сравнивать. Жертва вампира не в состоянии ни защититься, ни убежать. Неспортивно, - саркастически заметил Андрей. - И ещё, вампиры часто издеваются над своей добычей. Я считаю, что убийц и садистов надо уничтожать, и буду это делать по мере возможности.
  - А Данил? Его клан? Как ты к ним относишься?
  Охотник замялся.
  - Нет, - сказал Эльван, - кормиться на них нельзя, а с другой точки зрения люди меня не интересуют.
  Я перевёл взгляд на него, не сразу сообразив, о чём он говорит и ответил:
  - Ты много теряешь. Нельзя всех стричь под одну гребёнку, а среди людей попадаются очень интересные собеседники.
  Андрей, наконец, начал отвечать:
  - Нормально отношусь. Они избрали приемлемый вариант существования и не причиняют людям особых неприятностей. Кстати, это показывает, что в принципе вампиры могут прекрасно обойтись и без убийств, было бы желание.
  - Я не понял, зачем их стричь? - недоуменно спросил Эльван.
  - Не обращай внимания, это фразеологизм, - отмахнулся я.
  Охранник пропускал в двери Лёшу и Наташу, за ними шла Кристи.
  - Извини, - бросил я Эльвану, и направился к вошедшим.
  Приветствовали меня довольно стандартно для людей: пока Лёшка пожимал руку, девушки расцеловали меня в щеки. Все уставились на нас. Ничего, переживу: пусть полюбуются на межвидовое общение в действии.
  Они потащили меня к Дэну. По дороге Лёша осведомился:
  - У вас тут приём какой-то? Мы, может, некстати?
   Ответил ему уже Дэн:
  - Кстати-кстати! Никакого приёма. Все, так же, как и вы, заглянули на огонёк. Как съездили?
  Он первый протянул Лёше руку. Для него-то это привычней, чем для меня.
  Карлос вынул руки из карманов и поклонился Кристине. Она ответила приветливой улыбкой. Краем глаза я заметил потрясённую физиономию Эльвана, да и сам был удивлён: Карлос не с каждым вампиром будет здороваться, а уж с человеком...
  Наташа просияла:
  - Всё замечательно! Потом скинем фотки на компьютер, можно будет посмотреть. Мы вам небольшой презент привезли. Лёшка, когда увидел, сразу сказал - это для тебя и Ника.
  Она полезла в сумку, достала два свёртка и протянула нам. Я растерянно взял свой и начал разворачивать.
  Чёрная футболка. Серебристым цветом некрупная надпись Sheriff и звезда. Симпатично. Дэн свою футболку уже надел. На белом фоне желтая корона и крупная красная надпись во всю грудь "Царь, просто царь". Юмористы...
  -Здорово! - признал я. - Спасибо!
  Я тоже примерил обновку.
  - Класс! - прокомментировал Дэн, - Теперь так и будем встречать гостей. Чтобы никто не перепутал.
  - Рады, что вам понравилось, - отозвался Лёша, обнимая жену.
  Кристина стояла в стороне. Её лицо выражало возмущение, которое вдруг сменилось удивлением. Я встревожился странной сменой эмоций и хотел подойти, но Борис остановил меня:
  - Не надо! Она разговаривает.
   Кристи глядела на Гая. Он сидел в кресле в противоположном углу, рассматривая свои руки, сложенные на коленях. Удушающий страх нарыл меня с головой, грозя сорваться в самую настоящую панику. Только бы она его не разозлила!
  Боря успокаивающе сказал:
  - Я смогу определить, если наклюнутся проблемы.
   Я кивнул, чувствуя себя совершенно беспомощным.
  Карлос подошёл ко мне:
  - Очень неприятная получилась история. Макс расстроился, когда приехал сюда. Я не знал, в чём дело, а это он, оказывается, обнаружил, что его авантюра с охотниками оказалась безрезультатной. Он всегда был слишком самоуверен, и не подготовил никакого запасного варианта.
  - Да уж, - согласился я, - в предвкушении скорого приезда членов Совета, он начал горячку пороть. Хотя я не очень представляю, как он рассчитывал победить. Дэн всё-таки старше и тяжелее. Я и Алексей - другое дело. Не ожидая подвоха, мы могли стать лёгкой добычей. Я, кстати, считаю, что ты мог Макса остановить.
  - Мог, - согласился Карлос. - Но не счёл нужным. Я не знал про фокус с привлечением охотников, а так - он вполне имел право на попытку. Из него мог получиться хороший лорд, - он посмотрел на Эльвана и скорчил скептическую физиономию. Несмотря на возмущение, я не сдержал улыбки: мне тоже казалось, что Эльван на лорда не тянет. Интересно, его-то кто признал?
  - А у Макса был пистолет с серебром, - вдруг сказал Карлос, - Так что тебе крупно повезло, что он, услышав появление человека, не прихватил его с собой. Надеюсь, ты не держишь на меня обиды. Я буду рад видеть тебя в Аргентине, - он оглянулся на Кристину и неожиданно добавил, - и твою человечку тоже.
  Гай внезапно встал и, встретив взгляд Дэна, наклонил голову. Карлос и Эльван поспешили проститься. Лорды удалились, Дэн пошёл провожать. Я слушал, как отъезжает их машина, когда Лёша тронул меня за локоть и с вопросительным видом указал на дверь. Хорошо, что ума хватило вслух не спрашивать! Я одними губами сказал "Потом" и подошёл к Кристине. Она была не такая, как всегда. Куча мелочей, каждая из которых в отдельности ничего не значила. В голову навязчиво лезло "как будто свет выключили".
  Она мне не улыбнулась.
  Я остановился рядом, чувствуя себя не в своей тарелке.
  - Что-то не так?
  - Нет, всё в порядке, - ответила она ровным голосом, не глядя мне в лицо.
  Я лихорадочно пытался сообразить, в чём дело. Чем-то её обидел? Вроде бы нет. Хотя иногда женщины обижаются на такую ерунду - всего не предусмотришь. Может, Карлос или Гай что-то сказали ей про меня, что ей не понравилось? Вот это скорей всего: в моём прошлом есть такие моменты, о которых я и сам не хотел бы вспоминать. Но что я могу сделать, если даже не представляю, о чём шла речь?
  В комнату вошёл Дэн, лучившийся самодовольством:
  - Ну что, друзья, подведём итоги?
  - Может, для начала объяснишь нам, неосведомлённым, итоги - чего? - спросил Лёшка.
  - Без проблем, - согласился Дэн, заглянул в зеркало и одёрнул "царскую" футболку. - Были закулисные обвинения в излишней открытости и гуманности клана и попытка свержения меня, любимого. Она провалилась, а высокие чины, приехавшие для утверждения узурпатора, заглянули узнать, что же у нас реально происходит. А у нас тут человеческая толпа, да ещё и наполовину состоящая из охотников на вампиров.
  - Так чему ты радуешься? - спросил я. - То, что они уехали, ещё ничего не значит. Ещё неизвестно, что скажут на Совете. Зачем ты вообще про охотников ляпнул? Ладно хоть, что они так возмутились Максовой выходке, что на нас возмущения уже не хватило.
  Дэн иронично взглянул на меня:
  - Нельзя было не сказать: Гай Стаса читал.
  Вот это да! Мы общаемся почти два столетия, а я первый раз слышу о существовании у Дэна телепатических способностей.
  - А почему я был не в курсе, что ты телепат? - спросил я с обидой.
  - Вероятно, потому, что это не так. Я чувствую канал связи, но о смысле сообщений только догадываться могу. Впрочем, мне кажется, что Карлос и этот юный олух нас поддержат. Вот какие впечатления вынес Гай, понятия не имею.
  - Откуда этот... бубновый валет? - безразлично осведомилась Кристина.
  Елена рассмеялась и захлопала в ладоши:
  - А я всё пыталась понять, кого же он мне напоминает! - объяснила она. - Не поверишь, дорогая, он из Франции.
  - А откуда Гай?
  - Возможно, из Древнего Рима, - ответил я, обеспокоенный отрешённым видом Кристи. - Точно никто не знает.
  - Нет, - поправилась она. - Я хотела узнать, где его клан?
  - Нет у него клана, - сказал Дэн, - Он кочует один. Говорят, раньше у него был птенец, но исчез давным-давно.
  - Разве может быть лорд без клана? - спросил Лёша.
  - Гай единственный.
  - А почему так получилось? - спросила Наташа.
  Люди - настырные существа.
  - Он - старейший, - объяснил я. - И он был лордом с незапамятных времён. Кто бы мог оспорить у него это право?
  - Его все боятся, - заметил Алексей.
  Кристина иронично улыбнулась, но ничего не сказала. Дэн обернулся к ней:
  - О чём вы разговаривали?
  - Если бы мы захотели ознакомить присутствующих с нашей беседой, то говорили бы вслух, не так ли? - вызывающе осведомилась Кристина. Дэн удивлённо вскинул брови, но промолчал. Я повернулся к своему птенцу:
  - Борис?
  - Это была конфиденциальная беседа, - сразу же отозвался он, глядя на меня чистым взглядом. - Её содержание угрозы для клана не представляет.
  - Кристи, - очень мягко начал Дэн, - нам важно знать настрой Гая. К его мнению прислушиваются все. От его выступления на Совете может зависеть судьба...
  - Ой, да ладно! - вдруг прервала его Кристина. - Я считаю, что он вас поддержит.
  Она выглядела очень взвинченной.
  Боря, не поднимая головы, негромко сказал:
  - Я его не слышал, конечно, только Кристи, но у меня сложилось такое же впечатление.
  Кристина резко встала и сказала, обращаясь в пространство:
  - Вы меня извините, мне нужно идти. Ник, проводишь? Я машину ребятам оставлю.
  Я с готовностью поднялся. Мы сможем, наконец, нормально поговорить, и я пойму, в чём дело. Уже уходя, я услышал, как Лёша спрашивает:
  - Дэн, а мой убийца тоже здесь?
  Больше я слушать не стал, полностью сосредоточившись на Кристине.
  Она шла быстрым шагом, глядя куда-то в сторону, и молчала, а я не представлял, как начать разговор. Что случилось, я спрашивал, повторять вопрос мне казалось глупым.
  Мы прошли уже почти полпути, когда я не выдержал и взмолился:
  - Ну не молчи ты, в конце концов, Кристи! Что происходит?
  Она вздрогнула, остановилась и повернулась ко мне. От её пристального взгляда меня охватило беспокойство. Наверное, больше минуты она молча вглядывалась в моё лицо, а потом сказала:
  - Я решила, что мы не будем больше встречаться.
  Я не понял. Я просто не мог этого понять. Она терпеливо ждала моей реакции. Сейчас она снова выглядела спокойной, хотя я по-прежнему чувствовал запах адреналина в её крови.
  Наконец, я спросил:
  - Тебе кто-то что-то сказал? Посоветовал меня бросить?
  Кристи возмутилась:
  - Считаешь, у меня своей головы нет?
  - Ты не можешь уйти, - сказал я убеждённо, - ты любишь меня.
  - Да, - согласилась она. - Но раньше мне казалось, что этого достаточно, а теперь я поняла, что нет.
  - Ты меня любишь, - повторил я беспомощно. - Ты нужна мне.
  Она обеими руками откинула пряди волос с моего лица, с мягкой улыбкой обхватила его ладонями и стала целовать. Напряжение отпустило: это была неудачная шутка, Кристи любит меня, она со мной. Теплые губы скользили по моей коже, а я, охваченный странным оцепенением, не мог шелохнуться.
  Кристи отстранилась и убеждённо пообещала:
  - Ты найдёшь себе другую игрушку.
  Бесконечно долго я смотрел ей в спину. Она не обернулась.
  Уже совсем стемнело. Когда Кристина исчезла из поля моего зрения, какие-то обрывки мыслей стали появляться в моей голове. Я пошёл за ней - нечего ей бродить одной по ночному городу. Когда в её окне загорелся свет, я направился прочь.
  Чувствовал я себя свободным и ненужным. Странное ощущение.
  Я не задумывался о том, куда несут ноги, и только когда перед носом возникла дверь, озадаченно огляделся. Мой дом. Я задумался. Надо было на охоту. Стас накануне подкормил меня, но этого было мало. Но жажда не чувствовалась. Идти никуда не хотелось. Я поднялся в квартиру, сделал несколько бесцельных кругов по ней, забился в угол дивана и свернулся в клубок.
  В этой позе меня и застало утро. О движении даже думать было неприятно. Я следил, как подбирается ко мне полоса солнечного света, и лишь когда она приблизилась вплотную к руке, ползком переместился к другому подлокотнику. Здесь обжигающие лучи меня не достанут. Я снова свернулся и задремал, а когда проснулся, было уже темно. Первые мысли были о Кристи, но я постарался отогнать их: вспоминать слишком больно. Голод почти не чувствовался, двигаться не хотелось. Я сидел с открытыми глазами, но не видел своей комнаты. Перед взором проходили картины прошлого. Эти воспоминания тоже оказались неприятны. Не то, чтобы в них было всё плохо, но и хорошего было мало. Мне хотелось вернуться к другим образам, но я не позволил себе этого и, хоть и с трудом, но отрешился от всех мыслей.
  Вид почти пустой комнаты раздражал. Я снова прикрыл глаза, постарался отключиться от запахов, не обращать внимания на звуки и погрузился в неопределённое состояние между сном и явью без мыслей и почти без ощущений. Иногда комната была тёмной, этот бархатный сумрак успокаивал, но потом снова начинали двигаться полосы света, вызывая глухую досаду. Солнце заглядывало редко. Я смутно чувствовал его появление, даже не открывая глаз, но всё чаще проваливался в глубокий сон.
  Потом раздался звонок. Ужасный звук. Проигнорировать его было невозможно. В своё время я специально озаботился, чтобы сигнал был громким. Тогда это оправдало себя: пару раз мерзкое дребезжание даже смогло вырвать меня из дневного сна. Сейчас оно грубо выдернуло меня из состояния блаженного покоя. Я поморщился, но не шелохнулся.
  Звонок всё дребезжал, казалось, звук вгрызается в голову. Я с трудом расцепил пальцы, неохотно выпрямился и потащился открывать. Был вечер, уже стемнело. Ни Дэн, ни Борис без приглашения или предварительного телефонного звонка появиться не могли. И кого принесло?
  Распахнув дверь, я обнаружил на пороге Стаса.
  - Что надо?
  - Может, пригласишь войти?
  Меньше всего мне были нужны гости. Запах человека настойчиво лез в нос, разбудив голод. Стук сердца грохотал в ушах. Я шагнул в сторону и назад, и заворожено сказал:
  - Проходи.
  Дверь захлопнулась. Мы были вдвоём в квартире.
  До его прихода я не сознавал, насколько голоден. Горло сводило судорогой, оно горело, слюна стала едкой и горькой. Я отвернулся и прекратил дышать. Стас прошел за мной в большую комнату, я молча указал ему на диван. Он кивнул, но садиться не стал: стоял рядом и что-то говорил. Я смотрел на шевелящиеся губы и не разбирал слов, мерные удары сердца заглушали всё. Казалось, слышу шум крови, текущей по сосудам. Я зачарованно шагнул к нему, не сводя глаз с жилки, бьющейся на шее, и жадно вдохнул манящий запах. Неожиданный удар в живот ненадолго привёл меня в сознание. Я жалобно охнул и возмущённо спросил:
  - Ты что? Я голоден... Тебе жалко, что ли?
  Стас отпихнул меня так, что я тяжело плюхнулся на кресло, и жёстко сказал:
  - Я тебе не ужин с доставкой. Хочешь жрать - отдери задницу от дивана и катись на охоту.
  Всё тело скручивала жгущая боль. Едва сознавая, что делаю, я дошёл до коридора, сунул босые ноги в ботинки и начал открывать дверь. За спиной была еда, доступная, близкая, запах сводил с ума. Руки тряслись.
  - Ник, - тревожно спросил Стас, - ты вообще соображаешь, что делаешь?
  - Нет! - выдохнул я и вывалился из квартиры.
  На лестнице стоял сильный запах людей, но сейчас, когда никого не было рядом, стало легче. Я был на грани полной потери самоконтроля. И как умудрился докатиться?
  Надо использовать первого же человека, который мне попадётся, лишь бы никто не заметил. Не до выбора. Не чуя ног под собой, я слетел с лестницы, перепрыгивая через пролёты, и выскочил на улицу.
  Темно и безлюдно. К моей радости фонари не горели. У нас в районе частенько так бывает. Привлечённый звуком близкого сердцебиения, я спешным шагом, почти бегом, направился к арке, выводящей на улицу. Здесь, прислонясь к стене, стоял мужчина в полурасстёгнутой куртке, горло его было замотано шарфом. Зачем, спрашивается, кутаться? Не так уж и холодно...
   Я рванул шарф вниз и в сторону и впился в незащищённую шею, закрывая рот человека ладонью, чтобы он не поднял шума. Он попытался вырваться. Я не дал ему такой возможности, но сосредоточиться, чтобы взять его под контроль, не смог.
  Вкус отвратительный, эмоции приглушены. Неудивительно: запах алкоголя забивал нос, перебивая все другие ароматы. Боли он почти не ощущал, вместо страха было тупое недоумение возмущение. Я начал выкручивать ему руку, одновременно оттягивая за волосы голову назад. Он захрипел. Похоже, быстро трезвел. Боль стала острой, его охватил ужас. Превосходно! Я прямо заурчал от удовольствия.
  Приближение Стаса я услышал и почуял раньше, чем смог его увидеть. Он остановился за спиной и требовательно сказал:
  - Ник, прекрати, ты его убьёшь.
  Я стёр воспоминания своей добычи, но замены у меня не получилось, ничего подходящего в голову не пришло, и я оставил чувство ужаса и черноту. С сожалением выпустил из зубов податливую плоть, напоследок скользнув по ране языком, бережно поправил шарф, закрывая отпечатки зубов и, повернув мужчину спиной к себе, слегка его подтолкнул.
  Первый момент он стоял неподвижно, и я вдруг сообразил, что заменять ничего и не надо было, лишь вычеркнуть воспоминания о укусе, но расстроиться по этому поводу не успел. Кормилец рванулся бежать, делая нелепые и неожиданные скачки из стороны в сторону. Это было необычайно смешно. Я смотрел вслед и тихо хихикал. Стас шагнул ближе и заглянул мне в лицо:
  - Знаешь, Ник, можно подумать, что ты пьян.
  - Угу, - я согласно мотнул головой, едва удержавшись на ногах.
  Он протянул мне мою куртку. Я отстранил его руку:
  - Нн-не надо!
  - Надень, - потребовал Стас. - Осень, холодно.
  Он волнуется, что я могу простудиться? Эта мысль показалась мне настолько забавной, что я опять захихикал. Представил себя простуженным, с опухшим носом и покрасневшими глазами, - и моё хихиканье перешло в неудержимый смех. Я никак не мог остановиться.
  Когда дар речи, наконец, вернулся ко мне, я объяснил Стасу:
  - Бестолочь, вампиры не болеют!
  Он почему-то усмехнулся и терпеливо сказал:
  - Я знаю, но всем встречным мы этого объяснять не будем. Люди сейчас в куртках ходят, вот и ты надень, чтобы никто не лез с вопросами.
  Эта мысль мне показалась очень глубокой.
  - Ты умный, - убеждённо сообщил я ему.
  Куртка оказывала упорное сопротивление, путая руки, но Стас помог разобраться с рукавами, запахнул полы и скомандовал:
  - Держись за меня, домой пойдём.
  У подъезда мы столкнулись с соседкой. Она прошла вперёд, но, поднимаясь, всё время оглядывалась, а когда Стас прислонил меня к стенке около двери, остановилась и с сомнением сказала:
  - Он же не пьёт, вроде?
  - Не пьёт, не пьёт, - отмахнулся Стас, - потому и развезло.
  Она смерила нас пристальным взглядом, и стала подниматься по лестнице, а я, проверив карманы, пожаловался:
  - Стасик, а ключей нет.
  - Они у меня, - кратко ответил он и стал открывать.
  Я послушно подождал в коридоре, пока он снимет с меня куртку, шагнул в спальню и тяжело осел на кровать.
  - Ложись-ка ты спать, - сказал Стас. - Помочь раздеться?
  Я болезненно поморщился и попросил:
  - Не ори. Голова болит.
  Стас встал в дверях, упираясь ладонями в косяки и, очевидно, не представляя, что делать дальше. Я сжал виски ладонями и тихо сказал:
  - Проходи. Сядь и молчи. Я скоро буду в порядке.
  Он подчинился. Несколько минут мы сидели в благословенной тишине. Наконец, боль ослабла. Я осторожно покрутил головой, удостоверяясь в этом, и спросил у Стаса:
  - Чаю будешь?
  Он подозрительно посмотрел на меня:
  - Ты что, трезвый?
  - Конечно! - удивился я.
  - Ты меня разыгрывал?- спросил он, разглядывая меня, - Не мог ты разыгрывать. От тебя вон как разит!
  Конечно. Я и сам это чувствовал. Я достал платок из шкафа и вытер пот с лица.
  - Потому что выделение через кожу идёт, умник, - мрачно объяснил я ему, - Иди себе сам чайку сделай, я пока душ приму.
  Кожа была липкой, да и волосы, казалось, слиплись сосульками. Я долго с наслаждением стоял под холодными струями, потом сделал воду теплее и несколько раз вымыл голову.
  Завернувшись в халат, я пошёл к своему гостю. Стас сидел в спальне за компьютером и раскладывал пасьянс. Рядом с ним стояла пустая чашка.
  Мне не понравилось, что он залез в компьютер без спросу, но цепляться я не стал, просто предложил перейти в другую комнату.
  Я опять чувствовал голод, но теперь это было терпимо. Чтобы немного отвлечься, я достал из бара бутылку вина, и спросил у Стаса:
  - Налить?
  - Я за рулём, - отказался он. - Мне кажется, что и тебе на сегодня хватит.
  - Спасибо, папочка, - раздражённо сказал я и плеснул себе в бокал. - Мог бы уже и заметить, что от вина в чистом виде мы практически не пьянеем. Что тебе вообще здесь надо?
  - Да так, - пожал плечами он, - Говорят, тебя три недели никто не видел, вот и зашёл проведать. Чем занимался?
  - Три недели? Не может быть!
  Мне казалось, что прошла неделя, не больше. Ну, похандрил немного... Мне и есть то не хотелось! И вдруг пришло осознание. Я поднял взгляд на Стаса и потрясённо пробормотал:
  - Умирал, наверное.
  Он не понял - решил, что я говорю фигурально - и небрежно поинтересовался:
  - Что случилось-то?
  Рассказывать не хотелось, но ведь всё равно узнает, не от меня, так от других.
  - Девушка ушла, - мрачно доложил я.
  - И что? - удивился он. - Меня знаешь сколько девушек бросало? Так что теперь, из-за каждой в петлю лезть?
  Я подумал, что Кристи - не каждая, но промолчал. Дискутировать не хотелось.
  - Я домой ездил, - начал рассказывать он, - только вчера вернулся. Данил сказал, что ты не появляешься. Он за тебя беспокоится, а зайти не может, говорит, что у вас не принято вмешиваться, - он помолчал, ожидая моей реакции, и добавил: - Странная этика.
  - У всех свои странности, - вяло согласился я. - Ты хоть понимаешь, что я мог тебя убить?
  - Так уж сразу и убить, - отмахнулся он, - ну, кровь бы пустил, на худой конец.
  Раздражение захлестнуло мутной волной. Я подождал, пока оно уляжется и тихо спросил:
  - Забыл, кто я такой? У меня бывают моменты, когда хочется убивать.
  Я надеялся, что мой голос звучит зловеще: хотел, чтобы Стас понял, но не знал, как объяснить труднопреодолимое желание рвать и терзать живую плоть.
  - Часто? - спросил он без особого интереса.
  - По-разному. Сейчас редко, - сознался я. - Иногда просто так, но обычно после кормёжки. После такой голодовки я элементарно мог потерять самоконтроль.
  - Ой, да ладно тебе! - легкомысленно отозвался он. - Не потерял же!
  У меня болезненно сжалось сердце - слова были Кристинины, и интонации тоже её. Снова нахлынуло раздражение. Я подозрительно спросил:
  - Ты что, видишься с Кристи?
  - Было разок, - согласился он. - Она к Таньке моей заходила. Знаешь, Ник, ты не обижайся, но бросила она тебя - и правильно сделала. Что ты к ней привязался? Только жизнь портишь.
  - Она любит меня, - возразил я.
  - Так это ещё хуже, - рассудительно сказал он. - Когда она теперь на парней сможет смотреть? Сам подумай, какая ты ей пара? Нормальная девчонка: ей замуж надо, детей рожать. Что тебе, развлечься не с кем? Другую найдёшь!
  - Мне не нужна другая, - хмуро возразил я.
  Взгляд Стаса неожиданно стал цепким и острым. Неловко мне стало под его взглядом.
  - Так ты любишь её, что ли?
  Я замер и неуверенно ответил:
  - Нет. Я когда-то любил, это было совсем не так. Просто Кристи мне нужна.
  - Психиатр тебе нужен, - веско сказал Стас. - Что за беспомощный лепет? Уши в трубочку сворачиваются. Тебе сколько лет? Можно было бы уже мозгов поднабрать.
  Я не ответил. Стас немного подождал и примирительно добавил:
  - Мне кажется, это нормально, что любят каждый раз по-разному. К разным людям и чувства одинаковыми быть не могут, тем более, ты и сам со временем меняешься. Определился бы ты как-нибудь. А то и сам мучаешься, и Кристину мучаешь.
  Он ещё немного помолчал, разглядывая меня, и спросил:
  - Что у тебя с волосами?
  - А что у меня с волосами? - удивился я.
  - О, голос прорезался! - съехидничал Стас, - Поседел, что ли?
  Я подошёл к зеркалу и осмотрел свою шевелюру.
  - Краска смывается. У меня оттенок держится хуже, чем у людей, - объяснил я Стасу, и внезапно решил, что надо попробовать смыть её полностью. - Ты что, тему меняешь?
  - А не надо? - обрадовался он. - А то я спросить хотел, да, вроде, неудобно.
  - Что спросить?
  - Расскажешь, что у тебя раньше была за любовь? Знаешь, Ник, я ведь до Тани никого не любил. Это я только сейчас понял. Так-то я влюбчивый, но это другое, - легко поделился он.
   Мне стало неловко от его откровенности. Я пожал плечами. Не люблю говорить о себе. Но почему бы и нет?
  - Я увидел её на балу в частном доме, - начал я, выдавливая из себя каждую фразу. - Она была прекрасна, как ангел. Бриллиант чистейшей воды. Я пригласил её на танец. Мы познакомились. Мисс Амелия Марлинг. У неё были золотые волосы, голубые глаза и чудная улыбка. Она была идеальна.
  Я замолк. Долгие годы я не позволял этим воспоминаниям меня тревожить. Сейчас я с удивлением понял, что они вовсе не так болезненны, как раньше. Но что ещё сказать Стасу, я не знал. Я помнил, что был восхищён её пением на домашнем вечере, хотя сейчас уже не мог сказать, что же она пела. С какой готовностью поднимал оброненную перчатку, бегал за лимонадом и забытым веером! А с каким нетерпением я ждал наших прогулок в парке! Нас сопровождала, как правило, не мать Амелии, а её тётушка с неизменной собачкой на руках. Я помнил время, когда лицо с милой улыбкой постоянно стояло перед моим внутренним взором, а саму улыбку представить не мог. Человеческие воспоминания вообще были расплывчатыми, но я с удивлением понял, что даже мерзкую тётушкину собачку мог представить куда лучше, чем девушку, которую собирался назвать своей невестой. Чёткие воспоминания у меня остались только о нашей последней встрече, когда я уже стал вампиром: глаза, округлившиеся от ужаса и искажённый криком рот. Вспоминая это лицо, я вдруг осознал, что она была вовсе не так красива, как мне представлялось раньше.
  Стас сказал:
  - Ник, если не хочешь говорить, так и не надо. Я же тебя за горло не держу.
  - Нет, - сказал я, - не в этом дело. Оказывается, мне нечего рассказывать. Как будто рядом была фарфоровая кукла. Блестящие глаза и очаровательная улыбка. Больше я ничего не помню. Амелия говорила, что любит меня и принимала ухаживания, её семья не возражала. Я пригласил их в наш дом, чтобы познакомить с родителями. Они приняли приглашение. Она увидела моего старшего брата и вскоре вышла за него замуж.
  Стас поморщился и сказал:
  - Вот стерва! Повезло тебе, легко отделался.
  - Тогда я так не думал, - возразил я. - После этого я ушёл из дома, отказавшись от содержания, и начал самостоятельную жизнь.
  - Вот это правильно. Мужчина должен сам содержать себя, а не зависеть от какого-то там содержания или наследства. Я только не понял, про эту... твою Амелию. Что там было любить?
  Я озадаченно перебирал все свои воспоминания и под конец признал:
  - Понятия не имею. Но я сильно любил её, это точно. Совсем голову потерял.
  - Это не одно и то же, - заметил Стас.
  - Да, - неуверенно согласился я. - Знаешь, Стас, я не мог упрекнуть её в том, что она предпочла выйти за брата, а не за меня. Джон должен был унаследовать и состояние, и титул. Как сейчас говорят, он мог обеспечить ей несравненно более высокий уровень жизни. И не только ей. Семья Мелли была почти разорена.
  Я встал и прошёлся по комнате. Удивительно, но рассказывать о себе оказалось намного проще, чем я предполагал.
  - Её потеря была сильным ударом. Было так больно, что я решил избегать впредь подобных потрясений. Любовь приносит только боль.
  - Нет, - не согласился Стас, - все чувства становятся сильнее, а там, как повезёт: если боль - то большая, если радость - так вообще без границ. Поведение твоей Мелли не слишком порядочно, но не мне её судить. Мало ли какие там у вас были нюансы. Оставим прошлое прошлому. Сейчас-то ты что собираешься делать?
  - Вообще - не знаю ещё, - сознался я, - а конкретно сейчас - на охоту пойду. Я голоден.
  - Прорва, - беззлобно заметил Стас и встал. - Тогда я - домой.
  
  ***
  Я позвонил Дэну. Он сказал, что у нас всё в порядке и предложил заниматься своими проблемами. Я утолил голод, выловив одинокого путника недалеко от дома (чего обычно не допускал) и до утра рассматривал возможные варианты поведения Кристи, разрабатывая стратегию для каждого из них. На следующий вечер я поехал к Кристине, полный решимости вернуть её во что бы то ни стало. Я отдавал себе отчёт, что она может и не захотеть встретиться со мной и просто не открыть, и решил, что буду звонить только во входную дверь. В подъезд надо будет пройти самостоятельно.
  К моей радости ни ждать, ни применять контроль, мне не пришлось. Из дома как раз выходила полная женщина с собачонкой на руках. Я проскочил мимо них и, поднимаясь по лестнице, слушал, как недоумевающая хозяйка пытается успокоить свою любимицу, гадая о причинах её внезапного испуга.
  Навстречу мне спускалась Настя. Она смерила меня взглядом - ненавижу эту её манеру - и холодно сказала:
  - Явился. Тебя здесь только не хватало!
  Я, конечно, не рассчитывал увидеть на её глазах слёзы умиления и восторга, но и такой агрессивности тоже не ожидал.
  - Вот она, людская благодарность! - заметил я кротко, воздев глаза к верхнему пролёту и обозревая пятна копоти и приклеенный жвачкой окурок. - И спасай после этого потерявшихся девиц!
  Я попытался обойти Настю, но она шагнула в сторону, заступив мне дорогу, и враждебно сказала:
  - Что тебе надо? Не ходи туда, ей и так плохо.
  Я даже растерялся:
  - Стаси, в чём дело?
  - Не знаешь? У Тины дедушка умер, сегодня хоронили.
  - Так он совсем старый и больной был, - с облегчением сказал я. - Что здесь такого?
  Она задохнулась от возмущения и выпалила:
  - Да что ты понимаешь, мертвяк! Не смей беспокоить Тинку!
  - И как ты думаешь мне помешать? - ласково спросил я.
  Она побелела и шарахнулась к стене. Я улыбнулся одними губами и прошёл мимо. Эта мегера злобно прошипела мне в спину:
  - Обидишь или расстроишь её - сама тебя убью. Меня Андрюшка проконсультирует.
  Сумасшедшая девица! Она ещё мне угрожает! Я сделал вид, что не обратил внимания на её слова. Только у дверей Кристи я сообразил, что раньше Настя не была знакома с охотниками. Где она могла с ними пересечься? Я замер в нерешительности. Похоже, я многое пропустил. Впрочем, если что пойдёт не так, как рассчитывал, сориентируюсь по обстоятельствам. Я уверенно нажал на кнопку звонка и услышал лёгкие шаги.
  Кристи. Я предпочёл бы, чтобы дверь открыла её бабушка. Уж она точно пригласила бы в квартиру, а Кристи вполне может попытаться захлопнуть дверь перед моим носом.
  Дверь распахнулась - оказывается, она и не была закрыта на замок. Кристи стояла на пороге. Я испугался, как плохо она выглядела: осунувшаяся, с тёмными кругами под глазами. Она молчала, а выражения её лица я понять не мог.
  - Не гони меня, - попросил я.
  - Пойдём, - сказала она безразлично, повернулась и прошла в комнату. Я поспешил за ней. Здесь никого не было, и горел только ночник. Из другой комнаты раздавались негромкие голоса, но я не стал прислушиваться. Кристи кивнула на диван, села и сцепила руки на коленях. С отрешённым и сосредоточенным лицом она мерно раскачивалась взад-вперёд.
  Я не представлял, как себя вести. Я видел, что Кристина сильно переживает, но не мог этого понять и чувствовал себя неуверенно.
  Сейчас мне казалось, что всё, что я могу сказать, будет не к месту, а молчать было неловко. Кристи никогда много не говорила о своей семье, да и тогда она упоминала, в основном, бабушку. Я не удивлялся: видел её деда - совершенно никчемное существо. Он ничего не делал, да и не мог делать. Жуткая аритмия, да и с головой у него бывали проблемы.
  Однажды я стал свидетелем того, как он ходил по коридору, осматривая стены, потом начал раздвигать плащи, висевшие на вешалке. На вопрос Кристи, он пожаловался, что не может найти дверь в поликлинику, которая была здесь только вчера. Кристи замялась лишь на секунду:
  - Дедуль, сегодня выходной, поликлиника закрыта. Может на дом врача вызвать?
  - Часто так? - спросил я, когда мы остались вдвоём.
  - Не очень, - она помолчала, поджав губы, что было не характерно для неё, и зло сказала: - Бесит, когда расспрашивать о нём начинают. Если надо, сама расскажу. Зачем приставать?
  Я тогда ещё подумал, что возможно Кристина не донимает меня расспросами из деликатности, а не только из-за неприязни к "вампирским штучкам".
  Хлопот с дедом было, хоть отбавляй. То проводить куда-то, то лекарство купить, то "скорую" вызвать. Мне казалось естественным, что большую часть этих забот Кристи брала на себя. Всё правильно: о своих надо заботиться. Сейчас, когда груз этих забот был снят с её плеч, она должна была испытывать облегчение, а Кристи горевала.
  Наконец, я решился открыть рот и неуверенно произнёс, беря её за руку:
   - Я Стаську сейчас встретил. Она мне сказала...
  Кристи кивнула головой и, раскачиваясь сильнее, чем раньше, начала говорить очень спокойно и размеренно:
   - Дедуля себя накануне хорошо чувствовал. Собирался с утра в парке прогуляться, если дождя не будет. А когда мы с бабушкой проснулись - он уже мёртвый был.
  Её подбородок задрожал, рот скривился, и она, уткнувшись лицом в моё плечо, разрыдалась. Я обнял её плечи, опять обратив внимание на то, какие они хрупкие. Меня тревожила её неожиданная худоба. Её дед болел? За три-четыре дня так не похудеешь.
  Чувствовать Кристи в кольце моих рук было очень правильно. Но я в первый раз подумал о том, что, возможно, действительно не подхожу ей. Для неё важно понимание, а я её совершенно не понимал. Эта мысль повергла меня в панику.
  Рыдания Кристины становились глуше и реже. Потом она замолкла, лишь изредка всхлипывая, но её пальцы продолжали судорожно сжимать мои плечи. И я решился.
  - Кристи, - сознался я, - мне очень жаль, что ты так расстроена, но я совсем не представляю почему.
  Она отстранилась, с напряжённым вниманием глядя мне в глаза. Я запнулся, снова взял её за руку и пояснил:
  - Мы по-другому относимся к смерти. Мне трудно разобраться в человеческих чувствах.
  Кристина освободила руку из моих пальцев. Я почувствовал вспышку отчаяния. На её глаза снова навернулись слёзы и покатились по щекам непрерывной дорожкой, но губы дрогнули в улыбке.
  - Это так просто,- сказала она и поднесла запястье к моим губам.
  Я не мог поверить. Несколько мгновений мы глядели в глаза друг другу, а затем я склонил голову к её руке. Клыки прорвали кожу и я сделал глоток...
  Это действительно было просто. Но сколько боли!
  Я снова обнял Кристину и привлёк к себе.
  - Мне очень жаль, - снова сказал я и замолк. Все слова казались такими мелкими!
  Мы долго сидели молча. Я слушал тихий голос Кристининой бабушки, доносящийся из глубины квартиры. Она рассказывала о том, как они с мужем на плоте спускались по порожистой реке во время отпуска. Это было забавно. Как я понял, события происходили во времена их молодости. Мне трудно было увязать образ весёлого деятельного мужчины из этого рассказа с тем беспомощным стариком, которого я знал, но для неё-то это был один человек. Я хотел спросить у Кристи, каким помнит она своего деда, но она в этот момент завозилась, удобнее устраиваясь у меня на коленях, и пробормотала:
  - Хорошо, что ты пришёл. Со светлыми волосами ты похож на ангела.
  Я удивлённо вскинул брови - и промолчал. Её голос был совсем сонный. Пусть отдохнёт, похоже, ей это необходимо.
  Кристи заснула у меня на руках. Я так и не понял, почему она приняла мой приход, как должное, после того, как так решительно порвала со мной. Но сейчас это было неважно. Лишь бы не передумала, когда пройдёт потрясение от потери. Потом разберёмся, если будет желание. Сейчас я раздумывал, как можно уложить её, чтобы не потревожить.
  Голоса стали громче, люди столпились у выхода и одевались. Щёлкнул замок. Гости ушли.
  Дверь приоткрылась. Кристинина бабушка щурилась, вглядываясь в сумрак комнаты. Её сердцебиение ускорилось.
  - Здравствуйте, - тихо сказал я. - Соболезную вашей потере.
  - Коля? - неуверенно спросила она. - Я тебя сначала не узнала.
  - Кристи заснула. Не могли бы вы постелить ей?
  Она вошла в комнату, и я встал, аккуратно подхватив Кристину. Кристи что-то неразборчиво пробормотала, обхватила меня руками за шею, но не проснулась.
  - Тина совсем умоталась, - сказала бабушка, покосившись на нас. - Она всё организовывала, я-то совсем никакая.
  - Мне очень жаль, - снова сказал я.
  - Да что там! - спокойно сказала она, раскладывая диван. - Старик мой хорошо пожил, мы и не думали, что он так долго протянет с такими-то болячками. И умер хорошо, спокойно. Мне бы так! Я ведь тоже уже стара, вот помру - и останется Тинка одна.
  - Она не останется одна, - возразил я, крепче прижимая Кристину к себе.
  - Коля, Тина ведь знает, что ты не человек? - спросила бабушка.
  Она расправила простыню, положила подушку и взбила её уверенным движением. Я стоял в центре комнаты, прижимая к себе Кристи, и чувствовал себя дурак дураком.
  - Она всё обо мне знает, - наконец ответил я.
  Старушка выпрямилась и посмотрела на меня.
  - Тогда ладно.
  Я положил Кристи и подумал, что надо хотя бы расстегнуть ей одежду, но при бабушке неудобно.
  - Я потом её раздену, - сказала старушка, заметив мои колебания, и накрыла Кристину одеялом.
  Мы вышли из комнаты. Я подумал, что она слишком уж много замечает и осведомился:
  - А вас не смущает моя сущность?
  - Ну, если Тину не смущает... - бабушка пожала плечами. - Она разумная девочка.
  Я тихо рассмеялся:
  - Не слышу особой уверенности в вашем голосе.
  Она тоже улыбнулась и поправилась:
  - В основном, разумная. А у кого заскоков не бывает? Чай? Кофе?
  Я замялся и попросил:
  - Вина, если можно.
  Она кивнула и прошла в свою комнату. Я поплёлся за ней. На столе, накрытом скатертью поблёскивала капельками воды стопки вымытой посуды.
  Когда старушка достала бутылку, я удивлённо вскинул бровь;
  - Это вино не появляется в открытой продаже.
  - Тина говорила. Ей достал какой-то приятель, бармен.
  Я удивился. Когда это Кристи с Борисом успели стать приятелями? Она и знакомиться-то с ним не хотела! Но сейчас меня больше беспокоило другое. Я крутил в пальцах бокал, и раздумывал, чем мог себя выдать. Старушка пристроилась напротив. Себе она тоже налила, но совсем немного, поставила бокал на край стола и с любопытством глядела на меня. Я не выдержал:
  - Как вы догадались? И когда?
  - Странности я и раньше замечала, - задумчиво ответила она. - Тина говорила, что ты не такой, как все. Вы с приятелем холодильник несли, как воздушный шарик, а он же просто неподъёмный. Приятель тоже? - она вопросительно посмотрела на меня.
  - Тоже, - согласился я.
  Она покачала головой, как китайский болванчик и продолжила:
  - Потом зайца я разделывала, всё тревожилась, как бы с тушкой дробь не сварить, так вообще никаких следов выстрела не нашла. Но это так...
  Она помолчала и закончила:
  - А сейчас в комнату заглянула: ты Тинку держишь, а глазищи горят, как у кошки - жуть. Явно не по-людски. Тут уж я и сообразила, всё на свои места встало.
  - Вы очень наблюдательны, - вздохнул я.
  А что тут ещё скажешь? Что я беззаботный растяпа, забывающий в Кристинином присутствии об элементарных правилах безопасности?
  Впрочем, была тема, которую я мог бы с ней обсудить.
  - Я как-то предлагал Кристине съехаться, - сказал я, - но она отказалась оставлять вас, а вводить других людей в курс дела мне не хотелось. Я сейчас строиться надумал. Как вы отнесётесь к идее перебраться в отдельный дом? Это недалеко от вашей дачи, может километров пять.
  Она задумчиво пожевала губами и сказала:
  - Нехорошо. Получится Тина вроде, как на содержании, а я так и вовсе приживала.
  - Это вы так намекаете, что надо жениться? У нас не принято.
  - У вас, может, и не принято, - возразила старушка, - да вы среди людей живёте. Что они скажут?
  Моим первым побуждением было ответить, что мне совершенно всё равно, что обо мне будут говорить какие-то люди, но я вдруг с удивлением понял, что это не так. Оказалось, что существует достаточно людей, мнение которых имеет для меня значение. Я в замешательстве подумал, что, если так и дальше пойдёт, то их количество может увеличиться. А ведь для Кристи это важней, чем для меня.
  - Да и какая девушка не ждёт своей свадьбы? - добавила упорная бабуля, но вдруг обеспокоилась и спросила: - Или какие неприятности могут быть?
  - Точно нет, - категорически ответил я, - у нас не принято вмешиваться в чужую жизнь, да и такие отношения, как в человеческих семьях нечасто встречаются...
  Старушка молча смотрела на меня. Подумав, я добавил:
  - Кристи вас любит и очень боится потерять. Вы уж берегите себя.
  Она махнула рукой:
  - Годы вспять не повернёшь. Но я пока на хвори не жалуюсь. Суставы, конечно, побаливают, давление скачет, но это уж, как у всех.
  Я кивнул и рассеянно посоветовал:
  - Кровь на сахар проверьте.
  Я уже прикидывал, как всё можно организовать. Общее представление у меня было - недаром я столько Лёшу с Наташей слушал. Я хорошо помнил, что свадьбу Дэна в нашей среде обсуждали, как забавный казус, и не хотел, чтобы о моей говорили так же. Были кое-какие идеи, как можно этого избежать, но их следовало обсудить с Дэном, а потом и с Кристи.
  Пора было прощаться. Я не очень хорошо представлял, как это можно сделать. Старушка опять смотрела на меня с острым интересом:
  - Как ты определяешь?
  - Запах немного не такой, - сказал я и встал. - Я долго... отсутствовал. Накопились кое-какие дела. Я зайду завтра?
  - Вечером? - уточнила старушка.
   Замечательная у Кристи бабуся: и приятная, и понятливая. Я широко улыбнулся, убрав клыки, и радостно ответил:
  - Естественно!
  
  Глава 25. КРИСТИНА
  
  Я потребовала:
  - Давай, выкладывай, о чём вы с бабулей говорили?
  Ник бросил на меня взгляд, опустил глаза и улыбнулся.
  - Опять в таинственность играем, загадочный мой? - едко поинтересовалась я. - Может всё-таки объяснишь, с чего ей в голову пришло, что ты инопланетянин?
  Ник посмотрел на меня округлившимися глазами и расхохотался:
  - Серьёзно? А я считал, что полностью уличён и расшифрован!
  - Сказать ей?
  Ник улыбнулся, закусив губу клыками. С одной стороны клык соскользнул, и гримаса получилась перекошенной и забавной. Я глаз не могла отвести от его лица.
  - Не надо пока, - решил он. - Испугается, перенервничает... Побуду инопланетянином, раз твоя бабушка фантастики насмотрелась. Хорошо, что я клыков не выставлял.
  Он обвил меня руками и притянул к себе.
  - Бдительная она у тебя: я вчера углы падения света не просчитал, а она высмотрела, что у меня глаза светятся, да ещё и всякие мелочи припомнила - вот и сделала выводы.
  Он подождал, пока я ёрзала, устраиваясь удобнее.
  - Я и не знал, что у тебя дедушка умер, - продолжил Ник виноватым тоном. - Я вчера приходил сказать, что люблю тебя, и опять не сказал.
   Прозвучало это очень буднично, но я почувствовала, как напряжённо он замер после этих слов, даже дышать перестал.
  - Я знаю, - сказала я, крепче прижимаясь к нему.
  Ник молчал так долго, что я извернулась и заглянула ему в лицо. Оно явственно отражало озадаченность и напряжённую работу мысли.
  - Я сам это только недавно понял, - сказал он наконец. - И ты не знала, когда ушла от меня. Что изменилось?
  Я почувствовала, как моё лицо расплывается в неудержимой улыбке и выпалила:
  - У нас будет ребёнок!
  Ник не дышал и смотрел на меня с выражением, которого я не могла понять. Я обеспокоенно спросила:
  - Ты не рад этому?
  Его губы беззвучно шевельнулись, и он судорожно вдохнул с резким звуком, который меня перепугал.
  - А ты хочешь ребёнка от меня? - спросил он напряжённо.
  - Да, конечно, - пролепетала я.
  - Тогда мы будем над этим работать, - пообещал он, - но сейчас ты не беременна, это точно.
  - Не может быть! У меня задержек не бывает, а сейчас - почти три недели, да и поташнивало иногда.
  - Нет, - покачал головой Ник, и я услышала в его голосе то же разочарование, которое уже испытывала сама, - было бы сердцебиение, у крови изменился бы вкус. Но кровь в норме, - сразу добавил он, - да и вообще я никаких отклонений не замечаю. У Алексея завтра днём смена. Давай сходим к нему, а если надо будет пройтись по специалистам, он скажет к кому лучше обратиться.
  Его голос звучал озабоченно, и я поспешила уверить его, что прекрасно себя чувствую. Он возразил, что я очень похудела.
  - Отъемся. Мне без тебя плохо было, и кусок в горло не лез.
  Это его не слишком успокоило, но, по крайней мере, он переключился на другую тему и хмуро осведомился:
  - Я тебя так и не спросил, тебе у Макса сильно досталось?
  Я начала рассказывать историю моего пленения, стараясь окрашивать её в юмористические тона. Ник меня не прерывал. Когда закончила, он сказал:
  - Очень жаль, что тебе пришлось столько пережить. От Макса никто таких выкрутасов не ожидал. А к Алексею, значит, идти не надо, всё в порядке.
  Он замолк. Я немного подождала и попросила:
  - А с этого места поподробнее!
  Ник вздохнул и неохотно ответил:
  - Если уж ты кровь Макса попробовала... Кровь вампира запускает и ускоряет процессы регенерации и останавливает старение. Организм становится неизменным, ну и репродуктивная функция тоже тормозится.
  Его слова меня шокировали. Очевидно, это было очень заметно, потому что Ник торопливо сказал:
  - Да что ты расстраиваешься! Успеем мы ещё с ребёнком. У тебя скоро всё нормализуется. Я думаю, через пару месяцев, не позже, а может вообще на днях.
  - Лёшка что-то про четыре года говорил!
  - Думаешь, я разбираюсь хуже него? - осведомился Ник. - Тебе в кровь попало совсем мало. Я даже не чувствую ничего такого.
  - Тогда ладно, - сказала я, - тебе виднее.
  - А то! - согласился он. - И вообще, нам сначала пожениться надо. Я думаю, регистрироваться будем там же, где и Лёша, а отмечать можно в нашем кафе.
  - Постой-постой! - прервала я его. - Что-то не припоминаю, чтобы ты мне предложение делал. И, если я не ошибаюсь, вампиры не женятся.
  - Любая традиция начинается с первого раза, - уверенно сказал Ник, и нагло добавил: - А предложение я тебе делать не собираюсь. Вопрос подразумевает, что возможны варианты ответов, а у тебя вариантов нет, - он ухмыльнулся и добил меня последней фразой: - И вообще, мы с твоей бабушкой уже обо всём договорились.
  Я не смогла удержаться от смеха. Ник подождал, когда я успокоюсь и сказал деловым тоном:
  - Лёшкина бригада ремонт уже заканчивает, через неделю открытие. Тогда и решим, подойдёт нам или нет.
  - Ты о чём?
  Ник внимательно посмотрел на меня:
  - В "Мечте" ремонт. Ты разве не знала?
  Я смутилась. После смерти дедушки подруги заходили ко мне, их поддержка мне очень помогла. Но до этого я их избегала, да и к Боре прекратила заглядывать. Очень уж мне не хотелось случайно встретиться с Ником или слышать упоминания о нём. Было у меня несколько разговоров "за жизнь" с интересным собеседником, но он уехал. А потом заболел дедушка и стало вообще не до того...
  Объяснять всё это Нику мне было неловко, но он и не настаивал - взглянул на часы и сообщил:
  - Мне пора.
  - А что такое?
  - Помогаю новенькую кормить. Она себя совсем не контролирует, - Ник скривил губы. - Кормильцев обижает, восприятие не корректирует, а Борис нервничает и исправить ничего не может. Нашёл-то её я, надо было мне и обращать.
  - И хорошо, что он взялся, - сказала я. - Птенца надо несколько лет опекать, а мне совсем не хочется делить тебя с другой девушкой, какие бы там ни были отношения.
   Ник фыркнул.
  - Да мне и самому не больно надо нянчиться. Ещё от Борьки в себя не пришёл. Уж очень он проблемный был, - сообщил:он и встал. - Значит, в пятницу к девяти часам идём в кафе. Договорились?
  - Договорились, - ошарашено пробормотала я. - У меня дневная будет. Встретишь?
  - Конечно. И завтра встречу. Будем заявление подавать, паспорт не забудь.
  
  ***
  Вход в кафе почти не изменился, только теперь буквы названия красовались не на скромной табличке около дверей, а переливались огнями сверху. Я вдруг поняла, что мне нравилось старое кафе, и совсем не хотелось бы видеть какое-то другое оформление, особенно что-то готическое, как я когда-то предлагала Нику. Я замялась перед входом и спросила:
  - В каком стиле дизайн?
  - Десяток-другой шагов, и ты всё увидишь сама, - пообещал Ник.
  Сказать ему жалко! Я решительно шагнула внутрь, на ходу снимая куртку. Ник помог мне и притормозил у гардероба, а я нетерпеливо рванула вперёд, замерла у дверей и оглядела зал.
  К моему облегчению изменений было мало, и они делали зал уютнее. Стены обшили деревянными панелями. С потолка на цепях спускались две люстры, стилизованные под старину, в виде больших деревянных колёс с лампами-свечами. Стойка тоже стала деревянной. Танцпол перенесли туда, где раньше стоял фонтан, а сама дальняя стена раздвинулась. Теперь в ней была арка, облицованная диким камнем. Под аркой висел зеркальный шар. Следующий зал был меньше, темнее, отсюда напоминал пещеру и был плохо виден.
  - Ну как? - взволнованно спросил Ник, остановившись за моим плечом.
  - Класс! - выдохнула я. - Второй зал?
  Людей было много - как и раньше. Ник взял меня за локоть и повёл вперёд. Во втором зале я с удивлением увидела знакомые лица. Мне почему-то казалось, что в кафе мы будем вдвоём, а там собралась большая компания. Кое-кого я не знала. Народ толпился в глубине помещения около большого стола, сдвинутого из нескольких столиков. Одежда собравшихся производила странное впечатление. Половина в джинсах, Дэн - в белоснежном смокинге, а Лёшка в белом костюме. Лена и ещё несколько человек были в старинной одежде, как на маскараде, некоторые девушки в вечерних платьях. Кто во что горазд! Неожиданно мне это понравилось: каждый выбирает ту одежду, в которой ему комфортнее, никто не комплексует по поводу, и смотреть на них интересно.
  Дэн что-то обсуждал с Лёшкой. Недалеко от них стояли в обнимку Стас с Таней. Мне показалось, что это выглядит слишком демонстративно. Неловкая ситуация выходит, но никто на них не обращал внимания.
  Нас заметили, начали бурно приветствовать и растащили в разные стороны.
  - Хорошо, что у вас всё наладилось, - Таня улыбалась мне как старой знакомой. - А то вампиров с охотниками помирила, а сама...
  Это меня удивило. Я помирила? Но спорить не стала: заметила Свету с Настей. Их-то каким ветром занесло? Они болтали с одним из охотников, кажется, это был командир. Я извинилась перед Таней, попросила её напомнить, как зовут ребят (напрочь забыла) и подошла к Свете спросить, каким чудом она попала в общество вампиров. Оказалось, что она сейчас встречается с Андреем, а он теперь вовсе и не командир охотников, а бригадир в Лёшкиной фирме.
  - Я не знала, что у Лёшки своя фирма. Когда он успел раскрутиться?
  - Где уж тебе что-то знать! Ты, по-моему, с нами теперь вообще общаться не желаешь.
  Я почувствовала себя неловко.
  - Знаю, что я свинюшка, - самокритично сказала я. - Не хотела, оно само получилось. Я исправлюсь, честно.
  Ник разговаривал со Стасом. Оба улыбались. Странно-то как! Из двери, ведущей в служебные помещения, появился Боря, хмуро осмотрел стол, подошёл к Нику и начал что-то ему говорить с озабоченным видом. Без своей обычной улыбки он сам на себя был не похож. Когда он подошёл поздороваться, я поинтересовалась, что он ходит с такой похоронной физиономией, и, естественно, спросила, где подопечная. Хотелось увидеть новую вампиршу. Боря расстроено махнул рукой и мрачно сообщил, что девушка сидит в камере. Не думала, что всё настолько плохо! Хотя Ник не распространялся на эту тему, у меня сложилось впечатление, что с новенькой всё почти нормально: так, небольшое отклонение. Расспросить никого не удалось, потому что стали рассаживаться.
  Ник оказался напротив. Я не особо огорчилась по этому поводу: в толпе вампиров друг с другом не поболтаешь. Неприятно разговаривать, когда знаешь, что тебя может слышать половина присутствующих. А так я хоть смогу спокойно на него смотреть. Про обращение потом спрошу.
  Я сидела между Леной и каким-то незнакомцем. Приятный парень, но вампир это или человек, я не поняла. Впрочем, я особенно его и не разглядывала. А вот, что Настя оказалась около Дэна во главе стола меня поразило.
  Дэн поднялся и начал речь. Мне она показалась скучной. После того, как он в первых же фразах упомянул плодотворное сотрудничество, единое пространство и уникальное объединение, я стала слушать в пол-уха. Не подозревала, что он может быть таким занудой. Услышав про результат действия объективных закономерностей и активное проявление субъективного фактора, я вообще отключилась от его слов и стала глазеть по сторонам.
  Этот зал действительно был похож на пещеру из-за неровного потолка и каменной облицовки. Светильники, торчащие из стен, были в виде факелов. Вода широкой полосой стекала прямо по стене, капая с уступов, и скрывалась в камнях у её подножия. Впечатляло.
  На потолке "пещеры", как летучие мыши, чернели прожекторы, сейчас выключенные. Я с тоской подумала, что мероприятие, похоже, намечается насквозь официальное, и танцев не будет. Конец речи Дэна я пропустила и спохватилась, только когда все поднялись с бокалами.
  Закуски были вегетарианские. Я пригубила вино и начала ощипывать кисточку винограда. Лена наклонилась ко мне, улыбнулась, не скрывая клыков:
  - Для людей есть ещё мясной стол в том зале.
  - Спасибо, может попозже,- сказала я и покосилась на своего соседа с другой стороны. Он ничего не ел. Наверное, тоже вампир. Парень тоже повернулся ко мне, и мы встретились взглядами. Его черты дрогнули и стали меняться, незаметно для глаза перетекая в другие. Это было совсем не так, как у Макса. Тогда лицо не менялись, лишь обрело живость, а сейчас на моих глазах происходила именно трансформация облика. Через несколько секунд передо мной был обаятельный красавец. Смотреть было интересно, но сам факт, что какой-то вампир лезет мне в голову, меняя восприятие, раздражал.
  - Прикольно, но совершенно ни к чему, - прокомментировала я и отвернулась.
  - Зря ты так, Мишка, - сказал Борис. - Кристи этого не любит, да и от Ника можешь схлопотать.
  Сосед коснулся моей руки:
  - Я не хотел тебя обидеть.
  - Я и не обиделась, но предпочитаю иметь дело с реальностью, а не с вампирскими заморочками.
  Заиграла музыка. Кое-кто начал подниматься из-за стола. У меня сложилось впечатление, что Миша вполне может пригласить меня на танец. Я с ним танцевать не хотела, но и отказывать не дипломатично. Показалось хорошим выходом сбежать в другой зал. Тем более, что действительно пару кусочков колбаски я бы съела.
  Долго искать не пришлось. У нужного мне столика уже стояли Лёшка с Андреем и вовсю уплетали бутерброды. Я подошла к ним и осведомилась:
  - Мне что-нибудь останется?
  - Останется-останется, - пробубнил Лёшка с набитым ртом. - Давай, подкрепись, тебе реально не помешает. С икрой положить?
  - Я и ветчину буду, - воодушевлённо сказала я, глядя, как наша пёстрая компания начинает перебазироваться на танцпол, - только много не наваливай, я и потанцевать хочу.
  Ник подошёл ко мне и неприязненно покосился на тарелку.
  - Я по-быстрому проглочу и вернусь, - пообещала я.
  - Переживу, - отмахнулся он. - Ну, как тебе? Подойдёт для свадебного банкета?
  - Наверное, да. Надо ещё определиться, кого приглашаем.
  - А кого хочешь пригласить ты?
  Я почти не раздумывала:
  - Из людей - всех, кто сейчас здесь. Конечно, с Андреем и Саней я почти не знакома, но они с Лёшкой и со Стасом одной командой выглядят. Приглашать, так всех. И бабуля будет, естественно. Она у меня единственный близкий родственник. Я бы ещё пару человек с работы позвала, но они не знают о вампирах, и тогда вам придётся о маскировке печься, это уже не то. А ты кого?
   - Из клана - кроме присутствующих, только Алексея.
  - А не из клана? - спросила я настороженно. - Только не говори, пожалуйста, что ты Макса хочешь пригласить.
  - Не скажу, - согласился Ник, - потому что не хочу, да и вообще больше никого не хочу. Но мы поговорили с Дэном и пришли к выводу, что на свадьбе, кроме него должны присутствовать ещё лорды - хотя бы двое. Это уже вопрос политики. Тогда к свадьбе уже никто не отнесётся, как к прикольной нелепице, её признают серьёзной. Примерно так.
  - Надо, значит надо, - согласилась я. - И кого?
  - Если ты доела, пойдем, разомнёмся, - сказал он, и повёл меня к арке, где уже танцевали несколько пар. - Не знаю пока, кого. Эльван, наверное, согласился бы приехать, но это не лучший вариант. Он не пользуется особым авторитетом. Можно попробовать позвать Юджина из Ванкувера и Питера из Берна.
  Голос Ника звучал неуверенно. Да и сама идея звать на свадьбу каких-то начальствующих вампиров, которых я и в глаза не видела, меня в восторг не привела. Я спросила:
  - А чем тебя Карлос не устраивает?
  - Только не Карлос! - возмущённо возразил Ник. - Сама говорила, что он к тебе приставал!
  - И что? - удивилась я. - Вполне адекватный мужик. Как пристал, так и отстал. Нужна я ему, как рыбке зонтик!
  - Он тебя в Аргентину приглашал, - мрачно прогудел Ник мне в ухо.
  Я даже остановилась и недоверчиво уставилась на него:
  - Шутишь? С какого перепугу?
  - Нас вместе приглашал, - пояснил Ник уже нормальным тоном.
  - Это совсем другое дело, - с облегчением сказала я. - Кстати, у нас медовый месяц предвидится?
  - Не в Аргентине, - ответил он сухо.
  Ревнует, что ли? Он упоминал, что у вампиров сильно развиты собственнические чувства. Если это оно и есть - вполне терпимо.
  Музыка закончилась, и Ник повёл меня к столу, где опять наполняли бокалы.
  - Карлоса можно позвать, - неохотно согласился он. - Его уважают. Тогда третьим и Эльван сойдёт.
  - Слушай, - спохватилась я, - мне давно хотелось спросить, а почему ты сам не лорд? Я полагаю, вполне соответствуешь.
  Стало заметно тише, многие вампиры уставились на меня. Дэн повернулся и лениво поинтересовался:
  - Ты предлагаешь Нику меня убить?
  Я почувствовала, что неудержимо краснею. Ну почему получается, что когда говоришь что-то умное, тебя слышит в лучшем случае один человек, а стоит ляпнуть глупость, как вокруг оказывается внимающая толпа?
  - Это единственный способ? - смущённо пробормотала я. - Я не имела в виду ничего столь радикального.
  - Есть и другие варианты, - спокойно ответил Ник, не обращая внимания на окружающих, - да зачем мне это? Ты хотела бы стать женой лорда?
  - Я хотела бы стать твоей женой, - ответила я, - а кто ты - совершенно не важно.
  Как всё-таки неловко, когда разговор могут слышать все вокруг! По крайней мере, они прекратили на меня пялиться. Опять зазвучал равномерный гул голосов, уже легче.
  Ник бесцеремонно отобрал вилку у Стаса, постучал ей по своему бокалу и громко объявил:
  - Минуточку внимания. Продолжим про объединения. Мы с Кристиной решили пожениться по человеческим обычаям. Все присутствующие приглашаются на нашу свадьбу. О времени и порядке проведения сообщим дополнительно.
  Пришлось выдержать шквал приветственных возгласов, поцелуев и объятий. Впрочем, Миша и ещё один вампир, которого я раньше не видела, смотрели недоуменно, а парочка, которую я раньше встречала у Дэна, выглядела вообще индифферентно. Мне показалось, что это охрана. Хотя как-то нелепо получается: в окружении вампиров своего клана он зачем-то с охранниками, а так - один ходит. Может, по протоколу нужно?
  Я подождала, пока народ немного успокоится и спросила Ника, стараясь, чтобы мой голос звучал нейтрально:
  - Не будешь возражать, если я Гая приглашу?
  Эффект был ожидаемым: вампиры опять уставились на меня. Боря фыркнул и отвернулся, скрывая улыбку. Ник замялся.
  - Не думаю, что это его заинтересует, - деликатно сказал он. - Да и найти Гая сложно. Он ездит по всему миру, никого не ставя в известность о своих перемещениях. Я даже удивился, как Макс с ним связался. Может, случайно где встретил.
  - Случайно, - подтвердила я. - Гай захотел приехать, потому что считает правильным отношение вашего клана к людям, и ему хотелось посмотреть, получится у Макса захват власти или нет. А вмешиваться он считает недопустимым.
  По-моему, я умудрилась шокировать всех. Дэн стремительно подошёл ко мне и требовательно спросил:
  - О чём вы вообще говорили?
  - О политике - в последнюю очередь, - созналась я, - в основном разговоры были достаточно личные и просто о жизни.
  - Разговоры? - переспросил Ник.
  - Мы встречались несколько раз, - пояснила я, - с ним интересно, хотя он может быть возмутительно бесцеремонным.
  Я снова повернулась к Дэну:
  - Мне кажется, вам нужно взять инициативу в разговоре на себя. Гай предпочитает общаться с людьми и, у меня сложилось впечатление, что поскольку он привык видеть и мысли, и эмоции собеседника, то с вампирами ему говорить сложнее.
  - И мысли, и эмоции? - переспросил Боря с уважением в голосе. - Круто!
  - Так я ему позвоню? - невинно спросила я. - Вот и третий лорд будет.
  - За это надо выпить! - веско сказал раскрасневшийся Лёшка и поднял бокал. - Давайте-ка дружненько за будущую семью с высокими связями.
  Раздались смешки. Все послушно опустошили свои бокалы. Большая часть народа направилась танцевать, мы с Ником - тоже. Неожиданный толчок в спину чуть не сбил меня с ног. Я влетела в объятия Ника, который с возмущением смотрел на парня, толкнувшего меня. Тот ввалился в наш зал и неверным шагом направился к служебным дверям. К нему подскочил Боря, обхватил за плечи и начал что-то говорить с убедительным видом, пытаясь направить незваного гостя обратно. Парень возражал. Стас остановился рядом с нами, посмотрел, прищурив глаза, и вдруг сказал:
  - Нечестно получается, мы уже с подогревом, вон у Сани и брови вверх пошли, а вы, сколько не пьёте - ни в одном глазу, - он кивнул в сторону пьяного и спросил: - может, из горла попробуете?
  Дэн посмотрел с весёлым удивлением и вдруг согласился:
  - Можно! Давайте, как у людей принято, на троих.
  Он подошёл к Борису, и они вдвоём вывели притихшего парня в общий зал, направляясь ко входу в туалеты. Ник улыбнулся мне шалой улыбкой и направился за ними.
  - Не увлекайтесь там,- сказал Стас ему в спину.
  Я возмущенно посмотрела на него:
  - С ума сошёл?
  - А что? - ухмыльнулся Стас. - Мужик сам напрашивается. Пить меньше будет. А наши упыри маленько кайфа поймают.
  Я вышла в общий зал и в задумчивости выбрала себе ещё один кусочек ветчины. Настя остановилась рядом со мной и возмущённо спросила:
  - Сама понимаешь, что творишь? Ты же собственностью станешь, вроде декоративного кролика! И поиграться можно, и схарчить, если что.
  Я удивилась её агрессивности. Спорить и что-то доказывать не хотелось.
  - Настенька, давай потом, а? - жалобно попросила я.
  Она фыркнула, вздёрнув плечи, пальцами подхватила фаршированное яйцо с общей тарелки, откусила половину и гордо удалилась в "пещерный" зал. Похоже, перебрала.
  В пучину сомнений меня её слова не ввергли. Нравится вампирам рассуждать о собственности - и что такого? На деле и Дэн Таню отпустил, и Ник меня не стал силой удерживать. Если уж на то пошло, то проходя с вампиром по залу и замечая, как на него поглядывают девушки, сидящие за столиками, я сама чувствовала себя собственницей. Вот уж не ожидала! Сложно мне будет...
  Почему я даже перед свадьбой не могу помечтать, как нормальные девчонки, о безоблачном будущем? Или другие невесты тоже о проблемах размышляют?..
  - Кристи! - раздался сзади восторженный голос.
  Ко мне радостно подскочила Анжелика. Её медовые локоны были эффектно распущены по плечам. Красотка!
  - Ты здесь с кем? Может, ко мне пристроишься? А то меня Ирка сюда притащила, а сама с каким-то парнем свалила. И уходить не хочется, и одной сидеть неловко.
  Я замялась. Отказывать неудобно. Была бы в человеческой компании - без сомнений пригласила бы Лику за наш столик, а вот знакомить её с вампирами мне казалось неразумным, да и стеснять присутствием неосведомленного человека наших кровососов тоже не хотелось.
  - Ирка - это Ирка! - прокомментировала я.
  Началась быстрая музыка. Танцпол вдруг стал окутываться дымом, который струился из отверстий в арке. Раскачивающиеся прожекторы окрашивали этот дым в красные и зелёные тона. Включилась лазерная подсветка. Лучи искажали фигуры вампиров, которые извивались в сюрреалистическом танце. Я и не заметила, откуда они появились, вроде обратно через зал не проходили.
  Анжелика тихо выдохнула:
  - Посмотри! Жуть какая. Вроде ничего такого, а впечатление мистическое: прямо пляски в аду. Ой, а этого, с краю, я видела раньше! Он здесь барменом работает и вампира изображает. Такой парень прикольный!
  Ритм оборвался, началась медленная мелодия. Ник подошёл ко мне, Боря его сопровождал. Выглядели трезвыми, хотя их танец наводил на некоторые сомнения. Боря заговорил первым:
  - Кристи, не познакомишь одинокого вампира со своей подругой?
  Не успела я опомниться, как мы все уже танцевали. Боря что-то увлечённо нашептывал Лике на ухо. Я решила не обращать на это особенного внимания, может у него ещё алкоголь играет.
  - Куда пьянчужку дели? - поинтересовалась я.
  - Честно отвели в туалет, а потом в служебном помещении на диванчике спать уложили, - со смешком ответил Ник. - Интересная идея. На свадьбе надо будет этот зал периодически угощать за счёт заведения. Поставим там пару коек. Пока отсыпаются, и следы клыков сойдут. Пусть наши тоже попируют.
  - Нет, я Стаса точно убью, - вздохнула я.
  Ник рассмеялся.
  - Это неправильно! Люди такие же, как вы!
  - Мы - другие. Да и люди разные бывают.
  Мне показалось, что его голос звучит тоскливо, и я стала мучиться сомнениями.
  Раньше для него все были одинаковы. Уже прогресс! Может, и хватит? Сможет ли Ник вообще нормально ходить на охоту, если станет считать всех людей равными себе. С голоду не умрёт, но ведь мучиться будет. Существует ли вообще компромисс?
  - Вампиры тоже разные, - буркнула я и вдруг успокоилась, поверив, что всё будет хорошо. Может не сразу, но мы постараемся...
  Музыка сменилась, и под тягучую мелодиию саксофона Ник притянул меня ближе к себе, я прижалась щекой к его щеке. Она была горячей и чуть влажной. Меня это так поразило, что я не удержалась от вопроса:
  - Жарко?
  Ник хмыкнул:
  - Спирт выходит.
  Интересно... Я набралась решимости и попросила:
  - Может, расскажешь мне о...
  - Вампирских штучках? - хмыкнул Ник. - Обязательно: какой советник без полноты информации? Я тебе говорил, что Дэн тебя пригласил в совет клана?
  Я не ответила, поражённая этой новостью и слегка оглушённая свалившейся ответственностью. Нет, это обдумаю потом, на ясную голову...
  - Как тебе Гай? - спросил Ник с жадным любопытством.
  - Знаешь,- сказала я, - в общении с ним меня больше всего поразило, что можно разговаривать молча. То, что он читает мысли, после общения с Борей не особо впечатлило, а вот, что я могла без слов понять его, меня просто потрясло.
  Ник усмехнулся:
  - Понимаешь, Кристи, способности Бори достаточно редки. Мысли читать могут немногие вампиры. А вот подкорректировать восприятие так, чтобы человек услышал слова, которые в реале не произносятся, может практически любой. Кроме Бори. Это, очевидно, как-то связано. Те, кто читают мысли, корректировать почти не могут. В этом отношении Гай - уникум.
  Когда мы устроились за столиками, оказалось, что Лика сидит рядом с Борисом. Они оживлённо разговаривали. Ник опять сел напротив меня. Я решила снова приняться за виноград, когда почувствовала прикосновение к своему колену. Я возмущённо зыркнула на Мишу, но опустив глаза, никакой руки обнаружила, хотя явственно чувствовала, как она медленно скользит всё выше.
  Почти сразу тёплое дыхание коснулось моей шеи, я ощутила прикосновение губ. Я растерянно взглянула на Ника и увидела дьявольскую улыбку на его лице.
  - Это ты делаешь?- растерянно спросила я.
  - Кто же ещё? - услышала я насмешливый голос Ника. Его губы не шевельнулись.
  Поцелуи в шею сводили меня с ума. Я судорожно перевела дыхание и потребовала:
  - Прекрати!
  - Может, лучше мы сбежим отсюда? По-тихому, не прощаясь? - прозвучал голос Ника в моей голове, - Нас ждёт секс со всеми вампирскими наворотами, помнишь?
  Я кивнула.
  - Выйду через служебный вход, а ты давай через арку, - скомандовал он.
  Я подождала, пока Ник скроется за дверями, поднялась и, лавируя между танцующими, направилась к выходу. Он уже ждал меня у гардероба с курткой в руках.
  - Погоди, - сказала я, - Анжелика с Борькой осталась.
  - Ты же не думаешь, что он её обидит?
  Я так не думала. Мы вышли на улицу. Дождь, моросивший весь день, прекратился, даже тучи разошлись. Над головой мерцали звёзды. Ник на мгновение остановился, поднял лицо к небу и перевёл взгляд на меня:
  - Красиво!
  Его глаза горели фосфорическим огнём, а на губах появилась мечтательная улыбка.
  - Очень красиво, - согласилась я.
  Мы взялись за руки, сплетя пальцы, и направились к его машине. Я чувствовала себя до неприличия счастливой.
  
  
  Эпилог
  
  С двадцать шестого этажа открывалась великолепная панорама ночного Буэнос-Айреса. Карлос, заложив руки за спину, глядел в окно на ярко цветущие огни, когда услышал знакомые мягкие шаги в коридоре.
  Тихо проскрипели дверные петли, чуть заметно всколыхнулся воздух. Шаги замерли.
  - Зачем ты пришёл? - спросил Карлос, не оборачиваясь.
  - Поблагодарить за спасение моей жизни.
  - Не за что. Пальцем не шевельнул бы, знай, что ты сдал соплеменников людям.
  - Как можно считать соплеменниками тех, с кем нет ничего общего?
  Карлос обернулся так резко, что волосы, собранные в хвост, взметнулись, мазнув его по щеке. Сунул большие пальцы в карманы джинсов и, склонив голову набок, стал рассматривать гостя. С локтями, торчащими в стороны, горбоносый, он был похож на крупную хищную птицу.
  - Разве? Они так же независимы и неизменны, как и мы, так же всесильны и безжалостны, им так же нужны чувства и кровь.
   - Какая разница кто что ест? - перебил Макс. - Главное - мироощущение! Данил не гнушается человеческим окружением, заигрывает с ним. Мне кажется, даже бизнес его создан для удобства людишек, будто он извиняется за своё существование и пытается компенсировать этой биомассе причинённые неудобства! И помощники его такие же! Они забыли, что мы на ступень выше людей. Брак с человечкой! Одна женитьба Данила должна была сделать его изгоем! Что ещё выкинет этот торгаш? Обращённый благородной крови никогда бы до такого не опустился.
  - Да, странное решение. Но мы свободны, каждый сам выбирает свой путь. Не вижу причин, почему Данил не должен был этого делать. Мир меняется, люди теперь не те, что раньше, а мы всё такие же. Иногда мне кажется, что его выбор правильнее, хотя сам я ему не смог бы последовать. Кстати, Ник тоже собрался жениться на Кристине...
  - Пытаются создать общество всеобщего благоденствия и взаимного восхищения? - Макс глухо рассмеялся. - Надеюсь, теперь все поймут, как они деградировали. Кто бы мог подумать, что сэр Николас выставит себя на посмешище!
  - Я приглашён, - заметил Карлос. - И поеду. Они мне нравятся. Свадьбу почтит своим присутствием Старейший.
  - Сам Гай дал добро?
  Карлос с интересом следил за реакцией Макса. Тот выпрямился, его губы несколько секунд беззвучно шевелились, потом поджались и изогнулись в неприятной усмешке:
  - Ну что ж! Ему найдётся работа! Мои птенчики там давно вылупились и наверняка уже резвятся вовсю. Надеюсь, что в гости к Данилу пожалует половина российских охотников. Возможно, это хоть немного испортит Нику медовый месяц.
  - Ещё один безумный поступок! - Карлос поморщился. - Хотя обращением к охотникам ты уже поставил себя вне нашего сообщества. Надеюсь, что до завтрашнего дня навсегда покинешь мою территорию. Ты изгнан из клана.
  После небольшой заминки Макс отвесил шутовской поклон:
  - Прощайте, мой бывший лорд. Передавайте привет моему бывшему братцу.
  Злорадно ухмыльнувшись, он вышел из комнаты.
  Карлос вновь отвернулся к окну, задумчиво побарабанил пальцами по подоконнику и полез в карман за телефоном.
Оценка: 7.81*24  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  Т.Серганова "Обрученные зверем" (Любовное фэнтези) | | Д.Владимиров "Парабеллум (вальтер-3)" (Постапокалипсис) | | А.Красников "Вектор" (Научная фантастика) | | А.Йейл "Гладиатор нового времени. Глава 1" (Постапокалипсис) | | А.Каменистый "Исчадия техно" (Боевая фантастика) | | М.Атаманов "Тёмный Травник. Обрести тело" (ЛитРПГ) | | LitaWolf "Королевский отбор" (Любовное фэнтези) | | К.Вэй "По дорогам Империи" (Боевая фантастика) | | А.Каменистый "S - T - I - K - S. Цвет ее глаз" (Постапокалипсис) | | С.Бессараб "Не в добрый час: Книга Беглецов" (Антиутопия) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
А.Гулевич "Император поневоле" П.Керлис "Антилия.Полное попадание" Е.Сафонова "Лунный ветер" С.Бакшеев "Чужими руками"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"